Diurdana .

Когда вместе тесно

Глава 1

- Котенок, вставай. – Голос мамы раздался одновременно со звуком раздвигаемых портьер. – В институт опоздаешь.

Катя зажмурилась от яркого утреннего света, хлынувшего в комнату, и спряталась с головой под одеяло. Под одеялом было темно и спокойно, и девушка снова начала проваливаться в сон.

- Катерина! – Снова стало светло и холодно. Мама стянула с нее одеяло, и в голосе ее уже звучали угрожающие нотки.

- Ну, ма-а-ам…. – Простонала девушка, не открывая глаз и снова пытаясь натянуть на свои плечи теплое одеяло. – Я сегодня не пойду в институт.

- Папе об этом скажи.

- Нет, - Катя, наконец, разлепила сонные глаза и, прищурившись, смотрела на мать, - лучше ты скажи.

- И что я ему скажу? Что дочь вчера загуляла до поздней ночи в клубе с подругами. И поэтому не хочет идти сегодня в институт?

- Нет, - Катя прижалась к маме. Она всегда знала, как можно добиться от родительницы всего, чего она хотела. – Ну, мамочка…. Скажи, что у меня сегодня день рождения и поэтому я останусь сегодня дома.

- А у тебя разве сегодня день рождения? – Мать старательно сдерживала улыбку.

- Сегодня, мам. И, кстати, где мои подарки?

- Вот подарки и спросишь у отца. Вместе с разрешением прогулять сегодня учебу. С днем рождения, котенок.

Женщина встала с кровати дочери и пошла к выходу из спальни.

- Ну, мам, можно я сегодня останусь дома? Помогу тебе с праздником.

- Я не против, дочь, - она повернулась и виновато посмотрела на девушку, - но ты же знаешь папу. Он опять запоет свою старую песню о том, что ты должна учиться лучше всех на курсе, а ты постоянно прогуливаешь. О том, что он устал договариваться за тебя. Устал краснеть перед другими преподавателями….

- Нет, мам, только не сегодня. Сегодня он эту песню не заведет.

- Вот и поговоришь с ним сама.

- А где он?

- Вышел по делам, скоро вернется.

Мама вышла, а Катя села на постели и зевнула. Спать хотелось так сильно, что казалось, в глаза кто-то насыпал песка, а челюсти вот-вот вывихнет от зевоты.

Конечно, Катя не собиралась заниматься с матерью организацией собственного праздника. Она хотела проваляться в постели до вечера. Мама сама прекрасно со всем справится. Это, в конце концов, ее день рождения, она имеет право сегодня на отдых.

Девушка снова упала на подушки и закрыла глаза. Мешали лучи весеннего солнца, бьющие в окна. Катя простонала и опять залезла с головой под одеяло.

- А где мой любимый котенок? – Теперь это был уже папин бас. – Катюшка-а….

Катя резко сдернула с головы одеяло и улыбнулась, не открывая глаз.

- Вставай.

- Ну, папа….

- Вставай, ребенок. – Отец был непреклонен.

- Папочка, у меня ведь сегодня день рождения. – Девушка прильнула к отцовской груди. – Ну, можно я сегодня не пойду в институт?

- Нет. Как раз сегодня ты в институт пойдешь обязательно. Меня вчера декан твоего факультета сильно просил на тебя повлиять. Говорит, ты пропускаешь занятия, не сдаешь вовремя задания на кафедру.

- Па-ап…. Давай не сегодня. – Девушка выползла из-под одеяла. Лучше пойти в институт, чем выслушивать эти постоянные нотации.

Катя прекрасно знала, что дальше угроз отец не пойдет. Все что он сейчас ей скажет, девушка слышала не один раз. И не два…. И даже не три. Так что она вполне к этому привыкла и давно перестала обращать на ворчание отца внимание. И даже если у него вдруг появится желание воплотить в жизнь свои запугивания, есть мама, которая не позволит ему это сделать.

Она – дочка ректора ВУЗа. Почему она должна учиться так же как обычные студенты, которым повезло меньше, чем ей? Почему она не может получать бонусы от такого выгодного родства? Отец все прекрасно понимает. А ворчит для формы. Потому что он отец и ему положено ворчать. Ну и конечно, он при желании может поставить на место всех этих надоедливых деканов, преподавателей и прочих.

Катя вовсе не собиралась тратить свою неповторимую молодость на сидение над учебниками. Что она потом будет вспоминать? Высшую математику? Нужна она ей больно. Она, вообще, гуманитарий по складу ума. Жаль, что в этом институте нет гуманитарного факультета.

Главное – получить диплом, приложив к этому минимум усилий. А с папиной помощью, с этим не должно возникнуть проблем. А потом папа поможет ей с работой. Правда, работать Катя тоже не особо стремилась. Она планировала после окончания учебы найти себе достойную ее ума и красоты партию, удачно выйти замуж и жить себе припеваючи, тратя время исключительно на такие приятные занятия, как шопинг, фитнес, салон красоты и ежедневные посиделки с подружками в кафе и ресторанах.

- Пап, - Катя повернулась к сидящему на ее постели отцу, - а где мои подарки?

- Что за нетерпение дочь? Твоя мама устраивает вечером праздник, там и получишь все свои подарки.

- Я хочу сейчас. От вас я могу получить подарок сейчас. Ну, па-апа, - девушка забралась к отцу на колени и прижалась к его груди.

- Ладно-ладно. Сейчас только схожу за мамой. Подарок-то от нас двоих.

Отец вышел из комнаты, а Катя села на постели. Она сгорала от любопытства и нетерпения.

Родители вернулись. Мама держала в руках небольшую коробочку. Отец обнимал ее за плечи.

- Катюша, доченька…. – начала мать, Катя закатила глаза. Ну, все! Сейчас начнутся речи и пожелания.

Мама и правда что-то говорила о взрослении и ответственности, желала счастья и здоровья, просила ее радовать их с отцом еще сильнее, а Катя не сводила глаз с коробочки, гадая, что там может быть.

- Спасибо, мам, пап, я все поняла. Правда….

Родители, переглянувшись, протянули ей коробочку. Катя, открыв ее, сначала не поверила своим глазам и решила, что, наверное, она что-то неправильно поняла. А потом, ахнув, она бросилась обнимать родителей, целовать их и прыгать на месте от счастья.

В коробочке лежали ключи. Небольшие ключики на брелоке. Повернув брелок, Катя увидела эмблему, которую уже полгода внимательно разглядывала на всех автомобилях этой марки – лев, стоящий на задних лапах. Машина. Машина! Родители, наконец, подарили ей машину!

- Мама! Папа! Где она?

Отец молча кивнул на окно. Катя подбежала к нему и, упершись в подоконник, подтянулась на локтях. Прямо под ее окном, сиял под утренним апрельским солнцем новенький красный автомобиль.

- Моя машинка! Не могу поверить…. Так, родители, я вообще-то опаздываю в институт.

Девушка убежала в ванную. Там она торопливо приняла душ и высушила волосы. Не терпелось попробовать машину, она так давно о ней мечтала. Права Катя получила еще в прошлом году и сразу попросила папу купить ей собственный автомобиль. Но отец все тянул резину и говорил, что ей не помешало бы сначала научиться ездить. Катя считала, что в свои двадцать лет, она водит получше иного опытного мужчины. Но отец почему-то ей не верил.

Часто она водила машину своего парня, Владимира. Но в последнее время он ее жутко раздражал, и она терпела его только потому, что было любопытно, что же он подарит ей на день рождения. Ну и потому, что терять возможность совершенствовать свои водительские навыки совсем не хотелось. Отец ей свою машину никогда не даст! Катя знала, как воздействовать на родителя и часто она добивалась того, чего ей хотелось. Почти всегда. Но со своим автомобилем Валерий Сергеевич был непреклонен.

- Нет, Катерина, - сказал он ей однажды совершенно серьезным и не терпящим возражений тоном, - учиться водить на моей машине ты не будешь. Найди себе ухажера с колесами и пусть терпит издевательства над своей машиной. А я не буду, ясно тебе?

Вот она и нашла Володю. Он был хорошим добрым симпатичным парнем. Правда Кате он очень быстро надоел, и она с ним заскучала.

Катя вообще часто скучала. Для поддержания жизненного тонуса ей были необходимы свежие эмоции и ощущения. Когда проходила новизна в отношениях с парнем, Катю начинал раздражать ухажер и все с ним связанное. Она начинала видеть в нем одни только недостатки и, в конце концов, спровоцировав скандал и обвинив беднягу в равнодушии, невнимательности, половой пассивности и прочих смертных грехах, благополучно расставалась с ним, совершенно уверенная в том, что виноват в разрыве только он. Но ни в коем случае и никогда не она.

Дольше всех продержался Володя. Наверное, потому что девушке сильно нравился его автомобиль (правда имя не нравилось, ну да ладно, есть же фамилия, на худой конец). Но сегодня (нет, лучше все-таки завтра), они расстанутся. Он был слишком сильно в нее влюблен. А ей хотелось иметь возможность хотя бы иногда скандалить с парнем. Выплескивать свое раздражение. А как тут поскандалишь, когда он всегда со всем согласен и не дает повода в чем-то его упрекнуть. В общем – он сам виноват. Должен был лучше ее понимать. А раз он ее не понимает и не хочет постараться, ничего хорошего у них не получится.

Собравшись и выслушав нотации родителей о том, как нужно вести себя на дороге, Катя вышла, вернее, выбежала из дома. Подойдя к машине, она ласково провела ладонью по ее капоту.

- Машинка, моя, - улыбнулась девушка своему отражению в лобовом стекле, - ты теперь мой лучший друг.

Она открыла дверь и села на водительское сидение. Погладила руками руль и зажмурилась от удовольствия.

- Ну что, - прошептала она и вставила ключ в зажигание, - прокатимся?

Машина завелась сразу. А с другой стороны, отчего бы не завестись с первого раза новенькому, только что из салона, французскому автомобилю?

Немного прогрев двигатель, Катя включила передачу и, нажав на педаль газа, медленно тронулась вперед.

«Спасибо папочка! Спасибо за автомат!» - думала девушка. Самой большой ее бедой были механические коробки передач. Вот кто их только придумал? Скорее всего, мужики-женоненавистики (о том, что коробку передач изобрели задолго до того как первая женщина села за руль, Кате думать было недосуг). На «механике» Кате редко удавалось тронуться с первого раза. Чаще машина дергалась и глохла, а Владимир рядом скрипел зубами и, закрыв глаза, спокойно объяснял ей, что нельзя бросать «сцепление», его нужно медленно и осторожно отпускать. Она так и делала! Только машина все равно глохла и все тут.

По дороге к институту девушка успела нарушить несколько правил дорожного движения (слава Богу, этого никто не заметил), и пару раз нахамить водителям других машин, обвиняя их в том, что они мешают ей двигаться по дороге с нужной ей скоростью.

Припарковавшись на стоянке у здания ВУЗа, Катя важно и не спеша вылезла из машины. Захлопнув дверь, она поставила ее на сигнализацию и сопровождаемая удивленными взглядами других студентов, двинулась к крыльцу с таким спокойным видом, словно ничего особенного не произошло, и она до этого каждый день приезжала на учебу на собственном авто.

- Катька! – К ней тут же бросились три ее подружки. – Это что?!

- Это папин подарок на мой день рождения. И вам привет, девчонки.

- А, день рождения…. Да, Кать, с днем рождения! Счастья-здоровья тебе…. Ну, расскажи уже про машину.

- Ну, вы же видите ее, что рассказывать-то?

- Кать, тебе что, правда, ее отец подарил?

- А почему она красная, Кать? Это уже не актуально.

- Поедем кататься после пар?

Девчонки перебивали друг дружку, а Катя довольно улыбалась, наблюдая произведенный эффект. Она очень любила быть в центре внимания, а уж в собственный день рождения она достойна этого как никогда!

- Ладно, девчонки, пойдемте на лекцию.

С Томой, Таней и Юлей Катя познакомилась на первом курсе. Примерно через неделю после начала занятий. Катя увлекалась сериалом «Секс в большом городе» и мечтала иметь трех подруг и такие же увлекательные и близкие с ними отношения. Это было так прелестно, собираться вчетвером в кафе и пить кофе, обсуждая своих парней и прочие проблемы. А еще наверное так приятно понимать, что есть три человека, которые придут тебе на помощь или дадут искренний совет в любое время суток.

Катина роль в этих отношениях виделась ей исключительно с потребительской позиции. Бежать к кому-то ночью, прихватив с собой валерианку (бутылку вина, смешную комедию, упаковку платков) она не планировала. То есть попросту не думала об этом. Дружба и любовь должны были только приносить удовольствие ей, она должна была только получать. О том, что нужно еще что-то кому-то давать, девушка никогда не думала.

Так вот, мечтая о дружбе с тремя девчонками, Катя, однако, не имела понятия, где их взять. А тут такая удача – в ее группе были три подружки, которые были вместе еще со школьной скамьи, жили в одном районе и были невероятно близки.

Когда Катя чего-то хотела она была способна наступить на горло своей гордости и через несколько дней, они уже сидели вместе, а к концу первого семестра, когда с ее помощью были улажены некоторые их проблемы, девушки уже считали ее своей подругой.

Они были такими разными, Катя никогда не могла понять, какой случай свел их вместе и сделал лучшими подругами. Таня – стройная брюнетка. Нервное и чересчур эмоциональное создание. Попросту говоря – истеричка. Когда она что-то рассказывала, ее подруги хохотали до слез над тем, как она говорила, сколько эмоций мелькало на ее лице. Когда девушка сильно волновалась, она начинала жестикулировать, и когда у остальных девчонок начиналась икота, она обижалась и замолкала. Но так было только с подругами. Если над ней смеялась нахальная незнакомка, Татьяна могла, не раздумывая о последствиях, наладить ей в лицо хорошо поставленным ударом. Поэтому подруги обычно старались не раздражать девушку, дабы она не сорвалась на ком-то другом и не нажила себе неприятностей.

Тома была рыжеволосой и зеленоглазой. Она была добродушной и открытой. Только почему-то не смотря на все ее достоинства, Томка никак не могла найти себе хорошего парня. Все они становились ее друзьями, минуя этап отношений.

Юля, миниатюрная блондинка, она была прирожденным манипулятором. Как ей удавалось всегда заставлять людей делать то, что ей хочется, Катя пыталась понять и не могла. Но дала себе твердое обещание научиться этому процессу.

Девушки уже расположились за своей партой на последнем ряду, когда в аудиторию вошел Слава Артемьев, однокурсник Кати и ее подруг. Каждое появление этого парня в аудитории никогда не оставалось незамеченным – он неизбежно привлекал к себе внимание. Однажды он въехал в аудиторию на скейте, в другой раз явился на занятия в каком-то вызывающем наряде, с трехдневной щетиной, в джинсах своей девушки, Зои и с гитарой за спиной, требуя называть его Джоном Ленноном. На переменах в тот день он фальшиво исполнял песни группы Битлз на ломаном английском так, что упомянутый Леннон в гробу веретеном вертелся.

Слава и сейчас что-то распевал хором со своим другом, Дмитрием. А Зоя, шедшая между ними, зажимала уши и просила их замолчать.

- О! – Тамара незаметно кивнула в их сторону. – Наша шведская семья пожаловала. Интересно, она правда спит с ними двумя?

- Фи, Тома, - скривилась Юля, - откуда такие грязные сплетни? Ну, дружат ребята втроем, что здесь такого?

- Ничего, просто странная дружба. Они всегда вместе….

- Ну и что? Это еще ничего не значит.

- Конечно, не значит, - не унималась Тамара, - да ты посмотри, как Дима на нее смотрит! И как только сам Слава этого не видит. Или видит?

- Ой, девчонки! – Таня склонилась к подругам. – Я тут такое слышала!

-Да, Таня, - девушки, сдерживая улыбки, переглянулись многозначительными взглядами, - и чего такого ты слышала?

- Я слышала, как Зоя рассказывала своей подруге о Славе.

У Татьяны было такое лицо, словно она готовилась разгласить важную государственную тайну, которую она случайно узнала, и за разглашение которой ей грозила смертная казнь.

- Ну, давай уже, Тань, излагай.

- Так вот, - продолжала она, - Зоя сказала, что они со Славой скоро поженятся. Или этим летом, или следующим. Вот. Вы представляете! Они ведь такие молодые, зачем им это? – Таня, закатив глаза, укоризненно качала головой.

- Да не поженятся они! – Вдруг подала голос молчавшая до этого момента Катерина.

- Поженятся или нет, ты чего так реагируешь? – Юля задумчиво посмотрела на подругу. – Знаешь что-то или тебе просто приятнее так думать?

- С чего вдруг мне должно быть какое-то дело до этого идиота? Гляньте на него.

Слава в этот момент никого не стесняясь целовал Зою.

- Просто не женится он на ней, помяните мое слово.

- Так и скажи, что просто не хочешь этого.

- Она просто ему не походит. Они не пара. Не смотрятся вместе. – Катя пожала плечами и закатила глаза, демонстрируя раздражение, от того, что ей приходится объяснять такие элементарные вещи.

- А кто ему подходит? Может быть ты? – Юля определенно провоцировала ее, но Катя уже не могла остановиться, послушно идя на поводу у подруги и не замечая того, куда ее заводит этот разговор.

- Может и я. – Выпалила она и выдохнула от неожиданности, что все же сказала это.

Слава ее всегда раздражал. Он был яркий, красивый, смелый парень. Без комплексов, без компромиссов, он никогда не доказывал кому-то, что лучше всех. Он просто это знал, и его уверенность передавалась окружающим. Не будучи семи пядей во лбу и совмещая учебу с работой, он, тем не менее, всегда как-то умудрялся договориться с преподавателями и выкарабкаться из самых казалось бы безнадежных ситуаций на экзаменах и зачетах. Разговорить и уговорить он мог любого. А еще он с первого курса играл в вузовской баскетбольной команде, очень скоро став лучшим ее игроком.

На первом курсе почти все девчонки сохли по нему, почти не скрывая этого. Все, кроме Кати. Она ждала, что он сам, мечта женской половины института, будет добиваться ее расположения. Вздыхать же по нему было не в ее правилах. Но он, так и не удосужив ее толикой своего внимания, перед каникулами завел роман с Зоей. С этой мышкой Зоей, которая и голос-то никогда не повышала без особого повода! Которая и одеваться-то, как следует, не умела (не смотря на то, что одевалась дорого), которая могла надеть на себя полосатую кофту и юбку в полоску! Да как ее после этого земля носит!

И красавчик Славка, через два года, на третьем курсе вдруг решил на ней жениться! Это не правда.

- Хо-хо! – Таня хохотнула, а потом заметив, что наступила тишина и в аудиторию вошел преподаватель, продолжила уже шепотом. – Что ж он тогда не с тобой, раз вы с ним так подходите друг другу?

- Потому что, Танюш, мне это не нужно. – Ехидно улыбнувшись, ответила Катя.

- Или потому что у тебя все равно ничего бы не вышло.

- Если бы я захотела, он бросил бы эту Зою и был бы моим. Дело в том, что мне это не нужно.

- Да-да, - Юля покивала головой, - конечно….

- Не веришь? – Катя заводилась. Отстоять свою правоту было необходимо и любой ценой.

- Нет.

- Спорим? Он не жениться на Зое, потому что влюбится в меня. – Катерина протянула подруге ладонь.

- Томарусь, - Юля пожала протянутую руку, - разбей.

Глава 2

Катя вернулась домой в скверном настроении. Как она могла допустить, чтоб ее вот так просто взяли на «слабо»? Неужели ей было так важно выиграть этот спор. И зачем ей на самом деле нужно было пообещать подружкам, что она сорвет Славкину свадьбу? Зачем ей вообще ее срывать? Она в него не влюблена ни капли. Да, она сказала сегодня подруге, что они с ним хорошо бы подошли друг другу. Да, это так, из них действительно могла получиться красивая пара – они оба высокие, привлекательные, уверенные в себе. Он веселый и она бы с ним не соскучилась. Он сильный и смелый. Девчонок привлекает, все бы ей завидовали…. Но дальше-то что? Какие перспективы от такого романа? У Славы не было состоятельных родителей. У него и отца даже не было. И он его не видел ни разу – тот бросил его мать еще когда она была беременна (когда Кате было нужно, она любила сплетни, а парень в принципе никогда не стыдился того, что рос в неполной семье). Никто ему не станет помогать пробиться в жизни. Сам он работал в какой-то фирме, занимающейся тюнингом автомобилей. Серьезная работа, перспективная, ничего не скажешь! И похвастаться можно таким мужем, и не стыдно потом людям рассказывать.

« - Твой муж, где работает?

- Директором фирмы (банка, шахты, нефтяного холдинга). А твой?

- А мой – автомеханик. Машины тюнингует.

- Вот повезло!»

Н-да, определенно Катя мечтала не об этом. Ей нужен муж, который будет ее холить, заботиться о ней, который даст ей уверенность в завтрашнем дне. От которого не страшно будет рожать детей. С которым можно будет не работать, а заниматься любимой собой. А Слава… с ним неплохо можно было бы провести время, повстречаться… сексом заняться… Но не более того. Она никогда не влюбится в человека, с которым не сможет чувствовать себя защищенной. А защищенность для нее приравнивалась к материальной состоятельности. Значит речь точно не о Славе. И что она будет с ним делать, когда он бросит Зою ради нее?

Катя вдруг поняла, как ей выйти из сложившейся ситуации с этим нелепым спором. Ей достаточно будет просто соблазнить его. Что-то типа секса без отношений, который так любят мужчины. И девчонки убедятся, что она на самом деле в него не влюблена, что ей на него наплевать. И Славе докажет, что он был не прав, когда ее игнорировал. И пусть потом женится на своей Зое, если она его простит. Это уже Кати никак не касалось.

Девушка почувствовала себя так, словно с ее души упал тяжелый камень – она приняла решение, и жизнь снова стала легкой и беззаботной. Она направила мысли в другое русло – предстоящий праздник и предстоящий разрыв с Володькой.

* * *

- Вот ты где! – Катя весь вечер пыталась избегать Владимира. Она выдумывала множество причин. И то, что ей нужно уделять внимание гостям, и то, что возникли какие-то несуществующие неприятности, все, на что была способна ее фантазия, лишь бы не оставаться с ним наедине.

Но он каким-то образом нашел ее в том тихом уголке ресторана, где она пряталась от гостей, шума и от него в частности.

- Кать, что происходит? – Он взял ее руки в свои ладони. – Ты прячешься от меня?

- Нет, просто я здесь грущу.

- По какому поводу?

- Неужели не понятно? День рождения – печальный праздник на самом деле. – Катя выдернула свои ладошки.

- Он становится печальным после тридцати.

- Ты-то откуда знаешь? Если мне не изменяет память, тебе двадцать один.

- Так говорят.

- Глупо за кем-то повторят. Нужно иметь собственное мнение. Оставь меня пожалуйста одну, я скоро буду.

- Хорошо. – Он развернулся и ушел. Вот как к нему придраться, когда он делает все, о чем она его просит. Тряпка!

Катя вернулась в зал, где праздновали ее день рождения, и присела за столик к родителям. С этого места она могла спокойно наблюдать за всем, что происходило на танцполе. Начался медленный танец, и девушка принялась рассказывать родителям свои впечатления от новой машины так эмоционально, чтоб со стороны сложилось впечатление, что разговор очень важный и Володя не пригласил ее. Повернувшись, она увидела, что он танцует с Юлей. Катя снова повернулась к родителям, чтоб ухажер не заметил, что она наблюдает за ними, и, вообразив себе ревность с ее стороны, не бросил партнершу и не прибежал к ней.

Юля танцевала с парнем, стараясь прижаться к нему как можно ближе. Он был чем-то расстроен. Не трудно догадаться чем. Юле было немного его жаль. Володе, наверное, сейчас было тяжело - он Катьку любил. Жаль, ей было на это наплевать, она уже все решила.

- Вов, - девушка нежно и понимающе улыбнулась парню, - что с тобой сегодня такое. Ты молчишь весь вечер, расслабься. Сегодня день рождения твоей девушки. Кстати, что ты ей подарил?

Музыка играла громко, и Юле пришлось наклониться к его уху.

- Цветы и золотую цепочку с кулоном. На нем ее знак зодиака….

- Что, - Юля поморщилась, - я тебя совсем не слышу. Может, пойдем, выпьем в баре? Там и поговорим.

Парень пожал плечами, тогда Юля взяла его за руку и потянула за собой. Обернувшись, она увидела, что Катя наблюдает за ними.

Владимир был жутко расстроен. Он чувствовал, что Катя избегает его, что она больше не хочет быть с ним. Он уже забыл, когда она в последний раз позволяла поцеловать себя, не говоря уже о чем-то большем. Все же он надеялся, что это временные трудности.

Парень не понимал, почему это происходит сейчас. Ведь он всегда старался угодить ей. Делал все, что ей хотелось, говорил только то, что она хотела услышать. Он жил эти полгода каждый день переступая через себя. Через свою гордость, через свои желания. Она встала на первый план, а все, что касалось его, отошло на второй. И разве она это оценила? Нет. Катя вела себя так, словно так все и должно было быть. Словно любой мужчина рядом с ней именно так и будет себя вести. Что ж, в будущем ее ждет разочарование.

Какой же она все-таки глупый избалованный ребенок. Созрела ли она для серьезных отношений? Скорее всего, нет. Но все же так не хотелось ее терять!

- Вов. – Он отвлекся от своих мыслей и взглянул на сидящую перед ним Юлю. Именно она всегда наиболее ближе была ему среди всех Катиных подруг. Ему казалось, что она лучше всех его понимала. Порой лучше Кати.

Сейчас она держала его за руку и участливо заглядывала в глаза.

- Великая отечественная война….

- Что? – Девушка смотрела на него, не понимая, что он сейчас несет.

- ВОВ – Великая отечественная война. – Повторил он невесело шутку, над которой раньше всегда смеялась Катя. Он скривился.

Юля улыбнулась и положила свою ладонь поверх его руки.

- Что случилось?

- Ничего. - Еще не хватало жаловаться на любимую девушку ее же подруге. Это все равно, что прямо сказать все Кате. Хотя…. Однажды он спьяну сболтнул что-то при Юле и кажется, Катя ни о чем не узнала.

- Это все из-за нашей Катюши, да? – Девушка легонько сжала его ладонь. – Странная она сегодня какая-то. Может у нее что-то болит.

- Не знаю, Юль. Не понимаю я ее. – Девушка своими вопросами, подкрепленными шампанским, спровоцировала у него приступ откровенности. – Вот ты мне скажи, что вам девчонкам еще нужно, а? Я и так уже из кожи вон лезу, чтоб ей угодить, а она все равно недовольна. Иногда мне кажется, что она меня ненавидит.

Парень выдохнул и уронил голову на руки, лежащие на барной стойке.

- Ну что ты, - тонкие пальчики девушки нежно прикоснулись к его волосам, - ты ведь такой хороший, за что тебя можно ненавидеть?

Парень поднял голову и посмотрел на сидящую перед ним Юлю.

- Лично мне ничего не нужно и будь я на ее месте, я была бы счастлива. – Продолжала девушка.

Юля еще ближе придвинулась к нему, продолжая держать его ладонь в своей руке. Владимир смотрел на нее и тонул в глазах девушки. Ее мягкие чувственные губки влажно блестели совсем рядом. Достаточно было просто склонить голову, чтоб коснуться их. Ему вдруг так остро захотелось почувствовать себя кому-то нужным. Понять, что на самом деле он вовсе не плохой парень. Что кроме многочисленных недостатков, ежедневно перечисляемых его любимой, у него есть еще и достоинства и он еще помнит и умеет привлекать к себе девушек. Что он может заставить лучшую Катину подругу хотеть его поцелуев, потерять голову и забыть обо всем на свете рядом с ним.

Он провел кончиками пальцев по щеке девушки, лаская нежную кожу. Потом его ладонь легла на ее шею, а его губы впились в ее рот. Юля ответила на его поцелуй охотно…. Даже слишком охотно, словно она ждала и хотела его. Это вдохновило парня, и он продолжил целовать подругу Кати с не меньшим пылом, чем целовал бы саму Катю.

- Значит, вот как ты меня любишь. – Совсем рядом раздался знакомый голос, от которого в груди Володи разлился холод. – Он посмотрел в испуганные глаза Юли, которая что-то промямлила, слезла с высокого стула и торопливо куда-то убежала.

- Катя, - и тут он сказал самую глупую и нелепую фразу, которую только можно было придумать в этой ситуации, - это не то, что ты думаешь.

- Ты что мелодраматических сериалов насмотрелся? Что тут еще можно подумать? Хорошенький подарок ты мне приготовил на день рождения! И давно у вас это?

- Катя, позволь мне объяснить тебе все.

- Я ничего не хочу слушать. Как ты мог?.. - голос девушки задрожал, - …с моей подругой! Это предательство, ты понимаешь или нет? Между нами все кончено, не звони мне больше.

Катя развернулась и выбежала вон.

Не сдерживая слез, она вызвала такси, чтоб уехать домой. Ей было так жалко себя, что слезы сами навернулись на глаза. Как он мог поцеловать кого-то кроме нее? Она всегда чувствовала, что он хуже, чем есть на самом деле. И как ловко притворялся! Поцеловать подругу в день рождения! Негодяй!

Когда подъехала машина, девушка села в нее, но назвала вовсе не свой адрес. Она немного покаталась по городу, чтоб потянуть время, а потом, наконец, обозначила водителю конечный пункт. Скоро она уже звонила в знакомую дверь.

- Катя, - Юля, открыв дверь, улыбнулась и пропустила ее внутрь квартиры, - проходи.

- Я не одна, - Катя улыбнулась и помахала перед носом девушки бутылкой вина, - та-дам!

Она вошла, закрыла за собой дверь и принялась разуваться. Юля уже гремела бокалами где-то на кухне.

- Ну, спасибо тебе, подруга, - Катя обняла девушку, - ты мне очень помогла.

- Не за что. Мне это не составило труда и не доставило хлопот. Только вот, Кать, зачем ты так с ним, ведь он тебя любит.

- Знаешь что, если бы любил, не целовал бы мою подругу.

- Я его соблазнила….

- Кстати, расскажи, что ты такого сделала, я ведь видела, что ты к нему насильственные действия не применяла.

- Я… - Юля выдохнула и виновато посмотрела на нее, - в общем, я его пожалела.

- Пожалела?

- Ну, конечно. Они от этого становятся мягкими и послушными, можно брать голыми руками.

- То есть я оказалась злобной стервой? – меньше всего Катя хотела быть виноватой в их разрыве. Даже если один Володя будет так считать. Он должен был быть уверен, что виноват во всем он один. Зря она, что ли пыталась убедить его в этом последнюю неделю.

- Нет, просто ты его недооценила, в отличие от меня.

- Ну ты даешь!

- Кать, тебе важен был результат. Тебе нужен был повод расстаться с парнем, ты его получила. Какая разница?

- Мне есть разница. – Катя надулась.

- В таком случае, дорогая моя, ты требуешь невозможного. – Подруга наполнила бокалы и протянула один Кате. – С днем рождения.

- Ладно, прости. В любом случае, ты мне сегодня оказала услугу. Кстати, мне показалось, что тебе понравилось с ним целоваться, или нет?

- Показалось. – Юля отвернулась к окну.

- Ладно. Допустим, так.

- Кстати, - Юля сменила тему, - в тебе умирает великая актриса – столько переживаний, искреннее негодование, слезы даже…. Я была впечатлена.

Катя самодовольно улыбнулась, делая глоток из фужера.

Когда вино кончилось, Катя уехала домой и лежа в постели, она не думала о бывшем парне и подруге и своем заговоре против него. Она думала о своем автомобиле и о бесконечной свободе, которую она, наконец, получила. Чувства теперь уже бывшего возлюбленного ее волновали мало. Вернее не волновали совсем. Теперь нужно было продумать план, как выиграть спор, хотя Катя в себе ни капли не сомневалась. Она ведь еще не обрушила на бедного Славочку все свое обаяние. Вот когда она это сделает, у бедняги не будет шансов.

* * *

Утром Слава проснулся в прекрасном расположении духа. Правда настроение немного испортилось после того, как он прочитал сообщение от Зои, в котором она писала, что не придет сегодня в институт по причине плохого самочувствия. А еще, что она ждет его вечером у себя дома.

С кухни уже чем-то вкусно пахло. Наверное, мама опять встала пораньше, чтоб приготовить ему завтрак. Парень выбрался из кровати и, потирая руками сонные глаза, направился в направлении аппетитного запаха.

- Привет, - он подошел к матери и обнял ее сзади руками за плечи.

- Доброе утро, Славочка. Опять вчера до поздней ночи заработался. Теперь будешь в институте зевать….

- Все нормально, мам, не волнуйся. Я молодой, меня надолго хватит.

- Садись завтракать, сынок.

- Сейчас, только пойду, глаза умою.

Почистив зубы и почувствовав себя человеком, Слава позавтракал и отправился в институт.

Войдя в лекционную аудиторию, он увидел, что на его парте сидит Катя. Девушка была одета в кофточку с глубоким декольте и короткую юбку в складку. Положив ногу на ногу, и опершись руками на поверхность парты позади себя, она смотрела, как он к ней приближается.

- Здравствуй. Посидела?

- Посидела.

- Теперь освободи, пожалуйста, мою территорию.

- Ой-ой-ой, - Катя села прямо и пробежала пальчиками по его груди к подбородку, - какие мы грозные. А если я не уйду, тогда что?

- Тогда я тебе помогу. Провожу, так сказать, к подружкам. – Слава смотрел ей в глаза с вызовом и ждал когда она уйдет. В ее декольте он и не взглянул. – Но лучше будет, если ты все же уйдешь сама.

- Ладно, зануда, садись. – Катя поджала губы и соскользнула с парты.

Когда Слава присел, Катя наклонилась к нему так, что ложбинка ее груди, открытой смелым нарядом, оказалась на уровне его глаз.

- Славочка, - промурлыкала Катя, - ты не дашь мне конспекты. Я отксерю и завтра тебе их верну. Ну, пожалуйста.

- Кать, - парень усмехнулся, - у меня нет конспектов. Я не пишу конспекты. За меня их пишет Зоя. Моя девушка, Зоя. Помнишь такую?

- Ммм…. – Катя сделала вид, что вспоминает. – Зоя? Это такая бледненькая девочка, что постоянно ошивается рядом с тобой? Так это твоя девушка? Надо же… Я думала это твоя тень.

- Чего-то я не понял, Лаврентьева, ты ко мне клеишься что ли? – Он удивленно взглянул на нее.

Катя захлопала ресницами и не нашлась сразу, что на это сказать. В этот момент на соседний стул уселся Димка. Катя, так ничего и не ответив, ретировалась к подругам.

- Привет! А где Зоя? – Дима посмотрел ей вслед и снова повернулся к другу.

- Зое нездоровится, она сегодня не придет.

- А что с ней? Что-то серьезное?

- Не думаю, сегодня семинар у Зинаиды, вот она и прячется дома. Я ей говорил, что это глупо, но…. Ладно, что-нибудь придумаю. А ты где вчера пропадал?

В этот момент в аудиторию вошел преподаватель, и Дима отмахнулся от вопроса, пообещав все рассказать на перемене. Но через несколько минут все же не выдержав локтем толкнул Славу в бок, привлекая внимание и шепотом спросил:

- Слушай, а что наша принцесса сегодня здесь делала?

- Конспекты просила.

- Конспекты? – Дима вскинул брови. - У тебя? Странное дело.

- У меня…. – Задумчиво протянул Слава. – И что в этом странного?

- А то, что в их четверке обязанности распределены следующим образом: конспекты всегда пишет Тамара, Татьяна готовит шпаргалки, Юля обычно предлагает деньги неуступчивым преподавателям. А Катя если что улаживала их проблемы с помощью своего папочки-ректора. Так что на кой черт ей твои конспекты? Скорее всего, это предлог….

- Допустим, предлог. Для чего? – Слава включил дурака желая выслушать мнение друга.

- Слава! – Дима не почувствовал подвох и пустился в объяснения с таким видом, словно он не видит в упор элементарные вещи. – Ты единственный парень на курсе, который не обратил внимания на нашу принцессу. Видимо ей надоело ждать.

Он обернулся и посмотрел за плечо.

- Боже, она тебя взглядом просто прожигает насквозь.

- Может не меня, а тебя?

- Может, - Дима подмигнул Кате, которая сидела на последнем ряду, и отсалютовал ей двумя пальцами. На что получил в ответ сложенный из ее пальцев фаллический символ недвусмысленного значения.

- Да ну ее. – Парень обиженно засопел и отвернулся. Слава ухмыльнулся уголком губ.

- Слушай, вот повернись сейчас ты, увидим разницу.

- Да пошел ты, Дим….

- Повернись. – Настаивал друг.

Слава понял, что он не отвяжется и скривившись обернулся. Он даже не пытался смотреть на сидящую за ним девушку, просто скользнул по ней глазами и повернулся обратно.

- Нет, ты видел! – Дима чуть не подпрыгнул на месте. – Ты видел, какой улыбкой она тебя одарила!

- Нет, не видел. Дима, уймись ты! Если тебе так интересна Екатерина Валерьевна, иди и займись ей сам. Мне на эту мадемуазель с раздутым самомнением чи-хать. А если она решила, что я спешу пополнить ряды ее поклонников, то тут она сильно ошибается.

- То есть ты к ней равнодушен?

- Конечно. Ты, кстати, Зою помнишь? Она тебе за такие речи оторвет кое-что.

- Нет, Зоя – это Зоя. Но ты же мужчина, в конце концов, у тебя же есть глаза и прочее, ты же не можешь отрицать, что Лаврентьева красивая девица.

Конечно, Катя Славе нравилась. То есть она нравилась ему, как нравится любая красивая молодая девушка молодому парню традиционной ориентации. То есть исключительно внешне. Нужно признать, иногда он даже представлял Катины стройные ножки на своих плечах. Да, он был бы не прочь поваляться с ней в постельке разок-другой. Но только в том случае, если бы она была обычной студенткой, а не дочкой ректора. Какой дурак станет впутываться в любовную связь без перспектив с дочкой ректора? Вот и Слава дураком вовсе не был.

Да и не стал бы Слава подкатывать к ней в любом случае.

К тому же у него была девушка. Тихая, скромная, из хорошей семьи, отличница. А еще она нравилась его маме, а Слава всегда прислушивался к маминому мнению. Зоя не требовала от него ничего, кроме любви и верности. И сама в ответ любила его очень сильно. Этого было достаточно для него и рано или поздно она станет его женой.

Рядом с такими как Катя жизнь, конечно, бьет ключом (и чаще всего по голове). С ней было бы весело, он испытывал бы гордость, выходя с ней в люди, его друзья бы завидовали ему и секс, скорее всего, был бы незабываем. Но взамен он получил бы воз требований и нравоучений. А Слава не любил, когда ему что-то указывали и тем более что-то требовали. Так что даже если исключить наличие у него Зои, все равно он не увлекся бы ею. Как человек она была ему совершенно неинтересна.

Глава 3

Первая неудача Катю не остановила. Наоборот, она ее вдохновила. Девушка представляла себе, какое сладкое чувство она будет испытывать потом, когда бросит Славку и с удвоенными силами взялась за дело.

Ясно было, что короткой юбкой и открытым декольте парня не зацепить, значит, нужны методы более действенные.

Начала девушка со способа старого как мир - с тщательно отрепетированной «стрельбы» глазами, происходившей по принципу «на нос - на бок - на объект». Катя буквально прожигала Славу красноречивыми взглядами. Слава почему-то в ответ непонимающе морщил брови и принимался с серьезным видом оглядываться за свою спину, словно Катя буравила глазами кого-то за ним.

Катерина не отчаялась. Видимо парень полный идиот и не понимает язык жестов. Ничего страшного, тут вопрос только в том, сколько времени уйдет на его обольщение, в результате Катя была уверена (лишь бы к тому времени не окосеть). Однако девчонки, ее подружки не разделяли этого оптимизма.

- Наверное, Кать, ничего у тебя не выйдет. Он на тебя совсем не реагирует.

- Я просто еще не весь запас своего обаяния и шарма использовала.

- Ну что ж, подождем еще.

- Юль, - Катя откинулась на спинку кресла в кафе, в котором они обычно встречались с подружками, - такие дела быстро не делаются.

- У меня получилось с твоим Володей за двадцать минут.

- Вот поэтому я с Володей и рассталась – он как теленок на веревочке, кто поведет, за тем и он. Слава – совсем другое дело.

Юля иронично вздернула бровь и пожала плечами, сделав вид, что согласилась с доводами подруги. Катя начинала понимать, что что-то пошло не так как она планировала. Но никак не хотела в этом признаться. Гораздо проще было убедить себя в том, что она выбрала не тот метод, чем признать поражение. Хотя говорить о поражении, конечно, еще слишком рано.

Тогда девушка сменила тактику. Есть безотказный метод – разделить с ним его увлечения. А увлекается Слава чем? Правильно – машинами и баскетболом. А еще он состоял в студенческом активе, вернее был одним из самых деятельных его участником. Вместе с Зоей, кстати. Самостоятельно лезть в актив Кате не хотелось, она и так потратила много времени, убеждая отца, что это совершенно не ее. Поэтому начать можно было с машины, может этого и хватит.

На следующий день Катя заметила Славу на крыльце института. Он поглядывал на часы и явно ждал кого-то. Судя по всему Зою. Такую возможность нельзя было упускать. Катя, закрыв машину, направилась к нему.

- Привет. – Она лучезарно улыбнулась, словно они были лучшими друзьями или не виделись лет сто.

Слава в ответ буркнул что-то похожее на «здравствуй», глядя в сторону.

- Слав, ты не мог бы мне помочь? Дело в том, что… ты ведь машинами занимаешься?

- Ну, можно и так сказать.

- Мне бы техобслуживание пройти… можешь помочь?

- Техобслуживание? - Слава заинтересованно посмотрел на нее, а потом перевел взгляд на ее новенькую машинку. – Ты что ее с рук покупала?

- Вот еще! – Фыркнула девушка. – Стала бы я ездить на секонд хэнде.

- Ох, извините, я забыл, с кем разговариваю.

- Ну, Слав….

- Ты что уже десять тысяч наездила? В жизни не поверю. Через год пройдешь обслуживание, раньше смысла нет – она же новая.

- Десять тысяч чего? – Катя усердно продолжала играть в абсолютного чайника, а в голове ее все это время крутилась фраза из прочитанной пару лет назад книги (вообще-то Катя не читала ничего кроме глянцевых журналов, но тогда она загремела в больницу на неделю и мама принесла ей именно ту книгу – пришлось пролистать ее). В ней героиня все время пыталась понять, почему для того чтоб привлечь жениха нужно изображать из себя дуру.

- Километров. – Слава устало втолковывал ей элементарные вещи, а Катя в ответ сделала такое лицо, чтоб он и не сомневался в том, что она понятия не имеет, о чем он говорит. – А через десять тысяч километров, Катя, пройдешь техобслуживание в том салоне, в котором ты ее купила. Там у тебя на приборной панели даже есть датчик, отсчитывающий километры до диагностики, показать?

- Ясно. Но мне еще хотелось на нее всяких прикольных штучек.

- Каких еще штучек, Кать? Что ты от меня хочешь вообще, когда ты сама себя не поймешь.

- Слава, ну я же не разбираюсь! Ты что мне не можешь посоветовать? Я хочу, чтоб на ней что-нибудь нарисовали….

- Портрет твой. Чтоб все видели, кто едет. – Парень усмехнулся.

- Очень смешно!

Слава закатил глаза, горестно вздохнув и всем своим видом демонстрируя, что делает ей большое-пребольшое одолжение, шагнул к машине.

- Пойдем, посмотрим.

Катя торопливо засеменила за ним, приноравливаясь к его шагам.

- Можно? – Слава взялся рукой за ручку водительской двери.

- Ну конечно! – Катя обошла машину и уселась на переднее сиденье.

Кажется, она нашла у парня слабое место – машина! Какой мужик не поддастся на такую уловку? Тем более тот, кто каждый день должен иметь с автомобилями дело и не имеет свой.

Слава тем временем восхищенно погладил кожаный руль.

- Хороший аппарат. Кать, погоди пока, не порть машину всеми этими женскими штучками типа руля в цветочек или вонючки-елочки. Приезжай ко мне в сервис, я тебе помогу выбрать дезодорант. И аэрографию я тебе пока не посоветую делать. Говорю же ее ближайший год вообще трогать не нужно. Там посмотрим. А вот музыку можно поменять – слабовато качает. Воткнуть саб во весь багажник, чтоб машина подпрыгивала, хочешь? Колеса еще… у тебя «литье»?

- Что?

Слава вздохнул, открыл дверь и посмотрел на колеса машины.

- Нет, не литье. Можно поставить тебе низкопрофильную резину на литье, будешь модная-премодная. Ну, там, обвес, если тебя интересует, датчики всякие, света, дождя…. Приезжай, посмотрим. – Он задумался на мгновенье и добавил. - Хорошая машина…. А еще говорят, что французы не умеют делать автомобили.

Слава включил зажигание, прислушался к шуму двигателя, нажал на педаль газа.

- Хочешь попробовать? – Катя мило улыбалась. – За рулем. Сам.

- На пару опоздаем. – Парень посмотрел на часы, кинул мимолетный взгляд на крыльцо. Зои еще не было, а соблазн прокатиться был. Да еще какой! Слава был одержим мечтой иметь собственный автомобиль, и осознание, что до исполнения его мечты пройдет еще не один год, часто повергало его в уныние. – Да и черт с ней, скажу, что дочка Валерия Сергеевича взяла меня в плен, и я еле вырвался. Как думаешь, прокатит? Тебе-то за это явно ничего не будет.

- Конечно. Я подтвержу.

- Тогда поехали? – Он подмигнул ей, выезжая со стоянки у института. – Ну что? Куда путь держим?

- Куда хочешь. Права-то у тебя есть?

- Обижаете, Катерина Валерьевна. Разве я позволил бы себе сесть за руль Вашего автомобиля, да еще и с Вами на соседнем сидении не имея прав?

- Кто тебя знает. Тебя остановят, так ты спокойненько пойдешь себе дальше пешком, а меня накажут.

В этот момент зазвонил его телефон. Слава ответил на звонок совершенно спокойным голосом.

- Да, малыш…. Нет, я приду к следующей паре…. Занят…. Потом расскажу…. И я тебя.

Он убрал телефон в карман.

- Зоя звонила? – Катя не сдержалась.

- Зоя.

- Правда, что вы собираетесь пожениться в скором времени?

- Правда. Не знаю, конечно, насколько скоро все это произойдет, скорее всего мы сначала закончим учебу, а потом, да, мы поженимся. А что?

- Ничего. Просто интересно. – Катя, незаметно улыбнувшись, подумала, что это очень хорошая новость. Оказывается, свадьба их еще вилами по воде писана, а она-то подумала, что Зоя уже платье покупает, да приданое вышивает. – Вы еще так молоды и уже женитесь. Не рано?

- Сейчас может быть и рано, а после учебы…. Да какой смысл тянуть, если я кроме Зои не вижу на месте моей будущей жены никого. Ну что, посмотрим, на что способна твоя машина?

- Это как?

- Сейчас увидишь. – Они уже выехали на объездную дорогу, и на ней к счастью было совсем мало машин.

Слава надавил на педаль акселератора, и машина рванула вперед.

- Нормально разгоняется, да? – Он, задорно улыбнувшись на секунду, повернулся к напуганной девушке, которая инстинктивно уперлась в пол правой ногой. – Пуля, а не машина…. А пуля – ду-у-ура!

- Слава потише!

- Не бойся….

Легко сказать – не бойся. Катя вцепилась в ручку двери как будто, случись что, это ей сильно поможет и расширившимися от страха глазами наблюдала, как ловко Слава маневрирует на дороге, обгоняя другие машины и иногда выскакивая на встречную полосу. В тот момент она напряженно думала – стоит ли ее спор разбитой машинки, и не зря ли она посадила за руль своей крошки этого отмороженного гонщика. К счастью Слава скоро сбросил скорость и, повернувшись к ней, заявил, что на такой машине гораздо приятнее ездить не спеша.

Прокатались они всю пару и к крыльцу института подъехали как раз на перемене. На крыльце стояла Зоя и с каменным лицом наблюдала, как Слава выходит из машины и передает Кате ключи. Катя тихо ликовала. Она с торжествующим видом прошла мимо замершей девушки и не стала оглядываться, чтоб увидеть как Слава виновато улыбаясь, пытается обнять ее и объясниться.

Итак, первый шаг сделан. С того дня Катя всегда здоровалась со Славой при встрече и останавливалась с ним поболтать, игнорируя враждебно смотревшую на нее Зою. Она вспомнила все женские уловки, и разговор с ним строила таким образом, что он вращался исключительно вокруг его персоны.

Теперь девушка действовала осторожнее – ведь агрессивно-сексуальные жесты Слава проигнорировал. Теперь она лишь изредка как будто случайно проводила язычком по своим губкам, или вдруг откинув назад голову, устало потирала ладонью свою шею. Или склонялась над партой, пытаясь дотянуться до какой-либо ненужной ей вещи, при этом соблазнительно по-кошачьи выгнув спинку. Катя знала, что Слава все это видит, замечает. Она была в этом абсолютно уверена. Однако усердно сохранял невозмутимое выражение лица, и если удавалось перехватить его взгляд, он был полон равнодушия.

Нужно было переходить к радикальным мерам. Самостоятельно Слава видимо раскачиваться не собирался. Значит нужно было спровоцировать ситуацию, которая бы их могла сблизить.

На Катино счастье, ничего придумывать не пришлось.

Тем временем незаметно подкрался май, и в воздухе явственно пахло приближающимися каникулами. В здании института была обычная весенняя суета – студенты сдавали долги: контрольные, лабораторные, курсовые. Некоторые преподаватели уже назначали досрочные сдачи зачетов. Катя из надежных источников узнала, что у Зои были небольшие проблемы с одним из преподавателей. Вернее с одной. Вернее большие проблемы. Зинаиду Геннадьевну боялся весь курс. Она была несговорчивой, требовательной и не всегда объективной. И больше всего на свете женщина не терпела студентов, отстаивающих свою точку зрения, идущую вразрез с ее мнением. И вот Зоя, каким-то образом умудрилась попасть к ней в немилость. Ей были обещаны проблемы на зачете и девушка с каждым днем, приближающим сессию, все больше волновалась. Она готовилась к каждому практическому занятию, брала дополнительные задания и доклады, но Зинаиду Геннадьевну это не впечатляло. Она была слишком злопамятной, чтоб простить студентке то, что она позволила себе при всем курсе доказать преподавателю ее неправоту. Теперь она будет свое мнение доказывать на зачете, долго и упорно.

А вот у Кати с ней были прекрасные отношения. Однажды на перемене, девушка нарочито громко заговорила с Таней о приближающемся зачете. Она заметила, как Слава слегка повернулся в ее сторону и прислушивался к ее словам.

- Тань, серьезно, ты не переживай за Зинаиду. Она милая женщина, пугает только больше. Я все улажу, честно. Поговорю с ней, попрошу тебя сильно на зачете не мучить.

- Думаешь, получится?

- Конечно! Все будет хорошо, Тань. Тебя не отчислят, и зачет ты сдашь.

Как Катя и подозревала, в конце занятий к ней подошел Слава и попросил помочь Зое с ее проблемой. И так, чтоб сама Зоя ничего не знала.

- Кать, если ты правда сможешь помочь…. Я в долгу не останусь.

- И что мне за это будет? Ради чего я должна стараться? Может, хоть в кино меня сводишь?

Слава задумался.

- Ну, как хочешь. Пусть твоя Зоя разбирается сама. – Катя развернулась, чтоб уйти.

- Ладно. – Слава поймал ее за локоть. – Кино, так кино.

- Вот и прекрасно.

- Но сначала, зачет, Кать. – Слава смотрел на нее сердито и недоверчиво.

Девушка в ответ согласно покивала и, выдернув локоть из захвата его пальцев, пошла к машине, по дороге отыскивая в сумочке ключи.

- Тебя подвезти? – Уже открывая дверь, спросила она.

- Спасибо, сам доберусь.

Он задумчиво смотрел, как красная машина выезжает со стоянки и хмурился. Если Зоя узнает, какой ценой ей достался зачет, она его не простит. После того, как она увидела их, выходящих из машины, парень полдня ей доказывал, что между ними ничего нет, и он просто не удержался от соблазна прокатиться. Что ему нравится не Катя, а ее автомобиль. Что для него нет никого, лучше Зои и она единственная для него девушка на целом свете. И, кажется, Зоя до сих пор не поверила ему полностью. Нет-нет, да и срывались с ее губ упреки и колкости на счет него и Катерины Лаврентьевой. Лишнего повода для недовольства Зои Слава давать не хотел – его и так раздражало, что он должен был оправдываться за поступок, в котором не видел ничего страшного.

Но с другой стороны, ее ведь могут отчислить. Из-за Зинаиды каждый год отчисляют несколько человек. Значит, правильнее всего будет выбрать наименьшее из зол.

«Хм, - он улыбнулся своим мыслям, - Катя это не наименьшее из зол, это катастрофа мирового масштаба»

Что ж, придется вести ее в кино. Ради любимой девушки чего только не сделаешь. Непонятно только, чего она сама хотела этим добиться. Ведь он вполне очевидно дал понять, что она ему не нравится и пополнять список ее поклонников своей персоной он вовсе не намерен.

- Чего это ты улыбаешься? – Рядом раздался знакомый рассерженный голос.

- Настроение хорошее. – Слава закинул руку Зое на плечо и, притянув девушку к себе, чмокнул ее в лоб.

- Это она тебе его подняла? – Зоя нервно кивнула головой в сторону уже вырулившей со стоянки Катиной машины.

- С чего вдруг она? Зоя, не начинай!

- Я не начинаю. Я просто констатирую факт – ей от тебя что-то нужно и я примерно себе представляю что.

Парень задумался о том, что в этот раз Зоя ошибается и это ему нужно кое-что от Лаврентьевой, а не наоборот.

- Что молчишь? – Зоя не отступал. – Нечего сказать?

- Зоя, - он, повернувшись, взял ее лицо в свои ладони, - прекрати себя накручивать. Она мне совершенно не нравится, понимаешь? Потому что я люблю только тебя, ты же это знаешь. Или нет?

- Нет. – Девушка надула губки и отвела в сторону взгляд голубых глаз.

- Прекрати. – Он заставил ее смотреть ему в глаза и с напором продолжил. – Я люблю тебя. Мне больше вообще никто не интересен, кроме тебя и давай эту тему закроем.

- Слава, - девушка, повиснув на его руке, заставила убрать ее от своего лица, - тогда почему после той поездки на ее машине вы стали так часто общаться. За минувшие три года вы и пяти слов друг другу не сказали, даже не здоровались, а тут….

- Ты прекрасно понимаешь, что не я провоцирую это общение, а она. – Парень начинал нервничать. – Что я, по-твоему, должен делать в этой ситуации? Бежать от нее как от огня, что ли? Чтоб моя Зоя не переживала. Ты что, предлагаешь мне ей хамить всякий раз как она решит поздороваться?

- Поздороваться, поинтересоваться как дела, попросить отметить ее на лекции, на которую она не собирается идти, попросить помочь с машиной, оценить ее новую сумочку, дать ей дружеский совет…. Да всего не перечислишь! Почему ты просто не можешь ей сказать прямо, чтоб она к тебе не лезла?

- Потому что я мужчина, Зоя! – Слава завелся. – Я не могу грубить девушке без видимых причин. Не понимаю, чего ты от меня требуешь. Мне что теперь ни с кем кроме тебя общаться нельзя?

- Только с ней! Слава ты что не понимаешь, она ведь липнет на тебя. Я давно заметила….

- Да и плевать, понимаешь? Мне все равно, что ей нужно, я же не дурак и не слепой, но мне безразлично все, что с ней связано, и я не понимаю, почему мы ссоримся…. Иди сюда, - он притянул Зою ближе к себе и крепко прижал ее к своему телу, - давай ты не будешь меня воспитывать, ладно? Я обещаю, все будет хорошо.

Глава 4

Итак, полдела сделано – свидание назначено. Теперь нужно решить Зоины проблемы с Зинаидой и все - финишная прямая к выигрышу в споре. Катя и не собиралась крутить со Славой романы, нужно было всего-то – пара фоток, что они действительно были вместе в одной кровати и все. Дальше она скажет девчонкам, что он ей не подходит, не понравился... да она что-нибудь обязательно придумает. И все. А Славино мнение в этой ситуации ее вообще мало волновало. Правда, для него у нее тоже был припасен маленький сюрприз, чтоб больше не возносился так высоко.

Вообще идея, как выиграть спор в краткие сроки и с наименьшими затратами возникла в Катиной смышленой головке не так давно. Сначала она действительно хотела, чтоб все было по-честному. Но заподозрив, что по-честному дело может затянуться на неопределенное время, девушка придумала другой план. Сначала подобные мысли ее удивили и напугали. А еще Катя не очень-то любила сомневаться в себе. Вот только ее уверенность разбивалась о Славину холодность всякий раз, когда она пыталась его очаровать. Ничто не помогало – ни ее призывные взгляды, ни откровенные жесты, в которых был настолько явный намек, что соседние парни, которые случайно замечали их, чуть ли не слюнки на нее пускали, а ему хоть бы что!

Играть на ревности Катя не решилась – не дай Бог придется отваживать еще одного ненужного кавалера! Вова только-только перестал писать ей на сотовый проникновенные смс. Да и какое-то внутреннее чутье, которого она слушалась не часто, говорило ей, что со Славой это не прокатит.

Она даже попыталась предложить ему помощь с организацией какой-то творческой деятельности с подшефными первокурсниками, на что парень вежливо отшил ее. А ведь она могла замолвить папе словечко за этот их глупый студактив, они получили бы больше свободы и возможностей. Но и это предложение было вежливо отвергнуто, да еще и приправлено справедливым замечанием, что Катино внимание к его персоне в последнее время пугает его и что одного долгового обязательства перед ней ему пока с лихвой хватит.

В общем, он сам подтолкнул ее к подобному решению, ну нет у нее времени - скоро летние каникулы, необходимо уложиться до сессии.

Успокоив себя подобными аргументами, Катя взялась за воплощение своего замысла в жизнь.

Зинаида Геннадьевна ее надежды оправдала. Девушка потратила около часа своей личной жизни и некоторую сумму денег на то, чтоб посидеть с ней на кафедре, попить чаю с принесенными конфетами, да рассказать о сложной жизни студентов на сессии. А конкретно о Зое, которая и хотела бы свои слова назад забрать, да не знает теперь каким образом. В общем, женщина раздобрилась и заверила Катерину, что Зое бояться нечего, пусть только приготовиться хорошо – специально валить ее на зачете она не будет. И было бы неплохо, если бы она еще и извинилась перед ней. Все это довольная Катя передала Славе.

Наблюдая, как лицо парня светлеет от радости и явного облегчения, выслушивая его благодарности и заверения в том, что он теперь ее вечный должник, Катя испытывала смешанные чувства. С одной стороны она злорадствовала – ведь Слава еще не знает, что она для него приготовила. А с другой…. Она чувствовала горечь. Ей было обидно, что он так заботиться о своей девушке. Что на свидание с ней, Катей он согласился только ради Зои, а не потому, что она ему нравится. Ей было немного грустно – неужели Славка действительно любит Зою? Эти мысли всколыхнули в душе ее снова обиду и злость.

Единственный минус придуманного Катей плана действий в том, что условия спора можно будет выполнить лишь наполовину. И Зоя, как и мечтает, выйдет за него замуж. Но с другой стороны - пусть женятся, раз так хочется. Все равно они не пара, как бы ни пытались убедить в этом окружающих.

Зачет тем временем приближался. Преподаватель собиралась в какую-то важную поездку, поэтому его назначили гораздо раньше зачетной недели. Неофициально, так сказать. В зачетные книжки он должен был быть проставлен гораздо позже. По мере приближения «часа Х» Зоя заметно бледнела. Слава же наоборот излучал уверенность. И часто Катя видела, как он прижимал девушку к себе и, нежно поглаживая по спине, что-то шептал в ее ушко. Зоя отрицательно кивала в ответ головой и кривилась. На что Слава с удвоенной энергией принимался в чем-то ее убеждать. Катя догадывалась, о чем они говорят, и в такие моменты ей хотелось преподнести Зое сюрприз и побеседовать с Зинаидой еще раз. И плевать на спор, только бы она получила все, что заслужила.

Чем Зоя заслужила Катину немилость девушка, спроси ее, вряд ли ответила бы. Однако заветный день неизбежно приближался и ни Катя, ни Зоя и ни Слава не могли этого отменить.

Катя немного волновалась – не забылась ли Зинаида, не подведет ли ее вредная тетка, но все прошло без сучка, без задоринки. Только Татьяна все же попал под раздачу, поскольку о ней-то Катерина условится с преподавателем, постеснялась. То есть попросту забыла, а потом оправдала себя тем, что договор за двух девушек это же наглость и перебор. Так что повезло только Зое. А Татьяна и сама справилась. Ну и что, что ей пришлось выслушать о себе много «лестных» определений от преподавателя. Ничего страшного с Таней не случилось.

- Нет, Кать, я не понимаю…. – Девушка смотрела на нее, с видом совершенно искреннего удивления, - чего это она меня гоняла по всем вопросам? Ты же с ней договорилась. Вот ведь вредная тетка, да? Вообще….

Девушка цокнула и закатила глаза, скептически покачав головой.

Катя в который раз улыбнулась над манерой подруги выражать свои эмоции и пошла домой. Искать Славу, чтоб договориться с ним о дне и времени похода в кино она не станет – он сам ее найдет.

Слава и правда позвонил ей чуть позже (уж где он раздобыл ее номер девушку волновало меньше всего) и предложил встретиться вечером в кинотеатре у касс. Катерина уточнила, на какой фильм они пойдут, на что услышала, что это сюрприз.

Собравшись так, чтоб очаровать парня и слегка опоздав, как положено приличной девушке, Катя прибыла в кинотеатр. У касс Славки не было, только болтался какой-то странный тип. Девушка не видела его лица – он стоял к ней спиной, и в принципе сначала даже не обратила на него внимания. Но приближаясь к месту встречи, видя, что ей не избежать этого неприятного соседства, она позволила себе рассмотреть его внимательнее.

Это был неряшливо одетый человек, со спины его возраст определялся с трудом, но судя по всему, он был молод. На нем были мешковатые джинсы непонятного цвета, сползшие на бедра и отвратительно висевшие на заднице и темная толстовка с капюшоном, который в данным момент был натянут на голову. Очевидно, это был очередной ненормальный представитель, какого бы то ни было молодежного течения.

Вот теперь из-за этого негодяя Славы, который позволяет себе опоздать на встречу с девушкой больше чем сама девушка себе позволила опоздать, ей придется стоять здесь в компании сомнительных личностей. Катя начинала сердиться.

Она дошла до касс и остановилась на безопасном расстоянии от неприятного соседства. На парня она старалась не смотреть, дабы не привлекать его внимания – кто знает, что на уме у этих отморозков. Время позднее, она пока здесь одна…. Наверное, не стоит провоцировать конфликты. Девушка смотреть старалась в другую сторону, в сторону эскалаторов, ожидая запаздывающего Вячеслава, и тут кто-то прямо в ухо выдохнул ей:

- Бу!

- О, Господи! – Катя взвизгнула, прижав руку к груди, повернулась и вздрогнула.

Прямо перед ней стоял беспокоивший ее все это время тип, в котором не без труда Катерина опознала Славу. Девушка задохнулась от возмущения, она была немного шокирована, оглядывая его наряд – рваные мешковатые джинсы, толстовку из непонятного материала, цепочку, болтающуюся на ремне, под капюшоном на голове виднелась странная шапочка, больше похожая на тюбетейку.

- Ты…. Ты какого черта так вырядился? Как мне теперь вообще рядом с тобой находиться, ты посмотри на себя!

- По домам пойдем?

- Ну, уж нет. – Катя закрыла глаза и, сделав глубокий вдох, постаралась успокоиться.

«Главное результат – твердила она себе, - и наплевать, как он одет!»

Она открыла глаза и улыбнулась парню.

- Так по какой причине в таком виде? – Раз уж он позволил себе так вырядиться, пусть хоть объясниться.

- Да я тут недалеко был. На тренировке, можно сказать. Не успел переодеться.

- Баскетбол?

- Брейк данс.

- Ух, ты! – Катя, как выяснилось, знала о его увлечениях меньше, чем ей казалось. – Правда? Как ты все успеваешь?

- Приходится. – Слава равнодушно пожал плечами.

- Тебе что одного вида спорта мало?

- Кать, баскетбол, это для стипендии, ну и еще для разных бонусов в институте. Тебе этого не понять, тебе не нужно бояться, что тебя отчислят, и ты отправишься в армию, сапоги топтать. А брейк, это для души, ну и…. – парень замялся, не зная продолжать ли.

- Что? Договаривай.

- Для дополнительного заработка, Кать. Мы с ребятами иногда выступаем на свадьбах…. В общем, вряд ли тебе это интересно.

- Очень интересно. Покажешь?

- Не вопрос. – Слава отошел от девушки на несколько шагов, освобождая себе место и, пока Катя недоумевала – неужели он решил продемонстрировать ей свои умения прямо здесь, в этом заполненном людьми торговом центре, проделал пару оборотов в воздухе, а после принял позу, опираясь на одну руку. И все это так быстро, что Катя и понять-то ничего не успела кроме двух вещей – во-первых, он решил окончательно опозориться и ее заодно опозорить, а во-вторых, он потрясающе владел своим телом и Зое несказанно повезло. Последнюю мысль Катя немедленно прогнала из своей головы подальше.

- Слава, - она поспешила к нему, - а ну быстро встань на ноги, ты что творишь? На нас же люди смотрят. Я имела в виду, что хотела бы посмотреть на это позже. В другое время и в другой обстановке….

- Людям нравится то, что я творю. Возьми шапку, пройдись по кругу.

- Сейчас! Не хватало, чтоб я побиралась!

Слава молча кувыркнулся, принимая нормальное положение и смерив ее презрительным взглядом произнес:

- Не всем, Катерина Валерьевна, папы жизнь обеспечивают. Кому-то приходиться самому напрягаться.

- Ладно, Слав, извини, - Катя захлопала ресницами с видом абсолютного раскаяния и сожаления. – Я не хотела тебя обидеть, просто слово не то выбрала, правда.

- О`кей, проехали.

- Ну что, идем? – Она взяла его под руку и потянула в сторону кинотеатра.

- Ну, пошли. – Он помахал перед ее глазами билетами. – Надеюсь, фильм тебе понравится. Слушай, Кать, - он вдруг остановился и повернулся к ней, - зачем тебе это все, а?

- Что все? – Девушка прикинулась, что не понимает о чем он.

- Ну, вот эти походы в кино, со мной…. Ты же знаешь, у меня девушка, я ее люблю….

- Да знаю я про твою девушку, но Слава, ты пойми, почему я должна что-то делать для нее просто так? А что я должна была у тебя попросить? Деньги? Я пока не нуждаюсь в этом. Вот и придумала единственный приемлемый для себя вариант. Только и всего.

- Ладно, принято. Пойдем, а то опоздаем.

Фильм, который выбрал Слава и правда оказался сюрпризом. Правда, совершенно неприятным. Это была какая-то серьезная драма с налетом психологизма и претензией на неординарный и лихо закрученный сюжет. Катя после того как час пялилась в экран и почти ничего не поняла, не увлеклась, не заинтересовалась, начала зевать и отвлекать от просмотра Славу. А тот как назло увлекся не на шутку. Еще и комментировал по ходу, думая, что ей так же интересно.

Ужасный фильм! Неужели нельзя было выбрать романтическую комедию, мелодраму… что-то подобное?

- Слава, - наконец не выдержала девушка, - ты, что не мог выбрать кино поинтереснее?

- Мог. Но не захотел. Иногда нужно смотреть умные фильмы, Катя.

- Я сама знаю, что мне нужно.

- Тогда шла бы одна, на тот фильм, который выбрала. – Он вернулся к просмотру, демонстрируя, что разговор окончен.

Кате пришлось смириться и попытаться все-таки вникнуть в сюжет. Что впрочем, ей так и не удалось. Слава же от просмотра был в восторге. Катя все оставшееся время просидела молча, не реагируя на редкие реплики парня, обращенные к ней.

Она попыталась провести это время с пользой для себя и нежно погладив Славину ладонь, она переплела его пальцы со своими, но рука парня в тот же миг освободилась из ее цепких пальчиков и исчезла в кармане. Непробиваемый!

Наконец Катины мучения закончились, на экране появились финальные титры и в зале включился свет.

- Понравилось? – Слава явно дразнил ее. Он умел быть совершенно невыносимым. Катя молчала и думала о том, как этот смельчак запоет в скором будущем. Если ей захочется, он будет плясать под ее дудку, как миленький.

Не видя реакции со стороны девушки, Слава вдруг стал серьезным и предложил Кате сходить в какой-нибудь бар.

- Ты на самом деле здорово помогла Зое, Зинаида ее вообще не гоняла, ни одного дополнительного вопроса, а я не чувствую, что отблагодарил тебя за это. Пойдем, выпьем по пиву?

Катя равнодушно пожала плечами, в душе же она ликовала. Она голову сломала над вопросом – как уговорить его пойти куда-нибудь выпить, а он сам ей предложил!

- Твоя Зоя тебя не потеряет?

- Я что, невинность, чтоб меня терять?

- Очень смешно. Пойдем тогда, я на машине.

- Будешь пьянствовать за рулем?

- Я немножко. – Катя достала ключи и открыла машину. – Садись.

- Я на заднее сидение, я с неопытными девушками езжу только сзади, уж извини.

Слава на самом деле уселся на заднее сидение и оттуда всю дорогу комментировал Катины водительские способности. Отчего девушка нервничала, злилась, нарушала правила и совершенно терялась.

С горем пополам припарковавшись у бара она, повернувшись, заявила:

- Знаешь что, домой пешком пойдешь!

- Ну, вот еще. Ты меня сюда привезла, ты и увезешь. Пошли уже, а то маленьким девочкам скоро перестанут алкоголь продавать. – Слава вышел из машины, аккуратно захлопнув дверцу.

- Ты что будешь? – Спросил он, когда они подошли к барной стойке.

Катя выбрала какой-то слабоалкогольный коктейль, Слава попросил себе крепкого пива. Наблюдая как парень неторопливо потягивает напиток, Катя думала о том, когда же ему наконец приспичит отлучиться в туалет. Но Слава принялся расписывать ей сюжет фильма, пытаясь убедить, что он на самом деле был не так уж плох, как ей показалось. Катя с умным видом кивала головой, изображая искренний интерес, незаметно поглядывая на часы. Наконец, на середине второго бокала Слава, наконец, извинившись, отошел.

Воровато оглядываясь, Катя достала из кармана склянку с белым порошком и незаметно насыпала ее содержимое в бокал парня. Препарат тут же растворился и когда Слава вернулся, он ничего не заметил.

- Ну что, допивай да поедем, мне домой пора.

- Едь, я сам доберусь.

- Ну, уж нет! С тобой что-нибудь случится по дороге, а мне потом оправдывайся перед Зоей. Давай, пей.

Катя поднесла свой бокал, из которого она отпила всего половину коктейля, к его.

- Чтоб все были здоровы, - произнесла она известную фразу из старого фильма.

- Прекрасный тост, - поддержал ее Славка.

Он залпом выпил пиво и встал со стула.

- Что-то меня качает…. Странно. - Он тряхнул головой и пошел к выходу. Катя поспешила к нему, взяла под руку и усадила в машину рядом с собой.

- Я хочу назад. – Заплетающимся языком проговорил парень. Он пьянел стремительнее, чем думала Катя. Она захлопнула дверь и села за руль. Завела машину и повезла его к себе. Родителей к счастью не было дома – уехали в гости в соседний городок, к старым своим друзьям, которые недавно туда переехали. Такую возможность для исполнения плана нельзя было потерять.

По дороге домой Слава отключился, и девушке пришлось хлопать его по щекам до красноты, чтоб привести в чувство – поднять на третий этаж безвольное пьяное тело ей самой без посторонней помощи не представлялось возможным. Удивительно, но парень посмотрел вокруг мутными глазами и даже выкарабкался из машины, опираясь на нее. Видимо доза была слабовата и основную роль сыграли два бокала крепкого пойла.

С горем пополам дотащив его до своей квартиры, Катя открыла дверь и, не разуваясь, прошла в свою комнату. Там она уронила Славу на свою кровать и сама рухнула рядом, совершенно без сил.

Немного отдышавшись, Катя вернулась в прихожую, где скинула с себя куртку и туфельки. Прошла на кухню и налила себе стакан воды. Она ничуть не волновалась, просто в горле пересохло. Да и колени слегка дрожали от физического напряжения – тяжеловат парнишка оказался. Затем она вернулась в спальню. Слава лежал в той же позе, в которой она его оставила. Девушка принялась стаскивать с него обувь и одежду, небрежно разбрасывая ее вокруг кровати. Покончив с этим нелегким делом, Катя уложила парня под одеяло и разделась сама. Со своими вещами она поступила точно так же как до этого с предметами Славиного гардероба. Затем вытащила из сумочки фотокамеру и установила ее на одну из полок. Туда, откуда было видно всю кровать. Задав время для того, чтоб камера сделала снимок, Катя улеглась рядом со спящим парнем и приняла недвусмысленную позу. Проверив снимок, девушка осталась довольна.

Она сделала несколько таких снимков, с разного ракурса и в разных позах. Разных настолько, насколько ей позволяла менять положение в кадре пьяная тушка Славы. Нет, он иногда подавал признаки жизни, шевелился и даже пытался, опираясь на локти, сползти с кровати и уйти домой, что делало фото наиболее правдоподобными.

После она накинула на себя легкий халатик, спрятала камеру, предварительно вынув из нее флешку со снимками, и прошла на кухню, где достав из холодильника бутылку вина, сама с собой отпраздновала свою грядущую победу.

Глава 5

Утром Слава проснулся с дикой головной болью. Не открывая глаз, он попытался восстановить в памяти события вчерашнего вечера. Он помнил кино, помнил бар, помнил…. Нет, после бара он уже ничего не помнил – там его воспоминания обрывались.

Парень открыл глаза, щурясь, осмотрелся – он был не дома. И не у Зои. Куда ж его занесло вчера? При попытке вспомнить хоть что-то, голова отозвалась пульсирующей болью.

Постепенно приходя в себя, Слава осмотрелся вокруг еще внимательнее. Когда стены комнаты перестали раскачиваться, а все вокруг приобрело более-менее четкие очертания, он заметил - прямо по курсу, перед его глазами висел на спинке стула красивый кружевной лифчик. Судя по всему, вчера небрежно отброшенный в сторону. За ним здесь и там беспорядочно валялись его вещи вперемешку с явно женскими предметами гардероба. Парень откинул одеяло, собираясь вскочить с кровати, и заметил, что он лежит без белья. В этот момент дверь открылась, и Слава поспешно принял прежнее положение, укрывшись одеялом.

- Вот черт! Только не ты! – Он ошалело смотрел, как в комнату входит Екатерина Лаврентьева в одной лишь майке, едва-едва прикрывающей ее ягодицы. Кстати, знакомая майка…. Совсем как у него…. Твою мать! Это ведь его майка!

Он в постели Кати, голый и она стоит рядом в его майке! Вывод напрашивался только один – он, кажется, умудрился переспать с ректорской дочкой, вот идиот!

- В смысле, только не я? А кого ты думал здесь сегодня встретить?

- Как я сюда попал?

- Ты что ничего не помнишь? – Слава отрицательно покачал головой. - Вчера в баре ты начал с пива. Потом плавно перешел на виски и надрался в стельку. А я думала, что ты умеешь пить. В принципе, я думала, что ты и сексом заниматься умеешь, жаль, ошиблась.

- Ты уверена, что секс вчера у тебя был именно со мной? Вернее, что он вообще был?

- Конечно! – Катя нагло встретила его дерзкий взгляд. Не опустила глаз, не смутилась – она врала беззастенчиво и с упоением, стараясь уязвить его самолюбие безотказным способом – унизив его как любовника. Но Слава только усмехнулся в ответ.

- Чего-то не верится. Врешь ты все, Катька. Не было у нас ничего, иначе ты бы так не говорила.

- Веришь ты мне или нет – это твое дело, - Катя не собиралась просто так сдаваться, - но я знаю правду, и она в том, что ты сегодня облажался по полной программе.

- Облажался я, когда с тобой в тот бар поперся. Когда порог твоей берлоги перешагнул. Дальше я уж не знаю, что там между нами было и было ли вообще, только не надейся, что что-то изменится с этого дня. Ты мне все так же не интересна и я, как и раньше не хочу с тобой иметь никаких отношений, слышишь? Совсем никаких. Я, слава Богу, ничего не помню, и ты забудь.

Катя уже открыла рот, чтоб возмутиться на столь дерзкие речи этого самовлюбленного нахала, но Слава жестом остановил поток ее несостоявшегося красноречия и продолжил.

- В общем, так, никто не должен об этом знать. Особенно Зоя. Если пойдут сплетни по институту, ты об этом пожалеешь, поняла?

- Да что ты мне сделаешь?

- Узнаешь. – Слава откинул одеяло, собираясь, наконец, одеться и свалить отсюда.

Катя покраснела и отвела взгляд.

- Ты меня конечно до конца не убедила, что между нами что-то было, - продолжал он, натягивая белье и джинсы, - может просто нафантазировала или приснилось тебе. Но я не хочу, чтоб Зоя переживала. Майку мою отдашь?

- Отдам. - Она вышла из спальни, и через пару минут вернулась в своем халатике, держа майку в вытянутой руке. – На, забирай.

Майка полетела Славе в лицо, но была поймана быстрым движением руки, не долетев до него.

- Убирайся вон. – Катя скрестила руки на груди и отвернулась к нему спиной. Кажется, она планировала все немного по-другому. И уж точно не ожидала, что парень еще и попытается ее оскорбить – было слегка обидно и неприятно. На грани понимания мелькнула мысль о том, надо ли ей было впутываться в эту авантюру, но быстро пропала. Дело сделано и назад уже ничего не повернешь. А в таком случае, зачем жалеть? Теперь остается только идти до конца.

- С превеликим удовольствием. – Слава ушел, осторожно прикрыв за собой дверь.

Девушка стояла у окна и смотрела, как он уходит, чувствуя, как на смену былому равнодушию к нему приходит чувство испепеляющей ненависти. Как он вел себя утром, после пробуждения! Катя не могла толком понять, чего она от него ждала, но не того, что он просто посмеется над ней и уйдет. И самое обидное, что ничего ведь между ними не было. Катя стягивала с него белье, стараясь случайно не заглянуть под одеяло, хотя нужно признать – любопытство ее тогда разыгралось не на шутку, и она уже потянула край, когда Слава шевельнулся во сне. Девушка в тот же миг напугано сбежала в соседнюю комнату и до утра была там, а не с ним.

Это уже утром она надела его майку, чтоб продефелировать перед ним в таком виде, чтоб и сомнений у него не осталось.

И в итоге за секс, которого не было, она получила от него волну презрения и насмешки. И назад уже не повернуть, слов обратно не забрать. А он ведь даже не поверил до конца в то, что изменил Зое.

Катя распечатала на принтере фотографии и спрятала их в ящичке письменного стола, где им и предстояло пробыть до понедельника. А в понедельник она продемонстрирует девчонкам доказательства того, что ей удалось охмурить Славу. Конечно, можно было и не дожидаться понедельника, но Юля все выходные была чем-то (или кем-то) ужасно занята, а Катя не хотела потом повторяться и рассказывать подругам историю Славиного грехопадения дважды.

* * *

В понедельник, прогуляв первую лекцию, девушка явилась в институт. Еще не настала перемена, и она поспешила в кафе, в котором они с подружками обычно собирались, когда пропускали пары. Катя надеялась, застать девчонок здесь распивающими кофе. Но столик, за которым они обычно сидели, был пуст. Зато за соседним сидели Зоя с Димой…. Вдвоем.

Катя кивнула ребятам и, заказав себе чашку кофе, присела за их столик.

- Привет! – Девушка открыто улыбнулась, помешивая напиток в чашке. – А вы что, прогуливаете?

- А вы? – Дима повернулся к ней, Зоя молча отвернулась.

- И мы. – Катя кивнула с видом полного раскаяния. – А вы чего вдвоем? Неужели Слава пошел на лекцию один, оставив вас наедине?

- Что за намеки, Кать? – Не выдержала Зоя. – И какое тебе дело, вдвоем мы здесь сидим или втроем? Пришел Слава в институт или прогулял….

Так-с, значит, Слава решил сегодня пропустить учебу. Катя задумалась о том, что снова все складывается в ее пользу – она слегка волновалась за угрозы парня. Непонятно конечно, чем он сможет ей навредить, но вдруг сможет. Хотя ужасно хотелось достать из сумочки фото и сунуть их Зое под нос, а потом посмотреть на ее реакцию.

- Зоя, дорогая, что за тон? – Катя ехидно улыбнулась. – Я всего лишь поинтересовалась как дела.

- Какая тебе разница, как наши дела? – Зоя даже не пыталась скрыть свою неприязнь, тогда как Катя продолжала разыгрывать искреннее добродушие и интерес.

- Девочки! – В их разговор встрял Дима. – Не ссорьтесь, я вас умоляю. Я тут сижу между вами, знаете, как страшно попасть в эпицентр женской драки?

- Не будет драки, Димочка, - Катерина послала парню свой самый пронзительный взгляд и самую милую улыбку, - не переживай. К тому же мне уже пора. А тебе… - она снова мило улыбнулась Зое, - …не советую так сильно нервничать по пустякам – морщины появятся раньше времени.

Не дожидаясь ответа, тем самым ставя точку в их разговоре, Катя встала со стула и ушла.

Едва прозвенел звонок на большую перемену, она поспешила в аудиторию. Ее подруги в неизменном составе были там. Сидели на последней парте и как всегда что-то обсуждали. Катя подошла к ним, и не говоря ни слова, бросила на парту стопку фотографий.

- Ну вот, я же говорила. Если я чего-то захочу, я это получаю. – Девушка села рядом с подругами.

Она наблюдала, как девчонки, перебивая друг друга, торопливо рассматривали снимки, вырывая каждый друг у дружки из рук.

- Девчонки, осторожнее, - Катя заметила, что некоторые студенты стали обращать на них внимание, заинтересованные комментариями подруг и их смехом, - не нужно, чтоб кто-то это видел.

Катя собрала фото и сунула их между страницами своей тетради.

- Так как тебе это удалось, Кать? – Тома смотрела на нее неверящими глазами, а Юля молча о чем-то думала. Таня в этот момент потихоньку придвинула к себе Катину тетрадь и, шифруясь, рассматривала снимки еще раз.

- Без особых усилий, Том. – Катя сморщилась, вспомнив, как вела чуть живого парня по лестнице на третий этаж, и как он постоянно порывался присесть на ступеньку и уснуть.

- И что дальше? Зое их покажешь?

- Неет! – Катя замотала головой, вспомнив предупреждение Славы. Он был более чем убедителен, советуя ей сохранить произошедшее в секрете. Мало ли что, а им еще два года учиться вместе.

- А что так? Для чего тогда все это было нужно?

- Юль, я передумала. Если их свадьба и расстроиться, я не хочу принимать в этом участие. И вообще, больше с ним подобных дел иметь не хочу. Разочаровал он меня. Ну… ты поняла чем.

- Чего?! – Вскрикнула Татьяна. – Чем это он тебя интересно разочаровал? Что-то не верится.

- В то, что я смогу его соблазнить вам тоже не верилось.

- Кстати, а где он сейчас-то?

- Дома, наверное, - равнодушно пожала плечами Катерина, - душевные раны залечивает. Я ж ему сказала, что он из себя представляет. Думаю, сегодня он не придет в институт.

Однако вопреки ее надеждам, Слава все-таки явился. Вошел ленивой походкой в аудиторию и, остановившись у преподавательской кафедры, пару раз хлопнул в ладони и позвал:

- Третий курс, а ну-ка замолчали все! Прошу тишины!

Ребята с удивлением посмотрели на него, недоумевая, что ему вдруг понадобилось, а Катя почему-то испытала странное чувство страха, которое липким холодом разлилось в ее животе. Она незаметно подвинулась за сидящую перед ней одногруппницу так, чтоб ей было не видно Славу, а, следовательно, ему было не видно ее.

С каких пор она его боится? Это ведь он должен сейчас бояться, что она все расскажет.

Когда в аудитории воцарилась тишина, Слава невозмутимо выдал:

- Слушайте, друзья мои, а в институте пожар, вы как хотите, а я сваливаю!

- В смысле, пожар? А три звонка? – Послышались голоса.

В ту же секунду раздались три громких звонка. Слава молча поднял вверх указательный палец, лукаво изогнув бровь.

Студенты вскочили со своих мест, а парень, едва сдерживая улыбку, пытался пояснять перепуганным соученикам расположение запасных выходов. Он жестикулировал как стюардесса в фильме «Вид сверху лучше» и обаятельно улыбался. Заметив в толпе, несущихся мимо студентов Зою, он, ухватив ее за плечо, дернул на себя и крепко обнял девушку за талию.

- Ребята, ведем себя дисциплинированно, что вы как стадо? Запасные выходы расположены там, там, там и там…. – Продолжал он пытаться организовать эвакуацию.

Когда аудитория опустела, Зоя подняла на него глаза и спросила:

- А мы что спасаться от огня не будем? Мне кажется или уже дымом пахнет?

- Нет, не кажется – дымом на самом деле пахнет. Интересно, что и где подожгли для пущей убедительности. – Парень усмехнулся и пояснил. - Это учебная тревога. Я мимо дежурного проходил, подслушал…. Пусть наш курс будет самым быстрым при организованной эвакуации, там проверка какая-то.

- А мы? Нас не касается?

- А мы не ищем легких путей. – Он подмигнул оторопевшей девушке и потянул ее за руку к выходу из аудитории, к лестнице на чердак.

- Гляди, что я позаимствовал на время у дежурного, - он показал Зое ключ, - это от чердака. Они там сейчас будут толпиться на улице минут двадцать…. У нас есть целых двадцать минут! Пошли скорее.

- Да почему на чердак-то, Слав? – Зоя шла за ним неохотно.

- Вот и я подумал, что лучше конечно, заняться этим замечательным процессом на кафедре, на столе Зинаиды Геннадьевны, но если вдруг нас застукают, тебя отчислят, так что извини, пойдем на чердак. – Он уже открывал небольшую дверь.

Зоя хохотнула, видимо представив себе то, о чем говорил ей парень, но за ним не пошла.

- Слава, я не согласна заниматься с тобой сексом в институте, на чердаке, во время учебной эвакуации. Ты за кого меня держишь?

- Блин, Зоя! Ну что ты опять начинаешь? Пошли, время ведь теряем.

- Сначала расскажи мне, где тебя носило в ночь между пятницей и субботой?

- Ты издеваешься?! – В голосе Славки были слышны истеричные нотки. – Сколько можно задавать мне этот вопрос? Дома я спал, пьяный. Встретил старого друга, напился…. Пошли уже.

- Не пойду. – Девушка сжимала губы, сдерживая улыбку.

- Пойдешь. – Он дернул ее на себя, и когда девушка оказалась прижатой к его груди, огляделся и скрылся за дверью.

* * *

- Слушайте, девчонки, я, пожалуй, на пару не вернусь. – Катя задумчиво смотрела на обшарпанный фасад здания ВУЗа.

- Да ты что, Кать? Представь, сколько человек не пойдет после этой эвакуации на пару. Да полкурса сейчас разойдутся по домам, а значит, возможна перекличка. Тебе проблем захотелось?

- Танюш, уверяю, у меня на проблемы в институте иммунитет. А ты собери мои тетрадки, ладно. Смотрите, девчонки, только фотки никому не показывайте, слышите? Никому. Вечером увидимся? Сходим куда-нибудь, попляшем?

- Можно. Я как раз свободна сегодня вечером.

- Тома, ты каждый вечер свободна, а не только сегодня вечером.

- Очень смешно, Тань, как будто ты каждый вечер занята.

- Ну, у меня хоть иногда бывает занятый вечерок, а некоторые до сих пор в девках сидят и не стыдно….

- Ты на что намекаешь, Татьяна? На то, что у меня не было парня, который мне при каждом удобном случае зуботычины и оплеухи раздавал?

- Тома….

- Девы, - в их перепалку влезла Юля, - вы чего разошлись? Ну-ка, прекратите!

- Нет, Юль, а чего это она? Я ж просто пошутила. – Таня картинно поднесла к повлажневшим глазам носовой платок. – Тоже мне подруга, напоминать об отношениях, за которые мне до сих пор больно и стыдно, разве можно, а?

- Тань, - Тома потянулась к плачущей подруге, - ну прости меня….

- Ну вы и дуры, девчонки. – Катя улыбнулась, глядя на них, - ну так что на счет вечера? Я как выигравшая спор сторона требую банкета по этому случаю.

- Я не смогу, Кать, - Юля отвела глаза в сторону, - я сегодня занята.

- Жаль. Но ты нас потом познакомишь с тем, кто тебя от подруг отвлекает? Или, просто приходи с ним.

- Не сегодня, Кать. Потом обязательно познакомлю. - Юля торопливо покивала головой и Катя, махнув подругам рукой, пошла к машине.

* * *

Зоя вернулась в аудиторию чуть раньше остальных и одна. Слава после упражнений на чердаке отправился домой. Он так и не рассказал ей подробностей того вечера, когда она чуть с ума не сошла от беспокойства за него. Все его объяснения на счет старого друга больше походили на отмазки, но девушке пришлось сделать вид, что она ему поверила.

Зоя ревновала любимого жутко, но должна была гасить в себе свои чувства. Поскольку знала, что своей ревностью она сможет разрушить свои отношения сама, и он вряд ли будет терпеть ее постоянные наезды – где был, с кем был и что делал? Вот только не всегда она могла сдержаться, а потом жалела и винила себя саму.

Она прекрасно понимала, с кем связывается, понимала, что Славка – это парень, на которого всегда будут вешаться девчонки. Понимала, что он не будет шарахаться от них как от огня. Ей пришлось поверить ему на слово и она поверила. Потому что любила его с того дня как увидела еще на подготовительных курсах перед поступлением. Потому что не верила, что однажды они смогут быть вместе и когда мечта стала явью, появилось еще одно чувство, оказавшееся неожиданно приятным – чувство превосходства перед всеми другими за то, что он все-таки выбрал ее. Его любовь словно сделала ее чем-то лучше, всех остальных.

Зоя никогда не была слишком уверенной в себе. Никогда не считал себя той, кто смог бы привлечь внимание такого парня, как Слава. Она о нем только лишь мечтала, да иногда робко поглядывала на него, чтоб смущенно отвести взгляд в тот момент, когда он на нее смотрел. Перед летними каникулами на первом курсе случилось чудо – Слава наконец заметил ее.

Дело было на последнем экзамене. Когда они дольше всех задержались у кабинета и заходили последними. Слава всегда сдавал экзамены последним, когда в аудитории уже никого не было кроме преподавателя, а Зоя тогда так переволновалась, что не смогла себя заставить войти раньше, все тянула до конца.

Оказавшись вдвоем, они разговорились. Сначала о каких-то вопросах по экзаменационным билетам, потом разговор стал непринужденным и ушел в сторону от темы учебы. В кабинет они вошли вместе и Слава, переговорив о чем-то с преподавателем, пока она готовилась, вдруг положил тому на стол ее зачетную книжку, а после, вернув ее девушке, взял ее под локоть, выбросил наполовину исписанный листок с ответом и потянул к дверям.

- А как же… Слава…. – Зоя обернулась к преподавателю, в тот момент не обращающего на них внимание, а собирающего в портфель свои вещи.

- А экзамен ты уже сдала, поздравляю. – Он подмигнул ей. – Пойдем, закроем сессию, а потом отпразднуем где-нибудь это событие.

С тех пор они не расставались, и Зоя так и не смогла понять, где был тот переломный момент, когда его равнодушие к ней сменилось любовью. На ее вопрос он всегда отвечал ей, что заметил ее еще с самого начала, с тех самых курсов, где они и познакомились. Но Зоя не верила ему – уж слишком он был самоуверенным, чтоб за два года ни разу не продемонстрировать ей свои чувства.

Постепенно ее любовь стала носить собственнический характер. Зоя ревновала его даже к друзьям и злилась на себя за такие ненормальные чувства. Но иногда ей казалось, что узнай она о том, что он ей изменил – убила бы. Или как минимум покалечила.

И вот обнаружив, что аудитория пуста и вспомнив утренний разговор с Катей, Зое до зуда в пальцах захотелось сделать зазнайке какую-нибудь гадость. Мелкую, незначительную, но гадость. Она быстро подошла к парте, где сидели девушки, на ней в беспорядке лежали их тетради. Зоя принялась поднимать каждую, чтоб найти конспекты Лаврентьевой, когда вдруг из одной посыпались на парту фотографии. Машинально девушка подняла пачку снимков и поднесла к глазам.

Ей сначала стало немного плохо, и закружилась голова. Весь мир перестал существовать кроме этих картонных прямоугольников с изображением любимого в чужой постели. А потом в душе проснулась слепая, неконтролируемая ярость.

Когда Катя заинтересовалась Славой, Зоя это сразу поняла. Поняла она и причины неожиданного интереса – Катерина, наконец, добралась до единственного парня, который не обращал на нее внимания. На таких как она это действовало, как красная тряпка на быка. Дело было не в том, что Катя неожиданно вдруг увлеклась ее парнем, нет! Все ее действия были направлены только на один результат – доказать всем, что она лучшая.

Зоя, внимательно глядя на сплетенные на кровати обнаженные тела, чувствовала себя так, словно способна была разорвать эту стерву в клочья, попадись она только ей сейчас. Да и Слава, наверное, не уцелел бы.

За дверью послышались голоса. Зоя торопливо сунула фото обратно в тетрадь, тетрадь бросила на парту, а сама спешно покинула помещение.

Глава 6

На следующий день Слава, немного волнуясь, приближался к крыльцу института. Вчера он не смог дозвониться до Зои. Потом ее мама, наконец, сказала ему, что девушка себя плохо чувствует и поэтому увидеться они смогут только завтра. Тон у Марины Андреевны был какой-то строгий и недружелюбный. Теряясь в догадках, что же могло приключиться, Слава торопился в институт, надеясь встретить девушку там, потому как сегодня утром телефон ее все так же молчал.

Переходя дорогу перед ВУЗом, Слава не смотрел по сторонам, поэтому раздавшийся рядом клаксон автомобиля заставил его вздрогнуть от неожиданности.

- Смотри куда прешь, идиот слепой! – Из окна высунулась Катя и еще пару раз нетерпеливо посигналила ему.

- Здесь пешеходный переход, курица. – Слава показал на стоящий на обочине дорожный знак с упомянутой «зеброй». – Иди, правила повтори, не помешает.

Слава двинулся дальше, забыв об этой встрече. На крыльце он увидел Димку и поспешил к нему.

- Дим, привет, - он протянул другу руку, - ты Зою не видел? Она уже здесь?

Но вместо ответного рукопожатия, Слава вдруг заметил кулак Дмитрия, стремительно приближающийся к его лицу.

- Ты чего? Сдурел что ли? – Слава почувствовал во рту привкус крови из разбитой губы и отшатнулся от друга.

- Это тебе за Зою, придурок. – Дима выкинул в урну сигарету.

- Ты о чем?!

- Не прикидывайся идиотом. – Парень отвернулся и вошел в двери. Слава, ничего не понимая, вошел за ним и замер – стены холла, пролеты лестницы, все вокруг было обклеено свидетельствами его измены. Довольно красочные фотографии формата «А4» украшали весь ВУЗ. И в данную минуту дежурный пытался их снять.

- Черт! Сучка…. – Слава надвинул на лоб бейсболку, втянул голову в плечи и, пока его не заметили, свернул в коридор, ведущий к дальней лестнице. По пути к аудитории он срывал со стен фото, до которых мог дотянуться и яростно мял их в руке, представляя, что в его руках сейчас не бумага, а шея Лаврентьевой.

Катя явилась в институт с опозданием – уже на парковке ей позвонила школьная подруга, которая недавно переехала в другой город и Катя больше половины пары потратила на болтовню с ней и обещания обязательно созвониться, едва у нее случиться капля свободного времени.

Торопливо поднимаясь на крыльцо, Катя заметила, что студенты смотрят на нее и почему-то криво ухмыляются. А еще о чем-то шепчутся, давя смешки. Ничего не понимая, упрямо вздернув подбородок, она вошла в холл и поспешила на второй этаж.

Завернув за угол она вздрогнула, нос к носу столкнувшись со Славой.

- Ох, ты меня напугал! – Выдохнула Катя и уже хотела пройти мимо, когда он, схватив ее за воротник плаща, грубо прижал к стене, больно ударив об нее спину.

- Эй, ты, что с ума сошел? Отпусти меня….

- Это что? – Парень поднес к ее лицу смятую бумагу.

- Что? – Катя, прищурившись, посмотрела и узнала фотографию, которую сама же и сделала. Только она была увеличена. Те снимки, которые она распечатала, были стандартного размера, а те, что Слава сейчас совал ей в лицо, были раза в три больше.

- Я тебя спрашиваю, - процедил Слава сквозь зубы, - что это за хрень такая, а?

- Слава… - Кате стало как-то боязно - он смотрел на нее так, словно размышлял, какую казнь для нее предпочесть. – Я понятия не имею…. Где ты это вообще взял?

- Не знаешь что это? Так я тебе сейчас объясню. Это то, что ты, стерва, должна была хранить в секрете. Я эти снимки со стены снял, представь себе. Я тебя предупреждал?

- Слава, - испуганно попыталась объясниться Катя, - я их на стену не вешала, ты же видел когда я приехала. Я бы просто не успела….

- А откуда тогда они вообще здесь взялись? Зачем ты сделала эти фото? Как они попали сюда?

- Отпусти меня! – Катя, наконец, пришла в себя и попыталась вырваться из его рук. – Зачем я сделала фото – это мое личное дело….

- Личное?! – Слава разжал кулак, в котором сжимал воротник ее плаща и отошел на пару шагов. – Ты это называешь личным?

Он протянул ей смятую фотографию.

- Нет, я понимаю, что тебе, наверное, в кайф демонстрировать свою личную жизнь таким образом…. Или ты это наснимала, чтоб ощущения не забыть? Или ты думала, что сможешь контролировать меня с их помощью? Ты что, совсем дура?

Катя, молча сверкая глазами от злости и нервно поджимая губы, поправила смятый воротник плаща. Она не нашлась, что ему ответить, на языке вертелись только матерные слова и ни одного умного ответа, который сейчас поставил бы его на место. А еще четко и логично пояснил ему появление этих фоток. Девушка попыталась пройти мимо него, в аудиторию.

- А ну стой, мы не закончили. – Он схватил ее за локоть, разворачивая к себе.

- Да пошел ты, придурок! – Катя выдернула руку и поспешила прочь от него.

- Ты еще об этом пожалеешь, стерва. – Услышала она его окрик ей в спину.

Катя на секунду помедлила, собралась с духом и с гордо поднятой головой вошла в аудиторию. Пусть хоть мир перевернется, только ее это не коснется никаким боком. А еще она до последнего будет стоять на том, что это она использовала Артемьева. Использовала и бросила.

Да и на фотографиях она неплохо получилась. И пусть эти коровы, ее однокурсницы, смеются. Каждая из них полжизни отдала бы за такую попку как у нее. И за то, чтоб быть на этих фото со Славой. Глупые курицы до сих пор о нем грезят. И завидуют ей. И к черту всех!

Стараясь не обращать внимание на возникшую с ее появлением тишину в аудитории, Катя прошла за свою парту, где расположились ее подруги. Усевшись, девушка прямо встречала все адресованные ей взгляды, а тем, кто сидел ближе, она не совсем вежливо задавала вопрос, в чем дело и что интересного они все заметили в ее стороне. Скоро всем надоело шептаться, и студенты довольно быстро забыли о ее присутствии. Конечно, гораздо приятнее шептаться про того, кто с красными ушами сидит на последней парте и, пытаясь спрятаться от любопытных взглядом, втягивает голову в плечи. Стоит дать им хоть какой-то отпор, как желание хихикать проходить само собой.

- Катя, это не я…. – Раздался рядом тихий шепот, и что-то коснулось ее локтя. Девушка обернувшись взглянула на Юлю, протягивающую ей конверт с остальными фотографиями.

– Вот, держи. А еще вот, - Юля вытащила из-под парты пакет. Открыв его, Катя обнаружила смятые фото, которые девчонки, видимо, сорвали со стен. – Сняли почти все.

Катерина нервно выхватила пакет из рук Юли и бросила в него конверт. После пар она обязательно поедет куда-нибудь за город, где сожжет проклятые снимки, а пепел развеет по ветру. Черт, как же угораздило? И кто их нашел?

- Наверное, кто-то вернулся в аудиторию раньше всех, Кать. – Тома словно прочла ее мысли. – Но ты же не думаешь что это мы?

- Я не знаю что думать, девчонки. Поговорим потом.

Только одна девушка никак не выразила того, что вообще заметила Катю. Ни разу не обернулась, не бросила в ее адрес ехидную реплику, хотя вся эта ситуация касалась ее напрямую. Зоя. Она сидела с ровной спиной и, не двигаясь, смотрела перед собой, словно на чистой темно-зеленой доске увидела нечто так сильно ее заинтересовавшее, что не смогла оторвать глаз.

Катя видела, как девушка, вздрогнув, вытащила из кармана сотовый и, посмотрев на него, встала и вышла за двери.

* * *

Слава убрал телефон в карман и прикурил сигарету. Он очень надеялся, что Зоя придет и позволит ему объясниться, хотя как это сделать в данной ситуации он понятия не имел. Но все же хотя бы попробовать рассказать все как есть, как он помнил, стоило.

Почему он не смог пойти за Катей в аудиторию и попытаться поговорить с Зоей там? Ему же было наплевать, что думают о нем однокурсники. Но унизить Зою еще сильнее он не смог. Стоять там и объясняться на виду у всех, давая лишний повод посмеяться над ними… над ней… не смог. Он должен был увидеть ее сейчас один, без свидетелей. Выносить ее чувства на всеобщее обозрение он не собирался.

Дверь открылась и вышла Зоя. Она, молча скрестив руки на груди, посмотрела на него, а потом присела на парапет крыльца, приготовившись слушать.

- Зоя… - Слава попытался взять ее за руку, но девушка выдернула ладонь и отвернулась.

- Хороший сюрприз ты мне приготовил перед нашей годовщиной. – Не поворачиваясь, проговорила она. – А сейчас-то, что ты от меня хочешь?

- Хочу попробовать объясниться.

- Ну, попробуй. – Зоя передернула плечами и опустила глаза, разглядывая кончики своих туфель.

- Зоя… - Слава собрался с мыслями. - …дело в том, что в ту пятницу, помнишь, когда ты меня потеряла, я водил Катю в кино….

- Прекрасно! – Девушка встала, намереваясь уйти, но он дернул ее за руку, возвращая на место рядом с собой.

- Дослушай, пожалуйста, Зоя. Я ни в чем перед тобой не виноват, я сам не понимаю, что произошло!

- Ты послушай, что ты говоришь! А это что тогда? – Зоя вытащила из кармана джинсов смятое фото.

- Господи, да убери ты это! – Он выдернул фотографию из ее пальцев и, порвав на мелкие кусочки, выбросил в урну. – Видеть уже не могу!

- А я могу? – Девушка сорвалась. – Ты хоть понимаешь, что я сейчас чувствую?! Все смеются надо мной!

- Зоя, но я ничего этого не помню, понимаешь?! Не помню! – Он устало уронил голову на руки.

- Как это не помнишь, Слава, что за чушь?

- После кино мы пошли в бар.

- О, прекрасно! Еще и бар.

- Катя помогла тебе с зачетом. Я ее попросил. Она в качестве оплаты предложила сводить ее в кино. Всего лишь кино!

- Но зачем?

- За тем, что ты не сдала бы сама. Зоя, тебя бы отчислили, ты, что не понимаешь? Ты видимо не осознала размеры того переплета, в который ты попала с Зинаидой.

Девушка ничего не ответила, лишь снова отвела взгляд в сторону.

- Потом мы зашли в бар, потому что фильм ей не понравился…. У меня были исключительно целомудренные намерения, Зоя – отблагодарить ее за помощь тебе и все. А после бара я проснулся в ее постели голый и ни черта не помню, понимаешь?! Ничего, словно провал какой-то в голове! Причем в баре я точно помню, как заказывал пиво, почему меня с него так унесло, я понятия не имею. Но я ведь уже не ребенок и даже если я занимался сексом в стельку пьяным, я все равно хоть что-то помнил потом, а тут…. Ты мне веришь?

- То есть ты не помнишь, было ли между вами вообще хоть что-то? – Зоя повернувшись, расширившимися от удивления глазами взглянула на него.

- Не помню.

- И возможно, что вообще ничего не было?

- Все возможно, - он пожал плечами. - Но я собирался после бара поехать домой и лечь спать, это точно. Помню, что говорили мы о какой-то ерунде, никаких намеков, никакого флирта ни с моей стороны, ни с ее…. Я вообще не понимаю, как все это произошло. И если бы не эти фото…. По ним выходит, что я все же…. Черт.

- О, Господи…. – Выдохнула девушка и прижала ладонь к губам.

- Что?

- Слава, - она, повернувшись, взяла его руку, - скажи мне честно, ты хотел с ней переспать? В тот вечер, когда поехал с ней в кино, хотел? Представлял себе хоть на секунду, что ваш вечер может так закончиться, мечтал об этом?

- Нет, Зоя, слово даю, я об этом не думал, вообще никогда! Если у меня с ней что-то было, то у меня есть только одно объяснение…. – Слава замолчал.

- Какое?

- Ты обидишься.

- Я постараюсь понять.

- Мне кажется, я ее спутал… с тобой. Прости.

- Слава, - девушка встала и сделала шаг к дверям, - мне нужно подумать.... Дай мне немного времени, ладно? А сейчас лучше иди домой.

Больше ничего не добавив, Зоя ушла.

Скрывшись за дверью и не оборачиваясь, девушка бегом бросилась в женский туалет. Во время лекций здесь обычно было пусто. Зоя, подбежав к раковине, вцепилась в нее руками и всхлипнула. Господи, что же она наделала!

После того как она увидела те фотографии, ее ослепила ярость. Девушка никого не хотела видеть и ни с кем не хотела разговаривать. Она просто спокойно сидела в своей комнате на кровати, пустым взглядом уставившись в телевизор, а внутри нее бушевали страсти. Ревность, злость, ненависть и любовь – все это переплелось в ней в тугой узел. Казалось, что если она проронит лишь слово кому бы то ни было – все, она сорвется, слетит с катушек.

Мама говорила, что звонил Слава, спрашивала, не хочет ли дочь поговорить с ним, на что Зоя лишь медленно качала головой, так, словно вся она одеревенела, превратилась в статую, в камень, холодный и бесчувственный.

А потом наступила ночь, но девушке не удалось уснуть. Стоило ей закрыть глаза, как воображение рисовало ей то, что не отразили фотографии. Она уже все себе придумала – и то, что Слава давно ее обманывает, и Катя над ней смеется. И что любимый в последнее время стал к ней холоден и равнодушен. И то, что он уже ее не любит и просто не может ей сказать о том, что все кончено - мучительная ревность пришла на смену здравому смыслу и Зоя в своих ночных рассуждениях совсем потеряла логику в анализе поступков и слов окружающих ее людей. И вот тогда-то и родилась в ее голове эта абсурдная мысль – распечатать фото и расклеить их по институту. Подставить Катю, высмеять ее, унизить – вот чего она хотела добиться. А еще ей представилось, как ее отец, увидев эти снимки, желая спасти дочь от позора, переведет ее в другой ВУЗ. С чего она это взяла непонятно, но соскочив со смятой кровати, на которой она несколько часов крутилась веретеном, безуспешно пытаясь уснуть, Зоя тут же распечатала на принтере эти фото.

Об одном она забыла в тот момент – что кроме Кати посмешищем станут и они со Славой! Лишь когда было уже поздно, до нее дошло, наконец, то, что она натворила.

Она не хотела Славу терять. Она готова была все ему простить, лишь бы только он был с ней. Глупо, наверное, но она просто приняла этот факт. Приняла и смирилась с тем, что без него ей будет еще хуже, чем сейчас. Поэтому она и стремилась избавиться от соперницы таким способом. Ей казалось, что Слава, увидев ее страдания от его измены, пожалеет и не оставит ее.

Когда она, расклеив фотографии, плакала в каком-то темном уголке под лестницей, ее нашел Димка. Зоя тогда уткнувшись в его плечо все-все ему рассказала. А он только молча гладил ее по волосам и слушал. И вот когда он зашептал ей на ухо, что Слава ее не достоин, что она заслуживает лучшего, что рядом с ней должен быть человек, который никогда-никогда не сделает ей больно, а будет ценить ее превыше всего на свете, она поняла, что Славу Кате она просто так не отдаст. Ей хотелось оправдать его и самой себе дать возможность его простить.

Отстранившись от парня и стерев слезы со щек, она успокоилась и, опустив глаза, поблагодарила его за заботу и ушла. В туалете, игнорируя редкие смешки и любопытные взгляды, она умыла холодной водой припухшее лицо и отправилась на лекцию.

А сейчас, после объяснений Славы ей хотелось верить, что между ними вообще ничего не было, а если и было, то не нарочно.

Зря она погорячилась.

* * *

- Может, объяснишь другу недавнюю зуботычину. – Слава поднес к сигарете Димы зажигалку, прикурил свою.

- Друг меня разочаровал – изменил своим принципам, обидел свою девушку…. Нет, хочешь трах*ться с Лаврентьевой – ради Бога, дело твое. Только зачем афишировать это? Ты Зое сделал больно.

- Тебе-то что до Зои? Это наши с ней проблемы, мы сами разберемся. Вернее разобрались уже… почти.

- Она простила тебя? Уже? – Славе показалось, что Димка был удивлен и немного разочарован.

- Простит. Но ты мне не ответил.

- Мы с Зоей друзья. Кто обидит моего друга, будет иметь дело со мной.

- Вот как…. Зое повезло с защитником. А за меня ты тоже пойдешь морды бить или только мне?

- Пойду. Если бы я увидел Зою с кем-то, ему бы не поздоровилось, поверь.

- Верю.

- Точно? – Дима протянул другу ладонь. – Мир?

- Мир. – Слава ответил на рукопожатие, притянул друга к себе, шутливо стукнувшись с ним плечом. Потом скорчив страдальческую гримасу, прикоснулся к ушибленной скуле. – Только больше так не делай.

- Так? – Димка поднес кулак к лицу друга и как в замедленной киносъемке, с нажимом, но совсем не больно коснулся его скулы.

- Так. – Слава, смеясь, оттолкнул его руку. – Ладно, пошутили и хватит.

- Ты сейчас домой?

- Нет, я на лекцию. – Слава выбросил в урну докуренную сигарету.

- Ну, пошли, это будет забавно – вы втроем…. Зою только жалко – вы с Катериной ее посмешищем выставили.

- Ты только сильно не увлекайся. – Слава без тени юмора посмотрел на друга. – Я ж тебе все объяснил.

- Объяснил. Ладно, извини.

- Проехали. А за Зою я смогу постоять, не волнуйся. Никто не посмеет над ней смеяться.

Зоя в этот момент сидела в аудитории и всей душой желала только одного – чтоб уже скорее закончилась перемена и эти смешки и перешептывания за ее спиной прекратились, наконец. Она сама просила Славу не ходить за ней на занятия, просила его уйти домой, но как же ей сейчас хотелось, чтоб он был рядом. А так… выглядело все, будто он струсил, сбежал. Зоя понимала, что будь он сейчас рядом, насмешки стали бы уже неприлично откровенными. Все бы наблюдали за ними тремя и шушукались. Как же она не любила привлекать к себе излишнее внимание. А ведь именно это неудобство было главным минусом ее отношений со Славой. Он был всегда в центре всего. Она же привыкла прятаться за его спиной. И в его тени. А сейчас, оставшись одна, она была словно обнажена перед всеми присутствующими рядом.

А самое ужасное, что она сама все это с собой сотворила, и со Славой….

Когда незадолго до звонка рядом раздался голос, который она не надеялась, но так желала услышать рядом, а на плечо опустилась сильная рука, девушка поняла, что за это, за его присутствие сейчас рядом с ней, она уже простила ему все. Даже если он действительно переспал с Лаврентьевой. Даже если прекрасно понимал, что делал, хотя Зоя все же предпочитала удовлетвориться его теориями, как бы обидно они не звучали.

Слава развалился на стуле рядом, прижимая ее к себе, и дерзко оглядывал присутствующих.

- Что? – Он вздернул подбородок, воинственно глядя на парня, проходившего мимо них и покосившегося в сторону Зои.

- Ничего. – Тот, опустив глаза, прошел мимо.

На Катю Слава даже не обернулся, а Зоя позволила себе, высунувшись из-за его плеча кинуть на соперницу быстрый взгляд. Катя вела себя как Слава – дерзила и порой спрашивала, чего все на нее смотрят так, словно на голове у нее выросли цветы.

Обернувшись, Зоя увидела прямо перед своими глазами губы Славы – он наблюдал за ней и молчал. Тогда она притянула его к себе и поцеловала при всех.

- Это значит, прощен? – Он прижал ее к себе. Зоя молча кивнула.

А как она могла его не простить, когда сама была перед ним виновата за эти чертовы фотографии. Если Слава узнает о том, что их расклеила она…. Зоя даже представить побоялась то, что за этим последует.

После того как в аудиторию вошел преподаватель, наконец воцарилась тишина и если бы не редкие Катины выкрики с последней парты: «Да хватит уже на меня пялиться!», можно было бы сказать, что все было как всегда. После лекции Слава с Зоей и Димой собрались домой и подошли к расписанию, где и встретили секретаря Валерия Сергеевича.

- О, Артемьев! – Девушка потянула его за локоть. – А я тебя ищу по всему институту. Пошли скорее, тебя Валерий Сергеевич просил зайти.

- Меня? Зачем?

- Узнаешь, пойдем.

Слава скривившись направился за девушкой, по дороге напряженно думая имеет ли эта ситуация отношение к фотографиям, красовавшимся на стенах утром или это всего лишь совпадение. Сомнения его рассеялись в тот момент, когда войдя в кабинет, он увидел в кресле у стола ректора, повесившую нос Катю.

- Здравствуй, Вячеслав, - мужчина смотрел на него сквозь стекла очков, - проходи, садись.

Глава 7

- Ну-с, кто начнет? – Валерий Сергеевич положил руки на стол и нетерпеливо похлопывал ладонью по руке.

- Что начнет? – Слава покосился на Катю – девушка отвернулась и смотрела в окно. – Я думал, это Вы меня за чем-то вызвали, значит, наверное, что-то нужно….

- Нужно. Объяснения мне нужны по поводу этого…. – Он небрежным жестом швырнул по столу фотографии. Замер, барабаня кончиками пальцев по столу, ожидая реакции парня.

Слава поднес к глазам уже сто раз сегодня рассмотренные во всех подробностях снимки. Ничего нового он на них не увидел.

- Что это?

- Это фотографии. – Слава пододвинул их обратно.

- Да ты что?! – Ректор нервничал, его лицо постепенно краснело, а в голосе слышалась сдержанная ярость. – А мне вот сегодня показалось, что это плакаты из порножурнала. Откуда они взялись?

- А может, это вы у своей дочки спросите? Я и сам бы послушал, мне тоже любопытно. – Слава храбрился, а сам лихорадочно перебирал в голове варианты оправданий за содеянное с его дочкой прелюбодеяние.

- Катерина? – Мужчина повернулся к притихшей девушке.

- Папа… - она повернулась и моргая глазками изображала полное неведение. - …я понятия не имею, честно. Это не я!

- На фото не ты? Не ври, это ты!

- Да я это, я! Но как они здесь оказались, я понятия не имею. Может это он, - девушка мотнула головой на Славу, - меня нащелкал.

- Это, каким образом, дочь, он мог нащелкать тебя у тебя же дома и так, чтоб ты не заметила и ракурс как я погляжу…. Фотографировали не с расстояния вытянутой руки…. Или вы там были втроем?!

- Папа! За кого ты меня принимаешь?

- А за кого я должен тебя принимать после этого! – Загремел мужчина, вскочив с кресла и с громким шлепком бросив стопку снимков перед лицом Катерины. – Весь преподавательский состав видел тебя, доченька любимая, в весьма пикантной обстановке!

- Папа, ты что на меня кричишь? – Катя-таки, выдавила из себя слезы и сейчас не пытаясь стереть их со щек, оскорблено смотрела на отца.

- Кричу? Да тебя пороть нужно, дрянь такую, да выросла уже, боюсь, не справлюсь. – Он устало рухнул в кресло и, сжав двумя пальцами переносицу устало выдохнул.

- Я могу подержать, пока вы ее воспитываете. – Вставил Слава.

Валерий Сергеевич открыл глаза и посмотрел на него, словно что-то вспомнив.

- Ты. – Его палец ткнул в его направлении. – Ничего не хочешь мне рассказать?

- Хотел бы, да я сам не знаю, что в ту ночь у вас произошло. Я ничего не помню….

- Пьян был? Молодец, какой. Я был о тебе лучшего мнения.

- Не помню. Ничего не помню, даже не уверен было ли у нас с ней….

- Было! – Перебила его Катя. – Трус ты, Слава! Сам меня соблазнил, а теперь мажешься, потому что отца боишься!

- Ты охр*нела, Лаврентьева? – Слава, наконец, обрел дар речи. – Соблазнил, говоришь? Тебя? Да сто лет ты мне нужна была тебя соблазнять, от тебя ведь одни неприятности. В кино сводил… всего-то…. – Он повернулся к ректору, словно тот мог его понять сейчас. – Всего-то в кино и каких проблем хватанул, а? Я от таких, как ты всегда старался держаться подальше. Один раз против принципов пошел и вот результат! Мне еще от Зои неизвестно сколько теперь выслушивать и каяться, а я ведь не уверен, что в чем-то перед ней виноват.

Парень выдохся и замолчал.

- А оно мне надо было, Слав, соблазнять тебя или врать, что что-то было? – Катя не сдавалась. Было конечно немного стыдно перед отцом, но она уже взрослая девочка и он ее, в конце концов, не в пятнадцать лет застукал. Но признаться сейчас, что все подстроено…. Неееет, ни за что!

- Откуда я знаю, что тебе вообще было от меня нужно, ты меня за прошлый месяц одолела. – Парень устал спорить и, откинувшись на спинку кресла, натянул на глаза козырек бейсболки, демонстрируя, что разговор окончен.

– Валерий Сергеевич, можно я пойду, а вы сами с ней разбирайтесь? – Пробормотал он, не меняя позы. – Меньше всего люблю семейные разборки.

- А куда ты собрался, Слава? Тебе теперь одна дорога… в ЗАГС.

Слава резко вздернул козырек кепки и выпрямился в кресле.

- Не смешная шутка.

- Потому что это не шутка. Я уже всем сказал, что на фотографиях моя дочь со своим женихом и свадьба не за горами.

- Какая еще свадьба?! – Слава вскочил со стула и отшатнулся от стола ректора. – Вы с ума сошли?

- Папа, - Катя смотрела на отца не менее шокировано, чем Слава, - ты о чем?

- О том. Ты ступай домой, Катерина, мы позже поговорим, а ты… - он кивнул онемевшему парню, - ты останься, обсудим детали вашего бракосочетания.

- Никуда я не пойду! – Девушка скрестила руки на груди и вжалась в кресло, всем своим видом демонстрируя, что слушать отца не намерена.

- Иди домой, дочь. – Голос мужчины был спокоен, но Слава явно слышал в нем признаки надвигающейся бури. И как только Катя не понимает, что сейчас ей мало не покажется?

- Не пойду. У тебя маразм, наверное, папа начался….

- Пошла вон, я сказал! – Загремел отец. – Вон отсюда! Такие фокусы выкидывать значит не маразм, с тобой все в порядке значит? Первого встречного в койку тащить – не маразм? Фотографировать как ты… с ним… не маразм? А отвечать за свои поступки, так сразу все вокруг ненормальные, да?

- Папа…. – Катя не привыкла, чтоб отец так на нее кричал. Он вообще никогда на нее не кричал и сейчас она испугалась. Она вообще никогда не видела его в таком бешенстве. На глаза навернулись уже настоящие слезы.

- Катя, - отец, выпустив пар, снова заговорил спокойно, - иди домой.

Девушка, пару раз шмыгнув носом, испуганно взглянув на Славу, вскочила с кресла и вылетела пулей из кабинета, громко захлопнув за собою дверь.

- Валерий Сергеевич, - проводив Катю глазами, Слава снова присел на кресло у стола ректора, - давайте уже серьезно.

- Давайте, не до шуток тут.

- Катю вы свадьбой напугали. Меня, если честно, тоже. Но если без шуток, я готов выслушать все ваши претензии и принять любое наказание – выговор с занесением в личное дело, летняя отработка в вашем кабинете, не знаю…. Машину могу отполировать бесплатно…. И вашу и Катькину. Только мне уже пора, можно побыстрее?

- Слава, я не шучу. Расходы свадебные я беру на себя, от тебя требуешься только ты сам без опозданий в ЗАГСе. Число я позже уточню.

- Валерий Сергеевич, что за бред? Я не женюсь на вашей дочери, никогда и ни за что!

- То есть ты считаешь, что моя дочь тебя не достойна? Спать с ней можно, а как жениться, так «не хочу, не буду»?

Слава никак не мог поверить в реальность происходящего. Ему вся эта ситуация казалась абсурдной, он все еще надеялся что это шутка, но серьезный тон мужчины и полное отсутствия юмора в его глазах говорило об обратном.

- Но я не могу на ней жениться. Я не люблю ее, она мне не нравится, к тому же у меня уже есть невеста, Зоя….

- Любишь или не любишь, нужно было думать раньше. Впредь, сынок, имей в виду, что за каждый свой шаг ты несешь ответственность. И нельзя так легкомысленно залезть в койку молодой девушки, чтоб потом опозорить ее на весь институт.

- Да я не делал этих снимков! Не расклеивал их по институту! Я вообще не уверен, что переспал с ней… извините, конечно.

Валерий Сергеевич равнодушно пожал плечами и отвернулся. Слава уронил голову на руки и взъерошил волосы.

- Но вы не можете меня заставить….

- Могу. У меня есть знакомый военком, сейчас начнется сессия, тебя отчислят, а тебя отчислят, могу гарантировать. – Веско ответил он на растерянный взгляд парня. – И ты поедешь сапоги топтать, не дожидаясь осеннего призыва. Как тебе такие перспективы? Если завиднее чем брак с моей дочерью, то вперед! Можешь просто забрать документы, не мучить ни себя, ни преподавателей.

- Это не честно. – Слава безвольно уронил руки на стол.

- Честно, сынок. Я не могу допустить, чтоб мою дочь считали здесь… девушкой легкого поведения. Одно дело, когда на всеобщее обозрение всплыли некоторые детали ее отношений с женихом и совсем другое вот эти беспорядочные связи, к тому же в нетрезвом виде.

- Не называйте меня так, вы мне не отец, к счастью. – Вячеслав встал из-за стола и направился к двери. – У меня есть время подумать?

- До завтра. Достаточно?

- Вполне.

- Вот еще, Слава, если ты примешь верное решение, я тебе гарантирую красный диплом и можешь больше не думать о том, что тебя могут отчислить.

Он, кивнув, вышел из кабинета и медленно побрел по коридору, мечтая, чтоб Зоя устала его ждать и ушла домой. Ему нужно было подумать, взвесить все вышесказанное в кабинете ректора и принять решение. И какое бы решение он не принял, Зое оно ничего хорошего не принесет. И сейчас он не готов был пересказывать ей детали разговора. Он чувствовал, что если еще и она начнет обсуждать несправедливость и нелепость сделанного ему только что предложения, он просто сорвется и натворит что-нибудь… что-нибудь натворит точно.

Однако девушка ждала его на крыльце вместе с Дмитрием. Они болтали о чем-то, и Зоя улыбалась его другу. Наверное, Димка опять юморит. Слава посмотрел на них и понял, что не готов вот так сразу вывалить Зое правду. Не может он сейчас. Не готов еще, не решил еще сам.

- Слава! – Она заметила его и поспешила навстречу. – Ты чего так долго?

- Ничего. Все нормально.

- Правда? - Девушка внимательно смотрела на него. Слава натянул на лицо беспечную улыбку.

– Конечно. Идем.

Он обнял ее за плечо и увлек в сторону автобусной остановки.

- Дим, - он махнул другу рукой, - вечером увидимся, ладно?

Всю дорогу до дома Зои Слава молчал. Когда она у подъезда потянулась к его губам, он поцеловал ее и, промямлив что-то о срочных делах с Димкой, простился до завтра.

- Опять секреты? – Девушка сердито посмотрела на него.

- Я буду с Димой, - устало ответил ей он, - можешь звонить и проверять нам обоим. Как только приду домой отзвонюсь с маминого телефона. Зоя, хватит уже. Я так устал….

- Ладно, прости. – Зоя приникла к нему. – Давай просто все забудем и будем жить дальше, словно ничего не произошло, да? Ай! Задушишь!

Слава при последних словах девушки так крепко обнял ее, что она вскрикнула от боли.

- Прости. – Он еще раз поцеловал ее и ушел.

Возможно, он слишком торопился остаться один, но необходимо было в тишине подумать и найти какой-то выход из ситуации.

Слава огляделся и увидел, что ноги завели его на какую-то тихую аллею. Он присел на лавочку и закурил.

Итак, впереди у него незавидные перспективы - или брак с Лаврентьевой, или армия. До конца учебы два года и армия два года. Что делать? Искать третий вариант бесполезно – нет у парня ни денег, ни связей, чтоб самостоятельно решить эту проблему. И обратиться не к кому, пожаловаться на то, что ректор, пользуясь своим положением, принуждает его жениться на своей дочери. Бред какой-то, если честно! Бред натуральный! Расскажи кому – не поверят.

Слава смял сигарету пальцами, выбросил в урну, потер ладонями лицо.

Если Валерий Сергеевич захочет, его отчислят на раз. И не помогут тут ни его обаяние в общении с преподавателями, ни кое-какие знания, ни общественная деятельность, ни достижения команды на городских соревнованиях. От армии прятаться? Нет уж! Проще два года отслужить.

Мысли Вячеслава повернули в этом направлении. Итак, он пойдет в армию, через два года вернется. И что? Сможет он еще раз поступить в институт? Три года назад он поступил на платное отделение – его мать полжизни копила эти деньги, чтоб он мог учиться, чтоб смог потом выбиться в люди. Имеет ли он право перечеркнуть сейчас все мамины старания? То, что она больше всего на свете боится армии. А если его отправят в «горячую точку», что с ней будет? А с Зоей?

Слава достал еще одну сигарету, прикурил, затянулся.

Его мама совершила подвиг, когда решилась родить его одна, без отца. Тот человек, бросил ее, узнав о том, что девушка беременна. Вернее, сначала он поставил ей ультиматум – или она делает аборт или он от нее уходит. А ей тогда было всего двадцать три года, она только-только закончила учебу. Родители ее приняли, но всегда потом попрекали тем, что она им «в подоле принесла». Мама не смогла работать по специальности, да еще и страна начала разваливаться, в общем, не сладко ей тогда пришлось.

Слава прекрасно понимал, что в нем все ее надежды. Что он – единственное ради чего она не сломалась тогда. Ради него она себя всегда ущемляла, обделяла, лишь бы у сына было все – игрушки, вещи не хуже чем у товарищей, обучение в техническом вузе, наконец. И как он ей сейчас скажет, что его отчисляют из-за глупости? Что до армии, которой мама так боится, рукой подать?

А что с ней будет эти два года? Мама и так постарела раньше времени. Ей не было и сорока пяти, а она чувствовала себя гораздо старше. Да и, как бы Слава не гнал от себя подобные мысли, выглядела тоже.

Ради того, чтоб хоть сколько-нибудь облегчить ее жизнь, парень работал в автосервисе с девятого класса. После школы прибегал туда, и сначала помогал подавать инструменты и закручивать гайки, а потом научился основам автотюнинга и сейчас зарабатывал неплохие деньги. Не плохие, но и не достаточно хорошие, чтоб решить все свои проблемы.

Вот когда он доучится и получит диплом, он обязательно добьется большего. А если он не женится на Лаврентьевой, диплом он получит еще не скоро.

Так, если отринуть сейчас Зою, скверный Катин характер и то, что его принуждают к тому шагу, что получается? Он гарантированно получает диплом, больше не нужно бояться отчисления и еще и вести себя в институте так, как ему заблагорассудится. А причины были – Валерий Сергеевич еще трижды подумает, не зря ли он с ним связался. Опять же с Катей ему не обязательно поддерживать семейные отношения. Есть такое понятие, как фиктивный брак. Как же он сразу об этом не подумал? Ведь никто не станет требовать с него исполнении супружеского долга и прочего. И заставить не сможет – это будет уже слишком. Один нюанс – Зоя. Как она отреагирует? Сможет ли понять? Поверит ли в то, что этот брак ограничится лишь печатью в паспорте?

В любом случае, другого выхода нет. А через два года, как только он получит диплом, они разведутся. В тот же день.

Теперь нужно только придумать, как подобную новость сообщить любимой девушке. Тот еще будет разговор.

Слава, приняв решение, почувствовал себя лучше, и жизнь перестала казаться ему замкнутым кругом. Он искренне верил в то, что все получится и этот брак не изменит его жизнь. Лишь внесет в нее мелкое неудобство. Парень отправился домой – ему нужно было еще и перед мамой как-то объясниться.

* * *

- Мама! - Катя, едва перешагнув порог, позвала мать. Женщина выглянула с кухни.

- Что случилось, котенок? Ты что так кричишь?

- Мама, - Катя картинно упала матери на грудь и разрыдалась, - папа с ума сошел.

- Да что с тобой? – Римма Леонидовна начинала волноваться и, отстранив дочь от себя, вгляделась в ее заплаканное лицо.

- Папа решил меня замуж выдать, мам, представляешь?

- Он пошутил, дочь. – Женщина успокоилась и, посадив Катерину за стол, подала ей стакан воды. – Ты что, папу не знаешь?

- Оказывается, не знаю. – Девушка перестала всхлипывать. – Он на меня накричал….

- Правда?

- Да. Накричал, из кабинета выгнал…. И сказал… - она снова всхлипнула, - сказал… к свадьбе готовиться.

- И кто этот счастливчик? – Мама все еще думала, что это неудачная шутка.

- Да один парень с курса….

- Что, плохой парень?

- Ужасный, мам. Я его терпеть не могу!

- Кать, ты что, не шутишь? Серьезно?

Девушка в ответ расплакалась снова.

- А что, похоже на то, что я шучу?

- Хм… - Римма Леонидовна присела за стол напротив дочери, - а чего это он, дочь?

- Не знаю. – Катя уронила голову на руки. – Там… в институте произошло небольшое недоразумение. Не приятное, конечно, но…. В общем, он мог меня наказать по-другому, а он решил меня замуж выдать.

- Погоди, Кать. Что произошло?

- Ну, тот парень, за которого отец решил меня замуж выдать, в общем…. – Девушка выдохнула, - Папа узнал, что мы с ним… это….

Катя, не подобрав слов, скривилась и посмотрела на мать, надеясь, что она сама все поймет.

- Но я ведь уже взрослая, мам, что за глупости?

- Ты же сказала, что он ужасен.

- Это я уже потом поняла.

- Я поговорю с ним, Катюшка, не переживай. – Мама обняла ее за плечи. – Никто моего котенка без его желания замуж не выдаст, я обещаю.

- Правда? – девушка с надеждой посмотрела на мать.

- Конечно. – Та стерла слезы с ее щек и прижала к себе.

Катя в душе выдохнула – мама была ее единственной надеждой. Сколько раз она помогала ей избежать наказаний – отец никогда не мог отказать любимой жене и потакал всем ее прихотям.

Сколько раз мама рассеивала тучи над головой девушки, когда она явно перегибала палку. И машину она уговорила папу ей подарить. И если кто и сможет отца переубедить, то только она.

Катя успокоилась и пошла обедать. Вечером, когда пришел отец, она почти уже убедила себя в том, что все проблемы со Славой и фотографиями на стадии разрешения.

- Ну что, - он заглянул в ее комнату, где девушка переписывалась с подружками в социальных сетях, - матери уже сказала?

- О чем? – Катя, не отвлекаясь от сообщения, которое она набирала Томе, сделала вид, что не понимает о чем ее спрашивают.

- Ясно, значит, не сказала. – Он закрыл дверь, и скоро девушка услышала как папа завет маму. – Римма, иди скорее сюда, у нас радость приключилась!

- Какая? - женщина, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, посмотрела на мужа. Она, конечно, догадывалась, что за новость хочет сообщить муж, и перебирала в уме аргументы, которые могут помочь ей отговорить его от нелепого решения.

- Катька замуж выходит. Скоро свадьба.

- Я не пойму, чему ты радуешься, Валера. – Римма Леонидовна сдерживая желание сорваться и накричать на мужа, говорила все же в полголоса. - Ты что вообще удумал? Кем ты себя возомнил – столбовым дворянином?

- Таак, - протянул мужчина, - вижу, дочка уже радостью поделилась.

- Поделилась. Ты до чего девочку довел? Она же плачет сегодня целый день.

- Я довел? Девочку? Слушай, Римма, пойдем, поговорим в мой кабинет.

Закрыв дверь, Валерий Сергеевич сел за стол, кивнув на кресло рядом. Когда жена присела, он выложил перед ней уже промозолившие ему глаза фотографии.

- Посмотри на нашу девочку. Этими снимками сегодня был обклеен весь институт. Как видишь, наша девочка время даром не теряет и скажи, что я должен теперь с ней сделать?

- Накажи по-другому. Пусть поедет куда-нибудь на практику, за лето все забудется….

- Куда на практику? На моря может мне ее отправить, чтоб девочка после такого потрясения оправилась, а? Что молчишь? Мы ее избаловали, Римма. Ты мне запрещала ее наказывать, тебе казалось, я своим воспитанием могу ее травмировать, а я дурак, что послушал тебя. Думал – ты мать, знаешь что делаешь. Инстинкт и все такое…. Ты посмотри, что мы вырастили.

Он встал из-за стола и нервно мерил шагами кабинет.

- Все преподаватели, лаборанты, студенты видели эти фото. Все они сейчас смеются над моей дочерью. Это, во-первых. Во-вторых, этот парень…. У него есть невеста, которую он и не собирается бросать из-за Кати. Да если бы они после этого… ну если не поженились, то хотя бы, не знаю, какие-никакие отношения завязали. А то получается дочь моя кто? Проститутка?

- Валера, - Римма вскочила с кресла, - не смей так говорить про дочь, ты меня слышишь? Не смей. И не будет никакой свадьбы. Я этого не допущу.

- Будет. – Мужчина спокойно опустился в кресло. – Я и так вам слишком долго потакал, вы меня ни во что не ставите. Дочь нас не уважает, неужели ты этого не понимаешь?

- Дорогой, - женщина сменила тон и, подойдя к мужу, погладила его по плечам, - дай ей последний шанс. Я с ней поговорю, она все понимает. И вообще, мы должны выслушать ее сейчас.

- Я ее уже выслушал сегодня. Пожалей мои нервы. Все, я решение принял и не нужно меня отговаривать, я его не отменю. Подогрей мне ужин, я голоден.

Весь вечер Валерий Сергеевич ждал, что Катерина выйдет из комнаты и попытается еще раз в спокойной домашней обстановке объясниться с ним. Что она может быть хотя бы попытается извиниться за то, что так опозорила его сегодня. Он понимал, что погорячился со свадьбой, и если бы Катя попыталась отговорить его…. Кто его знает, может он и уступил бы ей. Но она весь вечер просидела в своей комнате, словно ее обидели, несправедливо наказали. Отец перед сном подошел к двери ее комнаты для того, чтоб помириться, пожелать дочке спокойной ночи, но услышав, как она смеется, болтая с подружкой по телефону, рассердился и ушел.

Ночью мужчина долго не мог заснуть, разрываясь между желанием наказать дочь и в то же время пытаясь найти ей оправдание. И хоть сейчас он прекрасно понимал, что должен настоять на своем, отцовское сердце не желало смириться с мыслью, что его девочка, выросшая в любви, заботе и ласке, должна отправиться в чужую семью, где ей не рады. Сейчас не рады и никогда рады не будут.

Перед глазами его мелькали калейдоскопом картинки Катиного детства, юности, взросления. Он вспоминал, как пятилетней, он попытался поставить ее в угол за то, что она устроила скандал на пустом месте из-за того, что не хотела убирать свои игрушки, разбросанные по всей комнате. Как Римма, вытирая дочери слезы, отменила наказание, и ребенок не простоял в углу и пяти минут, вместо положенных тридцати.

Он вспоминал, сколько раз он обещал Кате вознаграждения за окончание школьного года на одни пятерки и как каждый раз все равно давал ей то, что она от него требовала. Как за самостоятельное поступление в институт она должна была поехать за границу отдыхать. Не поступила…. А отдыхать поехала. И машина…. Эта машина должна была стать призом за первую, сданную без его помощи сессию, но Катя как обычно не восприняла его слова всерьез.

Он сам ее избаловал, сам сделал такой, какая она есть. Тогда почему он сейчас наказывает ее?

Повернувшись на другой бок он, наконец, принял решение – он посмотрит, как Катя будет вести себя завтра, впечатлило ее хоть немного грядущее наказание или нет. Должна же она хоть немного переживать сегодня, а завтра он подумает еще чуток и простит дочку. С такими мыслями Валерий уснул, а проснувшись, увидел на кухне совершенно невозмутимую Катю, которая крикнула ему:

- Привет, пап! Ну что, ты понял что был вчера совсем не прав?

После этого мужчина решил окончательно, что свадьбы его дочери не миновать. И даже если они через два года разведутся, этого времени ей хватит понять, что есть другая жизнь. В которой рядом не будет папочки, старого маразматика, чтоб помочь, защитить, приласкать и все простить.

Глава 8

Катя вошла на кухню, где отец завтракал после того как вынес ей свой окончательный вердикт. Она немного помялась, глядя на него, присела рядом, уперлась подбородком на сложенную в кулак руку и принялась наблюдать за тем, как папа поглощает завтрак.

- Что? – Отец не выдержал, бросил вилку и повернулся к ней.

- Папа, я хочу признаться, все, что ты видел на этих фотографиях – это все шутка, фикция….

- Как это?

- Ну, - девушка вздохнула и, опустив глаза, продолжила, - мы с девчонками поспорили…. Слава правда ничего не помнит - он перебрал в баре. Вот. Может ну ее, эту свадьбу, а?

- Катенька, дочка, - мужчина откинулся на спинку стула и вытирал губы салфеткой, - дело не в том, было у вас с ним что-то или нет. Дело в тебе, как ты не можешь понять? Посмотри, какой ты стала – ты влезла в чужую жизнь, в чужие отношения ради спора. Если бы у тебя к этому парню вдруг вспыхнули неземные чувства, я бы понял. Но портить кому-то жизнь, ради удовлетворения собственных амбиций…. Этого я понять не могу. Это чудовищно, Катя. Ты привыкла всегда делать только то, что хочешь ты. Ты привыкла к тому, что тебе все сходит с рук, все можно. Это даже хуже чем то, о чем я подумал в начале.

Катя, тебе пора взрослеть и перестать ребячиться.

- А если я все-таки откажусь выходить за него замуж? Ты же не можешь меня заставить – у нас свободная страна. Свобода выбора и все такое….

- Ради Бога. – Валерий Сергеевич пожал плечами и встал из-за стола. – Раз ты считаешь себя достаточно самостоятельным человеком для того, чтоб не согласиться с решениями своего отца, что ж, в добрый путь.

- В смысле?

- В прямом. Сдай мне ключи от машины, иди жить в общежитие (с этим я так и быть помогу), ищи работу. Попробуй жить самостоятельно и тогда никто не сможет диктовать тебе условия. И сама понимаешь, никакого прикрытия в институте у тебя не будет. А так как ты успела там порядочно всем напакостить, тебя отчислят очень быстро. Ну, ничего, ты же сможешь поступить в другой ВУЗ сама? Или нет?

- Папа, за что? Что я такого сделала, что ты так меня наказываешь? Кто тебе этот Слава? Ведь я твоя дочь, а ты…. И он уже с Зоей помирился, ничего страшного не случилось….

- Дело не в Славе, дело в тебе! Это была последняя капля, Катя. А в следующий раз, когда тебе понадобиться пустая квартира на выходные, ты нас с матерью в тюрьму определишь на пятнадцать суток? Ты должна понять, где грань между добром и злом, по-моему, у тебя понятия смешались…. Ты должна понять, что жизнь гораздо сложнее и многограннее, чем тебе кажется. Ты привыкла, что мир вертится вокруг тебя, а это не так. Конечно, мы в этом виноваты, вот я и попытаюсь все исправить, пока я в силах это сделать.

Свадьба через две недели. Машину я у тебя забирать не стану, по возможности и в случае необходимости буду помогать, но особо не рассчитывай. Посмотришь, как живут другие семьи, вдруг понравится, а, Катюха?

- Вряд ли…. – Буркнула девушка, так и не подняв на отца глаза.

- Ну, что ж, - мужчина взглянул на часы, - тебе кажется пора в институт. Подбросишь старика-отца?

- Подброшу. – Недовольно ответила Катя и пошла собираться.

Она понятия не имела, как выйти из сложившейся ситуации и все еще продолжала надеяться, что отец передумает. Но две недели…. Так скоро! Специально он, что ли торопится? Возможно все же есть шанс, что этот абсурд окажется всего лишь очередной попыткой ее наказать. Он ведь всегда ее прощал! Какого черта теперь в нем неожиданно проснулся воспитатель?

Катя вдруг вспомнила о своем потенциальном женихе и успокоилась – да Слава ни за что на свете не женится на ней. Как она могла упустить такую важную деталь? У него ведь есть Зоя, они помирились и вряд ли он мечтает о женитьбе на ней. Хотя… если подумать, этот брак принесет ему больше бонусов, нежели потерь.

Да нет! Если бы Славе было что-то от нее нужно, он давно бы сам к ней подкатил. Значит, нужно увидеться с ним раньше отца и поговорить. Ему эта свадьба, как и ей не нужна, значит, проще им будет объединиться сейчас, чем продолжать воевать.

Значит, пока никому ничего не нужно рассказывать. А было бы весело – Слава бросает Зою и женится на ней. Как она подругам и говорила, а подоплеку ей рассказывать и не обязательно.

Девушка улыбнулась собственной шутке. Весело, конечно, если бы у папы на самом деле проснулось чувство юмора. А то пребывать им со Славой в фиктивном браке как минимум пару лет, чего хорошего? Как отец себе вообще все это представляет?

Вот ведь угораздило вляпаться! И как? Как эти фото вообще попали к ее отцу? Кстати, этот вопрос еще предстоит выяснить. Ясное дело, начинать следует с допроса подружек. Всех троих! Кто-то из них проворонил компромат, как пить дать.

- Катя! – Голос отца вырвал ее из размышлений. – Ты где витаешь? За дорогой следи!

- Я слежу!

- Нет, не следишь – ты только что вон ту машину подрезала.

- Я слежу. – Упрямо повторила девушка. – Я успевала проехать, а тот водитель чего-то медлил.

- Нельзя так, Катерина. Ты знаешь тот анекдот, когда один подумал: «Я проскочу», а второй – «Шиш ты у меня проскочишь»?

- Да знаю я, знаю! Папа, не отвлекай. Не нравится, надо было ехать на своей машине.

- Не нравится. И ремонтировать твой автомобиль после аварии (если ты, не приведи Господи, в нее попадешь), я не стану, имей в виду.

Девушка, молча зыркнув на отца горящим взглядом, припарковалась у входа в институт.

- И не смотри на меня так. – Валерий Сергеевич открыв дверь, пытался выйти из машины. – Нос не дорос на меня коситься.

- А то что? – Катя вышла следом и поставила машину на сигнализацию. – Выпорешь?

- Поговори мне еще…. Слава Богу, недолго мне осталось тебя воспитывать, скоро сдам тебя мужу, и пусть он с твоим характером разбирается.

Катя ничего не ответила, только затопала по каменным ступенькам крыльца, так, словно это оно было в чем-то перед ней виновато или она в него хотела вбить тонкие каблучки новых туфелек.

Итак, - думала девушка, поднимаясь по лестнице, с чего начать? С подруг или со Славы. Слава, скорее всего, испортит ей настроение, так что разговор с ним стоит отложить. К тому же на лекции будет видно, в институте он или прогуливает и не придется его искать.

Войдя в аудиторию, девушка увидела подруг в неизменном составе и на привычном месте.

- Привет. – Она бросила сумочку на парту и присела на соседнюю скамью, чтоб иметь возможность видеть их всех троих перед собой. – Как дела?

- Хорошо. – Юля твердо встретила ее взгляд, Татьяна равнодушно повела плечами, а Томка открыто улыбнулась. – Ты куда вчера делась? Мы тебя ждали.

- Юль, скажи честно, как мои фото, которые я попросила тебя прибрать, стали достоянием общественности?

- Я тебе уже говорила, Кать, это не я. Зачем мне их кому-то показывать, сама скажи?

- Но кто? Они ведь были у тебя….

- Нет, Кать! – Перебила девушка. – Они были здесь, на парте, в тетради. Ты сама их сюда положила, сама бросила их здесь во время эвакуации. В аудиторию, пока нас не было, мог войти кто угодно. Ты обвиняешь меня лишь на том основании, что именно я должна была их забрать и вернуть тебе. Я это и сделала. Сколько их я не знала и не пересчитывала. Видимо, кто-то забрал несколько штук. Мне кажется, ты должна извиниться.

- За что? За то, что ты не смогла выполнить мою просьбу? Я тебя не так уж часто о чем-то прошу.

Юля выдохнула, закатила глаза и замолчала.

- Нечего сказать? – Кате необходимо было найти и наказать крайнего за случившееся.

- Смысла нет распинаться, раз уж ты сделала свои выводы. Впредь решай свои проблемы сама, я – пас. Мне меньше всего нужно быть твоим «козлом отпущения».

- Ладно, проехали. Вы Артемьева не видели?

- Нет, он еще не приходил.

- Ладно… - Катя натянуто улыбнулась, - Юль, давай забудем. Я просто сейчас расстроена всей этой ситуацией. Нервы на пределе. Мир?

- Мир. – Бросила подруга, глядя в сторону. Катя как всегда – на то чтоб обидеть, оскорбить своими подозрениями у нее смелости хватило, а на то, чтоб извиниться, естественно, нет.

Девушка чувствовала в душе горечь от обиды на подругу и от бессилия изменить такой порядок вещей. Такова Катя и она никогда не признает себя в чем-то виноватой. Она никогда, никого не обижает, о нет! Во всем виноваты магнитные бури и окружающие, создающие ей проблемы и вынуждающие ее психовать и тратить нервы. Сейчас будет усердно делать вид, что все нормально (ну, она же решила, что все хорошо), разговаривать с ней словно ничего не произошло и рано или поздно она ей ответит. Так и не дождавшись извинений с Катиной стороны.

И Юле придется пока смириться. Сейчас лучше не нервировать Катерину лишний раз.

* * *

Слава без стука вошел в кабинет ректора. Плюхнулся в кресло и закинул ноги на его стол.

- Парень, ты не оборзел? – Валерий Сергеевич толкнул рукой его скрещенные щиколотки, сталкивая его ноги на пол.

- Я бы вам тот же вопрос задал, да нельзя – наверное, это будет перебор.

- Наверное. Думаю не совсем мудро открыто хамить. Ты подумал?

- Подумал.

- И? – Мужчина постукивал ручкой по поверхности стола, ожидая ответ.

- Слушайте, - Слава придвинулся к нему ближе, - вы что, свою дочь совсем не любите?

- Ты о чем?

- Так, - парень откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову, - ни о чем…. Я согласен. Когда?

- Через пару недель. Хватит тебе времени приобрести соответствующий случаю костюм?

- Конечно. Я ж не невеста – мне с нарядом проще. До свиданья.

Он вышел из кабинета, хлопнув дверью. В коридоре прислонился к стене и, откинув голову, стукнулся об нее затылком.

- Черт. – Ругнулся сквозь зубы и бессильно сжал руки в кулаки. Зря он тогда Катьку не придушил. Ведь хотел же….

- О, Артемьев! – Он повернулся и увидел перед собой Катерину. Как всегда высокомерно поглядывающую на него. Ей видимо ничто настроения не испортит. – Разговор есть….

- Чего тебе? Достала….

- О нашей общей проблеме. Слушай, Слава, если ты откажешься на мне жениться, то ничего не будет.

- Правда? – Парень удивленно поднял брови. – Надо же… как я сам не догадался? Как все просто!

Катя смотрела на него, понимая, что он ерничает сейчас, издевается над ней. Только она причины не понимала.

- Ты чего?

- Ничего, я уже согласился. Только что с твоим отцом разговаривал. Так что готовься, суженая моя, скоро праздник жизни.

- Как это согласился? – Вот этого Катя не ожидала. Она уже успокоилась и поверила, что гроза над ее головой миновала. Ведь если Славка откажется жениться, папе нечего будет ей предъявить. И все будет как раньше. – Как это? Но почему? Трус ты Слава! Трус настоящий!

- А почему я из-за тебя должен два года в армии служить, пока ты здесь будешь наслаждаться жизнью, а? Мне проще на два года в паспорт штамп поставить. К тому же он меня ни к чему не обязывает. И ты не переживай – доучимся и тут же разведемся. Все просто.

- Но я не хочу замуж! Я не хочу за тебя замуж и штамп о разводе в паспорт я ставить тоже не хочу! Я сама хочу решать, когда и за кого я выйду замуж! – Девушка топнула ножкой. – Ты не должен был соглашаться. Иди, откажись, пока не поздно.

- А ты думаешь, я хочу? Да я даже в страшном сне не представлял тебя своей женой. У меня Зоя…. Как я ей сейчас сообщу столь приятную новость. Может мне ее еще и на свадьбу пригласить? Как думаешь? – Слава закипал – эгоистичные рассуждения девушки бесили его. Она не хочет, она не может, ей нужно, а все остальные должны свою жизнь подстраивать под ее расписание!

- Да плевать мне на твою Зою! Вот черт! – Катя еще несколько секунд смотрела на него, нервно поджимая губки и порываясь что-то сказать. А потом обиженно хмыкнула и убежала.

Слава задумчиво посмотрел ей в след, скривился и, повернувшись в другую сторону, направился к дальней лестнице. Он собирался выйти на крыльцо и дождаться Зою, а топать вслед Кате, еще и не дай Бой, опять с ней столкнуться, ему совсем не хотелось – боялся не сдержаться в этот раз и покалечить стерву.

Парень был убежден, что проклятые фотографии появились в институте не без участия этой дамочки. Наверняка сама себя сфотографировала или подружек попросила. Только вот зачем? Да кто их разберет, этих ненормальных избалованных девиц! Может ей адреналина не хватает, вот и решила развлечься таким оригинальным способом – выставить себя на посмешище. Беда одна, когда девушка настолько самоуверенна, что не понимает, когда выглядит смешной.

Выйдя за двери, он увидел отъезжающий со стоянки красный автомобиль Лаврентьевой. Пожелав ей всех благ, Слава прикурил сигарету и присел на парапет крыльца. Приготовился ждать Зою и набрасывал в уме предстоящий разговор.

Как объяснить ей, что он женится на Кате? Сначала эти фото, он только-только вроде бы оправдался за них, и Зоя его простила и тут….

- Привет! – Он поднял глаза и увидел перед собой Зою. Девушка присела рядом. – А ты что на лекции не был? На следующую пойдешь?

- Нет, не пойду.

- А почему? – Улыбка постепенно сползала с лица девушки. – Что случилось?

- Зоя, нам поговорить нужно. Пойдем?

- Куда? Сегодня последняя лекция и говорят, преподаватель всем присутствующим автоматы ставить будет.

- Отдай подружке зачетку, если что пусть проставит тебе зачет. Разговор очень серьезный и ждать не может.

- Ладно. – Зоя подозрительно посмотрела на него и повернулась к двери. – Подождешь, я вещи заберу?

Слава, глядя в сторону, кивнул.

Зоя, волнуясь, чуть не бегом поднималась на второй этаж. Она чувствовала – что-то случилось. Она часто улавливала оттенки настроения любимого. Может, потому что настроена была с ним на одну волну. И сейчас рядом с ним витало настолько сильное ощущение печали, что ее казалось, можно было рукой потрогать. Как жаль, что нельзя махнув рукой развеять все огорчения!

Дрожащими руками, собрав свои тетради, и не слыша, что говорила ей соседка по парте, Зоя направилась было к выходу, но вспомнив, вернулась. Она отдала девушке свою «зачетку» и, сбиваясь и путаясь в причинах, попросила ее при удобном случае проставить в нее «автомат». Та молча покивала головой, принимая книжку и косо поглядывая на взволнованную девушку, заверила ее, что постарается помочь.

Зоя, наконец, покинула душную аудиторию и поспешила к выходу. У нее было такое странное чувство, что она Славу потеряла и вполне очевидна возможность не встретиться сейчас с ним на улице. Выскочив в распахнувшиеся двери, она с облегчением перевела дух – парень сидел на том же месте, где она его оставила и, хмуро глядя перед собой, затягивался очередной сигаретой.

- Ты все? – Он поднял на нее глаза. – Идем?

Зоя в ответ кивнула. Потом испытывая непонятное смущение от его холодности, она спросила, кивнув на сигарету в его пальцах:

- Ты стал часто курить. Что происходит?

- Закуришь тут…. – Коротко бросил и снова замолчал.

Они шли по улице, не говоря друг другу ни слова. Навстречу спешили многочисленные прохожие, иногда раздавались гудки автомобилей, иногда чей-то звонкий смех – город жил, лето вступало в свою пору, а у Зои на душе было так мрачно, словно все эти радости и предстоящие каникулы, которые они со Славой мечтали провести вместе, все это осталось в другой жизни. В той, что кипела сейчас за границами ее сознания и к ней не имела никакого отношения. Девушка понимала, чувствовала, что предстоящий разговор что-то изменит и боялась загадывать, как отразятся на ней эти изменения. Она мечтала о том, чтоб все поскорее закончилось, и в то же время ужасно боялась и не хотела слышать то, что он хотел ей сказать.

Остановившись у какой-то лавке в старом сквере с полуразрушенным фонтаном, Слава предложил Зое сесть. Спросил, не хочется ли ей чего-нибудь.

- Говори уже, - глядя себе под ноги, взмолилась девушка, - нет сил больше ждать и думать, что тебя на самом деле гложет.

- Зоя, тут такое дело…. – Слава уселся рядом и протянул ноги, откинувшись на спинку. – В общем, из-за тех фотографий, помнишь?... Из-за всей этой истории с Лаврентьевой, я теперь должен на ней жениться.

- Что? – девушка подумала, что ослышалась. – Жениться? Как это?

- Я сам думал, что это шутка неудачная, но ректор стоит на своем. Или свадьба или армия.

- И ты выбрал свадьбу? – Зоя повернулась к нему. – А отслужить было не проще?

- А как ты думаешь? – Слава ждал от Зои понимания. А она сейчас смотрела на него так, словно выбор был очевиден и он сделал его не правильно.

- Проще? Малыш, а ты знаешь, что такое армия? Ну, я имею не те сведения, которые ты могла почерпнуть из фильмов и телесериалов. Ты новости посмотри.

- Ничего страшного Слава, - Зоя упрямо мотнула головой, - все служат. Кому-то нужно родину защищать. Я бы ждала тебя, писала тебе письма….

- Ага, одновременно встречалась бы с подругами, с парнями, пока я сапоги топтал.

- Причем здесь это? Ты мне что, не доверяешь?

- Да дело не в доверии…. – Парень задумался. Он начинал нервничать, ведь его загнали в тупик с этой свадьбой, которой он не хотел, а Зоя, единственная, от кого он ждал поддержки, не хочет его понять.

- Слушай, - Он взял ее за руку, - это будет фиктивный брак, понимаешь? Он ограничится печатью в паспорте, между нами ничего не изменится….

- Но Слава…. – девушка моргнула, и глаза ее медленно заполнялись слезами. – Как же так? Откажись. Я тебя прошу, откажись. Слава, ты, что не понимаешь, что все это значит? Ты женишься на этой выскочке, а я? Что буду делать я? Смотреть, как все смеются надо мной?

- Зоя, это ведь ненадолго, всего два года до окончания учебы. А потом мы разведемся. Но, - он отстранился вдруг, - конечно, требовать от тебя чего-то я не могу. Хотя не понимаю, из чего ты пытаешься раздуть проблему. Вспомни, в каком веке мы живем, сейчас все гораздо проще и брак это не приговор. Все изменчиво…. Я не хочу тебя терять…. – Добавил, не поворачивая головы.

- Слава, - Зоя встала, - я не могу так, понимаешь? Не могу. Или ты мой, а я твоя или….

Девушка не смогла договорить. Она всегда боялась что-то от него требовать и ставить перед выбором. Боялась что его выбор будет сделан не в ее пользу. Но сейчас пришло видимо то время, когда ей необходимы были доказательства его чувств к ней. Те доказательства, которые поняли бы и оценили все их друзья и знакомые. Все те, кто с самого начала сомневался в искренности его чувств и в продолжительности их отношений. Если сейчас Слава выберет свадьбу, она превратится в посмешище. Над ней хохотать будет весь институт. А если он уйдет в армию, ни у кого не останется сомнений в том кого он любит. Ведь он пойдет на такие жертвы ради ее спокойствия.

Но Слава твердо ответил ей:

- Зоя, я принял решение и я женюсь на ней. Тебе остается либо довериться мне, либо…. – Он не закончил и отвернулся.

Зоя поняла, что он не договорил. Ей оставалось либо проглотить подобную новость и смириться, либо остаться без него. Что ж…. значит так тому и быть. Девушка больше ничего не стала говорить и объяснять. Просто развернулась и ушла. Слава долго смотрел ей в след, пока она не скрылась из вида.

Глава 9

Две недели до свадьбы пролетели незаметно. В институте Катя старательно играла роль довольной жизнью беззаботной девушки. Предаваться унынию, по какой бы то ни было причине, было не в ее правилах. В то же время она каждый день лихорадочно отмечала на календаре стремительно утекающее время. Время, оставшееся до той субботы, на которую ее родитель назначил… о, Господи… свадьбу.

Девушка до сих пор не могла поверить в то, что в субботу она, в самом деле, станет женой парня, о котором никогда не думала как о будущем муже. Но когда мама повела ее в магазин свадебных платьев, до Кати вдруг дошло, что все происходит на самом деле, и отец вовсе не шутит.

- Мам…. – Она испуганно взглянула на женщину, виновато опустившую глаза. – Это что? Свадебный салон? Мам, вы что, на самом деле серьезно? Хватит уже! Я все поняла, все осознала. Впредь буду думать, прежде чем что-то делать, но это…. – Девушка указательным пальцем ткнула на вывеску. – Это уже слишком!

- Отец друзей пригласил. Он сказал, что ты должна выглядеть соответственно. Мы не будем выбирать тебе слишком помпезное платье, но оно все же должно быть нарядным. И белым. Я так мечтала увидеть тебя в белом платье, доченька…. – Римма Леонидовна платочком стерла скатившуюся по щеке слезинку.

- Мама, вы что, серьезно?! Да что же это? – Катя присела на лавку стоящую у дверей. – Бред какой-то….

- Я отцу говорила, но он уперся – ты выйдешь замуж за того мальчика и все тут. – Женщина уже успокоилась, голос ее перестал дрожать и она, взяв Катю под руку, повела ее в салон.

Девушка так сильно опешила, что позволила маме отдать себя в руки трех исключительно-вежливых и улыбчивых работниц салона, которые довольно долго что-то надевали на нее, снимали с нее, шнуровали что-то на спине, лишая остатков кислорода в груди, набрасывали на лицо тонкую вуаль. И каждый раз, подводя к большому зеркалу, в котором девушка видела себя во весь рост, спрашивали, как ей все это нравится. А ей происходящее совсем не нравилось. Хотелось сорвать с себя тонкую кружевную ткань и в голос закричать, что мир, кажется, наконец-то сошел с ума.

Катя все время смотрела на мать обиженным взглядом, пытаясь воззвать к ее любящему сердцу, но женщина только отводила глаза и общалась с продавщицами. Девушки порхали вокруг нее, но вопросы задавали исключительно маме. Наверное, поняли, что от Кати они, вряд ли чего-то добьются. А она уже успела себя представить героиней исторического романа, которую насильно выдают замуж за ненавистного мужчину. Катя постепенно входила в образ и от того страдать и переживать по поводу предстоящего замужества, принялась в полную силу. Она, кажется, даже побледнела от волнения, а в серых глазах ее даже заблестели слезинки.

Погрузив в багажник машины атрибуты для создания сногсшибательного образа невесты, Катя с силой захлопнув его, уселась за руль. Девушки из салона не советовали ей сворачивать платье и упаковывать его в сверток. Предлагали даже доставить его по адресу в день торжества, но Катя нервно скомкав дорогой наряд, засунула его в обычный пакет с каким-то ярким логотипом на нем. Игнорируя робкие попытки пояснить, что кольца кринолина погнуться, она свернула нижнюю юбку восьмеркой и сунула следом за платьем в тот же пакет. Изящные туфельки полетели к воздушной фате, а от украшений Катя попросту отказалась.

Всю дорогу она не разговаривала с матерью, а дома закрылась в комнате и не вышла к ужину. Она ждала, что кто-то из родителей придет к ней и станет уговаривать что-нибудь съесть – она не раз шантажировала родителей своими голодовками лет в пятнадцать. И родители всегда шли у нее на поводу - лишь бы любимое дитятко не осталось голодным! Они и сегодня придут ее уговаривать, не могут не заметить, что она не ужинала. А она ответит им презрительным и холодным молчанием. И не станет есть пока они не отменят чертову свадьбу.

Уснула Катя голодной, а утром проснувшись, не поверила сначала, что мама проигнорировала ее отказ от еды. Демонстративно повертевшись на кухне, где родители завтракали, девушка дождалась все-таки от отца вопроса, не хочет ли она позавтракать. Гордо отказавшись, Катя увидела, как отец пожал плечами, пробормотал что-то типа «губа толще – кишка тоньше» и, допив свой кофе, встал из-за стола.

- У тебя сегодня экзамен, дочка, не забудь. Если ты не явишься, никто у тебя его принять не сможет.

- Не явлюсь! – Катя решила использовать последний козырь.

Отец угрожает ей отлучением от семьи? Что ж – пусть. Угрожать еще не значит выполнить свои угрозы. Она растерялась сначала, когда он обрисовал ей перспективы, а теперь посмотрим, кому хуже будет.

- И замуж не пойду! А если ты меня больше не любишь, нет, если ты меня ненавидишь так сильно, что готов выдать за первого встречного придурка, хорошо…. - Девушка выдержала театральную паузу, не опустив глаз перед суровым взглядом родителя и добавила. – Тогда я ухожу из дома. Справлюсь сама, вот увидите.

Она ожидала, что после ее слов мать, ахнув, бросится уговаривать отца, но женщина, сжав ладони в кулаки, осталась сидеть на своем месте. А отец спокойно проговорил:

- Что ж, дочка, одобряю твое решение. Это по-взрослому, вот так смело встречать неприятности и бороться с ними, а не плыть по течению. Тебе пора становиться самостоятельной, и я вижу, ты взрослеешь у меня, котенок. Вещи помочь собрать?

У Кати после слов отца лицо вытянулось от удивления – она ждала совсем другого. Отец вот так вот просто согласился, что она уходит из дома? Это сон какой-то дурной! Не может быть!

Девушка, громко всхлипнув, бросилась в свою комнату и, упав на кровать, разрыдалась. Она не видела, как отец, проводив ее глазами, положил ладонь на сжатый кулак матери и, погладив его, нежно проговорил в полголоса:

- Ну, видишь? Я же говорил….

А мать в ответ согласно кивнула и, улыбнувшись мужу, погладила его по щеке, пробормотав:

- Я надеюсь, ты знаешь что делаешь.

Конечно, Катя никуда не ушла из дома. А куда она могла пойти? Ее блеф с треском провалился, да так, что повторять подобный фокус девушка вряд ли осмелилась бы. Она поняла, что даже если родители увидят ее с сумками на пороге, их это не проймет. Ей осталось только смириться. В конце концов, Слава прав – жизнь не заканчивается, ничего не изменится. Она будет жить дома, встречаться с подругами, развлекаться, тусоваться, знакомиться с парнями – все как всегда. Как будто у нее и нет мужа…. Катю передернуло от одной мысли, что ей придется называть Славу мужем. А может и не придется.

Катю на секунду посетила мысль скрыть факт своего замужества от подруг тоже, но она вспомнила, что отец позвал на их свадьбу кого-то с института. Как же ей сказать им? И что сказать? Что Слава бросил Зою и увлекся ей? Но Слава игнорировал ее. Даже не смотря на то, что Зоя прямо перед началом экзаменов взяла «академ» до следующего года и не маячила в институте, он даже не здоровался с Катей. Однако придумать что-то умное все же необходимо.

Неожиданный уход Зои взволновал их группу, и студенты несколько дней обсуждали, в чем тут соль. Связано ли это с нашумевшими фотографиями? Расстался ли Слава со своей девушкой? Или они встречаются вне института? Слава информацию не распространял, его друг тоже молчал, как партизан. И было заметно, что между ребятами все же прокатилось «яблоко раздора».

Поговорив и не получив ответов на свои вопросы, ребята успокоились и занялись сдачей экзаменов и подготовкой к веселым летним каникулам. Виделись они теперь редко, и может правда повезет и лишних вопросов ни у кого не возникнет. Кате же остается только врать. Не признаваться же в том, что ее насильно выдают замуж за парня, которого она ненавидит и который, кажется, так же «пылко» относится к ней.

* * *

Слава не думал о предстоящем торжестве, не готовился, но оно занозой сидело в его мозгу не давая расслабиться, а тошнотворное напоминание маячило перед глазами, хлопало длинными ресницами, веселилось с подружками, словно ей все по барабану.

Когда он узнал, что Зоя ушла в «академ», ему стало так тошно от всей этой ситуации, что больше всего на свете захотелось одного – напиться в дугу. Его беспокоило чувство вины перед девушкой, а так как чувствовать себя виноватым Слава не очень любил, он трансформировал его в злость и проецировал на Катю. На свою невесту Катю… тфу ты, на будущую жену, вот черт!

Встретившись в баре с Димкой, он напоролся на град вопросов от друга: где Зоя? Почему ушла? Почему телефон ее не отвечает? Они что расстались? Если да, то почему? Почему-почему-почему! Слава чуть бокал с пивом в стену не бросил. Потом повертев его в руках, попросил бармена налить ему водки.

- Дима, - пробормотал он, разглядывая содержимое рюмки, - я женюсь скоро. Свидетелем будешь?

- Женишься? – Друг недоверчиво посмотрел на него. – На ком? На Зое?

- Нет…. – Парень замахнул рюмку, сморщился, закусил лимоном. - …на Кате.

- Лаврентьевой? Шутишь.

- Неа, не шучу…. К сожалению.

- Из-за этого Зоя ушла?

- Из-за этого. – Слава, горько улыбнувшись, знаками попросил парня за барной стойкой налить еще.

- А чего ты радуешься? – Друг разозлился. – Ты девушку предал, которая тебя любила. Сначала изменил, потом бросил….

- Я ее не бросал. Это она меня бросила.

- Удивительно. А чего ты хотел?

- Жениться не хотел, Дим. Все это бред какой-то. Я ее ненавижу, эту стерву, ненавижу! Но выбора нет ни у меня, ни у нее.

- Стой, погоди. – Дима недоверчиво прищурился. – Я ничего не понимаю.

- И не понимай. На свадьбу придешь?

- Нет.

- Жаль. Ладно, дружище, мне пора.

Слава слез со стула и, покачиваясь, двинулся к выходу из бара. Дима смотрел ему вслед, не делая попыток догнать и выяснить, что случилось. После этого парни еще несколько дней не разговаривали друг с другом. Пока Димка не переварил все услышанное и сам не пришел к другу, выяснить подробности предстоящей женитьбы.

Узнав о добровольно-принудительном характере предстоящего супружества, он сначала поржал в голос, потом натолкнувшись на холодный и серьезный Славин взгляд, почесал затылок, задумчиво протянув «Нда-а…». Больше эту тему парни не обсуждали – Слава ясно дал понять другу, что все решил и отказываться от своих слов не намерен. В таком случае, зачем мусолить проблему – только нервы себе трепать. Дима согласился, но спросил – неужели Слава на самом деле отказался от Зои? На что услышал невнятный ответ, что дальше видно будет.

Слава свой выбор сделал, Зоя тоже. Он объяснил ей ситуацию, попросил понять. Она же вспылила, и понять не захотела. Что ж, он решил дать ей время подумать и смириться. А там… он, конечно, попытается вернуть ее, когда она остынет. Или, когда сам он будет к этому готов.

* * *

Настал, день свадьбы. Катя позволила одеть себя в красивое платье, позволила мастеру, приглашенному из салона, три часа колдовать над ее лицом и прической. Позволила проделывать над собой все эти манипуляции. Слава Богу, ей удалось отговорить подруг устраивать ей выкуп. Девчонкам она сказала про свадьбу накануне. Объяснила молчание тем, что Слава, якобы, хотел оставить их отношения в тайне. Девушка завралась и не могла сама понять, почему она не сказала подругам правду. Зачем предпочла дальше запутываться в паутине лжи. Но, главное пережить этот день, а там…. Каникулы, на которых они, возможно, не увидятся с девчонками, а потом она соврет что-нибудь еще…. Ну или, в крайнем случае, расскажет все как есть. Только не сегодня. Не хотела она, чтоб они в душе злорадствовали, что она попалась в собственное вранье. Уж лучше пусть догадываются и завидуют, что все у них со Славой получилось так романтично и так таинственно. Они и так похоже не поверили ей до конца, просто на расспросы она им времени не дала, сославшись на занятость.

Романтично и таинственно – как же! Они ненавидели друг друга, и Катя все время думала, как ей удастся скрыть свои чувства перед подругами и папиными друзьями, которых он зачем-то позвал. Ведь обещал же тихий скромный семейный праздник. Столик в ресторане на пятерых, только родители и больше никого. Она бы даже девчонок не звала, но раз уж отец позволил себе приглашать гостей, которых она и не знала толком, раз Слава тоже наверняка пригласит Диму, почему она должна остаться на собственной свадьбе без своей свиты… то есть, своих подруг. Подружек невесты, как же без них?

Посмотрев в зеркало, Катя отметила, что как ни крути, а она невозможно хороша собой в этом платье, с убранными в прическу волосами и макияжем. А бледность от нервных последних дней, придавала ее лицу какую-то… прозрачность и изящность. Тут же в сердце поселилась горечь от того, что она такая красивая сегодня вручает себя человеку, который, во-первых, этого не достоин. А во-вторых, которого она не любит, никогда не полюбит и вообще, совсем другие чувства она испытывала бы сейчас, торопясь к любимому. К тому, кто, волнуясь, ждал бы ее. А не к парню, который едет сейчас в ЗАГС, как и она по принуждению.

Вздохнув, подкрасив пухлые губки блеском и в очередной раз пожалев себя, Катя перешагнула порог отчего дома.

К дворцу бракосочетаний они подъехали за десять минут до регистрации. Как раз столько времени требовалось подняться по винтовой лестнице на третий этаж, немного подождать, когда закончится регистрация предыдущей пары, выслушать инструктаж и шагнуть, наконец, в гостеприимно распахнувшиеся перед ними двери зала под марш Мендельсона.

Однако Славы на крыльце не было. И внутри не было и перед пока закрытыми дверьми его тоже не наблюдалось.

- Где жених? – К ним вышла работник ЗАГСа.

- Сейчас подъедет. – Валерий Сергеевич подошел к женщине. – Давайте пока уладим все формальности.

- Без жениха нельзя.

- Вы меня, наверное, не помните. – Мужчина представился. – Я приходил к вам недавно, помните? У нас нетипичная свадьба.

- А-а, - женщина улыбнулась, - вспомнила. Ну, хорошо, пойдемте. А жених точно будет?

- Конечно, он парень ответственный. Даже не представляю, что могло его задержать.

- А может, вы ему позвоните?

Все посмотрели на Катю, а она, чувствуя, что слишком затянутый корсет душит ее, пролепетала, что не знает Славин телефон.

- Не знаете телефон жениха? Оригинально…. Ну что ж, подождем немного.

Подписав все необходимые бумаги, Катя стояла как дура, одна и ждала Славу, который задерживался уже черт знает на сколько времени. Ей и родственникам позволили пройти в зал для торжеств, поскольку времени на медленное и чинное приближение к столу регистратора уже не было. Его мама, краснея, стояла в уголочке одна и поминутно поглядывала на часы.

Все вокруг скучали и поглядывали на нее, подруги о чем-то шептались, отец раздраженно переминался с ноги на ногу. Неожиданно тишину нарушил громкий хлопок – распахнулась дверь, ударилась о стену и, отпружинив от нее, качнулась. В двери неспешной походкой ввалился Слава, за ним шел Дима. Жених громко поздоровался с гостями, извинился за опоздание и картинно откланялся. Катя взглянула на него, зажмурилась, мечтая о том, чтоб у нее в первый раз в жизни случилась галлюцинация и отвернулась,

Слава был одет в короткие (по колено) джинсы, и пиджак с закатанными рукавами. Под пиджаком виднелась майка. Голубая растянутая футболка с изображением ярко-желтого верблюда и надписью на английском «A camel can go without a drink for 14 days. I can`t». На голове его красовалась шляпа, надвинутая на глаза. И все же она не скрывала ни трехдневную щетину на его лице, ни мутный взгляд покрасневших глаз. И вообще весь он был какой-то помятый, и от него разило перегаром за версту.

- Это жених? – Женщина-регистратор уставилась на Славу, будто чудо какое-то чудное увидела. А потом, усмехнувшись, сказала Кате:

- Поздравляю, девушка. Объявляю вас мужем и женой. Совет да любовь. Вот здесь распишитесь, пожалуйста. Обменяйтесь кольцами и можете быть свободны.

- Позорище. – Валерий Сергеевич толкнул парня в спину. – Доставай кольца и иди, расписывайся.

- Кольца…. – Слава с умным видом полез в карманы. – Кольца-кольца…. Где же они? А что вы так смотрите? У меня вчера мальчишник был. Имею право на последний глоток свободы. Разве нет?

Из карманов его тем временем сыпались на пол смятые денежные купюры, упаковки презервативов, пробки от бутылок и в довершение ко всему, кружевные женские трусики.

- Ой! – Слава изобразил испуг на лице. – Это не мое.

- Клоун, - едва сдерживаясь, процедил Валерий Сергеевич, - расписывайся быстро и пошли отсюда.

- Ладно-ладно, попрошу без рук! - Слава подошел к столу и расписался на лежащем перед ним документе. Следом свою роспись нехотя поставила Катя

- А, вот они! – У Славы в руке появился бархатный футляр. – Сударыня, - он повернулся к Кате, - позвольте вашу ручку, почту за честь.

Он взял девушку за руку и с силой надвинул золотой ободок на ее палец. Катя вскрикнула от боли и, швырнув ему в лицо второе кольцо, подобрала юбки платья и выбежала вон.

* * *

Сидя в ресторане за столом, рядом со Славой, Катя больше всего на свете мечтала оказаться дома. Парень, развалясь на стуле, пытался о чем-то дискутировать с одним из товарищей ее отца. Преподавателем в их институте кстати. Но предмет, который он преподавал, они сдали еще в конце первого семестра. Вот Слава и расслаблялся сейчас, когда бояться ему было нечего.

- Нет, и все же вы меня не переубедили, - настаивал он, поминутно поднося ко рту бокал с шампанским, - никому ваш предмет не нужен и он только отнял у нас время, поверьте. Я бы сейчас при всем желании не смог ничего вспомнить, хотя экзамен сдал на пять, помните? Кстати, я списал, вот.

Валерий Сергеевич медленно багровел. Он смотрел на Славу таким взглядом, что парень уже давно должен был заткнуться и спрятаться под стол. Но тот лишь салютовал ему бокалом и продолжал дерзить.

Была еще одна «приятная» новость – в ресторан, к приезду молодых пришел новый Юлин парень. Который оказался старым Катиным парнем, Володей. Он вручил ей красивый букет ее любимых красных роз, поздравил «от всего сердца» и улыбнулся обнимающей его Юле. Сама подруга, извиняясь, лепетала что-то о том, как они однажды случайно встретились с Володей и как потом он ей позвонил. И раз уж Кате все равно… она ведь замуж вышла, неужели не порадуется за них?

Порадоваться? Порадоваться за то, что парень, которого она бросила, сочла недостойным себя, скучным и вообще, тряпкой, вместо того чтоб лить по ней слезы, нашел утешение с ее подругой, к которой она сама же его подтолкнула? Как-то радоваться не получалось. Нет, будь Катя сейчас не в таком положении, не в таком настроении, с другим мужчиной за свадебным столом, она может, и правда порадовалась бы за них ну или, как минимум, отнеслась к этой новости равнодушно. Но сегодняшний день был таким кошмарным и длинным, что эта новость окончательно добила ее. Она бросила Володю, собираясь стать счастливой без него, и кому от этого стало хуже? Ей. Только ей. И так зацепило ее это чужое счастье. Оно словно было насмешкой над ней.

Катя отвлеклась от разговора между новоиспеченным мужем и ее мамой и посмотрела на Юлю. Ее счастливое лицо и виноватый взгляд пробудили в душе злость, а еще где-то в глубинах сознания родилась неожиданная мысль – а был ли Вова так уж плох, как ей показалось? Ведь Юлька-то что-то в нем нашла. И он всегда был добр с ней, нежен…. Потакал ее капризам, относился как к избалованному ребенку, но любил. И он был бы счастлив, согласись она стать его женой не то что…. Катя бросила быстрый взгляд в сторону Славы. Он в то же время повернулся к ней и так посмотрел, что Катя поежилась – неужели ее есть, за что так ненавидеть? Неужели нельзя относиться к ней хоть сколько-нибудь терпимо? И это ведь день ее свадьбы как-никак.

Девушка выдохнула, сделала милое лицо и, улыбаясь, обратилась к Вове.

- Слушайте, ребят, как удивительно, что вы нашли друг друга. Кто бы знал…. Я ведь говорила – тебе понравилось с ним целоваться тогда, а ты - «показалось». Наверное, с радостью выполнила мою просьбу, ага?

- Какую просьбу? – Вова мгновенно став серьезным переводил взгляд с Юли на Катю. – Я чего-то не знаю?

- Я попросила Юльку поцеловать тебя тогда, на моем дне рождения. – Катя говорила, равнодушно ковыряясь в салате. – Мило, правда? Теперь вы вместе. Можете сказать мне спасибо.

- Спасибо. – Володя встал и, швырнув на стол салфетку, собрался уйти.

- Вов, - Юлька вскочила за ним, - подожди, я тебе все объясню. Это недоразумение… вернее…. Вов….

- Великая отечественная война – вов. – Парень развернулся и ушел.

Юля, кинув на подругу полный злости взгляд, поднялась следом.

- Стерва. – Процедила она.

- Спасибо что пришла, дорогая. И за сюрприз тоже, спасибо. – Катя продолжала улыбаться и не заметила, как Юля схватила свой бокал с шампанским и выплеснула его содержимое в Катино лицо. А сама убежала вслед за ушедшим Владимиром.

- Ну, ты и дрянь. – Катя отняла салфетку, которой пыталась стереть влагу, от лица и повернулась к Славе.

- Я? Эта сучка мне макияж испортила. И платье….

- Надо было еще прическу подправить. Рано девчонка ушла.

В этот момент у Славы пиликнул телефон. Он, увидев высветившееся на дисплее имя отправителя смс, порывисто схватил его, прочитал что-то взволновавшее его.

В этот момент кто-то зачем-то крикнул «Горько!». Слава встал со стула, Катя, поднялась следом машинально, не совсем понимая, что происходит. Но жених, вдруг отодвинув стул, быстрым шагом, чуть не бегом, покинул ресторан.

Это было последней каплей. Катя почувствовала себя униженной и, упав на стул, спрятала лицо в ладонях и заплакала. Это был самый ужасный день в ее жизни.

Глава 10

- Екатерина Валерьевна, - Катя услышала голос Дмитрия и почувствовала, как его рука обнимает ее плечо, - а вы знаете, с какой целью на свадьбе присутствует свидетель?

Девушка повернула к нему заплаканное лицо. Его только не хватало ко всем ее проблемам. Как же хочется домой!

- На тот случай, если жених вдруг вот так, как сейчас Вячеслав, не сможет присутствовать на собственной свадьбе. Хороший свидетель всегда спасет друга и подменит жениха на пару часов. Итак, на чем мы остановились? Кажется, кому-то было горько? Давайте дружно, горь-ко! – Дима потянулся ней, и Катя, не собираясь выяснять, насколько далеко он собирался зайти в своих шуточках, со всей силы толкнула его ладонями в грудь, да так сильно, что парень, потеряв равновесие, грохнулся на пол вместе со стулом. С пола его за грудки поднял Катин отец и, встряхнув так, что из незадачливого заместителя жениха мигом вылетела вся дурь вместе с хмелем, что-то шепнул ему. Дима согласно закивал, примирительно подняв руки, и когда мужчина отпустил его, он, поправив костюм, уселся рядом со Славиной мамой.

- Светлана Алексеевна, - он взял бутылку вина и наполнил ее пустой бокал, - можно я лучше за вами поухаживаю? Мне там не рады.

- Дима, а куда Слава убежал? – женщина обеспокоенно вглядывалась в его лицо. – Он что, совсем с ума сошел. Вдобавок ко всем своим сегодняшним выходкам, нам только этого не хватало. Зачем он злит Валерия Сергеевича? Я сына совсем не узнаю.

- Не переживайте, теть Свет, все будет нормально.

Женщина в ответ с сомнением покачала головой.

- Папа, - Катя умоляюще посмотрела на отца, - можно я уже домой пойду? Пожалуйста, я так устала.

- А что ты у меня спрашиваешь? Вон, у свекрови своей спрашивай, ты теперь у них живешь.

- Как это? – Катя, опешив, заморгала длинными ресницами. – Папа, ты о чем? Я домой хочу. К себе домой!

- Твой дом, Катенька теперь там, где твой муж.

- Папа!

- Все, Катерина, разговор окончен.

- Но ты же обещал!

- Я обещал, что в случае замужества я не оставлю тебя без крыши над головой, не лишу машины и буду помогать по мере сил. Ты можешь приходить к нам с матерью в гости, хоть каждый день, но жить ты будешь с мужем и точка.

Девушка сидела и смотрела на отца, не понимая, что вообще происходит и когда закончится этот кошмарный сон. Ему что мало? Ему мало всего, что сегодня произошло? В этот момент на ее плечи опустились две легкие нежные ладони.

- Катенька, - к ней склонилась Славина мама, - поедем домой девочка. Я тоже так устала сегодня. Поедем? Я уже такси вызвала.

- Да не хочу я к вам ехать! – Девушка вывернулась из-под рук женщины, вскочила со стула. – Я домой хочу! Домой!

- Успокойся, Катерина! – Отец встал следом и поймал ее за локоть. – Слушай, что тебе говорят, забудь слово «хочу». Есть слово «надо», привыкай к нему, дочь. Не зли меня. Меня твой муж сегодня «порадовал», дальше некуда.

- Катя, - мама обняла ее за талию, потянула к выходу, кивнув Светлане следовать за ними, - доченька, тебе сейчас нужно отдохнуть. Отцу тоже. Поезжай со Светланой Алексеевной, так будет лучше.

- Кому лучше, мама? – Девушка скинула материну руку со своей талии, - Вам? Им? Мне?

Она, круто развернувшись на каблуках и вздернув подбородок, направилась к выходу. Она обязательно придумает, как выпутаться из этой ситуации. Она послушала отца, сделала все так, как он хотел, а в ответ получила наказание еще хлеще прежнего – проживание со Славой и его мамой – какая прелесть, право слово! Значит, долой послушание. Она им всем устроит веселую жизнь. И Славе, и его курице-маме в том числе.

* * *

- Что случилось? – Слава стоял на пороге Зоиной квартиры и с тревогой вглядывался в ее лицо. После ее смс-ки он так переволновался за нее, что все пары шампанского мигом выветрились из его головы.

- Слава, - она кинулась ему на шею и втащила его в квартиру, - я не могу без тебя, слышишь? Я без тебя умираю! Я без тебя умру!

- Ну что ты… что ты, Зоя? – Он, взяв ее лицо в свои ладони, нежно целовал заплаканные глаза. – Я здесь, с тобой. Не нужно умирать. Что ж ты раньше не сказала? Я бы давно пришел.

- Я думала, что смогу. Что справлюсь. Слава, у меня не получилось. Я тебя люблю. Останься со мной… пожалуйста, Слава.

Парень огляделся, вспомнив, наконец, о том, что Зоя здесь жила не одна. В квартире было тихо и темно. Блики света видны были только из ее комнаты.

- А… ты одна что ли? Где родители?

- Они на даче, вернуться завтра вечером….

Девушка отошла на пару шагов и замолчала, призывно глядя на него. Слава не стал заставлять ее долго ждать. Скинув туфли, подошел к ней и, заключив в объятия, поцеловал. После увлек на кровать, одновременно выпутываясь из пиджака и не прекращая целовать ее.

Уже уронив на постель, он торопливо стаскивал с нее серую трикотажную майку и в тон к ней шорты. Оглядел обнаженное тело, провел ладонью по бедру и выше, задержался на груди, сжал ее….

- Постой, - Зоя отстранила его от себя и, сморщив бровки, посмотрела на его майку, - ты что, в таком виде женился?

- Угу, - он оттолкнул ее руки и снова притянул к себе ее губы. Целовал умело, так, что она скоро начала нетерпеливо ерзать под ним, пытаясь стянуть майку и расстегнуть джинсы.

Слава поймал ладошку девушки и завел за ее голову.

- Куда торопишься, малыш? Я никуда не спешу, или ты меня выгонишь через полчаса? – Он, улыбаясь, чмокнул ее в кончик носа.

- Я… просто…. – Зоя смешалась, а потом тихо выдохнула, - я соскучилась по тебе.

- Сильно? – Он отбросил свою майку, джинсы с бельем ногами затолкал куда-то в изножье кровати. Потом взял обе ее руки и завел их за ее голову, своей ладонью сжав тонкие запястья. – Не вырывайся, ладно?

Он принялся целовать ее шею, иногда прикусывая нежную кожу. Зое было немного больно, но она молчала. Потому что знала, все будет так, как хочет он – Славино главенство в постели было безусловным фактом их отношений. Иногда, когда девушке хотелось подразнить его, она пыталась сопротивляться его рукам или наоборот взять инициативу на себя. Правда, порой в результате этих забав, Слава бывал с ней немного грубым. Иногда ей это нравилось, иногда – нет. Сейчас, например, ей было не до смеха, поэтому она послушно отдалась ему.

Славины губы тем временем добрались до ее груди и теперь игрались с ее вершинами, переключаясь с одной на другую. Зоя, прикусив губку, пыталась сдержать рвущиеся стоны – он же прекрасно знал, что его поцелуи и прикосновения делают с ней, но как всегда тянул, доводя ее до изнеможения своими ласками.

Она тем временем почувствовала, что Слава больше не держит ее руки. Его сильные ладони скользнули на ее талию и подтянули ее тело выше на подушку. А губы чертили дорожку от ее груди ниже. На дрогнувшем от их прикосновений животике задержались, принялись исследовать его. Каждым своим прикосновением, вызывая у Зои какие-то не то вздохи, не то всхлипы. Язык парня очертил окружность ее пупка, а потом его губы медленно и едва прикасаясь, двинулись еще ниже.

Зоя задрожала и, вцепившись в подушку, попыталась вжаться в кровать, избежать этих ласк, потому что выдержать их была уже не в состоянии. А его губы уже щекотали внутреннюю поверхность ее бедер.

- Сла-ава… - Простонала девушка, почувствовав как от прикосновений к самой чувствительной точке ее тела, сдерживаться стало просто невозможно. – Хватит, прошу…. Не могу больше.

Ее тело непроизвольно выгибалось навстречу его губам, а он наоборот, отстранялся, играясь, и прикасался так нежно, невесомо….

Зоя зарылась пальцами в его волосы, попыталась притянуть его ближе к себе, но он, мотнув головой, сердито попросил ее убрать руки. И продолжил свои издевательские ласки, приближая ее к финалу и в последний момент отстраняясь. И так раз за разом, пока девушка не взмолилась:

- Слава, я же не каменная…. Пожалуйста….

Тогда он, наконец, накрыл ее собой и резко вошел в нее до основания. Так сильно, что Зоя вскрикнула, словно ей было больно.

Слава, насладившись ощущением того, как лоно девушки, тесно охватило его плоть, продолжил движения в ней, выходя из нее почти полностью и снова сильно толкаясь в нее. И так до тех пор, пока она не начала тихо постанывать, пока с губ ее не начали срываться бессвязные признания и просьбы, пока руки ее все сильнее и сильнее не начали впиваться в его спину, пока он, наконец, не почувствовал, как тело ее сжимается и трепещет. Тогда он перестал сдерживаться и закончил сам.

Откинувшись на подушку, он почувствовал, как на самом деле устал за этот длинный день. Повернувшись к девушке, он увидел, что она лежит с закрытыми глазами и тяжело дышит. Зое не хватило сил даже поменять положение тела, она скоро уснула, даже не пожелав ему спокойной ночи. Улыбнувшись своим мыслями оставшись довольным тем, что он так утомил девушку, Слава обнял ее и провалился в сон.

* * *

- Проходи. – Светлана Алексеевна открыла дверь и посторонилась, пропуская невестку. – Ты сегодня почти ничего не ела. Хочешь, я подогрею ужин?

- Нет. – Катя вошла и огляделась.

Квартира, в которой проживали Слава и его мама, вся целиком вместе с санузлом, кухней и коридором, занимала такую же площадь, как совмещенная с кухней гостиная в ее доме. Она была не просто маленькой – она была крохотной, по сравнению с просторной и светлой квартирой, расположенной в новом доме, в новом жилом комплексе, где она жила с родителями.

Здесь были две смежные комнаты – мамина спальня и зал, и одна отдельная, Славина, расположенная в конце длинного, узкого, темного коридора. Потолки были низкими, и казалось, давили на нее, кухонка вообще едва-едва вмещала в себя два шкафа гарнитура, печь, холодильник, и стол с двумя табуретками. За неимением свободного места, микроволновка стояла на окне. К раковине вообще можно было протиснуться с большим трудом.

Катя заглянула в ванную комнату, и сердце ее упало – никаких тебе душевых кабинок и новомодного «мойдодыра» - обычная ванна с душевой шторкой, тут же унитаз, раковины нет и стиральная машинка вдобавок, которая занимала собой почти все свободное место. И самое неприятное – отсутствие запоров на дверях.

На то, что в квартире чисто и даже уютно, Катя сейчас не обращала внимание – ее больше беспокоило отсутствие тех необходимых и привычных ей вещей, которые создавали необходимый комфорт у нее дома и которые, как она считала, должны быть в каждой семье. И не находя их она все больше и больше впадала в тоску.

Девушка хотела домой. Хотела в свою просторную комнату, а не в эту клетушку с разбросанными по полу вещами Славы. Хотелось в свою уютную кроватку с мягкой периной и пуховым одеялом, а не на этот раскладной диван. Ее сознание упрямо отказывалось принимать тот факт, что ей предстоит прожить здесь несколько лет. Она все надеялась, что это временная мера и если не сегодня, то завтра, отец обязательно позовет ее домой. Что ж, одну ночь провести здесь она согласна, а завтра она пойдет к родителям, и будет умолять их принять ее обратно.

Катя еще раз оглядела комнату, в которую ее проводила свекровь, чтоб она переоделась.

Комната была небольшой, но и не такой крохотной как спальня его мамы. У одной стены стоял диван, на стене напротив висел телевизор так, что его удобно было смотреть лежа, а не сидя. На диване лежала стопка чистого постельного белья, две подушки, сложенное одеяло. У окна стоял письменный стол. У дивана на полу валялся ноутбук. В углу висела гитара, на полу стояли носки. Видимо аккуратностью Слава не отличался.

Девушка устало присела на краешек дивана, вытянула гудевшие ноги. В дверь постучали, и заглянула Светлана Алексеевна.

- Катя, тебе помочь раздеться?

- Не нужно. – Катя хотела только одного, чтоб ее оставили в покое и дали, наконец, отдохнуть. Она не хотела думать, где сейчас Слава и даже была благодарна ему за то, что его не было сейчас рядом. Выносить его присутствие дальше она просто не смогла бы. Но женщина расценила ее отказ по-своему. Она вошла и тихо притворила за собой дверь. Эта женщина, вообще, была вся такая… бледная… блеклая. Светлые жидкие волосы, выражение какой-то глупой доброты на лице. Она была какая-то слабая и болезненная что ли….

- Катенька, - Светлана обняла ее за плечо, - ну не переживай ты так. Все образуется, вот увидишь. А Слава, он ведь хороший мальчик, ты это поймешь обязательно. Не знаю, что на него сегодня нашло, но ты наверное понимаешь… вся эта ситуация с вашей свадьбой, с Зоей – он так переживал, вот и не выдержал наверное, сорвался. А на самом деле он очень добрый, заботливый, справедливый…. Если бы ты только попыталась на него по-другому посмотреть, он бы тебе понравился, и возможно жизнь с ним не казалась бы тебе таким суровым наказанием.

- Да не хочу я узнавать вашего сына лучше, понимаете?! – Сорвалась девушка. – Не хочу я, не хочу! И жить с ним не хочу и плевать мне на то какой он хороший и замечательный! И на вас мне плевать! И вообще, оставьте меня в покое! Не нужно тут сидеть, притворяться добренькой и успокаивать меня! Я знаю – вы меня не меньше чем он ненавидите, я вам здесь, так же как и ему не нужна и вы мне не нужны! Я устала, я спать хочу, я к маме хочу!

Катя расплакалась, упав лицом в подушку. Женщина молча ушла. Девушка плакала долго, потом перевела дыхание, с трудом расшнуровала платье и, переодевшись в Славины вещи, которые принесла ей его мама, ушла в ванную, умываться. Она бы не прикоснулась к его майке и шортам, если бы у нее было во что переодеться. Но не ложиться же в платье – оно за этот день несказанно утомило ее.

Затем она как попало застелила постель и легла спать. Поворочавшись на неудобном жестком диване, девушка все же уснула.

* * *

Зоя проснулась утром рядом со Славой, блаженно потянулась и приникла к нему всем телом. Парень спал беспробудно, и она позволила себе еще какое-то время подремать рядом. Потом, поняв, что сон улетел окончательно, она приподняла голову и, опершись на локоть, принялась разглядывать его спящего, проводя тонким пальчиком по линиям его лица. Ей так нравились эти моменты, когда она просыпалась раньше и могла делать с ним все, что угодно. Слава в сексе так часто ограничивал ее, устанавливал свои правила, подавлял и не признавал даже намека на инициативу с ее стороны, что у Зои порой возникало какое-то смутное недовольство. Как будто ее лишали чего-то важного. Она часто задумывалась – на самом деле ей приятно это постоянное доминирование или ей хотелось бы иногда равноправия. И сейчас она, немного откинув одеяло, скользила губами по его груди, а ладонью по твердому животу, осторожно приближаясь к резинке плавок. Затихнув на несколько секунд, убедившись, что он все еще крепко спит, Зоя продолжила свои ласки и забралась под резинку, щекой прижавшись к его груди и нежно потеревшись об нее.

Почувствовав, как в руке ее что-то крепнет и наливается силой, девушка осмелела и, откинув одеяло, забралась на Славу верхом. Но он в этот момент открыл глаза и, опрокинув девушку на спину, навис над ней.

- Хулиганим?

Зоя вместо ответа шире развела бедра, словно приглашая его войти в нее одновременно потянувшись к его губам. Слава, лукаво улыбнувшись, потерся об нее уже довольно окрепшей плотью, все еще скрытой тканью плавок.

- Можно я? – Она умоляюще посмотрела на него, в то время как руки ее скользнули в низ его живота.

Слава кивнул, чувствуя, как ладонь девушки нырнула под резинку белья, сдвигая ее, освобождая его орган, направляя его в себя. Упершись ладонями в матрац, нависнув над ней, Слава качнулся вперед, проникая в тело девушки глубже, и зажмурился от наслаждения. Ее тело сводило его с ума. Своей мягкостью, своей нежностью. Ему нравилось, когда она послушно отдавалась ему. Нравились те ощущения, которые возникали, когда он погружался в ее лоно.

Парень понял, что надолго его сейчас не хватит, однако дождался все же, когда она застонала, ноготками впившись в его плечи, и обмякла со счастливою улыбкой на губах. И только потом отпустил себя, довольно быстро придя к финишу.

Потом они лежали на подушке, повернувшись лицом друг к другу и молча улыбаясь, восстанавливая дыхание.

- Я бы хотела каждое утро с тобой вот так просыпаться.

Зоя протянула руку, лаская щеку парня.

– Ты совсем зарос. – Отметила она его «небритость». – Исцарапал меня ночью.

- Да, надо домой идти, побриться хоть да маме показаться. Я ее вчера бросил в ресторане, даже не сказал куда ушел. Надеюсь, Дима ей помог до дома добраться…. – Он замолчал вдруг. – Я бы тоже никуда от тебя не уходил.

- Что тебе мешает? Позови меня к себе.

- Сейчас не могу. – Слава сел на кровати и отвернулся. – Женат на одной, живу с другой - не правильно это. Да и родителям твоим это вряд ли понравится. Сейчас жалею, что время потерял, давно бы уже могли вместе жить.

Зоя натянула на нос одеяло и замолчала – напоминание о том, что любимый несвободен теперь, хоть и, как он утверждал, фиктивно, портило настроение основательно.

- Ну что ты, зайка, - он прижал ее к себе, отогнул край одеяла, - это ведь не навсегда, верь мне, ладно?

Зоя кивнула в ответ и нежно прикоснулась к его губам.

- Ну, все, мне, правда, уже пора.

- Слава! – Он уже оделся, когда Зоя окрикнула его вдруг.

- Что, малыш? Что случилось? – Он вернулся и присев на кровать, вглядывался в ее глаза.

- Нам поговорить нужно. Вернее, мне нужно кое-что тебе рассказать.

- Что? Я слушаю.

- Я… Слава, понимаешь…. Слушай, давай потом, не так уж это и важно.

- Точно?

- Да. Иди уже. – Она шутливо толкнула его в плечо. – Светлана Алексеевна, наверное, волнуется.

- Вечером увидимся. - Слава оделся и ушел домой.

А Зоя долго сидела на кровати, спрятав лицо в ладонях. Она не смогла признаться ему в том, что это она расклеила те фотографии по институту. Она была так виновата перед ним. И эти две недели до свадьбы, которые они не виделись, он ни на миг не покинул ее мыслей. Она так скучала, с ума сходила без него. Осознание того, что она сама спровоцировала ситуацию, в которой они оказались, наполняло ее сердце таким бесконечным чувством вины, что она спать по ночам не могла.

В день свадьбы, проплакав с самого утра в одиночестве, к вечеру Зоя не выдержала и позвала его. Она самой себе не могла в тот момент ответить, чего она хочет добиться. Появилось странное желание рассказать ему все, и пусть потом сам решает, остаться ему с ней или нет, но, по крайней мере, все будет честно. А еще Зоя волновалась, что кто-то из знакомых видел ее и может однажды рассказать Славе. Она ведь была в такой прострации, что не до конца осознавала, что делает. И не замечала никого вокруг себя.

Но когда он примчался к ней по первому зову и после был таким нежным, таким любящим…. Она не смогла рассказать. А утром, взглянув в его глаза, опять испугалась. Испугалась, что он посмотрит на нее с презрением и ненавистью. Она же не переживет этого.

Так и не определившись с тем, что ей делать дальше теперь, девушка прошла в душ.

* * *

Катино пробуждение было ужасным. Ее тело затекло на неудобном диване, в ногах ее всю ночь спал Славин кошак (как выяснилось, у Славы был здоровенный мохнатый кошак), который ночью приперся в комнату и, напугав девушку, развалился на ее щиколотках, да еще и урчал, как трактор почти до самого утра. Девушка пыталась согнать его на пол, но кот был нагл настолько же, насколько толст и только устраивался поудобнее, игнорируя попытки девушки освободить свои ноги от лишнего груза. В конце концов, плюнув на кошака, Катя подтянула колени к груди и в такой неудобной позе спала до рассвета. А теперь она чувствовала, словно ее все ночь колотили страшные боем несколько человек – тело ныло и болело. Потянувшись и размяв конечности, Катя выглянула за дверь – в коридоре пахло чем-то вкусным. Где-то работал телевизор, и доносились какие-то звуки – брякание, шаги, скворчание масла на сковороде. Еще что-то…. Но, кажется, Слава домой до сих пор не вернулся. И это было очень хорошо - может, они и не увидятся сегодня – было бы здорово.

Девушка прошмыгнула в ванную, где привела себя в порядок. Надо было скорее бежать домой, хотя соблазн попробовать стряпню свекрови был велик. Да она еще и, выглянув из кухни, заметила девушку и позвала к столу.

- Нет-нет, Светлана Алексеевна, мне уже пора домой. Я Славины вещи потом верну, просто кроме свадебного платья у меня ничего нет и….

- Конечно, Катя, не волнуйся.

- Спасибо за приют, - откланивалась девушка на пороге, - наверное, не вернусь. До свиданья – такси уже у подъезда.

Свекровь молча кивала. И Катя не прибавив больше ни слова к своей речи, выпорхнула из квартиры. Бегом сбежала по лестнице и нырнула в салон автомобиля.

Через несколько минут девушка уже стучала в до боли родную и знакомую дверь.

- О, Катюха! – ей открыл заспанный отец. – А ты чего в таком виде и в такую рань? За вещами приехала?

- Папа! – Девушка кинулась ему на шею. – Прости меня, пожалуйста, папа! Только не прогоняй меня туда, я тебя умоляю!

- Ох, Катерина…. – Мужчина посторонился, давая дочери войти домой. – Ну, проходи, поговорим.

Глава 11

- Папа, я серьезно все поняла. – Зачастила девушка, едва перешагнув порог родительской квартиры. – Нельзя вмешиваться в чужую жизнь, нельзя манипулировать людьми, нельзя из прихоти ломать чужие отношения…. Можно я останусь дома?

Отец молча смотрел на нее, собираясь с мыслями.

- Котенок, - наконец начал он, - ну неужели ты думаешь, что я затеял всю эту круговерть со свадьбой ради того, чтоб ты, переночевав одну ночь у своего мужа, вдруг все осознала и пошла разводиться?

- А зачем?

- Я не верю, Кать, что ты так скоро изменилась. Для этого требуется время.

Девушка открыла уже было рот возразить, но в этот момент в комнату вошла мама.

- Дочка, - она в недоумении посмотрела на нее и покосилась на отца, - а ты чего с самого утра? За вещами пришла?

- Мама, и ты туда же?! – Катя не выдержала. – Я не вернусь туда! Я не могу там жить. Это не квартира, это… это… нора кротовая, а не квартира. Я не могу жить в таких условиях!

- Что и требовалось доказать. – Выдохнул отец. – Катя, как ты не можешь понять, что не все люди живут так, как ты. Мы же тоже не всегда так жили. Было время и нам было тяжело, ты же должна помнить это. А знаешь, как трудно приходилось нам с мамой, когда мы поженились? Мы тогда студентами были, нам выделили комнатку в общежитии. Ты, наверное, понятия не имеешь что такое настоящее советское общежитие. Не то, что в сериале «Универ», все на самом деле не так романтично и весело. Общая кухня, общая ванная, для того чтоб принять душ надо или встать раньше всех или лечь позже всех. А учитывая то, что этот принцип был известен всем жильцам, можешь себе представить, что получалось? А сама комнатка – крошечная клетушка. И твоя мама, она всегда поддерживала меня, была моим надежным тылом. Она даже в этом общежитии могла создать для меня семейный очаг, и я с радостью возвращался домой.

- Но я не собираюсь создавать для Славы никаких семейных очагов, папа! Я его не люблю, я за него замуж не просилась….

- Я знаю, Катя, знаю. Но ты должна понять, что есть люди, которым не повезло в жизни так, как тебе и это не делает их хуже тебя. Ведь ты не добилась в своей жизни ничего самостоятельно. Все, что окружало тебя, было плодами наших с мамой трудов. Я работал для материальной стабильности семьи, чтоб ты ни в чем не нуждалась, чтоб у тебя было все, чего мы в молодости с мамой были лишены. Мама трудилась по дому, чтоб нам с тобой было всегда тепло, уютно, сытно и вкусно. А какой твой вклад в семью?

- Но я ваша дочь…. – Растерянно произнесла девушка.

- И только. Нет, Катя, мы с мамой очень любим тебя, но эта любовь и сделала тебя такой. Ты эгоистка и потребительница, Катя. Ты считаешь, что все вокруг тебе должны. Особенно мы с матерью. Мы разбаловали тебя. Так вот, в чем собственно смысл сего воспитательного приема? Дело в том, дочь, что ты выросла человеком поверхностным и легкомысленным. Однажды ты влюбишься с первого взгляда и конечно, привыкшая получать все, что хочешь сразу, выскочишь за этого счастливчика замуж…. Я сейчас подразумеваю то, что случилось бы или случится, если вы со Славой все же разведетесь в скором времени. – Уточнил мужчина. – Так вот, выскочишь ты замуж, а когда проживешь с парнем пару месяцев, поймешь, что такое быт и прелести, из него вытекающие – повторится та же история, что с Володей. Ведь хороший парень был и чем не угодил? Ты сама себе на этот вопрос ответить не сможешь. И что? Опять развод? И каждый раз, натыкаясь на какую-то мелочную проблемы, ты будешь разводиться? В общем, суть такова – если ты уживешься со Славой, который не влюблен в тебя и в которого не влюблена ты, уживешься потом с любым, и я не буду за тебя волноваться – благословлю твой следующий брак без сомнений.

- Папа, - девушка смотрела на него расширившимися от удивления глазами, - что за бред?

- Ну, ты же сама сказала – папа у тебя, старый маразматик. Чего ж ты хочешь от меня?

- Ужиться со Славой, это как? Может мне еще супружеский долг начать выполнять?

- Не обязательно, Кать. Достаточно того, что вы сможете жить вместе как друзья, соседи, я не знаю…. Может быть как муж и жена, если вдруг ваши отношения друг к другу изменятся….

- Этого никогда не случится.

- И ладно. Вам решать. Иди, Катюх. Собирай вещи. И ничего не забудь.

- Но папа, он же меня на порог не пустит. – Жалобно взмолилась девушка.

- А ты сделай так, чтоб пустил. Все в твоих руках, дочка. Ты сама можешь сделать так, чтоб он начал относиться к тебе хорошо. Но и окончательно все испортить и добиться от парня ненависти тоже можешь, не забудь.

- Не забуду.

Катя резко поднялась со стула, на котором сидела, и, пройдя мимо замершей и в течение всего разговора не произнесшей ни слова мамы, прошла в свою комнату. Вытащила из шкафа объемную сумку и задумалась – что взять с собой, а что оставить. Из вещей девушка решила взять с собой только самое необходимое – в конце концов, не в другой город переезжает, в любой момент можно прийти сюда и взять то, что ей нужно.

Она скидывала в сумку вещи на автомате. Пока руки укладывали кофточки, юбочки и брючки, мозг лихорадочно соображал, и от обилия мыслей голова готова была лопнуть.

Итак, отец сам того не понимая, показал ей выход из сложившейся ситуации. Как там он сказал, что она сама может отвратить от себя парня окончательно? А что это обозначает? Если она постарается и Слава прогонит ее, родители не придерутся – ведь она вроде все делала, как сказал ей отец, а парень оказался упрям. В итоге он пойдет в армию, а она вернется домой.

О том, чтоб постараться наладить с парнем отношения Катя и не подумала – вот еще не хватало! Чтоб она стелилась перед каким-то идиотом. Оно ей надо? А уж Слава-то непременно воспользуется ее смирением и с удовольствием выместит на ней все недовольство ее отцом. Ему-то параллельно, что она свадьбы не хотела еще сильнее, чем он.

Ну что ж, она сами виноваты. Главное, чтоб отец потом ее не раскусил, и в его глазах она осталась правой, а Слава оказался виноватым.

Всю дорогу до Славиного дома Катя репетировала в зеркало заднего вида дружелюбную улыбку, которой она встретит свекровь. Светлана Алексеевна была женщина добрая и наверняка не раскусит фальши. А если она не заручится поддержкой свекрови, парень может и, не раздумывая выкинуть ее из дома. Было бы неплохо, но еще слишком рано – она должна показать отцу, что он не прав. Должна доказать, что вся проблема не в ней и есть вещи, на которые он влиять не может и к которым не имеет права ее принуждать. И тогда отец признает, что был не прав и она, на правах потерпевшей от его диктатуры стороны, сможет просить у него все что угодно (летний отдых на островах, например). Он не откажет.

* * *

Слава шел домой в прекрасном настроении – с Зоей помирился, ночь провел просто прекрасно, к тому же выспался и утром получил заряд позитива на целый день. Мысли о свадьбе, Кате и прочих неприятностях его покинули, и все казалось просто и легко. Непонятно, чего он так переживал – с «женушкой» им предстоит встретиться еще всего пару раз на оставшихся до каникул экзаменах. А там, впереди два месяца лета. И кто его знает, как все изменится за это время. К сентябрю, возможно, все его проблемы рассосутся – Катин папа может понять, наконец, всю глупость своих условий. Он может перестать быть ректором, Катьку может переехать поезд. Мысли о вероятном вдовстве как альтернативном варианте его семейной жизни вызвали улыбку. Слава принялся с удовольствием размышлять об этом.

Если бы парень знал, как на самом деле изменится его жизнь за два коротких летних месяца, он вряд ли так радовался бы неизвестному будущему. Но он не знал и сейчас наслаждался ясным днем, отсутствием похмелья и с удовольствием подпинывал кончиком туфли мелкие камешки.

Войдя во двор, Слава споткнулся от неожиданности, словно на стену налетел, улыбка сползла с лица, и он, матернувшись ускорил шаги.

У подъезда стоял припаркованный Катин автомобиль. Тот самый красный автомобиль, который он не спутал бы ни с одним другим. Чего этой стерве понадобилось у него дома? Слава на секунду представил, как Катерина сейчас закатывает скандалы его маме и бегом бросился к подъезду.

Взлетев на второй этаж, перепрыгивая через две ступеньки, Слава распахнул дверь квартиры, ожидая услышать шум и крики, но вместо этого до его ушей донесся… смех? Парень, не веря своим ушам, медленно прошел на кухню и увидел, как его мама и Катя мило беседуя, пьют чай с печенюшками. Причем Катя почему-то была одета в его любимую (и как назло единственно чистую) майку.

- Что происходит? – Он вошел на кухню и остановился у стола. – Ты что здесь делаешь? Почему опять мою майку на себя нацепила? Тебе что, нечего больше надеть?

- Сынок, Катенька теперь с нами живет.

- Что? – Слава решил, что ослышался. – Ты адрес не перепутала? Проваливай к себе домой, слышишь? И переодеться не забудь.

- Слава, - мама встала из-за стола и попыталась его успокоить, обняв за плечи, - Катя твоя жена теперь и поэтому будет жить с нами. Ну, по крайней мере, пока.

- И кто так решил? Хотя, о чем я? – Парень скривился. – Дай телефон.

- Зачем?

- Дай сейчас же, Кать.

Девушка протянула ему сотовый.

- Решишь разбить, вспомни сначала сколько он стоит, о`кей?

- Да не собираюсь я его разбивать, не переживай. – Бормотал он, выбирая из списка контактов нужный. Замолчал на несколько секунд, прислушиваясь к длинным гудкам. – А это не доченька, Валерий Сергеевич…. – Проговорил он уже в трубку и, смерив Катю презрительным взглядом, удалился из кухни.

- Папа меня обратно домой не примет, он может сколько угодно сейчас с ним разговаривать. – Вздохнув и скромно потупив глаза, пожаловалась Катя свекрови. – Да я бы и сама не стала бы ему навязываться, я же знаю про него… и про Зою… но что мне делать, Светлана Алексеевна? У меня выбора нет – прислушаться к вашему совету и попытаться подружиться с ним. Чтоб это время, что нам необходимо прожить вместе, прошло наиболее безболезненно и для него и для меня. А он…. Он же мне не поверит. Он же считает меня каким-то ужасным человеком, который только и думает, как отравить его жизнь. А я… - голос девушки дрогнул, словно она готова была расплакаться, - я же, как и он не хотела, чтоб все так получилось.

Катя картинно уронила голову на руку, ладонью прикрывая свои глаза так, чтоб казалось, словно она плачет.

- Да вы что?! – Катя вздрогнула и обернулась, услышав донесшийся до них из комнаты Славин голос. – Может, вы меня заставите супружеский долг выполнять, а? И еще и тут будете мне условия ставить!

Девушка виновато посмотрела на свекровь и снова опустила глаза. Хотя никакой вины она за собой не чувствовала сейчас, расположить к себе Светлану Алексеевну можно только таким путем. А в том, что это необходимо, Катя была уверена. Да, вчера она пребывала в такой ярости, что планировала заниматься только тем, что доводить их обоих – и Славу и эту добрую-предобрую тетеньку до белого каления, но обдумав ситуацию, девушка поняла, что таким образом она сделает хуже только себе. Раз уж ей придется пожить здесь какое-то время, значит, стоит сделать свое пребывание комфортным. А иметь хоть одного дружелюбно настроенного к ней человека уже что-то значит.

Через несколько минут Слава вошел на кухню, и устало прислонился к косяку.

- Твой отец выжил из ума.

- Я бы с этим утверждением поспорила. – Не смогла промолчать девушка. Да, папа не прав, но оскорблять его в ее присутствии она не позволит.

- Видимо, придется нам пожить вместе. – Подытожил он очевидное.

- Мне этого, как и тебе не хочется, но что я могу поделать?

- Я себе не представляю, как это будет выглядеть…. – Он усмехнулся. – Ты про Зою помнишь?

- Помню. Мешать не буду.

- Что происходит? – Слава вдруг склонился над ней и внимательно вглядывался в ее глаза. – Чего ты добиваешься? Откуда вдруг такое понимание и спокойствие?

- Ничего… - девушка, заморгав, отвела взгляд – смотреть в его глаза она не смогла, и так понятно, кто выиграет в «гляделки», - я ничего не добиваюсь, просто хочу сделать нашу жизнь проще….

- Проще? – Он выпрямился, отшатнувшись от Кати. – Сначала сама все усложнила, а теперь хочешь сделать проще?

- Слава, - Катя не выдержала, - я не расклеивала те фотографии по институту.

- А кто?! – Выкрикнул парень, и Катя вздрогнула от его резкого голоса. – Кто кроме тебя мог совершить подобную глупость? Покажи мне этого идиота, я ему сам лично руки оторву.

Он выдохнул. Успокаиваясь, и уже ровным голосом добавил:

- Хочешь сделать нашу жизнь проще – собирай вещички и вали отсюда. А иначе, будет только хуже. Тебе.

Он резко развернулся и вышел. Через несколько секунд хлопнула дверь в его комнату.

Светлана Алексеевна, молчавшая все это время, погладила Катину руку.

- Он успокоится, вот увидишь. Только я не знаю, как ему сказать, что ты поживешь пока в его комнате….

- Это что?! – Раздался в этот момент разъяренный Славин голос.

- Вещи мои нашел. – Катя вздохнула, и умоляюще сложив руки, попросила свекровь. – Может вы ему скажете? Меня он убьет.

Женщина тяжело поднялась со стула, на котором сидела и пошла к сыну. Катя как не прислушивалась, так и не смогла разобрать, о чем они говорили – ничего не было слышно, даже бормотания и отдельных слов. А потом Слава вышел и театрально поклонившись с издевкой произнес:

- Прошу, принцесса, Ваши апартаменты свободны.

- Спасибо. – Катя встала, намереваясь пройти в комнату и разобрать вещи.

- На здоровье. Надеюсь, вам будет удобно. Если что, Вы не стесняйтесь, говорите сразу, мы мигом все исправим.

- Слава, хватит кривляться. – Мама вышла следом. – Катя – наша гостья. Ей неудобно будет в зале на диване.

- А мне удобно? Нет, конечно, мне удобно. Я менее притязателен.

Слава замолчал, и всем своим видом демонстрируя раздражение, развалился на диване, о котором только что шла речь, нервно переключая каналы на телевизоре.

Катя с удобством расположилась на Славиной жилплощади. Брезгливо выставила за дверь все предметы его гардероба, как чистые, так и не очень. Наладила пинка наглому кошаку, который фыркая и недовольно поглядывая на девушку, все же убрался восвояси. После она проветрила комнату, расстелила диван и растянулась на нем, найдя на телевизоре канал, по которому передавали ее излюбленное и не слишком интеллектуальное реалити-шоу.

* * *

Зоя решила вечером прийти к Славе без предупреждения. Она хотела сделать ему сюрприз своим неожиданным появлением. А еще она хотела увидеть его маму. Светлана Алексеевна всегда очень хорошо относилась к ней, и девушке хотелось узнать ее мнение насчет этой глупой свадьбы. Ей хотелось посплетничать с будущей свекровью, хотелось, чтоб женщина поделилась с ней впечатлениями о невестке.

А потом ей хотелось, как обычно закрыться со Славой в его комнате и целовать-целовать его губы. Дразнить его, зная, что при маме он вряд ли станет заваливать ее на диван. Хотя она никогда не мешала им, сколько Зоя помнила. Но все же предаваться греху, когда она сидела у телевизора в соседней комнате, не хватало совести даже у Славы.

У девушки было такое хорошее настроение, она была опьянена своими чувствами и мечтами и так спешила к своей цели, что пролетела мимо Катиного автомобиля, неуклюже припаркованного во дворе, даже не заметив его и не заподозрив неладного. Хотя где-то мелькнула тревожная мысль о том, что она что-то упустила. Что-то раздражающее, нервирующее, тревожное. Но Зоя списала этот душевный дискомфорт на всплывшие из глубин подсознания воспоминания о Славином семейном положении, о котором она дала себе обещание специально не думать. Отмахнулась от грустных мыслей и скоро звонила в дверь его квартиры.

- Я открою! - послышался из-за двери знакомый голос, от которого у Зои в груди разлился холод.

А потом дверь распахнулась и Екатерина Лаврентьева, собственной персоной, возникла на пороге. Зоя скользнула по ней взглядом, открыв рот и собираясь с мыслями, отмечая, тем не менее, ее домашний наряд и Славину майку на плечах.

- Зоя, - протянула девушка и посторонилась, - проходи. Дорогой, - отвернувшись, крикнула она, - это к тебе.

Девушка ушла, а к изумленной Зое вышел Слава.

- Это как понимать? Что Лаврентьева делает у тебя дома?

- Я Артемьева теперь! – Послышался откуда-то Катин голос.

Зоя, развернувшись, хотела уйти, но Слава поймал ее за локоть, разворачивая к себе.

- Постой. Погоди минуту, я сейчас.

Он ушел, а потом из зала раздался его голос:

- Еще раз напомнишь мне, что ты теперь носишь мою фамилию…. Еще раз назовешь меня так….

- Как? – В голосе Кати слышался едва сдерживаемый смех.

- Дорогим…. Я с тобой знаешь, что сделаю?

- Слава, извини, я пошутила. Твоя Зоя, она что, шуток не понимает? Погоди….

Послышались шаги, а потом к девушке вышла Катя.

- Слушай, извини, ладно. Он мне не дорогой, я неудачно пошутила. В общем, он сам тебе все объяснит. Доволен? – Она повернулась к Славе, который стоял за ее спиной.

Тот молча прошел мимо и, обняв Зою за плечо, вышел вон, захлопнув за собой дверь.

- Я ничего не понимаю, Слава. Может, ты мне объяснишь?

- А что тут непонятно, Зоя? Катя – моя жена и теперь она живет со мной, как и положено жене. – Слава смотрел в сторону, и в словах его явственно слышалась горечь. – Давай присядем?

- Но почему ты позволяешь все это, Слава?

- А что я могу сделать? Меня напрягает вся эта ситуация, Зоя, если и ты сейчас начнешь капать мне на мозг…. – Он замолчал, боясь наговорить лишнего.

- Лучше бы ты отслужил два года.

- Лучше? – Парень посмотрел на нее внимательно, словно хотел в глазах ее прочесть, действительно она так считает или нет. – Кому лучше, Зоя? Я устрою этой выскочке такую райскую жизнь, она сама от меня сбежит, а других вариантов я не вижу. Вот только мама….

- А как мама, кстати, отнеслась к этому браку? – Зое так важно было услышать, что Светлана Алексеевна была возмущена происходящим. Что она искренне переживала за нее, Зою. Что враждебно настроена к невестке. Зоя очень хотела, чтоб все было именно так.

- Мама? – Слава вздохнул. – Мама боится, что если я буду Катю обижать, ее отец рассердится, и меня отчислят – сессия-то еще не закончилась. Вот и сама пытается найти с Катей общий язык, в общем…. Все против меня.

- Слава, - Зоя повернулась к нему и взяла за руку, - Я не понимаю, чего ты так зациклился на том, что твоя мама не переживет твой уход в армию? Ну, неужели ваши будущие семейные баталии с Катей – это лучший вариант?

- Нет, конечно. Я не думал, что дело дойдет до совместного проживания, думал Валерий Сергеевич удовлетворится браком. Зоя, понимаешь… как бы тебе объяснить? В общем, я просто сейчас расскажу тебе одну историю из моего детства. Мне ее когда-то давно рассказала бабушка. В общем, когда мне было лет пять, в маминой жизни появился мужчина. Бабушка говорила, он был серьезный такой, работящий, с деньгами мужик. В общем, бабушка подозревала, что мама с ним из-за того, что устала одна тянуть эту лямку, потому что мне нужен был отец, потому что в доме некому было гвоздь забить. Вот. А потом случился такой инцидент, в общем, этот мужик, придя однажды к нам в гости, подарил мне игрушку – дорогую машинку. Я, естественно ее разобрал, потом собрал, конечно, не совсем так, как было изначально. Потом еще раз разобрал, чтоб вообще иначе собрать, естественно ничего не получилось и машинку пришлось выбросить. Но суть не в этом. Суть в том, что этот дяденька, увидев свой подарок сломанным, накричал на меня и даже попытался меня наказать ремнем. Мама увидела и прогнала его. И больше в нашем доме мужчины не появлялись.

Зоя, она ради меня всем пожертвовала. Теперь я ее надежда и опора. Единственная. Ну скажи, как я могу пренебречь всем и оставить ее одну. А кто ей будет помогать, пока меня нет рядом, кто?

- Я. – Как само собой разумеющееся ответила Зоя.

- Ты? И с болезнью сердца тоже ты справишься?

- Твоя мама больна? – Зоя не знала. Подозревала, что женщина уж слишком часто пьет какие-то капли, да и Слава всячески берег ее от любых расстройств. Но конкретного ей Слава о болезнях матери не говорил ничего.

- Больна. Теперь ты все знаешь. Тебе и решать. Но Зоя, до конца сессии два экзамена, две недели, а там – каникулы. Помнишь, мы с тобой хотели поехать к моей бабушке в другой город и провести там все лето? Помнишь? Мы поедем. Обещаю тебе и никакие Кати мне не смогут помешать. Да она и сама скорее всего куда-нибудь укатит, к морю. А мы будет одни, свободны. А там…. Кто его знает, как все обернется? Просто нужно немного потерпеть.

- Да, - Зоя уронила свою голову на его плечо, - наверное, ты прав. Давай больше не будем ругаться из-за нее.

- Согласен. Пойдем лучше, сходим куда-нибудь. Достала она меня за сегодняшний день, чтоб еще и весь вечер с тобой об этом разговаривать. И Зоя, прошу, не пили меня по этому поводу больше, ты прекрасно знаешь, что мы с ней независимо от моих желаний.

- Хорошо, я поняла. – Девушка натянуто улыбнулась и поцеловала его в щеку.

Глава 12

Ночью дома было тихо. Тихо и темно. Где-то тикали часы, слышалось дыхание спящих людей. По темному коридору, неслышно ступая мягкими лапками, метнулся пушистый темный комок – кот, воровато оглядываясь, прошмыгнул к двери. Здесь он присел, втянул чутким носом запахи улицы. Там сейчас бегали на свободе его многочисленные собратья. Голодные и одичавшие они иногда манили его к себе своими запахами. Но не сейчас. Весна и самый безумный месяц в жизни кота, март, давно остался позади.

Животное отвернулось и, принюхиваясь, стало искать среди запахов обитателей квартиры, единственный нужный.

Здесь в коридоре у двери люди оставляли какие-то штуки, которые очень сильно ими пахли. Что это и зачем, ему было не слишком интересно, главное, о чем животное было предупреждено – не путать их с туалетом. Чем кот никогда раньше не занимался. До некоторых пор.

В его доме, рядом с людьми, к которым он привык, поселился чужак, которого кот терпеть не мог. И сейчас, вычленив из гаммы ароматов его запах, кот уселся поудобнее и совершил свою кошачью месть. А после мурлыкая забрался на диван к хозяину и там уснул, уютно свернувшись клубочком.

* * *

- Вот черт! Опять! – Катя держала в руках испорченную туфельку и брезгливо морщилась. – Чтоб ты сдох, Люцифер! А ну неси сюда свою пушистую задницу.

Слава ухмыльнулся и почесал кота, вытянувшегося на его коленях, под подбородком. Люцифер снова громко заурчал и блаженно прищурился.

Этого кота он случайно подобрал на улице котенком. Малыш, который тогда помещался на Славиной ладони, фыркал и шипел на любопытную собаку, которая его обнаружила. Слава подивился отваге маленького задиры и, отогнав собаку, сунул кота за пазуху и принес матери. Кота назвали Люцифером, потому что Слава не смог придумать ничего более подходящего для кота, не имевшего в окрасе ни одного светлого пятнышка. А через полгода, маленький пушистый комок, превратился в толстого мохнатого кошака.

- Отлично, малыш, так держать. Только не спутай однажды ее туфли с моими. А то мало не покажется.

Кот приоткрыл один глаз и укоризненно посмотрел на него.

- Где он? – Рядом возникла Катя и протянула ладонь, намереваясь схватить кота за шкирку и натыкать в лужу, которую он устроил на ее модных и дорогущих туфлях.

Но ее рука не достигла цели, поскольку Слава не слишком церемонясь, оттолкнул ее от кота.

- Что? – Катя рассержено смотрела на него. – Мне нужно натыкать его носом в мои туфли, мне это надоело.

- Может, тогда мне тоже начать тебя тыкать носом в посуду, которую ты всегда оставляешь на столе? Как думаешь, поможет?

- Слава…. – Катя поджала губки и сердито засопела носом. – Отдай мне его. Животное, которое регулярно пакостит нужно наказывать.

- Напоминай себе это почаще, дорогая. Это мой кот и наказывать его буду только я. А мне его наказывать не за что.

- Дорогой, твой кот нагадил в третью пару моих туфель. Ты знаешь, сколько они стоят?

- Дорогая, твои туфли – это твои проблемы. Твои туфли не нравятся моему коту так же, как и ты не нравишься мне.

- Дорогой, твои чувства взаимны и что? Мне начать гадить в твои кроссовки?

- Я бы на это посмотрел.

- А глаза не выпадут?

- Дети-дети! - Из комнаты вышла Светлана Алексеевна. – Ну что вы опять не поделили?

- Люцифер опять испортил мои туфли. – Катя, обиженно сложив бровки, пожаловалась свекрови. – За неделю это третья пара. Пока его не натычешь носом, это не закончится. А Слава мне его не дает.

- И не дам. Ты его регулярно выпинываешь из комнаты, в которой он раньше спал. Кот не понимает, почему ты вторглась в его жизнь и устанавливаешь в его доме свои порядки. И как он может выразить тебе свое отношение? Только так.

- Мне теперь нужно переодеваться под другие туфли, а я опаздываю. Блин….

- Кстати, - Слава окинул ее с головы до ног, - а ты куда собралась?

- По делам, - девушка отвернулась к висевшему на стене зеркалу и подкрасила губки. Затем поправила прическу, - тебя это не касается.

- Ты, наверное, забыла наш вчерашний разговор?

- Делать мне больше нечего, только помнить твои бредни. Ты о чем? – Катя торопливо обувалась в другие туфли.

- Об очередности приготовления обеда в нашей семье.

- Ты что, не пошутил? – Катя повернулась и, усмехнувшись, попыталась выйти за дверь. Но тут же была крепко поймана за предплечье.

- Ну что еще? – Она нервно выдернула руку из его захвата.

- За котом убирать, кто будет? Я?

- Ты, сам же сказал – это твой кот.

- Он нашкодил на твои туфли. Если бы не ты, этого не было бы. Бери тряпку, вытирай.

- С чего вдруг? – Катя теряла терпение. Она взглянула на свекровь.

- Сынок, - попыталась вступиться та, - я сама убери, ну что ты.

- Нет, мама, - Слава был непреклонен, - она за неделю за собой убирать не научилась, пора бы уже, а?

Катя, понимая, что еще немного, и она расплачется здесь от злости и обиды, разулась, двумя пальчиками взяла тряпку, и больше развезя грязь, чем убрав ее, потерла пол. Слава сжалился, и видимо решив, что для первого раза достаточно, отпустил ее восвояси.

- Молодец, свободна.

Катя, громко стукая каблучками по каменным ступеням, торопливо спускалась, чувствуя, как в душе ее клокотали злость и обида. Никто и никогда не обращался с ней так! Какое право он на это имеет, спрашивается? Как он смеет?

Захлопнув за собой дверь машины, Катя часто заморгала, не позволяя слезам скатиться из уголков ее глаз. Она никогда не будет из-за него плакать. Никогда! Девушка потерла лоб ладонью и сквозь тонкий аромат духов, каплю которых она уронила на запястье, ей вдруг отчетливо пригрезился запах кошачьей гадости, в которой были испачканы ее туфли. Девушка стала принюхиваться к запаху своих пальцев, которые она только что отчаянно скребла губкой для мытья посуды. Видимо недостаточно, потому что ей упрямо мерещился запах кошатины.

Катя почувствовала себя на пороге отчаяния, срочно нужен был кто-то, с кем можно было бы поговорить, кому можно было бы пожаловаться на жизнь и рассказать уже, как ужасно она вляпалась с этим браком. Девушка включила зажигание и поехала к Томе. Томка, она же добрая девчонка и тайны вроде хранить умеет. Она ей расскажет про то, как отец вынудил ее выйти замуж. О том, что со Славой в ту ночь она смухлевала, Катя решила не говорить – хватит с нее унижений для одного дня.

Припарковавшись у подъезда подруги, Катя выбрала в списке контактов ее номер.

- Том, - всхлипнула она в трубку, услышав знакомый голос, - а ты дома? Я приехала, открой дверь подъезда.

- А… Катя…. – Подруга, кажется, не ожидала ее увидеть. Катя вспомнила, что за прошедшую неделю вообще не встречалась с девчонками и не созванивалась с ними. Если честно, она немного волновалась по поводу их дружбы из-за той ситуации с Юлей и Вовой. Но потом решив, что Тома – это Тома, а Юля и ее конфликт с Катей – это их дело. А если они с Таней на нее обидятся, это ж детский сад какой-то получится.

– Кать, я сейчас выйду. – Тем временем Тома собралась с мыслями и положила трубку.

Через несколько секунд подруга села в машину и, не поворачиваясь, заговорила:

- Кать, слушай, ты извини, но я пока не могу с тобой общаться. Как-то это к Юльке несправедливо получится.

- Том, - Катя удивленно уставилась на девушку, - причем здесь это?

- Кать, - Тома повернулась к ней, - ну зачем ты так на свадьбе сделала, а? Ты же сама подтолкнула Вову к Юле, он тебе был уже тогда не нужен. Ты просто так испортила им отношения. Юлька ведь не собиралась тебе мстить. Он просто ей понравился, на самом деле и она не знала, как тебе сказать. А теперь он не отвечает на ее звонки и не хочет с ней разговаривать. Зачем, Кать?

- Тома, я…. Знаешь, мне так плохо тогда было….

- И ты решила, что неплохо было бы, если бы кто-то кроме тебя помучился? Извини, Кать, я считаю, что по отношению к подруге, будет не правильно, если мы будем и дальше общаться. Мы с Юлькой в одном дворе выросли, в соседних подъездах. Мы учились вместе, со школьной скамьи с Таней дружим. Ни я, ни Татьяна не станем Юльке причинять лишние переживания, общаясь с тобой. По крайней мере, пока.

- Да и пошли вы все!

- Пока. – Тома вышла из машины, аккуратно закрыв дверь.

Когда за теперь уже бывшей подругой захлопнулась дверь подъезда, Катя уронила голову на руль и зажмурила глаза. Что происходит? В какой момент она упустила из своих рук контроль над ситуацией и над своей жизнью? Почему все так несправедливы к ней? Она ведь так помогала девчонкам, пока они учились, из стольких неприятностей вытащила. Сколько экзаменов и зачетов они получили автоматом, сколько пропущенных пар им простили, и что? Все это померкло всего на всего из-за одной какой-то глупости. Неужели было сложно понять, что она на собственной свадьбе была как на каком-то глупом представлении, в главной роли. Что она так устала, и физически и эмоционально. Вот и вспылила, не сдержалась. И Вова тоже…. О гордости решил вспомнить. Что ж он раньше про нее не вспоминал? А тут прям….

Ну и ладно. Неужели она без них не проживет? Проживет, и они еще пожалеют. На самом деле, нужны ли ей подруги, которые с удовольствием пользовались ее связями в институте, а когда ей самой потребовалась помощь, отвернулись от нее.

Девушка гордо вздернула подбородок. Посмотрела в маленькое зеркальце на солнцезащитном козырьке над рулем, поправила макияж и завела машину.

Что ж, есть масса занятий, которые помогут ей отвлечься. Отец отдал ей ее кредитную карту, там была вроде, хорошая сумма денег. Правда папа уточнил, что это на развитие семьи, но Катя даже размышлять не стала о значении этих слов.

Она направилась в спа-салон и удовольствием провела там время до вечера, отдав себя в руки косметологов, массажистов и прочих нужных людей. Вышла оттуда она в прекрасном расположении духа и, чувствуя голод, поехала домой. Можно было конечно поужинать в кафе, но девушка в тот день переборщила с тратами, вот и решила что ее свекровь, в принципе, готовит очень вкусно, а еще обижается на нее за то, что она редко питается дома. Чудесная женщина, что ни говори!

Перешагнув порог девушка поняла, что не чувствует привычных аппетитных запахов, которыми встречала ее Славина квартира каждый вечер. Она поприветствовала Светлану Алексеевну, отметила про себя, что Славы дома нет, почувствовала досаду, догадавшись, что он сейчас с Зоей и ему наверняка гораздо веселее сейчас, чем ей. Переодевшись в своей комнате и спрятав свои туфли повыше, девушка поинтересовалась у свекрови, что сегодня на ужин. Посетовала, что не успела перекусить в городе и очень голодна. На что женщина, виновато отводя глаза, призналась ей, что они со Славой и Зоей уже поужинали в кафе, а дома сын попросил ничего не готовить.

- Катя, в холодильнике полно продуктов, приготовь что-нибудь сама. И Славочка вечером, когда придет, тоже перекусит.

- Пару проводов ваш Славочка пусть перекусит…. – Неслышно буркнула под нос Катерина.

- Что?

- Ничего. Не хочется что-то уже, Светлана Алексеевна. Пойду, лягу.

Катя уснула голодной, и голова ее была полна мстительных замыслов. Завтра Слава куда-то собрался на целый день. Вроде у него тренировка по баскетболу, потом свадьба, потом Зоя…. А когда он вернется, его ждет сюрприз.

* * *

Вечером следующего дня, Слава возвращался домой усталый, голодный и нервный. Тренировка его вымотала, денег на свадьбе собрать получилось мало, а после у них с Зоей случился неприятный разговор. Он хотел пораньше попасть домой, а ей приспичило побыть вдвоем и погулять подольше. А на его аргументы, что ему иногда нужно отдыхать, девушка заявила, что видимо не так уж сильно ему дома мешает Катя, раз он к ней так торопится. Спорить и доказывать что-то Слава устал. Он просто развернулся и ушел. Так они не расходились ни разу за прошедшие два года отношений. Он знал, что девушка стоит и смотрит ему вслед, ждет, что он вернется, но он даже не обернулся. Его вымотала вся эта ситуация. Ему надоело присутствие Кати в его квартире, надоело спать на диване, надоели каждодневные разборки Зои по этому поводу, надоело оправдываться за то, в чем он не считал себя виноватым. Он устал и мечтал просто побыть в тишине и покое хоть вечер. Чтоб никто не лез, не упрекал его ни в чем, не мешал отдохнуть.

Открыв дверь, он почувствовал с кухни запахи яичницы с колбасой, а разувшись и пройдя, он увидел и саму девушку, напевающую у плиты и помешивающую на сковороде что-то уже явно подгорающее.

- Катя, бестолочь ты! - он выдернул у нее из руки сковородку и переставил ее на холодную конфорку. – Не умеешь, не берись!

- О, кормилец наш пришел, Светлана Алексеевна. Проходи, дорогой. Мой руки, сейчас ужинать будем.

Слава недоверчиво покосился на девушку, которая в этот момент снимала с себя цветной фартук его матери. Явно что-то не чисто – не мог один голодный вечер пробудить в Лаврентьевой заботливую хозяюшку. Он обвел глазами кухню – было чисто, ни скорлупок от яиц, ни крошек, ни грязной посуды. На столе стоит салатник с нарезанными овощами, стопка хлеба. С тихим щелчком выключился вскипятивший воду чайник.

- В чем подвох? – Спросил Слава, подцепляя ломтик чего-то из салата и отправляя его в рот. Прожевал, наблюдая за довольным лицом девушки, спросил:

- Там яд?

- Нет. – Катя смеясь покачала головой.

- Слабительное??? – Парень забавно вздернул брови, изображая испуг.

- Нет, а кстати, мысль не плохая. Садись, все в порядке.

Слава, вдруг вспомнив о чем-то, огляделся.

- Люцифер! – Позвал он кота, который каждый вечер встречал его на пороге. – Люцифер, где ты?!

- Не кричи, он спит. – Катя, сделав равнодушное лицо и пряча улыбку, отвернулась и принялась накладывать в тарелку ужин.

- Почему спит? Что ты с ним сделала?

- Я? Ничего. Он просто отдыхает от наркоза. Ему сделали операцию. Не волнуйся, ничего сложного. Завтра твой кот будет как огурчик.

На последнем слове Катя, не сдержавшись, прыснула, но тут же взяла себя в руки и сделалась серьезной.

- Операция? – Слава, нахмурившись, пытался понять, что могло случиться с котом. А потом его озарило:

- Ты его кастрировала?!

- Ага! – Катя, довольно улыбаясь, кивала головой, округлив глаза.

- О, нет! – Слава сорвался из-за стола и бросился на поиски кота. – Вот зараза! Ты зачем это сделала? – Послышался из зала его несчастный голос. – Люцифер….

Катя тихо смеялась, зажимая рот ладонью, а потом, стерев слезы, выступившие от смеха и выдохнув, позвала спокойным голосом:

- Дорогой! Иди есть, яйца стынут!

И услышав его горький стон, девушка снова рассмеялась, закрыв лицо ладонями. Отдышавшись и успокоившись, девушка вышла в зал, где Слава сидел у спящего кота и со страдальческой гримасой на лице, смотрел на него.

- Нет у тебя сердца, Лаврентьева, - обратился он к Катерине, - зачем ты это сделала?

- Да чего ты так распереживался?

- Ничего себе! Ты его счастья в жизни лишила, его ж теперь все местные кошки на смех поднимут.

- Слава, - начала девушка тоном, каким успокаивала бы ребенка, напугавшегося чудовища из взрослого фильма, - животные относятся к процессу размножения немножко не так как люди. Для них это всего лишь инстинкт не более. Просто у Люцифера теперь не будет этого инстинкта, и он с соседскими кошками будет бегать наперегонки, а не муркать ночь до утра. И вообще, он у тебя еще молодой, на его здоровье процедура никак не отразилась. Так что прекрати сетовать. А в следующий раз, когда решишь мне напакостить, вспомни своего кота и его попранное мужское достоинство.

- Зараза ты…. – Парень отправился ужинать, а потом рано улегся спать, почти сразу отключившись от усталости.

* * *

Проснулся Слава ночью. Полежал несколько минут в темноте, размышляя о том, перекусить ему, сходить в туалет или дальше поспать, а потом в ладонь его ткнулся мордой Люцифер и парень вспомнил, какое необратимое оскорбление нанесла его коту сегодня Катерина. Тихонько поднявшись с постели, Слава нашел в каком-то ящике мамины большие портняжные ножницы и, сжимая их в руке, направился в бывшую свою комнату.

Вошел, присел на диван, на котором сейчас спала Катя, и невольно засмотрелся на нее. Во сне черты лица ее расслабились, и оно было спокойным и красивым. Да, Слава не мог не признать, что Лаврентьева красива, а сейчас, без этого вздернутого носа, без ехидной улыбочки, без стервозно-прищуренных глаз, она была такой… обычной что ли. Во сне с нее слетела вся ее спесь, и она была похожа на обычную девушку, которая никогда не лишила бы яиц его любимого кота.

Слава вспомнил причину, по которой он сюда пришел, а пришел он явно не любоваться смазливым Катиным личиком и по-детски сложенными пухлыми губками.

Вздохнув, парень вытащил ножницы.

У Кати была шикарная грива длинных темно-русых волос. Густые, длиной чуть ниже плечь они повергали в уныние ее однокурсниц и вызывали восхищение у парней, пробуждая в них древние желания, схватить девицу за косу, как в древние времена и утащить в свою пещеру. Слава представлял, как Катя отреагирует утром на смену имиджа, но волосы, в отличие от достоинства его кота, у нее снова отрастут. А урок она запомнит.

Несколько раз чикнув ножницами, Слава удалился и, устроившись на своей постели, скоро уснул.

А уже утром его разбудил истошный вопль, доносившийся из его бывшей комнаты, а ныне, из комнаты его жены.

Катя вопила не умолкая, делая паузу только для того, чтоб набрать в легкие воздух для следующего захода. К ней уже спешила перепуганная Светлана Алексеевна. Слава потянулся и с довольной улыбкой направился сначала в душ. После он все же заглянул к Кате, которая уже не вопила, а плакала, уткнувшись в плечо его матери, которая поглаживая девушку по спине, пыталась успокоить ее.

Он замер на пороге комнаты, беглым взглядом окинув ее. Катя сидела на постели среди остриженных прядей своих волос. Кажется, он погорячился, и завидная длина Катиных локонов уменьшилась больше, чем он предполагал. Волосы теперь едва достигали подбородка, на затылке были чуть длиннее – спускались до основания шеи.

- Ты! – Она заметила его. – Это ты со мной сделал, ты!

- Может стригучий лишай? Или скверный характер с тобой это сделал. Слушай, а тебе идет.

- Пошел ты, урод! Как я теперь буду… такая. – Девушка снова заплакала навзрыд.

- Кать, не убивайся. Волосы не голова, отрастут.

Ответом ему был новый всплеск рыданий. Девушка упала лицом в подушку, его мама укоризненно покачала головой и, поднявшись с Катиной постели, молча прошла мимо сына.

- Мам. – Он повернулся за ней. – Еще ты меня отчитай.

- Сынок, зачем ты так?

- А зачем она так с котом?

- Да Люцифера давно пора было кастрировать. Слава Богу, теперь не будет орать у двери весной. Но…. Она же девушка. Как ты мог?

- Это не девушка. Это стерва. Она переживет, мам, я тебя уверяю. Ладно, я на работу.

- Но сегодня воскресенье. Ты же раньше по воскресеньям брал выходной.

- Раньше брал. Все, мам, пока.

Он ушел. Днем ему позвонила Зоя и извинилась за вчерашний инцидент. Слава, конечно, согласился замять скандал, но где-то в глубине души его поселилось странное чувство досады на Зою. И пока он не знал, во что превратиться это чувство со временем, если она продолжит свои наезды. Он понял, что вчера, занятый кошачьими неприятностями, пикировками с Лаврентьевой и своей страшной местью, он совсем не думал о том, что они с Зоей опять поругались. И это открытие удивило его.

Катя, проревевшись, поехала в салон, где ее волосы привели в некое подобие порядка, и скоро девушка привыкла к своему новому облику и он даже начал ей нравится. Действительно, волосы имеют свойство расти, а меняться иногда полезно. Но вот Слава за эту выходку еще поплатится. Глава 13

Вторую неделю молодые люди жили вместе. На носу был последний экзамен, к которому оба не готовились по очевидным причинам: Слава – из вредности, Катя – из лени.

Катина голова вообще была забита проблемами посерьезнее. Каждую ночь перед сном она думала о том, что сделать Артемьеву за новомодную стрижку. Варианты мести сменяли друг друга и Кате всего, что подсказывало ей воображение, казалось мало. Еще она никак не могла определиться, что лучше, извести парня мелкими пакостями или совершить одну-единственную великую гадость. Гадость с большой буквы, после которой он, если не убьет ее, то точно впредь будет думать трижды, прежде чем портить настроение.

На Великую Гадость у Кати не хватало фантазии, поэтому она начала с мелких.

Мелкой пакостью Катя считала, прокравшись в ванную комнату, когда Слава принимал душ, украсть полотенце и его вещи. Мелко, но неприятно. И всегда можно свалить свое участие на его же собственную невнимательность. Дождавшись удобного момента, когда они были дома одни, Катя на цыпочках и с будоражащим чувством опасности в крови, приблизилась к двери. Приоткрыв ее, девушка заглянула в узкую щель – Слава ополаскивал голову под струями воды и за полупрозрачной шторкой был виден только его силуэт. Улыбаясь самой себе, Катя проникла в ванную и начала тихо, чуть дыша снимать с крючка полотенце. В этот момент она услышала скрип отодвигаемых в сторону колец, державших штору и, обернувшись, увидела Славу, во всей красе, стоящим перед ней.

Катя открыла рот от неожиданности и попыталась придумать, что сказать и что вообще в таких случаях говорят, но не смогла и, задохнувшись, закрыла его снова. Попыталась одарить парня высокомерным и презрительным взглядом с ног до головы, но напоровшись глазами на его… достоинство, вспыхнув, отвернулась.

- Долго пялиться будешь? – Наконец произнес он. – Полотенце дашь?

Девушка не глядя, сунула махровую ткань в его руки и выскочила за дверь. Закрывшись в своей комнате, она рассердилась на себя за несообразительность и испуг. А потом в ее голову пришли совсем другие мысли.

«Вот это да! – думала девушка, снова краснея. – Интересный агрегат он носит в своих штанах!»

Раньше, до этого момента, Катя считала девушек, восхищающихся размерами пениса, глупыми. А себя, убежденную, что вовсе не в размере дело, считала умной и подкованной. Хотя, подкованность и опыт ее определялись всего двумя партнерами, один из которых лишил ее невинности, а второй был Володей и этим все сказано. И все же Катя считала, что достаточно опытна для того, чтоб раздавать советы и даже наставлять подружек в этом вопросе.

Мало практики для подобного? Зато теории достаточно! Катя знала, откуда берутся дети уже очень давно, а лет в двенадцать нашла у родителей книгу весьма любопытного содержания, под названием «Психология семейной жизни» и досконально изучила ее.

Оттуда и почерпнула она знания о том, что половые органы отличаются так же как отличаются друг от друга сами люди. И о том, что главное в сексе. И это главное, вовсе не размеры, а нечто другое. И она не думала об этом до сегодняшнего дня.

А может, ей просто не с чем было сравнить.

Катя упала на подушку, и на один короткий миг ей вдруг подумалось о том, какие ощущения пришлось бы испытать, если бы то, что она увидела сейчас, оказалось в ней. От этих мыслей по телу прошла волна дрожи, а в животе что-то сладко заныло. Но тут же девушка прогнала из головы всякую чушь, а на смену ей пришли забавные мысли, как воспользоваться полезной информацией, которую она только что получила, против Славы.

* * *

Тем вечером к Славе пришла Зоя. Она часто приходила, хотя Катя подозревала, что девушка, приходя, каждый раз переступает через себя. Катерина считала Зою глупой и подозрительной. Уж она-то придумала бы что-нибудь этакое, но устранила бы соперницу. А эта только ходит и проверяет. Своими глазами хочет видеть, что между ними со Славой ничего нет. Видимо его словам она не верит. Видела Катя и то, что Слава тоже понимает цель визитов девушки. Слышала, как порой он сердито спрашивает ее, почему она не подождала его дома, как они договорились. Зачем пришла без предупреждения и что хотела увидеть. Катя частенько поддразнивала Зою. Называла Славу нежно «дорогой», интересовалась, скоро ли он придет домой, напоминала о безопасном сексе и вообще вела себя до тошноты дружелюбно и внимательно. Слава бесился, Катя понимала это и продолжала играть на его нервах. Зоя тоже заметно нервничала и Катя надеялась, что она, когда они оставались одни, выносит Славин мозг по полной программе.

Сейчас, пока Слава собирался, Катя вышла в коридор к стоящей там девушке.

- Привет! – Она улыбнулась как можно дружелюбнее. – Что не проходишь? А Слава еще не обедал, могла бы подождать. Не бережешь ты парня.

- Это не твоя забота.

- Ты права – не моя. Он твой парень, я помню, не волнуйся. И знаешь…. – Катя оглянулась и заговорщицким шепотом продолжила, - я тебе даже завидую чисто по-женски. Ну… ты понимаешь о чем я?

Зоя отрицательно мотнула головой. Катя, театрально вздохнув, уточнила:

- Ну, Слава у тебя так… кхм… завидно экипирован. То есть… орудие у него… большо-о-ого, калибра.

Катя подмигнула опешившей Зое и попыталась уйти, но столкнулась с тем, о ком только что говорила – Слава, скрестив руки на груди, стоял за ее спиной, и Катя не знала, что из ее разговора он успел услышать.

- Ну, мне пора. Удачно, ребят, погулять.

Она собралась проскочить мимо них, но не успела, потому что Славина рука поймала ее и сжалась на плече.

- А ну стой! Что ты тут только что несла?

- Ничего плохого, у Зои спроси. Так, похвалила тебя всего лишь….

- Что она тебе сказала? – Слава понял по Зоиному выражению лица, что Катя точно ей что-то брякнула. Девушка, не мигая, смотрела на него, губы поджаты, а крылья носа трепещут от жадно вдыхаемого воздуха.

- Когда она успела увидеть тебя голым? Слава, что происходит? Вы что меня за дуру держите? – Зоя Катиных ожиданий не обманула. Вот только поторопилась слегка, надо было высказать ему, когда остались одни, подальше от нее желательно.

- Нам что, больше делать нечего? – за них двоих ответила Катя, удивленно глядя на девушку.

Зоя что, реально думает, что если бы у них со Славой было то, чего девушка так сильно боится, они бы скрывались от нее? И с чего она вообще взяла, что между ними что-то возможно? Она не понимает, что своими подозрениями и ревностью только пробуждает в ней, Кате, желание дразнить ее, открывает ей свои слабые стороны, разве так можно? А Славу она, похоже, вообще бесит.

- «Нам»? - повторила Зоя. - С каких пор она отзывается о тебе и о себе так, словно вы вместе?

- Зоя, не психуй. – Устало ответил парень на ее выпады. – Эта вуаеристка подглядывает за мной в душе, что ты, в самом деле?

- Ничего! – Зоя, резко развернувшись, вышла в подъезд. Слава, на прощанье пожелав Кате всего наилучшего в жизни, направился за ней. А девушка, улыбнувшись самой себе в зеркало, с хорошим настроением и напевая, пошла красить ногти. Вечером, когда Слава вернулся, он вошел в ее комнату и спросил, зачем она с таким упорством выводит его из себя и чего хочет добиться.

- Я разве вывожу? Наоборот, по-моему. Я себя хорошо веду, не скандалю, не истерю, как твоя подружка нервнонеуравновешенная….

- Аккуратнее, Катя, мои нервы тоже не железные.

- Ладно-ладно, - девушка примирительно подняла ладони, - извини. Я просто пытаюсь нормально общаться с Зоей, но нам не о чем разговаривать. Между нами ничего общего, кроме тебя, дорогой. Вот мы и разговариваем о тебе….

- Катя, я не дурак и все прекрасно понимаю. Будь осторожнее, дорогая, а то твоя дружелюбность тебе же боком выйдет. Спокойной ночи.

- Сладких снов. – Девушка мило улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй.

Слава, закатив глаза, вздохнул и закрыл за собой дверь.

* * *

Следующим утром, выйдя из душа, Катя обнаружила Славу лежащим на ее постели с гитарой. Он лениво перебирал пальцами струны, наигрывая какой-то бессмысленный навязчивый мотивчик.

- Что ты здесь делаешь? – Катя присела на стул и принялась сушить волосы полотенцем. Раньше, на уход за волосами девушка тратила уйму времени – сначала помыть, потом ополоснуть бальзамом, чтоб длинные пряди не спутались и были гладкими и блестящими. Два раза в неделю Катя баловала волосы маской, и в конце защищающий спрей. Сушить их можно было только расческой и феном и только на холодном режиме. И никаких там плоек, утюжков, химических завивок и прочей дряни, от которой ее волосы могли бы пострадать. Если бы она только могла знать, что опасность таит в себе вовсе не продукция парикмахерской индустрии…. Что ее локоны пострадают от рук этого отморозка Славы, человека начисто лишенного сердца, и совести в придачу.

Зато теперь можно было, наскоро вытерев голову полотенцем, предоставить летнему ветру создание прически. В принципе такой художественный беспорядок на ее голове даже нравился девушке, делал ее образ каким-то задорным и игривым.

И все равно, Славу это ни в коей мере не оправдывало.

Катя посмотрела на развалившегося, на ее постели, парня из-под упавших на глаза остриженных прядей. Слава лежал, скрестив щиколотки, и задумчиво смотрел в потолок, наигрывая мотивчик, который уже девушку порядком раздражал. Это напоминало заклинившую на одном месте грампластинку.

- Долго ты будешь здесь ерундой заниматься?

- Столько сколько нужно. – Ответил тот, растягивая слова.

- Ты мне мешаешь.

- Ты мне тоже. Но я же вынужден тебя терпеть. Не мешай мне, Катя, я занят. А еще лучше, сходи куда-нибудь, погуляй.

- Чем же интересно ты таким интересным занят? – Катя взяла расческу и провела по волосам. – Лежишь, бренчишь и раздражаешь меня.

- Я не бренчу, я сочиняю музыку. Я этим занимаюсь только в своей комнате.

- Ох, ты! – Катя рассмеялась. – Тоже мне, великий композитор!

- Угу, - Слава не отвлекался от своего занятия и раз за разом повторял нервирующую мелодию, - я напишу песню о том, как в моем доме поселилась девушка-стерва. Это будет хит.

- Слушай, - Катя начинала нервничать, - иди уже, а?

Слава, ничего не ответив, посмотрел на нее издевательски и заиграл быстрее.

- Слава, хватит! Прекрати немедленно, мне надоело!

Его губы скривились в улыбке, а мелодия стала громче. Кате казалось, что его пальцы сейчас не струны гитары перебирают, а играют на ее натянутых нервах. Ее так все бесило, что хотелось топать ногами и кричать.

Девушка вскочила со стула и, подлетев к нему, вцепилась в гриф инструмента, пытаясь выдернуть гитару из его рук и разбить о его голову. Только бы в комнате, наконец, воцарилась тишина.

Музыка резко смолкла, а Катя отлетела к противоположной стене.

- Еще раз тронешь мою гитару, мало не покажется, поняла? – Слава принял на кровати прежне положение и снова заиграл.

Девушка отлепилась от стены и подошла к нему.

- Еще раз тронешь меня, Слава, я тебе такое устрою….

- Какое? – Он удивленно вздернул бровь. – Что такого ты мне можешь устроить, дорогая? Чего мне бояться?

- Вышел вон отсюда. – Катя скрестила руки на груди и столбом замерла рядом с ним.

- Не указывай мне у меня дома, поняла? То, что я уступил тебе свою комнату, еще не значит, что я теперь все буду делать так, как тебе захочется.

- У тебя что, настроение плохое? Зоя не дала?

Слава резко вскочил на ноги и несколько секунд молча сверлил ее злым взглядом.

- Точно не дала. – Усмехнулась девушка, делая шаг назад. Если честно, Славин грозный вид ее немножко напугал, но остановиться девушка уже не могла, на языке вертелись колкости, а чувство меры как всегда пребывало в состоянии полной отключки. – У тебя заметные проблемы…. Ты чего?

Парень так же молча продолжал наступать на нее, буравя взглядом злых глаз. Катя заволновалась – в воздухе явно чувствовалась опасность, исходящая от него, но что он ей сделает? Не убьет ведь…. И не ударит…. Не должен просто….

Слава же, протянув руку, схватил ее за плечо, и резко развернув к себе спиной, прижал ее к стене, не особо церемонясь о том, с какой силой он это сделал. Катя ойкнула, больно ударившись грудью о бетон, и тут же услышала его голос:

- А что тебя это так заботит, дорогая? Помочь хочешь?

Девушка почувствовала себя в ловушке – перед ней стена, за ней Славино сильное тело, недвусмысленно демонстрирующее ей свои намерения. Парень прижимался к ее попке и если ее не подводили собственные ощущения, он был уже изрядно возбужден. Его прерывистое дыхание опаляло кожу ее обнаженных плеч, щекотало шею. А в спину, чуть ниже ее поясницы, упиралось что-то твердое, и Катя точно знала что это. Она это «что-то» недавно в ванне успела рассмотреть во всех подробностях.

- Пусти меня! – Девушка забилась, пытаясь отстраниться. Попыталась оттолкнуть Славу от себя, но тут его рука, скользнув по ее груди и на секунду сжав ее, опустилась к животу и снова прижала ее ягодицы к его паху.

- Что такое, дорогая? Забыла что такое «супружеский долг»? Или папа твой этого не учел?

- Отвали от меня, - злобно процедила Катя, - пусти немедленно или….

- Или что? – Парень насмехался над ней откровенно. Он потерся твердым бугорком о ее попку, а рука его, забравшись под футболку, поглаживала ее живот. – Что ты сейчас сделаешь, а?

- Светлану Алексеевну позову.

- Зови. Ее дома нет – в магазин ушла.

Кате стало страшно, потому что его ладонь после этих слов скользнула в низ ее живота с твердым намерением забраться под резинку ее трусиков. Кончики пальцев уже гладили тонкое кружево, игрались с ней, дразнили…. Слава демонстрировал ей то, что все в его власти сейчас так наглядно! Ведь ему ничего не стоило в любой момент сорвать с нее белье, повалить на постель и….

- Слава! – Девушка принялась извиваться в его руках, чтоб помешать ему добраться до цели. Она пыталась отстраниться, вырваться, только не допустить этого. – Отпусти меня, немедленно пусти.

В последней попытке освободиться она изо всех сил наступила пяткой на его ногу. Слава неожиданно поддался, отпустил ее и отошел, оставив ее напуганную и взъерошенную все так же прижиматься к стене, не веря, что все действительно закончилось.

- Ты псих ненормальный…. – Прошептала она, повернувшись и прислонясь к стене уже спиной. Ноги ее дрожали, и дыхание заставляло вздыматься грудь.

- Я бы тебе не советовал впредь со мной играть, милая, уяснила? – Слава довольно улыбнулся, наблюдая за ней, и вышел из комнаты, прихватив с собой гитару, видимо, от греха подальше.

- Пошел ты…. – Катя упала на постель и, попыталась успокоиться. Вот только она не могла понять реакции собственного тела на все только что произошедшее. Вроде как она напугалась. Все-таки Слава парень сильный, а она всего лишь слабая девушка. И она поняла, что в некоторых ситуациях действительно совершенно беспомощна перед ним. И она не хотела его, не хотела, чтоб он вот так вот силой демонстрировал ей, кто главный.

Да, когда-то у нее были мысли о сексе с ним, и даже было время, когда она от него не отказалась бы, но не сейчас. И не так.

Тогда откуда эта дрожь? И что-то совсем она не похожа на последствия испуга. Нет, она испугалась, конечно, разволновалась….

Сейчас, оставшись одна, девушка переваривала в себе собственные ощущения и не могла понять, кого она больше испугалась – Славу или себя саму. Явно тут ее подвели гормоны. Ведь если подсчитать, секс у нее в последний раз был…. Когда? Еще когда она с Володей дружила. В марте или начале апреля…. Надо же, как давно.

Да, безусловно, в этом все дело. А еще в том, что она до конца не поверила в серьезность его намерений. Да не осмелился бы он пойти до конца, конечно нет! И от понимания этого вся ситуация так взбудоражила ее . С одной стороны страшно, ведь ничего нельзя исключать и Слава вполне мог насильно взять ее и что бы ему за это было? Интересно, есть в уголовном кодексе статья за насилие над собственной женой?

А с другой стороны какая-то непоколебимая уверенность в том, что он побоится перейти грань, делала ситуацию не опасной, а пикантной.

Девушка откинулась на спину и улыбнулась собственным мыслям. Слава-Слава…. Обычный мужик на самом деле, хоть и притворялся изо всех сил непрошибаемым и устойчивым к ее чарам. Что ж, можно вздохнуть спокойно – она бы победила в споре. Точно победила бы, будь у нее больше времени.

Катя конечно в этом и так не сомневалась, но получить наглядные доказательства все же было приятно.

Через несколько секунд хлопнула входная дверь – видимо Слава ушел. Наверное, к Зое направился, - подумала девушка, - напряжение-то надо снять. Девушка тихо хихикнула, подумав о том, что парень сейчас будет представлять ее на месте Зои. А потом какое-то неприятное чувство кольнуло ее. И появление этого чувство и определение его Катя так и не объяснила самой себе.

* * *

Вопреки догадкам Кати, Слава отправился вовсе не к Зое. Ему позвонил Дмитрий и предложил встретиться. Друзья давно не выбирались никуда вместе. Дима предложил сходить поиграть в бильярд. Заодно намекнул о каком-то важном разговоре.

- Ну, - Слава склонился над столом, прицеливаясь кием в сложенные треугольником шары, собираясь загнать в лузы наибольшее их количество, - что случилось?

- Страшного ничего. – Друг стоял рядом, опираясь на кий, и наблюдал за его действиями. – Неплохо. – Прокомментировал он Славин удар.

- Я знаю. – Самодовольно ответил тот, наблюдая за раскатившимися по зеленому сукну шарами. – Так что?

Слава обошел стол и остановился напротив.

- Хочешь пива? – Димка уходил от прямого ответа.

- Можно?

- Давай, проигравший за ним и пойдет.

- Договорились. – Слава наклонился, прицеливаясь снова.

- Как твоя жена?

- Черт! – Слава дернувшись, промахнулся. - Ты специально?

- Нет. Просто интересно. – Парень сделал невинное лицо, выбирая позицию для собственного удара.

- Моя, как ты ее назвал «жена» в добром здравии, к сожалению. Отлично! – Парень покивал головой в знак восхищения мастерством друга.

- Иди пока, выбирай напитки.

- Ты сначала выиграй!

- А ты не сомневайся. – Дима отвернулся от стола, пытаясь достать кием шар, из-за спины. – Так что? Ты с ней уже переспал?

- С чего ты взял? – Слава пожал плечами, наблюдая за тем, как один шар толкает другой и загоняет его в лузу.

- Ну как же? Она твоя жена, имеешь право. Черт. Твоя очередь.

- А оно мне надо? – Слава снова склонился над столом и, толкнув кием шар с недостаточным усилием, промахнулся. Выпрямился и отошел в сторону, уступая другу.

- Ну, не знаю…. Не надо?

- Нет, не надо.

Друзья еще некоторое время стучали шарами, перебрасываясь шутками. Слава ждал, когда Дима, наконец, расскажет ему, зачем позвал. Тот усердно делал вид, что кроме расставленных на столе шаров его вообще ничего не интересует.

- Все, я выиграл, пошли в бар. – Димка загнал в лузу последний шар и довольно улыбаясь, протянул другу ладонь. – Спасибо за игру.

- Реванш? – Слава ответил на рукопожатие.

- В другой раз. Дай победой насладиться.

Парни прошли в бар, и некоторое время обсуждали тактику и стратегию игры в бильярд, а так же ошибки и удачные ходы друг друга.

- И все же, Дим, говори уже, зачем звал. – Славе надоело ждать, когда друг созреет.

- Слава, - тот в ответ замялся и опустил глаза, - тут такое дело…. Я решил тебе сам рассказать, потому что не хочу, чтоб до тебя дошли слухи, и ты понял ситуацию не правильно….

- Что случилось?

- Ничего особенного. Просто мне недавно звонила Зоя…

- Когда? – Хорошее настроение испарилось и на смену ему пришло неприятное чувство тревоги.

- Когда ты ушел от нее, не попрощавшись, пару дней назад.

- И?

- И она меня попросила прийти. Слава, она была так расстроена, плакала в трубку…. Я предложил ей привести тебя, но ничего внятного не услышал и поехал к ней один. Что между вами происходит?

- С чего ты взял, что это твое дело?

- С того, что это мне приходиться утешать одну твою девушку, пока ты развлекаешься с другой.

- Вообще-то в твои обязанности это не входит.

- Я знаю. Но я тебе говорил, Зоя – мой друг. В общем, я должен был тебе сказать. Я был у нее, она мне все рассказала. Я обещал ей поговорить с тобой, хоть и предупреждал, что в этом нет смысла. Но Зоя верит в чудодейственную силу диалога. Я поговорил, ты меня понял?

- А что я, позволь спросить, должен был понять? Что моя девушка вместо того, чтоб успокоиться и жить нормально, не мучая ни себя, ни меня, накручивается на пустом месте? Я понял. Что ты упрямо лезешь не в свои дела? Тоже понял. Что еще?

- Зоя переживает от всего этого. Она-то причем во всех ваших разборках с Лаврентьевой, а?

- Дима, мы сами разберемся, я тебе уже говорил. Не лезь, куда не просят, хорошо?

- Хорошо. – Димка пожал плечами и потянулся к бутылке пива. – Считай, что этого разговора не было.

- И завязывай уже навещать Зою в мое отсутствие.

Дима промолчал, ничего не ответив.

- Но должен заметить, Дмитрий, вы растете в моих глазах, - добавил Слава шутливо, - в прошлый раз наш разговор начался с удара в челюсть. А тут прям и пиво и бильярд. Прогресс. Ладно, друг, все в порядке, пойдем домой.

Оставшись один, Слава в который раз задумался о Диме и Зое. Должен ли он доверять своему другу? Что чувствует Дима к его девушке кроме тех исключительно невинных дружеских чувств, в которых он пытается Славу убедить?

Да нет, никогда Димка не позарится на его девушку! Они же друзья, неужели они позволят девчонке встать между ними? Вот если бы он умудрился влюбиться в девушку Димы, он бы никогда не позволил себе отбить ее у друга. И что бы Димка к Зое не испытывал, он не позволит себе лишнего, так что не стоит добавлять себе головной боли еще и с этой стороны.

* * *

Зоя решилась прийти в институт на последний экзамен ее бывшей группы. Ведь как ни странно, но он выпал именно на то самое число, на тот самый день, когда они начали встречаться со Славой.

А в виду последних событий, Зое было крайне важно, как он поздравит ее с годовщиной, что придумает, чтоб удивить ее. Ей хотелось, чтоб именно сегодня, он продемонстрировал и Кате и остальным, что, не смотря на женитьбу, он все же был и есть только ее, Зои. А Катя всего лишь досадное недоразумение, отравляющее их жизнь.

Зоя знала, чувствовала, как все меняется после той чертовой свадьбы. Меняется она сама, меняется Слава, меняются их отношения. Она прекрасно понимала, что сама все портит, но сдержать себя не могла. Она чувствовала себя так глупо. Родители ее осуждали. Немногочисленные подруги кажется, жалели. Вся эта атмосфера происходящего вокруг нее абсурда утомила девушку, а внутренние мучения от содеянного усугубляли и без того подавленное настроение.

Зоя каждый миг своей жизни казнила себя за то, что поспешила тогда и не подумала о последствиях. Но разве она могла даже предположить, во что выльется в первую очередь для них со Славой ее выходка. Ах, если бы можно было повернуть время вспять! Она бы ушла тогда с чердака домой вместе с ним и никогда бы не узнала ничего, жила бы сейчас в своем счастливом неведении…. Ведь и Катя этими снимками никому хвастаться, видимо, не собиралась. Ну, за исключением ее подруг.

Но ничего не изменить. Единственное что можно сделать – это облегчить муки совести, рассказав Славе, кто все-таки расклеил проклятые фото по институту. Но Зоя боялась. Боялась и ждала, когда он хоть немного успокоится, потому что на данный момент, виновнику его женитьбы на Кате не поздоровилось бы, узнай он кто это. Самый удобный момент будет, несомненно, когда они едут отдыхать к Славиной бабушке в соседний городок. Вот тогда она точно расскажет. Соберется с силами и расскажет.

Ох, лучше б в армию ушел, - часто думала Зоя, - лучше б ушел! А за два года все забылось бы. И она бы дождалась его, конечно, непременно так все и было бы.

Иногда Зое безумно хотелось рассказать обо всем Димке. Уж он-то посоветовал ей, сказал бы, как возможно его друг отнесется к такому признанию. Ведь он сам мужчина и может дать ей совет, который никогда не даст ей ни одна подруга. И потом, он никогда не будет смеяться над ней и злорадствовать. Дима, он был таким хорошим по отношению к ней. И поэтому признаться ему в содеянном Зое было так же стыдно, как и Славе. И если Славу она боялась потерять и потому молчала, то Димке не рассказывала, потому что не хотела портить впечатление о себе. Потому что ей отчего-то было важно то, как он к ней относится. Тем более теперь, когда ей как никогда нужна была поддержка.

Зоя, волнуясь, приблизилась к крыльцу института, вошла в открывшиеся двери, поднялась на нужный этаж. И приближаясь к кабинету, услышала, как ее бывшие одногруппники дружно поздравляют Катю и Славу с прошедшим бракосочетанием. Она уже видела их и некоторые уже заметили ее. Слава стоял к ней спиной, весь усыпанный блестками, что высыпались из разорвавшейся только что хлопушки. У Кати в руках был красивый букет, и рядом с парочкой стоял преподаватель, который, положив руки на их плечи, произносил поздравительную речь.

Студенты, которые увидели ее, о чем-то перешептывались, и на лицах их Зоя читала усмешку. Они смеялись над ней! Все смеялись над ней! Больше выносить это у девушки не хватило сил и она, развернувшись, убежала прочь.

Глава 14

Ни Слава ни Катя не ожидали, какой сюрприз им преподнесут в этот день последнего экзамена их одногрупники. И неизвестно, кто это все придумал, кто организовал, да и не важно, в общем-то. Да еще и получилось так, что Слава, постукивая пальцем по штампу в своем паспорте и приговаривая, что раз уж он так удачно женился, отчего ж не воспользоваться, отнял у нее ключи от машины. Уселся за руль и заявил, что так как они теперь супруги и делят его жилплощадь, неплохо бы и средство передвижения поделить. Девушка нервно топала ногами и грозилась позвонить «куда надо», пыталась за волосы вытащить Славу из машины за что чуть не получила дверцей в лоб, успев вовремя отшатнуться. Бессильно опустив руки, Катя поинтересовалась, подвезет ли он ее до института, на что Слава после минуты раздумий, нехотя кивнул и позволил ей сесть на пассажирское сидение. Вот они и приехали на экзамен вместе и соответственно, вместе поднялись по лестнице и подошли к кабинету. А там их встретили друзья криками «Поздравляем!» и «Горько!». Кто-то грохнул хлопушкой, кто-то всучил Кате в руки букет и пока они стояли в центре всей этой суматохи, подошел преподаватель и поздравив их, объявил, что предварительным свадебным подарком дарит им «автоматы». А потом подошел Катин отец и вручил им… две путевки на Алтай (как оказалось, это был подарок от всей их группы, а не только от отца девушки). Причем вручен он был с таким толстым намеком, что Славе от поездки не отвертеться, что его, наверное, только слепой не разглядел.

Слава, взяв Катю за предплечье, утащил ее подальше от друзей и за углом, прижав к стене, спросил:

- Это что? – Он сунул ей под нос путевки. – Что за сюрпризы?

- Я понятия не имею. – Девушка выдернула их из его рук и поднесла к глазам. – Но сюрприз приятный. Ты же не поедешь?

- Почему я? Может, ты не поедешь, у тебя пары нет, а у меня есть. Мне и ехать.

- Иди ты! Это мне их папа подарил.

- А, нет, дорогая! Их нам подарили наши друзья.

- Вот именно – нам. Так что придется ехать вдвоем.

-Так, дорогие мои, - раздался рядом бас Валерия Сергеевича, - ну что? Рады подарку?

- Очень, папа, спасибо!

- Ну-ну, котенок, - ректор потрепал дочь за щечку, - это не только от меня. Ребятам тоже спасибо сказать не забудьте. А ты что молчишь?

Мужчина повернулся к замершему рядом Славе.

- Я не поеду.

- Поедешь. И лучше едь сам, а не багажом в Катькином чемодане. Но ты поедешь.

- Хорошо. – Слава, скрестив руки на груди, выдвинул условие. – Мы вернем билеты и поедем на машине.

- Зачем, Слава?

- И поведу я.

- Не вопрос. Катерина, ты слышала? Сегодня же впишешь его в страховку.

- Сейчас прям! Это моя машина!

- Наша, радость моя. – Слава изобразил на лице нежную улыбку. – У нас теперь с тобой все общее.

- Слава, - их перепалку прервал Валерий Сергеевич, - ты серьезно поедешь? Вот так и без скандала?

- Конечно, - парень равнодушно пожал плечами, - отчего же не поехать на халяву на Алтай? Поеду и с радостью.

- Отлично! – Мужчина потер ладони и после обнял зятя и дочь за плечи. – А я-то думал, снова придется угрожать, стращать, принуждать. Молодцы, ребята! Вы на правильном пути, оба. Только не забудьте, что вы должны выехать через два дня, чтоб успеть к заселению в ваш номер в отеле. А на счет билетов на поезд я все улажу.

- Тогда я пошел? – Слава вывернулся из-под руки ректора. – Вещи собирать.

- Иди, сынок, иди, конечно.

Слава бегом спустился с лестницы и, запрыгнув в Катин автомобиль, резко рванул с места.

Конечно, он не собирался ехать ни в какое путешествие с Катькой. «Свадебное путешествие!» - подумал он, криво ухмыльнувшись, и сам своим мыслям в ответ отрицательно покачал головой. Не поедет он с ней и точка! А согласился для того, чтоб от него отстали, и дали время свалить из города. Сейчас он заберет Зою, и они уедут и пусть, потом делают что хотят.

Слава нервно дернул переключатель передач, ставя его в положение «парковка», остановившись у Зоиного подъезда. Заглушив машину, парень откинул голову и перевел дух. У него неожиданно родилась мысль о том, что неплохо в общем-то было бы провести лето на отдыхе, за который уже заплачено. Даже с Катей…. А чем бы она ему помешала? Он бы запирал ее в номере и развлекался один. Но сама ситуация, это давление на него…. Все это бесило. Неприятие ситуации требовало противоположных решений. Да и Зоя…. Как бы он объяснил ей, что едет отдыхать с Лаврентьевой? Да и вообще, бредовая бы вышла ситуация, что ни говори. Однако мысль раз возникнув в его мозгу, никуда не собиралась пропадать, и Слава позволил себе представить примерно поездку, которой не суждено сбыться. Все же это было довольно заманчиво – он давно мечтал побывать на Алтае, но все как-то не сходилось с финансами. Он думал о соленых озерах, о подъемах в горы, о конных прогулках – это лето могло стать незабываемым, если бы не ряд причин, по которым он не может согласиться поехать. Если Катин папа решил купить его послушание, у него это вряд ли получится.

Слава не боялся сорвать поездку – не отправит его в армию суровый тесть. Сессия закрыта, до следующей времени предостаточно. А к новому году у Валерия Сергеевича уже может не возникнуть причин для его отчисления. Ну не за летние же косяки, в самом деле мужчина будет ему мстить? Глупости на самом деле.

Почему тогда он решил вот так сбежать, вместо того чтоб воспротивиться тестю? Потому что достало его уже все! Устал он что-то кому-то доказывать, сражаться за свою свободу почти в прямом смысле. Так поступить казалось проще, и Слава не видел причин что-то кому-то доказывать, провоцируя лишние скандалы.

Да и Катя будет только рада его отъезду и уж точно уговорит папочку не мешать ее отдыху с одной из подруг.

Он закрыл машину и скоро уже нетерпеливо звонил в Зоину дверь.

Зоя сидела на подоконнике в своей комнате и смотрела в окно, периодически стирая с лица слезы, которые нет-нет, да и скатывались из уголков ее глаз. Она видела, как Слава приехал к ней на машине своей жены, но это уже не волновало ее. В душе ее сегодня словно что-то умерло, перегорело и девушка поняла, что устала за эти месяцы так, как не устала бы и за год каторжных работ. Устала ревновать, устала переживать и думать, так ли фиктивен Славин брак, как он говорил. Устала бояться разоблачения за те снимки, устала носить в себе эту тайну, которая превратилась для нее в тяжкое бремя, которое хотелось сбросить с плеч, выпрямиться и пойти по жизни дальше… одной. Вот только она уже забыла то время что была одна, без него. Не могла себе представить, что так будет. Не могла понять, как это? Чтоб она вдруг потеряла половину себя и осталась одна. А как же поездка к Славиной бабушке? Как же свадьба после дипломирования? Как все это?

Однако чувство, что скоро все будет именно так, что она Славу теряет не покидало, поселившись в ее сердце. Понимала Зоя, что не будет он долго терпеть ее приступы ревности и постоянные наезды, но сделать ничего не могла. Да, она терпела, когда на него вешались разные девушки. Ее это бесило, но она никогда не предъявляла за то внимание, которым они баловали ее парня. Потому что все это было ерундой по сравнению с нынешней ситуацией, теперь Зоя это поняла. И все же подавляемые в себе чувства вымотали ее, опустошили. А Катя и свадьба… и сегодняшний номер в институте, кажется, стал последней каплей в чаше ее терпения.

Она услышала настойчивые звонки в дверь. Поняла, что уже довольно давно их слышит и, наверное, он не уйдет. Стоит открыть дверь.

Девушка сползла с подоконника на пол и медленно побрела к двери. Открыв ее, отошла в сторону, не мешая ему войти. В коридоре было темно, Слава чмокнул ее в щеку, не заметив покрасневших глаз. Он куда-то торопился, Зоя прислушалась к его словам и поняла, что он пытается заставить ее пойти собирать вещи.

- Зачем? – Девушка в недоумении уставилась на него. – Ты о чем, какие вещи?

Слава взял ее за руку и повел в комнату. Открыв дверки шкафа, он указал рукой на его содержимое.

- Вот эти вещи, Зоя и побыстрее, пожалуйста – времени нет.

- Зачем? – снова повторила девушка.

- Мы уезжаем к моей бабушке сегодня же. Нужно спешить.

- Я не поеду. – Зоя выдернула свою ладонь из его руки и отошла.

- Что с тобой? – Он подошел ближе и, взяв ее лицо в свои ладони, внимательно вгляделся в него. – Ты плакала? Что случилось?

- А разве ничего не случилось? – Зоя горько улыбнулась.

- Нет. – Слава непонимающе качнул головой. – Ничего.

- Слава, какой сегодня день?

- Двадцать пятое июня…. А что?

- Ничего. – Зоя отвернулась от него и посмотрела в окно на Катину машину. Появилось желание запустить в нее цветочный горшок. Прямо в стеклянную панорамную крышу. – Слава, уходи….

- Да что с тобой, Зоя?! – Слава резко развернул ее к себе. – Может, хватит уже, а?! сколько можно, ты сама не устала?

- Устала! – закричала в ответ девушка. – Я устала. От тебя устала, понимаешь? Какой сегодня день, Слава?

- Я уже сказал – двадцать пятое июня. Что ты заладила?

- Сегодня два года как мы с тобой вместе, Слава, как ты мог забыть? Как? – Девушка обессилено рухнула на кровать.

- Черт…. – Слава растрепал пятерней волосы. – Зоя… прости, совсем влетело из головы.

- Конечно, куда тебе помнить о такой ерунде. У тебя же других забот полно, других радостей, то есть…. Я сегодня видела, как вся группа поздравляла вас. Я видела, как они смеялись надо мной. А еще не было похоже, что вас женили насильно – стояли там рядышком, такие довольные. Счастливые….

- Зоя, - Слава сел рядом, - опомнись! О чем ты говоришь, ты же все прекрасно знаешь.

- А что я знаю? Я начинаю сомневаться. Скажи мне, Слава, ваш брак действительно фиктивный?

- Сколько можно? Я один раз сказал тебе, почему ты достаешь меня с этим вопросом постоянно? Ребята решили нас поздравить, мне что, нужно было всем и каждому идти объяснять, что случилось на самом деле? Зоя, я не ожидал и растерялся, если честно. А потом преподаватель, Катин отец со своими путевками….

- С какими путевками? – Зоя насмешливо вздернула бровь. – Свадебное путешествие?

- Типа того… ребята подарили.

- Ясно…. – Зоя усмехнулась думая о чем-то своем и продолжила. – Ты женился на ней, хоть мог избежать этого брака, ты живешь с ней, ты катаешься на ее машине, она видела тебя голым и в довершение ко всему, ты с ней едешь отдыхать…. И ты еще будешь убеждать меня в том, что между вами ничего нет и все не по-настоящему?

- В чем ты пытаешься меня обвинить? Я не собирался ехать с ней никуда. Заметь, я здесь, с тобой, прошу тебя поторопиться, чтоб не опоздать на поезд. Если бы ты просто доверяла мне, не пришлось бы тратить столько нервов.

- Я тебе один раз поверила и что? Слава, едь с ней куда хочешь, а меня оставь в покое. Мне надоело быть посмешищем.

- Ты понимаешь сейчас, о чем говоришь? Зоя, я устал от тебя. Устал от того, что ты прогоняешь меня, потом зовешь. Устал от этой стервы, которая живет рядом со мной. Я между вами как…. И вы обе насилуете мой мозг. Ладно она – она это специально делает. Но ты…. Ты-то почему меня понять не хочешь?

- Не хочу. Ты прав, не хочу. Уходи, Слава. И знаешь, я могу облегчить тебе задачу, если тебе неудобно оставить бедную Зою. И совесть тебя мучить не будет, и гордость не пострадает от того, что какая-то… тень твоя, тебя бросила.

- Зоя, что ты несешь?

- Это я расклеила фото тебя и Кати по институту, слышишь? Я. Я нашла их в ее тетради в тот день, после пожарной тревоги. Вот так, Слава. Что молчишь?

Слава и правда молчал и только пронзительно смотрел на нее. Он сжал губы в тонкую линию, и девушка видела, как заходили желваки на его скулах, а руки сжались в кулаки. Зоя вдруг поняла что наделала. Вот только слов своих назад забрать уже нельзя. Как бы она не настраивала себя на то, что стоит признаться, все же до конца сомневалась в себе и боялась. Как бы не убеждала себя минуту назад, что им лучше расстаться, однако когда опять сама все сломала, стало горько. Слава все еще стоял перед ней и так смотрел на нее…. Столько чувств было намешано в его глазах, что Зое стало невероятно больно. Она поняла по-настоящему, что она его только что потеряла. Действительно потеряла, а не представила себе как это. И это оказалось не так больно, как она думала, а в сто раз больнее. Хотелось прижаться к нему, обнять за талию и сказать, что она пошутила, только бы он обнял ее в ответ. Или просить у него прощения до тех пор, пока он ее не простит.

Горячка от ссоры проходила, и девушка вдруг поняла, что раз она сама так виновата перед ним, имела ли она право так много требовать от него?

Почему все эти умные мысли пришли к ней так поздно?

- Слава…. – Прошептала девушка. – Прости, я….

- Мне пора. – Наконец сказал он равнодушным голосом. – Мне надо обдумать новости, Зоя.

- Мы еще увидимся? – спросила она ему в спину.

- Не знаю…. Может быть. – Ответил он, не оборачиваясь, и передернул плечами так, словно что-то сбрасывал с них. – Прощай.

Он ушел, а Зоя, уткнувшись в подушку, горько расплакалась.

* * *

Выйдя из подъезда, Слава спокойно сел за руль машины, включил зажигание и плавно тронулся с места. Он сдерживал бушевавшие в нем чувства, не позволяя себе думать о признании Зои. Он не просто запретил себе вспоминать ее слова, он вообще не хотел о ней думать. Словно в его сердце, там, где раньше была она, теперь появилась пустота.

Вернувшись домой, и, припарковав машину, парень наткнулся в коридоре на Катю. Пока он разувался, она стояла рядом и что-то противно жужжала над его ухом. Что-то о его праве уехать на ее автомобиле, забыв саму ее в институте. И о том, как ей натерли новые туфли на шпильке, в которых и сидеть-то было неудобно, не то, что ходить. И о том, что если он не пошутил на счет Алтая, пусть не надеется, что она впишет его в страховку и еще что-то. Жужжала она, пока он так на нее не рявкнул, что девушка моментально заглохла и ретировалась в комнату, плотно закрыв за собой дверь.

Прошло несколько минут, прежде чем Слава заметил, что он нервно мерит шагами комнату, а за ним молча наблюдает мать.

- Что случилось? – заметив взгляд сына, спросила женщина.

- Ничего.

- А чего тогда мечешься?

Слава сел на диван, сжав голову руками. Самое удивительное, что его сейчас снедала не обида на Зою и не огорчение от разрыва с ней. Вообще-то он никогда не боялся ее потерять – так сильно он был в ней уверен. Его мозг разрывали разнообразные чувства и мысли, но только не того характера, что должны были сопровождать его сейчас, наверное. Он был удивлен, нет, поражен. А еще зол. Зоя, тихая скромная Зоя, которая два года его ждала, которая в рот ему заглядывала, смотрела как на божество свое личное. Эта самая Зоя загнала его под венец своей глупой выходкой, а потом еще и требовала от него исполнения воинского долга, во избежание того самого замужества, к которому сама же и подтолкнула.

Славе сейчас вообще были не интересны мотивы, по которым она так поступила. Он не хотел думать о ревности девушки и ее чувствах, которые она пережила в тот момент, когда увидела те фото. Зачем она вообще полезла туда, куда не просили?! А он, идиот, переживал за нее. Как она все это перенесла…. Испытывал чувство вины перед ней, а она….

Слава резко поднялся и прошел в свою комнату, то есть, в комнату которую теперь занимала Катя. Распахнув дверь, и заметив, как девушка вздрогнула от неожиданности и обернулась к нему, он сказал:

- Собирайся, поехали.

- Куда? – Катя продолжала сидеть на месте, отчего Славе хотелось встряхнуть ее хорошенько, чтоб начала уже, наконец, шевелиться без лишних вопросов.

- В страховую. Через два дня выезжаем, документы должны быть в порядке.

- Ты сдурел? Я думала ты не поедешь, что ты пошутил. Как же Зоя?

- Никогда, слышишь, - он подошел к ней и, нависнув над сидящей девушкой, процедил, - никогда больше не говори со мной о Зое, поняла?

- Поняла. – Катя встала и подошла к шкафу. – Выйди пожалуйста, мне нужно переодеться.

- Я жду на улице. – Бросил он и вышел из комнаты.

Катя достала с полки первое, что попалось под руку и быстро надела – она не понимала, что происходит со Славой, но каким-то чутьем ощущала - что-то случилось. И сейчас он как никогда не расположен к их пикировкам.

Удивительно было, что он все же согласился с ней поехать. К тому же сам, без отцовского давления…. Ну, то есть почти без него.

В принципе, Кате было все равно, она не имела ничего против его соседства. К тому же ей было некого позвать с собой. Три близкие подруги помахали ей ручкой, а с остальными приятельницами Катя поддерживала отношения, не предполагающие совместных поездок. А к Славиному присутствию рядом Катя уже начала привыкать. Более того, она понимала, что кроме него ей сейчас и поговорить-то не с кем. И пусть их диалоги сложно было назвать беседами, все же они хоть сколько-нибудь разнообразили ее жизнь. Да и мама его оказалась женщиной на самом деле тихой и незаметной, но крайне полезной – она вкусно готовила и Катю взялась научить. Девушка, помня о том, как запросто ее однажды оставили без ужина, скрепя сердце внимала поучениям свекрови. Сначала Светлана Алексеевна научила ее чистить овощи. И пока Катина техника срезания у картошки шкурок толщиной в миллиметр не достигла совершенства, ей больше ничего не доверяли.

Слава, наблюдал за ней и мамой, отпуская ядовитые замечания о том, что Светлана Алексеевна напрасно тратит время и продукты. А Катя, скорее всего, отравит их при первой же возможности, так что лично он пробовать ее изыски не намерен. Ему и горелой пересоленной яичницы хватило.

Тестом на зрелость на первой ступени, условно обозначенной как «Приготовление первых блюд», стал борщ. То есть его самостоятельное приготовление. С которым девушка справилась на отлично и свекровь ее долго хвалила, гордясь собой и своим педагогическим мастерством.

Катя же, подойдя вечером к Славе, который ужинал, не догадываясь, кто ему приготовил, облокотилась о стол, упершись локтями о его поверхность, мило поинтересовалась:

- Вкусно?

- Вкусно. – Парень заподозрил неладное и косо посмотрел на нее.

- Не пересолено? – Катя продолжала изображать беспокойство.

- Нет, нормально… в самый раз…. – Он поднес к губам ложку.

- Ну, слава Богу! – Картинно выдохнула Катя, воздев очи к небесам, то есть к потолку.

Слава поперхнулся и, скривившись, спросил:

- Ты что ли готовила?

- Я. – Довольно протянула Катя. И заметив его недовольное лицо, добавила, – Да ладно ты, ешь. Твоя мама хвалила и гляди, вон она сидит, жива-здорова и без желудочных расстройств.

- А давно она ужинала? – Парень посмотрел на часы.

- Часа два назад. Ты бы уже знал, если бы с супом было что-то не так, ешь. – Она, повернувшись, вышла с кухни. Перед сном к ней заглянул Слава и пробурчал под нос «спасибо». Потом собираясь уйти, замялся и добавил, что было вкусно….

Собравшись, Катя выпорхнула из подъезда, опять заметила Славу на водительском сидении, задумалась о том, что, наверное, нужно начинать прятать от него ключи, пока он на работу не начал на ее машине ездить, оставив ее без «колес».

Мысли девушки повернули к тому дню, когда она, желая позлить Славу, пришла к нему на работу, притащив с собой железный предлог – мамины пирожки на обед. Добрая женщина даже не заподозрила, почему невестка так охотно согласилась выполнить ее просьбу сходить к сыну на работу, чтоб он не остался до вечера голодным. И вот Катя, надев свою самую короткую юбку и самые высокие шпильки, отправилась в самое средоточие брутальных мужиков – в автомастерскую.

- Ау! – Позвала она, перешагнув порог бокса, где ей посоветовали найти мужа. – Есть кто живой?

Из под ближайшего джипа выкатился молодой парень, и оценивающим взглядом скользнув по ее ножкам, поинтересовался:

- А вы к кому, красавица? Не ко мне, случайно?

- Нет, - Катя ослепительно улыбнулась, - я к Артемьеву. Как мне его найти?

- Зачем же к нему? Может я вам смогу помочь?

- Вряд ли.

- Ну, тогда вам придется подождать – он занят. Я передам, что вы пришли, как представить?

- Я его жена.

- Жена-а? – Присвистнул парень. – Давно?

- Две недели. – Катя, улыбаясь, изображала счастливую новобрачную.

- Я сейчас…. – Парень сунул в карман какую-то железяку и куда-то ушел.

Когда вернулся Слава, девушка сидела на самом чистом стульчике, а трое голодных работников мастерской в голубых комбинезонах, с удовольствием уплетали мамины пироги.

- Дорогой! – Девушка махнула ему рукой. – А я тут познакомилась с твоими друзьями, славные парни, им очень понравились пирожки твоей мамы.

Уже потом Катя узнала, что Славу за сокрытие свадьбы заставили поить весь коллектив в каком-то баре в тройном (штрафном) размере. А он потом, заявившись домой пьяным в драбадан, завалился в ее комнату и улегся спать в ее постель, предварительно раздевшись догола, приговаривая, что привык спать именно так и никто ему не помешает. Не нужно уточнять, что Катю после этого как ветром сдуло из постели, и она коротала ночь на неразложенном диване в зале, задремав под утро, устроив голову на неудобном подлокотнике….

- Чего улыбаешься? – Сердитый голос отвлек ее от воспоминаний, возвращая в действительность. – Приехали.

Катя вышла из машины.

- Слава…. – Она поймала его за рукав.

- Что? – Он повернулся к ней.

- Что с тобой? Никогда тебя таким не видела, даже на свадьбе.

- Тебе-то какая разница?

Действительно, какая?

Девушка цокнула, скривившись, и вперед него шагнула к дверям страховой компании.

Глава 15

- Значит, с Зоей ты расстался? – Дима поднес горлышко бутылки к рюмке сидящего напротив Славы и наполнил ее.

- Расстался. – Буркнул тот в ответ, покручивая ее между пальцев и задумчиво глядя в окно.

- Почему? Вроде совсем недавно ничто не предвещало беды…. То есть почти ничего, - поправился он в ответ на брошенный на него взгляд, - и все же о расставании не было разговора.

- Иногда для решений требуется совсем немного времени, Дим.

- Так что же все-таки произошло?

- Это не важно. Я просто понял, что совсем ее не знаю. Не знаю, что от нее ожидать, хотя раньше она казалась мне простой и понятной. Я так решил и причины не так уж важны.

Он опрокинул в рот содержимое рюмки, сморщился.

- Слушай, - Дима заговорил на полтона тише и наклонился к другу, - а ты уверен, что кое-кто здесь не причем?

- Кое кто? – Слава непонимающе нахмурился, пытаясь понять, о чем говорит друг.

В этот момент дверь кухни, где сидели ребята, открылась и туда вплыла Катя. Недовольно скривившись, она покосилась на Диму и, уперев руки в бока, выдала:

- Так, друзья мои, вам расходиться не пора? Нам завтра выезжать ни свет ни заря, а ты злоупотребляешь крепкими напитками. У тебя лишние права или ты думаешь, у меня лишняя машина?

- У тебя лишний язык. Шла бы ты, Катя. Ты здесь тоже лишняя. – Слава не глядя на девушку, придвинул к Диме пустую рюмку, намекая повторить.

- Ты уверен?

- Нет, она будет контролировать, сколько мне пить, сколько мне есть и когда мне спать. Наливай.

- Не смей! – Катя выдернула бутылку из рук парня. – Ему завтра за руль.

- Поставь на место и уходи, Катя. – Слава, наконец, повернулся к ней и выразительно глянул на девушку.

Катя в ответ демонстративно подошла к раковине и спокойно вылила в нее содержимое бутылки. Слава сорвался с табуретки, и неизвестно чем бы эта выходка обернулась для Кати, если бы не Дима. Парень вскочил на ноги следом и, обхватив друга за плечи, заставил его снова сеть.

- Слава, спокойно! – Он надавил на его плечи, не позволяя встать, и повернулся к замершей девушке. – Катя, иди уже! Ты специально что ли выпрашиваешь?

- Я его не боюсь. – Катя равнодушно пожала плечами, спокойно выдерживая Славин гневный взгляд.

- А зря. – Слава скинул ладони друга со своих плеч и, встав с табуретки, близко-близко подошел к Кате. Так что столешница гарнитура врезалась в ее спину.

- Ты зачем испытываешь мое терпение? А ну пошла отсюда!

- Не указывай мне…. – Катина смелость испарилась, но она продолжала выпендриваться. – Я тебе не Зоя.

После этого Слава больно схватил ее за плечо и вытолкал с кухни, захлопнув дверь.

- Сучка. – Процедил он, снова усевшись на табурет. – Я однажды убью ее. Достала….

- Лучше тр*хни. – Дима рассмеялся. – У вас такие страстные отношения, я в шоке.

- Да пошел ты….

- Нет, серьезно, вашу энергию да в другое русло бы….

- Дима, уймись, это не смешно.

- Ладно. – Друг встал на ноги и протянул ладонь, прощаясь. – Раз уж пить нам больше нечего, я пожалуй пойду. Провожать тебя не приду, не жди.

- Как же так? – Слава рассмеялся. – Кто же мне платочком помашет?

- Прости, друг, все мои платочки в стирке, пока. Надеюсь, вы там друг друга не поубиваете.

- Не поубиваем, я просто отведу ее в лес и забуду там. И заживу спокойно.

* * *

На следующее утро молодожены сопровождаемые напутствиями от Катиных родителей, пришедших их проводить и причитаниями Славиной мамы, которая незаметно прижимала к глазам носовой платок, отбыли на Алтай. До места назначения было несколько сотен километров и им предстояло провести в дороге часов шесть-семь. Утомительно на самом деле, но не в той ситуации, когда у обоих путешественников были права.

Обговорив рано утром за чашкой кофе сложившуюся ситуацию, Катя и Слава условились не портить друг другу отдых, а попытаться относиться друг к другу терпимо. Инициатором подобно предложения, как ни странно, стала Катя. Девушка на самом деле, представив, что им предстоит месяц провести наедине друг с другом, пришла к выводу, что ее нервной системы и изобретательности не хватит на военные действия. Уж лучше ехать как… ну не как муж и жена и даже не как друзья… как соседи по гостиничному номеру. А уж как развлечься, не мешая друг другу, они придумают. Слава согласился, но уж как-то подозрительно он прищурил глаза прежде. Катя не обратила внимания на его загадочный вид или просто не захотела ничего замечать. Изменить ситуацию она не сможет, остается либо довериться ему, либо начинать разборки с самого выезда и скандалить все дорогу. А ехать далеко, родителей рядом не будет, Слава человек непредсказуемый – а вдруг высадит где-нибудь в лесу? Пришлось смириться хотя бы на время, которое они проведут в пути, а там видно будет.

Выехав из города на трассу, Катя воткнула в уши втулки, откинула сиденье назад и, укрывшись пледом, закрыла глаза. Не так уж плохо, что Слава проявил инициативу управлять ее машиной – можно наверстать прерванный утренний сон - встали-то они рано, в пять утра. Музыка мешала уснуть, так что Катя отбросила в сторону плейер. В машине не смотря на скорость, было тихо, то есть ничего кроме негромко работающей магнитолы слышно не было, ни шороха шин по асфальту, ни других механических звуков работающего двигателя. Машина плавно летела по дороге и сквозь стеклянную панорамную крышу Катя наблюдала за летящими по небу облаками.

Немного повернув голову, устраиваясь поудобнее на подголовнике кресла, Катя задумчиво посмотрела на Славин профиль – он молча следил за дорогой, думая о чем-то своем. Одна рука на руле, вторая легко потирает подбородок, губы поджаты, словно то о чем он думал, нервировало его. Катя подумала об этом и забыла, сконцентрировавшись на стремлении заснуть. И скоро уснула, убаюканная едва заметным покачиванием автомобиля.

* * *

Слава, повернувшись и заметив, что Катя уснула, протянул руку и сделал музыку тише. Можно было, конечно, сделать наоборот, но вдруг Катьке придется повести машину, а ему необходимо будет отдохнуть, не попадет ли она в аварию от недосыпа. Слава и так не шибко доверял женщине за рулем, считая, что там однозначно ей не место, а женщине не выспавшейся, следовательно, с рассеянным вниманием и плохой концентрацией на дороге он доверять совсем не собирался. Объяснив самому себе мотивы своих поступков, парень вернулся к прежним мыслям. А думал он о неприятных вещах – о Зое и своем с ней расставании. Конечно, трудно сказать, что все чувства, которые он к ней испытывал, испарились в мгновение ока (а девушка была ему глубоко небезразлична), и все же он прекрасно понимал, что назад пути нет. Еще никому Слава не прощал предательства. А Зоя его предала. И, наверное, все ее причины тоже можно понять, но Слава их понимать не хотел. И думать об этом тоже не хотел. Он просто знал, что ничто уже не будет так, как раньше. Он понимал, что придумал сам себе образ скромной девочки-тихони, и ему нравился этот образ, и Зоя не спешила его разубеждать в обратном. Когда выяснилось, что Зоя способна на неожиданные непредсказуемые поступки, Слава задумался, а такую ли девушку он в свое время выбрал в будущие спутницы жизни. Девушку, которая совершает настолько серьезные поступки, даже не успев подумать об их последствиях. Девушку, которая не нашла в себе силы признаться ему, позволила обвинять в этом другого человека, да еще и не желала принять то, к чему ее поспешность привела. Предпочла остаться в этой истории жертвой. И ведь он абсолютно искренне считал, что кроме Кати некому натворить таких делов. Но Зоя…. То, что это сделала Зоя, было удивительно, странно и… досадно. Ведь он считал того, кто расклеил фото глупым пустым и недальновидным человеком и был уверен, что так оно и есть. А выяснилось, что глупым и пустым человеком оказалась Зоя….

Если вместить все Славины чувства и метания в одно емкое слово, можно сказать что он разочаровался. В Зое, в своем выборе, разочаровался. И поэтому он пообещал себе больше не думать о ней. По крайней мере, попытаться.

Почему он все-таки поехал на Алтай?

Потому что это было нужно ему более всего на свете. Убежать от всего, сменить обстановку – что могло быть лучше в данной ситуации? Глупо было бы не воспользоваться таким шансом из одной лишь только гордости, стремления доказать кому-то, что его невозможно заставить, принудить против воли.

А Катя… что ж, Катя стала маленькой ложкой дегтя, но он не сомневался, что они дадут друг другу свободу и не станут мешать. К тому же это может быть забавно…. Они там будут одни, вдали от ее папаши, от его мамы, которая повадилась защищать Катерину от его нападок….

Неприятно засосало в животе – в суматохе сборов они забыли позавтракать. Слава посмотрел на часы, они были в дороге уже два с половиной часа, наверное, не помешает заглянуть в какую-нибудь придорожную забегаловку и перекусить.

Припарковавшись на стоянке в тени деревьев, Слава растолкал спящую Катю.

- Где мы? – Девушка огляделась, зевая и с трудом приходя в себя спросоня.

- У кафе. Ты голодна?

- Угу. – Девушка вышла из машины и с наслаждением потянулась, разминая затекшее тело.

Слава покосился на нее, и вошел в прохладный полумрак кафе.

После завтрака за руль села Катя, а Слава устроился на заднем сидении, предварительно выставив на навигаторе курс до того места, где она должна была его разбудить.

- И я прошу тебя, Катя, следуй точно за направлением, не проявляй инициативу, ладно?

- Ладно, иди уже. – Девушка провела руками по рулю, приговаривая себе под нос. – Девочка моя, мы же с тобой прекрасно друг друга понимаем, правда? В отличие от некоторых…. Ну, поехали?

Она включила передачу, и машина плавно выкатилась на трассу. И в тот же момент рядом раздался резкий сигнал клаксона, а потом их объехал здоровый джип, который только что чуть не снес Катину машину.

- Сам идиот слепошарый! – Крикнула девушка ему вдогонку. – Козел….

- Ты права купила?

- Да пошел ты…. Сама сдала. С первого раза.

- Ну-ну…. А ты знаешь, для чего у машины зеркала? Поверь не для того, чтоб ты в них любовалась.

- Я знаю. – Катя нервно повернулась.

- За дорогой следи.

Катя не ответила, только сжала губы и покосилась на парня в зеркало заднего вида. Нет, она не будет портить себе настроение, а если он задался целью испортить ей отдых, ничего не выйдет, не поддастся она на его провокации. Наоборот, будет исключительно вежливой и дружелюбной, чтоб у него не было причин срывать на ней свою злость на весь мир.

Слава скоро уснул, и Катя спокойно ехала себе по дороге, глядя больше на дорожные указатели, чем в экран навигатора. Слава, наверное, решил, что она совсем тупая или читать не умеет, только по дороге на Алтай заблудиться было невозможно.

Они ехали в одно чудесное местечко, расположенное на озере Ая. Вернее, Катя-то там ни разу не была и не знала насколько оно чудесное. И вообще, привыкшая к отдыху в теплых островных странах, она относилась к подобному времяпрепровождению скептически, но все же все ее знакомые отдых на Горном Алтае хвалили. А парк-отель с одноименным названием был местом, которое должно было удовлетворить притязательный вкус девушки. По крайней мере, папа ей пообещал, что она останется довольна.

Сомневаться в папиных словах Катя начала после того как подъехав к границе Алтайского края, девушка ощутила всю прелесть дорожного покрытия, а точнее полное отсутствие такового. У Кати болезненно сжималось сердце каждый раз, когда ее машинка попадала колесом в колдобину или яму и скребла днищем по камням. Она матом крыла всех алтайцев, не нашедших средств на ремонт дороги для туристов, за счет которых и процветал их край.

Проснулся Слава, потому что под аккомпанемент Катиных ругательств, вкупе со скрежетом и немилосердной тряской, спать стало невозможно. Проснулся, прогнал Катерину на пассажирское сидение и, потирая лицо, прогоняя остатки сна, повел машину сам. Девушка поняла, что у него это получается лучше, машину трясет меньше, не стала скандалить и доказывать что-то, а просто незаметно для себя пришла к выводу, что есть в этом мире то, что ей как женщине не осилить никогда. И еще, что хорошо, когда рядом есть мужчина, который может справиться с любыми трудностями.

Скоро дорога снова стала более-менее сносной, но Катя, доверив управление машиной мужу, расслабленно смотрела в окно на проплывающие за ним пейзажи. Пока смотреть было особо не на что – маленькие утопающие в зелени деревушки, пастбища и равнины, люди на обочинах дорог и поток машин, в котором они двигались. Будь Катя менее искушенной ее возможно и впечатлили бы новые места, но прошлым летом девушку впечатлил вид Тихого океана и его золотые пляжи, так что пока она для себя ничего интересного не встретила.

Подъезжая к поселку Сростки, Слава рассказал Кате, что здесь родился и вырос Василий Шукшин, чему девушка не поверила и насмешливо скривившись, посоветовала рассказывать подобные байки какой-нибудь другой дуре. Слава пожал плечами, не стал ничего доказывать, а просто привез девушку к памятнику упомянутого гражданина, расположенному на вершине безлесой горы.

Катя молча проглотила это доказательство своей неосведомленности в местных достопримечательностях, не обратила ни малейшего внимания на завораживающий вид с этой горы, а просто попросила Славу продолжить путешествие, нервно поглядывая на маленькие часики на запястье.

После обеда на горизонте стали видны горы, чему Слава несказанно обрадовался.

- Смотри, Кать! – Он указал рукой на горную гряду вдалеке. – Скоро уже приедем.

Со всеми остановками, завтраками и обедами, они потеряли уйму времени, и день давно уже перевалил за полуденную отметку.

К трем часам дня машина подъехала к Айскому мосту. Мост этот представлял собой дощатое подвесное сооружение над рекой Катунь. На въезде стоял светофор, регулирующий передвижение по мосту. Катя, посмотрев вперед, заметно занервничала и попросила Славу высадить ее.

- Что опять? – Парень недовольно съехал на обочину и повернулся к ней.

- Я дальше пешком пойду? – Она взялась за ручку двери, собираясь открыть ее.

- Иди, но скажи почему, мне просто интересно.

- Ты посмотри на этот мост – по нему нельзя ехать на машине.

- Всем можно, а нам нельзя?

- Я жить хочу.

- Кать, посмотри, все едут и все нормально. Еще и платят за это деньги. У тебя, кстати, есть мелочь?

- Есть…. – Задумчиво пробормотала девушка, глядя на мост. По нему двигались машины, вроде все было в порядке, но внизу катила свои волны холодная бурлящая Катунь и оказаться в ней совсем не хотелось – Катя по веским и объективным причинам отрицала такие виды экстремального отдыха как сплавы и рафтинги. А уж упасть в реку без спасательного жилета для нее было категорически невозможно.

- Ну что? – Слава нетерпеливо поерзал на сидении. – Ты выходишь или едем?

- А по-другому нельзя?

- Нет. Через два километра от моста наш отель, так что….

- А вон в той будочке не выдают жилеты и спасательные круги?

- Нет, там собирают плату за проезд. Ну что, едем?

- Ладно, поехали.

Всю дорогу через мост Катя сидела, крепко вцепившись в подлокотник. Слава, заметив ее страх, попытался пошутить на какой-то кочке, крикнув «Караул, падаем!». Но услышав оглушительный визг в ответ на свою шутку, сто раз пожалел об этом.

- Да успокойся ты, Катя! – Он потрепал ее рукой за колено, пока девушка не замолчала и, тяжело дыша, не уставилась на него.

- Идиот! – Придя в себя, только и вымолвила она, прежде чем надолго замолчать.

- Я чуть не оглох, зачем так орать? Ты сумасшедшая, Кать.

Девушка не ответив, смерила его взглядом и отвернулась.

Скоро они уже подъезжали к отелю. Припарковавшись на автостоянке отеля, Катя и Слава оглядели здание гостиницы.

- А здесь неплохо. – Протянула Катя, стянув с носа темные очки.

- Здесь круто! – Слава восхищенно присвистнул.

- Ну, для тех, кто лучшего не видел, наверное. – Ехидно бросила девушка и по дорожке двинулась в сторону дверей.

Парк-отель «Ая» представлял собой туристический комплекс, расположенный на берегу озера. Комплекс включал в себя два отеля и несколько коттеджей. Помимо комфортного проживания отдыхающим предоставлялось в распоряжение собственно озеро с песчаным пляжем и разнообразные виды водных аттракционов. Вдобавок ко всему этому в отеле было несколько ресторанов, бильярд, караоке-бар, оздоровительные центры и тренажерные залы – в общем, все, что нужно для полноценного и безупречного отдыха.

Катя и Слава, подойдя к стойке портье, протянули свои паспорта и путевки.

- А! Вы Артемьевы? – Мужчина посмотрел на них и уточнил, - Молодожены?

Катя кивнула.

- Вы поздно приехали, мы вас ждали к полудню.

- Мы на машине, первый раз - не рассчитали время.

- Ничего страшного – вы отняли время у самих себя, - равнодушно объяснил им мужчина, расчет в десять утра, так что….

- Я думаю, это мы переживем, - Катя нетерпеливо барабанила пальцами по деревянной поверхности, можно побыстрее – мы очень устали с дороги.

- Конечно, сейчас вам покажут ваш номер.

Неизвестно откуда появившись перед молодыми людьми, возник работник отеля, который должен был проводить их в их номер.

- У вас двухкомнатный номер с видом на озеро, - рассказывал он им, поднимаясь по лестнице, - гостиная и спальня.

- Люкс? – Холодно уточнила Катя.

- Естественно. Номер для новобрачных – в спальне шикарная кровать, вам понравится.

Проводив их до дверей мужчина ушел, а Катя и Слава вошли и с любопытством огляделись.

Н-да…. Папа Катю не обманул – апартаменты были шикарные. В гостиной мягкая мебель, телевизор и самое главное – витражные окна до пола за тонкими шторами из органзы. А вид за ними! Прямо перед глазами искрилось под солнцем озеро – очень красиво.

В спальне кровать…. Высокое громадное ложе, предназначенное явно не для того, чтоб просто спать на нем, повернувшись друг к другу спиной. Слава присел на перину, качнулся на ней пробуя ее мягкость, а потом рухнул на спину, закинув ноги в кроссовках на кремового цвета покрывало.

- Эй! Убери ноги с моей кровати! – Рядом нарисовалась Катерина.

- Ты хотела сказать, с моей кровати?

- Ты как мужчина должен уступить даме и расположиться на диване в гостиной.

- Ничего я тебе уступать не собираюсь. Нам здесь места хватит обоим. Не нравится – ради Бога, можешь устроиться на уже упомянутом тобой диване – дело твое.

- Я так устала…. – Катя обошла кровать и упала на перину с другой стороны. – Нет сил выяснять кто прав. Давай решим, кто спит на кровати, а кто на диване завтра?

- Согласен.

- Тогда я в душ. А потом, займусь осмотром этого места – нужно выяснить, как тут развлекаться целый месяц. А ты?

- А я, пожалуй, отдохну, а ночью пойду в клуб, посмотрю, сколько здесь одиноких красивых молодых барышень нуждаются в приятной компании.

Ответом ему стал громкий хлопок закрывшейся за Катей двери ванной комнаты. О причинах подобной демонстрации ее отношения к его планам, Слава задумываться не стал.

Глава 16

Вячеслав стоял, прислонившись спиной к барной стойке, и оглядывал посетителей клуба. Заинтересованный взгляд его остановился на молоденькой девушке, сидящей за одним из ближайших к нему столиков. Он некоторое время наблюдал за ней, пытаясь перехватить ее взгляд, но незнакомка о чем-то разговаривала с подругой, помешивая коктейль в бокале тонкой соломинкой, и на него не смотрела. А потом ее подругу отвлек какой-то парень, и девушка за столиком осталась в одиночестве.

Это была маленькая брюнетка чем-то похожая на Зою. То ли робким взглядом, которым она обводила присутствующих, в ожидании подруги, то ли что-то в лице ее напомнило Славе о бывшей девушке – не суть важно. В любом случае, она его заинтересовала.

Он продолжал наблюдать за незнакомкой, потягивая пиво из бутылки. Скоро девушка, наконец, заметила его взгляд и с интересом оглядела его с ног до головы.

Неожиданно было получить такой оценивающий взгляд от такой робкой с виду девушки. Еще более неожиданно было увидеть, как она провела вверх-вниз пальчиками по своему бокалу и, закусив губку, подмигнула ему. А потом ее личико вновь стало спокойным и отстраненным, а глаза вернулись к созерцанию танцующей молодежи. Слава даже решил, что ему только что показалось, что девушка недвусмысленно намекнула ему на свой интерес. За ее столик присела подружка с кавалером, и девушка переключила все свое внимание на них, однако глазки ее нет-нет да стреляли в Славину сторону. А потом она встала из-за стола, расцеловалась с подругой, помахала пальчиками ее парню и направилась к выходу, подарив Славе настолько многозначительный взгляд, что тот, отлепившись от бара, двинулся за ней, как привязанный. Но далеко не ушел, поскольку ему на грудь кинулась Катя и обняв его, прижалась губами к щеке, после чего прошептав на ухо:

- Клубным съемом занимаемся, дорогой? Я за тобой давно наблюдаю.

Слава, сжав зубы, посмотрел, как брюнетка, пожав плечами и презрительно поджав губки, удалилась, после чего оттолкнул от себя Катю.

- Что за цирк?

- Мне стало скучно, сон пропал, вот я и решила посмотреть, как ты тут развлекаешься.

- Посмотрела?

- Да-а…. – Томно протянула девушка. - Ты просто мачо. Потанцуешь со мной?

- Нет.

- И черт с тобой.

Катя влилась в толпу танцующей молодежи, а Слава вернулся на свое место у барной стойки и попросил себе еще пива. Поставив локоть на стойку, он сидел спиной ко всем и к Кате, в том числе, не желая, чтоб она даже случайно попадала в поле его зрения.

- Привет! – Неожиданно послышалось рядом и явно адресованное ему.

Повернувшись, Слава увидел рядом девушку. Не ту, что пытался соблазнить недавно, совсем другую – ростом повыше и с грудью побольше, и волосы у нее были светлые.

- А я за тобой давно наблюдаю. – Продолжала незнакомка. – Меня Света зовут, а тебя?

Слава представился, и бросил взгляд в толпу двигающихся тел. Кати вроде видно не было. Если она ему и сейчас мешать начнет, он за себя не отвечает – девице не поздоровится.

- Может, прогуляемся? – Как нельзя кстати предложила Света.

Слава согласился, обнял девушку за талию, подталкивая к выходу, когда чьи-то руки вцепились в рукав его рубашки, а надоедливый голосок защебетал в ухо:

- Слушай, дорогой, прекрасный выбор. – Катя с восхищением оглядела Светлану. – Мне нравится. Меня Катей зовут, - она протянула девушке ладонь, - я его жена. А он вам еще не сказал, что он свингер - групповушку любит. Милый, - теперь Катя обращалась уже к Славе, - вы пока идите в номер, а я сейчас найду еще одного парня и мы присоединимся.

- Я эту сумасшедшую впервые вижу. – Слава, изобразив недоумение, глядя на Свету, покачал головой. - Погоди, я ее к охране отведу, не уходи никуда, ладно?

Грубо схватив Катю за руку, Слава потащил ее к выходу. На улице он отпустил ее и процедил сквозь зубы:

- Слушай сюда, стерва, второй раз у тебя не получится испортить мне планы на вечер, ясно? Иди пока, развлекись чем-нибудь, когда можно будет в номер вернуться, я тебе позвоню.

- Не смей тр*хаться на моей кровати, понял, кобель?! Идите в номер этой проститутки и делайте там что захотите….

- Я тебя предупредил, Катя. – Отрезал Слава. – Придешь, когда я позвоню, все, свободна.

Он вернулся в клуб. Света все еще стояла у бара и ждала его. Он, улыбнувшись, подошел к ней и, обняв, увлек за собой.

- Кто это был? – Девушка, судя по всему, желала не только его, но и немедленного удовлетворения своего любопытства.

- Местная чокнутая, - Слава пожал плечами, - мужа потеряла когда-то, вот и ищет теперь его среди постояльцев. Грустная история на самом деле….

- Что, серьезно? – Видимо девушка не отличалась умом. Что ж, это было не так уж плохо.

- Конечно. Хочешь я тебе расскажу? Пошли.

В номере, Слава вместо рассказов о Катином сумасшествии, прижался ртом к Светиным губам и не чувствуя сопротивления девушки, а напротив, полную ее капитуляцию, повалил ее на диван в гостиной. И не потому что постеснялся осквернить Катину постель, а просто поторопился отчего-то и поленился добираться до спальни.

Расстегнув молнию на платье девушки и восхищенно оглядев ее грудь, не обремененную лишними предметами гардероба, Слава позволил ее рукам расстегивать пуговки своей рубашки, сам в это время справляясь с ремнем на джинсах.

Нежные ладошки девушки скользнули по обнаженным его плечам. Его губы прошлись по ее тонкой шейке. Ее руки тянули вниз резинку его трусов. Ее белье уже давно валялось где-то на полу…. В комнате слышалось только частое дыхание и звуки поцелуев.

Стук захлопнувшейся двери раздался одновременно с треском разрываемой упаковки презерватива, а следом в комнату ввалилась Катя в сопровождении какого-то незнакомого парня.

- О, Слава, ты же обещал нас подождать!

Слава чертыхнулся, Света завизжала и закуталась в его рубашку, спутник Кати стоял с открытым ртом, Катя, согнувшись пополам, истерически ржала….

- Извращенцы! – Прооравшись выдала Светлана и, похватав свои вещи, пулей вылетела из комнаты.

- Эй! – Вслед ей крикнула Катя. – Рубашку верни, сучка!

Слава, вернув на место свое белье, стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за смеющейся девушкой, пока она, заметив его взгляд, резко не замолчала.

- Ну что, продолжим? – Томно выдохнула она.

- Я не против! – Ее ухажер, наконец, обрел дар речи, но Слава вытолкал его за дверь.

Катя снова засмеялась громко и заразительно. Сквозь спазмы смеха она что-то пыталась ему сказать и, утирая выступившие слезы, никак не могла сложить нечленораздельные звуки в слова. Наконец, переведя дух и успокоившись, девушка произнесла:

- Ну, что? Приятно вечерок сложился? Эй… - она заметила, как парень с воинственным видом двинулся на нее, - ты чего? Лучше вспомни, какое лицо было у твоей подружки, когда мы вошли.

Катя снова захихикала и Слава, представив в воображении Светину мину, не смог сдержать улыбку.

- Вот такое… - Катя воодушевленная его реакцией попыталась изобразить, как у Светы вытянулось лицо, и отвисла челюсть, - …такое…. А как она кричала «извращенцы!», голос у нее как у одного дяденьки с телевидения. У Эдуарда… как там его фамилия?

Слава засмеялся – ему хотелось убить ее минуту назад, как ей удалось обезоружить его?

- А где ты нашла этого юношу? – Ставил он свои пять копеек. – Он хоть совершеннолетний? У него от вида Светиных прелестей речевой аппарат переклинило.

- Да-да… - хихикала Катя.

Они сидели рядом на диване и, не успев успокоиться, смотрели друг на друга и снова начинали смеяться.

- Ладно, пошли спать, у нас завтра насыщенная программа.

- Какая? – Катя вздохнула и окончательно успокоилась. Во всем тебе была слабость от пережитых эмоций.

- Сюрприз будет.

- На диване, значит, не ляжешь? – Катя уже знала ответ и все же спросила на всякий случай.

- Нет. Я позволил тебе вселиться в свою комнату и терпел неудобства на диване в гостиной. Здесь я планирую почивать с комфортом.

- Я тоже.

Слава пожал плечами с видом полнейшего равнодушия.

- Я тебя с кровати скидывать не собираюсь. Хочешь, ложись рядом.

- Одеяло стягивать не будешь?

- Можешь забрать его себе. Я попрошу, чтоб принесли второе.

- Замечательно! – Катя направилась в спальню но, вспомнив что-то, остановилась.

- Слушай… - она замялась, - только ты это… спи одетым.

- В смысле? – Слава не понял, что она имеет в виду, пока девушка не уточнила.

- Ну… в трусах, хотя бы….

- Ах, это! – Парень рассмеялся. – А что? Хорошая мысль как выжить тебя…. Ладно, не буду. – Смягчился он, наблюдая за ее лицом, на котором появилось выражение брезгливости. - И даже если буду, ты об этом не узнаешь – второе одеяло, помнишь?

Катя молча прошла в спальню, досадуя что напомнила ему о том, как он может остаться в спальне один. Потом она решила, что это у него не получится….

Нет. К сожалению, это будет предел для ее нервной системы – спать в одной кровати с голым парнем она пока не готова. Хотя если высмеять его пестик…. Тоже ерунда – высмеешь тут…. Это он ее высмеет, совсем как в то утро, когда он проснулся в ее кровати. Облажалась она тогда, что ни говори. Хорошо хоть размеры его обсуждать не начала, а ведь хотела….

Девушка едва успела переодеться в пижаму, когда Слава вошел в спальню.

- Тебя стучать не учили?

- Нет. К тому же ты мне жена вроде. Или нет?

- Нет. – Буркнула девушка, откидывая одеяло и устраиваясь на мягкой перине.

- Мы в свадебном путешествии, а брачной ночи у нас до сих пор не было. Может исправим это недоразумение? – Он серьезно посмотрел на нее, и Катерина не могла понять, шутит он или нет. А еще его слова поставили ее в тупик, и она растерялась почему-то.

- Слава… я… - пролепетала она, чувствуя, что должна была сказать сейчас что-то совершенно другое.

- Расслабься, женушка, я пошутил. – Слава повернулся к ней спиной и добавил. – И губу закатай.

- Придурок. – Наконец промолвила девушка и отвернулась тоже. – Нужен ты мне больно.

Она попыталась заснуть, прокручивая в голове события прошедшего дня и вечера. Удивительно, конечно, что ее выходка сошла ей с рук. Катя не собиралась доводить ситуацию до того горячего момента, когда на потенциальных любовниках уже не будет одежды – она же не самоубийца в самом деле! Но она и не думала, что парочка будет так спешить. Если честно, заметив как, они не вовремя, Катя слегка напугалась предстоящей расправы и от этого бешеного коктейля чувств – страха смешанного с самодовольством от того, что у нее получилось обломать муженька, у нее и случилась эта истерика, когда она смеялась и не могла остановиться. Но этот смех и защитил ее – Слава был настроен решительно и неизвестно, чем бы обернулась для нее эта шутка и как бы она не оказалась на месте этой Светы, а то и осталась за закрытой дверью на всю ночь. В любом случае ей сегодня повезло, а впредь может не обострять ситуацию? Ну, какая ей разница, где он и с кем ищет приключений?

В ответ в душе поднялась непонятная волна протеста – Катя отчетливо поняла, что повторись ситуация снова и она снова придумает что-нибудь, а романтический вечер парню испортит. Если это, конечно, будет в ее силах. Вот только действовать нужно умнее, а то можно и по шее получить за такие шалости….

Снова неприятное чувство недовольства собой. Почему она готова рискнуть собственным здоровьем? Почему ее так это волнует? Почему в баре, когда она глазами искала подходящего паренька для того, чтоб проводил ее до номера, девушка так нервничала и спешила? Почему в памяти всплывал тот день, когда он прижимал ее к стене в ее комнате? Неужели она не хочет разделить эти его прикосновения с кем-то? Странно было поймать себя на этой мысли, однако после испытанных ощущений, Кате мало что казалось странным.

И снова Катя вспомнила горячее мужское тело за спиной, сильные руки, пленившие ее и которым невозможно было сопротивляться, его дыхание и шепот над ухом. Она тогда почувствовала себя слабой, безоружной, почему же никак не может забыть этот момент? Почему снова вспоминает?

Наверное, расслабиться и снять напряжение необходимо не только Славе. Жаль, что она не может так же просто пойти и отдаться первому встречному.

Девушка повернулась на другой бок.

Слава спал, раскинувшись по своей половине кровати. Вот уж кому вообще на все наплевать – непробиваемый. И какого черта она тут изводит себя мыслями, не понятно. Девушка обняла подушку и закрыла глаза. Скоро сонная нега окутала ее и Катя уснула.

* * *

- Катя, вставай! – Чьи-то руки грубо и бесцеремонно трясли ее за плечи. – Вставай, мы сюда не в кровати валяться приехали, спать будешь дома.

Приоткрыв один глаз, девушка увидела рядом Славу. Он сидел на краешке кровати, уже одетый и в кепке-бейсболке на голове. Она показала парню средний палец и повернулась на другой бок, намереваясь продолжить свой сон.

- Это что значит? – Раздалось над ухом, а потом она почувствовала прикосновение к своей щиколотке. Да не просто прикосновения – ее явно пытались стянуть с кровати на пол.

Катя принялась брыкаться и дергать ногой. Одеяло слетело, демонстрируя Славе ее пижаму, состоящую из коротеньких шотриков, больше напоминающих нижнее белье и майке на тоненьких бретельках.

Чудом выдернув ногу из цепкого захвата, Катя снова спряталась под одеялом, завернувшись в него как в кокон.

- Катерина, - сквозь серьезный тон Славиного голоса прорывались шутливые интонации, и девушка даже с закрытыми глазами казалось, видела выражение его лица, - то чем Вы занимались этой ночью, не освобождает Вас от наших планов на сегодняшний день.

- С каких пор появились «мы», а планы стали «наши»? – Катя села на кровати и зевнула. А потом резко спохватилась. – А ты о чем? Чем я занималась ночью?

- Болтала полночи и мешала мне спать.

- Я разговаривала во сне? – Катя застонала. С ней такое случалось. Обычно те, кто слышал, рассказывали, что она невнятно бормотала что-то. А вот при маме однажды она материлась как сапожник…. Нда, интересно, чем она сегодня отличилась?

- О, да, разговаривала…. – Слава смотрел на нее с таким важным видом, едва сдерживая улыбку.

- Ну, говори уже, что услышал. – Простонала девушка.

- К сожаления расслышал немного, но и этого хватило. Ты все повторяла «Слава, Слава», потом еще что-то бубнила, а потом стонала…. Да-да, - Слава покивал на недоуменный Катин взгляд, - стонала. Вот уж не думал, Екатерина Валерьевна, что являюсь Вам в эротических фантазиях. Что ж вы мне раньше не сказали, не пожаловались? Мы ведь семья, я бы с удовольствием помог.

- Да пошел ты! – Катя вскочила с постели, уже не заботясь о том, в каком она виде. – Врешь ты все! Ты мне сегодня не снился! Не снился, я говорю!!! – Истерически взвизгнула она в ответ на его ехидную ухмылочку.

Слава, с видом что он верит каждому ее слову, покачал головой. Катя психанула и заперлась в ванной комнате, громко хлопнув дверью.

Стоя под душем, Катя чувствовала, как щеки ее горят от стыда и даже прохладная вода не помогала потушить этот жар, который полыхал сейчас в ней. А вдруг все так, как он говорит? Но почему? Она не помнила своих сновидений сегодня. А если и мелькали какие-то отрывочные образы, Славы между ними не было.

Девушка конечно была знакома с таким явлением как эротически сны. И бывало так, что ей снились совершенно неожиданные люди, те, о которых в реальной жизни она и не подумала бы как о потенциальных любовниках. Но после подобных снов она просыпалась с чувством томления внизу живота и с какой-то эйфорией в душе. С улыбкой на губах и замиранием сердца внутри. Сегодня же было обычное утро, с ощущением усталости от того, что она поздно уснула и не выспалась. Бред какой-то…. Скорее всего, болтала она о чем-то неразборчивом, а Слава опять над ней прикалывается. Точно, так и есть….

Успокоив себя подобными аргументами, девушка завернулась в полотенце и вышла из ванной.

Славы в номере не было. Он уже ждал ее на улице, о чем предупредил раннее, постучав в дверь ванной комнаты. Девушка собралась, оделась в шорты защитного цвета и обтягивающую белую майку с какой-то надписью на иностранном языке на груди. Белье под майку надевать не стала – у нее была великолепная грудь, которая держала себя и без лифчиков. А Кате сегодня хотелось свободы без ограничений.

Еще раз оглядев себя в зеркало, девушка осталась довольна собой, нацепила на голову бейсболку, обула тряпочные кеды и вышла из номера.

Слава безразличным взглядом скользнул по ней и сел за руль. Опять он за руль! С этим пора завязывать, пока он не привык к ее машине, как к своей.

- Куда мы едем?

- На плотину. Оттуда открывается прекрасный вид. Ты взяла фотоаппарат?

- Да, он в машине. Вот уж не думала, что ты из тех романтичных любителей пейзажей.

- Нет, я из тех недалеких, кто дальше носа и кроме отражения в зеркале никого не видит.

- Ты о чем?

- О ком….

- Что за намеки? – Катя начинала нервничать.

- Никаких намеков, я прямо говорю. Ладно, все, проехали. Давай не будем спорить.

- Давай. – Катя покосилась на парня и задумалась, с чего вдруг такая лояльность в отношении нее? Он что-то задумал? Вроде непохоже. Тогда в чем дело?

Девушка пообещала себе обязательно разобраться с этим.

- А неподалеку от плотины есть девичий монастырь…. – Продолжал Слава.

- Настоящий? – Катя оживилась. Стало ужасно интересно посмотреть на настоящих монахинь, живущих вдали от мирской суеты. – Мы сходим туда?

- А что тебя заинтересовало? – Он, улыбнувшись, бросил на нее короткий взгляд. – Сходим, конечно, если туда пускают девушек без лифчиков….

- Это же не мужской…. – Катя покраснела. Слава рассмеялся.

- Похоже, понятия морали и нравственности, тебе родители не привили.

- Тебе тоже. – Катя замолчала, в окно разглядывая окрестности. Горы и горы, куда хватало глаз. И зеленые леса. И воздух такой чистый….

Примерно через час после того как они выехали из отеля, Слава припарковал машину на импровизированной стоянке.

- С машиной ничего не случится? – Катя осматривалась по сторонам. – Что-то я ни одного охранника не вижу….

- Потому что их тут нет.

- Как это нет? – Возмущенно заговорила девушка. – Как это? А мы здесь машину найдем, когда вернемся?

- Если сомневаешься, можешь остаться и покараулить. – Слава протянул ей фотоаппарат и, закрыв дверь, поставил машину на сигнализацию. – Ну что, идем?

- Пошли. – Девушка двинулась по тропинке, но скоро поняла, что, наверное, зря согласилась на подобную авантюру.

Прямо перед ними были горы, и еле различима была узенькая тропка, по которой им предстояло пройти к подвесному мосту. Тропка вилась над пропастью, там, внизу бурлил водоворот созданный слиянием двух рек – Катуни и Чемала. Катя представила, что случится, если она туда попадет и холодок прошел вдоль позвоночника, парализуя тело.

- Ну, чего замерзла? – Послышалось позади, и между лопаток она ощутила легкий толчок Славиной ладони. – Шагай, давай.

Девушка медленно двинулась по тропинке, стараясь не смотреть вниз и держаться ближе к каменному склону горы. Она еще не знала, что ждет ее впереди и думала, что это самое сложное испытание на сегодняшний день. А если бы хоть предполагала, что дальше, осталась бы в машине или вообще, в номере под одеялом. Но сейчас девушка осторожно шагала вперед. Наконец, обогнув склон, тропинка привела их на небольшую площадку. Здесь Катя поникла и горестно простонала – прямо перед ее глазами покачивался на канатах узкий дощатый мостик. И по сравнению с ним Айский мост казался образцом надежности и прочности.

- Я по нему не пойду. – Девушка помотала головой, демонстрируя степень серьезности своих намерений вернуться.

- Иди назад. – Слава равнодушно пожал плечами, – Только дай я сначала сфотографирую, как ты испугалась и сбежала.

- Назад? Одна?

- Я не пойду. Мы пришли сюда посмотреть на монастырь, а не прогуляться по тропинке. Давай, Катя, решайся – или вперед или назад.

Девушка прикусила губку – назад она одна не пойдет. Все равно, когда она чувствовала позади себя его, было не так страшно, чем идти одной, зная, что никто не подстрахует и не поймает за воротник майки, если оступится.

Катя осторожно поставила ногу на мостик. Прошла пару шагов, обернулась. Слава наблюдал за ней, не двигаясь с места и скрестив руки на груди.

- А ты? – Катя замерла на месте, боясь сделать лишнее движение и вцепившись руками в канаты.

- Расстояние между идущими - три метра, Кать. – Парень показал ей табличку с предупреждением.

И тогда Катя почувствовала, как в душе ее зарождается самая настоящая паника. Раз существует подобное предупреждение, значит, существует и опасность того, что мост оборвется. Значит, он не такой уж надежный… хотя он и не казался ей таким ни одной минуты. Катя, держась руками за канаты по обеим сторонам, двинулась дальше, чувствуя, как мост подрагивает под ее ногами. Скоро она почувствовала как он закачался сильнее. Девушка не выдержала и закричала. Завизжала истерически, вцепившись в импровизированные перила. Под ее ногами бурлила река, мост шатался, а перед глазами мелькали картинки прожитых лет.

- Катя! Катя, заткнись, идиотка! – Услышала она Славин голос.

- Мост шатается, мы падаем! – Крикнула она ему.

- Это просто я по нему иду, дура, оглянись – все в порядке.

Девушка оглянулась, тяжело дыша. Позади на мосту стоял Слава и смеялся над ней. Позади него на площадке стояли люди, ждали, когда она пойдет дальше и улыбались. Катя выдохнула, собрала остатки гордости и смелости, и остаток пути прошла молча.

В монастыре было душно, и не разрешали фотографировать. Выходит, все мучения совершенно зря. Ах, нет! Теперь можно будет всем рассказывать: «А мы были в монастыре. Да-да, в настоящем монастыре» и вся польза.

Когда Слава показал ей на высеченное в скалах изображение святого лика и попытался рассказать, что оно не является творением человеческих рук, девушка раздраженно фыркнула и заявила, что напрасно она добиралась сюда, рискуя жизнью, чтоб услышать подобную чушь. Неужели Слава в это верит?

Парень пожал плечами и ответил, что, правда это или нет, в любом случае это интересно.

Обратный путь показался девушке короче. А может, ей уже было не так страшно. Когда они сели в машину, Слава, повернувшись к ней, сказал:

- Вот уж не думал, что ты такая трусиха.

- Я?

- Ты. Кроме тебя никто не визжал там, на мосту как резаная.

- Мне просто показалось….

- Трусиха ты. Собственной тени наверное боишься. А еще высоты, да? Темноты? Еще чего?

- Ничего! Ничего я не боюсь, просто… переволновалась немного.

- Да конечно. – Парень ухмыльнулся. – Уверен, если бы тебе предложили с тарзанки прыгнуть, ты бы только представив себе подобный аттракцион, перепугалась бы и спряталась под одеялом. Адреналин и ты – понятия несовместимые. Вот Зоя была смелее – она с парашютом прыгнуть не побоялась, а ты бы в жизни на это не осмелилась.

- Откуда тебе знать? – Катю возмутили подобные сравнения. Гордость вскипела, и она послушно в очередной раз поддалась на провокацию.

- Я уверен.

- Давай вернемся и я тебе докажу, что пройду этот мостик бегом и вприпрыжку.

- Зачем возвращаться? На плотине есть тарзанка…. Подойдет тебе?

- Вполне. – Катя откинулась на спинку сидения и, скрестив руки на груди, постаралась не думать о том, на что она только что подписалась.

Да подумаешь, тарзанка! По телевизору не так уж и страшно. Да и разве не было у нее чувства легкой зависти к тем, кто испробовал этот вид развлечения на себе. Не так уж высоко – не с самолета прыгать все-таки.

Чемальская ГЭС была туристической Меккой Горного Алтая. Поэтому для того, чтоб приблизиться к ней, нужно было миновать обширный рынок сувениров. Что только здесь не продавалось! Катя бегала от одного прилавка к другому, рассматривая амулеты, примеряя украшения, поднося к глазам странные статуэтки и прочее.

Наконец лотки и их владельцы остались позади, а молодые люди оказались собственно на плотине.

- Пойдем. – Позвал ее Слава. - Нам туда.

Он показал рукой на винтовую лестницу на склоне горы. Она вела вверх, на небольшую площадку с перилами, где толпился народ. Слава уже шагал к ней. Катя, чувствуя предательскую дрожь в коленях, пошла вслед за ним.

Она как во сне поднялась на площадку, позволила облечь себя в обмундирование, подвести к краю. И тут она поняла что не прыгнет. В душе ее зарождалась паника, и девушка знала – едва она отпустит перила, как тут же умрет от разрыва сердца. Она хотела вниз, она хотела, чтоб с нее сняли всю эту тяжеленную экипировку и отпустили с миром. И пусть Слава над ней потом смеется, пусть Зоя хоть с пятого этажа без страховки прыгает, только она хочет остаться живой и невредимой.

А еще Слава почему-то не предупредил ее, что прыжок будет с погружением.

Катю затошнило, когда она увидела далеко внизу водную гладь. Ее затрясло от страха, и в голове билась только одна мысль: «Опасность». И все.

- Я не буду! – Она попыталась произнести это спокойно. – Не буду! Снимите с меня это, я хочу уйти.

- Девушка, - устало заговорил инструктор, - для того чтоб снять с вас все, что мы так долго надевали, нужно деньги заплатить, вы в курсе?

- Наплевать, снимайте!

- Чего это? Вот не хватало. Толкайте ее, у нее нет денег, вам заплатить. – Слава подмигнул испуганной девушке и, кивнув на нее инструктору, продолжил. – Я ее муж. Это минутный приступ паники. Она вам потом спасибо скажет. А если отпустите, придется через полчаса опять ее одевать. Она такая, я ее знаю – семь пятниц на неделе.

Инструктор пожал плечами и двинулся к перепуганной Кате, которая тяжело дыша, переводила взгляд с него на Славу.

- Я не буду! Пустите меня!

Катя пыталась сопротивляться, но мужчина просто столкнул ее вниз. Крик девушки утонул в грохоте льющейся с плотины воды.

Глава 17

Слава рассмеялся, наблюдая за тем, с каким лицом Катя упала вниз. У него вообще сегодня день случился богатым на юмор – чего только стоила Катина истерика на мосту. Парень вспомнил, в какой забавной позе замерла перепуганная девушка, как она визжала и кричала «мы упадем!».

Было ли ему хоть немного ее жаль? Нет. Стерва испортила ему вчерашний секс два раза. С чего она взяла, что подобное сойдет ей с рук? Он предупредил, она не послушала. Вчера ей было смешно, сегодня ему.

А вообще сейчас он получал позитив не столько от того, что наказал вздорную девчонку, сколько от того, насколько забавной она оказалась. Без прикрас, без этой ее надменности и гордыни, в экстремальных условиях с нее слетала спесь, а пугалась она на самом деле очень смешно.

- Если бы мы слушали каждую испугавшуюся дамочку, мы разорились бы…. – Проворчал инструктор, наблюдая за тем как Катя, еще пару раз окунулась в воду. – Идите, принимайте вашу жену.

Слава спустился и помог Кате отцепиться от каната. Посмотрел на нее, и веселье его сменилось удивительным чувством жалости – Катя дрожала мелкой дрожью и обнимала себя за плечи.

- Идиот, придурок, дебил…. – Бормотала она сорванным голосом. – Ненавижу тебя, чтоб тебе провалиться.

- Кать, - он растер ее плечи, - тебе что, не понравилось?

В ответ она взглянула на него как на врага, поджала губки и, сбросив его руки со своих плеч, направилась к машине.

- Дай ключи или поехали отсюда. – Она повернулась, протянув руку, и Слава замер, приковав взгляд к ее майке.

Белая маечка намокла и стала совершенно прозрачной. Она облепила ее грудь, не скрывая ничего – ни форму, ни темные ягодки сосков, словно на девушке совсем ничего не было надето.

- Что? – Она вслед за его взглядом оглядела себя. – Черт!

Она снова обняла себя руками за плечи.

- Что уставился? Интересно?

- Нет, нового ничего. У тебя же их не три. Вот было бы три – это было бы интереснее, а так….

Слава пришел в себя и направился к машине, но перед глазами его в тот день нет-нет, да всплывала Катина грудь. Эти воспоминания тянули за собой другие, те, что он уже успел позабыть – ее упругую попку, в которую упирался его член и шелковистый животик, волосы, скользнувшие по его лицу, когда он прижимался к ней дома….

Слава прогнал лишние мысли из своей головы, хоть то было и нелегко. Нет уж, лишней власти над собой он в ее руки не даст. А уж эта выжмет из его влечения к ней по максимуму. Так что, не стоит даже мысленно представлять себе секс с ней – он всегда знал, что от этого он не получит ничего кроме проблем.

Катя до вечера с ним не разговаривала. Она молча занималась своими делами, гуляла в парке, перебирала купленные на сувенирном рынке безделушки. В общем, вела себя так, словно его рядом с ней не существует – не реагировала даже на какие-то общие фразы, словно он – пустое место. Спать девушка легла рано, залезла под одеяло, отвернулась спиной и уснула, так и не заговорив с ним ни разу.

Слава в течение дня чувствовал незначительные уколы совести – все-таки там, наверху было жутковато. Нет, если бы не Катя, он-то сиганул бы с плотины. Да он еще успеет прыгнуть с тарзанки, это точно! Но все же он успел представить, что должна была почувствовать девушка, далекая от экстрима, изнеженная и для которой верхом смелости была езда по трассе на скорости сто километров в час.

Нет, он все правильно сделал – ее нужно было проучить, но не шлепать же по заднице, как маленькую? Он должен был продемонстрировать, что с ним шутки плохи, но…. Этот ее игнор в течение вечера, презрительное молчание, заставили задуматься и о собственном поведении тоже.

Слава отказался от похода в бар и улегся в спальне смотреть телевизор, пока не уснул.

Катя же, не открывая глаз, не смогла сдержать улыбки, когда поняла, что он зачем-то остался вечером в номере. Неужели пробрало? Девушка не собиралась дуться на него весь месяц, что они должны были здесь провести, но и позволять ему выкидывать подобные фортеля она тоже не станет. А что еще она могла сделать? Скандалы на него никогда не действовали. Можно было конечно попробовать довести его до белого каления, но в таком случае она скорее добьется обратного результата. Катя попробовала игнорировать его, и сразу стало заметно, что так он чувствует себя неуютно, что ли…. Причем сам едва ли понимает это.

А еще Катя не собиралась рассказывать парню, что все же не так уж ей было страшно, как казалось наверху. То есть, если бы не окунание в ледяную воду, когда ей показалось, что она не вынырнет из нее, а так и утонет здесь, было бы совсем здорово. Катя слышала, что здесь есть канатная дорога, пролегающая над ущельями среди гор…. Может, стоит прокатиться? В любом случае не сейчас.

Девушка уснула с чувством полного удовлетворения и довольства собой.

Утром она проснулась рано и в хорошем настроении. На цыпочках прокравшись к Славиным джинсам, она вытащила из кармана ключи от номера и от машины. Повернувшись, посмотрела на него, спящего, задумалась, не засунуть ли носок в его приоткрытый рот в качестве мести за вчерашнее, и, зажимая рот ладошкой, чтоб не расхохотаться и не разбудить его, сбежала, предварительно заперев дверь с обратной стороны.

На секунду задумалась – с каких пор она крадет из чужого кармана ключи от собственного автомобиля? И тут же сама себе ответила – с тех самых, когда появилась вероятность в лице Славы, что добром она эти ключи не получит.

Полдня девушка провела, осматривая окрестности и фотографируя окружающую природу. Она съездила в село, расположенное в нескольких километрах, погуляла там, в какой-то сувенирной лавке услышала легенду озера Ая и узнала, что в переводе это слово означает «луна». После трех часов дня, немного волнуясь, девушка вернулась в отель.

Открыв дверь, она сразу же столкнулась со Славой, подпирающим плечом стену в коридоре.

- Нагулялась?

- Да. – Катя всматривалась в его лицо, соображая в каком момент удрать из номера, если он вдруг решит ее наказать.

- Я голоден, об этом ты не подумала?

- Нет. А почему я должна об этом думать? Это мои проблемы?

- Вот как бы они у тебя после этого не появились….

- Ладно, - девушка выдохнула и подошла ближе, - слушай, тебе не надоело? Может, хватит уже, а, Слав? Так и будем соревноваться кто кого?

- Давай за обедом поговорим, Кать, что-то я сейчас связно думать не могу.

После обеда, покидав в плетеную сумку плед, купальник и плейер, девушка заявила, что идет на озеро. Слава собрался с ней. На песчаном пляже Катя вытянулась на покрывале, собираясь хорошенько позагорать. Перед этим она попросила парня намазать ей плечи солнцезащитным кремом и пока его руки скользили по ее коже, девушка позволила себе расслабиться и наслаждаться ощущениями, не думая о том, что эта просьба была явно лишней. Как человек Слава ее все еще раздражал, а вот как мужчина…. Тут в мыслях и чувствах девушки была полная неразбериха.

- Все. – Слава похлопал ладонями по ее плечам, разрушая ту негу, которая ее окутала, пока он их массировал. – Почем сегодня услуги массажиста?

- Спасибо. – Катя сделала музыку громче и закрыла глаза, чтоб не слышать его, ни видеть.

Рядом стало пусто, видимо Слава ушел купаться. Катя, не снимая солнцезащитных очков, поискала его глазами и, увидев, как он медленно идет к воде, как его силуэт выделяется на фоне искрящейся под ярким солнцем поверхности воды, закрыла их снова. Прошло некоторое количество времени, за которое она уже успела немного задремать, когда на ее нагретое солнцем тело вдруг полилась холодная вода. Девушка с визгом вскочила с покрывала, отбросила в сторону очки и плейер и с кулаками кинулась на смеющегося Славу, который собственно и окатил ее.

- Эй, - он поймал ее за руки, - ты чего?

- Достал ты меня, Слава! Иди, развлекись с кем-нибудь еще.

- Да с кем мне еще тут развлекаться кроме тебя?

- У той грудастой Светланы спроси.

- Надо будет, спрошу. А ты иди, окунись в воду и остынь. – Он опустил ее руки.

- Не хочу…. – Девушка собрала вещи и ушла с пляжа.

* * *

Отдых молодоженов помимо каждодневного выноса мозга друг другу включал в себя обширную экскурсионную программу. Отдохнув и назагоравшись за первую неделю, всю вторую Катя и Слава посещали наиболее красивые и интересные достопримечательности Алтая.

Они сходили на экскурсию в Тавдинские пещеры, съездили на озеро Мажерок, прокатились там, на канатной дороге (чему Слава, к слову сказать, был слегка удивлен и заподозрил, что не так уж оказывается девушка боится высоты). В один из дней, Слава предложил Кате испробовать на себе аттракцион «Катапульта». Катя от сомнительного предприятия отказалась, а вот за Славой понаблюдала с удовольствием.

Устройство это представляло собой натянутый между двумя столбами тянущийся канат, к центру которого инструктора прицепляли несчастного любителя свободного полета. Затем канаты натягивались по принципу рогатки и через мгновение человека «выстреливало» в голубое небо, где он парил, как птица, правда невысоко и недолго.

Слава сказал, что это круто. Катя в его словах сильно усомнилась. Но все равно, сердечко-то у нее зашлось, когда его оторвало от земли и подбросило куда-то вверх.

И все же когда он немного ошалевший оказался на земле, Катя не смогла удержаться и спросила инструктора, нельзя ли запустить парня второй раз, но, уже не пристегивая к канату. И посмотреть, далеко ли он улетит. Она даже пообещала заплатить двойную цену, если он не вернется.

В другой раз Слава предложил показать одно место, которое она никогда не забудет. Девушка согласилась и в очередной раз уступила ему свое место за рулем.

Скоро машина поднялась высоко в горы, по дороге, уходящей серпантином вверх все выше и выше. Катя в восхищении смотрела в окно автомобиля, было страшно до дрожи видеть внизу ущелье, пропадающее в густом тумане. Или в облаках? Судя по всему, они забрались высоко, и у девушки закладывало уши, как в самолете.

За перевалом они оказались в зеленой долине, усеянной пестрыми цветами. Вдалеке виднелись снежные шапки гор, и этот контраст зеленого лета и белой зимы впечатлил девушку. Она предвкушала то место, куда вез ее Слава, и не могла представить, неужели есть что-то еще более прекрасное. А еще ей было интересно, с какой целью он все это затеял. Было одно предположение, и с каждым пройденным километром оно крепло в ее сознании.

Но неожиданно горы остались далеко на горизонте, а зеленые луга сменила серая степь, тянущаяся далеко, насколько хватало глаз.

Катя еще некоторое время молча ждала, что вот-вот сейчас Слава ее удивит, но с каждой минутой эта надежда гасла, потому что вокруг них ничего не было. Совершенно ничего! Ни кустика, ни деревца, ни какой-никакой маленькой скальной гряды – одна бесконечная степь.

- Куда мы едем? – Наконец спросила она.

- В место, которое ты никогда не забудешь. – Ответил Слава, не отвлекаясь от дороги.

- И где оно?

Парень съехал на обочину, вышел из машины и развел руками в стороны:

- Вот оно! Нравится?

- Нет. – Катя вышла следом. – Где мы?

- Почти доехали до границы с Монголией. Дальше поедем?

- Я в туалет хочу…. – Призналась девушка.

- А в чем проблема? Вон сколько места…. Эх, степь да степь кругом…. Мне отвернуться?

- Я так не могу. – Катя покраснела. – Здесь же совсем ничего нет. Совсем ничего….

- Катя, забей. Даже если кто-то и увидит твою попу, мир от этого не перевернется.

- Пошел ты…. Отвернись….

На обратном пути через перевал, молодожены едва не попали в грозу. А ведь именно там Катя в первый и последний раз увидела дорожный знак, запрещающий движение во время сего природного явления. Девушка здорово перетрусила, глядя в потемневшее небо, и все торопила Славу, поскорее покинуть это место. За что он опять обозвал ее трусихой и в который раз посетовал, что с ней каши на отдыхе не сваришь. И что ей на самом деле лучше было бы поехать куда-нибудь, где спокойно и тепло. И вместо гор пляжи и моря.

После этой поездки маршрут турпоходов выбирала Катя и в конце недели они посетили еще Камышлинский водопад (красивейшее место) и какой-то святой источник, не особо ее впечатливший.

Планы на следующую неделю еще не были составлены, но Катя сильно хотела поехать на Телецкое озеро. Оно находилось далеко от Аи и скорее всего, нужно было ехать туда с ночевкой, а значит либо ночевать в машине вдвоем, либо в палатке, но в любом случае кататься туда-сюда без возможности отдохнуть было сложновато.

Слава согласился отвезти туда девушку, но взамен завил, что на последней неделе, перед выездом, их ждет еще одна экскурсия. В чем был ее смысл, парень пока промолчал, а у Кати от всех этих тайн появилось дурное предчувствие – Слава, похоже, решил за этот месяц попробовать здесь все виды развлечений.

Поездка эта Катю разочаровала. Ничего особенного это озеро собой не представляло, а ночевка в палатке после номера-люкс со всеми удобствами, показалась сущим кошмаром. Над ней всю ночь жужжали насекомые, надувной матрац почему-то к утру сдулся, а еще она замерзла, и все тело болело и одеревенело.

Когда девушка на четвереньках выбралась из палатки, Слава еще спал, и она решила немного размяться. Потому что сон на неровной холодной земле явно не пошел на пользу ее организму. Потянувшись, повернувшись, наклонившись в разные стороны, девушка почувствовала себя немного лучше – по крайней мере, перестала ныть спина и руки-ноги стали послушными.

Еще раз наклонившись так, что ладони коснулись травы, чувствуя, как приятно потягивает мышцы ног, Катя, наконец, закончила, тряхнула волосами, оборачиваясь и вздрогнула, увидев за спиной Славу.

- О! А ты давно проснулся?

- Достаточно давно. – Протянул он.

Потом подошел ближе и схватил за руку, притягивая девушку к себе.

- Отпусти. – Хрипло попросила Катя, чувствуя, как в груди зарождается то знакомое ей чувство страха и еще чего-то неизвестного, но волнующего ее и будоражащего кровь. А он молча буравил ее глазами и глубоко дышал, не отпуская ее руку но и не пытаясь притянуть ближе к себе.

А потом взгляд его стал каким-то колючим, словно он за что-то рассердился на нее. Девушка уже знала, если он вот так как сейчас крепко сжимает губы, значит, что-то его сильно-пресильно бесит. Но что? Она? Почему? Что случилось за эту ночь?

- Ты что, не с той ноги встал? – Катя еще пару раз дернула на себя руку и сдалась, понимая, что пока он сам ее не отпустит, у нее ничего не получится. Сдалась и даже позволила ему притянуть ее к себе и взять за подборок свободной рукой. Не зная, что он собирается сделать, но подозревая, что возможно поцеловать, Катя и не думала сопротивляться. Почему? - она подумает потом. О последствиях тоже. Но этим светлым солнечным утром, ей хотелось только одного - отдаться во власть эмоций и будь что будет….

- Что ты так смотришь? – Его холодный голос вырвал девушку из розового дурмана, в который она стремительно погружалась, и вернул на землю. – Думаешь, я тебя сейчас целовать буду?

Он оттолкнул ее и пошел по тропинке к озеру, пробурчав что-то о надобности или ненадобности всего этого лично для него.

Катерина смотрела ему вслед, чувствуя, как на глазах закипают злые слезы. Вот сволочь! Она тоже хороша – дура. Возомнила невесть что. Еще не хватало, чтоб какой-то самодур портил ей с утра настроение. Еще не хватало, чтоб она из-за этого переживала – да не дождется!

- У тебя что, пмс? – Крикнула она ему в спину. Но, не увидев совсем никакой реакции, полезла в палатку собирать вещи.

Было все же обидно – вчерашний вечер у костра, вдвоем и стрекот каких-то ночных насекомых, все это было так…. Не то чтобы романтично, но они общались как друзья, рассказывали друг другу какие-то забавные случаи из жизни, подкалывали друг друга по доброму…. Потом завалившись спать, еще несколько минут болтали, пока она не уснула и уже сквозь сон не услышала, как он просит ее сегодня ночью не болтать во сне и не привлекать плотоядных хищников. Она думала, с этой ночи что-то изменится между ними. Изменилось однозначно. Знать бы еще что произошло….

Слава же, окунаясь в ледяную воду, понял, что тело его, взбунтовавшееся с утра, к счастью успокоилось и ему больше не хочется скрутить Катерину в узел и потребовать с нее исполнение супружеского долга в полном объеме вместе со штрафом за задержку.

А вот, пять минут назад, если честно, именно так он и собирался поступить. А когда девушка перестала сопротивляться, и казалось, даже ждала от него чего-то подобного, Слава просто собой бы не был, если бы это что-то решил ей дать.

Это не она будет решать, когда между ними будет секс и будет ли вообще. Не она и точка. Не даст он ей лишний козырь в рукав, поддавшись. А уж Катерина только так может расценить его желание. Он и о той вспышке в комнате пожалел, когда вернувшись напоролся на насмешливый Катин взгляд. Она смотрела на него свысока, словно уже почувствовала какую-то власть над ним.

Одним словом его бесило то, что он Катю хотел. Хотеть хотел, а воплотить свои желания не мог. Потому что после, все будет по-другому. Потому что после, он не сможет сказать что-то типа «спасибо, крошка, за приятный вечер», потому что после, у него может появиться слабое место, на которое Катерина с упоением будет давить. Поэтому… не с ней….

А причиной возникновения подобных Славиных сердитых мыслей стал банальный утренний «стояк». Обычно, когда в такие моменты он просыпался дома один, настроение было скверным весь день и он до той минуты, пока не удавалось снять напряжение, дергался и срывался на окружающих.

А тут, выбравшись из палатки, первым, что оказалось в поле его зрения, была Катина попа, обтянутая цветастой тканью трикотажных лосин, да еще и в таком положении, что грех было не…. Твою мать! – Слава сжал зубы до скрипа, а девушка в этот момент выпрямилась и обернулась к нему. Да еще и волосами тряхнула так, что хотелось запустить в них руку, собрать в горсть густые локоны и притянуть ее к себе…. К низу живота, если быть точным….

Вернувшись после водных процедур, Слава собрал палатку, сложил вещи в машину и молча уселся за руль. На обратной дороге ребята не сказали друг другу ни слова. Что-то висело в воздухе между ними, какая-то непонятная и неизвестно чья нервозность. Одно было понятно вполне – хрупкому миру между ними пришел конец.

* * *

В ту же ночь Слава не пришел ночевать в номер. Он ушел еще вечером, при параде, не оставив наблюдающей за ним Кате и толики сомнений в своих планах и не сказав ей ни слова.

Девушка пару часов мерила шагами гостиную не особо прислушиваясь к работающему телевизору. А потом спустилась в бар под предлогом, как и он, развлечься вместо того, чтоб сидеть взаперти. Славы там не было. Катя, уже не скрывая истинных мотивов своих поисков, направилась в клуб, который находился в другом здании. Славы не было и там. По крайней мере, она его не встретила, хотя вдоль и попрек исходила помещение, всматриваясь во всех встретившихся ей парней. Зато она встретила там своего недавнего знакомого, сделала вид, что впервые видит его и поспешно ретировалась.

Поднялась в номер, надеясь, что он все же вернулся, и, не обнаружив его там, загрустила, и как только стемнело, залезла в кровать. Она хотела уснуть, но сон не шел, и она только и делала, что призывала на Славину голову всевозможные кары небесные.

Маскировала они все свои чувства под банальным разочарованием от того, что не смогла опять обломать его. Конечно, все дело было в этом. А еще в том, что ей было скучно – они все это время развлекались вдвоем, а тут он оставил ее одну а сам ушел….

Нет, хватит спорить с собой, кажется, она все-таки ревновала его. Потому что от мыслей о том, чем сейчас вероятно занят Слава, Катя испытывала жгучее чувство разбить что-нибудь о его голову, как только он вернется.

Привыкла она за это время, что он ее…муж…. И уже даже почти смирилась с этим фактом. И что скрывать, он нравился ей. Раздражало, правда, то, что он никак не желал уступать ей. Сильно раздражало – Катя привыкла к совершенно другому отношению к себе со стороны сильного пола, и даже совместное проживание со Славой не избавило ее от уверенности в том, что все должно быть в паре так, как у нее с Вовой было. То есть она позволяла себя любить и это ее вполне устраивало. Она не боялась никогда, что парень может ее бросить, она такую вероятность даже близко к своим мыслям не подпускала. Слава был совершенно другим и ей это отличие от прочих ее кавалеров вообще не нравилось. А еще больше ей не нравились собственные ощущения от его нахождения рядом. Волновал он ее, нужно признать. Волновал и заставлял краснеть частенько. И заставлял думать о себе и вспоминать, против воли представлять, как это было бы… с ним.

Похоже, он привлекал ее как мужчина, как половой партнер и только. А эта… ревность, да, пора признать, что это именно она, это все лишь от чувства собственности и уязвленной гордости от того, что он выбрал не ее, а какую-то другую девушку. Да еще обида от того, как грубо он оттолкнул ее утром.

Он не заставит ее хотеть его и демонстрировать это. И соблазнять его она тоже не станет. Много чести…. Да и не готова она, наверное, еще так раскрываться перед ним. Ведь именно в постели, в близости, когда нет покровов, нет одежды, все чувства обнажены как люди. И она перед Славой так обнажаться не станет, не заслужил он подобную степень доверия своими постоянными уколами.

Нужно выбросить все это из головы. Какая глупость – он там где-то с кем-то греху предается, а она тут думает о нем и о близости с ним. Докатилась!

И хоть Катя всеми силами постаралась уснуть и не о чем не думать, все же ей это так и не удалось. Поэтому когда в замке тихо повернулся ключ, и послышалась возня у двери, она тут же села на постели. Скоро в спальню ввалился Слава. Пьяный, в расстегнутой рубашке и с растрепанными волосами, он, прищурившись и покачиваясь, посмотрел на нее.

- Что, дорогая, ждешь мужа домой? Чего-то не хватает…. Сковороды.

- Алкаш. – Тихо проговорила девушка и, отвернувшись от него, легла снова. Она слышала, как он раздевался и матерился. Как снимая брюки, не удержался на ногах и рухнул на пол. Как потом все же залез на кровать, и немного покрутившись, наконец, уснул.

Комната наполнилась запахом алкоголя и чужих духов. Катя спрятала нос под одеяло и, предвкушая похмельные муки спящего рядом парня, снова постаралась уснуть. Правда, удалось ей это не скоро.

* * *

Слава проснулся и тут же пожалел об этом. А еще о своих вчерашних возлияниях. В голове шумело, яркий свет раздражал глаза, а во рту все так пересохло, словно он пил одеколон. Интересно, текилу можно сравнить с одеколоном?

Интересно, как себя чувствует та маленькая брюнетка (как же ее зовут, он, кажется, не запомнил), с которой он вчера снова случайно встретился в баре. Но в отличие от прошлого раза не стал ждать появления Катерины, а сразу увел девушку в ее номер.

С ней-то он вчера и накачался. А потом еще посидел в баре, откуда еле-еле вернулся в свою кровать.

С трудом оторвав голову от подушки, парень огляделся вокруг. Кати рядом не было, он был в спальне один и, слава Богу, это была их с Катей спальня, а не чья-то чужая.

- Ка-ать… - Позвал он, разлепив воспаленные губы.

Через несколько ужасно-долгих минут, в течение которых Слава с грустью думал, что его оставили здесь умирать в одиночестве, дверь, наконец, открылась и Катя, не спеша вплыла внутрь.

- Звал? – Она остановилась у кровати, сложив руки на груди.

- Катюша, девочка моя, принеси, пожалуйста, воды.

- Нет, дорогой. – Катя присела рядом. – Пусть тебе водичку таскает та проститутка, которую ты вчера до трех часов ночи ублажал. А я тут ни при чем, знаете ли….

- Катенька…. Не дай умереть позорной смертью.

- Все, родной, чао! Я на пляж.

Катя выпорхнула из комнаты, послав на прощание парню воздушный поцелуй. Слава с горем пополам добрался до телефона и попросил обслуживание номеров, принести ему воды и таблетку антипохмелина.

Когда Катя вернулась, Славе уже было гораздо легче, но он изо всех сил изображал оскорбленное достоинство. Не нужно уточнять, что поздно вечером он снова ушел, сказав Кате, что направляется туда, где он вчера пил, опохмеляться.

Девушка осведомилась, взял ли он с собой средства контрацепции. Слава помахал перед ее носом двумя серебристыми квадратиками. И захлопнул за собой дверь. А Катя опять осталась одна.

Глава 18

Прошло еще несколько дней, и заканчивалась уже третья неделя отдыха. Слава и Катя старались общаться друг с другом как можно реже и только по необходимой надобности. А в остальном, они друг друга игнорировали. Настолько, насколько могут игнорировать друг друга люди, каждую ночь проводящие в одной постели.

Слава с того двухдневного загула на ночь, один, больше не отлучался. Видимо, поправил здоровье на ближайшее время. Когда же он, однажды субботним вечером предупредил Катю, что идет в клуб, и будет поздно, девушка кивнула головой с равнодушным видом. Когда за ним захлопнулась дверь, Катя подошла к шкафу им принялась выбирать себе наряд.

Отвлеклась на секунду, подошла к мини-бару, плеснула себе виски в коктейльный бокал, долила колы, попробовала, сморщилась – получилось слишком крепко. Доливать колу не стала, продолжила выбирать наряд.

Она не будет сидеть в номере, в то время как Слава развлекается на полную катушку. Она тоже человек и имеет право на свои маленькие человеческие радости. После второго бокала с такой же ударной дозой виски, как и у первого, Катя была в этих своих мыслях уверена и готова поражать и покорять мужские сердца. А еще провоцировать и злить некоторые из них.

Слава в этот момент сидел в баре. Оглядевшись, он понял, что сегодня никто не привлек его внимания, а та девочка-брюнетка, похожая на Зою, уехала пару дней назад. Он потягивал пиво, в номер возвращаться не хотелось. Парень бросил короткий взгляд в сторону – рядом с ним расположилась у стойки компания из трех парней. Он задумался на мгновение, не обзавестись ли ему новыми знакомыми, дабы не пить в одиночестве, но подслушав их разговор, понял, что парни занимались поиском приятной компании на вечер и отказался от этой идеи.

И тут в открытые двери вошла Катя.

Слава окинул ее быстрым взглядом и отвернулся, уповая на то, что девушка его не заметит.

Катя присела за ближайший к барной стойке столик и пьяным жестом подняла руку, требуя официанта. Ей оставалось только закричать «Человек! Эй, человек!», но она к счастью этого не сделала.

Катя была пьяна и вульгарна. На ней было короткое платье с широким воротом, открывающим плечо и позволяющим окружающим убедиться, что лифчика на девушке нет. Туфли на высоченной шпильке (и где она их взяла? неужели привезла с собой?) и самое главное – колготки в сетку. А еще яркая помада – Катя была похожа на шлюху, он никогда ее такой не видел.

Девушке тем временем принесли коктейль, который она немедленно поднесла к губам, словно ее мучила жажда…. О, да – алкогольная жажда…. Слава продолжал наблюдать за женой, стараясь не привлекать ее внимания. Не дай Бог заметит и устроит очередное представление на публику – актриса, мать ее. Но и тихо уйти он тоже не решился – во-первых, было интересно, что собиралась отмочить Катя в этот раз. А во-вторых, надо признать, он чувствовал некую ответственность за нее. И ведь было похоже, что девушка пришла сюда в поисках приключений, и он должен был позволить ей эти приключения на пятую точку найти, чтоб впредь была умнее. Но, почему-то, не мог этого допустить.

Катя тем временем, ощущая себя красивой и смелой, обвела зал глазами. Славу за барной стойкой она заметила сразу. Но подходить к нему или вообще делать вид, что сегодня он для нее существует, она не собиралась. Она собиралась его позлить и продемонстрировать, что она тоже, если захочет, будет вести себя так же свободно, как и он.

После выпитого коктейля, Катя поняла, что теперь она вполне готова к тому, чтоб заняться сексом с первым встречным. Потому что хотелось ей этого, хотелось! А что, приличным девушкам нельзя хотеть тр*хаться? Только мужикам? Которые, например, не желают терпеть и сдерживать свои желания, они идут, снимают всяких блондинок с большой грудью и это нормально. Значит и ей можно. Тогда может, ее гормоны угомонятся, и ей на Славины похождения будет плевать. Нет сил, сидеть взаперти и мучиться от ревности, пока он расслабляется с другими.

У барной стойки сидел красивый парень и смотрел на нее. И от его взгляда у Кати чуть слюна на пол не закапала – вот это образец мужской красоты! Блондин, высокий, стройный, под майкой с короткими рукавами видны рельефные мускулы, грудь широкая, попа узкая – закачаешься. И на лицо хорош собой. Вот почему такому отдаться великий грех? Да это счастье на самом деле….

Катя сфокусировала на нем пьяный взгляд и послала самую свою очаровательную улыбку.

- Вон та киска на тебя запала. – Донесся до ушей Славы голос одного из расположившейся рядом троицы. – Гляди, как улыбается. Пьяна в стельку….

- Я вижу. – Тот, которому это адресовалось, ответил и поднес к губам бокал с темной жидкостью похожей на коньяк.

Слава проследил за направлением его взгляда, уже практически не сомневаясь, кто улыбается парню в ответ. Так и есть - Катенька, возомнившая себя великой искусительницей, сейчас, допивая свой коктейль, посылала блондину страстные взгляды и томно хлопала ресницами. Вот дура! И с чего она взяла, что выглядеть вульгарно и выглядеть сексуально одно и то же?

- А ничего так, девочка. – Продолжали общаться парни рядом. – Еще один коктейль и можно будет брать.

Один из дружков блондина повернувшись к бару, попросил смешать немыслимое для уже нетрезвой девушки сочетание алкогольных напитков.

- Угости ее, - он обратился к другу, кивая на смесь в бокале, - а мы вас в номере подождем, чтоб раньше времени красотку не пугать. Давайте только, не долго.

- О`кей. – Блондин взял в руки бокал и двинулся к Кате. Слава еще секунду позволил себе помечтать о том, что он отпустит ситуацию и позволит Кате научиться жизни на собственном опыте, а потом, вздохнув, слез с высокого стула и двинулся к столику, за которым Катя сидела уже не одна.

- Привет! – Он наклонился над девушкой, упершись ладонями в поверхность стола. – Радость моя, пойдем-ка спать. Погуляла и будет.

- Это кто? – Блондин вопросительно посмотрел на Катю, та удивленно пожала плечами.

- Впервые вижу. – Пролепетала она, не удостоив парня взглядом.

Слава молча схватил ее за плечо и рывком поставил на ноги.

- Пошли, я сказал.

Девушка уперлась.

- Никуда я с тобой не пойду, идиот! Оставь меня в покое, не мешай.

- Девушка просила не мешать. – Блондин поднялся следом. – Пусти ее.

- Эта девушка – моя жена. Так что поищите себе на ночь другое развлечение.

После этих слов Слава, наклонившись, обхватил Катины колени и устроил ее на своем плече вниз головой. Катя взвизгнула, ее коротенькое платье задралось, демонстрируя ажурную резинку чулок. Слава не обращая внимания на ее нецензурную брань, развернувшись, двинулся к выходу.

Добравшись до номера он, наконец, поставил ее на ноги и, открыв дверь, впихнул девушку внутрь.

- Ну, ты и козел, Слава! – Тут же накинулась она на него. – Тебе значит все можно, а мне нельзя, да? Кто тебя вообще просил вмешиваться?

- Уймись. – Он отмахнулся от нее и пошел к шкафу, по пути расстегивая пуговки рубашки. – Ты посмотри на себя – вырядилась как шлюха, вела себя так же….

- Да какая тебе разница?! Какая?! Это мои проблемы слышишь? Как одеваться и как вести себя и с кем спать, в конце концов. Я тоже человек, Слава! И я тебе, кажется, не мешала развлекаться!

Кажется, у девушки начиналась пьяная истерика.

- Я тебе не бревно, какое! Я тоже хочу. Хочу! Я что, должна тут сидеть, сжав коленки, пока ты порешься направо и налево? А этот парень…. Черт, как же ты меня обломал Слава…. А! – Катя пьяно расхохоталась, грозя ему пальчиком. – Я поняла! Ты мне отомстил за Свету! Ну, даешь….

- Слушай ты, идиотка, - Слава, схватив ее за руку, грубо встряхнул от чего Катя замолчала и испуганно посмотрела на него, - ты хоть понимаешь, куда чуть не вляпалась?

Он толкнул ее в кресло, грубо. Девушка упала, не устояв на ногах, и вжалась в него. Он навис над ней, положив руки на подлокотники.

- Этот парень напоил бы тебя до полной отключки, привел в свой номер, а там тебя, дуру, уже ждали двое его друзей, которые тр*хали бы тебя втроем до утра, ты может этого хотела? Тогда может мне не стоило ему мешать, раз тебе захотелось острых ощущений?

- Втроем? Он же был один…. – Катя все еще не хотела понимать то, что он пытался до нее донести.

- Втроем, Кать. Одновременно. Рассказать тебе как? Вернее… куда…. А может и по очереди, да какая разница!

- С чего ты взял? – Тихо спросила девушка, в миг присмирев и часто-часто моргая.

- Потому что я слышал их разговор. – Добавил он тоже негромким голосом.

- Ты что, серьезно? – Катин голос дрогнул, а нижняя губка затряслась как у маленького ребенка. – Не шутишь?

- До шуток ли? – Он выпрямился и отошел от нее. – Можешь пойти проверить. Я больше не стану вмешиваться – это твоя жизнь, как ты и сказала.

Катя уже часто дышала и по ее лицу скатывались слезы. Боже, как он не выносил пьяных женских истерик и слез!

- Я… просто… хотел-ла… - Всхлипывая, попыталась сказать девушка, - просто….

Она не смогла договорить и, зажимая ладонью рот, бросилась к туалету. Там ее стошнило, едва она подняла крышку унитаза. Подняв голову, она увидела стакан воды, который ей протягивал Слава.

- Пойдем спать. – Он погладил ее по спине. Катя в ответ только молча кивнула.

* * *

Утро началось ужасно. Голова болела, язык во рту распух, а тело ломило. Хотелось проваляться в постели весь день, но ее планам не суждено было сбыться, потому что в спальню вошел Слава, уже одетый и собранный, и, плюхнувшись на кровать рядом, потормошил ее за плечо.

- Вставай, пьяница. Нам пора.

- Куда? – Простонала девушка, больше всего на свете желая умереть.

- На Каракольские озера. Ты что, забыла? Машина через час.

- Я не поеду.

- Поедешь. – Слава встал и сдернул с Кати одеяло. – Надо же тебя как-то проучить за вчерашнее, будешь знать, как напиваться.

- Отстань, Слава, прошу…. – Девушка поискала руками одеяло и укрылась снова.

Слава отстал и куда-то вышел. Девушка с наслаждением понежилась в мягкой постели, протянула руку к бокалу с водой, стоящему на ее тумбочке. После нескольких глотков стало полегче, правда голова все еще раскалывалась. Она задремала снова.

Неожиданно одеяло слетело на пол, и Катя почувствовала, как сильные руки подхватывают ее с кровати. Слава прижал ее к своей груди и куда-то понес. Девушка не успела подумать о том, что происходит, как оказалась в ванне, полной холодной воды.

Когда визг девушки сменился ругательствами и сравнительными определениями его персоны, Слава сказал, что ждет ее на улице и вышел за дверь.

Стоя у машины, он в очередной раз посмотрел на часы, рассуждая, стоит уже подняться в номер и самостоятельно облачить Катерину в одежду, или дать ей последний шанс сделать это самой. Им еще нужно было добраться до пункта отправления фургона-вездехода. На Катином «пыжике» проехать по местным дорогам до озер было невозможно – итак, после возвращения нужно гнать машину на станцию и проходить диагностику ходовки. Слава Богу, передний бампер в лесах окружающих Телецкое озеро не потеряли.

Ну, все, если она не появится через десять минут, он поднимется в номер, и тогда ей придется ехать в том, в чем он ее застанет. Даже если она будет в чем мать родила. Хотя… наверное, если он ее застанет в чем мать родила, они уже точно никуда не успеют. Слава криво ухмыльнулся своим мыслям, и в этот момент Катя подошла к машине и уселась на переднее сидение, прижимая ко лбу бутылку с минералкой.

- Как жарко сегодня. – Простонала она.

Слава оглядел наряд девушки – майку, шорты и кеды.

- Ты зря так вырядилась. – Резюмировал он после осмотра.

- Что опять? – Катя подняла на него усталый взгляд.

- Может, пойдешь, наденешь джинсы.

- Зачем?

- Ну, дело в том, что нам до озер на лошадях добираться – ноги сотрешь.

- На ком? На лошадях? Ты что, я ж не умею.

- Научишься, это не сложно. Ты вчера хотела жеребца?

Катины щеки вспыхнули, а Слава продолжал.

- Сегодня ты его получишь, дорогая. Ну что, переодеваться пойдешь?

- Нет. – Сердито буркнула в ответ. – Еще не хватало, чтоб мои дорогущие джинсы провоняли лошадьми.

- Как хочешь. – Слава завел машину и вырулил со стоянки.

Катя разулась, поставила ноги на панель, откинула сиденье и попыталась расслабиться. Слава, повернувшись, заметил, что ее пальчики выкрашены в какой-то яркий лак, а щиколотки очень узкие – он, наверное, двумя пальцами смог бы их охватить.

- За дорогой следи. – Послышался рядом насмешливый голос. – Чего засмотрелся?

Слава встретился глазами с взглядом девушки, в котором она даже не попыталась спрятать чувство превосходства. Ей нравилось, определенно нравилось его внимание к собственной персоне. У нее моментально просыпались царские замашки, и она начинала путать его со своим пажом. Та дрожащая девочка, которую вчера стошнило от испуга, пропала без вести, а ее место заняла уже знакомая Славе стервоза, которую он с удовольствием придушил бы, или притопил…. Кстати, там, куда они ехали у него будет такая возможность.

- Ты смотрела фильм Тарантино, «Доказательство смерти», кажется, называется.

- Не-а, я такую чушь не смотрю, а Тарантино, говорят, сумасшедший мужик.

- Ага, все, что ты понять не можешь, снимают сумасшедшие мужики, кажется, мы об этом с тобой уже общались.

- С тех пор ничего не изменилось. Так к чему вопрос?

- В этом фильме в машину с тремя девушками врезался сумасшедший маньяк на машине для каскадерских трюков.

- И…

- И вот она из девушек сидела как ты – ноги на торпеде, только одну она еще и в окно высунула. И ей оторвало… ногу. Просто вспомнилось….

- Вот умеешь ты настроение испортить. – Катя спустила ноги и сунула их в кеды.

Остаток дороги провели в тишине.

Когда спустя некоторое время Катя увидела фургон, в котором им предстояло провести два часа, девушка просто отказалась выходить из машины. Слава в прямом смысле выволок ее наружу и, закрыв дверь машины пультом сигнализации, затолкал сопротивлявшуюся девушку в фургон и устроился рядом.

- Выпусти меня, у меня клаустрофобия! Отоприте, отоприте! – Катя попыталась изобразить панику, но Слава ее проигнорировал.

- Не ври, ладно? Клаустрофобия…. И успокойся – это того стоит.

По тряской дороге Катю укачало – было невероятно душно, а Слава вытащил сигарету и закурил.

- Пожалуйста, потуши, Слава…. – Взмолилась позеленевшая девушка, зажимая ладонью рот. – Меня сейчас стошнит.

- У кого-нибудь есть пакетик? – Слава взглянул на остальных пассажиров фургона. – Нету? Дорогая, тебе не повезло.

Катя справилась с рвотными спазмами и попыталась абстрагироваться от сигаретного дыма. Тем более что остальным пассажирам он не мешал – они сидели с краю, у дверей и дым уходил в щель, правда, Слава сидел за ней, так что дымил прямо на нее. Девушка занималась тем, что вспоминала пытки испанской инквизиции, примеряя каждую на Славу. Это было забавно, она бы с удовольствием посмотрела, как он корчится в реальности, после всего, что он с ней вытворяет.

Когда машина остановилась, Катя возблагодарила Бога за то, что она все же выжила и не опозорилась. Но это были еще не все ее испытания на сегодняшний день. Через несколько минут, наскоро объяснив ей основные правила управления конем, ее подвели к здоровенному животному, которое било копытом, трясло громадной головой и как-то подозрительно на нее поглядывало.

- Вот, Катюш, как раз такой, как ты хотела, правда? – норовистый жеребец. Покажешь, как ты с ним справишься?

- Пошел ты…. А другого нет?

- Нет. Садись, давай.

Это был самый ужасный день в ее жизни. Катя с завистью поглядывала на Славу, который как заправский наездник, слегка удерживая поводья одной рукой, ловко управлялся с лошадкой, то пуская ее вскачь, то наоборот, придерживая, аккуратно натягивая удила. Катин же коняга, все время порывался галопом пуститься впереди всех, да еще и кажется, пару раз норовил запрыгнуть на какую-нибудь кобылку. Девушка в такие минуты визжала от страха – ей казалось, что конь решил ее сбросить. В общем, она устала, голова болела, солнце пекло, ветки кустарника хлестали по лицу и трепали ее прическу. А еще ощутимо натирало ноги – голени было уже больно, но пока терпимо. Что она будет делать на обратной дороге, Катя не представляла, но жаловаться точно не станет. Хватит ей Славиных подколов типа «дорогая, ты, что не знакома с позой женщина сверху? Давай, шевели тазом, что ты сидишь как деревянная». Это совсем не добавляли позитива в настроение.

Наконец, все спешились и пошли дальше пешком. Как же приятно было чувствовать под ногами твердую землю! Гораздо лучше, чем гору своенравных мышц, обтянутых темной шкуркой.

Впереди, всего в нескольких метрах их ждали Каракольские озера, и Катя уже хотела знать – стоили ли они всех ее мучений или нет.

Озер было семь. Все они находились на разной высоте друг от друга. От самого нижнего до верхнего пешком было пару часов ходьбы. Соответственно чем выше в горах было озеро, тем меньше по размеру и холоднее оно было.

Два нижних озера – шестое и седьмое находились в кедровой тайге. За ними находилась так называемая турбаза, где ребятам предложили подкрепиться по-походному. Слава не отказался, а Катя развыделывалась и заявила, что не собирается портить себе желудок неизвестно в каких условиях приготовленной едой, а уж за соблюдение санитарных норм она тем более не поручилась бы. Это же относилось и к предложению попробовать воды из озера. Девушка, фыркнув, заявила, что наслышана о том, что такое сальмонеллез и демонстративно сделала глоток из бутылки «бонаквы». Слава на ухо шепнул ей, что подобных ей противных туристов местные жители приносят в жертву местному лесному идолу и рукой указал ей на деревянную фигурку, облаченную почему-то в женский купальник.

- Вон, видишь? – Отвечая на ее недоверчивый взгляд, он кивнул на сложенную у ног фигуры старую обувь. – Все, что от них осталось. Хочешь, чтоб там лежали твои кеды?

- Да ну тебя…. Пошли дальше.

Добравшись до пятого озера, ребята вдали увидели покрытые снегом вершины гор. А третье уже располагалось среди камней – леса остались позади.

Наконец, перед ними раскинулось красивейшее второе озеро. С водой бирюзового цвета, окруженное шелковистой травой и цветами, а над всем этим нависал снежник. Снег словно сползал в озеро с горы.

Катя бродила по траве, чувствуя, как она ласкает ее стертые голени. Невдалеке шумел небольшой водопад, и девушка чувствовала себя как никогда умиротворенно.

- Кать! – Услышала она. – Иди сюда.

Девушка подошла. Слава стоял на камне, нависающем над водой, и видимо в том месте было глубоко, потому что сквозь прозрачную толщу воды не видно было дна. Она робко остановилась рядом, вцепившись в его рубашку.

- Хочешь окупнуться? – Она почувствовала, как его рука крепко обняла ее талию, подталкивая к краю.

- Нет, Слава, не надо!

- Надо, Катя, надо. – Он продолжал подталкивать ее, стараясь сбросить в воду, но девушка завизжала и вцепилась в него как клещ.

- Ты чего? – Он отпустил ее и позволил отойти подальше от воды.

- Отстань от меня! С меня хватит, слышишь? – Катя присела на какой-то камень и, спрятав лицо в ладонях, расплакалась. – Я плавать не умею….

- Серьезно? Я не знал….

- А что ты обо мне знаешь, кроме того, что я стерва, испортившая твою жизнь, а? – Катя на самом деле перепугалась, что он столкнет ее в воду. А потом еще и не поверит, что она на самом деле не умеет плавать. И еще, она так устала от его постоянных издевательств над собой, да еще и в такое сложное утро, что броня ее дала трещину и девушка раскисла. - Я не хотела этой свадьбы, не хотела! Ты думаешь, я мечтала о таком муже как ты? Думаешь, мне все это надо было? Меня так же, как и тебя перед фактом поставили. И ты тоже мог отказаться, но, как и я не захотел ничего менять в своей жизни….

Она говорила захлебываясь, стирая со щек катившиеся по ним слезы. Видимо, накипело….

– Ты не лучше меня, Слава, совсем не лучше. Твои причины были вескими, мои тоже. Каждому свое.

Отец выгнал меня из дома к тебе, что я могла сделать? Что? Или может ты думаешь, я этого хотела? Мечтала жить в квартире, размерами с мою гостиную, да еще и с чьей-то мамой? По-твоему, это предел моих мечтаний – ты и твоя жилплощадь?

Слава молчал. Он стоял рядом и смотрел куда-то в сторону.

- За что ты меня так ненавидишь?– Новый спазм рыданий – Кате было очень жалко себя.

- Ладно. – Он подошел и присел возле нее, так что их лица оказались на одном уровне. – Катя, прости меня, серьезно. Я был не прав, и слишком далеко зашел сегодня.

Девушка еще некоторое время пошмыгала носом, а потом, наконец, кивнула, соглашаясь на перемирие, и позволила помочь себе подняться с камня, на котором все еще сидела.

Прогулка до верхнего озера и обратно заняла у них около четырех часов. Катя, на обратном пути, все время просила себя сфотографировать, потом критично оценив фотографию, требовала переснять. Потом фотографировала каких-то на ее взгляд любопытных насекомых. Слава наблюдал за ней, думая о словах девушки, сказанных раннее.

На самом деле в чем-то она была права…. У него тоже был выбор, и он его сделал, зачем тогда винить во всем только ее. К тому же, как выяснилось, виновата была не только она. Он так привык видеть в ней ту надменную Катю, с которой проучился на одном курсе три года, так до конца и не узнав ее, и сейчас просто не хотел видеть в ней что-то другое. Он на самом деле ничего не знал о ней, кроме того, что она сама ему каждый день демонстрировала. Что скрывается за образом хладнокровной эгоистки и скрывается ли вообще, наделена ли Катя человеческими качествами и если да, то какими – все это не интересовало его до недавних пор. Обнаружить, что Катя помимо того, что была красива, самоуверенна, язвительна, высокомерна и часто глупа и пуста, могла быть совсем другой, было удивительно и странно. Жаль, конечно, что увидеть в ней человека удавалось только в экстренных ситуациях. В обыденной жизни же, Катя не позволяла расслабиться и постоянно напоминала ему, что не стоит терять голову и забывать, с кем он имеет дело.

А может быть он специально провоцирует ее, для того, чтоб с нее почаще слетала эта напускная дурость и стервозность?

Слава отмахнулся от подобных мыслей, предпочитая и дальше думать о том, что ему просто нравится ее доводить.

На обратном пути, девушка изо всех сил крепилась, чтоб не расплакаться – было очень больно ножки. Она закусывала губку, не реагировала на Славины шутки, а когда они добрались до ждавшего их фургона, она поняла, что даже слезть с коня не сможет без посторонней помощь.

- Чего сидишь? – Слава подошел и протянул ей руку. – Давай помогу.

Девушка вынула ногу из стремени, села боком, готовясь к тому, чтоб спрыгнуть на землю и в этот момент ее голени оказались у Славы перед глазами.

- Вот черт! – Он осторожно взял ее за щиколотку и рассматривал содранные о стремена икры. – Кать…. Ты что молчала-то всю дорогу?

- А что, мне нужно было дать тебе лишний повод объяснить мне какая я глупая, что тебя не послушала?

- Иди сюда. – Он поднял ее на руки и отнес к машине.

Добрались до отеля они усталые и измученные. Приняв душ, тут же завалились в кровать. Слава, закрыв глаза, попытался уснуть, но вспомнив что-то, позвал:

- Кать? Ты спишь? – Девушка как всегда лежала к нему спиной, и он не видел ее лица.

- Нет. – Послышался в ответ ее тихий голос.

- А почему ты плавать не умеешь? Тонула?

- Не научили. – Ответила она, не оборачиваясь.

- Кать, прости, я правда был не прав. Просто… пошутить хотел. Взбесила ты меня сегодня. И вчера тоже…. Не знаю, почему мне постоянно хочется тебя цеплять. Давай не будем больше портить друг другу настроение. Осталось-то чуть-чуть и домой…. Кать? – Он повернулся к ней и увидел, что девушка уже спит.

Вячеслав поправил одеяло и зачем-то провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Потом резко одернул руку, отвернулся и закрыл глаза, мечтая уснуть и не допуская к себе никаких мыслей.

* * *

Первые солнечные лучи, проникнув в комнату, разбудили спящую Катю. Девушка потерла глаза и поняла, что вчера они забыли задернуть плотные шторы, а так как окно выходило как раз на ту сторону, где всходило солнце, его яркий свет падал прямо в изголовье кровати.

Она повернула голову и увидела, что Слава все еще спит. Правда, запястье его руки покоилось на закрытых веках – видимо солнце мешало не только ей.

Из-под руки парня Кате был хорошо виден его профиль – прямой нос, четко очерченные губы со слегка вздернутыми вверх уголками, отчего казалось, что парень всегда чуть улыбается, гладко выбритые щеки, ямочка между нижней губой и подбородком, которую Кате почему-то все время хотелось потрогать пальцем….

Девушка прижалась щекой к подушке и продолжала его рассматривать.

У Славы были красивые руки – сильные, с рельефными бугорками мышц, с проступающими под кожей веревками вен, которые сам парень, смеясь, называл «мечтой наркомана», с длинными ловкими пальцами. Она, не раз наблюдая за тем, как он, занимаясь дома какой-нибудь кропотливой работой с мелкими деталями, поражалась, как ему удается то, что она своими изящными наманикюренными пальчиками даже не попробовала бы сделать. А еще она, краснея, представила, как эти руки скользнули бы по ее телу. Только не так грубо как в тот раз, а по-другому…. Нежно лаская, поглаживая, исследуя его….

Катя, хихикнув, тряхнула головой, прогоняя пикантные мысли и вспомнила, как он вчера всю дорогу до отеля таскал ее на руках. А перед тем как отнести в номер еще и зашел в медпункт, где ей обработали ножки и туго перебинтовали их. И поняла, что стоило промучиться несколько часов, чтоб потом познать, каким он может быть. Не только грубым, дерзким и постоянно зло подкалывающим ее, но и заботливым и нежным.

А еще ее переполняло чувство благодарности за то, как он забрал ее тогда из бара, помешал смазливому блондину-оборотню. Может Слава и наврал, и всему причиной была банальная ревность парня? От этих мыслей на душе становилось еще теплее.

С ней явно происходило что-то не правильное, но как же ей нравилось сейчас смотреть на него спящего! И кажется, возвращаться домой, к обычной жизни не хотелось совсем….

Глава 19

- Так, расскажи мне еще раз, куда мы едем. – Катя отвлеклась от сборов и, нахмурившись, скрестила руки на груди.

- Сколько можно рассказывать? Ты поспеши лучше, а то опоздаем. Следующая экскурсия через две недели, а мы уезжаем скоро. Следующего шанса не будет.

- Слава, это какая-то дурацкая авантюра, может, лучше еще раз с «катапульты» запустишься?

- Да ты что? – Слава бросил на кресло свитер, который держал в руках и подошел к ней. – Иди сюда, сядь.

Он взял девушку за руку и усадил рядом с собой на диван, обнял ее за плечо.

- Кать, я знаешь, как об этом мечтал?

- Мне-то что? – Буркнула она в ответ.

- Ты как всегда. – Рука с плеча исчезла, а Слава, вздохнув, отстранился от нее. Зря, когда он сидел вот так, вполоборота и обнимал ее за плечо, у него было больше шансов ее уговорить….

- Ладно, рассказывай….

- Здесь есть неисследованные пещеры….

- Опять пещеры? Мы же ходили в пещеры….

- Может, дослушаешь?

- Валяй. – Катя, округлив глаза, изобразила на лице заинтересованность и готовность дослушать до конца.

- Хватит кривляться? – Слава посмотрел на не изменившееся лицо девушки, вздохнул и продолжил. - В этих пещерах есть потайные озера. Туда как бы нет экскурсий….

- Как это? А мы тогда куда?

- Ну, там парень один нелегально водит туристов. Мне его номер Диман дал еще в городе. Он говорил там круто. Жутковато – ведь всяких туристических маршрутов там нет, парень-проводник работает по собственной инициативе. Вроде как если сама хочешь, он тебя так и быть, проводит.

- Нормально! – Катя вскочила с дивана. – Это опасно?

- Конечно, нет! – Фыркнул Слава, всем своим видом показывая насколько абсурдны и беспочвенны Катины опасения.

- Тогда почему нелегально? Почему под грифом секретности и под покровом тайны?

- Потому что еще не добрались до них, Кать. Как только об этом месте станет известно, все – рядом как грибы вырастут турбазы, и каждый камень из этих пещер будут продавать как сувениры, а перед входом будет рынок. Мы с тобой здесь уже месяц отдыхаем, ты не заметила, что здесь все стоит денег, даже в озере искупаться!

А сейчас, представь, там еще все настоящее, без электрических фонарей и размеченных маршрутов….

- Что в этом плохого – это же для нашей безопасности.

- Романтика теряется, Кать.

- Это точно не опасно?

- Точно. Парень водит туда группы не первый сезон. Не бойся, все будет хорошо. Тебе понравится. Зато подружкам будешь рассказывать, где тебе случилось побывать. И одевайся потеплее.

- Хорошо…. Ладно, договорились. Только без всяких этих твоих штучек, ладно?

- Без каких?

- Как при походе на Каракольские….

- Я же обещал, Кать. Все, белый флаг…. – Славиному невинному выражению лица невозможно было не поверить.

До пещер добрались на машине. Правда, пару раз проскребли днищем по кочкам, но в целом дорога была сносная. Остальная группа была уже в сборе. В ее состав входили несколько парней и девушек их возраста или чуть старше. Парень-проводник вообще поверг Катю в уныние – она ожидала увидеть взрослого мужчину, у которого на лбу можно прочитать о том, какой он опытный. А вместо него на камне сидел парнишка чуть старше их со Славой, в кепке, в шортах по колено, в майке и жилетке поверх нее. С татуировкой на плече и с кожаными браслетами на запястье. И судя по всему, в ожидании опоздавших он развлекался с очень странной папиросой, от которой исходил запах совсем не табака.

- Ну что? Теперь все в сборе? – затянувшись, проговорил он. А затем выдохнул дым и закашлялся. – О-ой…. Крепковато получилось….

Он передал папиросу человеку рядом, и пару раз хлопнул в ладони.

- Так, друзья, еще раз напоминаю для опоздавших, если хотите выйти из этих пещер, постарайтесь не потеряться. Не отбивайтесь от группы, не уходите одни в ответвления от основного коридора, не ходите смотреть на сталактиты, не отставайте, я понятно выразился? Замечательно. Идем до озера и обратно. Весь переход займет несколько часов, сколько сказать не могу, так как не знаю, с какой скоростью вы будете двигаться. Обычно экскурсия занимает часов пять-шесть.

Он поднялся со своего места, поправил рюкзак на плечах и, включив фонарик, шагнул к мрачному входу в склоне горы.

Катя и Слава шли последними. Девушка, прежде чем шагнуть под каменный свод, еще раз обернулась на тихий лес, окружающий это место, на свою красную машину, закинув голову, нашла клочок голубого неба сквозь густую зелень листвы. А потом рука Славы увлекла ее вперед.

* * *

- Кошмар…. Как я только могла подписаться на подобное мероприятие…. – бурчала девушка, шагая по каменному коридору пещеры. Она даже по сторонам не смотрела, только себе под ноги, потому что тропа под ногами была настолько неровной, что она чуть не упала уже сто раз. То вдруг под ногой откуда-то брался камень, то просто почва из-под ног уходила в прямом смысле. Вот Катя и светила фонариком себе под ноги. – Пять-шесть часов ходьбы, это же прекрасно на самом деле. Я потом подружкам рассказывать буду…. Где была моя голова?

- Под рулем…. – Слава подхватил ее под руку, когда она, отвлекшись на него, снова споткнулась.

- Очень смешно. Черт, мои кеды не переживут это путешествие….

- Не в кедах счастье, Катя. И хватит уже ворчать. Как старая бабка, в самом деле. Наслаждайся….

- Чем? Я не люблю камни. Только драгоценные. – Уточнила зачем-то девушка. – Мне здесь не нравится. Словно я саму себя под землю загнала….

- Глупости, Кать. Относись к этому как к приключению. Сейчас бы толкались с тобой в номере, неужели лучше?

- Лучше. – Девушка вздохнула. – Я домой хочу. Может, пораньше вернемся?

- Посмотрим. Вроде все, что запланировали, мы здесь посетили. Эти пещеры последний пункт.

- Ненужный.

- Кать….

- Что?

- Не начинай, надоедает уже.

- Значит, нужно было оставить меня в отеле, зачем с собой потащил?

- А ты бы осталась? И потом, я бы без машины сюда как добирался?

- Ты что, меня из-за машины позвал? – девушка начинала заводиться. Определенно здешний воздух действовал на нее неблаготворно.

- Кать, ты что? Мы же договаривались – я тебя везу на Телецкое, а ты меня сюда.

- Давай вернемся. – Девушка остановилась и топнула ногой. – Я дальше не пойду.

- С ума сошла? Мы сами не выйдем.

- Что тут выходить – прямо да прямо….

- Катя, наши уходят, мы заблудимся потом. Идем немедленно, не сходи с ума.

- Не хочу. Мне здесь плохо, у меня клаустрофобия….

- Завязывай, Кать! – Слава оглянулся на их группу, ребят пока было видно и слышно. – Черт, знал же, что ты, как всегда, станешь камнем на шее, почему я вечно должен с тобой нянчиться? То тебе не так, это не эдак! Все не нравится. С Зоей было интереснее….

- Может, хватит сравнивать меня с Зоей? Ну и ехал бы сюда с ней.

- Я хотел! – Выкрикнул Слава в сердцах. – Я бы лучше с ней поехал, чем с тобой – ты меня достала!

- Пошел ты…. – Катя, круто развернувшись, пошла в обратную сторону.

Слава нервно отвернулся от нее и попытался догнать группу, но через минуту матернувшись, бегом бросился за девушкой. Катя ушла уже довольно далеко и, торопясь ее догнать, Слава совсем не смотрел, куда он поворачивает.

Зачем он ее отпустил, идиот? Ведь заблудятся теперь оба, точно заблудятся! Катька под ноги смотрела, не видела сколько раз они повернули, прежде чем дошли до того места, где разругались!

- Катя! – Крикнул он в темноту, где впереди мелькал луч Катиного фонарика. – Погоди, Катя!

- Отвали! – Послышался ее голос. – Можешь возвращаться, я найду дорогу.

- Остановись немедленно, тебе говорят!

Он, наконец, догнал девушку, которая стояла, скрестив руки на груди и с таким выражением лица, словно она ему пребольшое одолжение сделала, когда остановилась.

- Ну, что надо? Иди на свои чертовы озера. А обратно тебя кто-нибудь подвезет.

- Дура ты, Катя! Куда ты идешь, ты знаешь?

- Прямо. – Уверенно ответила девушка. – Мы шли прямо и прямо и я иду.

- Прямо? – Он старался говорить спокойно, но не смог, - Прямо, говоришь! Ну, иди, прямо!

Он несильно толкнул ее в плечо.

Катя пожала плечами и пошла. Слава шел следом. Скоро Катя уперлась в развилку коридоров.

- Ну что? В какое «прямо» дальше?

С девушки слетела уверенность. Она переводила взгляд с одного тоннеля на другой, пока, наконец, пожав плечами, не повернулась.

- Я не знаю….

- Ты не туда свернула, Кать. Там развилка была, ты ее не видела. Пойдем обратно.

Он взял присмиревшую девушку за руку и повел в обратном направлении. Где-то здесь должен быть поворот, не мог же он его пропустить. Через несколько минут понял, что мог.

- Прошли мимо, наверное, давай вернемся.

- А как ты узнаешь, что мы вышли на верную дорогу?

- Там, в основном коридоре стены исписаны туристами. Много надписей. А тут я еще ни одной не встретил. Да и не помню я этого места.

Несколько минут шли, не разговаривая друг с другом. Катя держалась за руку Славы и молчала. Ей с трудом верилось в серьезность происходящего. Слава был невозмутим, и он вполне уверенно вел ее куда-то. И он обязательно найдет верную дорогу – она не сомневалась в этом. Луч фонарика выхватывал из темноты холодные безмолвные камни, и Катя даже думать не хотела о том, что делать, если они все же заблудились.

Да нет, ерунда! Подумаешь, ошиблась одним поворотом. Кате казалось, что для того чтоб заблудиться в пещере она должна быть похожа на лабиринт из фильма. А тут – коридоры, повороты и развилок не так уж много. Да нет! Они скоро найдут выход.

Однако через несколько минут блужданий, Катя поняла, что выход они, наверное, найдут не скоро… если вообще найдут.

- Мы потерялись, да? – Тихим голосом полуутвердительно спросила она.

Слава молча сжал ее ладошку и кивнул головой.

- Кажется, да.

- Вот я как чувствовала, что не стоило сюда ехать! Что теперь делать? – Выкрикнула девушка.

- Не стоило бегать по пещере, ясно?! – Слава повернулся к ней. – От тебя всегда одни проблемы, зря я с тобой связался! Лучше замолчи, Катя, не зли меня. Лучше вообще ничего не говори – умного все равно не скажешь, а глупостей твоих мне уже хватило.

Он снова взял ее за руку и повел вперед, надеясь, что каким-то чудом они все же найдут выход.

Парень почувствовал, как зажатая в его ладони Катина рука начинает дрожать крупной дрожью. Он бы конечно мог ей сказать все, что о ней сейчас думал, и о том, что их ждет в худшем случае, но вряд ли запугиваниями он сможет ее успокоить, а вытирать слезы напуганной девице, парень сейчас был явно не в настроении. Повернувшись к девушке, Слава сунул фонарик в карман и схватил ее за плечи. Встряхнул.

- Катя…. Послушай меня – нас найдут, слышишь? Нас обязательно найдут. Мы останемся на этом месте и будем ждать.

Девушка дрожала и кажется, была на пороге истерики. Славе даже показалось, что у нее зубы застучали от страха. Он растер ее плечи руками и крепко сжал их.

- Катя, пожалуйста, успокойся. Смотри на меня. На меня посмотри….

В тусклом свете ее фонарика он едва различил глаза, смотрящие на него.

- Послушай, нас обязательно найдут. Ну-ка, вдохни глубоко…. Выдохни…. Нам сейчас истерики не нужны. Нужно успокоиться, собраться с силами ждать помощь. Если мы с тобой сейчас начнем истерить и метаться по пещерам, случится беда….

Девушка, доверчиво глядя на него, послушно проделала все манипуляции, которые он ей посоветовал. Перевела дух и перестала дрожать. Как ни странно успокоилась. Или притворилась таковой – не суть важно. Главное молчала. Самое главное – не ревела и не паниковала.

* * *

- Сколько времени?

- Три часа дня. – Слава сунул сотовый обратно в карман.

- Наши, наверное, только до озера добрались. Как думаешь, уже кто-нибудь заметил, что нас нет?

- Вряд ли…. Мы опоздали, никто никого не пересчитывал…. Нужно ждать, когда они вернуться, сядут по машинам, заметят, что твоя стоит, поймут что вышли не все. Начнут искать…. Думаю, нам придется здесь заночевать. А завтра нас должны найти.

- Хорошо, что там есть машина, - Катя невесело ухмыльнулась, - проводник-растаман и не вспомнил бы о нас, если бы не она…. Я есть хочу.

- Я тоже. Я говорил тебе взять пирог…. А ты все «парой бутербродов обойдемся»…. Обошлись.

- Я знаю…. Но я же не думала, что мы заблудимся?

- Знаешь, как говорят люди, когда собираются в тайгу? Пошел на день, бери припасы на неделю. Пошел на неделю – собирайся как на месяц, а пошел на месяц….

- Сколько? Как на год?

- Ничего не бери – столько не унесешь.

Катя замолчала задумавшись. Они сидели на рюкзаках, из которых вытащили фонарики, воду и теплые вещи, прислонившись спиной к каменной стене. Рядом. Соприкасаясь плечами. Фонарики жгли по одному – экономили батарейки. Где-то на дне рюкзака были еще свечи и спички, но это на самый крайний случай. Остаться здесь в темноте для Кати было равносильно смерти.

- Расскажи мне что-нибудь…. – Попросила она.

- Что именно?

- Не важно…. Только не молчи. Такое чувство, что я здесь одна….

- Ты не одна. – Он взял ее за руку и переплел свои пальцы с ее.

- Спасибо… что пошел за мной. Это я во всем виновата. Если бы ты меня не догнал, я бы уже себе голову об камни разбила.

- Не-ет, - смеясь, протянул Слава в ответ, - это бы испортило твою прическу и личико, кстати.

- Я не могу здесь больше сидеть. – Катя встала на ноги. – Давай попробуем найти выход сами.

- Давай. – Слава поднялся следом и помог девушке справиться с лямками рюкзака. – Может ты и права.

Они бродили по галереям пещеры до вечера. Около шести часов принялись иногда громко кричать и звать на помощь, надеясь, что их услышит кто-то из возвращающейся группы. В какой-то момент Катя увидела впереди мелькнувшую тень и, крича от радости, бросилась к ней, но уткнулась в глухую стену камня – игра света и тени сыграла с ней злую шутку. После этого девушка несколько минут плакала в Славино плечо.

Проходив до изнеможения, они выбрали более-менее ровное место и решили остаться там на ночь.

- Тебе нужно поспать. К тому же нужно выключить фонарик – в целях экономии батареек. Неизвестно, когда нас найдут….

- Я боюсь….

- Не бойся. Я однажды заблудился в лесу. Здесь, по крайней мере, нет хищников….

- И что?

- Ничего. Видишь, я с тобой. Меня нашли довольно быстро – через несколько часов, но страху я натерпелся.

- А я никогда нигде не терялась. Даже в магазине. – Усмехнулась девушка.

Она немного помолчала и добавила:

- Я не клеила те фото, Слава. Хочешь – верь, хочешь – нет.

- Я знаю… это Зоя сделала. – Признался он тихо.

- А… - начала, было, Катя, но почему-то прикусила себе язык и замолчала.

Некоторое время сидели молча.

- А ты мне ничего рассказать не хочешь? – Не выдержал, наконец, Слава, не дождавшись ответных откровений.

- Хочу…. Ты мне нравишься, Слава.

Конечно, Катя прекрасно понимала, что он хотел услышать, но глупо понадеялась, что подобное заявление отвлечет его от вопроса, на который она пока не готова была ответить.

- Я польщен. Но вообще-то не о том хотел спросить. – Не прокатило. Да Катя и не слишком-то рассчитывала. – Зачем ты сделала эти фото, Кать?

- Тише…. – Катя вдруг напряглась и прислушалась.

- Что?

- Голоса… там, ты слышал?

- Нет.

Они замолчали, вслушиваясь в окружающую их тишину.

- Хороший ход, Кать. – Он улыбнулся. – Ка-ать….

Девушка в ответ что-то пробурчала, удобнее устраивая голову на его коленях, и Слава понял, что она уснула.

Он потушил фонарик, оставшись в кромешной темноте. Стало тихо, темно и одиноко.

И страшно.

Единственным напоминанием о том, что он на целом свете не один, были Катины волосы под его руками, которые он перебирал не в силах занять их чем-то другим.

Сейчас он пытался не допустить мыслей о том, кто из них двоих виноват в произошедшем – он, что позволил ей убежать и не остановил вовремя? Или она, что вообще так сглупила? Или он тогда, когда уговорил их сюда поехать?

А вдруг их правда не найдут?

Парень отогнал тревожные мысли, нельзя предаваться отчаянию – оно способно свести с ума, а ум ему сейчас как никогда нужен трезвый и здоровый. И желательно, отдохнувший.

Он откинул голову на твердые камни и попытался уснуть. Почему-то подумал о том, что Катька-то, если отринуть мысль о вероятности ее вины в их скитаниях, для девчонки себя вела вполне сносно. Он думал, будет хуже. Он думал она не успокоится и будет все время ныть, окунаться с головой в панику и истерику и конечно, винить его в произошедшем.

Если бы она хоть раз заикнулась о том, кто кроме нее во всем виноват, он бы ей язык оторвал… вместе с головой. Но у Кати, как ни странно, хватило ума промолчать на этот счет. Что-то похожее на уважение к ней мелькнуло на краю сознания. Но оно тут же сменилось новой волной досады за ее беготню по пещере.

Он и сам не заметил, как уснул. А проснулся от истошного крика Кати, которая, наверное, проснувшись в темноте, не поняла сразу, что происходит и испугалась.

- Тише-тише. – Он нашел ее рядом, ползающую по земле и руками пытающуюся нащупать что-то. Нашел и подтянув к себе крепко обнял.

- Кать, успокойся, не кричи, я здесь.

- Что происходит? Я думала это сон. Нас что, еще не нашли?

- Когда нас найдут, ты об этом первая узнаешь, Кать, обещаю.

- Сколько времени?

- Три часа… ночи скорее всего.

- О, Господи…. – Катя уронила лицо в ладони, потом вспомнив что-то, принялась тереть их об одежду.

- Ненавижу грязные руки. – Пояснила она Славе, который уже зажег фонарик и направил на нее. – Не свети мне в глаза…..Слава?

- Что?

- Прости меня. Это я виновата. – Девушка зашмыгала носом. – И если нас не найдут, это будет моя вина. Как же моя мама… и твоя? Они даже не узнают….

- Где могилка твоя. – Закончил за нее парень, пытаясь казаться веселым и, притянув к себе за плечо, легонько встряхнул. – Бросьте, Катерина тут нюни распускать и прощения просить. Вот выберемся отсюда, будет неловко.

- Лишь бы выбраться….

- Выберемся. Не сомневайся. А сейчас, поспи еще Кать.

* * *

О том, что наступило утро, они узнали по часам на телефоне. Сигнал сквозь толщу камня не проходил, а может, какие-то магнитные поля мешали, так что столь необходимое средство связи превратилось в обычный определитель времени. По наручным часам они время не определяли, так как циферблат со стрелками не показывал день на дворе или ночь.

Пока пользовались одним телефоном из двух – берегли батарею – вдруг удастся выбраться далеко от того места, где они вошли, нужна будет связь, а они телефоны разрядили чтоб время смотреть.

Заканчивалась вода, а их все еще не нашли. Открывая последнюю бутылку, ребята молча посмотрели друг на друга и, сделав по крошечному глотку, закрыли ее и убрали обратно в рюкзак. А что тут говорить? Все и так было понятно – припасы нужно было беречь. Без еды они продержаться всяко дольше, чем без воды.

Устав сидеть на одном месте они снова решили попытаться выбраться самостоятельно. Проплутав несколько часов, делая маленькие передышки, они решили, что заблудились окончательно, когда впереди мелькнул свет. Не блики фонарика, а настоящий дневной свет.

- Господи! – Слава, крепко схватив Катю за руку, потащил ее в том направлении. – Катя, неужели….

Но выскочив из одного из многочисленных коридоров, ребята увидели, как они ошибались.

Прямо перед ними было озеро.

То самое потайное озеро, к которому они шли. Только судя по всему, они вышли к нему с другой стороны.

Оно находилось в большой зале с высоким куполом, в котором было небольшое отверстие, в которое и проникали солнечные лучи. И добраться до него было невозможно. Найди они это озеро в другой ситуации, это зрелище, скорее всего, поразило бы их и впечатлило – озеро в пещере и косые лучи света, освещающие его – это на самом деле было красиво. Но Катя и Слава не оценили красоты природы и места, которое держало их в западне.

Девушка, не выдержав подобного разочарования, без слов опустилась на колени и уткнулась лицом в грязные ладони.

- Катя, - Слава присел рядом и прижал ее голову к своей груди, - если это, то самое озеро, значит, тут должен быть коридор, который приведет нас наружу, слышишь.

- А если это не оно? – Девушка подняла на него измученный взгляд. Глаза ее были сухими – девушка уже не плакала от разочарования, как вчера. – Ты сам говорил, эти пещеры не исследованы до конца, и озеро может быть не одно.

- Давай все-таки проверим коридор на той стороне.

- Я больше не могу, Слава. Иди один, потом вернешься за мной.

- Кать, - он встряхнул ее за плечи, приводя в чувства, - ты о чем говоришь? Я тебя здесь не оставлю, слышишь? Ты же сильная – вон, сколько прошагала сегодня. Ты у меня молодец. Давай, последний бросок. А там просто сядем и будем ждать.

Катя молча поднялась на ноги. Позволила Славе взять свою руку и беспрекословно пошла за ним туда, куда он ее повел.

Глава 20

- Я больше не могу идти. – Катя устало опустилась на землю.

Они исследовали почти все выходы из зала с озером. Уходили на несколько метров вперед, считая повороты, пытаясь найти хоть какие-то доказательства того, что люди здесь иногда бывают. Не могут толпы людей не оставить после своего пребывания ничего. Фантики, окурки, надписи на стенах, указатели направления, нарисованные краской, элементарно, следы на земле – хоть что-то должно остаться.

В этих галереях не было ничего.

- Я тоже…. – Слава уселся рядом. – Нам надо было оставаться на месте. А теперь мы Бог его знает где…. И сил уже нет…. И вода заканчивается.

- А ты веришь в Бога? – Катя прислонилась головой к его плечу. – Я о Нем вспоминаю только когда мне что-то нужно. Ну, там… карманных денег, новую машину или чтоб папа не наказал за тройку….

- Я не знаю, Катя. Все это такая тонкая материя, я не в настроении сейчас об этом разговаривать.

- По-моему, сейчас – самый подходящий момент. Вот только вряд ли Он нас здесь увидит….

- Кать, прекрати нагнетать. И так тошно.

- Сколько времени?

- Какая разница?

- Интересно, что там сейчас, день или ночь.

- Вечер, шесть часов.

- Как думаешь, нас ищут по ночам?

- Вряд ли. – Слава больше не пытался внушить Кате, что все будет хорошо, и их найдут. Он устал. Да и она тоже больше не нуждалась в этом.

Они провели в этих пещерах чуть больше суток, а уже казалось, что целую жизнь. Время тянулось медленно, как резина. Сидеть на одном месте было невыносимо, а бродить по каменным коридорам уже не было сил. Голод притупился, только немного кружилась голова. То ли от него, то ли от усталости.

- Я, наверное, пошевелиться сейчас не смогу, даже если вон та стена сейчас рухнет и за ней откроется выход. – Катя вытянула ноги и посмотрела на свои разорванные кеды – они, как она и предсказывала, этот поход не пережили. Переживет ли она? Выберется ли отсюда?

Катя все время думала о своей машине, стоящей прямо у входа в пещеру. Часто она представляла, как они находят выход, как она падает на колени в траву и плачет от счастья, как они садятся в машину и уезжают подальше от этих проклятых пещер….

- Это было бы круто. Если бы здесь сейчас открылся проход наружу…. – Слава вымученно улыбнулся. – Представляешь, сейчас как в сказке, стена осыпается, а за ней лес и твоя машина.

- Только что об этом подумала. – Катя прислонилась к его плечу и закрыла глаза.

Оба надолго замолчали. Незаметно отключились от усталости и эмоционального напряжения, забыв выключить последний работающий фонарик, который еще какое-то время горел тусклым светом, а потом погас, оставив их в темноте галереи.

Неожиданно Славу что-то выдернуло из сна. Он осторожно, чтоб не потревожить спящую на его коленях Катю, нащупал в темноте фонарик, потряс его, отложил в сторону. Прислушался.

Голоса. Где-то отчетливо слышались голоса.

Люди, совсем близко!

- Катя! Катя, проснись, там люди, нас нашли!

- Где? Господи, опять темно….

- Фонарик перегорел. Ты встать сможешь?

- Нет. – Девушка попыталась подняться, но силы покинули ее. Ноги были ватными как во сне, когда нужно бежать, и нет сил, даже шевельнуться.

- Кать, надо пойти навстречу, я должен…. Эй, - закричал он, - мы здесь!

Не услышав ответа, поднялся на ноги.

- Слава, не оставляй меня здесь одну! – Девушка вцепилась в его штанину. Похоже, она израсходовала весь свой запас мужества. – Ты не вернешься! Ты меня не найдешь! Слава, не смей!

- Катя, они уйдут. Они недалеко, я скоро вернусь. – Он отцепил ее руки от себя и побежал на звуки. Он старался держаться ближе к стене. Чтоб видеть, сколько ответвлений он проходит мимо, чтоб потом найти Катю. К счастью стена была монолитной. Теперь он ясно слышал разговор. Даже отличал отдельные слова – похоже, люди направлялись ему навстречу и скоро он увидел блики фонариков.

- Эй! – Он выставил вперед ладонь, защищая глаза от режущего света. К нему тут же подбежал их проводник с двумя мужчинами. Кто-то уже подносил к Славиным губам бутылку с водой, кто-то что-то спрашивал. А парень тянул их за собой туда, где осталась Катя.

– Там моя жена, надо вернуться за ней!

Катя же оставшись в темноте одна, от страха лишилась чувств.

Очнулась девушка уже на траве у машины, от резкого запаха нашатырного спирта. Рядом с ней сидел их вчерашний проводник. Слава сидел в машине, уронив голову на руки, и рассказывал двум другим мужчинам о том, как они умудрились потеряться.

- Мы вас искали в другой стороне. - Говорили ему. – Никто же не видел, в какой именно момент вы отстали. А в те коридоры заглянули сегодня случайно….

- Вас может в больницу отвести?

- А надо? - Слава нахмурился.

- Вы не ранены?

- Нет. Голодны только.

- Думаю, в медицинской помощи нет надобности. Вам бы отдохнуть и поесть.

- Спасибо. – Прошептала Катя, пробуя подняться.

На свежем воздухе стало легче, но силы наоборот не вернулись, а окончательно покинули ее, видимо от осознания, что они в безопасности, какой-то стержень, который не давал расслабиться, сломался, и девушка поняла, как она ослабла.

- Вот, возьмите. – Парень протянул ей стаканчик с водой, которая странно пахла и была горькой на вкус. Наверное, это было успокоительное, хотя Катя пребывала сейчас в состоянии какого-то оцепенения, отупения. Она не могла поверить, что все, наконец, закончилось и это не сон и не ее разыгравшееся воображение.

- Доберетесь сами или вас подвезти, - Спросил у Славы один из проводников.

- Да, наверное, доберемся. Не бросать же здесь машину…. Кать?

- Да, сами. Я только сейчас встану.

Она поднялась, опираясь на руку все еще сидящего рядом с ней парня.

- Как вас зовут?

- Виталий. – Ответил тот. – Вы что, забыли? Я же представился.

- Спасибо вам большое, Виталий, что вы нас спасли.

Тот кивнул в ответ и проводил девушку к машине.

- В следующий раз будьте осторожны.

- Следующего раза не будет. Я с самого начала была против этой затеи, больше меня на подобные мероприятия никаким калачом не заманишь. А вам совет, оставьте эту идею, пока не случилось самого страшного.

- Катя, не перекладывай на других…. – Слава посмотрел на нее, замолчал и завел машину. Он подумал о справедливости претензий девушки – если бы эти пещеры были оборудованы для экскурсий, стены были размечены, опасные галереи закрыты обитыми железными пластинами дверями, проведено электричество, она имела бы возможность вернуться в любой момент и без труда нашла бы дорогу назад.

Конечно, пропал бы экстрим и дух первооткрывательства, но испытав на своей шкуре романтику блуждания в пещерах без надежды выбраться из них, она потеряла для Славы изначальную прелесть.

- Что? – Катя устало посмотрела на него. – Что ты хотел сказать?

- Ничего. Ты права.

В холле отеля Катя оглядела себя в большие зеркала – она была грязной, лохматой как баба Яга, в рваных на коленке джинсах…. Девушка, обернувшись, напоролась на насмешливый взгляд одного из постояльцев. Что-то в его облике показалось ей странно-знакомым и она вдруг с удивлением узнала того самого блондина из бара. Он, приподняв бровь, оглядывал ее с ног до головы. Еще два дня назад, Катя предпочла бы умереть страшной смертью, чем попасть в подобную ситуацию. Сейчас же она скривилась в ответ на взгляд парня. Подумала о том, как не важно сейчас все, что раньше казалось ей катастрофой вселенского масштаба. Стоит только познать настоящие трудности, чтоб переоценить все ее прошлые заботы.

Они поднялись в номер и заказали ужин. Пока он готовился, по очереди приняли душ. После упали на кровать, и уснули, не сказав друг другу ни слова.

* * *

Ночью Катя подскочила на постели от страшного сна. Открыв глаза, ей в первое мгновение показалось, что ее окружает все та же кромешная тьма, и она тихо вскрикнула. Поняв, что она в номере отеля, девушка, на всякий случай провела ладонью по подушке, одеялу, убеждаясь, что это не сон и она действительно в безопасности. Прижала руку к глухо бьющемуся сердцу.

Ночь была безлунной, оттого в номере было так темно. В пещере ночью темнота была липкой, вязкой, словно ее можно было потрогать руками, и она вглядывалась в нее до боли в глазах, до появления разноцветных бликов от напряжения…. Сейчас, когда глаза ее привыкли к темноте, девушка уже без труда могла различить обстановку спальни.

Катя закрыла лицо руками, отвернулась от спящего рядом Славы и расплакалась. Ее все еще колотило от недавно испытанного ужаса пробуждения. Наверное, она никогда в жизни не забудет, как проснулась в темноте от прикосновения чего-то живого к ее лицу, какая паника ее тогда охватила. Наверное, ей не в последний раз приснилось, что она все еще находится там. Наверное, часть ее навсегда осталась в этих пещерах.

- Кать, - комната наполнилась тусклым светом ночника и сильная ладонь, к которой она так привыкла за то время, что они пробыли в каменном лабиринте, сжала ее плечо, принуждая повернуться на спину, - ты что, плачешь? Ведь все позади….

Над ней склонился Слава, он выглядел заспанным – видимо еще не до конца проснулся. Катя испытала странное чувство неудобства за то, что разбудила его – у них завтра долгая дорога домой, им обоим нужен отдых. Но ей просто необходима была сейчас его поддержка.

- Приснилось, что мы все еще там.

- Это просто сон, страшный сон, Кать.

- Мне так страшно было там, Слава….

- Я верю.

- А когда ты ушел, я думала, ты не найдешь меня и когда представила, что осталась совсем одна….

- Я понимаю, котенок, я представляю, как ты напугалась.

- Мне что теперь всю жизнь со светом спать?

- Это пройдет, Кать, забудется, когда мы вернемся. Ну же, не плачь.

Но, похоже, все, что пыталась сдержать в себе девушка во время их блужданий по пещерам, сейчас решило вырваться наружу. Слез не становилось меньше, а Катя уже судорожно вдыхала воздух, словно пребывала на грани истерики. Слава не знал, как ее успокоить и, прижав к себе, почему-то стал целовать ее лицо, ее глаза и мокрые от слез щеки, а потом совсем неожиданно для себя ее мягкие губы.

Поняв, что девушка ответила на его поцелуй, Слава отстранился и посмотрел на нее. Неизвестно, что он ожидал прочитать в ее глазах, но Катя смотрела на него так доверчиво, так трогательно, как он в жизни не видел, чтоб она на кого-то смотрела. Девушка зарылась пальцами в волосы на его затылке, нежно перебирая их и приоткрыв губки, легонько потянула его на себя. Слава поддался и позволил ей прижаться к своему телу.

Катя обняла его, скользнув ладонями по его груди к спине, и сейчас кончиками пальцев водила по напряженным мышцам от лопаток к пояснице и обратно. Уткнувшись в его шею, слегка приподняв голову, она покрывала ее нежными поцелуями. Все что ей нужно было сейчас – это он. И от этой близости его сейчас, от его поцелуев, в груди разливалось неизведанное раннее чувство теплоты и хотелось плакать, но плакать от счастья. Он ее теперь, только ее!

Все ее недавние страхи и сомнения пропали бесследно и Катя впервые в жизни, отдалась мужчине безоглядно. И в тот момент она верила, что и он целиком и полностью принадлежит ей. А разве может быть иначе?

Слава снова поцеловал ее, только теперь по-настоящему. Лаская ее губы, иногда чуть прикусывая их. Иногда отстранялся и нежно прикасался подушечкой большого пальца к нижней губе, потирая ее, а потом снова жадно припадал к ее рту, словно пил ее и не мог утолить свою жажду. Не мог оторваться.

Его ладонь, державшая ее лицо, скользнула вниз, и крепко ухватив край майки, в которой Катя спала, потянула с нее ненужную, мешавшую обоим вещь. Вынырнув из ворота, девушка сглотнула, увидев, как он смотрит на ее грудь. Как нежно прикасается к ней своей ладонью, как наглядевшись, берет в рот напряженный сосок. Перекатывает его во рту, слегка втягивает в себя, обводит языком. Переключается на другой. А она в это время растворяется в своих ощущениях и, зарывшись руками в его волосы, притягивает его к себе.

Слава ненадолго оставляет в покое ее грудь, возвращается к губам, пересохшим от слишком частого дыхания. Он слегка ложиться на нее, так, что чувствует ее грудки своим телом и от этих ощущений скользящих по его коже горошин, сам едва не стонет. И снова целует ее, переплетается с ней языками, обводит контур губ, втягивает в рот то верхнюю то нижнюю.

На секунду отстраняется и становится холодно. Кожа девушки тут же покрывается мурашками и появляется предательская дрожь. Хочется, чтоб он вернулся в ее объятия, накрыл собой, согрел…. А он садится на колени между ее ног и снимает с нее шорты. Окидывает ее обнаженное тело внимательным взглядом, а Катя не просит его выключить свет и не пытается от него закрыться и, черт, как же ему это нравится! Он раздвигает колени девушки и, нависнув на ней, медленно-медленно начинает входить в нее.

Входит осторожно, наслаждаясь ощущениями, оттягивая момент удовольствия от той секунды, когда он целиком заполнит собой ее тело. В конце, все же не выдерживает и шепчет:

- Ох, Катя…. Черт….

В ответ слышит ее глубокий стон – девушка закидывает голову и он целует ее задранный вверх подбородок. Скользит губами по линии скул. Прижимается своей щекой к ее.

Двигается в ней сильно и глубоко, наслаждаясь скольжением в ее теле своей плоти, наслаждаясь тем, как туго охватывает ее лоно его член, как она тянется за ним, когда он выходит для нового толчка, словно не хочет его отпускать… выпускать… из себя.

Слава наклоняется и впивается поцелуем в ее шею. Туда, где она соединяется с плечом. Чувствует, как она подставляет себя под его губы, как руками обняв его за талию, прижимает его к себе. А он и не пытается от нее отстраниться.

Кате кажется, что она теряет понимание реальности. Что кроме него в мире совсем ничего не осталось и каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое движение в ней – все это рождает в ней какое-то странное чувство….

Нет, она, конечно, вполне осведомлена, что такое оргазм. Но это… это… разве это он? Она чувствует, как что-то вместе с кровью растекается по ее телу, от кончиков пальцев рук и ног, от корней волос, и стремится в низ живота, туда, где концентрируются сейчас все ее самые сильные ощущения.

Она проводит ладонями по Славиным напряженным плечам и чувствует, как под гладкой кожей перекатываются мускулы, и ей так безумно нравятся эти ощущения его в своих руках. А он в ответ проводит языком по ее шее, ласкает мочку уха…. А ощущения становятся совсем нестерпимы и уже не стонать хочется….

- Слава…. – Тихо, шепотом….

- Что, котенок?

- Слава? – Вопросительно и часто дыша….

- Что, Катюш?

Ей хочется рассказать, что с ней происходит, что ее в жар бросает, что она забывает дышать, но не может вымолвить ни слова. Только чувствует себя, словно зависшей на краю, в одном шаге, в одном мгновении от падения. И когда ей кажется, что она падает, он подхватывает ее за талию, отрывает от подушки, садиться на постели и садит ее на себя.

- Слава!

- Так, моя девочка…. – он с силой опускает ее на себя еще и еще, - вот так….

Еле сдерживается, чувствуя, как она сжимается и трепещет. Прижимает ее к себе, ловит срывающиеся с ее губ стоны своим ртом, смотрит, как наслаждение меняет выражение ее лица. Прижимается губами к ее шее, чувствуя, как под тонкой кожей бешено бьется пульс. А когда она опадает в его руках, усталая, изнеможенная, он устраивает ее головку на своем плече и слышит, как она часто дышит, восстанавливая дыхание. Он даже чувствует, что ее губки приоткрыты. Обняв ее ладонью за шею, он поглаживает пальцами позвонок в ее основании, затем аккуратно кладет ее на подушки, не выходя из нее.

- Хорошо?

- …Да. – На выдохе, не открывая глаз.

- Еще разок? – Он убирает с глаз упавшие на лоб волосы, прикасается к ее щеке.

- Нет. – Она сжимает его ладонь и прикасается к ней губами.

- Почему?

- Не получится. – Катя открывает глаза, проводит ладонью по его лицу. – Ни разу не получалось. Давай ты….

- Давай попробуем, вдруг получится. Ты просто расслабься и чувствуй меня.

Он снова начинается двигаться в ней. Делает это медленно и чувственно, и глубоко. И она чувствует. Его всего чувствует. Какой он горячий и сильный, как он растягивает ее лоно, как он движется внутри нее.

Она словно чувствует и Славино удовольствие. А он постоянно что-то шепчет ей в ухо. Она даже не пытается прислушаться к словам, не все удается разобрать, но этот прерывистый, проникновенный шепот становится неотъемлемой частью ее удовольствия, его залогом. Придает наслаждению неизведанный раньше оттенок.

Как и взгляд, которым он на нее смотрит. Пронзительный взгляд, он прожигает насквозь, не отпускает и держит в своем плену. Без слов покоряет ее, уводит за собой туда, где нет ничего кроме безумного удовольствия….

Второй раз оргазм накрывает ее быстрее и сильнее, чем первый. Она, кажется, очень громко выражала свои эмоции - Катя в тот момент совсем себя потеряла. Чего с ней раньше никогда не случалось. Но у нее и второго оргазма подряд никогда не случалось. И Славы у нее тоже раньше как-то не произошло…. Что за чушь в мыслях?

- Моя хорошая, - он нежно покрывает поцелуями ее лицо, - а говорила – не получится. Видишь теперь?

Он поворачивает ее на живот и устраивается сверху. Целует спину от поясницы вверх, вдоль по линии позвоночника, гладит ее своей ладонью. Устраивается на ее попке и девушка послушно прогибает по-кошачьи спинку. Слава резко входит и совершает несколько толчков, от которых ему кажется, что его член упирается в ней во что-то до того приятное, что не найдется слов, чтоб сравнить, от которых Катя испытывает ощущения, чем-то схожие с болью, но болью сладкой, пронзающей все ее тело. Она вскрикивает, но не кончает. Кончает Слава, взрывается в таком мощном удовлетворении, что придя в себя, ему едва хватает сил упасть рядом на подушку и прижаться к Катиной спине.

Девушка лежит не в силах пошевелиться, во всем теле приятная легкость и истома. Ей кажется, сейчас она закроет глаза и тут же уснет. Но Слава переворачивает ее на спину и снова нависает над ней.

- Ты ничего мне рассказать не хочешь? – Внимательно смотрит на нее, словно от того что она сейчас скажет, зависит очень многое.

- Сейчас? – Девушка устало отворачивается и удобнее устраивается на подушке.

- Именно сейчас.

- Это было потрясающе, Слава. – Катя устало улыбается. – Мне никогда так хорошо, как сейчас с тобой, не было…. Все, пока мне больше нечего сказать.

Она вдруг понимает, что тело его за ее спиной вдруг напрягается, словно он от чего-то сейчас себя сдерживает. Но все же обнимает ее за талию и засыпает, прижав ее к себе.

Глава 21

В то утро Катя проснулась абсолютно счастливым человеком.

Она улыбнулась своим воспоминаниям о прошедшей ночи, зацепилась глазами за солнечный луч, оставивший «солнечный зайчик» на ее обнаженном бедре, вспыхнула румянцем и хихикнула, спрятав улыбку за краем одеяла, натянутого на нос. Огляделась – в спальне она одна. А единственный вопрос, который сейчас занимал ее голову – где Слава? Где он в такой важный момент, когда она готова признать что… влюблена в него? Да! Да, влюблена! Правда Катя ни на миг не задумалась, именно в Славу она влюбилась или в секс с ним – сейчас для нее разницы не было.

Девушка откинулась на подушку и, прикусив кончик пальца, покраснела от воспоминаний, понежилась, потянулась, с удовольствием разминая тело. Закрыв глаза, снова вспомнила, как Слава смотрел на нее сегодня ночью, вспомнила его проникновенный шепот и прикосновения сильных рук к ее коже. По спине тут же побежали мурашки, внизу живота потеплело, и появилась слабость.

Где же он сейчас? Катя прислушалась – из ванной комнаты слышался шум воды – видимо он там. Девушка повернулась к окну и задумалась о своей прошлой сексуальной жизни, которую она всегда находила вполне нормальной и удовлетворяющей ее потребности.

Нормальной…. Разве секс должен быть нормальным? Нет! Он должен быть потрясающим, диким, необузданным, страстным, жарким…. Таким, чтоб горло утром саднило от стонов, чтоб мышцы тянуло от усталости, чтоб кожа горела от воспоминаний о прикосновениях – вот таким должен быть секс. Чтоб себя забывать от удовольствия, чтоб партнера чувствовать, отдаваться ему целиком и так же его всего в себя принимать – вот так должно быть на самом деле. А что было у нее раньше?

Катя потеряла невинность в семнадцать лет, после окончания школы. Не потому что безумно влюбилась, а потому что между двумя своими школьными подругами, осталась последней девственницей и периодически выслушивала их насмешки в свой адрес. А еще ей надоело тихо сидеть при обсуждении подругами своей половой жизни и завидовать тем ощущениям, о которых они говорили. Подумав недолго, девушка решила, что ей уже пора взрослеть и глупо хранить себя до свадьбы – нравы в современном мире были другими. Осталось только найти, кого осчастливить. Такого, чтоб все прошло хорошо, чтоб потом было что вспомнить и не пришлось ни о чем жалеть. В общем, парень должен быть красив, сексуален и желательно, не из болтливых.

Катя долго присматривалась к окружающим ее парням, но боялась совершать подобный подвиг с тем, кто хорошо знаком с ее окружением. Хотя был один парень, которому Катя с удовольствием отдала бы себя – Вадим окончил школу в прошлом году и несколько раз в неделю приходил к ее одноклассникам, с которыми общался во время учебы. По нему страдали почти все ее одноклассницы и девчонки из параллельных классов тоже – парень был уж очень хорош собой. А еще остроумен, силен, уверен в себе. Катя не сомневалась что и любовник он выдающийся.

Благодаря тому, что Катя дружила почти со всеми парнями из своего класса, а девушка была искренне уверена в том, что с парнями дружить гораздо интереснее, чем с девчонками (правда своим подругам она этого не говорила), она с Вадимом была близко знакома. И вроде даже не раз ловила на себе его заинтересованные взгляды. Но пока училась в школе, переспать с ним так и не решилась – уж слишком Катерина переживала за то, что подробности ее интимной жизни станут достоянием общественности. Такого «удовольствия» она себе позволить не могла. А пообщавшись с одноклассниками, девушка поняла, что парни любят распространять информацию о своих победах на любовном фронте, дабы в глазах своих же друзей выглядеть крутыми «донжуанами».

А потом, уже после выпускных экзаменов, отдыхая на даче у одной из подруг, она на речке совершенно случайно встретила Вадима и поняла, что это судьба. Школьные связи теперь сократились у нее до лучшей подруги Ники, с остальными ребятами Катя продолжать общаться не была намерена, и расскажет Вадим что-то о ней или нет, ее уже не слишком волновало.

Проинформированная о симпатиях подруги Ника, проявила чудеса дипломатии, и однажды вечером Вадим с другом согласился скрасить девчонкам одинокий вечер. Ника обещала взять на себя друга Вадима, который, кстати, приглянулся девушке, и в ту же ночь Катя стала женщиной.

Сказать по правде процесс этот ее разочаровал. Как и партнер, на которого возлагались большие надежды. Парень даже не догадался о том, что Катя совершенно неопытна в этом деле. На ее признание отозвался недоверчивым «ты что, серьезно?», проверить информацию он решил практическим путем и, не особо церемонясь, как следует не подготовив, вогнал в девушку свой член.

Вскрик Кати Вадим заглушил своей ладонью и, не сбавляя темп, принялся уговаривать ее потерпеть немного, ведь в первый раз всегда бывает так больно. Он просил ее расслабиться и обещал, что скоро все пройдет и станет хорошо, но хорошо не стало. От его уговоров не стало и легче. Может только ему? Он, кажется, от своего «страстного» шепота немало возбудился.

Катя, конечно, была осведомлена от опытных подруг, что приятно в первый раз не бывает почти никому, что нужно потерпеть и все пойдет как по маслу, но все же она чувствовала, что все пошло не так как должно. Не было во всем этом действе какого-то трепета, чувства, эмоций, лишь только скупые механические движения, да облегчение, когда Вадим, поелозив по ней некоторое время, наконец, не выдохнул расслабленно и не слез с нее.

А еще Кате показался забавным момент, когда он, скорчив глупую рожицу, тоненько застонал и, задрожав, кончил. Если бы ей не было так больно, и она не ждала этого момента, как избавления, она бы, наверное, рассмеялась. Прыснула бы со смеха или вообще, расхохоталась не в силах сдержаться.

Утром, наврав подруге, что все было хорошо, Катя сбежала домой и больше, с Вадимом встреч не искала.

Однако, не смотря на то, что с основной задачей, лишением невинности, Вадим справился, Катя пользоваться этим не решилась еще довольно долго. Ей было страшно, что все ее мучения опять повторяться и еще она стала разборчивее в выборе претендентов, не доверяя больше ни внешности, ни острому языку, ни харизматичному характеру. Знакомясь с парнем, сначала долго приглядывалась, оценивая степень серьезности намерений того. Не ограничатся ли их отношения несколькими сеансами секса. Проверив парня воздержанием, убедившись в том, что настрой на отношения у него за это время не перегорел, Катя успокаивалась, но в этот момент всплывала другая проблема – девушку начинал раздражать какой-либо мелкий недостаток, который обязательно обнаруживался у молодого человека за период их общения. Недостаток мелкий, но имеющий в перспективе все шансы разрастись до колоссальных размеров.

Одним словом Катя, ошибившись на Вадиме, не сумев разглядеть в нем неумеху за талантливо созданным образом супер-любовника, стала к партнерам очень придирчивой. Причем, она ведь и не подумала ни разу, что сама себя обманула, убедив себя в том, что малознакомый парень всенепременно подарит ей небо в алмазах, во всем был виноват только он. А уж если бы кто-то намекнул ей, что не стоит ждать чувств и эмоций от человека, к которому сама она ничего кроме легкой симпатии не испытывала, она бы не поверила и посмеялась скорее всего.

К слову сказать, Вадим после того случая на даче, пытался найти ее через Нику и других школьных приятелей и даже однажды заявился к ней домой с цветами, извинениями и просьбой осчастливить его существование, став его половиной, но Катя презрительно фыркнув, спровадила кавалера восвояси, букет, однако, оставив себе.

А потом в ее жизни появился Володя.

С Володей она познакомилась случайно – на какой-то вечеринке по случаю дня рождения одной из одногрупниц. Девушка пригласила несколько человек из группы и своих друзей в клуб и Катя с Володей сидели за одним столиком. Уже к средине вечера они непринужденно болтали, а в конце он пошел провожать девушку домой. Был теплый октябрьский вечер, в воздухе пахло опавшей листвой. Катя и Володя всю дорогу о чем-то говорили, и он казался ей очень интересным собеседником. Он не использовал паховый юмор для того чтоб ее рассмешить, как делали многие из ее знакомых парней, не пытался делать намеки и предлагать продолжить вечер. Он просто проводил ее до подъезда и, попросив номер телефона, нежно прикоснулся губами к щеке и ушел.

Потом он пригласил ее на свидание. Выдержанное в лучших традициях, с цветами, мороженным, прогулками по городским бульварам и в конце, знакомством с родителями. Потом был месяц довольно плотного общения, когда Катя уже считала себя его девушкой. Он ей нравился, но не до головокружения. Она не была влюблена без памяти, но и не равнодушна к нему. К тому же Володя учил ее водить машину по городу – права у Кати к тому моменту уже были.

Были у пары и поцелуи, и нежные прикосновения и признания в любви с его стороны. Одного не было – близости. Катя, даже понимая, что Володя влюблен в нее по уши, и смысла оттягивать час «икс» нет, по привычке тянула и все ждала подходящего момента. И однажды он настал – Катя в очередной раз осталась дома одна, и было бы более чем логично, предложить парню задержаться у нее до утра.

Принимая душ, пока он ждал ее в спальне, она ужасно нервничала и боялась. Тот акт дефлорации (назвать это сексом или тем более занятием любовью у Кати язык не поворачивался, а трахом называть было грубо по отношению к себе), уже потихоньку стирался из памяти девушки, не подкрепляемый необходимой частой практикой, вот она и не знала чего ожидать. Хотя болезненные ощущения помнила хорошо. А еще Вадимову смешную блаженную рожу.

Однако страхи ее оказались напрасны – Володя оказался нежным и чутким любовником. Правда… немножко излишне чутким, но ничего, все же это было гораздо лучше грубых упражнений Вадима.

Больно не было, было приятно. Немного странно правда от того, что Володя каждую минуту как заведенный твердил ей о том, как он ее любит, но Катя старалась отнестись к этому как к положительному моменту и даже попытаться получить от этих признаний какое-то удовольствие. И у нее даже получилось настроиться и испытать новое для нее чувство, которое она потом будет смело называть оргазмом.

Кивнув на вопрос парня о том, удовлетворена ли она, Катя поняла, что сейчас его очередь и предусмотрительно закрыла глаза, чтоб не видеть, с каким лицом финиширует Вова. И потом она всегда занималась с ним сексом с закрытыми глазами. Реально – вид парня, растворявшегося в ощущениях собственного наслаждения ее веселил и заставлял испытывать какое-то чувство неловкости, неудобства за то, что ее это не возбуждало, а скорее отталкивало. А закрыв глаза, она полностью концентрировалась на своих ощущениях, которые, к слову сказать, с каждым разом нравились ей все больше и больше. Кто-то из подруг, кажется Юля, рассказала девушке, что она попросту говоря, «распробовала» это приятное занятие. И Катя ей верила на слово. Но все же иногда у нее сквозило подозрение, что она получает от этого процесса не все, что должна.

А вот теперь, после ночи проведенной со Славой, Катя поняла, что она теряла с Вовой. Это был совсем другой секс, совершенно. И дело не в том, что ей чем-то не угодила Вовина нежность, нет, Слава мог быть в сто раз нежнее. Он просто был другим. С ним она впервые в жизни почувствовала желание не только получить удовольствие, но и отдать ему столько же.

Никогда Катя не испытывала к кому бы то ни было это чувство восхищения. А Слава ее восхищал, и прошедшая близость была последней точкой на пути девушки к осознанию этого. Он был лучшим во всем. Удивительно, как же она раньше этого не понимала, не замечала, не видела?

И сегодня ночью, когда она наблюдала за ним при свете включенного ночника, эмоции на его лице не смешили ее, они ее завораживали. Слова его, не отвлекали от ощущений - они делали их ярче. А когда она, изогнувшись под ним, все-таки увидела его профиль в момент оргазма, ей не показалось смешным ничто в его лице – ни сжатые зубы, сквозь которые вырывалось частое дыхание, ни горящие от переизбытка чувств глаза. Даже его хриплые стоны ласкали слух девушки – ведь это она подарила ему наслаждение, которое он не смог сдержать в себе! И это было безумно приятное ощущение….

Катя, услышав, как хлопнула входная дверь, села на постели, прижимая к груди край одеяла. Она понимала, что это Слава и те несколько секунд, что он шел до спальни были наполнены для нее сладостным ожиданием. Сейчас он войдет, обнимет ее, и она все ему расскажет. О том, что она другая теперь, что готова меняться ради него, что больше всего на свете хочет всегда быть с ним такой, какой он бы хотел, чтоб она была. Катя была от счастья без ума.

Слава вошел в спальню, по пути вытирая волосы полотенцем. Он был в одних трусах-боксерах, под которыми рельефно выделялось то, о чем Катя все утро думала, краснея и бледнея поочередно.

Парень убрал полотенце от лица и посмотрел на нее. Он был гладко выбрит и запах его лосьона заполнил комнату. Запах был таким свежим, что Кате на миг показалось, что от Славы потянуло непонятным холодком. Взгляд его, которым он окинул ее, сидящую на постели, был каким-то… другим. Не таким горящим как ночью. Не таким, как она думала, он встретит ее этим солнечным утром.

- Привет! – Катя улыбнулась и, собрав в горсть одеяло, потянула его вверх, слегка обнажая свое бедро. Она рассчитывала на продолжение вчерашнего, ей этого сильно хотелось. А Слава, улыбнувшись, наблюдал за ее движениями. Катя задохнулась от его взгляда – наконец-то он зажегся тем самым интересом к ней, тем огнем, который сжигал ее вчера.

Она медленно опустилась на подушки, продолжая, не мигая смотреть на него. Слава лениво приблизился к кровати, уперся в матрац одним коленом, склонился над лежащей девушкой. Не говоря ни слова, провел ладонью по ее лицу, резко дернул вниз край одеяла, под которым она лежала. Отшвырнув его прочь, он ухватил Катю за щиколотки и подтянул к себе ближе. Устроился между ее раздвинутых колен. Нависнув над ней, упираясь на вытянутые руки, Слава прижался к ее промежности своим возбужденным членом, скрытым тканью белья. Качнулся раз, другой, вжимая ее в постель, наблюдая, как Катя прогибается ему навстречу, как она хочет его, как пытается его поцеловать. Наконец он спросил:

- Понравилось вчера?

- Да, - выдохнула девушка, - почему ты спрашиваешь, и так ведь знаешь. Помочь раздеться?

Ее руки скользнули вниз, забрались под резинку белья.

- Было лучше, чем в прошлый раз?

- В какой прошлый? – В комнате повисла пауза, и в звенящей тишине казалось, что она слышит, как бьется собственное сердце.

Прошлый раз! Как она могла забыть про прошлый раз?! А как ей про него помнить, если после прошедшей ночи все ее отношения со Славой, словно заново начались. А то, что между ними было, то, из-за чего все началось, вообще осталось в другой жизни и словно происходило с другими людьми.

Катя даже не успела подумать, о чем он спрашивает, но теперь объясняться уже поздно – судя по его взгляду и по нервно поджатым губам, он догадался.

Слава, скривившись, отстранился от нее и встал с кровати.

- Одевайся, нам ехать пора.

Он вышел из спальни, прихватив с собой свои джинсы и футболку, а Катя, всхлипнув, завернувшись в одеяло, убежала в душ.

Там она открыла воду и присев на бортик ванной, закусив собственный кулак, крепилась, чтоб не разрыдаться в голос. Слезы скатывались по щекам, как бы она не старалась удержать их, как бы не старалась пробудить в себе испепеляющее чувство ненависти к Славе, кажется, этот этап в отношении к нему был давным-давно пройден.

У нее сейчас было такое чувство, какое наверное испытывает человек, взлетевший высоко от счастья и неожиданно рухнувший вниз. Она не могла себе даже представить, что такое возможно – он ее обломил! И после того что между ними ночью было…. ах, как же ей было с ним хорошо, Господи…. И от этого его выпада было… больно? Это чувство было определенно новым для нее.

Катя, выбирая симпатии, никогда не позволяла чувствам завладеть собой полностью. Она всегда, даже испытывая чувства сильной влюбленности, не теряла трезвости разума. То есть она позволяла себя любить, не отдавая и десятой доли того, что получала. Она просто не понимала, как можно было любить кого-то сильнее себя. И даже в равноправие в отношениях она не верила – Катя жила стереотипом, что только мужчина должен добиваться любви женщины, а она всегда лишь позволяет себя любить и не более того. Безумно любить, страдать и ревновать она не умела. Даже увидев как Володя целует ее лучшую подругу она не испытывала ревность в традиционном ее понимании. Это скорее было уязвленное самолюбие.

Ревновала она только Славу. Только с ним испытала она то жгучее чувство ярости и бессилия. Только он был способен пробудить в ней какие-то безумные неконтролируемые чувства.

Но ничего – девушка зажмурилась и несколько раз вдохнула и выдохнула полной грудью, - она не позволит ему смеяться над собой. Слава никогда больше не прикоснется к ней, никогда! После того, что случилось, после того как он унизил ее сегодня…. Даже если он останется последним парнем в целом мире, даже тогда она не позволит ему к себе прикоснуться.

А она еще, дура, собиралась стать другой ради него, Господи, какая глупость! Как ей в голову это могло прийти? Ей было уютно за своей броней эгоизма и себялюбия, стоило один раз отбросить ее в сторону и довериться кому-то, как тут же последовал урок, который она весьма неплохо уяснила.

Она конечно, облажалась, забыв о том, с чего началась вся эта катавасия. Расслабилась, призналась ему, что испытала вчера самые сильные ощущения от близости в жизни, а про то, что сама же ему говорила, что любовник он никудышный, у нее из головы совсем вылетело.

Но даже если он догадался, мог прямо сказать об этом, конечно мог.

Она с ним вчера была искренней, она перед ним вся обнажилась, весь спектр своих чувств и ощущений ему продемонстрировала, только что в слова свои переживания не облекла, а зачем? Неужели и так не понятно стало все, что она к нему испытывает, а он…. Что прошедшая ночь значила для него? Девушка ведь никогда не задумывалась о том, что роли могут поменяться, и однажды она сама может оказаться на месте Володи….

Она и сейчас старательно пыталась не допустить к себе подобных мыслей.

Выпутавшись из одеяла и наконец, встав под душ, Катя попыталась расслабиться и не сравнивать потоки воды, скользящие по ее телу, со Славиными нежными руками, но получалось у нее это плохо. И даже обида на него не помогала забыть о пережитых накануне ощущениях. Она приправляла их горечью, заставляла испытывать стыд вместо томления, но они оставались в памяти такими же яркими, и стоило закрыть глаза, возникали в красках, словно все случилось пять минут назад, а не минувшей ночью.

А в груди что-то стягивало, словно обручем так, что дышать было тяжело, щеки горели и слезы все еще стояли в глазах, но когда девушка вышла из душа, ничто в ее облике не говорило о том, что происходит в ее душе. Она методично собирала вещи и сама носила их в машину. Когда сталкивалась со Славой, который занимался тем же, она отворачивалась и делала вид, что не замечает его попыток ей помочь.

Сдав ключи, они спустились к машине, и Катя заняла свое место на водительском сидении. Слава же, как ни странно уселся рядом, а не позади нее.

- Что, - спросила она, не поворачиваясь к нему и надевая очки, - больше не страшно? Бу!

Она, резко вильнув рулем на «встречку», выровняла машину на своей полосе и рассмеялась.

- Вот так потом такие смелые в аварии и попадают. – Спокойно проговорил Слава и удобнее устроился на сидении, достав из кармана сотовый. – Устанешь, скажи.

- Конечно. - Равнодушно ответила девушка и прибавила скорость.

Стараясь не обращать внимание на парня, копавшегося в телефоне, Катя задумалась о том, как они теперь будут жить дальше. После произошедшего все изменилось и теперь вряд ли ей принесет прежнее удовольствие доводить его до белого каления. Скорее уж это будет выглядеть как мелкие и глупые попытки обратить на себя его внимание. И вообще в мыслях не было прежнего энтузиазма, как после свадьбы, когда она планировала добиться того, чтоб Слава сам выгнал ее из дома. Была только усталость и какое-то неизведанное раньше опустошение.

До учебы оставался месяц в запасе. Делать определенно было нечего. Слава-то не будет сидеть дома – он быстро втянется в свои многочисленные дела и опять будет целыми днями где-то с кем-то пропадать. И если она будет сидеть рядышком с его мамашей на диванчике и думать о том чем, с кем и как он занимается, однажды она его убьет спящего. Нужно отвлечься от него – она со свадьбы не занималась ничем, кроме как концентрировала на нем свое внимание, пусть и прикрывала все это благовидными предлогами. Вот и случилось то, что случилось. Как только она найдет себе интересное занятие, все устаканится и ей будет проще.

Но чем она может заняться?

Пойти на работу? Неплохая мысль конечно, если папа ей поможет…. Он как-то раз намекал, что у него есть такая возможность, но девушка тогда отмахнулась от подобного предложения, а потом еще и маму спросила, как отец себя чувствует, не заболел ли…. Теперь это бы ей неплохо помогло, ведь кроме того, что у нее будет свой доход и ни у кого не придется просить, появятся новые знакомые, а папа увидит, что она на пути исправления и может, пустит ее домой раньше получения диплома.

Идти искать работу самостоятельно девушка пока не собиралась. Образования у нее пока нет, а работать не по специальности она не станет – зря, что ли три года проучилась?

Катя и Слава учились в техническом ВУЗе, на экспериментальном отделении рекламы, открывшемся как раз в год их поступления. Так что Катя видела себя в будущем только на какой-либо управленческой должности, никак не ниже. А работать на промоакциях, как многие ее сокурсники, девушка считала ниже своего достоинства. Она кстати и сейчас не решилась бы на подобный способ зарабатывания денег – стоять в каком-либо супермаркете целый день и предлагать посетителям попробовать новый йогурт? Вот еще! А если кто-то из знакомых ее увидит. А после работы, о, это было бы эффектно, она садится в свой новенький автомобиль и тратит весь заработок на бензин – какая хорошая работа, спасибо, она как-нибудь без такой обойдется.

В голову пришла мысль о Славе, который торчал целыми днями в автомастерской, тюнингуя чужие тачки, а по выходным развлекал свадьбы, ради дополнительного дохода. Но Слава – это Слава, у него статус не тот, у него окружение другое, он себе может позволить то, на что она никогда не пойдет и точка.

Кстати, чем реже они будут встречаться дома, тем быстрее она забудет о тех глупостях, что сейчас к нему испытывала. А она с трудом сдерживала в себе желание припарковаться где-нибудь и попробовать поговорить с ним о том, что происходит, объясниться. Как же ей хотелось, чтоб он снова поцеловал ее! Вспомнить вкус его губ, и его дыхания, и его кожи…. Господи, это ненормально! То, что она к нему испытывала ненормально и неправильно.

Если бы она вовремя вспомнила, что для мужчины секс не всегда значит то же что и для женщины…. Если бы не обманывала себя, слушая его шепот, не верила бы его словам, ведь это все от переизбытка эмоций, ощущений, но не всегда глубоких чувств.

Слава Богу, по старой привычке признаваться в любви только в ответ на признание поклонника, а то и вовсе скромно молчать в такие моменты, она вовремя прикусила себе язык, с которого уже готовы были сорваться три заветных слова.

* * *

- Давай я поведу.

- Я не устала.

- Точно? Я хочу до дома добраться живым.

- Доберешься.

Катя прибавила громкость, прекращая бессмысленный разговор. К тому же по радио как раз играла одна из ее любимых песен.

До дома осталось совсем недолго – обратная дорога всегда кажется короче и девушка за своими размышлениями не заметила, как пролетели часы в дороге. Если бы не Слава, напомнивший ей о придорожном кафе, в котором они вкусно перекусили, направляясь на Алтай, они бы остались голодными. На все предложения Славы повести машину, она отвечала однозначно – нет, она не устала и слишком соскучилась по своей девочке. Им вдвоем комфортно вместе, он может расслабиться и не встревать.

Припарковавшись во дворе, Катя блаженно потянулась, а потом, повесила на шею фотоаппарат, на плечо закинула свою сумку, оставив остальные вещи на попечение Славы, пошла домой. Он догнал ее у подъезда, весь увешанный сумками и пакетами, демонстративно бросил брелок в протянутую ладонь и попросил придержать ему дверь, которую Катя так же демонстративно захлопнула прямо перед его носом.

Потом правда быстро открыла, он и сматериться не успел. Сделал вид, что дверь захлопнулась случайно, молча прошел мимо Кати к лестнице.

Быстро поднявшись, ребята позвонили в дверь квартиры и скоро оба оказались в объятиях Светланы Алексеевны, которая поочередно целуя то Катю то Славу, прижимала их к себе и о чем-то щебетала, задыхаясь от волнения и прижимая руку к груди.

- Мам, мам, ну все, слышишь? – Слава погладил по спине разволновавшуюся женщину. – Нормально все с нами, видишь же.

- Ох, Слава, мне тут недавно сон плохой приснился, а вы еще и сами не звонили и телефоны поотключали….

- Там роуминг, мам, дорого. Все в порядке, ты чего разволновалась? Мы же отдыхать ездили, а не на войну.

- Кать? – Светлана повернулась к притихшей девушке. – Правда, все нормально?

- Конечно, Светлана Алексеевна. Пойдемте, мы вам сувениры привезли и какой-то эликсир долголетия. Фотографии покажем, пойдемте. Слав, неси ноутбук.

Катя разулась и прошла в гостиную. Плюхнулась на диван, и вытянула ноги.

- Устала. – Она склонила голову на плечо свекрови, присевшей рядом. Потянулась рукой к коту, вертевшемуся у ног женщины, но Люцифер, прижав уши, воинственно зашипел на нее, и Катя отдернула ладонь.

- Иди, отдохни, Кать.

- Тоже хочу фото посмотреть, а потом мне к родителям нужно.

Рядом с материю уселся Слава, устроив ноутбук у нее на коленях.

- Может, сначала чаю попьем, ребят? Вы мне расскажете, как съездили. У меня пирожки….

- Светлана Алексеевна, меня ведь тоже мама ждет, и не удивлюсь, если она там наготовила на десять человек. Давайте посмотрим фото, пока ваш сын из вредности половину моих лучших ракурсов не поудалял, да я пойду.

Несколько минут Катя и Слава смотрели фото, наперебой рассказывая женщине связанные с некоторыми снимками моменты, смеялись вспоминая. А потом Катя, притихнув, засмотрелась на фотографию, вспоминая, когда она так позировала Славе на Каракольских.

На ней девушка была сфотографирована стоящей босиком в траве и с кедами в руке. Она задумчиво смотрела куда-то вдаль с выражением умиротворенности и покоя на лице.

- Как хорошо получилась, Кать. – Заметила свекровь. – Это Слава тебя фотографировал?

- Наверное…. – Катя растерянно посмотрела на парня, который сжав зубы, никак не прокомментировал снимок.

За ним было еще с десяток фотографий, которых Катя не помнила. На всех была она, и похоже она не догадывалась, что ее фотографируют. Девушка задумчиво смотрела в монитор на сменяющие друг друга картинки, когда Слава неожиданно спохватился и попытался выдернуть его из рук матери.

- Мам, все, посмотрели и хватит. Пойдем пирожки твои есть.

- Погоди! – Катя оттолкнула его руки от крышки ноута, которую он уже успел захлопнуть, и открыла его снова.

Перед ней была фотография, на которой она видела себя спящую в кровати, в номере отеля. Утреннее солнце освещало ее лицо, и ресницы отбрасывали на щеки длинные тени. Волосы рассыпались по подушке, губки чуть приоткрыты, одну рука согнута и лежит на подушке над ее головой….

Катя зачарованно рассматривала снимок, не пропуская ни одну деталь, ни одну расслабленную черточку собственного лица.

Интересно, когда он успел сделать это фото? Девушка посмотрела на дату – это было после возвращения с Каракольских озер. После того дня, когда их отношения существенно изменились.

- Какая хорошая фотография…. – Задумчиво произнесла Светлана Алексеевна. – И вообще, на последних фото одна ты, Кать.

- Угу, - смутилась девушка, почти физически ощущая неловкость ситуации, - будет, чем в социальных сетях похвастаться. Ладно, я к родителям.

Когда за девушкой захлопнулась дверь Светлана Алексеевна подошла к сыну. Слава, задумчиво потирая подбородок, смотрел в монитор на Катино фото. Увидев мать, он резко захлопнул крышку.

- Ну что, сын, как съездили-то? Понравилось?

- Конечно, понравилось, мам. Отдыхать всегда хорошо. – Слава погладил вытянувшегося рядом Люцифера.

- Что ты с Катериной сделал? Какая-то она странная вернулась.

- Устала просто с дороги, не обращай внимания, это все так же Катя. – Он поднялся на ноги и, отложив ноутбук, пошел на кухню. – Где твои пирожки?

- На плите, сынок, - женщина поспешила следом.

- Я сейчас к Димке, наверное….

- Слава, - перебила Светлана сына, - так он же уехал к брату в Анапу на месяц. Он сказал, что ты знаешь…. Дозвониться не мог до тебя, вот мне и передал. Сказал, как вернется, сообщит, разговор у него к тебе серьезный.

- Точно, - Слава вспомнил о планах друга изложенных ему как раз перед отбытием на Алтай.

Димкин двоюродный брат несколько лет назад переехал в Анапу на постоянное проживание, разрешив парню пожить в своей квартире, пока он не решил, продавать ее или нет. Он нашел там работу, женился, и Дима каждое лето на месяц приезжал к нему в гости.

Что ж, раз встреча с другом неожиданно отменилась, Слава, переодевшись, ушел в автосервис, не слушая причитаний матери и ее просьб побыть сегодня дома. Вернулся он поздно и сразу же лег спать. Жизнь входила в привычную колею, и трудно было поверить, что еще сегодня утром они с Катей были так далеко от дома, что казалось, в другой жизни. К прежнему положению вещей привыкнуть было не так просто. Но Слава знал, что эта путаница в мыслях и ощущении пространства скоро пройдет, и все будет как раньше.

Глава 22

Слава, проснувшись ночью, не смог снова заснуть и долго лежал в темноте, прислушиваясь к механическому тиканью часов на стене. Проворочавшись немного, он посмотрел на белевший циферблат.

Вчерашней ночью, в это же время, они с Катькой с упоением тр*хались в люксе отеля на Ае. А позапрошлой, ползали в кромешной тьме Алтайских пещер.

Странно, столько разных событий произошло с ними за короткий срок, что казалось, он никогда не забудет это путешествие. Но вот он дома, и то, что случилось всего сутки назад, задвинулось в сознании так далеко, словно на целую жизнь.

После возвращения его окружила привычная обстановка, и вернулись привычные, знакомые ощущения и мысли. И о том, что случилось между ним и Лаврентьевой на Алтае, он старался думать как можно реже, относясь к этому как к некому помрачению рассудка с его стороны. И как к последствиям шока и испуга с ее.

Ну а чем еще можно объяснить то, что он так расчувствовался вчера ночью? Пожалел Катьку, утешил ее…. Хм… утешил…. Неплохо, к слову сказать, утешил. Девушка точно довольна осталась. Так ей понравилось, что она даже про то, о чем раньше ему врала, забыла. Глупая Катя – взялась обманывать, так иди до конца.

Одна польза была от этой близости – теперь он был абсолютно уверен в том, что это был первый и единственный раз, когда она между ними была. Первый и последний.

Хотя нужно признать, это было круто!

Конечно, Слава не мог бы с полной уверенностью сейчас сказать, что это был самый лучший секс в его жизни, и Катька была самой лучшей в мире любовницей. Самое интересное, что он сразу понял – у нее понтов было больше чем опыта в этом деле (как впрочем, и в любом другом). И, тем не менее, ему с ней было нереально классно.

Прошлый богатый опыт позволял парню судить о том, насколько умелой или наоборот была любовница. Естественно, Зоя не была его первой партнершей.

Когда Слава в шестнадцать лет устроился работать в автомастерскую, он был невинен как дитя, хотя морально был старше своих одноклассников. Все потому что роль мужчины в семье выпала в виду отсутствия отца, именно ему. Бывают такие матери-одиночки, которые для своих детей и мать, и отец, и домработница, и добытчик. Светлана Алексеевна к таким не относилась. Поэтому когда сын подрос она, стесняясь, переложила на него все свои проблемы.

Работая рядом со взрослыми дядьками, некоторые из которых были его в два раза старше, а другие в отцы годились, Слава внимательно прислушивался ко всему что они говорили. И их советам внимал, и просто подслушивая их разговоры, мотал себе на ус. Мужчины часто разговаривали о женщинах, и Слава сам не понял, как прокололся об отсутствии у себя опыта в этой сфере. К его немалому удивлению мужчины смеяться над ним не стали. Пожали плечами и продолжили разговор с того места, на котором остановились. А спустя несколько дней, после работы, один из них – парень лет двадцати пяти, позвал Славу в гости к своим подругам. Объяснив ему, что девушек будет две и ему одному к ним идти как-то некрасиво. Слава, не поняв, к чему идет дело согласился.

Вот тогда, одна из взрослых, по меркам шестнадцатилетнего парня, женщин и помогла ему стать мужчиной. С ней он потом еще не один раз встречался и Вероника, отдаваясь ему, всякий раз спрашивала, будет ли он ей сухари сушить, когда ее привлекут за совращение несовершеннолетнего. На что «несовершеннолетний» отвечал ей, что он уже не маленький и совратился совершенно добровольно и с удовольствием.

Ника выглядела моложе своих лет (или Славе так казалось) и на момент знакомства со Славой, она переживала болезненный развод с уже бывшим мужем. Оттого и согласилась с просьбой парня своей подруги помочь «мальчику Славе» перестать быть мальчиком. Она научила его основам сексуальной жизни и скоро отпустила в свободное плаванье, расставшись с ним безболезненно, но с легкой ноткой горечи и грусти. Слава же «поплыл» по жизни и чужим постелям, усердно закрепляя преподанные ему уроки. Остановившись на Зое.

Он всегда считал, что Зоя подходит ему. У него не было желания дополнять половую жизнь с ней на стороне. Ему с ней было хорошо… идеально, наверное…. Но сейчас, у Славы было такое странное чувство, что Катя подошла ему в постели идеальнее, чем Зоя. Гораздо идеальнее, чем все другие девушки. Она была и послушной, и самостоятельной одновременно и ее не хотелось подавлять и ограничивать. Хотелось не доминировать над ней, а направлять ее. Так, чтоб ей было хорошо. Чтоб им обоим было хорошо. Словно степень ее наслаждения влияла и на яркость его оргазма. Таких чувств занимаясь сексом, он еще не испытывал. И думать о причинах их возникновения не хотелось.

А еще ее тело доставило ему невероятное удовольствие. Он раньше не задумывался о разнице. Хорошая любовница – означало либо умелая и раскрепощенная, либо как Зоя – робкая и послушная. В остальном-то, в самом главном все девушки были одинаковыми. А вот с Катей было как-то по-другому. Словно они были двумя детальками паззла, идеально подошедшими друг к другу. Ощущения от соития были какими-то особенными.

Но все это меркло перед тем, что открылось ему после секса.

Той ночью, упав на подушку и закрыв глаза, Слава думал, что тут же провалится в сон, но от одной вспыхнувшей в сознании мысли подскочил на кровати, как ужаленной – это было впервые! Такой секс он бы никогда не забыл.

Парень с самого начала сомневался в том, что Катя пыталась ему навязать. Ведь если он был в состоянии, когда у него стоял, значит, полной амнезии у него быть не могло. Потом он увидел фото, и это были доказательства, что все же секс был. Тогда Слава, пытаясь понять и объяснить для себя причину провала в памяти, списал все на то, что Катя в постели была бревном. Что помнить просто-напросто было нечего.

Катя бревном не была.

И все же он дал ей шанс самой признаться во всем. Она его упустила. Второй раз спрашивать или выслушивать ее не было смысла.

Эх, а он-то уже начал верить в то, что Катька на самом деле не такая дрянь, какой казалась ему раньше. Он даже начал думать о том, справедливо ли было винить одну ее в том, что произошло с ними и что? По всему выходит он попал в этот переплет совершенно ни за что. И получается, наказание он понес за деяние, которого не было! А если бы на армию согласился?

Вот бабы… все одинаковые дуры, что Зоя, что Катя! Спрашивать, зачем Катерина все это затеяла, даже не хотелось – уже не имело значения. И ведь могла бы сказать отцу, что на фото изображено вовсе не то, что кажется, так нет, промолчала. Позволила ситуации зайти так далеко. И почему расхлебывать всю эту кашу пришлось ему?

Мелькнула мысль завтра же утром притащить Лаврентьеву к отцу и заставить признаться во всем и так же быстро пропала. Он уже понял, что с Валерием Сергеевичем говорить на эту тему бесполезно – есть фото, которые видел весь институт. Остальное ему не суть важно. Так стоит ли ломать копья, доказывая, кто прав, кто виноват, что было, а чего не было?

Слава встал с постели и пошел на кухню, к холодильнику, за водой. На обратном пути он увидел, как из-под двери Катиной комнаты пробивается полоска света – видимо девушка все еще боялась оставаться в темноте. Слава опять вспомнил, как она проснулась напуганная страшным сном прошлой ночью и как он ее успокоил. Захотелось курить.

Вячеслав не любил разочаровываться в людях. А еще больше он не любил разочаровываться в себе. А сейчас он испытывал что-то похожее на недовольство собой за то, что там, на Алтае позволил себе отступиться от принципов и расслабиться. А расслабляться с Катериной было непозволительно. Но не смог он ее оттолкнуть в ту ночь, потому что на какой-то миг ему показалось, что он разглядел за маской эгоистки и стервы настоящую Катю. Напуганную ранимую девушку, которая совсем недавно проявляла чудеса стойкости, наравне с ним исходила вдоль и поперек пещерные лабиринты, почти не кисла и не жаловалась, чем вызывала в нем чувство похожее на уважение.

Занимался сексом он с той девушкой, которую начал узнавать в Кате совсем недавно. Но войдя утром в спальню, увидев, как она демонстрирует ему свое желание, абсолютно уверенная в том, что он сейчас броситься в ее объятия и начнет удовлетворять по первому разряду, Слава вспомнил, с кем имеет дело и поступил так, как того Катя и заслужила – вернул с небес на землю.

Не станет он для нее одним из тех, исходящих по ней слюной мальчиков-сокурсников, которыми Катя в институте вертела по своему усмотрению.

Вернувшись в постель парень подумал о том, как вся эта ситуация ужасно бесит его. И больше всего его бесит то, что сейчас он вопреки здравому смыслу лежит и думает о том, что в Катькиной комнате горит свет. И ему хочется пойти туда и сделать так, чтоб ей больше никогда не было страшно просыпаться ночью в темной комнате. Но в таком случае он пойдет против себя.

Катя обманула его.

Из-за ее обмана его принудили сделать то, чего он никому не позволил бы с собой сделать. И до сих пор ему было тошновато от мысли, что он позволил распоряжаться своей жизнью и принимать за него решения.

И главное – он не простил Зою за предательство. Зою, с которой встречался два года, на которой хотел жениться. И которую считал, что любил. И почему он должен на Катин обман, который стал катализатором всех последующих событий, закрыть глаза?

О возможности пробуждения в нем к Кате каких-то глубоких чувств Слава даже думать не хотел. Вместо этого мысли его повернули к Зое, о которой он нужно признаться в течение последнего месяца вспоминал, лишь сравнивая ее с Катей или для того, чтоб Катю спровоцировать на безрассудные поступки. Алтай действительно помог ему отвлечься и забыться, как он и подозревал уезжая. Но он вернулся. И вместе с тем вернулись мысли о ней.

Слава позволил себе подумать о возможности вернуть их отношения. Помириться с девушкой. Простить ее. О том, что может быть по-другому и все может зависеть не от него, Слава не подозревал. Он не звонил ей сам. Не получил от нее ни одной смс-ки, и все же полагал, что ситуация в его руках, а Зоя смиренно сидит дома и ждет его. Как всегда.

Мысленно представив их возможное будущее, Слава понял, что все это бессмысленно. Бессмысленно думать о ней, пытаться что-то вернуть. Ничего не выйдет. Он больше не сможет ей доверять, и эта глупость ее всегда будет между ними стоять. Он разочаровался в ней – это главное. Он больше никогда не сможет относиться к ней так, как раньше. Поэтому проще всего будет забыть о ней и перестать об этом думать.

Конечно, в нем еще осталась горечь от того как все закончилось и злость… на Катю, которая во всем одна была виновата! Вот в ней он не разочаровался, нет! На нее это вполне было похоже. На нее он разозлился. Сильно. Так сильно, что едва сдержался утром, чтоб не покалечить заразу.

А еще он еле сдержал себя от того, чтоб не отдаться в Катины руки. Еле нашел в себе силы демонстративно оттолкнуть ее. Тем самым унизив ее. Наказав за вранье.

А еще эти фото…. Хотел бы он знать, что за мысли мелькнули в ее головке, когда она их увидела. Решила, что он уже ее с потрохами? О чем он вообще думал, когда делал снимки? Но стоит признать очевидное – на них он видел совсем другую Катю. Не ту, на которой его заставили жениться всего полтора месяца назад. И в глубине души он уже понимал, что его жена больше походит именно на эту девушку на снимках, чем на прежнюю себя.

Когда небо за окном начало понемногу светлеть Слава послал к чертовой матери и Зою и Катю и всех женщин вместе с ними и, закрыв глаза, решив взять передышку и не думать ни о чем хотя бы несколько дней, наконец, уснул.

* * *

После возвращения ребят прошли две недели, в течение которых Катя почти не видела Славу дома. Он уходил рано, возвращался поздно, поужинав, ложился спать. И вообще он вел себя так, словно ее рядом с ним не было, и как бы Катя не пыталась внушить себе, что ей это не важно, переживала очень сильно.

К тому же ее почти каждую ночь одолевали кошмары, из-за чего она спала с включенным ночником. Так было не страшно, но свет мешал ей спать. Замкнутый круг получался! А еще она за месяц успела привыкнуть, как это удивительно, просыпаться по ночам в темноте и слышать дыхание спящего рядом парня и от этого чувствовать себя… в безопасности что ли…. Защищенной от ночных страхов. Которые, кстати, не слишком ее беспокоили до того дня, когда они заблудились в пещерах, а после словно ожили и мучили теперь, когда она осталась темной ночью в постели одна.

Сегодня Слава впервые не сбежал на работу, пока она еще спала. Он открыл дверь в ее комнату, посмотрел на турник, закрепленный в дверном проеме и скоро повиснув на нем руками и скрестив щиколотки, принялся подтягиваться.

Девушка лежала на постели, повернувшись на живот, и, подперев голову рукой, наблюдала за ним. Она скользила взглядом по его телу, поигрывая ножками, болтая ими в воздухе, то скрещивая, то разводя в стороны. Слава обращал на нее внимания не больше чем на любой другой предмет мебели в комнате, он методично подтягивал свое тело, стараясь дотянуться подбородком до железной перекладины. Катю же игра мышц на его руках просто завораживала и окунала в воспоминания. На нем были надеты только черные «треники» с лампасами, и ничто не мешало Кате разглядывать его вздувающиеся бугорки на руках, рельефную грудь и плоский живот с тонкой дорожкой темных волос, убегающих под резинку штанов.

- Слава-а…. – Позвала она, не выдержав.

- …Что? – На выдохе.

- Сегодня пятница.

- …Угу.

- У тебя сегодня тренировка по брейку?

-…Угу.

- Помнишь, ты обещал мне как-нибудь показать?

- Я показал… в тот же день… тебе вроде не понравилось….

- Понравилось, конечно. Просто это было не время и не место. Возьмешь меня сегодня с собой?

Слава закончил, отдышался, глядя на девушку и наконец, равнодушно пожав плечами, согласился.

- Приходи, если хочешь, я ж не могу тебе запретить.

Он вышел из комнаты, пряча улыбку. За прошедшее после возвращения время, он немного успокоился и перестал злиться на Катьку. Все-таки после того что они пережили вместе, он уже не мог вернуть в себе те чувства презрения, бешенства, которые он испытывал к ней после свадьбы. И то равнодушие, которое он питал к избалованной родителями и вниманием окружающих ректорской дочери, он вернуть себе тоже не мог. Сейчас он испытывал к ней что-то схожее с тем, что он чувствовал на Алтае до того как они заплутали в пещерах. Ненавязчивые соседские отношения, которые никогда не перейдут во что-то большее. То что случилось далеко от дома было минутным импульсом, вспышкой влечения, замешанном на пережитом стрессе, которому ни он, ни она не смогли сопротивляться. Это было между другими людьми. Сейчас же Слава и за себя и за Катю с уверенностью мог сказать – секс был потрясающим, но повторять его не стоит. Его вполне устраивала та ситуация что сложилась у него дома и менять что-то не имело смысла.

* * *

Вечером Катя припарковала свою машину в каком-то сомнительном районе на окраине города. Здесь в основном находились производственные здания, и жилые двухэтажные дома встречались довольно редко. Катя зябко поежилась и заглушила двигатель. Где-то здесь находилось здание, в котором Слава проводил почти каждый вечер со своими друзьями. Он сказал ей, что она не ошибется, что легко найдет его, если включит фантазию. Девушка огляделась, сжимая в руке сотовый, словно он в случае опасности мог ей чем-то помочь. Мимо ее машины прошли парень с девушкой и завернули за угол ближайшего к ней здания. С другой стороны туда же двигались еще несколько человек. Катя вышла из машины и, поставив ее на сигнализацию, поспешила вслед за другими прохожими.

У больших двустворчатых дверей толпились несколько человек, внутри серого одноэтажного бокса их было гораздо больше. Слышалась музыка… ну или что-то вроде того – Катя различала только ударные.

Протискиваясь в толпе, прижимая к себе сумочку, Катя пыталась найти Славу, но пока безуспешно.

- Разрешите… - Она попыталась пройти мимо парня, стоящего к ней спиной, но он обернувшись схватил ее за руку.

- Катя! Ты что здесь делаешь?

Девушка перевела дух и узнала в напугавшем ее незнакомце Пашку – парня из мастерской, с которым она познакомилась в тот день, когда приносила Славе мамины пирожки. А после возвращения с Алтая, они со Славой приводили в порядок ее машинку – Слава сказал, у дилеров дорого, а Пашка разбирается в машинах не хуже, и все необходимое для диагностики оборудование у них есть.

- А где Слава?

- Он занят. – Павел взял ее за руку и куда-то повел. – Вот здесь тебе будет удобнее, смотри, сейчас начнется.

Катя, наконец, увидела Славу, он с двумя незнакомыми ей парнями оказался в центре расступившейся перед ним толпы. Музыка стала громче, парни дурачились, демонстрируя друг другу и окружающим все, на что были способны, а Катя, замерев, впитывала жадным взглядом каждое движение мужа. На сложных элементах девушка переставала дышать и выдыхала облегченно, вместе с толпой. Ее восторг переполнял от того, что она сейчас видела. Все эти Славины телодвижения, кувырки через себя, кружения на голове и замысловатые стойки поражали ее воображение. Как, ну вот как с виду обычный человек может выполнить все это? Хотя, когда это Славу Артемьева можно было назвать обычным?

Ее правда жутко раздражали женские восхищенные визги. Она бы каждой этой визжащей дуре сейчас подошла и объяснила что Слава ее муж. Ее и только ее. И попросила бы заткнуться и не мешать.

Муж…. И этот человек ее муж…. Ее….

Катя вдруг задумалась о том, что через два года, если ничего не изменится, Слава уже не будет ее мужем. Если ничего не изменится. Если она что-то не изменит….

Танец тем временем закончился, и ребята отбивали протянутые им ладони, смеялись. Катя попыталась приблизиться к Славе, но, уже сделав шаг, она увидела, как к нему на шею бросилась незнакомая девица. И как он в ответ обнял ее за талию. Девушка нервно развернулась и ушла, ни разу не оглянувшись. Толпа за ней сомкнулась, и Катя уже не видела, как Слава отстранил от себя девушку и как обвел зал взглядом, словно кого-то хотел там увидеть. И как от разочарования сползла с его лица улыбка, Катя тоже не успела заметить.

Она убежала к своей машине, и нервно дернув рычаг переключения передач, сорвалась с места и уехала домой.

* * *

- Что, решила не ходить? – Слава сидел за столом на кухне и наблюдал, как Катя нервно перемещается по небольшому пятачку между ним, плитой и гарнитуром, накрывая на стол, ставя перед ним тарелку с горячим ужином, подавая приборы.

- Да, мне некогда было….

- Или неинтересно? – Он подцепил на вилку мясо с овощами, поднес ко рту. – Вкусно….

- Спасибо. – Девушка села напротив. – Чай налить?

- Если можно.

Катя снова встала и уже в спину ей Слава добавил:

- Мне Пашка рассказал, что ты была.

- Зачем тогда спрашиваешь? – Поставила на стол чашку с чаем.

- А зачем ты врешь мне?

- А что мне сказать? Что я оценила ту бабу, что у тебя на шее висла? Не оценила, извини.

- Это одна из моих поклонниц.

- И флаг ей в руки….

Катя вышла, громко захлопнув за собой дверь.

Ревновала.

Славины губы растянула довольная улыбка. А готовить она научилась хорошо, не напрасно мама старалась, вкладывая в Катину пустую голову премудрости кулинарного искусства.

Слава снова взялся за вилку. Дверь открылась, но вошла не Катя, а Светлана Алексеевна.

- О чем шумите, дети? – Она сделала себе чай и присела напротив сына.

- Катька опять пересолила ужин. И мясо пересушила.

- Не придирайся, она старалась, между прочим.

- Мама, слова «Катя» и «старалась» нельзя ставить в одно предложение.

- Сынок, ты не прав. Нет, я помогала, конечно, но в основном готовила Катя. И будь уже к ней терпимее, она ведь переживает.

- Ей полезно, мам. – Слава принялся за ужин, демонстрируя, что разговор окончен.

* * *

Когда август подошел к концу, Слава, прихватив с собой бутылку какого-то алтайского самогона, купленного по такому случаю, отправился к Диме без предупреждения. Он не стал звонить другу и предупреждать о визите – а зачем? Он примерно знал, в каких числах тот должен был вернуться, так зачем тратить время и давать тому возможность отвертеться от встречи.

Парню было интересно, что за очередной серьезный разговор приготовил для него друг. Перебирая в памяти все события последних месяцев, он не видел ни одного повода для него – в принципе все, что нужно они уже успели обсудить.

Поднимаясь по каменной лестнице в подъезде, Слава непринужденно насвистывал – у него было прекрасное настроение, и он предвкушал встречу с другом и вечер в сугубо мужской компании. К тому же по телевизору сегодня должна была быть трансляция баскетбольного матча. С того дня когда он уступил Катерине свою комнату, у него появились сложности с просмотром спортивных каналов. Мама предпочитала бесконечные телесериалы, а Катя…. Нет, она в последнее время не возражала и уступала ему диван и пульт от телевизора. Но отвлекала его внимание, расхаживая по комнате то в майке едва прикрывающей ягодицы, то в шортиках, больше похожих на трусики. Еще и белье под майку предпочитала дома не надевать. Ну и о каком тут виде спорта вообще может идти речь, когда рядом сидит девушка, к которой влечет. Которую хочется уронить на спину, подмять под себя и….. Что-то он в последнее время все чаще стал вспоминать ту ночь на Алтае.

Особенно после того случая, когда он вернувшись домой раньше обычного, услышав как из Катиной комнаты во всю долбасит музыка, зашел попросить ее сделать тише. И замер столбом на пороге.

Катя стояла к нему спиной и отплясывала под какую-то зажигательную композицию. Ну как отплясывала? Скорее рисовала попой восьмерки… или знаки бесконечности… не важно, впрочем. А попа ее, нужно отметить, была одета лишь в кружевные шортики. И вообще на девушке кроме нижнего белья ничего не было.

Слава засмотрелся на нее, не в силах развернуться и выйти из комнаты. Он раньше никогда не выделял в девушках какую-либо часть тела особо его привлекающую. Ну, не считая первичных половых признаком, конечно. Но вот с недавних пор обнаружил в себе странную тягу к Катиной спине. С отдыха на Алтае, там Катя часто ходила перед ним в купальнике, и он однажды поймал себя на мысли, что всякий раз любуется ее стройной спинкой, тем, как двигаются под нежной кожей лопатки. Как ему хочется кончиком пальца провести по ее позвоночнику. Как красиво она расправляет плечи….

Он и сейчас приглядывался к родимому пятнышку под левой лопаткой, величиной с ноготь. Он хорошо успел рассмотреть его в ту ночь на Алтае. Целовал его нежно и все думал, что же оно ему напоминает своей формой….

Вот разве можно спокойно жить в такой обстановке? Катя с недавних пор у него дома стала себя чувствовать совсем свободно и непринужденно – бегала мимо него полуодетая, забывала предупредить, когда занимала ванную. Как будто он железный, в самом деле! Он конечно не сходил по ней с ума днями и ночами. К тому же на работе маячили большие перемены и Слава больше думал о грядущих перспективах самостоятельного дела, чем о сексуальной девушке за стеной и все же встречаясь с ней не мог удержать свои мысли от ненужных фантазий и воспоминаний.

Слава остановился перед дверью друга и нетерпеливо несколько раз нажал на звонок. За дверью послушались легкие шаги и до боли знакомый голос крикнул:

- Я открою!

Послышался щелчок замка, дверь распахнулась и на пороге возникла Зоя. Она была одета в свою домашнюю трикотажную пижаму, в руке держала книгу, зажимая пальчиком нужную страницу, и смотрела на него.

На парня тут же обрушились воспоминания, как она вот точно так же встречала его с книгой в руке, когда он приходил к ней домой. Как кричала кому-то, что она сама откроет, как он, обнимая за талию, отрывал ее от пола и, прижимая к себе, целовал, пока не видели ее родители.

До него постепенно доходило, что эту домашнюю картину он видит не на пороге Зоиной квартиры. Что она сейчас находится дома у его друга…. И этот факт никак не желал усваиваться в голове, отвергая единственно-верную причину нахождения здесь Зои.

Слава все еще молча смотрел на девушку, а она, смерив его равнодушным взглядом крикнула:

- Дима, это к тебе!

И развернувшись, скрылась в Димкиной комнате.

- Привет.

Слава хмуро посмотрел на появившегося перед ним Дмитрия.

- Ты что не позвонил, что придешь?

- Вижу не зря. – Слава кивнул на дверь комнату, за которой была Зоя.

- Ладно, - Дима обулся, - раз пришел, пойдем, поговорим.

Он вышел в подъезд, прикуривая на ходу сигарету. Спустился на один пролет. Слава, немного помедлив, пошел за ним.

Глава 23

«Дружба и любовь – это вопросы веры. Ты можешь верить, но ни в чем не можешь быть уверен….»

В тот день, когда Слава уехал с Катей на Алтай, Зоя сидела в своей комнате, бесцельно перелистывая фотографии ее и любимого на мониторе компьютера. В проигрывателе играла какая-то грустная музыка, по внешне спокойному лицу девушки периодически скатывались слезы – Зоя размышляла удалить ей эту папку и обрубить концы раз и навсегда или все-таки оставить, как память о самой сильной любви в ее жизни. И никак не могла найти ответ. И вообще, эти мечты были так же далеки от реальности, как и ее планы, расстаться со Славой недавно. Об этом можно было подумать, примерить на себя, помечтать немного, но никогда не сделать. А она вот сделала….

Зоя попыталась сконцентрироваться только лишь на том, как удачно получилась она на тех или иных снимках и не вспоминать моменты жизни, что были на них запечатлены. Конечно, у нее это не получилось.

Она все решила, она правильно поступила, она разрубила этот узел и нельзя жалеть! Никогда нельзя жалеть о том, что уже сделано и невозможно исправить. Нужно лишь искать положительные стороны в этой ситуации и они, несомненно, были. Вот только какие? Пока она не видела ничего кроме огромной ошибки, которую совершила, поддавшись чувствам и эмоциям. Вспоминая взгляд Славы после ее признания, она хотела все вернуть и откусить себе язык, прежде чем он сболтнул о расклеенных фотографиях.

Зоя никак не могла принять мысль, что все закончилось. Поэтому она до сих пор не удалила их совместные снимки со Славой, обманывая себя надеждой, что их отношения нормализуются, и она потом пожалеет о своей горячности. На таком веском поводе можно было продержаться еще какое-то время, а потом решать – оставить себе это напоминание или все же постараться забыть обо всем.

Так она и листала, механически кликая на кнопку «мышки» указательным пальцем, пролистывая фотографии, пока в дверь ее комнаты не раздался тихий стук.

- Зоя, дорогая…. – К ней заглянула мама. – К тебе там пришли.

- Кто? – спросила, не поворачивая головы, не отрывая глаз от монитора, а сердечко-то застучало надеждой – а вдруг он? Вдруг не уехал?

- Это Дима…. – Надежда умерла в муках. Зоя кивнула головой на вопрос мамы, впустить ли его к ней.

- Зоя! – Дима торопливо вошел , но приблизившись на расстояние вытянутой руки, вдруг споткнулся и замер, не решаясь подойти ближе. – Как ты?

- Нормально, Дим…. – девушка выключила монитор компьютера и уселась на подоконник, обняв колени и устроив на них подбородок.

– Он уехал, да? – Спросила, не поворачиваясь и глядя в окно.

- Да…. – Дима подошел к ней ближе. Так близко, что она чувствовала тепло его тела рядом с собой. – Сегодня утром.

Его рука скользнула по ее щеке, стирая слезинку, завела за ухо скрывавшую от него ее лицо прядь волос. Зоя, повинуясь необходимости в его поддержке, повернулась и молча уткнулась в его плечо, обняв руками за шею.

- Зоя, - зашептал взволнованно Дима, обнимая девушку и прижимая ее к себе, - я хотел тебе сказать… хотел предложить…. Я знаю, что сейчас не время, но… я тебя люблю. Всегда любил, слышишь?

Зоя, не отстраняясь, замотала головой, словно не хотела его слушать.

- Дима не надо. Прошу тебя…. – Она подняла на него заплаканные глаза.

- Подожди, - парень взял ее лицо в свои ладони, заставил посмотреть на себя, - послушай меня, Зоя. Я просто хочу, чтоб ты была счастлива, я всегда только этого хотел. Я хочу, чтоб ты забыла его, и я обещаю, что все для этого сделаю. Я знаю, что сейчас ты меня не любишь, но я буду ждать. Сколько нужно буду ждать. Зоя….

Он, поддавшись порыву, принялся целовать ее щеки и глаза и губы, но девушка уперлась руками в его грудь и оттолкнула от себя.

- Прости…. – Дима, тяжело дыша, отстранился.

Зоя спустилась на пол и сейчас смотрела на него чем-то думая.

- Это я фото расклеила. – Произнесла, наконец, внимательно наблюдая за ним, ожидая его реакции.

- Мне плевать.

Она снова замолчала.

- Как же Слава? Он ведь твой друг….

- Почему тебя это волнует? Это мои проблемы и я с ними справлюсь. Только бы ты была рядом, остальное не важно.

- Пожертвуешь дружбой ради меня? Вы с ним с десяти лет друзья….

- Он свой выбор сделал, Зоя, я тоже, дело за тобой. Я не прошу тебя отвечать мне сейчас, подумай, если это необходимо, а я буду ждать. Столько, сколько нужно.

Он подошел к ней и, обняв за талию, нежно прикоснулся к губам девушки. Поцеловал невесомо, не требуя ответа. Зоя наблюдала за ним, не закрывая глаз, не отвечая. Стояла статуей и не шевелилась. А потом вдруг почувствовала, как в ладонь ее Дима вложил что-то металлическое и холодное.

Ключи.

Она отстранилась и опустила глаза, глядя на свою ладонь и ее содержимое.

- Я буду тебя ждать. – Еще раз повторил Дима и, погладив щеку девушки ладонью, развернулся и ушел.

Зоя еще долго стояла на месте, глядя на закрывшуюся за парнем дверь. Потом словно очнувшись, она вздрогнула и бросила ключи на стол, словно они ей руки обожгли. Сама легла на кровать и свернулась комочком, подтянув колени к груди.

В комнату тихо вошла Марина Андреевна и присела на кровать.

- Что это? – Она вертела в руках брошенную девушкой минуту назад связку.

- Это ключи от Диминой квартиры.

- Ключи от квартиры, где деньги лежат? – Попыталась пошутить женщина, но Зоя только страдальчески посмотрела на нее и отвернулась.

- Зоя, хочешь совет? – Марина Андреевна погладила девушку по плечу, притянула к себе так, что голова дочери оказалась на ее коленях. – Переезжай к этому мальчику. Серьезно. Похоже, он любит тебя на самом деле. Ты уж прости, я случайно подслушала ваш разговор…. Хотя, я давно это подозревала – уж слишком большое участие он принимал в твоей жизни.

- А как же Слава, мам? Вдруг он вернется ко мне?

- Вряд ли, дочь. Ты знаешь, я никогда не была в особом восторге от Славы. Да, он хороший парень, не спорю. Наверное, даже слишком хороший. Просто… не твоего романа герой. Допустим, он вернется, что тебя ждет с ним? Два года будешь делить его с женой, потом не факт что он с ней разведется. Они живут вместе…. Зоя, послушай меня, я старше, я знаю – эта поездка многое изменит. Парень и девушка, одни, далеко от дома…. Неужели ты на самом деле веришь, что между ними там совсем ничего не будет? Тем более, они уже однажды… кхм… были вместе. Откажешь Димке - потеряешь его, потом жалеть будешь. Потому что и друзьями вы уже быть не сможете. Вспомни, сколько раз он был здесь с тобой за прошедший месяц, который Слава провел, сражаясь со своей женой. Он приходил и поддерживал тебя.

- Мама…. – Зоя села рядом и устало уткнулась лицом в ладони. Бессильно уронила руки на колени. – Почему я должна ему верить? Он сейчас друга предает.

- Он не предает. Он жертвует. А чем ради тебя жертвовал Слава? Что такого он сделал для тебя за эти два года, что вы вместе? Один единственный раз он попытался помочь тебе с зачетом и то расплатился за это натурой….

- Мама!

- Что «мама»? Я что, неправа? Ты подумай хорошенько, дочь. Тебя никто не торопит, никто из дома не гонит. Подожди недельку, не беги к нему по первому слову, как ты за Славой всегда бегала…. Бегала! – Отрезала женщина на попытку дочери оспорить ее утверждение. – Ты с ним как шальная была, Зоя, дышать на него боялась. А он это хоть один день ценил? Тебя ценил? Боялся потерять? Ведь сама знаешь ответ. Мы с отцом никогда не пытались учить тебя, зная, что это ни к чему не приведет. Что если мы попытаемся тебе запретить или отговорить тебя, станет только хуже. Но нам никогда не нравилось то, с каким обожанием ты к нему относилась.

Дочь, неужели ты не хочешь попробовать других отношений? Тех, где ты будешь позволять себя любить? Где твоей любви будут добиваться? А этот мальчик… Зоя, он пылинки с тебя сдувать будет, поверь мне.

Конечно, это прекрасно – связать себя с человеком, которого любишь сильно и по-настоящему, и я верю, дочь, что ты свои чувства к Славе считаешь единственной любовью на всю жизнь, но это не так. Поверь мне, ты однажды поймешь, как я была права. Зоя, доченька, - Марина Андреевна обняла снова расплакавшуюся девушку и прижала ее к своей груди, - ну что ты плачешь, родная моя? Мы же тебя не неволим. Подумай обо всем сама.

- Но я не представляю, мама… не представляю, что ко мне может кто-то… другой… прикоснуться…. Не Слава….

- Зоя, я пойду сейчас, а ты ответь себе на вопрос – был ли Дима для тебя все это время только лишь Славиным другом… и твоим? Только ли другом? Или чем-то еще? Вот когда ты на этот вопрос сама себе ответишь – ты найдешь выход.

- Мам, ты что, отпускаешь меня к нему жить?

- Ну к Славе же должны были отпустить. Разговоры о вашем несостоявшемся сожительстве давно ходили….

- Так это же Слава…. Он мой парень, не чужой мне….

- Дима тоже не чужой. Мне кажется, я с ним знакома не хуже, чем с твоим парнем Славой, а может и лучше. К тому же мы ведь знаем, насколько ты разумна, Зоя. Да и выбор у нас не велик – или отпустить тебя, или смотреть, как ты сама себя в четырех стенах изводишь. В общем, думай, дочь. А мы с отцом всегда тебя поддержим и примем любое твое решение.

Женщина поцеловала Зою в висок и вышла из комнаты. Девушка осталась наедине со своими мыслями.

Она много думала в ту ночь. Думала, вспоминала, сравнивала…. Пыталась разобраться в себе, в своих чувствах к Славе, к Диме…. Вспоминала слова мамы. А через неделю, не предупредив парня, собрала сумку и поехала к нему. Может быть, надеялась застать его с кем-то и получить повод вернуться домой. Может быть, наоборот боялась потерять последнюю надежду. Зоя вообще в те дни была в таком смятении, что сама потом удивлялась, как глупостей не натворила.

Остановившись перед его дверью, долго медлила, прежде чем дрожащей от волнения и страха рукой вставить ключ в замочную скважину и войти.

Дима был дома. Один. Он вышел ей навстречу и забрал сумку из ее руки, а потом вдруг бросил ее на пол и, прижав девушку к груди, прошептал:

- Ты пришла, Зоя… пришла.

- Ты сомневался? – Зоя вывернулась из его рук и, разувшись, прошла.

Сомневался ли он? Конечно, сомневался! О ждал ее эту неделю, каждый день прислушиваясь, не скрипнет ли ключ в замочной скважине. О Славе и о том, как он отнесется к тому, что Зоя будет жить с ним, если согласится, Дима уже не думал. С их дружбой он простился еще до того как пришел к Зое со своим предложением. И нужно сказать, муки совести парня не тревожили абсолютно. Было немного горько, но Зоя того стоила.

Димка познакомился со Славой, когда им обоим было по десять лет. Мальчишки жили в соседних дворах, но впервые встретились в каком-то туристическом клубе, в который Слава напросился сам, испытывая жажду новых открытий, добавив Светлане Алексеевне новых финансовых проблем, а Диму привели родители, взволнованные тем, что сын слишком много времени проводит у телевизора.

Мальчишки отчего-то с первого взгляда невзлюбили друг друга. О причинах позже не мог вспомнить ни один, ни второй. Но сколько раз их после занятий или экскурсий разнимал руководитель, не счесть. Ребята тузили друг друга, стоило ему отвернуться, строили друг другу козни, мешали рабочему процессу на занятиях. Пока однажды, пожилой учитель не вывез весь их класс в поход с ночевкой в палатках, в ближайший лесок и в воспитательных целях, а так же для примирения противников, не отправил пацанов вдвоем в лес за ветками для костра.

Естественно ребята дошли до первой полянки, на которой устроили поединок на выживание, катаясь по земле, и награждая друг друга оплеухами. Не понимая, что силы равны, не желая уступать, они обменивались тумакам, пока не упали в какой-то овраг и не заблудились, пытаясь из него выбраться.

Нашли их спустя несколько часов с одинаковыми фингалами под глазами, обманчиво спокойных, но уже дружных. И с того дня они были не разлей вода.

Десять лет прошло с тех пор. И чего только не случалось их жизни, они все равно оставались друзьями. Лучшими друзьями. Пока в их жизни не случилось Зои.

Диме понравилась Зоя еще на первом курсе. Но пока он размышлял, каким образом подкатить к девушке, к ней уже подкатил Слава. Тогда Дима отступил в сторону. Потому что не собирался устраивать разборки с другом из-за юбки, потому что еще сам не уверен был в глубине своих чувств к девушке, потому что догадывался, что Зоя увлечена его другом, а не им.

Но общаясь с ней, видя их вдвоем, Дима понял что влюбляется. И не смог остановить это и отказаться от возможности быть для нее хотя бы другом.

Когда началась вся эта круговерть с фотографиями, когда Слава женился на Кате, Дима принял решение – он отказался от Зои однажды, уступил ее другу, а друг сделал ей больно. Чего сам Дмитрий никогда бы не допустил, будь она с ним. Чувство вины за это пересилило муки совести за увлечение девушкой лучшего друга.

Когда Слава признался, что с Зоей он разошелся и сообщил о совместной поездке отдыхать с женой, о поездке, которую вся их группа называла свадебным путешествием, Дима все решил. И принял для себя тот факт, что по-другому не будет. Если придется выбирать между Зоей и Славой, выбор будет очевиден.

- Куда мне вещи положить? – Голос Зои отвлек его от мыслей о друге.

- Вот сюда. – Дима открыл ей дверь своей комнаты. – Располагайся.

- А ты? – Зоя смущалась, и он видел как ей неловко и не знал, что с этим делать. – Это ведь твоя комната.

- Я нормально, мне будет удобно… там… - Парень махнул рукой в сторону второй комнаты, взлохматил светлые волосы. – …в зале. Не переживай.

- Дим, - Зоя подошла к нему ближе и взяла за руку, - я тебе так благодарна, ты… ты не мог бы мне дать немного времени. Привыкнуть к тебе, а?

- Ну конечно, Зоя, что ты? Все в порядке, я же обещал подождать.

- Спасибо. – Девушка обняла его за талию, скрестив руки за его спиной. Она почувствовала его руки, обнимающие ее за плечи и то, что он прижался губами к е волосам на макушке, кажется, вдохнув их запах. Было немного неуютно, но девушка не спешила отстраниться – нужно привыкать к нему, если она, в самом деле, решилась остаться здесь.

Через неделю Зоя сама позвала его в спальню, смущаясь и поясняя, что ей неудобно занимать его кровать, в то время как он ютится на диване. Однако когда парень попытался ее поцеловать перед сном, она напомнила ему о своей просьбе, сказав, что еще не готова. Спустя несколько дней они уже не испытывали смущения оба, когда в обнимку смотрели телевизор и ее голова покоилась на его плече до самого утра.

В ночь перед отбытием в Анапу, Зоя, наконец, позволила себя поцеловать. Не стала сопротивляться, когда он, нависнув над ней, вдруг потянулся к ее губам. Ей понравилось, как Димка ее целовал, не так как Слава – очень нежно. У него губы были чувственными, мягкими, он не впивался в нее, не прикусывал больно. Но почувствовав, как парень увлекся, ощущая его руки под своей майкой, Зоя оттолкнула его от себя.

- Прости…. – Дима, тяжело дыша, прижался губами к ее лбу. - Прости меня….

В Анапе они почти не бывали дома, все свободное время днем проводили на пляже, а ночью в местных клубах. Целовались часто и при каждом удобном случае. Для следующего же шага не годились условия их проживания в квартире брата с его женой, которые, к слову сказать, очень радушно встретили Зою. Дима представил ее своей девушкой, Зоя спорить с этим утверждением не стала.

Славу за тот месяц, что они провели в Анапе, Зоя почти не вспоминала. Нельзя сказать, что она вдруг загорелась к Диме неземной любовью, но все же она очень тепло к нему относилась и ни разу не пожалела о том, что согласилась на его предложение. Понимала Зоя и то, что после возвращения их отношения должно перевести на более близкий уровень. Умом понимала, а сердцем еще не хотела с ним близости почему-то. Хотя поцелуи его нравились ей с каждым разом все больше. Девушка все ждала, что у нее ёкнет как тогда, со Славой. Слава был у нее первым и единственным и она просто не представляла, как это… с другим…. Невозможно. Не укладывалось в голове.

Ёкнуло у нее, когда она увидела Славу на пороге Диминой квартиры.

Она ждала этот момент, знала, что однажды он наступит. Но все же не переставала надеяться, что серьезный разговор состоится все-таки за пределами ее нового дома и без ее присутствия. Она думала, что Дима, понимая ее состояние, не позволит Славе лишний раз тревожить ее сердце воспоминаниями. Дима так и поступил бы, если бы успел.

Не успел.

Зое потребовалась вся ее выдержка для того, чтоб сохранить лицо. Закрывшись в комнате, она слышала, как Димка ушел со Славой в подъезд. Лишь после щелчка замка она осмелилась выйти, и на цыпочках приблизившись к двери, прислонилась к ней ухом, приготовившись слушать.

Она волновалась, не зная, что скажет Славе сейчас Дима, боялась разочароваться в нем. Она уже начала привыкать к нему и сейчас, перебирая в памяти события последних месяцев, не могла не признать, что так, как Дима к ней еще не относился никто. Мама ее правильно говорила – отношения, где ее любили и берегли ей нравились гораздо больше прежних. Оставалось только забыть Славу, и Зоя теперь верила, что Дима поможет ей в этом. Верила в них. И что скрывать, она ждала, что Дима сейчас порвет со Славой все отношения, потому что она не представляла, как они будут общаться дальше втроем. А в глубине души ее зрела мстительная радость от того, что она лишила Славу его лучшего друга. Девушка почти чувствовала себя отомщенной.

Спустившись вслед за другом, Слава прислонился к стене, приготовившись слушать Димины объяснения. Тот протянул ему приоткрытую пачку сигарет. Слава вытащил одну, щелкнул зажигалкой прикуривая. Некоторое время курили молча. Слава смотрел на Диму, Дима смотрел в стену.

- Когда вернулись? – Вячеслав, наконец, нарушил затянувшееся молчание.

- Сегодня ночью.

Снова пауза. Атмосфера заметно накалялась.

- У Зои красивый загар.

- Угу…. А вы как отдохнули?

- Хорошо.

- Катьку-то привез?

- Привез.

- Целую… или частично?

- Целую. – Слава усмехнулся. – Пытался потерять ее в пещерах на экскурсии. Не получилось, к сожалению. Выбралась.

Снова повисло тягостное молчание. Ребята нервно курили. Ни один не знал что сказать.

- Черт! – Не выдержал Слава. – Дим, да как так-то, а?!

- Ты что, не знал, что она нравилась мне с первого курса?

- Знал.

- Тогда о чем ты спрашиваешь?

- Ты нашу дружбу из-за дырки проср*л. – Слава нервно смял сигарету пальцами, отшвырнул в угол. – Поверить не могу.

- Еще раз отзовешься о Зое в таком тоне, в бороду получишь, ясно? – Дима спокойно смотрел на него. – Я себе не позволяю твою жену оскорблять.

- Хорошо. – Слава нервно процедил. – Из-за девушки….

- Я люблю ее, и с этим ничего не поделать. Я вижу ее своей женой, я хочу, чтоб она родила мне детей. В ней мое будущее, почему я должен отказываться от него для того, чтоб тебе спокойнее спалось? Здесь выбор очевиден….

- В общем, ясно. Удачи, друг, - Слава шагнул к лестнице и, не поворачиваясь, добавил, - желаю здравствовать.

- И тебе не хворать.

Услышав, как захлопнулась дверь подъезда, Дима медленно поднялся домой.

Зоя прислушивалась к его шагам, сгорая от нетерпения скорее увидеть его, и едва Дима переступил порог, она кинулась ему на шею и приникла к губам. Жарко поцеловала, прижалась к нему всем телом.

- Зоя… - Дима удивленно посмотрел на нее, слегка отстранив от себя и изогнув бровь, - ты чего? Все в порядке?

- Иди сюда. – Зоя, толкая парня в грудь, оттеснила его в спальню и уронила на кровать.

- Эй, - он увлек девушку за собой и, уронив на спину, склонился над ней, - что происходит?

- Хочу тебя…. – Руки девушки потянули с него майку.

- Как хочешь? – Димина рука нырнула под резинку Зоиных шортиков, помогая ей снять их.

- Сверху хочу!

Парень откинулся на спину, помог ей устроиться на себе.

- Распусти волосы, - хрипло прошептал, глядя на нее, - пожалуйста….

Зоя, вскинув руки, сняла с себя майку, и распущенные волосы рассыпались по ее худеньким плечам и стройной спине. Димка зарылся пальцами в густые темно-русые пряди и притянул девушку к себе, целуя ее губы.

Зоя ждала немного болезненных ощущений от проникновения Димы в ее тело. Тех, что она часто испытывала со Славой, но их не было. Почувствовав его в себе, увидев, как потемнел его взгляд, девушка откинула голову назад и отдалась его рукам, теперь совершенно уверенная в том, что все будет хорошо.

Когда позже Зоя лежала рядом со спящим парнем, вглядываясь в его лицо в полумраке комнаты, она испытывала странные чувства нежности к нему, смешанной с горечью от того, что все-таки произошло.

Она была удовлетворена и более того, приятно удивлена близостью с ним. Все-таки ей почему-то казалось, что ни с кем кроме Славы она никогда не сможет заниматься сексом. Смогла. И даже получить от этого удовольствие смогла. И Димкина любовь ее сегодня затопила и нежный, срывающийся голос, шепчущий признания все еще звучал в памяти. И все же что-то в глубине души точило ее занозой, тревожило, и слезы наворачивались на глаза.

В тот вечер Зоя еще не знала, что через месяц, Дмитрий официально попросит у ее родителей разрешения взять ее в жены. Что на свадьбе, которая состоится через год, в последний раз перед выездом в ЗАГС оглядывая себя в зеркало, она смахнет со щеки случайную слезинку, вспоминая, как мечтала когда-то, что другой человек будет держать ее под руку, ведя к новой жизни под аккомпанемент свадебного марша.

Не знала она и того, что после свадьбы она все реже и реже будет вспоминать свой неудачный роман со Славой, анализируя его и приходя к удивительным для себя выводам, о которых раньше она и не подумала бы. Все познается в сравнении – смысл этого высказывания лишь тогда станет ей до конца понятен. И скоро Слава совсем исчезнет из ее мыслей, вытесненный огромным чувством любви и благодарности к мужу.

Не думала Зоя и о том, что лет через двадцать, прогуливаясь со старшим сыном по дорожкам парка, она услышит, как кто-то зовет ее по имени и, оглянувшись, в случайном прохожем не сразу узнает свою юношескую любовь. Что они со Славой перекинуться несколькими дежурными фразами, оба стремясь быстрее разойтись в разные стороны и вернуться к своим делам. А по дороге домой Зоя впервые задумается, когда он навсегда стерся из ее памяти? Когда она рожала первенца, а Димка рядом держал ее за руку? Или потом, когда она замечала, с какой любовью он смотрел на нее, с сыном на руках. Или когда он, волнуясь, впервые заговорил о втором ребенке. Или тогда, когда у них родилась долгожданная дочь, и она впервые увидела в глазах мужа слезы.

В тот далекий день, в будущем, Зоя, наконец, согласится обвенчаться с Димой. Но все это будет не скоро. Сейчас же девушка боялась загадывать, к чему ее приведет все происходящее в ее жизни.

А Слава, вернувшись домой, обнаружив что дома он один и компанию составить ему некому, закрылся на кухне и напился в одиночестве.

Глава 24

Катя, напевая себе под нос, звонила в дверь Славиной квартиры. За дверью было подозрительно тихо. Девушка позвонила еще раз, размышляя о том, что ей давно пора бы сделать комплект ключей. Наконец внутри послышались шаги и дверь, щелкнув замком, открылась. Катя вошла в темный коридор, включила свет и увидела Славу, подпирающего плечом стену. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нее, не произнося ни слова.

- Привет! – Катя разулась и, подойдя к нему, чмокнула в щеку. – А ты что, уже от Димки вернулся?

Она пошла в комнату, по дороге не переставая рассказывать о том, как прошел ее день.

- А я у родителей была. Папа дал мне карту с деньгами на новые наряды к началу учебного года. Поехали со мной завтра по магазинам, посоветуешь мне что-нибудь, а я тебе куплю носки. – Девушка улыбнулась собственной шутке, закрываясь в комнате и стягивая с себя джинсы. Настроение было просто замечательным.

Переодевшись в трикотажное платице, Катя пошла на кухню.

- А где мама? А что это? Ты пьешь что ли? – Она взяла в руки бутылку, стоящую на столе, поднесла к глазам. – Ты же это другу вез.

- Нет у меня больше друга. – Трагическим тоном, наконец, ответил ей Слава.

- Как это нет? – Катя, прижав ладонь к груди, опустилась на табурет. – Что случилось?

- Ничего. – Парень сжал зубы, плеснул в рюмку содержимое бутылки, выпил. – Дима теперь с Зоей живет.

- Господи, Слава! – Катя выдохнула облегченно. – Я думала, что-то с ним стряслось…. Да это ж ерунда какая!

- Да, конечно ерунда. Я всего лишь друга потерял, с которым вместе вырос, подумаешь. Новые наряды гораздо важнее, правда ведь? – Катя не замечала состояния мужа. Какая-то приятная легкость от того, что возможная соперница ее теперь пристроена и больше не вмешается в их жизнь, мешала ей разглядеть то, что творилось со Славой.

Она если честно иногда думала о том, встречался Слава с Зоей после возвращения с Алтая или нет. А спросить, конечно, не могла. Но мысли эти ей радостей в жизни не добавляли.

- Да ладно тебе, расслабься. Этого следовало ожидать, к тому все и шло. Вся ваша эта дружба втроем – все знали, что тут что-то не чисто. Скорее всего, она давно уже с вами обоими…хм… дружила….

- Это только твой извращенный маленький мозг мог предположить.

- Нет, это ты был настолько самоуверен, что не замечал того, сколько времени они проводили вдвоем. Думал, ты настолько крут, что друган у тебя девушку увести никогда не осмелится, да? Удивлен?

Слава сердито засопел, буравя ее глазами. Катя же невинно смотрела на него, радуясь тому, что ему нечем ей возразить.

Слава поднялся из-за стола, качнувшись, шагнул к серванту и достал с полки вторую рюмку.

- Это зачем?

- Это тебе, дорогая. Друга я из-за тебя потерял, теперь ты будешь мне компанию составлять, привыкай….

- Да причем здесь я?

- Ты! – Он вдруг сильно ударил кулаком по столу, так что девушка испуганно вздрогнула и наконец, внимательнее вгляделась в его лицо. – Ты мне всю жизнь испортила! Пей.

Он наполнил вторую рюмку и пододвинул к Кате.

- Не буду….

- Пей, я сказал!

Катя решила не спорить и поднесла к губам рюмку. Содержимое ее было отвратительно горьким на вкус. Девушка закашлялась и зажала рот ладонью.

- Из-за тебя, - Слава пьяным жестом показал на нее пальцем, - я разочаровался в Зое. Это ты сделала фотографии, которые она расклеила. Ты всю эту кашу заварила. И Димка Зою утешил тоже из-за тебя.

- Конечно, я одна во всем виновата. Да он все равно подкатил бы к ней рано или поздно. Не могут парень с девушкой так много времени проводить наедине и не переспать в итоге.

- Да? А мы с тобой живем в одной квартире, Кать, и что?

- Мы с тобой не спим, потому что я этого не хочу! – В Кате заговорила обида. Его напрасные обвинения, и самое главное, то, что он себя вел все это время так, словно на Алтае между ними ничего не было, наконец, вывели ее из себя. А еще ее взбесило то, что он тут страдания по Зое заливает.

- Да ты что? – Слава удивленно посмотрел на нее и улыбнулся. – Так вот оно в чем дело, а я-то думал…. Значит, не хочешь?

- Не хочу!

- И поэтому между нами нет секса?

- Поэтому. – Катя встала из-за стола.

- А если бы ты хотела, то он непременно был бы, да? Это ты у нас решаешь?

Девушка молча отвернулась и хотела уйти.

- А ну стой! – Слава догнал ее в коридоре и схватил за руку.

- Пусти! – Катя забилась, пытаясь вырваться, но Слава потащил ее за собой в комнату и закрыл дверь.

- Сейчас посмотрим, от кого зависит наличие секса в нашей семье. – Бормотал он, подтаскивая сопротивлявшуюся девушку к постели.

- С ума сошел? – Катя испуганно смотрела на него. – Отпусти, говорят тебе! Мама сейчас придет….

- Ну и что? – Слава развернул ее спиной к себе и толкнул на постель. – Мы взрослые люди и ты моя жена, помнишь?

- Я кричать буду! – Катя все еще пыталась вырваться.

- Конечно, будешь! Но лучше кричи в подушку – нечего народ за стеной пугать.

Он заставил ее упереться руками в постель, но девушка брыкалась и пыталась лягнуть его пяткой. Тогда Слава вздохнув, подтянул ближе подушку и уткнул Катю в нее лицом, одной рукой удерживая затылок девушки, второй расстегивая свои джинсы и задирая ее платье.

Катя сначала попыталась вырваться, упираясь руками, она старалась поднять голову, потом, осознав, что ее усилия бесполезны, затихла, положив руки ладонями вниз по обе стороны подушки в знак того, что она сдается. Слава убрал руку с ее затылка и позволил ей вдохнуть воздуха.

- Ты сумасшедший извращенец. – Тихо проговорила она, уже, однако, не пытаясь вырваться.

- А ты стерва. – Он провел ладонью по ее ягодицам, спустил трусики.

- Переверни меня, мне так не нравится. – Вот тут Катя лукавила – коленно-локтевая поза была известна ей только теоретически. Катя считала, что заниматься сексом вот так ниже своего достоинства. Володя пытался настаивать, за что получал регулярные отлучения от Катиного тела. Подруги крутили у виска и говорили, что она не понимает, что теряет, однако Катя была в этом вопросе категорична (как собственно во многих других неизвестных ей сферах жизни). Нет, это унизительно стоять перед мужиком на коленях, они бы ей еще минетом заняться посоветовали.

А еще эта поза казалась ей смешной. А Катя в жизни не позволила бы себе быть смешной. Она всегда считала, что в сексе она смотрится красиво. И только в ту ночь со Славой все эти глупые мысли ни на миг не посетили ее голову.

Славина ладонь легла между ее лопаток, принуждая прогнуть спину. Она услышала, как упали на пол его джинсы, не удержавшись на бедрах, поняла, что он оттолкнул их ногой куда-то. Вся эта ситуация, она в этой позе, беспомощная…. Все это до дрожи возмущало ее. Но вот тело ее вспомнило Славины руки, его ласки и вопреки разуму, который злился на то, как парень сейчас поступает, жаждало их и того, что за ними должно было последовать.

Слава, однако же, не торопился, а медленно сдвигал к затылку платье, обнажая ее спину. Когда пестрая ткань свалилась с Катиной шеи, он нежно прошелся по позвоночнику кончиками пальцев, отчего кожа ее тут же покрылась мурашками. Катя, кажется, даже почувствовала, как у нее на затылке поднялись тонкие волоски.

Слава кончиком пальца обвел окружность родимого пятнышка, а после его рука скользнула вниз и легла на ее грудь. Вобрала ее в ладонь, сжала нежно, а потом выпустила из своего захвата и двинулась вниз.

А Катя уже не думала о том, как она со стороны выглядит. И дрожала она уже не от возмущения, а от предвкушения тех потрясающих ощущений, что она испытала с ним на Алтае и никак не могла забыть. О которых не переставала мечтать каждую ночь.

Ну и наплевать, что он так наказать ее за то, что она его раздражает, решил. Разве это важно?

Его ладонь тем временем добралась до ее живота и замерла на нем. Вторая рука, держащая ее за бедро, легла на поясницу и через секунду Слава, резко дернув ее на себя, вошел в нее до основания.

Катя всхлипнула и замерла. Только ее руки судорожно сжали ткань платья, валявшегося рядом. Она не мигала и едва дышала, прислушиваясь к себе и к ощущениям, что вызывали в ней размеренные и сильные движения парня за спиной. Что-то у нее внутри сжималось все сильнее и сильнее, словно пружина затягивалась все туже. Словно душа заходилась. И от каждого толчка сильного мужского тела, волны будоражащего удовольствия растекались по ней.

Слава поставил одну ногу на постель, отчего проникновения стали глубже, а ощущения острее. Катя уже не могла сдержать стоны, которые он выбивал из ее тела каждым толчком. Ей казалось, эта мука сладкая никогда не закончится и не понимала, к чему ее должен был привести Слава, к какому финалу. Ведь если этим ощущениям есть закономерный исход, переживет ли она такой шквал эмоций? Ответ на свой вопрос она получила немного позже, когда его ладонь с ее живота переместилась ниже. Пальцы нашли самую чувствительную точку ее тела, и принялась вытворять с ней такое, что девушка уткнулась лицом в ту самую подушку и так сжала в кулачках платье, что ногти впились в ладони сквозь тонкую ткань.

Наслаждение накатывало волнами, одна за другой. На грани сознания она поняла, что движения Славы стали резкими и словно рваными, он впился пальцами в ее тело и глухо застонал. Качнулся в нее еще пару раз и остановился. А потом они рухнули на постель оба, тяжело дыша, не в состоянии даже говорить, не то что шевелиться. И все же Катя нашла в себе силы повернуться к Славе лицом. Он лежал с закрытыми глазами и улыбался. Девушка провела рукой по его щеке, стерла испарину со лба. Слава перехватил ее ладонь и поднес к губам. Все еще не открывая глаз, он поцеловал ладошку и прошептал:

- Хорошо-то как было, Зоя, правда?

Ответом ему была звонкая пощечина. А следом истеричный Катин визг.

- Как ты меня назвал?! Ты охренел что ли, Артемьев? А ну встал и вышел вон отсюда, кобель!

- Катя, не дури, - Слава, поморщившись, лениво встал на ноги и нашел на полу свои джинсы, - я всего лишь оговорился, что ты раздуваешь?

- Оговорился? – Катя лихорадочно натягивала на себя платье, не замечая, что надевает его на левую сторону. – Оговорился, да? Лучше признайся, что представлял ее на моем месте. Вот уж чего со мной никогда не случалось, так это чтоб меня… вместо кого-то!

- Ты совсем больная, Кать? Сказал же, оговорился. И переодень платье – бита будешь.

- Пошел ты. Выйди вон и никогда больше, ты слышишь меня, никогда больше не смей ко мне прикасаться. Иди и Зою свою… Димка поделится, вы же друзья.

- Заткнись, Катя. И не волнуйся – не трону больше. Даже если сама попросишь.

- Не дождешься! – Девушка смотрела, как Слава вышел за двери, и упала лицом в многострадальную подушку.

Он же, выпустив пар, завалился на свой диван в гостиной, и когда Светлана Алексеевна вернулась от старой знакомой, которую периодически навещала, он крепко спал, отравляя воздух алкогольными перегарными парами.

А Катя в ту ночь долго не могла уснуть. Переваривая в себе то, что произошло, ненавидя себя за то, что позволила ему завалить ее на постель в нелепой позе, да еще и удовольствие от этого получила нереальное. А он в этот момент с Зоей сексом занимался, и Димке мстил – какая прелесть! Катино самолюбие было не просто ранено – оно было ранено смертельно.

Но что ей было делать? Когда он «успокаивал» ее подушкой, Катя действительно испугалась, что он, пьяный, сейчас увлечется и придушит ее. Ну а дальше его умелые ласки сделали свое дело – девушка потеряла голову, отдавшись своим чувствам и ощущениям. И от этого сейчас было горько.

Черт побери эту Зою, вот кто бы знал, что она к этой серой мышке когда-нибудь станет ревновать! Да еще было бы к чему, так нет – к Славиным фантазиям. Кому расскажи – не поверят.

* * *

Утром Слава проснулся в прекрасном настроении. Правда щека немного побаливала, словно по ней кто-то хорошенько приложился ладонью. Зато не было привычной за последние пару недель утренней эрекции.

Вчерашние события отрывками всплывали в памяти, и Славе стало немного стыдно – вел он себя вчера как животное – напал на Катьку, чуть не задушил…. Когда он стал пользоваться подобными методами для соблазнения женщины? Хотя надо признать – метод действенный. Да и довела она его сама… язва желудка….

Слава на короткий миг задумался о том, стоит ли принести девушке извинения за вчерашнее девиантное поведение, но вспомнив о том, что она вчера тоже получила удовольствие, передумал. Насчет того, что он спьяну назвал Катю Зоей, извиняться не собирался. Слава еще вчера объяснил Кате, что оговорился и если она не верит ему, а верит в свои какие-то фантазии – это ее проблемы.

А он оговорился. В самом деле оговорился. Наверное, встреча с Зоей, разговор с Димой, пьянство в одиночестве и мысли о том, что произошло – все это спровоцировало его на то, что вместо имени жены с его губ сорвалось совсем другое имя. Так бывает, кто хоть раз да не называл собеседника чужим именем?

Не представлял он Зою на месте Кати, он что, совсем ненормальный? Катя была совсем другой. И эта ее спинка, черт, ее чудесная спинка – еще ни к одной он не испытывал подобной тяги. Как красиво она сужалась к талии, а потом плавно переходила в попку – таких совершенных линий он не видел ни у одной девушки….

А Зоя – это теперь пройденный этап. Вчера он подвел черту под этими отношениями и сегодня утром проснулся с ощущением предвкушения чего-то нового впереди. А на то, что было, он оглядываться не станет.

Слава, насвистывая, пошел в душ. По дороге заглянул на кухню и увидел там маму. Она пекла блинчики на завтрак. Катя видимо еще спала.

- Привет, мам. – Он потянулся к ее щеке с поцелуем.

- Ты как сынок? – Обеспокоенно спросила женщина. – Сильно из-за Димки и Зои расстроился? Ты не переживай – дело-то молодое….

- Откуда ты знаешь? – Спросил, прервав ее причитания.

- Так, мне Катя рассказала…. Я вернулась, ты спишь, пьяный, еще и во сне что-то бурчал, пытался куда-то пойти…. Я Катю спросила по какому поводу праздник, она сказала, что Зоя к Диме ушла, а ты расстроился, вот и напился…. Правда что ли, сын?

- Мам…. – Слава иронично изогнул бровь и, схватив с тарелки готовый блин, свернул его и отправил в рот.

- Хватит уже сынок, пьянствовать, скоро на учебу, пара дней каникул осталась….

- Мама, я сам знаю. – Слава ушел в душ, по пути доедая горячий блинчик.

Там он открыл кран, и, скинув одежду, встал под холодную воду – нужно было освежиться и привести мысли в порядок. А то в голове после вчерашнего шумело нереально. Жаль он Димке вчера не вручил гадкое пойло – пусть бы он сегодня с похмелья болел.

От мыслей о бывшем друге снова стало не по себе, но Слава быстренько пресек их течение, переведя в другое русло.

Так он и стоял, упершись руками в кафельную стену и наклонив голову, подставив ее под прохладные струи, когда дверь без стука открылась и вошла Катя.

- Привет. – Она больше не краснела, разглядывая его. – Я тебя предупредить хотела.

- О чем?

Девушка, ничего не ответив, повернулась к нему спиной и стянула шорты до середины ягодиц, демонстрируя темные отметины на нежной светлой коже.

- Не смей больше меня метить, понял? Я тебе не Зоя. Если ей нравилось в синяках ходить, то я подобного не позволю….

- И что сделаешь?

- Хочешь об этом узнать? – Катя вернула шорты на место и повернулась к нему. – Не советую.

- Мы такие смелые. – Слава улыбнулся, глядя на девушку, его забавлял ее грозный вид и то, что она пыталась его напугать. – Я же обещал – я тебя больше пальцем не трону.

- Надеюсь, не забудешь о своем обещании.

- Не сомневайся. И выйди, как не стыдно на меня пялиться. А еще приличная девушка….

Катя, напоследок окинув его ироничным взглядом, вышла, закрыв за собой дверь.

Слава откинул голову назад, чувствуя, как вода плещет в его лицо. Становилось уже слишком холодно. Парень повернул вентиль и через несколько минут вышел из ванной.

Катя в тот день уехала по магазинам одна. Позвать его в качестве компании для шопинга она больше не пыталась. Вернулась ближе к вечеру, увешанная пакетами с покупками.

Покопавшись в одном из пакетов, она вытащила из него галстук.

– Красивый? Это я папе купила. – Видимо ее настроение заметно поднялось.

Слава покивал, сдерживая улыбку. Он представил, как ректор будет ходить на работу в этом милом галстуке, черном, усеянном маленькими зелеными вишенками. Катя видимо над отцом решила подшутить. Судя по ее задорной улыбке, так и было.

- Ох, как же я могла забыть?! – Девушка картинно хлопнула себя ладонью по лбу. – Я же для тебя…. Погоди!

Она бросила отцовский галстук и унеслась в свою комнату, через секунду вернулась и торжественно вручила Славе яркий пакет.

- Это тебе, дорогой.

Она отошла на пару шагов назад, и наблюдала за ним, всем своим видом демонстрируя нетерпение. Она чуть не прыгала на месте, пока он, покосившись на нее, не сунул в пакет руку. Нащупал что-то твердое и цилиндрическое, достал этот предмет и удивленно уставился на кожаную плетку.

- Нравится? Вот, родной мой, это тебе наборчик для садо-мазо игр. Ты у нас оказывается, любитель. Теперь ты экипирован и можешь отправляться к Зое и пользоваться моим подарком на полную катушку. О, не благодари меня!

Она подошла ближе и вытащила из пакета шорты из латекса и пару кожаных ремней.

- Хотела еще маску купить, но денег не хватило…. – Бормотала она, прикладывая шорты к джинсам опешившего парня. – А подушку можешь дома взять.

Слава, придя в себя, молча замахнулся на девушку плеткой и она взвизгнув убежала в комнату. И там, судя по звукам, баррикадировала дверь.

- Слава, а что происходит? – На пороге стояла Светлана Алексеевна, привлеченная Катиным недавним криком. Она смотрела на загадочный предмет в руках сына. – Это что? Нагайка что ли? Катьку воспитывать взялся? Сын, ты сдурел, она же девушка.

- С…терва она…. – Процедил парень сквозь зубы и швырнул плетку в угол.

И во избежание разговоров на эту тему и от греха подальше собрался и ушел в мастерскую.

Недавно Павел предложил ему и еще двоим их друзьям попробовать начать собственное дело. Суть в том, что работая в мастерской, ребята занимались в основном ремонтом автомобилей, техобслуживанием, шиномонтажем и продажей резины, дисков и смазочных материалов. Автотюнинг же являлся исключительно их собственной инициативой, в массы продвигался из уст в уста. В рекламе хозяин мастерской подобного вида услуг не отмечал, а часть прибыли за это к себе в карман класть не забывал. Вот ребята и задумались однажды, что если организовать авто тюннинг ателье, которое будет заниматься не ремонтом машин, а исключительно их доработкой, изменением как внешнего вида, так и доводкой двигателя и прочего, выхлоп от этого будет солидный и делиться ни с кем не придется.

Павел, благодаря своим связям, обещал обеспечить финансовую и юридическую стороны этого дела, Слава же должен был заниматься рекламой будущего предприятия. Парень еще ничего не решил, ведь в отличие от Пашки, который в случае если дело прогорит всегда найдет, чем заняться, да и родители с голода умереть не дадут, ему было что терять. Да и рискованная была затея, что ни говори – в небольшом провинциальном городе разворачивать такую деятельность…. Это ведь не столица, будет ли спрос? Хотя, с другой стороны, спрос был….

В общем, Слава направился к Пашке для очередного серьезного разговора и непременного взвешивания всех «за» и «против». Проторчал в мастерской парень допоздна – к Пашке приехали на машине две подружки с просьбой проверить, что и где стучит под капотом, вот он и развлекал их, пока тот пытался определить и устранить причины неисправности автомобиля. Девчонки, хлопая ресницами и призывно облизывая губки, звали его и Павла продолжить где-нибудь вечер, но Слава отказался почему-то. Пашка на вопросы подружек, почему его симпатичный друг такой занудный, пояснил, что Слава не нудный, а женатый, причем жена его красавица, так что ловить здесь нечего. Девушки, сделав на прощание такие лица, словно Слава безнадежно больной, уехали, а сам он, испытывая желание накостылять приятелю по шее за лишний базар, отправился домой.

Катя же, весь вечер просидела в комнате, боясь высунуть нос за подпертую письменным столом дверь. Непонятно, конечно, чем она думала, вручая парню подобные подарки, но уж слишком ее обидело и задело то, что он обозвал ее Зоей. Если Зое нравилось вот такое проявление чувств, пусть валит к ней и ей синяки на попе ставит….

Она, конечно, простила бы ему подушку. Она на самом деле хотела его, а он ей воспользовался для того чтоб нервный стресс от того что девушка к другу ушла, снять.

Снова вспомнив Славино лицо, когда он достал из пакета плетку, Катя нервно рассмеялась. Он такие выходки просто так не оставит, обязательно что-нибудь придумает в отместку. Хотя, по большому счету, ничего страшного не произошло. Ну, подшутила немножко…. Подумаешь…. Однако отодвигать от двери стол, Катя так и не решилась.

Услышав, как он вернулся домой, девушка вся подобралась и даже уселась на стол сверху, приготовившись защищать свою территорию от вторжений. Но Слава к ее комнате и не подошел. Видимо успокоился и отложил месть до лучших времен.

Катя тогда не знала, что горячая вода в ванной комнате регулировалась вентилем, расположенным под раковиной на кухне. Она даже не подозревала что однажды утром, когда она, принимая душ, уже успеет намылить голову, на нее польется ледяная вода. И что Слава, слыша ее визги из ванной, будет насвистывать, подбрасывая в руке разводной ключ.

Нет, не дождавшись ответных действий в течение суток, она решит, что Слава оценил ее шутку юмора и спокойно заживет себе дальше.

Через несколько дней ребята вышли на учебу – начался новый учебный год. Приехали в институт они вместе, вместе поднялись в аудиторию и сели за одну парту. Скрывать свои семейные отношения больше не было смысла, демонстрировать враждебность по отношению друг к другу тоже – все слишком изменилось в их жизни за короткое лето.

От отца Катя узнала, что Дима и Зоя недавно забрали документы и вроде переводятся сейчас в другой ВУЗ. Девушка тут же поделилась новостью со Славой, на что услышала исчерпывающий ответ: эти двое его больше не интересуют и ему параллельно, где они будут учиться здесь или где-то еще. Однако Катя не могла не заметить горечь, которую он скрывал за своей бравадой и то, как потом он все сжимал нервно челюсти, о чем-то думая.

С Томой, Таней и Юлей Катя и здороваться не стала. Отвернулась только, усаживаясь за парту рядом с мужем и пытаясь избавиться от ощущения чужих взглядов, буравящих ее спину.

Ничего, не так уж они на самом деле были ей нужны. О том, чтоб извиниться перед Юлей, Катя еще пока не думала.

Глава 25

- Что за девица терлась об тебя на крыльце?

- Тебе-то какая разница?

- Мне есть разница – весь институт в курсе, что ты мой муж, и заигрывая с первокурсницами ты меня выставляешь дурой.

- Ты дурой сама себя выставляешь.

- Поаккуратнее на поворотах!

- Потише, мы на лекции вообще-то. – Слава огляделся на, уже поглядывающих на них с соседних парт, однокурсников.

- Да мне наплевать!

- Так Артемьевы! – Раздался голос преподавателя. – Я понимаю, что вы молодожены и у вас очень пылкие отношения, но дисциплину в аудитории на моих лекциях еще никто не отменял!

Катя вспыхнув пробормотала что-то очень отдаленно напоминающее извинения и обратилась к Славе уже шепотом:

- Так кто она?

- Староста четвертой группы первого курса. Подходила насчет выездной школы актива….

- Какой школы актива? – Катя, сморщив бровки, пыталась понять, о чем он.

- Выездной, Кать. Ты что на первом курсе в «Метелицу» на школу актива не ездила?

- Нет, конечно!

- Ну, даешь! Много потеряла. Так вот, мы с подшефными первокурсниками, в четверг едем в дом отдыха до воскресенья.

- И ты поедешь? – Катя удивленно смотрела на него.

- Конечно! Мы каждый год с Зоей ездили.

- Ты поедешь с этой блондинкой?

- Я поеду не с блондинкой, а с активом и с парой преподавателей, а в чем проблема-то, Кать?

- Ни в чем. – Катя насупилась и замолчала.

- Ревнуешь? – Слава лукаво улыбнулся, наблюдая за девушкой.

- Вот еще! – Презрительно хмыкнула она.

- Тогда не понимаю твоих переживаний.

- Я переживаю за твой моральный облик и за свой – мы теперь с тобой две половинки, помнишь? Ты там напьешься и начнешь первокурсниц в подушку лицом успокаивать, а краснеть придется потом мне.

- Да с чего ты взяла? И вообще забудь ты про эту подушку!

- Сейчас прям! – Катя окатила его гневным взглядом. – Ты меня чуть не задушил, извращенец.

- Ты мне это уже говорила. - Слава закатил глаза и отвернулся.

- Артемьевы! – Снова обратился к ним преподаватель, прервав лекцию. – Мы вам не мешаем?

- Нет. – Нервно буркнула Катя.

- Замечательно. – Кажется, мужчина расслышал. – Тогда продолжим.

Он снова повернулся к доске, продолжая чертить на ней какие-то схемы и делать необходимые пометки во время лекции. Катя некоторое время сидела молча, потом не выдержала.

- И все же, она на тебя липла.

- Тебе показалось. Но, в любом случае, не понимаю, чего ты злишься. Вот гляди, Васильев на тебя пялится, так я же не психую. Мне все равно.

- Он на меня пялится со второго курса. – Катя мельком глянула на парня, о котором говорил ей муж. Он сидел чуть позади нее, на соседнем ряду, так что, наверное, ничто не мешало разглядывать ее от каблучков туфелек до кончиков волос. Это был парень с другой группы, с которым девушка за все время учебы и пятью словами, наверное, не перекинулась. Иногда он, увидев ее, пытался что-то промямлить, краснел, заикался и шел мимо, втянув голову в плечи. Катя считала его забавным и безобидным. И на его интерес внимания не обращала никогда. То, что его пылкие взгляды заметил Слава, навело на определенные мысли. – Все равно, да?

Девушка закинула ногу на ногу и покачала туфелькой. Рука ее легла на бедро и чуть-чуть, на сантиметр потянула вверх узкую черную юбку, доходящую до колен. Слава молча наблюдал за ней, иногда поглядывая за ее плечо. Что он там видит, Катя не знала, но догадывалась.

Еще несколько минут и пара сантиметров вверх, не переходя дозволенных границ, и все более плотно сжимающиеся губы Славы. Еще чуть-чуть и он повернулся вполоборота к ней, одернул юбку, сжал колено девушки ладонью, обнял второй рукой за плечо, грозно зыркнув за ее спину.

- Что не так? – Невинно поинтересовалась Катя. – Ревнуешь?

- Стыдно мне за тебя, дуру, кого пытаешься из себя изобразить? И перед кем стараешься? К кому мне тебя ревновать? К этому убогому?

Катя сбросила его руку со своего плеча и уткнулась в тетрадь.

Ребята проучились уже больше месяца и подобные пикировки на занятиях не были редкостью. Преподаватели каждый раз одергивали их, но Катя и Слава свой темперамент усмирить не могли.

Дома они жили соседями, ругались редко, в основном подкалывали друг друга, но и сближаться не торопились. Теперь уже не только Слава гордо игнорировал Катю, но и она после того, как он назвал ее Зоей, включила чувство собственного достоинства и ни взглядом ни жестом не давала понять, что он ей в принципе интересен. А вот сегодня не сдержалась, а все потому, что на перемене увидела, как Слава на крыльце любезничал с какой-то девицей. И как она невзначай прижималась к нему, и как ресницами хлопала, и в глаза ему заглядывала, она тоже успела заметить. Все эти приемы были ей известны, что греха таить – сама пользовалась и, кстати, на Славе их применяла по весне…. Правда безрезультатно. Но тогда он был с Зоей и не смотрел налево, а теперь….

До четверга Катя тему предстоящей поездки не поднимала, надеялась на то, что Слава сам догадается не ездить. Но он уехал. Девушка молча проводила его, подвезла до вокзала и холодно приняв благодарственный поцелуй в щеку, отчалила на пары.

Мероприятие, куда только что Катерина проводила мужа, представляло собой сбор студентов-первокурсников, размещение их в непринужденной обстановке, далекой от стен учебного заведения и проведения с ними разных тренингов, нацеленных на знакомство и скорейшее сплочение коллектива. До этой поездки первый курс напоминает неорганизованную растерянную толпу бывших школьников, после ребята зачастую находят себе друзей или компанию, в которой общаются до самого выпуска. Молодняк контролируют старшекурсники и два-три преподавателя из тех, кто помоложе и поинициативнее.

Катя на первом курсе от этой поездки отказалась. Но по слухам и от девчонок знала, что студенты со своими шефами занимаются на подобных сборах не только воспитательной деятельностью. После отбоя, все дружно употребляют алкогольные напитки, правда это держится в строгой тайне от преподавательского состава.

Катя старалась не думать о том, чем там намерен заниматься Слава, но ревнивые мысли и подозрения не давали покоя, и эти четыре дня тянулись для Кати, как четыре года, наполненные неизвестностью и сомнениями. Каким он вернется к ней? Не закрутит ли новый роман? Не переспит ли по-пьяни с той блондинкой из четвертой группы?

По ночам Катя ворочалась с боку на бок и злилась на Славу за то, что он вызвал в ней такие чувства. Вот когда он на Алтае гулькал от нее к брюнетке, она не так с ума сходила, почему? Потому что тогда он еще не был ее. Потому что тогда она не знала, а только лишь догадывалась, как это… с ним. Какой он…. И теперь, познав в его руках, что такое счастье, Катя больше не хотела им делиться ни с кем. Она может и сама пока не готова, после того, как он ее спутал, перед ним на спину ложиться, но и он не должен, не имеет права ни к кому кроме нее прикасаться!

В воскресенье встречать его не поехала и вообще, весь день перед его мамой делала вид, что ей безразлично, что он скоро вернется, и она вообще об этом не помнит. Ходила из угла в угол, пытаясь помочь Светлане Алексеевне с уборкой и готовкой, о чем-то весело ей рассказывая, пока женщина не обняла ее за плечи и, погладив по спине, прошептала в ухо, чтоб она успокоилась – Слава скоро будет дома, не нужно волноваться.

Катя вспыхнув, отстранилась и срывающимся голосом заявила, что ей без разницы на Славу. Но свекровь лишь улыбнулась ей понимающей улыбкой, и ушла стряпать сыну сладкий пирог.

- Мало ему, как будто было сладенького…. – Процедила Катя тихо, так, чтоб женщина не слышала и скривилась.

Между тем время шло, а Славы все не было. Катя уже не знала, что и думать, когда часов в восемь вечера она, наконец, услышала, как поворачивается ключ в замке, а потом его голос, приветствующий Светлану Алексеевну, вышедшую встретить сына.

Голос усталый, вроде и без привычного сарказма и иронии. Катя стояла у окна на кухне и жалела, что вовремя не скрылась в своей комнате. Она на физическом уровне ощущала, как он ходит за ее спиной по квартире, переодевается, что-то маме рассказывает о сумасшедших «первашах» перепившихся в первый же день и из-за которых чуть не досталось им. Еле-еле удалось замять скандал. Зато потом руководство в оба следило и за активом в том числе, так что расслабиться не удалось никому.

Она сразу поняла, когда он вошел на кухню и замер в дверном проеме, глядя на нее. Чувствовала его взгляд, словно он прикасался к ней, и от этого мурашки бегали по коже.

- Привет. – Он подошел к ней и обнял за талию. – А ты что не встречаешь мужа? Не скучала по мне? Я скучал….

- Да ну тебя! – Отмахнулась девушка. – Мало тебе что ли было развлечений? Скучал он….

Она вывернулась из его рук и повернулась, внимательно осматривая его с ног до головы, пытаясь увидеть, понять, какие изменения с ним произошли.

- Достаточно. – Слава пожал плечами, и когда Катя прошмыгнула мимо него в свою комнату, он не стал ее задерживать.

На следующий день в институте Катя решила прогулять лекцию и отсидеться в буфете. Но по дороге туда, она заметила в конце коридора силуэт отца, которому непонятно что понадобилось в их корпусе средь бела дня, и спряталась в женском туалете. Она неслышно притворила за собой дверь и в щелку следила, когда отец скроется за углом, чтоб продолжить путь. Неожиданно слух ее привлекли женские голоса, раздававшиеся из одной из кабинок. Кстати, оттуда же тянуло сигаретным дымом. Не часто, но студенты иногда курили в туалете, за это правда могли отчислить, но кто всерьез этого боялся?

Катя поняла, что привлекло ее внимание – имя. Бабенки в кабинке говорили о Славе. Катя замерла статуей, боясь шевельнуться и случайным шорохом выдать себя.

- …Все-таки Артемьев такой классный, - слышался голосок одной, - красавчик, веселый, а как брейк танцует, ты бы видела! Только ради этого стоило поехать на эту долбанную школу актива. Я после его кульбитов знаешь, о чем подумала? О том, что он в постели вытворяет, Боже….

Катю от злости в жар бросило. Захотелось схватить стерву за волосы, кем бы она ни была, и утопить в унитазе. Девушка сжала кулаки и приготовилась слушать дальше.

- Ну, и как он? Результат стоил ожиданий? – Спросил рассказчицу другой голос.

- А, не знаю. – Восторженный голос стал вдруг разочарованно-равнодушным. – Он на девчонок внимания обращал не больше, чем на парней. Никого не выделял, общался со всеми одинаково дружелюбно. Нет, кто бы мог подумать? Как только я не пыталась привлечь его внимание, ну, ты же меня знаешь…. Все без толку! Деревянный этот Артемьев что ли…. Или голубой? Черт, только половину гардероба напрасно туда таскала.

- Прокатил тебя Слава, значит? – Ее подружка кажется, злорадствовала. - Жаль я с вами не поехала. Я бы на это посмотрела…. Ты что не знаешь, он ведь женат.

- Ну и что, что женатый. Не мертвый же. Да и жена его ведь не стена. Да и не было ее там. И вообще, все парни изменяют, а такие, как он, тем более.

- Так он женат на ректорской дочке. Это весь институт знает. Вот повезло парню – можно ничего не делать, а красный диплом у тебя, считай, в кармане. Но для амуров это проигрышный вариант, глупо клеить его при других студентах. Не поведется. Вот если….

Дальше Катя слушать не стала. Она кулаком постучала в закрытую дверь кабинки.

- Может, хватит уже языками чесать? И вообще-то здесь нельзя курить.

Из кабинки выскочила та самая блондинка, что клеилась к Славе на крыльце и еще одна девица, видимо ее подруга. Увидев, что перед ними студентка, а не одна из преподавателей, блондинка осмелела.

- Тебе-то какая разница? И вообще… - девушка игнорировала свою подругу, толкающую ее локтем, - чужие разговоры подслушивать не красиво.

- Да? А ничего, что вы здесь достоинства моего мужа обсуждаете, а? И, кстати, он не голубой, и да, в постели с ним не сравниться никому. Я к тому чтоб вы больше эту тему не мусолили. Мы прояснили этот момент?

Подруги молча развернулись и ушли. Последнее, что успела услышать Катя, это то, как одна шепнула другой: «это его жена, тебе что, учиться надоело?». Она прислонилась плечом к кафельной стене у окна, счастливо улыбнулась своим мыслям.

«Значит, верность хранил, - думала она довольно, – хороший мой…»

Катя тут же забыла про надоедливую блондинку и душу приятно грели подслушанные случайно слова. Она и не думала впредь опасаться девушку – раз уж Слава, будучи далеко от нее не прельстился на чужие прелести, значит, и нервы себе портить не стоит. Хватило ей бессонных ночей, когда он был далеко, и она не знала, чем он занят. Теперь знает, можно спать спокойно.

Вот только ему пока ни о чем не стоит знать. Про путаницу с именами Катя забывать не хотела упрямо. Вот пусть придет еще раз, покается, извинится, еще раз скажет, что он облажался просто, тогда она подумает, прощать ему это или нет, а до тех пор, пусть на турнике подтягивается чаще и душ попрохладнее делает. Кстати, бодрит нереально.

* * *

Спустя несколько дней, Катю среди ночи разбудил звонок сотового телефона.

- Алло, - девушка спросоня жмурясь от ярко горящего дисплея, не разглядела номер звонившего.

- Катя, - голос Славы, только странный какой-то, - мама спит?

- Вроде спит…. Ты это узнать звонишь? Оригинально….

- Кать, открой дверь, пожалуйста, я ключи потерял…. Только не шуми сильно, ладно?

- Ты пьяный что ли? – Девушка выбралась из под теплого одеяла и пошлепала в коридор.

- Ты идешь? – Он не ответил на вопрос.

- Да иду, иду…. – Она, зевая, осторожно покрутила замок, стараясь, чтоб он не щелкнул, открыла дверь, пропустила Славу в квартиру, посмотрела на него… и опешила. Парень стоял перед ней весь перепачканный кровью и грязью, растрепанный, в местами порванной одежде.

- Что с тобой? – Она прижала ладонь ко рту.

- Тише, все в порядке.

В порядке – это он погорячился, конечно. Катя видела в полумраке коридора, что у парня сломан нос и заплыл глаз, и это только первичный осмотр, неизвестно что под одеждой.

- Поможешь мне?

- Конечно. – Она включила свет в ванной комнате и, склонившись над краном, принялась настраивать теплую воду. Почувствовала, как защипало в носу. Повернулась.

При ярком свете Славин вид Катю испугал. Потрепан он был основательно, и не нужно было иметь медицинского образования, чтоб определить – без больницы здесь не обойтись. Девушка, сдерживая эмоции, которые уже готовы были навернуться на глаза и выплеснуться реками слез, стянула с парня куртку, видя, как он морщится от боли, но терпит, осторожно сняла с него толстовку. Включила душ, наклонила его голову над ванной и принялась смывать кровь. Голова закружилась, а картинка вдруг стала расплывчатой и смазанной – по щекам покатились слезы от вида Славиного торса сплошь покрытого синяками и ссадинами. Катя вдохнула судорожно, чтоб успокоиться и, пытаясь говорить спокойно и так, чтоб голос не дрожал, спросила:

- Кто тебя так?

- Отморозки какие-то…. К девчонке привязались втроем, а я шел мимо и вступился. Были бы они вдвоем, я бы их ушатал, а троих….

- Вечно тебе больше всех надо. – Проворчала сердито, пытаясь сморгнуть вновь подступившие слезы.

- Посмотрел бы я на тебя, окажись ты на месте той девчонки. Сама-то на Алтае как испугалась, только узнав о планах тех парней, помнишь?

Катя в ответ шмыгнула носом.

- Э-э, нет, Катюш! Не сейчас. Давай закончим, и будешь плакать, ладно?

Девушка молча кивнула и вытерла глаза. Парень сел на бортик ванной и откинул голову назад – кровь из сломанного носа никак не переставала течь.

- Что делать?

- Давай тампоны?

- Что? – Катя решила что ослышалась.

- Тампоны, говорю, давай. Ну, что ты краснеешь, Кать? Я два года с девушкой встречался, да и не пять лет мне. Доставай же, ну…. Только нитки отрежь, я тебя прошу. – Слава попытался улыбнуться.

- Тебе в больницу надо. – Жалобно пролепетала девушка, разворачивая средство экстренной помощи при кровотечениях из носа.

- Не надо.

- Слава… давай я тебя в травму увезу.

- Не нужно. – Парень встал и посмотрел на себя в зеркало. – Н-да, красавец…. Ничего, сейчас кровь остановится, вынешь из меня эти штуки да спать пойдем. Вот только надо придумать, что матери сказать…. Может, что я под машину попал, а, Кать? Хотя по ощущениям больше похоже, что под поезд…. Ты чего?

Он повернулся к плачущей девушке. Катя, пытаясь сдержать душившие ее рыдания, прижимала ко рту кулак, прикусив его, а слезы из глаз катились градом.

- Катюх, - он обнял ее за плечи, - ну что ты?

- Твой нос и…. – Только и смогла проговорить девушка. Вместо слов она провела ладонями по отпечаткам чужих пальцев на его плече и спрятала лицо в ладонях.

- Кать, мне из-за другой девчонки досталось, а ты ревешь. Ну что ты, в самом деле, а?

- Слава… пожалуйста… поехали в травму. Или я маму разбужу.

- Шантаж?

Девушка молча покивала.

- Ладно, - Слава сдался. Травма – так травма. Все лучше чем до утра успокаивать ее, - поехали.

В отделении травматологии городской больницы всегда было на кого посмотреть. Здесь и переломы, и ушибы, и с побоями обратился не только Слава, не смотря на поздний час. Парень долго соображал, почему народ в очереди так пялится на него, сдерживая улыбку. Вспомнил про тампоны он только в кабинете врача, когда их из его носа вытащили пинцетом.

- И кто догадался? – Молодой врач побросал их в мусорное ведро и с интересом уставился на Катю. – Ну даете. Чего только здесь не насмотришься, правда?

Медсестра, за столом напротив, кивнула и продолжила что-то записывать на листке бумаги.

- Вы, что не знаете, как кровотечение из носа останавливать? Надо было позволить крови вытечь, а потом на несколько секунд зажать нос пальцами, а теперь смотрите, она снова течет. А если бы в больницу решили не ехать, что делали бы? Студенты ведь, у вас там что медицину и оказание первой помощи не преподают больше? Деятели…. Хорошо хоть лед догадались приложить, а то ждали бы операции неделю….

- Кровь не останавливалась, - попыталась оправдаться девушка, - а до больницы надо было как-то доехать….

- Смотри-ка, не останавливалась! То есть вы испугались, что вся вытечет? Через нос, да? Это был бы любопытный случай. Первый в моей практике….

- Хватит на нее наезжать. – Не выдержал Слава. – Это моя идея была.

- Не соскучишься с вами…. – Врач уткнулся в свои записи. – Кстати, в тему, - он обратился к медсестре, - есть у меня один знакомый педиатр, так он мне историю рассказывал. Пришли к нему на прием мамаша с ребенком, лет семи. Он выписывает им срочные анализы и мамаша ребенку говорит – сынок, нам сегодня надо, кровь из носа, анализы сдать. Представляешь реакцию ребенка? Побледнел и чуть в обморок не грохнулся от страха.

Мужчина улыбнулся своей шутке, потом видимо вспомнил о пациенте.

- Проходите в смотровую. Девушка, да отпустите вы его одного, ничего страшного мы с ним там не сделаем, Господи….

Катя присела на кушетку у стены. Пожилая медсестра продолжала что-то писать, иногда поглядывая на нее и давя улыбку. Через несколько минут Слава в сопровождении доктора вернулся.

- Ну что, Вячеслав Евгеньевич, придется вам у нас задержаться в хирургии. Вы же не хотите, чтоб у вас нос был набок свернут, правда? Да у вас тут еще есть над чем поработать.

Слава попытался возмутиться, но скоро сдался под напором Катиных уговоров и описанных врачом перспектив в изменении его внешнего вида в случае отказа от помощи.

- Слав, - Катя обняла его, - я тебе трикушки твои любимые привезу через час, ты не волнуйся. И маме все расскажу.

- Только осторожнее, Кать.

- Да, знаю я…. Ну все, иди…. Или хочешь, я с тобой останусь?

- Кать, - Слава скривился, - я уже не маленький вообще-то, справлюсь, поди. Едь, тебе отдохнуть надо, и мама, наверное, уже волнуется, время пятый час утра, ни тебя, ни меня дома нет.

- Ну, пока, тогда. – Катя смотрела на него и все чего-то медлила. Сама не понимала, чего от него ждала. – Я скоро приеду.

- Ноут привези. – Слава отстранил ее от себя, и в сопровождении медсестры направился в один из коридоров.

- Хорошо. – Уже в спину ему пробормотала девушка.

Когда он ушел, Катя обратилась к врачу:

- Скажите, а ему нос сделают таким же, как был?

Доктор равнодушно пожал плечами.

- Все возможно. Вам вообще обо всех этих вопросах нужно с его лечащим врачом разговаривать. Приезжайте завтра утром.

- А с глазом что?

- Глаз цел, опухоль спадет и все нормально будет. Тут дело в том, что похоже трещина на скуле у него, но тут хирурги будут смотреть. Повезло, что челюсть уцелела, а то кормили бы вы его кашкой жидкой через соломинку.

- Понятно. Спасибо.

В машине Катя снова всплакнула, но это видимо были уже остаточные проявления ее переживаний смешанных с усталостью. Приехала домой она в пять утра. Пока Светлана Алексеевна спала, нашла в ванной комнате грязную Славину одежду и сунула ее в стиральную машинку. О том, чтоб лечь спать она и не думала. Нужно было собрать для Славы в больницу все необходимое и еще заехать к родителям за деньгами – Катиной наличности на восстановление носа супруга не хватит, придется попросить у папы. А Катя не могла позволить Славе остаться с кривым носом, нет уж.

Собрав вещи в Славину сумку с которой он обычно ходил на тренировку по баскетболу, Катя приготовила себе завтрак, и заставила себя его проглотить, потому что у нее кусок в горло не лез. Девушка вообще в первый раз оказалась в такой ситуации. В первый раз ей за кого-то было страшно. В первый раз она по-настоящему переживала за другого человека и эти чувства, новые для нее, она еще не умела контролировать. Да и успокоить ее было некому.

Неожиданно накатила усталость, и на какой-то миг девушке захотелось принять горизонтальное положение и уснуть. Катя посмотрела на часы – спать уже поздно, все на свете проспит.

Пора было будить свекровь, а потом ехать к отцу пока он еще дома.

- Светлана Алексеевна…. – Катя потрясла спящую женщину за плечо. – Тетя Света. Проснитесь.

Когда женщина села на постели и посмотрела на Катю более-менее осмысленным взглядом, она вкратце рассказала ей о том, что Слава оступился на крылечке в подъезде, когда шел ночью домой и упал, умудрившись сломать себе нос. Поэтому сейчас он в больнице. Кате казалось, что это звучит безобиднее, чем правда о том, что ее сына втроем пинали какие-то отморозки. Катя все время думала об этом и всякий раз на глаза ее наворачивались слезы от жалости к парню.

А еще она вспоминала когда-то услышанные истории, как подобные рыцарские поступки потом заканчивались для героя инвалидностью, а то и местом на кладбище. И от этого ее всякий раз в дрожь бросало.

Рассказывая свекрови сказку о напавшей на парня бетонной ступеньке, Катя изо всех сил старалась придать голосу веселых и беспечных ноток и вроде у нее все получалось.

- Пьяный что ли был, Кать? – тут же по-своему отреагировала женщина. – Опять?

- Да нет, - Катерина погладила ее по плечу, - уставший просто.

- Ясно. Ты к нему? – Она кивнула на сумку в руках девушки. – Выглядишь странно, не выспалась?

- Немного. – Катя зевнула в кулак.

- Осторожнее за рулем. Еще тебе не хватало в больницу попасть.

- Угу, я знаю.

Катя вышла из подъезда, кинула сумку с вещами на заднее сидение, включила зажигание. Подумала о том, что надо было выпить еще кофе. Глаза не слипались, но состояние организма было странным. Девушка аккуратно поехала к родителям и скоро звонила в дверь их квартиры.

- Катюшка! – ей открыл отец. Он был одет, но без пиджака, а с кухни пахло кофе – видимо она приехала вовремя и несколько минут до того как отец уедет на работу у нее есть. – Ты чего в такую рань? Что случилось? – Он вгляделся в ее лицо и тон его из радостного в миг сменился на встревоженный.

- Папа, мне деньги нужны. Много. - С порога заявила девушка.

- Я тебе недавно давал, ты что уже все потратила? Жди Кать до следующего месяца….

- Мне сегодня нужно, пап, дай. А в следующем месяце можешь оставить меня без финансовой поддержки.

- Кать, что случилось, зачем тебе?

- Славе нос сломали, операция нужна….

- Нормально! – Отец кажется, с облегчением выдохнул. – Твой муж будет кулаками махать, а я ему на пластику лица деньги отстегивать.

- Папа, - Катя чувствовала, что сейчас сорвется, - он за девушку вступился, а его… за это…. Втроем….

Девушка опять всхлипывала.

- А у него нос… самый красивый в мире, пап! Ты бы видел, что с ним сделали. После бесплатной операции он так и останется кривым, ты же знаешь, папа!

В коридор вышла привлеченная шумом Римма Леонидовна. Увидев заплаканную дочь, она подошла ближе и, прижав девушку к себе, потребовала у мужа объяснений.

- Славе нос сломали, мама, а отец денег на операцию не дает! – Пожаловалась тут же Катя. – Мама, у него ведь нос самый красивый в мире был, самый красивый, мама… а теперь….

- Валера, - укоризненно покачала головой женщина, - вот что ты за человек такой, а? До чего ребенка довел.

Катя судорожно всхлипывала, уткнувшись в мамино плечо.

- Помоги дочери, отец ты или кто? Ведь так и будет плакать из-за самого красивого в мире носа. – Женщина нежно улыбнулась, погладив дочь по голове.

- В какой он больнице?

- В первой, конечно.

- Иди, позавтракай, дочь, я пока пару звонков сделаю. Не волнуйся, будет у твоего мужа нос лучше прежнего.

- Мне не нужно лучше, мне нужно как раньше…. Спасибо, папа.

Катя не пошла завтракать, и к Славе визит она решила отложить ненадолго, потому что чувствовала, что до больницы она сейчас просто не доедет – уснет на первом светофоре. После подобной нервной встряски наступило какое-то оцепенение и отупение во всем организме, и в мыслях и в теле. Катя словно была в какой-то прострации, на внешние раздражители реагировала вяло, а в глаза словно песка насыпали – такое количество слез, которое она пролила сегодня, она еще никогда не проливала. Взглянув мельком в зеркало в коридоре, девушка ужаснулась – веки, нос, да все лицо опухло, как подушка. Она умылась холодной водой и, закрывшись в старой своей комнате, вырубилась на своей постели.

Глава 26

- Слав, ну дай еще раз потрогать! – Катя потянулась пальчиком к фиксирующей повязке на его носу.

- Знаешь, где лучше потрогай? – Он перехватил ладонь и переплел ее пальчики со своими.

- Извращенец…. – Катя вспыхнула.

- Это ты извращенка, а я хотел, чтоб ты мне правую лопатку почесала. – Он выпустил ее руку и повернулся спиной. – Чешется, не могу.

- Где, здесь? – Катя поскребла ноготками его спину под майкой, а потом, повинуясь порыву, прижалась к ней щекой, сцепив руки на его животе.

- Нет, ты точно к самому интересному подбираешься. – Он убрал ее руки и повернулся.

- Артемьев, скоро на уколы, не забудьте. – Мимо прошла молоденькая медсестра. Слава улыбнулся ей и ответил:

- Не забуду. Разве про вас забудешь?

- Кто это? – ревниво поинтересовалась Катя, проводив девушку глазами.

- Ты что, не слышала? Процедурная сестра. У нее, кстати, рука легкая, колет так, что вообще не больно. А вот завтра будет ее сменщица, так она мой зад вообще не жалеет.

- А эта жалеет? – Катя поджала губки, изобразив на лице сочувствие.

- Эта жалеет. Подозреваю, что он ей сильно нравится. Иначе, по какой причине она всегда так медлит перед уколом?

- А что тебе колют? – Катя перевела тему. – И зачем?

- Витаминки какие-то общеукрепляющие…. Не знаю, Кать. Тебе интересно, иди с врачом поговори.

- Кстати, - вспомнила девушка, - как тебе врач?

- А как мне может быть заведующий отделением, Кать? Все прекрасно! Нос мой собрал заново, сказал, будет лучше прежнего. Скорее бы эту дрянь с лица снять – мешает ужасно, а как чешется под ней порой, тебе, вообще, лучше не знать.

- Да уж, - Катя улыбнулась, - выглядишь ты оригинально…. Знаешь, с чем у меня твое лицо в последнее время ассоциируется? В том сексшопе, в котором я покупала тебе подарочек, были наборы для ролевых игр, в том числе для того чтоб в доктора играть….

- Катя! – Перебил ее парень. – Вот лучше не продолжай, ясно?

- Все-все, - она примирительно подняла руки, - я просто пошутила.

Девушка задумалась на минуту и прыснула от смеха.

- Извини. – Она заметила, как сердито Слава поджал губы, видимо догадываясь о причинах ее веселья.

- Кстати, папа мне работу нашел, вот думаю – пойти или нет. В городской журнал, в отдел рекламы. Там, работу для студентов предлагают… вот.

- И что ты? Работать пойдешь?

- Не знаю, - Катя отвернулась и оперлась локтями о подоконник, посмотрела в окно, словно ее гораздо больше интересовало то, что происходит на улице, - думаю еще.

- Слушай, если все же решишь устроиться туда, поможешь мне с рекламой? У нас тут с Пашкой есть кое-какие планы на будущее….

Девушка равнодушно повела плечами.

- Если устроюсь… посмотрим – дожить еще надо.

- Кстати, я все хотел тебе предложить, давай мы твою машину прокачаем в качестве наглядного примера? Потом повесим ее на баннер, все будут видеть, чем мы собираемся заниматься. Можем даже тебя сфотографировать на ее фоне… в купальнике, хочешь?

- Очень надо.

- Я серьезно, Кать.

- Что, и насчет купальника серьезно?

- Ну, - Слава взъерошил волосы на затылке, - с этим я погорячился, конечно…. У тебя грудь маленькая для таких целей.

- Что?! – Катя повернулась к нему, и смерила парня гневным взглядом. – Ты охренел, что ли?

- Успокойся, Кать, у тебя размер что надо, - он прижал руку к ее груди, - как раз в ладонь входит, ни больше, ни меньше – мне нравится….

- Руки убери! – Катя ударила по его ладони и отступила на шаг.

- Просто… ты же знаешь, что для рекламных целей нужна побольше. Хотя, попка классная, можно если спиной….

- Да пошел ты! Кто тебе сказал, что я на это соглашусь? Мне что, больше делать нечего?

- Но с машиной-то что?

- Я подумаю…. И вообще, мне домой пора. До свиданья, дорогой. – Девушка набросила на плечо ремень сумочки, нашла в ней «номерок». - Я завтра приеду.

- Пока. – Слава посмотрел ей вслед и вернулся в палату.

Там он упал на кровать, устроил ноутбук на животе, и сунул в дисковод какой-то новый диск, который только что привезла ему Катя.

В палату вошел Славин сосед. Это был пожилой мужчина лет шестидесяти или около того. У него была такая же травма, только бытового характера – поскользнулся в ванной и ударился носом о кафельную стену.

- Опять жена приходила? Я встретился с ней на лестнице.

Слава молча кивнул.

- Красивая она. И любит тебя.

- Катя? – Слава удивленно приподнял бровь. - С чего вы взяли?

- Я вижу…. – Пожав плечами, спокойно ответил мужчина и уткнулся в газетку, в которой разгадывал кроссворды. – Редкость… не подскажешь?

- Раритет… да вы даже не знаете, о ком говорите. Катя и любовь – вещи несовместимые! Вы не представляете, что это за человек.

- Какая разница, сынок? Главное, что она любит, а какой она человек – дело второе.

- Вы просто не знаете все нюансы нашего брака. – Слава захлопнул крышку ноута, проигнорировав начальные титры, интерес к фильму неожиданно пропал. – Я не сомневаюсь, что кое-что в моей скромной персоне Катеньку интересует, но любовью тут не пахнет, поверьте. Ни с моей стороны, ни с ее.

Он повернулся к собеседнику спиной, демонстрируя, что собирается поспать.

- Ну, это тебе так кажется. – Буркнул мужчина себе под нос и углубился в решение кроссворда.

Слава же переваривал в себе слова соседа. Если честно ему не особо хотелось думать о том, что происходило сейчас между ним и Катей. Все шло своим чередом, и после недавних событий он и не мог относиться к девушке по-другому. Но все потому, что за эти дни, проведенные в больнице, Слава понял, что Катя изменилась и она уже не та высокомерная принцесса, какой он всегда ее видел. И надо признать, такой она ему нравилась. И в основном на появление этой неожиданной симпатии повлияла Катина забота в ту ночь, когда ему сломали нос.

Возвращаясь домой с разбитым лицом, Слава понимал, что ему помощь нужна, так как досталось ему хорошо. А просить этой помощи ему не у кого, кроме жены. Мама если бы увидела, в каком виде он заявился домой, сейчас лежала бы в этой же больнице, только этажом выше – в кардиологии. Ключи видимо выпали из его куртки, выпал бы и телефон, если бы не лежал во внутреннем кармане. К тому же он чувствовал себя таким обессиленным, что и раздеться без посторонней помощи не смог бы. И вот, набирая Катин номер, он был готов к чему угодно. В основном, к тому, что она припомнит ему холодный душ и оставит ночевать в подъезде, а сама повернется на другой бочок, отключит телефон и уснет безмятежным сном бессовестного человека.

Предполагал он и то, что увидев его, девушка начнет падать в обмороки или закатывать истерики от страха. Хотя, почему он так решил непонятно, ведь в алтайских пещерах Катя вела себя относительно мужественно и спокойно.

Почему-то все, что случилось с ними там, все, что они открыли друг в друге, как будто, так и осталось в том номере-люкс, в отеле на озере Ая. Словно закрыв дверь, они вернулись к тому же, с чего и начали. Однако изменения, произошедшие с ними обоими, были необратимы и очевидны. Почему же он никак не хотел их принимать?

Потому что не знал, что делать дальше с этими открытиями. Не знал, как теперь ему с Катей быть. Раньше все было просто и понятно – они не переваривали друг друга и демонстрировали друг другу свое отношение изощренными способами. После возвращения с Алтая он чувствовал к девушке злость, за то, что она его обманула, и желание. И с этим тоже худо-бедно можно было справиться. Стараясь не замечать то, что открывалось ему в Катерине с каждым днем, прожитым рядом, он хотя бы знал, как ему себя с ней вести и что делать. И за все те пакости ему не было стыдно, ведь он знал, как она к нему относится и знал, что при любом удобном случае она сделает по отношению к нему то же самое. Он был в этом уверен.

Увидев Катькины слезы в ванной, он растерялся. Столько искренних переживаний он от нее точно не ожидал. Не думал, конечно, что она, увидев, что случилось, откажет ему в помощи, но настраивался на бесконечное ворчание по поводу прерванного сна, содержимого его черепной коробки, не удержавшего от драки и испачканного кровью полотенца. Готовился, стиснув зубы терпеть всё это, потому что ни сил, ни способности защищаться от ее нападок тогда у него точно не осталось.

А Катя почему-то распереживалась за него, как за родного…. Странно было видеть ее такой. Непривычно. Неуютно. Неловко он себя тогда почувствовал. Почему-то Катины искренние эмоции всегда действовали на него обезоруживающе, ставили в тупик.

Когда Катя была в образе стервы, Слава не сомневался в тех чувствах, которые он к ней испытывал, и они были далеки от романтики, но стоило ей сбросить маску, как и он словно другим становился. Взять хотя бы ту ночь на Алтае. Вот с чего он позволил себе так расслабиться рядом с ней и так отдаться своим ощущениям?

Симпатия к жене, влечение к ней могло стать его слабым местом, и Слава не хотел, чтоб так было. А влекло его к ней нереально – этот факт он уже и не пытался от себя скрывать. Парень это еще в «Метелице» понял, когда была куча возможностей и желающих, а он не хотел. Никого кроме этой стервы не хотел, вот случиться же такое! И ведь стоит ей узнать об этом, она снова надвинет корону на лоб и начнет вести себя так, словно она пуп земли. И даже такие срывы, как в тот день, когда он друга потерял, будет расценивать сквозь призму своей невероятной привлекательности и сексуальности, перед которыми ни один мужик устоять не сможет. И доказывай потом, что ты не слон, и наказать ее хотел.

Вообще, когда парень собирался на школу актива, у него были планы оторваться там по-полной программе. И не с подшефными студентками, нет - с активистками других ВУЗов. Бывает, что в одном месте собираются студенты двух-трех институтов, на то и рассчитывал. Но уже к вечеру, когда появилось свободное время, Слава с ужасом понял, что не хочет никуда идти и кого-то искать. Просто не хочет и все.

Он посмотрел на тех девушек, что приехали с ними, на блондинку с четвертой группы, не сводящей с него стеклянных от принятого алкоголя глазок, почувствовал усталость и ушел спать.

Что к чему? Ведь собирался же повеселиться. Как так получилось-то? И что за странное чувство в нем, словно не хватает чего-то? И почему он смотрит на красивых девчонок, отмечает их достоинства, размер груди пытается угадать, а тр*хнуть не хочет. И даже представить себя с ними не может, он вообще здоров?

К вечеру субботы он понял, что скучает по Катьке. И поэтому ему никто, ни одна девушка, преданно заглядывающая в глаза, и готовая по первому слову раздвинуть ноги, не нравится, не привлекает, не цепляет.

Откуда взялись все эти чувства Слава пока не задумывался. О том, так ли он равнодушен к жене, как ему казалось, не размышлял. Списал свое настроение на школе актива на то, что они с Катей со свадьбы практически не расставались – жили под одной крышей, вместе отдыхать ездили, в институте за одной партой сидели. Тут дело, безусловно, влюбленностями и не пахнет, они просто привыкли, приросли друг к другу. И все же немного злился на себя за то, что Катя похоже какой-то пыльный уголок в его сознании нашла и обосновалась там, как у себя дома. Не нравилось это парню совершенно. Как просто все было, когда он совсем ничего к ней не испытывал кроме желания убить. А теперь еще и чувство благодарности за то, что она настояла на больнице, ко всему прочему прибавилось…. И все же не забыла, как он думал, привезти все необходимое (ну, кроме зарядки для ноута, которую Катя проигнорировала, когда упаковывала его в сумку), опоздала на три часа, с кругами под глазами и усталая, но приехала сама и мать привезла….

В общем, куда ни кинь, а пришлось Славе признать в тот вечер, что нравится ему жена уже не только как сексуальный объект. Странно, что понимать такие вещи он начинал, лишь оказавшись от нее на расстоянии. А может быть наоборот – закономерно, ведь здесь, в тишине и спокойствии больничных стен у него было много времени подумать, сравнить, осознать происходящее с ними обоими.

Однако при всем при этом, он за ней ухаживать и добиваться ее расположения не станет по-прежнему – просила не трогать, вот он и посмотрит, насколько ее хватит.

* * *

- Ну что, Вячеслав, домой хотите?

- Конечно, хочу! – Парень вскочил с кровати навстречу своему врачу, вошедшему в палату.

- Ну, звоните своей жене, пусть едет за вами и вещи привезет, а мы пока давайте, повязку снимем. Готовы к встрече со своим носом?

- Всегда готов! – Слава уже набирал Катин номер. Пока он просил ее приехать, доктор снимал с его лица надоевшую лангетку.

- Вы только не пугайтесь, опухоль и должна быть, она спадет позже, в основном же ваш нос в норме, даже более того. Хорошая работа. – Мужчина довольно оглядел Славин профиль. – В подушку носом не спать, руками не трогать и вообще беречь от травм как минимум месяц.

- Ага, понятно. – Слава подошел к зеркалу на стене и рассматривал свое отражение, поворачивая голову.

- И тестю не забудьте спасибо сказать. Это он похлопотал, я вообще не всегда сам провожу операции, у нас тут все врачи хорошие специалисты. Но для старого знакомого сделал исключение.

- Не забуду, - отвернувшись от зеркала и помрачнев, ответил парень, - не сомневайтесь.

Катя приехала за ним одна, без матери. Охнула удивленно, увидев его, сунула вещи в руки, не сводя глаз с его лица, попыталась поцеловать в щеку, но Слава сделал вид, что не заметил и, отвернувшись, ушел. Им сначала нужно один важный момент прояснить, не до нежностей тут. Усевшись за руль, потому что Катя намерена была разглядывать результаты операции во всех деталях, он спросил:

- Кать, а ты мне ни о чем не хочешь рассказать?

- Нет, - пожала девушка плечами, - ты опять, Слава? Говори уже, что случилось.

- Откуда у меня деньги на платную операцию? Да еще и на то чтоб ее зав отделением проводил? Я что, неожиданно разбогател?

- Мама что ли рассказала?

- Нет, доктор. Так, что?

- Может, ты лучше спасибо скажешь и успокоишься? – Внезапно став серьезной и надменной спросила Катя.

- Может и скажу. Когда выясню, почему ты приняла такое решение без моего ведома? Это мой нос, кажется, и я имею право сам решать его судьбу, а?

- Обалдеть! Ты знаешь, сколько стоит твой новый носик? Ты бы пока решал его судьбу, он бы зигзагом сросся. Мог бы просто поблагодарить.

- Кать, да ты пойми всего лишь, что я хочу тебе сказать….

- Мне неинтересно.

- Ты не должна решать что-то за других людей, могла бы просто сказать мне….

- Я тебя не слышу!

- Катя…. – Слава вздохнул и перестал пытаться ей что-либо доказать – это бесполезное занятие. Но зато вот она, та Катя, к которой он привык и к которой прекрасно знал, как относится. Бесит она его, и ни о каких неземных чувствах тут и речи не идет.

Слава, конечно, не собирался назло кому-то пойти и испортить свой нос, дело сделано и он не круглый идиот. Он просто хотел объяснить Кате, что еще не готов был принимать от тестя подобные «подарки», что он меньше всего хотел быть ему чем-то обязанным. Что у него, в конце концов, нет денег, чтоб вернуть долг, а долгов Слава не любил.

Хотел объяснить, что они приехали вовремя и ему в принципе и так могли все исправить без лишних затрат. Катя так привыкла к тому, что все в жизни может решить ее отец….

Ладно, черт с ним, ему было приятно, что жена проявила заботу о нем, но сказать-то она ему могла. Ведь могла хотя бы поинтересоваться, как он отнесется к тому, чтоб отец помог ему, потому что у того есть связи в этой больнице. Но, как всегда не посчитала нужным это сделать.

И сейчас, вместо того, чтоб попытаться понять его претензии, надулась, вздернула подбородок и с видом оскорбленного достоинства смотрит на дорогу. И что с ней делать?

Катя с ним не разговаривала весь вечер. Обиделась. Слава, наблюдая за ней, думал о том, что ему не в чем перед ней каяться и с разговорами не лез – не хочет и ладно, навязываться он точно не привык.

На следующий день в институте пошел к тестю, поблагодарить за хлопоты и узнать, в какую сумму они ему встали. Точнее, сколько он теперь ему должен.

- Да ничего ты мне не должен, забудь. Катьке спасибо, надеюсь, не забыл сказать? Забыл? – Мужчина сурово глянул на него, но потом откинулся в кресле, задумавшись о чем-то. – Никогда раньше не видел, чтоб моя дочь так сильно за кого-то переживала, так плакала. А уж за чей-то нос….

Мужчина улыбнулся, вспомнив о том утре, когда Катя приехала к ним домой.

- Самый красивый в мире нос…. – Задумчиво пробормотал он, казалось, забыв о том, что не один.

- Что? – Слава не понял его последней реплики.

- Ничего. Дочь мою не обижай, слышишь? Ни дай Бог хоть раз пожалуется.

- До свиданья. – Слава вышел из кабинета.

Вот именно поэтому он психанул на Катьку, какие бы чувства он не испытывал из-за ее благотворительности. Будут теперь ему все указывать, как себя вести и что делать!

* * *

Ноябрь в том году отличился обильными снегопадами. Пушистые хлопья снега валили с неба каждую ночь, а утром дорожные службы не справлялись с заметенными дорогами. Катя со Славой каждое утро рядились, кому предстоит разгребать тот сугроб во дворе, в который за ночь превращалась машина. Теперь девушка с удовольствием сама предлагала ему ключи, лишь бы не морозить на улице нежные ручки, так как обязательным условием для того, кто будет управлять автомобилем, было приведение его в рабочее состояние.

Да и, надо признать, у Славы выбираться из снежных ловушек по дороге в институт получалось гораздо лучше, чем у нее – Катя пару раз умудрилась так плотно забуксовать в каком-то дворе, что больше не спорила на тему кто лучший водитель она или муж.

Когда однажды вечером возвращаясь с работы, Слава не обнаружил у подъезда Катин автомобиль, он почувствовал что-то похожее на тревогу – в тот день она собиралась заехать к родителям, но у них она обычно не задерживалась надолго, и по вечерам всегда была дома.

Может машину где-то оставила, потому что выехать не смогла?

Поднявшись домой, Слава от матери узнал, что Кати дома нет. И она не звонила, не говорила, где задерживается. Женщина волновалась, поэтому Славе пришлось позвонить Римме Леонидовне, чтоб у нее узнать, была ли Катя и не собиралась ли куда-нибудь после.

Теща сказала ему, что Катя с подружкой уехала в какой-то клуб, в какой не доложилась, машину оставила у них, так как торопилась и время терять не захотела, перегоняя ее к ним во двор.

Слава поблагодарил женщину, попросил не рассказывать Кате, что он ее искал, хотя не шибко поверил заверениям той и, отбросив телефон в сторону, задумался.

С какой подружкой Катерина уехала отдыхать? Насколько он помнил, всех подружек она растеряла после их свадьбы, и за время учебы он не заметил с ее стороны попыток помириться с ними. Новых у нее тоже вроде не появлялось в последнее время, он бы знал. Наверное.

По вечерам девушка сидела дома, после института на несколько часов ездила в редакцию журнала, в который все-таки устроилась на временную работу.

Может с работы? Катя ему рассказывала, что там коллектив разношерстный, много молодых специалистов работает.

Вообще в последнее время, после выписки из больницы, Катя по отношению к нему была холодна, как никогда раньше. Видимо обиделась она, на то, что не дождалась признательности, сильно. Вот и старалась игнорировать его, словно жила одна, а его рядом с ней не было. А Слава так привык за прошедшее после возвращения с Алтая время, быть объектом ее пристального внимания, вспышек ревности и красноречивых горячих взглядов в его сторону, что сейчас, лишившись всего этого, чувствовал себя забытым и никому не нужным.

А еще переживал раньше, за то, что Катерина им похоже увлеклась не на шутку и того и гляди, начнет контролировать и пытаться посадить на короткий поводок, возомнив его своей собственностью! Никуда она его садить не собиралась. Запирать и ключ проглатывать, тоже. Катя жила себе спокойно своей жизнью, занималась своими делами, а к нему обращалась, конечно, иногда, когда нужно было ее в институт отвезти или еще по каким-то мелочам бытовым, не более. И вредить не пыталась, и вообще была спокойной и послушной, и придраться-то к ней было невозможно, спровоцировать на скандал тоже – словно маску надела. Слава вроде того и хотел когда-то, чего же теперь-то ему было нужно?

Парень начал подозревать, что как бы странно это не звучало, он скучает по их перепалкам, по выяснениям отношений, по Катиным колкостям – по всем тем чертам, в которых он видел ее настоящую. Сейчас же она спряталась в панцирь своей обиды, а Слава, понимая прекрасно, что должен все же объясниться с ней по поводу тех претензий, прозвучавших в машине после выписки, не мог заставить себя сделать это. Потому что считал, что он тоже прав.

Он психанул, конечно, погорячился из-за Катиного самоуправства и сейчас, успокоившись, понимал, что девушка, разволновавшись, и не подумала согласовать с ним вещи, которые ей казались само собой разумеющимися. Это он к платной медицине не привык, для нее это было в порядке вещей. И радоваться вроде нужно, что побеспокоились о нем, позаботились, а вот висела эта ситуация мертвым грузом и каждый раз отражение в зеркале ему о том, что он Катьку обидел, напоминало.

Не любил Слава себя виноватым чувствовать. Вот и напоминал себе чаще о том, как она отреагировала на его попытки объясниться. Выходит, сама виновата, в том, что слушать не умеет и в том, что опять, как в ситуации, когда он ее Зоей назвал, придумала сама себе на что обидеться и обиделась.

Услышав, как в замке повернулся ключ, парень посмотрел на часы и, встав с постели, вышел в коридор.

Катя, держась за стеночку, стояла в коридоре и пыталась разуться. Она сфокусировала на нем пьяный взгляд, цокнула и продолжила свои бесплодные попытки справиться с сапожками, при этом девушка забавно сопела.

- Ты в курсе, сколько время?

- Да, мамочка, уже рано. Черт…. – Она отшвырнула куда-то один снятый сапог и принялась за второй.

- Еще раз явишься домой так поздно без веской причины, ночевать будешь в машине или к родителям пойдешь.

- Слушаюсь и повинуюсь. – Катя, наконец, разулась и попыталась пройти мимо, но была схвачена за локоть. – Пусти меня, я устала и хочу спать.

- Посмотри на себя, ты же пьяна в стельку.

- И что? – Девушка дергала руку, пытаясь вырвать ее из его захвата.

- То. – Слава выпустил руку девушки, и она чуть не упала, вовремя схватившись за стену. Поймав равновесие, Катя, смерив его уничтожающим взглядом, направилась в комнату. Слава зачем-то направился следом.

- По какому поводу праздник?

- Тебе-то что? Подруга из другого города приехала, сто лет не виделись. Мне нужно было разрешения спросить?

- Нужно было предупредить.

- Зачем? Испереживался, что ли?

- Затем, что ты здесь не одна живешь и должна считаться со мной.

- Ничего я тебе не должна и вообще, чего ты привязался, а? Чего надо, дорогой? – Она, повернувшись к нему, расстегнула пуговку на блузке.

Он наблюдал, как она расстегивает остальные пуговки, размышляя о том, сколько она выпила, что опять возомнила себя великой соблазнительницей.

- Почему ты все еще здесь? – Она стянула блузку с плеч, отбросила ее в сторону, оставшись в юбке и белом кружевном лифчике. – Мне переодеться нужно. Можешь быть свободен.

- Как вижу, я тебе не мешаю вовсе.

- Нет, не мешаешь. Я вот думаю, - Катя неожиданно толкнула его на диван, так, что он, не удержавшись на ногах, оказался лежащим на спине, - ты обещал, что не притронешься больше ко мне, помнишь?

- Помню. – Слава наблюдал, как Катя, усевшись на его бедра, скользит ладонями по его груди и плечам.

- А я-то такого обещания не давала? Значит, делать с тобой могу все, что захочу?

- Ну, попробуй. – Ему было очень интересно, что она задумала и как далеко решила зайти. Катя-Катя, вот ведь отключается у нее мозг от крепких напитков, а все туда же….

Девушка же тем временем, видимо откопав в себе смелость, осторожно запустила руку под резинку его штанов и извлекла на волю его член, стремительно твердеющий в ее пальчиках.

- Слушай, ты не перегибаешь? Напилась, веди себя прилично.

- А что ты сделаешь? – Она, лукаво улыбнувшись и подмигнув ему, оперлась на одну руку, второй прошлась по его органу вверх-вниз. – Маму позовешь? Попросишь защитить тебя от приставаний пьяных женщин?

- Слушай, пьяная женщина, ты берега не путай.

- Я-то женщина, а ты не мужик, ты мам… - договорить Катя не смогла, потому что Слава, в этот момент, ударив ее по руке, выбил из-под нее опору так, что девушка упала на локоть. И в следующее мгновение он, зарывшись в ее волосы на затылке и наклонив голову, заткнул ей рот надежным способом. Тем, что она только что, развлекаясь, держала в руках.

- А что замолчала, милая? – Не позволяя Кате вырваться, спросил Слава. – Что, нечего сказать?

Глава 27

Утром Катя проснулась одна в своей постели.

Постепенно приходя в себя, она поняла, что под одеялом лежит совершенно голая, и это было странно. Зевнув и ощутив, как болезненно заныли скулы, Катя вспомнила все, что произошло вчерашней ночью и, застонав, упала обратно на подушку.

Она вчера была такой пьяной, смелой и глупой, что решила безнаказанно подразнить Славу, рассчитывая на то, что он при маме, спящей в соседней комнате, не посмеет тронуть ее.

Посмел.

Еще как посмел. Он вообще вчера с ней тут вытворял такое, что вспоминать было неприятно и немного стыдно.

Начал он с того, что воспользовавшись ее состоянием и своей грубой силой, принудил ее к оральному сексу. Ее, к минету! Да как он вообще посмел?!

Девушка вспомнила как, попытавшись вырваться, она уперлась в постель руками, как пыталась избавиться от полового органа в своем рту, и как Слава, заметив, что из ее глаз брызнули слезы, позволил ей отстраниться, тем не менее, не убирая руку с ее затылка.

- Ты чего, Кать?

- Меня сейчас стошнит. – Простонала девушка, прижимая ладонь ко рту. – Я раньше никогда…. Я не буду….

- Будешь, котенок. В этом ничего страшного нет, чего тебе стоило бы стыдиться тоже. Все этим занимаются, не все говорят об этом…. Давай сама.

Его рука снова надавила на ее затылок.

- Я не умею…. – Катя все еще пыталась сопротивляться, но уже понимала, что, наверное, проще сдаться.

- Научишься, это не сложно….

Катю передернуло от этих воспоминаний. Вот что делает с человеком алкоголь. Будь она трезва, черта с два бы у него получилось ее уговорить. А тут она с чего-то размякла. Да и сил на сопротивление у нее не осталось. Хорошо хоть он недолго над ней издевался и скоро опрокинул ее на спину, стянул юбку и колготки, сорвал белье и еще полночи выделывал на ней ужасные вещи, переворачивая ее со спины на живот и обратно. Но это хоть было привычно и не вызывало тошноты. Правда все тело сегодня ломило от вчерашних кульбитов, но гордость пострадала определенно сильнее.

Катя растерла запястья, вспоминая, как он вчера держал их в своих ладонях, прижимая к дивану, и почему-то ничего кроме злости от этих воспоминаний не чувствовала. Не нужно уточнять, что удовольствия от своих упражнений вчера получил только он. Катя же под ним только ныла, что он ее не любит, и она ему нужна только для ЭТОГО. Вот от этих воспоминаний на душе было муторно и гадко. Дура-дурой она вчера была. И зачем она, вообще, к нему в штаны полезла? Что кому хотела доказать? Хотела, чтоб он пожалел о своих словах. А с чего она взяла, что он позволит ей так с собой играть?

Конечно, будь она трезва, в жизни бы к нему не полезла, а тут…. Возомнила о себе…. Дура….

Про «любит, не любит» - то она вчера, зачем завела пластинку? Глупости, какие… надо вспомнить, не догадалась ли она вчера ему в чем-то подобном признаться? Вроде нет…. Слава Богу, нет!

Девушка потянулась к ночнику, чтоб выключить его и с удивлением поняла, что он не горит. Странно, потому что включить его она не забывала никогда – все еще боялась проснуться в темноте.

Катерина едва успела одеться, как дверь открылась, и в комнату без стука вошел Слава. Встречаться с ним она была еще совсем не готова, поскольку не придумала, в какой форме выставить ему претензии за вчерашнее.

Вообще непонятно, что он делает дома, потому что по выходным он с утра до вечера торчал в мастерской. Как там обстояли дела с организацией ребятами собственного дела, Катя не знала. Вернее она как-то раз попыталась поинтересоваться у мужа, но он отмахнулся от объяснений, сказав, что на данном этапе лучше ничего не рассказывать, дабы не сглазить. Как только будет чем похвастаться, она узнает об этом первой, так как планы насчет ее машины все еще в силе.

- Привет, - он довольно улыбнулся, глядя на нее, и подошел ближе.

Катя же в ответ, презрительно смерила его взглядом и отвернулась к окну, демонстрируя, что не имеет желания с ним разговаривать. Она вообще сейчас едва сдерживалась от того, чтоб не закатить грандиозный скандал и так же, как он вчера наплевать на его мамашу за стеной.

Вот только Слава не обратив внимания на ее жест, подошел еще ближе, и молча обняв ее за талию, уткнулся носом в основание шеи девушки.

- Катюш, - он хрипло зашептал ей в ухо, прерываясь на легкие поцелуи, - ну, ты что, обиделась, котенок?

Славины руки крепко прижимали девушку к его телу, одна ладонь поднялась выше и сжала ее грудь под тканью трикотажной маечки.

Катя от возмущения даже и не нашлась сразу что сказать. Она вывернулась в его руках и оттолкнула его от себя. Посмотрела на него, такого довольного собой, похожего на котяру, который сметаны нализался. Захотелось стереть с его лица эту наглую ухмылочку.

- Артемьев, ты совсем обнаглел что ли? – К Кате вернулся дар речи. - Тебе кто вообще сказал, что ты со мной можешь вытворять все что захочешь, а? Ты что меня опять со своей бывшей девушкой спутал?

- Кать, успокойся, я сожалею конечно о том, что ты вчера удовольствия не получила, я старался….

- Да пошел ты!

- Ты просто пьяна была очень, Кать, что я мог сделать?

- Слава, - Катя едва сдерживалась, - пошел отсюда, слышишь?!

- Если хочешь, я готов исправиться. Скажи только. – Казалось, он вообще не слышит то, что она ему говорит. Снова издевается?

- Да ты что несешь? Ты же прекрасно понимаешь, о чем я! Как ты мог… засунуть в меня… - она почувствовала, как кровь бросилась в лицо, а Слава только еще шире стал улыбаться от ее смущения, - в мой рот… свой….

Он не дал ей договорить, а прижал к себе и впился в губы. Жадно поцеловал, не позволяя вырваться, и тихо проговорил:

- Детка это было прекрасно, у тебя ротик чудесный, надо закрепить результат. Сегодня нам нужен маленький ротик, правда, ежик? – Смешным голосом процитировал он фразу из анекдота.

Катя от злости так пихнула его за эти слова, что Слава еле устоял на ногах. А она, подойдя ближе, наотмашь влепила ему пощечину.

- Еще раз попробуешь мне свой пестик в рот сунуть, я его тебе откушу, понял?

- Слушай ты, - он, сразу став серьезным, схватил ее за плечо, стиснув пальцы так сильно, что стало больно, - не начнешь за базаром следить, еще не то словишь.

- Больно…. – Катя попыталась выдернуть руку.

- И завязывай лезть мне в лицо, в третий раз может и отдача последовать, ясно?

- Ясно. – Катя растерла место, куда недавно впивались его пальцы, отошла на безопасное расстояние и обиженно засопела, косо поглядывая на парня.

Слава выдохнул и заговорил уже спокойнее.

- Ну, Кать, ты же сама виновата была.

- Ты им неизвестно, сколько баб осчастливил и продолжаешь, скорее всего, я потом мне в рот суешь….

- Кать, я с той ночи на Алтае, кроме тебя больше ни с кем не был. Можешь не беспокоиться на этот счет. Но я ведь не железный.

- Да мне плевать!

- То есть, было бы лучше, если бы я с другой девушкой свои потребности удовлетворял?

- Слава, - Катя втолковывала ему как маленькому ребенку, - ты, что не понимаешь? Мне все равно! Только ко мне не лезь. Мы, кажется, этот вопрос уже обсудили.

- Ты уверена в том, что говоришь? – Он сердито поджал губы, и взгляд его стал холодным и колючим.

- Абсолютно. – Катя скрестила руки на груди и старательно изображала равнодушие.

- Ладно. – Он пожал плечами и повернулся к дверям. – Как скажешь. Я на работу, пока.

И вышел из комнаты.

Катя перевела дыхание, прислушавшись к шорохам за дверью, девушка поняла, что Слава ушел, и направилась в душ. Но по дороге столкнулась со Светланой Алексеевной.

- Катенька, - она остановилась как раз между Катей и ванной комнатой, и девушке ничего не оставалось, как дружелюбно улыбнуться ей, - ну наконец-то вы со Славой помирились, дорогая!

- Помирились? – Катя непонимающе уставилась на женщину. – С чего вы взяли?

- Но… - Светлана Алексеевна смешалась, - он ведь сегодня впервые за все эти месяцы ночевал в твоей комнате и….

Женщина покраснела, Катя мысленно застонала – Слава, сволочь, мог бы матери постесняться!

- Светлана Алексеевна, - Катя все-таки протиснулась мимо свекрови в ванную, - извините, я….

Она не нашла слов и просто захлопнула перед носом женщины дверь. Оставшись, наконец, наедине с собой, Катя села на бортик ванной и сжала голову руками.

Черт, зачем же она так злоупотребила вчера?

Дело в том, что вчера приехала ее подруга, Ника, которая уже несколько лет училась в другом городе. Ника приехала всего на несколько дней, на предстоящую встречу выпускников. Вот девчонки и разгулялись на радостях от встречи после долгой разлуки.

Разгулялись, наплясались и, к сожалению, перебрали коктейлей. А вот поговорить не очень получилось, и Ника вроде предлагала встретиться сегодня в каком-нибудь кафе за чашкой кофе. Кофе было бы сейчас как нельзя кстати. А еще не лишним было бы сейчас подумать о том, что стоит говорить подруге о переменах в ее жизни, а о чем лучше промолчать. Правда для таких сложных мозговых процессов Катина голова, раскалывающаяся с похмелья, определенно не годилась.

Приняв душ, Катя собралась и, созвонившись с подругой, выползла из дома.

На свежем воздухе стало лучше. Правда следом девушка испытала легкий шок от того, что не обнаружила во дворе свою машину и уже схватилась за телефон, намереваясь позвонить мужу. Почему предположив угон машины, Катиным первым импульсом стал звонок именно Славе, девушка потом никогда не задумывалась, принимая это как данность. А потом до нее дошло, что машина стоит во дворе у родителей.

В принципе на улице было не так уж холодно, к тому же опять пошел снег, кафе в котором ее ждала, Ника было недалеко, и Катя решила не тратить время на то чтоб добираться до родителей, отогревать замерзший автомобиль и, рисковать по дороге зарыться в сугроб. Она пошла пешком.

Скоро она входила в двери кафе, отряхивая с шапки и шубки снег. Ника уже ждала ее за столиком и призывно махала рукой. Сейчас Ника была жгучей брюнеткой, хотя Катя уже не помнила настоящий цвет волос подруги. Скорее всего, он был обыкновенным, темно-русым – Ника довольно скоро поменяла его на шоколадный. Увидеть вчера ее брюнеткой было немного неожиданно.

У нее были красивые глаза – светло-карие, янтарные, миндалевидной формы. Девушка подкрашивала уголки глаз темным карандашом, за что Катерина звала подругу «стрелочницей». Сейчас кожу девушки покрывал ровный золотистый загар, приобретенный, судя по всему, в теплых краях, а не в капсуле солярия.

Ника сильно гордилась своим именем. Она была не Вероника, а просто Ника. Самое забавное было то, что ее старшую сестру звали Верой. Да, родители у девушек обладали специфическим чувством юмора.

- Привет, дорогая, - она поцеловала подругу в щеку, внимательным взглядом скользя по ней, отмечая и прическу и наряд и каждую мелочь в ее облике, - хорошо выглядишь.

- Спасибо. – Катя присела рядом.

- Вот только про твою новую прическу я тебе вчера не стала говорить – из головы вылетело.

- А что со мной не так? – Катя машинально поправила рукой уложенные пряди.

- Зачем ты подстриглась? Тебе не очень идет.

- Правда? – Катя покрутила головой в поисках зеркала. Хотелось убедиться в том, что Ника ошибается. – А мне казалось, что так хорошо. К тому же хотелось немного поменяться.

- Зря. – Ника, мило улыбнувшись, ковырнула ложечкой пирожное.

- Мне нравится. – Продолжала протестовать Катя.

- И это главное. – Ника пожала плечами и глотнула кофе. – А это что у тебя?

Она протянула руку к шее подруги, коснулась пальцем небольшого лилового пятнышка, выделявшегося на светлой коже.

- Фи, Катрин! – Догадавшись о происхождении синячка, Ника отдернула руку. – Это же засос! Значит ты все же с тем парнем….

- С каким? – Катя пыталась вспомнить, чем закончился вечер с подругой, но в голову лезли только воспоминания со Славой в главной роли.

- С которым ты вчера в клубе познакомилась.

- Я с кем-то познакомилась? – Катя, наконец, вспомнила, как к их столику подкатывал какой-то юноша, но она вроде его отшила…. – Нет, Ник, это не он!

- А кто?

- Да это, вообще, не то что ты думаешь. Это не засос, так… аллергия… на ликер.

- Ну-ну…. – Подруга сделала вид что поверила. Девушки на некоторое время замолчали.

Катя дружила с Никой с восьмого класса. Они стали подругами почти сразу же после того как девушка перевелась в их школу. Ее родители переехали в Катин район откуда-то с окраины города.

Она выросла в обычной семье с ограниченным достатком, и, тем не менее, умудрялась одеваться оригинально, необычно и стильно. К тому же она была смелой, даже дерзкой, красивой и Катя всегда считала ее умной. Ника всегда могла добиться своего, и ей не требовалось для этого плести какие-то невообразимые петли или идти на хитрость и обман. Она прекрасно находила подход к людям и заставляла их плясать под свою дудку. Чем-то на нее была похожа Юля, может поэтому, после переезда подруги в другой город, Катя ближе всех общалась именно с ней.

Ника умела флиртовать, сколько Катя ее помнила, она умела нравиться парням и в отличие от Кати, которая до определенного момента считала, что инициатива должна исходить от противоположного пола, не боялась быть смешной, проявляя к парню интерес. Естетственно, поэтому у нее не было отбоя от поклонников.

Катя многому научилась от подруги, незаметно для себя стараясь быть на нее похожей. Ника же с первого дня проведенном в новом коллективе, определила, с кем общаться ей будет всего полезнее.

Довольно быстро девчонки стали подругами. Ника делилась с Катей своим мировоззрением и жизненными принципами, которым та внимала, как прописным истинам даже не задумываясь, насколько они верные, а в ответ отдавала подруге ворохи своих почти новых шмоток – ее родители никогда не скупились на наряды для дочери.

После окончания школы Ника уехала покорять столицу – там жила какая-то дальняя родственница ее отца и уже три года училась Вера.

- Расскажешь, как живешь? Как столица? – Наконец нарушила молчание Катя.

- А то ей будет, - пожала девушка плечами, - стоит.

- Замуж не вышла?

- Нет пока, но претендент есть. – Судя по Никиному скривившемуся лицу, от претендента она в восторге не была.

- А что вид такой недовольный?

- Очень довольный, - запротестовала девушка, - мой любовник, он очень богатый человек. Машину мне подарил, обещал квартиру купить. Сейчас он мне снимает жилплощадь. Правда, он не очень молодой….

- И сколько молодцу?

- Сорок три. Но выглядит он на тридцать пять. – Поспешно добавила девушка. – Вот сейчас он разведется с женой и женится на мне, обязательно. Гляди….

Она протянула подруге руку, демонстрируя украшающее безымянный палец колечко.

- Это бриллианты, целых три штуки.

- Красивое…. – Катя вертела подружкину ладонь, наблюдая за игрой света на драгоценных камнях. - И во что оно тебе обошлось? Или богатый любовник осыпает тебя подарками, не требуя ничего сверхъестественного?

- Тебе лучше не знать. – Ника выдернула руку и поджала губы. – В любом случае, я счастлива. А ты?

- Что я?

- Ты вчера мне что-то рассказывала про то, что замуж вышла. Я думала, ты шутишь. Да и кольца как погляжу, нет….

- Вышла. – Катя лихорадочно вспоминала, какие подробности вчера могли сорваться с ее пьяного языка. – За одногрупника.

- Что-о? – Скривилась Ника. – Ты шутишь? Ты, за одногрупника? С ума сошла?

- Это фиктивный брак. – Поспешила оправдаться девушка. – Все не по настоящему и на время. Пока не получим дипломы и сразу разведемся. Папа заставил, там…долгая история в общем, потом расскажу.

- Валерий Сергеевич что, на старости лет с головой дружить перестал? Так это твой муженек постарался? – палец девушки снова указал на Катину шею.

- Нет, конечно, я ж говорю – фиктивный брак, серьезно.

- Ясно…. – Протянула Ника, задумчиво глядя на подругу. Катя понимала, что ее объяснениям она не поверила, а раскрывать все детали своего замужества девушка не хотела. И почему она не сказала, что происходит между ней и Славой на самом деле? Почему не объяснила подруге, какой он? Что его не стыдно любить, что на самом деле она не хочет думать о том времени, когда они закончат институт?

Что с ней вообще сегодня происходит? Ну и сказала бы что след на шее оставил ей муж, почему она должна этого стесняться. По крайней мере, Слава у нее потрясающий любовник и она под него за золотые кольца не ложится. Да и не безразличен он ей, даже более того. Разве она ничего не почувствовала сегодня утром, когда Слава обнимал ее, а его губы нежно прикасались к ее шее? Саму себя загнала в рамки…. Да еще и сказала ему не то что думала. Чего вообще говорить была не должна. Все гордость, глупые принципы….

И сейчас она с легкостью открестилась от мужа, как всегда принимая сторону Ники, а почему она решила, что девушка, что сидит перед ней всегда права?

Ника с легкостью отнесла ее замужество в разряд не самых удачных, в одной фразе выразив отношение к нему и к ее мужу. Только лишь потому, что он – ее одногруппник. А что еще Вика знала о Славе кроме этого? Ничего. Она сделала вывод исходя из его социального статуса – студент, значит неудачная партия. А почему быть содержанкой сорокатрехлетнего женатого мужика – это правильно, прилично? Потому что он богат?

Девушка задумалась впервые за все время общения с Никой о том, что возможно подруга тоже могла ошибаться и не стоило ей принимать все ее суждения за единственно верные. Она так долго доверяла ей, что эта мысль была непривычной, но довольно-таки интересной. Видимо за то время, что подруги не виделись, влияние Ники на нее заметно ослабло, и Катя научилась доверять собственным выводам, а не навязанным мнениям.

- Что еще расскажешь? – заметив, что пауза затянулась, спросила девушка, - Как Вера?

- Вера нормально. Замуж собирается по большой любви. – Подруга скривилась.

- Ты еще учишься, Ник?

- Нет, я решила, что мне это не нужно. Ну, на самом деле, Кать, кому он нужен этот диплом, меня Антон и без него на руках носит. Ну, может быть я пошла бы поучиться, ну, знаешь, время занять, но…. – Девушка помрачнела и без энтузиазма добавила. – Милый меня кажется, ревнует.

Она выдавила из себя счастливую улыбку.

- Ну да ладно, что мы все обо мне?

- А что мне о себе рассказывать, Ник, у нас тут жизнь течет гораздо медленнее, чем в столице, сама же понимаешь. Слушай, мне пора. – Катя посмотрела на часы и встала со стула. – Мне еще нужно машину от родителей забрать. Или Славу попросить? Я же сама не выеду – снег опять всю ночь шел и сейчас вон как валит.

- Слава – это твой фиктивный супруг?

- Угу… слушай, Ника, а ты еще катаешься на лыжах? Может, съездим, вдвоем, а? Помнишь, как мы раньше ездили на автобусе? С лыжами под мышкой?

- Помню, Кать. – Подруга улыбнулась искренне, ледок отчуждения, вызванный годами разлуки, таял. – Разве тут забудешь, когда весь автобус на тебя зубами скрипит и матом кроет.

- Так надо было с палками осторожнее,

- Это ты мне говорить будешь?

- Ладно, мне правда пора. Давай завтра встретимся. Я могу заехать за тобой. Ты у родителей ведь, да?

- Конечно. – Ника покивала головой, наблюдая, как подруга поправляет шапочку. – Погоди, Кать, так мы еще не поговорили о встрече выпускников. Ты пойдешь?

- Наверное.

- С… мужем? – Ника издевательски улыбнулась.

- Не знаю. – Катя пожала плечами. – Ну, все, пока.

Выйдя из кафе, Катя первым делом набрала номер Славы. И куда только делись ее обиды на него из-за вчерашнего инцидента в спальне? Что-то шевелилось в душе, какое-то неясное понимание чего-то очень важного, и нужно было время, чтоб чувства, будоражащие кровь немного остыли. Чтоб можно было их обдумать и принять. Нужно было поговорить с кем-то, высказаться, озвучить сомнения и подозрения…. Или хотя бы просто посидеть и спокойно подумать.

Катя отправилась к матери.

Позвонив мужу, она пожаловалась на то, что вряд ли сама справится с машиной в такой снегопад и попросила забрать ее от родителей. Слава согласился без лишних замечаний и колкостей. Словно так и надо было.

Все дорогу до отчего дома Катя думала о Нике. Переваривала их разговор, находя в незначительных словах скрытый смысл, двойное дно, другую сторону медали.

С юности Катя и Ника мечтали о том, как обе они удачно выйдут замуж. И мужьями их будут непременно молодые, красивые, умные, добрые и самодостаточные мужчины. И они точно не мечтали встречаться с мужчинами, годящимися им в отцы. В те годы девушки еще не задумывались, откуда у их ровесников лет в двадцать будут присутствовать все вышеперечисленные качества, но были уверены, что разница в возрасте будет незначительна.

Девчонки представляли себе только такое будущее, в котором им ничего не нужно будет делать, не нужно будет работать, только лишь и заниматься они будут тем, что заботиться о себе и делать жизнь своих мужей счастливой одним лишь присутствием в их жизни. И что получилось? Ника живет в золотой клетке, с весьма туманным будущим. Вряд ли этот дядечка когда-нибудь разведется и женится на подруге. Скорее уж наиграется ею и выбросит. А себе заимеет другую молоденькую дурочку, прельстившуюся на дорогие подарки, баснословные деньги и призрачную вероятность однажды стать всему этому полноправной хозяйкой. Ника завидовала сестре, которая любила. Завидовала, потому что ей самой о любви оставалось только мечтать. Она всех вокруг и себя в первую очередь пыталась убедить в том, что живет правильно, что ее все устраивает, что она счастлива. А сама мрачнела всякий раз, когда речь заходила о ее любовнике.

Интересно, как он ее отпустил одну?

Катя прекрасно поняла из этого разговора, что этот Антон ограничивает подругу. Вряд ли Ника работает, универ она бросила явно из-за него. И все это не может ей нравится, ведь она всегда была сама себе хозяйкой, сама решала, что ей нужно и кто ей нужен, а теперь….

Не любила она своего спонсора, Катя была в этом уверена. Сейчас она почему-то как радар улавливала искренность чувств подруги. А ведь раньше Ника могла убедить ее в чем угодно, и Катя никогда не сомневалась в ее словах. Все что утверждала девушка, было безусловной истиной. И, наверное, пару лет назад Катя даже не задумалась бы над ее словами так, как сегодня. Почему?

- Кать. – Она подняла на мать глаза и поняла, что уже довольно долго смотрит в свою чашку с чаем. – Что случилось, котенок? Ты странная сегодня.

- Ничего, мам. Ника приехала, встречались с ней только что….

- Ах, Ника! И что? как она?

- Говорит, что хорошо…. Мама?

- Что дочь?

- Ничего. Я у вас Славу подожду?

- Конечно.

- Я тогда в комнате побуду, ладно?

Римма Леонидовна молча кивнула, провожая дочь глазами.

В комнате девушка упала на кровать, обняв подушку.

Завидовала ли она Нике? Считала ли, что ей в личной жизни повезло больше, ведь ее мечты, по мнению самой девушки почти осуществились. А ведь ее планы раньше разделяла и она….

Она никогда не мечтала о таком муже, как Слава. Привыкшая оценивать людей исходя из их материального положения, она и в страшном сне себе не предполагала подобное замужество, а сейчас? И ведь привыкла же к нему. Да так, что страшно думать о том, что им придется расстаться однажды. И к его дому привыкла, и к маме, и даже к коту, который стал с ней теперь добрым и ласковым, и пока Слава воспитывал первокурсников в «Метелице» спал на ее постели и мурлыкая тыкался в ее ладони. И поняла какие качества в мужчинах ее привлекают она именно благодаря ему.

Катя все думала и не могла понять, что же за осадок оставила в ее душе встреча с подругой. На грани какого понимания она сейчас была.

Спустя некоторое время она услышала звонок в дверь, а потом голос Славы, приветствующий ее мать.

- Слава, проходи. Катя в своей комнате, ты голоден?

- Да, Римма Леонидовна, если предложите поужинать с вами, я не откажусь.

- Иди тогда к Катерине, а я как накрою, вас позову.

Девушка повернула голову на звук закрывшейся двери в ее спальню и посмотрела на вошедшего Славу.

- Слав….

- Что?

- А можно я свою кровать к тебе привезу, а? Твой диван такой неудобный.

Парень обошел кровать и улегся с другой сторону, закинув руки за голову и скрестив щиколотки.

- А ты меня пустишь в свою комнату и в свою кровать?

- А ты мне не будешь свой пенис в рот совать?

- Ничего не могу обещать, мне понравилось.

- Да ну тебя! – Девушка попыталась встать, но он дернул ее за руку, так что она опять упала на подушку. Нависнув над ней, Слава вдавил Катю в матрац и поцеловал. Грубо впился в ее губы, мешая отстранится, так, словно он полное право имел целовать ее, когда ему захочется.

Девушка пыталась отвернуться, но он не позволил, удерживая ее лицо в своей ладони. Наконец, он сам отпустил и оторвался от ее губ. Но продолжал вжимать ее в кровать своим телом и ждал ее реакции.

- Отстань от меня. – Катя тяжело дышала и сердито смотрела на него.

- Как скажешь. – Слава откинулся на спину и посмотрел в потолок с таким видом, словно и не он целовал ее только что. – Правда, удобная кроватка, Кать. Если хочешь, привози, не буду же я ее из вредности в окно выбрасывать.

- У тебя и не получится это сделать. – Катя хихикнула. – Надорвешься.

- Я пацанов позову. Кстати, насчет машины, Кать, я завтра ее, наверное, отгоню в бокс.

- Завтра не получится, мы с подругой едем на горнолыжку. Поехали с нами?

- Ты же знаешь, как я занят сейчас….. тогда давай на послезавтра ничего не планируй.

Девушка горестно вздохнула.

- Не переживай, Кать, ты ее не узнаешь. К тому же помниться мне кто-то просил меня весной как раз этим и заняться.

- Да, но…. Ладно, но смотри, если мне не понравится…..

- Понравится, не сомневайся. Сфотографируешься на баннер?

- Нет.

- Ну, Кать…. Твоя попа принес нам успех и привлечет клиентов.

- Двусмысленно прозвучало, не находишь? Ты тюннинг ателье собрался открывать, или публичный дом?

Раздался стук, и в приоткрытую дверь заглянула мама.

- Не помешала?

- Нет. – Катя встала с кровати. Слава поднялся следом.

- Пошли тогда ужинать, дети.

После ужина Катя нашла в шкафу свой горнолыжный костюм, в кладовке откопала свои лыжи и заставила Славу прикручивать на крышу машины крепления для них.

По дороге домой, девушка незаметно поглядывала на мужа и вспоминала его поцелуй. И жалела, что оттолкнула его, и что он не попытался повторить. И уже когда Слава припарковался у своего подъезда, Катя робко попросила его пойти с ней на встречу выпускников в качестве ее мужа.

Глава 28

- Ну, давай уже, рассказывай, каким счастливым случаем ты оказалась замужем. – Ника покрутила в руках бокал с глинтвейном.

Катя пряное вино не пила, только завистливо глядела на подругу, грея ножки, разувшись и поставив их на батарею.

- Да там мутная такая история, Ник…. В общем, я дружила с парнем, Володей, потом бросила его, потому что он мне надоел. И папа решил меня таким образом научить жизни.

- Мммм…. – Девушка задумалась. – А чем он руководствовался, выбирая кандидата на твое сердце?

- У папы были причины. Извини, я не хочу об этом говорить.

- Ладно. – Ника пожала плечами. – Как хочешь. Но они хоть были вескими?

- Папа решил, что да. – Девушка растерла ступни в ярких носочках и снова сунула ноги в лыжные ботинки. – Ты согрелась? Пошли еще пару раз спустимся, да домой поедем. Слава скоро домой придет, а сегодня моя очередь по кухне дежурить.

- Что? – Ника посмотрела на нее как на сумасшедшую. – Как ты сказала?

- Не спрашивай, Ник, это сложно. Идем.

Катя никогда не могла похвастаться тем, что любила кататься на лыжах. Она вообще от зимних видов спорта никогда в восторге не была. Да и страшно ей было всякий раз – наслышана она была про то, какими травмами чревато столкновение с деревом, коих вдоль трассы было в изобилие. А уж освоение бугельного подъемника…. Много времени прошло, прежде чем она научилась управляться с ним легко, непринужденно и на автомате.

Но Ника в первую же зиму их дружбы сказала ей, что лыжи – это модно. Это весело, полезно для фигуры, это возможность похвастаться ярким костюмчиком и познакомиться с парнями, которых на горке полным-полно.

Доверяя словам подруги, девушка выпросила у отца лыжи и самый красивый комбинезон в городе, а Нике повезло, ведь прокат лыж для нее и каждый спуск оплачивала Катя.

Тем не менее, раз уж лыжи у нее были, и менее модным развлечением среди молодежи катание на них быть не перестало, Катя ездила на горку с Володей прошлой зимой каждые выходные. Вова, кстати, неплохо катался на борде, а Катя изменять привычкам и переучиваться не стала.

Теперь и Ника каталась на борде, пояснив, что разделила увлечение Антона. К тому же именно он научил ее кататься. И в тот период, когда они еще не были любовниками, именно это барахтанье в снегу невероятно сблизило их.

- То есть твой дедулька еще и сноубордист? – Иронично вздернув бровь, поинтересовалась у подруги Катя. – Сильно горку песком посыпает?

- Да мой дедулька еще твоему студенту фору даст. - Смеясь, отшутилась девушка.

- Ну-ну… - Катя в этот момент почему-то подумала о жаркой ночи на Алтае, а вовсе не о снежных склонах. – Сомневаюсь….

- Давай не будем мериться пенисами своих половин, да, подруга? Пусть этим мальчики занимаются, а не мы.

- И то верно.

Катя посмотрела вниз и, оттолкнувшись, заскользила зигзагами к подножию горы. Ника свернула с трассы в лесочек, где были трамплины. Встретились девушки под горой, сдали Никин борд в прокат и поехали домой.

- Кать…. – Подруга, судя по тону, что-то задумала.

- Что?

- А ты меня не хочешь в гости позвать?

- Зачем?

- В смысле зачем? – Возмутилась девушка. – Мне интересно посмотреть, как ты живешь. Я бы и с мужем твоим познакомилась.

- Ну… поехали. – Катя к своему удивлению почувствовала досаду от повышенного интереса Ники к ее семейной жизни. Не было у Кати особого желания рассказывать в подробностях, как и почему она вышла замуж. И с мужем знакомить и как живет показывать ей, почему-то, тоже не хотелось. Ника – она словно была из другого мира, из той реальности, в которой Катя раньше жила и девушке не очень хотелось, чтоб ее прошлая жизнь и настоящая пересекались в условиях ее нового дома.

Она заподозрила, что испытывает стыд от того, что ей придется привести подругу в Славину квартиру. Только вот еще никак не могла до конца осознать, откуда взялось это чувство и на что именно оно будет направлено, когда сформируется до конца.

- Проходи. – Она распахнула дверь и пропустила подругу вперед. Вошла следом, разулась, пробежалась по комнатам, убедилась, что Славы дома еще нет, предупредила свекровь, что у них гости. – Я сейчас.

Катя убежала в свою комнату, стянула комбинезон и надела джинсы. Ника вошла следом.

- Ваша комната?

- Моя. Слава здесь не живет. Он… в зале… на диване.

- Ясно. – Подруга с любопытством огляделось и Кате на какой-то миг показалось, что на лице ее мелькнуло выражение отвращения.

- Пойдем на кухню, кофе будешь?

- Буду. – Как-то неуверенно протянула девушка.

Наливая присевшей за стол подруге кофе, Катя никак не могла отделаться от странного чувства неловкости. У нее аж руки дрожали от волнения, а в сердце поселилось предчувствие неизбежной катастрофы, которая вот-вот должна была обрушиться на нее.

- Как ты здесь живешь? – наконец произнесла Ника. Она даже не подумала о том, что Славина мама может это услышать. Просто сказала то, что думала, абсолютно уверенная в том, что права. Как всегда права. – Это же не квартира, это….

Катя повернулась и посмотрела внимательно на лицо подруги, наконец, принимая все оттенки эмоций, которые на нем мелькали. Понимая, что чувствует сейчас Ника, вспоминая то, что оказавшись в этой квартире в первый раз, испытывала она сама. Катя сейчас словно на полгода назад вернулась и в зеркало смотрелась. И то, что она видела, ей совсем не нравилось….

Вот что беспокоило ее со вчерашнего дня!

Раньше Ника восхищала ее своим характером, манерой поведения, отношением к остальным людям, и Катя стремительно перенимала эти стервозные черты подруги. Она даже не замечала сама как говорит ее словами, и даже тембр голоса и манеру произношения ей удалось от Ники перенять. Не говоря уже о жестах и ужимках, и манерных привычках. А теперь она смотрела на нее и понимала, как на самом деле она выглядела со стороны. Все что ей в подруге нравилось теперь предстало в ином свете.

Господи, и как Светлана Алексеевна не выгнала ее, Катю, на улицу после того, как она брезгливо осматривала их дом и морщила нос? Вот она сейчас больше всего на свете хотела вытолкать подругу за дверь и на порог не пускать – не нравится, так до свиданья!

В этом доме ее приняли. Свекровь, на которую Ника незаметно кивнула и покрутила у виска, с первых дней относилась к ней с добром, которого она от постороннего человека и не рассчитывала обнаружить.

Здесь Катя впервые поняла, что можно чувствовать себя комфортно и без душевой кабинки и прочих бытовых мелочей. И ведь не было особой разницы в ощущениях, когда Слава занимался с ней сексом на роскошной кровати на Алтае или на этом неудобном диване в коленно-локтевой. Даже если бы он ее на кухонном столе разложил, ей было бы хорошо, потому что дело в нем, а не в поверхности, на которой придется заниматься любовью.

Светлана Алексеевна, нужно отметить, прекрасно готовила и без кухонной техники ведущих производителей. И ее блюда не становились хуже от того, что их подавали не на серебряных тарелках….

Вот, к примеру, была она недавно у родителей, нежилась в кроватке своей удобной и ведь не мелькнули у нее мысли о том, как скучает она по дому, нет. Появилась мысль забрать кровать, но не самой вернуться. А когда Слава рядом оказался, она вдруг представила его без одежды под одеялом и забыла, как дышать.

А главное сейчас Кате стало стыдно. Очень стыдно. За подругу… и за себя.

Сравнить их со Славой, так он без лишних понтов во всем был самым лучшим, а Ника?

- Кать, а ты чего так смотришь?

Девушка не успела ответить, потому что хлопнула дверь – вернулся Слава. Она услышала, как он ласковым голосом что-то бормотал коту, как всегда выбежавшему его встречать.

Катя вышла в коридор, собираясь предупредить его о том, что у них гости.

- Привет, матрешка! – Слава отпустил кота и забросил руку на ее плечо. – Ну что, посмешила народ? Ничего себе не сломала? Дай синяки на попе посчитать.

Он был в хорошем настроении, улыбался, и от него веяло холодом с улицы.

- И ничего не смешила. Сам-то можно подумать умеешь кататься.

- Конечно, умею! Хочешь, продемонстрирую, как я катаюсь на лыжах? – Он попытался прижать Катю к стене в коридоре, но отстранился, увидев Нику, вышедшую с кухни за подругой.

- Дорогая, у нас гости?

- Слава знакомься, это Ника, моя школьная подруга, а это…. – девушка повернулась к подруге, - мой муж.

- Фиктивный муж? – Ника протянула Славе ладонь. – Очень приятно.

Катя сжалась под взглядом, которым «фиктивный» муж одарил ее после слов подруги.

- Вижу, Катенька поделилась спецификой наших семейных отношений? – Он пожал протянутую ладонь. - Что ж, тем лучше. Взаимно, милая девушка.

Слава смотрел на стоящую перед ним девицу, которая щебетала ему о чем-то так, словно они старые знакомые, и никак не мог отделаться от стойкого ощущения дежа вю. Он где-то ее определенно видел…. Где? Катина школьная подруга…. Они с Катей учились в разных школах и жили в разных районах, так что определенно тогда она не могла ему примелькаться. Да и лицо ее было ему определенно не знакомо, потому что памятью на лица он мог похвастаться смело. Но в то же время что-то до боли знакомое, близкое, то, что он в ней знал наверняка, было! Но что? Он словно мог предсказать каждое ее слово, жест, движение тела, томный взгляд, кончик розового язычка скользнувшего по губам, взмах ресниц….

Черт! Катя! А ведь он уже почти забыл, какой она была прошлой весной. Вот точно такой же!

Школьная подруга значит? Пример для подражания…. Приплыли….

- Нам пора, - вдруг заторопилась Катя, незаметно оттесняя Нику к выходу, - я вспомнила, мне еще к родителям нужно зайти и вообще, дела. Ника, собирайся я тебя отвезу домой.

Слава сжал губы, чтоб их не растянула улыбка.

- Надеюсь, еще увидимся, Ника?

- Конечно. – Девушка незаметно подмигнула ему.

- Все, Ника, – торопила Катя, - идем уже!

- А что, если муж фиктивный, его уже не нужно кормить, когда он с работы приходит?

- Слав, ну извини меня, ладно? В морозилке есть пельмени….

Девушка еще несколько секунд помялась на пороге, не зная, что сказать и так и не придумав, закрыла дверь с той стороны.

- Мам, что это было?

- Это Катина подружка школьная, сынок. – Женщина уже ставила на плиту кастрюльку с водой.

- Никого тебе не напомнила?

- Напомнила, конечно, Слав. Ты смотри, как бы наша Катюша снова прежней не стала в скором времени. Знаешь, так бывает. Многое зависит от окружения.

Парень присел за стол, наблюдая за суетой матери, витая в своих мыслях.

А если мать права? Ведь он уже привык к Катьке и не хочет он, чтоб она стала прежней. А где гарантии, что не станет? Сейчас снова наденет на себя маску и прости-прощай полгода перевоспитания.

Не успела приехать эта Ника, как он тут же стал фиктивным мужем…. Надо было продемонстрировать этой стерве-подруге всю «фиктивность» их отношений. Что-то Катя позапрошлой ночью спьяну от него любви требовала, как с настоящего.

Светлана Алексеевна поставила перед ним тарелку с ужином и Слава, решив, что он непременно решит эту проблему, принялся за еду.

* * *

- Слав, может не надо?

- Надо, Катюш, поверь мне, надо.

- Но это же пОшло….

- Это будет очень хорошо.

- Ну, Слав, ты уверен?

- Конечно. Ты же хочешь, чтоб я сопровождал тебя на школьное мероприятие и разыгрывал счастливого супруга?

- Хочу. А по-другому никак?

- Нет, раздевайся.

Девушка скинула халатик и, оставшись в купальнике, прошла к ширме, где ее уже ждал фотограф и гример. А купальник, к слову сказать, был до неприличия откровенным – на спинке две тоненькие полосочки ткани, попка совсем открыта…. А почему он перед фотосессией не попросил ее продемонстрировать наряд?

- Какой хороший бам… кхм… купальник у твоей жены, Вячеслав Евгеньевич. – Пашка рядом присвистнул, за что тут же получил в ответ свирепый взгляд друга. – Что?

- Ничего. Эмоции контролируй, это моя жена все-таки. И за разговором следи… бампер.

- Да понял я. Ты вот нашему фотографу это объясни.

Слава повернулся и увидел, как Катя позирует у машины, и как фотограф, помогая ей принять нужную позу, проводит ладонью по ее спине….

- Слушай, да расслабься ты! – Пашка хлопнул его по плечу, отвлекая от мыслей о сломанных конечностях. – Это была прекрасная идея - родинка твоей жены привлечет к нашему салону клиентов лучше, чем ее машинка. Кстати, на что она похожа вблизи? На звездочку, кажется….

- Постойте! – Слава пару раз хлопнул в ладони, привлекая к себе внимание. – Катя, одевайся, ты нам не подходишь.

- В смысле?! – Девушка, опешив, смотрела на него. – Ты уже определись, Артемьев, что тебе нужно от меня. То раздевайся, то одевайся…. Мне уже понравилось, вообще-то.

- Одевайся, Катерина, я передумал, ты права – это пошло и тривиально. Главное на баннере – это машина.

- Ну, знаешь, - девушка торопливо запахивала на себе халатик, - если у моей машины будет красоваться какая-то телка….

- Не будет, не переживай. Иди уже, переодевайся и домой поедем.

- А фото мне отдадут?

- Отдадут, если будешь себя хорошо вести.

Девушка дернулась и ушла.

- Ты чего? – К нему подошел Павел.

- Ничего. Меняем концепцию. – Слава отвернулся, демонстрируя, что разговор окончен и подойдя к фотографу, пояснил, с какого ракурса должна быть сфотографирована машина.

Сегодня Слава привел Катю в бокс с завязанными глазами. Там дожидался ее «пыжик» в новом образе. Они с ребятами здорово постарались, и теперь машинка была обута в низкопрофильную резину на литых дисках. Плюс дополнительный «обвес» значительно изменил внешний вид автомобиля.

И что сказала Катя, когда он показал ей результат своих трудов?

- Что вы сделали с моей машиной? Она больше не похожа на девочку! – Вот что она сказала.

- Эх, Катька, чтоб ты понимала. Гляди, - он подошел к машине, присел на корточки, - вот здесь у тебя теперь есть неоновая подсветка….

- На кой мне она?

- Кать….

- Ладно, давай дальше.

- Мы поменяли зеркала и фары, видишь?

- Ага, - девушка провела рукой по зеркалу на ее двери, - такие узкие, как у Бамбл-Би, в третьей части….

- Спортивный дизайн называется. – Перебил девушку Слава. - Фары - ксенон, видеть будешь далеко и светло как днем. Дальше, тонировка, как ты успела заметить, стала темнее и самое главное, слушай….

Он, довольно улыбаясь, включил в машине музыку.

- Круто? – Он посмеялся над закрывшей ладонями уши девушкой и сделал тише. – Мощная акустика, три сабвуфера, два усилителя, динамики в салоне поменяли, магнитолу…. Ну и генератор, естественно, чтоб все это вытянул…. И шумоизоляцию не забыли, не переживай.

Конечно, потом мы ее прокачаем полностью – движок турбовый будет, глушитель-примоток, тормоза…. Но это потом, сейчас главное ее внешний вид, да же?

- Тебе лучше знать….

- Не нравится?

- Нравится. Ты молодец, Слав, у тебя все получится. – Девушка провела рукой по капоту машины.

- Тогда вперед, переодеваться….

Ему реально казалось правильным сфотографировать ее на фоне машины. И вот теперь он не понимал, как мог додуматься выставить Катину спинку на всеобщее обозрение? Чтоб она висела где-то на баннере и все смотрели на нее – ну уж нет!

Слава не ревновал Зою. Зоя вся была его. Катя же его целиком и полностью, как Зоя не была и не будет, но он и ее раньше никогда не ревновал. Да и не задумывался, если честно о том, что у Кати до него было, и кто был – любовницей она была не слишком искушенной, ротик так вообще целомудренным оказался, что не могло не радовать. А вот как увидел он чьи-то руки, посягнувшие на его спинку, так и упала планка в ту же секунду. Затопила ярость от простого прикосновения. И с этим Слава тоже смирился, как и со всеми остальными своими ощущениями, которые он в последнее время в себе открывал – да, это ревность, именно она.

После той ночи, когда Катерина заявилась домой пьяная, Слава принял для себя одну важную вещь – никуда он не денется от своего влечения к ней. И нет смысла теперь делать вид, что между ними по-прежнему ничего не происходит, что они чужие и равнодушные друг к другу люди, да и глупо это, когда секс между ними превращался уже не в случайный импульс, а в какую-то редкую, но все же регулярность. Ему все время хотелось ее целовать, прикасаться к ней. Все время хотелось ее. К тому же жена отвечает ему взаимностью, он это чувствовал, как бы она не дергалась на него и не пыталась казаться неприступной крепостью. Тогда в чем проблема?

А проблема была в том, что Слава не знал, готова ли Катя адекватно принять его симпатию. К тому же сейчас, когда появилась эта Ника…. Не взбрыкнет ли Катерина из принципа – за ней ведь такое водится. Пересолю, но выхлебаю – и в этом вся Катя! И ведь пересолит, как есть пересолит. Почувствует, что от нее в этой ситуации хоть что-то да зависит и начнет выпендриваться, как всегда.

Можно было конечно заявиться в спальню и настоять на исполнении ею супружеского долга, но после принудительно-добровольных методов приобщения Кати к новым видам секса, она ведь и правда может устроить скандал такой, что ни одной подушкой не заткнешь. На ее крики прибежит мама, в очередной раз ее спасет…. И так за прошлый раз перед ней неудобно, а если еще и как на маньяка-насильника смотреть на него начнет?

Опять же было любопытно наблюдать Катину ревность к подруге, которая клеилась к нему еще хлеще, чем она сама по весне. Он Нику не отшивал, позволяя Катерине полностью насладиться эффектом от своих недавних слов. Та изо всех сил крепилась, чтоб не вцепиться подруге в волосы, однако сохраняла лицо. Славе же Ника была совершенно неинтересна, однако жену он в этом убеждать не спешил - ей поволноваться полезно.

* * *

- Слав, пожалуйста, только не подведи меня, прошу! – Катя стояла за дверью в комнату свекрови, где переодевался ее муж, перед тем как отправиться с ней на встречу выпускников, которая Катерине не давала покоя последнюю неделю.

- Не подведу, не волнуйся. – Послышался из-за двери его голос.

- Я знаю, что тебе на всех наплевать, и ты можешь нарядиться так, чтоб поражать воображение, я помню нашу свадьбу, но Слава…. Только не сегодня, пожалуйста….

- Кать, - дверь открылась, и парень вышел к ней одетый в черные узкие брюки и темно-синюю рубашку, заправленную за ремень, - хватит уже. Сказал же, все нормально будет.

Девушка оглядела его. Довольно улыбнулась.

- Слушай, тебе идут рубашки, ты в курсе?

- Конечно. – Он наблюдал, как Катя провела ладонями по его плечам и, расстегнув верхнюю пуговку, прикусила нижнюю губку. Покраснела, поправила воротник рубашки. Отошла на шаг назад.

- А почему так редко их носишь?

- Потому что эта – единственная и для особых случаев. Еще вопросы есть?

- Нет. Пошли уже, нам еще за Никой нужно заехать…. А может, забудем про нее? – Катя с надеждой посмотрела на него, и он прекрасно понимал, чего она ждет.

- Ты же обещала, Кать.

- Ну да…. – Катя поджала губки. – Обещала….

Она поправила платье, в последний раз оглядела себя в зеркало, капнула пару капель духов на запястье и отправилась к выходу совершенно довольная собой.

Встреча выпускников в том году выпала на юбилей школы. В противном случае Катины одноклассники не факт, что собрались бы все вместе, так как встали со школьной скамьи ребята всего чуть больше трех лет назад.

Традиционно началось все в школе. После скомканной торжественной части все разошлись по своим классам, дабы обсудить, где продолжить банкет.

Катя, взявшись за кучку двери, собиралась открыть ее и войти в кабинет, в котором проучилась много лет, вдруг услышала за спиной знакомый голос.

- Кать, привет.

Девушка, обернувшись, увидела Вадима.

- Привет! – Катя заметила, что он переводит взгляд с нее на Славу замершего рядом и представила ему мужа.

- Это Слава, мой муж. – И замерла в душе, ожидая, что он сейчас уточнит, «фиктивный муж». Но парень только обнял ее за талию и протянул бывшему ухажеру ладонь.

– А это Вадим, мы учились вместе. Ну, - она обратилась к Вадиму, - мы пойдем, пожалуй.

- В ресторане увидимся, Кать?

- Конечно. – Девушка проскользнула в открытую дверь и потянула Славу за собой.

Ребята-одноклассники почти не изменились за то время, что они не виделись. Почти все учились в ВУЗах, кто-то устроился на работу, кто-то умудрился забеременеть и родить, кто-то успел уже чего-то добиться, благодаря помощи и поддержке родителей. Вообще было не очень весело, и когда кто-то предложил поехать в ресторан, девушка вздохнула с облегчением. Там она планировала немного расслабиться и в более непринужденной обстановке пообщаться с друзьями. Сейчас все были какими-то взвинченными и суетливыми – надо было всех организовать, придумать, как добраться до ресторана, пересчитать тех, кто поедет, выяснить причины у тех, кто отказался – все как всегда, словно только что они школу закончили и планируют, как отпраздновать последний звонок.

Ника успела уже со всеми обменяться парой слов, а Катя нет. Она не хотела метаться от одной группки товарищей к другой, и таскать за собой Славу. И оставлять его здесь одного среди незнакомых людей ей тоже не хотелось – не правильно это было. Так они и стояли рядом и если кто-то сам, узнав Катю, подходил поприветствовать ее, девушка представляла им мужа и задавала несколько вежливых вопросов.

До ресторана добрались, вызвав несколько такси. В машине Ника зачем-то принялась рассказывать один случай из школьной жизни. Ситуацию, когда Катя, допустив какую-то оплошность, выглядела смешно.

Катя была так зла на подругу, что с трудом сдерживала себя от расправы над ней. Пока ей не в чем было девушку обвинить, но она видела, она же не слепая, что Ника со Славой заигрывала. И зная подругу, понимая, что соблазнить мужчину для той не представляет особых усилий, Катя волновалась. Не было у них со Славой настолько крепких отношений, чтоб она смогла удержать его, да у них вообще отношений не было! Попробуй она сейчас заявить на него свои права, как ей тут же аукнется ее «фиктивный муж» от них обоих!

Почему она сразу ничего Нике не рассказала? По крайней мере, имела бы право предъявлять ей претензии, а так…. Эта вертихвостка уже раздумывала, не остаться ли ей в родном городе на Новый год. Ее Антонио укатил с семьей отмечать праздник в теплых краях, а ей вроде как порекомендовал остаться дома. Они со Славой еще не обсуждали свои планы на этот счет. Катю звали в ресторан новые знакомые с работы – они отмечают всем коллективом с половинами, большой дружной компанией. Девушка думала, согласится Слава с ней пойти или у него уже свои планы. Не очень хотелось, чтоб он ей отказал. Так не хотелось, что проще было вообще ничего такого ему не предлагать.

В ресторане, выпив пару бокалов шампанского, Катя немного расслабилась и постаралась относиться ко всему спокойнее. Не хватало еще выставлять себя на посмешище. Она с ними обоими позже разберется, непременно. А сейчас она будет веселиться – не будет Слава думать, что она из-за него переживает.

Прав он, прав был во всем! Только теперь-то кому от этого легче? Или она должна публично покаяться и взять свои слова назад?

Может и возьмет. Только не сейчас и не здесь.

- Я выйду покурить. – Муж склонился к ее уху, и его дыхание щекотало ее кожу. Хотелось, чтоб он губами сейчас прижался к ее шее и никуда не ходил. От этих мыслей по телу побежали мурашки.

- Ты что замерзла? – Слава провел ладонью по ее предплечью, растирая кожу.

- Нет.

Он пожал плечами и, развернувшись, направился к выходу. За ним естественно побежала Ника, которая нашла себе компанию для перекуров и не скажешь ведь, чтоб она не ходила. И за ними не пойдешь – догадаются оба, что контролировать взялась. Черт….

- Кать…. – Девушка, обернувшись, увидела Вадима.

- Ты так и будешь ко мне со спины подкрадываться?

- Нет, случайно вышло. Ты что одна скучаешь? Где твой муж?

- Курит на крыльце, мой муж.

- Потанцуем, или он у тебя мавр?

- Конечно. – Катя поставила на столик свой бокал и протянула кавалеру руку.

- Ты чем сейчас занимаешься? – Спросил Вадим, когда вывел ее в центр зала и прижал к себе.

- Учусь.

- В папином универе?

- Конечно.

- А муж?

- Со мной учится и еще он тюннингом автомобилей занимается.

- Молодец твой муж, оставь мне его номер телефона. Меня эта тема интересует. Моих друзей тоже, можем обеспечить его работой.

- Хорошо. Если интересно, я могу прислать тебе на электронку фото моей машины. Он ее недавно… видоизменил.

- Давай…. Кать, - он прижал ее еще ближе и провел ладонью по спине, - ты извини меня за то, что было… тогда. Ну не похожа ты была на девственницу, серьезно.

- Много ты девственниц видел. – Тихо ответила Катя. Не очень хотелось поднимать эту тему, проще было притвориться обоим, что ничего не было.

- Видел. – Вадим пожал плечами. – Но в тебе не разглядел и поторопился, в общем….

- Проехали. – Кате стало неуютно находиться в такой близости от бывшего любовника. К тому же она видела, что вернулись Слава с Никой и что-то ей совсем не нравился взгляд, которым муж ее буравил. Да и губы он очень уж знакомо сжимал.

- О, а наша Катя времени даром не теряет. – Услышал Слава рядом надоедливый Никин голос. – Кстати, этот парень, Вадим, это первая Катина любовь…. Самый первый снег, так сказать.

- В смысле? – Он повернулся к девушке.

- Ну, Слав… первый парень, первый мужчина и все такое. Может, тоже потанцуем?

- Держи. – Слава сунул в руку девушки свой бокал и направился к жене.

Глава 29

Катя, увидев, что к ней приближается Слава, неторопливо, уверенно, не сводя с нее колючего взгляда, слегка разволновалась, но постаралась успокоить себя мыслью о том, что ничего плохого она не совершила сейчас. Потанцевала со старым знакомым, и что? С каких пор он надел на нее паранджу и объявил своей собственностью, которую нельзя трогать руками? Однако волнение ее не прошло и, кажется, его заметил Вадим.

- Ты чего? – Он попытался заглянуть девушке в глаза.

- Ничего, - Катя торопливо замотала головой, - все в порядке.

В этот момент на ее плечо легла сильная рука, и пальцы больно впились в тело.

- Спасибо… э-э… Влад, кажется? – Слава вроде улыбался, но в его голосе девушка явственно слышала плохо контролируемую злость. Да и рука сжимала плечо вовсе не ласково.

- Вадим. – Ответил тот, переводя настороженный взгляд с Кати на ее мужа. Видимо агрессию от Славы чувствовала не только она.

- Да, точно. Спасибо, Вадим, что присмотрел за моей лучшей половиной. Она у меня такая – ни на минуту оставить нельзя.

- Я бы на твоем месте твою жену не оставлял даже на минуту. – Вадим убрал руки с ее талии и отступил в сторону.

- Ну, ты не на моем месте, к счастью…. – Слава положил ладонь на ее спину, привлек ближе и прижал к себе, намереваясь продолжить прерванный танец. Увидев, что Вадим удалился от них на несколько шагов, он тихо добавил ему вслед, - …для тебя.

- Что это было? – Катя, вскинув голову, посмотрела на мужа, хмуро глядящего вслед бывшему ухажеру.

- Разыгрываю твоего мужа, как ты и просила. Вот, изображаю ревность, ты довольна?

- Очень, только ты зря старался, это всего лишь мой старый знакомый, не более того.

- Да? – Нервно переспросил и стиснул зубы так, что желваки заиграли.

- Слав, что ты…. – Начала девушка, но он вдруг впился в ее губы и, придерживая за затылок, чтоб не отстранилась, жадно поцеловал.

А Катя и не думала отстраняться, о нет! Она обняла его за плечи и с готовностью ответила на поцелуй, забыв о том, что они не одни и что вообще рядом кто-то есть. Славины ладони сжимали ткань платья на ее спине, прикасались так нежно и в то же время держали ее так сильно, что девушка позволила себе потерять голову в объятиях мужа и наплевать на приличия.

Когда он оторвался от ее губ, еще несколько раз легонько прижавшись к ним напоследок, Катя, с трудом восстанавливая дыхание, спросила:

- Это тоже для поддержания образа?

Слава поиграл бровью, хитро улыбаясь, и пожал плечами.

- Конечно, а для чего еще?

Они снова стали медленно двигаться под какую-то лирическую композицию, и Катя чувствовала, как его ладонь поглаживает ее спину, прижимая ее еще теснее к его телу.

- Кать…

- Что?

- А мы с тобой раньше когда-нибудь танцевали?

- Вряд ли….

Они несколько секунд молча смотрели друг на друга. А потом Слава, склонившись к Катиным губам, снова поцеловал ее. Только теперь гораздо нежнее и мягче, чем несколько минут назад. Что с ним сегодня происходит, Катя не понимала. Но он был странным каким-то. Неужели на самом деле приревновал ее к Вадиму? Не похоже на Славу, ревновать ее к кому бы то ни было. Тем более без причины, ведь не в танце же дело, а про то, что между ними было, он не знает. Даже если бы знал, мог он ее ревновать к прошлому? Ревновала бы она его, встреться им сейчас Славина первая любовница? Странно было думать об этом, если честно.

- Поехали домой? – Слава прижался своей щекой к ее. – Я звоню в такси?

- Звони.

- А ты подружке объясни, чтоб сама домой добиралась, нам некогда ее завозить. Кать… - шепнул в ухо срывающимся голосом, – я хочу тебя….

И оставив ее растерянную посреди зала одну, ушел на крыльцо. Девушка счастливо огляделась вокруг, а потом вдруг улыбка сползла с ее лица, потому что до нее дошел несложный смысл слов, что сказал ей Слава.

«Хочу тебя» - вот ведь! Господи, почему же сегодня, сейчас? Почему этот вечер встречи выпускников случился сегодня, а не через несколько дней?

Она посмотрела вокруг, пытаясь найти подругу и увидев, что та садится за столик, направилась к ней.

- Мы домой, - объявила она Нике, - а ты? Поехали с нами?

- Уже? – Та удивленно посмотрела на нее.

- Угу, у Славы дома… дела какие-то.

- Ясно, - девушка подмигнула, - фиктивный секс с фиктивным мужем?

- С чего ты взяла?

- Я что, слепая? Фиктивные поцелуи меня впечатлили. Ты мне ничего не забыла рассказать, подруга?

- Нет. – Катя пожала плечами и отрицательно качнула головой. – Так ты едешь?

- Нет, пожалуй. Сейчас самое интересное начнется, так что пока.

- Еще увидимся?

- Конечно. Я позвоню.

Ника посмотрела куда-то за ее плечо и в то же мгновение Катя почувствовала, как вокруг ее талии оплелись нежные руки, и Славин голос в ухо сообщил, что машина у крыльца.

В такси они сидели рядом на заднем сидении, впрочем, за все время пути не обменявшись ни одним поцелуем. Катя смотрела в окно и лихорадочно соображала, что делать дальше. Слава же нашел своей рукой ее ладонь и как когда-то давно, в темноте алтайских пещер, переплел свои пальцы с ее. И хоть в машине они ни о чем не говорили и не целовались так, чтоб казалось, что они готовы друг дружку съесть, все же Кате казалось, что воздух вокруг пропитан томлением и ожиданием чего-то неизбежного и сладостного.

Надо же было еще и свекрови именно сегодня куда-то намылиться, оставив им квартиру в полное распоряжение! Светлана Алексеевна раз или два в месяц (в зависимости от самочувствия) навещала одну свою давнюю приятельницу, у которой обычно просиживала до позднего вечера.

Поворачивая ключ в замочной скважине, чувствуя, как Слава буквально впихивает ее в темный коридор, Катя глупо надеялась, что женщина уже дома, но тишина в квартире развеяла ее надежды.

Муж тем временем стянул с ее плеч шубку и, прислонив к стене, попытался поцеловать, но она уперлась ладошками в его грудь и попросила:

- Слав, погоди, дай разуться.

- Помочь? – Он нежно скользил губами по ее шее, и Кате как никогда сильно сейчас хотелось на все плюнуть и отдаться ему. Господи, почему же сегодня?!

- Не нужно, я сама. – Она расстегнула молнию и скинула с ног сапожки. Хотела сбежать от него в комнату, но Слава снова прижал ее к стене и, упершись ладонями по обе стороны ее лица, поймал девушку в кольцо своих рук.

- Слава….

- Что такое, котенок? – Он прижимался к ней, и она ощущала всю степень его возбуждения. Она ей прямо в живот упиралась, вернее чуть ниже и от этого ноги слабели, и воздуха катастрофически не хватало. Надо срочно что-то делать, а иначе будет поздно и его уже ничто не остановит. И ее тоже.

Однако пока она думала, он снова завладел ее губами и целовал ее так, что Катя просто не смогла его оттолкнуть. Целовал и вжимался в ее тело, не давая возможности сбежать, лишая желания отстраниться. Однако когда его ладонь, скользнув по бедру, нырнула под платье, Катя поймала ее своей рукой и, переведя дыхание, попыталась вывернуться из его объятий.

- Слав, перестань….

- Что? – Он усмехнулся и, видимо думая, что она заигрывает с ним, снова потянулся к ее губам.

- Ничего. – Катя отвернулась. – Слав, давай не сегодня.

- Конечно не сегодня, через месяц-другой….

- Пусти меня. – Девушка толкнула его в грудь так, что он отшатнулся от нее.

- Кать, ты чего? Ты серьезно?

Слава включил свет в коридоре и всмотрелся в ее лицо. Он был таким растерянным и растрепанным сейчас, тяжело дышал и смотрел на нее, пытаясь понять, что происходит.

- Серьезно, Слава. – Катя отвернулась и сглотнула. – Давай в другой раз.

- Кать, ты что? Какой другой раз? Мы сегодня, сейчас совсем одни здесь, ты же знаешь, что нам не всегда так везет, Катя.

- Знаю, Слава, но я сегодня не могу.

- Но почему? Я что-то сделал не так?

- Нет, все хорошо, просто я сегодня не могу. – Как заведенная твердила девушка. - Не могу, понимаешь? Не сегодня, я тебя прошу, пойми.

Парень отошел от нее и, скривившись, оглядел с ног до головы.

- Красиво ты меня….

- Слав, все не так….

- А как? Сучка ты, поняла?! – Он ударил ладонью стену рядом с ее лицом, от чего девушка вздрогнула и сжалась. – Знал же, идиот….

- Думай, как хочешь. – Катя, развернувшись, ушла в свою комнату.

Конечно, глупо было надеяться на понимание с его стороны. Ей и самой стоило трудов оттолкнуть его, но кто ж виноват, что у нее сейчас, по женскому календарю было «затмение»? А признаваться в этом Славе Катя еще не была морально готова. Мало того что она к самой себе в это время относилась с некой долей брезгливости, так не хватало, чтоб к ней так же относился Слава.

Ника еще до вступления Кати во взрослую жизнь, просветила девушку, что парням не следует знать о женщине все. Есть вещи, которые вызывают у них отвращение, и с этим ничего не поделаешь. Ника определенно в плане взаимоотношений была более подкованной, вот Катя и поверила ей, в очередной раз, принимая размышления подруги за общепринятое мнение. Поэтому она и Володе никогда не объясняла, почему вчера у них секс был, а сегодня не будет.

Как вариант, Слава мог и сам догадаться, а не требовать от нее смущающих признаний. Но ему конечно проще было сделать другие выводы. Ну и черт с ним.

А Слава в это время стоял под ледяным душем, пытаясь унять бегущий по венам огонь, и думал о том, как прав он был, когда держал между собой и Катериной дистанцию. Вот оно, то, что он и предполагал. Стоило расчувствоваться, проявить нежность, как девушка тут же начала его воспитывать. Ну а как еще можно объяснить то, что сейчас произошло? Вот как можно этой особе доверять?

Пойти бы сейчас, оторваться с какой-нибудь красивой девчонкой, да только не хотел он никого, кроме нее. Даже сейчас, после того как она его обломала, думать не мог о ком-то другом. И прошлый опыт «наказаний» сейчас применять тоже не хотелось. Хотелось, чтоб все было как тогда, на Алтае. Чтоб она отвечала на его ласки и поцелуи, сама его целовала, нуждалась в нем и его имя стонала….

Черт, кажется, он основательно попал….

* * *

Через неделю, пятнадцатого декабря, Вячеслав проснулся на год старше, чем засыпал накануне. Было тихое субботнее утро, за окном падал пушистый снег, на кухне мама как всегда что-то готовила. На работу в мастерскую он сегодня не пойдет, имеет право - у него сегодня день рождения. Правда, жаль, что финансов отпраздновать у него не было – все уходило на новое дело, до открытия которого оставались считанные дни.

Повалявшись еще несколько минут, удивляясь, как мама еще не подошла и не поздравила его, Слава, наконец, откинул одеяло и, потянувшись, встал с постели.

- Сынок! – Светлана Алексеевна, выглянула в коридор, когда он прошел мимо в душ. – Ты что так рано сегодня?

- Не спится, мам.

- Ты с детства в этот день рано подскакивал. Иди я тебя поздравлю. – Мама потянулась к нему с поцелуем. – Родной ты мой, совсем уже взрослый стал, муж уже, и ведь совсем недавно пеленки пачкал….

- Мам!

- Прости, сынок.

- А Катька что, еще спит?

- Катя уже уехала. Сказала, что по работе, потом у нее дела какие-то, сказала, до вечера не вернется.

- Она и вечером не вернется, на улице снег идет, закопает где-нибудь машину, курица, а мне потом вытаскивай ее….. Мам, ты ей ничего не говорила?

- О чем?

- О том, что у меня сегодня день рождения.

- Нет, сынок, не подумала, да и убежала она рано. А надо было?

- Нет, и не говори, ладно?

- Как скажешь…. Ну что, завтракать будешь?

- Буду, сейчас умоюсь только.

Слава чувствовал легкое разочарование. Он, конечно, не рассчитывал ни на что, но все же надеялся, что Катя хотя бы поинтересуется или вспомнит, когда у него день рождения. И так особого настроения не было в виду отсутствия средств и возможности отпраздновать такое событие, как появление его на свет, с помпой, так еще и люди, которые живут с ним рядом, за стеной даже и не знают о нем.

Позавтракав, Слава растянулся на диване с пультом в руках и лениво переключал каналы, мыслями витая где-то далеко от дома.

Он думал о том, позвонит ли ему Катя, если где-то забуксует. После того, как она ему не дала, а он обозвал ее сучкой, они с ней неделю почти не разговаривали. Катя больше не стала ничего ему объяснять, а он больше не просил, хотя видел, замечал иногда, как она смотрит на него, покусывая нижнюю губку, и мается, словно что-то готова ему объяснить и не может решиться. И тогда он делал вид, что ее нет рядом, вместо того, чтоб помочь ей уже сказать то, что она хочет.

Интересно, она, правда, на работу поехала и что у нее за дела? Катя вообще не сильно в редакции уставала и времени проводила не от звонка до звонка, потому как работа ее была временной и в штате она не состояла. Подрабатывала кем-то типа менеджера в отделе рекламы, искала материал для «рекламщиков» - новые салоны и магазины, новинки на рынке товаров и услуг, владельцев фирм, которые могли бы размещать в журнале рекламные статьи. Сама она их не писала, этим занимались уже другие люди, только предоставляла координаты лиц, готовых подписать договор о сотрудничестве. В общем, много времени ее работа не занимала, но все же часто по вечерам и в выходные дни Катя была очень занятой и важной птицей. Большого дохода ее занятие не приносило, но, похоже, девушке нравилось то, что у нее появились новые знакомые и интересное занятие. Журнал был новым, и штат редакции представлял собой компанию инициативных людей, самому старшему из которых было чуть больше сорока. Не нужно уточнять, что почти все работники редакции были достаточно молоды.

Катя недавно объявила ему новость, что Новый год она отмечает с новыми коллегами в ресторане. На что он ей ответил, что его тоже уже пригласили. На том и порешили.

До трех часов дня Слава усердно делал вид, что вот такое времяпрепровождение в день рождения и есть предел его мечтаний. В полдень ему пришло по смс скупое поздравление от Димки, которое окончательно испортило ему настроение. В три ему позвонил Павел. Слава думал, что друг вспомнил о нем и хочет поздравить, но Пашка обыденным тоном попросил его через часок зайти в мастерскую, потому как нужно срочно обговорить кое-какие проблемы.

Слава сначала попытался из принципа отказаться от встречи, но потом, представив себе вечер в четырех стенах, согласился. Собрался и вышел из дома, намереваясь прогуляться до мастерской пешком - погода на улице была чудесная.

Подходя к воротам бокса, парень удивился, увидев их закрытыми. Вернулся к центральному входу и вошел через магазин. Поздоровался с молоденькой девушкой, Танечкой, консультирующей покупателей на счет синтетического масла, спросил, почему бокс закрыт и где Павел. Танечка пожала плечами и всем своим видом продемонстрировала, как она занята. Парень вошел в мастерскую.

Странно, почему так темно? Темно и тихо. Он за все время, что здесь работал, никогда не видел, чтоб здесь выключали свет. И еще не было звуков, свойственных этому месту – железного скрежета, спущенного воздуха и прочих технических шумов.

Звуки обрушились на него сразу после того, как он щелкнул выключателем, включая свет. Прищурившись и присмотревшись, Слава с удивлением понял, что бокс автомастерской сегодня был местом празднования его дня рождения. По стенам висели растяжки с поздравлениями, верстак был обтянут яркой скатеркой и заставлен батареей бутылок с алкоголем и разными закусками. Всюду были разноцветные воздушные шары. Здесь же была и Катина машина, из которой сейчас негромко слышалась музыка. Здесь же были его друзья по цеху и их девушки – Павел с теми двумя девчонками, что часто приезжали к другу (Слава уже понял, что тот встречается с ними обоими) и близнецы Кирилл и Данил с двумя незнакомками. Все они сейчас дергали шнурки хлопушек и выкрикивали поздравления.

Конечно, Павел с близнецами вовсе не являлись единственными работниками мастерской, просто это были те ребята, которых Слава считал своими приятелями и с которыми они сейчас занимались созданием будущего тюннинг-ателье.

Павел был довольно интересным экземпляром, которому вообще в этой мастерской явно было не место. Парень вырос в семье, где оба родителя занимались каким-то своим бизнесом. Он получил образование, но работать и тем более приобщаться к семейному делу не спешил, предпочитая более интересные занятия, такие как бесконечные тусовки с друзьями и подругами. Когда родители заметили, что сын подсел на «колеса», они попытались провести с ним воспитательную беседу и ограничили его финансы. Тогда парень взбрыкнул и назло всем ушел работать автомехаником. Конечно, потом он опомнился и решил двигаться дальше. У родителей его были связи и возможность обеспечить финансовую сторону дела, иными словами, кредит под развитие бизнеса. Слава должен был двигать дело в массы, собственно, на что он и учился, а у близнецов были «золотые» руки. Вот только сдвинуты были парни на женских прелестях капитально. Девушки у них менялись со скоростью света. Хорошо хоть сегодня были две, а то парни часто развлекались таким образом – снимал один, а тр*хали вдвоем, по очереди, и наивное создание утром долго восхищалась количеством исполненных с ней половых актов. Рассекречивали парней редко, но и в том случае, поддавшись на их обаяние и невинный взгляд синих как весеннее небо глаз, редкая девушка отказывалась встретиться еще раз.

- Вячеслав Евгеньевич, - к нему подошел Павел и протянул ладонь, - с днем рождения вас.

Слава за руку притянул его к себе и похлопал по плечу.

- Что это? – Улыбаясь остальным, негромко спросил у друга.

- Это ты у своей жены спроси. Собственно, она организовала.

- Ясно. А где она?

- Да вон, на тисках сидит, на которых мы колеса разбортовываем. Иди, предупреди, что ей там попу могут прищемить. Ты же знаешь близнецов, шутки у них порой за гранью.

- Я им потом знаешь, что прищемлю?

- Догадываюсь. – Пашка улыбнулся. – Расслабься, друг и наслаждайся праздником. Иди, принимай поздравления.

К нему уже бежали две Пашкины подружки.

- Слава, с днем рождения, - щебетали девчонки, одновременно целуя его в обе щеки, - слушай, у тебя классная жена!

- Знаю. – Слава растерянно улыбнулся, поискав Катю глазами. Он еще не до конца пришел в себя после сюрприза. Девушка сидела на месте и наблюдала за ним, улыбаясь в ответ.

Новые подружки близнецов держались в сторонке, и когда парни представили их Славе, поздравили его сухо, и немного стесняясь. Нужно было срочно начинать праздновать, чтоб все расслабились и стали хотя бы на этот вечер лучшими друзьями.

Приняв поздравления от друзей, парень подошел к Кате.

- С днем рождения! – Она чмокнула его в губы и напялила на голову кепку. – У нас тематическая вечеринка, заметил?

Девушка была одета в голубой комбинезон и ярко розовую, коротенькую обтягивающую маечку под ним. В такие же комбинезоны были одеты и другие девушки, только цвета их маек были разными. И кстати, друзья тоже были в своей спецодежде. Только сегодня она была чистой, он-то привык, что голубые комбинезоны обычно устряпаны маслом и прочей дрянью, вот и не обратил поначалу внимание.

- Автопати. – Смеялась Катя, подергав себя за лямки комбинезона.

- Я думал, это о чем-то другом. – Слава помог ей спрыгнуть со своего насеста.

- Я тоже. Пойдем к твоим гостям. – Она взяла его за руку и подвела к импровизированному столу. Там один из близнецов уже смешивал коктейли. Который именно Слава затруднялся сказать – парни были так похожи, что их не различала даже родная мать. А сами они не старались сделать жизнь своих друзей проще и постоянно путали их.

- Так, именинник, держи, - он протянул ему бокал с жидкостью окрашенной в голубой цвет, - называется коктейль «тормозуха», по цвету похоже.

- А по вкусу напоминает Мохито. – Слава глотнул из бокала.

- Совпадение. – Пожал плечами то ли Кирилл, то ли Данил.

- Можно мне тоже тормозной жидкости, Дань?

- Я Кирилл. И нет, жене именинника мы можем предложить коктейль под названием «нитроглицерин», ибо она у него – бомба.

- Водородная. – Покосившись на возмущенную девушку, тихо добавил Слава.

- Народ, - позвал Кирилл, - разбираем коктейли!

Некоторое время ребята скромно поднимали градус в крови, потом разговоры стали оживленнее, а общение более непринужденным. В ход пошли байки про работу, про машины, про девушек за рулем и похожие на выдумки истории о том, как они якобы просят поменять масло, но не масло, а на что-то другое.

Через пару часов Славе, наконец, вручили подарок – ребята скинулись ему на сноуборд. Пожелали успешного покорения вершин желательно без вреда для здоровья. Пока Павел блистал красноречием, Катя, обняв мужа сзади за талию и сцепив руки на его животе, шепнула ему, что в выборе и приобретении подарка участия она не принимала, ее подарок ждет его позже, после того как все гости разойдутся. А потом нежно прикоснулась губами к его щеке. Намек был настолько неприкрытым, что кровь понеслась по венам быстрее, и захотелось в ту же секунду остаться с ней наедине и….

Но Катя уже устанавливала на горизонтальную поверхность фотоаппарат и собирала всех в кучку для памятной фотографии.

Чуть позже к ним присоединилась Танечка, закрыв торговый зал. Значит, стрелка часов прошла отметку восемь вечера.

Танечка в качестве подарка вручила Славе «твистер». Опробовать решили тут же, и на несколько минут воцарилась атмосфера всеобщего веселья и восторга. До того момента, пока один из близнецов якобы случайно, не завалился на Катю, оказавшись с ней в весьма недвусмысленной позе. После этого, дабы миновать конфликты с виновником мероприятия, который в случайности верить отказался, игру пришлось свернуть.

- Слав, - спросила парня одна из девушек Павла, то ли Оксана, то ли Олеся, - а правда что ты брейком увлекаешься или Пашка пошутил?

- Правда. – Осторожно ответил он предполагая исход этого разговора, перебирая в уме причины для того чтоб хоть в собственный праздник не устраивать представление, когда в их разговор вмешалась Катя.

- Э-э, нет, дамы, никакого брейка сегодня. Хотите танцев, танцуйте сами. – Девушка прибавила громкость на магнитоле в машине. – О, моя любимая песня!

Девушка, пританцовывая, вышла в центр и принялась исполнять столь любимые Славой «восьмерочки» нижней частью спины. Скоро к ней присоединились другие девчонки. Коктейли кружили голову, а Славины взгляды заставляли сжиматься что-то внутри нее. Что-то искрило между ними весь этот вечер, но, тем не менее, они практически не оставались наедине и не прикасались друг к другу. Были рядом, но без тактильных контактов и без прочих проявлений эмоций друг к другу. Только говорящими взглядами периодически обменивались и все. И все же каждый раз его потемневшие глаза, наблюдающие за ней, заставляли Катю внутри сжиматься и дрожать, словно от холода.

Повернувшись к мужу спиной и отдавшись музыке, Катя неожиданно почувствовала его ладони на своей талии – Слава прижался к ее спине и направлял ее, двигаясь с ней в такт. Катя откинула голову на его плечо, прижавшись к его груди своей спиной, и послушно отдалась ему, позволяя вертеть ее так, как ему хотелось. А хотелось парню определенно чего-то большего, чем просто танец.

Слава, завладев ее руками, переплел с ее свои пальцы. А потом Кате казалось, словно это он ласкал ее, в то же время не прикасаясь, так как между его руками и ее телом были ладони девушки. Катю от этого действия в жар бросило, а прерывистое дыхание над ухом говорило, что не ее одну.

Атмосфера вокруг них накалялась, прикосновения становились все более откровенно-сексуальными, взгляды, которыми они обменивались, все более кричащими, а движения в танце говорили о том, чего эти двое сейчас более всего желали, лучше всяких слов.

Ребята так увлеклись, что не увидели, как друзья, перекидываясь шутками, оставили их одних. Только когда Пашка настойчиво позвал Славу и вручил ему ключи от запасного выхода, они заметили, что мастерская опустела и праздник закончился.

- А где все? – Катя обвела взглядом опустевшее помещение.

- А вам что, сейчас кто-то нужен? – Павел подмигнул ей. – Приятного окончания праздника, ребят. Осторожнее здесь, постарайтесь, чтоб стены устояли.

- Иди ты! – Слава, усмехнувшись, толкнул друга в плечо, прижимая к себе покрасневшую девушку.

- Дверь за мной закрой. – Павел, повернувшись, пошел к выходу. Слава направился за ним, оставив Катю одну, и в этот момент она услышала пиликанье его мобильника. Девушка взяла его со стола, чтоб скинуть вызов и увидела имя звонившего.

Ника.

Катя похолодела, а потом почувствовала, как ее захлестывает ярость.

- Кто-то звонил? – Она, подняв от дисплея глаза, увидела мужа.

- Звонил. – Сунула телефон в его руки. – Ника звонила. Откуда у нее твой номер, а?

- Не знаю. – Слава вгляделся в экран телефона. – Кать, это другая Ника, не твоя подруга.

- Да, конечно!

- Серьезно, это моя старая знакомая, Вероника, она мне каждый год звонит поздравить. Сегодня что-то припозднилась, забыла, наверное…. Кать, ну хочешь, позвони ей, поговори.

Он протянул девушке телефон, но она отбила его руку.

- Котенок, - он взял ее за руку и притянул к себе, - спасибо тебе за праздник. Если я скажу, что это был самый лучший мой день рождения, это будет звучать слишком банально?

- Да. – Катя все еще дулась.

- Твоя подруга меня не интересует, Кать, серьезно. Ты же знаешь, что такие девушки меня не привлекают. И вообще, кто-то обещал мне подарок.

Он приподнял за подбородок ее лицо, намереваясь поцеловать, но девушка вывернулась из его рук и с хитрой улыбкой достала из машины яркий пакетик.

- Только не говори, что ты опять в секс-шопе отоварилась.

- Посмотри что там, тебе понравится.

В пакете была новая рубашка. Катя с улыбкой наблюдала за тем, как он разворачивал ее и старательно делал вид, что он ждал от нее именно этого и ничего другого. Как потом на его лице появляется искреннее любопытство.

Рубашка была классная – черная, приталенная, из тех, что носят, не заправляя в штаны. С рукавом три четверти, словно он закатан, что создавало эффект некой небрежности. Катя, когда ее увидела и представила, как она будет выглядеть на ее муже, купила, не раздумывая, не смотря на то, что она стоила столько же, сколько подаренный ребятами сноуборд. Конечно, Славе об этом знать совсем необязательно.

- Спасибо, Кать.

- Примеришь?

- Если ты мне поможешь.

- Конечно. – Катя подошла ближе, так близко, что между их лицами осталось всего несколько сантиметров, и пристально глядя в его глаза, стянула с парня пуловер, бросила его на сидение машины, у которой они стояли. Прошлась ладонями по его обнаженному торсу, наблюдая за тем, как ее руки скользят по гладкой коже, чувствуя его тяжелый взгляд. Набросила на его плечи новую рубашку.

- Как раз…. – Выдохнула хриплым голосом и отошла на пару шагов, чтоб внимательно разглядеть. Рубашка на Славе сидела идеально. – Снимай, пока не заляпал чем-нибудь.

- Ты надела, ты и снимай. - Он подошел ближе так, что капот машины оказался у Кати за спиной.

Девушка принялась медленно расстегивать пуговки рубашки. У нее немного дрожали руки, и пальцы слабели, не справляясь с первого раза с тугими петельками. Было немного душно, и в ушах стучал пульс. Он к ней не прикасался, и все же она чувствовала его возбуждение, его желание. Оно было так ощутимо, осязаемо, что у Кати сердце заходилось от предвкушения того момента, который они оба умышленно оттягивали. Томление в низу живота стало невыносимым. Чертовы пуговицы и не оторвешь их – пришиты на совесть.

Расстегнув рубашку, Катя взялась рукой за пряжку на ремне Славиных джинсов и притянула его к себе. Прошлась губами по его груди. Почувствовала, как его руки поднимают ее и присаживают на капот машины.

- Я упаду….

- Я же здесь, я тебя держу. – Он встал между раздвинутых бедер девушки и взял ее лицо в свои ладони. Потянулся к губам, но вдруг передумал и серьезно посмотрел в ее глаза. – Но если ты меня опять так, как в прошлый раз обломишь, клянусь, я тебя убью, поняла?

- Поняла.

- Я серьезно. Убью и закопаю на пустыре… а перед этим тр*хну!

- Может, лучше ты это сделаешь пока я живая, а? Некрофил потенциальный…. – Катя зарылась в его волосы пальцами и, притянув к себе, сама поцеловала его губы.

Прижалась к нему всем телом, скрестила ноги за его спиной и жадно целовала, пока голова от нехватки воздуха кругом не пошла. Перевела дыхание, наслаждаясь тем, как он целует ее шею, прихватывая губами кожу, как гладит ее спину - она растворялась в своих ощущениях. Почувствовала, как он стягивает с ее плеч лямки комбинезона, сама сняла с себя майку и бросила ее куда-то, оставшись в полупрозрачном лифчике.

Когда Славины ловкие пальцы справились с застежкой белья, Катя уперлась руками на капот машины позади себя и откинула голову, прикрыв глаза. Она чувствовала, как он нежно целует ее грудь, придерживая ее за спину, прижимается к ней щекой, тяжело дыша и уже, наверное, сам не может сдерживаться.

Слава надавил на ее плечо, принуждая лечь, и приподнял попку, намереваясь стянуть с нее штаны, но в этот момент опять раздался звонок его сотового.

- Не отвечай! – Девушка вцепилась в полу расстегнутой рубашки, что все еще была на его плечах, мешая ему отстраниться от себя. – Пусть звонит….

- Это мама, Кать. – Слава отцепил ее пальчики от тонкой ткани.

- Перезвонишь потом. – Катя умоляюще смотрела на него. Ей в этот момент сильнее всего хотелось, чтоб телефон выскользнул из его рук и разбился вдребезги о каменный пол мастерской.

- Вдруг что-то случилось, чего бы ей просто так звонить? Терпение, малыш…. – Он нажал кнопку приема вызова, другой рукой лаская грудь девушки.

- Да, мам…. – Пауза, в течение которой Катя не сводила глаз с его лица, замечая, как пропадает улыбка на его губах и как они сжимаются в тонкую линию. – Ты «скорую» вызвала? Мы сейчас будем.

Он повернулся к девушке.

- Одевайся, котенок, матери плохо, ехать нужно.

Глава 30

В такси Катя все время пристально вглядывалась в Славино лицо, отмечая все оттенки переживаний, что на нем мелькали. В то же время она не могла отделаться от назойливого чувства вины, от того, что не могла утихомирить свое разгулявшееся желание.

Светлана Алексеевна своим внезапным сердечным приступом лишила ее только что фееричного секса. И при всем понимании девушкой всей серьезности ситуации, она никак не могла погасить в себе злость, вспыхнувшую в тот момент, когда Слава конкретно объявил ей о том, что празднику во всех смыслах конец.

Немного обидно было за то, что Слава не разделял ее разочарования, целиком и полностью сосредоточившись на своих переживаниях за мать. На нее же он, вообще, внимания не обращал.

Подъехав к дому, ребята увидели во дворе машину скорой помощи и, расплатившись с такси, поспешили домой.

С врачом со «скорой» Слава столкнулся уже в дверях.

- Что случилось? Как мама? - Он пытался разглядеть что происходит в глубине квартиры, но не мог из-за того что врач и медсестры заполнили собой тесный коридор.

- С вашей мамой все в порядке. – Ответил ему доктор. – Она сильно переволновалась, но сейчас состояние нормальное, в госпитализации надобности нет. Пусть сходит к своему врачу и если он ее направит, тогда….

- Вы уверены?

- Молодой человек, если вам так хочется мать уложить на новогодние праздники в больницу….

- Нет, конечно! – У Славы, словно камень с души свалился - за время, что они добирались до дома, чего только не успело промелькнуть в его голове.

Мать была его единственный родным человеком, бабушку к которой он иногда приезжал на летние каникулы он недолюбливал из-за того, что они с дедом когда-то не поддержали маму в решении сохранить ему жизнь. Просто в какой-то момент он согласился с мамой в том, что ему не сложно иногда навещать пожилого одинокого человека и постарался искать в этих поездках для себя максимум выгоды.

В общем, если с мамой что случится, он же совсем один на свете останется, кого бы это не напугало? Славу напугало.

Закрыв за врачом дверь, Слава прошел к матери. Она лежала на кровати в своей комнате, рядом уже сидела Катя, и как он не заметил, когда она мимо него проскользнула? Слава понял, что совсем забыл о существовании девушки, сконцентрировавшись на своих тревогах и судя по взгляду, которым она встретила его на пороге, она это тоже поняла.

Уступила ему место и ушла, а скоро он услышал, как хлопнула дверь в ее комнату.

- Мам, - он присел рядом, - что случилось?

- Я Кате уже рассказала…. – Слабым голосом начала женщина.

- Мне теперь расскажи.

- Мне по телефону позвонили, сказали, ты человека сбил и нужны деньги….

- Вот черт! – Слава вскочил на ноги. – И ты поверила?

- Я испугалась… не знала, что делать… к Катиным родителям неудобно было обращаться, да и поздно уже, вот я и пошла к соседке, у нее занять хотела хоть часть. А она сказала тебе позвонить и «скорую» вызвала.

- Мам, ты как ребенок. – Парень снова сел рядом. – Ты же знаешь, что это развод, столько людей на него попадались….

- Сынок, ты прости меня, я тебе праздник испортила.

- Главное, что с тобой все в порядке. Спи, мам.

Он вышел, прикрыв за собой дверь в материну спальню. Пошел к Кате. Он понимал, что надо как-то завершить сегодняшний день, выяснить причины слишком громкого хлопка дверью, поговорить как минимум, спокойной ночи пожелать. Но если честно больше всего на свете ему сейчас хотелось вытянуться на своем диване и уснуть. И ничего не решать и тем более не объясняться с Катей, почему они не смогут продолжить начатое.

Войдя в ее комнату, он увидел девушку уже спящей. Тут же закрыл ее снова и с чистой совестью ушел спать – Катя сегодня тоже очень устала, не стоило ее будить. Так даже лучше.

Услышав, как дверь скрипнула, закрываясь, Катя открыла глаза и откинулась на спину, посмотрела в потолок.

Ушел. А мог бы подойти, разбудить, лечь спать тут же, с ней рядом…. Но он ушел.

Катя себя чувствовала так нервно. Она все время думала о том, что Светлана Алексеевна, как не крути, испортила им вечер из-за пустяка. Ведь, во-первых, жизни и здоровью ее ничего не угрожало, а значит, Слава мог, просто ответив на ее звонок, выяснить, что все нормально, а не срываться домой. Ничего страшного бы не случилось, а у них уже, наконец, случилось то, чего они оба так сильно хотели.

А во-вторых, Катя искренне недоумевала, как можно быть такой наивной, доверчивой и порой просто глупой, как ее свекровь. Ведь уже столько случаев было, столько предупреждений, столько передач по телевидению о том, что телефонным мошенникам доверять нельзя. Ведь знала же она, где будет сын весь вечер, должна была понимать, что к тому времени как ей позвонили, он уже будет нетрезв. Ну как бы он вдруг оказался за рулем, да еще и умудрился кого-то сбить?

Светлана Алексеевна вообще Катю иногда поражала. Девушка часто забывала, что ее свекровь не старше ее матери, а казалось иногда, что перед ней древняя старушенция. По крайней мере, со всеми этими успокоительными каплями, женщина напоминала ей один персонаж в единственной прочитанной книге – старую деву, что при каждом волнительном случае, кричала – «Где моя нюхательная соль?»

Потом к ней пришли совсем неприятные мысли о том, как Слава едва услышав, что здоровью его мамочки что-то угрожает, тут же забыл о ней и вспомнил вот только что, когда она вроде как, уже спать должна была. А почему? Чувство, которое она сейчас испытывала было похоже на ревность, обычную ревность одной женщины к другой. Потому что свекровь сегодня ее мужа у нее отняла со своими мнимыми хворями, и Катю это бесило.

При всем понимании, что ее претензии необоснованны, не правильные, что она не имеет права требовать, чтоб сын, узнав о том, что матери плохо, сначала свою жену ублажил и лишь потом к ней поехал, девушка не могла убедить себя в том, что ей не хотелось бы, чтоб все было именно так.

Потому что и от желания близости ей сейчас избавиться совсем не получалось. А к нему добавились вопросы, только ли секса хочет она от своего мужа или ей уже хочется, чтоб он о ней вот так же, как о матери волновался, переживал, заботился. Она ведь не знала, что Слава думает, как к ней относится. Если проанализировать его поведение реально, не пытаясь углядеть в его поступках скрытый смысл, по всему выходило, что она его интересовала только как сексуальный объект, не более того. И доказательством служило то, как быстро он забыл о ее существовании, как только понял, что секс им сегодня не светит. Он же к ней за поддержкой не побежал.

Еще и чувство вины за свою злость к бедной больной женщине прибавилось…. Катя, тихо застонав, уткнулась в подушку, мечтая уснуть побыстрее и ни о чем не думать, потому что утро, как известно, вечера мудренее.

* * *

Две недели до Нового Года пролетели незаметно.

Мамин приступ и волнения с ним связанные немного остудили Славин пыл, к тому же ее нельзя было волновать, так что для постельных игр не было ни настроения, ни свободного пространства, ни соответствующей обстановки.

Потому парень отправился снимать напряжение с помощью физических нагрузок, совместив с этим полезным занятием возможность опробовать свой подарок - он с ребятами сугубо мужской компанией отправился на горнолыжную базу. Вернулся оттуда прихрамывая с вывихом голеностопного сустава.

В самый неподходящий момент, как это часто бывает, начались непредвиденные проблемы с открытием ателье, причем проблема была с одной стороны проста и банальна, а с другой глобальна, как апокалипсис. Все дело в том, что в том боксе, в котором должно было находиться их предприятие, не было электричества. А для того чтоб оно там было, как выяснилось, нужно было подписать уйму бумажек и разрешений. И когда уже казалось, что все в порядке и рабочим нужно было только подключить к столбу кабель в пять метров длиной, начались придирки и хождения по мукам – то столб высокий, то низкий, то одно нельзя, то другое, то одной подписи не хватает, то другой. В общем Славе прибавилось головных болей. Потому как Павел со свойственным его характеру пофигизмом где-то «зависел» и парень никак не мог его поймать и переложить данные проблемы на плечи основного зачинщика их общего дела. Слава-то свои обязанности выполнил – баннер был на месте, реклама в том журнале, где работала жена, вышла.

Катя же соблазнить его не пыталась. Она чувствовала себя отвергнутой и считала, что в прошлый раз весьма ясно дала понять, чего она хочет и с чем согласна. Присутствие мамы за стеной она проблемой не считала, вывихи и растяжения тоже, ну а как неприятности на работе влияют на потенцию, ей вообще было не понять никогда.

Последней каплей, переполнившей чашу ее терпения, стал отказ мужа сопровождать ее в ресторан, в котором она и еще несколько человек с работы собирались отпраздновать Новый Год. Слава считал, что с него вполне хватит встречи с Катиными одноклассниками, поэтому ее черед сопровождать его в качестве жены и лучшей половины. Катя в ответ заявила, что с его друзьями она досыта наобщалась во время его дня рождения, что ей нужно как-то вливаться в коллектив, а пропуская совместные праздники, она этого не скоро добьется. Что она уже полгода никуда не выходила, за исключением того раза, когда они в клуб ходили с Никой, что ей уже хочется вспомнить ту жизнь, которой она жила до свадьбы и ему бы приобщиться к подобного рода развлечениям тоже не помешало бы. Каждый уперся, нашла коса на камень, настоять на своем стало делом принципа, даже если это грозило испортить их и так нестабильные отношения. Катю мучила нехватка близости с мужем, Слава горел на работе – нервы были натянуты до предела. Отступать не желал никто.

Таким образом, решили отмечать первый Новый Год в их супружеской жизни раздельно.

Знаменательным событием этих предновогодних дней стал визит Ники, скандал, вспыхнувший в результате и последующий за ним окончательный разрыв бывших подруг. А дело было в том, что после того как ребята окончательно утвердили свои новогодние планы, к Кате в гости пришла Ника. Дело было вечером, и Слава как на зло был дома. Катя с некоторых пор избегала подруги, - интерес этой девицы к Славе был настолько неприкрыт, что наряду с насмешкой над попытками девушки привлечь к себе внимание чужого мужа, вызывал в Кате чувство злости за посягательство на то, что принадлежало ей. Так и чесался язык выдать ей то, что сказал Слава в тот вечер, в день его рождения, но присутствие парня тормозило готовые сорваться с губ откровения.

Они втроем сидели в Катиной комнате, Слава смотрел спортивный канал, Катя косилась на него, гадая, чем вызван его сегодняшний интерес к телевидению, Ника сидела рядом и о чем-то без остановки говорила.

- Кстати, Кать, а что там с Новым Годом? Может, будем отмечать его вместе?

- Я в ресторан иду.

- Слав, а ты? – Девушка повернулась к нему и Вячеслав засмотревшись в экран и не чувствуя подвоха ответил, что он идет к друзьям.

- Так вы порознь что ли?

- Я Катьку звал, нас вместе приглашали, она уперлась – ей рестораны подавай.

- Слав, может, возьмешь меня с собой, раз Катя не хочет.

- Что? – Катя чуть не подпрыгнула на месте. – Что ты сказала?

- Кать, ты чего?

- Так, - Слава бросил пульт на диван и поднялся на ноги, - я, пожалуй, пойду.

Он вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой двери.

О чем там девушки разговаривали, он не слышал. Криков и просьб о помощи не было, посторонних шумов тоже, только Ника через некоторое время вышла из комнаты, важно и демонстративно собралась и ушла. Позже он узнал, что в тот день они помахали былой дружбе ручкой. Обе. Что Катя, наконец, высказала бывшей подруге все, что про нее думала и о том, как ошибалась когда принимала все ее безумные идеи за святую истину. На что та в ответ пожелала ей счастья с ее студентом. Чем окончился этот разговор и так понятно. Только Катя впоследствии никогда об этом разрыве не жалела.

Тридцать первого декабря, с утра, ребята друг с другом не разговаривали, изо всех сил изображая оскорбленное достоинство. Светлана Алексеевна же, молча строгала салаты и делала вид, что все прекрасно и в доме праздничное настроение. После обеда она попросила ребят нарядить елку и даже, кажется, они над чем-то вместе смеялись, а потом опять поссорились все по тем же причинам.

Вечером Катя демонстративно готовилась к походу в ресторан. За ней должен был заехать один парень с работы на такси, по дороге им нужно было захватить еще одну пару, и девушка при муже весело щебетала по телефону, обговаривая время к которому она должна была быть готова. Слава на нее внимания не обращал.

Не добившись желаемого результата, Катя плюнула на все и решила, что в эту ночь она повеселится от души не зависимо от того, будет Слава рядом или нет. Если ему на нее параллельно, какой смысл ей переживать из-за него тоже.

Незадолго до назначенного времени девушка ушла в комнату одеваться. Кстати, с недавних пор, большую часть ее личного пространства занимала кровать, которую родители все-таки привезли в Славину квартиру. Потому что надоело Кате наживать себе хондроз, мучаясь и невысыпаясь на его неудобном диване.

Слава, проводив ее глазами, нервно сжал руки в кулаки и, позвонив Пашке, который нашелся как раз накануне, напросился к нему в гости. То есть, его давно звали, но он так и не дал окончательного ответа, поясняя, что все зависит от Кати. Катя свой выбор сделала, что ж, он тоже.

Переодевшись назло жене в подаренную ею же рубашку, он пошел в ее комнату, пожелать хорошего вечера и, открыв дверь, увидел ее во всей красе. Девушка стояла к нему лицом в темном платье, струящемся по силуэту и делающем его еще более стройным и женственным. Кстати, платье было довольно скромным для нее, скромным, но элегантным и безукоризненно на ней сидело, а нитка жемчуга, что пока была в ее руках, но скоро украсит ее шею, сделает образ завершенным и цельным. Ничего лишнего – ни открытого декольте, ни разрезов от бедра, даже рукава доходили до локтей. Окинув еще раз ее с ног до головы, Слава узнал туфли на высокой шпильке и отметил, что ее волосы уже отросли до той длины, когда их можно было собрать в высокую прическу.

Катя выглядела шикарно, так как и должна была выглядеть. И куда ее такую? На хоум-пати к другу?

- Хорош. – Катя, улыбнувшись, вернула ему оценивающий взгляд. – А это у тебя что? Гель?

Она протянула руку к его зачесанным назад волосам.

- А у тебя что это, прыщ?

- Где?

- Я шучу…. Прекрасно выглядишь.

- Я знаю. Поможешь мне? – Она протянула ему жемчуга, что держала в руках и повернулась спиной, чтоб он застегнул крохотный замочек.

Она повернулась, а Слава онемел.

Ее платье было скромным, да. По крайней мере, спереди. Вид сзади Славу потряс. Вся спина девушки была обнажена до самой поясницы. Нет, чуть ниже. Так, что еще чуть-чуть и видно было бы другое декольте… нижнее. Слава замер с бусами в руках, а в голове его вихрем проносились мысли о том, что сегодня кто-то, кому не жалко рук и шеи, будет прикасаться к этой спине, нежно гладить ее ладонями в танце, а он в это время будет далеко и будет молча сгорать от ревности. Девушка шевельнулась и, нагнувшись над столом, у которого стояла, потянулась к сережкам, и он понял, что никуда она от него сегодня не поедет. Даже если придется связать ее. Даже если ради этого придется отказаться от своих планов и остаться с ней дома. Даже если нужно будет просить ее никуда не ходить, только она останется с ним.

- Ты скоро? – Катя переминалась с ноги на ногу и ждала, когда он уже застегнет на ней нитку бус, а он в ответ схватил ее за локоть и развернул к себе.

- Катя….

- Ты чего? – Она удивленно смотрела на него, выгнув бровь, видимо, пытаясь правильно истолковать все, что написано было в тот момент на его лице.

- Ты вот так собралась…. – Он не договорил, только рукой на нее показал.

- Классное платье, правда? – Катя еще раз перед ним повернулась. – Особенно вырез на спине! Ну, ты застегнешь уже жемчуг на шее или нет?

Она снова повернулась к нему спиной, и он защелкнул замочек, поправив его точно по центру ее шеи. А потом кончиками пальцев скользнул по ее спине до самого низа выреза. Кожа девушки тут же покрылась мурашками, он это видел и чувствовал, а сама она замерла как изваяние и только дышала часто-часто. Славина ладонь медленно двинулась вверх, сжимая иногда кожу. Вторая рука легла на талию девушки и прижала ее к его телу, крепко, так, словно она сбежит от него, если он не удержит.

- Катя…. – Прошептал, зарывшись носом в ее волосы, вдохнув аромат духов, который окутал его облаком неясных воспоминаний и забытых ощущений. Ладонь легла на ее затылок, поворачивая ее лицо так, чтоб он смог дотянуться до губ, но в этот момент дверь в комнату открылась и на пороге возникла Светлана Алексеевна.

- Катенька, - она быстрым взглядом скользнула по ним, застывшим рядом, - а там тебя какой-то Миша спрашивает. Говорит, что за тобой приехал, чтоб ты спускалась.

- Мама, - Слава не отпускал взгляд жены, и сказал таким тоном, чтоб у нее даже сомнений не осталось в серьезности его намерений, - скажи этому… Мише… что у Кати муж ревнивый и он ее никуда не отпустил, скажешь?

- Хорошо, сынок, передам. – Дверь закрылась, но через секунду открылась снова. – Дети, вы меня не теряйте, я у соседки, Татьяны, она меня все приглашала, я вам сказать не успела, ладно?

- Хорошо, мам, все понятно. – Слава сдерживался, а Катя так явно слышала, как дрожит его голос, что удивлялась, как же он ее еще на письменный стол не уложил. Тело его было напряжено, словно каждый мускул натянут как тетива, а в бедро ей упиралось что-то большое и твердое, то, что еле сдерживала ткань штанов.

Когда свекровь покинула их комнату уже, наверное, надолго, Слава прижал ее к стене.

- Муж? – Катя смотрела в его глаза, пристально, и ждала ответ.

- Муж. – Он потянулся к ее губам, но девушка увернулась - она еще не все выяснила.

- Мой? – Самый главный вопрос, который ее сейчас интересовал. Сейчас и навсегда. Слава же помедлил, вглядываясь в ее лицо, а потом коротко ответил:

- Твой.

Их губы встретились одновременно со звуком захлопнувшейся входной двери.

Слава вжимал ее в стену и целовал так жадно, что губы уже саднило. Он прикусывал их, втягивал в себя, раздвигал языком и вторгался в ее рот, руками держал ее лицо так, что отвернуться не было ни малейшей возможности. Отстранялся на несколько секунд, чтоб дать Кате перевести дыхание, а потом снова набрасывался на них. Девушка тем временем, медленно расстегивала пуговички на его рубашке, ласкала руками его горячую кожу, зарывалась пальцами в пряди волос.

Почувствовав, что он стягивает с плеч ее платье, принялась выпутываться из него, помогая быстрее избавить ее от ненужной вещи. Хотелось снова ощущать его всего так тесно, чтоб между ними ничего не осталось лишнего, совсем ничего. Лишь обнаженная кожа, обнаженные нервы, обнаженные, неприкрытые чувства, так, как бывает только с ним.

Когда платье упало к ногам девушки, Катя поняла, что Слава подхватывает ее на руки и несет к кровати. Укладывает на покрывало и нависает сверху.

- Туфли…. – Шепчет она ему в перерывах между поцелуями.

- Что туфли? – Не отвлекаясь, куда-то в изгиб ее шеи шепчет он в ответ, опаляя дыханием.

- Туфли сними. – Катя пытается сама скинуть не слишком удобную для происходящего действия обувь.

- Не надо. – Он останавливает ее попытки. – Оставь их, пожалуйста, я сам… потом….

Лукаво косится на нее, стягивая тонкие трусики, стараясь, чтоб они не зацепились за каблуки. Проводит ладонью по ее бедрам, в тонких чулках. Опять разглядывает ее пристальным взглядом, от которого у нее дыхание перехватывает.

- Ты извращенец… - Выдыхает Катя, наконец, притягивая его к себе. Срывает с его плеч рубашку, отбрасывает ее куда-то в угол, сама расстегивает ремень на брюках, вместе с бельем стягивает их куда-то вниз.

Слава наблюдает за ней и не мешает. Только на секунду отстранившись, освобождается от остатков одежды и снова возвращается в ее объятия, горячие, жадные, нетерпеливые. Отдается ее рукам. Чувствует, как нетерпеливо она сжимает его своими бедрами. Чувствует, как ее ручка скользит вниз между их телами, как обхватывает тонкими пальчиками его член, как направляет его в себя и позволяет ей делать это. С ума сходит от мысли, что он нужен ей, от осознания, как она хочет его, от ощущения, как она принимает его в себя. Отдается ей так, словно ее голод утоляет… и свой.

Ее ножки в черных чулках, охватывают его талию, и он понимает, что больше не может сдерживаться, отпускает себя и уже на грани слышит ее протяжный стон и чувствует, как впиваются в спину острые ноготки.

- Успела? – Переведя дыхание, ищет в ее лице ответ. Видя, как она, блаженно улыбаясь, кивает, тянется к ней с поцелуем. – Ты моя хорошая….

- Постой. – Катя отстраняется, упершись ладонями в его плечи. – А что если бы нет?

- Так кто ж тебе сказал, что мы закончили, Кать? Ты чего разволновалась. И… знаешь, что?

- Что?

- Давай, правда, снимем с тебя туфли, пока ты меня не покалечила.

- Я тебе говорила.

- Зря не послушал.

Он садится на колени и берет одну ее ножку за щиколотку. Снимает туфельку и устраивает ее на своем плече, прижимается к ней щекой и прикрывает глаза. Потом те же манипуляции проделывает со второй ножкой и закидывает ее на то же плечо что и первую. Обнимает ее колени и притягивает ближе к себе. Удерживая на весу, осторожно входит в нее….

Во второй раз его хватает надолго. Так что он успел перепробовать все известные ему позы, так что Катя успела устать от удовольствия и ее признание - «больше не могу, Слава», было похоже по интонациям на мольбу. А он наслаждается теми ощущениями, что дает ему ее тело, оттягивая момент разрядки.

И тогда Катя, улыбаясь и глядя на него из-под полуприкрытых век, сжимает свои внутренние мышцы. Сжимает и расслабляет и так до тех пор, пока он, не в силах больше сдерживаться, не взрывается в ней и обессиленный падает на подушку рядом.

- Кто тебя этому научил? – Спрашивает, тяжело дыша и повернувшись к ней.

- Кто надо. – Катя обнимает руками напрягшееся от ее слов тело, закидывает на него свою ногу, прижимается еще ближе. – Теоретическая литература, вот кто.

- Ты у меня начитанная? – Прижимается губами к ее макушке.

- О, да!

- А я думал, это тот парень… Вадим постарался. – Его лица она не видит, но голос становится жестким и недовольным.

Катя отстраняется и внимательно смотрит на него.

- Откуда ты знаешь?

- Разведка не дремлет.

- Слушай, - Катя выбирается из его объятий и пытается встать с кровати, - я ведь тебя не спрашиваю про то, что и с кем у тебя было, да?

- Да. - Он ловит ее за руку и прижимает ладонь к своим губам.

- Это не он. Чему бы он меня научил за один раз? И то, не самый удачный в моей жизни…. – Добавляет тихо, но он слышит.

Слава притягивает девушку к себе, так что она оказывается лежащей на нем и, погладив ее щеку, нежно целует припухшие губы. Отстранившись, смотрит в ее глаза и тихо произносит:

- Есть только ты и я, Кать. Все другое и все другие – теперь это в прошлом.

Он хочет снова ее поцеловать, но в этот момент, прислушавшись, они понимают, что в зале, где мама оставила работающим телевизор, уже бьют куранты.

- Новый год! – Катя вскакивает с кровати и, надев рубашку мужа, застегивает ее на пару пуговиц и спешит к накрытому столу. Слава появляется следом в брюках, с голым торсом, и под последние удары часов открывает шампанское.

- Чуть не проворонили праздник. – Катя тянется своим бокалом к его.

- У нас был веский повод.

- Я голодна, только что поняла, как сильно! – Катя, усевшись на один из стульев, поджав под себя ногу, потянулась к ложке, торчащей в одном из салатов. – Будешь?

- Буду. – Слава протянул ей свою тарелку. - Интересно, когда мама вернется. Успеем мы еще разок?

- Тебе что, мало?

Слава молча и с аппетитом поглощает содержимое тарелки, посматривая на девушку тем самым своим взглядом, и она понимает, что да – мало. И ему и ей мало.

Несколько минут они пробовали салаты под аккомпанемент телевизионного развлекательного новогоднего шоу, и пожирали друг друга глазами, а потом за окном раздались громкие хлопки – кто-то на улице запускал петарды и салюты.

- Фейерверк! – Катя отставила тарелку и бросилась к окну.

Подтянулась на руках и прилипла носом к холодному стеклу. А Слава остался на месте и, склонив голову, смотрел как из–под его рубашки, соблазнительно выглядывает ее попка и как черное кружево чулок, оттеняет светлую кожу.

- Здорово, правда?

- Да. – Парень даже ни разу не взглянул на разноцветные огни за окошком. Он встал и подошел к Кате, прижался к ней сзади, погладил ягодицы нежно, осторожно вбирая в ладонь упругое тело. Катя выдохнула и откинула голову на его плечо, позволяя ему ласкать свою грудь сквозь ткань рубашки.

Слава резко разворачивает ее к себе и присаживает на невысокий подоконник, расстегивает рубашку и припадает к ее груди, ласкает ее губами, втягивает в рот напряженные вершины, а Катя прижимает его к себе, запутавшись руками в его волосах. И думает о том, что не смотря на ту усталость, что она сейчас чувствует, сопротивляться ему когда он вот так ласкает ее, она не сможет… Так, словно она ему нужна сейчас сильнее чем воздух, которым он дышит - вот за это ощущение его нужды в ней, она ему отдать готова была все что угодно, все, что бы он не попросил, не только себя. Себя она ему еще полгода назад на Алтае отдала всю, без остатка.

Он поднимает голову и ловит ее затуманенный желанием взгляд, кладет руки на ее бедра и медленно движется вверх. Катя не мешает ему, не отстраняется, не убирает руки, только внимательно смотрит и, облизнув губки, часто дышит.

- Слава, - тихо шепчет и, сделав продолжительную паузу, пытается сказать, - я тебя….

Он не дает ей договорить. Обнимает за талию, прижимает к себе ближе и целует так, что она скоро забывает о чем хотела сказать. Тогда Слава с тихим рыком стаскивает ее с подоконника, разворачивает к себе спиной, и торопливо расстегивает ремень.

- С ума сошел…. – Выдыхает девушка, почувствовав его в себе. – А если мать вернется?

- Услышим.

- Кажется, она нас услышит первой. – Простонала Катя в ответ, растворяясь в своих ощущениях….

* * *

Утром Катя проснулась и сразу поняла, что ее обнимают крепкие руки, а в ухо слышится шумное дыхание. Она повернувшись увидела Славу. Прижалась к нему всем телом, зажмурилась, не веря, что это не сон – в то утро она впервые после секса проснулась с ним в одной кровати. И это что-то да значило.

Как же она устала вчера – Слава явно натерпелся. Катя хихикнула, а потом вспыхнула от стыда и спрятала лицо у него на груди. Понежилась, потерлась щекой о гладкую кожу, вдохнула его запах – парень не шевелился и продолжал спокойно спать. Тогда она, убедившись, что муж не проснется в ближайшие несколько минут, как спала совсем голой, выбралась из-под одеяла и потянулась. Тело наполнилось приятной негой, только немножко потягивало низ живота от вчерашних упражнений.

Она открыла стоящую на столе шкатулку с украшениями. Из небольшого отделения вытащила обручальные кольца. После свадьбы их хранила ее мама, а Катя забрала после возвращения с Алтая. Тихонько надев свое, девушка повернула руку к свету и посмотрела, как играют на солнце грани крохотного бриллианта. Зажав другое в кулаке, девушка вернулась в кровать.

Слава из-под полуприкрытых век наблюдал за ее действиями. Он видел, как она крутит в руках золотой ободок и смотрит на его руку, которую держит в своей ладони. Заметив, что она бросила на него взгляд, Слава притворился спящим и вскоре почувствовал, как на палец его скользнуло что-то холодное. А следом к ней прикоснулись мягкие Катины губки. Он не выдержал и зарылся рукой в волосы девушки на затылке, ощутив, как она вздрогнула от испуга и, открыв глаза, привлек к себе, приблизил к своему лицу ее губы, нежно коснулся их.

- Привет. – Тихо прошептал. – С новым годом?

- С новым счастьем. – Катя вернула ему поцелуй.

- Ну что, собирайся, жена моя, нас вчера друзья ждали, а мы так до них и не дошли.

Глава 31

- Катя… хорошая моя…. – Слава откинулся на подушку, чувствуя, как наслаждение от ласк жены уносит его из реальности.

Через мгновение, еще не до конца придя в себя после испытанного только что оргазма, он выцарапал девушку из-под одеяла и, подтянув, прижал к себе.

- Ну вот, видишь, - он прижимался к ее чуть припухшим губам своим ртом, старательно не замечая недовольных взглядов из-под нахмуренных бровей, - а ты все «затмение, затмение». Затмение, Катенька, это не проблема, было бы желание. Желание у меня есть, а удовлетворять его, твоя прямая обязанность. Супружеский долг, помнишь? У меня и печать в паспорте имеется, показать?

- Я ее уже видела. – Катя перестала хмуриться и прижалась к мужу, обняв его рукой и удобно устроив голову на его плече. – Только у меня такая же, выходит, если желание обоюдное, я могу того же удовлетворения потребовать?

- Можешь, только позже, сама же сказала – нельзя тебе сейчас.

Катя не ответила и вообще странно притихла рядом с ним.

- Эй, а ты что там, спать собираешься? – Он отстранился, вглядываясь в заспанное лицо жены. – Каникулы закончились, котенок, пора собираться в институт.

- Может не пойдем? Там в начале семестра все равно одни лекции.

- Пойдем. – Слава откинул одеяло.

- Слушай, Слава…. – Катя, заговорщицки улыбаясь, потянула его опять в свои объятия. – А давай пока сделаем вид, будто между нами все по-прежнему, а?

- Зачем? – Парень оперся на локоть, и пытался понять, к чему она клонит.

- Ну… - Она скользнула рукой по его груди, опустилась ниже. – Это было бы забавно, не находишь? Тайные отношения и все такое, адреналин от страха быть застигнутыми…. Так как? Подыграешь мне?

Ее рука забралась под резинку плавок.

- Возможно. А если ты не перестанешь ручонки распускать, забавно снова станет тебе.

- Все, я пошла в душ.

Катя выскользнула из постели и, набросив халатик, убежала в ванную.

Слава, проводив ее глазами, блаженно развалился на кровати. Хорошая кроватка, удобная. На том диване, что раньше здесь стоял, они бы не поместились вдвоем. Вернее поместились бы, но без особого комфорта. Да и для их активной половой жизни он явно не годился – не выдержал бы и недели.

Слава переехал в Катину комнату после новогодней ночи. Точнее, он просто остался там, где встретил этот праздник. А обручальное кольцо, что он принял от своей жены утром первого января, само собой являлось символом перемен в их жизни и это к счастью не требовало долгих разговоров и размышлений.

Слава был даже в какой-то степени благодарен Кате за то, что она избавила его от необходимых объяснений и признаний, к которым он еще не был до конца готов. А так… он просто сделал вид, что все так, как должно быть и не стал заострять внимание на том, что она его «окольцевала».

Слава улыбнулся, вспомнив, как испуганно посмотрела на него девушка, когда поняла, что он не спит и наблюдает за ее действиями. Наверняка ждала разбора полетов за проявленную инициативу.

Неужели она думала, он не заметит кольца на пальце? Катя-Катя, разобраться бы, что происходит порой в ее голове.

Хотя за прошедшие с того утра полтора месяца, он кажется многое стал понимать в ней. И он уже не боялся доверять ей – Катя изменилась, и это невозможно было не заметить. А он отпустил ситуацию и решил что будь что будет, но ему хорошо сейчас, с ней, а дальше…. Чему быть, того не миновать, как говорится. Но все стало гораздо проще - просто плыть по течению и не сопротивляться своим желаниям.

На Рождество они уже в качестве мужа и жены ходили на праздничный ужин к Катиным родителям. Были еще какие-то дальние родственники Валерия Сергеевича, и они весь вечер удивлялись, когда Катерина успела вырасти и выйти замуж. Поздравляли ее с прекрасным выбором, а она только улыбаясь, не сводила глаз со своего мужа и, держа за руку, прижималась к его плечу.

Во время трапезы молодожены сидели рядом и держались под столом за руки, обмениваясь пылкими взглядами. Взрослые тихо посмеивались над ними, но старались не обращать внимания и не смущать. Катины родители чувствовали хрупкость только-только наладившихся отношений и боялись неосторожным словом или слишком пристальным наблюдением спугнуть разгорающиеся чувства.

Зимнюю сессию ребята не заметили, так как приходили в институт к концу экзаменов и, получив необходимую роспись в зачетные книжки, не задерживаясь, покидали стены учебного заведения. Правда перед каникулами Валерий Сергеевич предупредил дочь, что эта халява ей представилась в последний раз и то благодаря тому, что отец ее человек, понимающий и не слепой – видит, что у дочери сейчас совсем другим голова забита, и если бы не его помощь, не сдала бы она ни один экзамен. Катя в ответ, за себя и за мужа пообещала, что на летней ему краснеть за них не придется.

На каникулах Катя все-таки уговорила Славу съездить на один модный горнолыжный курорт, расположенный в двух-трех часах от города и среди любителей экстремального отдыха прозванный «маленькой сибирской Швейцарией». Убеждала Катя Славу долго – он как-то зарекся впутываться в подобные авантюры, все время рассказывал ей про то, что в подобных местах не исключен сход лавины, а это ей не в пещерах потеряться. И все в таком духе, пока Катя не позвонила Павлу и не пригласила его за компанию. Славе пришлось согласиться.

- Зато там кресельный подъемник, Слав, ну не хочешь кататься на лыжах, прокатимся до вершины и обратно….

- Ага, видел я фильм «Замерзшие», спасибо, ты меня конечно убедила.

Катя хохотнула, а потом, подойдя ближе, в ухо шепнула ему томно, что им там найдется не одно интересное занятие и после слегка прикусила мочку.

- Ну ладно, уговорила. – Быстро сдался парень.

- Если хочешь, я возьму в прокате борд и будем вместе с горки кувыркаться.

- Я думал, мы кувыркаться будем в другом месте…. Стоп, а ты откуда знаешь, что я плохо катаюсь?

- Пашка рассказал, давно, еще до Нового года, когда они тебе доску выбирали. Сказал, ты катался один раз и то не очень удачно.

- Вот… друг называется. – Слава усмехнулся, вспомнив, сколько раз он приземлился на пятую точку во время своего самого первого спуска. Хорошо, что Катя этого не видела. Как и тот раз, когда он, поверив в себя, умудрился на трамплине вывихнуть ногу. Сейчас он на склоне чувствовал себя увереннее.

- Да ладно, думаешь ты один такой? Я на нем вообще ни разу не стояла, будешь меня учить?

- Бери лучше лыжи, Кать, не изменяй своему выбору. Вряд ли из меня хороший учитель получится, но зато я могу тебя кое-чему другому научить….

Он провел большим пальцем по ее чуть раскрытым губкам, прямо намекая на то, чего бы он от нее хотел.

- Сегодня нам нужен маленький ротик, правда, ежик?

- Да ну тебя! – Катя ударила его по руке.

- Я пошутил. – Он обнял ее за талию, прижимая к себе, и нежно поцеловал, усыпляя бдительность.

Катя отвлеклась, как всегда уверенная в том, что смогла убедить мужа. Но накатавшись на горке, надышавшим свежим горным воздухом и немного утомившись, она после пары чашек кофе с коньяком, выпитых для того чтоб согреться и нескольких бокалов коньяка, смешанного уже с колой ради того, чтоб расслабиться и повеселиться, все-таки позволила уговорить себя приласкать мужа неприемлемым для нее способом.

В этот раз Слава был крайне осторожен, и нежен, а то удовольствие, которое он не смог от нее скрыть, разбудило в Кате богиню секса, и она немного увлеклась. За что получила от мужа в ответ столько нежности и страсти, что утром на них косились постояльцы соседних номеров отеля под горой, в котором они остановились.

- Все так смотрят…. – Шепнула девушка Славе, когда они запирали дверь в номер, собираясь позавтракать в кафе.

- Они тебе завидуют, котенок. – Слава, самодовольно улыбнувшись, привлек ее к себе и обнял за талию. – Ни у кого нет такого мужа, одной тебе повезло.

- Слушай, а ты ведь прав. И пусть завидуют.

- Точно. – Слава прижал ее к стене в коридоре, тут же не отходя далеко от номера, и уже думал о том, чтоб вернуться в спальню, когда рядом раздалось тихое покашливание Павла.

- Ребят, вы сильно-то не увлекайтесь. Идем уже, девчонки ждут.

Павел, не изменяя себе, на отдых приехал в компании тех двух девушек, которых видел Слава на своем дне рождения. Как приятелю удалось с комфортом существовать меж двух огней ни он, ни Катя так понять и не смогли, но эта троица усердно делала вид, что у них все так же замечательно как в любой нормальной паре.

Видимо Павел делил себя между подругами поровну, потому что сцен ревности пока в этом трио не наблюдалось.

Вечером того же дня, отогреваясь вдвоем в большой угловой ванне, Катя и Слава делились впечатлениями об особенностях отношений между некоторыми молодыми людьми. Девушка удобно устроилась на груди мужа, вытянув ножки и играя пальчиками на кафельной стене. От воды поднимался пар, ей было тепло и уютно, а нежные руки легонько касались под слоем пены ее разогретой кожи, проводя мочалкой то по бедру, то по плечу, то по шее. Все эти прикосновения были вполне целомудренными, но вместе с тем несли в себе столько чувственного эротизма, что Катя постоянно отвлекалась от разговора.

- Слав…. – Она потрепала рукой мужнино колено, выглядывающее из воды под ее левой рукой, соорудила на нем пенную шапку.

- Что?

- А ты когда-нибудь встречался с двумя девушками сразу? – Катя замерла в ожидании ответа. Слава же почему-то медлил.

- Сексом занимался, было дело, а встречаться…. Я что, на самоубийцу похож? Пашка – он отчаянный, не боится, что девки однажды поделят его напополам в прямом смысле…. Кать?

Девушка отстранилась от него и обняла колени.

- Слушай, - он положил ладонь на ее затылок и слегка помассировал его, - не хочешь знать ответ, не задавай вопрос. И потом, - он привлек ее к себе, принуждая принять прежнее положение, - это было давно….

- А Паша, он что, прям встречается с ними обоими? Я пока вы последний раз спускались, болтала с ними в баре, но они как-то туманно на эту тему распространяются….

- Ну, я не думаю, что там все серьезно. Скорее всего, он их использует в качестве эскорта на вот таких мероприятиях, встречается время от времени, ради секса. Говорит не смог выбрать – они ему обе нравятся и ему с ними весело. Я представляю насколько….

- Да уж, - Катя поежилась, - еще бы ему было грустно…. Слав?

- Что, котенок.

- А ты… хотел бы опять… ну… только честно… пф! – Катя не смогла высказать свою мысль до конца – уж слишком трудно было притворяться, что ей все равно. Да и глупо было это спрашивать, но слишком уж хотелось, чтоб он ответил «нет».

- Конечно, хотел бы! – Слава как всегда ее ожидания «оправдал».

Катя повернулась к нему, прожигая взглядом и гневно поджав губки. Но парень рассмеявшись, притянул ее лицо к себе и поцеловал.

- Глупая ты, Катька. Мне ж тебя одной вот так… - он провел ребром ладони у себя под подбородком, - …хватает. Столько крови мне выпила за эти полгода! А ту, что не выпила – свернула, зараза…. И чтоб мне еще одну – нет уж, спасибо!

- Да ну тебя…. – Катя снова расслабилась в руках мужа, чувствуя, как он уже ладонью ласкает ее тело. – Вот все вы, мужики….

- Кто?

- Сам знаешь, кто…. Вечно вам мало. То секса, то обожания, то понтов….

- Кать, вот на самом деле, никто же их рядом с ним насильно не удерживает. Сами согласились. Хотя Пашка может быть убедительным, если захочет. Но вот ты согласилась бы?

- Нет. Я никогда не буду ни второй, ни одной из двух.

- Вот ты сама и ответила. Мы живем в свободной стране, Кать, где каждый волен сделать свой выбор…. Но знаешь, - вдруг оживившись, он развернул ее к себе и чмокнул в кончик носа, - все же я против таких вот отношений. Я за традиционную семью, где ты – только моя и я тебя делить ни с кем не собираюсь. А я – твой, и тоже не планирую размениваться ради лишних зарубок на кровати.

Катя в ответ приникла к его губам, целуя его и наслаждаясь тем, как он целовал ее в ответ. Увлекшись, ребята барахтались в ванне, пока звук выплеснувшейся на кафельный пол воды не заставил их отстраниться друг от друга.

- Слушай, здесь тесно, а? – Слава, тяжело дыша, прижался своим лбом к ее. – Переберемся в кровать?

- Угу. – Катя покивала в ответ и выбралась из ванной, закутавшись в полотенце.

Та ночь была для них наполнена неизведанной раннее нежностью и какое-то незримое понимание того, как им повезло в том, что они есть друг у друга, витало в воздухе. Еще до конца не принимаемое, стыдливое и робкое, это новое чувство обещало в скором времени окрепнуть в их сознании. А пока оно растворилось в зимних предрассветных сумерках, когда Катя устало улыбнувшись, засыпала у мужа на груди, обняв его и чувствуя, как его теплая ладонь прикасается к ее спине, кончиками пальцев поглаживая поясницу, даря ей ощущения сладкой неги и унося в царство сновидений….

После поездки, в конце января, состоялось наконец открытие авто тюннинг ателье. Все проблемы с нужными инстанциями были урегулированы, реклама шла полным ходом, и перспективы впереди маячили весьма неплохие. Отпраздновали событие ребята в модном клубе, где и состоялся их первый в официальной семейной жизни конфликт.

А проблема в очередной раз уперлась в близнецов, Кирилла и Данила. В ходе веселья эти двое, взяв Катю под белы рученьки, увлекли ее танцевать. Разгоряченная хмельными парами и повышенным вниманием парней, девушка, отожгла между двумя сильными мужскими телами по полной программе. Ей все это казалось шуткой, забавой на которую и внимания не стоит обращать (вернее стоит, конечно, но не в таком ключе), но заметив тяжелый взгляд мужа, развалившегося на кожаном диване у стола, увидев его сердито поджатые губы, она не поверила сначала, что он чем-то недоволен. Да, танец был зажигателен настолько, что им кто-то присвистнул в особо горячем моменте, но это ведь пустяк на самом деле! Или нет? Да и парни не какие-то незнакомцы, а Славины друзья…. Да и вообще, он гордиться должен был по идее сейчас, а не злиться!

Уже в такси, по дороге домой, когда Катя приникла к нему и потянулась к щеке, намереваясь поцеловать, Слава отстранился, и девушка удивленно поинтересовалась:

- Ты чего?

- Ничего. Ты хорошо отдохнула?

- Да. А в чем проблема, Слав? Я с того момента, когда ребята пригласили меня танцевать, тебя не пойму.

- Вот именно. Ты многого не понимаешь, Катя.

- Ты что… ревнуешь?

В этот момент машина остановилась у подъезда, и Слава ушел от ответа, переключившись на водителя, на помощь Кате, уже открывшей дверь и собирающейся выбраться из салона самостоятельно, так что продолжить удалось только в спальне, перед сном.

- Так ты мне расскажешь, чего надулся или нет.

- А ты сама не поймешь? Все нужно объяснять?

- Из-за танца, да?

- Да. – Коротко отрезал, глядя мимо нее в телевизор.

- Делать тебе нечего, - Катя, улыбнувшись, провела ладонью по его груди, снова попыталась поцеловать, и снова муж проигнорировал ее жест, словно не заметил его.

- Слава, завязывай, это же твои друзья, ты же их знаешь….

- Вот именно, знаю! – Он, наконец, посмотрел на нее. – Прекрасно знаю этих двух. Они ж на бабах сдвинутые, Кать. Это для тебя все было забавным, а они тебя в мыслях всю успели….

Он замолчал и только руки в кулаки сжались.

- И что? – Катя правда не понимала из чего он делает проблему. Мало ли что себе парни напредставляли, да и не факт что подобные мысли вообще у них тогда были. А Слава опять раздувает.

- И то… что я не хочу, чтоб они даже думали о тебе что-то подобное! Как представляю, так хочется им….

- Тише…. – Катя удивленно смотрела на него, понимая, что сегодня ей впервые удалось выжать из парня подобное признание. – Я все поняла.

- Толку-то…. – Слава успокоился и, откинувшись на спину, посмотрел в потолок.

- Могу я как-то искупить свою вину?

- Не знаю, - парень пожал плечами, - попробуй.

- И что мне сделать, чтоб ты меня простил?

- Ты знаешь что…. – Слава усердно притворялся холодным и равнодушным, но Катя уже понимала, чувствовала, что истерика прошла, и он сейчас ее не оттолкнет.

Девушка откинула одеяло и прошлась губами по его груди, чертя дорожку из поцелуев к его животу.

- Ну что, простишь? – Она на секунду отвлеклась, пытаясь поймать его взгляд.

- Не уверен.

- А так? – Она сдвинула вниз резинку его белья и обхватила пальчиками член.

- Я подумаю…. – Он запустил руку в ее волосы, пытаясь притянуть ближе к себе.

- Ну-ка без рук! Я сама….

Позже, когда девушка упала головой на подушку, она была прощена и реабилитирована по всем пунктам претензий. А потом еще и награждена за послушание и лояльность.

* * *

Теперь в институте Кате и Славе скучать было некогда. На переменах они старательно прятали свои отношения под маской равнодушия друг к другу, того самого, что было между ними осенью. Им казалось, что они неплохо справляются, а по большому счету им было наплевать, кто и что о них думает. Главное – сама игра в конспирацию так распаляла их, что немаленький корпус учебного заведения казался им тесной спичечной коробкой, в которой невозможно спрятаться от посторонних глаз и предаться греху.

Начиналось все примерно через полчаса после начала пары. На Катино колено ложилась ладонь мужа, сам же он в этот момент с повышенным интересов пялился в доску, слушал лектора или записывал его слова в тетрадь. Катя, поняв намек, выходила из аудитории и ждала его где-нибудь за ближайшим углом, где Слава набрасывался на нее, прижимал к стене и целовал с такой страстью, словно они одни сейчас и не в институте, а в собственной спальне. Его руки забирались под ее юбку так, словно это его собственный карман, а она никогда этому не сопротивлялась. Конечно, наступил тот день и час, когда они попались на глаза грозному ректору.

Обмениваясь в очередной раз поцелуями, и размышляя, о том, когда им вернуться на лекцию и возвращаться ли вообще, Катя и Слава вдруг услышали совсем рядом сердитое покашливание. Открыв глаза, девушка вздрогнула, увидев отца, и попыталась отстраниться, но Слава все так же прижимал ее к стене, ограничившись тем, что перестал ее целовать и руки с попы убрал.

- А что вы здесь делаете, молодые люди? Как это понимать?

- Мы женаты, вообще-то Валерий Сергеевич, - ответил Слава, Катя же спрятала вспыхнувшее лицо у мужа на груди, - имеем право.

- Вам устав института может быть показать? Тогда и поговорим о том, чем вы имеете право здесь заниматься, а чем нет. Вот посещать занятия, например не только ваше право, но и прямая обязанность.

- Вы что хотите, чтоб мы прям на лекции свои чувства друг к другу демонстрировали?

- Ну, ты бессовестный, Вячеслав. – Валерий Сергеевич покачал головой. – Отлепись уже от Катерины, и дуйте оба на лекцию. А чувства демонстрировать будете дома, там самое место.

- Как скажете. – Слава, наконец, отстранился от жены и, взяв ее за руку, направился к аудитории.

- Пока, пап! – девушка махнула отцу на прощанье и скрылась за дверью.

Мужчина еще некоторое время постоял, о чем-то задумавшись, потом цвет его лица из красного снова стал нормальным, он повертел в руках свой смешной галстук с зелеными вишенками на черном поле, ухмыльнулся и, развернувшись, ушел по направлению к своему кабинету.

Ребят же это не остановило, и они так и продолжали время от времени сбегать с занятий и тискаться в коридорах ВУЗа.

Теперь Катя часто приходила на Славины тренировки по баскетболу. Сидела на низкой лавочке и наблюдала за мужем, пока он настоятельно не порекомендовал ей либо совсем оставить его без внимания, либо приходить на тренировки в джинсах, потому что ее коленки отвлекают его от игры. Еще немного и тренер просто не будет пускать ее в спортзал – все видят, куда он пялится и что, вернее кто, ему мешает.

Катя цокнула, но приходить на тренировки не перестала. Просто стояла где-то в сторонке, вне пределов его видимости, с фотокамерой в руках, и следила за ним через видоискатель, иногда подлавливая удачные моменты.

Из студактива Слава ушел по причине катастрофической нехватки времени заниматься еще и этим. Да он и не слишком расстроился – все-таки основная причина его участия была в том, что таким образом он пытался прочнее закрепиться в институте. Ведь всем известно, чем больше времени студенты тратят на внеучебную жизнь ВУЗа, тем меньше у них шансов на отчисление и больше всевозможных поблажек от преподавателей и деканата. Теперь в этом не было необходимости.

Катя его решение поддержала, в сотый раз уверив мужа, что этот актив только лишь отнимает его время. От баскетбола же парень отказываться не стал, боясь подвести команду.

В общем, время шло, и на подходе был новый виток в отношениях молодых супругов – этап притирки друг к другу уже в новом статусе.

Слава так привык за это время к Катиному присутствию в своей жизни, к тому, что она ему вроде как и жена, и в то же время на его личную жизнь она почти не влияла, что однажды согласился отметить выполнение выгодного заказа с ребятами, в мужской компании. А Кате сообщить не посчитал нужным. Когда девушка позвонила ему, он смело объявил ей о том, что занят и домой вернется, как только освободится. Где и чем он занят, отчитываться при друзьях Слава не стал. Они же, посидев в мастерской и употребив горячительных напитков, увезли его в сауну.

- Паш, - Слава посмотрел на девиц, стоящих на пороге и наряженных так, чтоб сразу понятно было, к какой из древнейших профессий они относятся, - что-то я не помню разговоров про продажных женщин.

- Расслабься друг. – Павел закинул руку ему на плечо и слегка встряхнул. - Выбирай, тебе какая нравится?

- Мне кажется, или их тут определенно меньше чем нужно?

- Близнецы потребовали одну.

- Парни, - Слава повернулся к Кириллу и Данилу, - вы меня начинаете пугать. У меня подозрительные друзья – одному нужно сразу двух, другие вдвоем предпочитают одну. Я куда попал? Меня вообще дома жена ждет….

- Дождется. Пенелопа ведь дождалась, а ей ждать пришлось дольше. А ты у нас подозрительный стал, так что выбирай девчонку и не тупи. Вот, - он потянул за руку маленькую брюнетку с темными глазами, - иди сюда. Тебя как зовут?

- Карина. – Пропела девушка.

- Карина, это Вячеслав, мой друг, поможешь ему расслабиться?

- Конечно. – Девушка взяла Славу под локоть и увлекла в комнату, где они с друзьями только что общались одни. За ними никто не пошел, видимо остальные разошлись по другим комнатам.

- Карина, значит? – Он окинул ее внимательным взглядом с ног до головы. - А по-настоящему как?

- Валя. – Недовольно ответила девушка, откинувшись на спинку дивана.

- Коньячку, Валя? – Слава покрутил в руках бутылку.

- С удовольствием. – Девушка пододвинула ближе пустую рюмку.

Эх, и почему ему всегда так нравились именно брюнетки?

Когда через пару часов в комнате появился Павел, он подслушал окончание примерно такого диалога между Славой и Валей-Кариной:

- Черт, ты себе даже не представляешь, как она меня тогда раздражала и как иногда раздражает сейчас. Тогда мне порой казалось, что если я вот так возьму ее за шею, надавлю и подержу немного, мир только станет лучше и явно ничего не потеряет. А теперь у меня желание перекинуть ее через колено и хорошенько отшлепать – упрямая и порой глупая, и сам себя не пойму, почему она мне под кожу влезла, не понимаю….

Слава и девушка сидели рядом на диване и были полностью одеты. Слава держал в курах рюмку, Карина-Валя – фужер, в котором грела в ладони темно-коричневую жидкость. Девушка забралась с ногами на диван и, уронив голову на руку, внимательно слушала, что он ей говорил. Павел плюхнулся рядом и прикурил сигарету.

- Слав, я тебе тайну открою – это проститутка, а не психиатр, ты в курсе? Ты что ей тут два часа про свою жену рассказывал?

- Он ее очень любит. – Карина поднялась на ноги. – Она его тоже. Ладно, захочешь поговорить, звони.

- Я? – Слава удивленно посмотрел на нее. – Люблю? Катю что ли?

- Любишь. Только почему-то признаться в этом даже себе не хочешь. Ну все, мальчики, чао!

- Слушай, - Слава повернулся к Павлу, - я поеду, пожалуй. Катька меня, наверное, уже не ждет – время-то сколько? Ого!

Он уже торопливо набирал на сотовом номер такси.

Возвращаясь домой Слава не испытывал чувства вины совершенно. Наоборот, он был необычайно доволен собой – не поддался искушению, сохранил верность жене – его определенно не в чем упрекнуть. Похвалить – да, ведь он проявил удивительную стойкость, друзья еще долго будет ему припоминать «психиатра» Карину, только все это не важно. Он Кате сказал правду – никто кроме нее его в этом плане не интересует. Не хочет он никого кроме нее и вот доказательство. Жаль только, что она об этом не узнает, но все же…. Главное, ему это важно. И не будет он тр*хать кого-то только потому что так принято. Не правильно это. И не честно. Ни по отношению к Кате, ни к самому себе.

Однако переступив порог, Слава понял, что жена не спит и ждет его, пребывая в весьма скверном настроении.

- Ты где был? – Катя говорила, старательно сдерживаясь от того, чтоб не раскричаться.

Слава молча разулся и прошел на кухню.

- Чаю нальешь?

- Ты что, совсем обнаглел, Артемьев? Где ты был?

- С друзьями был и что? Я обязан тебе во всем отчитываться?

- Не во всем. Но как минимум о том, где ты и во сколько вернешься, тебе не сложно было бы сообщить. Или нет? – Девушка прислонилась плечом к проему двери и скрестила на груди руки.

- Кать, - Слава достал из холодильника бутылку с минералкой, сделал глоток, - не регулируй мою жизнь.

- Хорошо. Спокойной ночи. Желаю приятных снов… на диване в зале.

Катя, развернувшись, удалилась в свою комнату. Слава хлопнул дверцей холодильника, словно это она только что не оценила его недавний подвиг. Что ж, пусть так – парень расположился на диване и попытался уснуть. А прежде убедить себя в том, что он во всем совершенно прав. Но проворочавшись несколько минут, злясь на себя, встал и направился в комнату жены.

Вошел, прислушался, пытаясь понять, спит она или еще нет – все-таки время было уже много. Прилег рядом и прижался к ее спине – девушка лежала, отвернувшись от него.

- Кать…. – В ответ молчание, однако он чувствовал, что она не спит – уж слишком громко сопела. – Катюш….

Он уткнулся в изгиб ее шеи, прижался к ней, прижал ее к себе.

- Котенок….

- Что? – Холодное и намеренно равнодушное. Вроде как сонное, но он-то точно знает – она не спала….

- Я был не прав, котенок. – Сам не верит, что говорит это, но слова срываются с губ. – Я, наверное, просто не привык еще….

- Ты не думал о том, что я могла волноваться?

- Нет.

- Плохо. Я переживаю, а в ответ слышу – « Не звони больше, я как освобожусь, сам позвоню». Не честно так, Слава.

Она и правда волновалась. Волновалась и злилась на то, что не может звонить ему каждые пятнадцать минут и требовать, чтоб он немедленно вернулся. Катя не ревновала мужа, не выдумывала себе несуществующих измен. Он ей недавно прояснил ситуацию, повода сомневаться в нем, у нее нет. И нельзя превращаться в злую и нервную тетку, дергающую мужа и ревнующую к каждой юбке. Но вот то, что он не посчитал нужным просто сообщить, где он, с кем и когда вернется домой - это обидело ее сильнее всего. Он словно подчеркнул ей, что между ними кроме законного секса больше ничего не изменилось.

- Ну же, Кать… хватит дуться….

С другой стороны, он сам пришел к ней мириться. Ведь это совсем не в его стиле – он даже ради секса не будет через себя переступать. В таком случае у нее есть выбор – усугубить ситуацию и развыпендриваться, что, скорее всего, приведет к тому, что он психанет и уже никогда подобный подвиг не повторит. Или просто перешагнуть этот досадный инцидент и надеяться, что он не повториться.

Его руки уже бесстыдно скользят по самым затаенным уголкам ее тела, и Катя понимает – ему нужно доказательства того, что он прощен. И она поворачивается к нему и обвивает руки вокруг его шеи.

- Еще раз такое выкинешь, я тебя найду и убью, понял?

- Понял.

- Я серьезно.

- Да верю я…. - Слава пытается в ответ поцеловать жену, но она отстраняется.

- Слава, я хочу, чтоб ты понимал – если мы вместе, то это предполагает какие-то взаимные обязательства между нами. А если нет, то нет.

- Я понял, Кать, понял, - он, наконец, прижимает ее к себе и торопливо стягивает с плеч тонкие лямки шелковой пижамки, - вместе….

И тогда она уже не сопротивляясь позволяет помочь ей избавиться от того минимума одежды, что еще на ней присутствует и с не меньшим пылом отвечает на его жаркие поцелуи.

Глава 32

- …Ну и представь себе, Кать, этот псевдомажор непременно захотел на свою машину двери, чтоб вверх открывались. Как в космическом корабле, представила?

- Как у Бамбл Би?

- Кать…. Переходи на интеллектуальное кино, я тебя умоляю. У тебя все, как у Бамбл Би.

- У него так двери торчали за спиной, как крылышки. И вообще, хороший фильм….

- Кать….

- Так проблема-то в чем?

- В машине, Кать, я ж тебе говорил, ты чем слушала? У него машинка-то, тойота обычная! Да он в эти двери половину ее стоимости ввалит.

- Тебе какая разница? Мало ли какие у человека заскоки.

- Думаешь охота заморачиваться? Вот я понимаю с твоим «пыжиком» работать было одно удовольствие. Хочется заняться чем-то подобным….

Они ехали в институт, и Слава пересказывал ей события вчерашнего вечера, из-за которых он так поздно вернулся домой. Конечно, психотерапевтическую помощь Вали-Карины Слава ловко обошел стороной. Не то чтобы ему было что скрывать, просто не поймет Катька посиделок в сауне с проститутками. Не поймет и все, а значит, какой смысл продолжать нервотрепку, которую вчера удалось так замечательно замять.

- Дело не в том, Кать. – Слава припарковал машину на стоянке и повернулся к девушке. – Просто я знаешь что понял? Быть соучредителем какой-либо фирмы – это круто конечно, да и прибавка к заработной плате весьма ощутима, но вот я бы с большим удовольствием крутил себе гайки как раньше и оставался в стороне от разных там организационных дел. Хорошо хоть все бумажные вопросы Пашка контролирует лично. На мне только реклама. По крайней мере, пока. Какой из меня финансовый директор пока я диплом не получил? Так что в плане работы изменилось не многое.

- Слав, ну ты же должен расти, ты же не можешь всю жизнь как ты выразился, гайки крутить.

- Я понимаю, все, Кать. И привыкну, конечно. Научусь, втянусь в процесс, главное чтоб зачинщику не надоело. Пока он полон энтузиазма. Да и спрос есть, да еще какой, Кать! Правда такой серьезный заказ, как вчера впервые случился, так чтоб пришлось движок доводить и коробку на «механику» менять. Парень свернутый видимо на фильме «Форсаж». А в основном это внешние обвесы, тонировка да аэрография…. А что ты так смотришь, Кать?

Девушка и правда глаз с мужа не сводила и улыбалась, за ним наблюдая, так нежно, словно совсем его не слушала, а думала о чем-то своем.

- Ты такой серьезный, деловой такой…. А еще я сегодняшнее утро никак забыть не могу….

- Что же тебя так впечатлило? – Слава протянул руку к лицу девушки и аккуратно взял его в ладонь. Он не сомневался в причине Катиного хорошего настроения, но хотел услышать это из ее уст. Провел большим пальцем по ее губам, чувствуя, как она потерлась об нее щекой, ласкаясь.

- Ты…. – Только и успела выдохнуть, прежде чем он притянул ее к себе и поцеловал. Целовал ее так увлеченно, что на какой-то миг забыл о том, где они находятся и то, что их, через лобовое стекло, видно всем стоящим на крыльце.

- Кать…. – Слава, улыбаясь ей в губы, решил, наконец, напомнить о конспирации. – Нас все видят….

- Да и черт с ними. – Катя откинулась на спинку сидения, перевела дыхание. – Все уже давно догадались, да мне в принципе все равно.

- Мне тоже. Но все равно, это было забавно, согласись? Только, наверное, пора уже что-то менять.

- Ну, давай теперь громко заявим о себе, как тебе?

- Согласен. Иди сюда. – Слава потянул ее на себя, заставляя перебраться к себе на колени, и продолжил целовать девушку, пока неожиданно раздавшийся звук клаксона не заставил их оторваться друг от друга.

- Это я! – Катя, смеясь, уткнулась в плечо мужа. – Попой нажала.

- Ох уж эта попа. – Его руки тут же сжали упомянутую часть тела. - Твоя машинка тесновата для подобных забав.

- Вот когда купишь себе просторный автомобиль, тогда и поговорим. Ну что пойдем? Сейчас уже пара начнется, мы и так каждый раз опаздываем, а я папе обещала….

- Сейчас, погоди минутку. – Слава удержал попытавшуюся слезть с его колен девушку на себе и, откинув ее волосы, заправив за ушко непослушные пряди, падавшие на лицо, снова коснулся ее губ. Катя ответила охотно, тут же забыла обо всем на свете и отдалась его рукам, пока он сам не оторвался от нее.

- Пошли уже, Кать. – Сказал таким тоном, словно это она его не отпускала.

Слава открыл дверь со своей стороны так, что девушка едва не выпала из нее. Она, вскрикнув, вцепилась в его куртку, словно он на самом деле мог позволить ей упасть.

- Ты чего? - Слава помог ей встать на ноги. – Я ж пошутил.

- За такие шутки знаешь, что бывает с шутниками? – Серьезный Катин тон никак не увязывался с ее веселым выражением лица.

- Догадываюсь. - Парень обнял жену за талию и открыл перед ней двери учебного заведения. Внутри было тихо – видимо они опять опоздали на занятия.

- Слушай, - Катя увлекла его к дальней лестнице, - пойдем здесь, а то вдруг отцу попадемся, опять напоремся на нравоучения.

Поднимаясь по безлюдной лестнице, Слава успел, где надо Катю потрогать, где надо погладить и пару раз зажать в уголке и попытаться поцеловать. Она, однако, смеясь, вырывалась из его рук и убегала вверх по ступенькам, боясь снова попасться на глаза родителю в щекотливой ситуации. Даже если ее законный муж ничего щекотливого в том, что он себе при ее отце позволил в прошлый раз, не видел.

Конечно, это только при его маме нужно сдерживаться, занимаясь сексом, все остальные все прекрасно понимают.

- Да постой ты, Кать, - он поймал ее на последнем пролете перед нужным этажом и прижал к стене, - все равно ведь уже опоздали, может ну ее, эту лекцию, а?

- Надо идти, Слав, - она уперлась руками в его плечи, безрезультатно пытаясь оттолкнуть от себя сильное тело, - там «автомат» на основе стопроцентной явки….

- Тебе ли беспокоиться об «автомате»? – Ее муж иронично выгнул бровь и усмехнулся. К стене прижимать, однако девушку не перестал.

- Я папе обещала. – Катя все еще пыталась донести до него необходимость их присутствия на занятиях.

- А твой папа мне обещал, что если я на тебе женюсь, мне вообще ни о чем больше думать не нужно будет.

- Так вот почему ты на мне женился. А я-то думала….

Он заразительно улыбнулся, и девушка не смогла больше сопротивляться, позволила себя поцеловать.

На несколько секунд они застыли, увлеченные поцелуем и собой, но неожиданно раздавшийся совсем рядом голос заставил их одновременно повернуться к говорившей.

- А я-то думаю – правда, что ли у вас все вдруг стало так сладко, как говорят в группе? – Рядом стояла Юля и, обаятельно улыбаясь, наблюдала за их растерянными лицами. И как же не понравилась Кате эта ее улыбка. Что-то тревожно шевельнулось в душе и тут же исчезло.

Слава, впрочем, быстро собрался, и снова обняв Катю за талию, прижал ее к себе.

- Ведь ходили слухи, что ваш брак фиктивный и вас заставили пожениться из-за тех фотографий. – Юля, пожимая плечами, рассуждала вслух. – Кстати, подруга, а что ж ты нам до свадьбы такие интересные подробности не раскрыла? Мы же вроде все друг другу доверяли или в чем тогда смысл женской дружбы? Помочь от надоевшего парня избавиться? Кстати, когда Славочка тебе надоест, ты обращайся, я всегда с радостью помогу.

- Что ты несешь? – Слава, нахмурившись, обернулся к девушке. – Шла бы на лекцию.

- Я пойду, конечно, у меня же нет больше таких полезных связей как у тебя, Слав. Но прежде, Кать, все же хочу тебя поздравить, вижу, ты вполне счастлива с этим, как ты его называла, «идиотом Славой». Вот кто бы мог подумать, правда, когда мы спорили, что ты разведешь их с Зоей и влюбишь его в себя, что все так удачно закончится? Поздравляю подруга – ты выиграла спор по всем пунктам. Я признаться, до последнего сомневалась. Бросать-то когда собираешься? Он вроде уже готов. Если что, мое предложение в силе.

Юля, подарив бывшей подруге на прощание еще одну улыбку, развернувшись, удалилась. Слава повернулся к Кате. Девушка чувствовала, как напряглось его тело, как он отстранился от нее, но посмотреть в его глаза боялась. Она только надеялась все же, что Слава поймет, все поймет, но взглянув на него, поняла, что надеждам ее сбыться не суждено.

Он молча смотрел на нее, и она видела как замерзал его взгляд, как он становился обжигающе ледяным и невыносимо равнодушным. Таким, каким был он к ней тогда, в том времени, о котором она уже успела забыть и думать не думала, что глупый спор напомнит о себе.

- Спор, значит…. – Задумчиво протянул парень, скривившись. – Значит, конспирация была исключительно ради забавы? Хитра ты, ничего не скажешь….

- Ты меня не так понял. – Катя попыталась бы объясниться. Но каким-то внутренним чутьем уже понимала, что это бесполезно и ему совсем не нужно. Да и сама она не видела смысла оправдываться за подобные глупости. Особенно за последнюю Юлину фразу.

- Значит, вот для чего нужны были те фотографии. – Он покивал головой. – Доказательства, значит, выигрыша. А на что хоть спорили, Кать?

- Уже не помню. На желание кажется…. – Отпираться больше не было ни смысла ни желания. Катя рассказывала об этом словно не о себе, а о ком-то другом. Обидно до слез было что, судя по его реакции, для него она ни капли не изменилась с тех пор.

- Не густо.

- Слава, послушай…. – Катя больше не смогла выдерживать этот разговор. С каждой минутой которого, с каждым словом ей все явственнее казалось, что она теряет его навсегда. Словно земля из-под ног уходила, и никак нельзя было это остановить. – Неужели ты не понимаешь….

- Не понимаю. – Слава, став серьезным и даже жестким, убрал ее руки, которыми Катя цеплялась за него, словно пыталась остановить, хотя он не двигался с места. Пока не двигался. – И слышать ничего не хочу. И так понятно, что я забыл, с кем связался, дурак.

Он, круто развернувшись, почти бегом спустился по лестнице.

- Слава! – Катя бросилась к перилам и, перегнувшись через них, пыталась разглядеть его внизу. Не дождавшись ответа, она медленно сползла по перилам на каменный пол, прижавшись пылающим лбом к холодным прутьям. Ей было душно, словно воздуха не хватало, и мысли вихрем проносились в голове. Она не могла ни на одной сосредоточиться, и то думала о том, что она сделает с этой блондинистой сучкой, то вдруг вспоминала, что только что произошло, то думала о том, как они всего лишь несколько минут назад поднимались по этой лестнице, счастливые и за одно короткое мгновение все так изменилось. Не верилось, что все происходит на самом деле. Как же так? Этот глупый спор, она успела забыть о нем, вернее, она просто относилась к этому как к поступку, который совершил совсем другой человек. Она наивно полагала, что эту страницу они со Славой перелистнули, и больше ничто не имеет значения – только он и она. Он ведь сам ей так и сказал в новогоднюю ночь – все, что было больше не важно…. Тогда почему все так получилось?

Как он мог все забыть, перечеркнуть из-за глупости, случившейся почти год назад? А еще, ведь именно этот спор привел их друг к другу, он ведь должен был это понять. Или нет? Или в этом и была вся проблема? В том, что в результате спора он потерял Зою и приобрел ее, Катю?

Девушка зажмурилась – она не будет об этом думать, иначе с ума сойдет. Не оценил, не дорожил, понять не захотел – и пусть! Если все что произошло с ними, с ней за эти месяцы для него совсем ничего не значит, она навязываться с объяснениями тоже не станет.

Катя встала на ноги и поправила на себе одежду. Достала из сумочки маленькое зеркальце и придирчиво оглядела себя. Почувствовав, как глаза снова наполняются слезами, она прижала ладонь ко лбу и глубоко вздохнула несколько раз. Совсем как тогда, в пещерах, когда чувствовала приближение паники и готова была потерять контроль над своими эмоциями и над собой. Помогло тогда, поможет и сейчас. Вот только на лекцию она, пожалуй, не пойдет.

Катя бросила зеркальце обратно в сумку и, громко цокая каблучками, спустилась по лестнице, по которой несколько минут назад торопливо спускался ее…. А кто Слава ей теперь? И будет ли снова тем, кем был совсем недавно – мужем, другом, возлюбленным. Или снова станет врагом?

* * *

Слава вернулся домой. Молча прошел в комнату, упал в кресло, что стояло в углу, скрестил руки за головой, откинувшись на подголовник, и долго сидел так, искоса глядя на кровать. Заходила мама. Она спрашивала, что случилось, интересовалась, где Катя, сказала, что звонил Павел, искал его. Тогда парень, ничего не объяснив матери, кроме того, что все в порядке, собрался и ушел на работу.

Там попытался отвлечься и сосредоточиться на том, что хотел донести до него друг, но постоянно терял нить разговора, думая о том, как он в очередной раз ошибся с Катериной. А ведь он уже успел поверить в то, что они смогут быть вместе, что они подходят друг другу. Ему даже на какой-то короткий миг показалось, что он чувствует к ней что-то большее, чем просто симпатия, привычка и половое влечение. Даже показалось, что он понимает ее лучше, чем кто бы то ни было, и что она так же понимает его. Почувствовал какое-то единство, родство не только в моменты физической близости, но и в простой обыденной жизни. Начал находить что-то особенное в таких, неромантичных на первый взгляд, ситуациях, как совместная уборка или готовка. Оказывается девушка протирающая пыль на шкафу, стоя на табуретке, так сексуально поворачивает попу и как же он раньше всего этого не замечал. Как и того, что с кожи женской руки шоколадный крем для торта в сто раз вкуснее, чем с собственного пальца, а ведь до некоторых пор он мог спорить об этом до посинения. Но тогда в сравнение шли обычные ложки, а не Катины маленькие ручки….

Эти мысли влекли за собой другие – те, что продолжали все эти моменты. Как он подхватывает Катю с табуретки, как она визжит напугано и обвивает руками его шею. Как он тащит ее в спальню и там….

А потом его мысли кардинально поменяли направление и он представил себе Катю с ехидной высокомерной улыбкой разрушающую его жизнь, лишающую его лучшего друга и любимой девушки вот так просто, ради спора, ради забавы и желания всегда и всех прогибать под себя. И в этих мыслях Катя виделась ему уже не той девушкой, какой она была после возвращения с Алтая. Сейчас он представлял ее коварным злобным монстром, к которому он никогда не испытывал ничего кроме раздражения и злости.

Вся эта ситуация словно окунула его в недавнее прошлое, воскрешая в памяти все переживания и эмоции, что он испытывал тогда. Славе казалось, что он переживает все снова, и парень еще не понимал, что это были вовсе не те самые чувства, а всего лишь воспоминания о них. Ему казалось, что все вмиг отгорело, исчезло, оставив на душе лишь горечь и злость на себя.

Слава больше всего на свете не любил разочаровываться в себе. А сейчас ему казалось, что Катя с подругами посмеялась над ним. И сам он чувствовал себя идиотом на самом деле. Все предстало в новом свете - и Катина помощь Зое на зачете, и приглашение в кино, и пробуждение в одной постели – все это сейчас виделось ему коварным заранее сработанным планом. Планом, который лишил его лучшего друга, Зои…. Ладно, если быть откровенным с собой, разрыв с Зоей он пережил с минимальными потерями, а вот по Димке скучал порой. Особенно сейчас, когда, как никогда сильно, хотелось кому-то выговориться.

Димка, его друг, его крепкое плечо, тот на кого он всегда мог рассчитывать, всегда мог положиться, кто всегда готов был прикрыть его в нужный момент и кто пошел бы с ним в огонь и воду. Да будь он с ним той осенней ночью….

- Слав…. Слава-а…. – Он не сразу понимает, что Павел уже несколько минут стоит молча рядом и наблюдает за ним. – Вячеслав Евгеньевич, где вы витаете?

- Я здесь. – Слава потер переносицу и, нахмурившись, попытался вспомнить, о чем ему друг только что рассказывал.

- Что-то случилось?

- Нет, ничего. Так, о чем ты говорил?

- Еще раз…. - Павел терпеливо принялся повторять свой рассказ о проблемах с поставщиками и о том, что им необходимо где-то еще разместить рекламу. Друг хотел, чтоб Катя поговорила с отцом, и тот продвинул их в газеты или журналы, где у него есть знакомые редакторы. Ну, если такие имеются, конечно же. Учитывая наличие в институте рекламного отделения, Павел справедливо полагал, что кое-какие связи в средствах массовой информации у ректора быть просто обязаны. Слава на этот счет подробной и достоверной информации дать не мог. Ну да, вроде в один журнал он Катю пристроил, но были ли у него еще знакомые, жена никогда не рассказывала.

- Слушай, Паш…. – Слава взъерошил ладонью волосы на затылке, думая как рассказать последние новости. – Дело в том, что Катя мне больше в этом деле не помощник.

- Ай, да ладно! – Тот отмахнулся рукой. – Вы женатые вечно миритесь, ссоритесь, сходитесь, расходитесь, в твоем случае – разводитесь. Ты просто имей в виду то, что я тебе сказал.

- Не знаю, - Слава встал из-за стола и отошел к окну, - не знаю, чем это все закончится, но о примирении пока речи быть не может.

- А что случилось-то? Ты все-таки гульнул от нее с Кариной?

- Нет.

- Она от тебя гульнула?! Ну, брат, это серьезно, конечно, тогда сразу разводись – раз пошла жена налево, то уже не удержишь….

- Да нет! – Слава поежился, представив то, о чем говорил ему Павел. – Не в том дело.

- А в чем? – Парень присел на край стола, всем своим видом демонстрируя желание докопаться до сути конфликта.

- Да… поспорила она с подругами давно, на то, что мою грядущую свадьбу расстроит. У меня тогда другая девушка была, Зоя. В результате Катиных манипуляций она ушла к моему другу….

- И всего-то! – Павел хмыкнул и, встав, направился к двери в кабинет, где они находились. – Так радоваться надо, а ты убиваешься. А насчет друга… а зачем нужен такой друг, который сохнет по твоей будущей жене, а? Чтоб было кому ее утешить в случае семейной ссоры?

Он вышел, оставив Славу в одиночестве.

Сейчас, когда он попытался объяснить Павлу свое состояние, причина его терзаний прозвучала вовсе не так катастрофично, как ему казалось в собственных мыслях. Там все было гипертрофированно, безобразно преувеличено, приукрашено его отношением ко всему. А на словах оказалось лаконично и просто. Как и Пашкин ответ.

Но с другой стороны, разве знает Павел все нюансы их с Катериной отношений. Ему судить просто, это не им кто-то манипулировал как шахматной пешкой.

Слава собрался и пошел домой. Время было уже прилично и Катя, наверное, уже дома. Наверное, рассказала все его маме, как всегда выставила себя в более выгодном свете и опять сейчас мать начнет его поучать.

Он вообще не знал, чего ему сейчас дома ожидать, как себя вести. Ни разговаривать с Катей не хотелось, ни вообще видеть ее. Можно конечно и дальше попробовать пожить соседями, но судя по всему, им это вряд ли удастся. После всего, что между ними было, сейчас их жизнь имеет все шансы превратиться в ад. Самый настоящий.

Но войдя во двор первое, что заметил Вячеслав – это отсутствие Катиной машины на привычном месте у подъезда. Он торопливо вбежал по лестнице, уже догадываясь, что произошло и, отказываясь верить в это.

- Сынок, - на пороге его встретила мама, - что случилось? Катя ушла и вещи собрала. Ничего не объяснила, сказала, ты сам расскажешь. Вот знала я, чувствовала – что-то случилось! Слава, как же так, сын….

- Мам… - Он обнял мать за плечо и усадил на диван в зале. – Слушай, Катя, наверное, здесь жить больше не будет.

- Но почему, сынок? Я думала у вас что-то, наконец, наладилось. И что теперь делать?

- Нормально все будет мам, что-нибудь придумаю. Поди, не отчислит Катин отец бывшего родственника. – Он потрепал мать за плечо, натянув на лицо улыбку и пытаясь сам поверить в то, что он говорил.

Катя ушла. Она здесь, рядом с ним жить больше не будет. Неужели это правда?

- Да дело-то не в учебе, сын? Может, все же расскажешь, что случилось.

- Катя… в общем, она все подстроила для того, чтоб нашу свадьбу с Зоей сорвать. Все спланировала и фото эти, скорее всего, не случайно Зое в руки попали…. Поспорили они с подругами, что я с Зоей расстанусь ради нее. На интерес поспорили, просто из вредности Катиной извечной. Вот не было ей покоя, что я вокруг нее не вьюсь как все другие, что выбрал Зою. Дело даже не в том, что она ко мне что-то испытывала, вовсе нет! Она мои отношения с Зоей, с другом испортила из прихоти. Наврала мне опять, а я не терплю, когда мне врут. Ты меня знаешь, мам, мне порой меньшего достаточно, чтоб отрезало раз и навсегда.

- Да сын, знаю. – Светлана Алексеевна выдохнула, голос ее вдруг стал каким-то удивительно серьезным, и в нем явственно чувствовалась горечь. – Я тебя хорошо знаю, Слава. Как же ты похож на своего отца….

Женщина повернулась к окну и на минуту замолчала.

- Не говори так, мама, у меня нет отца.

- Есть…. И совсем как ты – такой же категоричный, бескомпромиссный. Такой же упрямый…. Правду люди говорят – яблочко от яблоньки недалеко падает…. - Она снова повернулась к нему. Словно те мгновения она решала что-то для себя и, наконец, решила. - Сынок, я никогда не рассказывала тебе о том, почему воспитывала тебя одна. Вернее, ты знаешь правду, но не всю.

Мы с твоим отцом познакомились, когда я в институте училась, ну это ты знаешь. Познакомились в компании друзей, как это часто бывало, довольно быстро у нас начались отношения, мы любили друг друга, он меня любил, я знаю, любил….

Женщина перевела дыхание, тщательно скрывая дрожь в голосе.

- Речь даже шла о скорой свадьбе, и тут вдруг ему пришлось уехать, совсем ненадолго - на пару недель. А ты знаешь, сынок, что такое две недели в разлуке с любимым человеком? Я целыми днями сидела дома, почти никуда не выходила, да еще и чувствовала себя не очень хорошо. Как оказалось, я уже тогда была беременна. Тобой.

Когда он вернулся, я рассказала ему. А кто-то из друзей (а я никогда не нравилась его друзьям), сказал ему, что я без него времени даром не теряла. В общем, что ребенок мой не от него. Люди бывают очень злыми, Слава. И есть ложь, способная сломать чью-то жизнь. Скажи, Катино вранье твою жизнь сломало? Разделило на «до» и «после»? Ты просто еще не знаешь о чем говоришь, сынок. Но имеешь все шансы об этом узнать.

Она снова замолчала, вспоминая события прошлых лет.

- Твой отец слушать меня не стал. Сказал лишь, что нет дыма без огня и без причин на невесту наговаривать друзья ему не будут. А еще он так же, как ты не умел прощать ошибок и считал, что девушка должна быть в его глазах идеальна, безупречна, безгрешна. Малейшая оплошность, провинность сидела в нем занозой, и он не мог через это переступить. Не мог перешагнуть через себя даже ради любви. Слишком уж он был горд. Так же как ты. Ты слишком много требуешь от людей, сынок. Когда случилась вся эта ситуация с Зоей, я поняла, что это все дурная кровь твоего отца. Ты такой же - не умеешь прощать, не умеешь слушать, сам себе находишь аргументы, веришь в них, а правда, какая бы она не была, тебя не интересует.

Зоя ведь ошиблась. Вспылила девчонка, обиделась на тебя, дуру сваляла…. Но ладно, и я тогда слишком уж боялась Катиного отца. Я мешать вам не стала, приняла это как добрый знак, ведь Катя, она подходит тебе гораздо лучше. И я вижу, как ты к ней относился - вы с ней были на равных, вместе. С Зоей ты был другим. Ее ты гнул под себя, а Катерину так просто не согнешь и тебе нравилось это.

А теперь ты имеешь все шансы Катю потерять все по тем же причинам – она не Зоя, терпеть не станет, бегать за тобой и каяться сто тысяч раз – тоже. Ведь мы с тобой прекрасно понимаем – если бы не Дима, Зоя не выдержала бы и как всегда позвонила бы первая. И тогда ты с чувством полного удовлетворения расстался бы с ней. Тебя же сильнее всего гложет не то, что ты потерял любимую девушку, а то, что она так легко забыла тебя. Ушла, да еще и друга с собой забрала, а ты думал – все в твоих руках, да?

Сынок, а чем ты лучше Кати? Она, по крайней мере, была с тобой искренней, а ты ей за все это время хоть раз сказал, что любишь ее?

- Я ее не люблю. – Буркнул под нос ее сын, не поднимая глаз и нервно сжимая переплетенные пальцы рук.

- Уверен? А почему ты так боишься в этом признаться? Она ведь совсем другой стала, неужели ты разницы не видишь? Ты вспомни ту Катерину, что перешагнула порог этой квартиры в прошлом июне…. Хотя, нет – ты не видел, ты же тогда к Зое сбежал…. Так вот, сейчас это другой человек. Ты обиделся на ту, прежнюю Катю, и на нее ты имеешь право обижаться сколь угодно. Но почему ты свой гнев праведный переносишь на нашу Катю, на человека, который провел колоссальную работу над собой, который смог измениться, отступиться от старых неверных принципов…. И она, в отличие от тебя, не боится признаться себе в том, что любит тебя. Вы все еще можете исправить сынок. Я не хочу, чтоб ты однажды, спустя много лет пожалел о том, что натворил.

Однажды мы с твоим отцом встретились случайно, в магазине. Ты, наверное, не помнишь, но ты уже был взрослым, школу заканчивал – не так давно это было. Мы встретились, он увидел тебя, и я поняла, в глазах его прочитала – узнал. Узнал он тебя, не мог не заметить, как сильно ты на него похож – просто копия.

- Ну и? – Слава застывшим взглядом буравил ковер, выискивая в линиях пестрого узора одному ему видимые символы.

- Что, «и»?

- Узнал он меня и что?

- А ничего. Столько воды утекло, у него семья, дети, бизнес. Он в отличие от меня, почти не изменился, возмужал только, а я…. Я постарела. Но я всегда буду помнить этот его взгляд. И не хочу, чтоб тебя, мой сын, коснулось когда-нибудь подобное сожаление о том, чего не воротить и не исправить….

На этом Светлана Алексеевна закончила. Да и говорить больше было не о чем.

В ту ночь Слава долго не мог уснуть. Все ворочался один на Катькиной кровати, чувствуя, как ее подушка пахнет ее шампунем, ощущая почти физическую потребность, протянув руку коснуться ее тела, зарыться в ее волосы….

А под утро ему приснился сон, что он со стороны наблюдает за Катей и видит ее, окруженную кучей детей и счастливо улыбающуюся другому мужчине, который обнимает ее и бережно поглаживает ее спину в вырезе того новогоднего платья….

* * *

- Катюшка…. - Римма Леонидовна погладила по руке застывшую над полной чашкой чая, дочь. Девушка вертела чашку в руках уже довольно давно, чай успел остыть. Она ничего не говорила, только время от времени стирала со щек скатывавшиеся из уголков глаз слезинки.

Появившись на пороге отчего дома, Катя пояснила ситуацию настолько, насколько это было возможно. Она просто рассказала, что Слава узнал о споре. И поэтому она возвращается домой, ведь жить с ним дальше не представляется возможным. На вопрос отца, чье это было решение, Катя ответила, что ее, но по дрогнувшему голосу, мужчина видимо понял, насколько желанным для дочки оно было. Он и сейчас, нахмурившись, стоял у окна и нет-нет да бросал на нее взгляды, желая помочь и не зная чем.

- Котенок…. Ну скажи что-нибудь, может, ты кушать хочешь, дочь?

- Нет, не хочу. Ничего не хочу. – Катя встала из-за стола и хотела пойти в комнату. Но тут отец не выдержал.

- Ну все, не могу я на ребенка смотреть. Я этому сопляку устрою райские кущи! Сейчас…. – Он вытащил телефон и нервно тыкал пальцем в дисплей, пытаясь открыть телефонную книгу.

- Папа…. – Катя остановилась и смотрела на него.

- Он у меня поедет на север, красную икру есть….

- Отец.

- Он у меня на атомной боеголовке женится, умник такой! Подводная лодка – вот его ближайшее будущее года на три!

- Отец! – В Катином голосе звучало что-то незнакомое родителям раннее, но Валерий Сергеевич этого не замечал, увлеченный своим планом мести зятю.

- Алло, - он, наконец, нашел нужный номер, - Сергей Игнатович, ну привет старый друг. Здравия желаю. Лаврентьев беспокоит, узнал? Слушай, дело у меня к тебе….

- Папа, да прекрати ты! – Катя вдруг подскочила к отцу и, вырвав телефон из его рук, со всей силы швырнула его в стену. Остановилась тяжело дыша. Посмотрела на растерянного отца, продолжающего прижимать к уху, пустую ладонь.

- Не нужно никуда звонить, слышишь?! Я сама во всем виновата, сама! – У девушки, кажется, начиналась истерика. – Ну не любит он меня, что ты сделаешь? Заставишь? Сможешь заставить?!

Она устало опустилась на стул, уронила голову на руки. Несколько минут родители наблюдали, как трясутся от рыданий ее плечи и боялись даже слово ей сказать, не то что прикоснуться. А потом она вытерла глаза и встала из-за стола.

- Оставь его в покое, пап, у него мама больна. Ему в армию никак нельзя…. Я к себе.

Закрыв за собой дверь своей комнаты, Катя устроилась на своей старой кровати, которую родители достали из подвала и поставили здесь на всякий случай. Она подтянула колени к груди и попыталась уснуть.

* * *

На следующий день Слава отправился в институт. Почему-то сейчас он совсем не думал о неприятностях с ректором и возможном отчислении. Будь что будет, только это не самое главное сейчас.

Ему нужно было увидеть Катю. Зачем, он и сам пока еще не знал, но был уверен – узнает, как только ее увидит. Мать была права, они должны поговорить.

Но машины жены у крыльца не было. В лекционной аудитории Катиного присутствия, впрочем, тоже не наблюдалось. Слава, проторчав в «поточке» почти до самого звонка, пошел к расписанию, надеясь встретить девушку там. Насколько он помнил, Катя расписание занятий никогда не записывала. А потом бежала сломя голову за минуту до начала пары, чтоб узнать, в каком кабинете занятия. И хорошо если не на одном из верхних этажей. Он улыбнулся воспоминаниям, ему даже показалось, что он как наяву слышит цокот Катиных каблучков. Потом он понял, что по лестнице на самом деле кто-то поднимается, и какое-то шестое чувство заставило его с болезненным нетерпением ждать, чтоб убедиться, что его подозрения оправданы.

Катя вылетела из-за угла стремительно, на ходу расстегивая пальтишко и одновременно разматывая пестрый шарф, красовавшийся на ее шее. Все эти суетливые телодвижения сковывала болтающаяся на локте девушки сумка, так и норовившая упасть на пол. Она, засмотревшись под ноги, налетела на Славу, заметив его только уткнувшись носом в его грудь.

- Привет. – Он поддержал ее за плечо.

Девушка выдернула руку из захвата его пальцев и хотела пройти мимо, но он задержал.

- Кать, постой! – Он поймал ее за руку, развернул к себе. – Надо поговорить.

- Да ты что? – Она окинула его равнодушным взглядом. – Кому надо? Тебе?

- А тебе нет? – За ее бравадой Слава безошибочно разглядел горечь и стремление казаться равнодушной.

- Знаешь, - Катина ладонь выскользнула из его руки, - мне нужно было с тобой поговорить… вчера… не сегодня. А сегодня все – поезд ушел, и разговаривать нам нет смысла. И вообще, у нас всегда все по-твоему, почему-то. Мы разговаривать должны, когда ты захочешь, мы сексом занимаемся, когда ты решишь, что это тебе нужно, у нас все всегда определяешь, вернее, определял ты.

- Катя, не вредничай.

- Ладно, хочешь поговорить? – Девушка упрямо вздернула подбородок, поправила сумочку на плече и уверенно заговорила. - Тогда слушай, может пригодится… в следующем браке. Ты эгоист, Слава, самовлюбленный, зацикленный на себе. Ты даже не заметил, не понял ничего. Тебе почему-то важен сам факт этого чертового спора, а все что произошло с нами после – этого словно и не было. – Катя заводилась, маска спокойствия, которую она старательно сохраняла на себе с самого утра, трещала по швам под наплывом искренней обиды и сильных переживаний. Ей казалось, она сможет вернуть себя прежнюю, она даже на какой-то момент поверила в такую вероятность, но Слава ее рушил сейчас только лишь одним своим молчаливым присутствием рядом. Он ведь даже почти ничего не говорил, просто стоял и молчал, и этого было достаточно для того, чтоб вчерашняя боль, сковавшая ее, вернулась в десятикратном размере.

- Вчера, когда эта дрянь белобрысая, сказала тебе, я думала ты как я…. Думала что для тебя это все то же самое значит, что ты пошлешь ее, что все поймешь, а ты? Словно повод нашел…. Словно…. – Катя судорожно вздохнула и часто заморгала, мешая слезам.

- Да я поспорила тогда, Слава, глупость совершила на самом деле….

- Почему ты мне не рассказала? – Слава положил ладони на плечи девушки, сжал их.

- Потому что… да я и думать об этом забыла, и знаешь… - ее голос предательски дрогнул, - …если бы можно было, вернуть время назад… я бы повторила все снова. Повторила бы!

Ей уже было трудно говорить, потому что комок в горле мешал и рыдания спирали дыхание, но Катя крепилась – она при нем плакать не станет. Скинула его руки со своих плеч и отошла на шаг назад.

- Повторила, потому что это время с тобой… потому что ты…. Ведь я тебя, дура…. – Договорить девушка просто не смогла.

- Кать…. – Слава опешил от этого признания. Он растерялся и не знал, что делать. В голове вихрем проносились варианты дальнейших действий – обнять, прижать к себе, предложить платок, похлопать по плечу, сказать что-то умное, но что?

Вот, почему ее слезы всегда лишали его равновесия?

Она же не выдержала и, развернувшись, бросилась вниз по лестнице. Слава попытался пойти за ней, но Катя крикнула ему «Договорим завтра!» и скрылась из вида. Парень прислонился плечом к стене и задумался.

Он много думал прошлой ночью о маминых словах, и понимал, что возможно он на самом деле в отношениях с женой вел себя как во всех прочих отношениях с девушками. С Зоей, например. Слава на самом деле относился к Кате так, словно это он ей что-то дал, а она ему – ничего, кроме потрясных ощущений во время секса. Словно он – центр ее вселенной. А она для него – нет. Словно он нужен ей гораздо больше, чем она ему. И девушка должна быть довольна и счастлива уже от того, что он рядом, забыл ей ее скверное поведение и дурной характер, перелистнул страницу их прошлых отношений и позволил ей считать его мужем, а саму себя его женой. И он считал, что этого достаточно. Что этого в принципе много. Всем другим было вполне достаточно. А вот Кате вряд ли этого хватило бы надолго.

А друг… что ж, ему ведь не с другом жизнь строить. Да и Димка не сомневался, когда выбрал Зою, потому что это было правильно. Для него правильно, а Славины мысли в этой ситуации были для друга вообще не важны. И, наверное, так и должно быть. За любовь нужно бороться, когда она есть. Димка вот свое счастье дождался, и принципиальность и гордость не включил, а он включил. И тошно сейчас от всего и Катьки рядом не хватает, и страшно, что и дальше ее рядом не будет.

Похоже, он совсем в себе запутался.

А главное, Катя только что заставила его взглянуть на ситуацию совсем под другим углом. Ведь с такой точки зрения он даже и не рассматривал этот спор, не искал в нем положительных моментов. Он зациклился на своем раненом самолюбии и забыл все хорошее, что было между ними за это время. Забыл, что Зоя в сравнении уже давным-давно Кате проиграла. Разве он переживал об их расставании все это время? Нет, он наслаждался временем, проведенным с женой, ему с ней было более чем хорошо. А насчет Димки Павел вчера высказался достаточно конкретно. И разве он был не прав?

Слава вернулся домой и слонялся по квартире, метался из угла в угол, пытаясь понять, разобраться в чувствах, принять в себе что-то новое. Он не мог думать ни о чем, кроме Катиных последних слов.

В ту ночь он снова плохо спал, а утром пошел в институт, надеясь увидеть жену там. Но девушка не появилась. Не пришла она и на следующий день и на послеследующий. А потом наступили выходные, самые длинные выходные в его жизни, но к понедельнику Слава уже твердо знал, чего он хочет, и что ему необходимо для счастья.

Не так было без нее. Некомфортно, неуютно, нелепо как-то стало дома.

И пусто.

Слишком свободно, слишком просторно и слишком одиноко….

В понедельник Слава снова не застав Катю на первой лекции, направился в кабинет ее отца. Постучал для соблюдения формальностей и, не дожидаясь ответа, вошел. Его тесть сидел за столом и перебирал какие-то бумаги. На него он глянул быстрым взглядом и вернулся к своему занятию.

- Здравствуй, Вячеслав. Чего-то хотел? Давай недолго – у меня много дел, заседание кафедры, деловые встречи – ни одной лишней минуты. Понедельник, как говорится, день тяжелый….

- Валерий Сергеевич, а где Катя?

- Катя? А зачем тебе знать? Катя скоро на развод подаст, ты не волнуйся, и за обучение свое тоже – Катя сильно за тебя просила.

- Какой развод? – Слава не ожидал от девушки таких скорых и категоричных мер.

- Развод, Слава, это такой процесс, в результате которого ваш брак расторгнут в официальном порядке. Смысла продолжать все это я не вижу – Катерина изменилась, это только ты один не заметил. Значит, наказание мое можно считать выполненным, а мучить дочь, которую угораздило в тебя влюбиться, я не хочу. И смотри, попытаешься этим воспользоваться ей во вред или вдруг жажда мести тебя обуяет, предупреждаю – пожалеешь, понял?

- Ничего не понял. – Слава тряхнул головой. – Катя-то где? Мне увидеть ее нужно, поговорить….

- Зачем? – мужчина был по-прежнему равнодушен. Не зол, не расстроен, ни нервничал, и это более всего пугало – его словно только что исключили из Катиной жизни, выбросили….

- Нужно. Мне нужно увидеть ее Валерий Сергеевич, сказать ей…. – Слава уронил голову на руки и взлохматил волосы на макушке. А мужчина, сидящий напротив, вдруг почему-то вспомнил, как этот же самый парень сидел тут прошлый летом и так же убивался, только по совсем другой причине и совсем из-за другой девушки. Кто бы мог подумать, что все так обернется….

- В больнице Катя.

- Как это в больнице? – Парень поднял голову. – Давно?

- Около недели. На следующий день после вашего разрыва заболела.

- Но что с ней? Что-то серьезное?

- Уже нет, но вообще состояние тяжелое было, чуть не потеряли дочку. Но, пусть тебе лучше врач расскажет или Римма, я в этих женских делах ни черта не понимаю. Жена, наверное, как раз сейчас у нее, ну или будет скоро. Иди, я позвоню, чтоб тебя к ней пустили, больницу помнишь? Доктора, что тебе нос, самый красивый в мире, правил найдешь, он тебя проводит. Все, иди, не мозоль глаза.

Слава сорвался с места и скоро уже ловил попутку, чтоб добраться до жены как можно скорее. Что могло с ней приключиться за ту неделю, что они провели врозь? Как такое могло произойти в тот момент, когда его не было рядом?

С врачом у него проблем не возникло и довольно скоро его переодели, переобули и провели в Катину палату. Войдя и увидев пустую кровать, Слава сначала похолодел, но доктор, указав ему на стул, сказал, что девушка на перевязке и скоро вернется.

Слава сел и огляделся. Палата была просторной и светлой. Катя здесь лежала одна. На стене напротив кровати висела плазменная панель, на тумбочке в углу стояли в воде цветы, виднелась еще одна приоткрытая дверь, видимо там был санузел. Его осмотр прервал телефонный звонок – звонил Павел.

Парень ответил на вызов и, встав со стула, отошел к окну.

Пашка просил его срочно приехать в офис ателье и встретить там какого-то очень нужного им для развития бизнеса человека. Сам он подъехать не мог, так как зависел с какой-то своей очередной подругой, а может и с двумя. Уважительная причина, ничего не скажешь.

- Паш, я не могу сейчас приехать. У меня жена в больнице, я даже не знаю что с ней. Я ее неделю не видел….

Голос в трубке понимать ничего не хотел и настаивал на том, чтоб Слава все бросил и мчался в офис.

- Слушай, Паш, ты вообще о чем? – Парень едва сдерживал свою злость на друга. – Что значит, с бабы снимаю? Ты слышишь – у меня Катя в больнице, я пока ее не увижу никуда не поеду, ясно?

- Можешь ехать, - раздался за спиной знакомый голос, - со мной уже все в порядке.

Глава 33, ч.I

Слава, сбросив вызов, торопливо повернулся на голос жены и застыл, увидев ее.

Катя выглядела плохо. Она была бледной, осунувшейся, похудевшей, с темными кругами под глазами. Стояла, немного наклонившись вперед и с таким выражением лица, словно ей было больно.

И тогда пронзительное и щемящее чувство сжало тисками его сердце. И все что раньше было важным, отодвинулось куда-то на задворки сознания, и на смену всем тем чувствам, что терзали его до этого момента, пришло одно-единственное, но, безусловно, самое важное по отношению к ней.

- Котенок…. – Он порывисто подошел и попытался обнять девушку, но услышав ее глухой вскрик, отстранился. – Да что с тобой?

- Помоги лечь. – Она уцепилась за его руку.

Устроив жену на узкой больничной койке, Слава присел на стул рядом и еще раз оглядел ее. Катя никогда не была из тех девушек, что отличались хрупким телосложением. И тем не менее в ней не было ни грамма лишнего. Грудь не очень большая, Славина любимая «двоечка с половиной», зато попка была чудная – кругленькая и упругая. Болезненно худой Катя никогда не была, а сейчас она была именно такой. Тощей. Словно прозрачной. И руки, которыми она сейчас теребила поясок теплого халата, были тонкими как паутинки. И обручальное кольцо на пальце болталось….

Слава всмотрелся, пытаясь понять, чем его смущает блеск маленького камушка на золотом ободке и понял, что Катя переодела кольцо на другую руку.

Вот ведь… дурында, право слово! Нет, милая, так быстро ты от меня не отделаешься и кольцо переодеть мало….

- Зачем пришел? – Катя заметила направление его взгляда и спрятала руку поглубже в рукав халата.

- Я только сегодня узнал, Кать и сразу сюда. Прости, что не пришел раньше.

- Не было необходимости. Я с отцом поговорила, тебе бояться отчисления не стоит.

- Да что вы заладили все с этим отчислением! – Слава не сдержался. Но тут же взял себя в руки и добавил уже спокойно. – Расскажи лучше, что случилось.

- Да ничего, Слав, какая разница? Все в порядке, можешь идти домой.

- Кать, ты чего?

- Нам нужно все это заканчивать, Слава. Я столько всего говорила про тебя тогда, я уже и не вспомню сейчас, и что? Ты, каждый раз узнав о себе что-то новое, будешь закатывать мне такие концерты? Я на развод подам, когда выпишусь, это мое решение, отец его примет и отвечать за все буду я сама. Тебя не коснется.

- Дурак я, что пришел… - Слава увидел, как метнулся в него взгляд Катиных вспыхнувших гневом глаз и поспешно добавил, - …без цветов и апельсинов. И что там еще приносят в больницу? И вообще, я много ошибок совершил, Кать - рядом не был, когда ты заболела…. Простишь меня за это?

- Нет.

- Знаешь, - он продолжал, словно не слышал ее ответ, - когда-то я думал, что никогда не смогу быть с тобой. Никогда не смирюсь, не приму тебя, не впущу в свою жизнь. А теперь….

Он, резко замолчав, встал и подошел к окну, повернувшись к девушке спиной.

- Что теперь?

- Теперь я без тебя не могу. Словно вместе с тобой часть себя потерял.

- Почему? – Катя спросила тихо. – Ты же об этом мечтал.

«Почему?» - он тоже думал над этим вопросом, долго думал и ответ приходил на ум только один.

- Потому что я тебя, бестолочь такую, люблю, судя по всему. Иначе, почему до сих пор не убил, как думаешь? Возвращайся домой, Кать, я не могу без тебя.

Он вернулся на свое прежнее место у кровати жены. Катя молчала и смотрела на свои руки.

- Я еще кое-что должна тебе сказать, Слав…. – Добавила после недолгого раздумья.

- Не обязательно, это не имеет значения. – Слава, сморщившись, попытался отмахнуться от очередных новостей.

- Нет, имеет. – Она вскинула на него глаза. – А то потом, мало ли….

- Катя, после того что я недавно узнал, меня уже ничто не удивит, уверяю…. – Он поднес ее руки к своим губам и нежно прикоснулся к тыльной стороне ладоней.

- Я тебя опоила… тогда….

- Что?

- Когда ты оказался в моей кровати, помнишь? Ты выпил-то всего два бокала пива. В последний я подсыпала мамины лекарства, понижающие давление. Пока ты в туалет ходил…. Вот.

- Ну-у, - Слава взял обе ее руки в свои ладони, - слава Богу, с дозировкой не ошиблась, а то….

Он вдруг прыснул от смеха.

- Это надо же, как ты меня хотела в свою кровать заполучить? Ты со всеми так поступаешь?

- С какими всеми? Один ты оказался таким упрямым, что добровольно тебя заманить не представлялось возможным. – Катя улыбнулась в ответ. Потом улыбка пропала с ее лица. – Слава, я бы хотела тебе сейчас сказать, что сожалею о том, что сделала, но не могу. Я не жалею, сейчас - нет. Единственное, что я считаю неправильным – это причины, по которым я влезла в этот спор. Я была настолько увлечена собой, что не разглядела тебя, не поняла, что ты нужен мне. Ради тебя нужно было заваривать всю эту кашу, а не ради самоутверждения.

- Кать, это я неправильно отреагировал. И знаешь, не нужно об этом забывать – и правда будет, о чем детям рассказать, даже?

Он стянул кольцо с ее пальца и, взяв ее правую руку в свою, осторожно и медленно вернул его на прежнее место.

- Вот так все и должно было быть.

Он поцеловал ее руку, а девушка, притянув его к себе, жадно впилась в его губы. Слава ответил на ее поцелуй охотно, отпустил себя, целиком и полностью отдаваясь своим ощущениям. Которые теперь, скрашенные принятием истинных чувств к жене приобрели неведомый раннее оттенок счастья обладания любимой женщиной.

Он увлекся и, скользнув рукой под ее халат, прикасался к нежной коже, пока пальцы не нащупали на ее животе повязку.

- Что это? – Он откинул полу халата и, нахмурившись, посмотрел на плоский животик жены.

- Ничего. – Девушка торопливо запахнулась. – Операцию сделали недавно, под повязкой… в общем…. Давай еще раз….

Катя чтоб не объясняться, просто притянула его лицо снова ближе к себе и прикоснулась к губам.

В этот момент они услышали тихое покашливание.

- Я не помешала? – На пороге стояла Римма Леонидовна.

- Мама…. – Девушка густо покраснела. – Привет.

- Римма Леонидовна, - Слава порывисто поднялся со стула и подошел к теще, - можно вас на секунду?

- Конечно, - женщина растерянно посмотрела на дочь, пожимающую плечами в ответ, после позволила Славе увлечь себя за дверь палаты.

- Что случилось? – Спросила она зятя в коридоре.

- Поговорить нужно. Погодите я сейчас. – Он вернулся к двери в палату и заглянул в нее. - Котенок, мы в кафе спустимся. Через полчаса вернемся.

- Что происходит, Вячеслав? – Обратилась женщина к Славе, когда они уселись за столик в кафе. – Что тебе от меня нужно? Валера предупредил меня, что я, скорее всего, застану тебя здесь, но он не говорил что….

- Расскажите мне, что с Катей случилось. Она не говорит, Валерий Сергеевич меня напугал, да и выглядит она, мягко говоря, не важно. Я должен знать.

- Ну, - Римма Леонидовна усмехнулась, - Катя стеснительная до жути, когда дело касается ее женского естества. Не понимаю, откуда в ней это…. У Кати киста яичника разорвалась, тебе это о чем-то говорит?

- Нет. – Парень взлохматил пятерней волосы и жалобно посмотрел на сидящую напротив тещу. – Объясните, как это случилось? Это я виноват?

- Вот знаешь, как мне сейчас хочется ответить, что да, ты…. – Женщина сделала глубокий вдох и продолжила. – Но нет, ты здесь ни при чем. Так бывает иногда, кто знает, от чего они возникают все эти проблемы. Случилось все вечером, Катюше и так весь день нездоровилось. С утра она в институт ходила, хотела с отцом насчет подружки поговорить. Но почему-то не дошла, вернулась раньше расстроенная, долго в комнате была, потом ее тошнить начало, мы подумали, что она беременна…. – женщина стрельнула на него глазами и пригубила кофе. – Потом у нее резко и сильно заболел живот. Мы решили, что это выкидыш, но кровотечения я не было, и Катя в больницу не поехала и скорую вызывать отказалась. Сказала, что с ней все в порядке, что ничего не болит, и спать легла.

- А почему вы сами скорую не вызвали?

- Слава, Катя взрослый человек, она сказала, что чувствует себя хорошо, что это было временное недомогание, мы хотели на следующий день идти к врачу, проверить ее на вероятную беременность.

- Катя таблетки пила….

- Я знаю, но всякое бывает. Могла забыть – это же Катя.

Они переглянулись понимающими взглядами и улыбнулись друг другу.

- Дальше-то что? – Слава нетерпеливо поерзал на стуле.

Женщина перестала улыбаться.

- Дальше, мы утром проснулись, а Кате плохо. У нее из-за этого разрыва перитонит начался – надо было сразу же в больницу ехать, а она промолчала. Не ожидала я от дочери такой халатности к себе, обычно она к своему здоровью относится более внимательно, а тут видимо события последних дней….

Парень уронил голову на руки.

- Валерий Сергеевич сказал, что Катя чуть не…. – Слава не смог закончить, только выразительно посмотрел на мать жены.

- Валерий Сергеевич отличается своей волнительностью в отношении единственной дочки. Когда Кате было пять лет, она посадила занозу на палец, так он вызвал скорую и потом всем говорил, как Катенька чуть не потеряла руку. – Женщина нежно улыбнулась своим воспоминаниям, потом вдруг став серьезной. – Кате было сильно плохо. Но ты же видишь, все в порядке сейчас.

- Ничего себе в порядке….

- Ты все выяснил? – Римма Леонидовна поднялась со стула.

- Да, вроде все…. – Он задумался, потирая подбородок, потом вдруг вспомнив что-то, спросил уже в спину Катиной мамы. – А она… сильно переживала, когда вернулась домой?

- Тебе этого знать необязательно. Дашь мне пятнадцать минут дочь навестить?

- Конечно. – Слава пожал плечами, улыбнувшись. Достал телефон – нужно было выяснить, что там за проблемы возникли на работе. Потом позвонил матери, сказал, что пока задержится.

Отключив телефон и убрав его в карман, парень задумался. Его, конечно, успокоила новость, что с Катей все не так плохо как преподнес ее отец, и как ему самому показалось на первый взгляд. Но вот те ощущения страха возможной потери были все еще живы в его памяти. Как просто и ясно все стало, после того как он на миг представил себе что может остаться без нее навсегда. Все на свете можно исправить: можно усмирить гордость, отказаться от принципов вот как сейчас, ни на секунду не пожалев об этом. Можно научиться прощать и самому просить о прощении – существует тысяча способов как вернуть любовь и снова стать счастливым. Одного нельзя исправить – смерти. Перед ней все те трудности, что как казалось ему раньше, он никогда бы не смог переступить, стали хрупкими, как мыльный пузырь. И так же лопнули, едва он увидел жену и понял, что у них впереди еще целая жизнь и миллион возможностей совершать ошибки и исправлять их.

Когда он поднялся к Катерине, тещи у нее уже не было.

- Ну что, Кать, поговорим теперь спокойно? – Он снова присел на стул у ее постели.

- Ну, давай. Только я не понимаю, что ты хочешь от меня услышать и чего добиться этим разговором. Мы же вроде все выяснили.

- Все, но…. Кать, я объясниться хотел по-поводу своей реакции на эту новость. Просто Юля неожиданно напомнила мне про то время, когда я относился к тебе совсем по-другому. Я не буду утверждать, Кать, что я полюбил тебя с первого взгляда и все это время в институте страдал по тебе, потому что это неправда, и ты это прекрасно знаешь….

- Знаю, Слава, знаю. Я тоже не могу похвастаться в присутствии к тебе особо пылких чувств. Но ведь потом все так изменилось. Как ты мог забыть, за пять минуть перечеркнуть все, к чему мы с тобой пришли?

- А ты дала мне время? Кать, это ведь не я спровоцировал всю ту ситуацию, в которую мы с тобой тогда попали…. Хорошо, - он понял, что разговор сейчас свернет не в ту сторону и приведет к очередным разборкам и выяснениям отношений, поэтому примирительно поднял ладони, - я понял насчет спора. Ты дала мне возможность посмотреть на то, что случилось с другой стороны, но ты не дала мне время принять и осознать это. Ты пойми, Кать, в тот момент передо мной вдруг встала та девушка, которую я терпеть не мог. Из-за ее раздутого самомнения, чрезмерной гордости, стервозности…. Видимо я ее еще не забыл, Кать. Ты дашь мне время на это? Я надеюсь, на данный момент мы с тобой прояснили все секреты? Если ты, Кать, на мою почку поспорила, лучше скажи мне это сейчас.

- Слава, я тогда много чего натворила, много ошибок совершила, и если бы я могла сделать так, чтоб ты всего этого не помнил…. Если бы можно было все переиграть, всем моим поступкам были бы другие причины, и тогда может быть, ты не реагировал бы на них так. Я половину тех глупостей сейчас не совершила бы, знаешь почему? В тот день, когда ты встретил меня в институте, я ведь шла к отцу чтоб просить его Юльку отчислить. За то, что она меня тебе сдала с этим спором. А вечером меня скрутило, и в больнице я много думала о том, что видимо это знак. Я ведь сама ей Вову вручила, и не нужен он был мне, и не из ревности, а из одной лишь вредности я их поссорила. А когда она мне ответила тем же, я хотела добиться ее отчисления и добилась бы, если бы ты мне не встретился по дороге к кабинету отца. Папа пошел бы мне на встречу, он за меня переживает. Вот об этом я жалею. Но жалеть о споре, Слава, я не могу. Не могу я жалеть о том, что помешала тебе жениться на Зое, не могу жалеть о том, что ты был моим хоть и так недолго. Я тебя люблю, Слава и я жалею только о том, что раньше этого не поняла. Не на то я спорила, дура слепая….

- Катька-Катька, - Слава прижал ее к себе, - и за что мне так повезло, а? Где я так успел нагрешить?

- Я не знаю, что мне сделать, Слав, чтоб ты забыл о том, какой я раньше была. Чтоб ты ко мне тех чувств больше никогда не испытывал.

- Да не будет больше этого, Кать! Считай этот эпизод жирной точкой во всей той истории. – Парень взял ее лицо в свои ладони. – А знаешь, я придумал: помири Юльку с кавалером. И тогда ты сама больше загоняться о Божьей каре никогда не будешь.

- Что?! – Девушка, нахмурившись, отстранилась. – Ты чего?

- А что? – Слава задумался. – Ты сможешь все парню объяснить, скажи, что ты подругу заставила, что надавила на нее, что она до сих пор по нему страдает и если он ее еще помнит…. Ну, что я тебе говорю, ты же придумаешь, если сильно надо будет, правда?

- Но зачем мне это?

- Чтоб все начать сначала, Кать. Тогда мы будем смотреть на нее и помнить только о том, как ты помогла ей, а то, как когда-то предала, забудется.

- А ты что, без этого забыть мои косяки не сможешь?

- Это не ради меня, Катя, это ради тебя самой. Ну?

- Я подумаю…. – Девушка вернулась в объятия мужа, прижалась щекой к его груди. – Ты меня, правда, любишь?

- Правда. – Он устроил подбородок на макушке девушки и тихонько баюкал ее на руках.

- Сильно?

- Сильно…. – Слава прижался губами к ее волосам. - Очень сильно.

* * *

- Слава, поставь меня, что ты меня таскаешь всю дорогу.

- Радуйся лучше, пока таскает, потом не заставишь.

- Меня, Валерий Сергеевич, и не нужно будет заставлять, не сомневайтесь. Вы Катину сумку с вещами несете?

- Несу.

Мужчина тяжело поднимался по лестнице вслед за зятем, несущим его дочь на руках домой. Его-то молодого видимо ноша совсем не отягощала. Сегодня Катю выписали из больницы, и Слава опять забрал ее к себе. Отец попытался воспротивиться, намекая, что больше нет необходимости в дальнейшем проживании Кати с мужем, но Римма вовремя прервала поток его красноречия, кивнув на молодую пару, казалось никого вокруг кроме друг друга не замечающую.

- Валера, ты вообще о чем? Ты посмотри на них…. Смешной ты, отец. Сейчас-то что спохватился? Они почти год женаты он покомандовать решил.

- Да я просто…. Катя же еще ничего не решила, мы с ней это не обсудили.

- Не решила, да? – Его жена посмотрела, как Слава поднимает Катерину на руки. И как девушка обвивает руками его шею, как прикасается к его щеке губами и блаженно прикрывает глаза.

- У тебя новый лосьон? – Спрашивает Катя, втягивая носом тонкий аромат. – Вкусно пахнешь.

Отец смотрит на них, поджимая губы, но больше не спорит с женой.

Перешагнув порог квартиры, Слава, наконец, опускает жену на ноги. В небольшой прихожей тут же становится тесно, так что Светлане Алексеевне приходится с трудом протискиваться между гостями, стараясь одновременно обнять невестку, поприветствовать ее родителей и определить, куда пришедшим деть верхнюю одежду.

- Ну, здравствуй, сватья, - басит Валерий Сергеевич, - ты уж извини, что раньше не пришли, как-то не сложилось. Теперь-то, наверное, будем часто видеться.

Тем же вечером, лежа в постели, Слава задумался о том, что не смотря на то, что все снова стало как раньше, что-то в нем за эти несколько дней изменилось необратимо. Потому что теперь, Катя здесь, рядом с ним находится, потому что он этого хочет, потому что не может без нее, а не из-за сложившихся обстоятельств и тем более, не потому что ей оно надо гораздо больше. Выходит, короткая разлука для того и нужна была, чтоб все в их отношениях расставить на свои места.

Кончиком пальца он легонько прикасался к тоненькому шраму на животе жены, задумчиво смотрел на него, подперев голову кулаком, а потом его рука скользнула ниже, под резинку трусиков девушки.

Катя, которая в этот момент дремала, прижавшись щекой к его груди, встрепенулась от неожиданности и, подняв голову, чтоб посмотреть на него, напоролась на жаркий поцелуй. Сон как рукой сняло. А ловкие нежные пальцы тем временем умело ласкали ее так, что Катя вцепилась в мужнино запястье и попыталась сдвинуть его руку, отстраниться от нее.

- Ты что, котенок, - он, оторвавшись от ее губ, выдохнул, покрывая легкими поцелуями ее лицо, - не нравится?

- Нравится…. Даже слишком. Но я хочу с тобой…. Вместе….

- А тебе что, уже можно?

- Потихоньку если…. – Катя уткнулась в его шею и нежно потерлась носом.

- Потихоньку говоришь? Тебе показать как это… потихоньку?

- Покажи. – Катя не понимает, куда он клонит, и даже увидев его хитрый взгляд, не может догадаться.

Слава подтягивает ее на подушку, а сам опускается ниже чертя дорожку из поцелуев по ее груди к животу, неминуемо приближаясь к тому месту на ее теле, где только что хозяйничали его пальцы.

Хочет ее безумно, всю, и понимает, что сейчас может не сдержаться. Поэтому дарит сначала ей наслаждение своими ласками и только потом, повернув на живот и устроившись сверху, отпускает себя. Как и предполагал, в несколько глубоких толчков придя к финишу.

- Больно не было? – Спрашивает, прижавшись к ее спине и зарывшись в волосы.

- Нет. – Отвечает сонно и, помолчав, добавляет. – Мне понравилось это твое «потихоньку».

- Ну, еще бы. – Хмыкает самодовольно и она, не видя, чувствует, что он улыбается.

- А почему у меня раньше «потихоньку» не было? – Поворачивается в его руках так, чтоб видеть его лицо.

Слава приоткрывает глаза.

- Потому что, Кать, спи давай.

- А еще будет или это так, на период реабилитации после операции?

- Если будешь себя хорошо вести, то будет. Спи Катерина.

Она, наконец, умолкает, и он проваливается в сон.

* * *

Апрельским ясным утром своего двадцать первого дня рождения Катя проснулась совсем не в романтической обстановке. А именно от звонка будильника, для верности поставленного в цинковое ведро. Грохот был такой силы, что девушка подскочила с кровати как ужаленная, думая, что случился глобальный катаклизм и пора спасаться.

Увидев причину столь резкого пробуждения, а так же заметив, что ее мужа рядом в постели нет, Катя рухнула на подушку и натянула на нос одеяло, наивно надеясь поспать еще.

- Катюша, - в комнату вошла Светлана Алексеевна, - ты не встала что ли? Сын меня предупреждал, что с тобой даже будильник в ведре не поможет. Просыпайся, дочка.

- Нет. – Катя еще глубже ушла под одеяло.

- Слава просил тебя разбудить.

- А сам он где? – Девушка вынырнула из-под одеяла и приоткрыла один глаз.

- Утром еще ушел куда-то. Только попросил тебя разбудить и проконтролировать, чтоб ты в институт пошла.

- Одна?

- Одна. У него дела какие-то срочные. Сказал, сам доберется.

Девушка села на постели, свесив ноги, и потянулась. Можно было бы конечно назло Славе никуда не ходить, а воспользовавшись его отсутствием выспаться хоть в собственный день рождения. К тому же это он ей вчера полночи спать не давал. И как только у самого здоровья хватило с утра куда-то от нее сбежать? Однако любопытство разгоралось тем сильнее, чем больше Катя думала о муже.

Про ее праздник он не забыл – обсудили вроде вчера, как и где, праздновать его будут. Славе извилину, отвечающую за креативные идеи, включать не пришлось, их просто пригласили на семейный ужин Катины родители, вместе со Светланой Алексеевной, кстати. Вот весело будет! – девушка сморщилась. Это вам не автопати в автомастерской, н-да….

Приняв душ и накрасившись, Катерина выпорхнула из дома. Машина ее стояла на своем месте, неужели Слава куда-то ушел с утра пешком? Наслаждаясь теплым ветром, пахнущим весной и чувствуя, как в душе постепенно воцаряется праздничное настроение, девушка уселась за руль.

В институте девушка Славу не обнаружила. Зевая, ждала мужа две лекции, принимала скупые поздравления, считала ворон в окне и пыталась дозвониться на его отключенный телефон.

На большой перемене, встревожившись его долгим молчанием в ее праздник, девушка вышла на крыльцо института.

Погода была чудесная – весна в том году пришла рано и снег уже почти весь растаял. Солнышко пригревало, небо было синим-синим, а легкий ветерок, играя с непослушными прядями ее волос, казалось, вливал в нее ощущение чего-то будоражащего впереди. В воздухе висело что-то таинственное, Катя огляделась вокруг, пытаясь понять, что не так, что ее так смутно точит изнутри.

На площади перед ВУЗом почему-то было слишком многолюдно. Здание института вмещало в себя все факультеты в нем расположенные, поэтому было немаленьких размеров и на переменах весной было всегда немало молодежи, но сегодня, кажется, что-то было не так. Ее окружали незнакомые лица, в основной своей массе. И вели они себя слишком уж напоказ непосредственно. В сторонке стоял несколько машин, багажник одной был открыт нараспашку и там копошились несколько парней неформальной наружности. Таких она часто видела, когда приходила на Славкины, теперь не такие частые тренировки по брейку. Муж ее был на пороге решения, которое лишит его еще одного увлечения. Как ни жаль, но работа отнимала почти все его свободное время. Не до танцев тут.

По аллее невдалеке ровным строем шли курсанты военного училища. Зрелище в принципе не редкое – наверное, снова в соседней педакадемии писали олимпиаду по русскому языку, а путь их в родные пенаты пролегал как раз мимо.

В другой стороне, бродили по территории института люди в яркой униформе и собирали между елок мусор на палки с острым гвоздем на конце. Обычное весеннее явление.

Вот только почему они все вдруг собрались здесь, в одно время, в одном месте?

Из багажника открытой машины резко и громко заиграла музыка, а в центр площади, прям перед Катериной вышел парень и принялся невозмутимо исполнять брейкданс. Через пару секунд к нему присоединились еще двое ребят. Происходящее напомнило Кате все те же баттлы в исполнении Славы и его друзей, но больно уж синхронно и организованно двигались ребята. А их тем временем окружили любопытные, сомкнув кольцо толпы, из которой каждую секунду к танцующим присоединялись парни и девушки. Просто вливались в танец так, словно не один день репетировали несложные движения.

У Кати дыхание перехватило, когда она поняла смысл происходящего перед ней действия. Где же Слава?! Он же удавится, когда узнает, что пропустил!

Происходящее зрелище так взбудоражило девушку, что тело ее непроизвольно реагировало на музыку и это массовое танцевальное сумасшествие. Хотелось туда же к этим людям, и казалось, что она вот так же смогла бы, ну что в этом сложного? Пританцовывая в такт, она наощупь вытащила телефон и набрала номер мужа. Абонент все так же был недоступен. Черт, где же он? Катя на секунду отвлеклась, чтоб посмотреть, снимает ли кто-нибудь из ее знакомых происходящее на какой-либо носитель. Хоть в интернете потом можно будет найти…. Хотя, вряд ли Слава переживет то, что упустил шанс отличиться там, где давно мечтал. Больно похоже было происходящее на флешмоб. Кто бы мог подумать! Девушка подобное раньше только в кино видела.

Успела она заметить и то, что зрителей рядом с ней осталось совсем мало – все окружающие ее до этого люди уже участвовали в танце.

Тем временем толпа расступилась и пропустила в центр отряд танцующих курсантов. Которые, исполнив несколько несложных па, уступили место танцующим дворникам, что было гораздо интереснее – дворники были не в пример зажигательнее скованных ребят в форме.

Псевдодворников сменила компания девчонок в разноцветных колготках и пестрых толстовках, с африканскими косичками на головах. Девчонки брейк не исполняли, стоек как парни не делали, так, продемонстрировали гибкость и пластичность молодых тел и освободили место в центре толпы следующим участникам.

Самое забавное началось, когда с разных концов наблюдающей толпы кубарем выкатились дети. Дети-брейкеры из школы расположенной недалеко от здания ВУЗа. Яркие горошины, исполняющие, еще не совсем умело, довольно сложные элементы – зрелище впечатляющее и умилительно-забавное одновременно.

А потом девушка и сама не заметила, как вдруг оказалась в центре всего этого праздника жизни. Как получилось, что все закрутилось вокруг нее, смущенной, стоящей в самом эпицентре танцующей толпы девушка понять не могла. Но стояла столбом и не понимала, что же ей дальше делать. Танцующие расступились, образовав коридор, в конце которого Катя увидела Славу. Он в несколько кувырков вокруг себя, преодолел расстояние между ними и твердо встал на ноги перед растерянной девушкой, прижимающей ладони к вспыхнувшему лицу. Тяжело и часто дыша, он вытащил из-за пазухи смятую красную розу, протянул ей со словами:

- С днем рождения, любимая. Это все для тебя. Нравится?

Катя, в лучших традициях героини романтического фильма, повисла на шее мужа, пылко целуя его. Музыка все еще гремела где-то неподалеку, их окружала танцующая толпа, жизнь была абсолютно прекрасна.

- Поехали! – Слава подтолкнул жену к ее машине, помог сесть и увез в неизвестном направлении.

Тогда Катя не знала, что это еще не все сюрпризы на сегодняшний день и когда они после ужина у родителей подъехали к подъезду, не паркуя машину, для того, чтоб высадить Светлану Алексеевну, она повернулась к мужу, что ответил обаятельной улыбкой на ее удивленный взгляд.

- А что, еще не все на сегодня?

- Я тебе еще подарок не подарил.

- А утром… это что было?

- Это был сюрприз всего лишь.

- Всего лишь?! А что ты мне подаришь? Луну? Я теперь думаю, ты можешь все.

- Так и есть. – Слава пожал плечами. – На самом деле, Кать, я бы один не организовал такое массовое действие, просто парни пошли мне навстречу, потому что у моей жены сегодня день рождения. Вот и все.

- Все равно, это было круто!

- Я знаю.

- Супер, я до сих пор под впечатлением! А ты был хорош. Впрочем, как всегда….

- Угу. – Он притворялся невозмутимым, а сам едва сдерживал довольную улыбку, растягивающую губы и, кажется, от удовольствия немного покраснел.

- Спасибо. – Тихо прошептала и погладила тыльной стороной ладони его щеку. – Ой, а где мы?

Девушка поняла, что они припарковались на стоянке одной из гостиниц, расположенную в получасе от города.

- Ты что меня в гостиницу привез? Мило….

- Вот жили бы мы одни, и не пришлось бы, как будто сама не понимаешь. Я хочу фееричного окончания сегодняшнего вечера, так чтоб утром все на нас косились, поможешь мне?

- Конечно!

- Тогда идем.

Закрывшись в номере, Слава подтолкнул жену к ванной комнате.

- Что?

- Иди, готовься.

- Я всегда готова, что за намеки? – Катя возмущенно упиралась.

- Иди, дай мне подарок развернуть.

Девушка недоверчиво покосилась на мужа и закрылась в ванной комнате. Там она разделась и набросила на обнаженное тело халат. После присела на бортик ванной и задумалась о том, что за таинственность развел Слава вокруг своего подарка? И где он, и что это? Любопытство сжигало. А еще девушка прекрасно понимала, что в номер они поднимались практически с пустыми руками, не считая какой-то небольшой сумки у Славы в руках.

- Ну что, можно уже? – Выкрикнула она, приоткрыв немного дверь. Вроде времени прошло достаточно, чтоб приготовиться. Или нет?

- Можно. – Донеслось откуда-то.

Катя, замирая внутри, сгорая от нетерпения увидеть мужнин сюрприз, выскользнула из ванной и прошла в спальню.

- Ох ты, Боже мой! – Она остановилась на пороге. – Это что, все мне?

- Тебе. – На столике у кровати стояла бутылка шампанского, фрукты и два бокала. А ее муж лежал на постели, в чем мать родила, в позе повторяющей творение кого-то из известных скульпторов, с милым розовым бантиком на шее.

– Только можно я вот это сниму? – Он потянул бант, пытаясь ослабить узелок. – Мешает как….

- Нет! Не смей трогать, я сама.

Катя приблизилась и, забравшись на кровать, толкнула его плечи, заставляя откинуться на спину.

- Блин, я так об этом мечтала! – Она вытащила ажурные чулки. Их она только что в ванной стянула со своих ножек и, задумавшись, машинально сунула в карман халата. – Ну, все, попался ты, дорогой. Давай руки.

- Учти, - Славиному спокойствию можно было позавидовать, - это только на период празднования твоего дня рождения.

- Да поняла я уже, не волнуйся. После полуночи верну инициативу тебе.

- А я не волнуюсь. Это тебе впору волноваться, дорогая, потому что за все надо платить, ты в курсе?

- Ой, боюсь-боюсь-боюсь! – Катя на секунду отвлеклась от привязывания парня к кровати и, прижав руки к груди, изобразила ужас. А потом вернулась к своему занятию.

Закончив, она скинула халатик и забралась на мужа верхом.

- Вот почему ты мне этого никогда не позволяешь? – Она провела ладонями по его гладкой теплой груди.

- Не знаю, - он поерзал под ней пытаясь изобразить жест, напоминающий пожатие плечами, - не люблю, когда на меня садятся сверху.

- Ты как всегда….

Катя прижалась к его груди и поцеловала шею. Скользнула по его телу ниже, не переставая целовать, добралась до плоского живота, задержалась на нем, лукаво улыбнулась и снова двинулась вверх.

- Эй! Ты ничего не забыла?

- Нет, но сегодня мой праздник, а не твой.

- Ну, ты дождешься у меня, Катерина, только развяжи….

Девушка тем временем устроилась на его бедрах и слегка приподнявшись, направила его в себя и, застонав, откинула голову назад.

- Поцелуй меня, Кать….

Она наклонилась и прижалась к его губам. Снова выпрямилась и тряхнула рассыпавшимися по спине волосами.

- Спинку прогни, Кать и давай, вспоминай, как мы на лошадях катались…. Наклонись ко мне…. Ниже, Кать…. Подними мою голову я хочу твою грудь поцеловать…. Сильнее опускайся, Кать…. Вот так…. Поцелуй меня, ну…. Что?

Девушка послушно делала то, что он говорил, пока до нее не дошел смысл происходящего.

- Я не пойму, кто из нас сверху? – Она удивленно посмотрела на мужа.

- Всегда я, ты еще не поняла? Развяжи меня, я тебе покажу, как надо в такой позе сексом заниматься. Не умеешь ведь, а туда же.

- Ты меня перевернешь, - обижено заканючила она, - тебя только развяжи.

- Нет, Кать, обещаю, я помогу, раз тебе так хочется… развязывай. – Он нетерпеливо покрутил запястьями, словно пытался сам ослабить петли.

Катя задумалась на секунду и потянулась к его связанным рукам….

Утром, когда ребята покидали стены отеля, на них как по заказу косились и немногочисленные постояльцы отеля и обслуживающий персонал, в придачу. Катя краснела, Слава был невозмутим и спокоен.

- Вот нравится тебе это что ли? – Все-таки высказалась она уже в машине.

- Что?

- Афишировать наши страстные отношения.

- А тебе нет? Насколько я помню, вчера ночью ты сама даже не пыталась сдержаться.

- Да с тобой сдержишься разве?

- Кать, ты же знаешь, что дома нам всегда приходиться заниматься любовью в полсилы. У меня такое чувство, словно я каждый раз что-то упускаю, словно мое удовольствие от того, что приходиться сдерживать эмоции, неполное, скудное какое-то. Скажи, ведь у тебя те же ощущения. И когда выпадает шанс вот так как вчера, не думать о том, кто нас услышит и что услышит, ведь с этими людьми мы вряд ли еще встретимся (а если и так, то не узнаем друг друга), если такой шанс выпадает, грех им не воспользоваться…..

Слава ненадолго замолчал, выезжая на трассу со стоянки у гостиницы, а потом продолжил.

- Надо думать о собственном жилье, Кать. Вот сейчас с институтом разберусь, диплом получу, а там….

Катю почему-то неприятно кольнуло упоминание о предстоящем через год дипломировании. Глупо, конечно, бояться того, что он все-таки остался с ней ради папиного обещания, но все же…. Чтоб отвлечься от нелепых мыслей, Катя перевела тему.

- Если я скажу, что такого дня рождения у меня никогда не было, ты мне поверишь?

- Конечно. Но поверь мне, это не в последний раз, обещаю.

Ну, разве после этого обещания стоило сомневаться в нем и накручивать себя по разным глупостям, до которых еще больше года впереди....

Глава 33, ч.II

То лето для ребят стало жарким во всех смыслах и насыщенным событиями.

Сессию Катя все-таки сдала без папиной помощи. Сама-то она уровень своих знаний оценила на «удовлетворительно» с натяжкой, но преподаватели не стали сильно портить диплом ректорской дочке и ставили ей «хорошо». Но даже если бы ставили тройки, это были бы ее собственные тройки. Слава свои оценки получал сам и с привычной легкостью в общении с экзаменатором. Особенно если это была женщина. Женщины Славу за что-то любили и не важно, сколько им было лет, очаровать он мог любую и с легкостью. Иногда Катя думала, что эти четверки в ее «зачетке», Славина заслуга, а не папина. Попробуй, откажи ему, когда он так улыбается, рассказывая о своей жене.

В придачу ко всем своим добрым делам она все-таки помирила бывшую подругу с бывшим парнем. Сделать это удалось без особых усилий, а Юля так вообще не узнала, почему Володя вдруг через полгода предложил ей начать все с начала. Катя, заметив на крыльце института пылкую сцену их примирения, покосилась равнодушно и прошла мимо, словно они для нее вообще не существовали. Однако ее муж успел заметить легкую улыбку, что коснулась ее губ.

Окончание учебного года Катя и Слава отпраздновали в привычной компании, с Павлом и близнецами в клубе. Вот только танцевала теперь Катерина только со своим мужем, и дразнить его, будить в нем ревность больше не пыталась – уж слишком неадекватно он порой реагировал. Но зато пару на танцполе он ей составлял с удовольствием, в отличие от большинства Катиных знакомых парней – Славе только дай где покрасоваться.

Натанцевавшись, ребята пошли к бару, где было тише и спокойнее, и, протискиваясь сквозь толпу, Слава заметил, как какой-то парень, не заметив его жены, случайно сильно пихнул ее, когда она проходила мимо.

- Эй, поаккуратнее! – Он схватил нахала за плечо и развернул к себе, планируя добиться у него извинений в адрес Катерины. И замер, узнав бывшего друга.

- Димка! – Он сжал руку, все еще державшую плечо парня. – Привет!

Слава действительно был рад его видеть. Словно все, что их когда-то разделило, отодвинулось на один короткий миг.

- Здорово, друг! – Дмитрий, кажется, был рад не меньше случайной встрече. – Катя, - он заметил рядом девушку и взгляд его, скользнув по ее фигуре, быстро отметил Славину ладонь, лежащую на ее талии, - а вы здесь вместе?

- А мы всегда теперь вместе и везде, да родная? – Вячеслав поцеловал жену в висок. – Окольцевала меня, зараза!

Он продемонстрировал бывшему другу кольцо, украшающее безымянный палец правой руки.

- Поздравляю! – Димка протянул ладонь для рукопожатия. – А мы тут тоже по поводу с ребятами….

Он махнул в сторону столика, за которым сидела компания незнакомых парней.

- Одногруппники мои… то есть наши… с Зоей. Мальчишник у меня здесь.

- Правда? – Катя внимательно вгляделась в лицо мужа, пытаясь прочитать его мысли и эмоции, что сейчас им владели. Но Слава был невозмутим, как всегда, а улыбка, что тронула его губы, когда он поздравлял друга с предстоящим бракосочетанием, не была горькой. Скорее равнодушной. Или была?

- Пойдемте, ребят. – Дима тянул их за свой столик. – Посидим немного.

- Мы не одни. – Катя попыталась удержать Славу рядом, но он, поцеловав ее в щеку, вежливо, но безапелляционно попросил ее вернуться к Павлу и дождаться его с ребятами.

Катя спорить не стала, но пообещала себе непременно разобраться с мужем дома, без свидетелей. Вернувшись к друзьям, Катя постоянно отвлекалась и поглядывала в сторону, где был сейчас ее муж, думая, о чем они разговаривают и к чему все это приведет. Через пару часов наблюдений, заметив, что парни уже достаточно набрались, Катя не выдержала, и пошла за мужем, планируя отвезти его домой. Как он умудрился так накачаться за столь малый промежуток времени, ей навсегда осталось непонятным.

Усевшись рядом с мужем и потянув его за рукав, чтоб отвезти домой, Катя услышала, как Димка приглашает их со Славой на свою свадьбу и как тот в ответ соглашается и просит бывшего друга даже не сомневаться в их с Катериной обязательном присутствии на торжестве. В общем, расстались парни на позитивной ноте, пообещав друг другу позвонить и в скором времени обязательно встретиться. Да что уж там – пообещав друг другу возобновить былую дружбу, но уже встречаться семьями. Катя, которая в этот момент подносила к губам бокал с коктейлем, делая глоток, поперхнулась от этих слов, надолго закашлялась, а после настояла на немедленном возвращении домой, обманув Славу, что такси уже давно ждет их у крыльца.

Не нужно уточнять, что парни больше никогда не встречались и ни на какую свадьбу Катя со Славой не ходили. Зато после этой встречи вспоминали друг друга всегда без лишних нервов и злости. Все точки в отношениях друзей были расставлены в тот вечер окончательно.

Однако Катя, которая подобной жизненной мудрости понимать не желала, утром с превеликим удовольствием закатила благоверному скандал по поводу того, что он принял приглашение, не посоветовавшись с ней.

Слава, хмуро наблюдая за разошедшейся не на шутку женой, попивал минералку и до поры до времени в ее патетический монолог не встревал. В конце подведя черту парой емких фраз.

- Катя, не регулируй меня, хорошо? – Просто ответил он на ее тираду. – Я не пойду к нему на свадьбу, потому что я не считаю нужным там быть и не хочу, если честно. А не потому, что ты мне тут пытаешься запретить. Запомни это, ладно?

Пока девушка моргала глазами, подыскивая, чем ему ответить, он за руку притянул ее к себе и, усадив на колени, попросил:

- Кать, ну почему ты такая непонятливая, а? Неужели не ясно, почему я вчера согласился, глупая ты у меня все-таки.

- Да ну тебя! – Девушка спрыгнула с его колен и ушла, громко хлопнув дверью в спальню.

Просидев на кухне время, достаточное для того, чтоб понять, что Слава за ней не пойдет, Катя, вздохнув и в который раз посетовав на мужнино упрямство, вернулась к нему.

- Ты его обманул? – Она замерла на пороге спальни.

- Ну конечно. – Слава все так же валялся на постели и смотрел телевизор. - Я тебе больше скажу – он это прекрасно понял.

- И тебе не хочется Зою увидеть? – Катя приблизилась и присела рядом.

- Зоя? – Парень сделал круглые глаза. – Кто это?

- Прекрати! – Катя стукнула его кулачком по плечу.

- Не хочется. – Слава тут же стал серьезным. - Совсем. Правда, Катюш.

На том конфликт был исчерпан, став одним из многих в череде значительных и не очень важных событий в жизни молодой пары.

* * *

Прошел год.

Подошло к концу обучение ребят в институте и впереди маячила финальная точка их образования – защита диплома.

За несколько дней до этого события, Катя, примеряла наряд, специально пошитый для такого торжественного момента.

- Слава?

- Что? – Парень сидел с ноутбуком на коленях и что-то внимательно рассматривал в мониторе. Катя предполагала, что он проектирует новую вывеску для ателье. Или выдумывает слоган, или ищет новых поставщиков – в общем как всегда, серьезный, деловой и занятой ее муж.

- Я красивая? – Девушка попыталась отвлечь его от работы, переключив внимание на себя.

- Конечно. – Он ответил машинально, не отрывая глаз от монитора ноутбука.

- Ты же не посмотрел. – Протянула обиженным тоном, надув губки.

- Как будто я раньше тебя не видел в этой юбке и этой блузке – каждый день перед зеркалом вертишься.

- По-моему я на училку похожа…. – Катя снова глянула на себя в зеркало. - Похожа?

Слава поднял глаза и глянул на жену, с удивлением обнаружив на ее переносице очки. Катя никогда раньше на проблемы со зрением не жаловалась.

- Это что?

- Это для солидности. – Катя состроила такую серьезную мину, что Слава не выдержал и рассмеялся. – Что?

- Ты переигрываешь, Кать. Сядь лучше, повтори свою постзащитную речь. – Слава добавил, кривляясь и изображая голос жены. - Спасибо всем, особенно моим родителям за то, что они дали миру меня.

- Иди ты…. – Катя стянула очки и бросила их на стол. – Устала я от этой подготовки, уже скорей бы отмучиться и отдыхать. Поедем куда-нибудь? В прошлом году все лето в городе просидели….

- Кать, - он захлопнул крышку ноута, и убрал его в сторону, - ты сейчас не о том думаешь. Защита диплома – очень важное событие, ты же понимаешь, что оно для нас значит?

Он сделал такой акцент на вопросе, что девушка задумалась. Что это значит? Окончание учебы… пару лет назад, когда они думали об этом событии, оно означало окончание их брака….

Да нет! Он не это имел в виду.

А Слава на самом деле имел в виду только лишь важность данного события в их жизни. Ведь это был тот самый шанс, которым Катя хотела воспользоваться, чтоб показать отцу, что она уже взрослая самостоятельная женщина, а не та вздорная девчонка, которая искренне полагала, что своим появлением на свет осчастливила родителей настолько, что они ей за это благодарны быть должны, а не наоборот.

А самой Кате, кроме этого, хотелось и Славе продемонстрировать, что той девицы, которую он терпеть не мог, больше нет. Нет, он конечно больше никогда ее с прежней собой не сравнивал и вообще они не часто разговаривали о том сложном в их жизни периоде отношений, но для Кати защита диплома была знаковым событием.

А на самом деле в последнее время ее почему-то точило изнутри смутное чувство тревоги. Девушка не любила, когда вокруг нее затягивалась петля какой-то таинственности. Когда все вокруг что-то знают, а ее просветить и не думают даже. Она сразу начинала подозревать себя в центре какого-то заговора и нервничать по этому поводу.

А повод у нее был – Слава слишком часто стал секретничать с ее отцом. И слишком много внимания стал обращать на грядущую защиту. Он постоянно говорил ей о том, как она должна отличиться, что вся семья именно этого и ждет, что девушка начала недоумевать по этому поводу и самым логичным ее умозаключением стало подозрение, что Слава с ней после того как получит диплом разведется. Что он ее отцу пообещал, что она с достоинством окончит институт, отсюда и все эти разговоры о том, что ей нужно постараться.

Ума, в некоторых вопросах, Катя за прошедший год так и не набралась.

Она, конечно, пыталась успокоить себя. Но получалось у нее это не очень хорошо. В итоге накрутила себя девушка так, что защитив все-таки диплом на «отлично» она боялась об этом мужу сказать.

Он же, сразу после ее признания, торопливо направился в кабинет ее отца и Катя, глядя ему вслед, на сто процентов поверила, что он идет решать все проблемы, которые могут возникнуть в ходе бракоразводного процесса. Девушка прислонилась к стене и уронила лицо в ладони.

- Котенок, - он стоял перед ней, и двумя пальцами приподняв ее лицо за подбородок, вглядывался в ее глаза, - а ты чего плачешь? Переволновалась на защите?

- Нет. Ты со мной теперь разведешься, да?

- С ума сошла? С чего ты это взяла? – Он задумался, пока его не озарило. – Черт! Диплом?

- Угу…

- Кать, мне иногда хочется отдать твой мозг на исследования, чтоб мне, наконец, объяснили, по какому принципу в нем возникают подобные гениальные идеи, да, наверное, скучновато мне будет без тебя….. Как ты додумалась, а?

- А о чем ты с отцом разговаривал? Что за секреты?

- Это не секреты. Мы с Валерием Сергеевичем поспорили, что ты защитишься на «отлично». Я хотел тебе рассказать при удобном случае….

- Поспорили? – Девушка недоверчиво сморщила брови.

- Ну да. – Слава лукаво улыбнулся. – Или только тебе на меня можно ставки делать?

- И на что спорили? – Катя пропустила шутку мужа, мимо ушей – она их и так за прошедший год наслушалась предостаточно. Нет, Слава ее не винил больше, но не упускал случая съязвить, поддеть, уколоть ее этим спором. Когда Катя поняла, что он не перестанет, что шутит он без злости, она перестала обращать на него внимание.

- На путевку в теплые края.

- А если бы я тебя подвела?

- Тогда отдыхать поехали бы твои родители…. За мой счет. Так что спасибо, любимая!

- Это все?

- Нет, еще я просил Валерия Сергеевича помочь нам с беспроцентной ипотекой. А то по очереди мы там должны были стать четыреста какими-то. Он вроде обещал узнать, как нас подвинуть.

- Слав, я такая дура. – Катя спрятала лицо на груди мужа, сцепив руки за его спиной. Почувствовав, как он нежно гладит ее по спине, девушка расслабилась и наконец, впервые за последние несколько дней, почувствовала себя спокойно.

- Согласен. Уж извини, но порой ты меня просто поражаешь в самое сердце.

- Так куда едем?

- В свое время узнаешь, Кать.

Узнала Катя, когда они с ребятами и преподавателями, праздновали сие событие в ресторане. Когда муж ее, как обычно, в своем репертуаре, вышел в центр зала, отнял у кого-то микрофон и начал издалека:

- Друзья, минуточку внимания можно? Все вы год назад были свидетелями нашей с Катериной скоропостижной свадьбы. Надо полагать, у всех вас возникла масса вопросов по поводу этого события, и предположений, которые я сейчас ни подтверждать, ни опровергать не буду. Думайте что хотите, ребят, теперь все это не так уж важно. А важно то, что сегодня я хотел бы сделать все правильно, так как нужно. Дорогая, - он обратился к удивленной девушке, не сводящей с него горящих глаз, - можно тебя сюда, ко мне поближе?

- Конечно, - Катя встала из-за стола и, волнуясь, подошла к мужу.

- Катерина Валерьевна, - он взял ее за руку, - в честь грядущей второй годовщины нашей свадьбы, не соблаговолите ли вы отправиться со мной на остров, что для многих стал символом свободы, для того, чтоб отпраздновать нашу свадьбу там еще раз?

- На Кубу?! – Катя подпрыгнула от радости. – Мы едем на Кубу?!

- На Кубу? – Слава кивнул, наблюдая восторги жены по поводу его выбора места отдыха.

- А когда?

- Ты согласна свадьбу повторить или нет? Уж больно там красивая церемония….

- Да, конечно, согласна, Слав.

Слава прижался к ее губам, и одновременно с этим Катя услышала хлопки от открывшихся бутылок шампанского и крики «горько».

* * *

Куба, Гавана, пляж Санта-Мария-дель-Мар.

…Золотой песок ласкал босые ступни, а шелест океанских волн отвлекал от монотонного голоса проводившей свадебную церемонию сотрудницы отеля. Легкий ветерок играл с прядями волос, которые Катя не посчитала нужным вплести в прическу. Девушка смотрела на мужа, стоящего рядом с ней под аркой из живых цветов и держащего в своих руках ее ладони. В его глазах плясали озорные искорки, девушка чувствовала, что он дождаться не может окончания официальной части церемонии, чтоб отпраздновать свадьбу весело и с огоньком в одной из местных таверн. Губы его трогала легкая улыбка, когда он слушал женщину, к их несказанной удаче, говорившую на русском языке. И Катя понимает, что его так веселило – все эти речи незнакомого человека, которые она из раза в раз повторяла перед разными людьми, даже не задумываясь, насколько специфичными могут быть их отношения…. Да, в конце концов, разве это важно? Ощущение праздника присутствовало, то самое чувство, которого она не испытывала при первом опыте заключения брака.

Девушка еще раз с удовольствием оглядела своего мужа, отмечая небрежную прическу и частично застегнутую белую рубашку и закатанные до колен белые брюки – Славу так и не удалось облачить в строгий костюм, да и зачем это нужно было здесь? Катя и сама была одета в невесомое белое платице с тугим корсетом, не прикрывающим плечи и пышной юбчонкой, короткой до неприличия. Такой короткой, что видно было белую подвязку, перехватывающую бедро чуть выше колена. И босой. И без фаты, только с какими-то живыми цветами, вплетенными в слабую косу.

Гостями на их свадьбе были постояльцы отеля, что проживали с ними в небольшом корпусе. Всего несколько пар, с которыми ребята подружились в те дни, что провели здесь до свадьбы.

Где-то в сторонке тихо наигрывали местные мотивы, музыканты.

И все было так радостно и несерьезно…. Катя определенно ждала в себе других ощущений. Но вот когда пришел черед обмениваться свадебными клятвами, она заметила, как из глаз ее мужа вдруг пропали смешинки, а сам он подобрался и пронзительно посмотрел на нее. Девушка, кажется, перестала дышать на несколько секунд, а потом слова клятвы, которые повторял Слава, и которые повторяла она впечатались в ее сердце. И каждое слово, каждая фраза, над которой она раньше похихикала бы, удивляясь их пафосу, вдруг обрели смысл. И обещая своему мужу любовь, верность и преданность до скончания дней, Катя была искренней как никогда и то же самое она чувствовала от Славы. И верила каждому его слову как себе.

Церемония закончилась, разрушилось очарование момента, и вниманием ребят надолго завладел привезенный с собой фотограф.

- Кать, - Слава, натянуто улыбаясь, позировал на камеру, устроив подбородок на плече жены и следуя указаниям гения фотосъемки, которого он уже успел возненавидеть, - я устал. Может, хватит уже того миллиона фотографий, что этот парень успел сделать?

- Слав, ну я же не зря везла сюда через полмира два чемодана с нарядами. Каждый момент нашего медового месяца будет зафиксирован, не сомневайся.

- Че-ерт. – Простонал сквозь натянутую на лицо улыбку ее муж в ответ.

- Улыбайся, родной, эта фотография пойдет на «аву» в социальных сетях, ты должен выглядеть безумно счастливым.

- Ладно, раз тебе так приперло фотографироваться, добавим драйва в этот процесс.

- Что? – Катя не поняла, что он имеет в виду, но смутное подозрение закралось в ее головку.

Муж вместо ответа подхватил ее на руки и направился к спокойно катившему свои волны океану. Девушка поняв, куда он ее тащит, испуганно закричала.

- Отпусти меня, забыл, я плавать не умею!

- Не забыл, будем учиться.

- В платье?! – Катин крик превратился в истеричный визг.

- Ну, хочешь, давай снимем его, тогда твои фото этот аферист, - он кивнул на фотографа, - толкнет за хорошую сумму в какой-нибудь сомнительный журнальчик, хочешь?

Катя молчала, вцепившись в плечи парня и обвив его талию ногами. А теплая вода уже доходила Славе до пояса и волны каждый раз обдавали их солеными брызгами. Он присел так, что они с Катей оказались в воде по плечи и устроил жену на своих коленях.

- Видишь, страшного ничего, и я тебя держу.

- Мы теперь мокрые, а нам еще нужно до отеля добраться.

- Эх, Катерина, нет в тебе романтики. Поцелуй меня, нашему папарацци нужен сюжет - сам-то он организовать фотосессию не в состоянии.

Катя с удовольствием откликнулась на просьбу мужа, отмечая, что эти поцелуи были скорее солеными, чем сладкими.

А спустя пару часов, ребята уже плясали под звуки сальсы с посетителями таверны, которых попросили разделить их радость. Одетые в пестрые рубашки, подкрепившись коктейлями, Катя и Слава повторяли несложные движения, которым их научили еще дома, когда пара готовилась к поездке, и девушке все время казалось, что у Славы получается лучше. Радушные кубинцы их праздник разделили с искренней радостью и задором, атмосфера была не просто веселой, она была фееричной и взрывной и очнулись ребята только под утро, поняв, что проворонили свою первую брачную ночь.

- Черт, - простонала девушка, падая на кровать в номере и скидывая с ног босоножки на маленьком каблучке, - а я так надеялась, что хоть сегодня все будет правильно.

- Кать, а когда у нас все было правильным? Может поэтому нам так хорошо вместе, что нам правила не писаны, а?

Девушка, ничего не ответив, стянула с себя одежду, бросила ее, не глядя, куда попадет и, рухнув на подушку, закрыла глаза.

- Обними меня. – Тихо попросила она и, почувствовав, как руки Славы прижимают ее к его телу, спокойно провалилась в сон.

Проснулась девушка, когда уже рассвело, от нежных прикосновений губ Славы к своей спине. Она лежала, не шевелилась, притворяясь спящей, наслаждаясь ощущениями. Муж ее не слишком адекватно к этой части ее тела относился, это Катя уже давно начала замечать, но он всегда старался сохранить свои эмоции в тайне. А сейчас, думая, что жена спит, он целовал ее спину, щекой об нее ласкался, отстранялся и проводил кончиком пальца по позвоночнику и лопаткам. И Катя понимала, что позволит ему думать, что она ни о чем не догадывается. Даже если потеряет такой веский козырь - все равно. Ведь так приятно и радостно было осознавать, что Славу она привлекает в таком, несексуальном на первый взгляд, месте, как спина. Что его симпатии распространяются не только на ее «выдающиеся» части тела.

Определила она мужнин пунктик случайно, когда однажды невинно улыбаясь, заявила, что хочет себе сделать татуировку – кельтский крест между лопаток. И увидев выражение лица мужа, его сердито поджатые губы, плохосдерживаемую ярость в голосе, это его: «На лбу себе лучше сделай, процентное соотношение мозга на сантиметр объема черепной коробки», и еще «Попробуй только», и окончательное «Мало не покажется, зараза», Катя тут же капитулировала и больше судьбу не дразнила. Она тогда тут же припомнила и его реакцию на ее новогоднее платье, и трепетные прикосновения к ее спине кончиками пальцев, и другие детали, на которые она раньше не обращала внимания - все окончательно встало на свои места.

Ладонь мужа тем временем скользнула на ее грудь, а потом девушка почувствовала на себе вес его тела. Улыбнувшись и решив, что дальше притворяться спящей не выйдет, Катя приоткрыла глаза.

- Что происходит? – Сонно протянула она, пытаясь вывернуться.

- Вставать пора, у нас сегодня насыщенный день. – Ответил Слава, пресекая ее попытки. - Просыпайся, моя хорошая….

И противореча собственным словам, он прижимает ее к постели, проникая в нее….

Остальное время, что провели Катя и Слава в Старой Гаване, пролетело для влюбленных незаметно. Дни, наполненные экскурсиями, фотосъемкой и солнечными ваннами на пляже, и ночи, полные любви и нежности промелькнули цветным калейдоскопом. И не успели ребята оглянуться, как наступила пора возвращаться домой.

Сидя в самолете, устало откинувшись в кресле, Катя, не поворачиваясь, спросила мужа.

- Ну как тебе каникулы?

- Круто. Ты была права - отдых на Алтае впечатлить может только того, кто не знаком с курортами на берегу океана.

- Правда? – В голосе девушке звучало неприкрытое разочарование ответом мужа. – А мне та наша алтайская поездка теперь кажется самой лучшей из всех. Ты понимаешь меня?

- Понимаю. – Славина ладонь легла на ее руку и нежно сжала тонкие пальцы. – В этом смысле я с тобой полностью согласен, Кать…. Но Куба – это круто!

Катя, не ответив, повернулась к иллюминатору, в котором уже видно было только облака.

По возвращении домой ребят ожидал сюрприз в виде черных мужских начищенных туфель в коридоре и витающего в квартире запаха дорогого мужского парфюма. А еще незнакомого баса, что слышался с кухни, перемежаемого тихим голоском Светланы Алексеевны.

- Мама? – Слава, разувшись, прошел на кухню и уставился на незнакомого мужчину, сидящего рядом с матерью и распивающего чаи из его любимой кружки.

Мужчина этот был взрослым, солидным человеком лет пятидесяти - пятидесяти пяти на вид. В его темных, еще густых волосах, уже видна была седина, росту в нем видимо было много, и вообще он был крупного телосложения.

Мимо парня с восторженным криком «дядя Сережа!» пронеслась Катерина и почему-то повисла на шее этого неизвестного мужика.

- Славочка, - мама поднялась им на встречу и, чмокнув Катю в щечку, потянулась к сыну, - а вы что сегодня прилететь должны были? А какое число? Совсем я в днях потерялась…. Вот познакомься, это Сергей Александрович, меня с ним Катин папа познакомил.

- Значит, ты и есть Вячеслав, сын Светы? – Мужчина встал с табуретки и протянул парню ладонь. – Твоя мама очень много мне про тебя рассказывала. Рад, наконец, познакомиться с таким достойным молодым человеком.

- Не могу ответить тем же пока, - Слава был странно напряжен и руку в ответ подал, словно переступая через себя, - я с вами не знаком. Что ж, мы устали с дороги….

- Но сынок, рассказали бы хоть как отдохнули….

- Хорошо, мам, хорошо отдохнули. Давай позже поговорим – эти перелеты…. Катя, можно тебя? – Слава, кивнув жене следовать за ним, вышел из кухни.

- Потом поговорим, теть Свет, ага? – Девушка распрощалась и последовала за мужем.

Она застала его нервно меряющим шагами комнату.

- Ты чего? – Она подошла ближе и попыталась его обнять.

- Вот скажи мне, Кать, твоему отцу что, делать больше нечего? Его что прикалывает чужие свадьбы устраивать? – Он сбросил руку жены со своего плеча.

- Слав, да что с тобой? – Катя с удивлением уставилась на него. – Дядя Сережа классный мужик! Я его знаю с самого детства. Он очень добрый, твою маму не обидит, поверь. И вообще, почему ты не рад?

- А где семья этого замечательного человека?

- Жена умерла….

- Он – синяя борода?

- Дурак, что ли? – Катя прыснула от смеха. – Это было очень давно, она болела чем-то…. Мне-то никто тогда рассказывать не стал, а потом уже не очень было интересно. У него вроде сын, женат и живет в другом городе. Дядька со смерти жены больше в браке не был.

- Все равно, зачем матери все это? Ей что, плохо с нами было?

- Родной мой, ты что, ревнуешь? Ты знаешь, как это в психологии называется? Эдиповым комплексом, кажется…. Ну-ну, не надо нам этих поджатых губок, - Катя, сведя бровки к переносице, пальчиком провела по губам мужа, пытаясь расслабить их и заставить улыбнуться ей, - мама твоя одинокая женщина. Мы зимой переезжаем, и она рискует остаться совсем одна. Слава, с чего ты взял, что тебе нужно, чтоб тебя любили, а ей – нет? Порадуйся за мать и не смей ставить ее перед выбором, понял?

- Угу, - Слава усердно отворачивался от рук жены и все еще изображал оскорбленное достоинство, - надо не забыть твоему папе особую благодарность выразить за сводничество.

- Иди сюда. – Катя уронила парня на кровать и, устроившись рядом, прижала его голову к своей груди. – Все будет замечательно, мой хороший, ты привыкнешь к переменам. И к тому, что твоя мама теперь не принадлежит только тебе.

Слава дернулся, но девушка удержала его рядом и продолжила перебирать пальчиками пряди его волос.

- Ну, если хочешь, можешь вместо моего отца наказать меня, как тебе такой вариант? Я заперла дверь….

- Хорошая мысль, предусмотрительная ты моя…. - Слава посмотрел на жену и подмял ее под себя с твердым намерением последовать ее совету.

Новый год Катя и Слава встречали уже в новой квартире. Это были просторные и светлые трехкомнатные хоромы, в которых им предстояло провести немало радостных дней. Квартира своими размерами заметно отличалась от той жилплощади, где теснились ребята два года после свадьбы, и первое время им было немного неуютно и непривычно в ней находиться.

Когда пришло время выбора кровати в спальню, Катя в очередной раз удивила мужа своей логикой.

- Кать, - Слава поглядел на постель, у которой остановилась его жена, - а ты уверена, что это двуспальная кровать?

- Уверена.

- Как-то она похожа на «полуторку», если честно. А почему мы не можем привести сюда ту постель, что осталась у мамы?

- Потому что она осталась у мамы. В новой квартире должно быть все новое.

- Но нам же будет на этой кроватке тесно…. Хотя мне кажется, сколько мы с тобой вместе, столько нам с тобой тесно.

- Вот именно…. – Девушка улыбнулась и прижалась к его телу, сцепив руки за его спиной и спрятав лицо на груди. – Как в той поговорке - вместе тесно, а врозь скучно….

Оба прекрасно поняли друг друга – тернистым оказался их путь к счастью. А сколько еще поджидало их радостей и неудач, ссор и примирений – не счесть. И многому еще предстояло научиться. Но как бы эти двое не скандалили на пути к гармонии, как бы тесно им не было в их семейных баталиях, и в примирениях на небольшой кровати, эту тесноту теперь ни один из них, ни за что не променял бы на свободу друг от друга и простор одиночества.

Эпилог

- Я толстая! – Катя опять рассматривала себя в зеркале, размазывая слезы по припухшему лицу.

Оно и так почти всегда от слез припухало, а теперь вообще становилось на подушку похоже.

- Я толстый страшный бегемот. – Выла она. – Посмотри же на меня, Сла-ава. Это ты виноват!

- Катюша, девочка моя, - ее муж подошел и обнял ее сзади, - ты не толстая, родная, ты беременная, помнишь?

Его ладони нежно прикоснулись к округлившемуся и заметно увеличившемуся в размерах, по сравнению с последними месяцами, животу жены.

- Забудешь тут. – Она еще пару раз всхлипнула и, откинув голову на плечо мужа, еще раз посмотрела на себя в зеркало. – Ты что думаешь, я полная дура?

- Не полная, а беременная, я же сказал. – Слава рассмеялся над недовольным лицом жены.

- И все равно, я бегемот. Я баржа. У меня на попе можно написать «Титаник», вот здесь… - она попыталась повернуться, но Слава за плечи снова повернул ее к зеркалу.

- Катенька, ты у меня очень красивая, очень…. – Он пытался успокоить ее, старательно сдерживая себя от того, чтоб не раскричаться на нее, не встряхнуть за плечи и не попросить ее угомониться уже и не сворачивать ему кровь.

Чертовы гормоны, когда же это закончится! Скорее бы уже родила, что ли….

- Правда? – Катя шмыгнула носом и вгляделась в свое отражение. Слава уже напрягся, коря себя за лишний, сорвавшийся с его языка комплимент.

Нет, Катя была очень милой беременной. У нее был небольшой животик, со спины и не скажешь, что в положении и отеков не было, ну может личико чуть округлилось, но ведь уже восьмой месяц. Удивительного, в изменениях ее внешности, было мало. Но сейчас, заплаканная, с покрасневшими глазами, опухшим лицом, она, скорее всего, в который раз обвинит его в том, что он ее пытается успокоить и снова врет. Такие концерты Катя давала с регулярной периодичностью.

Он порой с трудом сдерживал себя, но мать и теща, едва Катька забеременела, провели с ним беседу и сильно попросили Катюшкины заскоки принять, ведь все это временно. А он потом пожнет плоды своего терпения. Когда Катя оклемается, конечно же, пожнет. Вот он и терпел.

К сожалению, от него скрыли, что Катина нервная система восстановится не сразу после родов, как он надеялся, а месяцев через шесть в лучшем случае. Но ему только предстояло в этом убедиться. Пока же он надеялся на лучшее.

- Правда…. – осторожно выдавил он, гадая, случится ли буря.

Но Катя, повернув голову, потерлась носом о его шею.

- Слава, ты у меня такой хороший, я тебе, наверное, все нервы вымотала?

Так, рано радоваться! Он на этот трюк однажды попался - согласился, что вымотала, попросил быть чуток спокойнее, в итоге напоролся на такой концерт по заявкам, до сих пор в дрожь бросает.

- Да нет, родная моя, конечно нет. – Он прикоснулся губами к ее переносице, погладил ладонью по спине, успокаивая.

- Но я тебя люблю, ты же знаешь?

- Знаю. – Кажется, улеглось….

- Просто мне кажется я толстая и некрасивая. И большая, как слон….

- Ну что ты, Катюш, - Слава вдохновился этим хрупким обманчивым спокойствием и постарался закрепить его, - в клинике, в очереди, Кать, ты по сравнению с другими беременными….

- Что-о? – Катя отстранилась, а Слава проклял себя за разговорчивость. – А чего это ты их разглядываешь, а? Ты со мной ходишь на других баб смотреть?!

- Катя, ты перегибаешь, слышишь? У всего должна быть мера!

- Не кричи на меня, - ее глаза снова наполнились слезами, - ты меня не любишь!

- Да люблю я тебя, люблю, Господи-Боже!

- Я спать хочу…. – Катя вдруг резко сменила тему. Но к подобным скачкам настроения он уже тоже успел привыкнуть.

- Поспи.

- И арбуз….

- Я схожу, куплю. – Слава сорвался с места, возможно слишком торопливо, но ему просто необходимо было остаться одному хоть ненадолго.

Катины загоны начались с того самого момента, как она узнала что беременна. У него даже было подозрение, что девушка спекулирует на своем положении. Едва тест показал две полоски, и они немного привыкли к этой новости, как Катерина захотела сразу фруктов, овощей, кисленького, солененького, остренького и в детский магазин. А если учесть то, что порой ее реально заносило на поворотах и к поведению в рамках образа прибавлялись ее зашкаливающие гормоны, Славе порой было очень сложно с ней.

Токсикоз, страхи, смена настроений, зацикленность на внешности – Катя с ума сходила и он вместе с ней. Только одним успокаивался – скоро, уже скоро, осталось потерпеть немного. Сейчас июль, а в сентябре Катя уже родит и угомонится, наконец.

Хорошо, что подобные срывы у жены чередовались с вполне благодушным настроением, когда девушка, напевая детские песенки, вертелась у зеркала и все намазывала себя нерафинированным подсолнечным маслом, предотвращая появление связанных с беременностью изменений в фигуре. А когда малыш толкался в ее животе, она бегом бежала к нему и, схватив его ладонь, прижимала ее к себе, и он с трепетом ощущал эти движения маленьких пяточек. Иногда Слава прижимался к животу жены щекой и тогда ножки стучались ему в ухо, а Катя блаженно перебирала пряди его волос и кажется, была вполне счастлива.

А потом наступал тот день, когда она ревела от каждого пустяка, дергалась, злилась и превращалась в беременную фурию….

Чертовы гормональные сбои, мать их….

Слава вышел из подъезда и, вдохнув тяжелый душный воздух, направился пешком к ближайшему супермаркету за арбузом. Может, Катя так от жары гонит? Ей, наверное, тяжело беременной в такой духоте. Хоть бы уже дождь прошел. И не дождь, а ливень. С грозой, с громом и молнией и сплошной стеной воды…. Над городом уже несколько дней висели тяжелые тучи, парило как в теплице, но из них падало на сухую землю несколько скудных капель влаги и все – легче не становилось.

Катя забеременела через три года после окончания обучения. Трех лет им со Славой вполне хватило для того, чтоб относительно насладиться собой и задуматься о потомстве. К тому же обе будущие бабушки наседали, и каждый раз говорили о долгожданном внуке или внучке. О том, что давно уже пора. Что они не дождутся прибавления, от нетерпения с ума сойдут.

Тогда они однажды просто перестали предохраняться и ждали, случится чудо или нет. Случилось. Почти через полгода незащищенного супружеского секса.

Просто однажды утром Слава обнаружил Катю в ванной комнате, растерянную, с положительным тестом в руках.

- Я беременна…. – Девушка виновато улыбнулась и посмотрела на него так, словно в помощи нуждалась, в нем нуждалась. – Что делать?

- Ну, если не рассосется, то рожать. – Слава улыбнувшись, притянул ее к себе и обнял. И устроив подбородок на ее плече, зная, что она его не видит, зажмурился на секунду, а потом взял себя в руки. Кто-то ведь должен сохранять спокойствие в этой ситуации.

Сразу же после того как было сделано официальное объявление о том, что в семье ожидается пополнение, Катя вошла в образ. Очень часто Слава находил жену у зеркала в спальне, где она, задрав маечку, надувала еще плоский животик, картинно подпирала рукой поясницу. Он смеялся над ней, а девушка морщила бровки и только поглаживала ладонью живот, пытаясь разглядеть насколько он, увеличился с прошлого раза.

С ней все так носились, и его мама, и ее родители. Немудрено, что Катя очень быстро превратилась в беременную принцессу, капризную и требовательную. Требовала Катя к себе любви и внимания и исполнения ее самых абсурдных желаний. Нет, клубника зимой – это вообще цветочки по сравнению с истеричными просьбами пожевать мел или понюхать бензин. И если мел он еще мог списать на дефицит кальция в период роста ребенка, то откуда взялась эта токсикомания, для всех осталось загадкой. Естественно никто Катерине подобных желаний исполнять не собирался.

А потом у нее съехала крыша на почве боязни измениться после родов, и что он ее непременно разлюбит. И она каждый день перед зеркалом занималась тем, что намазывала проблемные места маслом. Сначала косметическим, а потом по совету Риммы Леонидовны, подсолнечным. Слава с советами не лез, он вообще в этом ничего не понимал, страхов Катькиных не разделял, но раз она так делает, значит так надо, вот и все. Лишь бы счастлива была и спокойна….

Когда он вернулся домой, Катя была относительно спокойна, съела пол-арбуза, потом кусочек соленой рыбки, потом ее стошнило…. Все как всегда, Слава к этому привык. У Кати в желудке из-за беременности не усваивались некоторые сочетания продуктов и на такие казусы ни он, ни она уже внимание не обращали – бывает.

Когда девушка умылась, Слава уложил ее в постель и сам прилег рядом, обняв ее живот. Катя заснула. Этим она тоже в последнее время отличалась – спала как сурок, и днем и ночью и вообще, стоило ей принять горизонтальное положение, как ее тут же срубало.

Самое интересно, что беременность Катя переносила легко (ну, не считая токсикозов и сонливости), то есть в плане здоровья все было очень хорошо. Единственная проблема была в эмоциональном фоне девушки. И все.

Слава заметив, что Катя спит, нежно прикоснулся губами к ее щеке и прижался к ней, надеясь на заслуженный отдых. Он даже телевизор в спальне включать не стал, наслаждаясь тишиной и покоем. Катя шевельнулась во сне, поерзала, устраиваясь удобнее, и заснула снова – в последнее время она могла спать только на одном боку, в одном положении и просыпалась обычно в скверном настроении, тяжело поднималась с кровати и разминала затекшее тело. А иногда она резко пробуждалась среди ночи от судорог, сводивших ножки и тогда Славе приходилось массировать ее ступни, чтоб боль скорее отпустила. В общем, сам он справедливо считал, что делит Катино положение с ней почти поровну. По крайней мере, в выходные. А завтра, слава Богу, на работу….

Он и сам не заметил, как отключился рядом с женой.

Катю что-то выдернуло из сна. Она села на постели, осторожно выбравшись из объятий мужа, поправила одеяло на его плечах, прикоснулась кончиками пальцев к щеке.

Бедный. Опять она на нем сорвалась. Хотя после того как он убежал ей за арбузом, девушке неожиданно полегчало и расхотелось ругаться дальше.

Она ведь все понимала. И то, что он работал как проклятый, чтоб скорее выплатить ипотеку, и ее заскоки терпит со спокойствием мамонта…. А ей так хотелось иногда, чтоб он сорвался, накричал на нее, тогда она могла обидеться на него, имея на то веский повод. А то по всему выходит, что она мегера, что портит мужу нервную систему. И ей это чувство вообще не нравилось.

Хотя с другой стороны, в минуты просветления, Катя была бесконечно благодарна мужу за его терпение. Она себя порой не могла понять. Словно со стороны за собой наблюдала и поражалась самой себе. Почему ее все так бесит? Почему до дрожи, до помрачения рассудка хотелось иногда истерить и ногами топать? Что же это и когда, наконец, закончится?

Снова какое-то странное напряжение в животе, немного болезненное, надо признать. Катя выдохнула и посмотрела на часы. Два часа ночи. Славе завтра на работу, не стоит его будить из-за ерунды. Это ведь ерунда? Рожать ей еще рано, к тому же мальчиков рожать на восьмом месяце нельзя ни в коем случае – так ей Светлана Алексеевна сказала.

Ах, да – Катя и Слава ожидали в скором времени появления мальчишки. Катя была рада и горда собой – она подарит мужу сына (и не важно, что это его хромосома определила пол ребенка, родит мужу сына она и точка!). А вот что думает по этому поводу муж, девушка не знала – наверное, рад был, да и как может мужик не радоваться появлению на белом свете еще одного мужика? А вообще они оба были немного растеряны предстоящим событием.

Катя относилась к будущему материнству скорее как к своему новому положению. Да, она понимала, что внутри нее, под сердцем, растет и развивается новая жизнь. Что этот ребенок – плод их со Славой любви, ее наглядная демонстрация, материальное воплошение. Но как она к нему относится девушка, еще не понимала. Но была уверена, что осознание непременно придет, как только малыш появится на свет.

А сейчас Катерина внимательно прислушивалась к себе, пытаясь определить, стоит ли бить тревогу или подождать до утра. Просто она однажды спутала расстройство желудка с угрозой для беременности, переполошилась, вызвала врача, врач ее без вариантов направил в роддом, а там, как, оказалось, берут всех беременных без исключения, даже если нет особых причин укладывать их на «сохранение». Вот и сохранялась там Катерина две недели, проклиная все на свете и свою лишнюю нервозность в том числе.

К тому же Славе завтра на работу, а он сейчас полночи с ней прокатается по больницам….

А вдруг у нее опять желудок побаливает из-за арбуза с рыбой?

Точно!

Катя облегченно выдохнула и снова устроилась на подушке – все дело в этом. К утру все пройдет. А если нет, она съездит к доктору, с которой заранее договорился ее папа, и которая будет ждать ее в роддоме, когда придет срок, в любое время дня и ночи. Доктор ее посмотрит и скажет, нужна ли ей госпитализация или нет. Лучше конечно, чтоб нет, но если надо будет…. Если конечно в этом будет необходимость, а то может, полежит она под капельницей да домой поедет…. Или вообще таблеточки хватит.

Девушка размечталась и, успокоившись, стараясь не обращать внимания на, порой прихватывающий болью живот, попыталась уснуть.

- Все в порядке? – Слава вглядывался в лицо жены. Он уже стоял на пороге, собираясь на работу, а она вышла его проводить, изо всех сил сдерживаясь, чтоб он не заметил изменений в ее самочувствии. Боли в животе к утру не прошли, только сильнее стали. Но волновать мужа все равно не хотелось – вдруг ничего серьезного. Она убедится, а потом позвонит ему обязательно. Да и не похоже это на схватки, она себе их по-другому представляла. Видимо, чертова рыба с арбузом до сих пор ее желудок делят.

- Все хорошо.

- Ты бледная что-то.

- Я беременная, помнишь? У меня низкий гемоглобин. Вот ты ведь даже не знаешь, насколько низкий….

- Ой, не начинай, я тебя прошу. – Слава щелкнул замком, открывая дверь. – Я помню что низкий, извини, не успел заучить все цифры в твоих анализах. Ну ладно, малыш, я побежал. Похоже, будет гроза. На машине никуда не езди и вообще, сиди дома, а если что вызывай такси, ладно?

- Конечно. – Катя послушно покивала и потянулась к щеке мужа, чтоб выполнить их традиционный ритуал на пороге – поцелуй на дорожку. Закрыв дверь и, увидев в окно, как машина Славы выезжает со стоянки во дворе, она набрала номер врача. Телефон тихо пиликнул, возвещая о том, что батарея разряжена, но времени на зарядку уже не было.

- Маргарита Андреевна, - Катя сморщилась от очередного приступа болезненного дискомфорта в желудке, - что-то у меня живот побаливает…. Нет, время не засекала, а надо было?... Так рано ведь еще, еще целый месяц…. А это обязательно, может мне таблеточку от желудка выпить? Ладно, я скоро буду.

Девушка бросила телефон и мультифорку с документами в сумочку, принялась искать зарядное от телефона, отвлеклась, забыла что искала, вспомнила про ключи от машины, торопливо схватила их с полки в прихожей и выпорхнула из дома. Про то, что она обещала мужу не садиться за руль, а так же о возможных последствиях она не стала думать. Врач настаивала, чтоб Катя приехала немедленно, девушка разволновалась и не стала тратить время на такси. Небо было затянуто тучами и где-то в вышине слышались далекие раскаты грома. Похоже, еще чуть-чуть и наконец-то небеса разверзнуться дождем. Скорее бы спала эта ужасная липкая духота!

После обеда Слава, выкроив минутку времени, позвонил домой. К телефону никто не подошел. Испытывая чувство тревоги, мужчина набрал сотовый жены, он был отключен. Еще раз позвонил на домашний, надеясь, что Катя просто не успела или не захотела подойти. Неужели на улицу зачем-то вышла?

Слава ослабил узел на галстуке и выглянул в окно – там уже стемнело, словно наступили сумерки и ветер утих, все замерло, как перед бурей, что вот-вот должна была разразиться над городом. И куда эту заразу могло унести из дома в такой момент? Чего опять захотелось ее левой пятке?

По небу прокатился раскат грома, и на горизонте ослепительно сверкнула молния. А вслед за ней на землю упали первые капли дождя. Поднялся ветер, и в открытое окно пахнуло свежестью и озоном. В считанные секунды после этого на город обрушился ливень. Такой сильный, словно небо над ними прохудилось или начался потоп.

Глядя на бушевавшую, на улице стихию, Слава снова позвонил домой. И снова бесконечная череда длинных гудков. Мужчина побросал в кожаный портфель документы, с которыми хотел поработать и направился домой – здесь и сейчас он все равно на работе сосредоточиться не сможет. А дома он отшлепает Катерину по мягкому месту за то, что подобными выходками отвлекает его от важных дел и успокоится. Только бы найти ее дома спящую или отключившую телефоны ради того, чтоб отдохнуть…. Только бы с ней все в порядке было. А если ее дома нет, куда ее могло унести, беременную, в такую непогоду? Что могло случиться такого, что она даже позвонить ему не смогла? Уж лучше пусть забыла или не посчитала нужным….

Выскочив на улицу, в несколько шагов преодолел расстояние до машины, забравшись в салон, стряхнул с волос капли влаги и резко сорвался с места. По дороге еще раз попытался дозвониться до жены. И снова безуспешно.

За окном дождь лил сплошной стеной, так что «дворники» едва справлялись с потоками воды и Вячеслав едва сдерживался от того, чтоб не вдавить педаль акселератора в пол и добраться до дома в считанные минуты. Видимость на дороге была плохая, покрытие мокрое и машина попадая в глубокие лужи, рассекала грязную воду как лодка. Не хватало еще попасть в аварию – тогда он вообще неизвестно когда доберется до дома.

Повернув во двор, Слава похолодел, увидев, что машины жены на привычном месте нет.

Вот зараза! Все-таки уехала куда-то! Он же запрещал ей садиться за руль. Ох, и попадет ей, когда вернется домой. И сотовый отключила…. Или отключился из-за разряженной батареи…. Но куда она делась? Куда уехала?

Мужчина пытался сохранить спокойствие и не подпускать к себе страшных мыслей и предположений, а сердце ледяными тисками сжимала подступающая паника.

Слава зашел домой, взял телефон и позвонил для начала жене Павла, с которой Катя дружила в последнее время. Там ее не оказалось. Сомневаясь, стоит ли беспокоить тещу, Слава все-таки позвонил Катиным родителям, но и там ее тоже не было. И кстати Римма Леонидовна пожаловалась, что уже два часа не может до нее дозвониться.

Дождь за окном начал стихать, тучи рассеялись. Слава нервно мерил шагами спальню, когда раздался звонок в дверь. Испытывая чувство невероятного облегчения, думая, что вернулась жена, он открыл дверь и задохнулся от острого разочарования – на пороге стояли встревоженные его звонком Катины родители. Оба. Только этого ему не хватало для полного счастья сейчас.

- Господи, ну куда же она могла деться, Слав? – Теща присела на диване в гостиной рядом с мужем и сжала виски наманикюренными пальцами.

- Понятия не имею. – Он стоял у балкона и, отодвинув в сторону штору, мрачно смотрел на улицу.

- А ты врачу ее звонил? – Наконец озарила Римму верная мысль.

Слава молча дернулся от окна к телефону и лихорадочно искал в телефонной книге нужный номер.

- Черт! – Он опустил руки. – Он в Катькином сотовом! Я же хотел его забить….

- Вот что ты за человек, Вячеслав? – Нервно спросил его Катин отец. – Позвони в тот роддом, где она работает.

- А номер….

- А номер в справочнике посмотри, всему-то вас учить надо. Только детей делать у вас без подсказки получается.

- Угомонись, Валера. – Одернула его жена. – Чего разошелся?

Мужчина засопел, но спорить с женой не стал. Он только нервно притопывал ногами по полу и сжимал переплетенные пальцы.

Слава позвонил в роддом и разочарованно сообщил Катиным родителям, что Маргарита Андреевна слишком занята и подойти к телефону не может. Больше ничего спросить не успел, потому что снова раздался звонок в дверь и он, выдохнув «Катя» устремился в коридор. Но это была не Катя, это была Светлана Алексеевна, пришедшая к сыну, волнуясь за невестку – ей Слава тоже уже успел позвонить, надеясь, что жена вдруг, да и окажется там.

Слава закрылся с телефоном в спальне, оставив родственником волноваться одних – они его с ума сводили. Нагнетали обстановку так, что кричать хотелось и метаться по квартире, только не слышать их, не видеть их тревогу. Он сел на кровать и взъерошил пальцами волосы. Сжал голову руками, пытаясь избавиться от тяжелых мыслей и предположений, разрывающих его мозг.

Когда Катя найдется, он убьет ее. Сдаст ее в роддом и будет она там месяц под присмотром сидеть. Только бы нашлась. Только бы с ней все было в порядке….

Время тянулось мучительно долго, Слава, наконец, не выдержал и, хлопнув дверью в спальню, собрался ехать искать жену по городу.

- Не могу я больше сидеть и ждать. – Объяснялся он, обуваясь. – Катя на машине поехала, может, увижу ее где. А вы побудьте здесь, вдруг она вернется.

Он уже открыл дверь, когда раздался звонок телефона. Слава посмотрел на него и понял, что не сможет ответить. Не готов он услышать то, что могут ему сейчас сказать. Ему стало страшно от возможных новостей о жене.

- Римма Леонидовна, - он умоляюще посмотрел на тещу, - ответьте, пожалуйста.

Женщина осторожно нажала кнопку вызова на телефоне, который все это время держала в руках, так же молча глядя на зятя.

- Алло? – Выдохнула она в трубку и следом радостно вскрикнула, - Катенька, дочка! Ты куда пропала, мы с ума сходим и Слава уже….

Договорить она не смогла, потому что зять выдернул трубку из ее руки.

- Котенок, слава Богу ты… - с облегчением на выдохе и тут же грозно, - где тебя черти носят, а? Я же сказал, чтоб ты дома сидела. Где ты? Почему не предупредила?.. Как родила? – Слава упал на диван. – Когда? Рано ведь еще…. Господи, Катя, - простонал он в трубку и растер лицо ладонью, - ну хоть бы что-то нормально сделала, а то все через одно место! Даже родить в срок и то не в состоянии, да за что мне все это? Я приеду?

Он надолго замолчал, слушая ответ жены, иногда пытаясь вставить слово и выяснить, почему она просит его приехать завтра утром, а не сегодня. Ему же необходимо было ее увидеть. Своими глазами убедиться, что с ней все в порядке. Выслушав ее он, наконец, согласился и, шепнув ей, что любит, отключил телефон.

- У меня сын родился. – Он растеряно обвел взглядом присутствующих. – Сын…. За это надо выпить.

Слава сорвался с места и куда-то убежал. Вернулся с бутылкой в одной руке и подозрительной коробкой в другой.

- А что это? – Заинтересованно поглядывая на предметы в руках зятя, поинтересовался Валерий Сергеевич.

- А это мы с Кубы привозили с Катей ром и сигары, хранили до особого случая и, кажется, он настал. Будете?

- Еще спрашиваешь?

Слава поставил коробку с сигарами и бутылку на журнальный столик у дивана и ушел на кухню за бокалами.

- Бабушки, - позвал он мать и тещу, - вам может вина налить?

- Налей, конечно, сынок, повод-то какой. Вот только с сигарами на балкон, будьте любезны, здесь скоро ребенок появится, нечего дымить тут всякую гадость.

- На балкон, так на балкон…. – Пробурчал тесть, и они со Славой вышли на свежий после грозы воздух.

- Ну, давай что ли, угощай кубинскими сигарами. – Мужчина потянулся к открытой коробке, но Слава опередил его.

- Погодите, здесь есть одна, особенная. Где же она? – Он перебирал сигары в поисках нужной. – А, вот! Пожалуйста, - он снова протянул коробку тестю, - выбирайте любую.

- А что с твоей не так? – Спросил мужчина, прикуривая.

- Да ее Катюша об бедрышко закатывала там, на Кубе. Это для меня…. Что с вами?

Валерий Сергеевич неожиданно закашлялся, гневно поглядывая на лучезарно улыбнувшегося зятя.

- Вы пейте, пейте…. За Ванюшку. За Ивана Вячеславовича.

Слава отсалютовал тестю бокалом и поднес его к губам.

- Не приезжай сегодня, Слав. Я сильно устала и хочу отдохнуть. Я к тебе даже спуститься не смогу. Мне с кровати вставать пока нельзя. Давай завтра, родной, ладно? Прости что заставила волноваться, но телефон разрядился…. И я тебя тоже. Пока.

Девушка откинулась на подушку, слабой рукой протянула телефон стоящей у ее постели женщине в белом халате.

- Спасибо.

- Ты чего, Катюш? Я бы провела его к тебе в палату, и вставать бы не пришлось….

- Маргарита Андреевна, вы посмотрите на меня. Я на ведьму похожа. А сил, если честно, чтоб встать и привести себя в порядок, у меня на самом деле нет.

- Кать, это же твой муж.

- Вот именно. И еще, я попросить вас хотела…. – Девушка замялась и опустила глаза. – Перетяните меня.

- В смысле.

- Ну, грудь перетяните….

- Кать, что за глупости? – Доктор присела рядом с девушкой на ее постель.

- Это не глупости. Просто помогите мне, а то я сама что-нибудь себе испорчу.

- Кать, это неправильно.

- Маргарита Андревна, вы моего мужа выдели? Он у меня эстет и любит все красивое. Я должна остаться такой как до беременности, я знаю, так надо.

- Ну, как знаешь. Это твой ребенок.

- Вот именно. Сейчас полно смесей, я сама на них выросла и ничего…. Кто потом мне фигуру вернет?

- Ну ладно, Катюш, отдыхай. Завтра тебе ребенка принесут, набирайся сил и выспись. Завтра еще раз поговорим, если не передумаешь, тогда….

Девушка покивала головой и, устроившись на подушке, закрыла глаза.

- Привет…. – Дверь приоткрылась, и в палату заглянул Слава.

Катя улыбнулась мужу, и когда он присел на ее кровать, потянулась к нему за поцелуем.

Она сидела на постели, держа на руках ребенка и за несколько секунд до прихода мужа, внимательно рассматривала его маленькое личико, пытаясь понять, на кого он похож и что она вообще к нему чувствует. Кажется, похож малыш был на Славу, сложно было определить – слишком мал. А чувства, которые ее сейчас захлестывали, были новыми и невероятно сильными. И больше они все-таки были похожи на страх.

- Ну, ты даешь, Кать…. – Слава присел рядом и посмотрел на сына. – Можно?

- Конечно. – Она передала ему ребенка, показав как именно его держать.

- Я так испугался, Кать. Никогда больше так не делай, слышишь? Я чуть с ума не сошел.

- Прости. – Катя виновато посмотрела на мужа и приникла к его плечу. – Я не хотела тебя тревожить, думала, съезжу на полчасика и вернусь домой, «зарядку» впопыхах забыла, а приехала, так Маргарита Андреевна меня под белы рученьки и в отделение. Ох и намучились мы с Ванькой. Так что я решила, Слав – одного ребенка нам хватит, повторять этот подвиг я вряд ли когда-то решусь, нет уж.

- Уверена?

- На сто процентов.

* * *

- Слава, это что за такое, а?

- Что? – Мужчина протянул руку и выдернул из рук жены предмет, напоминающий по форме большой толстый градусник. Только вместо окошка, где градусник показывает температуру, у этого предмета были две полоски.

- Я беременна! – Истерично взвизгнула девушка. – Опять!

Она рухнула на кровать и уронила лицо в ладони.

- Катюх, - Слава присел рядом и потормошил жену за плечо, - ну ты что как будто конец света наступил, кричишь-то? Ваньку разбудишь….

- Наступил, Слав…. – девушка уронила руки на колени, и не поворачиваясь к мужу, устало проговорила, - мой личный конец света….

- Котенок, не драматизируй….

- Слава слушай, - Катя повернулась к нему и зачастила, - ты вообще понимаешь, что произошло?

- Чудо. – Как само собой разумеющееся ответил ее муж.

- Ваньке ведь всего полгода, Слав. Как такое вообще возможно? Врач мне сказала, что я не забеременею пока, ты сказал, что у тебя реакция хорошая, зря я вас послушала, надо было вернуться на таблетки и этого, - она снова сунула тест ему под нос, - не случилось бы.

- Кать, ты что, хочешь от меня аборт сделать?

- Я не знаю, что делать, не знаю. – Девушка опять уронила голову на руки. – Мне страшно, Слава. Я еще от прошлой беременности не отошла, я только-только в форму вернулась….

- Да ты в нее вернулась на следующий день после родов, Кать!

- Ты попробовал бы сам родить хоть разочек, посмотрела бы я на тебя. Да хотя бы выносить. Да и как я с ними двумя? Ведь когда ребенок родится, Ваньке будет чуть больше года….

- Ты все сказала, Кать? Меня послушаешь?

Он обнял жену и прижал ее голову к своей груди.

- Кать, пожалуйста, роди Ваньке братика или сестричку. Я тебя очень прошу, я тебя умоляю, Катюш.

- Слава…. – Она попыталась вывернуться из его объятий. Тогда он опустился на пол перед ней, так, чтоб быть с ней лицом к лицу.

- Кать, я так мечтал когда-то о брате, ты бы знала. Мне так тяжело было одному, и учиться, и семью тянуть и за матерью ухаживать и я даже пожаловаться никому не мог, так, чтоб поняли. Не было у меня брата, и мне так его не хватало.

- Я тоже одна росла.

- Нет, не одна. У тебя были оба родителя, которые о тебе заботились, это другое. А сейчас представь – Ванька один с двумя бабушками и двумя дедушками и мы с тобой. Да из него вырастет вторая ты. Они же его избалуют, и мы тоже.

Кать, ведь я не боюсь повторения твоей беременности, а ты вспомни какая ты была. У тебя же только мозг на место встал. Ну… на прежнее место, скажем так….

- Ты! – Катя толкнула его в плечо. И серьезно добавила, - ты, что только ради того, чтоб Ваньке скучно не было?

- Нет, конечно! Ну что ты, Кать. Я просто всегда хотел большую семью, много детей…. Сын уже есть, вдруг там дочь?

Катя промолчала в ответ.

- Так, что, родная моя? – Он прижался щекой к ее животу и девушка, секунду подумав, зарылась пальцами в его волосы и, наклонившись, поцеловала в макушку.

Вот уж правда, муж на коленях ребенка просит, а она упрямится. Как будто у нее выбор есть. Было немножко страшно перед повторением всех прелестей беременности, которые она еще слишком хорошо помнила, но ничего не поделаешь.

Появилось чувство благодарности к Славе, который понимая, что ребенок в любом случае появится на свет, не отнесся к этому как к неизбежности, а все-таки оставил за ней последнее слово. Было безумно приятно, что он так хочет от нее детей, слов нет!

- Но это последний, Слава, ясно тебе! И не прокатит больше у вас с Маргаритой Андреевной эта чушь про то, что можно не предохраняться полгода.

А Слава подумал, что Катиному врачу он точно задолжал бутылку коньяка, за то, что та скрыла от его жены такую важную деталь, что не предохраняться после родов так долго можно только тем, кто кормит детей не смесью из банок. Да и то стопроцентной гарантии нет. Иначе, откуда тогда появляются погодки? Доктор видимо сражалась с демографическим кризисом так, как могла.

Вслух же он ответил:

- Конечно, Катюш, как скажешь.

- Ну что, посмотрим, кто там у нас в мамином животе. – Доктор вгляделась в монитор аппарата УЗИ, делая какие-то свои замеры, пытаясь поймать картинку и зафиксировать ее. – Прячется, что-то….

Слава вглядывался в мелькающие перед ним непонятные черно-белые пузыри и вообще ничего разглядеть не мог. Хотя женщина показывала ему ручки, ножки, сердечко ребенка, только все это было таким неясным….

- А, вот! Мальчик у вас, поздравляю!

- Опять. – Разочарованно протянул Вячеслав.

- Что значит опять? – Катя, нахмурившись, глянула на него.

- Я девочку хотел….

- Ну, извини, - пожала плечами его жена, - это твоя игрек-хромосома подкачала. И помни, третьей попытки не будет.

- Помню… ну, значит не судьба, Кать. Зато два сына – это в два раза круче, чем один!

- А три мужика в доме – это вообще супер. – Обреченно вздохнула Катерина.

Роман Вячеславович, в отличие от старшего брата, родился в срок, в октябре месяце. Его появление на свет счастливый отец отпраздновал так, что еле пережил утро. А еще ему позвонила жена и выкатила предъяву за то, что он накануне умудрился пьяным приехать под окна ее палаты и кричать во весь голос: «Я люблю тебя, зараза такая!»

- Мне было так стыдно за тебя, - высказывала ему жена, - теперь все знают, что мой муж – алкоголик.

- Дура ты, Катька…. Радоваться надо, что я из-за тебя на такие подвиги решился. Меня, между прочим, могли замести стражи порядка.

Девушка не нашлась что возразить, потому что накануне ей это сказала и Маргарита Андреевна и медсестра, заглянувшая в палату и соседка – все почему-то думали, что если пьяный муж буянит под окнами роддома, значит это показатель его особо крепких чувств к жене и определитель степени отцовского счастья.

Когда Слава во второй раз забирал жену с сыном из роддома, Катина мама, наблюдая, как они с ее дочерью воркуют над ребенком, спросила мужа:

- Скажи, Валера, а ты, когда их женил тогда, помнишь, на третьем курсе, вообще думал о том, к чему все это приведет. Ты знал, или все так случайно вышло?

- Конечно, знал. – Гордо ответил мужчина. – Я же всегда все знаю наперед и в людях разбираюсь.

- Конечно-конечно, - жена погладила его по плечу и незаметно улыбнулась своим мыслям….

* * *

Десять лет спустя

- Ну и зачем ты взяла мою машину? – Вячеслав мельком глянул на часы, слушая ответ жены в телефонной трубке и прикидывая, когда примерно он сможет появиться в офисе. – Что значит, тебе она больше нравится? Когда выбирали тебе автомобиль, ты была вполне счастлива. Что значит, такова твоя натура? Что значит надоела?

Мужчина огляделся по сторонам, отмечая несколько взглядов прохожих, привлеченных его резким тоном, и добавил уже тише:

- И как ты мне прикажешь на работу добираться, родная? На твоей? А ты мне оставила ключи?

Пауза, в течение которой его жена видимо, копалась в своей сумочке.

- Нашла? Значит так, Катерина, я иду по парку, и если через десять минут моя машина не встретит меня у выхода, я тебя накажу…. Может и отшлепаю…. – Его губы растянула улыбка. – Ладно, давай встретимся у теннисной школы, я пацанов встречу, а ты нас подберешь.

Он убрал телефон в карман и зашагал дальше по аллее парка, стараясь чаще смотреть себе под ноги, дабы не вляпаться дорогими туфлями в грязь, прикрытую желтой осенней листвой. Он вообще редко куда-то ходил пешком, только если они не собирались целенаправленно с семьей прогуляться по городским улицам. Он бы и сейчас вызвал такси, если бы времени катастрофически не хватало, но в машине были еще кое-какие нужные документы, да и погодка в середине октября установилась на удивление теплая. Ромкин день рождения можно будет отпраздновать за городом.

Знакомое лицо мелькнуло перед его глазами неожиданно, и он не сразу узнал кто эта женщина, что шла навстречу ему с мальчиком, странно напомнившим ему почему-то старого друга детства. Слава всегда считал, что память на лица у него очень хорошая и, всмотревшись в знакомые черты, он вдруг остановился и позвал:

- Зоя?!

Зоя (а это была именно она), остановилась и, прищурившись, посмотрела на него. А потом видимо все-таки узнала.

- Слава? Привет! – Она улыбнулась и остановилась рядом.

Несколько секунд оба молчали и только оглядывали друг друга, отмечая все произошедшие с ними за эти почти двадцать лет, изменения.

- Ну как ты? – Наконец спросил Слава, не столько из любопытства, сколько из-за странного чувства неловкости. Вроде что-то когда-то их связывало, а встретились и чужой человек перед ним.

- Хорошо. А ты? – То же самое вежливое любопытство.

- Я прекрасно. Это твой сын?

- Да.

- У меня тоже пока двое сыновей….

- Пока?

- Да, пока…. Твой сын на Димку похож. Он в детстве такой же был. Как он?

- На шахте работает. Начальником участка. Мы же в горный универ перевелись. А ты?

- Я несколько лет назад с другом автотюннингом занимался, а когда фирма раскрутилась, мы с тем же другом автосалон открыли. Тем и занимаюсь.

- Машинами? – Зоя понимающе кивнула. – Кто бы сомневался….

- Да.

- Как Катя?

- Цветет, моя роза, и благоухает. А ты чем занимаешься?

- Я дома занимаюсь детьми. У нас еще дочь. В сад за ней идем.

- А я за сыновьями. Они тут в теннисной школе. – Он махнул рукой в нужном направлении.

- Ясно. – Зоя неловко переминалась с ноги на ногу, видимо подыскивая предлог, чтоб уйти.

- Ну, пока, – Слава демонстративно взглянул на часы, - скоро Катерина должна меня встретить…. Мне пора. Рад был увидеться.

- Я тоже.

Слава, наконец, развернулся и продолжил путь.

Какая-то странная эйфория окутала его после встречи с Зоей. Появилась срочная потребность увидеть жену, руки сводило от желания прикоснуться к ней, ощутить ее присутствие в его жизни. Мозг разрывало от вихря мыслей и ощущений.

Зоя. Неужели это ее он когда-то мечтал назвать своей женой? Как он вообще мог так ошибаться?

Зоя его не удивила сегодня ничуть. Она стала такой, как он и предполагал. Такой, как он думал, он мечтал бы видеть свою жену. Домашней, милой, удобной… как диван или любимые тапочки. Этаким придатком к семейному очагу. Чтоб готовила-стирала-убирала. Чтоб заботилась больше о муже и детях, а не о себе….

Как бы он сейчас с ней жил, не случись в его жизни урагана Катрина?

Он сравнил Катю и Зою. Он ведь раньше и не задумывался, как могут изменить женщину две беременности. Потому что Катю они не изменили и он думал так у всех. Пока не увидел Зою. Она стала пухленькой, заботливой курицей-наседкой. Сидит дома, гуляет в парке с сыном, варит мужу борщи…. Черт, неужели когда-то это был его идеал жены? Зоя была и осталась предсказуемой. В отличие от Кати.

Иногда он думал о том, что его жене не хватает немного той домашней жилки, что должна быть у каждой женщины. Иногда он даже немного грустил от того, что Катя не встречает его на пороге с работы с тапочками и пирогами, вытирая испачканные в муке руки о передник. Катя, конечно, готовила дома, но это были не традиционные щи-борщи, а изысканные рецепты, что откапывала жена из подшивки ее кулинарных глянцевых журналов.

Зато борщами их с мальчишками с удовольствием потчевала Светлана Алексеевна. Которой, кстати, теперь было о ком позаботиться кроме сына и внуков.

Зато теперь он понимал, что благодаря тому, что у Кати были свои интересы, ее жизнь не сошлась клином на нем, и в отношениях не пропал какой-то легкий оттенок вечной нехватки друг в друге.

Катерина, после того как ей исполнилось тридцать, принялась играть в бизнес-леди. У нее появилось увлечение, которое она важно называла работой. Это был салон нижнего белья в одном из крупных торговых центров. Почему белье? Потому что у Кати по этой теме появился пунктик. И вслед за пунктиком в спальне появился специальный шкафчик, в котором висело на плечиках и лежало в ящичках кружевное и шелковое великолепие разнообразных фасонов и цветов. И заглядывать в этот шкафчик, мужу было строжайше запрещено. Катино белье можно было созерцать только на ней. И Слава, каждый раз расстегивая на жене платье в их спальне, испытывал восторг и предвкушение, какое, наверное, испытывает ребенок, разворачивая конфетку и гадая с какой начинкой, она ему сегодня попалась. Как жене удалось, спустя столько лет брака, сохранить какую-то новизну в их семейном сексе, Славу поражало. И не нужно уточнять, что на других женщин он ни разу не взглянул. А зачем?

Сейчас, конечно, у них по одной важной причине страсти в спальне поутихли, но все вернется на круги своя, он всегда в этом был уверен. А причина была веская… уже очень веская. С такой особо не развернешься. Поэтому они этот период в жизни называли «нежным временем».

На крыльце теннисной школы его уже поджидали сыновья. Они развлекались тем, что отрабатывали друг на друге подножки по очереди.

- Привет, орлы! – Слава за воротники оттащил сыновей друг от друга и поставил перед собой. – Ну что, кто кого порвал?

- Я его конечно. – Важно ответил младший. Хотя, кто не знал и не сказал бы, что Ромка младше Ваньки на целый год - мальчишка был на два пальца выше брата.

- Иван, ты же старше. Как ты допустил, чтоб брат тебя обыграл?

- Да он выиграл последний сет только благодаря тому, что получил преимущество в одно очко. А так бы я посмотрел, кто кого вздул!

- Ага!

- Зато я умею так, ну-ка подержи, - Ванька сунул брату в руки свои вещи, принял стойку на руках и еще и прошелся ими по асфальту, покачивая ногами в такт «шагам», снова встал на ноги, - меня папа научил.

- Так, хорош ракетками меряться. Сейчас мама приедет, а вы опять ссоритесь, парни. Хватит маму расстраивать. Что маме сейчас нужно?

- Позитивные эмоции! – Хором ответили сыновья. Слава рассмеялся и потрепал обоих за козырьки кепок.

- Правильно. А вот и мама, улыбаемся.

Слава смотрел, как его машина въезжает на стоянку у школы и, кивнув сыновьям, направился к ней. Открыл водительскую дверь и помог жене выбраться из салона.

- Привет. – Поцеловал Катю в щечку и погладил ладонью круглый животик. – Ну как дела? Что врач сказала?

- Все хорошо. Все в порядке. Мальчишки, привет. Иван, почему руки опять грязные? Ромка, майку заправь, сколько раз говорить - ходишь, как из социально запущенной семьи. Слав, усади их в машину.

Она устало потянулась, прогнув спину.

- Ты прости, что ключи оставить забыла. Просто мне из моей машины не выбраться и спина сильно затекает….

- Ничего, я прогулялся. Знаешь, кого в парке встретил?

- Нет.

- Зою. Помнишь? Учились вместе.

- Помню. – По Катиным глазам видно было – помнит она не только то, что они были когда-то с Зоей однокурсниками. – Ну и что?

- Да ничего. Просто рассказал. Поехали? – Он открыл для нее дверь. – Кстати, ты пол ребенка не спрашивала?

- Да нет, успокойся. Решили же не узнавать.

- Ну, Катерина, попробуй только мне еще одного парня роди, я тебя из роддома не заберу без дочки, ясно?

- Ясно. – Жена, опираясь на его руку, забралась в машину.

Катя всегда преподносила Славе сюрпризы. А этот последний был самым приятным и радостным для него. Год назад Катя предложила ему родить еще одного ребенка. Пояснила свой порыв жена ему тем, что она после тридцати пяти лет созрела для материнства.

Как бы ни звучало, но первый ребенок у них появился, потому что так было нужно. Потому что пора пришла. Потому что это было закономерно, что в браке появляются дети. Второй раз Катя залетела случайно. И только сейчас она действительно была готова и хотела насладиться и своим положением и материнством.

Уже не было всех тех заскоков, что в первый раз, и сложностей связанных с возрастом (все-таки Кате было уже не двадцать лет). Не было лишней нервозности, и она не пыталась пользоваться своим положением (ну, не считая того, что она «отжала» у мужа его кроссовер). Катя наслаждалась жизнь, собой и своей семьей, и в душе ее царили мир и гармония.

Долгожданная дочь у Кати и Славы появилась пятнадцатого декабря, в день рождения последнего, за что и была названа счастливым отцом, Дарьей.

А потом незаметно наступил Новый Год, который они не отмечали, ограничившись наряженной елкой и тихим семейным ужином. А после того как старшие дети улеглись спать, гадая какие подарки найдут они завтра под новогодним деревцем, Слава тихо прошел в зал и замер на пороге, прислонившись плечом к стене.

Катя сидела в кресле рядом с елкой и кормила Дашку. Кормила не так как до этого сыновей – дочке повезло больше. В комнате был полумрак, источником света был тихо работающий телевизор, да гирлянды на елке. Было тихо и спокойно.

Катя, склонившись над дочкой, нежно улыбалась ей. А Слава смотрел на ее лицо, отмечая, что видит в нем что-то новое. Какое-то чувство сквозило и в улыбке и в глазах жены, выражение, которого он никогда не видел в ней раньше.

Он подошел и присел рядом, посмотрел на довольное личико дочки.

- Пацанов ты такого удовольствия когда-то лишила. Обоих. – Он сунул свой палец в маленькую ладошку Дарьи. Девочка тут же сжала его.

- Потому что я дура была, Слав. Ничего не понимала.

- Ты… такая сейчас, Кать… не могу объяснить – слов не хватает.

Дарья тем временем насытилась и уснула на материнских руках. Тогда Слава осторожно взял ее и унес в колыбельку. Вернувшись, они с Катей принялись доставать из разных шкафчиков подарки детям и друг другу и складывать их под елку.

Закончив, Слава, усевшись тут же на полу, потянул жену в свои объятия.

- Кать? – Он обнял ее сзади за талию и устроил подбородок на ее плече.

- Что?

- А ты помнишь тот наш Новый Год? И как ты мне кольцо надела, помнишь?

- Помню. – Жена улыбнулась и завела руку назад, лаская его щеку.

- И я все время этот момент вспоминаю, Кать…. Спасибо тебе.

- За что?

- За все. За детей, за нас…. За то, что ты тогда заварила всю эту кашу.

Катя, повернувшись, подставила губы для поцелуя, который незамедлительно последовал. Слава уронил жену на пушистый ковер и целовал ее, и знал, что большего нельзя и остановиться не мог. А потом тишину и очарование момента нарушил детский плач, раздавшийся из спальни.

- Просил дочь? – Катя хитро улыбнулась мужу. – Вот иди и успокаивай.

Слава, поджав губы, без споров поднялся и пошел в спальню. Катя, проводив его глазами, улыбнулась и направилась следом.

Content

Diurdana . Когда вместе тесно