А. В. Амфитеатров

Стихъ о воскресшемъ Христѣ

(По сибирской легендѣ.)

Изъ раздѣла «Русь».

Когда Господь нашъ Исусъ Христосъ былъ три дня во гробѣ,

Красное солнце затмилось, не свѣтило,

Ясенъ мѣсяцъ съ небеси скатился,

Часты звѣзды пали въ окіянъ-море.

Кривда на Правду наступила,

Кривда Правду побѣдила,

Окрутила Правду въ лентіе-саванъ,

Зарыла Правду въ сырую землю,

Навалила на Правду бѣлъ-горючъ камень,

A на камени — казенныя печати,

A при камени — грозная стража.

Ходила Кривда по базару,

Пила Кривда чай-кофей, сладкую водку,

Похвалялась Аннѣ-Каіафѣ,

Похвалялась Понтію Пилату:

— Баяла Правда, что воскреснетъ,

A ѣдятъ Правду въ земи черви!

Когда Господь нашъ Исусъ Христосъ возсталъ тридневенъ отъ гроба,

Среди ночи солнце возсіяло,

Ангельскія трубы вострубили,

Господни громы взрокотали,

Окіянъ-море всколыхнулось,

Казенныя печати растопились,

Бѣлъ-горючъ камень отвалился,

Мать сыра-земля разступилась,

Грозная стража устрашилась,

Поползла окорачь за ворота.

A никто того не видѣлъ, не слышалъ,

Видѣла-слышала Марія Магдалина.

— A ты, святая Марія Магдалина!

A дай ты мнѣ красное яичко!

A пойду Я къ Понтію Пилату,

A пойду Я къ Аннѣ-Каіафѣ,

A пойду Я къ Предателю Іудѣ,

A скажу имъ Христосъ воскресе!

— Не ходи, Господи, къ Аннѣ-Каіафѣ,

Не ходи къ Понтію Пилату,

Не ходи къ Предателю Іудѣ:

Увидятъ они Тебя, — вострепещутъ,

Вострепещутъ, — вѣры Тебѣ не имутъ,

Призовутъ на Тебя грозную стражу,

Ввергнутъ Тебя въ темницу!

Пошелъ Господь нашъ Исусъ Христосъ къ Понтію Пилату.

A гдѣ Его ножки ступали,

Лазоревы цвѣты выростали,

Цѣлючіе ключи проступали,

Миндальныя дерева расцвѣтали.

На тѣхъ деревахъ — птица Сиренъ,

Гласъ ея въ пѣніи весьма силенъ:

Когда Господа воспѣваетъ,

Сама себя, птица, забываетъ!

Сидѣлъ Понтій Пилатъ на высокомъ стулѣ,

Ѣлъ Понтій Пилатъ дырявчаты вафли,

Увидѣлъ Господа Исуса, —

Глаза выпучилъ,

Усы ощетинилъ.

Опустились его бѣлыя руки,

Подкосились его быстрыя ноги.

Зубомъ на зубъ не попадаетъ,

Потому что лихорадка трясетъ…

Охъ ты, Пилате! Охъ ты, Понтіе!

Что ты, Пилате, мечешься,

Что ты, Понтіе, трепещешься?

Думалъ ты, Пилате, — Правда въ землѣ лежитъ,

A Правда передъ Тобою въ глазахъ стоитъ!

Въ глазахъ стоитъ, въ глаза глядитъ —

Не зажмуришься, не отворотишься…

Охъ ты, Пилате! Охъ ты, Понтіе!

Почто предалъ Правду на пропятіе?

Почто руки мылъ — съ рукъ совѣсть смылъ?

Отдалъ Правду воинамъ къ столбу привязать,

Приказалъ воинамъ Правду бичами бичевать,

Напосляхъ одѣлъ Правду въ терновый вѣнецъ,

Въ терновый вѣнецъ, въ багряницу?

Со разбойниками Правду причислилъ,

Между двухъ разбойниковъ Правду распялъ?

Почто Правду на древянъ крестъ возносили,

Руки-ноги Правдѣ гвоздемъ пробивали,

Оцетомъ Правду поили,

Копіемъ Правду кололи,

Лентіемъ-саваномъ связали,

Зарыли Правду въ сырую-землю,

Навалили на Правду бѣлъ-горючъ камень?

Обманула тебя, Пилате, Кривда —

Похвалялась, что Правда не воскреснетъ,

Что ѣдятъ Правду въ землѣ черви!

A не вѣрить бы тебѣ было Кривдѣ,

A и всѣ слова ея лукавы!

Не бояться бы тебѣ, Пилате, архиреевъ,

Лицемѣровъ, книжниковъ, фарисеевъ, —

Бояться бы тебѣ, Пилате, Бога,

Не давать бы Правду распинати:

Воскресъ Христосъ — и Правда воскресла!

Говорилъ Понтій Пилатъ Господу Исусу:

— Помилуй, Господи!

Прости, Исусе!

Вижу я, Господи, свою неправду:

Кривда меня въ глаза обманула,

Кривда мнѣ глаза ослѣпила…

Возжалѣлъ я своего бѣлаго тѣла,

Возжалѣлъ я своего цвѣтного платья,

Сладкаго яствія,

Пьянаго питія,

Прохладнаго житія —

Убоялся я, Понтій, архиреевъ,

Устрашился я, Пилатъ, фарисеевъ.

Руки мылъ — совѣсть смылъ!

Невиннаго предалъ на пропятье…

Воистину Христосъ воскресе!

Воистину Правда воскресла!

Тебѣ, Правдѣ, сіять во свѣтломъ раѣ,

A мнѣ съ Кривдою кипѣть во адѣ!

Помилуй, Господи!

Прости, Исусе!

Я сниму свое цвѣтное платье,

Свѣтлы пуговицы, кресты, медали,

Царю чинъ верну — о душѣ вздохну,

Домъ продамъ — нищимъ раздамъ,

Жену отпущу — Бога сыщу:

Уйду во глубокія пещеры

Замаливать грѣхъ — спасти душу

Помилуй, Господи!

Спаси, Исусе!

Отвѣчалъ Господь Исусъ Христосъ Понтію Пилату:

— Богъ съ тобой, Понтіе Пилате!

Не снимай ты свово цвѣтного платья,

Свѣтлы пуговицы, кресты, медали,

Не иди во глубокія пещеры!

Сиди на высокомъ стулѣ,

Суди народъ по Божьей правдѣ, —

Человѣковъ паче Бога не бойся,

На Правду Кривдѣ не вѣруй!

Не обидь людей, не обидь Правду!

Никогда того не бываетъ,

Чтобы Правду Кривда загубила:

На крестѣ Правда помираетъ —

Во гробѣ Правда не истлѣваетъ…

Мать-сыра-земля Правду не укроетъ…

Бѣлъ-горючъ камень Правды не удержитъ:

Воскресъ Христосъ — и Правда воскресла!

A Я на тебя не въ обидѣ:

Вотъ тебѣ красное яичко!

Пришелъ Господь нашъ Исусъ Христосъ ко Аннѣ-Каіафѣ:

— Охъ вы, Анна-Каіафа! прегордые архиреи!

Книжники-фарисеи!

Къ Кривдѣ вы прилѣпились,

Отъ Правды вы отступились,

Каково хорошо вамъ Правдѣ въ глаза глядѣть?

Думали вы: Правду черви ѣдятъ,

A Правда идетъ — земля цвѣтетъ,

Звонятъ звоны малиновые,

Трубятъ трубы ангельскія,

Поютъ птицы райскія,

Средь ночи солнце зажигается!

Охъ вы, прегордые архиреи,

Книжники-фарисеи!

Почто вы Іуду на Правду соблазнили?

Тридцать сребренниковъ платили?

Со дреколіемъ на Правду выходили?

Связали Правдѣ руки,

Повели Правду въ судилище?

По щекѣ Правду били?

Въ глаза Правдѣ плевали?

Предавали Правду игемону?

На Варраву Правду промѣняли?

На крестѣ Правдѣ покивали?

Поставили грозную стражу,

Чтобы Правда изъ гроба не вышла,

Чтобы Правда въ землѣ истлѣла?..

Горе вамъ, книжники-фарисеи!

Воскресъ Христосъ — и Правда воскресла!

Отвѣчали Анна-Каіафа, прегордые архиреи,

Книжники-фариісеи:

— Помилуй, Господи!

Прости, Исусе!

Видимъ мы, Христе, свою неправду.

Кабы мы свою неправду раньше знали!

Никогда еще того не бывало,

Чтобы Правда изъ могилы вставала!

A какъ нынѣ Правдѣ въ глаза глядѣть?

A куда отъ Правды глаза дѣть?

A жили мы, Анна-Каіфа, не по чести,

Любили земныя похоти и лести,

Сладко ѣли, пьяно пили, мягко спали,

Золоту казну копили, считали,

Собирали дани и доходы,

Были y насъ колесницы и скороходы:

За то мы Тя, Христе, гнали отъ перваго начала,

Чтобы Правда Твоя насъ не обличала!

A шапки-то y насъ рогаты,

A карманы-то у насъ богаты, —

Кривда намъ глаза ослѣпила,

Кривда насъ въ глаза обманула…

Воистину Христосъ воскресе!

Воистину Правда воскресла!

Тебѣ, Правдѣ, сіять въ свѣтломъ раѣ,

A намъ, съ Кривдою, кипѣть въ адѣ!

Помилуй, Господи!

Спаси, Исусе!

Мы рогатыя шапки поскидаемъ,

Мы богатые карманы распоремъ;

Дома продадимъ — на міръ раздадимъ,

Уйдемъ въ глубокія пещеры,

Замаливать грѣхъ — спасти душу…

Тѣло убить — себя оживить!

Помилуй, Господи!

Спаси, Исусе!

Отвѣчалъ Господь Исусъ Христосъ Аннѣ-Каіафѣ:

— Богъ съ вами, Анна-Каіафа!

Были вы прегордые архиреи,

Книжники-фарисеи, —

Будете чернцы-старцы!

Снимайте рогатыя шапки,

Распорите богатые карманы —

Идите во глубокія пещеры

Псалтырь читать, во гробъ смотрѣть,

Смерти ждать, слезою душу мыть,

Чаять суда Господняго!

Подъ землею вы Правду схоронили —

Подъ землею въ себѣ Правды ищите!

A когда въ себѣ Правду найдете,

Идите въ міръ, къ добрымъ людямъ —

Говорите имъ Правду, не скрывайте!

Чтобы люди слышали-знали:

Никогда того не бываетъ,

Чтобы Правду Кривда загубила.

На крестѣ Правда помираетъ, —

Во гробѣ Правда не истлѣваетъ,

На третій день воскресаетъ!

Мать-сыра-земля Правды не укроетъ,

Бѣлъ-горючъ камень Правды не удержитъ…

Воскресъ Христосъ — и Правда воскресла.

A я на васъ не въ обидѣ!

Вотъ вамъ по красному яичку!

Вошелъ нашъ Господь Исусъ Христосъ въ зеленую рощу:

Какъ вошелъ онъ въ зеленую рощу,

На всѣхъ древахъ цвѣты заалѣли,

На всѣхъ древахъ веселыя пташки запѣли:

На одномъ древѣ цвѣты не заалѣли,

На одномъ древѣ пташки не запѣли!

Средь рощи — бѣлая поляна,

Средь поляны — дрожитъ проклятое древо,

Проклятое древо — осина,

На осинѣ — гніючее тѣло,

Повѣшенникъ, Іуда-Предатель…

Зубы выщерилъ,

Глаза вытаращилъ,

Повѣсилъ языкъ на бороду:

На макушкѣ сидитъ черный воронъ,

Когти когтитъ, клювъ остритъ,

Хочетъ Іудѣ темя склевать…

Воззрѣлъ Господь нашъ Исусъ Христосъ на проклятаго Іуду,

Вздохнулъ, изъ очей слезу выронилъ.

Упала слеза на Алатырь-камень,

И прожгла слеза Алатырь-камень

На тысячу верстъ и на сто саженей,

Ажъ теперя въ камнѣ путь видать:

Отъ Ерусалмма-града путь — на земной пупъ,

Отъ земного пупа на Царьградъ,

Отъ Царьграда на каменну Москву,

Къ чудотворцамъ Сергію-Троицѣ,

Отъ Москвы на Большой камень, —

A гдѣ пути конецъ,

И міру конецъ:

Живетъ самоядь,

Линная и долинная,

Живутъ дивіи народы,

Гоги и магоги,

Ихъ же заключилъ въ гору Александра, македонскій царь,

A выйти имъ изъ горы — къ свѣтопреставленію.

Вздохнулъ Господь нашъ Исусъ Христосъ,

Молвилъ онъ Іудѣ-Предателю:

— Охъ ты, Іуда-Предатель, чадо неразумное!

Чадо строптивое!

Чадо невѣрное, обманчивое!

Легко ли Мнѣ, чадо, тебя зрѣти?

Легко ли Мнѣ, чадо, о тебѣ промыслити?

Доселѣ ты, чадо, съ кисою ходилъ,

A нынѣ, чадо, на древѣ висишь!

Какъ Мнѣ тебя теперь судить?

Куда Мнѣ тебя опредѣлить?

Обступила тебя Кривда лукавая,

Всего обошла, въ тебя вошла!

Похвалялась Кривда Правду червямъ скормить,

A нынѣ Кривду самое черви ѣдятъ!

Ты скажи, Кривда, почто душу сгубилъ?

Почто продалъ Правду за сребренники?

Почто продалъ Правду цѣлованіемъ?

Отъ тебя, Іуды, Правда въ землю легла!.

Думалъ ты, Іуда: Правду тлѣнъ истлитъ,

A Правда предъ тобою жива стоитъ,

Жива стоитъ, слезу ронитъ,

Твоего грѣха сожалѣя,

Неразумное, строптивое чадо!..

A Я на тебя не въ обидѣ!

Вотъ тебѣ красное яичко!

Черный воронъ вскаркалъ, взлетался,

Горькая осина встрепеталась,

Проклятый Іуда закачался,

Мертвыя уста провѣщали:

— Помилуй, Господи!

Прости, Исусе!

Не мучь меня послѣ смерти!

Благость Твоя мнѣ не подъ силу…

Господь нашъ Исусъ Христосъ промолвилъ:

— Слушай меня, Іуда-Предатель!

На тебя Я гнѣва не имѣю,

Отпускаю, что Меня ты предалъ,

Только помню, что былъ ты Мой апостолъ.

Говори, неразумное чадо:

Готова ли душа къ покаянію?

Если душа къ покаянію готова,

Сниму Я тебя, Іуда, съ осины,

Воздвигну я тебя, Іуда, отъ смерти,

Чтобы ты опять ходилъ за Мною.

Воскресъ Христосъ — и Правда воскресла!

Смертію смерть она попрала!

Въ смерти бывшимъ животъ даровала!

Отвѣчалъ проклятый Іуда:

— Воистину Христосъ воскресе!

Воистину Правда воскресла!

Помилуй, Господи!

Прости, Исусе!

Готова душа къ покаянью, —

Но не мучь меня послѣ смерти:

Благость Твоя мнѣ не подъ силу…

Оставь меня висѣть на осинѣ!

Когда Твоя кровь проливалась,

Всѣ грѣхи на землѣ она омыла, —

Одного грѣха она не омыла, —

Что я Тебя цѣлованіемъ предалъ.

Если Ты меня съ осины снимешь,

Если Ты меня воздвигнешь отъ смерти,

Не могу я ходитъ за Тобою,

Не буду я Тебѣ апостолъ!

Побѣгу я въ страхѣ, какъ Каинъ,

Побѣгу я въ стыдѣ, какъ Адамъ и Ева,

Побѣгу я въ злобѣ, какъ дьяволъ,

Побѣгу я въ степи-пустыни,

Укроюсь я въ темные гробы,

Зароюсь въ песокъ сыпучій,

Чтобы люди меня не увидали,

Дѣти бъ на меня не плевали,

Камнями не швыряли,

Пальцемъ на меня не показывали,

Іудою не назвали…

Всѣ грѣхи Твоя кровь омыла —

Отъ моего грѣха отступила!

Если кто Кривдѣ Правду предалъ,

Нѣтъ тому милости на свѣтѣ,

И будетъ отнынѣ и до вѣка

Нарекаться ему имя — Іуда!

И кому наречено то имя,

Не ужиться ему, живымъ, съ живыми!..

Родная мать Іуду проклянетъ,

Дворовый песъ отъ Іуды отпрянетъ!..

Нѣтъ Іудѣ мѣста на свѣтѣ —

Кромѣ какъ на горькой осинѣ!

Не мучь меня, Исусе!

Благость Твоя мнѣ не подъ силу!

И сказалъ Господь нашъ Исусъ Христосъ Іудѣ:

— Миръ тебѣ, несчастное чадо!

Оставайся въ томъ, что самъ ты выбралъ…

Такъ Іуда на осинѣ остался.

1902.

Content

А. В. Амфитеатров
Стихъ о воскресшемъ Христѣ
(По сибирской легендѣ.)