Анна Мар

Когда тонут корабли

Драма в четырех действиях

Действующие лица:

Ян Гедройц — 55 л.

Лука Подгаецкий — 27 лет.

Ксендз Андрей Корно — 43 года.

Станислав Верциньский — 25 лет.

Французский консул — 41 год.

Павел — камердинер Гедройца — 52 года.

Лакей ксендза — 17 лет.

Служка — 14 лет.

Ютта Лабуньская — 30 лет.

Марина Гедройц — 21 год.

Софья Подгаецкая — 51 год.

Дама в трауре — 40 лет

М-м Натто — 43 года.

Мастерица — 20 лет.

Горничная у Гедройца — 35 лет.

Горничная у Подгаецких — 20 лет.

Все мужчины, бриты, кроме Павла и консула.

Действие происходит в наши дни. Большой город. Время — от августа до мая следующего года.

Действие первое

Приемная ксендза Корно. Большая комната в два окна без занавесок. Прямо — дверь в коридор. Сейчас она открыта. Налево дверь в кабинет ксендза. Посередине круглый стол, заваленный книгами, бумагами, письменный, очень простой прибор. Вокруг стола три старых низких, широких кресла. Поношенный ковер во весь пол. Прямо на стене портрет папы Пия X* в раме, затянутой крепом. От потолка до низу идут грубые, деревянные полки, заставленные книгами. Белые розы в синей фарфоровой вазе. На узком столике возле двери в кабинете — телефон.

Сейчас одиннадцать часов утра. Везде солнечные пятна-зайчики.

Ксендз Андрей Корно пишет письмо, видимо, раздосадованный. Перед ним сидит Дама в трауре с большим старомодным ридикюлем. Она плачет.

Явление 1

Ксендз Андрей Корно и Дама в трауре.

Ксендз (запечатывая конверт). Вот… третья рекомендация… конечно, и на этот раз никакого успеха… ваша дочь — погибшая девушка… вы — слабая мать…

Дама в трауре (плача). Я верну деньги ксендзу-декану* через неделю.

Ксендз (встает, пожимая плечами). Увидим… Давать деньги взаймы — это развращать… Если ваша дочь и теперь не получит места, я умываю руки…

Дама в трауре (вставая). В Благотворительном Обществе во мне приняла участие Марина Гедройц.

Ксендз (изумленно и резко). Кто?

Дама в трауре. Марина Гедройц. Она дала мне десять рублей.

Ксендз (подавляя волнение). Разве госпожа Гедройц не у себя в имении?

Дама в трауре (тоном сплетницы). Нет, и она, и ее мать, и муж, и брат — все вернулись в город. Говорят, они хотят продавать имение… На что им деньги? Сердце Иисуса, столько денег!.. А другие говорят, что это вовсе не потому…

Ксендз (отходя к окну, засунув руки за пояс). Ну?

Дама в трауре (обрадовавшись). Я ничего не знаю… я передаю чужие слова… в семье Гедройц большие нелады… Старик Гедройц — ненавидит тещу… Теща ненавидит зятя… Марина плачет, не осушая глаз… ведь ее брат влюбился в актрису…

Ксендз (быстро и нервно). В кого?

Дама в трауре. В Ютту Лабуньскую… это большой скандал… Ютту Лабуньскую не принимают в семейных домах… Если бы моя дочь так вела себя, я бы ее убила… А теперь Ютта породнится с Гедройцами и станет важной дамой… Святая Мария!.. Все перепуталось на этом свете…

Ксендз. А как же старик Гедройц?.. Он — властный человек… (Обрывает.)

Дама в трауре (фамильярнее). Ну, что же Ян Гедройц!.. Года два тому назад он жил с Юттой Лабуньской почти открыто…

Ксендз (резко). Сказки!..

Дама в трауре. Весь город знает…

Ксендз (резко). Сплетни! Люди суют свой нос в чужие дела.

Дама в трауре (испуганно). Конечно… конечно…

Звонок в передней. В открытую дверь видно, как по коридору прошел

Лакей. Дама в трауре целует руку ксендза и уходит. Ксендз стоит в позе оцепенения. Сюда идет Ютта Лабуньская.

Явление 2

Ксендз Корно и Ютта Лабуньская.

Ютта (поднимая руку, как бы приветствуя знамя). Победа!..

Ксендз (напряженно улыбаясь). Да ну?..

Ютта. Я и Лука Подгаецкий венчаемся.

Ксендз (идет закрыть дверь в коридор). Поздравляю…

Ютта. Да. Благодарю. (Бросилась в кресло, стягивая перчатки, устало.) Это было трудно уладить.

Ксендз (тоже сел, нервно, машинально закурил). Расскажите по порядку…

Ютта. Что?.. Ах, да… Я забываю… Я не видалась с вами от марта месяца… а теперь осень… как летит время!.. Сколько я пережила… (Быстрее.) Хорошо, что все кончилось. Лука сделал мне предложение. Я согласилась. Он попросил благословения у матери — она дала. Ну, а мне… мне не у кого спрашивать ни благословения, ни позволения… Я — одна… Правда, разве у Яна Гедройца? (Нехорошо смеется.)

Ксендз (шокирован. Сухо). Семья Гедройц уже здесь.

Ютта (поражена). А!

Ксендз (тише). Что вам до того? Вам это должно быть безразлично.

Ютта (упавшим голосом). Да. Теперь мне безразлично. Я ничего не боюсь. Но еще неделю тому назад… Кошмар! У меня было ощущение, словно Ян Гедройц не позволит мне этого брака…

Ксендз (презрительно). У Яна Гедройца нет на вас прав.

Ютта (уколота). Были!

Ксендз. Ну, какие же это права!

Ютта (живо). Права любовника… высшие!

Ксендз (сквозь зубы). Э… вздор…

Ютта (желая быть разубежденной). Он не хочет моего замужества.

Ксендз. Вам просто кажется.

Молчание.

Ютта (нервно). Нет, вы ошибаетесь. Он не любил меня и не любит, но он не хочет отдать меня другому… Я это чувствую… Когда я так думала, прежняя тоска возвращалась и мучила меня, мучила. День и ночь, утро и вечер я терзалась раскаянием… стыдом… страстью… отчаянием… О, вы!.. Вы меня не поймете…

Ксендз опускает глаза.

И потом в городе начали особенно косо посматривать на меня… Бывшая актриса! Холостая женщина! Бывшая любовница Гедройца!.. Для польской колонии я неприятна… Сбережения мои уплывали… да… да… я заложила бриллианты и меха… я не умею с деньгами… Мне оставалось только одно — ускорить события… Я так и сделала… О, Боже, до чего я гнусна!.. (У нее навертываются слезы.)

Ксендз (холодно). Я никогда не имел чести быть вашим духовником… мы встречались в обществе… вы были откровенны со мною, как ни с кем. На это доверие я не напрашивался… я его только принял… Я заплатил вам за него молчанием и кое-какими советами… более-менее полезными… Приняли вы их или нет… другой вопрос…

Ютта (огорченно). Я не понимаю вас, ксендз-декан…

Ксендз. Я хочу сказать, что я отношусь к вам доброжелательно, хотя мы совсем различные люди. О, да!.. Я считаю вас оригинальной женщиной… скептичной, несчастной… устроенной в жизни не так, как нужно.

Ютта (беспокойно). И все-таки я не понимаю…

Ксендз (встает, ходит). Pardon… вы поймете. К семье Гедройц (проглотив слюну)… к семье Гедройц у меня уже иные чувства. Я духовник Марины. Марина выросла у меня на глазах. С ее покойным отцом я был на "ты".

Ютта (холодно). И что же? Дальше?

Ксендз (останавливаясь). Вы выходите замуж за брата Марины. Это меня беспокоит. Больше… я жду от этого всяческих катастроф.

Ютта. А!

Ксендз (волнуясь). Я чувствую, что вы задумали нечто… У вас тайный план… Я не верю, чтобы вы любили Луку…

Ютта (спокойно). Вы правы, ксендз-декан. Я не люблю Луку… Но я выхожу за него замуж.

Ксендз. Я не ошибся.

Ютта. Вы не ошиблись. Почему я выбрала Луку?.. Я мщу Марине. Марина любит мужа и ненавидит меня. Отлично. Получай в золовки именно меня, любовницу твоего мужа! Марина любит брата и ненавидит меня. Отлично. Ты будешь принимать брата и меня! (Пожимая плечами.) Что делать! Я — дурная христианка… Верите, я совсем не христианка… А Марина внушает мне отвращение.

Ксендз (негромко). Марина — редкая женщина.

Ютта (вызывающе). Святая?

Ксендз (сильно). Невинная.

Ютта (спокойно). И все-таки она не пара Яну Гедройцу. Он — большой человек. Она — ничтожество.

Ксендз. Вернемся к нашему разговору. Раз вы уже посвятили меня во всю эту историю — я позволю себе попросить вас о некотором снисхождении…

Улыбка Ютты.

…к Марине и ее матери. Обещайте мне бывать у них, как можно реже… Обещайте мне поладить со старой Подгаецкой… Обещайте мне выкинуть из головы Яна Гедройца…

Ютта (чуть насмешливо). И что еще?

Ксендз (не замечая ее тона). Дайте мне слово, что никогда Марина не узнает, в каких отношениях вы были с ее мужем… (Увлекаясь.) Марина должна быть счастлива. Я никому не позволю нарушать ее семейного очага. (Спохватившись.) Я не хочу оскорбить вас подозрением, конечно… Я говорю только в теории…

Ютта (резко). Нет… я ничего не обещаю… все будет зависеть от Яна…

Ксендз (пугаясь). Тс… Зачем вы называете его Яном?.. Господин Гедройц… И зачем вы говорите о нем?

Ютта (поражена). Я… говорю о?..

Ксендз. Ну, да…

Ютта. Это машинально.

Ксендз. Когда же вы венчаетесь с Лукой?

Ютта. Как можно скорее и без всякой торжественности… Совсем рано… в будни…

Ксендз (бормочет). И это они называют браком!.. И я участвую в подобной комедии… Великий Боже!..

Ютта (с усмешкой). Не волнуйтесь… С вашей точки зрения, я стану жить приличнее, жить, как все. Лука дает мне положение, богатство, хорошую фамилию. У нас могут быть дети. Я приму участие в делах благотворительности, как Марина и ее мать… Я начну посещать мессу и брошу свои романы… Через год-два мое прошлое забудется. (С тоскою.) Я только недавно поняла, почему из меня не вышло настоящей артистки. Это потому, что я никогда не могла отрешиться от личной жизни… Я хотела любить и быть любимой… Я мечтала о чем-то тихом, простом, совсем простом… С этим не сделаешься артисткой… О, нет!..

В приемную забежал Служка. Он положил комжу*, берет молитвенник ксендза, поцеловал его руку и скрылся. Звонок телефона.

Ксендз (отходя к телефону). Извините. (Берет телефонную трубку.) Кто говорит? Да это я… Ах, господин консул… Я свободен… да… разумеется… я буду ждать… К вашим услугам… (Кладет трубку. Сильно взволнован.) Какое совпадение… Господин Гедройц и Марина у французского консула… Сейчас втроем они приедут сюда… Как нам быть?

Ютта (внешне спокойно). Я остаюсь здесь. Это чудесный случай познакомиться с Мариной.

Ксендз. Но… я… вы… Удобно ли?

Ютта (холодно). Очень удобно.

Ксендз. Я положусь на вас. Не подведите меня.

Ютта. Да нет же… И, повторяю вам, все к лучшему… Я давно мучительно добиваюсь встречи с Мариной… умышленно или неумышленно, она ускользает… я видела ее только издали…

Ксендз. Никаких эксцессов?

Ютта (улыбаясь). Никаких.

Входит Лакей.

Ксендз (досадливо). Что тебе, Еже?

Лакей. Ксендз-декан обещал метрику для Станчука…

Ксендз. Я сейчас занят… Пусть он придет завтра.

Лакей уходит.

Ютта (после паузы). Свою будущую свекровь я встречала тоже мельком… Она шумна и неприятна…

Ксендз (колко). Словом, никто вам не угодил… ни Марина, ни Лука, ни госпожа Подгаецкая… но вы делаетесь их родственницей…

Ютта (не слушая его). Я до сих пор изумляюсь, почему Ян Гедройц женился на Марине… (Устало.) Прямо-таки поразительно, что он женился…

Ксендз. Оставим это. Зачем бередить старые раны? (Мягче.) Я знаю, вы страдаете… Мне было хотелось помочь вам… если бы вы изменились, если бы вы смотрели на жизнь не так легкомысленно… если бы вы немного позаботились о своей душе…

Ютта. Ну… Я часто сомневаюсь, есть ли во мне душа… Нет, ксендз-декан, прошу вас… оставьте проповеди… я утратила религию… это одно из тех чувств, которое никогда не воскресает.

В передней звонок. Голоса.

Ксендз (бледнея). Они приехали… pardon… Я должен их встретить. (Уходит в переднюю.)

Ютта машинально меняет позу. Выражение ее лица становится более замкнутым.

Явление 3

Ютта. Потом Ксендз, Консул, Ян Гедройц и Марина.

Ксендз (Марине). Вы, кажется, не знакомы с госпожой Лабуньской?..

Гедройц (перебивая Ксендза, быстрый шаг к Ютте). Какая приятная неожиданность… Здравствуйте, chère madame*… Позвольте представить вам мою жену… Марина…

Ютта (покуда Гедройц целует ее руку). Благодарю вас.

Марина (принужденно Ютте). Я давно жду случая познакомиться с вами…

Ютта (очень вежливо). Я тоже… Совершенно непонятно, как мы не встречались до сих пор…

Марина. Совершенно непонятно.

Консул (кланяясь Ютте). Я имел честь быть вам представленным в Ницце…

Ютта. Я помню, господин консул. Как здоровье вашей жены?

Консул (поджимая губы). О… очень скверно… очень… она снова в Меране*… мы боимся за нее…

Лакей вносит на подносе стаканы чая, сахар, лимон, сухари. Ставит на стол. Никто не берет чая.

Гедройц (Ксендзу). Господин консул устраивает большой концерт — франко-польский… Мы хотим привлечь лучшие артистические силы в городе… Нам обещана une bonne presse*… Мы рассчитываем на вашу помощь, ксендз-декан…

Ксендз (почтительно). Я весь к вашим услугам…

Гедройц (любезно). Как дела, ксендз-декан? Как наши бедные?

Ксендз. В этом году я не имел отпуска благодаря ремонту костела… Нельзя положиться на синдиков*… Вы спрашиваете о бедных?.. Количество бедных только увеличивается…

Консул (весело). О, да… О, да… Они размножаются… Я придумал новый проект…

Гедройц (с тонкой улыбкой Ютте). Господин консул каждый год любезно представляет нам проект помощи бедным. Господин консул обладает гибким, изобретательным умом…

Консул (скромно). О, вы преувеличиваете… Просто общественная жизнь нашего города интересует меня… Я делаю, что могу…

Марина (невинным тоном Ютте). У нас основался новый кружок — "Христианская помощь"… Мы будем оберегать нравственность одиноких женщин…

Ютта (спокойно). Вот как…

Марина (как бы извиняясь). У меня очень много свободного времени.

Ютта. Да… Лука рассказывал мне.

Марина (вспыхивая). Ах, мой брат… Да… да… Лука тоже мне помогает. Он очень добр, только капризен. Я и мама страшно избаловали его… Вы не можете себе представить, до чего он беспомощен. (Подчеркивая.) Властная натура может его поработить…

Ютта (просто). Я не властная… О, нет…

Марина (едко). И все-таки вы подчинили его?

Ютта (усмехнувшись). Кажется.

Консул и Ксендз, тихо разговаривая, уходят в кабинет Ксендза.

Явление 4

Те же, кроме Ксендза и Консула.

Гедройц (приближаясь к Ютте). Когда же вы приедете к нам, chère madame?

Ютта (глубоким голосом). Я приеду.

Марина (любезно). Мы принимаем по четвергам… От четырех до девяти часов вечера… Мы будем очень рады…

Ютта. Благодарю вас.

Гедройц. Говорят, вы сняли квартиру в доме Харманского?

Ютта. Да. Очень высоко… шестой этаж… но зато чудесный вид на город и реку…

Марина незаметно уходит в кабинет Ксендза.

Явление 5

Те же, без Марины.

Гедройц (медленно). Я получил вашу телеграмму, Ютта. Что все это значит?

Ютта. Это значит, что я выхожу замуж за вашего шурина, Ян…

Гедройц. Я не вижу никакого смысла…

Ютта. Очень много смысла.

Гедройц. Вы уверены, что ваш брак состоится?

Ютта. Уверена.

Гедройц (улыбаясь). А я?

Ютта (вздрогнув). Вы?..

Гедройц. Ну, да, я… Разве уже перестали считаться со мною?

Ютта (болезненно ранена). А… как вы жестоко шутите, Ян!..

Гедройц. Я не шучу.

Ютта молчит.

(Строго.) Зачем вы здесь? Я изумлен.

Ютта (с горечью). Я пришла к ксендзу условиться насчет исповеди… Перед венчанием нужно исповедаться… каяться и отрекаться от вас, Ян…

Гедройц (качая головой). Безумие…

Ютта. Она совсем ребенок, ваша жена… Но она хорошо владеет собою… Она говорила со мною уверенно и просто…

Гедройц (улыбаясь). Зато вы волновались.

Ютта. Да.

Гедройц (приближаясь). Объясните же мне, почему вы выходите замуж?..

Ютта (враждебно). А почему вы женились?

Гедройц (спокойно). Марина была девушкой из общества. Я не мог получить ее иначе.

Ютта смеется.

К тому же в моем положении и в мои годы брак нужен. Я должен иметь свой дом и семью. И еще причина… любовь заразительна. Марина была привязана ко мне.

Ютта (с болью). А я?.. Я была мало привязана?..

Гедройц. Много. (Тихо.) Я дурно выразился… извините меня…

Ютта (как бы про себя). Конечно, я не девушка из общества… Я была актрисой… Талантливой? Нет. Доступной? Не совсем… Я отдавалась, но не продавалась… Вас любила, любила, любила…

Гедройц. Не волнуйтесь. Это не идет к вам. Как жаль, что все женщины торопятся стать нашими женами. (Нежно.) Получив вашу телеграмму, я пережил черную меланхолию. Яне хочу казаться ни больше, ни меньше, чем я есть… Между мною и Мариной очень мало общего. Она молода, наивна, жизнерадостна. Естественно, что она любит общество… У нее всегда гости, спектакли, концерты… Для меня, старика, подобный трэн* жизни — скучен и утомителен. Что же касается вас, Ютта, я мечтал сохранить наши прежние отношения… Для меня вы une petite amante par excellence…*

В соседней комнате смех Консула и Марины. Оттуда очень быстро выходит Ксендз.

Явление 6

Те же и ксендз Корно.

Ксендз (смущенно берет чернильницу и перо). Pardon… Господин консул хочет написать нам главные положения своего проекта… (Уходит в кабинет, бросив пытливый взгляд на Ютту.)

Явление 7

Те же, кроме Ксендза.

Гедройц (проводив глазами Ксендза). Я думал, вы никогда не унизитесь до ревности, упреков, мелодрам… Я несколько ошибся. После моей женитьбы вы перестаете встречаться со мною… бродяжите за границей и увеличиваете дурные слухи о себе… Потом вы кружите голову моему шурину, этому жалкому идиотику Луке, и с громким скандалом делаетесь его невестой… Моя теща и Марина проливают потоки слез… Лука громко кричит о линиях вашего тела, которые он уже умудрился разглядеть… Я чувствую себя отвратительно… Я вовсе не уверен, что в городе ничего не знают о наших прошлых отношениях…

Ютта. Предположим, знают…

Гедройц. Но… мы оба тогда смешны…

Ютта. Мне безразлично.

Гедройц. Вы принадлежите мне.

Ютта. Раз в месяц?.. Когда у вас просыпается темперамент?

Гедройц. Может быть.

Ютта (глухо). Вы обладали мною, когда захотели. Вы бросили меня, когда захотели. Вы не интересовались мною эти два года. Ни на одно мое письмо, ни на одну мою телеграмму вы не ответили. Разве я не свободна? Я могу распорядиться собою, по счастью… Поймите, я устала… Я устала от нищеты, одиночества, двусмысленного положения, неуверенности в будущем… Я устала любить вас издали — бесплодно и мучительно. Я устала ревновать вас, ждать, теряться в догадках…

В кабинете смех.

Гедройц (думая о чем-то). Итак, я вас мучаю?

Ютта. Да.

Гедройц (нежно). И от этого вы любите меня так мало?..

Ютта (улыбнувшись сквозь слезы). Вы говорите со мною, как прежде…

Пауза.

(Тихо.) Вы поседели, Ян…

Гедройц (тихо). Да, дитя…

Ютта (тоскливо). Но ведь вы счастливы, Ян?

Гедройц (холодно). Я счастлив.

Ютта. А… (Холодно.) Ну, мне пора уходить. Что скажет ваша жена по поводу столь долгого tête-à-tête*?

Гедройц. Ничего.

Ксендз возвращается с чернильницей.

Явление 8

Те же и Ксендз.

Ютта (светским тоном). Я ухожу, ксендз-декан… благодарю вас за указания…

Ксендз (светским тоном). Всегда служу вам.

Ютта (отдавая ему конверт с деньгами). Здесь маленькая сумма денег, ксендз-декан… Передайте ее первой женщине, которая к вам обратится…

Ксендз (сухо). Но… мы теперь собираем на ремонт костела… Может быть, вы…

Ютта (холодно). Нет, прошу вас… первой несчастной, которая к вам обратится… (Кивает головой Гедройцу, целует руку Ксендза и хочет уйти.)

Ксендз (сердясь). Объясните мне вашу фантазию…

Ютта (с порога). Я предчувствую, что эта женщина будет брошенной… (Уходит.)

Явление 9

Те же, кроме Ютты.

Ксендз (недовольно, кладя конверт на чернильницу). Госпожа Лабуньская эксцентрична… Деньги нужны костелу… а я должен отдать их какой-нибудь бездельнице…

Гедройц. Скоро вы повенчаете моего шурина и госпожу Лабуньскую…

Ксендз. Кажется.

Гедройц (спокойно). Этот брак будет несчастен.

Ксендз (замкнуто-покорно). Вся семья против госпожи Лабуньской. Однако согласие дано всей семьей. Чем умела взять госпожа Лабуньская?

Гедройц (не отвечая ему). Госпожа Лабуньская — женщина не нашего круга, не нашего воспитания и образования. Все это достаточно, чтобы она почувствовала себя parvenue…*

Ксендз (медленно). Вы думаете?

Гедройц (медленно). Мое вмешательство может дать повод к толкам, слухам…

Ксендз (тайно иронизируя). Вам ли бояться общественного мнения?

Гедройц (спокойно). Я не боюсь, но я не люблю быть смешным… (Медленно.) Мы мало симпатизируем друг другу, ксендз-декан, но мы хорошо понимаем друг друга…

Ксендз (опуская глаза). О…

Гедройц (чуть-чуть насмешливо). В моем доме вы близкий человек… От вас без ума — моя жена, теща, шурин, все родственники… Я думаю, вы сумели бы… повлиять…

Ксендз (тайно-злорадно). Но… для госпожи Лабуньской одного вашего слова было бы достаточно.

Гедройц (твердо). Я не произнесу этого слова.

Молчание.

(Прорываясь.) Я не хочу этого брака.

Ксендз (вдруг, выпрямляясь и подчеркнуто). Но брак этот состоится.

Гедройц (вздрагивая). А!

Пауза.

(Внешне спокойно). Вы правы, ксендз-декан… не надо мешать судьбе.

Пауза.

Явление 10

Те же, Марина и Консул.

Консул (продолжая разговор)… делать добро так же приятно, как есть устрицы. Это чисто вкусовое ощущение.

Марина. Вы хотите казаться циником, господин консул. Вам не удастся.

Консул. Ба!.. Мы все хотим казаться тем или другим, и всем нам это не удается!..

Гедройц. Я позволю себе откланяться, ксендз-декан. Я надеюсь видеть вас часто, как и прежде. Никаких перемен в моем доме не предвидится.

Ксендз тонко улыбается.

Господин консул, мы проедем с вами к господину Мавилю?

Консул. Да… да… мне передавали, что у господина Мавиля прехорошенькая жена.

Гедройц. Она восхитительна, мадам Мавиль.

Марина (покуда Консул целует ее руку). Ах, господин консул!.. Я ревную.

Консул. Иногда ревновать не мешает, мадам…

Марина (мужу). Я останусь у ксендза-декана еще несколько минут…

Гедройц (рассеянно). Как хочешь, дорогая.

Мужчины уходят, провожаемые Ксендзом. Марина садится. Ксендз возвращается и закрывает за собой дверь.

Явление 11

Те же, кроме Гедройца и Консула. Звонит телефон.

Ксендз (берет трубку и неприятно-официальным голосом спрашивает). Кто говорит?.. Чем могу служить? Обратитесь к викарию*… номер семнадцать шестьдесят девять… (Кладет трубку. Возвращается к Марине. Тем же неприятным голосом.) Извините меня… Это мои приемные часы… я должен все время отрываться…

Марина (удивлена). Какой у вас официальный вид… Вы недовольны, что я осталась с вами?..

Ксендз (тише). Очень доволен.

Марина. Я должна серьезно поговорить с вами… так, как прежде… когда вы были еще моим законоучителем в пансионе Святой Клары…

Ксендз опускает глаза, берет машинально со стола маленькие ножницы, свертывает бумагу и режет ее.

Я была девчонкой в коротеньком платьице, живой, веселой, хронически ленивой… Но ваши уроки я готовила… Все в пансионе вас боялись… Помните?.. Никто не хотел у вас исповедоваться… Я не боялась. (Задумчиво.) Нет, я вас не боялась. Около вас я всегда чувствовала себя покойно и удобно… И тогда у меня не было от вас ни единой тайны.

Ксендз (уклончиво). В общем у вас все благополучно?

Марина. Нет.

Ксендз. В чем же дело?

Марина. Вы знаете, мой брат женится.

Ксендз. Да. И что же?

Марина. Меня это мучает.

Ксендз. Почему?

Марина. Потому что все изменилось в нашем доме. Мы приехали в город раньше обычного. Мы спешно продаем имение… Ян не спит по ночам и не разговаривает со мною… Мама шепчется с тетками… В городе жалеют меня, осуждают Луку, строят оскорбительные догадки… Ах! (Плачет.) И вы… вы… мой духовник, мой друг, мой защитник, вы принимаете у себя эту ужасную женщину, эту распутницу… Нет, я чересчур несчастна!..

Ксендз (не глядя на нее). Та, другая, еще более несчастна…

Марина (упрямо). Она безнравственна.

Ксендз (бледно). Не судите и не будете судимы.

Марина (плача). Я не осуждаю. Пусть она живет, как хочет. Мама говорит, что иные женщины рождаются безнравственными… Они не могут не валяться в грязи. Такова Ютта… У меня к ней брезгливость и страх… Она поймала Луку… Ну, хорошо… и это я ей готова простить… Но пусть она оставит в покое моего мужа…

Ксендз (слабо). Вашего мужа?.. Какое же отношение…

Марина (перебивая, сильно). Не защищайте. Я все знаю!

Ксендз (бледнея). Как… вы… вы? (Пристально глядя на нее.) Вы бредите…

Марина. Я все знаю. И об их связи, и об их разрыве, и о ее последней телеграмме… Я молчала… Ну, да, я умела молчать… и вам, и мама… Теперь я не могу…

Ксендз (тихо). Будьте рассудительны…

Марина (задыхаясь). Я сумею защищаться. Я ведь сумела женить на себе Яна? Вы думаете, он хотел этого? Нет, не хотел. Он смеялся над браком… он называл его — "институт рогоносцев". Кроме того, он был враждебно настроен против мама и Луки… Он был в связи с Юттой, и она бродила за ним с видом преданной собаки… Однако я сказала себе: "Ян Гедройц женится на мне" — и он женился. Я не уступлю его никому, никогда…

Ксендз (нетерпеливо и нервно). Но кто же принуждает вас уступать своего мужа? Вы — законная жена. Ютта повенчается с Лукою. Вероятно, молодые уедут путешествовать… Остальное сплетни…

Марина (качая головой). Нет…

Ксендз. Вы унижаете себя самое…

Марина (не слушая). Например, сегодня… Я увидела, что она уже отчасти намечает свою тактику… Муж пригласил ее… она говорила с ним загадочно, словно не видя меня… она… эта… эта…

Ксендз (напоминая). Ваша belle-soeur…*

Марина (сдерживаясь). Да… новая родственница… (Пауза.) Теперь мы будем часто встречаться…

Ксендз. Ну, так что же?.. Светские приличия… не больше…

Пауза.

Марина (веселее). По-вашему, мне не грозит никакой опасности?

Ксендз. Никакой.

Марина. И мой муж любит только меня?

Ксендз. Конечно.

Молчание.

Марина (вытирает слезы, лукаво улыбаясь). Она красива?.. Госпожа Лабуньская?..

Ксендз. Дело вкуса.

Марина. Вы считаете меня интереснее?..

Ксендз (усмехнувшись). Между вами не может быть сравнений. (Серьезно.) Вы будете прекрасны, покуда останетесь целомудренной. Идеал женщины всегда один и тот же. Идеал — Мадонна.

Вошел Лакей, взял поднос с холодным чаем и ушел.

Марина (после минуты колебания). У меня к вам огромная просьба…

Ксендз (ласково). Ну?..

Марина (запинаясь). Помогите мне… видите ли… я хочу расстроить свадьбу Ютты… Если бы вы повлияли на мама, на Луку, на моего мужа… То, о чем я прошу вас, дурно… гадко… я веду подпольную интригу… но я не могу иначе… Не могу…

Ксендз (медленно и веско). Дитя мое, в ваших интересах, чтобы этот брак состоялся (с ударением)… состоялся, как можно скорее…

Марина (изумленно). Почему?..

Ксендз (еще медленнее). Когда Ютта выйдет замуж, пропасть между нею и вашим мужем станет еще глубже, еще шире. То, что возможно для актрисы, немыслимо для дамы из общества. То, что легко для свободной женщины, трудно для замужней… родственницы. (Сильно.) Ютта Лабуньская умрет для Яна Гедройца. (Глухо.) Ваш муж не хочет этого брака, вы должны хотеть…

Марина (сраженная). Я поняла…

Ксендз (медленно). Вы должны быть счастливы, Марина… Если вы вышли замуж… я был против этого…

Марина (тихо). Да.

Ксендз. Я находил, что вы и Ян Гедройц не подходите друг другу. В господине Гедройце мало теплоты. Он суров, замкнут… Он не для вас. Я мечтал для вас о монастыре святой Клары… о жизни благородной и чистой среди гимнов, цветов, молитв… Бог судил иначе. Fiat voluntas tua*… Вы вышли замуж. Исполняйте свой долг.

Марина (тихо). Да.

Ксендз. Я не могу допустить, чтобы вы когда-нибудь сделались жертвой… нет… (Прорываясь.) Разве мне не разрешено хоть жалеть вас? (Вставая.) Довольно. Все, что я сказал, сказал для вас.

Марина (тепло). Вы меня утешили.

Ксендз (тепло). Я рад.

Марина (повеселев). Не забывайте меня… не пропускайте моих четвергов.

Ксендз. Нет, конечно… Хотя у вас бывает многолюдно… Я стесняюсь…

Марина. Зато я познакомлю вас с людьми, которые дадут вам кучу денег… и на ваших бедных, и на ремонт костела… а потом я сыграю вам Danse macabre Сен-Санса*.

Ксендз (бледнея). Хорошо.

Марина (мечтательно). Для вас приятно играть — вы так любите музыку… Когда вы гостили у нас в имении при жизни папа — я прямо-таки не отходила от рояля… Бедный папа! Он очень подсмеивался над вами… этим Сен-Сансом мы его скандализировали… Помните, широкое итальянское окно, раскрытое в парк, летний вечер, облака в закате… и вы сидите в кресле так, что я не вижу вашего лица…

Ксендз (глухо.) Я помню.

Марина. Иногда вы закрывали его руками… вашими бледными, прозрачными, аскетичными руками… тогда мне хотелось плакать — сама не знаю почему…

Ксендз (очнувшись, резко). Да… да… Вы большая фантазерка. (Отходя к полкам, перебирал книги.) Возьмите томик Спиесса'… Здесь очень изящные стихи…

Марина берет книгу, целует его руку, идет к выходу. (Провожая ее.) Итак, до четверга…

Марина (вдруг, останавливаясь и жалобным голосом). А все-таки у меня дурные предчувствия!

Второе действие

В доме Яна Гедройца. Кабинет Яна. Стиль французский ампир. Общий тон коричневый с золотом. Строго и покойно. Цветов нет. Бросается в глаза обилие книг. Направо спальня Яна. Вместо двери тяжелый занавес на кольцах. Прямо дверь в парадные комнаты. Оттуда сейчас доносится нежное женское сопрано. Это поет мадам Мавиль по-французски — Si j'étais roi*… Около камина кресла придвинуты в таком порядке, что чувствуется, как здесь только что сидели гости. Десять часов вечера. Конец ноября. Топится камин. Портьера на кольцах отодвигается, из спальни выходит Ян Гедройц. Он в смокинге, но без цветка. Сумрачен. Медленно ходит взад и вперед. Из парадных комнат старый камердинер катит медленно столик-автомобиль*: на нем спиртовка, кофейник, чашки, ликер, бисквиты.

Явление 1

Гедройц и Лакей.

Гедройц (продолжая ходить). Который час, Павел?

Лакей. Десять часов, барин.

Гедройц. Еще никто не уезжает?

Лакей. Нет, барин.

Гедройц. Что они там делают?

Лакей. В желтой гостиной старая барыня играет в карты с господином консулом и ксендзом-деканом… в зале госпожа Мавиль поет, и там вся молодежь… а в столовой еще продолжают сидеть за десертом…

Гедройц. А где моя жена?

Лакей. Молодая барыня с господином Верциньским в зимнем саду… Я подал туда фрукты и крюшон…

Пауза.

Гедройц (другим тоном). Павел, вы мне преданы?

Лакей. Да, барин.

Гедройц. Сегодня вы должны быть особенно ловки.

Лакей. Да, барин.

Гедройц (останавливаясь). Вы хороню знаете верхнее платье Ютты?.. Госпожи Подгаецкой-младшей?..

Лакей (ничему не удивляясь). Разумеется, барин.

Из глубины комнат взрыв аплодисментов. Пение смолкло.

Гедройц. И ее шарф?.. И муфту…

Лакей. Да, барин.

Гедройц (медленно). Ступайте в переднюю, возьмите все это и принесите ко мне в спальню… только другим ходом… Постарайтесь никого не встретить… Сделайте это, как можно скорее.

Движение Лакея.

Обождите, когда гости разъедутся и моя жена отправится на вечер к Ша-бельским, я прошу вас не ложиться до ее возвращения… и я не хочу, чтобы в передней торчал тот болван… Казюк… отошлите его спать…

Лакей. Слушаю, барин.

Из комнат снова несется сопрано мадам Мавиль. Она повторяет — Si j'étais roi… Минуту Гедройц слушает.

Гедройц (машинально напевая). Si j'étais roi… (Обрывая.) Идите, Павел… сегодня вы мне нужны… очень нужны…

Лакей (в его тоне нежность и гордость преданного слуги). Барин может на меня положиться. (Уходит через спальню.)

Явление 2

Гедройц и позже Марина. Он ходит взад и вперед. Пение продолжается.

Марина (весело). Можно?.. Это я… Ты сидишь в одиночестве?..

Гедройц. У меня мигрень. Я не должен пить шампанское… Я скоро лягу…

Марина (испуганно). Как?.. Значит, ты не пойдешь со мною к Шабельским?

Гедройц. Нет.

Марина (в детском отчаянии). А я?..

Гедройц. Ты?.. Как хочешь…

Марина. Я обещала первый вальс Верциньскому.

Гедройц. Это очень важно. Тебе следует ехать… Разумеется, ты поедешь…

Марина. Но?..

Гедройц (приказательно). Ты поедешь с мама и Лукою. Они ведь приглашены.

Марина (насмешливо). Ютта не может ехать. Госпожа Шабельская послала ей билет только накануне и объяснила это тем, что у нее взрослые сыновья…

Гедройц. Не сплетничай…

Марина. Сегодня Ютта имеет исключительный успеху мужчин… даже… немного чересчур… Я видела по лицу мама, что мама недовольна… (Задумчиво.) А Верциньскому Ютта не нравится…

Гедройц (рассеянно). Как мило поет госпожа Мавиль… Я даже и не подозревал…

Марина. Да, очень мило… (Оглянувшись.) Сейчас сюда придут…

Гедройц. Напрасно. Я еле держусь на ногах. Когда они все разъедутся?

Марина. К десяти… Половина наших гостей тоже едет к Шабельским… (После паузы.) Лука очень весел… Я его никогда не видела таким счастливым… Да, теперь я особенно рада, что он женился на Ютте…

Гедройц (нетерпеливо). Последнее время у тебя мания говорить об этом браке…

Марина (смеясь). Это невольно… я всегда думаю… об Ютте и Луке…

Молчание.

Ты не ревнив… а то я бы тебя подразнила…

Гедройц. Да?

Марина. Молодой Верциньский ухаживает за мною…

Гедройц. Он милый молодой человек. Он хорошо воспитан.

Марина (обидевшись). Ты говоришь о нем, как о гимназисте…

Гедройц (улыбаясь). Ему двадцать пять лет…

Марина (недовольная). У него книга стихов. Он был в Америке.

Гедройц (вежливо). Ах, вот как… Я вижу действительно, что он — солидный человек… извини…

Марина. Ты не будешь скучать один?

Гедройц (ходит). Но я сейчас же лягу… запрусь…

Марина (вспыхивая). Запрешься?

Гедройц (мельком взглянув на нее, с ледяной вежливостью). Останьтесь у себя, дорогая… вы нуждаетесь в отдыхе…

Марина (быстро, стараясь скрыть свое смущение). Я пошутила… Да, я вспомнила… Лука хотел переговорить с тобою…

Гедройц. О чем?

Марина. У него опять нет денег. А мама не дает.

Гедройц (пораженный). Лука хочет просить у меня денег?

Марина (наивно). Конечно. Ведь ты ему близкий родственник. Мне очень жаль Луку. Он постоянно влезает в глупую историю… Теперь он проигрался… и задолжал… Недавно он взял довольно крупную сумму у ксендза Корно. Ах, это стыдно!.. Ему нужно помочь, милый… К тому же с него тянет Ютта…

Гедройц (резко). Неправда.

Марина (обиженно). Правда… так и мама говорит. Мы все знаем, что она вышла замуж по расчету… Она не предполагала, конечно, что бедняжка Лука зависит от мама…

Из комнат доносятся звуки рояля. Danse macabre Сен-Санса.

(Вздрогнув.) Danse macabre Сен-Санса… А… я знаю… это играет Верциньский… (Тише.) Вероятно, его попросил ксендз Корно… (Мечтательно.) Ян… я люблю тебя…

Гедройц (рассеянно). Сегодня слишком много музыки… она меня расстраивает… (К спальне, громко.) Павел, вы там?..

Голос Павла спокойный и металлический — "Да, барин".

Дайте мне сюда одеколон…

Из спальни выходит Павел с флаконом одеколона.

(Пристально смотрит в лицо лакея и понимает, что Павел все сделал. Слегка смачивает себе виски одеколоном, отдает обратно.) Благодарю вас, Павел… вы можете идти…

Лакей скрывается в спальню, возвращается и уходит в парадные комнаты.

Марина (недовольно). Я не терплю вашего лакея, Ян… Когда вы его рассчитаете?

Гедройц. Никогда.

Марина. А если я попрошу вас?

Гедройц. Мы состарились с ним вместе…

Марина. Он вам предан… я знаю… но он меня не любит…

Гедройц (надменно). Мой лакей?.. вас… не?..

Марина (капризно). Не придирайтесь к словам… право же, вы скучны сегодня…

Гедройц (учтиво). Вы правы. Я несносен. Извините меня.

Она шаловливо кладет ему руку на губы. Он целует.

Марина. Я прощаю вас, потому что вы больны…

Вальс из комнат. Она качается на носках.

Явление 3

Те же и мать Марины, Подгаецкая.

Подгаецкая (возбужденно). Дети, вы не в своем уме… Что о нас скажут?.. Половина гостей разъезжается… Их никто не провожает… Господин консул сидит с обиженным видом… Ему даже чашки чая не дали… Лука говорит глупости ксендзу-декану по поводу Ватикана. Нагла новая родственница (взгляд, полный бешенства, на Гедройца) разыгрывает из себя хозяйку дома… и, к несчастью, очень дурно… Миленькое зрелище!..

Гедройц (приказательно). Ступай к гостям, Марина…

Марина охотно повинуется.

Подгаецкая (ей вслед). Не забудь поблагодарить мадам Мавиль за пение…

Марина. Хорошо, мама… (Уходит.)

Явление 4

Те же, кроме Марины.

Подгаецкая (сухо). А вы, милый зять?

Гедройц. Увольте. Я сидел с вашими гостями от четырех часов дня… кажется, достаточно… Подгаецкая (шумно закрывая веер). Какой у вас дурной характер!.. Вы прослывете пессимистом…

Гедройц (ходит взад и вперед). Нескромный вопрос… почему вы не даете денег Луке…

Подгаецкая (бросая веер, встает, идет налить себе кофе, звонко и спокойно). Потому что Лука женился на вашей любовнице…

Гедройц. Только всего?..

Подгаецкая (весело-зло, поджигая спиртовку). Ну, да, милый зять… только всего…

Гедройц. Вы верите сплетням?

Подгаецкая. Я верю своим глазам.

Гедройц. И что ваши глаза видели?..

Подгаецкая. Письмо Ютты к вам.

Гедройц. Каким образом?..

Подгаецкая (наливая себе кофе). Самым простым… На даче, этим летом. Вы были настроены романтически и поэтому рассеянны… как и подобает влюбленному… вы положили раскрытую книгу и в ней письмо Ютты… Я пришла на веранду, увидела и прочла… (Смеется.)

Гедройц. Это очаровательно.

Подгаецкая. Это только просто. Я должна знать, что делается вокруг моей дочери. Я слежу за вами зорко. Если случится несчастье, я беру Марину к себе.

Гедройц (спокойно). Очень хорошо. Так должны поступать все матери…

Подгаецкая (волнуясь). Я вам не верю, я вас боюсь, и я не люблю вас, Ян… Вы явились в наш город худым, бледным, угрюмым юношей. А теперь? Главный директор Акционерного Общества Маяк, крупный помещик, председатель польского общества и почетный член всех католических обществ, лицо, каждый шаг которого отмечают газеты различных направлений… Возможно, вы будущий депутат… Да, вы умеете подчинять себе… Такие люди внушают мне мистический ужас… От Бога эта сила или от дьявола?.. Я не знаю…

Гедройц (спокойно). Вам и незачем знать меня….

Подгаецкая. Мне лично вы сделали великое зло. Вы влюбили в себя мою дочь Марину… мою невинную, прекрасную Марину… из любви к вам она едва не лишилась рассудка и стыда… Вы годитесь ей в отцы. Как, почему, отчего она привязалась к вам — я снова ничего не знаю и не понимаю. Но я виню вас… Я вас ненавижу.

Гедройц (спокойно). У меня нет вины перед вами. Марина добивалась меня с упорством невинности. Для нее я был кумиром, рыцарем, героем; она для меня сотни раз читанной книгой. Я подарил ей себя самого, как дорогую куклу. Я ее жалел больше, чем любил.

Подгаецкая (с негодованием). Это забавно… Тогда сознайтесь, что в вас говорило пошлое любопытство…

Гедройц (с достоинством). В мои годы к женщинам нет любопытства.

Подгаецкая (несколько смутившись). Оставим прошлое… его не вернешь, не поправишь. Конечно, я о другом муже мечтала для Марины, но…

Гедройц. Итак, вы не дадите денег Луке?

Подгаецкая. Не дам.

Гедройц. Тогда я дам.

Подгаецкая. Это ваше дело.

Гедройц. Я дурного мнения о вашем сыне.

Подгаецкая (дерзко). Hein?*

Гедройц. Если я сделаю для него что-нибудь, то…

Подгаецкая (багровея). То ради Ютты?

Гедройц. Да.

Подгаецкая (вне себя). Вы продолжаете жить с этой потаскушкой?..

Гедройц (делая шаг вперед). Что вы сказали?

Подгаецкая (овладев собою). Я извиняюсь. Мы затеяли ссору не вовремя.

Вальс смолкает. Взрыв аплодисментов.

Гедройц (с ледяной вежливостью). Если вы хотите радовать меня своим посещением… в моем доме… мы никогда не вернемся к этой теме.

Подгаецкая (расстроенно). Я думаю.

Явление 5

Те же. Потом входят Ксендз, Консул, Марина, Ютта, Лука, Верциньский.

Марина. Господа, кто хочет кофе? (Отходит к столику и наливает.)

За нею Верциньский.

Консул. Я попросил бы чашку чая… но крепкого, мадам…

Марина. Отлично. Вам дадут чай, господин консул… (Звонит лакею.)

Верциньский (тихо Марине). Вы избегаете меня целый вечер.

Марина (негромко). Потому что вы меня пугаете…

Верциньский (негромко). Я молю вас только выслушать…

Марина (негромко). Я не должна вас слушать…

Лука (Гедройцу). Поглядите на ксендза… я извел его сегодня… Я доказывал ему, что со смертью Льва Тринадцатого* папство умерло…

Гедройц (приближаясь к Ксендзу). Ну, чем же закончилось последнее заседание церковного совета?

Ксендз (следя за Мариной, которая тихо болтает с Верциньским). Мы все ссорились и нервничали… особенно Харманский…

Гедройц. Вы слишком горячий администратор… Я боюсь, как бы вы не нажили себе крупных неприятностей…

Ксендз (зло). Пусть пишут доносы епископу…

Подгаецкая (весело). Э, ксендз-декан… доносы писали и пишут… однако епископ любит ксендза-декана…

Ксендз (бледно усмехнувшись). Ну, уже и любит… Его преосвященство очень ровен со всеми.

Лука (Консулу). Но какова мадам Мавиль?.. А?.. Сколько страсти в голосе!..

Подгаецкая (Луке, как мальчику). Лука… я просила бы тебя…

Лука. Заткните уши, мама… (Консулу.) Я в диком восторге… Какая у нее кожа… какая грудь!.. Вы заметили, господин консул?..

Консул. О… я заметил еще кое-что… Ее муж чувствовал себя как на углях.

Лука (мечтательно). Я непременно хочу узнать, какими духами она душится…

Верциньский и Марина (с места). Гелиотроп…

Лука (досадливо). Нет… нет… это смесь… (Задумчиво.) У нее удивительно положена косметика…

Марина. Твой последний крем никуда не годится… Я отдала его горничной…

Лука (в ужасе). Крем de Lavisse?.. Но ты с ума сошла, сестричка… это рецепт знаменитой Gody…

Марина. И он очень плох…

Входит Лакей. Марина дает ему приказания насчет чая. Лакей уходит.

Консул (Ютте). Вчера я встретил вас на улице… У вас были глаза, как у сомнамбулы…

Ютта (холодно). Неужели?

Консул. Я вспомнил Ниццу, мадам… мы жили с вами в одном и том же отеле… Однажды вы спустились в читальню… я следил за вами… вы перелистывали, проглядывали… вдруг вы побледнели и опустили газету… у вас были глаза… такие же глаза, как вчера на улице… жуткие, полные смертельной тоски…

Ютта (нервно смеясь). Какая фантазия, господин консул…

Консул. О, мадам, я наблюдателен… Тогда, в Ницце, я не утерпел… я подошел и спросил вас, что вас так сильно поразило, и вы ответили: "В Ницце состоялось венчание Яна Гедройца и Марины Подгаецкой".

Ютта (вздрагивая и смеясь). У вас блестящая память, господин консул…

Консул (живо). Не подумайте… Я понял вашу шутку… Я вам не поверил… Однако состояние подавленности я заметил…

Ютта (смеясь). О… о…

Консул (игриво). Вы имели бешеный успех…

Подгаецкая издали недовольно слушает их.

Говорили тогда, что вы свели с ума всех соотечественников…

Ютта (с иронией, глядя на Луку). Нет… только одного…

Лука (польщен, смеясь). Да, одного меня… она свела меня с ума…

Подгаецкая (зло). Лука, подойди ко мне…

Лука. Иду, мама.

Подгаецкая поправляет ему галстук и шепотом бранит его. Лакей вносит чай. Консул идет к Марине, которая раздает чашечки. Лакей удаляется.

Гедройц (подносит Ютте чашечку чая). Позвольте предложить вам… хотите бриош*?.. Конфект?*

Ютта (вскидывая на него покорные, грустные глаза). Ничего… Благодарю вас, Ян…

Гедройц (тише). Мне необходимо переговорить с тобою… Останься, когда все разъедутся…

Ютта (испуганно). Зачем?

Гедройц (строго). Мне это нужно.

Ютта (слабея). А Марина?

Гедройц. Она с матерью едет к Шабельским.

Ютта. А Лука?

Гедройц. Не беспокойся… не беспокойся… Я за все отвечаю… Пожалуйста, прими более равнодушный вид… улыбайся… и старуха, и ксендз смотрят на нас…

Ютта (улыбаясь). Я останусь… но… но… мы с вами чужие. Я только ваша родственница.

Гедройц. Вздор!

Ютта (как бы про себя). Если я стану теперь принадлежать вам, чем же я буду отличаться от… (Обрывая.) Мы вспоминали Ниццу с господином консулом…

Гедройц. Я не любил Ниццу. Ни один город не внушал мне столько отвращения…

Ютта (как бы про себя). Во время bataille des fleurs*… вы и Марина ехали в коляске… вы также бросали цветы… я помню…

Гедройц. Тогда я чувствовал себя хорошо. Я обладал молодой, красивой женщиной, был здоров, дела мои слагались блестяще, в финансовых кругах мое имя становилось уже кое-чем… Да, я наслаждался жизнью… (Улыбнувшись.) Возможно, в мой стакан вина примешалась капля тайной горечи… мне не хватало чего-то, было смутно и болезненно. Не было полной гармонии между мною и Мариной… но… (Задумчиво.)

Tu n'as jamais été dans tes jours les plus rares,

Qu'un banal instrument sous mon archet vainqueur*…

Марина была таковою, какой я хотел ее видеть… Если порою я чувствовал манекен под пышными одеждами — я не осуждал и не сердился.

Ютта (задумчиво)…unbanal instrument sous mon archet vainqueur*… О, это ужасно!..

Гедройц. Марина не может быть иною. В чем ее вина?..

Ютта (жестко). Она не любит вас так, как вы того заслуживаете.

Гедройц. Вы преувеличиваете мои достоинства, Ютта.

Ютта. Почему вы женились? Она красива? Но мало ли красивых! Умна? Практический ум… скорее хитрость… Состояние? Вы богаче ее. Вот! Остается молодость.

Подгаецкая (приближаясь к Ютте). Дорогая моя, ко мне донеслось… вы говорили о Ницце?

Гедройц отходит к Консулу. Они стоя дружески болтают.

Ютта (сдержанно). Да… Я жила в Ницце…

Подгаецкая (небрежно). И долго?

Ютта. Достаточно для того, чтобы соскучиться…

Подгаецкая (еще небрежнее, глядя на группу Марина, Верцинъский, Ксендз). И вы были одна?

Ютта (медленно). Я была в Ницце два раза… Один — с Яном Гедройцем, другой раз — с Лукою Подгаецким.

Подгаецкая (прикусывая губу). Приятные воспоминания!

Ютта. Да.

Подгаецкая (нежно). Вы- блестящая женщина, но… вы сделали плохую партию… Мой сын — дитя… Какой он муж?.. Вам следовало бы такого мужа, как мой зять…

Ютта (вздрогнув). Ваш зять?

Подгаецкая. Ну, да… Ян Гедройц — сильный человек… Мы, женщины, нуждаемся в твердой опоре.

Ютта. Да.

Подгаецкая. Моя дочь безумно счастлива с ним…

Ютта. Да.

Подгаецкая. Вы не можете себе представить, до чего он любит Марину… и он ее боится…

Ютта (смеясь). Боится?

Подгаецкая. Почти. Во всяком случае, Маринка командует им… это ясно… Сегодня он сказал мне: "Я дарю мою жизнь Маринке, как дорогую куклу… пусть она разобьет ее…"

Ютта (смеется). А!..

Подгаецкая. Я могу признаться вам, как замужней женщине… он даже чересчур пылок… бедный ребенок иногда просто замучен…

Ютта (бледнея, смеется). Ах!..

Подгаецкая. В его возрасте умеют ценить молодость и чистоту…

Ютта (страшно усталая). Конечно…

Пауза.

Подгаецкая (значительно). Мой зять очень жалеет вас…

Ютта (теряясь). Жалеет?..

Подгаецкая. Разумеется. Вы всем внушаете жалость, дорогая моя…

Движение Ютты.

Мой зять и я, мы бы советовали вам уехать куда-нибудь… с Лукою… ну, на год… на два…

Ютта (смотрит на нее). Мне?.. Уехать?..

Подгаецкая (суше). Почему бы и нет?

Ютта (невольно). Ян ничего не говорил мне…

Подгаецкая (задетая). Но при чем же тут мой зять?.. Это ваше дело и Луки.

Ютта. Однако вы упомянули Яна…

Подгаецкая (перебивая). Так продолжаться не может… Если вы уедете с Лукою, вы тем самым прекратите некоторые… Я не скажу, слухи… нет… просто разговоры на ваш счет…

Ютта (замкнуто). Какие разговоры?

Подгаецкая (грубо). Вы их знаете.

Ютта. Я с ними не считаюсь…

Подгаецкая. Мы считаемся…

Ютта (надменно). То есть?..

Подгаецкая (вне себя). Да, мы… Я, Марина, ксендз Корно, Лука, наши родственники, друзья, знакомые… все!.. Весь город!..

Ютта (сильно). Но не он…

Подгаецкая (потерявшись). Не он?..

Ютта. Конечно.

Подгаецкая (задыхаясь). Что это значит?..

Ютта. Я только хотела подчеркнуть вам… Не он!..

Подгаецкая. Вы… вы… признаетесь?..

Ютта (тихо). Вам я ни в чем не признаюсь…

Подгаецкая (тихо, но вне себя, с дрожащими руками). Вам нечего терять… ваша репутация давно загублена… кто вы — все знают… Но мне, Софье Подгаецкой, и моей дочери краснеть тяжело.

Ютта. К нам идут…

Консул (приближаясь к Подгаецкой). Я позволю себе напомнить, chère madame… мы вместе едем к Шабельским…

Подгаецкая. Да, господин консул… А Марина?..

Консул. Госпожа Гедройц едет с господином Верциньским… насколько я понял…

Подгаецкая. Ах, да… Марина поедет в своем автомобиле… Верциньский очень мил… Не правда ли?

Консул. О, да… Жаль, что он пишет стихи…

Подгаецкая. Ну, это по молодости лет… В его годы, господин консул, вы тоже писали стихи… (Ютте.) Не забывайте меня, дорогая, и Маринку… Если я не у себя дома, то, значит, я удочери… (Целует Ютту.)

Ютта (целуя ее руку, спокойно). Благодарю вас.

Марина (тихо Верциньскому). Если вы будете говорить мне о… таких ужасах, я поеду с мама… а вы поедете с господином консулом.

Верциньский (тихо). О Боже… я молчу… я молчу… (Страстно.) Я боготворю вас…

Марина (лукаво). Опять? Берегитесь… я все расскажу ксендзу Корно…

Верциньский (тихо). Я ненавижу вашего ксендза…

Марина (тихо). А я его люблю… (Идет к матери, Консулу, Ютте.) Господа, мы едем… (Целует Ютту.) Как жаль, что вас не будет у Шабельских.

Подгаецкая, Марина, Консул, Верциньский уходят и почти около дверей прощаются с Ксендзом. Лука болтает с Гедройцем.

Явление 6

Те же, кроме Подгаецкой, Консула, Марины и Верциньского.

Ксендз (приближаясь к Ютте, тоном исповедника). Вы не уезжаете?

Ютта (просто). Пока еще нет…

Ксендз (подчеркнуто). А ваш муж?

Ютта. Лука поедет к Шабельским… Как ваше здоровье, ксендз-декан?..

Ксендз (сухо). Я здоров. А вы больны…

Ютта. Я чувствую себя великолепно…

Ксендз (еще суше). Вы больны душою… воображением… умом… вы греховно распалены…

Ютта (улыбаясь). Сегодня все мне говорят только неприятные вещи…

Ксендз (почти грубо). На вас это мало действует… вы обещали мне редко или совсем не бывать в доме Гедройцев.

Ютта (покорно). Я бываю.

Ксендз (пылко). Да… часто!.. При всякой возможности!.. Против всяких приличий!..

Ютта (холодно). Но… ксендз-декан… (Пожимая плечами.) Что я могу?.. Ничего.

Ксендз (страстно). Нет! Нет! Нет!.. (Глуше.) Я вас жалел. Я вступался за вас даже публично, забывая всякую осторожность, подвергаясь насмешкам. Я надеялся на ваше благородство… Я думал прошлые страдания вас образумят…

Ютта (медленно). Это вы посоветовали моей свекрови… чтобы я уехала с мужем?

Ксендз. Я.

Ютта (медленно). Я не уеду… это выше моих сил…

Ксендз (сурово). На что вы надеетесь?

Ютта. Разве я надеюсь?

Ксендз. Вы добились своего. Вы стали госпожой Подгаецкой. Вы приняты в лучших домах города. Многие находят вас трагичной. О, люди даже трагедию обратили в наряд!.. Теперь вы можете и должны жить иначе. Уезжайте с мужем… (Сильно.) Все остальное невозможно…

Ютта (эхом). Невозможно?..

Гедройц (приближаясь, громко). Что невозможно, друг мой?

Лука достал с камина бильбоке*, играет.

Ютта (со слабой улыбкой). Мы говорили обо мне…

Гедройц (подчеркнуто). Кто же решает за вас?

Ксендз (подчеркнуто). Я не решал, я только советовал.

Гедройц (надменно и учтиво). Ах, это вы советовали, ксендз-декан?.. Тогда я извиняюсь, конечно…

Ксендз (тихо и вежливо). Мы всегда были с вами различных взглядов…

Гедройц. Всегда, ксендз-декан.

Ксендз. Могу ли я откланяться?..

Гедройц. До свидания, ксендз-декан… Позвольте, я провожу вас…

Ксендз прощается с Юттой преувеличенно вежливо. Отходит проститься с Лукою. Тот очень увлечен игрою в бильбоке.

(Ютте, тихо, с улыбкой.) Твое верхнее платье у меня в спальне… Когда мы уйдем, пройди туда… Я вернусь с Лукою…

Ютта (в смятении). Ах, Ян… мне страшно…

Гедройц (улыбаясь). Со мною?

Ютта (в тоске). О, Боже… мне так тяжело!.. Что из всего этого выйдет?

Гедройц (властно). То, чего хочу я…

Гедройц, Ксендз и Лука уходят.

Явление 7

Ютта одна. Хочет уйти в спальню, сталкивается с лакеем и вздрагивает, застывая на месте.

Ютта (испуганно). Ах, это вы, Павел…

Лакей (почтительно и сочувственно). Да, барыня, не беспокойтесь… Я хочу убрать здесь… (Поправляет дрова в камине.)

Ютта (очень мягко). Они все уехали?..

Лакей. Да, только молодая барыня еще в будуаре. Барин прошел к ней с вашим мужем… Господин Верциньский дожидается в автомобиле… (Составляя посуду.) Идет сильный снег…

Ютта (очень мягко). Вы не забыли меня, Павел?

Лакей (вздрогнул). Что вы, барыня… (Тише.) Нет… нет…

Ютта (задумчиво). Помните… в этом кабинете… мы часто ждали барина… я ивы… да… иногда он долго не возвращался… вы варили мне кофе, Павел, зажигали камин… вы рассказывали мне, что делал он сегодня или накануне…

Лакей (чуткий, как струна). Да, барыня…

Ютта. Я и вы… мы так любили его… мы были ему преданны… О… как собаки… как рабы… больше… (Задыхается.)

Лакей. Да, барыня…

Ютта. Иногда он бранил нас… меня за слезы, тоску, ревность… вас за бессонницу… правда, Павел?..

Лакей (растроганный). Да… барин гневался… ничего… Мы ему служили…

Ютта. Мы ему служили. (Пауза. Тихо.) Теперь служит она.

Лакей (твердо и презрительно). Нет… Та — молода, та — другая, та — не понимает. (Тише.) Если все так вышло… Видит Бог, у меня болит сердце…

Ютта (закрывая лицо руками). Я у него в кабинете… полночь… камин, вы, Павел… И, мне кажется, все вернулось… Да, как прежде… как прежде…

Лакей (убежденно). Барыня останется с барином… барыня утешится…

Ютта (шепотом). Благодарю вас. (Быстро уходит в спальню.)

Лакей поправил кое-что, увез столик-автомобиль в парадные комнаты, составив на него всю посуду. Несколько минут сцена пуста. Потом голоса.

Явление 8

Ютта в спальне. Гедройц и Лука.

Лука (удивленно). Как?.. Ютта исчезла?.. А я и не заметил…

Гедройц (любезно). Да. Это я ей посоветовал уехать. Она так устала…

Садятся.

Поговорим о делах. Вам нужны деньги, Лука. Денег у вас сейчас нет. Мама отказала вам. Я дам вам денег.

Лука (растроганный). Вы очень добры, cher ami*… Мне приходится скверно, черт возьми… Благодарю вас тысячу раз.

Гедройц (медленно). Если вы мне позволите дать вам один совет…

Лука (горячо). О, прошу вас…

Гедройц (уже слегка раздраженный). Ксендз и мама, и косвенно Марина, и все наши родственники ведут интригу… совсем безобидную, впрочем… Они хотят принудить вас увезти Ютту… за границу… на юг… все равно куда… лишь бы подальше… (Чеканит.) Я не советую вам увозить Ютту. Она должна остаться здесь. Иначе вы ее потеряете.

Лука (пораженный). Вы открываете мне новые горизонты.

Гедройц. Я очень рад.

Лука (поправляя цветок в петлице, убежденно). И я не увезу Ютту. Не увезу. Назло мама, Маринке, ксендзу, теткам… Кончено! Ютта остается.

Пауза.

Гедройц (с еле заметной иронией). Я вижу, вы очень решительный человек. Я даже и не подозревал.

Лука. О, да… я решителен. (Живо и хитро.) Желаете знать le desserts de toutes ces histores?*

Гедройц (удивленно). Ну?..

Лука (тоном, как бы открывая Америку). Мама ревнует меня к Ютте…

Гедройц (небрежно). А…

Лука. Маринка ревнует вас к Ютте…

Гедройц (сухо). А!

Лука. Ксендз беспокоится о спасении душ…

Гедройц (скучая). А!..

Лука (все более и более торжествуя). Верциньский — мой друг — страдает за меня.

Гедройц (с усмешкой). А!

Лука. Консул просто любит сплетни…

Гедройц (как бы отмахиваясь). А!

Лука. Тетки бесятся без мужчин…

Гедройц (весело). А!..

Лука (очень торжественно). Я ничему не верю, клянусь… Я не верю, будто бы ты был близок с Юттой.

Гедройц (бледнея). А!

Лука. Твои годы… pardon… будем просты… в твои годы женщину прельщают только деньгами…

Гедройц (ранен). А!..

Лука. Если Маринка вышла за тебя замуж, она — овца в любви… Ну, а Ютта… У нее темперамент. (Нестерпимо самодовольно.) И она мною довольна… (Смеется.)

Гедройц (вне себя). А!

Лука (качая ногой). Вот. Вы поняли?

Гедройц (усмехнувшись). Я понял.

Лука (быстро). О, я не так глуп, как кажусь… (Вставая, деловито.) Когда я могу получить деньги?

Гедройц. Чек для тебя готов… прошу тебя… (Вынимает из бумажника и отдает Луке чек.)

Лука (прячет, весело). Благодарю… Вы не знаете, Ютта поехала прямо домой?..

Гедройц. Я точно не знаю… Позвоните ей по телефону… пожалуйста… Я уйду… (Движение.)

Лука (живо). Нет… нет… говоря откровенно, мне стыдно перед Юттой… Шабельские ее обидели, а я еду к ним… Но что же делать?.. Приличия и дружеские отношения со всеми — мое первое правило. (Жмет ему руку.)

Гедройц. Итак, вы и ваша жена никуда не уедете?

Лука. Никуда… Громы небесные!.. Теперь мама и ксендз ко мне не подступятся.

Гедройц провожает его и уходит, закрывая за собою дверь.

Явление 9

Ютта. Позже Гедройц. Ютта выходит из спальни мертвенно бледная, садится ближе к камину.

Гедройц (входит и тушит люстру. Потом запирает дверь. Теперь слабый свет от маленькой лампочки и камина. Возмущенно). Вы слышали?.. Шут!.. (Нервно ходит по кабинету.)

Ютта (с усилием). Ян, молю вас… Я осталась у вас сегодня, чтобы в последний раз выяснить наши отношения… Я не могу иначе… Я запутываюсь все больше и больше… (Колеблется.) Вы стали внимательны ко мне, нежны… ах, эта жестокая нежность! Чего вы хотите от меня?.. Делить вас? Нет… (Страстно.) Это не гордость возмущается во мне. Это любовь кричит и молит о пощаде… (Бросаясь на колени перед Гедройцем, плача, целуя его руки.) Я люблю тебя!.. Я люблю тебя! Сжалься надо мною…

Гедройц (поднимая ее, целуя ее лицо). Не думай ни о чем… Успокойся…

Она стихает.

Мы так редко бываем одни… Я ждал этого вечера… Я хочу говорить с тобою, я хочу ласкать тебя… Слушайся меня, как прежде… (Ведет ее ближе к огню. Садится.)

Она остается перед ним на коленях.

Ютта (улыбаясь сквозь слезы). Вот видишь, это всегда так… около тебя я слепну от любви… Я теряю волю… Я делаю только то, что ты хочешь… (Умоляя.) Милый, милый, если бы ты не был так замкнут со мною…

Гедройц (нежно). Я не верю словам, я верю только действиям…

Ютта (печально). Я до сих пор не понимаю, за что ты бросил меня… Любил? Только увлекался?.. Играл? Или не было ничего, ничего, кроме свободного времени, и ты его заполнил мною?

Гедройц (грустно). У тебя потускнели глаза. Ты много плачешь?

Ютта. Много.

Гедройц. Почему ты не живешь настоящим?.. Вот, мы — одни, мы — вместе… Мы так знаем друг друга.

Ютта (плача). Я ревную… я не могу…

Гедройц. Ну, довольно… довольно… это не твой день…

Ютта (страстно). Прости… прости… Научи меня исполнять твою волю… Научи меня быть такою, какою ты хочешь, чтобы я была… (Мечтательно.) Ах, Ян, при мне много говорили о любви… И я о любви много читала… Но я верю и знаю только внезапную любовь… Когда у любви есть история — она лишена аромата… Вас, Ян, я полюбила сразу… о, мгновенно… (Голос сорвался.) И я принадлежала вам в первую встречу… в первый же день… я ни о чем вас не спросила… Как вы были нежны, стремительны и властны!

Гедройц (задумчиво). Это правда… Мы познакомились сами, вопреки всем приличиям… Мы подошли друг к другу из темноты… Так лучше, дитя…

Ютта (в тоске). Никто, никто не поверит, что я бескорыстно люблю тебя… А я люблю тебя только ради тебя самого…

Гедройц. Что тебе другие, если я верю тебе?

Ютта. Были дни и ночи, когда я тебя не знала. Не знала тембра твоего голоса, твоей мимики, улыбки, смеха, вкуса твоих поцелуев — и, Боже, как я была одинока и несчастна! Потом пришел ты… Солнце, солнце мое! Почему же я так быстро тебя утратила?

Гедройц. Ты меня не утратила.

Ютта. Не мучь меня, возвращая надежду… Моя любовь — это пытка… Ты думаешь, я не знаю моей роли? Emploi* приходящей любовницы… (Устало.) Или Марина — или я… Иначе невозможно… Пойми, я хочу быть всегда с тобою… да… да… как самая простая неграмотка*… я хочу наливать тебе чай… убирать твою комнату… сказать тебе "доброе утро". Если ты будешь болен… (Холодея от своих слов.) Пойми… Марина останется возле твоей постели… Меня прогонят, меня не пустят. О, как я хорошо представляю ее возле тебя! (Рыдая.) Нет, я не могу так. Прогони меня… Я не могу… Не могу…

Гедройц (целуя ее). Молчи.

Объятие. Пауза.

Ютта (плача). Будь великодушен ко мне…

Гедройц (тихо). Я люблю тебя.

Ютта (плача). Сжалься… надо мною!..

Гедройц (тихо). Я люблю тебя.

Ютта (плача). Я была счастлива… я была твоя… Но теперь я не могу…

Гедройц (тихо). Я люблю тебя.

Объятие.

Ютта (как в бреду). Ты женат?.. Я замужем? Но я не чужая, я — твоя… И ты не чужой, ты — мой… Мой… Мой… (Vertige*.)

Они встают. Они обнимаются еще раз — долго и молча. Они делают шаг к спальне. Легкий стук в двери. Оба вздрагивают. Гедройц идет к двери и открывает ее.

Явление 10

Те же и Лакей.

Лакей (бесстрастно). Молодая барыня вернулась.

Гедройц (спокойно). Одна?

Лакей. Их привез господин Верциньский.

Гедройц. Где она?

Лакей. Барыня и господин Верциньский в гостиной.

Гедройц. Что-нибудь случилось?

Лакей. Нет. Барыня идет сюда…

Гедройц (спокойно). Хорошо.

Лакей (тише, указывая глазами на спальню). Верхнее платье…

Гедройц. Ах, да… Принесите его сюда…

Лакей уходит в спальню.

(Шаг к Ютте.) Хочешь уйти?.. Этим ходом…

Ютта (резко). Нет… я останусь… (Задыхаясь). Так лучше… так лучше… Никогда я не буду вашей! Никогда!

Гедройц (умоляя). Не волнуйся… Не мучь меня.

Ютта. О, Боже… Как я унижена!..

Лакей внес ее вещи из спальни.

Явление 11

Те же и Марина.

Марина (вошла очень быстро, увидев Ютту). Ах… (К Лакею резко.) Вы ничего не сказали?

Лакей (враждебно). Барыня меня ни о чем не спрашивала.

Марина (ненавидя, дрожащим голосом). Почему вы здесь, а не в передней?.. Мне пришлось самой выпускать господина Верциньского.

Лакей (враждебно). Я служу барину. В передней служит Казюк.

Гедройц (приказательно). Марина?.. (Лакею.) Павел, велите, чтобы автомобиль дожидался госпожу Подгаецкую…

Лакей. Слушаю, барин. (Уходит.)

Явление 12

Те же, кроме Лакея.

Гедройц (придвигая кресло жене). Почему ты так рано?

Марина (нервно-весело). Ты был нездоров… Я волновалась… Я не могла танцевать… Уже час ночи… Верциньский отвез меня… Я все время думала… (Смеется.) Предчувствие… ты сердишься?

Гедройц (холодно). Если это сцена… уволь, Марыля.

Марина (смеясь). Я должна быть очень уверена в тебе, чтобы обойтись без сцен… Ты сказал, что ты болен… я уезжаю на вечер, приезжаю… у тебя молодая, красивая дама… Лакей молчит, как мертвый… Я ничего не понимаю… (Смеется.) Я ревную… (Бросаясь к нему на грудь.) Я ревную!..

Гедройц (освобождаясь, досадливо). Вы смешны, дорогая… Что за ребячество!..

Ютта (поднимаясь с места). Я вам не нужна больше, Ян?..

Гедройц (Ютте). Нет, дитя… (Помогает ей одеться.)

Ютта (одеваясь, ровно). Благодарю вас за все, что вы сделали для меня и для Луки, Ян.

Гедройц (утешая Ютту). Все изменится…

Ютта (безнадежно). Ничего не изменится…

Марина (обнимая мужа, как бы удерживая его). Покойной ночи, Ютта!

Ютта. Счастливой ночи, Марина… (Уходит.)

Третье действие

Будуар Марины. Гедройц, который очень велик и заменяет ей гостиную. Налево дверь в спальню Марины. Направо — в другие комнаты. Определенный стиль не выдержан. Цветов нет. Сейчас ранняя весна. Первые недели Великого Поста. Часа два дня. Из спальни выходит Марина, мадам Натто и Мастерица с картонкой.

Явление 1

Марина (любезно). Это платье очень красиво, мадам Натто… Только как бы белый цвет не полнил меня…

Мадам Натто. О, нет, мадам… и потом совершенно невозможно к Пасхе не иметь белого платья… (Озабоченно.) Я хочу подыскать вам другую отделку.

Марина. Другую отделку?.. Но та мне нравилась…

Мадам Натто. Ваш муж раскритиковал ее…

Движение изумления Марины.

Да… вчера он заходил ко мне с госпожой Подгаецкой-младшей…

Марина (вспыхнув). Ах, с Юттой!..

Мадам Натто. Да… и они оба нашли, что отделка груба…

Марина (спокойно). В таком случае, перемените ее… Благодарю вас, мадам

Натто. До свидания.

Мадам Натто. До свидания, мадам.

Мастерица. До свидания, мадам.

Марина. До свидания, мадемуазель.

Мадам Натто и Мастерица уходят. Марина возвращается в спальню с расстроенным видом.

Явление 2

Марина в спальне. Несколько минут сцена пуста. Входит Ян Гедройц.

Гедройц (громко). Мы дома?

Голос Марины из спальни: "Бегу".

Марина (почти выбегая из спальни, бросаясь к мужу). Ты!..

Гедройц (снимая ее руки с плеч). Как ты экзальтирована… Можно подумать, что мы не виделись десять лет…

Марина (с упреком). Не виделись с утра… Тебя раздражает моя любовь?..

Гедройц (садясь). Можешь поздравить меня… господин Мавиль купил мое имение… сегодня все оформлено…

Марина (пораженная). Как? Уже?.. (Разочарованно.) Почему ты продал господину Мавилю, а не мама?… Мама так мечтала…

Гедройц (сухо). С мама достаточно и вашего родового имения… Она все равно не умеет управлять… Да, я рад… очень рад… (Задумчиво.) Теперь я ближе к цели…

Марина (испуганно). Какой цели?

Гедронц (мягко). Если ты готова спокойно выслушать меня…

Марина. Ну?

Гедройц (твердо). Я хочу выйти из правления нашего Акционерного Общества и уехать путешествовать.

Марина, пораженная, молчит.

(Медленно.) Твое приданое лежит нетронутым. К нему я прибавляю еще и половину суммы, которую мне уплатил господин Мавиль. (Довольный.) Этого хватит не только на твою жизнь, Марина, но и на десять жизней…

Марина (заикаясь от волнения). И ты… ты уедешь… один… без меня?

Гедройц (недовольно). Разумеется, я уеду один…

Марина. Когда же… ты едешь?

Гедройц (задумчиво). О… много позже… весною…

Марина. А… когда… ты вернешься?

Гедройц (смеясь). Ну… я сам не знаю…

Марина. Ах, не знаешь… (Пауза, упавшим голосом.) Почему же ты говоришь мне об этом сегодня?

Гедройц (сухо). Чтобы ты скорее привыкла к мысли…

Марина (вспылив). Ты лжешь!.. Ты не уедешь один!.. Я все знаю…

Гедройц (медленно). Если ты все знаешь, это сильно облегчает наш разговор…

Марина (испугавшись). Что?.. Я ничего не знаю… Я пошутила… Я солгала… (Бросаясь к нему.) Клянусь тебе, я ничего не знаю… Не говори мне ничего… Нет!.. Нет!..

Гедройц (утомленно). Ну, вот… с тобою нельзя говорить серьезно…

Молчание.

Марина. Вчера я целый день провела с Юттой. (Пауза.) Мне кажется, она несчастна.

Гедройц (живо). Почему?

Марина (задета). А тебя это беспокоит?

Гедройц. Но… почти…

Марина (вспоминая). Ютта чересчур точна, механична во всем, что она делает. И бледнеет при твоем имени…

Гедройц (раздражаясь). Рассказывай Ютте, о ком хочешь, но меня оставь в покое…

Марина (вызывающе). Почему?

Гедройц. Потому что ты меня не знаешь. И все, что ты скажешь обо мне, будет ложь.

Марина (гордо). Я — твоя жена.

Гедройц. Часто самые близкие люди самые далекие.

Марина (колко). Но ты говорил, что влюбленные женщины ясновидящие… Следовательно…

Гедройц (твердо). Ты любишь меня не тем чувством, которое свято и поистине любовь, Марина. Ты тщеславишься мною, ты ценишь комфорт и положение, которое я дал тебе, ты любишь меня за те ощущения и новые чувства, которые я тебе открыл. Без всей этой рамки — ты бы скоро остыла и забыла меня. Твое чувство боится всякого страдания, унижения, тоски, хотя бы они были принесены ради меня, для меня. Ты ревнуешь меня, ибо я объект твоего наслаждения, ибо ты горда гордостью красивой женщины. Ты любишь меня таким, каким я есть сейчас. В позоре, нищете, уродстве ты бы меня не любила.

Марина (капризно). Это литература… Я не героиня романа…

Гедройц (отвечая на свои мысли). Да. У твоей любви есть мера и границы.

Марина (недовольная). Ну, хорошо… А ты?.. Ты меня не ревнуешь…

Гедройц (искренне удивленный). К кому же я мог бы тебя ревновать?

Марина (обиженно). К тому же Верциньскому…

Гедройц (улыбнувшись). Правда… я забыл белокурого поэта… (Другим тоном.) Ты ждешь кого-нибудь?

Марина (обрадованная переменой разговора). Да… и Лука придет… и Ютта… и мама… Сегодня я дежурю с мама в нашей столовой для бедных…

Голос Луки: "Можно, сестричка?"

(Живо.) Можно, братец…

Явление 3

Те же и Лука. Гедройц молча жмет ему руку и быстро уходит.

Лука (комично). Ба!.. "Сам" изволят быть не в духе.

Марина (извиняясь). Не сердись, братец… Ян очень занят…

Лука. Ох… вид у твоего Яна… Честного человека может напугать…

Марина (целуя брата). Помолчи… А где твой новый крем?

Лука (вынимая коробочку и отдавая ее сестре). Вот… английский… для лица… на ночь… после теплого умывания… и легкий массаж…

Марина. Если только его снова не придется выбросить…

Лука (обиженно). Клянусь тебе честью… Я знаю одну кокотку… очаровательную женщину…

Марина. Фи… Лука… в такие дни…

Лука (весело). Pardon, сестричка… я забываю, что у нас Великий Пост… Так вот почему ты в черном…

Марина. Да. Это приличнее. (Садится.) Ты был вчера в балете?

Лука. Я думаю… выступала Нансен… Твой муж бродил с мрачным видом…

Марина (изумленно). Мой муж?..

Лука (довольный). Именно он, твое сокровище. Он изгнал меня из собственной ложи. Я позорно бежал. Он остался допекать Ютту…

Марина (недоброжелательно). Чем же он допекал ее?

Лука. О… говорил дерзости, язвил за туалет, прическу, высмеивал ее жесты и слова, возмущался, что на нее смотрят в бинокли…

Марина (расстроенно). Она его раздражала, без сомнения.

Лука. Он находил ее то слишком веселой, то слишком грустной…

Марина (принужденно). Ютта просто немного позирует…

Лука (хохочет). И допек ее, бедняжку… К концу последнего акта она стала бледна, как ее кружева. Еще, кажется, немножко, и она залилась бы слезами… Но я сбежал… я позорно бежал… Я сидел в ложе Верциньского, и мы потешались… Как он ее зудил!.. (Неудержимо хохочет.)

Марина (живо). Верциньский был?

Лука. Да. Мы говорили о тебе…

Марина смущается.

Что с тобою, сестричка?

Марина (конфузясь). Ничего…

Лука (живо). Ты влюбилась?

Марина. Лука… Как ты можешь…

Лука (страшно заинтересованный). Я тебя не выдам…

Марина. Но…

Лука. Я хочу знать.

Марина (смущенно). Мне нравятся стихи Верциньского…

Лука (убежденно). О, да… Верциньский — гениален…

Марина. И он о тебе высокого мнения, братец…

Лука (скромно). Мне тоже кажется.

Марина (опуская глаза). Он писал мне.

Лука (поражен). Как?.. Ты с ним переписываешься?..

Марина (в отчаянии). Но… Лука… Это моя тайна…

Лука (радостно). Превосходно… Чудесно… У вас будет роман…

Марина (испуганная). Лука… если ты проговоришься… мама… или Яну, или Ютте… Я умру от стыда…

Лука. За кого ты меня принимаешь?

Марина. Хорошо… хорошо… я тебе верю… ах, Боже мой… (Искренне.) Между мною и Верциньским ничего… абсолютно ничего нет…

Лука. Будет!

Марина. Ты не в своем уме!

Лука (радостно). Будет!

Марина (путаясь). Нет… нет… видишь ли… мой муж мало… совсем не ревнует меня… Говорят, если мужчина чересчур уверен в женщине — это плохо… (Быстрее.) Яне хочу ничего серьезного… Просто флирт… Яну будет больно…

Лука (огорченно). Так ты несерьезно? Мне тебя жаль… (Пожимая плечами.) Почему не Верциньский?.. Он — молод, красив… Он спортсмен… И поэт… Ион — мой друг… Нет, ты лишена вкуса…

Марина (нервно смеется). Что бы сказал Ян?

Лука. Ого… он бы попрыгал!..

Марина (с загоревшейся надеждой). Он бы страдал?.. Правда?

Лука (беспечно). И еще как… (Нюхая ее платок.) У тебя новые духи?

Марина. Да. Цикламена.

Лука. Неплохо… Но я предпочитал Sol amour… Demerle…*

Марина (поколебавшись). Лука…

Лука. Ну?

Марина. Ты увидишь… сегодня…

Лука (обрадованно). Верциньского?

Марина (нервно). Да… Ты попроси его заходить… к нам… чаще…

Лука (разочарованно). Только всего?

Марина. Братец… мы поссоримся… (Нежно.) Ах, Лука… Ты ребенок…

Лука (хохочет). Мне живется хорошо…

Явление 4

Те же и Подгаецкая.

Подгаецкая (сильно запыхавшаяся). Ну, слава Богу… Застала… (Целуя дочь.) Я думала, ты уже уехала на дежурство…

Марина (целуя ее руку). А вы завтракали, мама?..

Подгаецкая. Разумеется. А ты?

Марина. Я тоже… Но мне очень хочется пить… Чашку чая?.. Не правда ли? А потом мы уже поедем… (Звонит.)

Подгаецкая (снимая перчатки, сбрасывая палантин, целуя Луку.) Дивная погода… настоящая весна…

Лука (серьезно). Я вас должен оставить, mesdames… Вчера Харманский поссорился с одним субъектом в клубе… О, пустяки… они не сошлись во мнениях… однако это пахнет скандалом. Я иду уладить инцидент… иначе Харманскому угрожает дуэль…

Подгаецкая. Какой ужас! До свидания, мой мальчик…

Лука (тихо Марине). Так кланяться Верциньскому?

Марина молча кивает головой. Лука, напевая, [делает] прощальный жест… ушел.

Явление 5

Те же, кроме Луки. Входит горничная.

Марина (горничной). Подайте нам сюда чай…

Горничная. Слушаю, барыня. (Уходит.)

Подгаецкая (дочери). Что случилось?.. Ты расстроена?

Марина (бросаясь на, колени). Мама… я так несчастна.

Подгаецкая (шокирована). Тише… вытри слезы… встань… сейчас войдет горничная… Я тебя знаю… Ты любишь преувеличивать…

Марина (вставая, вытирая слезы, спокойно). Извините, мама…

Подгаецкая. Ну?.. В чем дело?

Марина. Мой муж продал имение.

Подгаецкая (спокойно). Продал? И хорошо сделал. Имение не приносило дохода.

Марина. Он собирается уезжать… путешествовать…

Подгаецкая. Собирается?.. Ну, это еще не значит, что уедет.

Марина. Ютта снова соблазняет Яна.

Подгаецкая (сурово). Кто посвятил тебя в эту грязную историю?

Марина (упавшим голосом). Я давно знала… еще невестой… я молчала, мама…

Подгаецкая. Напрасно. (Вздохнув.) Впрочем, приличнее матери и дочери не говорить о таких мерзостях…

Горничная вносит чай на подносе и уходит.

(Беря чашечку.) А теперь… какие у тебя факты?

Марина (нерешительно). Никаких… но…

Подгаецкая. Их и не будет.

Марина (беря чашечку чая). Он был с Юттой в театре… у мадам Натто… он мне ничего не сказал…

Подгаецкая. Не сказал! Ах, Боже мой!.. Велика важность… Да мне твой покойный отец ничего никогда не говорил…

Марина (с отчаянием). Мне кажется, они любят друг друга.

Подгаецкая (авторитетно). Любят они или не любят — для тебя должно быть безразлично. Важно, что им запрещено любить. Сила на твоей стороне, Маринка. Бог, люди, закон… общественное мнение… все…

Марина (колеблясь). А… вдруг Ян уедет с Юттой…

Подгаецкая (расхохотавшись). Да ты вообразила своего мужа Робинзоном!.. Твой муж боится общественного мнения, как всякий человек, занимающий видное положение… он более раб, чем мы с тобою. Будь покойна… Карьерой — да еще сделанной — не шутят… И из-за кого? (С иронией.) Из-за бледной, потрепанной, тридцатилетней женщины?.. Ха… (Строго.) Ты мало ценишь себя… Ты — Марина Гедройц, урожденная Подгаецкая. Ютта Лабуньская — актриса без имени и с прошлым. Что бы там ни говорили, но актриса, балерина, писательница — эти женщины всегда под сомнением.

Марина (веселея). Говорят, Ютта все-таки любила Яна…

Подгаецкая. Ну уж и любила… Вцепилась, как репей, ибо у Яна — положение и деньги… (Допивая чашечку.) Я помню, как она за ним бегала… без стыда, без гордости… oh, la… la…

Марина (целуя ее руку). Милая мама., мне стало легче дышать…

Подгаецкая (треплет ее поруке). Муж с тобой?

Марина (конфузясь). Но… он спит у себя…

Подгаецкая (возмущенно). А тебе лень пройти к нему по коридору, что ли?..

Марина (опуская глаза). Дверь заперта.

Пауза.

Подгаецкая (поднимая брови). Давно?

Марина (горько). О… с тех пор, как я вернулась… неудачно… и здесь… у него была Ютта.

Подгаецкая. Глупо. Ты сказала ксендзу на исповеди?

Марина (краснея до слез). Ксендз не видит в этом ничего дурного…

Подгаецкая (возмущенно). Да он рехнулся, твой ксендз Корно!.. Покуда жена и муж имеют общую спальню, никакие силы не разлучат их… (Встает.) Ну, идем… Поторопись, милая… мы и так — запоздали… Ах, если бы у тебя был ребенок!.. (Роется в кошельке.) Возьми с собою мелких денег… Придется раздавать на чаи…

Марина звонит горничной.

Входит горничная.

Марина (горничной). Если придет госпожа Подгаецкая-младшая… попросите ее подождать… Я вернусь скоро…

Уходят.

Явление 6

Приходит горничная. Уносит с собою поднос с чаем, спиртовку и пр. Несколько минут сцена пуста. Потом сюда приходят Ютта и Ян Гедройц.

Ютта (шляпа, перчатки, мех, городской туалет). Я подожду Марину здесь, Ян… Если я пройду к вам в кабинет, это будет носить более странный характер… Нет, прошу вас…

Гедройц (досадливо). Ты становишься труслива до смешного… На улице ты невозможна…

Ютта (смущенная и подавленная). На улице меня охватывает ужас… Мне чудится, будто все замечают только нас, говорят только о нас… И потом вы так известны в городе, Ян… Сколько раз вы снимаете шляпу! Это нервирует… Я едва не упала в обморок сегодня, когда мы столкнулись с ксендзом Корно…

Гедройц (рассеянно). Он здоровался?

Ютта. Нет… он отвернулся… Но он нас видел, я ручаюсь…

Гедройц. Я знаю из самых достоверных источников, что ксендза Корно переведут… Мы избавимся от шпионажа…

Ютта (тихо). Не он, так другие…

Гедройц (ходит быстрее). У меня для тебя новость…

Ютта. Какая?

Гедройц. Я продал имение.

Ютта. А…

Гедройц. Это первый шаг к свободе.

Ютта (бледнея). А второй?

Гедройц. Я выхожу из Правления.

Ютта (тихо). А третий?

Гедройц. Я уеду путешествовать.

Ютта хочет что-то сказать, у нее нет сил. Она делает слабый жест рукой.

(Весело.) По своей натуре, я человек действия, но не цели. Я созидаю только для того, чтобы разрушать. К созданному я не привязан. Кто имеет право заставить меня стеречь или оберегать мое добро? Оно — мое, поэтому я выбрасываю его вон и ухожу дальше, не оглядываясь и вовсе не заботясь, что с ним станется… (Как бы про себя.) Жена? Дом? Положение?.. Ну, да… я приобрел их и еще многое другое с невероятной легкостью… Теперь это мне не нужно… да…

Ютта (уничтоженная). Ян… Вы всегда так благоразумны…

Гедройц (с оттенком иронии). Видите ли, дорогая, иногда устаешь быть корректным, умным, рассудительным… иногда хочешь быть безрассудным во имя благоразумия…

Ютта (тихо). Я — только женщина… Я вас не понимаю… Я силюсь понять… Что случилось за эти дни?.. Почему вы… Вы изменились, Ян…

Гедройц (мечтательно). Да нет же… я всегда был таков… только я не люблю говорить о себе… Я не привязываюсь ни к месту, ни к людям… Шатун!.. Я мечтаю сегодня об океане, завтра о земле… сегодня я хочу быть в Сибири, завтра я поеду на остров Цейлон… и я не поручусь, что я не затоскую о Париже, сидя в Токио… Иногда мне кажется… под моим смокингом — душа апаша*… (Смеется.)

Ютта (с усилием). Ты, вероятно, устал от меня… от Марины… (С отчаянием.) Я огорчаю тебя, я тебя мучаю… Но что я могу?..

Гедройц (не слушая). Я сегодня утром проглядывал драму Бернарда Шоу и встретил у него забавную фразу: "Я не верю в мораль. Я ученик Бернарда Шоу"*. (Смеясь.) Я ничей ученик, но в мораль я не верю… Ложь? Истина? Не подумай, что я буду решать эти вопросы… (Останавливаясь, мягко, глядя на нее любовно.) Я занят вами, Ютта…

Ютта (пытаясь улыбнуться). Мною?

Гедройц. Да. Я вас ревную. Я вас желаю.

Ютта (с раздирающей тоской). Не говорите так!.. Не упрекайте снова!.. Поймите, поймите, Ян, если я не принадлежу вам, то лишь потому, что люблю.

Гедройц (задумчиво). Я не предполагал, что в мои годы я смогу привязаться… Я даже сам не знаю, почему я захвачен… (Обрывая.) Довольно. Я хочу быть свободным и счастливым.

Ютта (униженная). Как вы должны были тяготиться мною, если вы уезжаете с таким восторгом.

Гедройц (весело и загадочно). Положим, я уезжаю не сейчас… еще потребуется время…

Ютта (в глубоком горе). О… я плохо любила, вы не чувствуете силы моей любви… Выдумаете — я могу быть счастлива без вас?.. (Качая головой.) Кет… нет… это слишком…

Гедройц (мечтательно). Рано или поздно мы все расстанемся… Жизнь представляется мне берегом, на котором мы стоим, провожая корабли… Корабли уплывают… иногда они тонут… (Пауза.) Я представляю их гибель без бури, от мины… днем… Синее небо, как море, и море, как небо, пламенное солнце, очертание берегов вдалеке, ласковый ветер, который несет аромат апельсиновой рощи… корабль тонет медленно и безнадежно… Это должно быть печально, Ютта?..

Ютта (бледная). Да… очень печально.

Гедройц (нежно). Вероятно, в душе вы осудили меня и назвали жестоким… Я не даю вам никаких объяснений, не вывожу вас из тоски, беспокойства, я замучил вас ревностью к Луке, а сам не порываю с Мариной… Ах, Ютта, терпение!.. Я хочу большей любви от вас… Я хочу от вас почти подвига… я хочу абсолютной подчиненности, абсолютного доверия… (Почти умоляя.) Не заставляйте меня оправдываться.

Ютта (с усилием). Хорошо, Ян… хорошо…

Явление 7

Те же и горничная.

Горничная (обращаясь к Гедройцу). Ксендз-декан…

Гедройц (нетерпеливо). Просите…

Горничная уходит.

Явление 8

Те же, кроме горничной.

Гедройц. Ксендз Корно действует мне на нервы… До свидания, Ютта…

Ютта (теряясь). Одну минуту… когда мы увидимся?..

Гедройц (сдержанно). Эту неделю я занят…

Ютта (пугаясь). Неделю?

Гедройц. Да.

Ютта (умоляя). Но… вы будете телефонировать?..

Гедройц. Постараюсь…

Ютта (сдерживая слезы). Я могу вам писать?..

Гедройц. Изредка. До свидания, милая… (Быстро уходит.)

Явление 9

Ютта одна. Она старается овладеть собою и не разразиться слезами. Позже входит ксендз Корно.

Ютта (вставая). Добрый день, ксендз-декан…

Ксендз (очень сухо). Я так и знал… Хозяйки нет дома, но вы здесь…

Ютта (сдержанно). Я ожидаю Марину… мы с нею условились…

Ксендз. Это меня скандализирует.

Ютта (вежливо). Не волнуйтесь, ксендз-декан… мы вовсе не враги… иногда мы даже единомышленники…

Ксендз (сильно). Нет!.. Я никогда не жил и не мыслил так, как вы… Бог хранил меня. (Садится.) Вы позволите закурить?.. Дурная привычка… нервность…

Ютта (занятая своими мыслями). Если бы кто-нибудь предсказал мне, что вы, ксендз Андрей Корно, поведете против меня целую кампанию… что вы отравите мне жизнь… на каждом шагу… нет. Я бы не поверила. Нет, для меня подобные превращения: из друга — враг, непонятны. Я ничего не скрывала от вас… то, что для меня было святыней…

Ксендз (раздраженно перебивая). О, я бы хотел никогда не знать ваших историй… оглохнуть… ослепнуть… онеметь…

Ютта (холоднее). Вы нападаете на меня с таким жаром…

Ксендз. Я не могу оставаться равнодушным… вы обманываете Марину…

Ютта (просто). Я никого не обманываю… Ее муж ей верен…

Ксендз (язвительно). И поэтому вы видитесь с Яном Гедройцем вне его дома?..

Ютта (грустно). Это дружеские встречи.

Ксендз (резко). Вы пытаетесь разбить чужое счастье…

Ютта (пылко). У Яна нет счастья!

Ксевдз (страстно). Есть. И это счастье — Марина. Вы можете завидовать, ненавидеть, клеветать, но вы не слепы — "он" обладает счастьем…

Ютта (пристально глядя на него). А… продолжайте…

Ксендз (тише). Я сказал что-нибудь лишнее?..

Ютта (с иронией). Вы испугались?

Ксендз (уклончиво). Ваш ум настроен двусмысленно…

Ютта. О, я не дэвотка*… И я не донесу епископу…

Ксендз (вне себя). Не смейте…

Ютта (надменно). Ксендз-декан, ваша сутана обязывает вас к вежливости…

Ксендз (опомнившись). Я извиняюсь…

Ютта быстро уходит. Ксендз курит и ходит взад и вперед.

Явление 10

Ксендз и Марина.

Марина (входит быстро). Ютта уже ушла?.. Ах, ксендз-декан… (Целует его руку.) Я запоздала… я дежурила в столовой…

Ксендз (мягко). Добрый день, дитя мое…

Садятся.

Вы догадываетесь, почему я заехал к вам?..

Марина (напряженно). Вы слыхали уже от мама и о продаже имения… и о том, что Ян…

Ксендз. Да. (Серьезно.) То, что сейчас происходит в вашем доме, — непристойно, грешно, отвратительно. Вы обязаны прекратить соблазн. Вы за него ответите и Богу, и людям…

Марина (пугаясь). Значит, уже есть соблазн?

Ксендз (глухо). Да.

Марина (упавшим голосом). Что мне делать?

Ксендз. Не принимать у себя Луку и его жену.

Марина. Под каким предлогом?

Ксендз. Их тысячи.

Марина (разражаясь слезами). Верните мне моего мужа… Научите… Спасите…

Ксендз (бледнея). Вы так его любите?..

Марина. Безумно…

Ксендз. Тише…

Марина (исступленно). Ах, что мне… Я люблю его. Пусть весь мир это слышит… Я закричу на площади… Я при всех стану перед ним на колени. Я буду молить его!.. Я пойду за ним на край света!.. Я люблю его!.. Верните мне его. Он — мой…

Ксендз (шаг к ней, в бешенстве). Довольно! Постыдитесь моей одежды. Вы — неприличны… Вы ведете себя, как любовница.

Марина. Я люблю его.

Ксендз. Я приказываю вам — довольно… В браке вы не смеете культивировать страсть. Вы обязаны переносить некоторые физиологические гнусности, вы должны терпеть их, ноне любить… это позорно… Вы католичка… Вы обязаны так любить своего мужа, чтобы иметь силу похоронить его ежедневно… в каждый час… с верой в загробное счастье… Жена-любовница… О… О… (С глубоким горем.) И это вы, вы — моя целомудренная, невинная Марина. Это вы, душою которой я так гордился… Боже!.. Я думал, все грехи мне отпустятся только потому, что пятнадцать лет я веду вашу душу к небу и совершенству… Да… Я вел вас к совершенству… Вы были слепком моих рук… моей совестью… оправданием… культом… (Задыхается.)

Марина (пристыженная, испуганная). Ксендз-декан, простите меня…

Ксендз (глухо). Да, вы изменились… вы даже говорите уже другим языком… (С угрозою.) И я узнаю этот язык… страстный, истеричный, бесстыдный… это влияние Ютты Лабуньской… О, гнусная, гнусная женщина!.. Я не хочу называть ее Подгаецкой… Это ваша девичья фамилия, Марина… Нет, она не Подгаецкая… Она — Лабуньская. Она из другого мира, она — порочна, распутна, заразительна, как проказа… Да, она отравила вас… (Пауза.)Тде я найду противоядие?..

Марина (смущенно). Ксендз-декан, я говорила глупости… Мне самой стыдно… Забудем…

Ксендз (помолчав). Забудем. (Пауза. Улыбаясь через силу.) Простите и меня… я погорячился… Не принимайте близко к сердцу. (Пауза. Нежно.) Я забыл рассказать вам… прихожане прислали депутацию к епископу… Они не хотят меня больше деканом… и в числе подписавшихся ваш муж…

Марина (скандализированная). О… Ян!.. Он мог участвовать в подобной интриге… я отказываюсь верить…

Ксендз (просто). Это так. Он ненавидит меня. Мы боремся… За вашу душу мы боремся, Марина… (Задумывается. Пауза. Очень устало.) До свидания, дитя мое…

Она встает проводить его. Нет… нет… останьтесь… вы заплаканы… неудобно… (Быстро уходит.)

Явление 11

Марина — одна. Она бросается ничком на диван. Ее плечи вздрагивают от рыданий. Через минут пять медленно входит Верциньский. У него шляпа, перчатки, несколько белых роз. Он сделал шаг-два. Он смотрит на плачущую Марину.

Верциньский (нежно). Марина… любовь моя!..

Четвертое действие

Кабинет в доме Луки Подгаецкого. Прямо дверь в следующие комнаты. Правая сторона кабинета образует фонарь. Внутри этого фонаря огромное, широкое, венецианское окно. Сейчас оно распахнуто. Окно доходит почти до полу — подоконник напоминает очень широкую ступеньку: это на шестом этаже. Великолепный вид на город. Весенний день. Часа четыре. Солнце, синева неба, в нем купаются птицы. Характерная черта кабинета — обилие живых цветов. Мебель красного дерева Empire*. Копии с картин Жерара*, Давида*. Направо дверь в коридор, переднюю.

До поднятия занавеса сцена пуста. Потом сюда идет Ютта — одета в костюм для гулянья. Она исхудала, побледнела до неузнаваемости. Сейчас кажется очень взволнованной. За нею горничная. Горничная бестолкова, робка, новенькая.

Явление 1

Ютта и горничная.

Ютта (отрывисто). Мне звонили по телефону?

Горничная. Нет, барыня.

Ютта. И не было писем?.. Для меня?..

Горничная. Нет, барыня.

Ютта. Ни телеграммы?..

Горничная. Нет, барыня…

Ютта (устало, измученно). А… (Бросается в кресло, как будто не знает, что с собою делать.) Где барин?

Горничная. Барин ушли гулять…

Ютта молчит, забывая о ее присутствии.

(Робко.) Барыню спрашивал…

Ютта (поднимая голову, вздрогнув). Кто?..

Горничная (виновато). Старый лакей…

Ютта (движение). От Яна Гедройца?..

Горничная (пугаясь). Я не знаю… Павел… Старик…

Ютта (волнуясь). Впустите его ко мне… скорее… скорее… (Дрожит. Начинает ходить, садится.)

Горничная уходит.

Явление 2

Ютта, потом Павел. Ютта стоит и ломает кончики пальцев. Она смотрит на дверь. В ее глазах мука и ожидание. Входит Павел, камердинер Гедройца.

Ютта (рванувшись). Ну?..

Лакей (смущенный). Барыня простит, если я осмелился…

Ютта (перебивая, смотря на его руки). Ну… дайте мне письмо (нетерпеливо)… Вас прислал барин?..

Лакей (еще более смущаясь). Барыня позволит…

Ютта. Как?.. Вы не?..

Лакей (заикаясь). Я пришел самовольно… (Тише.) Я не видел барина…

Ютта (сраженная). А… (Садится. Внешне спокойно.) Это хорошо, что вы навещаете меня, Павел…

Лакей молчит.

(Глухо.) Он здоров?..

Лакей. Здоров.

Ютта. Весел?

Лакей. Да… бодрый… веселый…

Пауза.

Ютта. Он часто дома?

Лакей. Почти никогда, барыня…

Пауза.

Ютта (с усилием). Почему он не говорит по телефону?..

Лакей (двинув плечом). Если женский голос, барин кладет трубку…

Ютта. Да… да… (Пауза.) Я звонила много раз… он кладет трубку… (Со слабой надеждой.) Может быть, его подслушивают?..

Лакей (грустно). Нет… Дверь в кабинет закрыта…

Ютта (превозмогая себя). Я ему писала, Павел… он не отвечает…

Лакей. Барин сказал мне вечера: "Я должен довести свое дело до конца".

Ютта. А… Значит, он думает все-таки уехать?

Лакей (колеблясь). Похоже на то, барыня.

Ютта (тихо, с отчаянием). Я не видела его уже целый месяц… он избегает меня…

Лакей (грустно). Если барин задумал уехать… барину самому тяжело…

Ютта (с тоской). Что мне делать?.. Что мне делать?..

Лакей (тихо). Пусть барыня потерпит…

Ютта (как бы. про себя). Ах, да!., ах, да!.. Я потерплю… (Плачет.)

Лакей (опускает глаза, вытягивается). Барыня… Я получил расчет…

Ютта (шепотом). Расчет?.. Вы?.. О… (Плачет.) Ступайте, Павел… Зайдите завтра…

Лакей уходит.

Явление 3

Ютта одна. Она пометалась по комнате. Овладела собою. Спустила вуаль, долго натягивала перчатки, ушла. Сцена пуста. Позже голоса. Сюда идет Лука, раздраженный, и за ним молоденькая горничная, очень растерянная.

Явление 4

Лука и горничная

Лука (сердясь). Вы служите у нас неделю… пора привыкнуть, милая… вы все путаете… это несносно…

Горничная (испуганно). Простите, барин… я думала…

Лука. Я не спрашиваю вас, о чем вы думали… Я приказал вам передать барыне, чтобы она подождала меня… вы не передали — и барыня ушла… вот!

Горничная. Барыня сказала…

Лука. Молчите… (Заметив книгу в красном сафьяне, брошенную на диване, взял ее. Ложится на диван и начинает перелистывать.)

Горничная. Барин позволит мне уйти?

Лука (не отрываясь от книги). Что?

Горничная (громче). Я не нужна больше барину?..

Лука (яростно). А… это… вы мне мешаете… (Взглянув на нее и совершенно спокойно.) Tiens*!.. y вас хороший цвет лица… каким кремом вы натираетесь?..

Горничная (пугаясь). Я?.. Ничем…

Лука (спокойно). Вы глупы. Если вы не будет употреблять косметику, вы скоро превратитесь в старуху. А вы пудритесь?

Горничная (заикаясь). Но… экономка мне запретила…

Лука. Экономка — дура. Вы обязаны пудриться

Горничная (едва не плача). Извините, барин…

Лука (вынимая книжечку из бокового кармана насвистывая, пишет что-то). Вот… возьмите… записал вам… пудру… крем… сделайте себе хороший запас одеколона. (Соображая, вполголоса). Вы даже можете душиться… Почему вам не душиться?.. Чем?.. Ну, конечно, не духами барыни. Для вас прилична вербена… да, конечно… вербена… (Отдает ей листок.)

Горничная (берет листок). Барин велит купить это сегодня?.. Лука (принимаясь за книгу). Чем скорее, тем лучше. Ступайте. (Погружается в чтение.)

Она торопливо уходит.

Явление 5

Лука читает, иногда громко зевает. Появляется снова горничная. У нее еще более растерянный вид. Она приближается, не зная, как окликнуть барина. Она принимает позу, как и в предыдущем явлении, так что кажется, будто бы она и вовсе не уходила из комнаты.

Лука (нечаянно вскидывая глаза на горничную). Ах, черт… Вы не исчезли?.. (Мягко.) Что вам нужно?.. Я сказал — ступайте.

Горничная растерянно хочет уйти.

(Мягко.) Обождите… стойте… вы не разобрали моих рецептов?

Горничная. Барина хочет видеть барышня…

Лука (вскакивая). Барышня?.. Какая?..

Горничная. Молоденькая барышня.

Лука (живо). Вы сказали, что я — один?..

Горничная. Да, барин.

Лука. Ее фамилия?

Горничная. Я не спрос…

Лука. Вы — полная идиотка. Где она?

Горничная. Я ее не пус…

Лука. Вы не пустили?.. Но вы не в своем уме, милая…

Движение горничной.

Стойте… У меня, вероятно, смешной вид?

Горничная молчит.

О… Кто это может быть? Вы ее никогда не видели у нас?..

Горничная. Нет, барин.

Лука (решительно, как бы про себя). Tant pis*просите…

Горничная уходит.

Явление 6

Лука, позже горничная и Марина Гедройц.

Марина (весенний костюм, в руках гвоздики). Лука… что это значит… я жду за дверью…

Лука (глубоко разочарованный). О… идиотка!..

Марина (отшатываясь). Что?..

Лука (бешено горничной). Вы десять раз идиотка… Это моя сестра… (Беря за руки Марину.) Милочка, прости.

Марина. Что такое?.. Ты мне не рад?..

Лука (обнимая ее, огорченно). Но она доводит меня до исступления, эта новая горничная… она все путает… Я ждал увидеть маленькую Бронцю Заушкевич… ты понимаешь?.. Это было бы пикантно… Жены нет дома… И Бронця приходит ко мне…

Марина (горничной, улыбаясь). Вы здесь недавно, милая?

Горничная (расстроенная). Только первую неделю, барыня…

Лука (сердясь). Только неделю. Это много… Ступайте.

Горничная уходит.

Явление 7

Лука и Марина.

Марина (обнимая Луку). Утешься, братец… Я не Бронця Заушкевич… но все-таки…

Лука (растроганный). Я страшно рад тебе… (Целует ее в лоб и ее руки.)

Марина. Скажи… ты очень удивился, что я пришла?..

Лука. Безумно. Ведь мама, ксендз, ты — вы наложили карантин на мой дом…

Марина. О… карантин!..

Лука. Разумеется. И после огромного скандала, после того как уже два месяца мы публично не встречаемся, не кланяемся, — ты вдруг приходишь ко мне сама, сестричка… Я потрясен… (Усаживая.) Я люблю тебя…

Марина (удерживая слезы). Ну да — ну да… И я люблю тебя… братец… Я узнала, что Ютты нет дома, и зашла к тебе…

Лука. Благодарю.

Марина (нервно). Знаешь, я чувствую себя последнее время забитой, одинокой, слабой… ах… Муж мой почти не разговаривает со мною… мама занята благотворительностью… ксендз Корно нестерпимо раздражителен…

Лука (беспокойно). Ну… ну… это нервы… У моей жены то же самое…

Марина. У твоей жены?

Лука. Да. Ютта несносна эти дни… Она томится, ноет, вздрагивает… Ждет чего-то…

Марина (нервно). Ты по-прежнему любишь ее?

Лука. А… Ну, видишь, это проходит, сестричка… я был влюблен… я был упрям… я добился своего… я мог и остыть… (Смеется.) Говоря откровенно, я не терплю таких женщин…

Марина. О…

Лука (горячо). Не терплю. Эти трагичные женщины — скучны. Они берут жизнь чересчур au sérieux*… (Спокойно.) Однако с Юттой я счастлив. Она умела поставить дом… она тиха… молчалива… Она не лезет ко мне с поцелуями… Она ни о чем меня не спрашивает… Я флиртую… я проигрываю… она не выходит из себя… Нет!.. (Твердо.) В браке Ютта удобна.

Марина (нервно и устало). Знаешь… я хочу помириться с Юттой… да… да…

Лука (изумленно). А?.. Помириться?.. (Горячо.) Ну, конечно, вам нужно помириться…

Марина (устало). Я ненавижу Ютту… я ничего не прощу ей…

Лука. О…

Марина. Я не прощу ей… но теперь… все равно… пусть она бывает у нас… видит Бог, я ее даже не замечу… Ах, как у меня болит сердце!.. Помнишь, раньше я ее ревновала… теперь я не ревную… нет…

Лука (беспечно). A la bonne heure*… (Убежденно.) Твоя ревность была напрасна…

Марина (тише). Мой муж… заходит к вам?

Лука. Никогда. А при встречах даже не кланяется.

Марина. А… (Пауза.) Я редко, очень редко вижу моего мужа… (Пауза.) Ты передай Ютте… пусть все будет по-старому…

Лука. Конечно. Я передам Ютте. Она обрадуется.

Марина (медленно). Мой муж не любит меня, Лука… он не ценит меня… Он не дорожит мною… он пресыщен… я убедилась…

Лука (добродушно). Да он просто стар для тебя…

Марина. Нет… это не то… Не то… Он вовсе не стар… Он просто не любит… (Колеблется. Глухо.) Братец, у меня к тебе просьба…

Лука. Положись на меня…

Марина (запинаясь). Если мама спросит тебя, где я была… сегодня… я была с тобою… все время… понимаешь?

Лука (пристально глядя на нее). А…

Марина (испуганно). Ну?..

Лука (обрадованно). Черт возьми!.. У тебя назначено свидание… Да?.. Я угадал…

Марина (густо краснея). Ты невозможен, Лука… (Путаясь.) Я обещала Верциньскому… сегодня первый раз… (С тоскою.) Это первый раз, клянусь тебе…

Лука (оживленно). Где вы встретитесь?

Марина (деланно). Но… я не знаю…

Лука. Как?.. Где ты его найдешь?.. Ну, вот… сейчас…

Марина. Я поеду к мадам Натто… оттуда… Ах, не выпытывай, братец…

Лука (обиженно). Ты мне не доверяешь?

Марина (силясь улыбнуться). Я верю… только мне невесело… Ничего… я стисну зубы… все можно перенести, если хочешь?..

Лука (убежденно). Все.

Марина (встает, бледнея). Мне пора… я бегу… я не хочу видеть Ютту… А ты ей передай… Ну, да… я ее не ревную.

Лука. Как ты торопишься!..

Целуются. Она почти убегает. Он идет проводить ее.

Явление 8

Лука возвращается. Звонит и ложится на диван. Прибегает горничная.

Горничная. Барин звонили?..

Лука (читая). Принесите сигары… они у меня на ночном столике… (Взглянув на нее с интересом.) А… вы напудрены?

Горничная (опуская глаза). Барин велел купить…

Лука (очень довольный). А… вы уже купили… и крем?..

Горничная (робко). Да, барин…

Лука (серьезно). Но крем это на ночь… исключительно после умывания… и делайте массаж…

Горничная (робко). Да, барин…

Лука (смотря на нее). Вы не умеете подводиться… вы грубо подведены… (Строго.) Принесите ваш карандаш…

Горничная уходит. Сидя, закинув ногу на ногу, посвистывая, Лука читает.

Явление 9

Лука, позже горничная.

Горничная. Сигары для барина… (Ставит коробку.)

Лука (живо). А ваш карандаш?..

Горничная (тихо). Вот он…

Лука. И ватка?..

Горничная (тихо). Вот… кусочек…

Лука (вставая и подходя к ней близко). Стойте смирно… (Вытирает глаза горничной ваткой.)

Она вздрагивает.

Ну… не дрожите. (Строго.) Я не кусаюсь…

Горничная (перепуганная и пунцовая). Барин позволит… я сама… если увидят барина…

Лука. К черту!.. Стойте прямо… (Гримирует ее карандашом, очень любовно.) Удивительно, до чего вы все тупы!..

Явление 10

Лука, горничная, позже Ютта. Ютта так же нервна, выбита из колеи, как и в явлении 1. Она без шляпы, меха. В платье кажется еще более похудевшей.

Лука (просто). А, это ты, Ютта… Извини…

Горничная испуганно отшатывается от барина. Я учил эту идиотку подводить глаза… На!.. (Отдает Горничной карандаш и ватку.) Бегите!..

Горничная исчезает, как ветер.

Явление 11

Те же, кроме горничной.

Ютта (ничего не замечая, ничему не удивляясь). Мне звонили по телефону?

Лука. Нет… как будто, никто не звонил…

Ютта. Не было почты?

Лука. Нет. Ты ждала?

Ютта. И никто меня не спрашивал?

Лука (сердясь). Да нет же, нет… Что с тобою?

Ютта (утомленно). Пустяки… Ночью бессонница… а днем я как помешанная…

Лука насвистывает.

(Как бы про себя.) Я бродила по улицам… где-то села на трам… где-то взяла извозчика… я была и в парке… Как много везде людей! Этот запах зелени, травы… Он меня душит… (Совсем тихо.) О, я устала… я очень устала… чересчур…

Лука (весело). А ко мне приходил кто-то… (Хохочет.) Угадай… пари… сто рублей… двести… Ты не угадаешь…

Ютта (вздрогнув). Кто?..

Лука. Ага… (Хохочет.)

Ютта (бледнея, тише). От Гедройца?

Лука (разочарованно). Почему ты сразу… Ну да, была Маринка…

Ютта (жест страха). Марина?.. (Отрывисто.) Зачем она приходила?

Лука (просто). Она и мама хотят помириться с тобой. Я тоже очень хочу…

Ютта (бледнея и тихо). Помириться?.. Со мною?.. (Еще тише.) А… муж Марины?..

Лука (нетерпеливо). Что муж Марины?..

Ютта (заикаясь). Я хочу знать… это Марина… или это Ян Гедройц… хочет… чтобы я помирилась?

Лука (пожимая плечами). Какой вздор!.. При чем тут Гедройц?.. Только Марина…

Ютта. Обожди, Лука… У меня голова идет кругом… я так потрясена…

Лука (сочувственно). Да… да… конечно… я тоже потрясен.

Ютта (тем же тоном). Марина не ревнует меня больше к мужу?

Лука. Да нет же… нисколько не ревнует.

Ютта (забывая, что говорит с Лукой). Почему?..

Лука. О, Господи… Да потому, что Маринка видит, насколько Ян равнодушен к тебе…

Ютта (ранена). А…

Лука (вставая). Я хочу пойти в кафе Бристоль… У меня там деловое свидание с друзьями… А оттуда к Маринке…

Ютта. Обожди, Лука…

Пауза.

Лука. Ну?..

Ютта. Я хочу… ты понимаешь… Я хочу только узнать. (В тоске.) Лука, где Ян?..

Лука (чистит свой рукав рукавом). Гедройц?.. Его черт носит по городу, без сомнения… Он никогда не сидит дома…

Ютта (бледная). Я умоляю тебя… Если ты его увидишь…

Лука. Ну, конечно, я его увижу…

Ютта. Ты передай ему… я очень беспокоюсь… я совсем больна… (У нее слезы, подавляет их.) Ты попроси его позвонить мне по телефону…

Лука (беспечно). Ба! Я передам… Только он не позвонит… Нет! Он к тебе враждебно настроен. (Вздохнув.) На старости лет он рехнулся…

Ютта (теряясь). Еще одно слово… Ты думаешь, он счастлив с Мариной?

Лука (слепо убежденный). Он любит Марину.

Пауза.

Ютта (слабея). Я еще спрошу тебя…

Лука. Пожалуйста…

Ютта (медленно). Это уже касается не меня…

Лука (сразу заинтересованный). А… (Садится.)

Ютта. Видишь ли… одна дама…

Лука. Хорошенькая?

Ютта. Недурна… Она влюбилась…

Лука. Черт!..

Ютта. И тот… тот, кого она любила… любил ее, в свою очередь…

Лука (разочарованно). А…

Ютта (думало своем). Она была счастлива… безмерно… безумно… потом…

Лука (вставая). Потом он ее бросил?

Ютта. Не совсем… Он перестал встречаться, не отвечал на письма…

Лука. Долго?

Ютта. Около двух месяцев.

Лука (свистнул). Он ее бросил.

Ютта. Как?.. Без объяснений?.. Без предлога?..

Лука. Ба… когда женщина перестает нравиться… какие тут объяснения?..

Ютта. И… ты думаешь… это конец?

Лука. Я убежден.

Ютта (задыхаясь). Почему?.. Почему он разлюбил ее?

Лука (соображает). Видишь, дорогая, мы, мужчины, никогда не знаем, почему нам перестает нравиться женщина… утомила… приелась…

Ютта (задыхаясь). Но он любил ее… По-настоящему любил…

Лука. Тем хуже… он дошел до точки кипения… потом реакция… отвращение…

Ютта (вздрагивая). Отвращение?

Лука (нетерпеливо). Конечно…

Ютта (как бы про себя). С первой встречи она полюбила его… С первой встречи она отдалась ему…

Лука (весело). Дело проиграно… каждая кокотка отдается сразу… подобная женщина не имеет цены…

Ютта. Она ничего не хотела от него…

Лука (который торопится). О, в таком случае она индюшка… Мы, мужчины, любим, чтобы женщина стоила дорого…

Ютта (пересиливая). Словом, ей не на что надеяться?..

Лука (почти убегает). Не на что, дорогая… Я бегу… (Воздушный поцелуй.)

Явление 12

Ютта, потом Ксендз.

Ютта ходит по комнате бессмысленно, как раненое животное. Потом садится, закрывает глаза.

Ютта (тихо, как вздох). О, Боже!..

Из глубины комнат голос Ксендза — странно звонкий: "Я знаю дорогу, дитя мое"… Ютта вздрагивает и прислушивается. Входит ксендз Корно. Лицо мертвенно-бледно, искажено. Он не снял своего весеннего пальто с пелериной. В руках у него шляпа. Его движения, жесты, мимика — истеричны. (Не веря своим глазам).

Это вы, ксендз-декан?..

Ксендз (швыряя шляпу). Это я, сударыня…

Ютта (медленно). Я думала, между нами все кончено…

Ксендз (с угрозою). Я пришел… О, да…

Ютта (слабо и равнодушно). Вы в таком состоянии…

Ксендз (смеется). Мое состояние?.. Ого… Вы еще не доросли до того, чтобы понять мое состояние… Нет!.. (Как бы бросая ей в лицо оскорбление.) Сегодня я получил бумагу от епископа… Я оклеветан, я унижен, я уволен… я переведен викарием… далеко… в глушь… на север… Радуйтесь! Ян Гедройц недаром хлопотал об этом…

Ютта (тихо). Мне очень жаль вас, ксендз-декан.

Ксендз. Молчите… Я долго молчал… Сегодня я говорю… а вы слушайте… Я унижен и смещен. Хорошо. Я подчиняюсь. Я презираю всю эту банду законных преступников… я утешал себя мыслью: я разбил гнусные планы гнусной женщины…

Ютта (вздрагивая). Ксендз-декан…

Ксендз. Вы — падшая женщина, сударыня, а Гедройц — безнравственный человек… Да… я разбил ваши планы… Так я думал и радовался… О, глупец!.. Я вообразил себя сильнее Сатаны… (Хохочет.) И сегодня я пришел в семью Гедройц… (Задохнулся.) Я шел туда прощаться и думал… Я чтил, лелеял одну душу… душу Марины… я оберегал ее от любви, ненависти и пошлости… да… (Передохнув.) Сегодня я думал: теперь я могу сказать слово Марине, слово, которое жжет мне губы. (Тише.) После этого я мог уехать, я мог никогда ее не видеть, я мог умереть… все равно…

Пауза.

Ютта (тихо). Как вы несчастны.

Ксендз (с ненавистью). Молчите… Я прихожу в семью Гедройц… (Бледнеет.) Я застаю там рыдающую старуху Подгаецкую… растерянных слуг… родственников… (Сильно.) Ян Гедройц бросил свою жену. Ян Гедройц уехал… навсегда…

Ютта (глухо вскрикивая, вскакивает). Уехал?.. Как?.. Куда?..

Ксендз (с ненавистью). Он бросил Марину, службу, дом… все… Он бежал, как дезертир, как убийца…

Ютта (вне себя). Уехал!.. Ион не простился со мной!.. Уехал!.. А я?., я?..

Ксендз (хохочет). Жалкая женщина… Он бросил Марину… Слышите?.. Это не вы… Марина… Почему же ему не бросить вас?..

Ютта хочет бежать. Останьтесь… Я еще не все сказал… Останьтесь… (Грубо толкая ее в кресло.) Я пришел к Гедройцам… Марины в доме не было… Я бросился искать ее… Да, я забыл свои годы, свою сутану, свое положение…

Ютта (как в бреду). Ян уехал!.. Ян уехал!.. (Закрывает лицо руками и качается, как от нестерпимой боли.)

Ксендз (истерично). Я нашел Марину. О, да… Мне дорогу пересекал автомобиль. В нем я увидел Марину, которую обнимал и целовал Верциньский. (Вытирая пот.) Да… ваш пример не прошел даром… вы сгубили Марину… мою чистую, невинную Марину… Марину бросил муж. Марина взяла себя любовника.

Ютта (монотонно и все качаясь). Ян уехал… Ян уехал… (Срывается с места).

Ксендз (вне себя). Не смейте… Слушайте меня.

Ютта (в тоске). Ян уехал… Ян уехал…

Явление 13

Те же и горничная.

Горничная. Ксендза-декана просят к телефону…

Ксендз (резко). Кто?

Горничная. Госпожа Подгаецкая… очень нужно…

Ксендз круто поворачивается и уходит. За ним уходит горничная.

Явление 14

Ютта одна. Вечернее солнце золотит комнату. Вдруг доносится колокольный звон. В костеле — "Ангелус"*. Ютта вздрагивает и поднимается. Она идет к окну неуверенно, шатаясь, как пьяная и без крика, без жеста, без слова бросается вниз на мостовую. Теперь сцена пуста. "Ангелус" звонит по-прежнему. На всем солнце.

Явление 15

Ксендз, позже Ян Гедройц. Ксендз входит. Оглядывается. Ютты нет. Он не выражает никакого удивления. Он ходит, слушая "Ангелуса".

Ксендз (бормочет). Я — раба Господня… да будет мне по слову Твоему… Ессе ancilla Domini…*

Явление 16

Ксендз, Гедройц, Горничная. За сценой голос и смех Яна Гедройца.

Гедройц (входя, как буря). Доложите барыне… скорее… скорее…

Горничная убегает.

Ксендз (глядя на Гедройца в оцепенении). Вы?.. А…

Гедройц (властно и небрежно). Что вы здесь делаете, ксендз-декан?..

Ксендз (задыхаясь). Я понял… Я теперь понял…

Гедройц (весело, стягивая перчатку). Что вы поняли, ксендз-декан?

Ксендз (близкий к обмороку). Вы приехали увезти с собою Ютту Лабуньскую…

Гедройц (расхохотавшись). Наконец-то!.. Это не трудно понять… (Гордый, счастливый, почти юный.) Да. Я приехал увезти Ютту… Мою несчастную, измученную Ютту… моего ребенка… Любовь имеет свои законы, ксендз-декан. Я все бросил, все порвал, через все перешагнул, от всего отрекся… (Жест уверенный и широкий.) Я беру ее, которая любит меня так, как я ее люблю, — стремительно и насмерть, — я увожу ее от вас всех… о, далеко!.. и я говорю ей: "Я не верю словам, я верю только действиям. Вот почему — я молчал так долго…" (Задохнувшись.) И она будет счастлива…

Ксендз (вне себя). Я не позволю вам!.. Я не позволю!..

Гедройц (надменно). Вы мне не позволите?.. (Смеясь.) Останьтесь… Тогда останьтесь, ксендз-декан… Я увезу ее на ваших глазах. (Бросаясь в комнаты.) Ютта!.. Ютта!..

Глухой шум за сценой. Звонки. Голоса.

Занавес

1915

ПРИМЕЧАНИЯ

Печатается по экземпляру, хранящемуся в Рукописном отделе Санкт-Петербургской государственной театральной библиотеки (№ 66080, цензурный вариант). Другой вариант хранится там же (имеются незначительные разночтения в именах действующих лиц, отдельных репликах). Два первых действия сохранились в архиве Малого театра в Москве (они совпадают с экземпляром, представленным в цензуру), но там пьеса носит название "Как тонут корабли", что, на наш взгляд, более соответствует авторскому замыслу.

С. 311…портрет папы Пия X… — Папа Пий X скончался в 1914 г., когда, судя по указанной ремарке, и происходит действие пьесы.

Ксендз-декан — в церковно-административной системе старший священник, координирующий деятельность приходов в определенной части епархии — деканате.

С. 315 Комжа — короткий стихарь (белое облачение католического священника, надеваемое поверх сутаны).

С. 316 Chère madame — дорогая мадам (фр.). Подобное обращение допустимо только при близком знакомстве (фр.).

Меран — город и климатический курорт для легочных больных в Тироле (на границе Германии и Австрия).

Une bonne presse — хорошая пресса (фр.)

Синдик — представитель какого-либо учреждения, общины, уполномоченный на ведение дел.

С. 318 Трэн — ход, течение, стиль жизни (от фр. train).

Une petite amante par excellence. — Маленькая любовница преимущественно (фр.).

С. 319 Tête-à-tête — разговор наедине, с глазу на глаз (фр.).

С. 320 Parvenue — выскочка, человек незнатного происхождения, сумевший пробиться в аристократическое общество (фр.).

С. 321 Викарий — помощник католического священника или епископа.

С. 322 Belle-soeur — невестка (фр.).

С. 323 Fiat voluntas tua — да будет твоя воля (лат.).

С. 323 Danse macabre Сен-Санса — "Пляска смерти", инструментальная пьеса в жанре симфонической поэмы французского композитора К. Сен-Санса (1835–1921).

С. 324 Спиесс Анри (Spiess Henry, 1876–1940) — швейцарский поэт, писавший на французском языке.

Si j'étais roi — "Если бы я был королем" (фр.) — ария из одноименной оперы французского композитора А. Адана (1803–1856)…столик-автомобиль — чайный столик на колесиках.

С. 329 Hein? — Как? Что? Каково? (фр.)

…со смертью Льва Тринадцатого папство умерло… — Римский Папа Лев XIII скончался в 1903 году.

С. 330 Бриош — сдобная французская булочка.

Конфекты — старинное и просторечное произнесение слова "конфеты" (от нем. Konfekt).

С. 331 Bataille des fleurs — Битва цветов (фр.) — традиционный карнавал в Ницце, когда с 10 февраля по 7 марта по центральной набережной Променад-дез- Англэ проезжают огромные колесницы. На их украшение уходят тысячи свежих цветов. На колесницах стоят оригинально одетые, улыбающиеся девушки, которые разбрасывают букетики резеды, мимозы, ирисов, гиацинтов.

Tu n'as jamais été dans tes jours les plus rares // Qu'un banal instrument sous mon archet vainqueur — "Даже в лучшие дни ты была не более, чем обычная скрипка, повинующаяся моему властному смычку" (фр.). Строки из стихотворения, входящего в сборник французского поэта Луи Булье (1821–1869) "Festons et Astragales".

…un banal instrument sous mon archet vainqueur — …обычная скрипка, повинующаяся моему властному смычку (фр.).

С. 334 Бильбоке — игра; привязанный к палочке шарик подбрасывается и ловится на ее острие или в чашечку.

С. 336 Cher ami — милый друг (фр.).

…le desserts de toutes ces histores. — Заключение ("десерт") ко всем этим историям (фр.)

С. 338 Emploi — амплуа, роль (фр.).

Неграмотка — здесь: простолюдинка (польск.).

Vertige — в полуобмороке (фр.). Буквально: головокружение.

С. 344 Sol amour… Demerle — марки французских духов.

С. 347 Апаш — хулиган, вор, бродяга (фр.).

"…Я ученик Бернарда Шоу". — Реплика художника Луи из пьесы Б. Шоу "Врач перед дилеммой" (1906), известной в России также под названиями "Врач на распутье" и "Дилемма доктора".

С. 349 Дэвотка — ханжа, святоша (польск.).

С. 351 Empire — ампир (фр.). Стиль позднего классицизма (первая четверть XIX в.).

Жерар Франсуа(1770–1837) — придворный живописец Наполеона I, классицист, писавший картины на мифологические и исторические сюжеты ("Психея и Амур", "Битва при Аустерлице", "Вступление Генриха IV в Париж"), светские портреты ("Мадам Рекамье").

С. 351 Давид Жак Луи (1748–1825) — французский живописец, выдающийся представитель классицизма. Наиболее известны картины — "Клятва Горациев", "Смерть Сократа", "Смерть Марата".

С. 353 Tiens — Вот как! Смотри-ка! О! (фр.).

С. 354 Tant pis — тем хуже (фр.).

С. 355 Au sérieux — всерьез, серьезно (фр.).

С. 356 A la bonne heure — Пора, в самое время, в добрый час (фр.).

С. 361 "Ангелус" — (Ангел небесный), традиционная воскресная католическая молитва, обращенная к Богородице.

Ессе ancilla Domini — Да будет мне по слову твоему (лат.). Слова из "Ангелуса".

Content

Анна Мар
Когда тонут корабли
Драма в четырех действиях

Действие первое

Второе действие

Третье действие

Четвертое действие

ПРИМЕЧАНИЯ