Эксперт Эксперт Журнал

Эксперт № 05 (2014)

Отсутствие государства

Редакционная статья

section class="box-today"

Сюжеты

Евромайдан:

15 млрд за свержение Януковича

Взыскующие града

Украина как яблоко раздора

/section section class="tags"

Теги

Евромайдан

Мир

Украина

Молодые демократии

По национальному признаку

Политика в регионах

Долгосрочные прогнозы

/section

События в Киеве и на Украине в целом — отличный урок для России. В эти дни стало ясно, какой опасности удалось избежать российским властям, предотвратив попытки радикализации протестного движения в мае 2012 года. И если раньше не раз описанные вероятные политические последствия прорыва протестующих через Большой Каменный мост к Кремлю кого-то могли не убеждать, то теперь тех, кто критикует действия полиции, стало заметно меньше. Уж слишком наглядная телекартинка поступает из Украины.

Украинские власти, украинский правящий класс совершили две ошибки, которых удалось избежать России. Во-первых, там явно забыли, что такое государство. Что если вы хотите, чтобы у вас было нормально функционирующее государство, то оно должно безусловно гарантировать монополию на насилие. Никаких других легитимных вариантов использования насилия, тем более публично и в политических целях, просто не может существовать. Если это условие не выполняется, государства нет. Именно поэтому сегодняшние разговоры о высокой вероятности распада Украины или даже начала там гражданской войны имеют под собой почву. Если нет государства, то какие еще могут быть варианты в условиях межрегионального раскола и рвущихся к власти, безбоязненно громящих милицию боевиков?

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Не будучи готовы поддерживать порядок, украинские власти шаг за шагом сдавали государство. Начиналось с малости — с того, что в декабре протестующие отбили робкую атаку «Беркута», пытавшегося выселить захвативших здание киевской городской госадминистрации евромайданщиков, и продолжилось сносом памятника Ленину. Чем завершится, остается лишь гадать.

Во-вторых, украинский правящий класс заигрался в поддержку национал-радикалов. Рассматривая их как важный элемент политического баланса (для сдерживания пророссийских настроений на востоке страны, например), украинские олигархи, а все они поучаствовали в финансировании и продвижении ультраправых, предоставили им слишком много пространства в политической системе страны. И здесь тоже прослеживается определенная параллель с тем, как выстраивалась протестная коалиция «демократов» и «правых» в Москве.

В общем, картина получается неутешительная. Политический кризис показал, что попытка национального строительства независимой Украины если и не провалилась, то близка к полному провалу, как никогда. Собственно, то, что полноценное государство никак не складывается, несмотря на все заигрывания Украины с Западом, стало понятно уже в момент, когда Янукович попытался подменить национальное строительство евроассоциацией. Мол, не получается — и не надо, мы сразу к наднациональному союзу пристроимся. Однако и тут не вышло.

Попытка же вернуться к тому, чего и не было, — к национальному государству — обернулась вполне закономерным кризисом. Кризисом, который вновь со всей остротой поставил вопрос: а есть ли у Украины вообще какие-то перспективы как у независимого государства? Многие российские комментаторы в последние дни уже отметили, что, вообще-то, Украина более всех постсоветских стран претендует на статус несостоявшегося государства (failed state). Достаточно привести несколько фактов. Например, по уровню смертности Украина в мире на втором месте — сразу после ЮАР, а по подушевому ВВП по паритету покупательной способности (7,3 тыс. долларов) находится на уровне Алжира и заметно ниже Албании (8 тыс. долларов). То есть вроде бы и не катастрофа, но для когда-то самой мощной республики бывшего СССР, не считая России, это, конечно, провал. Для страны, которая обладала такими отраслями, как авиа- и ракетостроение, развитые атомная и химическая промышленность (и еще обладает их остатками), которая практически не имеет геополитических рисков и фактически ничего не тратит на оборону, для страны, которой на старте прочили роль «славянской Франции», это, конечно, провал. А от полного провала Украину сегодня отделяют нестройные колонны деморализованного украинского «Беркута».

Доигрались

Национальное строительство на Украине провалилось. Страна на грани гражданской войны

section class="box-today"

Сюжеты

Евромайдан:

15 млрд за свержение Януковича

Взыскующие града

Украина как яблоко раздора

/section section class="tags"

Теги

Евромайдан

Украина

Мир

Политика в регионах

Молодые демократии

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

/section

До недавнего времени украинскую политику в России воспринимали как своего рода шоу. Россияне с улыбкой наблюдали за возней украинских олигархов, которые финансировали одновременно и нацистов, и оранжевую оппозицию, и регионалов; за борьбой старого «олигархата» против «семьи» президента Виктора Януковича. Кого-то умиляла одержимость украинского населения идеей «европейских ценностей», о реальном содержании которых не всякий украинец расскажет. Кто-то с интересом следил за мучительным «становлением украинской нации», выражающемся в столкновении культур и архетипов различных частей страны. А эпизоды побоищ во время заседаний Верховной рады вообще смотрели как бразильский сериал.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Но в середине января стало не до смеха. Инфантильность и непрофессионализм украинских элит, безответственная позиция местных СМИ и отсутствие в стране вменяемого лидера, способного взять на себя ответственность за разрешение ситуации, превратили украинский политический цирк в трагедию. Майдан перешел на новую стадию: из мирного протеста и символа единения всей Украины он превратился в сборище радикалов, которые ведут страну к распаду. И единственной преградой на их пути стали нестройные шеренги «Беркута» (местный ОМОН).

События на улице Грушевского показали, что, постоянно декларируя свой европейский выбор, Украина на деле отказалась от него, отказалась от демократического пути развития. Ведь европейский путь подразумевает смену дискредитировавшей себя власти через избирательные участки, а не через штурм кордонов полиции. Выборы в Москве показали, что даже весьма противоречивый кандидат-популист может получить значительный результат при условии мобилизации его сторонников и низкой явки электората противника. Однако оранжевые отказались от выборов и предпочли действовать на основе таких же «понятий», в которых они обвиняли «бандитский режим Януковича». И в итоге завели страну в безвыходную ситуацию — разрешить нынешний конфликт теперь можно только через насилие.

В осаде

Вот уже больше недели Киев на осадном положении. Все началось 19 января, когда довольно мирный Майдан перешел в фазу гражданских беспорядков. «После завершения митинга часть участников Вече (так украинская оппозиция называет собрания нескольких десятков тысяч человек, на которых эти люди криками принимают решение за все 45-миллионное население страны. — “Эксперт”) отправилась в сторону Европейской площади для физического захвата госучреждений, Верховной рады и Кабинета министров. Чтобы не допустить преступных действий, милиция блокировала проезжую часть по улице Грушевского возле стадиона “Динамо”», — говорится в сухом отчете МВД. Однако нападавшие кордонов не испугались, поскольку были прекрасно подготовлены: на них были средства защиты (в том числе военные), а в ряды милиционеров летели не только палки и выдранные из брусчатки кирпичи, но и заранее заготовленные «коктейли Молотова». В рядах нападавших действовали вышколенные боевики из украинских радикальных националистических организаций, в частности «Правого сектора».

С того дня штурм кордонов «Беркута» и солдат внутренних войск на улице Грушевского происходит регулярно, причем с проявлением крайней жестокости (кадры с горящими милиционерами обошли весь мир). По данным на 23 января, 254 правоохранителя обратились за медицинской помощью, 104 из них были госпитализированы. Милиция отвечает насилием на насилие. «Беркут» регулярно проводит контратаки, а по ночам отлавливает активистов в городе или в больницах (куда они попадают после дневных побоищ) и проводит «воспитательные беседы», зачастую с избиениями.

Милиции активно помогают так называемые титушки. Это молодежь из восточных районов страны, которую власть привезла в Киев и использует в качестве ополчения против Майдана, а также против привезенного оранжевыми аналогичного полубандитского ополчения нацистов и радикалов из западных регионов страны. Эти самые титушки становятся объектами охоты для активистов Майдана, не способных дотянуться до «Беркута». Титушек отлавливают по всему Киеву, собирают в Доме профсоюзов, а затем в лучших традициях пропагандистского видео арабских террористов записывают раскаяния. «Прошу прощения перед украинским народом за то, что продался за триста гривен. Прошу простить за предательство украинского народа. Больше такого не повторится», — говорил на камеру один из них. Опасность ситуации в том, что в киевских беспорядках участвуют не только оранжевые радикалы. Умеренная часть Майдана не отмежевалась от них и даже поддержала. Рассматривающие себя как представителей всей Украины, оранжевые отошли от мирного протеста, взяв курс на государственный переворот. Провозглашено создание новых органов власти, в частности Народной рады, которая заменит «антинародную» Верховную раду и состоит из оппозиционных и внефракционных депутатов нынешнего парламента. На роль председателей Народной рады аплодисментами выбрали украинский триумвират в лице Виталия Кличко, Арсения Яценюка и Олега Тягнибока.

Бурлит не только столица — события в Киеве ведут к радикализации ситуации и на окраинах страны. Запад фактически восстал против государственной власти. Мэр Львова Андрей Садовый заявил, что не будет исполнять законы от 16 января как нарушающие конституцию и здравый смысл. Аналогичное заявление сделал и мэр Ивано-Франковска Виктор Анушкевичус. В некоторых областях даже произошли локальные перевороты. Протестующие заставили главу Львовской областной администрации Олега Сало подписать заявление об отставке. В отставку ушло и правительство Ровненской области.

В свою очередь власти Харькова, Донецка и Одессы не только поддержали Виктора Януковича, но и призвали его «защитить граждан Украины от национализма и политического произвола» и пресечь хаос в Киеве. «Мы требуем принятия жестких и решительных мер к тем, кто бросает Украину в бездну гражданского конфликта, кто пытается осуществить попытку государственного переворота и силового захвата власти», — говорится в заявлении Донецкой администрации.

«Все решения “майданных” неконституционных органов, в том числе и о проведении каких-либо внеочередных выборов, на нашем полуострове не имеют никакой силы и никем выполняться не будут», — говорится в заявлении председателя крымского парламента Владимира Константинова. А Харьковский горсовет пошел дальше и 78 голосами «за» при трех «против» принял резолюцию, в которой говорится, что «радикально настроенные экстремистские формирования, не имея других аргументов, кроме насилия, пытаются изменить ход развития нашего государства способами, не имеющими ничего общего с европейскими стандартами и демократическими ценностями». И заявил о своей готовности «мобилизовать сторонников законно избранной власти для поддержки президента Украины и проводимого им курса реформ».

Бензином на угли

Обе стороны пытаются переложить вину за радикализацию событий в Киеве на внешние силы. Представители власти обвиняют европейские страны в финансировании Майдана, а оппозиция утверждает, что за разгоном демонстраций стоит Кремль. О позиции Москвы ниже. Что же касается Запада, то традиционно для таких конфликтов занятая западными политиками позиция во всем обвинять власть (а в случае с Украиной еще и угрозы поинтересоваться активами местных олигархов) никак не способствует поиску компромиссных решений и лишь разогревает радикалов, которые ощущают поддержку Запада и упиваются безнаказанностью.

Между тем многое указывает на то, что для ЕС события на улице Грушевского стали шоком. На момент сдачи номера в печать ни один крупный европейский лидер даже не выступил с жесткой критикой Януковича. Скорее можно говорить о внешнеполитической инерции Запада, которую умело подпитывает и использует сложившийся за последние годы «революционный интернационал» — целая сеть фондов, инструкторов, лагерей, курсов по подготовке политических активистов и боевиков для подобных событий. И как часто бывает, если оружие есть, то оно рано или поздно используется. Причем в итоге это может ударить по интересам самих западных держав, и некоторые наиболее хорошо знакомые с украинскими реалиями политики уже предупреждают: хаос на Украине аукнется Европе. «Нам на самом деле грозит большая трагедия... Мы можем оказаться в такой спирали событий, которую уже не удастся остановить», — заявил бывший президент Польши Александр Квасьневский.

Среди этих событий он называет волну миграции и экономические проблемы.

Москва же ведет себя максимально осторожно, и на любые заявления украинских политиков о «российском сценарии» чиновники в Кремле молча крутят пальцем у виска. России крайне невыгоден территориальный распад Украины (к чему, в общем-то, нынешний кризис и ведет). Он нам ничего не даст, даже если распад произойдет сравнительно мирно, что крайне маловероятно (напротив, весьма вероятен югославский вариант, поскольку межрегиональный раскол выглядит очень похожим на то, что было в Югославии до начала череды войн). Вопреки чаяниям значительной части патриотически настроенной публики Москва не сможет присоединить украинский русскоязычный юго-восток — помешают отсутствие ресурсов на интеграцию, сильные и независимые местные элиты, а также нежелание портить отношения с Западом. В свою очередь, в лице Западной Украины мы получим нищее враждебное государство, по территории которого наш газ идет в Европу. Основную долю вины за события на улице Грушевского несут сами украинцы. Прежде всего власть, оппозиция и СМИ.

Фото: РИА Новости

У политики Виктора Януковича и до нынешних событий было много критиков. Президент за время своего правления не только не сдержал львиную долю обещаний своим русскоязычным избирателям, но и ничуть не продвинулся в решении проблем Украины. Экономика продолжает деградировать, уровень коррупции остается крайне высоким. Более того, президент сам в ней поучаствовал — его так называемая семья во главе с сыном Александром стала брать под свой контроль ряд активов в стране. Президент пытался подменить реформы и меры по созданию украинской нации «наднациональной идеей» в виде евроинтеграции. Украинцам объясняли (и в этом участвовали почти все украинские СМИ, в первую очередь государственные), что, стоит только подписать соглашение, и все проблемы решатся сами собой, Украина войдет в Европу. Однако когда выяснилось, что денег Европа не даст, а Украине достанутся лишь издержки выполнения условий соглашения об ассоциации, Янукович попытался развернуться в сторону России. И Россия помогла! Но, похоже, процесс самоодурачения зашел слишком далеко, массы снова заполнили Майдан.

В ответ Виктор Янукович решил закрутить гайки. Причем сделал это в самое неудачное время, когда Майдан постепенно рассасывался, а между его фракциями начинался конфликт по вопросу о выдвижении единого кандидата на выборы 2015 года.

Черный четверг

16 января 203 регионала и 32 коммуниста приняли целый ряд противоречивых законов. Причем сделали это с нарушением ряда процедурных вопросов — голосование проходило без обсуждения законопроектов, через простое поднятие рук, и сразу после этого председатели фракций заявляли, что «все проголосовали “за”». Среди этих законопроектов были документы весьма и полезные, и спорные, но в целом не выходящие за рамки норм большинства стран. Так, Верховная рада запретила продавать сим-карты без предъявления паспортных данных абонента, обеспечила до пяти лет тюрьмы тем, кто совершает акты вандализма в отношении памятников героям Великой Отечественной войны, демонстрирует нацистские символы, отрицает преступления фашистов и их сторонников. Штрафом или административным арестом наказывается участие в массовых акциях «в маске, шлеме или с использованием других средств или способов маскировки», в форменной одежде или в одежде, напоминающей форму военнослужащих. За блокаду зданий или сооружений, обеспечивающих деятельность органов государственной власти, будут давать до пяти лет тюрьмы. За незаконный сбор, хранение или распространение конфиденциальной информации о судье, его близких родственниках или членах семьи, а также за оскорбление или оказание давления на судью — до двух лет, за аналогичные действия в адрес сотрудника правоохранительных органов — до шести месяцев. И так далее.

Впрочем, принятие этого пакета законов вряд ли могло стать причиной начала погромов — скорее поводом. Протестное движение начало ощутимо выдыхаться, а для политических боевиков спокойное течение жизни — это не только скука, но и падение заработков. Трудно судить, в какой мере Янукович рассчитывал спровоцировать радикалов этим пакетом законов. В обсуждениях произошедшего фигурирует версия, что радикальная реакция на законы была нужна для раскола Майдана, чтобы отпугнуть от него умеренных. Однако этого не произошло. И дело не только в том, что Виктора Януковича многие из киевлян ненавидят сильнее, чем радикалов и бандеровцев. Просто в среде умеренной украинской оппозиции не нашлось лидера, который мыслит стратегически и умеет управлять толпой.

Еще на «мирной» стадии Майдана многие политологи говорили, что оранжевый триумвират в лице Кличко, Яценюка и Тягнибока скорее не лидеры, а рупор протеста. «Не оппозиционный триумвират сегодня ведет Майдан за собой, а, наоборот, Майдан заставляет их формировать ту или иную позицию», — говорил «Эксперту» в середине декабря украинский политолог Евгений Магда. Два наиболее популярных члена триумвирата, Виталий Кличко и Арсений Яценюк, пытались максимально соответствовать образу лидера. Между тем для них Майдан был лишь элементом предвыборной кампании, они не планировали вести толпу на штурм власти и не рассчитывали, что им придется удерживать людей от подобного штурма. Поэтому когда после Народного вече на Майдане часть протестующих пошла в атаку на «Беркут», Яценюк и Кличко с треском провалили тест на лидерство.

Арсений Яценюк тщетно призывал демонстрантов вернуться к мирным формам протеста и прекратить штурмовать кордоны милиции. «Вы понимаете, зачем там состоялась бойня? Чтобы легализовать “Беркут” на Майдане. Власть выйдет и скажет: видите, они пошли на силовой сценарий. И пойдет зачищать Майдан. Те, кто провоцирует насилие, не с нами, мы никогда не допустим войны в Украине, силового сценария», — пытался вразумить толпу лидер «Батькивщины». Радикалы к нему не прислушались. Хотя бы потому, что выступал Яценюк на Майдане. К самой толпе, штурмующей кордоны милиции на улице Грушевского, Яценюк подходить не рискнул. Бывший чемпион мира по боксу Виталий Кличко оказался более смелым, однако поход в народ лидера партии УДАР не удался: люди его не слушали и даже выпустили ему в лицо струю из автомобильного огнетушителя.

«Лидеры оппозиции потеряли контроль над Майданом. К сожалению, ситуация выходит из-под контроля, и ответственность за все происходящее на улицах Киева и за последствия лежит исключительно на лидерах оппозиции, которые оказались несостоятельными во всех своих заверениях и действиях», — говорит влиятельный представитель Партии регионов Нестор Шуфрич. И теперь не вполне понятно, с кем вообще договариваться о прекращении беспорядков, потому что нет явных лидеров, которые могли бы быть признаны не только боевиками, но и Майданом, и оппозицией в целом.

Впрочем, виновата не только оппозиция. Значительная часть вины за возникновение и эскалацию конфликта лежит на украинских СМИ. И дело даже не в том, что они фактически забыли о правилах и задачах журналистики и выбрали сторону конфликта, а в том, что пресса дезинформировала население. Да, режим Януковича придумал пустую, но внешне красивую наднациональную идею евроинтеграции, но украинские СМИ сделали все возможное для распространения этой идеи в массы. Именно журналисты ответственны за то, что украинское общество оказалось одержимым идеей евроинтеграции — настолько одержимым, что после отказа не получившего обещанную финансовую компенсацию Януковича подписывать грабительское соглашение с ЕС люди вышли на улицы.

Самое неприятное, что делала это пресса не за взятки и гранты от Европы (ну, говоря точнее, не вся пресса), — неся евроценности в массы, многие представители СМИ тоже заразились этой идеей, поверили, что западный выбор решит проблемы, которые Украина может и должна решить только своими силами. И даже сейчас, когда мирный протест перешел в фазу погромов и хаоса, центральные украинские СМИ встали на сторону погромщиков. И речь идет не просто о защите или оправдании — журналисты показывают ситуацию только в черно-белой гамме. Сотрудники «Беркута» изображаются жестокими зверями, Янукович — врагом страны, погромщики — защитниками народа, а погибшие на баррикадах несостоявшиеся убийцы — национальными героями. Кадры с избиением сотрудников МВД выходят на сайты и на экран с весьма едкими комментариями, поэтому неудивительно, что у «Беркута» отношение к журналистам тоже соответствующее, и милиция с ними не церемонится. Прессу считают агитатором радикалов, поэтому, по некоторым данным, за первую половину прошлой недели на улицах Киева от резиновых пуль и дубинок «Беркута» пострадало более 40 журналистов (причем не только украинских).

Надо гасить Майдан

Развитие ситуации на Майдане сегодня не устраивает ни одну из адекватных сторон конфликта — ни олигархов, ни системную оппозицию, ни власть, ни заинтересованных внешних акторов. Однако трагедия в том, что выхода пока не видно — все зашло слишком далеко. В оппозиции считают, что приемлемым выходом станет сдача власти. «Первое политическое решение, которое может быть и должно быть принято в нынешней ситуации, — отведение силовиков с улиц Киева и отказ от попытки зачистить Майдан, — уверен Евгений Магда. — Второе — отставка правительства, поскольку комментарии его членов по поводу происходящего свидетельствуют, что его уже давно нет в стране и оно явно не представляет интересы всех граждан Украины».

Аналогичного мнения придерживается и ряд европейских политиков. «Давайте посмотрим фактам в глаза. Янукович руководил страной с большинством в парламенте и с поддержкой большинства общества. Это изменилось. Каждый здравомыслящий президент в этой ситуации распустил бы парламент и объявил новые выборы», — говорит председатель Европарламента Мартин Шульц.

Однако все не так просто. Во-первых, вывод войск с улиц Киева и с Майдана будет преступлением действующей власти. Президент давал клятву защищать народ Украины, и колонны «Беркута» — единственное, что сдерживает погромщиков от продолжения вандализма. Во-вторых, для Януковича ничего особо не изменилось. Большинства в парламенте он не потерял, а что касается поддержки большинства общества, то, даже судя по прогнозам «оранжевых» социологических центров, президент свободно пройдет во второй тур и даст бой представителям оппозиции. Конечно, рейтинг президента серьезно пострадал от Майдана, однако это не повод разгонять правительство или самому подавать в отставку (по крайней мере, такого мнения придерживались Джордж Буш, Николя Саркози, Франсуа Олланд и львиная доля лидеров демократических стран). К тому же невозможно представить себе, что кто-то из лидеров уличных погромов станет лучшим президентом, чем Янукович.

Переговоры с нынешним Майданом вести тоже нельзя. Любые переговоры с «триумвиратом» бесполезны и бессмысленны. Эти люди уже доказали, что не только не представляют Майдан, но и не способны принимать жесткие лидерские решения, отвечать за свои поступки. Любые компромиссы с ними будут фактически односторонними уступками со стороны власти группе невнятных политиканов. Хуже того, переговоры наверняка спровоцируют беспорядки в будущем. Первый Майдан времен оранжевой революции уже создал прецедент: недоволен итогами выборов — выйди на улицы, громко покричи, и власть пойдет на проведение незаконного третьего тура. В случае компромисса сегодня прецедент нынешнего Майдана будет куда опаснее для государства: недоволен политикой власти — устрой беспорядки, подожги пару милиционеров, покалечь представителей власти, захвати правительственные здания, и тогда власть пойдет на уступки, а тебе ничего не будет. (Очевидно, что элементом любого компромисса станет амнистия погромщиков.) Любое государство держится прежде всего на монополии силы, а применение насилия в отношении представителей власти всегда должно находиться за рамками дозволенного.

Президент может послушать представителей «Беркута» и отдать приказ разогнать погромщиков, а потом уже демонстрировать великодушие и амнистировать посаженных в тюрьмы активистов. Это, конечно, продемонстрирует силу власти, однако может вызвать окончательное отделение Западной Украины, которая расценит разгон как изменение статус-кво в отношениях между востоком и западом страны. По данным социологических опросов, до 3% населения Западной Украины готовы записываться в добровольческие военизированные формирования (в среднем по Украине эта цифра составляет 0,9%).

С другой стороны, установление новых правил игры — без уличного политического экстремизма — резко понизит котировки запада страны, а значит, сделает влиятельнее восток, с его более пророссийскими настроениями. Вся конструкция политического балансирования независимой Украины рухнет.

Трагизм ситуации в том, что украинская элита не способна найти адекватный выход из ситуации. Национальная политическая культура предполагает избегание ответственности за принятие сложных решений. Внутриэлитный баланс этому тоже препятствует. По сути, на сегодняшний день шанс на спасение у Украины лишь один — единое российско-европейское «стоп!» всем противоборствующим сторонам. Радикализация протеста и дальнейший распад этой территории несет угрозу и Москве, и Брюсселю, поэтому Россия и Европа могли бы объединить усилия для стабилизации ситуации и перевести ее в мирное русло. Правда, пока из-за инерционно-близорукой политики ЕС такой тактический союз маловероятен.

Болезненные реформы неизбежны

section class="box-today"

Сюжеты

Евромайдан:

15 млрд за свержение Януковича

Взыскующие града

Украина как яблоко раздора

/section section class="tags"

Теги

Евромайдан

Мир

Украина

Политика на улице

Молодые демократии

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

/section

Финансы Украины до недавнего времени вовсе не выглядели такими уж фундаментально плохими. Госдолг все еще невелик. По оценке МВФ, на начало 2014 года он составлял (без учета российского кредита) менее 43% ВВП. Правда, с начала 2008 года он вырос по отношению к ВВП почти вчетверо, да и текущий счет платежного баланса Украины хронически сильно дефицитен — 6–8% ВВП в 2011–2013 годах. Однако для страны со средними доходами, каковой по мировым меркам является Украина (7,3 тыс. долларов на душу населения по ППС в 2012 году, по версии Всемирного банка; среднемировым тогда, по тем же данным, был доход в 7,2 тыс. долларов), дефицит текущего счета типичен.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Проблема в том, что этот дефицит не покрывается притоком капитала. В результате беспорядков в Киеве приток, очевидно, может сойти на нет. К тому же Национальный банк Украины выплачивает долг МВФ, образовавшийся во время валютного кризиса 2008 года. Потребность во внешнем финансировании на период до выборов 2015 года оценивалась в 18 млрд долларов.

Стоит напомнить, что в 2005–2008 годах дефицит текущего счета покрывался приходом в страну иностранных банков и притоком банковских займов. Сменявшие друг друга популистские «оранжевые» и «синие» правительства никак не регулировали его. Более того, пришедшие к власти «оранжисты» рекламировали этот приток как свое достижение, не осознавая или не показывая вида, что тем самым прокладывают дорогу к финансовой катастрофе осени 2008-го.

Лучшим регулятором притока капитала мог бы стать отказ от поддержки фиксированного курса гривны. Однако даже после случившейся девальвации момент для перехода к гибкому валютному курсу был упущен — как и для других структурных реформ, которые помогли бы оздоровить бюджет. Теоретически власти могли воспользоваться нынешним кризисом для ведения плавающего курса гривны, но в преддверии президентских выборов в апреле 2015 года это считается маловероятным.

Проблема платежеспособности Украины обострилась после того, как ожидания 15 млрд долларов кредита стэнд-бай от МВФ натолкнулись на довольно жесткие условия о сокращении и в перспективе отмене субсидирования цен на газ и, соответственно, тарифов ЖКХ и других бюджетных субсидий. Это и подтолкнуло правительство Януковича к политике «ласкового теленка», вознамерившегося сосать двух маток разом: «свободу, равенство и братство» по одну сторону границы и «православие, самодержавие, народность» — по другую.

До получения российского кредита выплаты долга МВФ были профинансированы размещением еврооблигаций правительства. С начала 2010 года внешний госдолг страны вырос примерно на 10 млрд долларов (более 50%), из которых семь с лишним пошли на погашение кредита МВФ. На конец прошлого года общая сумма украинских еврооблигаций в обращении составляла 16,3 млрд долларов. Большая их часть принадлежала американским инвестфондам Franklin Templeton (около 40%) и Fidelity Investments и шотландскому Aberdeen Asset Management.

При этом резервы Нацбанка покрывали примерно 2,5-месячный импорт, что совсем недалеко от двухмесячного лимита, опускание ниже которого по опыту резко обостряет риски кризиса внешней ликвидности и возникновения валютной паники. Российский кредит Украине отодвинул возможность реализации этих рисков в 2014 году.

Уже полученных 3 млрд долларов и ожидаемых 12 млрд до конца года будет более чем достаточно для рефинансирования выплат по суверенному внешнему долгу, хотя государству все еще будут требоваться заимствования из других источников для финансирования растущего бюджетного дефицита размером до 7% ВВП. Более низкие цены на газ могут дать 2% ВВП для счета текущих операций и сократят счет за импорт. Российские деньги и субсидия к ценам позволяют стране еще какое-то время иметь непосильный бюджетный и внешний дефицит, что сформирует пиковый уровень выплат долга в 2016 году, то есть уже после президентских выборов.

На Украине популярна версия, что дефицит платежного баланса обязан своим происхождением дорогому российскому газу, в частности «кабальным соглашениям», подписанным Юлией Тимошенко в 2009 году. Однако это неправда. Несмотря на снижение сырьевых цен (в том числе экспортных цен Украины) после 2011 года, они остаются на достаточно высоком уровне, и условия торговли Украины (соотношения экспортных и импортных цен) не ухудшились. По отношению к 2003 году (это последний год перед оранжевой революцией, когда торговля оставалась еще сбалансированной) экспортные цены выросли в 2,5–2,6 раза, а цены импорта — в 2–2,1 раза.

Причина дисбаланса — стремительный рост физических объемов импорта: в период кредитного бума 2005–2008 годов они удвоились и благодаря завышенному курсу гривны почти вернулись к этому уровню после кризиса. В то же время физические объемы экспорта снижаются и в этом году вернутся к уровню десятилетней давности. Причина та же, что и у снижения уровня выпуска в обрабатывающих производствах России: изделия бывшей советской промышленности, выстроенной в соответствии с технологиями и идеологией середины прошлого века, в современном мире никому не нужны в таких объемах. В экономике Украины надо срочно многое менять, и одни только российские деньги и/или субсидии ничему не помогут, а только загонят проблемы вглубь.

Об эпохе Аббадо

section class="box-today"

Сюжеты

Театр:

На вольных хлебах

Кто боится Аллы Демидовой

/section section class="tags"

Теги

Театр

/section

Его невыносимо жаль. И потому, что это был великий дирижёр, за которым не счесть ярчайших достижений и в оперной, и в симфонической музыке, — и потому, что он, восьмидесятилетний, давно достигший всех вершин, возможных в карьере музыканта, искалеченный в борьбе с наступившей было смертью, продолжал зримо идти вверх.

Карьера его почти неправдоподобна. Он возглавлял и славнейшие оперные театры («Ла Скала» — восемнадцать лет, Венскую оперу — пять), и славнейшие оркестры: Венский, Лондонский и Берлинский филармонические. Его дискография необъятна. Он удостоен высших орденов четырёх стран и тучи музыкальных премий. Недавно журнал BBC Music Magazine, опросив сто ведущих дирижёров современности, составил двадцатку лучших дирижёров всех времён, и Аббадо оказался в ней выше всех тогда здравствовавших — третьим. Сравнимый набор чинов и званий был разве что у Караяна, но в остальном эти соседи по двадцатке (Караян там — четвёртый) весьма несходны. Австриец — активно властвовал, в изрядной мере определяя ход дел не только в музыкальной жизни, но и на музыкальном рынке. Аббадо ничем подобным не занимался. Он не пестовал своей славы, не добивался высоких постов, не выстраивал клана, не стремился к монополии. У легенды, которой он стал при жизни, нет суетной подкладки.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Аббадо двенадцать лет занимал высочайший пост в мире классической музыки: его избрали своим главным дирижёром члены Берлинского филармонического оркестра после смерти Караяна. В некрологах верно пишут — да и при жизни писали, — что Аббадо обновил БФО, введя в его репертуар опусы современников. Но не пишут — надеюсь, полагая автоматически подразумевающимся, — что великий оркестр при Аббадо существенно продвинулся и в своём основном занятии, исполнении классики. Маэстро и сам считал это естественным делом. Представляя выпуск второй за недолгое время записи всех бетховенских симфоний с БФО, он писал примерно так: общая трактовка осталась той же, но «было бы удивительно», если бы усердная работа всех нас не привела к улучшению результата. С тем, что идёт улучшение, соглашались не все: критики всё чаще находили его работы пресными, зализанными и предсказуемыми. Нападки критиков для Аббадо не были новостью: газетная травля и интриги сопровождали его всю жизнь; из-за них он ушёл и из «Ла Скала», и из Венской оперы. Но из БФО его вытеснили скорее не они. У маэстро развивался рак желудка; предстояло лечение с неопределённым исходом — и Аббадо оставил берлинский пост. Как оказалось, чтобы пойти ещё выше.

Вернувшись после тяжелейшей операции на подиум, маэстро предстал тем же — и совершенно другим. Его трактовки известнейших вещей будто раздвинулись и высветлились: «вдруг стало видимо далеко во все концы света». Его преемник по БФО, Рэттл, назвал выступления Аббадо последних лет трансцедентными — наверно, можно и так. А ещё Рэттл рассказывает, что Аббадо полушутя говорил ему: «Саймон, моя болезнь была ужасной, но её следствие не так уж плохо. Я чувствую, что больше слышу изнутри, как будто потеря живота дала мне внутренний слух». Записи, сделанные им за последние десять с небольшим лет, прямо гениальны — кажется, чуть не подряд. Но и среди них особо выделяются его работы со своим последним детищем, сборным Люцернским фестивальным оркестром.

Маэстро лично отбирал туда музыкантов; бо́льшая их часть — люди с состоявшейся сольной карьерой, ведущие оркестранты серьёзных коллективов. Оркестр съезжался по нескольку раз в год: для фестиваля в Люцерне — и для двух-трёх кратких гастролей в разных городах мира. Посчастливилось их слышать и Москве: осенью 2012 года они показали нам феноменальных Моцарта и Брукнера. К счастью, все их программы вышли на CD и DVD, и я убеждён: эти записи навсегда задали новый уровень симфонического исполнительства — и новый подход к нему. Нынешние оркестры технически гораздо сильнее прежних: берлинских филармоников, которыми дирижировал Никиш, не взяли бы в сегодняшний БФО. Но Аббадо со своими оркестрантами сделали шаг ещё дальше. Они показали, что не только в камерных ансамблях, но и в большом оркестре возможно совместное музицирование — с поразительными результатами. Прозрачный и очень личностный звук, небывало свободная нюансировка — такого прежде не слыхали.

Конечно, Аббадо оставался полновластным хозяином исполнения: дирижёр на подиуме, как хирург в операционной, не может не быть самодержцем. Но посмотрите записи. Да, каждому его жесту, каждому взгляду оркестр безоговорочно подчиняется, но он не диктует, а общается — он открыт оркестрантам всем своим существом. Для полноты впечатления сравните с какой-нибудь записью Караяна, обожавшего дирижировать с закрытыми глазами. Я не к тому, что das Wunder Karajan плох (вовсе не плох), а к тому, что это иной уровень исполнительства, который для успеха требует от дирижёра совсем уже надзвёздной одарённости и абсолютной открытости. У Аббадо они были.

Что будет теперь с Люцернским оркестром, я не знаю. Думаю, в этом году он ещё соберётся в память о маэстро, но не очень видно, как он мог бы длиться. Возьмётся ли кто-нибудь за эту сложнейшую работу? Примут ли его музыканты? Справится ли он? В случаях внезапных болезней Аббадо его раз-другой заменяли Хайтинк и Булёз, дирижёры с огромным авторитетом (тоже из «двадцатки»). Но у обоих свои нагрузки, да и потом, одному из них 84, другому 87 лет. На грустные мысли наводит и судьба «младшего брата» люцернской гвардии, болонского Оркестра Моцарта, также собранного Аббадо: за несколько дней до смерти маэстро объявлено, что из-за нехватки денег у правительства Италии деятельность оркестра «временно приостанавливается». Но даже если оркестры, собранные Аббадо, и не переживут своего создателя, они уже состоялись и их не забудут. Эпоха симфонического исполнительства, которую нужно будет назвать эпохой Аббадо, только началась. Не сейчас, так через десять лет — не через десять, так через сто — она, возможно, и продолжится.

А сам Аббадо уже занял своё бесспорное место — не в результатах рейтингового голосования, а в истории. Где-то среди больших легенд, рядом с ненавидевшими друг друга Фуртвенглером и Тосканини.

Никаких компромиссов

Только жесткая позиция Минэнерго и «Газпрома» в спорах с Европой по поводу законности строительства газопровода «Южный поток» сможет обеспечить его эффективное использование

section class="box-today"

Сюжеты

Экспансия "Газпрома":

Газпром раскошелился за безопасный транзит через Украину

«Газпром» расширяет деятельность в Калининградской области

/section section class="tags"

Теги

Экспансия "Газпрома"

Газпром

Газовая отрасль

Бизнес и власть

Тянем трубу

Россия и Европа

/section

Вокруг строительства газопровода «Южный поток» разгорается международный конфликт. Еврокомиссия, до последнего времени весьма холодно относившаяся к этому проекту, неожиданно начала с ним открыто бороться. Еще в декабре комиссар по энергетике ЕС Гюнтер Эттингер направил письмо главе Минэнерго Александру Новаку с требованием пересмотреть все межправительственные соглашения, заключенные со странами, через которые пройдут «Южный поток» и его отводы. Это Болгария, Венгрия, Словения, Хорватия и не входящая в ЕС Сербия.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Как заявила представитель Еврокомиссии Марлене Хольцнер , соглашения не соответствуют европейскому законодательству, противоречат Третьему энергопакету ЕС. Этот свод правил, в частности, предусматривает необходимость выполнения трех основных условий. Во-первых, недискриминационный доступ к трубе, то есть возможность прокачивать газ должны иметь все желающие. Во-вторых, функции поставщика топлива и оператора газопровода должны быть разделены. Причем это не могут быть компании, хоть как-то аффилированные друг с другом. И наконец, в-третьих, тарифы на транспортировку газа независимый оператор должен устанавливать на уровне экономической эффективности и только по согласованию с регулятором. Иными словами, все должно быть устроено так, чтобы активно развивалась конкуренция, а ни о какой монополии не могло быть и речи.

В случае с «Южным потоком» ни одно из этих требований не соблюдается. Морским участком газопровода будет владеть и управлять компания South Stream, в которой 50% акций принадлежит «Газпрому», 20% — Eni и еще по 15% — Wintershall и EDF. Что же касается сухопутных участков трубы, то они будут контролироваться все тем же «Газпромом» и уполномоченными национальными компаниями стран — участниц проекта на паритетных началах. Причем в Сербии «Газпром» даже получит 51% в местной компании, а «Сербиягаз» — только 49%. Но все это легко объяснимо. «Газпром» инвестирует в строительство «Южного потока» гигантские средства, в общей сложности более 22,5 млрд долларов, и должен быть уверен, что вложения окупятся. А для этого концерну необходимо полностью контролировать всю цепочку издержек, включая тариф на транспортировку, и не зависеть от прихоти регуляторов, которые так или иначе отстаивают национальные интересы своих стран и стремятся снизить цену на российский газ любым способом. Более того, всем известно, что на момент заключения межправительственных соглашений документы полностью соответствовали всем нормам ЕС. А закон, как известно, обратной силы не имеет. Во всяком случае базовый принцип международного права гласит, что при введении новых законодательных актов ухудшение стартовых условий уже действующих соглашений не допускается. Наконец, сами межправительственные соглашения, подписанные Россией со странами — участницами «Южного потока», должны иметь приоритет над законодательством ЕС. Все эти аргументы на прошлой неделе Александр Новак привел Гюнтеру Эттингеру на переговорах в Москве. Но убедить его не смог. Стороны лишь договорились создать рабочую группу и заново обсудить технические и правовые вопросы проекта.

Позиция ЕС пока остается неизменной. Глава энергетического департамента Еврокомиссии Клаус-Дитер Борхард прямо заявил, что если соглашения не будут пересмотрены, то они должны быть расторгнуты. Если же европейские страны не сделают этого, то ЕС найдет способ обязать их разорвать контракты, в том числе через суд.

Впрочем, реальных рычагов, чтобы запретить строительство «Южного потока», у ЕС нет. И в Москве это отлично понимают. Премьер-министр Дмитрий Медведев предельно ясно дал понять: «Юридическая позиция России сильна, Европа получит газ, не сомневайтесь». А глава «Газпрома» Алексей Миллер уверенно пообещал, что «проект должен быть сдан в срок и будет работать». Вопрос лишь в том, на каких условиях это произойдет и принесет ли это выгоду «Газпрому».

Немецкий прецедент

То, что Европа не сможет помешать прокладке «Южного потока», признают даже в самой Еврокомиссии. Но вот сильно ограничить использование этого газопровода, сделав его работу низкорентабельной, европейские бюрократы очень даже могут.

Именно так произошло с другим нашим газопроводом, «Северным потоком», а точнее, с двумя его ответвлениями — OPAL и NEL. Первый из них проходит от Грайфсвальда (конечная точка «Северного потока») до границы с Чехией, а второй из того же Грайфсвальда идет до Нижней Саксонии, соединяя таким образом трансбалтийскую магистраль с газораспределительными сетями Германии. Оба эти ответвления частично принадлежат компании Wingas — одному из крупнейших поставщиков газа в Германии, который контролируется «Газпромом».

Еще на стадии проектирования этих газопроводов Wingas и E.ON Ruhrgas обратились к регулятору с просьбой об их исключении из антимонопольных правил, принятых в ЕС. Но ничего не добились. В результате OPAL, рассчитанный на 35 млрд кубометров газа в год, загружен лишь наполовину, а оставшиеся 50% мощности Еврокомиссия потребовала зарезервировать для других поставщиков газа. И хотя всем понятно, что взяться им просто неоткуда, требование до последнего времени неукоснительно выполнялось. Больше всего от этого страдает «Газпром», который вынужден оплачивать акционерам «Северного потока» (а самой газовой монополии там принадлежит только 51% акций) полную транзитную мощность газопровода на условиях «качай или плати». А это около 500 млн долларов в год. И еще примерно столько же составляют косвенные потери нашего газового гиганта, который, несмотря на полупустую трубу, вынужден пользоваться услугами Украины, прокачивая через эту страну дополнительные объемы газа и, соответственно, оплачивая его транзит.

Александр Новак уже обращался в Еврокомиссию с просьбой вывести OPAL из-под действия Третьего энергопакета, но получил отказ. Правда, кое-какие послабления европейские бюрократы этому газопроводу все же предоставляли. Так, прошлой зимой в сильные холода чиновники разрешили на время увеличить прокачку газа, в результате чего в отдельные дни «Газпром» использовал до 80% мощностей OPAL.

Но в любом случае это было временное решение, а требуется постоянное. И такое решение будет найдено в конце февраля — это предельный срок, к которому Еврокомиссия должна дать ответ нашему Минэнерго. «Что касается OPAL, то будет договоренность об использовании 100 процентов мощности в обмен на выделение какого-то количества газа для реализации на открытом рынке», — заявил посол России в ЕС Владимир Чижов . Вопрос лишь в объеме. Речь идет минимум о 10, а максимум о 50% газа. «В любом случае это будет прецедент, — говорит аналитик “Сбербанк CIB” Валерий Нестеров , — “Газпрому” придется идти на компромиссы, и он, конечно, постарается максимально загрузить трубопроводы, так как в нынешних условиях транзит через Украину обходится дешевле». Судя по всему, схожая судьба ждет и NEL. Решено, что этот газопровод будет работать 20 лет по общим правилам, которые не запрещают «Газпрому» контрактовать мощности в ходе открытого аукциона. Кроме того, через NEL пойдут объемы газа и других владельцев «Северного потока», законтрактовавших часть сырья, поступающего по дну Балтийского моря.

Труба для себя

Вроде бы логично предположить, что примерно так же будет развиваться ситуация и с «Южным потоком». Тем более что Гюнтер Эттингер уже смягчил риторику, заявив, что «этот газопровод является важной частью европейской энергетической системы, и Еврокомиссия не выступает против него, а просто хочет быть уверена в соблюдении законов». Такие примирительные высказывания объясняются трезвым расчетом. После краха конкурирующего с «Южным потоком» проекта Nabucco, по которому предполагалось поставлять газ из Туркмении и Азербайджана в Австрию и Германию, у Европы просто нет серьезной альтернативы нашему новому газопроводу. Но дать возможность использовать его на полную мощность (63 млрд кубометров) только в интересах «Газпрома» ЕС не желает. И понятно почему.

В Азии пять стран хотят прорваться на европейский рынок газа. «Как только будет введена вторая очередь месторождения Шах-Дениз, у Азербайджана появится возможность поставлять в Европу не менее десяти миллиардов кубометров в год, — говорит партнер RusEnergy Михаил Крутихин . — Еще по десять миллиардов кубометров смогут выделить для экспорта Израиль и Кипр после ввода в строй месторождения в Средиземном море. И кроме того, до 30 миллиардов кубометров уже сейчас готов поставлять Ирак». Если же к этому добавить гигантские возможности Туркмении и Ирана, то становится ясно, что российский газ, транспортируемый по «Южному потоку», при наличии дешевого топлива из Азии будет неконкурентоспособен.

Проблема Европы, однако, в том, что никто, кроме «Газпрома», построить мощный газопровод на Запад не в состоянии. У Азербайджана есть два проекта газопроводов для доставки газа в Европу через Турцию. Но ясно, что, во-первых, сразу две трубы Азербайджан не потянет, а во-вторых, их мощности невелики — 10–12 млрд кубометров в год. Очевидно, что в такой ситуации Еврокомиссия в конце концов даст «Газпрому» построить «Южный поток», после чего попытается заставить его выставить 50% мощности на открытые торги. Ясно и то, что в самом «Газпроме» это знают и поэтому ни на какие компромиссы не идут.

Показательно, что ни Минэнерго, ни «Газпром» ни с какими просьбами об исключениях для этого газопровода в Еврокомиссию не обращались. Более того, президент России Владимир Путин открыто призвал экспортеров газа «не идти на уступки Европе и сообща противостоять требованиям Третьего энергопакета». А Дмитрий Медведев и вовсе предложил европейцам документ изменить, так как он создает излишнюю напряженность. И это принесло свои плоды. Три члена ЕС — Болгария, Венгрия и Словения — официально подтвердили, что «Южный поток» продолжает пользоваться их политической поддержкой. Так, министр энергетики Болгарии Драгомир Стойнев сказал, что останавливать проект его страна ни при каких обстоятельствах не собирается. В правительстве Словении подчеркнули, что соглашение с Россией будет соответствовать европейским законам даже после имплементации в стране норм Третьего энергопакета. А власти Сербии и вовсе наделили «Южный поток» статусом нацпроекта, то есть трансграничной европейской сети, и таким образом вывели его из-под действия Третьего энергопакета. Если то же самое сделают страны — члены ЕС, то требование доступа к газопроводу третьих лиц отпадет само собой. А даже если этого сделано не будет, у «Газпрома» остается еще одна лазейка — продать 50% транспортируемого по «Южному потоку» газа на входе в Варну какой-нибудь дружественной компании. И тогда никаких формальных претензий у Еврокомиссии возникнуть просто не должно.

Впрочем, независимо от того, по какому из этих вариантов будут развиваться события, «Южный поток» начнет работать уже в конце 2015 года, а к 2018-му выйдет на полную мощность, что вкупе с эффективным использованием «Северного потока» позволит «Газпрому» полностью отказаться от транзита газа через Украину, составляющего сегодня чуть более 86 млрд кубометров в год.

Туристический рынок России демонстрирует феноменальный рост

Туристический рынок России демонстрирует феноменальный рост, несмотря на отрицательную динамику общей макроэкономической конъюнктуры

section class="box-today"

Сюжеты

Туризм:

Свобода стала недосягаемой

Космическим туристам показали ракетоплан

/section section class="tags"

Теги

Туризм

Городская среда

Экономический потенциал регионов

Туристическая отрасль

/section

Большинство системных экономических индикаторов, в том числе ВВП, индекс промышленного производства, уровень безработицы и реально располагаемые доходы населения, в прошлом году находились в отрицательной зоне. Следуя логике экономической теории и учитывая исторический опыт, туристическая отрасль должна среагировать на это стагнацией, которая, как правило, проявляется с лагом в несколько месяцев и с небольшим понижающим коэффициентом. Однако спрос на путешествия не только не сокращается, но и растет совершенно нерыночными темпами: сводные данные Ростуризма, Погранслужбы, ФМС, Росстата и Ассоциации туроператоров России (АТОР) показывают по итогам 2013 года значительный рост выездного туризма как в количественном (на 24%), так и в денежном (на 18%) выражении. Из 54 принимающих российских туристов стран лишь две показали отрицательную динамику — Китай и Израиль. Рекордсменами же стали Финляндия и Греция, выросшие на 82 и 68% соответственно. По данным Всемирной туристской организации, по показателю расходов на выездной туризм Россия уступила лишь самому крупному выездному туристическому рынку — китайскому. Расходы китайцев на международные туристические поездки на 28% превысили показатель 2012 года и составили 102 млрд долларов, почти вдвое больше расходов россиян.

Вопреки законам

Высокая степень зависимости туризма от состояния экономики была замечена еще в 1930-е годы, в том числе автором теории длинных циклов Николаем Кондратьевым. Это подтверждают и наблюдения Всемирной туристской организации ООН в XX веке (см. таблицу).

Исследователи туризма в западных странах, признавая несомненную зависимость изменения спроса на туристическом рынке от общеэкономической конъюнктуры, тем не менее отмечают, что экономические кризисы оказывают на туриндустрию меньшее влияние, чем на большинство отраслей, ориентированных на производство товаров длительного пользования (например, автомобилестроение). Но при этом туристическая отрасль все же страдает значительно больше, чем рынки товаров первой необходимости (скажем, молока и хлеба). Относительная стойкость туризма обусловлена эластичностью спроса на туруслуги. В годы кризиса спрос перераспределяется от дорогостоящих видов туризма к более дешевым, предотвращая тем самым глубокую депрессию в отрасли. Кроме того, туризм из предмета роскоши превратился в рядовую потребность массового потребителя. В связи с этим глава Всемирной туристской организации ООН Талеб Рифани отметил: «Мировая туристическая индустрия сегодня переживает переломный момент. В большинстве стран происходит трансформация представлений людей о путешествиях, которые все больше воспринимаются как необходимый атрибут жизни. Этому способствуют также интенсивный рост скорости обращения информации, доступности транспортных услуг из-за конкурентного и технологического развития авиации. Поэтому выездной туризм в долгосрочной перспективе будет развиваться высокими темпами независимо от экономической и геополитической конъюнктуры».

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Если мы присмотримся к зависимости рыночных индикаторов выездного туризма от макроэкономической конъюнктуры, то увидим, что в периоды положительной динамики рост ВВП приводит к росту спроса на туристические услуги с лагом в несколько месяцев: прежде чем решиться тратить деньги на путешествия, потребители дожидаются устойчивого тренда улучшения социально-экономических условий жизни и роста доходов. Таким образом, туристический рынок, если быть точнее, коррелирует в большей степени не с динамикой ВВП, а с динамикой реально располагаемых доходов населения. Например, в России, несмотря на высокие темпы роста ВВП уже в 1999 году, уровень реальных доходов населения заметно вырос лишь в 2000-м. Именно поэтому спрос на туристические услуги начал расти тоже только в 2000 году — на 8,6% в денежном выражении, в отличие от символического 1% годом ранее.

Однако в периоды ухудшения экономической ситуации туризм реагирует без задержки. Например, как только в сентябре 2008 года кризис с фондового рынка перекинулся на реальный сектор экономики, спрос на туристические услуги сразу стал падать: в августе россияне совершили 1,1 млн путешествий, а в сентябре — уже 0,95 млн, хотя в 2007-м было одинаковое количество — около 1 млн и в августе, и в сентябре. Рынок оперативно реагировал на кризисные явления и сократился на 14%. В октябре спад углубился еще на 6,4%. Мониторинг выездного туристического рынка в годовом выражении только подтверждает эти тренды (см. график 1).

Как видно на графике, количество россиян, выехавших за границу с туристическими целями, прямо коррелирует с динамикой ВВП. В денежном выражении немного другая картина, но принципиально соотношение этих показателей не меняется. Однако 2013 год совершенно выпадает из действия этого закона. Всем уже набило оскомину выражение «экономика топчется на месте». Рост ВВП наблюдался в пределах арифметической погрешности, то есть имел почти нулевую динамику: по последним данным МЭР, он ожидается на уровне 1,3%, это втрое меньше показателя 2012 года (3,6%). Все остальные макроэкономические индикаторы тоже в красной зоне: индекс промышленного производства составил 99,8, безработица (рассчитанная по методологии МОТ) выросла на 17%, задолженность по зарплате увеличилась в 2,3 раза, с 1,5 млрд до 3,5 млрд рублей. То же самое с большинством остальных экономических индикаторов.

Фото: Алексей Андреев

Выездной туристический рынок, как будто назло судьбе, в 2013 году двигался в противоположном направлении, игнорируя все известные постулаты экономической теории и перечеркивая фактически весь многолетний опыт наблюдения за отраслью. Сравнительная статистика Федерального агентства по туризму РФ за девять месяцев 2013 года и аналогичный период 2012-го свидетельствует о росте количества поездок граждан России с туристическими целями на 23% — с 12 млн до 14,8 млн. Данные за четвертый квартал ведомством еще не обработаны, поэтому общегодового отчета пока нет, он по традиции будет опубликован в марте. Мы решили опередить статистические службы и аккумулировать массив данных самостоятельно. Основываясь на данных Росстата, Погранслужбы, ФМС, Ростуризма и АТОР, мы составили сводную годовую таблицу динамики выезда российских туристов за рубеж. Тренд подтвердился: общегодовые данные показали количественный рост рынка на 24%, даже немного больше, чем за девять месяцев.

Для того чтобы провести анализ показателей в денежном выражении, мы дифференцировали статистику по 20 наиболее популярным среди россиян странам. В совокупности они занимают 96% всего выездного туристического рынка в количественном выражении и 94% — в денежном, то есть фактически представляют весь рынок.

Из графика 2 отчетливо следует, что из 20 наиболее популярных направлений лишь два продемонстрировали спад — Китай и Израиль. Вместе это 1,3 млн туристов. Эти страны в прошлом году «недосчитались» около 218 тыс. поездок из 15 млн общего объема топ-20, то есть всего 1,4%. Остальные 18 направлений показали существенный рост — в пределах 20–40% (средний показатель 28%), а годовой рост рынка в количественном выражении составил более 3 млн поездок. Да, два аутсайдера действительно находятся в относительно высоком ценовом сегменте рынка: Китай — примерно на уровне Таиланда (который вырос на 23%), Израиль — на уровне Италии (выросла на 23%). Но это все равно капля в море. Получается, что причина спада в этих трех странах не в ценовой конъюнктуре, традиционно имеющей значение в периоды общей экономической стагнации.

Не роскошь, а насущная потребность

Мы попросили профессионалов отрасли прокомментировать феномен взрывного роста туристического рынка на фоне общих проблем в экономике. Руководитель пресс-службы Ростуризма Ирина Щеголькова отметила: «Ежегодный рост турпотоков наблюдается как внутри России, так и за рубежом. Но нельзя сказать, что растет количество россиян, выезжающих за рубеж. По разным оценкам, загранпаспорта есть всего лишь у 10–15 процентов жителей России. Однако люди путешествующие стали выезжать не раз в году, а дважды, а то и трижды. Россия — страна с довольно суровым климатом, так что лишний раз съездить к теплому морю всегда неплохо. Да и в целом строка “путешествия” потихоньку становится одной из составляющих семейного бюджета».

Надо сказать, что первое утверждение опровергается данными Федеральной миграционной службы, которая, несмотря на увеличенное финансирование ведомства (на 12% в 2013 году) и рост штата сотрудников, все равно не справляется с потоком граждан, желающих получить загранпаспорт. Количество заявлений последние пять лет ежегодно растет на 30–40%. Но вот тезис о том, что путешествия, особенно к теплому морю, для жителей России постепенно становятся все более насущной потребностью, товаром первой необходимости, похоже, неоспоримый факт. А, как известно из наблюдений за кризисными процессами, они практически не влияют на такие отрасли или даже способствуют дополнительному росту, перераспределяя сокращающиеся финансовые потоки в сторону насущных потребностей. Если это верно, то можно констатировать качественный перелом потребительской модели российского общества. Значит ли это, что теперь туризму вообще ничто не грозит в плане спроса? Вопрос открытый.

Некоторые специалисты видят причину феномена роста рынка в дисбалансе конкурентной среды, который привел к демпингу на рынке. Исполнительный директор Ассоциации туроператоров России Майя Ломидзе высказала свою версию: «Туроператоры этим летом шутили: “Всех, кого только можно было, мы за свой счет отправили на отдых”. Первые признаки изменения потребительского поведения появились в апреле: снижение глубины продаж и динамики бронирований на лето. Увы, это заметили не все игроки рынка. Летом стало понятно: для того чтобы заполнить рейсы и как-то конкурировать друг с другом, надо снижать цены. Греция, Испания, Египет, Болгария, Кипр продавались по очень низким ценам. Возникла конкуренция направлений — Греция стала оттягивать на себя тех, кто планировал отдохнуть, например, в Турции. Таким образом, из-за конкуренции между операторами и направлениями цены снижались, а количество туристов росло. То есть прирост “по головам” был, но рентабельность падала». Версия интересная, однако объем рынка в денежном выражении тоже вырос, хоть и не так сильно, как в количественном.

Есть и еще один внешний фактор — значительные визовые послабления для граждан России со стороны стран Евросоюза. На максимально комфортные условия, какие только возможны в рамках ЕС, пошли Греция и Финляндия, поэтому спрос на путешествия в эти страны в этом году рос совершенно фантастическими темпами — на 68 и 82% соответственно (см. таблицу). На определенный уровень послаблений при оформлении визы пошли также Кипр, Италия, Черногория, Болгария и Испания, показавшие рост турпотока из России на 27, 23, 43, 35 и 26% соответственно. Участники рынка подтверждают, что визовый фактор имеет ключевое значение в потребительских предпочтениях туристов, и изменения здесь приводят к значительной динамике спроса.

Таблица:

Изменение интенсивности туризма в зависимости от макроэкономической конъюнктуры в 1920–1950 годах

Рост спроса на остальные страны, оказавшиеся в плюсе, тоже вполне поддается логическому объяснению. Турция и Египет, представляющие самый низкий ценовой сегмент, — бессменные лидеры по популярности в России. Люди, ранее позволявшие себе, например, Италию, в режиме экономии выберут Анталью или египетские курорты Красного моря. За всю постсоветскую историю России эти направления туризма росли нон-стоп, не сделав ни единой остановки.

Остаются Таиланд, Франция, ОАЭ и Тунис, которые показали немалый рост — 23, 17, 18 и 20%. Спрос на тайские Паттайю и Пхукет не пострадал, даже несмотря на политическую нестабильность и народные погромы в этой стране, притом что перелет туда стоит все так же дорого. Франция (одна из самых дорогостоящих стран в Европе), Эмираты и хоть и безвизовый, но совсем не дешевый Тунис остаются загадкой.

Представители профильного бизнеса обращают внимание на факт влияния потребительской зрелости массового российского туриста. Руководитель отдела по связям с общественностью Coral Travel (этот туроператор лидирует на российском рынке по количеству отправленных туристов) Марина Макаркова говорит: «Люди стали разбираться в специфике туристического бизнеса. Они знают, что на новогодние и майские праздники или, скажем, в августе отдыхать дорого. Но на низкие даты всегда можно найти более экономичный вариант».

Капремонт в кредит

Масштабная программа капремонта способна дать отечественному ЖКХ и строительному сектору новый стимул роста. При этом крайне важно, чтобы к программе подключились банки, — это позволит делать капремонт в срок и максимально эффективно

section class="box-today"

Сюжеты

Реформа ЖКХ:

Прокуроры займутся ЖКХ

Власть — народу

/section section class="tags"

Теги

Реформа ЖКХ

ЖКХ

Инвестиции

Бизнес и власть

/section

С июля этого года все собственники квартир в нашей стране будут обязаны скидываться на капитальный ремонт. Ежемесячные отчисления граждан будут накапливаться в течение нескольких лет на счетах специализированных компаний — региональных операторов. Именно из этих средств и будет финансироваться капитальный ремонт многоквартирных домов. Фактически речь идет о «перезагрузке» систематического воспроизводства инфраструктуры жилого фонда, прерванного в начале 1990-х.

Уже в первом квартале во всех субъектах федерации будут опубликованы программы капремонта многоквартирных домов и учреждены региональные операторы, а во втором квартале начнется перечисление взносов. Собственно же капремонт жилфонда стартует в 2015 году. То есть уже через год в нашей стране начнет системно функционировать исключительно объемный, ориентированный как минимум на тридцатилетнюю перспективу рынок работ по воспроизводству инфраструктуры жилого фонда. Причем исполнителями этих работ будут прежде всего субъекты малого и среднего бизнеса.

Начало деградации

Во времена СССР, когда большинство многоквартирных домов (за исключением домов жилищно-строительных кооперативов) находилось в государственной собственности, их капитальный ремонт финансировался из специальных амортизационных фондов. Формировались эти фонды из амортизационных отчислений, включаемых в квартплату; размер их рассчитывался исходя из остаточной стоимости домов. Размер квартплаты в то время был многократно занижен по сравнению с ее экономически обоснованной величиной, так что на капремонт выделялось дополнительное государственное финансирование, прежде всего из средств ведомств и предприятий, на балансе которых находился жилой фонд. Вместе с тем воспроизводство жилфонда в советские времена, как правило, финансировалось по остаточному принципу, и уже тогда капремонт многоквартирных домов проводился выборочно: ремонтировались в основном дома, имевшие наибольший физический износ. В результате значительно превышались нормативные межремонтные периоды. Деградация инфраструктуры многоквартирных домов началась уже в те времена. Впоследствии ситуация только ухудшалась, количество ветхих и аварийных домов стремительно росло.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

В течение последних двадцати лет дважды предпринимались попытки запустить системные процессы капремонта жилищного фонда в федеральном масштабе. В конце 1990-х сбор платежей на капремонт был начат — и в течение года-двух свернут. В 2008 году был создан Фонд содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства, который в 2008–2012 годах направил на капремонт 214,2 млрд рублей, и еще 82 млрд рублей было выделено из региональных и муниципальных бюджетов по схеме софинансирования. Частично капремонт финансировался за счет средств собственников помещений в ремонтируемых домах. В результате было отремонтировано 135 тыс. многоквартирных домов. Однако капремонт проводился выборочно и чаще всего не был комплексным, то есть полноценной системы воспроизводства жилищного фонда так и не появилось. Масштаб же проблемы таков, что решать ее можно только в рамках общенационального проекта восстановления инженерной инфраструктуры жилого фонда и приведения его в соответствие с современными требованиями. Для этого понадобится не только технологическое переоснащение. Необходимо изменить структуру источников финансирования, которые должны будут включать в себя взносы собственников помещений, бюджетные средства, коммерческие кредиты, а также средства, привлекаемые в результате размещения специализированных облигационных займов.

Попытаемся оценить объем и масштаб формируемого рынка. По оценкам, всего в России 2,6 млн многоквартирных домов. Из них больше половины — 1,6 млн — уже нуждаются в капремонте, стоимость которого составляет примерно 3,5 трлн рублей. Таким образом, в настоящее время формируется достаточно мощный импульс стратегического развития сегмента экономики, связанного с тотальной модернизацией инфраструктуры городов. При этом финансовых ресурсов, формируемых за счет взносов собственников жилья (с учетом функционирования системы их взаимного кредитования), а также средств региональных и местных бюджетов, будет достаточно для обеспечения своевременного и полного финансирования всего комплекса работ.

В результате масштабного капремонта должны сократиться издержки жильцов — за счет сокращения потребления коммунальных ресурсов и роста энергоэффективности жилого фонда.

Вместе с тем уже сейчас просматриваются основные риски — неоптимальные (в основном с точки зрения разнесения плановых объемов капремонта по годам выполнения) региональные программы капремонта и некорректный расчет размера взноса (его регионы будут устанавливать самостоятельно). Последний пункт имеет критическое значение. Если минимальный размер взноса будет завышен, это может вызвать социальную напряженность и ухудшить и без того критическую ситуацию с оплатой коммунальных услуг. Если же размер взноса будет значительно занижен по сравнению с экономически обоснованным, возникнет чрезмерная финансовая нагрузка на бюджет субъекта федерации. В условиях дефицита регионального бюджета это может привести к срыву сроков проведения капремонтов, заложенных в региональной программе.

Обоснованным решением представляется формирование региональных программ капремонта таким образом, чтобы первый трех- или пятилетний период был в основном нацелен на капремонт домов, которые за это время могут перейти в статус аварийных. Это позволит не только уменьшить бюджетные расходы на переселение из аварийного жилья, но и установить минимальный размер взноса в 2014 году по единой, самой низкой границе. В дальнейшем, начиная с 2015 года, размер взноса можно будет плавно увеличивать, дифференцируя его в зависимости от характеристик домов и специфики муниципальных образований, в которых эти дома расположены.

Сдавайте деньги на модернизацию

Сегодня Жилищный кодекс РФ предписывает субъектам федерации утвердить региональные программы капитального ремонта, рассчитанные на 30 лет. Эти программы должны содержать список всех многоквартирных домов, плановую дату капремонта и перечень запланированных работ. Детализируется эта программа краткосрочными планами, которые принимаются на три года, содержат подробную информацию о каждом доме, а также определяют виды и объемы государственной и муниципальной финансовой поддержки.

Основным источником финансирования капремонта в соответствии с новыми нормами Жилищного кодекса должны стать взносы собственников помещений. По экспертным оценкам, минимальный взнос будет установлен в интервале 5–10 руб. за 1 кв. м. Эти взносы собственники жилья будут ежемесячно перечислять либо на специальный счет своего дома в выбранном банке, либо на счет так называемого регионального оператора — специализированной некоммерческой организации. Накопленные деньги должны быть потрачены на полный капитальный ремонт общего имущества многоквартирных домов, включая замену всех внутридомовых инженерных систем, реставрацию всех основных конструктивных элементов дома от кровли до фундамента включительно, а также утепление стен.

По оценкам, «именные» спецсчета многоквартирных домов выберут не более 20% собственников жилья, причем в основном в домах, имеющих незначительный физический износ. Оставшиеся 80% граждан будут перечислять взносы на счет региональных операторов. Дело в том, что для того, чтобы организовать перечисление денег на спецсчет дома, надо провести общее собрание жильцов, которое сделает такой выбор. Но российские собственники жилья традиционно пассивны, а выбор в пользу спецсчета надо сделать в течение двух месяцев после официального опубликования региональной программы капремонта. Так что в значительной части многоквартирных домов общие собрания собственников помещений просто не будут проведены и деньги «по умолчанию» будут перечисляться на счет регионального оператора. Следовательно, именно региональный оператор становится ключевым звеном системы капремонта жилого фонда и берет на себя организацию финансирования и проведения всех ремонтных работ. Большая часть этих функций довольно трудоемка, что потребует привлечения значительного количества работников высокой квалификации. При этом использовать средства, полученные от собственников жилья, на оплату труда сотрудников регионального оператора по закону нельзя, так что финансирование его деятельности — а это немалые средства — ляжет на бюджет региона. Однако есть возможность многократно снизить эти затраты: во-первых, за счет применения эффективных программных продуктов, чтобы снизить потребность в персонале, а во-вторых, дав региональному оператору право собирать помимо взносов на капремонт платежи за все виды жилищно-коммунальных услуг в качестве платежного агента (об этом ниже).

Фактически региональный оператор будет обществом взаимного кредитования собственников жилья, причем полная субсидиарная ответственность по его обязательствам возлагается на бюджет субъекта федерации. Ответственность эта распространяется не только на сохранность взносов, накапливаемых на счетах оператора, но и на достаточность накопленных средств для проведения капремонта в каждом конкретном доме в установленный региональной программой срок. Если взносов, собранных собственниками к моменту начала ремонта, недостаточно, то необходимые средства поступают из регионального бюджета. Но как быть, если бюджет региона дефицитный? Очевидно, что в схеме должен присутствовать еще один игрок — кредитная организация.

Полезный банк

Региональным властям стоит привлечь в систему капремонта банки, заключив с ними соглашение о взаимодействии. Смысл в том, чтобы передать банкам комплексное обслуживание всей региональной системы капремонта жилфонда (а не только ведение счетов регионального оператора). При этом банк-партнер получит значительную пассивную базу — особенно если региональный оператор еще и возьмет на себя функции платежного агента. Регион же получает возможность провести капремонт с использованием кредитного ресурса. Смысл довольно прост: банк-партнер выдает региональному оператору кредит под будущие поступления взносов, и оператор делает капремонт в тех домах, которые особенно в этом нуждаются, — причем сразу же на первом этапе программы капремонта. Кроме того, сотрудничество с банком позволяет получить ряд дополнительных возможностей: к примеру, банк может начислять проценты на временно свободные средства регионального оператора и на остаток на его счете, что позволит покрыть определенную часть текущих расходов. Соглашение с банком может предусматривать предоставление региональному оператору кредита в случае возникновения кассовых разрывов. Это позволит исключить или минимизировать риск возникновения пиковых финансовых нагрузок на региональный бюджет. А вероятность того, что с подобными пиковыми нагрузками придется столкнуться, велика.

Правда, следует отметить, что согласно требованиям Жилищного кодекса РФ специальные счета региональных операторов могут быть открыты только в тех банках, размер собственных средств (капитала) которых составляет не менее 20 млрд рублей. Таких банков в стране сорок.

Важно, что банк при этом становится своеобразным гарантом адекватности программ капремонта и качества работ. Ведь вряд ли банк заинтересован в том, чтобы его фондообразующая база сокращалась в результате массового перехода жилья из категории ремонтопригодного в категорию аварийного и ветхого по причине несвоевременного ремонта. Во всяком случае, желательно включить в соглашение между банком и субъектом федерации пункты, предусматривающие возможность для банка оценивать состояние жилфонда и вносить предложения, обязательные для рассмотрения региональными правительствами при формировании как тридцатилетних программ, так и оперативных планов проведения капремонта.

Крупные банки, способные к переговорам с региональными руководителями «на равных», смогут задать необходимый уровень прозрачности работы регионального оператора. То есть в предлагаемой системе маловероятна ситуация, которая типична для отрасли ЖКХ сейчас: кто-то собрал деньги, украл, обанкротился, услуга не оказана, можно идти собирать деньги заново по той же самой схеме.

Кроме того, связка региональных операторов и банков может дать сразу два серьезных экономических эффекта. Во-первых, раз уж в краткосрочной перспективе в региональных системах капремонта жилья накопятся колоссальные финансовые ресурсы, то банки, используя эти ресурсы как базу, смогут кредитовать всех игроков рынка — не только региональных операторов, но и подрядчиков, которые будут выполнять ремонтные работы, и товарищества собственников жилья, и управляющие организации, которые будут проводить капремонт собственными силами. Во-вторых, создав на базе региональных операторов расчетно-платежные системы для всего ЖКХ, своего рода платежные агрегаторы, можно раз и навсегда решить гигантскую проблему многомиллиардных долгов управляющих компаний по коммунальным платежам, которые регулярно сгорают в процедурах явных и мнимых банкротств управляющих компаний. Правовая основа для функционирования таких агрегаторов уже есть — это решение, предложенное Министерством энергетики РФ, в основе которого лежит принцип уступки прав требования предстоящих платежей. Это важный момент, так как сегодня коммунальные платежи проходят длинную транзитную цепочку, а в предложенной нами схеме они будут через расчетно-платежные системы отправляться непосредственно поставщикам каждой услуги.

Таким образом, региональные системы капремонта жилого фонда вполне могут быть финансово самодостаточными даже в условиях значительного дефицита региональных бюджетов.

В российской экономике сформировались новые регионы роста — Ростовская и Тюменская области

В российской экономике, втянувшейся в период стагнации, сформировались новые регионы роста — Ростовская и Тюменская области. Какие особенности политики местных властей и какая политика работающих в этих областях компаний обеспечивают этот рост, еще предстоит понять

section class="box-today"

Сюжеты

Финансовая система России:

Прощай, дорогой рубль!

Обманчивый Давос

/section section class="tags"

Теги

Финансовая система России

Экономический потенциал регионов

Региональная политика

/section

Анализ экономической ситуации в крупных российских регионах (который делают редакции региональных приложений журнала «Эксперт») показывает одну важную тенденцию: практически везде ощущается окончательное завершение экспорториентированного сырьевого цикла нашей экономики, что приводит к ее естественной диверсификации. Средние и малые региональные хозяйствующие субъекты стремятся зарабатывать на внутреннем потребительском рынке, который в целом чувствует себя неплохо, на крупных федеральных проектах, связанных либо с модернизацией инфраструктуры, либо с оборонным заказом, и на строительстве недвижимости, которое везде далеко от стагнации. Губернские власти в основном стараются помогать развитию бизнеса, одним из основных инструментов этого становятся индустриальные парки и инвестиции в инфраструктуру. На общем фоне особенно выделяются два региона: Ростовская и Тюменская области. В первой явно сформировался растущий инвестиционный тренд, вторая тоже много инвестирует, причем вкладывает деньги, заработанные в самом регионе.

Сибирь: двойная экономика

Данные Росстата есть пока за январь—ноябрь. Промышленное производство в целом по Сибирскому федеральному округу (СФО) выросло на 3,9% (по стране за этот же период индекс промпроизводства не вырос совсем). Темпы — ниже, чем за аналогичный период прошлого года. Основным «виновником» их снижения стал сектор производства электроэнергии, газа и воды, индекс промышленного производства (ИПП) которого по отношению к десяти месяцам 2012 года просел на 14%. Сильнее всего, почти на треть, — в Иркутской области, главном центре гидроэнергетики Сибири. Причиной тому — природа: в 2012-м основную нагрузку несли ТЭЦ, в прошлом году — енисейский каскад ГЭС, поскольку воды в Енисее было с избытком. При этом рост зафиксирован в двух других секторах промышленного производства — добыче полезных ископаемых и обработке. Так, в целом по СФО их добыча выросла на 8,5%, что на общероссийском фоне (прирост 1,2%) выглядит впечатляюще. Впрочем, рост неравномерен. Стагнирует Кузбасс, падает добыча в традиционно сырьевых Омской (–15,8%) и Томской областях. Динамику в январе—ноябре прошлого года поддержали и ускорили Хакасия (рост 12,1%), Новосибирская (17,5%) и Иркутская (35,1%) области. Исключая последнюю, где бурно развивается новый для региона нефтегазовый сектор, можно сделать вывод: добыча традиционного сырья в Сибири не растет или даже падает, а вот уникальные продукты, например угли-антрациты из Новосибирской области, пользуются на рынках повышенным спросом.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Обрабатывающие производства в Сибири за январь—ноябрь выросли на 2,8% (хотя по России индекс упал почти на процент), прежде всего благодаря прорывам в Бурятии (+18%, год назад было падение) и Туве (16,4%). Однако сильно просели индустриальные Алтайский край и Иркутская область. В Забайкалье же, где обрабатывающие производства и так не преобладали в структуре промышленности, продолжается тотальная деиндустриализация — индекс промпроизводства снизился почти на 20%.

Именно в обрабатывающей промышленности сосредоточена та самая «вторая экономика» Сибири. Если брать в среднем, то ничего особенного в ней не происходит. Однако в локальных сегментах можно найти интересные изменения. Так, в Новосибирской области сам собой сложился целый куст производителей печного оборудования. А в Красноярском крае продолжает развиваться производитель мебели премиум-сегмента — компания «Мекран». Благодаря целенаправленной политике региональных властей в Томской области второе дыхание обретает машиностроение — местные заводы загружают заказами «Газпрома», «Роснефти» и других крупных госмонополий.

Потребительский рынок Сибири жив. Огромный потенциал спроса таит в себе его непродовольственный сектор. Но пока подавляющая часть денег сибиряков уходит в другие регионы или страны

Фото: РИА Новости

Недолюбленный регион

Теперь посмотрим на инвестиции. Статистика по ним есть только за январь—сентябрь 2013 года, за этот период в СФО было вложено в основной капитал чуть более 856 млрд рублей. Падение по сравнению с 2012 годом составило почти 10% (по стране лишь 1,4%). Очевидно, по итогам года цифра так или иначе упрется в 1 трлн рублей (по итогам 2012 года свыше 1,4 трлн рублей), но общая отрицательная динамика на фоне давнего и основательного недоинвестирования Сибири удручает. Рост зафиксирован только в мизерных по объемам производства Республиках Алтай и Тува да в Новосибирской области.

Триллион рублей — много это или мало для Сибири? Скорее мало. К тому же основной массив инвестиций концентрируется в трех регионах — Красноярском крае (почти 245 млрд рублей за январь—сентябрь), Кемеровской (более 140 млрд рублей) и Новосибирской (почти 105 млрд рублей) областях. В позапрошлом году эти территории привлекли гораздо больше денег. В 2013-м же больше всех просел Кузбасс: за девять месяцев –24%, тогда как за аналогичный период 2012-го отмечался рост 17,6%. Хотя по итогам года в Кемеровской области установлен очередной рекорд добычи угля, сокращение внутреннего потребления вкупе с турбулентностью на внешних рынках не дает поводов для оптимизма. России столько угля явно не нужно — в приоритете газовая генерация. Неудивительно, что губернатор Кузбасса Аман Тулеев открыто признает: будущее угольной отрасли полностью зависит от экспорта, прежде всего в страны АТР. Только в Китае, к примеру, до конца 2015 года планируется закрыть 2 тыс. опасных нерентабельных шахт; емкость высвобождаемой доли рынка, по оценке Тулеева, превысит 180 млн тонн. Пока спрос со стороны мировых потребителей, несмотря на волатильность цен, остается стабильным. Такая ситуация чревата дальнейшим сокращением инвестиций в регион — угольные компании будут экономить на программах технического перевооружения, что уже отражается, в частности, на производителях оборудования и сервисных компаниях. «Если в 2008–2009 годах мы продавали готовые машины, то сейчас занимаемся ремонтом и модернизацией. В 2010 году в общем объеме заказов на долю ремонтов приходилось 30 процентов, сейчас — 70 процентов. 2011 год был успешным, а сейчас заказы просто не размещают — на 2014 год подтвержденных финансированием контрактов не просматривается вообще», — признавался в интервью «Интерфаксу» Владимир Добрыдин , заместитель гендиректора ОАО «Объединенные машиностроительные технологии» (владеет заводом горного оборудования в кузбасском Киселевске).

В 2013 году инвестиции в Кемеровскую область упали на 24%, хотя годом ранее их рост составил 17%. Стране не нужно столько угля. Кузбасс полностью зависит от возможностей экспорта

Фото: РИА Новости

Этот «большой внутренний рынок»

«Традиционно в экономике СФО в 2013 году преобладали государственные инвестиции в том или ином виде — федеральные целевые программы, оборонная промышленность, аэрокосмическая отрасль и т. п. Фокусом частных инвесторов по-прежнему являлись проекты, связанные со строительством и продажей объектов жилой и коммерческой недвижимости, как наименее рискованное и быстрооборачиваемое вложение средств», — отмечает Александр Повалишников , партнер консалтинговой группы «НЭО Центр». Сегодня инвестиционный спрос, завязанный на потребительский сектор или на бюджетные вложения, никакой стагнации не демонстрирует. Строительство жилья выросло практически во всех регионах СФО, в некоторых даже установлены исторические рекорды — например, в Томской области впервые за 22 года введено 531,3 тыс. кв. метров жилья. В Сибирь пришел столичный девелопер СУ-155, да и местные застройщики постепенно начинают осваивать рынки соседних регионов (Томская домостроительная компания приступила к реализации проекта в Новосибирске).

Продолжается рост и инфраструктурного строительства — мостов, дорог и объектов соцкультбыта. Очевидно, тут сокращений ожидать не стоит. Все это стимулирует развитие индустрии стройматериалов, оборудования и инжиниринга. «Сейчас в РЖД намечается серьезная программа модернизации инфраструктуры контактной сети, надеемся в ней поучаствовать. Думаю, года через два-три на поставки РЖД будет приходиться до трети объемов нашего производства. В том, что наш рынок будет развиваться, у меня сомнений нет. Это необходимость, иначе инфраструктура рухнет. Потребности рынка очень большие», — говорит, к примеру, управляющий ГК «Элси» (Новосибирск, производитель опор ЛЭП) Вячеслав Гунгер .

«Спрос на цемент продолжает расти, по итогам года мы ожидаем увеличения емкости рынка СФО примерно на шесть-семь процентов по сравнению с аналогичным показателем 2012-го. Вместе с тем сейчас достаточно трудно судить о том, как сложатся обстоятельства в будущем. Состояние цементной отрасли зависит прежде всего от ситуации, которая складывается на строительном рынке страны. В свою очередь, строительная отрасль развивается в основном за счет кредитных ресурсов. Негативная ситуация в экономике в целом может отразиться на стоимости и доступности кредитов, а это приведет к снижению объемов строительства и падению спроса на стройматериалы, в том числе и на цемент. Но сегодня мы стагнации не видим», — отмечает президент ОАО «Холдинговая компания “Сибирский цемент”» (Кемерово) Георг Клегер .

Олимпийская стройка в 2012 году обеспечила Кубани четырехкратное превышение по инвестициям над ростовским соседом. Теперь Ростов вырывается вперед: у него более диверсифицированная промышленность и больше навыков по привлечению не столь сконцентрированных на одном проекте инвестиций

Фото: ИТАР-ТАСС

Потребительский сектор также стабилен. Оборот розничной торговли за январь—ноябрь превысил 2,2 трлн рублей (рост на 3%, сопоставимый с общероссийским). По итогам года он вполне может достичь 2,5 трлн рублей (по итогам 2012 года было 2,3 трлн рублей). Падения в торговле не случилось ни в одном регионе СФО. «Стагнации пока не ощущаем, растем заметно выше инфляции. Рынок DIY (Do it Yourself, товары для дома, дачи, огорода и т. д. — “Эксперт” ) зависит прежде всего от состояния потребительского рынка, который сейчас активно стимулируется выдачей кредитных ресурсов населению и является одним из драйверов роста. Но надо понимать, что этот процесс конечный. Как только большинство наших покупателей не сможет обслуживать свои потребительские кредиты, а это может случиться в ближайшем будущем, изменения проявятся незамедлительно», — говорит генеральный директор ООО «Холдинговая компания “Домоцентр”» (Новосибирск) Вадим Абрамов .

Традиционно основные объемы «потребительских» денег крутятся в самых густонаселенных Красноярском крае, Новосибирской и Кемеровской областях, а также в Алтайском крае. Туда в первую очередь приходят федеральные ритейлеры. И если спрос на продукты питания в большей степени удовлетворяется местными производителями, то львиная часть оборота непродовольственных товаров (около 1,5 трлн рублей) по-прежнему оседает в карманах иногородних и иностранных игроков. Своего производства простого ширпотреба в Сибири катастрофически мало.

«Я думаю, что все так или иначе чувствуют стагнацию в экономике. И дело не в том, каким образом складываются дела на конкретном предприятии, — бизнес в отдельные периоды может развиваться великолепно. Рецепты борьбы с застоем универсальны, с определенными вариациями. Прежде всего это поиск новых направлений деятельности, развитие наиболее прибыльных сегментов, которые позволяют устранить или минимизировать эффекты сезонности, конъюнктурного снижения спроса на продукцию, а также увеличить добавленную стоимость на более конкурентную продукцию. Не менее важным является снижение себестоимости продукции за счет уменьшения расходов на используемые ресурсы: трудовые, энергетические, сырьевые. Чем мы и занимаемся», — описал универсальную модель поведения большинства компаний член совета директоров ОАО «Усть-Илимский деревообрабатывающий завод» (Иркутская область) Игорь Семенчук .

В наступившем году к этой модели может добавиться один негативный элемент. «Будут нарастать трудности с трудоустройством. Компаниям нужно будет и дальше сокращать издержки, а с налогами и коммуналкой они ничего сделать не смогут — это для большинства неуправляемые факторы. Остается зарплата и, возможно, некоторое снижение качества производимой продукции», — заметил в одном из интервью ведущий научный сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН Владимир Клисторин .

На этом фоне основными драйверами роста в Сибири по-прежнему остаются государственные компании — от РЖД до «Газпрома». Региональным властям стоит активнее вписываться в их модернизационные программы (как это делает, к примеру, Томская область), стараясь максимально поддержать отечественных производителей, то есть местных производителей оборудования и т. п. Такая политика, кстати, поможет ускорить процесс вялотекущей перестройки местной индустрии: советские гиганты повсеместно умирают, но в то же время возникают и новые производства, в том числе в новоиспеченных индустриальных парках. Тем более что предложение президента России Владимира Путина компенсировать расходы регионов на создание различных «парков развития» сейчас спровоцирует их создание во всей Сибири. Параллельно губернаторам стоит более вдумчиво привлекать инвесторов: в нынешних условиях это само по себе сложное искусство. Многие территории рады любому «мешку с деньгами», однако в стратегическом плане такая политика чревата существенными провалами.

Фото: РИА Новости

Юг России: смена регионального лидера

Главный фактор, влияющий сегодня на состояние экономики Юга России (Южный и Северо-Кавказский федеральные округа), а также на восприятие дел в регионе со стороны, — это завершение предолимпийских строек. Исследование находящихся в стадии реализации крупнейших инвестиционных проектов ЮФО, которое ежегодно проводит «Эксперт Юг», в 2013 году — впервые за пять лет — показало снижение их общей стоимости на 13%, прежде всего из-за сдачи в эксплуатацию основного объема олимпийских проектов. И это понятно. Например, стоимость железнодорожной линии Туапсе—Адлер составила 16,1 млрд рублей; 8,2 млрд долларов стоила совмещенная автомобильная и железная дорога Адлер—Альпика-Сервис, строительство которой велось пять лет. В начале прошлого года «Газпром» запустил Адлерскую ТЭС (24 млрд рублей). Нового поколения столь крупных проектов на Юге пока нет.

За последние пять лет Краснодарский край значительно опередил соседние регионы по объему привлекаемых инвестиций. В 2012 году по уровню вложений он почти в четыре раза обходил своего ближайшего преследователя — Ростовскую область: 800 млрд рублей против 200 млрд. Но теперь ситуация изменилась. За 11 месяцев 2013 года в Краснодарском крае объем инвестиций вырос на 11,6%, в Ростовской области по результатам десяти месяцев отмечен рост на 23%. Так же обстоит дело с промышленным ростом: на Кубани он отрицательный, на Дону — прирост на 4,8%.

Сейчас у обоих регионов есть крупные инвесторы, от планов которых они сильно зависят. На Кубани такой инвестор — «Роснефть», ведущая коренную реконструкцию своего НПЗ в Туапсе. Стоимость проекта, реализуемого с 2006 года, — 7,5 млрд долларов. В Ростовской области главный инвестор — Росатом. Его инвестпрограмма, осуществляемая с 2007 года, оценивается в 5,4 млрд долларов. Однако у этих проектов есть временные пределы: проект «Роснефти» будет окончен в 2017 году, проект Росатома — уже в 2015-м.

В ближайшие годы Кубань будет вынуждена взяться за развитие портов и туристических кластеров, а Дон — продолжить рост промышленности и начать строительство транспортной инфраструктуры.

Главная точка будущего экономического роста в Краснодарском крае — порт Тамань, который требует, по предварительным оценкам, около 500 млрд рублей вложений. Для сравнения: это половина всех вложений в олимпийский Сочи. Вторая точка роста имеет более отдаленную перспективу. Это особая экономическая зона Лагонаки, частично приходящаяся на Краснодарский край, а также ряд туристических кластеров, под создание которых регион подтягивает госпрограмму по развитию внутреннего туризма. Сюда же можно отнести игорную зону близ Анапы, развитие которой пока дело будущего. Тут порядок цен, конечно, иной — десятки миллиардов рублей. В последние годы Краснодарский край также показывал весьма серьезные результаты в сфере жилищного строительства, опережая Дон в среднем вдвое, но рост этой сферы на пределе, о чем говорят и сами кубанские чиновники.

Тюменская область не единственная богатая нефтью. Однако здесь сформирована среда, которая заставляет компании оставлять деньги в регионе в виде инвестиций в основной капитал

Фото: РИА Новости

В Ростовской области главная точка роста — проекты, привязанные к чемпионату мира по футболу 2018 года: новый аэропорт Южный, стадион на 45 тыс. мест, новый мост, проекты в левобережной части Ростова. Условно весь этот раздел можно отнести к инженерно-транспортной инфраструктуре. Вторая явно растущая сфера — промышленность, а главное конкурентное преимущество здесь — индустриальные парки и сложившаяся на Дону система работы с теми, кто туда хочет зайти. Подавляющая часть инвесторов сегодня идут именно в индустриальные парки.

Нужно заметить, что Краснодарский край тоже очень хочет развивать промышленность: регион анонсирует создание сети промышленных кластеров в металло- и деревообработке, пищевой промышленности и виноделии. Наибольший потенциал на Кубани накоплен в сфере производства пищевых продуктов и стройматериалов. Для создания инфраструктуры промпарков регион принял программу «Развитие промышленности Краснодарского края и повышения ее конкурентоспособности на период 2014–2018 годов». Но это пока намерения.

Между тем для Ростовской области опережающий рост промышленности — реальность последних трех лет. Причем регион может бороться за размещение промпроизводств с наибольшей добавленной стоимостью. Речь идет о глубокой переработке сельхозпродукции, оборонке, машиностроении и станкостроении.

Таким образом, хорошая новость: в постолимпийский период мы получим не столько падение деловой активности на Юге страны, сколько смещение ее региональных центров.

Три драйвера

Конечно, некая вялость в экономике ЮФО в целом чувствуется. Однако наши собеседники считают, что у каждого сегмента экономики своя логика развития и в некоторых стагнации просто нет. В последние два года активный рост на Юге России демонстрирует нефтяной сектор. С нефтегазовой промышленностью и торговлей ее продукцией связано шесть компаний из первой десятки крупнейших компаний округа. И если два-три года назад они росли явно медленнее средних темпов роста по рейтингу, то теперь опережают их, порой значительно. Самый яркий пример — ООО «Нефтегазиндустрия», продемонстрировавшее в 2012 году рост на 70%. Основным активом компании является Афипский НПЗ. Сейчас «Нефтегазиндустрия» модернизирует нефтеперерабатывающие мощности и наряду со своей традиционной продукцией (экспортный бензин, дизельное топливо, мазут) в 2015 году планирует начать реализацию дизтоплива класса «Евро-5» и вакуумного газойля.

В базе крупнейших инвестпроектов ЮФО нефтянка укрепила позиции. Если в 2011 году отрасль занимала 30,4% от общей стоимости инвестпроектов Юга, то в 2013 году — уже 43%. По нашим подсчетам, сейчас в ЮФО в этой отрасли на различных стадиях реализации находится порядка 20 проектов на 1,2 трлн рублей. Основной из них — программа комплексного освоения месторождений северного Каспия, реализуемая ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», стоимостью свыше 730 млрд рублей.

Челябинская область — настоящий аутсайдер Урала. Она так и не смогла перестроить свою промышленность и сегодня пребывает в полнейшем упадке

Фото: РИА Новости

В сфере инфраструктуры также осуществляется ряд крупных проектов. До 2020 года РЖД будет вести комплексную реконструкцию железной дороги в обход Краснодарского узла (бюджет — 2,68 млрд долларов). Компания «Союзресурс-Кубань» возводит комплекс по перевалке нефти и сжиженного газа (почти 900 млн долларов). Азово-Донское пароходство строит Ростовский универсальный порт (740 млн долларов). При этом на подходе крупные проекты северного транспортного обхода Астрахани (700 млн долларов) и аэропортового комплекса «Южный» в Ростовской области (955 млн долларов).

В рейтингах крупнейших компаний ЮФО увеличивается вес промышленности, которая в этом регионе была традиционно слаба. Только в 2013 году здесь появилось около 20 новых проектов в машиностроении, химической промышленности и металлургии.

Высокая динамика в машиностроении во многом объясняется выполнением гособоронзаказа. В частности, «Роствертол» за 2012 год увеличил доходы в полтора раза. Госпрограмма по закупке вертолетов у предприятия утверждена до 2020 года. В ближайшие годы доля госзаказа будет расти и у ОАО «ТАНТК им. Г. М. Бериева», производящего гидросамолеты.

Но рост есть и по направлениям, которые с оборонкой не связаны. Быстро растет Новочеркасский электровозостроительный завод, обеспеченный заказами РЖД. Армавирский завод тяжелого машиностроения за последние два года нарастил объемы с 8 до 20 млрд рублей благодаря производству вагонов. В Ростовской области московская группа МТЕ формирует станкостроительный кластер на базе Азовского завода КПА. ЗАО «Азовская судоверфь» создает современное судостроительное и судоремонтное предприятие за 6,3 млрд рублей. На перенос производства многоцелевого самолета-амфибии Бе-200 в Таганрог будет потрачено 4,2 млрд рублей. В Армавире свыше 800 млн рублей вложат в строительство завода по производству дорожной техники и противогололедных материалов.

Химическая промышленность приросла пятью проектами в Ростовской области и одним — в Волгоградской. Только на строительство завода по производству этил-трет-бутилового эфира в Ростовской области потребуется 24 млрд рублей. Из восьми новых проектов в металлургии самый масштабный — металлургический мини-завод в Тихорецком районе Краснодарского края стоимостью почти 5 млрд рублей.

На Юге можно было бы ожидать также большой активности в АПК и пищевой промышленности. Действительно, новых проектов здесь десятки. Но, во-первых, их все же гораздо меньше, чем могло бы быть, чему поспособствовало присоединение к ВТО, — их даже меньше, чем в предыдущие два года. Во-вторых, они невелики. Есть одиночные яркие проекты типа производства пекинской утки мощностью 20 тыс. тонн в год, созданного группой «Евродон», а также первый на Юге России комплекс по глубокой переработке зерна стоимостью 205 млн долларов от компании «Донбиотех» и новая кондитерская фабрика «Мишкино» стоимостью 2,5 млрд рублей. Все три проекта осуществляются в Ростовской области.

Но пауза все же будет

И все-таки пауза в сфере привлечения инвестиций неизбежна. Если проанализировать сроки ввода в эксплуатацию заявленных к реализации инвестпроектов, получается интересная картина. За прошедший год сильно сократилось количество и совокупная стоимость тех из них, которые планируется завершить в ближайшие год-два, — в абсолютных цифрах с 17,5 до 13,7 млрд долларов. Снизилась и заявленная стоимость проектов, требующих для завершения еще трех-четырех лет, — с 35,4 до 24,7 млрд долларов. Фактически главной точкой роста инвестиционных планов являются намерения, для полного осуществления которых требуется пять и более лет, — сейчас на таковые приходится 47,7 млрд долларов. Иными словами, согласно этим цифрам, новая фаза всеми ощутимого роста в южнороссийской экономике наступит примерно в 2018 году. Для этого роста уже все готово.

Для региональных властей ключевой вопрос сегодня: как приблизить наступление этой фазы? Один из вариантов ответа: нужны деньги для нового поколения крупных проектов. В прошлом году Астраханская и Ростовская области нашли их — заключили соглашения о комплексном сотрудничестве с ВЭБом, согласно которому банк берется поддерживать в этих двух областях семь и около 20 проектов соответственно. По предварительной оценке, совокупный объем донских проектов, оговоренных в соглашении, составляет около 180 млрд рублей, астраханских — примерно 40 млрд. Уже обсуждается подписание аналогичного соглашения с Краснодарским краем.

Урал и Западная Сибирь: челябинский провал и тюменское чудо

В период умеренного посткризисного роста Урал, если вычислять среднее по макрорегиону, оказывается в самом сердце общероссийских тенденций. Он на среднестрановом уровне и по динамике развития экономического комплекса и социальной сферы, и по бюджетным вопросам. Эта ситуация нетипична — уральцы привыкли в своей динамике всегда чуть возвышаться над средним показателем по стране, а уральские территории кичились неофициальным званием регионов-доноров. К тому же уральская структура хозяйственного комплекса со средней по стране не совпадает. Во-первых, она более промышленно ориентирована (примерно в полтора раза), во-вторых, она в большей степени, чем страна в целом, ориентирована на экспорт. Однако последняя пятилетка стала стирать перечисленные особенности. Прежний донор, Челябинская область, вдруг оказался в числе территорий с самым проблемным бюджетом, многие промышленники поумерили международную экспансию, а производственный сектор сдает позиции под натиском сервисных и потребительских отраслей. Тут, впрочем, необходима оговорка: последнее — давняя тенденция, а не кризисное «нововведение».

Упала и не отжалась

Еще два года назад динамика выпуска промпродукции в Челябинской области соответствовала средней по Уралу. В 2011 году прирост в регионе составил 6,1%, на всем Урале — 6,7%. Но 2012 год область закончила с приростом менее 2%, а остальные территории прибавили свыше 4%. К концу 2013 года этот отрыв уменьшился, но, к сожалению, не по причине роста Южного Урала — притормозили соседи. При этом, говоря о посткризисном росте, не стоит забывать, что кризисное падение в Челябинской области было самым глубоким на Урале, а отскок — не самым мощным.

Какие отрасли определили отставание челябинской промышленности от остального Урала? Прежде всего системообразующая металлургия. Но сильно винить ее не стоит. Да, объемы производства в секторе прирастали меньшими темпами, чем по остальному Уралу, но все же прирастали. Хуже дела обстояли в двух других крупнейших отраслях Южного Урала — машиностроении и пищепроме: объемы производства здесь в 2012 году упали на 6,5–8%.

Есть изменения и в направлениях поставок продукции челябинских производителей — покупателями все чаще выступают внутренние рынки. В докризисные времена область была в числе наиболее экспорториентированных территорий Урала, соперничая со Средним Уралом. В 2009 году Южный Урал, как и все регионы, экстренно сократил поставки продукции на внешние рынки. Вот только за прошедшие три года область так и не восстановила потерянные объемы, тогда как Башкирия, Прикамье и Средний Урал сумели это сделать. Более того, в 2012 году она провалилась еще ниже кризисного дна — 2009 года.

Реинвестиции малыми дозами

Отраслевой основой хозяйственного комплекса Пермского края являются три направления: химия, нефтедобыча и нефтепереработка. Погоду в них определяют два холдинга: первое направление по большей части представлено объединенным «Уралкалием», а остальные — ЛУКОЙЛом. Суммарно на эти три отрасли приходится две трети промышленности края, а более 40% промышленной отгрузки области обеспечивают управляемые ЛУКОЙЛом активы.

Динамика производства минеральных удобрений предприятиями края имеет ломаную траекторию. Еще в кризис производители, уловив негативные веяния мирового рынка, сильно снизили объемы производства. Отчасти это была вынужденная мера из-за сжатия мирового спроса, который в принципе неэластичен и стабилен, так как имеет дело с долгосрочно растущим рынком продовольствия, отчасти — сознательное активное действие, чтобы приостановить обвал цен и подстегнуть их к росту образовавшимся дефицитом. Олигополия на рынке хлористого калия позволяет прикамским производителям диктовать свои условия. Позже, с конца 2009 года, производство калийных удобрений снова пошло в рост, за которым опять последовало сокращение поставок (большое влияние на заключение контрактов оказывают непрекращающиеся пертурбации в структуре собственности и менеджмента прикамских калийщиков).

А вот у нефтяных и нефтеперерабатывающих компаний динамика стабильная: ни кризисный обвал, ни посткризисный отскок, ни нынешний застой не влияют на объемы отгрузки заводов ЛУКОЙЛа. Именно поэтому, кстати, минувшую острую фазу кризиса Пермский край преодолел более или менее ровно.

Предприятия, представляющие эти важнейшие секторы пермской промышленности, сверхрентабельны что по уральским, что по общероссийским меркам. В результате Пермский край по абсолютным объемам сальдированного финансового результата региональной экономики в последние годы стабильно выше своих уральских соседей (и это притом, что он уступает им по размерам). Если же мерить областные прибыли в расчете на одного занятого в экономике, то Прикамье более чем в четыре раза опережает Челябинскую область, в два с половиной — Башкирию и почти вдвое — Свердловскую область.

Как отражаются эти высокие доходы системообразующих отраслей на развитии экономики края? Однозначного ответа нет, потому что влияние не так уж заметно. С одной стороны, в посткризисный период инвестиционный процесс в Прикамье — самый стабильный на Урале: прирост, хоть и небольшой, уверенно и без флуктуаций просматривается на всей ретроспективе. Однако, с другой стороны, общий объем вложений в основной капитал здесь один из самых маленьких из всех уральских территорий. Зарабатываемые высокие прибыли (в данном случае это по большей части ресурсная рента) в экономический комплекс территории не реинвестируются.

Выгоды разнообразия

С точки зрения функционирования реального сектора экономики Тюменская область (в рамках этой публикации — южная часть сложносоставного субъекта федерации, в который входят также ХМАО и ЯНАО) занимает промежуточное положение между двумя условными архетипами хозяйствования на Большом Урале. В Югре и на Ямале безраздельно царит нефтегаз, Тюмень — более разнородный «тяжелопромышленный» регион. Находясь на пересечении полей притяжения двух стереотипов, Тюмень, кажется, наследует сильные стороны и максимально уберегает себя от недостатков обоих: 18-процентный прирост промпроизводства как в 2012-м, так и под конец 2013 года — небывалый результат для всей страны.

Сердце промышленного производства Тюменской области, как и Югры, составляет нефтянка. Это обеспечивает региону стабильное экономическое существование несмотря ни на что. Однако Тюменская область обладает менее моноориентированным промышленным комплексом, чем Югра и ЯНАО. Агрокомплекс и пищевка, машиностроение и производство стройматериалов, металлургия — эти отрасли играют заметную роль в промышленности, поддерживаются региональным правительством и чувствуют себя вполне уверенно.

В результате сочетания стабильной нефтяной основы и ростков диверсификации (в первую очередь, конечно, в сфере нефтепереработки, а не машиностроения) в посткризисный период «умеренного роста» Тюменская область практически не тормозила. Регион уверенно обгоняет и сводных северных братьев, у которых продолжает падать отдача старых нефтегазовых скважин, и большинство промышленных регионов Урала.

Хозяйственный комплекс области не только развивается, но и прекрасно зарабатывает (это не тавтология: Пермский край, например, неплохо зарабатывая, признаков выхода из поглотившей его трясины стагнации не подает). Поэтому тюменская экономика любима инвесторами, финансовый пыл которых не охладил даже трудный 2009 год, что в экономической жизни Урала и Западной Сибири редкость. Средства перепадают и на долю жителей региона. Даже средние зарплаты в Тюменской области не чета средне- и предуральским, а уж мифы о нефтяном довольствии тюменцев гуляют по всей России. Поэтому, кстати, жилищное строительство — сфера, в которой Тюменская область вот уже много лет остается недосягаемым лидером на Урале и в Западной Сибири.

Уральский середняк

Свердловская промышленность имеет явно выраженную отраслевую основу — металлургические производства, но говорить о ее монопрофильности не стоит. На производителей труб, алюминия, меди и черных металлов в последнее время в области приходится около 45% промышленной отгрузки, причем эта доля постепенно снижается. Важно, что прежний примат индустриального типа хозяйствования на Среднем Урале в последние годы неуклонно обволакивается бурным ростом сервисного сектора. Эпицентр роста — агломерация Екатеринбурга.

В минувшую острую фазу финансово-экономического кризиса регион (вместе с Челябинской областью) стал одним из основных «страдальцев». Так, например, в первом квартале 2010 года сокращение объемов производства по стране в целом составило 14,9%, а в Свердловской области — 26,3% (в Челябинской — 28%). Такое падение всецело определяется структурой промышленности Среднего Урала. Во-первых, сразу сжались объемы продаж у ориентированных на экспорт металлургов. Следом съежилось машиностроение: на волне прежнего роста среди машиностроителей лучше всего себя чувствовали те, кто обслуживал инвестиционный заказ добывающих отраслей. Впрочем, с наступлением проблем на финансовых рынках он тоже быстро иссяк. Из кризисной ямы Свердловская область смогла выбраться быстро (чего Челябинская сделать не сумела). Большую часть периода «посткризисного умеренного роста» Свердловская область и вовсе развивалась быстрее всех в макрорегионе.

Рост Свердловской области, как и падение в острую фазу кризиса, в основном обеспечили металлургия и машиностроение. Особенно изменилась ситуация в машиностроении: теперь в галопирующий рост пошла оборонка, питающаяся не сырьевым спросом, а щедрым госзаказом. В посткризисный период в Свердловской области серьезно заявили о себе еще как минимум две отрасли второго эшелона: АПК-пищевка и производство стройматериалов. Пищевая промышленность в кризисный провал держалась стабильнее и увереннее большинства секторов экономики — спрос со стороны населения на продукты питания неэластичен. А среднеуральские производители стройматериалов в посткризисный период стали позиционироваться отдельно от местной строительной отрасли — крупным источником спроса на их продукцию стало строительство в Югре и на Ямале.

Новосибирск—Ростов-на-Дону—Екатеринбург

Молоко от свободной коровы

Компания «АгриВолга» — одна из первых, кто своим примером создает технологические стандарты для развития в нашей стране органического сельского хозяйства. Этот быстро развивающийся рыночный сегмент в перспективе обеспечит аграриям большую рентабельность, чем в индустриальном производстве

section class="box-today"

Сюжеты

Сельская жизнь:

Одиночество флагмана

Пиар-ход или востребованный продукт?

/section section class="tags"

Теги

Сельская жизнь

Агропром

Долгосрочные прогнозы

/section

Обычное магазинное молоко имеет привкус карамельки или металла, что неестественно. Это происходит из-за пастеризации. Как правило, на заводах молоко нагревают до 86 градусов. При этом критическая температура — 74–75 градусов. Как только переваливаешь за нее, молоко становится другим продуктом — изменяется форма белков, разрушается лактоза. Мы же за счет чистоты своего сырья добились того, что можем пастеризовать его при температуре 72 градуса. Это позволяет нам сохранять вкус парного молока», — рассказывает руководитель группы компаний «Агранта» Сергей Бачин .

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Вообще-то, Сергей Бачин больше известен на рынке как строитель. Будучи президентом девелоперской компании «ПрофЭстейт», входящей в холдинг «Интеррос», он курировал реализацию целого ряда проектов — от строительства в Сочи горнолыжного комплекса «Роза Хутор» до коттеджного поселка Павлово в Московской области. Сегодня компания ведет проекты комплексного развития территорий в Тверской и Ярославской областях — «Завидово» и «Ярославское взморье».

Бизнес по производству органики (органической еды) начался для Сергея Бачина, можно сказать, случайно. Когда он приступил к реализации своего масштабного проекта по созданию курортной зоны в Ярославской области (комплексное развитие территории с коттеджной и гостиничной застройкой, зоной отдыха и т. д.), то увидел, что в округе нет достойных производителей продовольствия, у которых можно было бы закупать продукты, и нет нормального общепита. Так у строительной компании возник непрофильный актив в виде мясо-молочной фермы. «Просто стройками заниматься неинтересно, — рассказывает Сергей Бачин. — Мы стремимся создать определенное качество жизни. Это значит, что в наших домах удобно жить, понятно, в какую школу ходят дети, и проч. Но, создавая свои проекты для нового уровня жизни, мы столкнулись с тем, что есть-то нечего».

Первая продукция направлялась в собственный ресторан компании, где пришлась гостям по вкусу, и производство постепенно стало расти. Вскоре появились новые фермы, а излишки продукции приходилось отвозить на ближайшие мясокомбинаты и молокозаводы. Так в рамках многопрофильного холдинга «Агранта» появилась компания «АгриВолга», в рамках которой было решено заняться производством органической продукции полного цикла — «от поля до прилавка». Все предпосылки к этому были. Во-первых, у компании имелись земли, непригодные для строительства. Во-вторых, земли эти были заброшенными, а потому экологически чистыми, рядом с хозяйствами не было промпредприятий. В-третьих, удачное расположение: Ярославская область граничит со столичным регионом, основным рынком сбыта.

Сейчас «АгриВолга» является основным поставщиком органических продуктов в Ярославской области и уже известна в столичном регионе: продукцию компании можно купить в премиальных торговых сетях — «Глобус Гурме», «Азбука вкуса», «Бахетле», «Алые паруса» и др.

Сегодняшние амбиции компании «АгриВолга» — ввести в России новый органический стандарт молочных и мясных продуктов на примере своей компании. «Мы — первопроходцы в органике, и на нас уже сейчас многие равняются, — говорит Сергей Бачин. — По сравнению с крупными индустриальными сельскохозяйственными предприятиями наше — капля в море. Но сегмент органического питания в нашей стране только начинает развиваться. На фоне мелких производителей мы уже являемся лидерами и будем стремиться удерживать свои позиции».

Разница между «эко», «био» и «органик»

В общемировом производстве органической продукции Россия занимает долю 0,2%. «У нас нет традиции органического производства. Оно хорошо развито на западном рынке, например в Европе и Северной Америке. В США рынок органики оценивают в 30 миллиардов долларов, а совокупный мировой рынок — до 80 миллиардов долларов в год. Для сравнения: это больше, чем мировой экспорт вооружений, который в прошлом году был на уровне 65 миллиардов долларов», — объясняет нам по дороге Сергей Бачин, когда мы с фотографом едем в Ярославскую область смотреть его хозяйство.

В ближайшее десятилетие, уверен Бачин, мировой рынок органической еды сможет увеличиться до 250 млрд долларов; в нашей стране этот сегмент тоже может занять существенную долю, пусть не 10, а 2–3%. В первую очередь его росту в России будет способствовать новый федеральный закон по органическому сельскому хозяйству, который планируется принять в 2014 году. Ожидается, что документ определит статус рынка органического питания, порядок сертификации производителей и проч. В прошлом году уже два региона — Ульяновская область и Краснодарский край приняли для себя соответствующие законодательные инициативы на местном уровне.

Сергея Бачина называют идеологом современного органического сельского хозяйства в России

Фото: Олеся Тарасова

— А сегодня что вам мешает заниматься органикой?

— Среди россиян еще не созрело понимание специфики органических продуктов питания — почему они столько стоят. Другая проблема для нас — наличие контрафакта. Год назад компания впервые поставила свое органическое молоко на магазинную полку. Вскоре рядом с ним появилась продукция вдвое дешевле с наименованием «органическое молоко», которая ничего общего с органикой не имеет.

— И что вы сделали с такими соседями?

— Ничего. Молоко, которое убивает весь рынок органики и компрометирует всех производителей, до сих пор стоит на полке и продается. К сожалению, в отсутствие законодательных требований у таких производителей контрафакта развязаны руки и они могут делать все что угодно. Поэтому мы как компания сейчас выстраиваем потребительскую лояльность не столько к термину «органический», поскольку он не защищен законодательно, сколько к нашему бренду. Сейчас у нас две торговые марки: премиальная «Углече Поле» и «Из Углича».

Кроме того, мы консолидируемся с другими игроками — например, в прошлом году создали Национальный органический союз (НОС). Появляются и другие общественные организации, которые поддерживают друг друга и стараются вывести нечестных конкурентов на чистую воду. Мы все стремимся к одной цели: хотим выделить органические продукты питания в отдельную категорию и показать потребителям, чем наша продукция отличается от остальной.

— Я тоже не понимаю, чем органические продукты питания отличаются, к примеру, от экологически чистых.

— Органика — это философское отношение к жизни, к окружающей среде. Это целая система правил и контроля за производством, которая четко описывает, что можно делать, а чего нельзя. Например, в органике запрещено использовать гормональные препараты, антибиотики, синтетические удобрения, химию. Животных следует не просто кормить чистой пищей, им надо предоставить возможность жить естественной жизнью, к которой они привыкли в природе. Животные должны получать солнце, социализироваться. Они должны жить по-настоящему — органично! В растениеводстве нельзя пользоваться химическими удобрениями, нужно, чтобы земля была здоровая, необходимо пользоваться специальными технологиями культивации и т. д.

Теперь возьмем экологически чистое производство — там нет никакого свода правил. Скажем так: любая продукция, произведенная на территории России и поступившая в продажу, является экологически чистой. Так термин определен на законодательном уровне. Не нужно получать никакой сертификации, чтобы написать на продукте, что он «эко». К примеру, если вы взяли стандартную корову, вкололи ей антибиотики и дали гормональные препараты, то ее молоко и мясо все равно будут считаться экологически чистыми. Если продукция не экологически чистая, то по российскому законодательству она не имеет права продаваться в магазинах — никакая.

— А если на продукте стоит значок «био», что это значит?

— У нас в России ничего не значит. Если посмотреть на мировую практику, то «био» и «органик» — синонимы; при переводе с английского на немецкий «органик» — это «био, биодинамика». Допустим, в США и Великобритании в основном используют термин «органик», а в Германии и Франции — «био». Если мы говорим о российской традиции, то она формируется вокруг термина «органик». Дело в том, что термин «био» уже настолько засорен и стал использоваться разными мегапроизводителями, что превратился в маркетинговую добавку, которой перестали верить.

— В наступившем году планируется принять федеральный закон об органическом сельском хозяйстве. Вы считаете, что он изменит отношение потребителей к органическим продуктам?

—Да, если не принять закон и не разработать госстандарт РФ, то по мере развития рынка россияне будут верить только более распространенным импортным значкам качества и, как результат, покупать продукцию зарубежных производителей. А с новым законом нас ждет большой рывок — в ближайшие десять лет мы сможем пройти путь, по которому в Северной Америке шли предыдущие восемьдесят лет.

Лучше меньше, да лучше

Офис компании «АгриВолга» расположен в старинном городе Угличе Ярославской области, который славится своими культурными памятниками. Но мы едем в хозяйства — они расположены друг от друга на расстоянии пяти, а то и пятнадцати километров.

На птичьем подворье нам показывают, как выглядят нормальные месячные цыплята, которые живут не в тесных инкубаторах, а в естественных условиях. Они примерно в три раза меньше, чем те бройлеры, которые продаются в магазинах.

«Бройлеры огромные из-за гормонов роста, — объясняет Сергей Бачин. — Многие люди сегодня борются с лишним весом, но почему-то немногие понимают, что большинство индустриальных предприятий в рацион своих кур, свиней и коров добавляют гормоны роста. А как можно похудеть с такими продуктами, если животные по три раза в сутки принимали стимуляторы для наращивания мышечной и жировой ткани? Крупным холдингам невыгодно, чтобы эта информация становилась достоянием гласности. Они говорят, что индустриальный способ производства безвреден. Если вы хотите заниматься самообманом — пожалуйста, а я не хочу».

Следующее хозяйство, куда мы попадаем, — животноводческая ферма. Здесь компания «АгриВолга» перенимает опыт Канады. Климат этой страны схож с российским, поэтому несколько лет назад сюда из Канады привезли более 300 голов крупного рогатого скота мясной абердин-ангусской породы. «С нами сейчас работает канадский фермер, делится опытом племенной работы, — рассказывает Сергей Бачин. — Если говорить о молочной ферме, то у нас оборудование известной шведской фирмы. А если брать наши заводы по мясной и молочной переработке, то это австрийский проект — в контракт входят не только их постройка, но и налаживание, обучение наших сотрудников всем технологиям».

Особенность хозяйств компании «АгриВолга» — свобода для животных. Мы попадаем в молочное хозяйство, где живут 232 фуражные коровы. Работают здесь 12 человек, но обязательным на комплексе считается присутствие всего двух работников. Коровы здесь живут так, как им нравится: захотели поспать — поспали, поесть — поели, выйти на улицу — пожалуйста. Доиться тоже можно в любое время, хоть ночью. У каждой коровы есть ошейник с чипом, который собирает о ней всю информацию. Можно посмотреть, кто ее родители, сколько литров молока она дала утром, уточнить его жирность и проч.

В компании «АгриВолга» специализируются на выращивании коров двух молочных пород: местной черно-белой ярославской и рыженькой джерсейской, завезенной из Канады.

Ярославские коровы не являются суперпородой с точки зрения индустриального производства: ежегодно они дают от четырех до шести тонн молока, это практически вдвое меньше, чем получают от черно-пестрой голштинизированной (самая распространенная порода молочных коров). Однако без местных пород в органике не обойтись. Небольшое количество молока с лихвой компенсируется другими преимуществами. Ярославские коровы крепкие, имеют иммунитет, что важно для органического производства, где медикаментозная поддержка запрещена. Они выдерживают семь-восемь лактаций (голштины — две-три лактации). В их молоке содержится большое количество белка и жира, что хорошо для производства сыров. А для большей эффективности их скрещивают с джерсейской породой.

Романовская порода овец, в отличие от других мясных пород, приносит потомство круглый год

Фото: Олеся Тарасова

Мы направляемся в очередное хозяйство, где разводят овец. Работа здесь ведется в двух направлениях: производство мяса и выращивание племенных животных. «У нас есть две породы овец, которые мы завезли из Канады, — дорсет и суффолк. На территории России их практически ни у кого нет. Но главная наша гордость — романовская овца, к нам за ней едут со всей страны, — рассказывает главный зоотехник компании “АгриВолга” Наталья Макарова . — Эта порода была выведена в Ярославской области, в “царском” городе Романове, теперь это Тутаев. Внешне она маленькая, хорошо приспособлена к местным условиям. Первоначально разводилась как шубная овца, но сейчас ее больше ценят за мясо».

«Патриотами мы являемся, но у нас все-таки бизнес, а не хобби, — уточняет Сергей Бачин. — Для нас главная ценность романовской овцы в том, что с ней мы добиваемся равномерного производства баранины по году. У овец мясных пород есть особенность — они моноэстричны, то есть могут приносить потомство только раз в году, обычно в марте. Когда все ягнята рождаются в одно время, это очень неудобно, колоссальная сезонность. Но в мире есть порода овец, которая может приносить потомство круглый год, — это романовка, уникальная овца».

Главная цель при выборе племенных пород в хозяйстве «АгриВолга» — вкусовые качества производимого мяса. «Мы выбираем такие породы, такой способ обработки, чтобы наше мясо было самым вкусным, — объясняет Сергей Бачин. — Если взять наших свиней (к ним мы не едем из-за боязни занести заразу. — “Эксперт” ), то у нас только беркширская порода, мы ее привезли из США. Это специальная ресторанная порода, вкусовые качества ее мяса выше, чем у других пород. И так по каждому направлению. А иначе зачем всем этим заниматься, если продукция самому не нравится?»

Органическую еду покупают студенты

После экскурсии по фермам мы приезжаем в офис и подводим итоги. Итак, за шесть лет в компании «АгриВолга» было вложено в развитие сельскохозяйственного проекта более 1 млрд рублей собственных средств . В компанию входит 15 молочных и мясных хозяйств, расположенных на площади 44 тыс. га. Первые годы «АгриВолга» потратила на закупку племенных коров, овец и свиней, училась их выращивать, производить молоко и мясо в виде сырья. Затем появились новые направления — производство курятины, яиц. Полтора года назад в «АгриВолге» запустили первый цех по розливу молока, год назад — завод по переработке мяса, совсем недавно — завод по глубокой переработке молока. Вместе с тем начали осваивать новое для себя овощное направление. В ближайший год компания «АгриВолга» намерена завершить инвестиционную фазу и перейти в операционный процесс.

«Понимаете, нам очень нравится заниматься сельским хозяйством. Это очень увлекает! Но сейчас наш проект уже не похож на хобби, он его перерос. Вместе с тем это и не быстрый заработок. Горизонт планирования такого проекта — не менее 15 лет. Тогда органическое сельское хозяйство может стать даже более прибыльным, чем индустриальное. Посмотрите на скорость роста этих рынков: сейчас рынок индустриального сельского хозяйства ежегодно растет лишь на два-три процента, а органика — на 15–20 процентов в год», — рассуждает Сергей Бачин.

— Вы зарабатываете на высоких ценах на органические продукты питания?

— Да, прибыльность наших продуктов выше, чем тех, что изготовлены индустриальным способом. Стоимость органических продуктов в нашей стране может быть вдвое выше, потому что находится лишь на начальном этапе развития. Например, мы продаем пол-литра молока за 65 рублей, в Угличе — за 45 рублей, 200–250-граммовые баночки сметаны и творога стоят в магазине около 100 рублей. На Западе рынок более конкурентный, поэтому органическая еда стоит лишь на 20–30 процентов дороже, чем стандартная.

Имея такой уровень цен, сразу становишься независимым от государственной поддержки, потому что в индустриальном хозяйстве, если получил субсидию, значит, прибыльный, а если не получил, то моментально вылетел.

Кроме того, органическое сельское хозяйство является более стабильным, чем индустриальное. Колебания цен на нашу продукцию намного меньше. Допустим, когда до вступления в ВТО отечественные рынки были закрыты, то промышленное свиноводство имело прибыльность по 40 процентов, а с открытым рынком оно первые полгода работало с нулевой маржей. Сейчас российские промпредприятия работают примерно с 10–15-процентной маржей. В органике же мы, к примеру, развиваем два направления — молочное и мясное, их рентабельность составляет до 40 процентов.

Органическое молоко сохраняет вкус парного

Фото: Олеся Тарасова

— А в розничные сети с вашими органическими продуктами трудно попасть?

— У нас не такие большие объемы, чтобы нам было трудно. Мы со своим объемом продаж в 20 миллионов долларов — песчинка по сравнению с индустриальными производителями. Да мы и не хотим гнаться за количеством в ущерб качеству. Например, мы не планируем поставлять продукцию в гипермаркеты. Мы начинали продавать свои товары в Угличе с тонаров — это такие мини-магазины на колесах. Потом стали поставлять свою продукцию в рестораны. В Москве у нас есть три собственных магазина — «Углече Поле. Органик маркет». Сейчас мы в основном реализуем свою продукцию через премиальные торговые сети. В сбыте ориентируемся на Московский регион — по уровню развития рынка он уже сейчас сопоставим с западными странами. Мы для себя решаем следующую задачу: наши хозяйства должны быть достаточно далеко от Москвы, чтобы не подвергаться загрязнению мегаполиса, но при этом достаточно близко, чтобы производить продукцию вечером, а утром ее можно было уже купить в магазине. Мы этого достигли: Углич находится в 220 км от Москвы, машина оттуда до магазинов идет 3–3,5 часа.

— Есть мнение, что органическая продукция не для всех, ее покупают три категории граждан: обеспеченные люди, те, кто озабочен своим здоровьем, и родители маленьких детей.

— Не совсем так. Мы видим спрос со стороны просвещенных людей. Среди наших покупателей много студентов. Те люди, которые задумались, что же они едят и пьют. Есть и другая причина спроса. Сейчас многие берут нашу продукцию не потому, что они приверженцы органического стиля, а потому, что наши молочные и мясные продукты оказались для них наиболее вкусными.

Органика для северных территорий

— Сегодня на рынке органичесгкого сельского хозяйства работает два типа предпринимателей: крупные руководители, как вы, для кого это дополнительный бизнес и своего рода отдушина, а также совсем мелкие сельхозпроизводители, кто занимается органикой больше от безысходности. Каких компаний все-таки больше?

— Органикой у нас вообще мало кто сейчас занимается, только энтузиасты. Но я считаю, что в нашей стране настоящим органическим производством могут заниматься только крупные хозяйства. Объясню почему. На Западе органический производитель может быть маленьким: если не хватает кормов, можно купить органическую кукурузу, дать ее своим органическим курицам, чтобы они снесли органические яйца. У нас таких рынков и такой кооперации нет, поэтому требуется самому создавать полный производственный цикл. Иначе, как только вы отправляетесь на завод покупать обычный комбикорм, ваша продукция перестает быть органической.

Следующий момент — где производить. Органическим сельским хозяйством можно заниматься не везде. Если вы работаете на южных землях, в Краснодарском или Ставропольском крае, то вам выгоднее быть индустриальным сельхозпроизводителем. Во-первых, очень высокая урожайность. Во-вторых, там огромное количество вредителей, и если их не залить химией, то они съедят весь урожай. Если же вы находитесь, как наше предприятие, в центральной части России или на любых северных территориях, где производительность ниже, но меньше вредителей, то органическую продукцию выпускать более естественно.

Знаете, когда я только начал работать в сельском хозяйстве, то столкнулся со следующей проблемой: с теми, кто всю жизнь проработал в этой отрасли, сотрудничать крайне сложно. С одной стороны, нам как компании повезло. У нас в Угличе работают квалифицированные кадры. С советских времен там остались НИИ маслоделия и сыроделия, фабрика и завод по производству сыров. Есть определенная история и люди, которые умеют варить сыр, делать кефир и проч.

Вместе с тем, когда мы встречались с бывшими колхозниками, руководителями на местах, пытались заразить их своей идеей органического сельского хозяйства, то многие не видели разницы между нами и типичным индустриальным производством. Многие искренне не понимали, почему на наших фермах нельзя, чтобы из трактора масло капало на землю. Или почему мы не используем гормоны роста. Раньше какой-нибудь завфермой шел по коровнику и «на глазок» ставил уколы, «чтобы мастита не было», — потому что его когда-то так научили. При этом он даже не задумывался, что некоторым животным совсем не обязательно делать такие прививки. Поменять менталитет очень сложно, люди не понимают, зачем это надо.

— И как вы стимулируете работников?

— Все методы хороши. Мы не закупаем ненужные ветпрепараты, даже если кто и захочет уколоть корову по старинке, то нечем будет. У нас разработана целая система учета и контроля. Про экологию рассказываем, про разные инновации. Все от конкретных людей зависит, но ведь сельское хозяйство — это не полет на Марс, здесь важно честное, заботливое отношение к своему делу. Постепенно все привыкают, а еще пробуют новую продукцию и понимают, в чем разница.

Пиар-ход или востребованный продукт?

Мнения экспертного сообщества относительно органического сельского хозяйства расходятся. Спор идет с участием всех сторон: Минсельхоза, самих участников органического рынка — например, Союза органического земледелия (СОЗ) и Национального органического союза (НОС); «АгриВолга» входит во второй из указанных союзов.

section class="box-today"

Сюжеты

Экология:

Пекин ушел в туман

Восстанавливая равновесие

/section section class="tags"

Теги

Экология

Сельская жизнь

Агропром

/section

В настоящее время идет обсуждение законопроекта по органическому земледелию (рассматривается уже третий его вариант). Пока в отсутствие федерального законодательства компании никак не могут доказать свою «органичность», некоторые из них проходят сертификацию на Западе. Дискуссия главным образом разворачивается вокруг терминологии: что считать органикой, делать ли сертификацию обязательной или добровольной, нужно ли адаптировать российское законодательство к европейскому, для того чтобы в дальнейшем производители могли выходить на экспорт. Но самая животрепещущая тема — можно ли сделать производство органических продуктов массовым, и насколько это дорого? Вот мнения двух экспертов:

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Яков Любоведский , исполнительный директор Союза органического земледелия (объединяет мелких производителей):

— Крупные производители пытаются сказать, что если у мелких и средних фермеров нет денег и современных технологий, то те не смогут производить чистую продукцию. Однако во всем мире все ровно наоборот. Изначально органика появилась не как экологическое движение, а как одна из форм развития сельского хозяйства, причем от нищеты. На Западе в 1950–1960 годах, когда активно развивалось интенсивное сельское хозяйство, целый ряд мелких фермеров не могли себе позволить приобрести химические удобрения. Чтобы выжить, небольшие хозяйства объединялись в кооперативы и вводили для своих членов единые правила: совсем не использовать химию. К примеру, так появились немецкие кооперативы Bioland Demetra, а вообще в Германии кооперативы объединяют 98 процентов фермеров, без их мнения не принимается ни один закон.

Проблема российского сельского хозяйства в том, что у нас решения принимаются сверху, а не «с земли». Когда читаешь прессу, возникает ощущение, что в нашей стране работают только крупные агрохолдинги, например «Черкизово», «Мираторг». При этом в России больше половины всей сельскохозяйственной продукции производят мелкие хозяйства. Однако их мнения никто не знает.

Мы хотим развивать массовое производство органики вместе с устойчивым развитием сельских территорий с учетом разных климатических зон России, возрождать деревни, создавать людям условия для достойного заработка. Сейчас мы ездим в разные регионы, пытаемся понять «в полях», что действительно нужно небольшим сельхозпроизводителям, разрабатываем с их помощью программы. У нас уже сегодня многие мелкие сельхозпроизводители неофициально производят органическую продукцию. Некоторые, как на Западе, становятся экопроизводителями не от хорошей жизни. Отказаться от синтетических удобрений и разных добавок — это значит, что урожайность просядет на 30 процентов. Но при этом по факту выходит, что фермеры экономят больше, чем теряют. Произвести органическую продукцию стоит копейки. Другое дело, что сложно сделать ее товарной — очень затратная товаропроводящая цепочка.

Андрей Даниленко , председатель правления Национального союза производителей молока («Союзмолоко»):

— Я бы выделил две категории потребителей органических продуктов. К первой, философско-идеологической, относятся те, кто старается заботиться об окружающей среде, беспокоится о животных, экологии. Вторая категория потребителей более массовая — это те, кто следит за своим здоровьем и просто хочет быть уверенным в качестве продуктов, которые употребляет. Люди готовы платить больше за продукты, если они соответствуют их представлениям о правильном образе жизни. Уровень жизни населения в мире растет, а потому число потребителей, покупающих органическую продукцию, будет только увеличиваться. Такие же тенденции прослеживаются и в России. Тут можно спорить, насколько этот продукт действительно стоит тех денег, которые берут за него, — многие считают, что это просто пиар-ход.

Для индустриального производителя органика не является угрозой. Даже в странах, где биологическое сельское хозяйство активно развивается, доля индустриальной продукции составляет не менее 80–90 процентов рынка. Органическая продукция — это сегмент рынка, который может быть популярным, но никогда не станет массовым. У нас и так продукты питания в России чрезмерно дорогие. Для большей части жителей нашей страны увеличение стоимости продуктов даже на 10 процентов является критическим, а органические продукты дороже обычных как минимум наполовину, а то и вдвое.

Все для радости приготовления

Дайте совет: что, по-вашему, нужно, чтобы выйти на рынок? - Помимо отличной идеи и качественного продукта нужен эффективный маркетинг. Всегда проще строить продукт для аудитории, которая вас уже знает, с которой вы можете общаться напрямую.

section class="box-today"

Сюжеты

Практика инвестирования:

Аура в авто — их рук дело

У «Форекса» все хорошо

/section section class="tags"

Теги

Практика инвестирования

Эффективное производство

/section

сфера деятельности: доставка продуктов по рецепту

стартовые вложения: весна 2012 года (собственные вложения) 1 000 000 руб.; зима 2013 года (от бизнес-ангела в обмен на долю в 14%) 1 500 000 руб.

Готовить дома сегодня очень модно. Книги рецептов, сдобренные красивыми картинками, разлетаются многотысячными тиражами. Кулинарные блогеры набирают больше подписчиков, чем политологи или поп-звезды. На кулинарных курсах и мастер-классах мужчин не меньше, чем женщин. Но многим жителям больших городов все же удобнее есть вне дома или покупать готовые блюда в кулинарии местного супермаркета, а приготовление еды для них переходит из быта домохозяйки в разряд сюрпризов, или каких-то событий вроде приема гостей, или хобби. С неизменным фотографированием процесса и горделивой публикацией в соцсетях.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

У Ирины Назаровой , выпускницы факультета вычислительной математики и кибернетики МГУ, а после — экономической магистратуры РЭШ, хобби переросло в бизнес. Успев поработать аналитиком в инвестбанке и инвестфонде, не получив удовольствия, но заработав денег, Ирина решила найти дело, которое принесет и то и другое. И в лучших традициях начинающих предпринимателей решила монетизировать увлечение. Проект «Радость приготовления» стартовал в Москве летом 2012 года.

Компания занимается доставкой продуктов по рецепту, освобождая клиента от необходимости ездить со списком от одного супермаркета к другому. «Мы предлагаем блюда, которые несложно готовить. Но такие, что о вас скажут: гурман. Из испанской, французской кухни. Все они есть на нашем сайте. Мы выбираем рецепты с использованием экзотических ингредиентов или такого набора продуктов, которого не найдешь в одном каком-то магазине, — черемуховая или миндальная мука, например, мята, экзотические ягоды, специи», — объясняет идею Ирина. Все доставляется из расчета на количество персон, что позволяет избежать и хлопотных замеров, и продуктовых излишков, которые будут валяться невостребованными на полках и в холодильнике, пока не испортятся. Остается только все это смешать, если надо, запечь, то есть произвести какие-то конечные, самые приятные действия, в результате которых получается блюдо, приготовленное собственными руками, — и принимать комплименты. То есть, по сути, это не продажа продуктов как таковых, а продажа антуража — идеи, как самому приготовить то, что способно удивить друзей или семью. Тут вам и «вырезка с вишневым соусом», и «маковый кекс», и «нан бухарский по ГОСТу», и «сливочно-смородиновое мороженое с грильяжем», и «малиновый пирог с белым шоколадом», и многое другое.

Как все устроено

Важным был первый шаг. Какой рецепт предложить клиентам? «Я рассматривала много разных вариантов, какие-то были слишком сложные, какие-то могли оказаться невостребованными. При этом нужно было сочетание нераспространенных ингредиентов, — вспоминает Ирина Назарова и продолжает: — В итоге я остановилась на мексиканских тортильях. С одной стороны, простое блюдо, с другой — там есть очень интересная фишка: мясо обваливается в смеси какао с корицей и чили, получается очень приятный аромат». Сегодня, через полтора года, рецептов, конечно, уже десятки. Какие-то не прошли испытание спросом и были заменены, другие, вроде бургеров, — превращаются в конструктор ингредиентов. Есть и весьма привлекательные сезонные предложения, и нововведения. «На днях мы запустили сайт на платформе нашей собственной разработки, которая позволяет клиентам редактировать состав своего комплекта — например, чтобы не покупать те продукты, которые уже есть дома, или чтобы видоизменить рецепт на свой вкус», — рассказывает Назарова.

Фотографирует, кстати, Ирина сама. Сама же создала страницы в соцсетях, сама сделала и оформила сайт. Однако первый вложенный миллион рублей иссяк быстро. У молодого бизнеса, а тем более у начинающего предпринимателя много мелких трат, «дорогих» ошибок и мало времени, которое всегда играет против. «Целых 20 процентов суммы пошло на рекламу… Основная часть, конечно, оказалась неработающей. Пробовали соцсети, кулинарные сайты, контекстную рекламу — она не сработала вообще. Остальное — зарплата сотрудников, упаковка из крафтовой бумаги — по оптовой цене наборы от 10 тысяч штук, маленькие комплекты — в расчете на одну единицу дорогие. Но, чтобы подстраховаться, брала их. И аренда, конечно, — снимаем часть кухни в ресторане», — перечисляет Назарова. Начинала работать Ирина с подругой, но спустя три месяца партнер сменился. «Ко мне присоединился мой бывший однокурсник и однофамилец Сергей Назаров », — рассказывает Ирина.

«Радость приготовления» радует по предзаказу — нужно успеть до 14.00. Хотя в наличии всегда есть что-то не скоропортящееся. Продукты собираются в крупных супермаркетах METRO Cash & Carry, где цены близки к оптовым (до заказа у ресторанных поставщиков стартап пока не дорос). Потом к работе приступает сборщик. «Сначала была идея отдать сборку на аутсорсинг, но поняли, что лучше нас это никто не сделает», — рассказывает Назарова. «Работают руками» три человека. Забрать заказ клиент может либо сам, либо, заплатив за доставку, — курьеров Ирина нанимает в основном через Youdo (стартап, о котором журнал «Эксперт» писал в № 15 за 2013 год). Сама Ирина занимается управлением, рецептами и снимками. Поскольку любит готовить, охотно делится собственными хитростями.

«Сейчас средний чек — две тысячи рублей. Около 300 рублей за порцию. Сравнимо с чеком магазина, хотя “дозировка”, конечно, будет меньше. При этом стоимость блюда ниже, чем в кафе. К тому же плата здесь за антураж — самому приготовить, зажечь свечку, произвести впечатление», — объясняет основательница «Радости». Ее маржа — от 30 до 50%. Подсчитано, что повторно возвращается 40% клиентов. На сайте уже зарегистрировано около 200 тыс. человек.

Ирина Назарова, 26; образование: ВМК (факультет вычислительной математики и кибернетики) МГУ, магистратура РЭШ

Клиенты

«Мы ориентируемся на людей, у которых нет времени на хождение по магазинам, но которые любят удивить близких оригинальным рецептом. С одной стороны, “Радость приготовления” заказывают молодые мамы. Ребенок отнимает все время, а муж приходит с работы все равно голодный. Это для всех, кто любит непосредственно процесс готовки, — описывает клиентов Назарова. — С другой стороны, около 30 процентов наших заказчиков — мужчины, причем разных возрастов, от 25 до 40 лет. Они не настолько увлечены процессом, чтобы искать ингредиенты. Но охотно готовят для своих любимых женщин. У нас заказывают и компании друзей, которые вместе жарят стейки или готовят бургеры — мы привозим составляющие».

Спрос колеблется в зависимости от дня недели. Рост со среды по пятницу проходит высшую точку, а к понедельнику обваливается. Ну и, конечно, взлет бывает в праздники: скажем, под Новый год многие в готовых комплектах находят свое спасение.

Клиенты возвращаются, приводят друзей. А кто-то попадает на сайт, забивая в строку интернет-поисковика какой-нибудь экзотический ингредиент вроде гималайской розовой соли. Еще один канал привлечения клиентов — сотрудничество с блогерами, но основательница стартапа только в начале этого пути. «Есть идея установить на их сайте кнопку, нажав на которую, можно заказать ингредиенты к любому блюду по личному рецепту блогера, за это блогер будет получать 10 процентов от стоимости заказа», — рассказывает Ирина.

Чего можно было избежать

«Я постоянно учусь быть предпринимателем. Я прохожу все заново. Повторяю многие ошибки. И постоянно отвлекаюсь на идеи, которые предлагают друзья», — сетует Назарова.

Пока здесь только учатся торговать через разные каналы: подставляя собственный кошелек, проект исследует действенность рекламы. Мечтают выйти в офлайн и планируют проводить кулинарные мастер-классы.

И если российский поисковик выдает сайт Ирины на запрос хороших рецептов далеко не в первой десятке и даже не на первой странице, в далеких США издательство заявило права на название «Радость приготовления». «Оказывается, есть такая книга — она упоминается в фильме “Джули и Джулия” с Мерил Стрип. Нам написал издатель этой книги с требованием изменить название. Правда, не представил никаких документов», — удивляется Ирина. Впрочем, имя российского проекта уже не отнять — зарегистрировано.

Калькулятор

«Мы пытаемся выйти на рабочую модель на маленьком масштабе. Мне хочется создать успешную модель. А потом ее масштабировать», — рассуждает предпринимательница. Развивается сервис пошагово.

Помимо самой Ирины Назаровой и ее однофамильца Сергея, которые зарплату не получают (Сергей пришел за опцион), в стартапе трудятся директор по производству и два сборщика со средней зарплатой 30 тыс. рублей.

Зарплаты, а также аренда кухни и закупка упаковки составляют основную часть расходов. «Мы перестали покупать рекламу, поэтому сейчас этот процент обнулился. Но мы начинаем работать со сторонними авторами и кулинарными сайтами и будем возвращать им 10 процентов от выручки», — просчитывает Назарова.

В среднем порция стоит 300 рублей, средний чек — 2 тыс. рублей.

Маржа большая — от 30 до 50%. Чтобы быть на операционной окупаемости (а там компания и находится), нужно продавать на 200 тыс. рублей в месяц.

Динамика роста заказов — почти 30% в месяц. Как планирует Ирина, вложения окупятся через год — при условии, что сложится сотрудничество со знаменитыми кулинарными блогерами и даст рост выручки до 2 млн. Тогда снизятся и такие издержки, как стоимость продуктов и упаковки, поскольку можно будет рассчитывать на более низкие закупочные цены. И большую маржу. Ведь вопрос здесь даже не в цене: это не продукты в чистом виде, а сервис — продукты плюс услуга по их подготовке.

Резюме

Идея хорошая. Кстати, похожие небольшие сервисы, в разных вариантах и масштабах, есть в крупных городах США, Европы и Азии. Вопрос — удастся ли предпринимательнице привлечь и приучить клиентов. Если такая услуга незнакома и не распространена, то даже человек, подумывающий о том, «как бы было хорошо, если бы кто-то сделал черновую работу», не всегда станет эту услугу искать целенаправленно. Хорошим вариантом может быть выход в дорогой ритейл премиум-класса. Но здесь есть опасность, что сеть захочет присвоить идею. Так что одним из выигрышных ходов, как и для многих других стартаперов, может стать поддержка коллег — вскладчину, торгуя товарами в одной сфере, открыть точку или магазины.

Катар не боится сланцевого бума

Эмират не собирается снижать объемы поставок природного газа в Европу и Азию, несмотря на прогнозы появления на этих рынках дешевого американского сланцевого газа, но делает полезные выводы

section class="box-today"

Сюжеты

Международная конкуренция:

Зачем воспитывать элиту

Борьба за Автокитай

/section section class="tags"

Теги

Международная конкуренция

Газовая отрасль

Катар

Долгосрочные прогнозы

/section

18 января в своем еженедельном обращении к нации президент США Барак Обама особые надежды на восстановление экономического роста связал с энергетикой: «Впервые за последние два десятилетия Соединенные Штаты произвели больше нефти, чем закупили за рубежом. Кроме того, сейчас мы получаем больше возобновляемой энергии, чем когда-либо, и больше всех в мире — природного газа». Ранее, весной 2013 года, Обама обещал превратить Америку в нетто-экспортера газа, и чем дальше, тем чаще слышны заявления экспертов о том, что «сланцевая революция», идущая в Соединенных Штатах, распространится на другие регионы и подорвет позиции традиционных поставщиков природного газа. Речь идет не только о России, но и о Катаре — крупнейшем поставщике сжиженного природного газа на мировой рынок, который как раз в наибольшей степени пострадал от резкого сокращения поставок в США. Тем не менее энергетическая стратегия Катара претерпела на удивление мало изменений, и это, в частности, есть одно из свидетельств того, что перемены, которых ожидают от «сланцевой революции», могут оказаться не столь масштабными.

Прежним курсом

Несмотря на общее уменьшение потребностей Европы в природном газе, 8,7% импортируемого ею газа доставляется из Катара, который превосходит Нигерию, Ливию, Тринидад и Тобаго, Египет, а уступает лишь России, Норвегии и Алжиру — давним поставщикам на этом рынке. Причем в последнее время Катар перешел к среднесрочным и долгосрочным контрактам с указанием фиксированной стоимости топлива, а кроме того, он настойчиво придерживается механизма расчета цен на СПГ в привязке к стоимости нефти, вопреки стремлению импортеров отвязать их друг от друга, тем самым стремясь добиться более низкой цены.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Согласно рассчитанному на двадцать лет контракту, подписанному в 2009 году с Польшей, с середины 2014 года (и не позднее начала 2015-го) компания Qatargas будет ежегодно поставлять туда 1,4 млрд куб. м газа с перспективой дальнейшего увеличения объема экспорта в 2017–2018 годах.

Законтрактованный ежегодный объем, который катарская сторона обязуется поставить полякам, равен 13% их нынешнего совокупного импорта природного газа. Причем большую часть польского импорта газа (9 из 10,9 млрд куб. м) составляет российское сырье.

Катарцы имеют долгосрочные контракты на поставку сырья с Великобританией, Францией, Бельгией, Италией, а также ведут переговоры об экспорте СПГ в страны Балтии, Белоруссию и на Украину.

Стоит напомнить, что по итогам 2012 года Катару удалось увеличить поставки на 4,7% по сравнению с 2011 годом. Эмират поставил за рубеж около 105,4 млрд куб. м СПГ (в 2011-м — 100,4 млрд). Топливо преимущественно направлялось в страны Азиатско-Тихоокеанского региона (66,5 млрд куб. м), с которыми Катар также заключил ряд долгосрочных контрактов, и Европы (31,1 млрд куб. м). Оставшийся объем получили государства Северной, Южной и Центральной Америки (4,9 млрд куб. м), а также Ближнего и Среднего Востока (2,9 млрд куб. м).

Стоит отметить, что за пять лет поставки катарского СПГ на рынки Старого Света возросли почти в четыре раза — с 7,9 млрд куб. м в 2008 году до 31,1 млрд в 2012-м. Наибольший объем экспорта (43,4 млрд куб. м) был достигнут в 2011 году, когда Европу еще не захлестнули экономические неурядицы.

Рост экспорта катарского топлива в европейском направлении создает сложности «Газпрому». В 2013 году Россия поставила на рынки дальнего зарубежья 161,5 млрд куб. м природного газа, что стало рекордным показателем за все годы. В свою очередь, Катар настаивает на том, что его экспортная политика основана прежде всего на долгосрочных контрактах, но в собственных экономических интересах эмират может варьировать направление поставок и их стоимость в зависимости от текущего спроса на том или ином рынке.

Катарский газ в Европе снижает конкурентоспособность российского сырья, и, вероятно, эта тенденция будет усиливаться. После 2014 года в результате увеличения производства сырья из-за снятия действующего с 2005 года моратория на расширение добычи на катарском месторождении «Северный купол», а также вследствие введения в эксплуатацию новых регазификационных (для приема СПГ) мощностей в Европе эмират будет более активно насыщать этот рынок, что уже гораздо серьезнее затронет интересы российского бизнеса.

Тем более что в «Газпроме» ожидают резкого роста спроса на газ в Европе. По оценкам специалистов компании, к 2025 году потребности европейского рынка в дополнительном импортном газе вырастут на 145 млрд куб. м, а к 2035-му — на 185 млрд куб. м. Российские отраслевые аналитики предполагают, что в ближайшие годы Катар будет поставлять в Европу дополнительные 50 млрд куб. м газа в год — это около 5% газового рынка ЕС.

Специалисты британской фирмы Business Monitor полагают, что растущая конкуренция со стороны Австралии, стран Восточной Африки и Северной Америки в течение текущего десятилетия станет серьезной угрозой для прочных позиций Катара на международных газовых рынках. В отчете компании говорится о небольшом сокращении доказанных запасов катарского природного газа в будущем. Ожидается, что в 2013–2021 годах они уменьшатся на 1,9% (уровень 2010–2012 годов — 25 трлн куб. м). При этом экспортный потенциал эмирата останется без изменений — около 107 млрд куб. м СПГ (77 млн тонн) в год. И неизменными будут параметры экспорта. В общем, Катар никаких потрясений вследствие «сланцевой революции» не ожидает.

Сомнительные перспективы

Согласно прогнозным оценкам U. S. Energy Information Administration, профильного учреждения американского правительства, через семь лет в США будут добывать в основном сланцевый газ. (Для сравнения: в 2010 году доля сланцевого газа составляла 23% общей газодобычи в стране, а лидировали традиционный природный газ и сырье, получаемое из твердых пород.) К 2020 году, по тем же прогнозам, сланцевый газ выйдет на первое место (39%), потеснив традиционный природный газ и газ из твердых пород.

Однако прогнозы эти могут и не реализоваться. Некоторые авторитетные компании не только объявили о снижении прибыли от разработки сланцевых активов, но и начали распродавать свои доли в сланцевых месторождениях. Например, минувшей осенью Royal Dutch/Shell выставила на продажу долю в месторождении Eagle Ford Shale, расположенном на территории Южного Техаса. Есть даже примеры банкротства. Одна из наиболее известных американских компаний по добыче сланцевого газа — Chesapeake Energy — испытывает серьезные финансовые трудности, для преодоления которых, по всей видимости, ей тоже придется продавать сланцевые активы.

Крупные игроки оставляют сланцевый бизнес на одной территории и охотно принимаются за освоение другой, поскольку скважины быстро истощаются. По подсчетам специалистов, для сланцевого газа характерны следующие показатели снижения добычи: в первый год к уровню первых дней добычи — на 65%, во второй год к уровню конца первого года — на 53%, в третий год к уровню конца второго года — на 23%, в четвертый год к уровню конца третьего года — на 21%. Таким образом, за четыре года добыча на открытых скважинах снижается по отношению к первоначальному уровню в десять раз!

Кроме того, сланцевая индустрия наносит серьезный урон экологическому состоянию территорий. Некоторые административно-территориальные единицы США — Питсбург, Хайленд-Парк (штат Нью-Джерси), множество городов в Пенсильвании, Драйден (штат Нью-Йорк) — уже наложили запрет на разработку сланцевых месторождений на своей территории.

Дело в том, что при добыче сланцевого газа применяется технология гидроразрыва пласта: в скважину под давлением закачивают около 20 млн литров разрывающей жидкости, которая образует трещины в сланцевой породе. Эта жидкость содержит большое количество вредных веществ, которые затем попадают в водные артерии, превращая воду в яд.

Не случайно Royal Dutch/Shell, оставившая свои сланцевые активы в США, начала активно добывать сланцевый газ на Украине. Получив положительные результаты при бурении первой скважины сланцевого газа на Юзовской площади, концерн планирует в ближайшее время довести количество пробуренных на востоке страны скважин до пятнадцати.

Пример Украины и Польши, которая в 2011 году загорелась идеей стремительного развития газодобычи из сланцев, а также Великобритании позволил специалистам крупного итальянского концерна Eni сделать прогноз, отражающий динамику добычи сланцевого газа до 2024 года. Правда, согласно этому прогнозу, добыча может начать быстро расти лишь после 2020 года. Члены ЕС ведут ожесточенные дискуссии о возможных перспективах сланцевой промышленности. Франция запретила добычу сланцевого газа, ссылаясь на экологический вред при разрыве гидропласта. Германия ввела мораторий на добычу сланцевого газа, а Европарламент ужесточает правила разработки сланцевых месторождений. К тому же из-за высокой себестоимости добычи, обусловленной географическими особенностями территорий, рентабельность сланцевых проектов в Европе гораздо ниже, чем в США.

Подводные камни

Появляется все больше оснований считать, что информационная суета вокруг сланцевого газа — это попытка вынудить экспортеров снижать цены на энергоносители, поскольку нынешняя стоимость углеводородов крайне высока для переживающей трудные времена американской экономики.

Показательно и то, что, несмотря на сланцевый бум, основные потребители природного газа активно развивают СПГ-индустрию. Ведущие западные компании (ExxonMobil, ConocoPhillips, Royal Dutch/Shell) инвестировали большие средства в строительство сжижающих заводов в Катаре, а также в создание приемных мощностей. Разумеется, они рассчитывают окупить затраты и получить прибыль, так что странно было бы ожидать, что в перспективе США вдруг полностью откажутся от реэкспорта катарского СПГ.

Здесь нужно отметить один важный нюанс. Если американцам удалось на внутреннем рынке заместить значительное количество ранее импортируемого газа на собственное топливо из горючих сланцев, то это не означает, что они способны серьезно увеличить экспортные объемы СПГ, которые в последние годы сильно уменьшаются. Дело в том, что сланцевый газ имеет много примесей, от которых его необходимо очищать, прежде чем преобразовать его в СПГ, пригодный для последующего экспорта. Финансовая составляющая здесь важнее технологической: весь процесс добычи и переработки сырья хорошо известен, но, как показывает практика, понесенные расходы превышают возможную прибыль.

Поэтому можно предположить, что новые поставки (если они все-таки появятся), скорее всего, будут направляться не на европейские, а на азиатские рынки, где растет потребление природного газа и наблюдается благоприятная ценовая конъюнктура. Однако при этом Вашингтон, конечно, и дальше будет делать заявления о возможном экспорте дешевого американского сжиженного газа не только в Азию, но и в Европу. Это позволит косвенным образом снижать цены на российское и катарское топливо за рубежом.

Зачем закручивают налоговые гайки

Попытки увеличить доходы бюджета и путем повышения налоговых ставок на фонд оплаты труда, и ужесточением ответственности показывают, что в правительстве не очень понимают, как работает реальная экономика

section class="box-today"

Сюжеты

Налоги:

Зачем закручивают налоговые гайки?

Тяжелый путь подоходного налога

/section section class="tags"

Теги

Налоги

Долгосрочные прогнозы

Налоги - мировой опыт

Бизнес и власть

/section

Народное хозяйство перестало показывать рост производства. В казне острый недостаток денег. Всеми и всяческими способами начальство пытается повысить налоговые сборы. Борьба с серыми зарплатами — в Госдуме обсуждается пакет мер по ужесточению ответственности как нанимателей, так и работников за зарплаты «в конвертах» — одна из попыток. Как нередко бывает, попытка, весьма противоречивая по отношению к собственным целям.

Вспомним: в 2009 году правительство задумало увеличить сборы социального налога, для чего с 2011 года была повышена с 26 до 32% от заработной платы совокупная ставка обложения (при этом налог с 2010 года переименовали в страховые взносы, а на высокие зарплаты ставки были ниже). Итог был предсказуем — и предсказан многими: в 2011 и 2012 годах сборы снизились, вместо того чтобы возрасти. Ставку снизили до 30% — однако помочь это, вопреки необъяснимым ожиданиям начальства, уже не могло. Да и много ли лучше для предприятия 30%, чем 32%, по сравнению с исходными 26%?

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Между тем в 2013 году значительно понизились темпы экономического роста, наполнение казны стало еще более затруднительным. Решили, как видно, зайти с другой стороны: при сохранении ставки повысить собираемость. Поскольку снижение сборов страховых платежей было осуществлено уходом зарплат в тень, решили именно это слабое место «подкрепить». Разумеется, в уголовной ответственности за неуплату НДФЛ ничего нового нет. Однако действенность нормы закона зависит от того, насколько правоохранители ее «правоприменяют».

Рассудим, что могло бы выйти из этого «нового» начинания. Прежде всего, в чем причина настолько сильного нежелания предпринимателей платить больше налогов? Разумеется, жадность исключить никак невозможно — однако для очень значительного числа мелких и средних предприятий дело совсем не в жадности. Они просто не в состоянии платить больше по совершенно не зависящим от них обстоятельствам. Очень многие живут на грани безубыточности, а для тех, кто пока в прибыли, доходность в 5% представляется вполне привлекательной. Соответственно, те самые дополнительные 6% от ФОТа для подобных предприятий были равносильны переходу в разряд убыточных, то есть разорению. Это если мы рассуждаем в предположении, что работали они «вбелую».

Однако и до повышения социального налога немало компаний выживало исключительно благодаря недоплате налогов, то есть жизни в тени. С этими — затруднение того же рода, но куда большего масштаба. Выведение зарплат из тени крайне дорогое удовольствие. Оно обошлось бы примерно в треть оборота (продаж) предприятию, у которого высока доля заработной платы в себестоимости: именно такую величину — повторю, примерно треть оборота! — составили бы налоги. (А малые предприятия по преимуществу именно таковы, и особенно это справедливо для предприятий инновационных.) Очевидно, что подобным образом повысить свои налоговые платежи могут исключительно предприятия с прибылью выше трети продаж. Много ли таких?

Иными словами, выйти из тени для многих предприятий экономически невозможно, независимо от их желания. Остается либо продолжать ходить под страхом уголовного преследования, либо разоряться/закрываться. И не важно, происходит увеличение ставки налога или улучшение собираемости. Экономически это одно и то же для налогоплательщика: больше налогов к уплате — меньше прибыли / или больше убытков.

Соответственно, усиление налогового давления может иметь три макроэкономических следствия. Часть предприятий сможет заплатить больше за счет сокращения прибыли, однако они перейдут в разряд финансово неустойчивых. Другая часть заплатить больше налогов не сможет — и закроется. Третья часть также окажется неплатежеспособной и еще глубже уведет в тень свои денежные потоки. В итоге на круг сбор налогов, вернее всего, сократится, особенно учитывая косвенные явления вроде сокращения покупок потерявшими работу. Расходы бюджета при этом увеличатся по меньшей мере на величину пособий по безработице для них. Бюджетный дефицит возрастет.

Зачем правительство закручивает налоговые гайки? Общий ответ понятен: правительство понимает, сколько налогов должно бы поступать в казну при данном уровне производства и ставок, и знает, сколько поступает на самом деле. Разница — поверит ли читатель? — весьма значительная. И это побуждает к действию. Другое дело, что прямолинейные решения оказываются в конечном счете убийственными для многих предприятий и по меньшей мере бесполезными для казны. Почему осуществляются наносящие казне убыток налоговые меры — вопрос иной. Напрашивающийся ответ: принимающие решения лица не понимают, как устроена и действует экономика. Не хотелось бы так думать, однако история с повышением социального налога / платежей иного объяснения не предлагает.

На самом деле любой предприниматель, как и любой работник, мечтает отказаться от серых зарплат и иных способов уклонения. Для этого необходимо, однако, чтобы выход из тени для них не стал смертельным номером. Другими словами, уровень налогов следует ощутимо понизить, в соответствии с возможностями «предельного» среднего и малого предприятия. Точно так же, как понизили в 2003 году НДФЛ с верхних 36 до 13% — и получили, вопреки, казалось бы, цифрам, ощутимый прирост налоговых поступлений. Того же следует ожидать и от ощутимого снижения ставок налогов на предприятия. Без понижения ставок давление на собираемость может иметь своим итогом разорение предприятий и сжатие экономики, а вовсе не экономический рост.

Одновременно решится и смежная задача: отмывание денег при отказе предприятий от серых схем умрет за ненадобностью. Небольшой опрос знакомых предпринимателей показывает, что для мелкого и среднего бизнеса для выхода из тени необходимо снижение совокупной ставки налогов примерно на 15–20 процентных пунктов из насчитанного Всемирным банком 51% (иными словами, до уровня 35–30%). Можно посчитать и иначе: сейчас ставка обналичивания где-то 5–10%, в зависимости от обстоятельств. Все эти деньги предприниматели готовы отдать в виде налогов. Это разом спасло бы бюджет от дефицита.

Понятно, что для правительства пойти на подобный риск очень страшно. Одно дело пописывать статейки с приблизительными прикидками приварка к бюджету от послаблений, другое — нести ответственность за жизнь страны. Однако существуют возможности и почти строгого финансового моделирования, и проведения экономического эксперимента в небольшом размере. Главное, к чему клоню: существующая налоговая система должна быть изменена в корне, не только по уровню ставок, но и по набору налогов (отдельная тема), если правительство желает экономического роста, а не удушения предпринимателей. Возможно ли это силами лиц, данную налоговую систему воздвигших (правда, в условиях быстрого экономического роста на подъеме нефтяных цен), — вопрос философский.

Унижение БРИК

Развитые рынки в прошлом году опередили по доходности все рынки развивающихся стран. Это сопровождалось бегством инвесторов из активов БРИК. Но и нынешняя ситуация неустойчива: рынок США уже явно перегрет

section class="box-today"

Сюжеты

Мировые финансы:

Капитала не будет

Снова в зоне риска

Скверное стечение обстоятельств

/section section class="tags"

Теги

Мировые финансы

Долгосрочные прогнозы

/section

Может ли рынок развитой страны расти двузначными темпами в год? Японская сенсация — +56% по Nikkei — лишь немногим ярче американской сенсации — +30% по S&P 500 и немецкой — +25% по DAX (см. график 1). Инвесторы радостно вернулись на развитые рынки, впопыхах забрав с развивающихся все, что только cмогли.

Раздутая Америка

Новости о том, что Dow Jones и S&P взяли очередной исторический максимум, в прошлом году стали привычными и даже успели наскучить. При этом траектория бурного роста американских акций совпадает с траекторией роста денежной массы — за 2013 год ФРС влила в рынок чуть более триллиона долларов. Это вливание по объему и скорости сопоставимо с экстренным «разбрасыванием денег с вертолета» в 2008 году, и нет ничего удивительного, что это привело к ралли на фондовом рынке. Индексам удалось даже преодолеть вершины, с которых они скатывались в 2000 и 2007 годах (см. график 2). Очередной семилетний период подошел к концу, и независимые аналитики уже начинают бить тревогу, ожидая нового обвала американского рынка акций. Масла в огонь подливают такие компании новой экономики с явно раздутой капитализацией, как, например, Twitter: текущая капитализация 34 млрд долларов, выручка 500 млн долларов, EBITDA отрицательная, речи о прибыли даже не идет.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Еще больше опасений вызывает японский рынок. +56% по Nikkei за год — невиданная цифра, которая на самом деле не сулит ничего хорошего. Банк Японии еще в 2012 году бросился нагонять ФРС по эмиссии денег и с успехом справился с этой задачей — всего за полтора года он выкупил активов на 100 трлн иен. Это около 1 трлн долларов — тот же объем, что и у США при втрое меньшем размере экономики. Конечной целью, конечно, было не ралли на фондовом рынке, а инфляция: в Японии она много лет колеблется около нуля, скатываясь в отрицательную область и только триллионным вливанием удалось в 2013 году пододвинуть ее к отметке 1%. Воодушевленный успехом, Банк Японии декларирует, что и дальше продолжит вбрасывать в свою финансовую систему по 70 трлн иен (700 млрд долларов) ежегодно. Но как и в США, до реального сектора новые деньги не доходят, а крутятся исключительно на финансовом рынке. Критический отрыв фондового рынка от реального сектора налицо: в 2013 году японская экономика, как ожидается, прибавит примерно 2,5%.

Похожая ситуация и в еврозоне: инфляция ниже 1%, ВВП по итогам 2013 года увеличится лишь на 0,5%. В такой ситуации двузначный рост фондовых рынков Германии, Франции, Великобритании выглядит как чистой воды спекулятивный разгон. Последние годы ясно показали: фондовые индексы оторвались от реальной экономики, по мировому финансовому рынку мечется спекулятивный капитал, вызывая обвалы и всплески то в одной, то в другой стране.

БРИКС: уходя, гасите свет

ВВП Бразилии по итогам 2013 года покажет рост примерно на 2,3%, Китая — на 7,7%, Индии — на 4,8%, ЮАР — на 3,4%, прогноз для России по итогам 2013 года — 1,8%. Все это примерные цифры, точных данных пока нет, но и так ясно, что развивающиеся экономики продолжают расти явно быстрее своих развитых собратьев. При этом еле-еле набегающие в США 1,9% прироста ВВП воспринимаются финансовым сообществом как невиданные перспективы, а замедление темпов роста в Китае с 8 до 7% «вызывает у инвесторов опасения». Wall Street Journal цитирует аналитика IНS Наримена Беравеша , заявившего, что «вечеринка БРИКС окончена». По его мнению, инвесторы бегут с развивающихся рынков по вполне объективным причинам — там растет стоимость рабочей силы, тогда как в США и Европе рабочая сила больше не дорожает плюс в Штатах «сланцевая революция» привела к относительному удешевлению энергоресурсов. На самом деле на развивающихся странах сказывается рецессия стран развитых. Но удивительно, как все инвесторы разом забыли об огромном потенциале внутреннего спроса развивающихся экономик. Обустраивая свою территорию и развивая экономику, те же БРИКС вполне способны расти хорошими темпами еще долгие годы. Глава инвесткомпании DMS Funds Питер Коли называет три главных фактора, определяющих привлекательность развивающихся рынков: мощная поддержка внутренних инвесторов, снижение торгового дефицита и развитие инфраструктуры. В качестве удачных примеров Коли приводит Индию, которая внедряет пенсионную накопительную систему, чтобы расширить базу внутренних инвесторов, и Турцию, которая стоит аэропорты, дороги и тоннель под Босфором.

Несколько дней назад Sberbank CIB обнародовал свои подсчеты, согласно которым иностранным инвесторам принадлежит около 70% российских акций, находящихся в свободном обращении. В такой ситуации малейшие колебания настроения у иностранных инвесторов могут вызвать шквал покупок или обвал. Первое выглядит более вероятным — просто потому, что по мультипликаторам российский рынок все еще самый дешевый из всех БРИКС. Но расклад сил таков, что российские инвесторы, верящие в такой сценарий, сейчас в меньшинстве.

Спецрынок для клуба ученых

Пытаясь перейти от единичных заказов к серийному производству, НПП «Лазерные системы» создало несколько спиноф-компаний. Но большую часть оборота холдинга по-прежнему обеспечивают уникальные дорогие приборы, востребованные на специальных рынках в небольших количествах

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное производство:

Банк на моей улице

ОНФ отбился от соцнорм

Заряжай без проводов

/section section class="tags"

Теги

Эффективное производство

Эффективное управление

Инновации

/section

Если копаться в истории «Лазерных систем», говорит научный руководитель этого научно-производственного предприятия Анатолий Борейшо , долгие годы исполнявший обязанности генерального директора компании, то лучше начинать с 1976 года, когда в Ленинградском механическом институте (сейчас это Балтийский государственный технический университет «Военмех» им. Д. Ф. Устинова) приступили к исследованию лазеров. Тогда с момента их изобретения прошло совсем немного времени, поэтому все, что с ними было связано, казалось свежим и очень интересным, а для Военмеха как института оборонного профиля еще и перспективным с точки зрения разработок мощных лазеров.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Сам Борейшо окончил в Военмехе факультет авиа- и ракетостроения «А», где учился на кафедре двигателей летательных аппаратов, которой руководил заслуженный деятель науки и техники РФ профессор Григорий Шелухин , один из инициаторов развития лазерного направления в институте. Под его же руководством Борейшо подготовил кандидатскую диссертацию по методам измерения запыленности, то есть содержания различных частиц в газах выхлопа ракетных твердотопливных двигателей. Такие измерения были необходимы для оценки реальных потерь, ведущих к недобору тяги ракетных двигателей, и дальнейшего поиска путей снижения этих потерь для увеличения КПД двигателей. Во время этой работы использовались и лазеры, «совсем скромные». Это был первый мостик, по которому кафедра переходила к лазерной тематике. Был и второй — более основательный.

Еще во второй половине 1960-х американцы, изготовив прототип устройства, показали, что можно разработать мощные газодинамические лазеры, которые по своей схеме напоминали ракетные двигатели. В этих излучателях для накачки использовался нагретый до высоких температур газ, а не кристаллы и стекла, как, например, в твердотельных лазерах. Считалось, что потенциал таких приборов, которые могли излучать в непрерывном режиме мегаваттные мощности, вполне реализуем и в военном деле. В итоге на двигательной кафедре Военмеха началась подготовка инженеров-механиков по лазерной специальности и стали проводиться научно-исследовательские работы в области газодинамических лазеров на базе твердотопливных газогенераторов. Изучалась в том числе проблема влияния той же пыли на лазерные характеристики. Поэтому Анатолию Борейшо и нескольким его коллегам — специалистам в области ракетных двигателей удалось достаточно легко перейти к новой тематике, и вскоре они начали работать в этом направлении в сотрудничестве с двумя ключевыми российскими организациями — люберецким НПО «Союз» и столичным НПО «Алмаз», которые как раз занимались разработкой уже конкретных лазерных систем мощностью в сотни киловатт в интересах противовоздушной и противоракетной обороны. Работы возглавляли академики Борис Бункин и Борис Жуков , а научным руководителем программы был академик Александр Прохоров , будущий нобелевский лауреат (практическим результатом одного из ее направлений стал запуск в 1980-х годах нескольких действующих образцов мегаваттных лазеров, в том числе авиационной системы А-60).

Вскоре после создания лазерной лаборатории кафедры двигателей летательных аппаратов ее возглавил Анатолий Борейшо. В 1980 году состоялся первый выпуск инженеров-лазерщиков, а годом позже была защищена первая кандидатская диссертация по исследованию процессов в газодинамических лазерах. В 1983 году США объявили о начале программы «звездных войн» (программа Стратегической оборонной инициативы предполагала создание вооружений и систем противоракетной обороны с элементами космического базирования). В ответ на это работы по лазерам в СССР развернулись еще шире, а сам Борейшо в 1985 году защитил диссертацию на соискание докторской степени по сопловым блокам мощных химических лазеров. Спрос на специалистов-лазерщиков и всплеск работ в этой области привели к открытию в Военмехе новой специальности «Лазерные системы летательных аппаратов», и под это дело специальным постановлением ЦК КПСС и Совета Министров была создана и кафедра лазерной техники, заведующим которой назначили Анатолия Борейшо. Ее работники и выпускники позже составили костяк компании «Лазерные системы».

Цветомузыка для бандитов

«В институте мы всегда себя позиционировали следующим образом: мы — инженеры, и если задача понятна с физической точки зрения, то мы ее решаем, — рассказывает Анатолий Борейшо. — Наша цель — облечь идею в прибор, в какую-то машину, и заставить все это работать». Одной из самых интересных разработок военмеховцев стал технологически очень сложный сопловый блок для мощных газодинамических лазеров мегаваттного класса. Это были закрытые работы. «Как-то в библиотеке Академии наук, — вспоминает Борейшо, — я столкнулся со свежей статьей американских разработчиков, где они представляли схематически похожую конструкцию, только совсем маленькую, как принципиально новый блок газодинамических лазеров. Было чувство гордости за свою работу и в то же время немножко обидно, что мы сделали подобный агрегат раньше и намного более мощным, а об этом никто не знал». Чувство обиды было с лихвой компенсировано через несколько лет, когда американские специалисты, впервые появившиеся в институте, увидев эти самые блоки, были просто потрясены: в 1986 году, когда вышла их статья, они прекратили работы в этом направлении, так как не видели технологической возможности сделать конструкцию большего размера, которая могла бы обеспечить необходимую мощность газодинамического лазера.

На кафедре лазерной техники научились зарабатывать деньги еще в советское время. «Как инженеры мы были заметны, — рассказывает Анатолий Борейшо. — Всем нравились наши сопловые блоки, это было интересно. Это было оригинально, никто не ожидал, что так можно сконструировать, причем агрегаты эти обходились недорого: они собирались наподобие пчелиных сот из небольших идентичных деталей, которые изготавливались промышленными автоматами. Эти очень современные технологии приглянулись многим специалистам, которых мы до того не знали, в том числе из атомной отрасли. В результате мы начали выполнять для них все больший объем НИР, а знакомство с ними потом нам очень пригодилось».

В 1989 году Военмех и петербургский ВНИИ метеорологии создали малое государственное научно-производственное предприятие, а годом позже, как только появилась возможность, возникла компания «Лазерные системы», учредителями которой стали все сотрудники кафедры. Уже тогда на предприятии числилось двадцать человек. Одни работали, а другие нет, между тем все заработанные деньги делились поровну. Эта схема работала из рук вон плохо, смеется Борейшо, колхоз — он и есть колхоз, он еще мог как-то жить в 1930-е годы, когда за безделье можно было и в лагерь угодить, но никак не в свободные 1990-е.

Кандидат экономических наук Алексей Борейшо, генеральный директор ОАО «Объединение научно-производственных компаний»

Фото: Юлия Лисняк

В 1991-м налаженный за годы порядок рухнул, а заказы от ВПК практически сошли на нет. Анатолий Борейшо, оставаясь заведующим лазерной кафедрой, организует с одним из своих первых выпускников Алексеем Морозовым частную компанию с прежним названием. Небольшая команда единомышленников, преподавателей и научных сотрудников кафедры стала учиться выживать в новых условиях. Изготавливали медицинские лазерные устройства, но не для хирургии (на это у больниц тогда просто не было денег), а приборы с низкоинтенсивным лазерным излучением для сомнительного по результатам терапевтического домашнего лечения — все это было на грани шарлатанства, поэтому к подобной деятельности в компании быстро охладели. Зато пошли на ура приборы для цветомузыкальных шоу. Был создан компактный прибор с хорошим дизайном, который приобретали финны и поляки, а в Петербурге их основными покупателями стали бандиты, владельцы ночных клубов и дискотек: «Ужас что было, эти ребята запросто могли приехать домой в два часа ночи и заставить ехать на свои нескончаемые праздники жизни чинить сломавшийся прибор — правда, не били, относились уважительно, но с чужим временем совершенно не считались». Проектировали все узлы сами, был даже свой механический участок, где ученые сами работали на станках, но душа к такого рода изделиям все равно не лежала.

«Лазерным системам» как высокотехнологичной компании помогли выжить те же газодинамические лазеры, которыми ученые так успешно занимались в Военмехе в советское время. В начале 1990-х к основателю лазерного направления в Военмехе профессору Григорию Шелухину, перешедшему работать в компанию Борейшо, стали приезжать китайские специалисты — его бывшие ученики. Шелухин в свое время участвовал в создании в Пекине авиационного института, позже превратившегося в Пекинский университет авиации и космонавтики, а уже в нашем веке — в знаменитый университет Бейхан, и знал тамошних специалистов. В Китае в то время уже начиналось масштабное вливание средств в науку, и когда в 1991 году Борейшо по рекомендации Шелухина приехал в институт прочесть там курс лекций, он не только договорился о создании в Бейхане лазерной кафедры, но и заключил с ректором свой первый международный контракт стоимостью 15 тыс. долларов на поставку 100-ваттного газодинамического лазера.

Анатолий Борейшо, основатель и научный руководитель компании НПП «Лазерные системы», заведующий кафедрой лазерной техники БГТУ «Военмех»

Фото: Юлия Лисняк

Военмеховцы взялись за дело всерьез, создав годом позже очередной технологический шедевр, самый маленький (считалось, что собрать работающее устройство таких размеров просто нельзя) газодинамический лазер в мире, тепловая накачка которого происходила за счет сжигания угля. Сотрудников «Лазерных систем» начали приглашать на международные форумы, в том числе на профильную конференцию по газодинамическим и химическим мощным лазерам. Круг знакомств быстро расширялся, число заказов множилось. Эти профессиональные собрания помогали выявлять круг и предпочтения потенциальных заказчиков: это были учебные и исследовательские заведения, а также промышленные потребители крупных лазеров. Повышенный интерес проявлялся к газодинамическим лазерам на углекислом газе. С тем же Бейханом вскоре был подписан контракт на поставку уже 10-киловаттной СО sub 2 /sub -установки. Позже подобные установки поставлялись в научные центры и университеты Китая, Индии, Ирана. В 1995 году «Лазерные системы» получили разрешение на экспортные поставки систем восстановления давления для мощных химических лазеров. Компания постепенно приобрела широкую известность в качестве поставщика уникальных систем, без которых невозможны испытания и работа мощных химических лазеров. Это аэродинамические окна, предназначенные для вывода высокоинтенсивного лазерного излучения большой мощности из резонаторов химических и газодинамических лазеров и системы восстановления давления для сверхзвуковых химических лазеров. Компания вообще становится глобальным лидером в этой области, и почти все известные в мире мощные сверхзвуковые химические лазеры работали с системами российской компании.

В 1996 году в компании разработали, а в 1998 году поставили во Вьетнам первую лазерную систему наблюдения за местностью. Экспортные заказы составляли одно время почти 100%, и когда случился российский дефолт 1998 года, в компании его не заметили.

Как «Смуглянку» приняли в армию

Начало 2000-х годов ознаменовалось еще одним технологическим достижением компании: были разработаны и поставлены в Сирию и Китай мобильные лидарные комплексы (МЛК) для определения концентрации веществ в атмосфере (лидары, от Light Detection and Ranging, — технология получения и обработки информации об удаленных объектах с помощью активных оптических систем).

В начале нового тысячелетия возник все возрастающий спрос на подобного рода технику и у отечественных потребителей. По заказу Минобороны «Лазерные системы» изготавливают мобильный комплекс радиационной, химической и биологической защиты «Смуглянка», позднее принятый нашими военными на вооружение. История этой разработки довольно характерна для того времени. Первоначально заказ был размещен у другого, более крупного предприятия, но когда пришлось сдавать техническую документацию, выяснилось, что у горе-разработчиков, кроме краткого текста отчета, ничего нет. Оказавшись в безвыходной ситуации, те были вынуждены обратиться в «Лазерные системы». «Мы взялись за это дело, — рассказывает Анатолий Борейшо, — потому что чувствовали себя способными в своей области на многое и нам было все равно, за что браться, лишь бы было интересно, причем о деньгах думали в последнюю очередь». В итоге заказчики получили уникальный продукт — первые в мире мобильные многодлинноволновые лидарные комплексы с большой дальностью мониторинга. Дело в том, что военным требовались устройства для определения наличия в атмосфере веществ, которые обнаруживаются только в среднем инфракрасном диапазоне волн около 10 микрометров. В этом диапазоне обычные лидары работали на дистанциях километр-два, и для систем дальней разведки в оптической системе пришлось использовать приемы, привычные в радиотехнике. Тогда только шли лабораторные исследования в этой области, и применение технологии гетеродинирования считалось очень сложным, а «мы взяли и поставили их в мобильный комплекс, который мог работать в условиях тряски, увеличив дальность обнаружения искомых веществ сразу в десять раз — до 15 километров. Это был просто прорыв». Позже разработали для военных и специальный комплекс видеонаблюдения — многоканальную гиростабилизированную визирную систему, которая предназначалась для наблюдения и сопровождения удаленных наземных, надводных и воздушных объектов.

Мобильный лидарный комплекс «Смуглянка» обнаруживает отравляющие вещества на расстоянии, в десять раз большем, чем его конкуренты

Фото предоставлено НПП «Лазерные системы»

По словам Алексея Борейшо , генерального директора ОАО «Объединение научно-производственных компаний», в которое входят и «Лазерные системы», благодаря лидарным разработкам появилось целое новое направление, из которого выросла примерно треть разработок компании, а если брать и «Сокол» — разработанный уже в наше время для российского МВД детектор следов взрывчатых веществ, в котором также присутствует лазерный спектральный анализ, — то и больше половины. Это очень высокотехнологичное направление. Причем если при разработке мощных лазеров, которые сейчас постепенно уходят из ассортимента компании, было куда больше физики, механики, оптики, то в экологических и метеорологических приборах как минимум половину успеха обеспечивают специальные очень сложные математические алгоритмы и софт, написанный на основе этих алгоритмов.

В эти же годы произошло еще одно важное для развития компании событие: в нее пришли люди с рыночным мышлением. К этому времени компания выросла, в ней работали почти сто человек, оборот рос, но, как говорит Анатолий Борейшо, организационно НПП «Лазерные системы» работало почти так же, как и в середине 1970-х и в 1980-х. Вся история компании — это существование своеобразного гипертрофированного научно-исследовательского сектора при кафедре. Можно было прибавлять людям зарплату, свободно распоряжаться деньгами, но инвестировать их куда-то не приходило даже в голову, да и времени собственно на бизнес оставалось немного, поскольку интереснее было заниматься той же наукой. Компания представляла собой не бизнес-структуру, а клуб ученых при кафедре, в котором крутились миллионы долларов без всякого реального выхода. Были убыточные проекты, за которые порой брались опять-таки исключительно из научного интереса, создавались уникальные, но единичные приборы. Было очевидно, считает Борейшо, что для развития прибыльного бизнеса одного НИР-сектора недостаточно, необходимо производство, которое могло бы тиражировать результат работы ученых.

Устройство для подводной парковки

В начале 2000-х было сконструировано устройство, которое позволяло заводить машину только после прикладывания к нему пальца. Задача на фоне других работ, выполняемых в «Лазерных системах», казалась не такой уж сложной, и, кроме всего прочего, выпуск этого прибора, названного «Биокод» и предназначавшегося уже для массового рынка, означал переход к желанному серийному производству. Так что в компании споро взялись за работу. Попутно разрабатывались и первые в России биометрические системы контроля и управления доступом в помещения.

Но первый автомобильный продукт вышел комом. Зимой он плохо считывал отпечаток мокрого пальца водителя; выяснилось также, что «Биокод» некорректно считывал отпечатки пальцев пожилых людей, кожа которых, наоборот, чересчур сухая. Потом многие из проблем были решены, и здесь разработчики снова проявили свое военмеховское мастерство: было предусмотрено использование других пальцев в качестве «тревожных» — когда машина заводилась, но через некоторое время двигатель блокировался. Было даже получено медицинское заключение, что автомобиль, укомплектованный усовершенствованным прибором, нельзя активировать отрезанным пальцем. Но время уходило, причем часть его была потеряна из-за поставки западной компанией бракованных чипконов, ключевого компонента для противоугонных систем, в результате чего убытки российских новаторов, по оценке, превысили 2 млн долларов. Стало появляться и все больше автомобилей среднего класса с уже встроенными иммобилайзерами в базовой комплектации, что раньше было уделом лишь некоторых автомобилей класса «люкс», поэтому рынок потребления отдельных противоугонных устройств в целом стал падать.

Ветровой лидар-профилометр умеет анализировать малейшие атмосферные сдвиги над аэропортами и другими важными объектами

Фото предоставлено НПП «Лазерные системы»

Между тем для серийного производства систем идентификации по лизинговой схеме было приобретено оборудование по монтажу и изготовлению печатных плат более чем на 500 тыс. евро, и хотя противоугонная техника в «Лазерных системах» производилась тысячами экземпляров, производственная линия большую часть времени простаивала. Появилась идея создать контрактное производство электроники. Сторонние заказы стали постепенно набирать оборот, и когда доходы от деятельности электронного сектора «Лазерных систем» достигли 100 млн рублей в год, его выделили в отдельное предприятие, названное «Невская электроника». Сейчас его заказчики — в основном питерские компании: производители ламп, светофоров, различных бытовых приборов, спутниковых и охранных систем. После принятия МВД на снабжение разработанного в «Лазерных системах» детектора следов взрывчатых веществ «Сокол» прибор начал поставляться в спецподразделения полиции, а электронные компоненты для него стали собирать на линии «Невской электроники». Там же предполагается выпускать начинку еще одного устройства, разрабатываемого в «Лазерных системах» по заказу МВД, — оптоэлектронного устройства «Алколазер», способного с высокой чувствительностью обнаруживать выпивших водителей в скоростном городском потоке. Как надеются разработчики, со временем «Алколазер» массово поступит на вооружение дорожных полицейских.

В 2007 году НПП «Лазерные системы» вошло в число резидентов особой экономической зоны «Нойдорф» под Санкт-Петербургом. «Мы посчитали, — рассказывает Алексей Борейшо, — что времени для подготовки строительства административно-производственного помещения, в которое со временем переедет вся компания, будет достаточно и дешевле организовать собственный строительный департамент в рамках “Лазерных систем”, чем привлекать сторонние инжиниринговые компании». Собрав там опытных людей, решили, что использовать их опыт для ведения только своего проекта будет неправильно. Родилась идея создать собственную генподрядную организацию и искать сторонние заказы. Время показало, что это решение было правильным. Во-первых, за счет отказа от услуг внешних инжиниринговых фирм удалось сэкономить десятки миллионов рублей при реализации собственного проекта. Во-вторых, выведенной в отдельную структуру компании «ЛС-инжиниринг» удалось привлечь ряд заказов, в том числе серийных, например строительство помещений для фитнес-клубов в различных регионах, и довести свой оборот до 150 млн рублей в год, причем объем заказов продолжает расти.

Основным же источником дохода для акционеров компаний холдинга, управляемых недавно созданным в форме открытого акционерного общества «Объединением научно-производственных компаний», все-таки остаются «Лазерные системы» с их примерно полумиллиардным годовым оборотом. Понемногу растут продажи ветровых лидаров-профилометров, приборов для оперативного определения скорости и направления ветра на различных высотах, необходимых для метеорологических служб аэропортов, АЭС, ветроэнергетических парков — то есть везде, где нужна оперативная информация о ветровой обстановке. Пятнадцать ветровых лидаров уже работают в различных точках — аэропортах Сочи, Байконура, Владивостока, входят в системы комплексной безопасности атомных станций и все чаще поставляются за границу. Раньше такие приборы, рассказывает Анатолий Борейшо, покупались за границей. Российская система, способная анализировать отраженный сигнал, мощность которого составляет всего 10-12‒10-13 от посланного сигнала, работает лучше зарубежных аналогов. Сейчас НПП «Лазерные системы» занимается созданием оптоэлектронных устройств для «парковки» подводных объектов и приборов для космоса: гидрометеорологической системы третьего поколения, метеорологического ветрового лидара спутникового базирования, а также комплекта оборудования для высокоточных измерений в термовакуумных условиях космоса.

Двенадцатый полет «Золотого орла»

«Золотой орел» не такая уж предсказуемая премия, как может показаться на первый взгляд. Чего действительно можно ожидать от российских киноакадемиков, так это акцента на патриотическом тренде в отечественном кинематографе. Он, безусловно, существует

section class="box-today"

Сюжеты

Кино:

Фильмы

«Черные паруса» подняли против «Игры престолов»

/section section class="tags"

Теги

Кино

Кинобизнес

/section

В прошлом году на присуждении «Золотого орла» бал правила съемочная группа «Белого тигра», проигнорированного не только американским «Оскаром» (а именно эта лента была выдвинута кандидатом в номинации «Лучший иностранный фильм»), но и отборочными комиссиями всех ведущих кинофестивалей. Во всяком случае, «Тигр» не попал ни на один из них. Правда, перед этим на «Золотом орле» побеждали «Елена», «Как я провел этим летом», «Стиляги», «Дикое поле», которые со всей очевидностью выпадают из разряда «патриотических фильмов». Никита Михалков, степень влияния которого на распределение призов на «Золотом орле» трудно приуменьшить, будучи однажды награжденным за фильм «12», видимо, чтобы не вызывать кривотолков, последовательно отказывался выдвигать на премию «Предстояние» и «Цитадель».

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

В этот раз пятерка лучших картин выглядит так: «Географ глобус пропил» («Мармот-фильм»), «Горько!» (Bazilevs), «Ку! Кин-дза-дза» (СТВ), «Легенда № 17» («Три Тэ»), «Сталинград» («Нон-стоп продакшн», «Арт пикчерс студия»). У каждого из этих фильмов есть все причины оказаться в топ-5, но было бы справедливо ожидать, что премия достанется кассовому рекордсмену года — «Сталинграду». Здесь отчасти может повториться прошлогодняя коллизия. Как и «Белый тигр», он выдвигался на «Оскар» и также не попал в число номинантов. Максимум, на что мог рассчитывать «Сталинград» на больших фестивалях, это премьерные показы в рамках внеконкурсной программы. Но благодаря беспрецедентному зарубежному прокату именно «Сталинград» получил самую широкую мировую аудиторию, и именно этот фильм представил ей (и еще будет представлять) новейшие достижения отечественного кинематографа.

В этот раз у «Сталинграда» есть мощный конкурент — не менее патриотичная и также сумевшая сгенерировать массовый приход зрителей в кинотеатры «Легенда № 17» режиссера Николая Лебедева, в числе продюсеров которой значится сам Никита Михалков. Нет никаких сомнений, что только благодаря ему в проект пришел крайне разборчивый Олег Меньшиков, а музыку к фильму написал Эдуард Артемьев — постоянный автор Михалкова. Патриотический мотив, пусть и разного накала, — в обеих лентах: в «Сталинграде» группа советских разведчиков ведет бой не на жизнь, а на смерть с немецкими захватчиками в осажденном доме — в «Легенде» советские хоккеисты сражаются с канадскими на ледовом поле. Но если в «Сталинграде» исполнителю главной роли Петру Федорову (капитан Громов) не удается сконцентрировать на своем героическом персонаже внимание зрителя и его легко перетягивает на себя антагонист — персонаж Томаса Кречманна (капитан Кан), то в «Легенде» положительных героев сразу два. Их безупречно играют Данила Козловский (Валерий Харламов) и Олег Меньшиков (Анатолий Тарасов). Они произвели настолько сильное впечатление на экспертный совет, что оба были номинированы на «Золотого орла» как исполнители главных мужских ролей, что уже противоречит общепринятой традиции обозначать титулом «исполнитель главной роли» только одного актера, все остальные, как бы много они ни занимали экранного времени, автоматически обозначаются как «исполнители ролей второго плана». Видимо, чтобы снять возможные вопросы, оба актера из фильма «Метро», Сергей Пускепалис и Анатолий Белый, также на равных претендуют на «Золотого орла» в номинации «Лучшая мужская роль». Впрочем, прецедент на «Орле» уже был: в 2007 году все мужчины, сыгравшие в фильме Никиты Михалкова «12», были признаны лучшими.

Качество актерской игры — одно из слабых мест «Сталинграда». И экспертный совет кинопремии это фактически признал, не выдвинув ни одного из актеров фильма Федора Бондарчука в актерских номинациях. Между тем русская актерская школа, вкупе с системой Станиславского, остается едва ли не главным достоянием отечественного кинематографа, но Федор Бондарчук ею фактически пренебрег. Для создателей «Сталинграда» физические данные актеров, позволяющие максимально достоверно смотреться в боевых сценах, оказались куда важнее психоэмоциональной гибкости и способности к перевоплощению.

«Легенда» также тяготеет к эпическому стилю повествования: здесь почти не остается места для рефлексии, а есть только трудности, в которых закаляется характер главного героя, — очень простая, многократно опробованная сюжетная схема, не требующая особых актерских изысков. Достаточно быть точным, что отлично получается как у Данилы Козловского, так и у Олега Меньшикова. Но в сравнении с Константином Хабенским, которому в ленте «Географ глобус пропил» выпало сыграть русского интеллигента-неудачника, и тот и другой блекнут. (Тем не менее награда за главную мужскую роль, скорее всего, достанется Олегу Меньшикову. Тем более что у его главных соперников в этой номинации — и у Козловского, и у Хабенского — по «Орлу» уже есть. Первый получил награду не далее как в прошлом году за «Духless», второй пять лет назад — за «Адмирала». А у Меньшикова «Орла» все еще нет.)

Таблица:

Обладатели премии «Золотой орел» в номинации «Лучший игровой фильм» за 2002–2012 гг.

В кино Хабенскому предшествовали Олег Янковский («Полеты во сне и наяву») и Олег Даль («Отпуск в сентябре»), которые воплотили образ людей, оказывающихся в чуждом для них жизненном пространстве, где движение вперед и сама жизнь внезапно теряют смысл. Действие картин начинается в тот момент, когда на героя оказывается воздействие извне и он пытается в ответ «жить и бороться», но вдохновляющая идея не проникает внутрь слишком глубоко, он совершает лишь какие-то неловкие, механические движения и рано или поздно терпит очередную неудачу. Но это поражение, как ни странно, в русской традиции не ставится ему в упрек, а, наоборот, становится поводом для сопереживания. В той же традиции играет своего географа Служкина Хабенский. Тот устроился на работу в школу, повел детей в поход, в первый же день напился, а не слишком церемонящиеся с преподавателем ученики зафиксировали его в этом состоянии на видео, которое и стало поводом для возвращения в привычное состояние почти буддистского недеяния. Фильм «Географ глобус пропил» можно назвать патриотическим. Но это патриотизм особого рода, не тот, который возникает в момент противостояния внешнему врагу, а тот, что различает внутри большой страны маленькие провинциальные города, на окраине которых в панельных девятиэтажках живут люди в мучительных поисках смысла жизни. Фильм был признан на фестивале «Кинотавр» главным художественным достижением года, а Константин Хабенский — лучшим исполнителем мужской роли.

«Беззаконной кометой» в пятерке «Золотого орла» оказалась комедия «Горько!». Да, она собрала какую-то немыслимую кассу. Но режиссер Андрей Першин (творческий псевдоним Жора Крыжовников) — дебютант. А до сих пор ни один дебютный фильм премии не получал — это всегда может оказаться слишком большим авансом. Из актерского ансамбля «Горько!» экспертный совет решил выделить исполнительницу главной женской роли Юлию Александрову, хотя в фильме всех затмевает Сергей Светлаков в роли самого себя. На счету Светлакова уже целый ряд ролей в кино, однако шлейф его бесконечных и очень разных по качеству телевизионных работ не позволяет воспринимать его актерскую работу совсем всерьез. Он органичен в кадре, и этого достаточно. Органичны и все остальные актеры. Их неузнаваемость пошла фильму только на пользу и сделала формат «свадебного видео» еще более достоверным. Свадьба — главное событие в жизни обитателей маленького провинциального городка, что и определяет ее смысл. Экзистенциальный выбор происходит в момент определения стиля ее проведения: либо это светская коктейльная вечеринка, либо загул с конкурсами, караоке, казацким хором и непременным исполнением невестой песни «Натали». Как выясняется, выбор условен: песню петь все равно придется.

Появление в списке претендентов на звание «Лучший фильм» анимационного «Ку! Кин-дза-дза», работу над которым Георгий Данелия завершил в прошлом году, — это, скорее, дань выдающемуся фильму 1986 года с выдающимися русскими актерами Евгением Леоновым и Юрием Яковлевым. «Кин-дза-дза» появился в период смены идеологических приоритетов и в момент выхода на киноэкраны в исторической суматохе не был ни понят, ни оценен в должной мере. Георгий Данелия вернулся в один из, по всей видимости, своих любимых сюжетов в новом формате. Получилась облегченная версия гуманистической притчи о хрупкости тех условностей, на которых зиждется человеческое сообщество. Но на то, чтобы стать главным фильмом 2013 года, «Ку!» не претендует. По совокупности заслуг, скорее всего, победит все-таки «Легенда № 17». В конце концов, она уже лидирует по количеству номинаций. Зато у «Географа» есть все шансы отыграться в номинации «Лучший режиссер»: здесь Александр Велединский легко затмевает Жору Крыжовникова и на равных соперничает с Николаем Лебедевым. Да и Елена Лядова — исполнительница главной женской роли в «Географе» — вполне может обойти и Юлию Александрову, и Светлану Иванову из «Легенды № 17», также претендующих на лучшую женскую роль.

Музыка как мечта об идеальном мире

Композитор Эдуард Артемьев называет музыку величайшим изобретением человечества. Процесс ее создания он сравнивает с поисками мифической страны Шамбалы

section class="box-today"

Сюжеты

Современная музыка:

Джастин Бибер сдался полиции Торонто

Музыка

Пламенный мужчина сорока семи лет

/section section class="tags"

Теги

Современная музыка

/section

В прошлом году исполнилось полвека с момента выхода первого фильма, музыку к которому написал Эдуард Артемьев . На сегодня число таких фильмов превышает полторы сотни. На его счету музыка к трем киноработам Андрея Тарковского: «Зеркало», «Солярис», «Сталкер». Для того чтобы ее зафиксировать, композитору даже пришлось изобрести специальную систему записи, которая после прекращения сотрудничества с Тарковским так и осталась невостребованной. Эдуард Артемьев — постоянный автор Андрея Михалкова-Кончаловского: «Сибириада», «Ближний круг», «Одиссея», «Щелкунчик». Он написал музыку ко всем фильмам Никиты Михалкова. «Солнечный удар» по произведениям Ивана Бунина, премьера которого намечена на этот год, тоже выйдет с музыкой Эдуарда Артемьева. На протяжении почти всей второй половины XX века он был признанным лидером русской электронной музыки и остается таковым до сих пор. При этом одним из своих главных творческих достижений он считает оперу «Преступление и наказание», написанную по мотивам романа Федора Достоевского. В число претендентов на премию «Золотой Орел 2013» в номинации «Лучшая музыка» Артемьев вошел как автор саундтрека к фильму «Легенда № 17».

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

— В чем особенность киномузыки? В чем ее магия? Можно ли предположить, что ее эмоциональное воздействие сильнее той музыки, которая звучит с эстрады?

— Какое искусство сильнее, так вопрос не стоит. Одни любят одно, другие любят другое. Это дело вкуса. Что касается магии кино, то я не знаю... Музыка работает как служанка. Если это не музыкальное кино, главная ее задача — обслуживать кадр. Этот жанр возник сначала из чистого сопровождения тапера, а только потом приобрел какую-то художественную ценность.

— Но ведь, например, киномузыка семидесятых, восьмидесятых годов сохраняет свое эмоциональное воздействие, тогда как эстрадная его почти утратила.

— Что вы эстрадой считаете? И поп-музыку, и рок музыку? Здесь надо определиться. Для меня рок-музыка от конца шестидесятых до начала девяностых — это мощнейшее искусство двадцатого века. На мой взгляд, в этой сфере не было ничего сильнее. В советском кино — да, у песен была большая популярность. Там были свои мастера, но не берусь судить. Дело в том, что музыка кино выделилась в отдельный жанр где-то в шестидесятые. Она приобрела самоценность. Здесь все совпало, в том числе технические возможности. Тогда стали издаваться саундтреки, и стало понятно, что музыка кино — это самостоятельный жанр. Там появились свои блестящие мастера, которые могли работать и в академическом жанре, Шнитке, например, всем известный, Джон Уильямс в Америке, Легран во Франции, Морриконе, конечно же, величайший композитор современности. Они встали «над кадром», но вместе с тем их мастерство композитора заключалось в том, что они работали точно на кадр и были совершенно зависимы от режиссера. Это самостоятельное искусство, это высочайшее мастерство. Кстати, Самсон Самсонов, который пригласил меня на «Мосфильм», который многому меня научил, говорил, что музыка должна работать с кадром и ни в коем случае не вылезать из него, иначе все развалится. И в конце концов я к этому приспособился. Это довольно трудно. Наступаешь на горло собственной песне, потому что задачу режиссерскую надо выполнять.

— Бывает ли так, что кадр работает на музыку и усиливает ее эмоциональное воздействие?

— Конечно! А как же! Другой музыки иначе и не придумаешь, потому что кадр открыл в тебе эти резервы или возможности писать такую музыку. Без кадра она бы никогда не существовала. Для меня кадр — это всё. Если я не вижу изображения, я ничего не чувствую. Энергия кадра существует. Это может быть энергия людей или природы, но там она фиксируется. Ее надо только услышать и почувствовать. Это можно по-разному решать.

— Можно ли период с середины семидесятых и до начала восьмидесятых как-то выделить среди всех остальных?

— Там сыграло свою роль появление Таривердиева, похоже, он совершил переворот в кино. До него там превалировала симфоническая музыка. Именно симфоническое звучание, логика симфонического письма. Он принес совершенно свой стиль, который я затрудняюсь определить, но это была своеобразная революция. «Человек идет за солнцем» — знаменитый фильм Калика. Это просто блестящая картина, где звучали клавесин, большой состав струнных. Это было просто открытие. С этого момента многие композиторы пошли по этому пути — отказа от больших оркестров. Затем появились Гладков, Крылатов и Шнитке (хотя он все-таки остался верен симфонической манере), Борис Чайковский и многие другие.

— Какие музыкальные темы были наиболее востребованными? Как кинорежиссеры формулировали свой заказ? Что им было нужно?

— Все просто: им нужна была тема любви или тема погони. Они просили работать с кадром, иногда на контрасте. И с тех пор требования не изменились, все то же самое. Тарковский, может быть, совершенно по-другому ставил задачу. Он говорил о философии дзен, как это было во время работы над «Сталкером». Но ничего конкретного, просто разговоры шли. Это были общие задачи, вопрос лишь в том, как они решались. Здесь от композитора очень многое зависело, что он может предложить по той же теме любви, это как Ромео и Джульетта или какое-нибудь другое чувство… И до сих пор ничего не изменилось, все так же.

— Музыка, которую вы написали для «Чужого среди своих» или для фильма «Раба любви», могла бы появиться сейчас или она соответствовала духу того времени?

— Это было задание Никиты, ему нужна была тема дружбы: «Тема дружбы, тема дружбы, давай там, напиши». Я пришел домой и тут же сходу ее и сочинил. Это редкий случай. Так же «Раба любви»: «Тема любви нужна». Но там у Никиты были некие намеки, помогающие мне найти решение: «Вознесенская — это изломанная душа». Слово «изломанная» тогда в меня запало, и такая же изломанная мелодия получилась. Иногда очень помогают некоторые фразы — чисто формальные, чисто технические, — но они помогают решить внутреннюю задачу. С «Рабой любви» было именно так: «Она должна быть чувственная, она должна быть изломанная». Задачи и до сих пор, я думаю, ставятся. От времени зависит только то, как ты ее решаешь. Сейчас я бы так и не смог. К тому же молодость, свежесть чувств.

— И все-таки, как влияло время на ваше творчество?

— Время не имеет никакого значения, в этом я убежден. Об этом еще Тарковский поставил замечательную картину «Андрей Рублев». Как раз основная задача, которую он иногда формулировал: «Гений не зависит от времени». Он мог оказаться в той России, которая была раздроблена, там была разруха, страх, а гений рос себе и рос, писал и писал. Я тоже в этом убежден: время никак не влияет. Гений может оказаться в самом неудачном месте. Это так же, как история Николы Теслы: сверхгениальный человек появился в Северной Словении, он был серб. Появился где-то в деревне, в семье священника. Откуда это в нем? А ведь это был, на мой взгляд, один из высочайших гениев, которые когда-либо рождались на земле.

— То есть, вы настаиваете, что вам удавалось оставаться независимым от общественных настроений?

— Я был зависим музыкально, политически — нет. Это меня не касалось никогда и сейчас не касается. На меня влияли группа Deep Purple, Скрябин, Дебюсси, Альбан Берг, Шенберг, но никак не политические настроения. Искусство к этому никакого отношения не имеет. Есть искусство, которое обслуживает политику, но это уже их дело.

— Можно ли говорить, что тогда существовал цех кинокомпозиторов? Вы чувствовали какую-то общность с теми, кто работает в этом жанре?

— Нет, мы же все индивидуально работали… Мы могли быть друзьями, приятелями, но каждый, что называется, писал в своей келье. Музыка, творчество — дело сугубо индивидуальное. Влияли ли мы как-то друг на друга? Может быть, но я этого не мог сказать. Я думаю, никто так не скажет. Каждый решал свои задачи, локальные, куда его приглашали.

— Как объяснить, что ваша музыка, а также творчество таких композиторов, как Рыбников, Гладков, Андрей Петров, Микаэл Таривердиев, оказалась такой популярной и «долгоиграющей»?

— Вы назвали фамилии талантливейших людей. Все они гении, я считаю, плюс еще мастеровитые невероятно. У них у всех роскошные школы. Все с консерваторским образованием, с блестящей композиторской техникой, это мастера, одареннейшие люди, другого мнения быть не может. Поэтому их музыка переживает время. Таривердиева нет уже, Петрова нет, но музыка их живет, не стареет.

— Был ли такой момент, когда один исторический период закончился, начался другой — и изменилась музыка?

— Нет, музыка не изменилась, она живет отдельно. Было видно, что страна сломалась, пошла вниз: ужасное время, может быть, самый трагический момент в ее истории, когда вокруг были только очень сильные недруги. Но музыка живет своей жизнью. Музыка — это некий идеальный мир, придуманный. Музыка — это величайшее завоевание человека, этого ведь не было никогда, это феномен придуманный, это мечта о некоем идеальном мире, об идеальном пространстве, которое уходит в область чувств, отрывается от тела, от всего. Это поиски Шамбалы, если выразиться высокопарно.

— Как влияет на композитора ситуация, когда музыкальный выбор стал слишком широк и очень трудно представить себе, что фильм выходит, а на следующий день все поют одну и ту же песню?

— Возможность репродукции стала такой, что в этом море можно потонуть. Сейчас интернет заменил собой все. Это стало второй жизнью, а может быть, даже первой. Все остальное стало частной жизнью интернета — и музыка, и все, что угодно. Все в интернете растиражировано настолько, что личность исчезла, но это такой период. Возможно, поэтому исчезли — на время, я надеюсь, — некие властители дум, которые были в шестидесятые, в семидесятые годы: художники, композиторы, — такие, какими были в свое время Штокхаузен, Стравинский. Это были светочи, а сейчас все это нивелировалось в общем потоке. Плюс еще одна вещь, которую принесла технология: музыка — это последний бастион в искусстве, который пал, когда нужно было долго и усердно учиться. Сейчас с помощью программ, которые помогают сочинять, можно реализоваться, не зная нот. Это как в поэзии: каждый из нас может сочинить для мамы, для своих родственников какой-то текст на день рождения, но это не поэзия. Так и музыка растворилась в вышедшей наружу энергии масс, которые хотят в ней реализоваться. Но все равно личности никуда не денутся, они будут подниматься над всеми, а сейчас просто некое безвременье. Но это временно, так не может быть.

— Можно ли сравнить успех, которого добиваются современные композиторы, работающие для кино, с успехом, который был у них в период семидесятых-восьмидесятых годов?

— Дело в том, что сейчас все зависит от промоушена. Посмотрите, как он поставлен в Голливуде. Без него никуда не денешься, даже на Западе. Этим занимается целый отряд высокопрофессиональных и заинтересованных в получении прибыли людей. Поэтому они раскручивают как композиторов, так и всех, кто принимал участие в создании фильма. Это мощнейшая индустрия, а у нас ничего этого нет, никто этим не занимается, все в каком-то эмбриональном состоянии. Плюс к тому же какая-то зависть, они не понимают, что если они помогают композитору, делают ему успех, они и сами могут на этом зарабатывать. Нет, здесь какое-то соперничество. Это все от неумелости. У нас нет смысла говорить об успехе, раскрученности. Это может быть только за счет каких-то невероятных усилий и счастливых обстоятельств. Например, такие как Петров, — это выдающиеся люди, их музыку не спрячешь, она сама прорвет что угодно. А менее одаренные люди так и остаются никому не известными: прошел фильм, и о них забыли, потому что нет индустрии, которая занималась бы их раскруткой. А ведь много всего интересного могло бы быть.

— В каком жанре вы сейчас предпочитаете работать и почему?

— Я сейчас вернулся к симфоническому оркестру, но отягощенный знаниями электроники, и у меня в оркестре синтез электронной музыки и симфонического оркестра. Это для меня самое перспективное и самое интересное. Сейчас музыка не ограничена жанрами и средствами. Сейчас у нас есть возможность ассимилировать все технические достижения, все возможности управления звуком. Работать только в жанре рок-музыки, электронной или симфонической — себя обеднять, поэтому я пытаюсь использовать в своих сочинениях весь спектр звукового мира, который нас окружает.

Hi-End

section class="box-today"

Сюжеты

Культовая вещь:

Заряжай без проводов

Hi-End

Невидимый экран

/section section class="tags"

Теги

Культовая вещь

Гаджеты

/section

Знаменитая швейцарская мануфактура Jaquet Droz — предприятие с почтенными традициями и замечательным наследием, с которым сейчас можно познакомиться на выставке исторических часов Jaquet Droz в ГУМе. А ее вполне живое настоящее воплощено, например, в новой модели The Twelve Cities Aventurine. Ее диаметр 39 мм, то есть это женская модель, но в нее помещены вполне серьезные усложнения — смена часового пояса и прыгающий час. Раньше такого рода функции помещались в корпус диаметром 43 мм, сейчас же, на волне тренда на серьезные женские часы, в новой версии их сделали в меньшем корпусе. Показания в окошке часа, расположенного напротив метки 12:00, соответствуют местному времени в городе, название которого можно прочитать в апертуре напротив метки 6:00; минуты же показывает единственная центральная стрелка. Благодаря функции прыгающего часа смена города и часового пояса происходит одновременно, что позволяет быстро менять часовую зону. Но особого внимания заслуживает дизайн: центральный овальный диск из перламутра, вмонтированный в циферблат из авантюрина, напоминающего звездное небо.

А синий ремешок из кожи аллигатора только добавляет часам The Twelve Cities Aventurine благородства.

Известный лондонский дизайнер Энди Мартин представил новую мебельную коллекцию Blocks, состоящую из 26 предметов из твердого цветного полиуретана. Точнее, первую порцию предметов из этой коллекции — стул, кофейный столик и обеденный стол, которые он обозначил первыми буквами английского алфавита: A, B и C. Мебель отлита из полиуретановой смолы и окрашена в яркие цвета, причем технология цветовых переходов разработана самим Энди Мартином. В результате получились причудливые по фактуре, но довольно простые по форме предметы, будто излучающие цвет и свет, которые будут смотреться вызывающе в любом интерьере — и в этом их цель и смысл.

De Bonne Facture — это замечательная французская марка, делающая мужские вещи со свойственными только французскому вкусу приглушенным изяществом и тонкостью. Трикотаж древесно-землистых оттенков, среди которых вдруг появляется изумительный лимонный цвет. Аккуратные рубашки с тщательно продуманными мелкими деталями, двусторонние трикотажные пиджаки, летные куртки с воротниками из овчины и прочие повседневные вещи. Все они выглядят благородно и при этом очень современно — то, что принято называть modern twist. Создательница марки Дебора Нюбер разыскивает по всей Франции ремесленные мастерские, где производятся различные предметы мужского гардероба самого лучшего качества, и размещает у них заказы: например, свитеры, пуловеры и кардиганы делает известная бретонская мануфактура Fileuse d’Arvor из Кемпера, производящая трикотаж с 1927 года. Этот сугубо люксовый подход — найти все самое лучшее среди ремесленников — дает замечательные результаты, и De Bonne Facture сегодня — одна из самых интересных маленьких люксовых марок на рынке мужской одежды.

В 1990-е именно Louis Vuitton одним из первых понял всю силу современного искусства в люксе и начал делать совместные проекты со звездами современного искусства — их знаменитые разноцветные монограммы, придуманные Мураками, заполонили тогда буквально все, от московских подземных переходов до парижских и нью-йоркских бутиков. И с тех пор Louis Vuitton всегда искусно использовал каждый такой повод. Сейчас компания показала результат нового сотрудничества — серию платков, сделанную тремя современными художниками: французом Андре Сарайва, автором серии работ о персонаже по имени Mr. A; американцем Кенни Шарфом и чилийцем Инти. Первый на забрызганном краской фоне изобразил своего Mr. A, состоящего из синих линий и кругов, второй — солнце, символ Виракочи, бога цивилизации Тиуанако, и древний орнамент, а третий — астрономическо-психоделическую композицию в стиле сразу и поп-арта, и стрит-арта, и чего-то еще.

Prada сделала новую сумку — Twin, которая кажется практически идеальной не только для весны, но и вообще для жизни. Простой и довольно жесткой прямоугольной формы, с блестящей металлической планкой застежки, она выглядит минималистично и вместе с тем очень эффектно. Сумка сделана из кожи saffiano, это кожа козленка самой тонкой выделки, которую так любил использовать основатель марки Марио Прада еще в начале века, — а Prada, как всякая историческая итальянская люксовая марка, начиналась с кожи. Внутри у Prada Twin три отделения, два из которых — на молнии. Кроме общей красоты у новой сумки есть еще одно важное достоинство — чрезвычайно широкая палитра. От насыщенного ультрамарина до словно припудренного голубого, главного оттенка будущего лета, от оранжевого и лимонного до классического бежевого, ну и черный, конечно, тоже есть.

Крещенская оттепель 1944-го

section class="box-today"

Сюжеты

Вокруг идеологии:

О пиджин рашене

Рубль пошел по наклонной

«Прекрасная N. S.»

/section section class="tags"

Теги

Вокруг идеологии

Религия

/section

Обыкновенно Крещение знаменуется лютыми морозами, на сажень промораживающими землю. Зима в северной столице вообще сурова, блокадные же зимы, когда человек лишен и домашнего укрытия — в нетопленых домах стоял такой же пронизывающий холод, как и на улице, — делали Ленинград ледяным адом. Но в январе 1944-го погода явила все свое своенравие. Вслед за оттепелью установилась совершенно весенняя погода, совпавшая с решительным наступлением Ленинградского фронта, отбрасывающим немца со всего Северо-Запада. Причуды погоды были не вполне кстати: оттепель, граничащая с распутицей, не лучшее время для наступления, более надежным союзником Красной Армии по старинке считался генерал Мороз, но наступление было не удержать, и в аномальной январской оттепели настало 27 января — день, когда в честь окончательного снятия блокады город салютовал двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Как писал очевидец, «...не знаю, как описать и с чем сравнить мгновенье, когда на углу Ковенского и Знаменской толпа женщин — не одна, не две, а целая толпа женщин — навзрыд зарыдала… Город буквально на глазах оживал. Людям казалось, что вообще кончилась война. Дни стояли совсем весенние, первомайские. И люди ходили в пальто нараспашку по солнечной, “обстреливаемой” стороне и не верили: неужели можно действительно спокойно ходить, неужели ни один снаряд не упадет и не разорвется теперь ни у подъезда Пассажа, ни в Доме кино, ни в Елисеевском магазине, ни в кинотеатре “Аврора”, ни на Аничковом мосту?!»

Ту январскую оттепель 1944-го, предвосхитившую своей пасхальной радостью 9 мая 1945-го, легче понять, если вспомнить, что ленинградская блокада — это не только смертный голод. С каким-то налаживанием продовольственного снабжения и тем более с частичным деблокированием города в январе 1943-го все-таки отошли в прошлое самые черные месяцы зимы 1941–1942 гг., когда от голода в месяц умирали по двести тысяч человек. Да и то: блокадника узнавали даже не через годы, а через десятки лет — по особенному отношению к хлебу.

Была и другая жатва смерти: с 4 сентября 1941 г. по 22 января 1944 г. — 870 дней — город подвергался методическим артиллерийским обстрелам. «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна». То ослабляясь, то учащаясь — в 1943 г. артиллерийская бомбардировка города даже усилилась, самый тяжелый артналет датируется июлем 1943 г. — эта молотилка не прекращалась все время блокады, и жители города уже приобрели навык (хоть и не дай бог каким-либо горожанам его приобретать) по звуку летящего снаряда определять — «наш» или «не наш». Навык, которым прежде владели лишь бывалые фронтовики.

872-дневная блокада — длительностью более чем в половину всей войны — в рамках одного города повторила страшную драматургию всего советско-германского театра военных действий. Сперва германский блицкриг, затем долгое — нестерпимо долгое и давшееся нестерпимо огромной ценой — разжимание смертного захвата.

Осенью 1941 г. — как если бы не хватало катастрофического положения, сложившегося 8 сентября, с перерезанием последней железной дороги, — продолжалось наступление немца на северо-восток. После падения Тихвина оставалось всего ничего до соединения германской армии с финской на восточном берегу Ладожского озера, после чего блокада Ленинграда сделалась бы абсолютной. При двойном охвате не нашлось бы места даже для тонкого ручейка Дороги жизни. Первое, совсем незнаменитое деблокирование города состоялось в декабре 1941 г., когда Красной армией был отбит Тихвин, снята угроза двойного охвата и существенно сократилось транспортное плечо по Дороге жизни. Поток грузов в Ленинград увеличился втрое. И это была капля в море, но…

Второе деблокирование — уже в полном смысле слова — состоялось спустя год. Войска Ленинградского и Волховского фронтов 18 января пробили Шлиссельбургский выступ и соединились, уже 7 февраля на Финляндский вокзал пришел поезд с Большой земли — первый за полтора года. Другое дело, что вся деблокада держалась на единственной ниточке рельсов и коридоре шириной от 7 до 11 километров, являвшемся превосходной мишенью для германской артиллерии и прозванном поэтому Коридором смерти. Смертельные объятия слегка разжались, с Октябрьского вокзала в Москве даже стала ходить «Красная стрела» (поезд № 20; правда, шел он 36 часов вместо 12, как до войны), но Ленинград по-прежнему оставался фронтовым городом, снаряды при артобстрелах по-прежнему попадали в Зимний дворец. Потребовался еще год смертей и страданий, чтобы окончательно отогнать немца от северной столицы. Лишь 27 января 1944 г. поставило точку в истории ленинградской блокады.

Исторически говоря, осада городов есть стариннейший способ боевых действий. С тех пор как люди выучились строить крепостные укрепления, они выучились и брать эти крепости измором. Или по крайней мере пытаться взять. Однако новым словом, внесенным Второй мировой войной в эти старинные стратагемы, стал масштаб. Бесчисленное количество городов подвергалось осаде — как успешной, так и неуспешной, — но единственный раз в осаду был взят трехмиллионный город. Подобно тому — это тоже случилось в эту войну — бесчисленное количество раз, начиная с Трои, города делались ареной самого жестокого боя — уличного, но единственный раз ареной уличного боя сделался трехмиллионный мегаполис — Берлин.

Не дай бог новым поколениям пережить ничего подобного, нам же остается передать им оставшуюся от дедов память: «Выпьем за тех, кто командовал ротами, // Кто умирал на снегу, // Кто в Ленинград пробивался болотами, // Горло ломая врагу».

Content

Эксперт Эксперт Журнал Эксперт № 05 (2014)

Отсутствие государства

Доигрались

Болезненные реформы неизбежны

Об эпохе Аббадо

Никаких компромиссов

Туристический рынок России демонстрирует феноменальный рост

Капремонт в кредит

В российской экономике сформировались новые регионы роста — Ростовская и Тюменская области

Молоко от свободной коровы

Пиар-ход или востребованный продукт?

Все для радости приготовления

Катар не боится сланцевого бума

Зачем закручивают налоговые гайки

Унижение БРИК

Спецрынок для клуба ученых

Двенадцатый полет «Золотого орла»

Музыка как мечта об идеальном мире

Hi-End

Крещенская оттепель 1944-го