Рейхсфюрер СС

Генрих Гиммлер

ОХРАННЫЙ ОТРЯД КАК АНТИБОЛЬШЕВИСТСКАЯ БОЕВАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

1936

Центральное издательство НСДАП,

Франц Эер Нахф., Мюнхен

Большевизм.

Сегодня о большевизме говорят многое, и обычно бытует мнение, что будто бы большевизм — это явление, которое обнаружилось лишь в нашу сегодняшнюю, современную нам, эпоху. Некоторые даже полагают, что большевизм — эта борьба организованной и возглавленной евреем нелюди — является впервые возникшей и абсолютно новой для истории нашего мира проблемой.

Мы же, в противоположность подобным суждениям, считаем правильным следующее утверждение: до тех пор, пока существуют люди, борьба между человеком и недочеловеком будет являться историческим правилом, эта возглавляемая евреем война против народов Земли принадлежит, насколько мы в состоянии оглянуться назад, естественному процессу течения жизни на нашей планете. Можно спокойно прийти к убеждению, что борьба эта, ведущаяся не на жизнь, а на смерть, является, пожалуй, точно таким же законом природы, как и борьба человека против какой-либо эпидемии, как борьба бацилл чумы против здорового организма.

Поэтому, для того, чтобы тактика еврейско-большевистского противника стала для нас предельно ясна, необходимо, начиная с далекого прошлого и заканчивая нашим сегодняшним временем, изучить на нескольких вразумительных и очевидных примерах методику этой борьбы.

«Праздник» Пурим

Первый из этих исторических примеров радикального истребления одного арийского народа большевицко-еврейскими методами приводит нам Библия. Прочтите, раскрыв пошире свои глаза, эти страницы еврейской истории, на которых повествуется о том, как евреи, рассеявшись среди персидского народа, осели «…во всех городах, во всех селениях и в престольном городе Сузы». Вы узнаете, как арийский народ персов ясно осознавал исходящую от этих евреев опасность, и как воля разрешить в Персии еврейский вопрос воплотилась в министре Амане. Далее Вы прочтете о том, как упоминаемый в Библии — этой агасферовой книге — самодержец Артаксеркс, оказавшись в плену неслыханно премудрых интриг, сотканных обитавшими при его дворе евреями, расторг брак со своей персидской супругой по имени Астинь, и узнаете, как евреи, использующие в самых разных ситуациях своих молодых соплеменниц, на этот раз обольстили самого царя, подсунув ему в жены еврейскую девку Есфирь.

Затем мы прочтем, как в условиях сложившихся к тому времени обстоятельств вопреки воле неразрывно связанного с народом министра Амана, в котором жило расовое сознание, со всей иудейской изощренностью продолжает плестись паутина интриг, и в итоге верный своему народу и преданный государю министр отправляется на виселицу, обрекаемый на смерть своим же беспринципным монархом, которого поразил слепотой иудей Мордехай. — События, подобные этому позорному прецеденту, мы, увы, будем вынуждены констатировать в истории народов далеко не в последний раз… Тем временем, этот самый Мордехай, «сделавшись вторым по царе Артаксерксе», тут же со свойственным для любого проявления большевизма хладнокровным, сухим и безпощадным расчетом издает от царского имени свой указ, на основании которого персы благородного происхождения и все недруги еврейства, проживающие во всех городах и селениях, в заранее определенный и указанный в письменной форме день должны быть поголовно истреблены евреями, защищенными изданным от царского имени постановлением. Библия сообщает, что в то время было зверски вырезано 75000 персов… С целью придания общей завершенности и для того, чтобы увенчать описанные «подвиги», указ этого арийского царя содержал распоряжение сделать «14-й и 15-й дни месяца Адара» законными праздничными днями, и праздник под названием «Пурим», как «торжество по случаю величайшей победы евреев», справляется ими и по сей день.

Само собой разумеется, что древний персидский народ так никогда больше и не смог оправиться от нанесенного ему удара. Полностью же прочувствовать всю трагедию пораженного в самое сердце и истребленного еврейским большевизмом народа Вы сможете, зная, что не только его высокое и чистое божественное учение Заратустры, но и его родной, передаваемый детям вместе с молоком матери язык, оказались преданными забвению. Только лишь спустя более двух тысяч лет наши ученые в процессе трудоемкой научной работы смогли сделать перевод книг Заратустры с древнеперсидского языка на германский.

С тех пор путь большевизма всегда таков: в народе самым кровавым и зверским способом вырезают правящий верхний слой, приводя затем в состояние государственного, экономического, культурного, умственного, психического и физического рабства. Уцелевшая часть народа, лишенная неисчислимыми смешениями крови своих собственных характерных ценностей, вырождается — и по истечении исторически короткой череды столетий самое большее, что еще будет известно, так это то, что такой народ некогда существовал…

Другие примеры.

Сколь много подобных трагедий — уже свершившихся или еще незавершенных — имело место на этой земле, выяснять досконально мы не в силах. Мы можем во многих случаях лишь смутно ощущать, что наш всеобщий извечный враг — еврей — под той или иной личиной или задействуя какие-либо созданные им структуры, ведет здесь игру своей замаранной в крови рукой. Мы наблюдаем за сменой эпох и видим, как под Каннштаттом и Верденом сверкает неутомимый меч палача. Мы видим, как пылают сложенные для сожжения людей костры, на которых в процессе ведения «охоты на ведьм» десятками тысяч, не считаемые, превращались в пепел и золу истерзанные, порванные после пыток на куски тела матерей и невест нашего народа. Перед нашим духовным оком предстают судилища инквизиции, сделавшие Испанию практически безлюдной, подобно тому, как 30-ти летняя война оставила после себя от нашего процветающего 24-миллионного народа лишь четыре миллиона умирающих с голоду германцев.

Французская масонская революция.

А сейчас, перенесясь во времена т.н. новой истории, я, ради полноты изложения, коснусь здесь только одного известного метода террора, потрясшего всю Европу — французской революции, которая в своем якобинстве и, особенно в период т.н. «законов о ликвидации подозреваемых», явила собой совершенно законченный большевизм, систему организованной бойни светловолосых и голубоглазых лучших сынов французского народа.

Во имя соблюдения истины следует обязательно упомянуть о том, что французская революция со своим террором была исключительно революцией Ордена Франкмасонов, этой заслуживающей особого внимания связанной с еврейством структуры. Масонство не только признало этот «славный» переворот делом своих рук, но по всему миру, в каждой масонской ложе, вплоть до отличавшихся сравнительной безобидностью германских лож, превозносила французскую революцию как свою победу и прославляло как освободительную акцию в масштабах всего человечества.

Русская революция.

Теперь я подхожу к русской революции. Свою задачу я вижу не в том, чтобы в очередной раз повторить и без того часто приводимые факты и перечислить всем известные даты, но в контексте разговора об этой революции самым важным я считаю указать на те методы, которыми она была осуществлена.

Все начинается с планомерной эксплуатации и продуманного использования социального недовольства обнищавшего народа России в целях революционной пропаганды. Некоторые из русских правителей, стремившихся ликвидировать последствия крепостного строя, и, в частности, министр Столыпин, гибнут — прежде, чем смогли бы во имя процветания России провести в жизнь свои реформы — от рук убийц, принадлежащих к еврейско-анархистскому лагерю. Всеми средствами, которые хоть как-нибудь могут пригодиться в игре, Россию втравливают в войну против Германии. И здесь также здесь следует хотя бы одним словом указать на еврейскую и масонскую деятельность, направленную на разжигание Мировой войны.

Тем временем в истории большевистской революции в России открывается очередная глава. Масонство называет текущие изменения переходом от «системы желтого знамени» к «системе красного знамени». В парламентской терминологии сие означает, что власть переходит от буржуазно-демократических партий к умеренно социалистической партии, вроде тех, что у нас именуют социал-демократическими. В России же она носит название партии меньшевиков. Во главе ее стоит еврей Керенский — персонаж, рассказать о котором — значит привести по-школьному наглядный и прямо-таки классический пример арийского добродушия. Его еврейская мать — и я позволю себе включить сюда этот поучительный эпизод — была, вследствие своего участия в анархистских заговорах, приговорена к смертной казни, но, поскольку она была, что называется, в положении и собиралась стать матерью (матерью этого самого Керенского!), отец последнего царя милостиво дарует ей жизнь!

И — вот злая ирония судьбы! — этот Керенский, и появившийся-то, собственно, на свет благодаря арийскому добродушию, свергает с трона последнего царя, подготавливая тем самым базу для непосредственно большевицкого переворота.

Но в России на тот момент еще существует достаточно много сил сопротивления, и народ этой страны по-прежнему продолжают хладнокровно гнать на убой. В этот раз на заклание обрекают арийскуюрусскость.[1] Всячески приближают и способствуют наступлению окончательного всеобщего распада. И снова теперь происходит то, о чем на жаргоне масонов говорится, как о замене «систем», и на этот раз последней — «система красного знамени» меняется на «систему черного знамени». В парламентских выражениях это следует понимать, как переход власти от умеренной социалистической партии к радикальной социалистической партии — в руки большевиков. Ничто не стоит больше на пути. Используя мощь государственной машины, евреи самым радикальным образом осуществляют бойню всех противоборствующих им обладателей хорошей крови, и, глядя на это, остальные в страхе склоняются перед разверзшимся на их глазах ужасом. В этой ситуации весьма актуально выглядит выдержка из книги Есфирь, в которой сказано: «…и многие из персов сделались иудеями, потому что напал на них страх перед иудеями». И вот уже в работу пресловутой «системы черного знамени» включаются все те неевреи, кто, имея слабый характер, превзошел самих евреев и записался к ним в прислужники, кто подался в доносчики и соглядатаи, кто сделался подручным еврейских палачей и принял участие в расправах над своими собственными соплеменниками…

Насколько эти методы истребления изощрены и доведены до полного совершенства, Вы, при желании, можете убедиться, взглянув на тактику ГПУ, которое, используя провокаторов, то и дело планомерно осуществляет организацию попыток восстания против собственного режима. Подобная тактика применяется для того, чтобы вновь и вновь выявлять тех, кто еще в силах принять участие в таком восстании, чтобы постоянно имелась возможность схватить каждого способного оказать сопротивление, чтобы уничтожать любого представителя этого истерзанного арийского народа[2] из числа тех, кто готов возглавить борьбу против большевиков и евреев или тех, кто еще просто в состоянии об этом думать!

Если Вы внимательно присмотритесь к событиям русской революции, то сможете провести неисчислимое множество параллелей с германской революцией 1918 года. Существует только одно различие, и заключается оно именно в том, что над нами Господь Бог смилостивился, и благосклонная судьба, вовремя возведя здесь еврейству надежную преграду, пробудила в народе силы сопротивления и в 1919 году призвала взяться за дело Адольфа Гитлера.

Рассмотрев, в общем и целом, эти примеры, зачастую являющиеся лишь едва ощутимыми намеками, сделанными, так сказать, от руки эскизными зарисовками, Вы сами сможете дополнить мой рассказ. Вам наверняка удастся отовсюду собрать в качестве свидетельств бесчисленное множество больших и малых фрагментов той кровавой картины, каковую представляет собой в истории народов этот самый большевизм.

Я полагаю маловероятным, что Вы сможете упрекнуть меня в предвзятости, и, взывая к столь сильно развитой у нас, германцев, арийской объективности, прошу Вас рассматривать не отдельно взятые детали и эпизоды, но проследить общую линию развития событий целиком и сделать вытекающий отсюда вывод: нам противостоит весьма изворотливый противник в лице еврея и недочеловека, повязанных между собой, что называется, не на жизнь, а на смерть своей совместной деятельностью в продуманно созданных ими теневых вспомогательных структурах и ведением умело организованной подрывной работы, использованием каждого удобного случая и любой подвернувшейся возможности — на паркете светского салона, в приемной государственного министра или монарха, подготовкой покушений и смешиванием ядов, планированием заказных убийств и обречением на голодную смерть целых народностей, оказавшихся неугодными, плетением интриг, клеветническими выпадами на отдельных лиц и политическими играми, сеющими рознь среди власть имущими персонами. Ведя против нас борьбу на улицах, точно так же, как и занимаясь бюрократическим крючкотворством, истребляя под корень крестьянское сословие, глумясь над религиозными чувствами и страстным стремлением к Богу, наш враг осознает лучше, чем мы, что никакого заключения мира в этой борьбе нет и быть не может, но есть лишь победители или побежденные, и что оказаться побежденным означает для народа конец его существования.

Но, как бы там ни было, Вы являетесь свидетелями того, что нашему противнику удалось начертать на своем кровавом знамени разрушения лишь незначительное для его бесспорной победы количество имен истребленных и стертых им из людской памяти народов.

И, что бы ни случилось, все те представления о большевизме, полученные из некоторых наблюдений над ним впрошлом и настоящем, Вам уже никогда не удастся забыть и в будущем.

Наш народ.

Осознание величия нашего народа и понимание того, насколько возвышенным образом мышления он обладал, и какого совершенства достигало его право, для меня навсегда сформировалось из следующих фактов:

Германское право.

Древнее германское право препятствовало тому, чтобы кто-либо в одиночку, не будучи никем уполномоченным, самовольно посмел нарушить что-либо в самом святом для всех людей — в созданной Богом природе. Вплоть до относительно поздних времен в тех местах, где селились германцы, запрещалось срубить хотя бы один дуб в окрестностях селения, если на то не было дано согласие остальных жителей поселка. А они позволяли произвести порубку деревьев только тому, кто давал обязательство посадить вместо одного срубленного три молодых деревца.

Божественный порядок.

Неотъемлемым фрагментом картины, дающей представление о правовых нормах наших пращуров, является их святое убеждение в том, что все, что бы ни существовало и ни существует в жизни на этой Земле, Богом создано и Богом одухотворено. Исходя из этого, не имеющие о том никакого представления, злонамеренные и глупые люди сочиняли басни и распускали отвратительные сплетни о том, будто бы наши пращуры поклонялись неким идолам и деревьям. Нет! В соответствии с древнейшим знанием и дошедшим до них из незапамятных времен учением, они были убеждены в божественной сути порядка, царящего на всей нашей Земле, во всем мире растений и животных.

Наделение животных правами.

Один только ариец, один германец оказался способен приобщить существование животных, которое во многих иных странах нашей Земли не было регламентировано никакими законами, к совокупности своих правовых норм. Отголоски этого правопорядка мы встречаем вплоть до времен относительно позднего средневековья: даже в тех случаях, когда ущерб, причиненный животными, был очевиден, как это случалось вследствие нашествий крыс или мышей, нам известны предания о том, что иной муниципалитет не мог сразу приступить по собственному почину к их немедленному истреблению. Казалось бы, какие мелочи для человечества какие-то там крысы, но, тем не менее, в данном случае эти вредные животные рассматривалась, как существа, создание которых было утверждено божественным порядком, ведь и в самом деле — они как были, так и остаются творениями Бога! Итак, прежде они представали перед судом, в котором маленьким грызунам предоставлялся в качестве защитника добропорядочный германец, и только после того, если в процессе судопроизводства было доказано, что крысы или мыши действительно нарушили порядок и гармонию на данном участке земли, могло быть вынесено решение о принятии мер, направленных на их уничтожение.

Вероятно, сегодня мы с иронией думаем об этих древних и несколько детских, на наш взгляд, представлениях. Но было бы гораздо лучше, если бы мы — непочтительные люди нового и новейшего времени — склонили бы свои головы перед глубиной и величием мировоззрения наших предков, перед накрепко укоренившейся в них верой в Бога и перед их почтением к порядку, учрежденному нашим Господом!

Находки предметов культурного наследия.

Я могу, с Вашего позволения, показать в качестве примера и другие картины. Когда мы занимаемся у себя в Германии земельными работами, то в рыхлой почве возделываемых нами сегодня полей и пашен мы — то здесь, то там — обнаруживаем и без особого труда извлекаем на поверхность драгоценные изделия из меди, серебра и золота. Любуясь находками, мы должны признать, что нам сегодняшним — столь много достигшим, с точки зрения технического развития, людям — вряд ли удастся в большей или меньшей степени достичь того уровня кузнечного мастерства, с которым когда-то ковались эти изделия, по сей день поражающие нас своей непревзойденной классической красотой.

Почитание предков.

Когда нам случается оказаться возле громадных надгробных камней и могильных плит, то, рано или поздно, в одном из таких мест мы ловим себя на мысли о том, что народ, живший за долгие тысячи лет до нас, сооружал не достойные жалости места захоронения, подобные нашим кладбищам, которые вслед за несколькими поколениями людей, чьи останки истлевают в гробах, бывают оставлены и впоследствии сравниваются с землей… Находясь здесь, мы воочию видим, как наши пращуры воздвигли усопшим памятник на тысячелетия, подле которого мы в почтении стоим и поныне. И, вероятно, во многих из нас, стоящих сегодня у такого памятника, вновь просыпается мысль о том, что почтительное отношение к предкам является для народа источником его жизни, ибо каждый, кто чтит своих предков, пользуется верным критерием, давая оценку своей собственной величине и значимости своего пребывания на этой Земле.

Отвага и сила.

Я могу продемонстрировать и еще одну картину — произведения древнеримских историков, в которых они дают нам описание того, как в сфере влияния Рима впервые появляются племена кимвров и тевтонов, каким невероятным величием веяло от них, какими необыкновенными были физическая сила и красота их тел, как неодолима была мощь безудержного наступательного порыва наших пращуров, которые опрокидывали и крушили одно римское войско за другим вплоть до тех пор, пока их племена не оказались жертвой ряда своих же собственных ошибок и не сошли с исторической арены, побежденные римской дисциплиной и отлаженным боевым порядком легионов.

Познания в астрономии.

А сейчас позвольте продемонстрировать Вам картину из мирной жизни. Если мы сегодня, рассматривая географическую карту, пометим на ней — одно за другим — те места, где в старину наши предки строили свои жилища, то выясняется, что нам следует отметить следующий совершенно очевидный факт: на получившейся схеме точек расположения этих селений соблюдается гармония точной карты звездного неба, что определенно указывает на обладание непостижимым и до сих пор непревзойденным знанием мироздания — знанием, основы которого положили люди, жившие, вне всяких сомнений, в глубочайшем почитании той божественной сущности, что создала все эти звезды и наше светило.

Древнейший плуг.

В качестве другого примера, продолжающего описание мирного быта наших предков, мне хотелось бы привести Вам плуг — древнейшее орудие труда нашего народа. Использование плуга, которым уже 5000 лет назад, и сегодня это подтверждено историками, пахали нашу землю, позволило неимоверно рационализировать порядок проведения сельскохозяйственных работ и значительно изменить в лучшую сторону результаты труда.

Учитывая вышесказанное, мы здесь, в интересах соблюдения истины, можем себе позволить следующее возражение: не мы получили плуг от иных народов, напротив — римляне заимствовали у наших германских пращуров его усовершенствованную, снабженную колесами, модификацию.

Письменность.

В качестве завершающей картины я могу наглядно продемонстрировать Вам руническую письменность — мать всех письменных знаков, употребляемых, пожалуй, большинством народов, и которую со знанием дела создали и применяли ранние арийские предки германского народа. У нас до сих пор еще осталось небольшое количество образцов высеченных на камнях и скалах надписей, дошедших до нас из седой старины, и уже по ним можно судить о распространенной природе рунического письма. В то же время, о других бесчисленных памятниках письменности мы можем утверждать только то, что король франков Карл Великий собирал их, а его иудаизированный[3] сын Людвиг Благочестивый в союзе с лишенной понимания церковью предавал их, почти не допуская исключения, огню.

Полная скорби история нашего народа.

Таков был наш народ, чье прошлое здесь вновь обрисовано лишь в общих чертах.

Но если внимательно посмотреть на историю нашего народа, то она предстанет перед нами самой скорбной за последние 2000 лет историей, которая когда-либо могла быть у народа, столь щедро наделенного всеми духовными и физическими дарованиями.

Мы со всей серьезностью ставим вопрос: «Почему?»

Для того, чтобы попытаться дать на него ответ, мне хотелось бы, также огранивая себя, привести сейчас несколько примеров, являющихся лишь самой малостью из большого ряда им подобных.

Герман Херуск.

Освободителем древних германцев от владычества Римской империи был, как известно, Герман Херуск.[4] Он погиб, приняв смерть от людей своего собственного рода и своей крови, после того, как его тесть выдал собственную дочь — жену освободителя — в руки римлянам…

Управленческая деятельность древних германцев.

Я напоминаю Вам о самых последних веках Римской империи, господство и величие которой в те времена базировалось на том, что, начиная с Цезаря, организовавшего самое тесное сотрудничество с германцами и галлами, обратив их способности к управленческой деятельности на пользу Рима, и заканчивая эпохой великого переселения народов, вновь и вновь германская творческая созидательная сила, германский управленческий гений и германское умение руководить, германская воинская закалка и германский боевой дух служили, вопреки интересам собственной крови, развращенному и, с расовой точки зрения, уже обреченному на смерть римскому государству.

Окончившаяся разочарованием борьба Видукинда.

Я напоминаю о принесшей разочарование борьбе возглавившего восстание против господства франков герцога саксов Видукинда, который в итоге был вынужден потерпеть поражение, поскольку получил удар в спину от представителей саксонской родовой знати — эделингов — людей одного с ним племени и одной крови, оказавшихся не в состоянии до конца подчиниться своему собственному герцогу…

Сражения алеманнов.

Я напоминаю о часто упоминаемых сражениях, в которых принимали участие алеманны, и которые заканчивались разгромом по причине того, что эти германцы, так своеобразно воспринимавшие свою свободу, с нетерпимостью относились к тому, чтобы их герцоги, в чьих жилах текла та же самая кровь, что и в их собственных, взирали на битву с высоты сидящего верхом на коне всадника — поскольку, в противном случае, они оказывались бы на половину человеческого роста ниже своих военачальников!..

Крестьянская война.

И, в завершение, я напоминаю о Крестьянской войне,[5] в которой друг против друга, презирая смерть, сражались равные для противоборствующих сторон величайший беспорядок, разобщенность и отсутствие дисциплинированности, в которых чистые стремления и мудрые мысли об идеальном устройстве германского государства, порожденные лучшими умами крестьянства, после проигранных сражений сходили в могилу вместе с истекающими кровью телами неисправимо безрассудных германцев, которые лишь могли перед своей кончиной ощутить последнее, полное трагизма, желание — что их внукам, может быть, лучше удастся довести начатое до конца.

Наши достоинства и недостатки.

Нашим величайшим достоинством определенно является наша неукротимая воля к свободе, истоки которой, безусловно, следует искать в том наилучшем наследии, что сохранила до наших дней элита нашей крови — в самых высших качествах нашей расы. Однако, все далеко не так однозначно, как могло бы показаться на первый взгляд, ибо, будучи сильно развитой у нашего свободолюбивого народа, эта воля не только служила ему стимулом для достижения культурного величия и мотивировала его героическую борьбу, но и в той же самой степени являлась сильным препятствием на пути к образованию объединявшего всех германцев крупного государства и оказывалась причиной всех тех поражений, которые нам приходилось терпеть на протяжении всей нашей истории, столетие за столетием.

Этих поражений можно было бы избежать, не будь у гордых обладателей одинаково благородной крови чрезмерно завышенной оценки значимости своего собственного «Я», в результате чего один эделинг не слушал другого, один герцог не считал нужным хранить верность другим, и ни один из представителей знати старался вообще не подчиняться никому. Своим собственным предводителям, способным, благодаря своей деятельности, добиться образования государства, а таковые, безусловно, появлялись на исторической сцене довольно часто — начиная с Видукинда и заканчивая Флорианом Гейером[6] — германцы, в чьих жилах текла одна и та же кровь, так никогда и не предоставили возможности создать германское государство. Подобные ошибки превращали зарождающиеся империи в обломки, оставляя от них одни лишь руины — как это в итоге произошло с государственными формациями готов, вандалов, бургундов, алеманнов и некоторых других.

И, после того, как на населяемом германцами пространстве одним из них никак не удается создать пронизанное германским духом жизнеспособное государственное образование, его приходится создавать другим германцам, но дух государственного строительства, осуществляемого самыми жесткими властными методами, что было продиктовано бедами, кровью и слезами, оказывается уже совершенно иным, и согласие на интеграцию в единый Рейх достигается лишь при помощи крепкого кулака.

Каждый раз мы видим одну и ту же картину: отсутствие повиновения, неподчинение, недооценка противника, неверные представления о политической ситуации и попытки выдать желаемый порядок вещей за действительный, в то время, как вновь и вновь противостоящий нам в какой-либо форме неприятель, трезвомыслящий, просчитывающий все действительные реалии политической борьбы, шаг за шагом попирая нашу землю, вновь и вновь, несмотря на свои худшие, по сравнению с нами качества, низкопробную кровь и малую культуру, брал над нами верх.

По собственной вине.

Так наш народ — и мы, имея на то полное право, являясь германцами, со всей ответственностью утверждаем — прошел столь тернистый путь последних 2000 лет по своей же собственной вине. И никто не посмеет бросить упрек какому-либо противнику в его победах над нами и в том, что он жаждал нашей крови; ибо законы сотворенного Богом бескрайнего мира и законы народов этой Земли считаются не с тем, кто в своем переполненном благодушием сердце лелеет наилучшие чаяния, но находятся на стороне того, кто одерживает победу.

В этой ситуации у некоторых может возникнуть безмолвный, полный укора вопрос: «И к чему была эта устрашающая констатация вины и ошибок, перечеркивающих все достоинства? Как после этого нам теперь верить в будущее?»

И здесь мы хотим свободно и открыто заявить:

— Ничто так не укрепляет нас в вере в будущее нашего народа и нашей крови, как факты, свидетельствующие о том, что наш народ и наша раса, вопреки всем ошибкам и, невзирая на все перенесенные страдания и боль, все еще живы и сегодня вновь поднялись во всем своем величии. Веря в предназначение нашей крови и в стоящую перед ней задачу, мы видим в истории последних двух тысячелетий не только поражения и несчастья, но путь обучения, необходимый для сохранения самих себя как народа.

Путь к повиновению.

Служители церкви и рыцарский Орден.

В начале нашего тысячелетия едва ли не все последние сыновья самых знатных германских родов, храня верность заветам церкви, поступали ей на службу и становились священниками и церковными иерархами. Несметное их множество, возложив на себя крест, отправилось ведущим на Голгофу крестным путем германской крови в дали Востока, в пустыни и пески. Часть этих выступивших в крестовый поход рыцарей-священников образовала один из духовно-рыцарских Орденов, и, принеся с собой германскую отвагу, германский стиль руководства и германскую неподкупность, поступила в этом Ордене, руководимом римской церковью, в школу послушания, соблюдения субординации и подчинения государственному авторитету, в школу, которая была гораздо старше самой церкви. [7]

Государство Фридриха II на Сицилии.

Этот рыцарский Орден принял участие в создании первого современного, построенного согласно принципам государственного управления и авторитарного подчинения государства Фридриха II[8] на Сицилии. Полученный здесь опыт был в первой половине ХIII-го столетия во всей своей полноте перенесен, благодаря зрелости ума подлинного государственного мужа — принадлежащего к знатному роду рыцарей и священников Германа фон Зальца — на германский восток, и здесь, на восточном пространстве, было создано хорошо известное Вам государство Ордена.[9]

Государство Ордена в Восточной Пруссии.

Впервые на германском пространстве удалось легко добиться повиновения, и это произошло вследствие того, что, наряду с абсолютным господством христианской религии, здесь оказало свое влияние обстоятельство, заключавшееся в том, что благодаря борьбе, которую в тех землях вело отборное рыцарство самых благородных семейств, лучшие, с расовой точки зрения, представители германской крови выдвинулись в качестве руководящего слоя над мешаниной кровей местных народностей, не являвшихся, в расовом понимании, равными нашему народу, и, в конечном итоге, наряду с повиновением церкви, возникла разница в отношении к значимости достигнутого результата и отдельно взятой личности.

Прусская армия.

Сложившиеся на этих восточных землях, во владение которыми вступили являвшиеся королями Пруссии курфюрсты Бранденбурга, принципы организации административного управления, тщательной исполнительности, и, прежде всего, безоговорочного повиновения, были распространены на территории всего королевства. Прусская армия со служившими в ней за полагающееся им жалование наемными солдатами стала внутри Германии первой большой школой абсолютной дисциплины. Только дисциплина эта была в действительности построена в то время не на благородных побуждениях человеческой души, но во многих случаях базировалась на силе вышестоящего начальника и мощи государства, и, находясь в зависимости от денежного содержания и средств на обеспечение жизни, держалась на страхе перед тростью унтер-офицера.

Пруссия Старого Фрица.

Так продолжалось довольно долго — вплоть до времен Старого Фрица,[10] когда этот олицетворявший собой дух героизма величайший прусский король в трех больших войнах лично возглавлял свою армию, в которой царила дисциплина, достигаемая, например, такими считавшимися в ту пору действенными, методами: даже в последних битвах Третьей Силезской войны[11] стоящий позади мушкетерских шеренг кадетского корпуса прусский офицер так же беспощадно, как и простых рядовых солдат, воспитывал в повиновении будущих командиров с помощью своего эспонтона![12] И все же, несмотря ни на что, это послушание уже выглядело благородно, поскольку было продиктовано любовью к своему королю-полководцу, любовью к своей, становящейся в полном смысле этого слова Отечеством, Пруссии и появившейся возможностью заслужить честь быть не просто сражающимся за деньги наемным солдатом, но стать героем доблестной прусской армии. И в этом безоговорочном повиновении мы впервые слышим звучащий прекрасной мелодией призыв: «Будем же послушными детьми своей родной страны!»

Война за освобождение.

Следующим шагом, совершенным после нанесенного нам страшного поражения, становится создание сражавшейся в Освободительной войне 1812-1815 годов народной армии, и сыновьями людей простого сословия и студентами, находящимися в ее рядах, честью уже считается сама возможность быть добровольно повинующимися ополченцами и солдатами прусской народной армии. Далее ход истории ускоряется, и представления о Свободе и Чести, равно как и о Повиновении, начинают в понимании народа все теснее и теснее сближаться между собой.

1864, 1866.

С армией, в которой воцарился такой дух, Пруссии в 1864 и 1866 годах удается не только одержать победу и покорить свободолюбивых, с незапамятных времен обитавших на своих исконных землях голштинцев, баварцев, вюртембержцев и других жителей южной Германии, которые, будучи во многом родственны между собой, шли, тем не менее, каждый своим путем. Сумев вызвать внутреннюю заинтересованность и добившись возникновения глубокой убежденности в необходимости повиновения единому государству, Пруссия организованно осуществляет их объединение в составе Германского Рейха.

Мировая война.

И вновь в первой половине нашего столетия развитие предшествующих нашему времени исторических событий приводит к тому, что разгорается война. На этот раз — мировая. Честь, свобода и повиновение становятся друг другу еще ближе. И два миллиона лучших германцев заявляют не просто о своем желании принять участие в борьбе за свободу, но также и о готовности дисциплинированно занять свое место в рядах германской армии.

Эти 4 ½ года накаляют нас до предела, а судьба в очередной раз указывает на то, что наше обучение еще не завершено. Тем, кто должен отдавать распоряжения, судьба показала, что иные из них на своих должностях позабыли о том, что во времена предельно тяжелых испытаний, когда среди нужды и горя тускнеют и втаптываются в грязь все короны, все символы и внешние атрибуты государственного авторитета, народ одной крови беспрекословно повинуется только подлинным вождям, причем лишь только в том случае, если Честь, Свобода и Повиновение сливаются в особенно чистое и звонкое созвучие. Тем же, кто обязан распоряжения исполнять, было продемонстрировано, что любое неповиновение, даже если оно в какой-либо момент — из-за мнимо затронутой чести и якобы попранной свободы — и могло бы показаться оправданным, в действительности является ударом, нанесенным своему же собственному командиру или начальнику, и сам факт отказа подчиниться приказу, как нарушение верности и наследственный грех отцов, сталкивает собственный народ в бездну вместе с самим неповинующимся.

Фюрер и национал-социализм.

И теперь, как мы надеемся, для нашего оказавшегося в состоянии полнейшей дезорганизации и разобщенности германского народа начался заключительный этап обучения на его пути к повиновению. Судьба ниспослала нам Фюрера. Сам являясь дисциплинированно исполняющим приказы солдатом великой германской армии, он пронес в себе все знание о свободе, чести и ценности крови нашего народа и взялся обучить этому знанию нас. В течение всех 15 лет борьбы, увенчавшейся победой, он вел свою работу, и под влиянием его воспитания сначала немногое, а затем все увеличивающееся количество любящих свободу больше всего лучших представителей народа — цвет воинственной германской крови — становилось убежденными национал-социалистами. Позвольте же мне сегодня выразить свое понимание свершившегося такими словами: обращаясь к людям, которые осознают, что являются носителями ценностей нашей расы и нашей крови, к людям, которым известно, что кровь — это самая необходимая предпосылка для созидания культуры и достижения величия, Фюрер укреплял волю к свободе и чести даже у самых фанатичных своих последователей, он пробуждал в них еще большую энергию и добивался их непреклонной устремленности к достижению поставленной цели. Одновременно с этим, он сумел обуздать силу, которой наделен народ, в чьих жилах течет одна одинаково ценная кровь, силу неудержимой воли к свободе и силу обостренно воспринимаемого чувства чести, сконцентрировав три этих силы в одну, состоящую из крови, чести, стремления к свободе и берущую свое начало в доброй воле его соратников, что в еще большей степени обязывало к повиновению.

* * *

Полагая, что на германскую историю и пройденный нашим народом по его же собственной вине путь страданий допустимо взглянуть с этой точки зрения, я, вместе с тем, верю в то, что в пути этом, согласно вечному, действующему в этом мире закону, обнаруживается смысл, и, в то же время, содержится некое обязательство и указание на то, что наш народ, находящийся в окружении других народов этой Земли, стоит не в конце, но в начале исполнения возложенной на него миссии.

Охранный Отряд.

Я, наконец, перехожу к разговору о самом Охранном Отряде (СС), который, являясь частью созданной и взращенной Адольфом Гитлером Национал-Социалистической Германской Рабочей Партии, выполняет в рамках Движения возложенную на него Фюрером специальную задачу, заключающуюся в обеспечении внутренней охраны Рейха.

Формирование Охранного Отряда.

Когда много лет назад, после отданного Адольфом Гитлером в 1925 году приказа о формировании Охранного Отряда, в январе 1929 года последовал приказ о расширении структуры этого соединения, нам было ясно, что Охранный Отряд (СС) сможет выполнить поставленные перед ним задачи только в том случае, если будет строиться в полном соответствии с выводами, извлеченными из выдвинутых Фюрером нашего Движения директив, а в его рядах будут воспитаны и основательно привиты те достойные качества, на которые в этих директивах дано четкое указание.

Осознание значимости крови и отбора.

Первой директивой, которая имела и продолжает иметь для нас огромное значение, является указание на необходимость осознания значимости крови и отбора. Это условие как имело силу в 1929 году, так и будет иметь ее до тех пор, пока будет существовать сам Охранный Отряд (СС).

Мы пошли тем же путем, каким идет занимающийся селекцией посевных семян работник сельского хозяйства, перед которым стоит задача возродить чистоту старого доброго сорта некой аграрной культуры, выродившейся вследствие смешения с другими видами. И подобно тому, как этот селекционер в начале своей работы проходит по полю, отбирая и, так сказать, выбраковывая, негодные растения, мы, обращая, прежде всего, внимание на чисто внешние характеристики, так же занимаемся отсевом тех людей, которых, как мы полагаем, не сможем использовать в структурах Охранного Отряда (СС).

На этом этапе мы концентрируемся на отборе тех, кто с физической точки зрения наиболее близок к идеалу, составляющими которого являются определенные для нордического человека характерные особенности. Внешние признаки, равно, как физические данные и расовое соответствие, играли и играют при этом важнейшую роль.

В том, что этот принцип с течением лет все сильнее развивался, приобретая все более четкую направленность по мере того, как увеличивался накопленный нами опыт, мне Вас уверять не нужно. В то же время я прошу Вас убедиться в том, что мы совершенно отчетливо осознаем абсолютную недопустимость пребывания процесса этого отбора в состоянии бездеятельности и застоя. Из года в год наши требования в этой сфере становятся все более категоричными, в то время, как, благодаря результатам проведения в жизнь германских расовых законов и все более активно пробуждающемуся пониманию значимости крови и правил отбора, начинается подлинный подъем человечества, несущего в себе германскую доминанту.

Весьма вероятно, что через сотню или более лет обстоятельства сложатся таким образом, что выдвигаемые нашими преемниками требования станут более детальными и будут многократно превышать ныне существующие.

Мы также знаем, что первичный отбор на момент подведения итогов осмотра внешних признаков — после изучения родословной и многократно проведенных дополнительных исследований — является лишь первым этапом, на котором во внимание принимается лишь самый элементарный принцип ведения отбора; что все годы жизни, проведенные в рядах Охранного Отряда (СС), должны сопровождаться процессом продолжающегося отбора, за которым должен следовать самый тщательный отсев тех, кто по складу своего характера, волевым и духовным качествам, оказывается, как несоответствующий критериям нашей крови, для нас непригодным.

Мы приняли законы, руководствуясь которыми в своей жизни, мы хотим защитить себя на все времена от того, чтобы любой отпрыск СС-овской семьи, зарегистрированной в «Родовой книге СС», имел бы на этом основании претензии на обладание какими-либо привилегиями или неоспоримыми правом на автоматическое зачисление в Охранный Отряд (СС). Совершенно напротив, мы хотим позаботиться о том, чтобы всего лишь часть сыновей этих семей была принята в наши ряды и признана нами в качестве членов Ордена СС, которые и в дальнейшем будут стремиться к постоянному ведению отбора, дабы в ряды Охранного Отряда (СС) смог влиться поток самой лучшей крови всего германского народа. — Именно эти соображения находятся в наиболее близком соответствии с основополагающим принципом отбора элиты нации.

Воля к свободе и боевой дух.

Вторая директива гласит о тех достойных качествах, которые мы, как находящиеся в рядах Охранного Отряда, должны постараться привить себе и сделать неизгладимыми на века — речь идет о воле к свободе и боевом духе.

Испытания на стойкость.

Честолюбие присуще нам издавна, и оно руководит нашим желанием одержать верх в любой борьбе, оказаться лучшими в любой ситуации. И мы при этом рады приветствовать каждого человека и любое формирование, чьи стойкость и боевой дух сопоставимы с нашими или превосходят их, ибо каждый из тех, кто подобен нам, полезен для Германии, а для нас явился бы подтверждением того, что наша собственная сила не так уж и велика, что мы должны удвоить наши старания, еще более облагородить свою волю к борьбе и закалить, по сравнению с прежней, свою собственную твердость.

Этой суровой школой, которая должна длиться всю жизнь каждого из нас, и в которой мы из года в год выдерживаем проверки своей стойкости, мы заботимся о том, чтобы мужество и боевой дух каждого из нас в отдельности, и, прежде всего, представителей командного состава, вновь и вновь подвергались испытаниям. Благодаря осуществлению непрекращающегося все эти контроля за требующейся от нас стойкостью, мы поставим надежный заслон возможности когда-либо втереться в наши ряды тому прекраснодушию, что столь часто становилось для германского народа смертельной опасностью. А в дальнейшем нашему содружеству, от личного состава которого в равной степени, вплоть до достижения преклонного возраста, требуется как физическая выносливость, так и наличие волевых качеств, просто останется в нужный момент отторгать от себя все то, что, может быть, и было бы хорошо в условиях спокойной и размеренной жизни, но, тем не менее, смогло бы, при столкновении с трудностями, понизить нашу, принадлежащую Германии, силу и ослабить наш боевой дух.

Верность и честь.

Третьей директивой названы имена необходимых для создания и существования Охранного Отряда (СС) достоинств — Верность и Честь. Оба этих понятия нерасторжимы друг от друга. Они изложены в двух тезисах — в словах девиза, которым нас наградил Фюрер: «Моя Честь зовется Верностью», и в положении древнего германского права: «Вся честь прибывает от верности».

Многое, как мы обучаем каждого воина СС, на этой Земле можно простить, и лишь только одно никогда — измену! Тот, кто нарушает верность, исключает себя из нашего товарищества, поскольку верность касается состояния души и сердца человека, но ни в коем случае его рассудка. Рассудок может сбиться с правильного пути, что, принося порой ощутимый вред, тем не менее, никогда не приводит к последствиям, которые невозможно, так или иначе, исправить. Но если прерывается пульс, и сердце останавливается, человек умирает, подобно тому, как погибает народ, нарушивший свою верность. Настоящим мы подразумеваем верность в любом ее проявлении. Это — верность Фюреру, а в его лице и всему нашему германскому народу, его знаниям, обычаям и характеру, верность крови, нашим предкам и нашим внукам, верность нашему роду, верность боевым товарищам и верность незыблемым законам достойного поведения, чистоты и рыцарского благородства. Поругание верности и чести происходит не только в тех случаях, когда некто пассивно и безропотно позволяет оскорблять свое достоинство или честь Охранного Отряда (СС), но, прежде всего тогда, когда, не считаясь с честью окружающих его людей, он издевается над святыми для них вещами или когда не выступает, как это положено, с подобающим мужеством на защиту тех, кто в данный момент отсутствует, кто слаб и беззащитен.

Повиновение.

Четвертая директива дает указание на такое важное для нас достойное качество, как умение соблюдать повиновение; повиновение, которое, безусловно, имеет в высшей степени добровольное начало и проистекает из служения нашему мировоззрению, которое каждого из нас приводит в состояние готовности пожертвовать своей гордостью, внешним проявлением чести и всем тем, что нами лично так любимо и так нам дорого; повиновение, которое не допускает ни малейшего промедления, ни колебаний, но обеспечивает безоговорочное исполнение любого приказа, идущего от Фюрера или отданного на законных основаниях назначенными им начальниками; повиновение, в точности такое же, как и во времена ведения политической борьбы, когда любой из нас, даже если его воля к свободе была готова взбунтоваться, не смел нарушить молчание, и, находясь в состоянии напряжения всех органов чувств и полностью сосредоточив свое внимание на противнике, не шевелил и пальцем, если это было запрещено, и так же безоворочно повинуясь, бросался в атаку, даже если ему вдруг казалось, что он не в силах перебороть себя.

* * *

Мы честны настолько, что не утверждаем о себе, что всеми нами уже достигнуто предельно глубокое понимание этих законов. Однако мы полагаем, что можем твердо заявить, что, спустя шесть лет после своего образования, Охранный Отряд (СС), сформированный согласно приказу Фюрера, был построен и поныне живет в полном соответствии с указанными директивами. Мы знаем, что из года в год все больше воспитываем в себе и усваиваем указанные достойные качества, что, само собой разумеется, все больше и больше оказывает положительное влияние на каждого находящегося в рядах СС. Мы убеждены в том, что, когда спустя годы, раньше или позже — в зависимости от того, как этим распорядится судьба — нас, являющихся первой генерацией Охранного Отряда (СС), не будет больше на этой Земле, нам удастся передать эти достойные качества во всей полноте как свое драгоценное наследие и лучшие традиции тем, кто станет воинами СС после нас.

Закон о бракосочетании.

В соответствии с требованиям вышеупомянутых директив и с содержащимися в них указаниями на необходимые нам качества, мы, приняв для своего внутреннего пользования ряд законов, регламентировали тем самым жизнь нашего содружества и определили его путь в простирающееся перед ним будущее. — Первым из этих законов стало изданное СС в 1931 году распоряжение, предписывающее получение каждым эсэсовцем разрешения на помолвку и вступление в брак. Мы извлекли выводы из познания значения и ценности крови, и совершенно отчетливо осознаем, что было бы бессмысленно предпринимать попытку ведения отбора мужчин, являющихся расовой элитой и не думать при этом об их родственных узах. Мы не собираемся повторять ошибки воинских мужских союзов прошлого, которые, хотя и могли продлить свое существование в пределах нескольких сотен лет, но затем, вследствие отсутствия притока достойной крови и традиций кровного родства, неизбежно погружались в небытие. Обладая глубоким внутренним убеждением, мы знаем, что наше содружество только тогда будет в состоянии преодолеть путь, ведущий в будущее, если оно живет в глубоком почитании предков далекой седой старины и убеждено в происхождении своего народа из вечности. Мы знаем, что только в том случае, если осознание значимости крови целиком воспринимается как обязательство, как святой завет хранить неизменную чистоту своего рода — жизнь расы и народа вечна. Мы проникнуты убеждением, что только то поколение, которое подобно крепкому звену, прочно занимает свое место в цепи между предками и потомками, правильно воспринимает соотношение масштабов величия возложенных на него задач и обязанностей и всей малости своего собственного преходящего значения.

Победа ребенка.

Мы узнали, что только обладающий таким убеждением человек даже в те времена, когда ему сопутствует успех, старается быть непритязательным и учится избегать ошибок высокомерия и самонадеянности, и что только такие люди выдерживают времена самых тяжелых нагрузок с тем же железным спокойствием, с каким они невзыскательно и по-спартански просто проживают в благополучное время. Поэтому, помимо Закона на разрешение вступления нашими эсэсовцами в брак, помимо воспитания для правильного выбора ими подобающей супруги, мы учим своих людей тому, что все наши битвы и сражения, гибель на полях Мировой войны двух миллионов, политическая борьба последних 15-ти лет, создание нашего Вермахта для защиты границ Германии оказались бы напрасными и утратили свой смысл, если за победой германского духа не следовала бы победа германского ребенка.

Одной из своих задач мы считаем и здесь идти впереди не с длинными речами и высокопарными словами, но совершая конкретные поступки и подавая личный пример в своих собственных рядах. И, как сегодня, так и впредь, мы вновь и вновь будем внушать нашим людям, что самым святым и ценным человеком для нашего народа является каждая осознающая святость своего долга мать, в чьих жилах течет наша кровь, и что самую величайшую ценность для нас представляет германское дитя.

Закон Чести воина СС.

Следующим законом стало распоряжение от 9 ноября 1935 года, которое постановляло, что каждый эсэсовец имеет неотъемлемое право и обязанности, связанные с защитой его чести при помощи оружия.

Наряду с этим, в данном распоряжении было вынесено следующее постановление: эсэсовцем, т.е. воином Ордена СС, является каждый находящийся в рядах СС и получивший в награду по достижении 21 года, после отбытия им полуторагодичного срока в качестве анвэртера[13] и принесения им торжественной эсэсовской клятвы верности Фюреру, после прохождения почетной трудовой и воинской повинности, кинжал СС — оружие, свидетельствующее о его принятии полноправным эсэсовцем в ряды нашего Ордена. Воином СС, не взирая на служебные должности, является каждый из нас, будь это человек невысокого звания или Рейхсфюрер. Мы издали для собственного пользования этот Закон Чести, поскольку глубоко убеждены в том, что только тот человек, который знает, что, вне зависимости от занимаемого им поста, он в любой момент подлежит привлечению к ответственности за любое из совершенных им действий и каждое из произнесенных им слов, в состоянии предельно постичь весь смысл нашего содружества и снова, как безупречный и ничем не запятнанный солдат, продолжить учиться нести службу жизни своего народа. Ибо Закон Чести обязывает его к соблюдению собственной чести в той же самой мере, в какой этого требует уважение, оказываемое ему со стороны окружающих, и в какой, при всей строгости принципов, доброте и великодушии по отношению к своим товарищам, соплеменникам и ближним, это возложено на нас как долг.

* * *

Теперь я позволю себе изложить свою позицию, занимаемую по отношению к нескольким проблемам. Первое. В небольшой по объему книге, которая называется «50 вопросов и ответов для воина СС», первый вопрос сформулирован так: «Как звучит твоя клятва?»

Вера в Бога.

Ответ таков: «Мы клянемся тебе, Адольф Гитлер, как Фюреру и Канцлеру Германского Рейха в верности и отваге. Мы торжественно обещаем тебе и назначенным тобой начальникам свое повиновение вплоть до самой смерти. Да воистину поможет нам Бог!»

Второй вопрос: «Веруешь ли Ты в Бога?»

Ответ: «Да, я верую в Господа Бога».

Третий вопрос: «Каково твое мнение о человеке, который не верит ни в какого Бога?»

Ответ: «Я считаю его заносчивым, страдающим манией величия и глупым; такой не подходит для нас».

Я поделился с Вами содержанием этих трех вопросов и ответов с той целью, чтобы тем самым однозначно показать нашу позицию по отношению к религии. Будьте добры убедиться в том, что мы не были бы способны являться спаянным воедино совместно принесенной клятвой боевым соединением, не обладай мы убеждением и верой в пребывающего надо всеми нами Господа Бога, в Того, кто создал нас и наше Отечество, наш народ и эту землю, в Того, кто ниспослал нам нашего Фюрера.

Мы свято убеждены в том, что нам, согласно вечным законам этого мира, следует нести ответственность за любой из своих поступков, за каждое слово и за каждую мысль; что все, порожденное нашим духом, слетевшее с нашего языка и сотворенное нашими руками, является не чем-то случайно произошедшим и не имеющем никаких последствий, но причиной, повлекшей за собой развитие событий, которые в непрерывном круговороте бытия несут счастье или беду, горе или радость, неотвратимо отражаясь на нас самих и на всем нашем народе. Поверьте — люди, имеющие такие убеждения, совершенно не являются атеистами. И, разумеется, мы именно поэтому, не определяя себя как общество, придерживающееся той или иной религиозной конфессии и исповедующее какую-либо догму, возражаем некоторым из наших оппонентов, решительно требуя от них не превращать наших людей в объект клеветнических выпадов, когда, злоупотребляя определением «язычник», те неправомерно вкладывают в это слово смысл понятия «атеист». Совершенно свободно воспользовавшись своим правом провести резкую и отчетливую черту между церковно-конфессиональной деятельностью и пребыванием в строю политического мировоззренческого солдатского союза, мы будем самым решительным образом пресекать любое впадение в крайность, неустанно воспитывая в наших людях понимание того, что, вопреки справедливой во многом досаде и печальному опыту прошлого, полученному нашим народом в области религиозных взаимоотношений, мы, исходя из своего воспитания и убеждений, безо всяких попыток со своей стороны нанести кому-либо обиду словом или делом, проявляем искреннее уважение ко всему тому, что свято для любого из наших соплеменников.

Кровь и Почва.

Второе определение, которое я — Рейхсфюрер СС — сам по происхождению, по крови и самой своей сути принадлежащий к сословию крестьян, хотел бы здесь дать, обращено к Вам, германские труженики села. Изначально отстаиваемая Охранным Отрядом (СС) идея Крови была бы обречена на гибель, не будь она неразрывно связана с убеждением в непреходящей значимости и святости Почвы. С самого начала в само название Главного Управления Расы и Поселений было заложено понятие «Кровь и Почва», выраженное другими словами, но содержащее тот же самый смысл. Я могу Вас заверить в том, что далеко не случайно шефом этого Главного Управления Расы и Поселений является Имперский руководитель крестьян Германского Рейха, принадлежащий с давних пор к высшему руководящему составу СС и имеющий звание Обергруппенфюрера СС, как совершенно не случайно и то, что я являюсь крестьянином и вхожу в Имперский Крестьянский Совет. Крестьяне и воины СС — те и другие — не принадлежат к типу людей, привыкших говорить много излишних любезностей. Но, тем не менее, здесь необходимо, как это было ранее, и как, согласно нашей воле, это всегда будет и впредь, совершенно ясно, внятно и отчетливо высказать следующее: — Там, где находятся крестьяне Адольфа Гитлера, они всегда будут иметь в лице Охранного Отряда (СС) всегда самого верного друга. И точно так же мы знаем, что там, где стоят подразделения Охранного Отряда (СС) Адольфа Гитлера, германский крестьянин, со своей стороны, является для них лучшим товарищем и другом. Так есть сегодня и да будет так на все времена!

Служба Безопасности и Тайная Государственная Полиция.

Я знаю, что в Германии найдутся люди, которым становится дурно при одном лишь виде нашего черного мундира; мы это прекрасно понимаем и не ожидаем в свой адрес проявления любви от слишком многих. Должное уважение к нам будут проявлять все те, в чьем сердце — Германия, бояться же нас следует тем, чья совесть может быть перед Фюрером и Нацией в чем-то и где-либо нечиста. Для общения с подобной публикой мы, поскольку являемся Охранным Отрядом, и создали организацию, которая называется «Служба Безопасности». По той же причине мы направляем своих людей на службу в Тайную Государственную Полицию. Неустанно выполняя свои задачи, мы являемся надежным гарантом внутренней безопасности Германии в той же степени, в какой германский Вермахт гарантирует обеспечение защиты чести, величия и мирной жизни Рейха от угрозы извне. Мы будем заботиться о том, чтобы никогда больше в Германии — сердце Европы — у разной нелюди не появилось возможности стараниями как внешних, так и внутренних тайных агентов разжечь пожар еврейско-большевицкой революции. Для всех этих сил, чья подлинная сущность и деяния нам так хорошо известны, в тот же день, когда они лишь только предпримут самую незначительную попытку совершения преступления — случись это сегодня, через десять или сотню лет — мы неминуемо и безжалостно явимся карающим мечом правосудия!

Большевизм — явление, свойственное не только нашим дням.

Я возвращаюсь к самому началу, и вот с какой целью. Мне хотелось бы еще раз особо подчеркнуть, что в большевизме мы видим явление, присущее отнюдь не только нашим дням, от которого можно было бы легко и просто избавить этот мир согласно нашим пожеланиям, ограничившись лишь ведением словесных прений или дебатов. Мы знаем, что из себя представляет еврей. Этот народ, сложившись из людских отбросов всех наций земного шара, повсюду, где мог, оставил свое характерное еврейское кровавое клеймо. Жажда евреем мирового господства, его болезненная страсть к разрушению и тяга к истреблению, его безбожная по самой своей сути «религия», все его намерения и идеи — вот чем на самом деле является большевизм! Мы не относимся к нему с пренебрежением, поскольку он знаком нам на протяжении уже не одной тысячи лет, но и не переоцениваем его возможностей, ибо верим в божественное призвание нашего народа и в его силу, которая была вновь обретена, благодаря руководству и самоотверженному труду Адольфа Гитлера!

Охранный Отряд.

Наш народ снова возрождается, и у него теперь есть мы — Охранный Отряд (СС), учрежденный и сформированный согласно распоряжению Фюрера. Хотя я сегодня и постарался описать Вам то, что из себя представляет организация СС и принципы ее становления, а также обрисовать круг стоящих перед нами задач, то, даже невзирая на это, понять нас все же не смог бы никто, если бы он не пытался постичь нашу внутреннюю суть, внимая при этом голосу своей крови и своего сердца. Объяснить, откуда у нас, насчитывающих в своих рядах столь небольшое по масштабам германского народа количество личного состава — всего-то порядка двухсот тысяч человек — взялась такая сила, не удастся. Также невозможно логично разъяснить и то, почему сегодня каждый из нас — тех, кто носит черный мундир — совершенно не имеет значения, кем он является и где он находится, сидит ли он в седле скаковой лошади или фехтует на спортивной площадке, исполняет обязанности чиновника или, будучи рабочим, трудится на стройке, перенося кирпичи, участвует ли в управлении страной, занимая важный государственный пост, несет солдатскую службу или является творческим человеком, отображающим в произведениях искусства величие характеризующего нас германского духа — да пусть он занят любым достойным человека делом, даже, может быть, оставаясь при этом неприметным — наделен силой нашего единого содружества и всюду и везде остается для Охранного Отряда своим человеком. Но каждый из нас знает, что в любой ситуации он не окажется одинок, но неслыханная мощь двухсот тысяч спаянных воедино совместно принесенной клятвой людей придаст ему не имеющую пределов силу. И точно так же каждый из нас помнит о том, что являясь в любой ситуации представителем Черного Корпуса, он обязан достигать на занимаемом им месте наивысших результатов в своей деятельности и блюсти честь всего своего содружества, укрепляя уважение к нему. И вот мы стали в строй, и как национал-социалистический воинский Орден решительных и уверенных в себе нордических людей, связавших нерушимой клятвой содружество своих родов, мы совершаем марш по пути, простирающемуся в далекое будущее, веря в свое стремление быть не только теми внуками, которым лучше своих предшественников удалось довести начатое дело до конца, но, более того, стать достойными предками следующих поколений, от которых зависит продолжение вечной жизни нашего, ведущего происхождение от древних германцев, народа.

Примечания

1

в оригинале: arischeRussentum (!!!) — прим. и выд. курсивом ред.

2

в оригинале: gepeinigtenarischenVolk (!!!) — прим. и выд. курсивом ред.

3

В оригинале: verjudeter — прим. ред.

4

Арминий (Arminius — лат.), вождь германского племени херусков, в 9 году н. э. разгромивший римскую армию полководца Вара в Тевтобургском лесу — прим. ред.

5

1524–1526 гг. — прим. ред.

6

рыцарь, один из вождей Крестьянской войны, возглавлявший один из отрядов во Франконии и добивавшийся от феодалов их присоединения к восставшим — прим. ред.

7

Имеется ввиду Тевтонский Орден, лат. Ordo domus Sanctae Mariae Teutonicorum, герм. Deutscher Orden — прим. ред.

8

Фридрих II Штауфен: германский король (1212–50), император Священной Римской империи с 1220, король Сицилии (как Фридрих I) с 1197. Из династии Штауфенов, сын Генриха VI и Констанции Сицилийской, внук Фридриха I Барбароссы и короля Рожера II. — прим. ред.

9

Герман фон Зальца: четвертый магистр Тевтонского Ордена, приближенный Фридриха II — прим. ред.

10

Фридрих II Великий — прим. ред.

11

Семилетняя война 1756–1763 гг. — прим. ред.

12

Эспонтон (франц. esponton): холодное оружие, копье с широким плоским фигурным наконечником, под которым расположена поперечина — прим. ред.

13

кандидата на зачисление в СС — прим. ред.

Content

Рейхсфюрер СС
Генрих Гиммлер
ОХРАННЫЙ ОТРЯД КАК АНТИБОЛЬШЕВИСТСКАЯ БОЕВАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
1936
Центральное издательство НСДАП,
Франц Эер Нахф., Мюнхен

Большевизм.

«Праздник» Пурим

Другие примеры.

Французская масонская революция.

Русская революция.

Наш народ.

Германское право.

Божественный порядок.

Наделение животных правами.

Находки предметов культурного наследия.

Почитание предков.

Отвага и сила.

Познания в астрономии.

Древнейший плуг.

Письменность.

Полная скорби история нашего народа.

Герман Херуск.

Управленческая деятельность древних германцев.

Окончившаяся разочарованием борьба Видукинда.

Сражения алеманнов.

Крестьянская война.

Наши достоинства и недостатки.

По собственной вине.

Путь к повиновению.

Служители церкви и рыцарский Орден.

Государство Фридриха II на Сицилии.

Государство Ордена в Восточной Пруссии.

Прусская армия.

Пруссия Старого Фрица.

Война за освобождение.

1864, 1866.

Мировая война.

Фюрер и национал-социализм.

Охранный Отряд.

Формирование Охранного Отряда.

Осознание значимости крови и отбора.

Воля к свободе и боевой дух.

Испытания на стойкость.

Верность и честь.

Повиновение.

Закон о бракосочетании.

Победа ребенка.

Закон Чести воина СС.

Вера в Бога.

Кровь и Почва.

Служба Безопасности и Тайная Государственная Полиция.

Большевизм — явление, свойственное не только нашим дням.

Охранный Отряд.

Примечания