С. В. Иванов

Messerschmitt Bf 109 Часть 5

(Война в воздухе — 62)

«Война в воздухе» № 62, 2001 г. Периодическое научно-популярное издание для членов военно-исторических клубов. Редактор-составитель Иванов С. В. При участии ООО «АРС». Лицензия ЛВ № 35 от 29.08.97 © Иванов С. В… 2001 г.

Издание не содержит пропаганды и рекламы. Отпечатано в типографии «Нота» г. Белорецк, ул. Советская. 14 Тираж: 300 экз.

Одной из редких модификаций самолета была установка под крыльями двух пушек MG 151/20. Бомбы, подвешиваемые на пилон ЕТС 501 (ЕТС 503), применяли очень редко, поскольку важнее было использовать подвесной 300-литровый бензобак. Выпускался всепогодный истребитель, оборудованный автопилотом PKS 12 и обогреваемым фонарем кабины (Ruestzustand 6). Вероятно, эти самолеты делались на базе серийных машин. Точное число таких истребителей неизвестно, но оно не может быть большим.

Me 109G-10 стал последним вариантом «Густава», созданным Мессершмиттом. Но еще один вариант был позднее «создан» английской историографией. В одном из штабных документов OKL упоминается об одном потерянном Me 109G-16. Из этого факта был создан «тактический истребитель-бомбардировщик тактической поддержки на поле боя». Почему именно такой? Потому что известен снимок Me 109 с пушками MG 151/20 под крыльями и подфюзеляжным пилоном для 50-кг бомб. По мнению авторов, занимавшихся Me 109 в 50-х годах этого было достаточно для того, чтобы объявить о существовании еще одного варианта. В то время еще мало кто знал о том, что немецкие самолеты могли легко конфигурироваться под конкретные боевые нужды. Самое любопытное, под фюзеляжем того самолета не было пилона ETC 50/VIIId. Установленный под самолетом замок позволял брать на внешнюю подвеску только две 50-кг бомбы, вместо четырех.

Пример серого камуфляжа. На снимке самолет W.Nr. 130368, «белая 3» из неизвестной части. Крест на фюзеляже в виде белого контура. Тактические знаки также белые. Свастика черная, руль направления только кажется белым из-за того, что развернут под солнце.

Me 109G-10 из JG 51, Мюнхенский аэродром, май 1945 года. Пилот делает последний снимок перед сдачей в плен. На борту надпись «Rosemarie» и белая цифра 11. Антенна без мачты проходит через петлю радиокомпаса.

В действительности, никакого Me 109G-16 не существовало. Ни в одном документе люфтваффе, RLM или фирмы Мессершмитта не упоминается такой самолет. Рапорт, о котором говорилось выше, очевидно, содержит банальную опечатку, вкравшуюся при копировании документа.

Самолет, попавший на ту фотографию, представляет собой один из ранних Me 109G-6 W.Nr. 15562, CN+WF. Этот самолет был одним из прототипов программы, оснащения Me 109 двигателем DB 605AS. На время создания снимка самолет был оснащен двигателем DB 605А-1 и ускорителем GM 1, что было вызвано задержкой поставки нужного мотора. Можно предположить, что снимок сделан осенью 1943 года, поскольку самолет имел новый капот.

Выпуск «Густавов» шел массовой серией весь последний период войны. Можно сказать, что на протяжении последних шести месяцев существования III Рейха «мессеры» штамповали, а не выпускали. Постоянно организовывались какие-то новые, часто даже полевые, сборочные цеха, в которые свозили со всей Германии необходимые детали: двигатели, крылья, фонари, хвостовые оперения, шасси и т. д. Эшелоны с деталями постоянно маневрировали, прибывая то в одну точку Рейха, то в другую. Этим объясняется заметная пестрота комплектации самолетов, которые собирались из тех деталей, что были под рукой. К началу весны 1945 года импровизация достигла своего апогея. Немыслимых усилий стоило выдержать какие-то стандарты. Тем не менее, выпускавшиеся самолеты принадлежали к трем вариантам: G-10, G-14/ AS и K-4. Первые два варианта считались снимаемыми с производства. «Конрад» впервые появился на сборочных линиях завода Мессершмитта в Регенсбурге в октябре 1944 года. При этом официальные планы относили начало выпуска этой модификации на июль 1943 года! Столь колоссальная задержка была вызвана с одной стороны проблемами с созданием двигателя DB 605, а с другой повышенным приоритетом работ над Me 209/309. Поскольку, работы эти закончились неудачей, было решено вернуться к совершенствованию Me 109, главным образом за счет установки более мощного двигателя.

варианты крепления антенны G-10

«Густав-14» из JG 53 прогревает двигатель. Превосходство союзников в воздухе зимой 1944/45 г.г. заставляло немцев хорошо маскировать свои аэродромы. Под колеса поставлены башмаки, чтобы самолет не поехал.

G-10

K-4

Me 109K

К сожалению, мы не можем почти ничего конкретного рассказать о прототипах Me 109K. Мало известно и об истории самого истребителя. Можно лишь утверждать, что работы над машиной начались достаточно поздно, лишь в конце весны 1943 года на австрийской фирме WNF, тесно сотрудничавшей с головным КБ Мессершмитта в Аугсбурге. Сам Мессершмитт в то время был целиком поглощен работой над другими самолетами, поэтому совершенствование Me 109 передали WNF.

Доводка «Конрада» в E-Stelle Rechlin шла медленно из-за проблем с мотором. Как сообщается в одном из рапортов, составленных в августе 1943 года, проблемы возникали с системой выпуска шасси и циркуляции масла. Фирма WNF хронически не успевала, поэтому начало государственных испытаний, намеченное на конец августа 1943 года, сначала перенесли на середину сентября, а затем отодвинули на начало 1944 года. Отдел Е-5 в Рехлине провел последний контроль макета Me 109K лишь в десятых числах октября 1943 года. В первой декаде октября в Рехлине дали оценку объекту, называемому в документах Me 109K-1. Незначительная разница во времени говорит о том, что тут речь идет об одном и том же самолете, и что макет (Вероятно, полноценный самолет называли макетом до установки на него двигателя.) одновременно играл роль прототипа. Эту версию подтверждает недавно обнаруженный снимок, сделанный в 1943 году. На снимке виден «Конрад» с герметичной кабиной, стоящий в цехе WNF. В планы входил выпуск десяти предсерийных «Конрадов» в ноябре 1943 года. Очевидно, что речь о серийном выпуске не могла идти до тех пор, пока не был готов летающий прототип.

JG 77 была одной из немногих частей люфтваффе, оснащенной разнообразными вариантами «Густавов» и «Конрадов». В начале весны 1945 года немецкие самолеты стояли на земле из-за острейшего дефицита топлива. Борта этого самолета покрыты пятнами 02 и 82.

K-10 из 1./JG 77. Винт с широкими лопастями, обычный для «Конрада». Через вал винта стреляет 30-мм пушка Л/А' 108, ствол который слегка выступает за обтекатель.

Государственные эксперты дали прототипу высокую оценку, особенно отметив решенную проблему с наддувом и раскроем капота. Прототип уже имел многие характерные для «Конрада» детали: горловину топливного бака между вторым и третьим шпангоутом, эксплуатационный люк на левом борту перенесли на третий сегмент, что было вызвано смещением радиоаппаратуры. Но имелись отличия и от позднейших серийных машин, среди которых следует упомянуть два самых заметных: капот в районе пулеметов и наддува имел другую форму, а кабина получила новый фонарь.

Следует заметить, что сроки облета прототипа Me 109K были сорваны. Есть вероятность того, что данная машина так никогда и не поднялась в воздух. Есть данные о том, что часть испытаний проводилась на самолетах с двигателем AS, а ряд других узлов доводился на серийных «мессерах», использовавшихся для испытаний. Примером этого может послужить Me 109G-6, который оснастили новым шасси весной 1944 года. На самолете W.Nr. 18136, BF+QH отрабатывали систему крышек колесных ниш, а на W.Nr. 167227 — новое шасси.

Тем временем двигатель DB 605 D еще оставался «сырым». Начало его серийного выпуска откладывалось. Очевидно, что прототип «Конрада», созданный в конце зимы 1944 года сильно отличался от того Me 109K, который пошел в серию через полгода. Причина того кроется именно в возникшей полугодовой паузе. Первоначально предполагалось, что «Конрад» будет отличаться от «Густава» лишь мотором. Но за прошедшие полгода в конструкцию «Густава» было внесено много ценных изменений, которые планировалось внедрить уже после начала серийного производства Me 109K. К таким изменениям относятся хвостовое оперение увеличенной площади, удлиненные стойки шасси и др. Эти новшества появились на G-14/G-10 примерно в то самое время, в какое их планировали внедрить на «Конраде», если бы его выпуск удалось организовать по расписанию.

В результате необходимость в прототипе «Конрада» как таковом полностью отпала. Изменения в конструкцию Me 109G вносились постепенно, он как бы превращался в «Конрада». В августе 1944 года сразу приступили к выпуску нуль-серии из десяти Me 109K, которые предполагалось использовать для испытаний и дальнейшего развития машины. Эти истребители с серийными номерами 330100-330110 собрали за два месяца на заводе в Регенсбурге, после чего там развернули серийное производство, которое в октябре достигло 50–60 машин. Однако это был не «Конрад-2», выпуск которого планировался в феврале 1944 года, а «Конрад-4». Этот перескок объяснялся тем, что все необходимые изменения в конструкцию самолета внесли еще в период производства «Густава». Опыт боев заставил военных отказаться от выпуска высотных истребителей K-1 и K-3, а также K-2, сконцентрировав все усилия на выпуске единого варианта — Me 109K-4. Выпуск «Конрада», хотя и шел только в Регенсбурге, стремительно набирал обороты. В начале самолеты поступали не столько в боевые части, сколько на различные полигоны и в учебные отряды. Из первого десятка Me 109K-4 до боевых частей не дошло ни одной машины. На испытания машины выделялись и из более поздних серий. Так в январе 1945 года в Рехлине летали «Конрады» W.Nr. 332297 и 783063 (Этот самолет по документам выступает как «Конрад-4», но его серийный номер относится к «Густаву-14», выпущенному в Регенсбурге. Впрочем, есть вероятность того, что внутри блока номеров G-14 оказалась серия K-4.). Продолжались испытания образца (Musterflugzeug) Me 109K-4. Позднее в Е-Stelle Rechlin доставили еще один K-4, который был оснащен мягкими топливными баками в крыльях.

Два снимка Me 109K-4 «белая 16» из I/JG 53, май 1945 года. Камуфляж 81/83 с черной полосой быстрой идентификации, определяющей дивизион в системе ПВО Рейха. Обратите внимание на детали шасси и крепеж крыла.

Попытка установить пушку MK 108 в крыле Me 109K-6/K-8/K-14. Как сама пушка, так и крыло на снимке представляют собой деревянный макет. Это указывает на то, что рассматривалась возможность установить пушку MK 108 в деревянном крыле. Переоборудовать металлическое крыло было не так просто — мешали интегральные детали лафета пушки MG 151/20.

Bf 109 K-4

Bf 109 K-8

Bf 109 K-6 — в крыльях пушки MK 108

Bf 109 K-4

Bf 109 K-4

Хвост Me 109K-4, W.Nr. 335170. Типичный камуфляж и хвостовое колесо с высокой стойкой. В отличие от колес с короткой стойкой, длинностоечные колеса ставили в первом сегменте фюзеляжа, а не в сегменте хвостового оперения.

Me 109K, вид спереди. Видна симметрия выступов в районе вооружения. Позднее капот приобрел асимметричную форму.

«Белая 17» из 1./JG 77. Балочный крест имеет какой-то не совсем белый кант. Машина оснащена антенной мачтой, а петля радиокомпаса смещена к хвосту.

Характерной особенностью Me 109K стало целиком закрытое шасси, как главное, так и хвостовое. Но на некоторых снимках видно, что у «Конрадов» могли отсутствовать детали крышек хвостового или главного шасси. Часто хвостовое колесо блокировали в выпущенном состоянии. Это был вынужденный шаг. При взлете с полевых аэродромов колесные ниши часто забивались грязью, в результате колеса физически не могли встать на место. Поэтому механики блокировали их в выпущенном состоянии. Иногда самолеты имели частично разукомплектованные шасси или блокированное хвостовое колесо потому, что на заводе отсутствовали необходимые детали.

Все изменения, внесенные в конструкцию «Густава», до тройного триммера включительно, стали стандартными особенностями конструкции «Конрада». От поздних «Густавов» «Конрад» отличался следующими деталями: незначительно измененная топливная система с горловиной у кабины, кислородный баллон перенесен в правое крыло, отсутствует мачта антенны и небольшой выступ для антенны на киле. В отличие от Me 109G «Конрады» имели только две горловины на правом борту фюзеляжа. Одна из них находилась у кабины, а другая — ближе к хвосту. Ближняя горловина предназначалась для заполнения 3-литрового стартового бака, а вторая — для заполнения ускорителя MW 50. У «Конрадов» вторая горловина находилась на первом сегменте фюзеляжа, в то время как у «Густавов» — на втором. Это объяснялось тем, что ускоритель MW 50 был смещен вперед. Благодаря этой мере улучшилась балансировка самолета, приблизившаяся к той, что наблюдалась на «Фридрихе».

Можно утверждать, что Me 109K-4 стал последней модификацией «мессера». Некоторые источники, правда упоминают о том, что в начале 1945 года начался выпуск «тяжелого» K-6, вооруженного двумя 30-мм пушками MK 108 с боекомплектом 40 выстрелов на ствол, однако не известно ни об одном таком самолете. Прототип «Конрада-6» был создан в сентябре 1944 года на базе серийного K-4. Машину передали в Тарневиц для испытаний. Испытания длились до февраля 1945 года. Машина получила отрицательную оценку. В конце февраля истребитель передали в 1 Fl.Div., действующую на Восточном фронте, для испытаний в боевых условиях, после чего следы машины теряются. Но судьба этой машины была предрешена еще до ее создания. К осени 1944 года люфтваффе уже не мечтало о создании каких-то специальных самолетов. Германии требовалось много стандартных истребителей, технологичных, дешевых в производстве. Любые переналадки сборочных линий неизбежно сказались бы на темпах производства, что было совершенно неприемлемо. В марте 1945 года выпуск самолетов в Германии был прекращен, последние машины собрали в первых числах апреля. Несомненно, выпуск «Конрада-6» просто бы не успели наладить, поскольку в феврале он еще не закончил испытаний. Дополнительным доказательством против серийного выпуска Me 109K-6 служит тот факт, что на многочисленных фотографиях, запечатлевших сотни брошенных, разбитых и захваченных немецких самолетов не видно ни одной машины этого типа. Трофейные команды и разведывательные службы всех государств антигитлеровской коалиции, прочесавшие освобожденную территорию Рейха, также не отметили существования у противника такой машины.

Три снимка K-4, захваченного американцами в Амберге, Германия. Черное число 265 на фюзеляже означает последние три цифры серийного номера W.Nr. 334265. К конц)' войны от четырехзначных бортовых кодов отказались. Камуфляж 81/82. Диски шасси не окрашены. В отличие от большинства «Густавов» и «Конрадов», у которых на обтекателе втулки винта изображалась спираль, у этого самолета обтекатель разделен на цветные сегменты. Кроме того, этот самолет принадлежит к числу немногих «Конрадов» с короткой стойкой хвостового шасси.

Кроме того, в литературе иногда сообщается о самолетах K-8, K-10, K-12 и K-14. По известным материалам, и по аналогии с Me 109G-8 считают, что самолет K-8 должен был представлять собой разведывательную модификацию «Конрада», оснащенную фотокамерами Rb 50/30 или Rb 70/30, радиостанцией FuG 16ZS и не нести пулеметов MG 131. Его вооружение должно было состоять из пушки MK 103 в фюзеляже и двух пушек MK 108 под крыльями (или двух MG 151/ 20). В действительности точно не известно, каким самолетом должен был стать «Конрад-8». Можно предположить, что этот истребитель представлял собой дальнейшее развитие тяжелого истребителя, у которого в фюзеляже вместо MK 108 предполагалось поставить длинноствольную пушку MK 103 с боекомплектом 85 выстрелов. Набросок такого самолета был сделан 23 июня 1944 года. Фотокамеры на изображенном истребителе отсутствовали. Возможно, что камерами планировали оснастить вариант самолета Me 109K-8/R2. В пользу этого предположения говорит тот факт, что разведывательный «Густав» Me 109G-8 возник на базе стандартной машины G-4. Кроме того, «Конрад-8» мог бы предназначаться на должность тактического разведчика. Тогда его должны были оборудовать двумя малыми фотокамерами Rb 12,5x20, устанавливаемыми в третьем сегменте фюзеляжа. Но и это оборудование на эскизе не отмечено. Эскиз не представлял собой официальной документации на новый самолет, а был лишь проектом конструкторского бюро, предназначенным для использования при переговорах с представителями RLM. На эскизе предусмотрено использование фотопулемета. Таким образом, перед нами два равновероятных варианта: это или разведчик или тяжелый истребитель. В любом случае, машина не вышла за стадию предварительных набросков.

Если роль K-8 вызывает споры, то истребитель K-10 представлял собой дальнейшее развитие K-4. От предшественника самолет отличался только тем, что в его крыльях отсутствовало вооружение, а пушка MK 108 заменялась MK 103. Пушка MK 103 при том же калибре 30 мм имела более длинный ствол и могла поражать даже довольно тяжелую бронетехнику. Благодаря длинному стволу снаряды имели лучшую кучность, что также благоприятно сказывалось на стрельбе по самолетам. Но у пушки были и серьезные недостатки. Она весила почти в три раза больше, чем MK 108, имела на треть меньшую скорострельность и ограниченный боекомплект. Словом, замену можно охарактеризовать коротко: «шило на мыло».

Следующий вариант — Me 109K-12 — представлял собой учебный самолет, который также остался на бумаге.

Наибольший интерес представляет Me 109K-14 — высотный истребитель. Машину предполагалось оснастить двигателем DB 605L с пропеллером VDM 9-12199 с четырьмя узкими лопастями. Такой винт испытывали в январе 1945 года одновременно с двумя другими винтами: VDM 9-12199.10 и VDM 9-17018.10. Эти два винта имели по две узкие лопасти и предназначались для установки на самолеты с DB 605D. Двигатель DB 605L представлял собой развитие мотора DB 605E, который, в свою очередь, был модификацией DB 605D, приспособленной под четырехлопастный винт.

G-10

K-4

хвостовое колесо K-4

JG 27 располагал самыми разными вариантами «Густавов» и «Конрадов». Этот самолет «желтая 1» из IU./JG 27 был сбит англичанами в мае 1945 года. Широкая зеленая полоса быстрой идентификации. Капот сорвало и виден увеличенный наддув, характерный для двигателей DB 605.

Если DB 605E имел пик мощности на средних высотах, то DB 605L оснащался двухступенчатым наддувом, позволявшим его успешно эксплуатировать на высотах более 10000 метров. По состоянии на весну 1944 года мотор имел ту же степень сжатия 8,5:1, как DB 605DC, но весил 770 кг (на 50 кг больше) и развивал мощность 1750 л.с. (на 50 л.с. меньше). С другой стороны, максимальную боевую мощность 1280 л.с. двигатель развивал на высоте 10000 м, в то время как DB 605DC развивал 1210 л.с. на высоте 8500 м. Расход топлива составлял 290 л/ч при полете на экономической скорости, в то время как DB 605DC расходовал 310 литров. Но на боевом режиме работы DB 605L отличался повышенной прожорливостью, потребляя на высоте 10000 метров на 50 литров, а у земли на 60 литров больше, чем DB 605D.

Me 109K-14 на высоте 3000 м развивал всего 575 км/ч (605 км/ч с использованием MW 50), на высоте 6000 м развивал уже 625 (655 км/ч), а на высоте 10500 м — 690 (722 км/ч). Эти характеристики были хороши для начала 1944 года, но к 1945 году уже не имели особого значения, особенно в виду посредственных результатов на малых и средних высотах. А в ноябре 1944 года от выпуска двигателя DB 605L отказались, тем самым поставив крест и на «Конраде-14». Всего было собрано несколько моторов DB 603L, из которых большинство выработали свой ресурс в ходе стендовых испытаний. Все же один прототип K-14, оснащенный новым двигателем, поднялся в воздух. Это был самолет W.Nr. 331446. Машина разбилась 11 марта 1945 года во время пробного полета, совершаемого летчиком из II/JG 53. В архивах E-Stelle Rechlin можно найти документ, датируемый январем 1945 года, в котором сообщается об испытаниях Triebwerksanlage 8-109K. В этом документе упоминается некий Tiiebwerk 109–003, что может указывать на двигатель с серийным номером, заканчивающимся на 003. С большой долей вероятности это указывает на двигатель DB 605L, поскольку двигатели DB 605D в тот период не могли иметь серийные номера с таким окончанием.

Самолет, разбитый летчиком из JG 53, был охарактеризован как значительно улучшенный K-4, но эта формулировка через чур расплывчата и может означать что угодно, чтобы ее считать однозначным доказательством существования K-14. Против данной версии говорит и то обстоятельство, что в описании самолета W.Nr 331446, сделанном в JG 53, говориться об отсутствии пушек MK 108 в крыльях, в то время как K-14 обязан был их иметь.

В 1944 году начались работы по созданию для «Конрада» деревянных крыльев, однако чем работы закончилось неизвестно. Скорее всего они завершились провалом, так как деревянные крылья, с одной стороны, имели бы слишком большую массу, а, с другой стороны, отличались бы недостаточной прочностью. Известны частые аварии самолетов с деревянным хвостовым оперением, что заставило отозвать целые серии «Густавов» и коренным образом пересмотреть технологию изготовления деревянных частей.

Спекулятивно можно предположить, что деревянное крыло является ключом к разгадке тайн дальнейших вариантов «Конрада». Например, можно предположить, что деревянные крылья создавались с расчетом на установку в них тяжелого пушечного вооружения. Так, самолеты K-6/K-8 вероятно отличались не столько вооружением, сколько конструкцией крыла.

Это предположение можно отнести и к «Конраду-14», который также должен был нести в крыльях пушки MK 108. Если это так, то становится понятным свертывание работ над готовым двигателем DB 605L. Самолет, хотя и имел новый мотор, не получил деревянных крыльев, и надобность в моторе отпала.

Как прежде «Густав-10», «Конрад-4» подвергался модификациям. На самолет устанавливали новые двигатели DB 605D: DM, DBM и DCM. Моторы DM и DCM работали на бензине СЗ с октановым числом 96, что в сочетании с ускорителем MW 50 давало максимальную мощность 2000 л.с., а на высоте 1000 м — и 2050 «лошадок». В литературе сообщается, что некоторые Me 109K-4 с включенным ускорителем MW 50 развивали скорость 710–727 км/ч. Но возможно, что такие характеристики имели и отдельные серийные машины. Дело в том, что к концу войны технология и культура производства упали до критической отметки. Плохо сделанные узлы увеличивали аэродинамическое сопротивление самолета. Качество двигателей также упало. Их чрезмерная форсированность приводила к быстром) износу. Если двигатель отрабатывал без капитального ремонта 50 часов, уже считалось отличным результатом. Неопытные пилоты часто злоупотребляли форсированием двигателя, что тоже ресурса моторам не прибавляло.

Несомненно, благодаря двигателю DB 605D скорость «Конрадов» подросла. Хотя по сравнению с истребителями G-10 или G/AS этот рост составлял около 20 км/ч, но и эта прибавка была существенной. Однако более мощный двигатель отличался прожорливостью. В результате «Конрад» мог пролететь только 580 км. по сравнению с 630 км у «Густава». С помощью подвесного бака дальность полета удавалось увеличить еще на 340–400 км.

В отличие от «Густава» на «Конраде» не использовали модифицирующих комплектов. За исключением подвесного бака, который уже давно стал стандартным компонентом, «Конрады» лишь изредка оснащались пилонами для подвески бомб, а возможность установки пушек MG 151/20 в гондолах под крыльями на практике использовалась в единичных случаях. Существовала возможность переоборудования «Конрада-4» в разведчик K-4/R2, оснастив его фотокамерами Rb 50/35 или Rb 75/30, но о существовании таких самолетов ничего не известно. Прочие модификации: ускоритель MW 50, радиостанция FuG 16ZY — к тому времени уже стали стандартным оснащением самолета. Несмотря на то, что теоретически на самолете можно было использовать ускоритель GM 1, это устройство на самолеты не ставилось, и даже горловины для него не предусматривалось. Следует заметить, что с помощью ускорителя GM 1 «Конрады-4» могли бы развивать скорость порядка 720 км/ч на высоте 9-10 тысяч метров.

Единственным изготовителем «Конрадов» долгое время был один Мессершмитт, в то время как другие заводы перешли на выпуск этой модификации лишь в 1945 году: Erla в январе, WNF в мае, а Kuess в марте. Точное число выпущенных «Конрадов» неизвестно, но его можно оценить в 1700–1800 машин.

В заключении следует рассказать о любопытном факте. Дело в том, что первый самолет Me 109K был предложен Мессершмиттом еще в 1939 году. Это был не истребитель, а учебный самолет на базе Me 109E. Предполагалось, что на «Конраде» будут отрабатывать технику полета по приборам, в то время как Me 109S, представлявший собой двухместный «Эмиль», предназначался для подготовки молодых пилотов. Однако оба проекта не были реализованы из-за недостатка средств и времени.

«Конрад-4» был, несомненно, лучшим из самолетов Me 109. Благодаря более мощному двигателю и полностью убирающемуся шасси «Конрад» по скоростным характеристикам превосходил «Густава». Однако на данном этапе войны скорость Me 109K-4 уже не давала ему преимущества над противником. «Мустанги» и «Тандерболты», состоявшие на вооружении западных союзников не уступали «Конрадам» в скорости, а новейшие Р-47М и Р-51Н и превосходили их.

Самолеты Me 109G были самыми многочисленными самолетами. В 1943 году лицензию на их выпуск получили Венгрия и Испания. Договор с Венгрией обязывал венгерское правительство передавать Германии часть выпущенных по лицензии «Густавов». Всего на двух заводах — WM и GWG — Венгрия произвела 680–920 «Густавов» в трех вариантах: G-6, G-14 и G-10, в том числе последних 190 машин. Один завод GWG в 1943–1944 г.г. выпустил 516 самолетов, из которых 240 передали Германии.

В Испании построили 239 Me 109G. Испанские «Густавы» оснащались двигателями Rolls-Royce. Лицензию вместе с деталями 25 планеров G-2 Испания получила в 1943 году, однако выпуск самолетов продолжался до середины 50-х годов. Во время войны выпуск Me 109G освоила румынская фирма IAR, которая собрала в начале 1943 года 15 Me 109G. Еще 16 самолетов румыны собрали в 1944 году из деталей, доставленных из Германии. Кроме того, Германия передала союзникам и нейтральным государствам следующее число самолетов: 70 G-6/G-8 Румынии в 1943 году, 161 Me 109G Венгрии в 1943/44 г.г., 50 G-2/G-10 и восемь G-8 Венгрии в 1944 году, 145 G-2/G-6 Болгарии в 1943 году, 162 G-2/G-4/G-6/ G-14 Финляндии в 1943/44 г.г., 156 G-2/ G-4/G-6 Италии в 1943/44 г.г., 70 G-10/K-4 Италии в 1945 году, 15 G-6 Словакии в 1944 году, 14 G-6 Швейцарии в 1944 году, 20 G-6 Хорватии в ноябре 1944 года. Итого за границу ушло не менее 830 Me 109G разных моделей.

Таблица модификаций, встречавшихся на самолетах Me 109G и К, о которых есть достоверная информация.

R1

R2

R3

R5

R6

R7

R8

R12

W

U1

U2

U3

U4

U6

G-1

а

•а

•

G-2

•

b/с

• а

•

•

G-3

а?

•

G-4

•

а/с

•а/b

•

•

•

G-5

•а

•а

•

•?

G-5/AS

а

•а

G-6

•

а?/b/с

•а/b@

•?

•

•а

•

•?

•

•

•

•

•

•

G-6/AS

•а?

• а

G-8

•Ь

•а

••

• а

•

•

G-10

•

•Ь

•а

•

••а/•b

•

•

••

•

G-14

•

•а

•

••a/•b

•?

•

••

•

G-14/AS

•а

••а

K-4

•

•• а

•X

••а

••

••

Условные обозначения:

R1 — пилот ETC 500IX;

R2 — а) ускоритель GM1, b) фотокамера Rb 75/30 или Rb 50/30#, с) пилон ETC 50VH1;

R3 — а) подвесной 300-литровый бак, b) два 300-литровых бака под крыльями и фотокамера Rb 75/30*;

R5 — две фотокамеры Rb 12,5/7x9 или одна Rb 32/7х9#;

R6 — две пушки MG 151/20 под крыльями;

R7 — а) радиомаяк Peil#, b) ракеты W.Gr. 21 под крыльями;

R8 — фотопулемет BSK16;

R12 — условное обозначение модификации с FuG 125 и автопилотом (всепогодный истребитель); эти истребители почти все несли две дополнительные пушки MG 151/20, поэтому их часто обозначали как R6;

W — условное обозначение модификации с ракетами W.Gr, 21, устанавливавшихся на некоторые самолеты в 1943 году;

U1 — винт МеР 6;

U2 —ускоритель GM1@@;

U3 —ускоритель MW 50;

U4 — пушка МК108 в фюзеляже;

U6 — пушка MK 108 в фюзеляже и две MK 108 в крыльях.

• — модификация встречалась на машинах;

•• — модификация стала стандартной;

# — модификация Ruestzustand, без # — модификация Ruestsatze;

@ — вероятно R3 на «Густаве-6» имел ту же фотокамеру Rb 75/30, что и «Густав-4», в то время как 300-литровые баки под крыльями отсутствовали.

Модификация без баков стала стандартной для разведывательного самолета;

@@ — Внимание! Первоначально ускоритель GM 1 монтировали в крыльях самолета, лишь позднее устройство получило один баллон, установленный в хвостовой части фюзеляжа. Первый вариант имел обозначение R2, а второй — U2. Это изменение произошло во время выпуска G-6.

$ — Не известно, устанавливали ли ракеты W. Gr. 21 на «Густав-14» отдельно ('W'), или это вооружение входило в состав модификации R7.

X— На Me 109K эта модификация обозначалась как R4.

Модификации

На самолетах Me 109G/K устанавливали дополнительное оборудование, расширяющее круг решаемых боевых задач, а также улучшающее характеристики самолета. Это довольно сложная тема, так как модификации проводились в рамках трех различных систем. Часть модификаций не имела специального обозначения, а часть со временем становилась стандартной комплектацией самолета. Случалось, что заводское обозначение модификации отличалось от принятого в люфтваффе. Некоторые модификации кочевали из одного руководства в другое, несмотря на то, что от них уже давно отказались.

В теории обозначение самолета было очень точным, но на практике подробных классификаций не использовали. И это не удивительно. Например, Me 109G-6 с высотным двигателем, пушками под крыльями, дополнительным баком под фюзеляжем, ускорителем GM 1, радиомаяком, радиостанцией FuG 16ZY и 30-мм пушкой за двигателем по всем правилам должен был называться Me 109G-6y/AS/ U3/U4/R3/R6/R7. Кто бы стал пользоваться такими обозначениями?!

Упомянутые три системы модификации самолета назывались Ruestsatz, Ruestungstand и Bausatz. Первая из них — Ruestsatz (что можно перевести как «система оснащения») — охватывала самые простые модификации, обычно внешние или сделанные в легко доступных частях самолета. Эти модификации делались просто и не требовали серьезных трудозатрат. Они условно обозначались буквой «R» с последующей цифрой, например, R6. Но на практике таких обозначений не использовали. Ни полных — Me 109G-6/R3/R6/R7, ни упрощенных Me 109G-6/R6.

Несмотря на простоту переделок это не означало того, что их можно было проводить в условиях полевого аэродрома. Например, две пушки MG 151/20 можно было установить под крыльями или снять только на заводе или специализированной мастерской. Пушечные гондолы приклепывали к обшивке и несущим элементам крыла.

Следующим типом модификаций был Ruestzustand («оснащенный до состояния»). Это были более серьезные модификации, требующие переделки внутренней конструкции фюзеляжа и крыльев. Эти модификации также обозначались буквой «R» и цифрой, например, R6. Подобные обозначения иногда использовались в технической документации. В текущей документации люфтваффе обозначения Ruestzustand не использовались. Среди модификации Ruestzustand можно назвать переделку «Густава» в разведывательный самолет. Переделка была достаточно серьезной: внутрь фюзеляжа устанавливалась фотоаппаратура, органы управления фотоаппаратами выводились в кабину, часть днища вырезалась, отверстие прикрывалось обтекателем, конструкция в районе выреза усиливалась. Следует иметь в виду, что система со временем изменялась. Если в первой половине 1942 года установка двух пушек в крыльях Me 109G-2 требовала серьезной переделки крыльев и относилась к категории Rustzustand, то такая же модификация Me 109G-6 в конце 1943 года проходила заметно проще и уже относилась к Ruestsatz. Это объяснялось тем, что в фюзеляже и крыльях самолета в качестве стандартного элемента были установлены узлы для крепления дополнительного оборудования, чего прежде не было. Иногда на одном самолете одновременно проводили несколько модернизаций, например GM1 и фотокамера Rb 75/30.

Последней из перечисленных модификаций была система Umbausatz («система модификации»), которая могла быть двух типов. Одну из систем использовали для обозначения опытных заводских модификаций, которым еще следовало пройти приемные испытания. Например, самолет с ковриком для ног, наклеенным на левое крыло, получил на заводе обозначение G-7/U18, а после прохождения испытаний обозначение сменили на G-7/R9. Иногда такая модификация после приемки получала новый номер.

Me 109 G-5/U2 высотный вариант G-6 с гермокабиной и системой GM 1

Me 109 G-6/U2/R2 разведывательный вариант с системой GM 1

Me 109 G-8

Me 109 G-8 с закрытыми пулеметными бойницами

Me 109 G-12 изготовлен из G-6

Me 109 G-12/AS изготовлен на базе G-5/G-6 с двигателем DB 605/AS

Me 109 G-12 изготовлен из G-6/trop

Me 109 G-12 — югославский, изготовлен из G-6

Me 109 G-6/у с радиостанцией FuG 16 ZY с антенной под фююзеляжем, в серии с 1943 г.

Me 109 G-6/U4

Me 109 G-4 прототип с длинным воздухозаборником

Me 109 G-6\U2\AS ранних серий выпуска конца 1943 г.

Me 109 G-6/AS ранних серий

Me 109 G-6/AS стандартный серийный выпуска 1944 г.

Me 109 G-10/R6 с капотом двигателя тип 110

Me 109 G-10/U3 с капотом двигателя тип 110, хвостовым высоким колесом, измененным рулем направления

Me 109 G-10/R2 разведывательная версия со стандартным капотом тип 100

Me 109 G-10 стандартный серийный

Me 109 G-10 раннего типа

Me 109 G-14 изготовлен ан базе G-6, выпуск зима 1944/45 г.

Me 109 G-14 с подфюзеляжным конформным баком

Me 109 G-6/R1 ранней серии с модифицированным пилоном ЕТС 5001ХЬ

Me 109 G-6/N ночной истребитель с радаром FuG 217

Me 109 6–2 с подкрыльевыми пушками MG 151/20

Me 109 G-10/U2 стандартный серийный с капотом тип 100

Me 109 G-14

Другая система использовалась для обозначения изменений, внесенных в конструкцию самолета в процессе его сборки. Например, установка пушки MK 108 вместо MG 151/20 относилась именно к этому типу модификаций, поскольку требовала серьезных переделок внутри фюзеляжа на участке между двигателем и кабиной пилота. Так же серьезные работы требовались для установки ускорителей GM 1 или MW 50, их баки можно было установить в фюзеляже, только частично его разобрав.

После того, как во второй половине 1943 года начался массовый выпуск самолетов в разных вариантах системы Umbausatz, на заводах несколько изменили саму систему и обозначения. Вместо обозначений Ruestsatz стали использовать буквенно-цифровым кодом, которым обозначали всю партию самолетов. Например, существовали следующие варианты самолета Me 109G-6/U4:

Me 109G-6/U4 А — стандартный вариант;

Me 109G-6/U4 А1 — с тремя 20-мм пушками:

Me 109G-6/U4 В — с подвесным 300-литровым баком;

Me 109G-6/U4 В1 — с подвесным баком и тремя пушками;

Me 109G-6/U4 С — с 250-кг бомбой;

Me 109G-6/U4 С1 — с бомбой и тремя пушками:

Me 109G-6/U4 D — с четырьмя 50-кг бомбами;

Me 109G-6/U4 D1 — с четырьмя бомбами и тремя пушками.

Но эта система действовала только на заводе. В люфтваффе подобными обозначениями не пользовались.

На фоне «Берты» 6°42 из 2.J/88 видим ее пилота, лейтенанта Реши. Крылья самолета заякорены, чтобы не допустить переворота при сильном порыве ветра. Обратите внимание на крыло. Центроплан более темный, а консоль — светлая. Ка. иуфляж самолета проиллюстрирован ни цветном рисунке.

Этот же самолет 6°42, лето 1938 года. На крыльях нетипичный трехцветный камуфляж. На киле отчетливо видна полоска, обозначающая победу. Это однозначно указывает на лейтенанта Реши — единственного пилота I-й эскадрильи, имевшего на счету в данный период один сбитый самолет.

Боевое применение Me 109

В Испании

Me 109 начал свою боевую карьеру очень рано. Уже в октябре 1936 года, в тот самый месяц, когда начались испытания двух первых прототипов Me 109B-0 (W.Nr. 879, V5 и 880,V6), на фирму BFW в Аугсбурге поступил заказ RLM на подготовку нескольких самолетов для отправки в Испанию. Там самолеты предполагалось испытать в боевых условиях. Для осуществления задуманной операции было выбрано четыре самолета. После полной проверки машины частично разобрали, упаковали в контейнеры и в начале ноября 1936 года по морю отправили в Кадис. Прибыв в Испанию, «мессеры» по железной дороге добрались до авиабазы Таблада в районе Севильи, где началась их сборка. Все немецкие самолеты, поступавшие в Испанию, включались в состав авиационного отряда (Versuchkommando — VK/88) легиона «Kondor». В задачу отряда входило испытывать машины в полевых, а по возможности и в боевых условиях. Сборку «Мессершмиттов» закончили в декабре и еще до конца года облетали самолеты.

Первая партия из 15 боевых «мессеров» прибыла в Кадис в начале марта 1937 года на борту транспорта, плавающего под панамским флагом. Самолеты выгрузили и отправили в Табладу, где их собрали. По мере готовности истребители передавали в состав 2.J/88. Эта эскадрилья, которой с 19 марта 1937 года командовал обер-лейтенант Г. Лютцов, дислоцировалась в Альморохе. Три первые машины прибыли в эскадрилью уже 14 марта и были закреплены за обер-лейтенантом Кнюппелем, обер-лейтенантом Шляффером и унтер-офицером Гёдеки. Первоначально самолеты использовались исключительно для подготовки личного состава. По мере того, как в часть поступали новые машины, программу подготовки расширили. Боевые действия эскадрильи в тот период оказались сведены к минимуму: два разведывательных вылета и три вылета на боевые задания. Но даже эти немногочисленные вылеты были скорее учебными, так как сопротивление республиканцев в воздухе было незначительным, хотя обе враждующие стороны постоянно применяли авиацию. В конце марта 1937 года 2.J/88 располагала уже семью Me 109, которые составляли основную ударную силу легиона во время его первой крупномасштабной операции. Операцию проводили на северном участке фронта в районе Бильбао. В ее ходе «мессеры» одержали первые победы. 7 апреля, во второй половине дня командир эскадрильи, обер-лейтенант Лютцов заявил победу над И-15 в районе Очандиано. 22 апреля лейтенант Радуш и фельдфебель Хайльмайер заявили два сбитых И-15, при этом одним из сбитых оказался Фелипе дель Пио, ас республиканцев, имевший на счету семь воздушных побед. Со своей стороны, республиканцы заявили несколько сбитых «мессеров» в мае 1937 года. Наибольшие результаты имели командир одной из советских эскадрилий П. Путивко и испанский пилот Л. Моркилас. О конкретных обстоятельствах побед первого ничего не известно, а Моркилас свою первую победу заявил 15 мая 1937 года. В этот день немцы потеряли самолет лейтенанта Винделя, сам пилот попал в плен к республиканцам в районе Дуранго. Правда, лейтенант летал не на Me 109, а на Не 51. По другим источникам Виндель был сбит 13 мая.

Несмотря на высокую активность в воздухе, потери обеих сторон были минимальны. Причиной тому была небольшая насыщенность фронта авиацией и полное отсутствие каких-либо систем наведения. Лишь в середине мая 1937 года республиканцы получили на севере семь И-15 из 4-й эскадрильи, которой командовал капитан P.M. Бакедано. В боях с этой частью немцы заявили только две победы, обе из которых на свой счет записал Лютцов. 17 июня республиканцы усилили свое присутствие восемью И-16 из 3-й эскадрильи В. Ухова. Эта эскадрилья была сводной частью, составленной из лучших советских пилотов, служивших в разных частях.

18 июля 1937 года над Бильбао произошел воздушный бой между итальянцами, несколькими машинами из 2.J/88, а также эскадрильей «Чатос» Бакедано. Республиканцы располагали восемью И-15. Немцы не смогли сбить ни одного самолета. Республиканцы заявили четыре неподтвержденные победы. Отважно действовал республиканский пилот Пандеро. Немцы подожгли его И-15. Несмотря на пожар, испанский летчик продолжил бой и вышел из него, лишь посчитав своего противника уничтоженным. Затем он сбил пламя и снова продолжил бой.

Несмотря на интенсивные действия, пилоты 2-й эскадрильи легиона смогли сбить за весь июнь только один самолет. Результативность резко пошла вверх в июле 1937 года, когда эскадрилью полностью перевооружили «мессерами» и перебросили на участок фронта южнее Мадрида. В ходе последовавшей кампании летчики 2.J/88 заявили 16 побед, это были все победы, которые одержал легион в данный период.

Самолет на снимке обычно называют одним из первых прототипов Me 109. В действительности это один из первых серийных Me 109В, доставленный в легион «Кондор». О цвете обтекателя втулки винта можно только догадываться, остальной камуфляж самолета стандартный — RLM 63 на всех поверхностях. Обозначения старого типа: круги без крестов, отсутствие белых оконцовок крыш. На левом борту под фонарем эмблема. Обратите внимание на копоть вокруг желобов синхронизированных пулеметов. Это указывает на активное использование машины.

Один из последних Me 109В первой серии, бортовой код 6°16. Самолет летал в составе 2-й эскадрильи, на что указывает знаменитая эмблема — черный цилиндр. Камуфляж типичный, тактические обозначения старого образца. Некоторые авторы предполагают, что самолет был выкрашен серебристой краской, но это неверно. Обратите внимание на цвет обтекателя втулки и лопастей — он одинаковый. Это точно и не красный цвет, поскольку красный никогда не использовался для окраски этих деталей самолета.

В июле эскадрилья потеряла первые Me 109, причем уровень потерь оказался тревожно высоким. За восемь дней невосполнимые потери составили 3 самолета, в том числе два были потеряны в результате действий противника. Первым 11 июля разбился самолет унтер-офицера Флегеля. 12 июля очередной «мессер» был сбит в воздушном бою. Пилотировал сбитый Me 109 унтер-офицер Гвидо Хёнесс, а на авторство победы над ним претендовали американский пилот Фрэнк Тренкер (По немецким данным Хёнесса сбили 12 июля, а Тренкер заявил победу 13 июля. Несмотря на этот небольшой разброс, можно предположить, что речь идет об одном и том же событии, а различие в один день объясняется чьей-то ошибкой при составлении рапорта.) и бортстрелки бомбардировщика СБ-2. Скорее всего, Хёнесс был сбит огнем бомбардировщика, так как он за несколько минут до гибели доложил о сбитом «Туполеве». (Это была вторая победа немецкого пилота. Первый самолет Хёнесс сбил 8 июля, это также был СБ-2). 18 июля в бою с И-16 погиб унтер-офицер Харбах. Очевидно, Харбах пал жертвой Тренкера, который, по документам, заявил 17 июля победу над «Mayser-Schmidtem».

Крупное сражение произошло 8 июля над Мадридом, когда самолеты 2.J/88 завязали бой с эскадрильей И-15 Еременко и эскадрильей И-16 Минаева. Республиканцы сбили два немецких самолета (один из которых весь в огне упал рядом со штабом республиканской авиации, так называемой «телефонкой»), потеряв два И-16, пилотированных Минаевым и Лакеевым. В немецких документах ближайшее похожее сражение проходит под датой 12 июля 1937 года. В этот день о победах заявили лейтенант Кайдель и фельдфебель Илефельд. Вероятно, здесь также имеет место быть путаница с датой, допущенная одной или обеими сторонами.

9 июля о сбитом «мессере» доложили майор Птухин и Божко Петрович из эскадрильи Рыцарева. Победу записали на счет югославского летчика, но в немецких документах нет этому подтверждения.

В июле 1937 года наступил своего рода перелом. К июлю в Испанию доставили всего 17 Me 109B, главным образом, машин первых серий. Из них 15 вошло в состав 2.J/88. Но в первой половине июля в Леон прибыли 22 новых Me 109B, которые собрали и отправили на фронт. На новые истребители пересела 1. J/88 и штаб группы, которые приступили к активным боевым действиям в августе 1937 года. До конца года легион получил еще 11 «мессеров», которыми оснастили 3.J/88. В результате легион «Kondor» получил резкое качественное преимущество над противником, которое сохранял вплоть до осени 1938 года.

Тем временем бои продолжались. Необычный случай произошел 24 августа 1937 года. Группа «мессеров», возвращаясь с задания, прошла рядом с республиканским аэродромом, на котором находилась истребительная эскадрилья. В воздух немедленно поднялось семь И-15, которые завязали с противником бой, в ходе которого республиканские пилоты заявили две победы. Одну из побед заявил австрийский летчик Том Тобиаш. Он преследовал свою жертву до земли, и, увидев, что противник совершил вынужденную посадку, сел рядом. Пилот «мессера», услышав немецкую речь, очень удивился, но попросил земляка помочь ему скрыться. Однако Тобиаш остался верен присяге и, несмотря на все уговоры сбитого немца, пленил вражеского пилота. Из документов 2. J/88 следует, что эскадрилья в тот день потеряла один самолет, пилот которого, лейтенант Зай-лер, выпрыгнул с парашютом в районе Алар-дель-Рей.

Август прошел под знаком новых боев на северном участке фронта. За месяц боевой счет легиона пополнился 14 победами. Две из них были одержаны 18 августа при необычных обстоятельствах. Легион «Kondor» вылетел на бомбардировку республиканских аэродромов в районе Сантандера. Немцы начинали боевой заход, когда над аэродромом Аль-берисия показалась эскадрилья Б.А. Смирнова, насчитывавшая 9 И-16. Республиканские самолеты шли на остатках топлива и не могли принять бой. К ним на выручку в воздух поднялись несколько машин из двух других эскадрилий, дислоцированном в том районе. Начался бой, в котором республиканцы потеряли И-15 и И-16, которые пилотировали испанские летчики Рафалья и Магринья, соответственно. Немцы потерь не понесли, хотя командир 3-й истребительной эскадрильи И.И. Евсеев (заменивший на этом посту отозванного в СССР Ухова) заявил одну победу. Немецкие пилоты заявили в тот день три победы, но заявка фельдфебеля Флегеля не получила подтверждения, в то время как Лютцов и фельдфебель Боддем свой боевой счет увеличили. Летом 1937 года Боддем стал лучшим асом легиона, заявив с 12 июля по 10 сентября десять побед. За ним шел обер-лейтенант Хардер, который, сменив Не 51 на Me 109, начал стремительно делать карьеру, одержав с 27 августа по 14 октября девять воздушных побед, доведя свой боевой счет до 10 сбитых самолетов. Остальным пилотам легиона этих результатов не удалось превзойти еще целый год.

Me 109В (6°15), на котором 4 декабря 1937 года обер-фельдфебель Поленц совершил вынужденную посадку в районе Асайла-Эскатрон, на республиканской стороне фронта. Тем самым в руки республиканцев попал практически исправный, новейший истребитель люфтваффе.

Тем временем продолжались бои на севере. Легиону «Kondor» противостояла эскадрилья Смирнова. Особенно жаркими выдались дни 21–23 августа, когда произошло несколько крупных сражений. В их ходе легион потерял шесть бомбардировщиков и пять истребителей, а республиканцы пять И-16 и четырех пилотов. В числе сбитых оказался и сам Смирнов. Очевидно, он стал жертвой Лютцова, Пингеля или Флегеля, которые 22 июня заявили по одному сбитому И-16. Но потери республиканцев в тот день составили только два самолета: кроме Смирнова был сбит испанец Гардия.

Всего с 18 по 27 августа на северном участке фронта пилоты «мессеров» заявили восемь сбитых истребителей. Потери республиканцев за этот период составили 13 машин. Сбитые самолеты также заявляли итальянцы и франкисты, но их победы вообще никак не подтверждались, поэтому к цифрам их побед следует относиться с повышенной осторожностью.

Два снимка Me 109В Поленца, сфотографированный республиканцами сразу после приземления. Видно, что самолет принадлежит одной из первых производственных серий. С другой стороны, капот больше походит на машины позднего выпуска, на что указывают несколько вентиляционных щелей (всего девять: три спереди, две сверху и по две по бокам). У испанских «Берт» еще имелся воздухозаборник в нижней части капота. Отверстия в передней части капота были, в сущности, лишними, так как основной воздушный поток шел через зазор между капотом и обтекателем втулки.

Me 109D в полете. Типичные обозначения для «Мессершмиттов» в Испании: черные детали капота, эмблема части (2-я эскадрилья — цилиндр), бортовой код 6°52. Опознавательным знаком франкистских ВВС был андреевский крест (белый на фоне черного круга на крыльях и черный на белом фоне на руле направления). Обтекатель втулки винта красный RLM 70.

Me 109В ранней серии. Вероятно снимок сделан в ходе перекраски самолета после ремонта. Левый и правый элероны носят следы перекрашивания. На правом закрылке видна черная дорожка, а на киле обозначено семь побед. Руль направления, к удивлению, черный. Может быть андреевский крест изображали по такой перевернутой технологии, нанося на черный фон белые поля?

Дальше легион перебросили в район Теруэль. Здесь действия авиации с обеих сторон проводились с большой интенсивностью, так как и республиканцы и франкисты имели хорошо налаженную систему снабжения и действия самолетов ограничивались только погодой. Результатом этого стали ожесточенные воздушные битвы, в которых обе стороны несли заметные потери. Например, в декабре 1937 года почти 80 республиканских истребителей перехватили крупную формацию бомбардировщиков легиона. В ходе долгого боя республиканцы заявили 11 побед, в том числе над 7 «мессерами». Потери республиканцев составили несколько самолетов, в том числе И-16 Ф. Моралеса. Из немецких документов следует, что в декабре истребители одержали три победы. 5 декабря один самолет сбил капитан Хардер (это была его 11-я победа). В тот же день легион потерял обер-фельдфебеля Зигмунда. 30 декабря немецкие пилоты заявили три победы без потерь со своей стороны.

Хуже повернулись события 5 января 1938 года, когда легиону пришлось вести бой со 2-й и 4-й эскадрильями республиканцев. «Мессеры» пикировали с высоты 5000 метров, атаковав 2-ю эскадрилью П.Ю. Смолякова. Однако республиканцы не дали захватить себя врасплох, приняли бой и заявили две воздушные победы, не подтвержденные документами противоположной стороны. В полдень произошло еще одно сражение, в ходе которых республиканцы заявили еще одну победу, потеряв при этом «ишак» испанского летчика Антонио Ариаса. Эту победу записал на свой боевой счет унтер-офицер Престеле из 1-й эскадрильи.

Январь 1938 года прошел сравнительно спокойно. Летчики легиона заявили восемь побед. В том числе по первому своему самолету заявили обер-лейтенант Шелльманн и обер-лейтенант Бальтазар, которые позднее стали одними из лучших асов легиона.

5 февраля 1938 года к югу от Теруэля «мессеры» снова столкнулись со 2-й эскадрильей республиканцев. Вскоре к бою присоединились самолеты республиканской 4-й эскадрильи. Республиканцы потеряли два И-16, в то время как немецкие пилоты заявили лишь одну победу, записанную на счет унтер-офицера Лорера из 2-й эскадрильи легиона. Немцы потеряли один «мессер» с желтым коком винта, сбитый испанским пилотом Ариасом.

Через два дня на долю Jagdgruppe 88 выпал самый крупный за всю ее историю успех. 7 февраля 1938 года объединенный отряд 1-й и 2-й эскадрилий перехватила в районе Формиче 22 республиканских бомбардировщика СБ-2 из испанской и советской эскадрилий 24-й группы, шедших без сопровождения. Экипажи бомбардировщиков, по-видимому, были захвачены врасплох, так как ожидали подхода истребителей сопровождения. Поэтому тревогу подняли лишь когда прогремели первые выстрелы. Республиканские истребители показались спустя несколько минут, когда бой уже был в самом разгаре. Всего немцы заявили десять сбитых бомбардировщиков, из которых четыре записали на счет обер-лейтенанта Бальтазара. В действительности, республиканцы потеряли всего четыре машины, еще несколько СБ-2 получили повреждения разной степени тяжести. Из советской эскадрильи были сбиты экипажи И. Суржина и И. Смирнова, а самолеты Морозова и Лисова едва дотянули до аэродрома. Подробности потерь, понесенных испанцами, неизвестны. Это был первый и единственный за всю войну в Испании случай, когда эскадрильи, оснащенные бомбардировщиками Туполева, несли столь ощутимые потери. Мощные двигатели и великолепная аэродинамика советских бомбардировщиков позволяла им развивать скорость 423 км/ ч на высоте 4000 м и просто уходить от любого истребителя противника. «Мессеры» могли их перехватить только в момент бомбометания. Во всех других случаях пилотам СБ-2 было достаточно дать полный газ. и самолеты противника не смогли бы приблизиться на расстояние прицельного выстрела. Например, 3-я эскадрилья 24-й группы, которой весной 1938 года командовал Н. Красноглазов, потеряла в боях с «мессерами» всего лишь одну машину — самолет В. Морозова, сбитый 23 мая 1938 года. И эта машина оказалась захваченной врасплох неизвестно откуда выскочившим «мессером», который обстрелял бомбардировщик и ушел, не надеясь на возможность сделать второй боевой заход.

21 февраля началось сражением вокруг эскадрильи R-Zet. Немецкие истребители спикировали с высоты 6000 метров. Прикрывавшие сверху «ишачки» 4-й эскадрильи республиканцев сумели перехватить лишь часть немецких самолетов. Пока разворачивался бой, обе стороны получили подкрепления. Бой продлился почти час. Немцы заявили семь воздушных побед (реальные потери республиканцев 4 И-16 сбитых и 9 поврежденных), а республиканцы — 15 побед. Среди немцев первую свою победу одержал унтер-офицер Илефельд — будущий ас люфтваффе.

В марте 1938 года парк легиона пополнился 19 Me 109B и 5 Me 109C. Летом из Германии прибыли очередные подкрепления в виде 28 Me 109D. В результате все четыре истребительные эскадрильи легиона «Kondor» были оснащены новыми истребителями.

Фотоколлаж, относящийся к 1938 году. Изображен Me 109Е, «поддерживающий» действия франкистов.

Следующий «мессер» был сбит советскими летчиками 10 марта, когда самолеты легиона пытались бомбить республиканские аэродромы. Пока немецкие бомбардировщики сбрасывали бомбы на три аэродрома, истребители обстреляли два других. Однако «красным» удалось поднять в воздух несколько машин и завязать бой. Республиканцы заявили три победы. Одну из них заявил Хуан Босх, который сбил Me 109 после долгой погони за ним. Немцам удалось подбить машину одного из лучших республиканских асов Перейры, который все же сумел посадить свой пылающий «ишачок». Немцы заявили две победы, в том числе одну обер-лейтенант Шлихтинг, доведший свой боевой счет до пяти и ставший благодаря этому асом. На земле немцам удалось уничтожить три самолета (данные с республиканской стороны подтверждают этот факт) и еще шесть повредить (немцы этого установить не смогли). В тот же день обер-фельдфебель Престеле из 1.J/ 88 заявил один сбитый И-15, но это случилось во время другого боевого вылета. По данным немецкой стороны легион в тот день самолетов не потерял.

Судьба внезапно отвернулась от немецких летчиков на следующий день. 11 марта «мессеры» сопровождали группу бомбардировщиков, когда их атаковало более 30 республиканских истребителей. В тяжелом бою немцы потеряли командира 2. J/88 Графа цу Дона, который только что занял эту должность и совершал свой второй боевой вылет. Пять бомбардировщиков получили повреждения, а ни одного республиканского истребителя сбить не удалось.

Следующая крупная битва произошла в конце марта, когда улучшилась погода. 24 марта немецкие пилоты заявили три сбитых И-15 без потерь со своей стороны. Документы республиканцев подтверждают эти потери. 25 марта лейтенант Майер сбил испанца Бело из 4-й эскадрильи.

Me 109В из учебной части. На нижней стороне крыла рядом с крестом видно начало довоенного бортового кода, начинающегося на S7.

Обер-лейтенант Штормар из II./JG 77 на фоне пары Me 109В. Снимок сделан во время какого-то торжества, отмечавшегося в 1937 году. На «мессерах» хорошо видны опознавательные знаки. Такого типа знаки на хвостовом оперении просуществовали до 1939 года, когда их заменили простой свастикой.

Далее последовала двухмесячная пауза. В апреле легион летал мало, а в мае истребителям удалось добиться всего шести побед. В начале июня 1938 года ситуация обострилась. Началась последняя фаза боев за Валенсию. Вечером 13 июня немцы столкнулись с республиканцами в районе Кастельона. Пилоты 1. и 2.J/88 сопровождали группу Не 111, когда их атаковали И-16 из 4-й эскадрильи. Почти сразу к бою присоединилась и 5-я эскадрилья республиканцев. Немцы сумели навязать республиканцам инициативу и нанести противнику потери. Всего немецкие пилоты заявили 9 побед. В числе сбитых оказался Ф. Филипченко из 5-й эскадрильи. Его И-16 тип 10 получил серьезные повреждения и пилоту пришлось выйти из боя. Республиканские пилоты заявили одну победу, которую записали на счет звена С. Кортисо. Пилот немецкого самолета покинул машину с парашютом и приводнился. Документы легиона не подтверждают этого события.

Назавтра произошло новое сражение. J/88 потеряла два Me 109, заявив одну победу. Дополнительно, два «мессера» были потеряны из-за аварий. Это оказался серьезный удар по легиону. Две первые эскадрильи истребительной группы теперь насчитывали только 11 боеспособных Me 109, то есть всего половину от штатной численности. В июле 1938 года легион вступил в очередной период успеха. За восемь дней немецкие летчики заявили 35 побед, потеряв всего 4 машины, в том числе только две из-за действий противника. Это был абсолютный рекорд легиона. В дальнейшем число побед только сокращалось: август 1938 года — 29 побед, сентябрь — 25, октябрь — 23, ноябрь — 21, декабрь — 19, январь 1939 года — 13, февраль — 12 побед.

Первый июльский бой, имевший место 12 числа, оказался небольшой стычкой, которая принесла две победы. 15 июля немцы заявили уже девять побед — это был их лучший день в июле.

Через два дня счет J/88 пополнился еще шестью победами, из которых две заявили будущие лучшие асы люфтваффе: обер-лейтенант Мёльдерс и лейтенант Озау. Мёльдерс сбил два И-15 в течение двух дней, а 19 июля сбил И-16. Озау 17 и 18 июля сбил И-16 и И-15. Следующий И-15 Озау сбил 20 июля. Всего за неделю боев (15–20 июля) J/88 одержала 28 побед без потерь со своей стороны.

23 июля состоялось одно из самых крупных сражений. 30–35 «мессерам» противостояло около 40 республиканских истребителей. Немецкие пилоты заявили четыре победы.

В августе бои вспыхнули с новой силой. Республиканцы предприняли успешное наступление над Эбро, а Советский Союз доставил в Испанию новые партии вооружения. Часть самолетов поступило в истребительную группу С.И. Грицевца, который пользовался заслуженной славой наиболее грозного противника немцев. За 20 дней августа над Эбро республиканцы заявили 72 воздушные победы, из которых половина пришлась на группу Грицевца. Тем самым советские пилоты свели счеты с легионом, за 3,5 месяца боев с которым группа потеряла 27 пилотов.

1 августа немцы заявили три победы над республиканскими истребителями. 12 августа были заявлены три сбитых СБ-2 и один истребитель. В тот день отличился капитан Шелльманн, командир 1.J/88, сбивший два бомбардировщика, доведя свой боевой счет до десяти побед. На следующий день республиканцы нанесли ответный удар силами двух групп: испанской (Кано) и советской (Грицевец). 4-я эскадрилья атаковала немецкие самолеты в пике с высоты 7000 м. По данным испанской стороны, в ходе боя немцы потеряли один Me 109, сбитый испанским пилотом Хосе Перейро. Более удачно для немцев развернулись события 14 августа, когда пилоты 1. и 3.J/88 заявили семь сбитых И-16 в ходе двух воздушных боев. Республиканцы заявили 18 побед, в том числе две над Me 109. Обе победы записали на счет летчиков эскадрильи В. Семенко из группы Грицевца.

Несколько самолетов из JGr 102 на аэродроме Гросс-Штайн, август 1939 года. На переднем плане видны «Доры» и «Цезари» 3-й эскадрильи, дальше стоят самолеты 1-й эскадрильи, на них изображена эмблема группы. На врезке крупным планом показан Me 109С-3 «белая 11» с пушками MG FF в крыльях.

19 августа отряд из шести Me 109 атаковал в районе Гандеса эскадрилью из девяти СБ-2, прикрытых И-16. Советские пилоты перехватили немцев, но тем в ходе маневренного боя удалось прорваться к бомбардировщикам. Первый боевой заход немцев оказался безрезультатным. Тем временем, бомбардировщики отбомбились и вся группа легла на обратный курс. Немцы воспользовались минутным замешательством, возникшим в ходе перестроения, и снова атаковали. Пара «мессеров» связала боем шесть И-16. Советским пилотам удалось сбить один Me 109. Немцам удалось повредить машину И. Какутича, которому пришлось совершить вынужденную посадку. Другой «ишачок» получил повреждения, а его пилот А. Туров был ранен. Третьим неудачником дня с республиканской стороны стал испанский пилот Касела из 4-й эскадрильи. Он неосторожно оторвался от основной группы и был сбит. Касела попытался покинуть самолет с парашютом, но купол загорелся и пилот погиб. Немцы заявили четыре сбитых И-16, один из которых записали на счет обер-лейтенанта Мёльдерса. Эта победа стала четвертой на боевом счету будущего аса. Остальные три победы заявили унтер-офицер Кюлль, обер-лейтенант Келлер и лейтенант Шольц.

Также удачным для J/88 стало 23 августа, когда немцы снова атаковали группу СБ-2, сопровождаемую истребителями. Легионеры снова заявили четыре победы: Мёльдерс заявил СБ-2, а трое других пилотов — истребители. Вероятно, это был бой, в ходе которого 4-я эскадрилья республиканцев потеряла два И-16, которые пилотировали Гаскон и Бадин. Очевидно, их сбили обер-лейтенант Мюллер и лейтенант Бертрам. Спустя два дня две четверки Me 109 столкнулись в районе Сении с четырьмя И-16. Республиканцы заявили три победы, немецкие документы не подтверждают этого факта.

Бои над Эбро длились целый месяц, но их напряженность постепенно уменьшалась. Последние события произошли уже в сентябре, когда против легиона начали действовать семь истребительных эскадрилий республиканцев, оснащенных в основном И-16, в том числе одна советская (Ухова) и одна смешанная (Перейры, бывшая Грицевца). Несмотря на достигнутое количественное превосходство, республиканцы не смогли компенсировать качественное превосходство противника.

Ожесточенное и длительное сражение произошло 5 сентября, когда мощная группировка советских истребителей перехватила группу франскистских бомбардировщиков. Республиканцы располагали почти 70 истребителями, действующими на высотах от 4000 до 11000 метров. Бой носил очень напряженный характер, немецкие пилоты заявили только один сбитый И-15.

На полевых аэродромах вместо ангаров часто использовали большие палатки. Практика показала малую эффективность таких палаток, так как их было очень трудно ставить и удерживать в поставленном состоянии. На снимке Me 109Е-1 из штабного звена неизвестной части, лето 1939 года.

Интересно развивались события 7 сентября (Советские источники датируют это событие 5 сентября, но по косвенным данным можно считать, что бой имел место двумя днями позже.). 6-я истребительная эскадрилья республиканцев, возглавляемая Ф. Мероньо, составлявшая часть группы из более чем 50 истребителей, завязала бой с несколькими Me 109. Это были четыре «мессера» из Stab и 1.J/88, ведомые капитаном Хандриком. Республиканцам удалось быстро рассеять противника, лишь лейтенанту Бертраму удалось сесть «ишачку» на хвост и сбить Ф. Кастелло. Командир 6-й эскадрильи, в свою очередь, атаковал немецкого лейтенанта и посчитал его сбитым. По другим данным, Мероньо обстрелял ведомого Бертрама, которому удалось уйти в облака. Тем временем Берхраму удалось сбить второго республиканца — Маркалета. Это была шестая по счету победа немецкого летчика. Другие пилоты легиона в тот день не добились успеха, но по данным республиканцев еще три их истребителя получили незначительные повреждения. Республиканцы заявили два сбитых Me 109. В действительности, в тот день J/88 потеряла самолет лейтенанта Лютца, но по данным немецкой стороны это произошло в результате авиакатастрофы.

Me 109D из l./JG 71, позднейшей II./JG 51. Идет подготовка к боевому вылету. На переднем плане лежит снятая деталь капота, закрывающая пулеметный отсек. Видна часть моторамы и серые детали пулеметов.

Аналогичный снимок Me 109D из 3./JG 1. Оба фото сделаны летом 1939 года. На черно-зеленом обтекателе втулки винта видны три круга желтого цвета, указывающие на 3-ю эскадрилью 1-го истребительного полка.

Не менее драматично развивались события 27 сентября. В тот день J.88 крупными силами атаковала республиканскую группировку, насчитывавшую 18 СБ-2 и 40–50 И-16. Легионеры попытались в лоб атаковать бомбардировщики, но были перехвачены истребителями. Завязался бой, в котором немцы заявили четыре победы. В действительности испанцы потеряли только три машины пилотов Морато, Антонио и Прадо. Вероятно, Антонио был сбит лейтенантом Титценом, который заявил две победы. Но сам Титцен получил ранение в плечо, а его истребитель получил тяжелые повреждения. Немецкий пилот совершил вынужденную посадку. Автором этой победы, по-видимому, стал республиканец Р. Фернандес, который заявил один сбитый «мессер».

Необычные события произошли 10 октября, когда немцы снова вылетели на перехват республиканских бомбардировщиков. Во время стремительной атаки один из «мессеров» сбил И-16 К. Уэртаса из 6-й эскадрильи, после чего немцы вышли из боя и скрылись. Уже над территорией, контролируемой франкистами, немцы заметили еще один отряд СБ-2. Один из немецких пилотов самостоятельно атаковал противника. Прорвавшись через заслон 4-й истребительной эскадрильи, немец обстрелял бомбардировщик, который взорвался в воздухе. Взрыв был такой силы, что наблюдателям на земле показалось, что взорвался и атакующий Me 109. Действительно, немецкий истребитель получил повреждения, которые заставили обер-лейтенанта Гамрингера совершить вынужденную посадку. Его жертвой стал СБ-2 К. Миньяна, экипаж которого чудом уцелел и воспользовался парашютами. Сбитый И-16 заявил Мёльдерс. Кроме того, немцы заявили еще одну победу, записанную на капитана Грабманна, но документы республиканской стороны этот факт не подтверждают.

Пара Me 109D us 3-й эскадрильи неизвестной части, лето 1939 года.

Пилоты 1./JG 76 (позднее 3./JG 54) изучают карту Польши перед вылетом, сентябрь 1939 года. Me 109Е в стандартном камуфляже. Обозначения, включая эксплуатационные, обычного типа. Исключение составляет линия, снизу и сбоку от эмблемы части.

Самолет из Stab./JG 77 с эмблемой командира части, капитана Йоханесса Янке, август 1939 года. Стандартный камуфляж 70/71. Типичные опознавательные знаки. Двойной шеврон, обозначающий командира группы, продублирован вертикальной полосой у хвоста. У самолетов на заднем плане виден только один шеврон и отсутствует вертикальная полоса. Все эти элементы нанесены черной краской и обведены белым кантом. На хвосте командирского самолета имеется надпись белыми буквами, в которой указан тип самолета, его масса. На киле виден серийный номер (W.Nr. 3250) и еще какая-то небольшая надпись под свастикой. Во время мобилизации летом 1939 года штабное звено получило обозначения IV-й группы, несмотря на то, что продолжаю входить в состав 1-й группы. К тому времени полк сменил свой номер с JG Л? / на JG 77. Первые Me 109Е поступили в часть в июне 1939 года.

Зарядка пулеметов на Me 109Е-1 (W.Nr. 3396) из 8./JG 51, весна 1939 года.

15 октября произошло большое сражение в районе Эбро-Согрье-Каласейте. Как вскоре оказалось, это было последнее сражение, в котором участвовали советские пилоты. После этой даты немецким летчикам уже не составляло особого труда вычесывать из неба остатки республиканских ВВС. Эта последняя битва закончилась не в пользу республиканцев. Хотя они и заявили три сбитых Me 109 и пять CR.32, в действительности ни одной машины не сбили, а сами потеряли три истребителя. Два из них, пилотируемые Пласой и Мединой, упали в море. Один сбитый Me 109 заявили летчики 4-й эскадрильи, летавшие на модифицированных истребителях Поликарпова. Новые И-16 могли активно действовать на высотах до 7000 м. В действительности немцы потерь не понесли, в свою очередь, заявив четыре победы. Победы засчитали пилотам из Stab и 3.J/88. Две победы получил Мёльдерс, это были его 10-я и 11-я победы. Одну победу получил Грабманн, ставший асом, а одну, восьмую по счету, — Озау.

В течение следующих двух недель не происходило чего-либо интересного. Крупный бой состоялся лишь 31 октября. Пилоты 2. и 3.J/88 атаковали группу из 80 республиканских истребителей. Без потерь со своей стороны немцы заявили девять сбитых И-16 и один И-15. Снова отличился Мёльдерс, который записал на свой боевой счет две очередные победы. Фельдфебель Фляйшманн также заявил два сбитых республиканских самолета.

В ходе двух последних месяцев 1938 года J./88 не одерживала сколько-нибудь заметных успехов. Ситуация изменилась в последние дни года, когда 23 декабря началось наступление на Барселону. Республиканцы отчаянно сопротивлялись, но исход операции был предрешен. В течение последних трех дней 1938 года (28–30 декабря) штаб J/88 доложил о 16 сбитых самолетах противника, в то время как за весь остальной декабрь удалось добиться лишь трех побед.

Кот на капоте Me 109Е-1 «красная 10» служил живым талисманом и стал прототипом для эмблемы 8./JG 51. Весна 1939 года.

Еще один «Эмиль-1» из 8./JG 51, с тактическим номером «5» или «7» готов к вылету. У этой машины, в отличие от предыдущей, граница верхнего и нижнего камуфляжа на капоте проходит на другой высоте.

30 декабря произошел необычный случай. Немцы атаковали около десяти И-16 из 2-й истребительной эскадрильи республиканцев. В первом заходе с передней полусферы немцам удалось сбить И-16 М. Моралеса. Горящий «ишак» рухнул на шедший ниже И-16 Р. Фернандеса. Вскоре был сбит третий республиканец, легион без потерь вернулся на базу.

Вечером испанские истребители совершили очередной боевой вылет, в котором участвовали 24 И-16 из четырех эскадрилий. Однако вскоре сгустились облака и начались сумерки, так что республиканцам пришлось поворачивать назад. В этот момент несколько «мессеров» захватили врасплох самолеты 6-й эскадрильи, шедших на небольшой высоте. Немцам удалось сбить машину Ф. Гальярдо. Завязался бой. Вскоре к сражению присоединились другие республиканские эскадрильи. Всего республиканцы заявили три сбитых Me 109, хотя немцы в тот день потерь не понесли. В свою очередь, пилоты 2.J/88 заявили четыре сбитых И-16. Одну победу записал на свой счет унтер-офицер Шоб, который тем самым заслужил звание аса. Всего на счет эскадрильи записали шесть побед, в том числе две над И-15.

В январе 1939 года республиканцы попытались контратаковать. Погода не благоприятствовала воздушным операциям, однако пилоты J/88 заявили 13 побед в восьми сражениях, имевших место в январе. Легион потерял лейтенанта Бёттлихера, погибшего в бою над Моллет 29 января 1939 года. Наиболее результативным оказалось 17 января, когда пилоты 3.J/88 заявили четыре сбитых И-16. 21 января обер-фельдфебель Мюллер стал автором юбилейной, 300-й победы своей группы.

В феврале республиканцы уже почти не оказывали сопротивления в воздухе. С началом 1939 года деятельность легиона постепенно сокращалась, истребители все больше и больше стояли на земле. Сказывалось, с одной стороны, отсутствие целей в воздухе, а, с другой стороны, приходилось учитывать политическую ситуацию в Европе. В феврале немецкие истребители заявили 12 побед, в том числе шесть И-16 и Ге-23 в одном сражении, имевшем место 6 февраля. В том бою легион также понес потери — был сбит Me 109Е унтер-офицера Виндермута, пилот разбился в районе Вильяюги. Спустя почти месяц обер-лейтенант фон Бонин из 3.J/88 добился последней победы легиона в Испании, сбив одиночный И-15. Дальнейшая служба легиона больше походила на курорт. Последнюю потерю J/ 88 понесла не в результате действий противника, а из-за авиакатастрофы. На базе Леон 11 апреля разбился унтер-офицер Нирмингер.

Всего истребители легиона «Kondor» заявили в Испании 314 побед, из которых 52 не получили подтверждения. Легион потерял 29 «мессеров» Me 109B/D/E, из которых половина была уничтожена в результате действий противника. Если разделить число побед на число боевых потерь, то получается малоправдоподобное соотношение 27:1. Очевидно, именно в Испании появилась «традиция» немецких пилотов безбожно завышать свои результаты.

Группа самолетов из 1./JG 20, вероятно в Шпоттау, август 1939 года. Камуфляж стандартный, видна эмблема Ill-й группы, что на первый взгляд кажется непонятным. Но в действительности I./JG 20 была оперативно подчинена JG 51 как третья группа, что и было отражено в тактических обозначениях самолетов.

Me 109Е из I./JG 20, «белая 9». После того, как группа окончательно вошла в состав JG 51 и стала III./JG 51, натянутый лук со стрелой стал эмблемой 7./JG 51.

С 05:45 Me 109 отвечают огнем

В начале весны 1939 года, незадолго до развертывания польско-германского кризиса, началась мобилизация люфтваффе. Наибольшая тяжесть мобилизации легла на штабы 1-го и 4-го воздушных флотов, которые дислоцировались вдоль польской границы. После завершения развертывания, летом 1939 года оба флота насчитывали десять истребительных групп, эскадрилью ночных истребителей и три полковые штаба. Все перечисленные части были оснащены Me 109E, Me 109D и отдельными Me 109C. Всего к 1 сентября 1-й и 4-й воздушные флоты располагали 459 «Мессершмиттами», из которых 428 находилось в боеспособном состоянии. Это составляло 43,5 % парка истребителей люфтваффе.

Не все самолеты этих двух флотов участвовали в наступательных действиях. Часть машин находилась в резерве на тот случай, если бы польское командование отважилось нанести авиационные удары по немецким городам. Кенигсберг прикрывали две группы общей численностью 85 Me 109D/E, Берлин защищали подразделения JG 2 общей численность 53 Me 109D/E, а Дрезден — две группы, располагавшие 84 «Эмилями». За исключением I./JG 21 из-под Кенигсберга, эпизодически совершавшей налеты на Варшаву, остальные части вообще не участвовали в битвах над Польшей. Всего ударная группировка немецкой армии насчитывала пять истребительных групп общей численностью 234 машины, в том числе 214 боеготовых. Этого было более чем достаточно, многие эскадрильи целыми днями не имели перед собой поставленных задач.

Одной из групп, активно участвовавших в боях над Польшей, была I./JG 76, возглавляемая капитаном Вилфредом фон Мюллер-Ринцбургом. Группа дислоцировалась на аэродроме Штубендорф в Оттмютце. Группа располагала 51 Me 109Е (Это при том, что штатная численность группы составляла всего 39 истребителей.), в том числе 45 исправных.

Первые два дня войны не принесли пилотам I./JG 76 положительных эмоций. Было выполнено всего несколько боевых вылетов, закончившихся без ощутимых результатов. Лишь 3 сентября, когда польские ВВС приступили к активным действиям, немецким пилотам удалось добиться первых побед.

Me 109Е-1 из 1./JG 20. На снимке хорошо видны детали камуфляжа 70/71, эксплуатационные обозначения и эмблема части. Обратите внимание на то, что оконцовки крыла и фрагмент камуфляжа были перекрашены.

Самолет адъютанта 1./JG 20, вероятно с частично заретушированным серийным номером, видны только три цифры «109».

После обеда, 3 сентября отряд из 60 Me 109 показался над Радомском, где немецкие моторизованные колонны попали под удар польской бомбардировочной авиации. В период между 14:00 и 14:30 немецкие пилоты перехватили над Радомском несколько звеньев PZL Р.23 из трех эскадрилий: 21. EBL, 22. EBL и 55. ЕВ (EBL — Eskadra Bombowa Lekka (легкая бомбардировочная эскадрилья), ЕВ — Eskadra Bombowa (бомбардировочная эскадрилья).). Бой шел трудно, так как поляки прижимались к земле, а снизу била немецкая зенитная артиллерия. Серьезную проблему доставляла ограниченная емкость бензобаков, что не позволяло немецким самолетам долгое время оставаться в районе боя. В итоге, летчики I./JG 76 заявили только две победы, авторами которых стали унтер-офицер Лорер и лейтенант Циглер. Жертва Лорера упала севернее Гурника, PZL Циглера разбился в районе Кломниц. Немцы сбили PZL Р.23 из 21. EBL подпоручника Круля, а также PZL Р.23 из 22. EBL подпоручника Калиновского. Оба самолета вели разведку дорог к северу, востоку и западу от Радома, то есть далеко от основного места боя.

В бою два Me 109E получили повреждения и совершили вынужденную посадку. Один из них сел западнее Радомска, а другой, пилотированный обер-лейтенантом Храбаком, командиром 1-й эскадрильи, сел на территорию, контролируемую противником. Обер-лейтенанта посчитали погибшим. Его Me 109, по-видимому, попал под огонь немецкой зенитной батареи, а вот второй «мессер» был срезан очередью, пущенной бортстрелком «Карася» капрала Уступского из 22. EBL. Случай с Храбаком показывает, что немецкие пилоты пытались атаковать польские бомбардировщики и над немецкими колоннами.

От огня зенитной артиллерии потери несла и польская сторона. Один экипаж погиб, а второй разбился, совершая вынужденную посадку на поврежденном самолете.

Новые бои разгорелись 5 сентября, около полудня. В ходе одного из них фельдфебель Хир заявил один PZL Р.24, сбитый им юго-восточнее Лодзи. Лейтенант Филипп заявил еще один истребитель в районе Радомска. В обоих случаях немецкие пилоты ошиблись, так как в тот день поляки не понесли потери в истребительных эскадрильях в той части страны. Вероятно, немцы не смогли правильно определить типы сбитых самолетов. Хир, по-видимому, сбил «Czapel» из 63. ЕО (ЕО — Eskadra Obserwacijna (разведывательная эскадрилья).), пилотированный капралом Мисяком. Жертву Филиппа точно определить не представляется возможным.

Пара Me 109Е-1 из 1./JG 20 выруливает на старт, 1939 год. На переднем плане «белая 7», на заднем плане «белая 8». Обратите внимание, что белый цвет тактического номера все же имеет более темный оттенок, чем белые оконцовки крыльев или кант на кресте. Это объясняется тем, что существовало два типа белой краски.

Mе 109D, конец 1939 года. Вероятно машина принадлежала I./JG 71. Самолет несет новый камуфляж, но со старыми опознавательными знаками. Обратите внимание на то, что мотор сорвало с моторамы, несмотря на то, что самолет садился на мягкий грунт. Слабая мотора. ма была недостатком всех «Мессершмиттов» с двигателем Jumo.

Следующим из пилотов I./JG 76 отличился обер-фельдфебель Кляйн, который 7 сентября во второй половине дня сбил PZL P.23. Очевидно, жертвой немецкого летчика стал экипаж подпоручника Брамы из 21. EBL, совершавший разведывательный вылет к югу от Лодзи.

В тот же день группа перебазировалась в Витковицы, в 10 км к северу от Ченстоховы. Вскоре выяснилось, что новый аэродром не принес удачи немецким пилотам. Действуя с той базы, группа потеряла 9 сентября сразу три Me 109 и один Аг 66. Один из «мессеров», пилотируемый фельдфебелем Вюлидалем, был сбит в районе Варшавы. Летчик сумел посадить самолет на брюхо и вернулся в расположение части на следующий день. Та же история случилась с фельдфебелем Пёсом, чей Аг 66 был сбит над Варшавой. Третья машина упала при невыясненных обстоятельствах. Последний «мессер» разбился при посадке в районе Радомска.

10 сентября в 7:20 утра по Среднеевропейскому времени лейтенант фон Асперн заявил очередной сбитый PZL Р.23 из 21. EBL. Сбитым оказался экипаж капрала Палецкого, который на поврежденном самолете возвращался на свой аэродром. Так случилось, что самолет поднялся в воздух в тот самый момент, когда в районе показалось звено «мессеров».

Одиночный Р.23 упал возле деревни Нивы-Остроленцке, немецкий пилот определил это место как район Канары.

На следующий день в районе Бялы-Бжегув группа вступила в первый свой воздушный бой. Me 109 лейтенанта Шальтена получил повреждения и совершил вынужденную посадку. Поляки потерь не понесли.

Me 109Е из какой-то истребительной части, германо-французская граница, зима 1939/40 года. Новые опознавательные знаки появились осенью 1939 года, как реакция на опыт сентябрьской кампании.

Me 109E скапотировал. Из днища торчит антенна устройства определения «свой-чужой» FuG 25. Это говорит о том, что самолет прошел модернизацию в 1941 году и служил на западе Европы.

Это была последняя боевая акция группы в Польше. В дальнейшем польские самолеты в воздухе не появлялись. Тем не менее, группа продолжала совершать боевые вылеты, действуя с аэродрома Ками, расположенного южнее Радома. Туда группа прибыла 12 сентября и в тот же день понесла потерю в результате боевых действий противника. В 10 км юго-восточнее Варки огнем польской зенитной артиллерии был сбит лейтенант фон Асперн, который посадил на брюхо свой пробитый самолет. Та же история случилась с тремя другими пилотами (лейтенант Мадер, обер-фельдфебель Кнес и фельдфебель Вюлидаль) на протяжении буквально двух летных дней 15 и 16 сентября. Все трое также посадили свои поврежденные машины на брюхо. 14 сентября лейтенант Шюльтен повредил свой самолет во время взлета с аэродрома Садкове.

Всего за две недели боев пилоты I./JG 76 заявили всего шесть побед, точные потери группы не определены. Было списано 11 Me 109E, но трудно определить, какие из них были сбиты. Девять самолетов совершило вынужденную посадку не выпуская шасси. Некоторые из них удалось отремонтировать и вернуть в строй. Один «мессер» был сбит огнем немецкой зенитной артиллерии, а два — огнем польских зениток. Еще два Me 109 были сбиты польскими летчиками, а остальные машины, очевидно, были потеряны в результате аварий. Таким образом, в I./JG 76 только половина потерь была вызвана действиями противника. Можно предположить, что по боевым причинам в Польше было потеряно всего не более двух десятков «мессеров».

Пара Me 109Е-3 из JG 53 во время летней мобилизации 1939 года. Полк JG 53 действовал на западной границе Рейха в ходе «странной войны» и оказался самой результативной частью люфтваффе.

Подготовка к вылету звена «мессеров» из III./JG 53, зима 1939/40 г.г. Обратите внимание на камуфляж на капотах и обтекателях втулок винта.

Опоздавший в Норвегию Me 109

В начале апреля, через несколько месяцев «зитцкрига», Германия провела неожиданную кампанию на севере Европы. Немецкая операция под кодовым названием «Wesseruebung» не была войной в полном смысле этого слова, но скорее вторжением с ограниченным использованием военной мощи. Основную роль в операции сыграла транспортная и бомбардировочная авиация. Их прикрывала единственная истребительная группа П./ JG 77, состоявшая из следующих частей: Stab I1/JG 77 (капитан К. Хенчель), 4./JG 77 (обер-лейтенант X. Хенц), 5./JG 77 (капитан А. фон Лоевский) и 6./JG 77 (капитан Ф.Х. Лянге).

По состоянию на 5 апреля группа располагала 38 Me 109E-3.

Сразу после начала операции группа перебазировалась на норвежский аэродром Кристиансанд. Уже 12 апреля около 13:00 (GMT) в воздух поднялось около десяти Me 109 на свое первое боевое задание.

Западнее аэродрома появилась группа из 12 бомбардировщиков «Hampden» из 44-й и 50-й эскадрильи RAF. Самолеты шли на большой скорости, вел отряд командир эскадрильи Д. Гуд. Английские самолеты были замечены и обстреляны немецкой зенитной батареей, а затем их атаковали «мессеры» из 5-й и 6-й эскадрилий. Во время первого же боевого захода немецким пилотам удалось поджечь по одному бомбардировщику из каждой эскадрильи. «Мессеры» снова и снова атаковали англичан, пока за 20 минут не расстреляли весь боекомплект. Те или иные повреждения получили все английские машины. В районе Кристиансанд упало пять машин, в том числе две, сбитые огнем зенитной артиллерии. Еще две машины упали в море или разбились при посадке на аэродроме. Немцы потеряли… пять Me 109E, сбитых английскими бортстрелками. Четверо пилотов погибло. Это свидетельствует не только об отважности немецких пилотов, но и их полной беззащитности в не имевшей никакого бронирования кабине «Эмиля». Среди погибших были два летчика, заявившие победы за несколько минут до гибели. Погиб и лучший пилот группы — унтер-офицер Курт Опольски, имевший на счету три победы.

Немцы заявили шесть побед, в том числе обер-фельдфебель Р. Манге — две. Еще одну победу в тот день принес своей группе лейтенант Карманн, который в 13:00 сбил «Hudson» из 233-й эскадрильи, пилотируемого взводным офицером Йорком.

15 апреля фельдфебель Петерманн и лейтенант Ротт перехватили по одиночному «Hudson'y», обстреляли их и доложили, что самолеты пошли вниз пуская клубы дыма. Очевидно, одним из сбитых самолетов в действительности был «Wellington» из 38-й эскадрильи, который ранним утром бомбил базу люфтваффе в Сола. Вторым сбитым самолетом, вероятно, был «Hudson» из 224-й эскадрильи, связь с которым прервалась над Норвегией в 13:00.

Следующее столкновение с самолетами RAF имело место 24 апреля. Пара «Эмилей» поднялась по тревоге на перехват звена «Hudson'oв» из 220-й эскадрильи. Бой был коротким и ожесточенным. В море упали два английских бомбардировщика, пилотируемые сержантом У. Пичи и взводным офицером М. Петри, а третий бомбардировщик сумел уйти. Фельдфебель Эртель и обер-лейтенант Пойнтер вскоре атаковали другое звено «Hudson'oв» из 233-й эскадрильи и повредили два бомбардировщика. В 9:30 неизвестный пилот сбил «Blenheim» из 107-й эскадрильи.

Me 109Е-3 из I./JG 51 на одном из немецких аэродромов. Самолет, вероятно, принадлежал командиру 1-й эскадрильи, капитану Д. Питкайрну.

Снимок одер-фельдфебеля Э. Фольмера из II./JG 53, который 12 октября 1939 года сбил английский «Бленхейм». Хотя подпись под фотографией говорит, что она была сделана после возвращения из полета в ноябре, но это мало правдоподобно, поскольку деревья еще сохранили всю листву.

30 апреля пилоты II./JG 77 сбили в двух боях три самолета, отражая налеты английских бомбардировщиков на немецкие аэродромы. Первыми оказались сбиты два «Blenheim'a» из 110-й эскадрильи, которые уже возвращались после бомбометания на аэродром Сола. Немцам удалось сбить экипажи флайт-сержанта Р. Аббота и командира эскадрильи К. Дорана. Аббота сбил лейтенант Хенц, а Дорана — лейтенант Демес, причем Хенц свой успешный боевой вылет закончил за десять минут.

Через два часа в воздух поднялась пара «Эмилей» с задачей перехватить несколько «Wellington'ов». Немцы обнаружили пару бомбардировщиков из 37-й эскадрильи и в стремительной атаке сбили один из них. Немцы также понесли потери — хвостовой стрелок бомбардировщика сбил лейтенанта Демеса. Несмотря на потерю ведущего, ведомый фельдфебель Саваллиш продолжил атаку и обстрелял второй «Wellington», который упал в районе фьорда Ставангер. Второй английский бомбардировщик позднее был сбит парой Me ПО. Это в сумме дает три победы. Хотя 37-я эскадрилья потеряла в тот день только два самолета: летного офицера Гордона и командира эскадрильи Бредфорда.

До конца кампании, то есть до 11 июня, пилоты II./JG 77 сбили еще три английских самолета. 1 мая лейтенант Г. Ширмбёк из 4./JG 77 перехватил "Hudson» сержанта К. Белла из 269-й эскадрильи. Ранним утром 27 мая капитан Ланг, командир 6-й эскадрильи, перехватил над Норвегией «Blenheim», пилотированный взводным офицером Александером из 254-й эскадрильи. Наконец, 30 мая фельдфебель Менге сбил «Hudson» из 269-й эскадрильи.

Таким образом, в ходе операции «Wesseruebung» II./JG 77 сбила 17 самолетов противников, потеряв десять машин, в том числе семь, потерянных в боях с английскими бомбардировщиками.

Фельдфебель Гольцше из I./JG 77 рассказывает военному корреспонденту о том, как 3 января 1940 года сбил «Бленхейм» WvoB из 18-й эскадрильи, пилотированный летным офицером Кемпстером. Англичанин попытался уйти в нейтральную Бельгию, но пара «мессеров» сумела сбить его самой границы. Правда, всем троим членам английского экипажа удалось пересечь границу, активно маневрируя на парашютах. Они приземлились у деревни Рерн в районе Ойпена.

Унтер-офицер Эрвин Хайльмайр из 6./JG 77, участвовавший в бою 18 декабря 1939 года, когда немцы разбили группу «Веллингтонов» над Северным морем. Хайлмайр в тот раз одержал свою первую победу, которую механик обозначает на хвосте его самолета под одобрительные возгласы однополчан. Самолет Хайлмайр а несколько раз попадал в перекрестья прицелов английских бортстрелков, механики извлекли из прошитой машины более сотни пуль.

Лейтенант Винфрид Шмидт из 5./JG 77 стоит на фоне своего самолета. Под фонарем изображен цилиндр и инициалы капитана фон Лоевского, ветерана легиона «Кондор». Шмидт был одним из пилотов II./JG 77, участвовавших в удачной атаке на «Веллингтоны» 18 декабря 1939 года, в ходе которой немцы заявили 14 побед. Шмидт сбил один «Веллингтон». Снимок сделан 19 декабря для газеты.

Me 109 в погоне за червяками

10 мая 1940 года началось долго ожидаемое наступление немецкой армии во Франции. Начало наступления, первоначально запланированного на ноябрь 1939 года, многократно переносилось. Основной идеей немецкого генштаба было втянуть войска союзников на территорию Бельгии, чтобы затем отсечь их решительным ударом через Седан в Арденнах. Для достижения задуманного результата немецкие войска были разделены на две части, каждой из которых придавался воздушный флот: Luftflotte 2 генерала Альберта Кессельринга и Luftflotte 3 генерала Хуго Шперрле. В составе 2-го воздушного флота действовало два воздушных корпуса, прикрывавшие сухопутные войска на двух главных направлениях. Оба корпуса пользовались поддержкой командования истребительной авиации — Jagdfliegerfuehrer (Jafue) 2 — возглавляемого полковником фон Дёрингом. Одной из ударных частей Jafue 2 был Jagdgeschwader 26 «Schlageter» майора Ганса-Хуго Витта. Полк насчитывал 137 самолетов Me 109E-1 и Е-3, а также около 150 пилотов.

Состав Jagdgeshwader 26 «Schlageter»

Часть

командир

база

самолеты/исправные

Stab/JG 26

майор Витт

Дортмунд

4/3

I./JG 26

майор Г. Хандри к

Бённингхардт

44/35

II./JG 26

капитан X. Кнюппель

Дортмунд

47/36

III./JG 26

майор Э. фон Берг

Эссен-Мюльхайм

42/22

Первая боевая операция имела место уже в 6:00 10 мая над территорией Голландии, где полк сопровождал транспортные самолеты с десантом на Роттердам. На протяжении 30 минут полета было отмечено несколько стычек, в ходе которых немецкие пилоты заявили шесть сбитых голландских истребителей. Позднее было сбито еще два голландца. Несмотря на то, что JG 26 в тот день совершил еще несколько боевых вылетов, больше побед одержать не удалось. На следующий день полк впервые вел групповой бой с французскими самолетами, хотя в целом день прошел достаточно спокойно. Лишь в 17:00 немецкие пилоты заметили несколько групп французских истребителей. В период между 17:30 и 19:10 произошло несколько воздушных боев. Французы были представлены самолетами Curtiss H-75 из GC 1/4. Пилоты JG 26 заявили девять побед без потерь со своей стороны.

13 мая 1940 года немецкие пилоты столкнулись с английскими истребителями. Перед английскими летчиками стояла задача сбить как можно больше транспортных Ju 52 в районе Гааги. Однако в районе цели англичане заметили несколько пикирующих бомбардировщиков Ju 87, бомбящих железнодорожную ветку. Англичане не смогли удержаться от искушения, и атаковали «штуки». Но тут же сами попали под удар дюжины «мессеров» из 5./JG 26. Англичане оказались захвачены врасплох. Уже во время первого захода немцы смогли сбить четыре истребителя, а затем еще один. Затем началась ожесточенная схватка, продлившаяся около четверти часа. Пилоты 5./JG 26 заявили восемь побед: семь «Spitfire» и один «Defiant», потеряв при этом только одну машину. Больше других отличился лейтенант Рох, сбивший три «Спитфайра», а лейтенант Круг заявил две победы. В действительности англичане потеряли пять «Defiant» из 264-й эскадрильи и один «Spitfire» из 66-й эскадрильи. Всех английских летчиков — шесть пилотов и бортстрелок — посчитали погибшими. Позднее трое из них вернулись в расположение своих частей. Из немецких пилотов с парашютом пришлось прыгать лейтенанту Карлу Боррису, которого в 7:00 ранил бортстрелок «Defiant'a». Его Me 109E-3 упал западнее Дордрехта.

Всего в тот день JG 26 заявил 12 побед над английскими, французскими и голландскими самолетами, потеряв при этом четыре машины. Тяжелее всего пришлось 1-й эскадрилье полка, ей пришлось вести бой с шестью MS.406 из GC III/3, которые перехватили группу немецких бомбардировщиков над Бредой, Голландия примерно в 11:00. В ожесточенном бою французы сбили два «мессера», а третьего таранил командир отряда. Немцы смогли сбить только один французский истребитель.

Me 109Е W.Nr. 489 из 4./JG 77, сфотографированный 19 декабря 1939 года на базе эскадрильи в Йевере. Самолет несет уже новый камуфляж, состоящий из пятен 70 и 02 на верхних поверхностях и высокую границу раздела. «Смерть с косой» была эмблемой эскадрильи.

Me 109Е-1 с подломленной стойкой шасси. Пилот этого «мессера» из 6./JG 51 «спотыкнулся» на аэродроме Энтинген 23 декабря 1939 года.

14 мая союзники сконцентрировали все свои усилия в районе Седана, где предприняли отчаянную попытку задержать прорвавшиеся немецкие танковые части. Седан лежал вне зоны ответственности Jafue 2, поэтому пилотам JG 26 выдался сравнительно спокойный день. Затишье продолжалось три дня. В этот период пилоты JG 26 участвовали всего в одном-двух боях с одиночными самолетами противника. Ситуация обострилась 18 мая 1940 года, когда II./JG 26 вступила в поединок со множеством английских эскадрилий, дислоцированных в районе Витри-ан-Артуа. Эту базу немцы подвергали «систематической обработке» почти половину дня. Пилоты JG 26 действовали над целью крупным отрядом. С аэродрома взлетали одиночные «Hurricane'ы», которые формировали небольшие группки. В небе и на земле царила кутерьма. Немцы рвались в бой и заявили множество побед, число которых заметно превзошло действительные потери англичан. Немцы заявили 12 сбитых истребителей, идентифицированных как MS.406, Н-75 и «Hurricane». В действительности, им противостояли только — «Hurricane'ы». Действительные потери англичан составили четыре или шесть истребителей, сбитых или поврежденных до такой степени, что их пришлось списать.

В начале третьей декады мая 1940 года JG 26 пережил еще один период затишья. Но в конце мая напряженность боев снова повысилась, поскольку начинался период разгрома союзников во Франции. Уже первая неделя кампании позволила немецкой армии захватить инициативу, и в дальнейшем нужно было только разыграть имеющиеся козыри. К началу второй недели боев кампания была, по сути, выиграна, хотя потребовалось еще известное время и заметные усилия для разгрома противника. Чтобы уменьшить потери и смягчить поражение, англичане организовали и провели операцию «Dynamo», имевшую целью эвакуировать остатки разбитого экспедиционного корпуса. Тем временем Гитлер лично приказал Герингу уничтожить окруженные в Дюнкерке английские войска силами люфтваффе, а точнее силами 3-го воздушного флота. Перед соединением генерала Шперрля была поставлена задача непрерывно атаковать как Дюнкерк, так и ведущие к нему морские коммуникации. Операцию подготовили в спешке, в ходе подготовки и исполнения была допущена масса ошибок. Тем не менее, это была грандиозная воздушная операция, превзошедшая ту, что несколькими днями раньше имела место в небе над Седаном. К налетам на Дюнкерк привлекли и JG 26.

Технический осмотр Me 109Е из 11./JG 51 в ремонтных мастерских в Бёблингене, март 1940года. Обратите внимание на вырез клапана левого радиатора. Эта особенность характерна для небольшого числа «Эмилей», выпущенных зимой 1939/40 г.г.

Осмотр двигателя Me 109Е из 6./JG 51, Энтинген, декабрь 1939 года.

Первый налет на Дюнкерк полк провел 28 мая. Успех сопутствовал полку в этот день. Около 10:301./JG 26 начала напряженный бой с тремя эскадрильями «Спитфайров», базировавшихся на аэродроме Хорнчерч. Немецкие пилоты заявили восемь сбитых самолетов при потере одного «мессера», пилот которого, фельдфебель Бигерт несколько дней спустя умер от полученных ран. В действительности, англичане потеряли сбитыми и списанными как не подлежащими ремонту только три истребителя. Лучше обстояли дела у пилотов II. и III./JG 26, которые в 12:30 вступили в бой со смешанным отрядом RAF, заявив семь побед (два «Spitfire» и пять «Hurricane»). В действительности немцам удалось лишь повредить один «Спитфайр» из 19-й эскадрильи и сбить четыре или пять «Харрикейна» из трех эскадрилий, базирующихся в Биггин-Хилл. При этом немецкие пилоты не понесли потерь, хотя англичане заявили семь сбитых Me 109.

В целом успешными были действия JG 26 и в течение двух последующих дней. 29 мая над Ла-Маншем II-я и III-я группы полка вступили в бой с четырьмя истребительными эскадрильями RAF: 64-й и 620-й на «Спитфайрах» и 229-й и 242-й на «Харрикейнах». Исход боя походил на предыдущий. Немцы заявили девять побед без потерь со своей стороны. Англичане, в свою очередь, заявили 15 сбитых «мессеров».

После одного дня вынужденного безделья из-за нелетной погоды штаб JG 26 смог похвастаться еще одним успехом. I. и III./JG 26 во второй половине дня 31 мая снова вступили в бой с крупной группировкой английских истребителей. В течение пяти минут боя немецкие пилоты заявили 12 воздушных побед, в числе которых имелись как «Спитфайры», так и «Харрикейны», а также один «Lysander», сбитый лейтенантом Мюнхебергом за пять минут до начала основного боя. В свою очередь, немцы потеряли два Me 109, сбитых «Харрикейнами» из 213-й эскадрильи, по крайней мере так определили противника сами немецкие пилоты. Англичане заявили девять побед, потеряв столько же своих машин (три «Defiant», пять «Hurricane» и один «Spitfire»). В тот же день имели место еще две стычки, в которых немцы потеряли еще два «мессера», заявив три победы. Из четырех сбитых в тот день немецких пилотов трое погибли, а один был ранен.

Синхронизация пулеметов на Me 109Е-1, весна 1940 года. Видны детали двигательного отделения.

Заправка Me 109Е-3, принадлежавшего Адольфу Голланду, командиру III./JG 26, июль 1940 года. Самолет чтет очень нетипичный камуфляж, в виде сплошной заливки RLM 71, покрытой пятнами RLM 02. На руле направления видны отметки о победах Галланда.

Последующие дни уже не были столь «продуктивны». Операция «Dynamo» подошла к концу и наступило относительное затишье. Тем не менее, I. и II./JG 26 1 июня заявили девять побед, а 2 июня — десять. Если 1 июня обе группы потеряли четыре самолета (двое пилотов погибли, двое были ранены), а 2 июня удалось обойтись без потерь.

Всю оставшуюся часть июня JG 26 можно сказать отдыхал. Случались дни, когда в воздухе не удавалось встретить английских самолетов вообще. Некоторое сопротивление противник оказывал во время проведения немцами наступательных операций. 3 июня в ходе операции «Paula» были заявлены три победы, а в ходе четырех дней операции «Rot» немцы заявили 21 сбитый французский и английский самолет. Самым продуктивным днем стало 8 июня, когда в нескольких небольших столкновениях немецкие пилоты заявили десять побед, потеряв при этом три самолета. Однако некоторые победы не получили подтверждения, поэтому можно говорить скорее о ничьей, чем об успехе.

Три снимка Me 109Е из I./JG 77 на аэродроме в Одендорфе, начало мая 1940 года. Самолеты носят стандартный камуфляж и обозначения. Верхний камуфляж 71/02, желобки носовых пулеметов окантованы серым. Самолет на двух нижних снимках — «Эмиль- принадлежавший адъютанту группы. Серийный номер самолета W.Nr. 5102, эмблема группы на капоте, под фонарем стилизованная надпись «Kieki». В мае 1940 года JG 77 состояли только из штаба и одной группы.

Последние победы до капитуляции Франции пилоты JG 26 одержали 13 и 14 июня в ходе зачистки воздушного пространства к юго-западу от Парижа. 13 июня было сбито три самолета, а 14 июня — еще шесть в одном бою с бомбардировщиками RAF. В тот день англичане потеряли во Франции четыре «Battle» из 12-й и 103-й эскадрилий, а также три «Blenheim» из 21-й и 40-й эскадрилий, в то время как пилоты JG 26 заявили четыре «Battle» и один «Blenheim» (а также один «Hurricane»). Последнюю победу во французской кампании одержал командир 4-й эскадрильи, капитан Эббингхаузен, который сбил «Battle» 14 июня в 17:53. Это была его пятая победа, так что Эббингхаузен сумел добыть себе звание аса до подписания перемирия.

Всего, в ходе боев во Франции полк заявил 163 победы, из которых часть не получила подтверждения. Точное число подтвержденных побед не известно, можно предполагать, что их оказалось около 140. Число же реальных побед вряд ли превысило 100, но и этот результат можно признать удовлетворительным, если учесть, что во Франции полк потерял в результате действий противника только 36 машин. Еще пять самолетов полк потерял в результате аварий. Столь низкий уровень аварийности свидетельствует о возросшем профессионализме немецких пилотов и техников, уже вполне освоивших новые самолеты.

Обломки Me 109Е «желтая 10», снятые на свалке в Англии, вторая половина 1940 года. Самолет скорее всего принадлежат II./JG 51. У машин группы эмблема находилась на хвосте позади креста. У данной машины этот участок фюзеляжа аккуратно вырезан, вероятно в качестве трофея.

Me 109Е-3 из II./JG 53 на одном из французских аэродромов июль 1940 года. Обратите внимание на зеркало заднего вида, часто встречавшееся на «мессерах» в 1940 году. Верхний камуфляж стандартный, дополненный нерегулярными пятнами RLM 71 по бортам. Такие пятна стали наносить с июля 1940 года.

Тень Me 109 на львиной клетке

Во второй половине июля немецкое командование приняло решение о начале массированных воздушных налетов на Англию. Операцию планировалось начать в последних числах июля, как только улучшатся погодные условия.

2-й и 3-й воздушные флоты начали концентрировать свои силы. В числе прочих частей, привлеченных к операции, была I./JG 52, которая с начали июня 1940 года входила в состав системы ПВО Рейха и базировалась в Цербсте. До конца июля английская бомбардировочная авиация не проявляла активности, поэтому группа занималась в основном учебными полетами. Единственным «серьезным» делом стало участие группы в вагнеровском фестивале в Байройте, который посетил Адольф Гитлер. I./JG 52 в начале 20-х числах июля перебазировалась в Бёнингхардт, а 29 июля группа вошла в состав ударных сил, предназначенных для участия в операции «Adlerangrif». 3 августа, незадолго до начала операции, группа перебазировалась на аэродром Кале-Кокель. К тому времени группа имела следующую структуру и командование: Stab — капитан Зигфрид фон Эшваге, 1-я эскадрилья — обер-лейтенант Карл Ломмель. 2-я эскадрилья — обер-лейтенант Вольфганг Эвальд, 3-я эскадрилья — обер-лейтенант Гельмут Кюле.

Подготовка к вылету Me 109 из JG 53 «Die rote Ring Geschwader», как полк официально назывался до июля 1940 года. В этом месяце Геринг приказал изменить эмблему полка и вместо «красного кольца» использовать «туз пик».

Пилоты III./JG 54 готовятся к вылету на Ла-Манш, июль 1940 года. Самолеты по-прежнему имеют камуфляж, типичный для первой половины 1940 года, то есть без дополнительных пятен на бортах.

Первая неделя августа прошла сравнительно спокойно — стояла нелетная погода. Лишь 10 августа Кессельринг и Шперрле, заручившись благоприятным прогнозом на последующие несколько дней, решили начать операцию. 12 августа в боевой вылет отправилась вся I./JG 52. Это был первый в истории группы вылет полным составом. В задачу JG 52 и, соответственно, I./JG 52 входила свободная охота на участке Гастингс-Истбурн. Вылет не принес никаких результатов. В тот же день группа совершила второй вылет, прикрывая формацию бомбардировщиков Do 17. На следующий день, который стал официальным началом «Битвы за Англию», I./JG 52 сопровождала группы немецких бомбардировщиков, возвращающихся из налета. Снова сопротивления в воздухе немецкие пилоты не встретили. На протяжении двух следующих дней группа снова сопровождала отряды бомбардировщиков, наносивших удары по английским аэродромам в Манстоне (ErpGr 210, 14 августа) и на юге Англии (KG 2, 15 августа).

Следующие два дня группа опять сопровождала бомбардировщики, возвращавшиеся из налетов на Англию. И снова английских истребителей нигде не было видно. 16 августа 2./JG 51 совершила штурмовой налет на аэродром в Манстоне. Налет совершался вечером, в условиях низкой облачности (до 1500 м). По оценкам немецких пилотов удалось уничтожить на земле пять «Blenheim» и два «Spitfire», один заправщик, склад ГСМ и добиться нескольких попаданий в ангар. Кроме того, летчики обстреляли несколько отдельных целей, обнаруженных на аэродроме, в том числе шесть или семь самолетов. 18 августа налет повторили силами 2-й и 3-й эскадрилий. Приказ самолеты получили уже находясь в воздухе, сопровождая возвращающиеся бомбардировщики. Немецкая радиоразведка перехватила английское донесение, в котором сообщалось, что на аэродром в Менстоне приземлилась эскадрилья самолетов, нуждающаяся в заправке. Было решено перехватить англичан на взлете. Для этого 2-я эскадрилья должна была атаковать аэродром, 3-я эскадрилья прикрывать атакующих, а 1-я эскадрилья продолжать сопровождение бомбардировщиков. Удар 2-й эскадрильи оказался полной неожиданностью для противника. Немцы уничтожили на земле 10–11 истребителей, три бомбардировщика, а также сожгли ангар.

24 августа I./JG 52 совершила два вылета. В ходе первого сопровождала возвращающиеся бомбардировщики, а в ходе второго занималась свободной охотой в районе Хорнчерч, когда и удалось впервые вступить в воздушный бой с истребителями противника. Немцы заявили одну победу, потеряв одного пилота. Следующий день прошел по тому же плану: сначала сопровождение возвращающихся бомбардировщиков из ErpGr 210, затем свободная охота. Оба вылета не принесли никаких побед. Зато следующий день оказался необычайно продуктивным. Первое боевое задание 26 августа заключалось в зачистке воздушного пространства над Лифном, перед налетом бомбардировщиков. Немцам удалось захватить англичан врасплох и стремительно их атаковать. Ценой одного самолета немецкие истребители заявили четыре воздушные победы.

Me 109Е-4 из 7./JG 2 под маскировочной сеткой, август 1940 года. На желтом капоте двигателя видна эмблема эскадрильи — подушечка пальца, сминающая цилиндр, символизирующий Англию. Обтекатель втулки желтый с белой оконцовкой, отличающей 1-ю эскадрилью III-й группы.

Во второй половине дня группа совершила следующий вылет, на этот раз занимаясь свободной охотой в районе Лондона. Теперь англичанам удалось захватить немцев врасплох и причинить им потери. Только одна 2-я эскадрилья потеряла четырех пилотов, в то время как вся группа не смогла добиться ни одной победы. Группа дважды подвергалась атакам «Спитфайров», сначала из 64-й, а затем из 610-й эскадрилий. Оба раза англичане действовали небольшими отрядами и совершили лишь по одному боевому заходу. Первыми в 15:15 были сбиты:

Обер-ефрейтор Владислав Малецки, Me 109E-1, «красная 1», взят в плен; Фельдфебель Альфонс Бахер, Me 109Е-1, «красная 2», попал в плен (имел две победы).

Спустя 15 минут атаковала 610-я эскадрилья, которой удалось сбить два очередных «мессера»:

Унтер-офицер Лотар Хартлиб, Me 109Е-1, пилот погиб; Унтер-офицер Карл-Хайнц Бокель, Me 109E-4, пилот попал в плен. Его сбил летный офицер Джон Эллис, у которого была уже седьмая победа.

Всего в тот день англичане потеряли 30 истребителей, в то время как потери люфтваффе составили 36 самолетов.

Очередные потери и победы принесло 30 августа, когда группа в полном составе сопровождала небольшие ударные группы, имевшие целями английские аэродромы. Сначала, сопровождая восемь Do 17 на Биггин-Хилл, немцы заявили одну победу, потеряв один «мессер» (пилот погиб). Во время второго налета на Лимфн подопечными I./JG 52 были восемь Me 109E/B из ErpGr 210. В обоих случаях пилотам удалось уберечь от потерь сопровождаемые самолеты.

Чем дальше, тем более ожесточенным становилось сопротивление англичан в воздухе. Обе противные стороны несли ощутимые потери. Конец августа и начало сентября были для I./JG 52 особенно удачными — почти каждый вылет приносил новые победы.

31 августа группа совершила три боевых вылета: свободная охота в районе Деттлингена, совмещенная с налетом на находящийся там аэродром силами 3./JG 52, а затем дважды сопровождение бомбардировщиков, в том числе Me 109E/B из ErpGr 210, бомбивших Кенли. Во время налета на Кенли группа потеряла один истребитель. В свой третий вылет группа прикрывала сверху отряд Не 111, шедших бомбить Биггин-Хилл. В ходе этого вылета удалось одержать две победы. В обоих случаях прикрываемые бомбардировщики потерь не понесли. Но в тот день бомбардировочные части люфтваффе потеряли девять машин, части тяжелых истребителей — семь Me 110, а истребительные части — 22 Me 109. Англичане потеряли за сутки 37 истребителей.

1 сентября группа сопровождала отряд Не 111, шедший бомбить Талбери. Во время вылета истребители одержали пять побед, потеряв одну машину. 2 сентября группа дважды сопровождала истребители-бомбардировщики Me 109E/B из ErpGr 210. В ходе этих вылетов группа потеряла один истребитель, сбитый огнем зенитной артиллерии англичан, заявив при этом девять побед. Аналогичные задания группа выполняла 3, 5 и 6 сентября. Каждый из этих трех дней совершалось по два вылета. Группа потеряла два самолета (унтер-офицер Кинд погиб, а обер-лейтенант Валлер попал в плен), заявив всего одну победу.

7 сентября характер выполняемых бомбардировочными частями люфтваффе заданий изменился. По приказу Гитлера бомбардировочные полки люфтваффе теперь должны были бомбить Лондон. В течение нескольких следующих недель 2-й и 3-й воздушные флоты люфтваффе наносили удары по военным целям, расположенным в пределах столицы Великобритании. Этот приказ, как показало будущее, был ошибочным. Англичане получили возможность сконцентрировать то немногое, что оставалось в их распоряжении, над своей столицей, и параллельно пополнить обескровленные в предыдущих боях эскадрильи. Напряженность боев не уменьшилась, напротив, теперь в воздухе разгорались настоящие массовые сражения.

Командир l.(J)/LG 2, капитан Трюбенбах в кабине своего «Эмиля-4», август 1940 года. Трюбенбаху в это время было 32 года, но он был уже опытным офицером. С 1938 года он занимался учебными частями: в 1938 году с LG 1, а затем принял командование I.(J)/LG 1 18 августа его назначили на должность командира JG 52, но уже 15 октября он получил ранение над Лондоном. Хотя ему удалось вернуться на базу, его списали и в 1941 году направили на тыловую службу.

В первом налете на Лондон участвовала I./JG 52, прикрывавшая отряд Не 111, бомбивший восточные районы города. Группа заявила четыре победы в воздухе, не понеся потерь со своей стороны. В тот день англичане потеряли 29 истребителей, тогда как потери люфтваффе составили 34 истребителя и бомбардировщика. Однако в их числе не было Не 111, сопровождаемых I./JG 52.

Удачно сложились обстоятельства для I./JG 52 и 11 сентября, когда группа, сопроводив до Лондона и обратно несколько Do 17, снова вылетела на перехват английских истребителей, летавших над Ла-Маншем. В нескольких стычках немцы одержали четыре победы, сбив в том числе два «Albacore» и один «Blenheim». Но наибольший успех ожидал группу 15 сентября во время налета на Лондон. Летчики капитана Эвальда (возглавившего группу 26 августа) заявили сразу восемь побед, потеряв обер-лейтенанта Ганса Бертеля, занимавшего должность адъютанта группы и имевшего на боевом счету шесть побед. Бертель столкнулся на своем Me 109E-4 W.Nr. 3182 с английским истребителем в районе Данбридж-Уэлз и попал в плен. Возможно, самолетом, с которым столкнулся Бертель, был один из двух «Харрикейнов» из 605-й и 607-й эскадрилий, пилоты которых доложили о таране Do 17.

Вылеты 16 и 17 сентября не принесли результатов. 18 сентября в ходе трех боевых вылетов на прикрытие бомбардировщиков, атакующих Тилбери, группа заявила две победы, не понеся при этом потерь.

До конца сентября на протяжении восьми дней I./JG 52 совершила еще 11 боевых вылетов в полном составе. Самыми тяжелыми были 24, 27 и 30 сентября, когда приходилось совершать по три боевых вылета за день. Наибольший успех сопутствовал группе 4 сентября, когда группу по тревоге подняли в воздух и отправили на перехват самолетов противника. Произошел бой, в котором немецкие пилоты заявили семь побед без потерь со своей стороны. Удачно прошло и 27 сентября, когда группа дважды вылетала на свободную охоту в район Мейдстоун-Четчем. Во время первого вылета было сбито четыре английских самолета, а во время второго — еще один, и снова без потерь со своей стороны. 27 сентября оказалось удачным днем для люфтваффе в целом. За сутки удалось сбить семь истребителей RAF, потеряв только четыре бомбардировщика. Истребительные части потерь не понесли, а все потери бомбардировочной авиации были вызваны огнем зенитной артиллерии англичан.

30 сентября I./JG 52 одержала две победы, потеряв обер-лейтенанта Курта Кирхнера из штаба группы. Кирхнер, имевший на боевом счету три победы, был сбит во время третьего за день боевого вылета в районе Лондона. Его сбили пилоты из 603-й эскадрильи RAF.

Октябрь I./JG 52 начала двумя вылетами на прикрытие Jabo Me 109E/B из l.(J)/LG 2, которые 1 октября дважды вылетали бомбить Лондон. Такого типа задачи стали основными для группы вплоть до конца октября. Всего за 12 дней группа совершила 21 боевой вылет полным составом. Самым тяжелым днем стало 15 октября. Группа трижды вылетала сопровождать истребители бомбардировщики. Три эскадрильи истребителей прикрывали один-три звена из l.(J)/LG 2. Хотя группа вылетала на задания полным составом, прежней угрозы противнику она не представляла. Поскольку пополнений не поступало, то если в начале августа 1940 года часть располагала примерно 30 самолетами и пилотами, то к 25 октября в группе оставалось всего 10 боеспособных машин и пилотов.

На следующий день группа снова совершила вылет на Лондон, обернувшийся неудачей. Несмотря на три заявленные победы группа потеряла трех пилотов. Бой начался внезапно и перерос в свалку по принципу «каждый сам за себя», отсюда высокие потери с обеих сторон. Противниками немцев были 92-я и 257-я эскадрильи, которые в том бою потеряли не три, как заявили немцы, а только два самолета. 92-я эскадрилья потеряла «Спитфайр» взводного офицера Паттинсона, а 257-я эскадрилья — «Харрикейн» взводного офицера Капона. Немцы потеряли обер-лейтенанта Гюнтера Бюсгена (шесть побед, Me 109E-3 W.Nr. 1966) из 1-й эскадрильи, обер-лейтенанта Карла Зауэра (Me 109E-7 W.Nr.4132) из 2-й эскадрильи и фельдфебеля Зигфрида Фосса (четыре победы, Me 109E-4 W.Nr. 5283) из 3-й эскадрильи(В списке потерь люфтваффе все три машины числятся как принадлежавшие l.(J)/LG 2.). Бюсген на был сбит около 16:30 взводным офицером Т.С. Уэйдом из 92-й эскадрильи. Все трое попали в плен, а Бюсген был в добавок ранен.

По дороге пропал и на базу не вернулся самолет II./JG 52, пилот которого унтер-офицер Вилли Райхенбах попал в плен.

Еще хуже пошли дела во время вылета 27 октября, когда группа потеряла три машины и трех пилотов, не сумев сбить ни одного самолета противника. Все события произошли утром в период между 8:10 и 10:00. Англичане не стали ввязываться в большой бой, а периодически наносили мелкие уколы небольшими группами истребителей. Немцы также старались не ввязываться в долгие бои, поскольку погода была плохая. Англичане то и дело внезапно выныривали из туч, делали боевой заход и снова ныряли в тучи. Первым в 8:30 был сбит ефрейтор Карл Ботт из 2-й эскадрильи, чей Me 109Е-4 W.Nr. 1268 «черная 5» был поражен прицельной очередью, пущенной командиром крыла Маккеллером из 605-й эскадрильи. Самолет упал на землю, а пилот попал в плен. Через 45 минут был сбит фельдфебель Лотар Шиферхёфер из 3-й эскадрильи, летевший на Me 109E-4 W.Nr. 3525 «желтая 4». Фельдфебель также был взят в плен. Последним сбили обер-лейтенанта Ульриха Штайнхильпера из 3-й эскадрильи, чей Me 109E-4 W.Nr. 2798 «желтая 2» был сбит летчиком из 74-й эскадрильи примерно в 9:40. Немецкий пилот покинул горящую машину с парашютом. Несмотря на потери, группа сумела довести I.(J)/LG 2 до цели, где истребители-бомбардировщики сбросили бомбы на один из аэродромов, не понеся при этом потерь. На этом боевая служба I./JG 52 закончилась, поскольку часть, располагавшая семью боеспособными самолетами и таким же числом пилотов уже не представляла какой-либо боевой ценности.

Лейтенант Майер с механиками JG 51 празднует свою первую победу, одержанную 31 августа 1940 года. Радость продлилась недолго, спустя несколько дней Майер был сбит англичанами.

За три неполные месяца «Битвы за Англию» I./JG 52 совершила 79 боевых вылетов силами всей группы, не считая отдельных заданий, выполнявшихся силами звеньев и эскадрилий, как, например, 12 вылетов на поиски упавших в Ла-Манш самолетов в октябре 1940 года. Группа одержала 72 победы, потеряв 25 пилотов, в том числе 20 в результате действий противника.

После периода отдыха и пополнения группа возобновила налеты на Англию 27 декабря 1940 года. На этот раз группа базировалась в Голландии, где оставалась до сентября 1941 года, добившись за этот срок 42 побед. 2 октября 1941 года группа прибыла на Восточный фронт. В «голландский» период своей истории группа потеряла только пять пилотов. Обер-фельдфебель Карл Мунц был сбит 12 июня 1941 года во время атаки на английскую патрульную летающую лодку и провел в воде 16 часов, пока его не подобрал спасательный Аг 196. Искупаться пришлось еще двум пилотам, в том числе лейтенанту Ветке, который 28 июня был сбит очередью, пущенной бортовым стрелком «Stirling'a» в районе Бременсхафена. Однако эти два летчика были очень быстро обнаружены и спасены.

Me 109В, Испания, середина июля 1938 года. Нестандартная для самолетов легиона окраска, впрочем, типичная для «Берт» из серии 6°30-6°45. Эти самолеты происходили из крупной партии, доставленной в Испанию летом 1937 года. Машины постепенно передавались в боевые части, этот процесс длился с конца лета до начала зимы.

Самолет принадлежал 2..J/88. на нем летал лейтенант Кайдель и лейтенаш Реш. Кроме пятен RLM 63 на верхних сторонах крыльев, у самолета черным цветом отмечены дорожки на крыльях.

В результате лишь некоторые самолеты получили новый камуфляж RLM 63. Остальные летали в старом камуфляже RLM 70/71 или 70/71/63. Одним из таких самолетов и была представленная на рисунке «Берта» с бортовым номером 6°42.

Оконцовки крыльев белые, служат элементом быстрой идентификации. (Внимание! Рисунок создан на основе фотографий. Поскольку крылья на снимках обычно предоставлены в невыгодном ракурсе, точные пропорции пятен могут быть не соблюдены).

Me 109D, принадлежавший офицеру штаба I./JC I, Германия, весна- лето 1939 года. Стандартный для данного периода камуфляж и штабной тактический знак. Черно-белый обтекатель вилки винта. Шеврон на борту дополнен нетипичным и изображением молнии. Скорее всего это личная эмблема пилота

Me 109D командира 1./JGr 102, сентябрь 1939 года. Вертикальная белая полоса указываем на командира эскадрильи. Еще две темные вертикальные полосы темно-зеленого цвета RLM 71 имеют неизвестное значение, даже не известно, были ли они намеренно нанесены или получились случайно, например. по краям трафарета белой полосы.

Вся верхняя сторона самолета блестит, поэтому границы между RLM 71 и 70 неразличимы. Самолеты 1-й эскадрильи отличаются от остальных самолетов группы собственной эмблемой. Черная ладонь — эмблема группы.

Me 109F.-7/B из JG 27 со всеми элементами быстрой идентификации желтого цвета, применявшимися в ходе операции «Marita» на Балканах весной 1941 года. Фюзеляж почти весь перекрашен, видны лишь следы RLM 75.

Me 109D из 3./JGr 126 (позднее 9./ZG 26), Бонингхардт, район Гельдерна. осень 1939 года. Стандартная окраска и обозначении. Большие балочные кресты на крыльях появились в октябре 1939 года. На капоте силуэт бегущей гончей — личная эмблема пилота.

Me 109В с тактическим номером 6°41, конец 1937 года. Верхний камуфляж 70/71, белый обтекатель втулки винта указывает на 1-ю эскадрилью легиона «Кондор».

Me 109В из неизвестной части, аэродром Вин-Асперн, 1937 год. Опознавательные знаки раннего типа, тактический номер небольшою размера «красная 5», красная полос на киле доходит до самою верха, что было нетипично.

Me 109G-6/R6/trop, «белая 12» из 7./JG 77, Сицилия, лето 194Ц года. Стандартный европейский камуфляж, обозначения обычные для 77-го полка

Me 109G-2/trop, «шеврон», штаб 1./JG 77, Сицилия, лето 1942 года. На фон RLM 79 нанесены пятна RLM 80. Элементы быстрой идентификации: желтый поддон капота и белая полоса на хвосте.

Me 109G-14, W.Nr. 462919, «белая 7», III./JG 3, пилот Оскар Ромм, Германия, осень 1944 года. Камуфляж самолета типичный 74/75/76 с пятнами 74/75, дополненными отдельными пятнами RLM 70. Крест закрашен краской RLM 74.

Me 109G-10, W.Nr. 152043, «белая 57», неизвестная часть, северо-запад Германии, май 1945 года. Нетипичный верхний одноцветный камуфляж. Концы крыльев белые.

Me 109G-6y/AS, W.Nr. 412807, «желтая 2», унтер-офицера Циммерманна, II./JG 27, Фельс, район Ваграма, Австрия, август 1944 года. Зеленая полоса, указывающая на участие в системе ПВО Рейха, желтые кончики крыльев, нетипичный камуфляж. Подвесной бак выкрашен краской RLM 65, стойки и диски шасси винно-красные. Вероятно, это должно было указывать техникам на го, что самолет следует заправлять бензином с октановым числом 100.

Me 109G-10, «голубая 3», 8./ JG 3, Грац, март 1945 года. Нет никаких обозначений, указывающих на принадлежность самолета к какой- либо части. Единственный элемент быстрой идентификации желтый руль направления. Камуфляж 81/ 82/76, или 74/75/76.

Me 109G-2/trop, «черная I», 5./JG 53, аэродром Комисо, Сицилия, октябрь 1942 года. Камуфляж соответствует образцу, принятому в начале гола и состоит из сегментов двух «африканских» цветов: RLM 79 и 80. В 1941 году применялся камуфляж с инверсным расположением цветовых сегментов, в роли фона выступал RLM 80. Учитывая градации серого, можно заключить, что камуфляж самолета включал цвета RLM 78, 79 и 80.

Me 109F-4, «черная 4», 8./JG 5, оберфельдфебель Карл Шульц, Петсамо, Финляндия, март 1943 года. Зимний идентификационный камуфляж JG 5. Верхняя сторона самолета целиком выкрашена краской RLM 75, а поверх нанесены белые волны и спирали. Рисунок на левом крыле и левом горизонтальном стабилизаторе — предположительный.

Me 109E-4 Франца Фиби из 3./JG 2, северная Франция, конец июля 1940 года. Типичная окраска: фон RLM 71 с пятнами RLM 70 в районе фонаря. Верхняя сторона фюзеляжа выкрашена по схеме 71/02. Рисунок балочного креста типичен для эскадрильи.

Me 109Е-4 из 8./JG 54 обер-лейтенанта Эгтера, командира эскадрильи. Голландия, осень 1940 года. Камуфляж устаревший для данного периода. На некоторых снимках руль направления кажется более светлым, чем капот, но это результат его отклонения против солнца, а не действительная разница в оттенках.

Me 109Е-4 из I./.JG 51, начало августа 1940 года, северная Франция. Типичный с июля 1940 года камуфляж 71/02, когда появилось предписание затемнить рисунок на бортах фюзеляжа. Передняя часть фюзеляжа до фонаря белая, что противоречит всем инструкциям, принятым перед операцией «Adlerangriff». Окоицовки крыла и руль направления темно-желтые. Обтекатель втулки винта RLM 70. Цвет «тройки» выбран условно.

Me 109Е-4 из 5./JG 53, Шербур, северная Франция, лето-осень 1940 года. Из под желтого пробивается красная полоса на капоте (или наоборот, остатки облупившейся полосы).

Me 109Е-4 из штаба II1./JG 2. северная Франция, начало августа 1940 года. Видны следы перекраски фюзеляжа в ходе смены тактических знаков и ремонта. Самолет совершал посадку на фюзеляж. Хвостовое оперение целиком выкрашено в желтый цвет, что было необычно.

Me 109G-2/trop «желтая 1» из 9./.JG 77. Тунис, весна 1943 года. Стандартный африканский камуфляж 78/79/80, но с многочисленными обозначениями.

Me 109G-6/R6 «белая 23» Ваг рам, Австрия. зима 1944 года. Типичная окраска и обозначения, хотя назначение «черной I» на капоте неизвестно. Руль направления белый, нижняя часть капота желтая.

Content

С. В. Иванов
Messerschmitt Bf 109 Часть 5
(Война в воздухе — 62)

Me 109K

Модификации

Боевое применение Me 109

В Испании

С 05:45 Me 109 отвечают огнем

Опоздавший в Норвегию Me 109

Me 109 в погоне за червяками

Тень Me 109 на львиной клетке