Теренс Хэнбери Уайт

СРЕДНЕВЕКОВЫЙ БЕСТИАРИЙ

Что думали наши предки об окружающем их мире

Об авторе

Теренс Хэнбери Уайт — английский писатель, получивший всемирную известность за свои произведения, написанные по мотивам легенд о короле Артуре.

Родился 29 мая 1906 года в индийском городе Бомбее, где в то время служил его отец. Для получения приличного образования его отправили в метрополию, и он поступил в колледж Чилтенхем, а затем продолжил обучение в Куинс-колледже в Кембридже, который окончил со степенью бакалавра по истории английского языка в 1928 году. После этого несколько лет работал воспитателем в частной школе Стоу.

Страстный натуралист, Уайт увлекался охотой, в том числе и ястребиной, и рыбалкой, что отразилось в его литературных трудах. Во время работы в Стоу он выступал со статьями в местной газете, затем напечатал автобиографическую повесть, принесшую ему известность. За ней последовало несколько десятков повестей и рассказов.

Однако главным своим делом он считал тетралогию о короле Артуре и его эпохе. Первая же повесть — «Меч в камне» (1936) — сразу вошла в число бестселлеров. Вдохновленный успехом, Уайт уволился из школы, поселился на острове Олдерней, где почти безвыездно прожил до конца Второй мировой войны. Лишь в 1946 году по рекомендации врачей переехал в Грецию.

Настоящий успех пришел к нему в 1939 году, когда повесть «Меч в камне» вышла в американском издательстве «Патнем». За два года было распродано 40 тысяч экземпляров книги. На Бродвее поставили мюзикл, прошедший 873 раза, а на киностудии Уолта Диснея сняли одноименный мультфильм. За этой повестью последовала другая — «Лесная колдунья» (1939), затем третья — «Провинившийся рыцарь» (1940) и четвертая — «Свеча на ветру» (1958). Пятый роман цикла «Книга Мерлина» вышел уже после смерти автора в 1977 году.

Параллельно с написанием романов Уайт занимался научной работой, выступал с лекциями в различных университетах. 17 января 1964 года, возвращаясь после поездки по американским университетам, он внезапно умер на борту судна в Пирее.

Работа над книгой о животных (бестиарий) продолжалась более десяти лет. Уайт не только перевел средневековую латинскую рукопись, но и снабдил ее подробными комментариями. Структурно книга представляет собой как бы два издания — оригинальный средневековый памятник с подлинными рисунками и научный труд, в котором Уайт вводит читателя в мир средневековой книжности. Он увлекательно рассказывает о создании памятника, работе переписчиков и комментирует текст. Изящные, порой ироничные, но всегда точные и емкие комментарии сделали книгу прекрасным справочником, адресованным всем, кто интересуется культурой европейского Средневековья.

Сергей Федоров

Средневековый бестиарий

Что думали наши предки об окружающем их мире

Обращаясь к древней традиции, современный исследователь обычно воспринимает ее как сон. Однако зачастую такой сон отображает реальность, наступающую после пробуждения.

Т. Х. Гекели

Как послушные дети прикроем наготу нашего отца завесой должного толкования.

А. Росс

Часть первая

ЗВЕРИ

Из бугра

Рождающего выпростался лев

До половины, лапами скребя,

Он туловища остальную часть

Освободил при помощи когтей

И, вырвавшись, как будто из оков,

Косматой, рыжей гривой стал трясти.

Кротам подобно, ирбис, леопард

И тигр, буграми почву разбросав,

Карабкаются из глубоких нор;

Из-под земли ветвистые рога

Олень проворный кажет. Бегемот,

Крупнейшая из тварей земнородных,

Из вязкой формы глиняной с трудом

Освобождает непомерный груз

Своих телес огромных. Как ростки,

Над почвой овцы с блеяньем взошли

Курчаворунные. Гиппопотам

И крокодил чешуйчатый возникли,

Колеблясь между сушей и водой.

Дж. Мильтон. Потерянный рай, кн. VII (пер. М. Лозинского)

ЛЕВ

Самый могущественный из зверей, способный противостоять любому нападающему. Строго говоря, само понятие «звери» первоначально использовалось для обозначения львов, леопардов, тигров, волков, лис, собак. Иными словами, тех животных, кто яростно нападает на жертву, используя зубы и когти. Их именуют зверями благодаря неистовству, поэтому часто называют «дикими» (ferns), поскольку от рождения они привыкли к свободе и руководствуются исключительно своими желаниями и потребностями.

Латинское наименование «лев» (leo) произошло от греческого слова leon, в переводе с латыни «король». Видимо, в нем отразилось древнее представление о том, что лев являлся королем всех животных.

Осознавая свою силу, он усмиряет свирепость по отношению к прочим животным, но, подобно настоящему королю, считает ниже своего достоинства иметь много жен.

Ученые отмечают три главные особенности льва.

Во-первых, он любит прогуливаться на возвышенностях, например по вершинам гор. В случае преследования охотниками он, почуяв их запах, заметает свой след хвостом, и те не смогут его выследить.

Именно таким образом наш Спаситель (то есть Духовный Лев из колена Иудина, древа Ессеева, Возлюбленный Господь, Сын Бога), посланный Отцом, вошел в лоно Девы Марии и своей мученической кончиной искупил грехи человечества.

Не ведая о Его божественной природе, дьявол (извечный враг человечества) дерзнул искушать Его, будто Тот простой человек. Даже ангелы, находившиеся на высоте, не распознав Его след, говорили тем, кто собирался отправиться с Ним, когда Он продвигался к своей награде: «Кто этот Царь Славы?»

Вторая особенность льва, когда он спит: кажется, его глаза открыты. Таким же образом наш Господь, почивая в телесном обличье, был похоронен после распятия, в то время как Его божественная сущность бодрствовала. В Песни песней говорится: «Я сплю, а мое сердце бодрствует» (Песн., 5, 2, 4). Или в Псалтири: «Дремлет и не спит хранящий Израиль» (Пс., 120: 1–8).

Третья особенность — львица рождает детенышей мертвыми, и они остаются безжизненными в течение трех дней, пока пришедший отец не дыхнет им на морды, после чего они оживают[1]. Точно так же поступил и Отец наш всемогущий, воскрешая на третий день из мертвых Господа нашего Иисуса Христа. Процитируем Иакова: «Он уснул как лев и львенком пробудился».

По отношению к людям природа львов такова, что они не выходят из себя, пока их не ранят.

Всякому здравомыслящему человеку следует на это обратить внимание. Ведь и люди гневаются, если с ними поступают подобным образом, и травят невиновных, вопреки христианским законам, запрещающим наказывать виновных.

Напротив, и это подтверждается множеством примеров, львы проявляют жалость к падшим, поскольку щадят тех, кто падает ниц[2]. Они также позволяют таким пленникам возвращаться обратно в свои стаи. Кроме того, они чаще охотятся на мужчин, чем на женщин, и не убивают детей, за исключением тех случаев, когда действительно голодны.

Более того, львы избегают переедания, во-первых, потому, что принимают пищу и воду в разные дни. Если усвоение пищи не происходит, они могут обойтись лишний день без еды.

Во-вторых, когда они съедят слишком много, то аккуратно запускают лапу в рот и соответственно вытаскивают мясо. Рассказывают, что, когда им приходится убегать от кого-либо, они осуществляют то же самое действие, если перед этим поели.

Признаком возраста, наступления старости у львов становится недостаток или отсутствие зубов. Львы спариваются сзади, точно так же, как рыси, верблюды, носороги, тигры и гиены.

(Сэр Томас Браун пишет в своих «Общественных заблуждениях»: «Мы вовсе не хотели оскорбить сторонников королевской власти в Англии приводимым описанием льва и единорога. В таком положении им было бы трудно совокупиться, ибо, согласно описанию Аристотеля, львы, лисы, рыси и другие животные во время спаривания занимают совершенно противоположное положение, при котором самец залезает на самку.

Как правило, такой способ соития не свойствен зайцам, ибо существует множество способов спаривания, отличающихся по формам и различным устройствам. Одни пары делают это сбоку, как черви, другие циркулярно или осложненно, как змеи. Некоторые ничком, то есть контактно, касанием друг друга нижними частями. Обычно подобным образом поступают дикобразы, ежи, а также каракатица и крот.

Иные используют смешанный способ, иначе говоря, самец взбирается на самку или прикладывается к внешним ее частям в области зада, как поступают четвероногие животные. Другие вообще не касаются друг друга, подобно ракообразным животным, лобстерам, креветкам и моллюскам.

Таков постоянный закон соития, они его никогда не нарушают. Только человек, возможно, действует разнообразнее, руководствуясь не особенностями своего вида, а собственным разумением, проходя через аномалии и оставаясь смелым не только в действии, но и в выражении непостоянных способов похоти».)

Говорят, что обычно львица приносит от трех до пяти детенышей. Небольшие, с курчавыми гривами, львята миролюбивы, подросшие, с прямыми гривами, отличаются свирепым нравом. На настроение малышей указывает их оскаленная морда и бьющий по бокам хвост. Их храбрость коренится внутри, стойкость выражается внешне. Львы боятся резких звуков, например скрипа колес, но более всего огня.

Когда львица впервые приносит приплод, он составляет пять детенышей. В последующие годы их количество постепенно уменьшается. Впоследствии она рожает только одного львенка, после чего утрачивает способность к деторождению и навсегда остается бесплодной. Лев никогда не съест вчерашний обед, скорее останется голодным[3].

Какое же животное осмелится заявить о том, что является врагом льву? Ведь его рык сам по себе внушает такой ужас, что многие убегают, едва заслышав его голос, падают оглушенные и побежденные его силой!

Известно, что больной лев ищет обезьяну, чтобы ее съесть, надеясь после этого выздороветь.

Лев боится петуха, особенно белого[4].

Хотя лев и король зверей, он боится крошечного жала скорпиона, его может убить и яд змеи.

Нам доводилось читать о маленьких существах, называемых леонтофонтами[5], которых люди добывают и сразу же сжигают, чтобы получить пепел, считающийся смертельным ядом для львов. Они посыпают этим пеплом мясо и разбрасывают его на перекрестках и в тех местах, где много львиных следов, чтобы львы сожрали или, по крайней мере, попробовали его. Соответственно, лев инстинктивно преследует этих существ с ненавистью, при первой же возможности разрывая их, пользуясь своей силой и мощью своих лап.

ТИГР

Получил свое имя за проворство, ведь стрелы персов, греков и мидян называли за их скорость «тигриными».

Животное отличается красивой золотистой шкурой с множеством темных полос, храбростью и удивительной скоростью. В честь тигра называется река и считается самой быстрой из всех рек. Основное место обитания — Иркания.

Если тигрица обнаруживает пустое логовище, ввиду того что один из ее детенышей украден, она тотчас отправляется по следам вора. Похититель, даже если сел на стремительную лошадь, не сможет уйти далеко, поскольку уступает по скорости тигрице, и будет пойман. Поэтому, чтобы добыть тигренка, охотник пускается на следующую хитрость: увидев приближающуюся тигрицу, он бросает стеклянный шар, и она хватает его, увидев в нем свое уменьшенное отражение, которое принимает за собственного малыша.

Тогда она останавливается, надеясь забрать зверька. Однако вскоре понимает, что ее провели, снова бросается преследовать всадника, обуреваемая яростью, и почти настигает его.

Тогда он бросает второй шар, таким образом вновь останавливая тигрицу, у нее не возникают воспоминания о бывшей проделке, и она опять проявляет материнскую заботу. Вьется вокруг ложного отражения, ложится, намереваясь кормить шар. Так, повинуясь собственному долгу, она успокаивается и одновременно теряет своего детеныша.

ЛЕОПАРД

Устаревшее название — пардус[6]. Пестрые животные, очень быстрые и склонные к кровопролитию. Убивают любую добычу.

Леопарды рождаются от адюльтера львицы с барсом, так возникает третья разновидность животного.

Плиний замечает в своей «Естественной истории», что лев сходится с самкой барса или барс с львицей, но в любом случае рождается менее умный отпрыск, наподобие мула или гиены.

ПАНТЕРА

Существует животное, именуемое пантерой, имеющее действительно разнообразную окраску, самое прекрасное и исключительно дружелюбное. В «Физиологе» написано, что она считает своим врагом только дракона.

Насытившись, пантера прячется в своем логовище и спит. Через три дня она снова просыпается и испускает громкий рык[7]. Из ее пасти исходит весьма сладкий, напоминающий гвоздичный запах. Заслышав шум, животные следуют туда, откуда он доносится, и разносится сладостный запах. И только дракон, заслышав этот звук, бежит в подземные пещеры, объятый страхом. Там, не способный вынести запах, он впадает в спячку, будто умер.

Настоящая же пантера[8], Господь наш Иисус Христос, освобождает нас от власти дракона-дьявола, спустившись с небес. Он воплощается в образе сына человеческого, помогая людям искупать грехи.

Замечание Соломона по поводу Христа в символической форме обозначилось в виде пантеры, отличавшейся таким множеством оттенков, что благодаря мудрости Господа Отца он является постижимым духом, воплощением мудрости, множеством, истиной, сладчайшим, кротким, неизменным, всемогущим, всевидящим.

Поскольку пантера прекрасное животное, Господь Бог говорит о Христе: «Он красивейший из сыновей человеческих».

Это доброжелательное животное, и Исаия восклицает: «Возрадуйтесь, о дщери Сиона, дщери Иерусалима: грядет Спаситель твой» (Ис., 62: 10–12).

Божественная сущность Пантеры-Христа проявляется во время поругания, бичевания, надругательства, оскорблений, несения тернового венца. Когда его распинают на кресте, закрепляя руки гвоздями, он получает для питья желчь и уксус, а его грудь пронзают копьем. После смерти он покоится в гробнице и опускается в Ад, где связывает Великого Дракона. Однако на третий день пробуждается и производит огромный шум, испуская сладость.

Так Давид воспевает Господа нашего Иисуса Христа, восставшего из мертвых: «И воззвал Господь, как если бы он спал столь могуче, как если бы он был опьянен вином»[9]. И другое: «И воззвал он громким голосом, и голос его был слышен по всей земле».

И как только изойдет запах сладости изо рта пантеры, так все звери соберутся вместе, чтобы следовать за ней, как те, кто рядом, так и те, которые далеко. Так же поступают и евреи, иногда обладающие чувствительностью зверей, и те, кто находится рядом с Ним в связи с Законом, и те, кто далеки, то есть язычники, существующие вне закона. Все они, заслышав голос Христа, следуют за ним, говоря: «Слова Его для нас слаще меда». «Из уст Его исходит сладость, да благословит нас Господь вовеки!», «Мы следуем за Твоим ароматом». И далее: «Царь ввел меня в свою опочивальню».

Из сказанного сделаем вывод: Христос относится к нам как к малым существам. Наши души, обновленные в крещении, готовы следовать за его сладкими речами, освобождаться от земного ради небесного, чтобы правитель повел нас в свой дворец, в Иерусалим, божественный город добродетели, к горе всех святых.

Поскольку пантера животное с небольшими точками по всему телу, ее легко отличить по шарообразным пятнышкам рыжевато-коричневой, черной или белой окраски.

Она приносит потомство только один раз. Причина очевидна, когда три щенка зарождаются в лоне матери и начинают расти со временем, им не терпится выйти наружу. Поэтому они разрывают матку, в которой находятся, чтобы освободиться. Таким образом, выходят на белый свет, что сопровождается болью.

Вот почему, когда самку впоследствии снова оплодотворяют, она не стремится вновь испытать такую же боль и просто выталкивает семя наружу. Плиний замечает, что животные с острыми клыками не способны часто вынашивать детенышей, поскольку повреждаются изнутри, когда те начинают выходить наружу.

АНТИЛОПА

Одно из самых известных животных, тем более ни один охотник не может даже приблизиться к нему.

Имеет длинные рога, заостренные как пила, так что способно даже подрезать большие деревья и заставить их упасть на землю.

Испытывая жажду, отправляется к реке Евфрат и пьет воду. В тех местах повсюду встречается эрецин — невысокий кустарник с длинными гибкими веточками. Подойдя к нему, антилопа своими рогами начинает играть с ветками и вскоре запутывается в них. Когда после длительной борьбы не может освободиться, громко кричит. Услышав ее голос, охотник приходит и убивает ее[10].

И так поступает человек, создание Господа, который стремится быть сдержанным, целомудренным и жить духовной жизнью![11]

Два рога антилопы — два завета, с помощью которых вы можете искоренить в себе такие пороки, как адюльтер, внебрачную связь, алчность, зависть, гордость, убийство, клевета, пьянство, похоть и роскошь этого мира. После чего ангелы вознаградят небесными добродетелями.

Но остерегайся, о набожный человек, пут пьянства и не предавайся соблазну похоти, чтобы не оказаться в тенетах дьявола. Вино и женщины отвращают от Господа.

ЕДИНОРОГ-1

Фантастическое животное, которое греки называли носорогом[12].

Впервые о единороге упоминает греческий историк Ктесий. Он описал фантастическое животное, которое якобы водилось в Индии: «Ростом больше лошади. Тело белое, голова темно-красная, глаза голубые. На лбу рог. Основание рога белоснежное, острие ярко-красное, середина черная. Порошок, соскобленный с этого рога, может спасти от смертоносного яда». Видимо, образ единорога появился под влиянием средневековой книжной традиции, где его облик приобрел традиционные фантастические черты, например три ноги, девять ртов и золотой рог.

Единорог — небольшое животное, будто детеныш с одним рогом в середине лба, необычайно подвижное, так что ни один охотник не способен поймать его. Все же его можно заманить по следующей схеме.

Девственницу подводят к тому месту, где прячется единорог, и оставляют одну в лесу. Увидев девушку, он вскоре прыгает к ней на колени и обнимает. Так удается его поймать.

Наш Господь Бог является духовным Единорогом, о котором говорится: «Ты возносишь, как рог единорога» (Пс., 91: 11). В другом псалме: «Щит мой, рог спасения моего и убежище мое» (Пс., 17: 4). Тот факт, что у него один рог, означает то, что он сам говорит: «Я и Отец одно». Или, в соответствии с апостолом: «Отец и сын единосущны» (Ин., 5: 17).

Говорят, он так быстр, и никакие Власти, Силы, Престолы и Господства не способны его удержать, равно как Ад не удержит его. Даже самый искусный дьявол не одержит победу над ним, не поймает и не поймет его. Все же, повинуясь исключительно воле отца, он снизойдет в лоно девственницы ради нашего спасения.

Описание единорога как небольшого животного с приятным обликом основывается на том, как он сам говорит о себе: «Учитесь у меня, потому что я добр и скромен сердцем».

Похож на подростка или козла отпущения, потому что сам Спаситель произведен по его подобию из греховной плоти, из-за греха он был осужден на грех.

Единорог часто сражается со слонами, побеждает их, раня в живот.

В русских легендах, духовных стихах и сказках единорог именуется индрик. «Индрик» — искаженное написание древнерусского «инорог» (единорог).

Индрик похож на коня с одним или двумя рогами. Чаще всего выступает как «всем зверям отец». Похожее описание встречается и в Голубиной книге:

Индрик-зверь, всем зверям отец.

Почему индрик-зверь всем зверям отец?

Потому индрик-зверь всем зверям отец,

А и ходит он под землею,

А не держат его горы каменны,

А и те-то реки быстрые.

Когда выйдет он из сырой земли,

А и ищет он супротивника.

В русских сказках индрика также изображают как подземного зверя, который ходит по подземелью, «словно солнышко по поднебесью». Соответственно, его считают хозяином всех подземных вод. Во многих сюжетах он выступает как противник змея, мешающего брать воду из колодца. В волшебных сказках образ индрика обозначает фантастическое животное, которое добывает главный герой. В некоторых версиях он выступает в роли похитителя, появляется в царском саду вместо жар-птицы и ворует золотые яблоки. Герой отправляется в подземное царство по его следам. Находит единорога, вступает с ним в бой, побеждает его. Покоренный единорог становится волшебным помощником героя и помогает получить желаемое.

РЫСЬ

Получила свое название, поскольку представляет собой разновидность волка (λύκος).

Животное распознают по пятнышкам на спине, схожим с теми, что у леопарда. Однако внешне рысь гораздо больше напоминает волка.

Говорят, моча рыси, затвердевая, превращается в драгоценный камень лигурий (камень демона)[13]. Об этом известно и самим животным, о чем свидетельствует следующий факт: когда они испускают жидкость, стараются как можно глубже закопать ее в песок. Поступают подобным образом из-за некоего собственного внешнего устройства, опасаясь, что люди используют их испражнения в качестве украшения.

Плиний утверждает, что у рысей рождается один детеныш.

ГРИФОН

Представляет собой крылатое четвероногое животное[14]. Разновидность рожденного в Гиперборее или в гоpax. Внешне напоминает льва, глаза, крылья и клюв орлиные[15].

Необычайно враждебно относится к лошадям. Способен также разорвать в клочья приблизившегося к нему человека.

СЛОН

Относится к животным, не стремящимся спариваться.

Полагают, он получил свое имя от греков из-за размеров, сравнимых с горой. Напомним, в греческом гора — eliphio.

В Индии иначе, известен под именем barrus из-за своего голоса, вспомним, голос называют «баритоном», турки же зовут «слоновый» (ebur), обозначая так кость его бивней. Нос называют «хоботом» (proboscis) по аналогии с кустами (bushes), ибо с его помощью он кладет себе в рот листья. Мильтон сравнивает хобот со змеей[16].

Слоны защищаются бивнями. Такие большие животные больше нигде не встречаются. Персы и индусы, расположившись в деревянных башнях на их спинах, сражаются друг с другом с помощью копий, ощущая себя под их защитой, как и обороняющиеся в замках воины. Слоны обладают острым умом и памятью. Всегда ходят стадами. Совокупляются животом к спине[17].

Слониха вынашивает детеныша в течение двух лет. Слонята появляются несколько раз в течение жизни слонов, и всякий раз по одному. Слоны живут триста лет. Если самка хочет родить детеныша, то отправляется в сторону Рая, где находится дерево Мандрагора, ее сопровождает самец[18]. Сначала она отрывает немного листьев, затем дает их пожевать своему самцу. Оба возбуждаются, совокупляются, и самка тотчас беременеет. Когда приходит время рожать, слониха заходит в озеро, пока вода не доходит до сосков. Тем временем самец охраняет рожающую жену, потому что в озере живет некий дракон, недружелюбно относящийся к слонам. Более того, если тот оказывается поблизости, слон убивает его и топчет до тех пор, пока не убеждается, что он действительно мертв.

Слон превосходит быков, но боится мышей, и вот почему. Его природа такова: если спотыкается, он не способен снова подняться. Вот почему, собираясь спать, наклоняется над деревом, ибо у него нет соединений в коленях. Вот почему, когда охотник подрубает дерево, а слон прислоняется к нему, он падает одновременно со стволом[19]. Падая, он громко кричит, тотчас появляется еще один огромный слон, но он не способен поднять первого. Они кричат оба, на место действия прибывают еще двенадцать слонов, но и они не способны поднять того, который упал. Теперь уже все слоны кричат, и тут появляется весьма невзрачный слон, подходит к большому слону и поднимает его, обхватив хоботом. Кроме того, пришедший неуязвим, поэтому ни его шерсти, ни его костям, даже когда те обращаются в пепел, невозможно причинить вред. Дракон также ничего не может ему сделать.

Скажем и о том, что слон и его жена представляют Адама и Еву. До своего грехопадения они стремятся быть приятными Господу, не ведают о совокуплении и не имеют представления о грехе. После того как жена вкусила плод с древа познания (мандрагоры) и дала один фрукт своему мужчине, она тотчас превратилась в бездомного скитальца и вместе с Адамом должна была в связи со случившимся покинуть рай. Так змей ниспроверг их и превратил в изгнанников, лишив убежища Господа. Вот что происходит с теми, кто идет против Бога. За все время, пока они находились в раю, Адам не познал Еву. В Священном Писании говорится: «Адам познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа» (Быт., 4: 1).

Когда же приходит Большой слон, то есть еврейский закон, не способный тем не менее восстановить порядок, то есть поднять упавшее дерево (восстановить разрушенное), все складывается так же, как когда рухнул рай вместе с тем, кто попал в среду воров. Равно как не способны двенадцать слонов, то есть группа пророка, поднять его, так и Лилит не способна поднять упомянутого выше человека. Все сказанное означает, что Господь наш Иисус Христос, хотя и является самым великим, стал самым незначительным из всех слонов. Подверг себя унижению, позволил казнить, чтобы затем воскреснуть.

Кроме того, маленький слон символизирует того самаритянина, который вовлек человека в его кошмары. Ведь он, раненный, принял на себя наши слабости (грехи) и забрал их у нас. Более того, этот небесный самаритянин воспринимается как Защитник, о котором Давид сказал: «Господь хранит верных» (Пс., 31: 24). Также в связи с его прахом: «Где есть Господь, не приключится тебе зло, и язва не приблизится к жилищу твоему» (Пс., 90: 10).

Верно, что разъяренные слоны крушат все вокруг себя, до чего могут дотянуться хоботом, а то, что падает, давят своими огромными ногами. Слоны не вступают в спор по поводу слоних, измена им неведома. Им свойственно подобие доброты, порой, когда они натыкаются на человека, блуждающего в пустыне, то стараются вывести его на знакомую ему тропу.

Если слоны собираются в стада, они тщательно и неторопливо пробивают себе дорогу хоботом, чтобы случайно не убить им других животных. Если слонов используют в сражениях, они, не обращая внимания на опасность, собирают раненых и истощенных в центре своего стада.

БОБР

Животное, считающееся воплощением кротости, из его яичек изготавливают мощное лекарство. Поэтому врачи утверждают: когда бобр видит преследующего его охотника, он отгрызает свои гениталии и бросает их перед преследователем, таким образом уходя от него. Более того, когда его начинает преследовать второй охотник, бобр поднимается и показывает ему свои члены. Тот видит, что у бобра нет яичек, и оставляет его в покое[20].

Вот почему всякий человек, склонный подчиниться Господу, прожить целомудренно, должен отречься от всех пороков, всяких проявлений похоти и прямо заявить об этом дьяволу. Увидев его решимость, он поймет, что ничего не сможет поделать с человеком, расстроится и отстанет. Так человек, истинно верующий в Господа и не пойманный дьяволом, скажет: «Я продолжу жить праведной жизнью и достигну искомого».

Бобра также именуют кастратом из-за его поступка.

КОЗЕРОГ

Вид парнокопытных животных из рода горных козлов, распространенный в Альпах. Назван козерогом, потому что имеет два больших рога. В древности и в Средние века ибекс был героем множества суеверий, из-за чего все его атрибуты — от крови и волос до экскрементов — использовались в медицине как лекарство от всевозможных болезней.

Существует много легенд об этих животных. Например, они обладают такой силой, что, спрыгивая с высокой горной вершины вниз, не повреждаются благодаря прочным рогам[21].

Дикий горный козел символизирует образованного человека, привыкшего смягчать бедствия, выпадающие на его долю, обращением к Библии. Они опираются в совершении своих добродетельных поступков на Ветхий Завет и чтение Евангелия.

ГИЕНА

Названа так потому, что поддерживает свою жизнедеятельность, обитая там, где хоронят умерших. Гиена пожирает их. По своей природе то мужского, то женского рода, в зависимости от обстоятельств, считается нечистым зверем[22].

Ввиду негнущегося позвоночника, состоящего из одной части, не способно поворачивать шею, только всем туловищем. Солиний рассказывает множество удивительных историй. Первая о том, что гиена часто посещает овчарни и обходит дома по ночам, внимательно изучает тембр голоса и потом способна сымитировать человеческий голос. Чтобы не стать добычей человека, пробужденного ею ночью, она копирует звуки его рыданий[23].

Собаки также обманываются, услышав ее рыдания. Если случайно собаки во время охоты видят ее тень, они теряют голос и не могут подать сигнал охотнику.

В греческой мифологии гиены сопровождают богиню Гекату, вырывают могилы, стремясь завладеть похороненными трупами.

Дети Израилевы, служащие живому богу, вначале сравнивались с этим животным. Впоследствии, отдавшись богатству и роскоши, они поклонялись идолам и погрязли в распутстве, отчего пророк сравнивал их с животным, заявляя: «Шакалы будут выть в чертогах их, и гиены — в увеселительных домах» (Ис., 13: 22).

Поскольку гиены ни мужского, ни женского пола, то люди, похожие на них, ни верующие, ни язычники, а те, о которых Соломон сказал: «Никто не может служить Господу и мамоне» (Матф., 6: 24).

У этого зверя есть камень в глазу, также называемый «гиеной», который, как полагают, позволяет человеку, если тот сохранит его под языком, предвидеть будущее. Верно, если гиена обойдет вокруг любого животного три раза, оно не сможет двигаться. Поэтому им приписывают магические свойства.

В некоторых регионах Эфиопии она совокупляется с львицей, от этого союза рождается чудовище, известное как кротот[24]. Оно также способно воспроизводить голоса людей. Говорят также, что гиена не способна поворачивать назад голову благодаря жесткости позвоночника, так что ничего не видит, пока не повернется. Она не имеет зубов, только зубные кости, закрывающиеся наподобие коробки, так что их ничто не способно затупить.

БИЗОН

Родом из Азии, где его именуют бонакон, то есть овцебык. Имеет голову быка, остальная часть тела похожа на кобылью. Рога закругляются вокруг, извиваются множественное количество раз, а если кто-либо ударится о них, то не повредится.

Рога не могут защитить чудовище спереди, но их ему вполне достаточно для обороны желудка, и, случись убегать, бизон испускает газы вместе с содержимым огромного кишечника, так что покрывает все на расстоянии в три акра. Если они упадут на дерево, оно воспламеняется. Так он отгоняет своих преследователей ядовитыми испражнениями.

ОБЕЗЬЯНА

Называют «похожими» на людей (лат. simia), ибо, по мнению многих, они очень напоминают людей. Они сообразительны, веселы во время новолуния. Когда приходит время половинной и полной луны, впадают в депрессию.

Такова природа обезьяны. Когда она рождает близнецов, то высоко чтит одного и с презрением относится к другому. Вот почему, когда ее преследует охотник, она сжимает в лапах того, кто ей нравится, помещая его перед собой. Второго располагает на спине, чтобы тот держался за шею. Устав бежать на передних ногах, она вынуждена бросить того, которого любит, нести того, кого ненавидит, волей-неволей.

У обезьян нет хвоста. Схожи с дьяволом, поскольку у него есть голова, но нет хвоста (caudex).

В целом обезьяны неуклюжи, их нижняя часть действительно непривлекательна и ужасна. Точно так же и у дьявола имелся прочный низ, когда он находился среди небесных ангелов, будучи лицемерным и коварным, он потерял хвост, собственный отличительный признак, в знак того, что в конце концов погибнет.

Апостол сказал по этому поводу: «Те, кого Господь истребит своим дыханием».

«Человекоподобная обезьяна» (simia) в переводе с греческого означает «с расплющенным носом». Так мы и зовем обезьян, поскольку у них курносые носы и отвратительное выражение лица с морщинами, похотливо раздувающимися во время криков. Полагают, отличительной чертой козлов также является курносый нос.

У мартышек есть хвосты[25]. Они единственные отличаются рассудительностью, среди тех, кто упоминался.

Многочисленны среди обезьян павианы[26]. Они часто встречаются в Эфиопии. Отличаются резкостью прыжков и свирепостью, особенно если кусаются. Не теряют своих свойств и после дрессировки.

Как обезьян рассматривают и сфинксов[27]. Они волосаты, беззащитны и покорны, готовы расстаться со своей свободой.

САТИРЫ

Лесные божества, демоны плодородия, жизнерадостные козлоногие существа[28], населявшие греческие острова. Сатир ленив и распутен, проводит время в пьянстве и охоте за нимфами.

Славились пристрастием к алкоголю и избыточной сексуальной активностью, составляли свиту Диониса, всегда веселящуюся и поющую. Легенда гласит, что именно сатиры спасли принцессу Крита Ариадну, которую афинский возлюбленный Тесей оставил спящей на берегу Наксоса, поскольку она была предназначена в жены Дионису.

Встречаются и другие сатиры, обладающие вполне приятной фигурой. Они двигаются, беспрерывно жестикулируя.

Каллитриксы[29] отличаются от остальных мифологических существ именно своим видом, имея бороду и длинный хвост. Их легко поймать, но трудно найти. Живут только в Эфиопии на открытом воздухе.

ОЛЕНЬ-САМЕЦ

Назван по своей привычке нюхать гадюку, имеющую или носящую рога, по аналогии с греческим «cerata»[30].

Враждебны змеям. Когда они чувствуют, что их одолевает немощь, убивают змей в норах своим дыханием, опасаясь яда, питаясь при этом их мясом.

Растение ясенец белый также служит в некотором роде медицинским снадобьем, защищает их, ибо, отведав его, олени способны сбросить с себя любые стрелы, которые в них попадают.

Олени восхищенно слушают музыку свирели[31]. Когда у них подняты уши, они все хорошо слышат, а когда опущены, не слышат вовсе.

Отметим и другие особенности животных. Когда они меняют пастбища ради других, то щиплют по дороге траву. Если же приходится пересекать широкие реки или моря, размещают свои головы на задней части впереди идущего. Поскольку все поступают подобным образом, то не испытывают проблем с весом. Однако, опуская туда же головы, поспешают с максимально возможной скоростью, опасаясь утонуть.

Обозначим и другую особенность: пообедав змеей, они сбрасывают шкуры и обновляются.

Все перечисленные свойства символически совпадают с теми, что присущи людям, преданным католической церкви. Ведь когда христиане оставляют свое пастбище, то есть этот мир, ради любви к пастбищу небесному, они поддерживают друг друга и своим примером и добродетельными поступками защищают авторитет менее совершенных.

Если же по каким-либо причинам впадают в грех, тотчас стараются преодолеть себя. Испытав искус дьявола в образе змеи после совершения греха, они также торопятся с исповедью к Господу нашему Иисусу Христу, неиссякаемому источнику истины. Получив от него наставления, они возрождаются духовно, освобождаясь от грехов.

Когда назначенный сезон побуждает оленя к половой охоте, самцы рода яростно схватываются с сильным противником, повинуясь своему желанию. Хотя самки могут забеременеть до этого, они не производят потомство до восхода звезды Арктур. Причем они не рожают на виду, а нежно прячут своих детенышей, затаскивая в заросли кустарника или пещеры. Там уговаривают их, топая ногами, чтобы те прятались. Когда же малыши окрепнут и смогут бегать, они учат их перемещаться, приучают перепрыгивать препятствия и преодолевать обширные пространства.

Услышав лай собак, олени становятся по ветру, чтобы их запах уносило от собак. Стоя неподвижно, они превращаются в мишень для стрелков.

Для лечения полезен один его левый рог. Считается, что с его помощью можно отпугивать ядовитых змей.

На их возраст указывают зубы. Когда их находят, оказывается, что у них несколько зубов или нет вовсе. Чтобы определить их срок жизни, Александр Великий однажды окольцевал огромное количество оленей, когда же их вновь поймали, спустя сотни лет, они вовсе не проявляли никаких признаков старения.

Молодых оленей называют иннули от innuere (кивать, делать знак), потому что прячутся, как только мать подает им знак. Сычуг олененка, убитого в чреве матери, действительно является противоядием.

Известно, что олени никогда не испытывают беспокойства, поэтому мази, изготовленные из их костного мозга, способны лечить лихорадку у больных людей. Нам доводилось читать о том, как множество людей, привыкших есть оленину с раннего возраста, становились бессмертными, нечувствительными к лихорадке. Правда, в итоге они погибали от одной-единственной раны[32].

КОЗЕЛ ГОРНЫЙ

Представляет собой животное, названное так за стремление укрыться среди горных утесов (aspera captet).

Другие называют его caper из-за шума, производимого копытами (crepita)[33]. Последние представляют собой диких козлов, которых греки обычно называли «доркас»[34], поскольку они обладали весьма острым зрением. Паслись на альпийских лугах и издалека распознавали приближающихся людей, отличая путников от охотников.

Так Господь наш Иисус Христос располагался на высоких горах, где обращался к пророкам и апостолам. В Песни песней говорится: «Друг мой подобен серне или молодому козлу, вот он идет, скачет по горам, прыгает по холмам» (Песн., 2: 8).

Наш Господь пасет людей в Церкви, как вы знаете, добродетельные поступки христиан служат пищей для него, ибо он говорит: «побеждай зло добром», «если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напои его» (Рим., 12: 20).

В долинах гор осуществляются намерения Церкви. В Песни песней читаем: «Возлюбленный мой, будь подобен серне или молодому оленю» (Песн., 8: 14).

Поскольку козлы обладают острым зрением, способны далеко видеть и распознавать людей, они символизируют своими действиями Господа нашего, Господа Всемогущего, знающего обо всех. Из другого отрывка Писания следует: «Верховный бог смотрит на простых людей и высокомерно глядит с алтарей, он, кто создал все вещи и основал правила и епархии, изучает, стремясь постигнуть абсолютно все, что делается в наших сердцах. Тогда станем говорить, что Святой Козел действительно способен распознать праведника от неправедника (путника, то есть ищущего от прохожего, охотника), когда тот приближается к алтарю».

Точно так же Христос распознает пороки предавших его, заявляя: «Истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня» (Ин., 13: 21).

ДИКИЙ КОЗЕЛ

Обладает следующими особенностями: в поисках пастбищ взбирается все выше и выше, выбирая хорошую траву, отличая ее от плохой. Благодаря остроте своего зрения он жует именно эти травы. Когда его ранят, ищет растение ясенец белый[35], которым излечивается.

Так и добродетельные проповедники, питающиеся Законом Господа и добродетельными поступками, получая удовольствие от «пастбища», перемещаются от одной добродетели к другой. Они отличают добродетельные мысли от порочных, иначе говоря, последовательно исследуют добродетель и предаются памятным размышлениям.

Если их ранит грех, они отправляются к Иисусу Христу на исповедь и исцеляются травой (догмой). Таким образом, Иисуса можно считать самым милосердным, настолько близок он к «траве благости»[36]. Так же и ясенец белоголовый излечивает рану после того, как из нее вынимают клинок, и Христос отпускает грехи и изгоняет дьявола с помощью исповеди.

ЕДИНОРОГ-2

Представляет собой чудовище[37], испускающее ужасный крик, с телом лошади, ногами слона и хвостом оленя-самца[38]. В ранних традициях единорог изображался также с телом быка, козла, слоновьими ногами и кабаньим хвостом, что послужило поводом для предположения, будто прообразом единорога был носорог.

Из середины лба выступает рог, удивительно роскошный на фоне четырех ног. Он настолько острый, что, ударив им, животное легко пробивает все, что угодно. Никогда не дается живым в руки людей, хотя и смертен, поймать его также нелегко.

(Поскольку единорог — животное с одним рогом на голове, естественно, возникла дискуссия по поводу того, сколь же редкое это животное. Нет оснований считать его мифологическим. На самом деле существует огромное количество зверей с одним рогом: пчелы, называемые по аналогии с носорогом, рыбы, похожие на касатку или нарвала, четвероногие животные наподобие африканского носорога, хохлатые рептилии, даже птицы с твердым наростом на ноздрях.

Браун и даже Александр Росс сходятся в одном: средневековые авторы не имели в виду настоящего носорога. Проясним причину, по которой в бестиарии описаны два носорога. Дело в том, что Элий верил в существование двух видов: один — с прочными копытами, величиной с обезьяну, отождествляемый с «индийским ослом», другой — существо с расщепленными копытами, отождествляемое с антилопой бейза или сернобыком.

Статья Альдрованда о единороге — весьма сложное и многоплановое описание объемом почти семьдесят страниц, поэтому те, кто заинтересовался данной проблемой, вполне могут обратиться к его труду, здесь нет возможности останавливаться на этом.

Кратко же скажем следующее: само представление о единороге, возможно, возникло на основе рассказов путешественников о носороге, отметивших, что рог животного необычайно ценился в Азии как афродизиак. Истории о редкостном роге порождены и находками рогов нарвалов, добытых в северных морях.

Самые известные образцы периода Средневековья находятся в Париже, Венеции, Антверпене и в Англии, существуют и те, что принадлежат польскому королю и герцогу Мантуи. Наряду с теми, которые сэр Томас Браун называл «спиралевидными и изогнутыми», они представляют собой рога нарвала.

Покупка рога целиком была под силу только очень богатым собирателям. Так, Елизавета I Английская приобрела его за 10 тысяч фунтов. К 1600 году в Европе насчитывалось по крайней мере двенадцать таких экземпляров. К. Бэр писал, что московский царский скипетр, захваченный поляками в Смутное время и изготовленный «из цельной кости единорога, осыпанной яхонтами, затмевал все драгоценное в мире». Маскевич в 1614 году сообщал, что полякам за службу выдали в Москве две или три кости единорога. Адам Жолкевский удивился, увидев громадные рога в Москве, и заметил, что цельного он никогда не видывал, а московский рог купцы оценивали в 200 тысяч венгерских золотых.

Верили, что порошок из него защищает от ядов, особенно от мышьяка, и вообще обладает лечебными свойствами. Отметим мнение, хотя и спорное, сэра Томаса: «С какой же серьезностью человек полагается на это лекарство, завладевающее умами глупцов, наученных кем-то, и предается этой „мудрости“ (хотя и учится на собственных ошибках)».

Животное с одним рогом и существует, и не существует. «Только когда Гувер в начале XIX века придал факту статус реально существующего в природе, потому что рог делится, оказалось, что животное с расщепленным копытом не может иметь рог, растущий из середины лба, таким образом, наука ополчилась против единорога» (из книги Петера Лума «Чудесные звери» (1952)).

Тот же самый автор упоминает «о чудесном опыте, недавно осуществленном в Америке доктором Давом и описанным Уильямом Леем в книге „Двоякодышащая рыба, дронт и единорог“. Во время эксперимента молодому теленку пересадили в центр лба два отростка, где они срослись в один прямой рог. Интересно, что бык стал более сильным, чем обычные двурогие быки, и стал возглавлять стадо. В то же время, уверенный в своей силе, он оказывался необычайно кротким и мягким, точно демонстрируя огромную силу и деликатную природу мифологического единорога».)

МЕДВЕДЬ

Его латинское название связывают со словом orsus (начало), полагают, что приобрел свое имя потому, что метит кровью, вытекающей изо рта (ore), свою территорию.

Верят, что эти существа производят бесформенный плод, нечто похожее на кусок плоти, который медведица приводит в надлежащее состояние с ногами и лапами, вылизывая его. Мнение основывается на преждевременном рождении. Словом, она рождает детенышей на тридцатый день, и поспешные роды приводят к появлению неоформившегося создания.

Голова медведя — слабое звено, основная сила заключена в лапах и пояснице, вот почему часто их видят в вертикальном положении.

Необходимо отметить и их умение самоисцеляться. Если медведь получает серьезное увечье, страдает от ран, он знает, как излечить себя, поглаживая болячки травой, называемой фломус (так ее именуют греки)[39]. Так что могут выздороветь от простого прикосновения.

Больной медведь ест муравьев.

Нумидийский медведь отличается от остальных толщиной своей волосатой шкуры, порождает схожее по своим особенностям потомство.

Не занимаются любовью, как другие четвероногие, соединяясь в общем объятии, совокупляясь, как и люди. Зимний сезон способствует их жажде к совокуплению. Мужские особи с уважением относятся к стремлению беременных самок иметь отдельное жилище. Хотя они погружаются в спячку в одной и той же берлоге, они готовят себе отдельные пространства.

Период беременности короток, на тридцатый день матка высвобождается. В результате появляется бесформенный плод, крошечная мякоть без глаз[40]. Детенышей лелеют у груди, привнося животный дух, согревая любовным выращиванием.

Первые четырнадцать дней бодрствующая медведица настолько затормаживается, что ее никак нельзя пробудить, даже если кто-то ранит. В убежище медвежата прячутся в течение трех месяцев после родов. После того как выходят на дневной свет, они страдают оттого с непривычки и практически слепнут.

Медведи ищут ульи диких пчел, испытывая особое влечение к медовым сотам. Ничто не хватают с такой жадностью, как мед.

Поглощая плоды мандрагоры, они умирают, если только поспешно не убегают, опасаясь, что яд окажется достаточно сильным и уничтожит их. Чтобы выздороветь, едят муравьев.

Медведи нападают на быков, зная, где нужно ударить, чтобы свалить их, стремясь не попасть ни в рога, ни в ноздри, ведь те стремятся ударить в самые нежные части.

ЛЕВКРОТА

Животное[41], напоминающее лошадь, с небольшими, торчащими кверху ушами.

Родом из Индии, самое быстрое из всех, кто там живет. Величиной с осла, задняя часть как у оленя, грудь и шкура — львиные, голова — лошадиная. Имеет также раздвоенные копыта, пасть, доходящая до ушей. Вместо зубов сплошная костяная пластина, необходимая только для того, чтобы поддержать форму, ведь когда левкрота говорит, ее голос близок к человеческому.

Это описание восходит к тексту Плиния: «Левкрокотта — животное, обладающее необычайной скоростью; размером с дикого осла, с ногами оленя, шеей, хвостом и грудью как у льва, головой барсука, раздвоенным копытом, пасть достигает ушей, а вместо зубов одна сплошная кость. Говорят, это животное может подражать человеческому голосу». (Плиний. Естественная история, 61).

В ранних иллюстрациях кисточка хвоста у левкроты напоминает трезубец. Обычно она изображается с гривой: в иллюстрации Ленинградского бестиария это львиная грива, в Абердинском и бестиарии Кембриджской университетской библиотеки — конская.

К тексту Плиния восходит и описание корокотты, которая подражает голосу человека и скота. Она имеет костяной гребень в каждой челюсти, которые служат зубами, у нее нет десен, а чтобы гребни не притуплялись от контакта друг с другом, челюсти закрываются наподобие ящика (лат. capsa — футляр, ящик, часто употребляется как название ящика для рукописных свитков, фруктов. Видимо, имеется в виду, что челюсти заходят друг за друга, закрываясь. — Пер.) (Плиний. Естественная история, 112).

КРОКОДИЛ-1

Назван так из-за своей окраски, напоминающей цвет шафрана (крокуса). Размножается в реке Нил. Внешне представляет собой животное на четырех ногах, земноводное, обычно около тридцати футов длиной, вооруженное ужасными зубами и когтями. Его шкура настолько жесткая, что никакой удар не может причинить ей вред, даже тяжелые камни отскакивают от спины. Ночью лежит в воде, днем на земле.

Откладывает яйца в землю. Их сторожат по очереди особи мужского и женского пола.

Некоторые рыбы, имеющие похожий на пилу спинной плавник, способны их уничтожить, разрезав нежную кожу на животе.

Единственное животное, которое двигает верхней челюстью, в то время как нижняя остается совершенно неподвижной[42].

Экскременты крокодила служат основой мази, которой пожилые морщинистые проститутки смазывают свои тела и тем самым остаются красивыми, пока струящийся пот не сводит на нет все их попытки[43].

Лицемерные, развратные и алчные люди имеют аналогичную этим животным природу. Любой, кем завладевает порок гордыни, пачкает себя, развращаясь роскошью, или становится одержимым алчностью, даже если впадает в них по закону, притворяясь в глазах других людей честным и истинно святым. Осознавая порочность своих поступков, бьют себя в грудь, тем не менее на свет выходит то, что им хотелось бы скрыть.

Крокодилы лицемерны и с наслаждением живут ночью, становясь, как полагают, враждебными и агрессивными днем.

Чудовище движет верхней челюстью, так же как и те люди, которые придерживаются превосходных образцов Отцов Церкви, изобильно в своих речах вынося правила поведения. В низменных же своих проявлениях эти люди практически ничем не примечательны.

Из противного навоза, возможно, производится мазь, которая неискушенными людьми воспринимается прекрасной.

МАНТИКОРА

Родина — Индия. Чудовище с телом красного льва, налитыми кровью глазами, головой человека и хвостом с шипами, яд которых убивает мгновенно. Обладает тройным рядом зубов, чередующихся между собой, и пронзительным голосом, очень мелодичным, напоминающим звуки флейты.

Всегда алчно стремится завладеть плотью людей. Обладает могучими ногами, так мощно прыгает, что даже самые длинные расстояния для нее не препятствие[44].

ПАРАНДРУС

Крупное копытное животное, способное менять свой цвет и внешний вид. Благодаря этой способности оно может полностью сливаться с окружающим пейзажем, становясь совершенно невидимым для врагов. Согласно бестиариям, парандрус обитает в Эфиопии.

Внешне напоминает быка с крупными рогами, разветвленными наподобие расчески или елочки. Его тело покрыто бурой шерстью, напоминающей медвежью, но значительно более густой. Короткие мощные ноги парандруса снабжены раздвоенными копытами.

Люди говорят, что, когда его напугают, парандус бежит, а прячась, приобретает очертания того, кем захочет быть, например становится белым, если оказывается у камня, или зеленым около куста[45].

ВУЛЬПИС

Мифологическое животное, напоминающее лису. Получило свое название из-за того, что всегда перемещается извилисто, кругами, цепочки его следов запутаны, как моток шерсти (volupis).

Вульпис отличается изворотливостью и склонен к обману. Когда он голоден и не имеет пищи, он вымазывается в красной глине и выглядит так, будто запачкан кровью. Распростершись на земле, он удерживает дыхание и выглядит бездыханным. Птицы принимают его за падаль (ибо он покрыт кровью, лежит с высунутым языком и не дышит) и спускаются, чтобы сесть на него. Тогда он хватает их и пожирает[46].

Такая же природа у дьявола.

Он подбирается ко всему живому, подчиняясь природным инстинктам, делает вид, что умер, пока не получает их и не наказывает. Однако для искренне верующих и набожных он на самом деле мертв и потому безопасен.

О том, насколько опасно поддаваться проискам дьявола, в свое время сказал апостол: «Знайте, ежели вы станете жить, подчиняясь плотскому влечению, умрете, но если вы усмирите лисью похоть в соответствии с духовными стремлениями, то продолжите жить». Отметим и то, что говорит Господь: «Они отправятся в нижние части земли, отдадутся власти меча, станут добычей для лисиц».

ЙЕЙЛ

Животное ростом с лошадь, с хвостом слона, черного цвета, челюстью как у хряка. Обладает необычайно длинными рогами, которые могут поворачиваться по мере необходимости, например при нападении и обороне. Нападая, йейл направляет один из них вперед, другой — назад. Так что, если повреждает один во время удара, заменяет его вторым, таким же острым[47].

ВОЛК

Слово «лупус» (lupus, волчанка) пришло в латинский язык из греческого — λύκος, где оно произносится «ликус» (ликос) благодаря тому, что волки из-за своей прожорливости убивают всех, кто им попадается. Другие утверждают, что название «лупус» трактуется как «львиные лапы», поскольку, подобно львам, волк силен лапами. Те, на кого они набрасываются, умирают.

(Однажды жил волк, который прослышал, что монахи мало работают, легко живут и всегда на обед едят барашка. И решил стать монахом. Ему сказали, что вначале надлежит пройти обучение в монастырской школе. Он так и поступил, попал к учителю, стал постигать азбуку. У мастера была розга, у волка — указка, с помощью которой ему приходилось различать буквы. Они прошли «А», затем «Б». Учение продвигалось тяжело. Дошли до третьей буквы. «Что это значит?» — спросил мастер. Бедный волк, думая, что, возможно, они подошли к концу, воскликнул восторженно: «Ягненок!» Его тотчас выгнали, так волк и не выучился грамоте (старинная бретонская легенда).

Приводим лэ (поэтическое произведение лирико-эпического характера. — Ред.) Марии Французской «Об оборотне».

Давным-давно в Бретани жил почтенный барон, к которому король этой земли относился с большой любовью. Он был очень счастлив, зная, что его уважают равные ему и любит прекрасная жена.

У его супруги был единственный повод для печали — каждую неделю ее муж загадочным образом пропадал на три дня. Ни она, ни прислуга не знали, куда он исчезал. Эти отлучки не выходили у нее из головы, и вот однажды она решила спросить об этом супруга.

— Муж мой, — жалобно произнесла она в один прекрасный день, сразу после того, как он в очередной раз вернулся, — хочу спросить тебя кое о чем, но, боюсь, мой вопрос рассердит тебя, поэтому никак не могу собраться с силами и задать его.

Барон обнял ее и, нежно поцеловав, заявил, что, какой бы вопрос она ни задала, он не рассердится.

— Тогда слушай. Я хочу, чтобы ты полностью доверял мне и рассказал, где проводишь те дни, когда тебя нет дома. Я боюсь этих отлучек и тайн, которые окружают их, нет мне ни отдыха, ни покоя. Иногда я кажусь самой себе безумной и боюсь умереть из-за волнения. О муж мой, расскажи, куда ты ходишь и почему так долго не возвращаешься?

В сильнейшем волнении супруг оттолкнул жену, не осмеливаясь посмотреть в ее обеспокоенные и умоляющие глаза.

— Ради бога, не спрашивай меня об этом! — взмолился он. — Если ты узнаешь все, будет только хуже. Ведь, раскрыв мою тайну, ты перестанешь любить меня, а мне придется предаваться вечному отчаянию.

— Ты шутишь надо мной, муж мой. Но это очень жестокая шутка. Уверяю тебя, я сама серьезность. Покой не воцарится в моей душе, пока я не узнаю правду.

Все еще крайне возмущенный, барон был неумолим. Он не мог рассказать ей, и она должна удовольствоваться этим. Дама, однако, продолжала умолять, иногда с нежностью, но чаще в слезах и с укорами, пока, наконец, барон, веривший в ее любовь, не решился раскрыть свой секрет.

— Я должен покидать тебя, потому что иногда становлюсь бисклавре, — ответил он (словом «бисклавре» бретонцы обозначали оборотней). — Я прячусь в лесной чаще, питаюсь мясом диких животных и кореньями, хожу голый, как и другие лесные твари.

Когда дама пришла в себя и осознала весь ужас ситуации, она собралась с силами, повернулась к мужу, решив любой ценой узнать все обстоятельства, связанные с этим ужасным превращением.

— Ты же знаешь, я люблю тебя больше всего на свете, муж мой, — начала она. — За всю нашу совместную жизнь я не сделала ничего, что лишило бы меня твоего доверия и любви. Поэтому умоляю, открой мне все, скажи, где ты прячешь свою одежду перед тем, как стать оборотнем?

— Я не сделаю этого, дорогая жена, — возразил он. — Ибо, если потеряю свое одеяние или кто-то увидит, как я раздеваюсь, мне придется на всю жизнь остаться оборотнем. Я не смогу вернуть себе человеческий облик до тех пор, пока мне не вернут одежду.

— Значит, ты больше не доверяешь мне, не любишь меня? — вскричала она. — Жаль, жаль, что я лишилась твоего доверия! Не знала, что доживу до такого!

Она снова принялась плакать, на этот раз еще более жалостливо, чем прежде. Растроганный этим, барон решил любой ценой успокоить ее и открыл страшную тайну, так долго скрываемую.

Однако в этот момент супруга решила любым доступным путем избавиться от своего странного мужа, которого теперь безумно боялась. Через некоторое время она вспомнила об одном рыцаре, жившем в этой стране, он долго добивался ее любви, но был отвергнут. Она обратилась к нему, и он с радостью согласился ей помочь. Она показала ему, где ее муж прячет одежду, и попросила в следующий раз, когда тот уйдет в оборотни, украсть ее. Вскоре это время пришло. Как обычно, барон исчез, но на этот раз так и не вернулся домой. На протяжении нескольких дней друзья, соседи и слуги старательно искали его, но не обнаружили даже следов. Через год они прекратили поиски, и жена барона вышла замуж за рыцаря.

Несколько месяцев спустя король охотился в лесу, расположенном рядом с замком пропавшего барона. Собаки вышли на след волка и стали его преследовать. Погоня продолжалась много часов, и, когда они уже почти загнали его, бисклавре (а это был именно он) посмотрел на короля, скакавшего по его следу, с таким отчаянием, что монарший охотник преисполнился к нему жалости. К превеликому удивлению короля, оборотень сложил лапы, моля о пощаде, и стал шевелить своими мощными челюстями, будто пытаясь что-то сказать.

— Оттащите собак, — приказал король слугам. — Этого зверя мы живьем возьмем с собой во дворец.

Таким образом, они вернулись ко двору, где оборотень превратился в объект всеобщего удивления. Он был настолько игрив и нежен, что вскоре стал любимцем. По ночам он спал в комнате короля, днем ходил за ним, как верный пес. Король очень к нему привязался и ни на минуту не отпускал от себя лохматого любимца.

Однажды он собрал верховный совет, на который пригласил всех своих вассалов и баронов, а также правителей его обширных владений. С ними прибыл и рыцарь, женившийся на супруге бисклавре. Как только оборотень увидел своего врага, он бросился на него со злобой, удивившей присутствующих, привыкших, что обычно тот очень ласков и послушен. Нападение было таким жестоким, рыцарь мог погибнуть, если бы не своевременное вмешательство короля, спасшего его. Позднее та, которая некогда была супругой бисклавре, пришла в королевский охотничий домик, чтобы преподнести монарху богатый дар. Когда оборотень увидел ее, в нем проснулась животная злоба, и, несмотря на все попытки удержать его, он сумел сильно повредить ей лицо. Если бы не один мудрый советник, этот поступок стоил бы бисклавре жизни. Проницательный человек, знавший, что волк обычно бывает очень послушным, решил — эти люди причинили ему какое-то зло.

— Должна быть какая-то причина, по которой этот зверь так смертельно ненавидит их, — сказал он. — Прикажите, чтобы сюда привели ту женщину и ее мужа. Давайте прямо спросим их об этом. Некогда она была супругой дорогого вашему сердцу человека, а в Бретани и прежде происходило множество странных вещей.

Король прислушался к совету мудреца, потому что любил оборотня и не хотел, чтобы его убили. Под угрозой допроса жена бисклавре призналась в вероломстве, добавив, что сердцем чувствует: любимое животное короля не кто иной, как ее бывший муж.

Как только король услышал это, он потребовал, чтобы рыцарь-предатель вернул одежду оборотня. После этого монарх разложил вещи перед волком. Но животное вело себя так, будто не видело одежду.

Тогда мудрый советник снова пришел ему на помощь:

— Вы должны отвести зверя в свою тайную комнату, сир. Ведь его превращение в человека сопряжено со стыдом и мучениями, поэтому он боится делать это на глазах у всех.

Король незамедлительно последовал этому совету, и, когда через какое-то время он в сопровождении двух приближенных снова вошел в тайную комнату, увидел, что волка больше нет, а в его постели спит барон, которого он так любил.

Король с огромной радостью и любовью разбудил своего друга, и, когда тот пришел в себя, рассказал монарху о своих приключениях. Услышав его историю, король не только вернул ему все, что у него забрали, но и сделал барону множество великолепных подарков. Оборотень стал еще более богатым и важным, чем прежде. Все еще гневаясь на предательницу жену и ее любовника, он прогнал их из своих владений.)

В древности считалось, что волчицы ненасытны в любви, поэтому в Древнем Риме «волчицами» (лат. lupae) называли проституток, а публичные дома, соответственно, именовались «лупанариями». Более того, волк — животное алчное и кровожадное, с сильными лапами и грудью, более слабой спиной. Волк не способен поворачивать назад шею. Полагают, он всегда ищет добычу и может ловить ее не только на земле, но даже в воздухе.

Волчица рожает волчат в мае, причем во время грозы. Настолько хитра, что не добывает пищу для своих детенышей около дома, уходя далеко от норы. Когда же нужно ночью поймать добычу, отправляется, как домашняя собака, к загону, тихо подкрадывается, если ее замечает сторожевая собака или просыпаются пастухи, она идет против ветра. Если же веточка или что-то иное производят шум, когда волчица наступает на них, она наказывает сама себя, откусывая собственную конечность.

По ночам глаза волка сияют, как лампы, его природа такова: завидев человека, он сразу же нападает, чтобы противник не успел подать голос[48]. Однако, чувствуя, что его заметили раньше, теряет свирепость и не может убежать.

Солин, много писавший о природе вещей, указывает, что на спине волка есть небольшой клочок шерсти, пахнущей афродизиаком, которую он отрывает зубами из опасения, что его поймают. Именно из-за этой чувственной шерсти люди пытаются его поймать, она хранит силу, пока жив зверь[49].

На волка похож дьявол, который пристально высматривает людей дурным глазом, бродя с темными намерениями среди верующих, стремясь воздействовать и разрушить их души.

Волк, кому суждено родиться при первых раскатах майской грозы, символизирует низвержение Сатаны с небес при первом проявлении гордыни. Более того, это существо удерживает свою силу в передних, а не в задних лапах, а значит, Сатана сначала стал первым среди ангелов света отступником, исключительно благодаря злобным намерениям.

Сияние глаз ночью символизирует деяния дьявола, которые кажутся красивыми и полезными только темным и глупым существам.

Произведя на свет детенышей, волчица уводит добычу далеко. Так и дьявол поощряет ложным благословением тех, в ком уверен, кто близок ему, зная, что в любом случае они обречены на мучения в глубинах ада. Он неустанно преследует таких людей, уводя их как можно дальше от всякой праведной деятельности.

В этом смысле поучительна история Иова — праведника, когда дьявол отстал и от него, и от его сыновей и дочерей, чтобы его сердце вернулось к Господу.

То, что волк не может поворачивать шею назад, а разворачивается всем корпусом, символизирует дьявола, который никогда не изменится и не покается.

Что должен делать человек, у которого волк отнял силу кричать, и не хватает силы убежать, соответственно, получить помощь людей, которые находятся далеко? Остается сбросить одежды, вскочить на ноги и, подобрав два камня, ударять ими друг о друга[50]. Увидев это, волк растеряет свою решительность и бросится бежать. Так, благодаря собственной изобретательности, человек спасется, освободится и станет тем, кем был вначале.

Это наставление следует понимать в духовном смысле, аллегорически. Под волком мы разумеем дьявола, человек означает грех, а камни олицетворяют апостолов, святых или самого Господа нашего? Ведь все пророки именуются адамантами (алмазами). И сам Иисус Христос в Библии именуется камнем: «Он… камень, который отвергли строители, но который сделался главою угла, камень преткновения и соблазна» (1 Петр., 2: 7). Как говорит о нем пророк: «Я видел его стоящим на алмазной горе».

До освобождения мы находимся под властью врага, не утратив кричащий голос. Отягощенные грехами, мы не глухи и можем воззвать о помощи к святым. После того как всемилостивый Господь явит себя нам в образе своего Сына, мы смываем совершенные грехи в крещении, иначе говоря, сбрасываем греховные одежды, рождая нового человека, живущего по заветам Господа.

Собирая в руки камни, которыми ударяем, мы повторяем путь праведников, которые уже обрели Царство Небесное вместе с Иисусом Христом Господом нашим, увещевая врага нашими устами. Мы делаем это, чтобы воздействовать на слух Судьи и получить отпущение грехов, иначе всех нас поглотит геенна огненная.

Волки могут совокупляться только двенадцать дней в году. Они способны подолгу голодать, а после вынужденного поста наедаться.

В Эфиопии[51] существует разновидность волка с гривой на шее, он разноцветный, и кажется, что присутствует вся палитра оттенков. Говорят, эфиопские волки способны летать, как и птицы, хотя бегом покрывают большее пространство, чем во время полета. Никогда не нападают на людей. Покрываются шерстью в зимнее время, голые летом. Эфиопы зовут их деас[52].

СОБАКА

Латинское слово canis, вероятно, греческого происхождения. Греки называли данное животное canos. Однако следует признать, что некоторые приводят значение сапог (мелодия), поскольку собака охотно воет, и даже считают, что она поет (canere), а также лает.

Собака отличается великолепным обонянием и слывет самым проницательным животным. Известна своей преданностью хозяину, нашедшей отражение в поговорке «верен как собака».

Поскольку человек давно одомашнил собаку, пород собак существует множество. Некоторые выслеживают и выгоняют из леса дичь. Охотно устремляются на охоту вместе с хозяином и даже охраняют его, если тот умирает. Другие стерегут стада овец от волков и не дают им разбегаться. Домашние собаки охраняют усадьбы своих хозяев, не подпускают чужих и, если ночью воры пытаются ограбить дом, стоят за своих хозяев до смерти. Иначе говоря, собаки не способны прожить без людей, это часть их естества.

Собаки настолько обожают хозяев, что, согласно легенде, когда враги захватили и продали в рабство короля Гараманта[53], двести его охотничьих псов собрались вместе и освободили его из заключения, преодолев скопление врагов и сражаясь с теми, кто оказывал сопротивление.

Когда Ясона убили в стычке, его собака отказалась от еды и умерла от голода.

Гончая короля Лисимаха бросилась в пламя погребального костра и сгорела вместе с ним.

В правление консулов Аппия и Юния Пиктина, по сообщению Тита Ливия, собаку невозможно было отогнать, она сопровождала своего хозяина, отправленного в тюрьму, а затем и на плаху и выла после того, как того казнили. Когда же римляне из жалости предложили ей еду, она принесла ее ко рту умершего. Наконец, когда труп бросили в Тибр, она попыталась удержать его на поверхности, плывя позади него.

Когда собака нападает на след зайца или оленя и доходит до петли или перекрещивания, если следы расходятся, она пытается найти начало каждого отличающегося друг от друга следа. Двигаясь по запаху зверя, распутывает его уловки, будто разгадывает загадку. «Или он пошел этим путем, — как бы говорит она себе, — или тем, или на самом деле повернулся, извернувшись, в другом направлении. Возможно, он не пошел ни по одной из дорог, очевидно, направился по третьей!» Так, избегая ошибки, собака находит истину[54].

Собаки, кроме того, часто являются немыми свидетелями и умными обвинителями преступников при доказательстве их злодеяний[55].

Рассказывают, что однажды в Антиохии, в отдаленной части города, в сумерки был убит человек, имевший образцовую собаку. Это сделал слуга умершего с целью грабежа. Укрывшись в надвигающейся темноте, он смог убраться восвояси. Тело осталось непогребенным. В плотной толпе зевак стояла и собака. Она оплакивала своего хозяина жалобным воем. Случилось так, что убийца, такова уж суть человеческого коварства, простодушно присоединился к остальным и притворился, будто оплакивает умершего, дабы подтвердить свою невиновность в разгар суматохи. В этот момент собака прекратила выть, повернулась и схватила его за одежду, а затем и за ногу. Издав протяжный вой, побудила всех присутствующих обратить на него внимание. Таким образом, это основное доказательство того, что собака выделила одного человека среди многих, не позволив ему уйти. Негодяй испугался, поскольку не знал, как ему опровергнуть столь очевидное свидетельство, даже не стал отрицать, что ненавидел убитого, завидовал ему. Когда его схватили и подвергли пытке, он почти сразу признал свою вину.

Облизывая рану, собака своим языком исцеляет ее[56]. Поэтому рыцари-крестоносцы заставляли щенков вылизывать раны, например в брюшной полости.

Природа собаки такова, что она возвращается к собственной рвоте и снова ее пожирает.

Рассказывают, однажды собака собралась переплыть реку с куском мяса в пасти. Подойдя к воде, увидела свое отражение и решила подобрать еще один кусок мяса, но уронила и тот, что имела.

В некотором роде священники подобны сторожевым псам[57]. Всегда отводят уловки противоправного дьявола, мешая ему заполучить главное сокровище — человеческие души, то есть души христиан.

Языком собака излечивает рану. Так и на исповеди через покаяние, накладываемое священником, излечиваются духовные раны грешников. Также язык щенка врачует внутреннюю сущность людей, потому что секреты сердца часто очищаются работой и молением просвещенных.

Полагают, собака весьма умеренна в своем рационе, как и человек, который начеку, превосходит других в мудрости и знаниях и должен остерегаться любой пресыщенности, ведь Содом в свое время пал от излишества. Действительно, никаким иным образом враг не завладеет человеком столь быстро, как через прожорливую глотку.

Тот факт, что собака возвращается к своей рвоте, символизирует человеческие существа после полной исповеди, снова необдуманно возвращающиеся к преступлениям, которые совершили.

Собака оставляет правильную еду на берегу из жадности и прячет, это указывает на тех глупых людей, которые часто оставляют то, что относится к закону, просто стремясь к неведомому. Следовательно, они не способны достичь того, чего страстно желают, чем они владели прежде, и теряют его. Как в пословице: «Что имеем, не храним, потеряем, плачем».

ВОЛЧЬЯ ГОНЧАЯ

Некоторых собак называют licisci, поскольку они рождаются от случайной связи волка и собаки (licuscanis)[58].

В таком союзе суки способны подпускать к себе самых жестоких зверей, которые бродят ночами в лесах. Они сходятся с ними и в результате этого скрещивания порождают еще более жестокую разновидность собак, очень сильных и способных выстоять в схватке со львами.

НАСТАВЛЕНИЕ ГРЕШНИКАМ[59]

Глосса[60] составителя бестиария.

Для восхваления Создателя грешнику весьма полезно и необходимо руководствоваться тремя духовными наставниками. Собранные вместе эти светочи вместе с тремя духовными путеводителями и духовными дарами даруют примирение с Создателем. Все вышеперечисленные путеводители и правители вместе с духовными дарами суть следующие.

Первый представляет собой чистосердечное покаяние, второй — Исповедание истинной веры, третий — истинное покаяние. Их правители — любовь к Господу, истинные намерения и добродетельные поступки. Под духовными дарами понимаются очищение тела и души, целомудренная речь и упорство в добродетельной деятельности.

Все эти правители и стражи вместе с духовными дарами появляются перед Троицей в следующем виде.

Богу Отцу приносится чистосердечное покаяние вместе с любовью к Господу, представляя чистоту телесную и духовную. Сыну приносится исповедание истинной веры вместе с истинными намерениями, представленными целомудренной речью. Святому Духу приносится покаяние во всех грехах.

Как для исцеления больного тела необходимы лекарства, так и грешной душе необходимо лекарство для излечения ее духовной порочности. Лекарства духовные включают четыре составляющих, исповеди во всех грехах, чистосердечного покаяния и добродетельных поступков. Они излечивают наши немощи духовные. Очистившись ими, душа тотчас исцелится от всех своих недомоганий.

Однако, если исцеленная душа без должного укрепления сподобится присутствовать на небесном собрании, представ перед своим Создателем, ее могут отринуть.

Следовательно, тому, кто возьмет на себя обязанность перенести исцеленную душу обратно к Господу, необходимо укрепить ее подобающим образом, чтобы представить ее достойным похвалы образом перед небесными ангелами.

Поистине первое покрытие, в которое надлежит облачить душу, — Чистота. Ведь никому — ни сегодня, ни в будущем — нельзя предстать на небесном собрании нечистым. Среди других покрытий набожность, благотворительность и другие добродетели, которыми и следует прикрыться.

Тогда вместе с подобными одеяниями и тремя опорами, то есть чистотой мысли, целомудренным словом и благими делами душа может благополучно войти в Царство Небесное, где будет вознаграждена вечным блаженством, которым наслаждаются ангелы.

Чтобы достичь этого, Бог назначил человеку трех советников — набожность, мудрость и смирение. Если следовать им, Небесное Царство не отринет, в противном же случае можно упустить свое наследство.

АДАМ[61] назвал каждого тем или иным образом, путем проб и ошибок, руководствуясь сутью природы животных (Быт., 2: 20) ни на латинском, греческом или каком-либо другом варварском наречии, а на языке, который был в обиходе перед потопом, то есть еврейском — первом из языков[62].

На латыни животные обозначаются animalia или animantia, слова происходят от выражений «жить в движении» и «дух движения».

Четвероногими их называют потому, что они передвигаются, соответственно, на четырех ногах. Они похожи на стада, находящиеся под опекой человека, как олени, лани, дикие ослы, тем не менее не относятся ни к зверям (например, львы), ни к домашним животным (которых разводят ради потребностей человека). Напротив, это вид, с презрением относящийся к голосу или манере поведения хозяина.

Точнее слово «стадо» применимо к животным, которых или откармливают для еды (овцы, например), или тем или иным образом используют в быту (лошади, коровы). Значение pecus распространяется на одиночных или стадных животных, поскольку еще древние использовали слова ресога или pecudes (скот), обозначая всех животных. Или они являются существами, которые едят, как и овцы, или названы так потому, что содержатся на подножном корме (a pascendo).

Вьючные и тягловые животные названы так, поскольку помогают переносить грузы во вьюках или в упряжи. Скажем, бык перевозит телегу или распахивает самую тяжелую борозду. Лошади и ослы переносят грузы, облегчая жизнь человеку. Их называют jumenta, ибо они juvent homines[63]. И обладают огромной силой.

Последнее название для «стадных» — armenta — указывает на их способность сражаться своими рогами (агmis) или же они, как лошади, использовались на войне (in armis). Некоторые объясняют armenta скота вспахиванием (ab arando), будто это пауки, раскидывающие паутинный узор на земле (quasi aranienta). Иначе говоря, они «вооружены» рогами (armata).

Существует различие между стадами armenta и стадами greges. Armenta состоят из лошадей или скота, в то время как отары или greges — из коз и овец.

ОВЦА

Стада овец, кротких, покрытых тонкой шерстью, совершенно беззащитны. Свое имя ab oblatione они получили от жертвы всесожжения, ибо в древние времена овец приносили в жертву наравне с быками.

Некоторые называют их «двоезубыми», действительно, встречаются некоторые с двумя длинными зубами среди прочих восьми. Именно их отбирали язычники, чтобы принести в жертву.

С приближением зимы овцы начинают голодать на пастбищах, жадно выедают траву до корней, предвидя суровую зиму. Они, таким образом, надеются набить себя зеленым кормом, прежде чем вся растительность исчезнет под снегом.

ВАЛУХ

Или кастрированный баран (vervex). Называют так из-за его силы (a viribus), поскольку он сильнее, чем все остальные овцы. Возможно, и потому, что он — мужчина (vir), в смысле мужественный. Иначе говоря, у него в голове блажь (vermes), из-за которой эти существа с разбегу сталкиваются с огромной силой лбами.

ОВЕН

Возможно, его название (aries) — сокращение (аферезой) от Ареса, бога войны[64]. Вот почему мужские особи в стае иногда зовутся латинским именем mares (Марс). Выскажем и другое предположение. Животное первоначально приносилось в жертву на алтаре (aries) aris (с алтарем). Мы располагаем изображением барана в рукописи с изображением жертвоприношения барана на алтаре (ad агат).

АГНЕЦ

Или ягненок. На латыни agnus имеет значение «благочестивый». Некоторые предполагают, что он назван так, поскольку узнает (agnoscat) свою мать среди других животных. Причем даже в том случае, если теряется в большом стаде, все равно распознает по голосу, блеянию и тотчас бежит к мамочке.

Более того, ягненок требует те особые соски материнского молока, с которыми знаком. Также верно, что мать признает только собственного детеныша, отличая его среди других ягнят, также отличая по блеянию, отмечает именно своего уникального отпрыска и никого другого, что самым прекрасным образом свидетельствует о ее естественном благочестии!

(В Библии агнец — поэтический образ, символ терпеливого, кроткого человека. Иоанн Креститель называет Спасителя «Агнцем Божиим» (Иоан. 1: 29) как непорочную, чистую жертву (1 Петр., 1: 19; Откр., 5: 6; 7: 9 и далее; 12: 11; 17: 14; 21: 23 и далее; 22: 1). У пророка Иеремии (50: 17) еврейский народ в целом уподобляется безгласно-покорному агнцу, ведомому на заклание. У пророка Исаии агнец символизирует еврейский народ, искупивший своими страданиями грехи предков и других народов. В христианстве агнец Божий, или просто агнец, — обозначение Иисуса Христа или Христа как Мессии. Поклонение агнцу как апокалипсический мотив (см. Собор всех святых). — Пер.)

КОЗЕЛ

Похотливое и ограниченное животное, стремящееся только к совокуплению. Его глаза широко открыты и выпуклы, шерсть жесткая и лохматая, потому что он постоянно сексуально возбужден. Видимо, как отмечает Светоний, он получил свое имя от этой лохматости, свойственной жителям Гиркании[65].

По своей сущности настолько горячи, что камень адамант[66], который не меняется ни под воздействием огня, ни железа, растворяется всего лишь от крови одного из этих существ.

Детеныши (hedi) от слова edendum (встретиться, чтобы быть съеденными), поскольку эти маленькие существа весьма упитанны и приятны на вкус. Вот почему и наши аббатства также именуются духовными едоками (edulium).

(В христианской мифологии дьявол унаследовал козлиный облик греческого Пана, имея рога или голову козла и козлиные ноги или копыта. Кроме того, черный козел стал популярным обликом Диониса. По мнению инквизиции, дьявол являлся на шабашах (изначально вакханалиях в честь Диониса) в образе козла, предоставляя себя для срамного поцелуя.

В христианстве козлы («козлища») — обозначение грешников. В евангельской проповеди о Судном дне говорится, что Христос отделит упрямых козлов от послушных овец и отправит в огонь вечный. «И соберутся пред Ним (Христом Царем) все народы, и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлищ, и поставит овец по правую свою сторону, а козлищ — по левую» (Мф., 25: 32–33). — Пер.)

ВЕПРЬ

Так называют дикого кабана (aper) за его свирепость (а feritate), опуская букву «F» и вставляя взамен «Р». У греков его называют suagros, то есть грубая или сельская свинья. Ведь все, что дико и грубо, мы неточно обозначаем «свинское». Символ чревоугодия, сексуальной силы, мужества и неустрашимости. По этой причине противники называли Ричарда «кабаном» или «боровом».

ВОЛ-1

Кастрированный самец крупного рогатого скота (juventus). Используется как рабочее животное и идет на мясо. Благодаря отсутствию половых желез волы не испытывают влечения к самкам, ведут себя намного спокойнее, и их поведение более контролируемо. У них, как и у прародителя тура, очень большие рога, ибо после кастрации у бычков усиливается рост рогов. Волы используются и использовались в первую очередь как тягловые животные, при распашке земли и в качестве источника энергии, помогая человеку. Является символом смирения и покорности, отсюда и уподобление Иову — библейскому праведнику. В Древней Греции одно из жертвенных животных (например, при погребении Ахилла).

Индийские быки рыжевато-коричневатого цвета, выносливы и быстры, постоянно стремятся к битве. По всей голове шерсть растет против ворса. Они способны вращать рогами необычайно ловко[67].

Благодаря толстой шкуре вол способен противостоять любому оружию и так свиреп, что, если кому-то удастся поймать его, от ярости теряет разум, переставая что-либо соображать.

ВОЛ-2

Или бык, буйвол, бизон (bos, ох). Греки называют его boaen, на латыни triones, ибо они ступают по земле ногами, как одноименные звезды[68].

Дружелюбность к своим товарищам необычайна, ибо каждый из них нуждается в обществе другого, с которым приучен тащить плуг, прикрепленный к ярму. Так что, если второй случайно отсутствует, дружеское расположение подтверждается постоянным мычанием.

Когда дождь неминуем, вол знает, что следует спрятаться в стойлах. Более того, когда благодаря природному инстинкту он предвидит изменение погоды к лучшему, осторожно выглядывает, высовывая шею из стойла, все смотрят одновременно, чтобы показать, что готовы продолжать идти.

В Германии встречается свирепая разновидность диких быков с огромными рогами. Во время пьяных королевских пиров собравшиеся пьют из этих рогов.

В Индии встречаются однорогие быки и быки с рогом посредине лба, как у единорога, обладающие прочными нераздвоенными копытами и боязливым нравом.

«Бубали», буйволы или дикие волы, получили свое имя из-за сходства с быком, хотя они настолько неподконтрольны, что не приемлют ярмо. Vacca, в действительности «boaccaа» — корова, название по аналогии (как лев — львица, телок — телка, из-за своей незрелости a viriditate), имеются в виду особи, не достигшие зрелости, и в этом смысле их можно сравнить с девственницей. Vitula (телка) — аналог девушки, тогда как vacca — зрелая самка.

ВЕРБЛЮД

Наделяя животных именами, Адам обозначил и верблюда (camelis), на том основании, что, когда их нагружают поклажей, они склоняются на колени, делаясь ниже или покорнее. В греческом для низкого или униженного используют слово cam.

Хотя верблюды встречаются в различных регионах, прежде всего выделим Бактрию. Именно там выращивают самых сильных животных (бактрианов), причем больше всего их в Аравии. Две разновидности верблюдов отличаются числом горбов на спине: у бактрианов — два, у дромадеров — один горб.

У бактрианов никогда не снашиваются копыта, поскольку ноги снабжены мягкими подошвами со складывающими, как гармошка, подушечками. Когда верблюд опирается на ногу, подушечки раздвигаются, и нога не проваливается в песок.

Разводят две разновидности бактрианов. Одна предназначается для перенесения грузов, другая для верховой езды и отличается скоростью и умением преодолевать большие расстояния, хотя и не способна переносить тяжелые грузы. В определенное время года настолько неуправляемы, что убегают, подчиняясь зову любви.

Они не выносят лошадей.

Верблюд хорошо переносит недостаток воды. Как только выпадает случай, они утоляют прошлую жажду с расчетом, что в будущем не придется пить длительное время. Тяготеют к грязной воде, избегая чистую. Фактически, пока не выпадет возможность достичь грязной воды, сами перемешивают ил, настойчиво давя его, с тем чтобы замутить воду.

Живут сто лет.

Если их продают незнакомому человеку, заболевают, не оправдывая свою высокую цену.

Самок используют и в военных целях для быстрого передвижения воинов. При этом заботятся, чтобы они не совокуплялись. Считается, что верблюдицы за неимением самцов ведут себя более отважно, не испытывают страха.

ДРОМАДЕР

Или одногорбый верблюд. Данная разновидность отличается меньшим ростом и более быстрым бегом. Свое название получил именно за скорость (от греч. «набирать скорость» и «скорость», — dromos)[69]. Способны за день покрывать сотни миль и более.

Подобно овце и быку, верблюд жвачное животное. Слово «жвачное» происходит от а ruma — верхняя часть пищевода, в которую попадает непережеванная пища, затем верблюд отрыгивает ее, тщательно прожевывает и снова проглатывает.

ОСЕЛ И ИШАК

Asinus et asellus получили свои названия, поскольку их седлали, латинское название вроде бы происходит от слов «сиденье» или «седло» (a sede). Возможно, имя, которое более подходит лошадям, им присвоили потому, что одомашнили раньше[70].

Поймать осла несложно. Поскольку животное медлительно и неразумно, оно сдается сразу же, как только люди окружают его.

Аркадские ослы называются так, потому что они большие. Высоких животных впервые приспособили для езды в Аркадии.

Ишак, хотя и меньше дикого осла, более полезен, охотнее выполняет работу, не пренебрегает ею.

(На молодом ослике Христос, как князь мира, въехал в Иерусалим в Вербное воскресенье на крестную смерть, так сказано в Евангелии, во исполнение пророчества Захарии: «Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на молодом осле» (Зах., 9: 9). Этому событию посвящен двунадесятый праздник Вербное воскресенье. В отличие от лошади, которая считается животным для войны и для богатых людей, ослик символизирует мирный труд и добровольную нищету. — Пер.)

ОНАГР

Разновидность дикого осла. Слово «онагр» произошло от греч. όνος (onos — осел и αγρός, agros — поле). Этих крупных и трудноприручаемых животных, бродящих по пустыне, выращивают в Африке.

Один самец возглавляет стадо из нескольких самок. Когда рождаются детеныши-самцы, отец начинает ревновать и прогоняет их или откусывает им гениталии. Опасаясь этого, матери прячут малышей.

В «Физиологе» о диком осле написано: «Когда проходят двадцать пять дней марта, он кричит двенадцать раз ночью и столько же днем. С этого времени сезон признается как „равноденствие“[71], и люди могут сказать, час за часом, о времени дня или ночи, подсчитав крики осла».

В христианской традиции онагр считается символом дьявола, поскольку сутками бродит с места на место в поисках корма. Он кричит, когда знает, что ночь и день сравниваются, то есть когда знает, что число бродящих в темноте равно количеству сыновей света.

Дикий осел не кричит только тогда, когда голоден. Как говорит Иов: «Я разрешил узы онагру, которому степь я назначил домом и солончаки — жилищем» (Иов, 39: 5–6). Точно так же и Апостол: «Диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1 Петр., 5: 8).

ЛОШАДИ

Называются так (equi) потому, что обучаются работать вчетвером или парой, «выравниваясь» (equabantur) по образу и соответствуя по шагу, соединяются вместе. Слово caballus происходит от названия полого следа копыта (a cavo pede), ибо при ходьбе оно оставляет в земле нечто вроде выемки, что не наблюдается у других животных.

Славятся своей скоростью. Радуются сражениям, побуждаются к бою звуками трубы. Возбуждаясь военными звуками, устремляются на битву. Несчастны, когда их побеждают, и радуются, если выигрывают. Настолько чувствуют своих врагов в сражении, что рвутся к противнику, чтобы укусить его. Более того, некоторые признают только одного хозяина, становятся ручными, если тому удается укротить их. Некоторые не позволяют другим сесть себе на спину.

Например, лошадь Александра Великого, Буцефал, благодаря своему сходству с диким быком или по иной причине, стала эмблемой Александра, поскольку последний обычно использовал голову быка, выдавленную на упряжи. Это возможно еще и потому, что некоторая часть вооружения из рога изготавливалась из головы быка.

Хотя конем обычно управлял его конюх, животное вело себя спокойно, когда на него надевали седло, тем не менее никого не признавало, кроме хозяина. Известно множество историй, связанных с его участием в сражениях, именно благодаря усилиям Буцефала Александр благополучно выходил из самых ужасных потасовок.

Конь Гая Юлия Цезаря также не позволял никому садиться на него, кроме хозяина. Когда Цезарь в поединке победил царя скифов, его скакун искусал и опрокинул коня правителя.

После убийства царя Никомеда его кобыла отказалась от еды и умерла.

Когда Антиох воевал с галлами, он вскочил на коня, которого звали Цинторет[72], убитого им генерала. Но благородный боевой конь решил отомстить убийце, и низринулся вместе с ним в пропасть.

Как правило, кобыла живет намного дольше, чем конь. Существуют сведения о лошади, которая дожила до семидесяти лет. Есть также упоминание о том, что лошадь по имени Опус[73] продолжала совокупляться до сорока лет. Вообще, чем сильнее она раздувает ноздри, тем больше у нее перспектив в качестве производителя.

Считается, что конь теряет свою горячность и решительность, если ему остричь гриву.

Когда появляется жеребенок, ему прикрепляют талисман рыжевато-коричневатого цвета, похожий на засушенную фигу, называемый сосунком[74]. Детеныш носит его на лбу, пока тот не падает. Если его убирают, мать не подпускает к себе жеребенка. Когда его хозяин умирает, лошади роняют слезу. Поговаривают, только лошадь способна оплакивать человека и чувствовать печаль. Вот почему кентавры объединяют в себе свойства человека и лошади[75].

Отправляющиеся на битву люди склонны верить в пророчество о том, что событие предопределяется пессимистическим или оптимистическим настроем кобыл.

Существует распространенное поверье, что хорошо воспитанная лошадь отличается четырьмя качествами: внешний вид, красота, поведение и цвет.

Внешний вид. Круп мощный и крепкий, высота удобная для езды, бока длинные и узкие, бедра крупные и круглые, копыта сухие и прочные, грудь вперед. В целом животное представляет собой груду мускулов.

Красота. Голова маленькая и выступающая, кожа плотно прилегает к костям, уши короткие и подвижные, глаза большие, ноздри широкие, шея прямая, у мужской особи густой хвост имеет явный изгиб к копытам.

Поведение. По идее отважная духом, быстрая в беге и трепещущая в конечностях. Последнее указывает на проявления храбрости, она легко пускается в бег и без труда достигает нужной скорости.

Соответственно, скорость лошади определяется по подергиваниям ушей, а дух — по сокращениям конечностей.

Для этих животных предпочтительны гнедой, золотистый, красноватый, каштановый, рыжеватый, бледно-желтый, серый, серебристый, белый, черный цвета. Затем, по порядку, смешанные цвета на черной или каштановой основе. Пегий или полосатый считаются наихудшими.

В свое время у древних[76] лучшим цветом считали каштановый, поскольку он лучше соотносился с другими животными. Цвет известен также как «ореховый» (spadix), иначе говоря, темно-красный, от красителя (из финиковой пальмы, которую сирийцы называли Spadix). Серовато-голубой (glaucus) ассоциировался с цветом глаз человека с особым блеском.

Бледно-желтый (gilvus) расценивали наиболее подходящим для белесой лошади. Пегий (guttatus) — белый с разбросанными черными пятнами. Серебристый (candidus) и белый (albus) отличаются друг от друга, поскольку белый тяготеет к некой бледности, в то время как серебристый — снежный и сияет чистым светом.

Седой (canus) называется так потому, что состоит из серебристого и черного. «Scutulatus» (пестрый или чалый?) от «щита», но перед нами игра слов scutulatus — scutum, поскольку между пурпурными частями вкраплены серебристые.

Пегий имеет пятна разных оттенков. У лошадей с белыми ногами они слабые, правда, те, у кого есть белые отметины (белая звездочка на лбу), отличаются свирепостью. Красноватый цвет (cervinus) присущ лошадям, именуемым на народной латыни garrons (буланые). Dosinus — лошади пепельно-коричневого цвета, ибо asino означает «пепельный». Последние произошли от простого племени, мы называем их «дикими лошадьми», соответственно, им не приходится мечтать о высшем ранге.

Moor (арабская кобыла) темного цвета по аналогии с маврами. Mannus (галльская порода коренастых верховых лошадей) — низкорослые лошади, как правило «коричневые». Древние называли упряжных лошадей veredus, те использовались для перевозки (veherent) телеги, то есть тащили. Возможно, потому такие лошади часто использовались на публичных дорогах, где традиционно проходили телеги.

Встречаются три основные разновидности лошадей. Благородные используются в сражениях и для верховой езды. Демократические — для перевозки грузов. Третья разновидность — смесь различных племен (видов), по идее гибрид (bigener), наподобие мула.

МУЛ

Получил свое название от греков, поскольку тащит под ярмом медленные мельничные камни (molas) в круге для перемалывания.

Евреи утверждают, что сам Анас, сын правнука Исаии, первый способствовал скрещиванию лошадей с ослами. Так, возможно, появилось новое животное, ранее не встречавшееся в природе.

Добавим, дикие ослы затем были допущены к одомашненным особям, таким образом осуществилось перекрещивание, в ходе чего возникла самая подвижная разновидность ослов.

Очевидно, несхожих животных побуждает к соитию производство, которым управляют люди.

Иаков, заметивший, что его овцы зачинали ягнят в зависимости от отраженного образа баранов, которых они видели в зеркале рек, «взял… свежих прутьев тополевых, миндальных и яворовых и вырезал на них [Иаков] белые полосы, сняв кору до белизны, которая на прутьях, и положил прутья с нарезкою перед скотом в водопойных корытах, куда скот приходил пить и где, приходя пить, зачинал пред прутьями. И зачинал скот пред прутьями, и рождался скот пестрый, и с крапинами, и с пятнами. И отделял Иаков ягнят и ставил скот лицом к пестрому и всему черному скоту Лаванову; и держал свои стада особо и не ставил их вместе со скотом Лавана. Каждый раз, когда зачинал скот крепкий, Иаков клал прутья в корытах пред глазами скота, чтобы он зачинал пред прутьями. А когда зачинал скот слабый, тогда он не клал» (Быт., 30: 37–40).

Заводчики попугаев также помещали самых красивых цветных птиц в те места, где они собирались вместе, наблюдая, как мужские особи рождали подобных.

Вот почему люди говорят беременным женщинам, чтобы те не смотрели ни на каких отвратительных животных, например на обезьян с собачьими головами, в противном случае родятся дети, внешне напоминающие тех, кого повстречали матери. Поговаривают, природа женщин зависит от того, что они видят или даже представляют себе во время крайней стадии совокупления, и это влияет на потомство.

Во время соития животные переносят образы из внешней среды, оплодотворенные воображаемой фигурой, на конкретную особь.

Полукровки — результат скрещивания двух различных видов: например, мул от кобылы и осла, лошак от жеребца и ослицы, гибрид[77] от дикого борова и свиньи[78], от овцы и козла[79], от козы и барана, предводителя стада.

КОТ

Животное, именуемое так потому, что оно представляет угрозу для мыши. На народной латыни catus, ловит предметы a captura. Другие говорят, что его название происходит от глагола «ожидать» (captat), то есть «сторожит», пока мышь появится из норы.

У него острое зрение, он способен видеть даже в полной тьме, без малейших проблесков света. Отсюда греческое catus, то есть «острый, пронзительный».

(Первое письменное упоминание о домашних кошках относится ко 2-му тысячелетию до н. э., когда их стали использовать в Древнем Египте для охраны зернохранилищ от грызунов. Кошки считались воплощением богини плодородия Бает и почитались как священные животные. Убийство кошки каралось смертью.

Считается, что римляне узнали о кошках от египтян, тем не менее в Древнем Риме они были довольно редкими домашними животными и ценились прежде всего как ловцы мышей. Впоследствии римляне распространили кошек по всей Европе. Возможно, кошки известны еще с конца железного века. У викингов кошка также являлась священным животным и олицетворением богини любви Фрейи, которая путешествует на колеснице, запряженной двумя котами.

В средневековой Европе кошка — спутница ведьмы, олицетворение нечистой силы, в Англии — спутница королевы фей Маб. Из-за этого кошек (особенно черных) заживо сжигали на кострах или сбрасывали с колоколен. Их уничтожение в Средние века косвенно послужило развитию чумных эпидемий, так как истреблять крыс и других грызунов — переносчиков болезни стало некому.

У православных отношение к кошкам было диаметрально противоположным. На Руси домашняя кошка стоила дорого и считалась ценным подарком, поскольку гарантировала защиту урожая от грызунов. Кроме того, являлась символом мира и благополучия в доме, защитницей дома от нечистой силы. Полагают, что кошки могли проникать в потусторонний мир и общаться с духами. Это единственное животное, которое допускается в православный храм (кроме алтарной части). В русском фольклоре обширный пласт составляют народные сказки, пословицы и поверья, связанные с котами, — например, кот Баюн.

Кошки жили в княжеских теремах и царских дворцах. У царя Алексея Михайловича был любимый кот, изображенный на гравюре вместе с государем. Петр I издал указ, по которому в каждом хозяйстве следовало «иметь при амбарах котов, для охраны таковых и мышей и крыс». Самого Петра I также сатирически изображали в виде кота, о чем свидетельствуют многочисленные дошедшие до наших дней лубочные картинки с надписями: «Кот казанской, ум астраханской, разум сибирской».

В исламских странах они также почитаются, так как кошка Абу Хурайры (его имя дословно переводится как «отец кошек») спасла от укуса змеи самого пророка Мухаммеда. В исламе достойным похвалы считается поить кошек молоком. По хадису (преданию), у пророка Мухаммеда была любимая разноглазая белая кошка Муизза. Однажды после окончания молитвы пророк обнаружил, что она уснула на рукаве сложенного рядом халата. Чтобы не тревожить ее сон, Мухаммед предпочел отрезать кусок от рукава. В иных случаях, если она спала на одежде, он выбирал что-либо другое из своего гардероба. Поэтому кошки — единственные животные, которым разрешено входить в мечеть.

Персидский историк Ат-Табари записал легенду, согласно которой Творец, основывая Вселенную, создал крыс, но забыл про кошек. Ему пришлось исправить положение, когда во время Всемирного потопа крысы начали прогрызать отверстие в днище Ноева ковчега. Ной погладил спину льва, лев чихнул, и пара кошек выскочила из его ноздрей. Эта легенда была широко распространена в регионе. Персидская пословица гласит: «Лев чихнул, и появилась кошка». Похожая легенда объясняет также происхождение ванской кошки и ванского окраса. — Пер.)

МЫШЬ

Обычное животное, название происходит от греческого слова, хотя не исключено и латинское происхождение, что, впрочем, правильно. Другие говорят, что мышь (mures) именуется так потому, что происходит из влажной земли (ex humore). Ведь humus — это hu-Mus, не так ли?

Количество этих существ увеличивается при полной луне, подобно приливу на некоторых морских побережьях, который поднимается и падает вместе с угасающей луной[80].

ЛАСКА

Mustela — продолговатая мышь. Греки говорят «theon» в значении «длинный»[81].

Живя в доме, после того как рождает детенышей, ласка постоянно переносит их с места на место с особой хитростью, каждую ночь выбирает себе новое логовище.

Она преследует змей и мышей[82].

Известны два вида. Один живет в глубине лесов, греки называли их иктиды[83], другие бродят вблизи человеческих жилищ.

Некоторые полагают, что ласки совокупляются через ухо и производят потомство через рот. Другие, напротив, заявляют, что они совокупляются через рот и рожают через ухо[84].

Говорят, ласки настолько искусны в медицине, что, если случайно убивают их детенышей, они способны снова оживить их, если добираются до них.

Прослеживается явное сходство этих животных с некоторыми людьми, которые охотно услышат и примут слова Господа, но, обремененные любовью к земным вещам, вскоре отрекутся от них и скроют то, что вы слышите.

ЁЖ

Животное, покрытое колючками, отсюда и его название (ericius), поскольку в случае опасности он сворачивается клубочком, как бы ограждая себя растопыренными иглами[85]. Таким образом, еж защищается собственной хитростью, отражая нападение во всех направлениях. Как только он почувствует какую-либо угрозу, сначала настораживается, а затем прячется, сворачиваясь в шар[86].

Славится предусмотрительностью, например, когда созревает виноград и ягоды собирают в кучи, он катается по ним и приносит ягоды своим детенышам[87].

Также ежа называют дикобразом (echinus), относя к домовым за способность предсказывать будущее. Он дышит через две ноздри, хорошо чувствует наступление холодов и даже то, что вскоре подует северный ветер. В этом случае еж старается забраться в какое-нибудь укрытие.

КРОТ

Называется талпой, поскольку обречен на вечную слепоту и жизнь в темных местах. Глаз не имеет[88]. Прорывает ходы и выносит землю, пожирает корни под фруктами, отчего греки зовут его aphala[89].

МУРАВЕЙ

У муравья три особенности.

Первая связана с тем, что эти существа двигаются цепочкой, и каждое несет во рту одно зернышко. Их товарищи не говорят «дайте нам ваши зернышки» нагруженным особям, а идут вдоль следа последних до того места, где находят зерно и переносят обратно к следующему месту.

Как вы видите, простые слова вовсе не очевидны. Осторожные люди, подобно муравьям, отправляются туда, где в будущем получат вознаграждение.

Вторая особенность заключается в том, что, складывая семена в муравейнике, они делят их надвое, чтобы не умереть с голоду, если часть семян подмокнет и прорастет[90].

О человек, раздели точно так же слова Библии, то есть распознай их духовное и плотское значение, иначе слово закона станет причиной твоей смерти. Ведь как заметил апостол: «Он дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит» (2 Кор., 3: 6). Евреи, уделяющие внимание только письму, пренебрегая духовным значением, умрут от голода.

Третья особенность заключается в том, что во время голода муравей ползает среди посевов и чувствует ртом, где находится стебель ячменя или пшеницы. Если он чувствует пшеницу, карабкается по верхушке стебля, находит зерно и переносит к своему жилищу. Ячмень же предназначен для больших животных.

Как сказал Иов: «Вместо пшеницы, Бог дал им ячмень». О том же речь идет и в учении еретиков. Именно подобные вещи разбивают и уничтожают души людей, как в случае дробления зерна, и сбор выбрасывается далеко прочь. Бегите же, христиане, ото всех еретиков, чьи догмы ложны и не соответствуют истине.

Более того, в Священном Писании говорится: «Муравьи — народ не сильный, но летом заготавливают пищу свою», то есть закладывают урожай собственным трудом. У них нет запертых амбаров, неприступной стражи и нерушимых складов. Смотритель людей видит воров, которым не способен помешать, владелец предвидит свои потери и не мстит.

Как только добычу соберут в черную груду, муравьи начинали кишеть по полям вдоль дорог, сопровождая путешественников. Если невозможно удержать зерно во рту, они переносят его на себе. Владелец урожая наблюдал, не вмешиваясь.

Муравьи славятся и тем, что предчувствуют погоду. Ведь когда замечают, что их припасы сыреют и намокают от дождя, то после прилежного изучения атмосферы решают, что им надлежит сделать, снова переносить свои кучи зерна или выносить наружу, чтобы зерна можно было просушить в солнечную погоду без признаков дождя.

Наконец, когда вы не видите ни малейших признаков дождя в небе, муравьи станут перетаскивать обратно в свои хранилища фрукты.

Часть вторая

ПТИЦЫ

Бестиарий — это книга

Поучительных рассказов

О животных и о птицах,

Помогает нам постигнуть,

Что есть зло и что есть благо,

Путь в царство небесное,

Который нам указывает Господь.

Филипп де Тон

Обычно птицами называют всех, кто летает, их много, они относятся к разным видам, сильно отличаясь друг от друга своей сущностью. Одни простодушны, как голубь, другие хитроумны, как серая куропатка. Одни подчиняются человеку, позволяя себя приручить, как соколы, другие радуются человеческому обществу, как гараманты[91], третьи, подобно сизому голубю, предпочитают вести скрытый образ жизни в пустынных местах.

Некоторые питаются только зерном, которое находят, как гуси. Иные питаются плотью и склонны к нападению или воровству, как коршуны. Некоторые собираются в стаи, подобно скворцам и перепелам, или предпочитают жить в одиночку, добывая пропитание охотой или хитростью, как орел, ястреб и им подобные.

Одни пищат ласточками, другие выдают самые прекрасные песни, как соловей, лебедь или черный дрозд. Лишь немногие, как попугай или сорока, воспроизводят слова и голоса людей.

Еще большее количество птиц различаются индивидуальными особенностями и привычками. Поскольку существует такое множество видов птиц, невозможно представить их все. Не всякий способен проникнуть в пустыни Сирии, Индии и Эфиопии, чтобы изучать разновидности и различия.

Их называют птицами (aves), потому что они не следуют прямой дорогой (vias), всегда передвигаются причудливо извилистым путем. Они крылатые твари (alites), ибо поднимаются ввысь с помощью крыльев (alls) и достигают небес благодаря силе и перьям.

Птицы (volucres) способны летать. Мы используем глагол «летать», подразумевая «крылья», подобно тому как глагол «ходить» ассоциируется с «ногами». Vola с ладонью или подошвой, поскольку оно обозначает среднюю часть человеческой руки или ноги. У птиц это средняя часть крыла с перьями, благодаря его движению птицы летают, отсюда и volucres.

Птенцы называются pulli, или птенчики. Отпрыски четвероногих тоже именуются pulli, а человеческого мальчика именуют pullus. Фактически все новорожденные существа называются pulli, потому что рождаются грязными или загрязненными. Потому наша грязная одежда — pulla.

Крылья с расположенными на них в определенном порядке перьями — это приспособления, благодаря которым птица летает. Более того, они называются так (alae) потому, что пернатые с их помощью питаются (alant) и укрывают ими своих детей.

Крыло (pinna) — понятие, образованное от парения (a pendendo), полета, отсюда также происходит «взвешивать, подвешивать» (pendere). Птицы, поднимаясь в воздух, удерживаются с помощью перьев.

Перья по аналогии с волосами pluma quasi piluma, ибо растут так же, как волосы на теле четвероногого животного.

Известно, что имена многих птиц придуманы по аналогии с их голосами и основаны на звукоподражании, например кукушка, сорока, крачка, зяблик. Иногда за основу взят особый характер звуков (сова — англ. owl — от эха)[92].

ОРЕЛ

Получил свое (aquila) имя благодаря остроте (acumine) глаз. Орел, находящийся на огромной высоте, способен видеть, как плавают маленькие рыбки, а человек не может его увидеть с земли. Обрушившись на свою жертву молнией, орлы способны унести захваченную добычу на крыльях[93].

Совершенно очевиден и тот факт, что, когда орел стареет, его крылья тяжелеют, глаза покрываются пленкой, он отправляется на поиски животворного источника. Поднимается выше и выше, к солнцу[94]. Заметив источник, камнем падает вниз и трижды ныряет в него, в конце концов вознаграждается огромной энергией, новым оперением и великолепным зрением.

Проделай же то самое, о человек, облаченный в старые одеяния и утративший остроту сердца. Найди духовный источник (Слово Господа) и обрати свои глаза (разум) к Господу, источнику справедливости, и тогда твоя молодость вернется к тебе, как к орлу.

Говорят, орел представляет своих птенцов солнечным лучам, поднимая их ввысь с помощью когтей. Тот орленок, что не отводит своих глаз от ослепительного света солнца, подтверждает истинную природу и благополучно возвращается в гнездо[95].

Тот же, кто отворачивается от солнечных лучей, отбрасывается как выродок, не получая такой награды, ибо не считается достойным воспитывать подобную неженку и о нем никто не будет беспокоиться.

Родитель не станет осуждать своего ребенка, подчиняясь твердости сердца, исходя лишь из чистоты своих суждений, в равной степени не будет стремиться к тому, чтобы сделать свое подобие, равно как и не отречется от него как от какого-то незнакомца.

ЛЫСУХА-1

Многие согласятся с тем, что жесткое, поистине спартанское поведение величественных птиц смягчается их милостью по отношению к другим, более слабым птицам. Так, лысуха, по-гречески именуемая fene[96], подбирает выброшенного или изгнанного из гнезда птенца, например орла, и выращивает его вместе со своими малышами, кормит его с той же материнской заботой, какую проявляет к собственным отпрыскам.

Насколько же милосердна лысуха, поддерживающая представителя незнакомого ей рода, в то время как люди отворачиваются от детенышей собственного рода с враждебной жестокостью!

Хотя подросший орел так и не станет ей подобным, она не прогонит его, в отличие от нас, отказывающихся от того, кого признаем равным себе.

ГРИФ-СТЕРВЯТНИК

Поговаривают, свое прозвище он получил благодаря небольшой скорости полета (a volatu tardo), хотя он просто не может быстро двигаться из-за величины своего тела. Как и орлы, грифы обладают прекрасным зрением и замечают падаль, даже когда находятся высоко над землей или водой. Они способны различить многие вещи, которые спрятаны от нас горами.

Считается, что грифы не отправляются на случку. Самки сходятся без всякой помощи со стороны мужских особей и производят потомство. Рожденные подобным образом птенцы доживают до преклонного возраста, ибо период их жизни доходит до сотен лет, хотя конец краткого отрезка жизни не дается легко.

Что же должны говорить люди, привыкшие высмеивать мистерии, услышав, что девственная птица родила, люди, которые полагают, что рождение ребенка невозможно для незамужней женщины, ибо благопристойность не позволила ей познать мужчину? По идее они должны задуматься о том, что произошло с Матерью Господа, ведь не могло же с Ней не случиться то, что происходит с грифом[97].

Птица способна плодить без самца, и никто не осуждает ее. Когда же обрученная Дева Мария рожает, люди начинают оспаривать ее целомудрие.

По некоторым признакам грифы способны предвидеть смерть человека. Предсказатели использовали их во время войны на поле боя, когда сходились две армии. Птицы следовали за ними, вытянувшись в линию, демонстрируя длиной своей колонны, скольким солдатам суждено пасть в сражении. По числу собравшихся птиц судили о том, сколько людей станут их добычей[98].

ЖУРАВЛЬ

Получили свое имя благодаря своеобразному крику, напоминающему бормотание, который они издают, обращаясь друг к другу. Хотелось бы также отметить, что они всегда перемещаются в строго определенном порядке, будто в военном строю. Если поднимается сильный ветер, способный помешать им сохранять прямую линию в полете к месту назначения, они едят песок и подбирают мелкие камешки, создавая внутри себя балласт[99]. Затем быстро набирают высоту, чтобы с большой высоты увидеть место, к которому стремятся. Более того, пока они торопятся, четко следуют за вожаком, уверенным в правильности пути. Он не допускает отставания во время полета, направляя свою колонну голосом. Когда устает один вожак, другой занимает его место[100].

Если кто-то устает и начинает падать от истощения, остальные журавли смыкаются вокруг него и поддерживают, пока уставший не передохнет[101].

По ночам журавли обязательно оставляют охрану. Пока вся стая спит, они обходят ее и следят за тем, не собирается ли кто-нибудь напасть из засады. Таким образом, несколько сторожей обеспечивают полную защиту даже большой стаи. Через определенное время страж заканчивает свое наблюдение, успокаивается и засыпает, громким пронзительным криком пробуждая следующего в очереди дежурить.

Следующий представитель стаи, в отличие от спящего человека, охотно соглашается со своей участью и просыпается. Так журавли бережно и деликатно передают свою очередь на протяжении ночи, добровольно заботясь об общей безопасности. Халатности просто нет места, поскольку все происходит естественно. Говорят, журавли бодрствуют благодаря тому, что удерживают в клювах камни[102]. При опасности страж громко кричит.

Возраст журавлей определяется по цвету, к старости они темнеют.

ПОПУГАЙ

Только в Индии встречается зеленый попугай с красным воротником и большим, чем у других птиц, языком, с помощью которого он способен издавать разные звуки, подражая услышанным голосам[103]. Если вы его не видите, то думаете, что говорит человек. Он приветствует людей на свой лад, произнося: «Привет!» или «Ну, привет!», обучается подражать человеческой речи[104].

Вот история о человеке, который решил сделать комплимент Цезарю, подарив ему попугая, которого выучил говорить: «Я попугай, я хочу узнать от тебя другие имена. То, что я выучил сам, следующее: „Приветствую тебя, Цезарь!“»[105]

Клюв у попугая столь твердый, что, если вы сбросите птицу с высоты или со скалы, она спасется, приземлившись на него, плотно закрыв, используя в качестве опоры против удара. Заметим, попугай действительно обладает такими способностями. Если его чему-то и научат, то заставить отказаться от приобретенного можно только с помощью грубой силы.

Хотя попугаи на самом деле пытаются подражать своему учителю и повторяют то, что тот говорит, необходимо иногда щелкать бичом. В возрасте до двух лет он учится тому, что ему говорят, достаточно быстро, цепко запоминая сказанное. Однако с течением времени становится рассеянным и необучаемым[106].

(В России попугаи впервые появились в 1490 году, когда посол римского короля Максимилиана Юрий Делатор преподнес в подарок великой княгине Софье Фоминичне «птицу попагал и сукно серо». Слово «попугай» впервые в письменных источниках упоминается в Описи имущества Бориса Годунова в 1589 году. — Пер.)

КАЛАДРИУС

Так птицу именуют в «Физиологе»[107]. Она снежно-белая, без малейшей черной точки. (Встречается также под названием харадр, а в греческой мифологии дхалион. — Пер.)

Похож на гуся, но меньше, имеет лебединую шею. Обладает даром предвидения. Некоторые правители держали ее при своих дворах. Настолько чист, что даже его помет исцеляет от слепоты. Главная функция каладриуса — диагностическая, он может точно предсказать, умрет больной или выздоровеет. Прилетает к постели, садится в ногах и, если болезнь смертельна, через некоторое время отворачивается от страждущего. Если же взора не отведет, значит, больной будет жить! Впитав в себя болезнь, уносит ее в небеса и рассеивает в верхних слоях атмосферы. Сегодня эту замечательную птицу можно увидеть во многих королевских дворцах[108].

Своими поступками каладриус напоминает нашего Спасителя. Господь совсем белый, в Нем нет червоточины, Он не совершил никакого греха, равно как не произнес хулы. Более того, с небес наш Господь отворачивает свой взор от евреев[109], потому что те не верят, однако обращается к людям нашего свойства, принимая их немощь и забирая наши грехи. Затем высоко поднимается на кресте, сохранив свои свойства и наделив дарами людей.

Каладриус является нечистым животным, согласно Библии, Христос не может полюбить его. Именно в связи с этим святой Иоанн сказал: «Как Моисей вознес змею в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому» (Ин., 3: 14). Говорят, в Библии змей является самым благоразумным «из всех существ». Лев и орел тоже животные, однако Господь их любит из-за королевского величия, ведь лев — царь зверей, а орел — король птиц.

АИСТ

Назван так (ciconiae) благодаря тому, что издает треск, похожий на скрип колодезного журавля. Нам также известно, что эти звуки он издает клювом, а не гортанью, производят же они их, тряся головой. Говорят также, что у аистов нет языков.

Считаются посланниками весны, врагами змей, способны мигрировать через океан. Собравшись в стаи, они отправляются в Египет, Северную Африку или Азию[110]. Перед ними в качестве кормчих летят вороны.

Аисты необычайно ответственно относятся к своим детенышам, настолько неутомимо высиживают яйца, что даже теряют перья[111]. Более того, линяя подобным образом, по очереди следят за детенышами. По времени этот период совпадает с выращиванием отпрысков.

ЛЕБЕДЬ

Греки называли его cygnus, a olor (латинское название) возникло потому, что перья лебедя исключительно белого цвета. Кто тогда слышал о черном лебеде?

Происхождение названия cygnus (κύκνος) связано с тем, что греки высоко ценили пение лебедя, якобы он издает сладостные звуки[112]. Более того, они говорили, что птица поет так красиво, потому что обладает длинной изогнутой шеей, поэтому вибрирующий голос создает столь богатую музыку, распространяющуюся по ее изгибам. Также говорят, что в северных частях мира только игроки на лютне производят такие звуки. Когда приглашают огромное множество лебедей, они звучат вместе в унисон.

Моряки считают, что лебедь приносит удачу, ибо никогда не ныряет в волны и всегда ведет судно к родному берегу[113]. Авгуры, предсказывающие по птицам, считали лебедя и сову благоприятными птицами.

ИБИС

Птица ибис чистит свои внутренности с помощью собственного клюва. Наслаждается поеданием трупов или яиц змей, забирает еду и кормит птенцов, которые только так получают удовлетворение. День и ночь фланирует около морского побережья, разыскивая мертвую рыбу или другие трупы, выброшенные волнами. Опасается входить в воду, потому что не умеет плавать.

Птица напоминает сексуального человека, который стремится совершать дурные поступки, будто находя в этом счастье, поэтому его несчастная душа нуждается в наказании.

Как добродетельный христианин, заново рожденный после крещения водой и Святым Духом, входит в духовный океан таинств Господа, ты вознаграждаешься самой прекрасной пищей духовной, о которой Спаситель сказал апостолам: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (2 Гал., 5: 22).

Теперь, если солнце и луна не выпускают свои крестообразные лучи, они не сияют, если птицы не распускают свои крылья в виде креста, они не могут лететь. Так же и человек, если ты не осенишь себя знаком креста и не расправишь свои крылья любви, ты не сможешь выдержать искушения этого мира и прийти в тихую гавань небесной земли[114].

Наконец, когда Моисей поднял руки как птица, Израиль стал доминировать, когда он их опустил, амаликитяне победили.

СТРАУС

Встречается животное, называемое ассида, или страус[115]. Греки называли его struthiocamelus, римляне — struthio. У птицы есть крылья, но она не летает. Более того, у нее ноги как у верблюда.

Когда приходит время откладывать яйца, страус поднимает глаза к небу, высматривает звезды, которые называются Плеядами, и не откладывает яйца до тех пор, пока они не появляются. Когда же он почувствует приход этого созвездия (в июне), начинает крутиться, роет в земле ямку, откладывает яйца и покрывает их песком. Потом встает, мгновенно забывая о них и никогда больше не возвращаясь обратно.

Мягкость климата отмечается в июне. Прогреваемый теплом песок становится своего рода инкубатором, позволяющим птенцам вылупиться и вырасти[116].

Если же страус чувствует времена года и свое время, пренебрегая земными вещами и привязываясь к небесным высотам, забывая о своих отпрысках, как же должен ты, о человек, сильно тянуться к зову Господа. Ведь именно он создал тебя из праха, просветил, вывел из власти тьмы и поместил вместе с главными своими праведниками в Царство Небесное.

ЛЫСУХА-2

Относится к водоплавающим, весьма проницательна и прозорлива, не ест мертвечину. Не любит странствовать и перелетать с места на место. Напротив, склонна жить на одном месте.

Так живут и все верующие, всегда держатся вместе, находят умиротворение в католической церкви, не шатаются бесцельно в разных направлениях, как еретики. Их не прельщают светские привязанности и желания.

Господь призывает их жить «с мыслью о доме». Там они получают ежедневную пищу, еду и питье бессмертия, поистине драгоценную кровь Христа, восстанавливаясь словом Божьим, слаще меда и медовых сот.

ЗИМОРОДОК

Считается морской птицей, высиживающей своих птенцов на побережье. Откладывает яйца в песок в середине зимы. Производит потомство, когда море поднимается к самому высокому месту берега, и волны яростно устремляются на него. Но самки зимородка не трогаются с места, демонстрируя поистине материнскую любовь, а как известно, доброта всегда вознаграждается.

Когда высокие морские волны достигают того места, где находятся яйца, они неожиданно смягчаются, стихает яростный плеск, и море успокаивается при легком ветерке, пока зимородок согревает свои яйца.

Более того, далее следуют семь тихих спокойных дней высиживания яиц. Мать позволяет птенцам вылупиться и прекращает сидеть. Затем еще семь дней она кормит молодь, пока те не начинают расти. Возможно, вас удивит столь короткий период младенчества.

Эти четырнадцать дней моряки принимают как дар божий, им даруется прекрасная погода. Они называют это «дни зимородка», ибо прилив отступает[117].

ФЕНИКС

Птица из Аравии. Получила свое имя благодаря красновато-пурпурному оттенку (phoeniceus). Она уникальна, другой такой во всем мире нет[118]. Живет до пятисот лет.

Когда феникс замечает, что стареет, устраивает себе погребальный костер, собирая немного пряных веток. Затем, повернув тело к лучам солнца и хлопая крыльями, самовозгорается, пока полностью не сгорает. Затем — и это совершенно достоверно, на девятый день возрождается из собственного пепла!

Характер птицы описал Иисус[119]: «„Дана Мне всякая власть на небе и на земле“. Ежели феникс обладает властью умирать и возрождаться, почему, глупый человек, тебя так шокируют слова Господа… когда Он говорит, что спустился вниз с небес ради людей и ради нашего спасения. Тот, кто наполнил свои крылья запахом сладости из Нового и Ветхого Завета, кто вознес себя на крест, чтобы пострадать ради нас и воскреснуть на третий день?»

Итак, повторяем, что феникс проводит свое время в Аравии, и продолжительность его жизни достигает пятисот лет. Потом создает гроб из ладана, мирра и других специй, куда погружается и умирает. В это время в туловище образуются черви, они постепенно взрослеют, и в назначенное время появляется фникс в своем прежнем обличье с драгоценными перьями!

Таким образом, символический характер птицы учит нас верить в воскрешение из мертвых.

Необъяснимо, но эта птица без всяких видимых причин проходит воскрешение, несмотря на то что птицы существуют ради добродетели людей, а вовсе не люди ради птиц. Она являет собой пример того, что Создатель не допускает, чтобы его священные создания навсегда исчезли, желая их возрождения из семени своего.

Кто открывает простодушному фениксу день смерти?

Как многое должен сделать ты, человек, изготовив собственный гроб веры, и лечь уже в виде пожилого человека в новый гроб! Христос есть твой гроб, тот щит, который прячет тебя в судный день. Ты веришь в то, что гроб означает защиту, ведь начертано на нем: «Я защищу его».

Поистине, вера твоя — твой гроб. Наполнив его главными добродетелями, среди которых непорочность, сострадание и справедливость, ты защитишь свою жизнь самыми сладостными внутренними покоями вместе с запахами благородных поступков.

Пусть уход из этой жизни найдет тебя облаченным в веру, кости обрастут жиром и превратятся в хорошо удобренный сад, чьи семена быстро поднимутся.

Следовательно, предвидьте день смерти своей, как знал его святой Павел, когда сказал: «Праведный верою жив будет. А закон не по вере; но кто исполняет его, тот жив будет им» (Гал., 3: 11).

Он, как и добродетельный феникс, вошел в свой гроб, который наполнил благоуханием мученичества[120].

СИНОМОЛГ

Арабская птица[121], названная так потому, что вьет гнезда на очень высоких деревьях, изготавливая их из коры коричного дерева. Поскольку люди не способны подняться столь высоко, они пытаются сбить гнезда метательными снарядами, чтобы добыть корицу. Сами гнезда продают за большие деньги, потому что купцы ценят корицу превыше всего.

ЭРЦИНИИ

Названы так по месту обитания в обширных герцинских лесах Германии. Их перья сияют так ярко, что, какой бы темной ни казалась ночь, их все равно видно, ибо крылья испускают свечение на землю, чтобы сделать безопасным маршрут, по которому приходится лететь. Так что перемещение птиц можно отследить по выдающему их свету сверкающих перьев[122].

УДОД-1

Птица, которая, завидев, что ее родители стареют, выщипывает свои перья, чтобы согреть их, и вылизывает им глаза. К родителям возвращается здоровье. Все выглядит так, будто они говорят отцу и матери: «В свое время вы усердно поработали, чтобы вырастить меня, теперь я собираюсь сделать то же самое для вас».

Заметим, если эти птицы, не обладая разумом, способны проявлять нежность друг к другу, как же сильно должен более рациональный человек стремиться вернуть прежнюю заботу родителей?

Ведь в Законе (Моисеевом) говорится: «Проклят злословящий отца своего или матерь свою» (Втор., 27: 15). Оскорбление приравнивается к убийству отца или матери.

ПЕЛИКАН

Птица, живущая в уединенных местах Нила, возможно, отсюда и ее имя. Считается, что на греческом, египетском называется canopos. Пеликаны необычайно преданы своим птенцам. Однако, когда те рождаются и по мере роста хлопают родителей по лицу крыльями, тогда те, отступив назад, убивают их. Через три дня мать разрывает себе грудь, открывает одну сторону, ложится на птенца, изливая на мертвых свою кровь, тем самым возвращая их к жизни.

Так же и Господь наш Иисус Христос, прародитель и творец всех созданных вещей, порождает нас и призывает существовать из ничего. Мы же, напротив, ударяем Его по лицу. Как говорил пророк Исаия: «Я воспитал и возвысил сыновей, а они возмутились против Меня» (Ис., 1: 2). Мы ударяем его в лицо, посвящая себя скорее созданному, чем создателю.

Вот почему Он взошел на вершину креста, и, когда Его бок пронзили, из него потекли кровь и вода ради нашего спасения и вечной жизни[123].

НОЧНАЯ СОВА

Названа так (noctua) потому, что летает ночью (nox). Ее нельзя увидеть днем в связи с ослабленным от восходящего солнца зрением.

Это небольшая сова, гораздо меньше филина, самого крупного представителя сов. Любит тьму, избегает появляться днем, поскольку есть мнение, что она не переносит дневной свет[124].

Совы символизируют евреев, отвергших Спасителя, когда тот пришел освободить их, заявив: «Мы не знаем другого Господина, кроме Цезаря». Евреи ценят тьму больше, чем свет.

Вследствие этого Господь оказывается не евреем и распространяет свои лучи на нас, тех, кто сидит во тьме и в тени смерти, учитывая то, что написал святой Петр: «Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет; некогда не народ, а ныне народ Божий; некогда не помилованные, а ныне помилованы» (1 Петр., 2: 10).

СИРЕНА

«Физиолог» повествует о смертоносных существах, представляющих собой человека от головы до пупка, нижняя часть, вплоть до ног, как у птицы с крыльями. Издают мелодичные звуки, их песни прелестны, таким образом они очаровывают моряков, завлекая их на свой остров. Соблазняют слух несчастных парней удивительно сладостными песнями и усыпляют их. Видя, что моряки крепко заснули, внезапно налетают и разрывают их на куски.

Таков путь невежественных и неосторожных человеческих существ, прельщенных прекраснейшими голосами, иначе говоря, очарованных нескромностью, хвастовством и удовольствиями. Так они развращаются комедиями, трагедиями и разнообразными песенками, совершенно теряя рассудок, словно впадают в глубокий сон, неожиданно попадая в когти врага.

(Хотя дама на иллюстрации и с рыбьим хвостом, это абсолютно не согласуется с текстом. Настоящие сирены вовсе не были русалками. Альдрованд причисляет их к соловьям, отсюда и имя мифологических волшебниц, очаровавших Улисса, они считались самыми прекрасными из всех пернатых музыкантов.

Возможно, существует и другая причина. Если мы проанализируем их анатомию в тексте, не руководствуясь изображением, поймем, что они всего лишь птицы с головами людей, способные петь так же красиво, как женщины, так же модулируя, поскольку обладали человеческой гортанью и схожими представлениями о музыке.

Аллегория следующая. Заслышав магическую музыку соловьев, плывшие вдоль побережья Средиземного моря моряки, скорее всего, слишком близко подходили к скалам и терпели кораблекрушение. Таково объяснение сути, по крайней мере, так можно ответить на одну из загадок сэра Томаса Брауна.

Доктор Людвиг Кох с помощью граммофонной записи смог бы ответить, какую песню поет сирена, а также предположить, какое имя принял Ахилл, спрятавшись среди женщин.)

(СЕРАЯ) КУРОПАТКА

Получила свое имя (perdix) благодаря тому, что производит соответствующий звук.

Хитрая, противная птица.

Самец иногда карабкается на самку, удовлетворяя сексуальный аппетит и пренебрегая сексуальными законами. Более того, он настолько извращенное существо, что крадет яйца другой самки. Когда птенцы вылупляются и слышат зов кровной матери, они инстинктивно убегают от той, которая их высиживала.

Подобное поведение свойственно дьяволу, который все время пытается украсть детей Вечного Создателя. Ежели те глупы или не обладают достаточной силой воли и внутренним спокойствием, он увлекает их и обольщает телесно и духовно. Однако, заслышав зов Христа, мудрые, обретя духовные крылья, улетают прочь с верой в Иисуса.

Куропатки обеспечивают себе защиту с помощью умной маскировки. Они овивают свои гнезда колючими кустарниками, и животные не могут напасть на них из опасения пораниться острыми ветками. В качестве маскировки яиц используется грязь. Кроме того, птицы возвращаются к гнезду окольными путями. Самки обычно уводят птенцов, стремясь обмануть самцов, ибо последние часто нападают, когда детеныши ласкаются и раздражают их.

Самцов утомляют частые сексуальные сношения. Они сражаются друг с другом за самку, веря, что побежденный самец склонен к соитию, как и самка.

Жажда совокупления раздражает самку, даже когда ветер дует на них со стороны самцов, они беременеют от запаха.

Другая особенность заключается в том, что, если человек подойдет близко к тому месту, где высиживает куропатка, она выходит к нему навстречу и притворяется, что ослабла, ее не держат ноги и крылья, и в любой момент ее можно поймать. Словом, изобретает всевозможные уловки, а на самом деле медленно отходит в другую сторону. Благодаря своей стратегии увлекает и обманывает прохожего, отводя от гнезда и удаляя прочь. Совершенно очевидно, они проявляют особое рвение, стремясь охранить своих детенышей.

Когда куропатки замечают, что разведали обстановку, они поворачиваются, поднимают ногами облака пыли, которая искусно их окутывает, скрывая от противника.

СОРОКА

Именуется так благодаря своей способности к имитации, подражает словам, копируя, как и человек. Они не могут воспроизвести разговор, но при этом свешиваются из середины дерева, производя неявное бормотание, имитируя человеческий голос.

Учитывая приведенный фактор, Марциал заметил:

Криком сорока своим искажает томные трели.

Надписи мне не нужны, все равно не поверишь, что птица.

ДЯТЕЛ

Получил свое имя (лат. Picus) от Пикуса, сына Сатурна, потому что тот использовал его для предсказаний.

Поговаривают, что птица иногда играет роль предсказателя. Например, в деревья, где она строит гнездо, нельзя вбивать гвозди или нечто подобное, иначе упадешь замертво.

ЯСТРЕБ

Птица обладает особым духом, имея особые когти, что позволяет при относительно небольшом туловище выказывать храбрость.

Имя происходит от accipiendo (принимая), то есть а capiendo (захватывая). Отсюда следует, что ястреб птица алчная, захватывающая других, отсюда и Accipiter (ястреб), хищник, похититель, вор.

Святой Павел в этой связи говорит, что необходимо иметь дело с сущностью — siquis accipit vos, подразумевая siquis rapit. На самом деле он имеет в виду siquis accipit.

Рассказывают, ястреб воспитывает потомство по-спартански: когда видит, что молодежь готова летать, не приносит им в гнездо еду, бьет крыльями, выбрасывая и заставляя перейти от выкармливания к добыче пищи.

Он полагает, что они больше не беспомощные детеныши и их не следует развлекать, иначе они не будут активны, а, ожидая еду, не станут стремиться добывать ее сами, потому не вырастут, продолжая надеяться на то, что родители по-прежнему потакают их прихотям.

Таким образом, он вынуждает птенцов стать нахальными и совершать воровство.

СОЛОВЕЙ

Обычно своей песней возвещает о начале нового дня, отсюда и название «соловей». Так же поступаем и мы, когда зажигаем свечу.

Они всегда на страже, поскольку согревают яйца через особое полое пространство в теле и своей грудью. Самка умеряет тяжелейший ночной труд сладостью своей песни, потому очевидно, что главное ее стремление — согреть яйца и вырастить птенцов, проявляя максимальные способности не только сладостью интонаций, но и теплом своего тела.

Подражая этой птице, бедные, но честные работницы усиленно трудятся, не покладая рук вращают жернова, освещая ношу бедности ночной песней, чтобы их дети не нуждались в куске хлеба. Они и не способны подражать прекрасным трелям соловья, однако прилежно пытаются это делать[125].

ЛЕТУЧАЯ МЫШЬ

Ночное животное vespertilio (от лат. vesper — вечер).

Имеет крылья, при этом четвероногое, использует зубы, обычно такое не встречается у птиц.

Совокупляется, как и четвероногие, приносит живых детенышей. Более того, летает не с помощью крыльев, а поддерживает себя мембраной, которой действует как крыльями, она удерживает ее на весу.

Отметим и другую особенность этих таинственных животных. Они могут висеть вниз головой, иногда друг на друге, подобно грозди винограда. Если один падает, все остальные рассеиваются. Если же совершают поступок, проявляют любовь к кому-нибудь. Подобное редко присуще людям.

ВОРОН

Получил свое название (corax), так как издает своеобразные гортанные звуки, хрипы.

Полагают, птица отказывается кормить своих детей, пока у них на крыльях не проявится черный цвет[126]. После этого щедро кормит. («Он дает всякому зверю пищу его и птенцам ворона, взывающим к нему» (Пс., 14: 9.) Если птенцы не кормятся своими родителями, пока не оперятся и не станут черного цвета, кто, кроме Господа, поддержит их?)

Несмотря на столь забытую особенность, слово ravenous (англ. жадный, алчный) имеет другое происхождение.

Перед тем как поедать трупы, выклевывает им глаза.

ВОРОНА

Ее латинское название cornix соответствует греческому crow.

Предсказатели заявляют, что помогают видеть будущее людей с помощью пророчеств, предостерегают против предательства.

Неверно полагать, что Господь открывает свои секреты воронам.

Среди множества поверий, связанных с этой птицей, следует отметить предсказание дождя голосом. Отсюда и поговорка: «Увидев облако, ворона накаркает дождь»[127].

Пусть люди возлюбят своих детей по примеру ворон и их чувства долга. Они прилежно следуют за своими сыновьями, когда те летят, опасаясь, что младенцы, возможно, утомятся по пути, тогда предлагают им пищу, не пренебрегая столь рутинной работой, и кормят их.

С другой стороны, женщины нашей расы быстро устают даже от тех, кого любят. Если относятся к состоятельной части общества, с пренебрежением кормят их. Если к низшему сословию — отрекаются от потомства, когда же это обнаруживается, отказываются принять тех, кого нашли.

Более того, богатые особи убивают собственных детей еще в утробе, с помощью снадобий уничтожают признаки нерожденного дитяти в плодородном чреве, чтобы не делить наследство между многими.

Кто, как не человек, радеет о детях? Кто, как не он, изобрел столь жесткие обычаи для родителей? Сделал братьев неравными друг другу, несмотря на родственные отношения, заложенные природой?

Нашим сыновьям приходится соглашаться и уступать перед обособленным состоянием единичных богатых. Первые преисполнены общим отцовским наследием, вторые сетуют на истощение оного и оплакивают безденежье. Но разве природа не поделила все поровну между своими сыновьями, распределяя между рождающимися и живущими?

Сказанное должно научить людей не умалять в наследстве тех, кого они породили, наделив равными правами, уравняв в положении по самому факту рождения. Не должно выказывать недовольство их несхожестью, ибо все они в равной степени наследники.

ГОЛУБЬ

По сути, обычная птица, не склонная к враждебности, самим своим взглядом излучает любовь.

Также и проповедники свободны от желчности или ядовитости и, даже впадая в ярость, не дают волю гневу, поскольку приходят в исступление по вполне добродетельным причинам.

Вместо песни голубь воркует.

Проповедники, отходя от провокационных песен и обычаев времени, стенают над собственными грехами и грехами всех прочих.

В равной степени голубь стучит по предметам, что соотносится с проповедниками, которые не должны искажать священные тексты, как это делают еретики.

Голубь подбирает лучшие зерна, священники выбирают максимы из Священного Писания.

Птица выращивает других птенцов, проповедники своими наставлениями питают молодежь, отвращая тех, кто явно склонен к греху, обращая к Христу.

Птица сидит около потока, чтобы, завидев ястреба, нырнуть и спастись. Проповедники живут около священного писателя с тем, чтобы, завидев нападение и искушение, исходящие из дьявола, погрузиться в Писание и тем самым спастись.

Птица защищает себя крыльями, проповедники укрепляют и защищают себя учением Отцов Церкви.

Голуби гнездятся в дырах в скалах, проповедники ищут убежище в вере Христа, о котором говорится: «Более того, Скала была Христом».

Птица обладает способностью восстанавливать утраченное зрение, проповедники, если некий дар святого креста был утрачен из-за совершенного грехи, восстанавливают его, как и птица, духом пророчества. Птицы повсюду летают стаями, проповедники, относящиеся к католической вере, группой следуют путем добродетели и совершают богоугодные дела.

Добродетелью мы постепенно ускоряем путь к Господу[128].

ГОРЛИЦА

Получила свое имя благодаря воркующему голосу. Застенчивая птица живет на вершинах гор в одиночестве. Избегая населенных мест и человеческих жилищ, улетает в леса.

В зимнее время, когда линяет, селится в древесных дуплах и полых стволах.

Опасаясь нападения волка на ее птенцов, горлица разбрасывает над гнездом листья морского лука, волкам не нравятся эти листья.

Распространено поверье о том, что, когда горлица вдовеет, она опасается осквернить семейное ложе и выступает против супружеских отношений. Ведь ее первую любовь предали, она разочарована, поскольку возлюбленный предал ее своей смертью, она оплакивает свою любовь, в которой больше печали в связи со смертью, чем в свое время радости.

Она отказывается повторить прежний опыт, равно как не хочет нарушить целомудрие или забыть права своего преданного супруга. Только его она продолжает любить, именно его женой продолжает себя считать.

Знай же теперь, о женщина, каким может быть настоящее вдовство, способное проявиться даже у птиц.

Кто обучил горлиц таким правилам? Найдется ли мужчина, готовый на подобное самопожертвование? Нет, ни один. Даже Павел обозначил правила вдовства, говоря о том, чтобы молодые женились, рожали сыновей, становясь главами семьи и не давая лазейку врагу. Он везде говорит об этом.

Павлу хотелось, чтобы женщины хранили целомудрие, свойственное горлицам, в других случаях настаивал на обычае супружеских отношений, ибо простые женщины редко подходят под образ горлицы.

Господь явил милость и расположение по отношению к горлице, даруя добродетель воздержания. Цветок юности не возгорелся у птицы, не пленилась она искушением мгновения. Она не может нарушить свое слово, поскольку хранит целомудрие с тех пор, как стала новобрачной.

ЛАСТОЧКА

Названа так (лат. hirundo, греч. swallow — глотать) потому, что ест не на одном месте, а на лету подхватывает пищу и поедает в воздухе.

Издает чирикающие звуки, кружась и перекручиваясь. Славится своими гнездами, равно как и воспитанием птенцов. Обладает особым чутьем, оставляя гнездо, когда оно перестает крепиться к коньку крыши и вот-вот обрушится вниз.

Не попадается хищным птицам, разве что когда летит через море. Там, за морями, живет всю зиму[129].

Внешне представляет собой небольшую птицу, но отличается необычным сердечным расположением ума, внимательна ко всем разновидностям вещей. Вьет гнезда, которые дороже золота, строит разумно, ведь гнездо (кладезь мудрости) действительно лучше золота.

Что может быть мудрее, чем обретение свободы полета во время миграции. Она доверяет своих птенцов жилищам людей, поселяя их на крышах, где никто не сможет напасть на них. Привыкла изначально поручать своих детей сообществу человека, таким образом оберегая их от ухищрений хищников.

Отметим еще один примечательный факт: ласточка строит дом с четырьмя стенами, не совсем элегантный, но искусный. Для этого она собирает, соединяет солому с грязью, используя в качестве клейкой массы. Поскольку не может переносить грязь в лапах, зачерпывает крыльями, и грязь легко прилипает к ним, образуя смесь.

В нее птица вплетает солому и веточки и скрепляет вместе. Таким образом получается основа гнезда. Птенцы сидят на твердом полу, как в собственном доме. Ничего не опасаются, поскольку в гнезде нет щелей, и холод не угрожает хрупким созданиям.

Подобные проявления родительской заботы свойственны многим птицам, но ласточка уникальна, кроме того, в ней силен дух товарищества.

Обладает также некоторыми медицинскими познаниями: когда ее птенцы слепнут, восстанавливает им зрение с помощью только ей известного снадобья.

ПЕРЕПЕЛ

Греки называли его ortygia, поскольку впервые перепелов обнаружили на острове Ortygia (Делос)[130].

С наступлением зимы они перелетают через море. Вожака стаи называют ortycumetra — мать-перепелка[131]. Ястреб хватает ее, завидев близко над землей, поэтому все стремятся защитить мать-перепелку от возможного врага, особые охранительные функции отводятся первому ряду.

Больше всего им нравятся ядовитые семена[132]. Поэтому в Античности не советовали употреблять перепелов в пищу.

Кроме того, это единственные животные, которые, как люди, страдают от эпилепсии (падучей)[133].

ПАВЛИН

Название (pavo) получил из-за своего крика, внушающего ужас (pavor)[134]. Его мясо настолько жестко, что едва ли склонно к разложению, поэтому его не так-то легко приготовить[135].

Марциал сказал о нем:

Ты изумлен всякий раз, как распустит он перья цветные.

Что ж ты, жестокий, даешь повару злому его?

(Пер. Ф. А. Петровского)

УДОД-2

(Или потатуйка, пустушка. — Пер.) Свое название (upupa) получил из-за характерного крика «уп-уп-уп» или «уд-уд-уд». Бытовало мнение, что он строит свое гнездо из человеческих экскрементов (не соответствует действительности. — Ред.). Считается нечистой птицей, питается фекалиями и якобы живет на могилах[136].

Его хохолок увенчан гребешком из высоко торчащих перьев.

Если помазаться кровью удода перед отходом ко сну, обязательно привидятся кошмары, например, что душит дьявол[137].

ПЕТУХ

Назван так (gallus) потому, что его кастрируют. Единственный представитель птичьего семейства, чьи гениталии удаляются. Древние римляне назвали его галли (жрецы Кибелы), что означает «отсеченный».

Курица приняла название gallina от петуха gallinus, так же как львица получила свое имя благодаря льву, драконица — дракону. Полагают, петушьи конечности съедают вместе с жидким золотом в качестве лекарства[138].

Ночное пение петуха не только приятно, но и полезно. Прекрасно, когда крик петуха раздается вовремя. Он будит спящего, успокаивает беспокойного и утешает путешествующего, поясняя своими музыкальными звуками, сколько времени прошло.

В петушиный час грабитель прекращает свои ухищрения, сама утренняя звезда просыпается и сияет на небе. Заслышав его пение, испуганный матрос понимает, что закончились его горести, иногда даже успокаивается буря, отходя от последнего ночного шторма.

От его кукареканья набожные люди поднимаются на молитву, священник несет службу. Именно после петушиного крика Петр смыл свой грех, когда отрекся от Христа.

Именно благодаря его песне к больным возвращается надежда, утихает боль, спадает жар от лихорадки, вера возвращается к тем, кто ее утратил. Христос обращает свое лицо к колеблющимся или поддерживает ошибающихся, стремясь, чтобы непостоянство желаний и разбросанность мыслей ушли, как сомнения на последующей исповеди.

В Писании сказано, что случайностей не бывает, исключительно только по воле Господа.

УТКА

Получила свое имя от постоянного ныряния a natandi. Некоторые разновидности именуются graminia, поскольку, в отличие от других, питаются и травой, пыреем ползучим, отсюда и gramen.

По аналогии с уткой имя получил гусь (anser), ведь он тоже постоянно плавает и ныряет. Ни одно животное так не чувствительно к запаху человека, как гуси, именно благодаря их крику римляне заметили галлов, пробирающихся к Капитолию.

Вот странная вещь: все птицы по сути рождаются дважды: сначала будучи отложенным яйцом, потом высиженные теплом матери, вылупляются птенцами.

ЯЙЦА

Названы так, поскольку внутри наполнены жидкостью. Вы, должно быть, подмечали, что вещество с жидкостью снаружи — мокрое (humidus), в то время как вещество, у которого жидкость внутри, сочное (avidus). Считается, что яйцо (ova) греческого происхождения, греки говорили ОА, отсекая V.

Некоторые яйца в основе своей создаются ветром, но они бесплодны, потому что в них не проникло оплодотворяющее семя.

Сила яиц столь велика, что, если ими помазать дерево, оно не даст обычного жара, и, если к огню такого рода близко поднести ткань, она не опалится.

Смешанные с мелом яйца используются для склеивания стекла.

ПЧЕЛЫ

Называются по-латыни apes, поскольку держатся вместе, соединяясь лапками (a pedibus), причем не имеют их при рождении, лапки отрастают одновременно с крыльями.

Славятся искусством изготавливать мед. Живут в своих домах, которые строят из воска с необычайной сноровкой, изготавливая его из различных цветов и наполняя бесчисленные ячейки собранным медом. Во главе у них матка, управляющая армией, когда та отправляется на «войну».

Улетают от дыма, их раздражает шум.

(С пчелами связано множество мифов и легенд. По мнению древних египтян, душа покидала умершего человека в виде пчелы. В мифологии хеттов именно пчела нашла пропавшего бога Телепина, вместе с которым с земли ушло благополучие, и разбудила его укусом.

В Коране имеется сура «Пчелы»: «Твой Господь внушил пчеле: „Воздвигай жилища в горах, на деревьях и в строениях. А потом питайся всевозможными плодами и следуй по пути твоего Господа, который доступен тебе“. Из брюшков пчел исходит питье разных цветов, которое приносит людям исцеление. Воистину, в этом знамение для людей размышляющих» («Пчелы», 16: 68–69).

Древние греки были уверены, что боги на Олимпе вкушают «сладостный нектар», и их владыку Зевса в младенчестве вскармливала медом Мелисса, дочь критского царя Мелиссия, а богиню Артемиду, покровительницу животных и охоты, часто изображали пчелой. — Пер.)

Многие верят, что пчелы зарождаются в трупах коров. Чтобы заставить их вылезти, ударяют по мертвой плоти. Когда образуются гниющие кровяные личинки, они в конце концов превращаются в пчел[139]. Чтобы быть точным, заметим: пчелы зарождаются в быках, шершни — в лошадях, трутни — в мулах, осы — в ослах[140].

Тех, кто появлялся на наружной части расчесок, греки называли castors — тунеядцами (работниками) или кастрированными, хотя некоторые полагали, это «короли», потому что возглавляют улей.

По сравнению с иными разновидностями живых существ у пчел дети общие для всех. Живут в одном жилище, которое закрывается проходом внутрь в родную территорию. Все одинаково работают, общая еда, труд и привычки, наслаждение полетом.

Утрата девственности, ожидание и рождение потомства характерны для всех, не сопровождаются склонностью к сексуальному контакту, равно как и противозаконным желанием. Пчелы не обременены тяготами деторождения. Ведь они производят неожиданно огромное количество потомства, собрав личинок с листьев и травы.

Сами выбирают себе матку. Создали демократическое государство, и, хотя ими управляет король, они свободны. Ведь король сохраняет за собой право вынесения суждения. Пчелы любят его, ибо именно они выбрали его, удостоили его чести стать во главе огромного роя.

Король не всегда становится лидером, поскольку в жребии существует вероятность случайности, а не истинного суждения, результат определяется тотальным невезением, и предпочтение отдается худшему.

Напротив, король пчел избирается на вполне ясных природных основаниях, исходя из величины тела и внешности[141]. Более того, отличительная особенность короля — мягкость характера. Даже если он имеет жало, он не использует его в качестве наказания, поскольку в природе существуют неписаные законы. Тем, кто обладает самой большой властью, полагается быть самым снисходительным.

Пчелы, не подчиняющиеся законам правителя, наказывают себя, раня собственным жалом. В Персии с ослушавшимися поступают так же. Те удаляются в пустыню, тем самым обрекая себя на гибель.

У персов вообще самые суровые законы против тех, кто не подчиняется, они направлены, возможно, против населения Сарматии.

У пчел отмечают необычайное почтение, никто не осмеливается оставить гнездо, переместиться на другие луга, пока правитель не отправится туда впереди них и возглавит первый отряд. Передовой отряд пролетает по сладко пахнущим территориям, где находятся сады, благоухающие цветами, где реки текут через травянистые места посреди красивых берегов.

Там устраиваются игры активной молодежи, происходят представления, где практически никто не может помешать. Здесь приятно работать, цветами и сладкими травами закладывая новый улей.

Улей напоминает лагерь. Сюда пчелы вкладывают воск. Что могут выявить четырехстенные дома, как не искусство и красоту, подобно той, которую мы находим в остове пчелиных сот, где небольшие круглые комнатки поддерживаются скреплением одной с другой?

Какой архитектор научил их соединять шестигранники, явно одинаковые по величине? Подвешивать эти восковые камеры внутри стен их обители? Сжимая медвяную росу и образуя цветочные хранилища, которые содержат нечто похожее на нектар?

Доводилось ли вам видеть пчел, соревнующихся друг с другом в выполнении задач? Некоторые настороженно ищут еду, другие проявляют бдительность, охраняя улья. Третьи наблюдают за приближающимися грозами и изучают направление движения облаков. Иные изготавливают воск из цветов, собирают медовую воду, возникающую при цветении.

Никто из них не покушается на деятельность соседей, не добывает пропитание грабежом. Похоже, они даже не боятся уловок грабителей!

У пчел имеются жала, они способны производить как мед, так и яд, если их к тому подтолкнуть[142]. Мечтая отомстить, они погибают, нанеся смертельный удар.

Нектар накапливается в сотах и мало-помалу, когда подходит время, превращается в мед, источая сладкий медвяный запах и аромат цветов.

Насколько же верно говорится в Писании: «Пойди к пчеле и познай, как она трудолюбива, какую почтенную работу она производит; ее труды употребляют во здравие и цари, и простолюдины; любима же она всеми и славна; хотя силою она слаба, но мудростью почтена» (Притч., 6: 8).

В какое же замечательное предприятие вовлечена пчела, когда наши правители и простолюдины пользуются ее продукцией ради поддержания здоровья! Поэтому вполне понятно, что она приятна и полезна всем людям.

Пророк говорил: «Он послал вас, чтобы вы трудились подобно пчелам». Посмотрите, насколько они трудолюбивы, едины. То, что они производят, а все хотят получить, ценно не только разнообразием, но и непревзойденной приятностью, ибо пчела дает мед одинаково сладкий и правителям, и простолюдинам.

Мед не только восхитителен, но и полезен для здоровья. Он смягчает горло, излечивает раны, рекомендуется как лекарство для внутренних язв[143].

Пчелы слабы физически, зато сильны мудростью и любовью к добродетели. Они охраняют матку, готовы умереть за нее. Если она в безопасности, никогда не меняют решений. Если же они теряют матку, вместе с ней теряют веру в то, что им удастся сохранить свое царство, и порывают с медовыми хранилищами, поскольку тот, кто занимал место главы, уничтожен.

Там, где другие едва ли производят один выводок за год, пчелы воспроизводятся дважды, имея перевес над другими животными в своей плодовитости.

ПЕРИНДЕУС

Дерево, произрастающее в Индии, с необычайно сладкими и приятными плодами. Они нравятся голубям, которые и живут на этом дереве.

Дракон — враг голубей, но он боится дерева, на котором те живут, равно как и его тени, поэтому не приближается ни к тому ни к другому. Действительно, если тень дерева падает на запад, дракон удаляется на восток и наоборот. Если случится, что голубь окажется вне тени дерева, дракон убивает его.

(Описание дерева периндеус отсутствует в «Физиологе». Элий (II век) пишет, что «население города Аполлона, представлявшее часть Тентерита, ловило крокодилов сетью, подвешивая их на деревьях, нанося множественные удары, как обычно поступают с людьми. В это время животные ныли и роняли слезы, тогда их разрубали и устраивали пиршество из них».

Если периндеус — то же, что и персея, вид авокадо, то приведенный отрывок — свидетельство отвращения, обычного по отношению к рептилиям. Или, возможно, дерево выбрано потому, что само внушает отвращение.

Альдрованд указывает, что, возможно, периндеус — это анчар, рождественская роза, известная в Средние века как слабительное, яд и стимулятор сердечной деятельности. Одна из его составляющих аналогична дигиталису.

Возможно, речь об удодовом дереве, произрастающем на Яве (Antiaris toxicaria) и содержащем антиарин, помимо всего прочего — сердечный стимулятор. В этой связи и учитывая тот факт, что оба пришли с Востока, следует заметить его возможную связь с анчаром, сказочным представителем огромного семейства фиговых, яд которого якобы уничтожает все живое на расстоянии пятнадцати миль.)

Понятно, что дерево — Бог Отец, тень — Бог Сын, ведь Гавриил сказал Марии: «Дух Святый найдет на Тебя, и тень Всевышнего осенит Тебя; посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим» (Лк., 1: 35).

Плоды представляют собой небесную мудрость, то есть Господа. Сам же голубь — Святой Дух.

Следовательно, посмотри, о человек, прежде чем принять Святого Духа, духовного и небесного голубя, спускающегося и прячущегося в тебе, ты не должен оставаться ради вечности вне Отца, Сына и Святого Духа. Подумай о будущем, иначе дракон, то есть Дьявол, уничтожит тебя.

Если с тобой пребудет Святой Дух, дракон не сможет даже близко подойти. О человек, обратись в католическую веру, пребывай в ней, и ты останешься жить. Продолжай верить в католическую церковь как единственную. Позаботься изо всех сил, чтобы тебя не подловили за дверями твоего убежища.

Заботься об этом, иначе дракон, старый змей, схватит тебя и пожрет, как Иуда. Как тот, кто, отойдя от Господа и его братьев апостолов, был тотчас поглощен демоном и погиб.

Часть третья

РЕПТИЛИИ И РЫБЫ

Его сообщники по мятежу

Отважному равно превращены

В ползучих змиев! Свистом весь чертог

Стозвучным огласился. Вкруг врага

Кишели густо чудища, сплетя

Хвосты и головы: бессчетный сонм

Зловещих аспидов и скорпионов,

Керастов рогоносных, амфисбен

Ужасных, злобных эллопов, дипсад

И гидр (в количестве не столь большом),

Скользя, клубились гады на земле.

Дж. Мильтон. Потерянный рай, кн. X (пер. А. Штейнберга)

Стремительно летел, преград не зная,

Дракон в своей чешуйчатой броне,

Которая сверкала, как стальная,

Надежно защищая на войне,

И как орел парит в голубизне,

Пока добыча не затрепетала

В его когтях, пронесся в вышине

Дракон, и чешуя заскрежетала,

Невиданная кузнь из редкого металла.

А крылья были словно паруса,

Которые земле сулят напасти,

Охватывая быстро небеса;

В полете напрягались перья-снасти,

И безотказно действовали части

Махины, двигавшейся напролом

Во всеоружье беспощадной власти;

И каждым рассеченные крылом,

Бежали облака перед летучим злом.

Подобье сокрушительной дубины,

Хвост защищал чудовищу хребет;

Пестрели на хвосте его пластины:

Чередовался с черным красный цвет.

Хвост в битве причинял смертельный вред,

Окрестность перед гадиной дрожала;

Тянулся хвост почти на милю вслед,

И были на хвосте два страшных жала,

Которыми живым погибель угрожала.

Э. Спенсер. Королева фей (пер. В. Микушевича)

ЗМЕЙ (дракон) — общее название, относится ко всем змеям, поскольку они могут складываться и изгибаться, отсюда и название anguis, ибо они почти никогда не бывают прямыми.

ПОЛОЗ (coluber) (другое обозначение змеи) — от сочетания colat umbras — населяющий тенистые, сырые или другие места, двигается в виде извивающихся колец в сторону скользких районов. Известен как «скользкое существо», ибо отползает, как и рыба, ползком, чем плотнее прижимается, тем дальше перемещается.

ЗМЕЯ (serpent от serpit, ползать) — незаметно приближается к добыче. Двигается под небольшим давлением своих чешуек.

Четвероногие, как ящерицы и тритоны, именуются рептилиями. Змеи — безногие рептилии, передвигающиеся на животе и груди.

Многие разновидности ядовиты, весьма разнообразны, приносят многочисленные беды и печали. Отметим и необычайное разнообразие их окрасок!

ДРАКОН

Самый большой среди всех змей и прочих живых существ на земле. Греки называли его draconta (δράκων), в латинском он трансформировался под именем «драко»[144].

Когда он вылезает из своей пещеры, его часто влечет в небо, и воздух вокруг становится обжигающим. Он имеет гребень, небольшой рот и узкий пищевод, через который дышит или выпускает свой язык.

Более того, его сила не в зубах, а в хвосте, он им наносит удары. В смысле яда он безопасен, да он и не нужен, поскольку, когда дракон начинает кружиться, он убивает всех вокруг себя именно так.

Даже слон не может защититься от этого чудовища, несмотря на свои размеры. Дракон лежит на дороге и ожидает, когда мимо пройдет слон, скручивает ему ноги хвостом, а затем душит[145].

Размножаются в Эфиопии и Индии, там, где постоянная жара.

Самая огромная рептилия — дьявол — похожа на дракона. Он часто переносится в воздух из своей пещеры, воздух вокруг него вспыхивает. Дьявол, поднимаясь из преисподней, превращается в ангела света и сбивает с пути истинного, толкая на дурной путь глупцов с ложными надеждами, мечтающих о славе и плотском наслаждении.

Полагают, у него есть гребень или корона, ведь он правитель гордыни, его сила не в зубах, а в хвосте, он завлекает обманом, разрушая силу.

Прячется на тропе, по которой проходят, путь на небо загроможден узами грехов, и душит до смерти. Если кто-нибудь заманивается бременем преступления, умирает, несомненно отправляясь в ад.

ВАСИЛИСК

Мифическое животное, упоминаемое в легендах, духовных стихах и заговорах. Название проистекает из неточного перевода древнееврейского слова «пэтан» — кобра (Пс., 90: 13)[146].

Образ василиска впервые появился в древнегреческих источниках для обозначения змеи с диадемой на голове (как кобра перед нападением). Взглядом она убивает все живое. И в греческом, и в латинском называется Regulus и переводится как принц, так как является королем змей.

Оттуда образ василиска проник в средневековые бестиарии и легенды. В Средние века василиска изображали с телом петуха и хвостом змеи. В славянском мире представляли огромным змеем, убивающим ядом, взглядом и дыханием. В легендах многих народов отмечается особый взгляд василиска, проникающий сквозь стены и обращающий все живое в камень. Если он увидит свое отражение в зеркале, умрет. От его взгляда ни одна летающая птица не пролетит неповрежденной, даже если находится далеко от пасти чудовища, она обжигается и поглощается[147].

В славянских источниках также говорится, что у него голова индюка, глаза жабы, крылья летучей мыши, хвост змеи. Внешне напоминает огромную ящерицу с гребнем на голове и длинным раздвоенным языком.

Сведения о рождении василиска противоречивы. В одной легенде рассказывается о том, что он вылупляется из петушиного яйца, высиженного жабой. Другая гласит, что петух высиживает яйцо с василиском в алтаре. Сам василиск тоже может нести яйца, из которых вылупляются гадюки.

Согласно поверьям, он обитает в пещерах, где проводит светлое время суток. Не переносит солнечного света и крика петуха, поэтому может покидать убежище только ночью. В пещерах находит пищу, поскольку ест только камни.

Тем не менее василисков способны победить ласки[148]. Люди обычно выпускают их в логовище, где те прячутся. Завидя зверька, василиск бежит прочь. Ласка преследует его и убивает. Господь никому не позволяет быть неотомщенным.

Еще говорят, василиск представляет собой существо с продольными полосами и белыми отметинами шесть дюймов величиной. Как и скорпион, он часто покидает пустыню, где обитает. Прежде чем люди смогут добраться до реки, он напускает на них бешенство, и они сходят с ума. Его шипение напоминает змеиное, но гораздо громче, этим он способен убить и сжечь, а также умертвить укусом[149].

ГАДЮКА

Производит потомство посредством силы. Причина в том, что готовые родиться детеныши, не дожидаясь родов, прогрызают кожу сбоку своей матери, что приводит к ее смерти.

Более того, полагают, что мужская особь просовывает голову в рот женской и выплевывает внутрь семя. Затем, удовлетворив похоть самца, самка откусывает ему голову, если тот пытается повторить попытку. Оба родителя погибают, один во время совокупления, второй во время родов.

В соответствии с мнением святого Амбросия, змея самое злобное из всех существ, вероятно, потому более из всех существ ощущает потребность в совокуплении.

Однажды она задумала создать противоестественный союз с морским угрем (муреной) и подготовиться к ненормальному совокуплению. Отправившись на морской берег и возвестив о своем прибытии так называемым волчьим свистом, она призвала из вод мурену для совместного объятия. Угорь не обманул ожиданий, совокупившись с ядовитой рептилией.

Тот, кто приведет данное поучение в проповеди, должен обязательно дать пояснение относительно поведения супружеской пары, раскрывая суть сказанного.

Согласен, ваш супруг может быть независимым, несдержанным, изворотливым, склонным к выпивке, но хуже ли это, чем то зло, которое заключено в мурене, разве любовница (мурена) не должна стремиться избегать его, если он призовет ее?

Она обнимает с проворностью змеи, выказывая осторожное рвение. Приглушает твои беды и, как настоящая женщина, утешает. Но ты, о женщина, подобна змее, которая откусывает голову самца, вовсе не способна поддержать твоего собственного мужчину.

Адама обманула Ева, а не наоборот. Соответственно, она проявляет большую рассудительность, чем мужчина, который сначала попадает в беду благодаря женщине, а затем должен принять на себя лидерство, опасаясь быть уничтоженным женскими причудами.

Вы скажете, что он остается неотесанным и диким, вовсе не привлекательным.

Ну что ж, разве человек всегда выбирает новых жен? Даже лошадь любит искренне, вол выбирает только конкретного товарища. Если же в упряжке вола меняют, другой не может тянуть ярмо, чувствует себя не в своей тарелке. Ваши женщины разводятся со своими мужьями, думая, что следует иногда их менять.

Если муж отсутствует даже один день, вы даете ему повод для ревности, будто у вас действительно имеется возлюбленный. Таким образом наносите урон собственной скромности.

Обычная змея ищет своего отсутствующего товарища, зовет его, кричит. Когда же видит, что партнер приближается, скрытно выплевывает яд, выказывая почтение даме и в знак брачного согласия.

Вы, женщины, напротив, оскорбительно отвергаете вступление в союз. Змея глядит на море, предвидя приближение подруги. Вы, женщины, постоянно мешаете своим мужчинам приблизиться.

Здесь для тебя, мужчина, кроется подвох. Ты не должен высасывать яд, связываясь брачными узами. В это время ты обрекаешь себя на лишение защиты во время супружеского объятия, равно как не стыдишься спаривания, не испытывая уважения к женитьбе.

Оставь же, человек, свою гордыню и резкость поведения, когда столь усердная и любящая жена стремится к тебе[150]. Отринь хандру, когда полная желания супруга поощряет твои стремления. Ты не являешься ее господином. Но мужем, равно как выбрал ты не рабыню, а жену. Господь хочет, чтобы ты руководил слабым полом, но вовсе не с помощью грубой силы. С сочувствием отнесись к ее несчастьям, ответь добротой на ее любовь.

Как змея способна избавиться от своего яда, так и ты вполне можешь преодолеть жестокосердие. Даже если ты холоден от природы своей, яви уважение к институту брака, отринь дикие проявления разума в пользу уважения к союзу. Таким образом, сможешь, несмотря ни на что, заставить ее принять тебя!

Человек! Не ищи безнравственных связей! Не дремли в ожидании другого союза. Адюльтер нежелателен, он противоестественен Природе[151]. Господь сначала создал двух людей, Адама и Еву, им было суждено стать мужем и женой. Ее сделали из ребра Адама, оба существовали в одном теле и дышали вместе. Так почему же разделяют тела, разъединяют ум? Это адюльтер.

История мурены и змеи показывает, что они соединились не ради деторождения, а подчиняясь неодолимой похоти и плотскому желанию. Заметь, о человек, как особь мужского рода пытается добиться расположения любовницы. Он желает похоти, как угорь, именно с этой рептилией ассоциируется.

Он торопится к самке, бросается ей на грудь, идет не прямой дорогой истины, а скользкими тропами любви. И все ради того, чтобы вернуть собственный яд, подобно змее. Самим актом союза с ней он возвращает собственную порочность и, как змея, после этого снова высасывает яд, который сначала выплюнул.

АСПИД

Получил свое название потому, что во время укуса впрыскивает в жертву свой яд. Греки называли яд ios, отсюда «аспид», уничтожающий жертву ядовитым жалом. На самом деле аспид всегда действует ртом, широко открыв его, кусает, выделяя яд, раня и убивая животных.

Рассказывают, что, услышав зачаровывающую мелодию заклинателя, которая выманивает из норы, аспид прикладывает одно ухо к земле, закрывая другое кончиком хвоста. Таким образом, не слыша магических звуков, не поддается заклинателю.

На самом деле таковы все люди. Одним ухом остаются глухи к мирским желаниям, пытаясь другим не слышать голоса Господа, говорящего: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк., 14: 33). Кроме людей, аспиды — единственные существа, отказывающиеся услышать разумное.

Люди слепы, потому не слышат небеса, равно как и не хотят уразуметь деяния Господа.

ДИПСАДА

Разновидность аспида, именуемого на латинском «водопойным ведром», потому что все, кого она укусит, умирают от жажды[152].

ЩИТОМОРДНИК

Разновидность аспида, названная так потому, что усыпляет жертву. Во сне останавливается дыхание и наступает смерть. Клеопатра приложила эту гадюку к себе, избрав подобный путь ухода от жизни, и будто заснула.

КРОВОПИЙЦА

Высасывает кровь (вызывает кровотечение). Любой, кого он укусит, настолько слабеет, что жизнь из него вытекает вместе с кровью, будто разрываются вены. Кровь по-гречески «тема» (αΐμα).

ПРЕСТЕР

Аспид, всегда нападающий с открытым ртом, испуская дым. Относится к тем существам, о которых поэт сказал: «Жирный престер с распахнутой зловонной пастью»[153].

Любой, кого поразит это существо, раздувается до чрезмерной величины, раздавливается своей полнотой, за этим следует разложение.

ОЧКОВАЯ ЗМЕЯ

Гадюка, убивающая с первого укуса, человек совершенно разлагается от укусов змеи.

ГАДЮКА РОГАТАЯ

У нее на голове рога, как у барана. На греческом «кераст» (от «керос» (Kerastes) — рога).

У рептилии четыре рога, играющие роль приманки, она привлекает других животных и уничтожает их. Прячет полностью свое тело в песок, выставляя рога, с помощью которых намеревается ловить птиц и зверей, привлеченных их видом. Более извивается, чем другие змеи, потому выглядит так, будто у нее вообще нет спинного хребта[154].

СЦИТАЛИС

Получил свое имя, поскольку великолепен разнообразием окраски (от лат. scitulus — изящный), и человек буквально застывает, завидев столь красивую расцветку. Благодаря тому что медленно ползает и не способен уйти от преследователей, попадается к ним, и они очаровываются его великолепием. Более того, он сверкает настолько ярко, что даже в зимнее время демонстрирует свою ослепительную шкуру[155].

По поводу этого существа Лукан писал:

Кенхрис, ползущий всегда в одном направлении, прямо,

Знаками чрево его разрисовано пестро, их больше,

Чем на офите из Фив, раскрашенном пятнами мелко.

Лукан. Фарсалия. IX. 711–713

АМФИСБЕНА

Имеет две головы, отсюда и название. Одна расположена спереди, как у всех животных, другая на хвосте. Когда одна голова удерживает другую, она изгибается в любом направлении, как обруч[156].

Единственная змея, хорошо переносящая холода, первая выходит из зимней спячки.

Лукан так писал о ней: «Опасная, с поднятой вверх двойной головой, амфисбена. Ее глаза сверкают как лампы»[157].

(Позднее выясняется, что головы расположены с обоих концов тела, глаза пышут пламенем, сама так горяча, что растапливает снег. Упоминание громоздкой амфисбены с двумя головами встречается в «Фарсалиях» среди перечисления других змей, встреченных воинами Катона в пустынях Ливии. Она питалась трупами солдат.

У Плиния это разновидность змей, которая имеет еще одну голову на конце хвоста: «…словно одной головы ей мало, чтобы извергнуть свой яд». Он же прославлял ее целебные свойства. — Пер.)

ГИДРА

На реке Нил встречается животное, называемое друзой, обитает в воде. У греков вода hydros. Отсюда и водная змея.

Укушенные ею люди от яда впадают в спячку, иные называют эту болезнь «боа» («коровья оспа»), потому что она лечится экскрементами коров.

С другой стороны, водяной дракон обладает множеством голов. Такие обычно встречаются на острове Лерна или в болотистой провинции Аркадии. Последнюю называют латинским словом «экседра» (excedere — непревзойденная).

Скорее всего, это вымысел. Хорошо известно, что существует место, где река Гидра извергает свои воды, там она лежит без сил, потому что основной проход к морю закрыт, сюда сбегаются многие другие. Увидев происходящее, Геркулес расчистил то место, где основной канал мешал проходу потока. Так река Гидра и получила свое имя от слова «вода»[158].

Известно, что настоящие гидры всегда враждебно относятся к крокодилам, и обычно, видя спящего на берегу крокодила с открытым ртом, гидра вымазывалась в скользкой грязи и легко проскальзывала ему в глотку. Крокодил просыпался, проглатывал ее, гидра же, расщепив ему брюхо на две части, не только выживала, но благополучно выбиралась с другого конца[159].

Итак, крокодил символизирует Смерть и Ад, а гидра — Господа нашего Иисуса Христа. Ведь именно он, поглотив плоть человека, спускается в Ад. И, нарушив все прежние внутренние соглашения, выводит людей, которые были несправедливо заключены в нем. Он разрушает Смерть, воскреснув из мертвых, о чем говорит апостол: «Если же о Христе проповедуете, что Он воскрес из мертвых, то как некоторые из вас говорят, что нет воскресения мертвых?»

БОА

Итальянская змея, преследует стада коров или огромные толпы буйволиц, присасывается к вымени, полному молока. Уничтожает их сосанием.

Отсюда и боа (boves).

ЯКУЛ

Или летающая змея. Якул (от лат. jaculus или iaculus, мн. jaculi — брошенный). Летающая змея, о которой Лукан писал: «и проворный якул». Прыгает на деревья, если же какое-либо животное проходит мимо, бросается на него и уничтожает, потому называется летающая змея по аналогии с метательным копьем, дротиком[160].

Более того, в Аравии известны белые змеи с крыльями под именем сирен[161]. Они перемещаются быстрее лошадей. Говорят, умеют летать. Их яд настолько мощный, что можно умереть раньше, чем почувствуется боль от укуса.

СЕПС

Крошечная змея, не только разрушающая ваше тело ядом, но и действующая на кости[162]. Та, о которой поэт Лукан написал: «Укус сепса разрушает кости и тело».

ДИПСАДА

Утверждают, она настолько маленькая, что, если наступить на нее, можно и не увидеть. Уничтожает ядом, причем настолько быстро, что невозможно почувствовать укус, лицо обреченного человека даже после смерти не меняется.

Поэт Лукан написал, что «однажды военачальник некий на дипсу наступил, а дипса в пятку его укусила, и от боли страшной он себе ногу отсек и умер, истекши кровью».

ЛАКЕРТУС

Разновидность рептилии, названная так, поскольку имеет конечности (lacertus). Встречается множество разновидностей лакертуса, например ботрах[163], саламандра, ящерица и тритон.

Мордой напоминает лягушку, греки называли лягушку «botraca» (βάτραχος, батрахос)[164].

САЛАМАНДРА

Господствующая над огнем. Самая сильная из всех ядовитых существ, хотя все они могут убивать одним ударом, она поражает большее количество. Если медленно обвивается вокруг дерева, все фрукты на нем заражаются ядом, так она убивает тех людей, которые их едят. Если они падают в колодец, силой своих токсинов убивают тех, кто пьет воду.

Только это животное выпускает пламя, которое может затушить костер.

Живет в середине пламени без всякого для себя вреда не только потому, что огонь не поглощает ее, но потому, что она порождает его[165].

САУРА

Ящерица, которая слепнет, когда стареет. Когда забирается в дыру в стене, выходящей на восток, вытягивается навстречу поднимающемуся солнцу, и к ней возвращается зрение.

СТЕЛЛИО

Или звездная змея. Такое имя получила благодаря своей окраске. Ее кожа, черная цветом, украшена очень маленькими пятнышками, похожими на звездочки. Овидий писал:

Названьем своим обязана хитрой раскраске,

Пятнышкам звездам подобным,

Что на черном небе сияют.

Животное обладает настолько мощной разрушительной силой, что, только взглянув на него, люди впадали в панику.

Встречаются другие разновидности змей, навевающие воспоминания о слонах и драконах.

Чтобы не перегружать повествование, заметим, что имена различных рептилий так же многочисленны, как и имена умерших[166].

ЗМЕЯ

По своим свойствам все змеи холоднокровны. Не поражают людей, пока не потеплеют. Вот почему их яд более вреден днем, чем ночью. Наступление ночи вызывает окоченение явно без воздействия ночной росы. Очевидно, наплыв холода, ледяные элементы влияют на температуру тела. Летом змеи свободно перемещаются, зимой находятся в спячке в своих гнездах.

Именно поэтому человек, которого укусит змея, сначала обездвижен, а потом, когда яд разогревается в нем и начинает таять, уничтожается.

Яд называется таковым, потому что проходит через вены (per venas — «venom»). Смертельный яд проникает во всех направлениях через артерии с усиливающейся скоростью и уносит жизнь. Вот почему он не поражает до тех пор, пока не попадает в кровь. Лукан писал: «Все змеи хладнокровны, поэтому вспыльчивый человек легко гибнет».

В некоторых естественных способностях, которые мы находим у самих себя и у других живых существ, которым недостает разумных способностей, змея выделяется тем, что обладает странной жизнестойкостью. В Книге Бытия говорится: «Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог» (Быт., 3: 1).

ЗМЕЙ

Змеи отличаются и другими странностями.

Первая: они стареют и слепнут. Если же они хотят возродиться, отправляются в какое-нибудь место и принимают пищу в течение длительного времени, пока не поменяют шкуру.

Затем ищут узкую трещину в скалах, вползают туда, сдирая старую шкуру. Так и мы, пройдя через многие несчастья и воздержание ради спасения Христа, отбрасываем прежнего человека и его одеяние. Таким образом, возможно, мы ищем Духовную Скалу, Иисуса и узкую трещину, то есть врата телесные.

Вторая странность: когда змей отправляется к реке на водопой, она не забирает с собой свой яд, выплевывая его в нору. Так и мы подходим, чтобы заполучить источник живой воды, и, стремясь к вечному, слышим божественное слово в Церкви, также выплескиваем из себя яд, то есть плохое, и земные стремления.

Третья странность заключается в том, что, когда змей видит обнаженного человека, пугается его, а увидев его же в одежде, набрасывается. В сказанном скрыт духовный смысл: когда первый человек Адам жил обнаженным в раю, змей не смог наброситься на него.

После того как он оделся, стыдясь наготы своей, змей прыгнул на него. Так же и люди, если будут сохранять моральные принципы, как пожилой человек, если продолжат хранить верность порочным дням, змей набросится на вас.

Если же избавитесь от одеяния тьмы, которое носили, то змей не сможет атаковать вас, иначе говоря, вы избежите нападок дьявола.

Другие факты, связанные с рептилиями. Благодаря диете, состоящей из фенхеля, змеи могут излечить себя от продолжительной слепоты, когда они почувствуют, что их глаза начинают заволакиваться, искать хорошо известные лекарства, никоим образом не разочаровываясь в результате.

Питающаяся через ноздри черепаха схожа со змеем[167], когда видит ядовитое существо, ползущее к нему, защищается, поедая майоран (душицу)[168].

Если змей проглотит слюну постящегося человека, он умрет.

Верят, как замечает Плиний, что змей выходит из трудного положения, сделав два движения телом длиной в палец, атакуя с головы, и выживает. Так ему удается сохраниться, когда кто-то намеревается ударить его.

Все змеи страдают от плохого зрения, плохо видят то, что находится на расстоянии. Ведь это вовсе не случайно, поскольку их глаза расположены не на морде, а на виске. Поэтому они слышат лучше, чем видят.

Ни одно животное так быстро не вытягивает язык, как змей, похоже, у них утроенный язык, обычно встречаются только два.

Тело змея влажное, они отмечают дорогу, по которой перемещаются, слизью. Их отпечаток выглядит так, как будто у них нет ног. Однако они ползут под давлением чешуек, расположенных на концах своих ребер, располагающихся равномерно от горла до нижней части живота.

Чешуйки похожи на когти, размещающиеся на ребрах, как на ногах. Когда любая часть тела от живота до головы поражается ударом, змей, страдающий от увечья, становится неполноценным, неспособным возвратиться обратно на свою тропу. От удара у него разламывается спинной хребет, тогда основание ребра и все тело приходит в движение[169].

Полагают, змеи живут долго, поэтому, когда сбрасывают старую кожу, таким образом продлевают свой век и возвращают себе молодость. Кожа называется «сбрасываемый покров», потому что, когда они стареют, сбрасывают ее (exuunt).

Одежда называется так, потому что вы одеваетесь в нее.

Пифагор отмечает: «Змеи созданы из костного мозга трупов, представляя собой существо, которое и имел в виду Овидий в книге „Метаморфозы“, когда писал об этом».

ЧЕРВИ

Относятся к животным, которые в основном рождаются без сексуального совокупления из мяса, дерева или любой земной вещи. Сходятся во мнении, что они, подобно скорпиону, не вылупляются из яиц. Существуют земные, водяные, воздушные, плоские и лиственные черви. Встречаются также древесные и одежные.

Паук представляет собой воздушного червя, ибо добывает пропитание из воздуха, который ловит длинной нитью, выходящей из маленького тельца. Его паутина всегда прочная, он все время трудится, не тратя времени зря и не прерывая своей искусной работы.

Земная тысяченожка, которая во множестве прячется под цветочными горшками, свернувшись в шар, получила свое название по количеству ног.

Пиявка представляет собой водяного червя, названа так, поскольку высасывает кровь. Она лежит, ожидая людей, которые собираются напиться, тогда впивается им в горло или пытается как-то ухватить, чтобы высосать свежую кровь. Насытившись, сплевывает ее и может повторить все сначала.

Скорпион — земляной червь, которого мы склонны скорее отнести к червям, чем к змеям. Жалящее существо называется по-гречески лучником, ибо стремительно действует хвостом и, изогнувшись, впрыскивает яд в рану (aculeus; arcuatus). Самое странное в поведении скорпиона — он не кусает в ладонь[170].

Шелкопряд — это лиственничный червь, продукт его жизнедеятельности превращается в шелковые одежды (bombycina). Его также называют bombus (шарик), потому что он опорожняется, одновременно вырабатывая нити, оставляя в себе только воздух.

Гусеница[171] — иная разновидность лиственничного червя. Ползая по зеленым виноградным побегам, поедает свежие листья (ab erodendo). Плавт так пишет о ней:

А гусеница: в виноград, в листву его, забьется.

Так точно и она сейчас в словах своих вертится

(Шкатулка)

Греки называли лесных червей teredonas, ибо они во время еды перемалывают пищу (terendo). Мы называем их термитами, у греков vermes. Они питаются деревьями, упавшими во время ненастья.

Tinea, одежный червь, грызет (terat) все, что ему попадается, съедая без остатка. Считается упорным существом, потому что все время прикипает к одной и той же вещи.

Мясные черви включает emigramus, lumbricus, ascaridae (аскариды), costae, pediculi, pulices, lendex, tarmus, ricinus, usia и cimex (постельный клоп — родовое название).

Emigramus известен как головной червь.

Lumbricus, желудочный червь, quasi lumbicus прокрадывается внутрь человека или живет внутри лона (in lumbis).

Pediculi, вошь, мясные черви, от слова «ноги» (а реdibus), вшивые люди (pediculosi) от одноименного корня. Кишат на них.

Блохи, соответственно, pulices, в основном покрыты пылью (ex pulvere).

Tarmus, свиной червь.

Ricinus, клещевидный червь, прицепляется к ушам собаки (очевидна игра слов, Ri-cinus, auriscanis). Kunos — греческое слово, обозначающее собаку.

Usia (возможно, urica) известна как свиной червь, при укусах вызывает болезненное ощущение. Укушенное место настолько распухает, что приходится смачивать его водой. Вот почему возникает игра слов по поводу urine («урины»).

Cimex, постельный клоп (родовое название), получил свое название по сходству с растением[172], отсюда его раздражающий запах. Соответственно рождается из гниющего мяса.

Итак, tinea в одежде, eruca в овощах, teredo в дереве и tarmus в земле.

Черви не ползают по плоскости, изгибаясь подобно змеям, равно как и не передвигаются с помощью чешуек, поскольку не обладают жесткостью змеи[173]. Напротив, сжимая части небольших тел в прямую линию и затем расправляясь, перемещаются вдоль и, таким образом, ползут вперед, все время складываясь гармошкой.

* * *

РЫБЫ

РЫБЫ (pisces), как и скот (pecus), называются так потому, что живут и питаются стаями (a pascendo). Более того, известны как рептилии (reptilia) в силу идентичной формы и естественной предрасположенности к плаванию. Ныряют в бездонные глубины, хотя и медленно плавают (repunt). Давид в этой связи говорит: «Это — море великое и пространное, там пресмыкающиеся, которым нет числа» (Пс., 103: 25).

АМФИБИЯ

Разновидность рыбы, имеет привычку ходить по суше и плавать в море, отсюда и ее название. Дело в том, что в греческом языке слово amphi означает «оба, обе», поскольку они живут или в воде, или на берегу, как тюлени, крокодилы и гиппопотамы.

РЫБА-КИТ

Aspidodelone — кит или чудовище, которое проглотило пророка Иону. Его брюхо столь огромно, что потенциальные жертвы принимали его за преисподнюю. Иона пишет: «К Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой» (Ион., 2: 2).

Животное приподнимает спину в открытом море над волнами и плывет куда захочет. Иногда просто лежит на спине, его заносит песком, на нем вырастают кусты. Когда же начинается буря, оно шевелится, пытаясь удержаться на месте.

Моряки, которым случается идти этим маршрутом, принимают животное за остров и высаживаются на него. Разводят костер. Однако, почувствовав жар огня, кит неожиданно ныряет в бездну и тащит ставший на якорь корабль за собой[174].

Перед нами путь, который неверующие сами себе же уготавливают, я имею в виду людей, не желающих осознавать уловки дьявола, верят в него и его деяния, привязываются к нему и позволяют себе войти в геенну огненную.

Когда чудовище голодно, оно открывает пасть и выпускает приятно пахнущий аромат. Небольшие рыбки, чувствуя запах, собираются в стаю и попадают к нему в рот. Естественно, когда кит понимает, что пасть наполнилась, он тотчас закрывает ее, поглотив рыбешек. Так же и люди, которым недостает веры, предаются удовольствию. Потакают своим желаниям, будто одурманенные ароматом. И тут дьявол пожирает их.

КИТ

Необычайно крупные животные, их название происходит от фонтанирования (выбрасывания струй воды). Они выбрасывают воду выше, чем любое морское животное. На греческом ballein означает «выбрасывать». Женскую особь называют musculus, ибо, ввиду крупного размера, она не может зачать от соития[175].

СЕРРА-1

Зверь с огромными плавниками, живущий в море. Увидев движущийся корабль, чудовище расправляет плавники и пытается догнать его, пролетая до двух сотен ярдов. Потерпев неудачу, сворачивает плавники внутрь, после чего, устав без воды, ныряет обратно в океан[176].

Описываемое нами животное похоже на человеческие существа. Корабль, конечно, символизирует Благочестивого, плывущего сквозь шторм и бури этого мира, не опасаясь разувериться.

Серра, напротив, чудовище, не способное поравняться с праведным кораблем. Символизирует людей, стремящихся посвятить себя добродетельной деятельности. Правда, не преуспев в своих намерениях, такие люди погибают от множества отвратительных привычек и, потеряв опору под давлением качающихся морских волн, отправляются в ад.

Ничего не предпринимая, вы не сможете попасть куда нужно. Чтобы добиться цели, нужно упорно двигаться к ней.

ДЕЛЬФИНЫ

Известен рассказ о том, как они следуют за голосом человека. Или же собираются вместе на собрания ради симфонического концерта[177].

Никто не передвигается в море быстрее, чем они, им даже доводилось обгонять корабли, выпрыгивая из воды. Когда же они резвятся в волнах и врезаются в массы волн головой вперед, считается, что они предвещают шторм.

Точнее называть их «симонами»[178].

На реке Нил встречается разновидность дельфина с пиловидным спинным плавником. Он способен уничтожить крокодила, вонзаясь в мягкие части живота.

ДЮГОНЬ

Или морская корова, porci marini. Известна также как suilli, или свинья в народной латыни, поскольку питается корнями прибрежных водорослей, разрывая мордой почву под водой, как свиньи. Ее рот расположен под подбородком, поэтому она не может собрать еду до тех пор, пока не погрузит рыло в грязь.

МЕЧ-РЫБА

Названа так (gladius) в силу остроконечного носа, который вонзает в корабли и топит их.

СЕРРА-2

Обладатель зубчатого, пилообразного serrated гребня, которым распиливает судно, когда проплывает под ним.

СКОРПИОН

Точнее, морской скорпион. Получил прозвище, потому что жалит, когда его держат в руке. Говорят, если десять крабов собрать с горстью базилика[179], все скорпионы окрестности соберутся вокруг добычи.

(В Тарентино существует рецепт наживки для рыбы-скорпиона: «Смешайте по восемь драхм стружки с шелковичного, кокосового или сандалового дерева, добавьте цветоножки капусты до пяти, все смешайте с тщательно размельченной пшеничной мукой и отфильтрованной через песок водой. Приманивайте рыбу шариками из этого теста». Возможно, описание наживки интересно для тех, кто ловит карпа.)

КРОКОДИЛ-2

Существо цвета шафрана или крокуса. Амфибия с четырьмя лапами, в длину обычно двенадцать локтей, живет в водах Нила[180]. Вооружен ужасными зубами и клыками. Шкура такая прочная, что даже град массивных камней, падающих ему на спину, не повреждает ее.

Отдыхает в воде ночью, на земле днем. Откладывает яйца в песок. Мужская и женская особи защищают их по очереди. Рыбы, имеющие зубчатый гребень, убивают его, разрезая мягкие ткани тела[181].

РЫБА-ВОЛК

Lupis — волк. Зверская жадность породила его название[182].

Ее трудно поймать. Когда ее окружают сетью, говорят, она закапывается хвостом в песок, так прячется и уходит из западни[183].

БАРАБУЛЬКА

Красивая рыбка-краснобородка, mullus barbatus, живущая в Средиземном и Черном морях. Засыпая, она играет радужными цветами.

Mullus — барабулька обыкновенная — названа так потому, что гладкая и очень мягкая.

Говорят, что, съев ее, можно приглушить похоть[184]. Она также притупляет зрение. Люди, часто поглощающие барабульку, пахнут рыбой. Если ее опустить в вино, а затем его выпить, впоследствии можно пристраститься к алкоголю.

КЕФАЛЬ

Названа так из-за своей проворности (multum agilis). Понимая, что рыбаками устроена западня, тотчас разворачивается и прыгает через сеть, даже можно увидеть, как она скользит по воздуху[185].

* * *

Итак, теперь вам известно о существовании бесчисленного количества рыб, каждая со своими привычками. Одни вылупляются из икринок, как в случае с пятнистой огромной особью, которую мы называем форелью. Встречаются рыбы, доверяющие выведение икринок водам. Вода оживляет, создает и делает свою работу, если ей доверяют, будто осуществляется универсальный закон.

Могучие киты, дельфины, тюлени и остальные представители рода живородящие. Те, кто родит, как бы случайно, в страхе, в ловушке, чувствуют некую опасность любого рода, направленную против их детенышей.

Желая обезопасить или деликатно смягчить страх детства материнской привязанностью, они, как полагают, открывают рот и, таким образом, удерживают малышей за зубами. Более того, принимают их обратно в тело, пряча в плодородном чреве.

Разве человеческая любовь способна сравниться с той, что выказывают рыбы? Для нас достаточно просто поцелуя. Для них же ничего не стоит открыться и принять внутрь своих детей, снова выпустить их неповрежденными, оживить теплотой своего сердца, возродить собственным духом и сделать так, чтобы двое жили в одном теле. Так поступают, поощряя или защищая детенышей от опасностей.

Разве не поразительно, что природа проявляется в них, при этом не обнаруживается в людях?

Ведь многие человеческие матери, влекомые злобной ненавистью, уничтожают собственное потомство. Иные, и мы об этом читали, полагают, что их может уничтожить молодежь, потому становятся могилой для своих детей.

Напротив, внутри матери-рыбы младенцы находят защиту, самка сохраняет дитя неповрежденным в глубине своего лона.

Кроме того, у различных видов рыб собственные привычки. Одни мечут икру, другие воспроизводят живых детенышей. Те, кто откладывает икринки, не строят гнезда, как птицы, равно как не озабочены кропотливым высиживанием икринок и не беспокоятся о том, чтобы кормить потомство, а просто выпускают икринки, поскольку вода, как и кормилица из крестьян, взращивает их, в ее недрах, вследствие быстрой инкубации, возникает новая жизнь. Одушевленная прикосновением своего родителя-океана, икринка раскрывается, и наружу выходит рыба.

Какой же чистотой и незапятнанностью отличается преемственность среди рыб, здесь невозможно никакое смешение, кроме как с членами собственного вида! Им неведомы адюльтерные контакты с иными рыбами, в отличие от связей, в которые вступаем мы, прелюбодействуя.

До вмешательства людей огромные кланы обезьян и лошадей существовали в среде себе подобных. Сегодня, напротив, обезьяны скрещиваются с лошадьми, плодя бастардов. Это явно больший грех, чем просто внебрачная связь, ибо совершенно противоречит природе, нарушая взаимодействие в ней, не говоря уже о нанесении вреда конкретному существу.

Ты, о человек, выступаешь сводником по отношению к прелюбодейным лошадям, предполагая, что новое животное представляет большую ценность в силу своей поддельности, но ведь оно искусственное. Ты смешиваешь разные виды, противоположное семя и часто путем запрещенного соития получаешь нежелательные жертвы. Ты называешь содеянное животноводством.

А все дело в том, что ты не способен проделать то же самое с людьми, равно как человеческие потомки не способны скрещиваться с представителями иных видов. Но ты задумаешься о том, как бы это сделать. Отнимаешь то, что получил родившийся человек, убираешь его качества, отсекая части тела, меняешь пол. Итак, то, что природа не даровала людям, ты бессовестно производишь, вмешиваясь в нее.

Что скажет добродетельная мать-вода по этому поводу?

Человек, ты научил детей отрекаться от своих отцов, сепарации, ненависти и враждебности. Узнай же теперь, каковыми должны быть отношения родителей и детей. Рыбы не ищут возможность прожить без воды, не стремятся утратить расположение своих родителей, лишиться корма матери. Природа такова, что, если их вынуть из воды, они тотчас умрут.

Теперь поговорим о размерах зубов рыбы. Они огромные, расположены в одной части рта, как у овцы и вола, каждая челюсть всегда снабжена зубами различной величины. Если они жуют еду в течение длительного времени и быстро ее не поглощают, она выходит и смывается изо рта потоком воды. Поэтому у них так сильны и остры резцы, передние зубы, ведь необходимо быстро и легко рассечь пищу и тотчас ее искромсать. Словом, они не пережевывают пищу.

РЫБА-ПОПУГАЙ

Scarus[186], говорят, эта рыба жует жвачку. Именно по этой причине склонна удерживать предметы во рту.

Рыбам, конечно, не удается избежать проявлений силы со стороны своих сородичей. Самые маленькие подчиняются большим и могущественным, слабейшие схватываются с сильнейшими. В то же время встречается множество, питающееся растительностью, меньшие становятся едой для больших. Большие, в свою очередь, захватываются более сильными особями, становясь их едой. Один разбойник подчиняется другому.

В общем, случается, одну рыбу пожирает другая, третью — четвертая, и все встречаются в одном желудке, ту, что съели, и та, которая съела. Все находятся вместе, сообщество грабителей и мстителей на одном пространстве.

Итак, среди рыб порочность и жадность явление случайное, как и среди людей, это проявление жадности. Хотя не исключено, рыбы даны нам в назидание, наставление.

Возможно, увидев, как они ведут себя, мы осознаем несовершенство наших собственных привычек и получим предостережение на их примере. Предупреждение о том, что сильный никогда не должен нападать на слабого, ибо всегда найдется тот, кто сильнее его. Тот, кто ранит, готовит розгу для собственной спины. Ты сам рыба, пожирающая другого едока, побеждающая слабого и преследующая верующего вплоть до бездны. Представь, преследуя добычу, ты встречаешься с более сильным, чем ты, и тот может действовать против тебя своими средствами. Преследуя жалкого и напуганного, ты не думаешь о том, что сам можешь превратиться в гонимого.

ЭСКАРИУС

Получил свое имя[187] потому, что якобы только он жует еду (esca), другие же рыбы этого не делают. Говорят, отличается сообразительностью. Когда его ловят в посудину, он не стремится выбраться на поверхность, не прячет морду в безопасной глубине. Напротив, повернувшись вокруг, подплывает, постоянно двигая хвостом, к входному отверстию, затем перемещается обратно. Если случайно другой эскариус увидит, как он борется, то схватит его за хвост и поможет выбраться.

РЕМОРА

Небольшая, шести дюймов в длину, рыба (echeneis, εχενηίς) получила свое имя (прилипала), потому что прикрепляется к судну и удерживается на нем[188].

Несмотря на штормовые ветры и волнующийся океан, корабль прочно закреплен в море, будто прирос к месту и не может сдвинуться. Рыба прилипает не за счет зажимания, а посредством засасывания.

На латинском «мора», ибо побуждает корабли оставаться неподвижными[189].

УГОРЬ

Напоминает змею, отчего и получил свое название anguis (змея). Рождается в грязи, поэтому, если попытаться его удержать, сделать это не удастся, поскольку существо очень скользкое, чем сильнее его сдавливать, тем резвее оно выскальзывает из рук.

Говорят, на востоке реки Ганг встречаются угри диаметром в тридцать футов.

Если угрей утопить в вине, то те, кто его выпьет, приобретут склонность к пьянству.

МУРЕНА

Греки назвали ее так — muriena[190] — потому, что эти угри скатываются в шар[191]. По их мнению, самки мурены настолько сексуально озабочены, что беременеют от змеи. Поэтому мурена подзывается рыбаками шипением, похожим на змеиное, и ловится.

МНОГОНОЖКА

Polypus[192]. Имеет много ног, напоминающих спирали. Умные существа, охотно служат ловушкой для рыб, охватывая их, сжимая в своих объятиях и не выпуская, пока не растерзают полностью.

ЭЛЕКТРИЧЕСКИЙ СКАТ

Или торпедо. Получил свое имя из-за способности обездвиживать мощным разрядом любого, кто дотронется до него. Плиний Младший сообщает: «Если дотронуться до электрического ската из сине-фиолетового моря даже на расстоянии, даже с помощью копья или палки, то мышцы, какими бы мощными они ни были, равно как и ноги, какой бы быстротой ни отличались, обездвижатся»[193].

Он настолько силен, что даже излучение его тела парализует конечности.

РАК

Известен своей хитроумной стратегией охоты и неуемным аппетитом. Любит устриц и охотно поедает их, устраивая настоящее пиршество. Хотя и стремится наесться, понимает опасность, поскольку преследование для него настолько же сложно, как и опасно. Трудно потому, что мясо устрицы находится внутри очень прочных раковин, защищающих ее подобно прочным крепостным стенам.

Она питает эту раковину и ухаживает за ней, чтобы вырастить ее в виде купола, располагаясь внутри и используя ее как убежище. Поэтому следует осторожно обращаться с устрицами, ибо невозможно открыть закрытую устрицу силой, следовательно, и крабу опасно вставлять туда клешню. Чтобы выйти из положения, краб применяет хитрость. Поскольку все устрицы время от времени проветривают раковины, краб исследует, наблюдает, поджидая, когда устрица открывает двойные створки в тех местах, которые не подвержены ветрам и защищены от лучей солнца.

Краб, тайно спрятавшись в гальке, мешает устрице закрыть створки, благополучно вставляет свои клешни и питается ее плотью.

Подобное, вполне возможно, происходит и с людьми. Эти развращенные существа следуют привычкам крабов, прибегают к мошенничеству и обману вместо того, чтобы проявить природный талант! Лучше довольствуйтесь собственным положением и не ищите опору в оскорблениях соседей.

Простейшая поддержка для человека, который не довольствуется правильной пищей. Не удовлетворенный своей собственностью, он начинает замышлять против своего приятеля, сгорая от жадности. Алчность ведет его к утрате добродетели и побуждает к греху.

Итак, да будет благословенна бедность, которая искренне тяготеет к собственным благодеяниям и чурается богатства.

Лучше посвятить себя достижению достоинств, а вовсе не тому, чтобы обманывать невинных. Пусть мы последуем примеру морских тварей в своем стремлении к благосостоянию, а не уничтожению соседа.

МОРСКОЙ ЕЖ

Несчастное, жалкое и презренное животное. Часто возвещает морякам бурю или штиль. Когда предчувствует штормовой ветер, хватает прочный камень и тащит его как балласт или якорь, чтобы его не разметало волнами. Так спасается, благодаря собственной силе и помощи извне, тому весу, который тащит.

Моряки охотно пользуются этой информацией, воспринимая ее как знак приближающегося ненастья, и заботятся о том, чтобы ураган не застал их неподготовленными.

В состоянии ли математик, астролог или звездочет так же хорошо понимать движение звезд или небесные знамения? Какие же природные свойства познал морской еж, что выглядит как ученый муж? Кто стал толкователем столь мощного предсказания?

Люди часто видят нарушения в атмосфере и впадают в заблуждение, ведь облака часто рассеиваются, и шторм не наступает. Морского ежа обмануть нельзя, он не упускает из виду ни единого признака. В одном невзрачном существе больше разума, чем в ком-либо, и он способен предсказать будущее.

Поскольку это не что иное, как проявление мудрости, мы должны поверить в то, что все происходит благодаря чуткости Господа ко всему, чем владеет морской еж благодаря способности предвидения.

Более того, Господь делает привлекательной траву на поле, и мы любуемся ею. Он питает птиц и обеспечивает едой воронов, чьи птенцы искренне повернулись к нему. Позволил женщинам познать ткачество и даже паука не лишает мудрости, как искусно развешивать паутину в дверном проеме.

Господь поощряет бесстрашие лошади, которая стремится угодить своему наезднику и скачет во весь опор, пускаясь в галоп, на расстоянии чувствует войну и возбуждается от звука трубы.

Если существует такое количество неразумных и никоим образом не измеримых вещей, как травы или лилии, которые развиваются в своем определенном порядке, можем ли мы сомневаться, что Господь и морского ежа наделил даром предвидения?

Бог все видит, все подмечает, питает все сущее. Он завершил все вещи своею мудростью. «Он знает обо всем, что создал». Следовательно, если он не отверг бедного слепого морского ежа, позаботился о нем и наделил способностью предвидеть будущее, не сможет ли он позаботиться о вас? Ведь он истинно заботится о нас, простирая свою божественную мудрость: «Если он заботится о птицах небесных и питает их, то ты ведь больше их?»

Если Господь преклоняется перед травой на поле, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в огонь, настолько многое он дает тебе, жалкому?

ДВУСТВОРЧАТЫЙ МОЛЛЮСК

Большие и маленькие моллюски именуются conchula. Как и все закрытые морские животные и ракообразные, они понемногу растут по мере угасания луны, при ее затухании опорожняются. Когда же луна начинает расти, она заставляет некую телесную жидкость подниматься, когда угасает, жидкость исчезает, — по крайней мере, так говорят ученые мужи. Понятия concha или cunnus характеризуют первую ситуацию.

Conchula уменьшительное от concha, как circulus уменьшительное от circlus.

РАКОВИННЫЕ УСТРИЦЫ

Существует множество разновидностей моллюсков, среди них выделяются жемчужные устрицы, часто называемые occeolae, в теле которых созревают драгоценные камни.

Все, кто пишет о них, сходятся в том, что они приближаются к берегам в ночное время и получают жемчуг из небесной росы, поэтому их называют occeloe[194].

ПУРПУРНИЦА

Или багрянка, липарис (murica). При разрезании ножом выделяет ярко-красную жидкость, которой окрашивают императорский пурпур. Раковина имеет заостренную форму[195]. Отсюда ее следующее имя ostrum[196], поскольку пурпур получают из жидкости раковины.

КРАБ

Относят к моллюскам, поскольку имеют панцирь на ногах[197]. Враждебны по отношению к устрицам, питаются их мясом, для чего разработали прекрасную стратегию.

Поскольку не могут открыть прочную раковину, вынуждены подбирать ключик. Подкравшись, вставляют камень и мешают закрыться раковине, затем поедают ее плоть.

Некоторые рассказывают, что, если десять крабов соединить с пригоршней базилика, все скорпионы, находящиеся по соседству, соберутся в одном месте[198].

Встречаются две разновидности крабов — речные и морские.

УСТРИЦА

Названа ostrea по раковине, в которой прячется ее мягкая плоть. Греки называли раковину ostreon[199].

МИДИИ МОРСКИЕ

Или морские улитки (musculi). Из их оплодотворенной икры получаются устрицы. Называются так, поскольку являются мужскими особями.

ЧЕРЕПАХА

Получила свое имя (testudo) из-за панциря, похожего на горшок (testa), прикрывающий ее тело, как купол. Встречаются различные виды, морские и сухопутные черепахи. Живущие непристойно в болоте относятся к следующему виду. Они встречаются и в реках, особенно в спокойных местах с медленным течением. Иные рассказывают небылицы, заявляя, что корабли замедляют ход, когда на борту находится правая лапа черепахи!

ЛЯГУШКИ

Называются так (rane) благодаря своему кваканью[200], иначе говоря, издают быстрые, последовательные, короткие, резкие стучащие звуки.

Одни лягушки живут в воде, другие на болотах, некоторых называют жабами, они обитают в ежевичных кустах, и больше остальных[201]. Существует разновидность calamites, или зеленые лягушки, обитающие среди камышей (calami) и небольших деревьев.

Самые маленькие и самые зеленые глухи и безголосы, обитающие на суше или в полях называются egredulae. Некоторые говорят, что, если дать собакам живую лягушку вместе с едой, они после этого не лают.

Среди всех разновидностей животных, обитающих в море, мы знаем сто сорок четыре. Плиний писал, что морские животные делятся по следующим разделам: монстры, змеи, привыкшие жить на земле и в воде; крабы, моллюски, лобстеры, гигантские мидии, полипы; плоские рыбы и моллюски, вроде камбалы.

Дополнительные разделы

(Следующие три раздела бестиария посвящены деревьям, за ними следуют еще десять, в них говорится о природе и человеке. По их поводу приводится почти безбрежная цитата из «Этимологии» начала VII века Исидора, архиепископа из Севильи. Они практически не представляют никакого интереса. Не сопровождаются иллюстрациями, кроме одной, приведенной самим переписчиком. Настоящий переводчик предполагает избавить читателя от необходимости пробираться через них, сохранив только одно заслуживающее внимания пространное примечание. Обычно всякий набожный человек намеревался увеличить возможные связи человека или дерева, определить их функции и объяснить, даже, скорее, как в большинстве случаев и происходит, неправильно истолковать причину, по которой они получили название.

Итак, глава, посвященная деревьям, включает в себя овощи, деревья, кустарники, огороды, гроты, питомники, отводки, семена, корни, стволы, кору (деревьев), ветки, листву, цветы, фрукты и так далее. Следует краткое и в некотором роде банальное описание конкретных видов. Так, в частности, сообщается, что падуб или ольха растут около воды. Правда, несколько отрывков, возможно, заслуживают перевода.

«Когда дует южный ветер, — читаем мы, — цветы падают, во время западных ветров они цветут».

«Пальмовое дерево называется так потому, что богиня победы удерживала его в ладони (в английском языке слово palm означает как пальмовое дерево, так и ладонь) или как-то по-другому, потому что его ветки растопырены, как пальцы на ладони.

Согласимся с тем, что это дерево — символ победы с длинными и благородными листьями и вечнозеленой листвой, поскольку сохраняет свои крупные длинные листья не поврежденными новой зеленой порослью.

Греки называли ее фениксом, потому что она долгожитель. По имени той арабской птицы, которая якобы живет много лет. Ее фрукты называются датсами (финиками) по сходству с пальцами (на греческом „дактилос“, δάκτνλος, означает „палец“)».

Laurus (лавр) от laus — «слава». Обычно им увенчивают головы победителей.

Лавр благородный «единственный, о ком люди говорят, что он менее всего привлекает молнию».

Фиговое дерево, если его поместить в воду, тотчас утонет, но, когда полежит в течение некоторого времени в грязи, поднимается на поверхность. Сказанное противоестественно, ибо то, что намокает, обязательно должно тонуть… Говорят, если фиги есть постоянно, то у пожилых людей пропадут морщины.

Гели бросить в змею листья шелковицы — тутового дерева, они убьют их.

Кипарисовое дерево «имеет приятный аромат и сохраняет его в течение длительного времени, никогда не повреждается червями. Смола, cedria, полезна для сохранения книг: если их смазать, они не пострадают от червей, равно как не повредятся со временем».

Можжевельник удерживает огонь. Гели пламя можжевельника засыпать его же пеплом, он продолжит тлеть в течение года.

Авраам сидел под дубом, дожившим до правления императора Константина (к сведению, Авраам жил в 2000 году до н. э., а Константин — в 330 году н. э.).

Ясень используется для изготовления копий.

Природа семян ивы такова, что «если кто-нибудь выпьет ее настой в кубке, останется неплодородным, особенно женщины».

Тополь, ива и лайм, как мягкие (пластичные) материалы, пригодны для скульптур.

Разделы, посвященные природе и человеку, начинаются с определений природы, жизни, человека, души, тела, ума, интеллекта, памяти, ощущения плоти и пяти чувств. Они иллюстрируются несколькими интересными сообщениями.

«Человек (homo) соответственно создан из праха, грязи (humo). Греки называли его anthropos, поскольку, поднявшись из грязи, только он один среди животных приближается к намерениям своего Создателя».

Нам сообщают, что плоть состоит из земли, воздуха, огня и воды, это видно на примере прозрачной жидкости, исходящей из глаз.

Автор бестиария считает, что зрение — самое главное свойство. Его интересует, что «мы используем глагол „видеть“ в отношении объектов, которые соотносятся с другими чувствами, то есть „видим то, что можем воспринять“».

За этим следует пространный перечень из примерно ста семидесяти частей человеческого тела, каждой из которых отведено по странице, описываются его функции, приводится толкование названий. Девятнадцать страниц в завершении повествования о деревьях, мы же добавим немного к нашему ассортименту любопытных сведений:

«Самый главный — большой палец отличается от других большей силой и мощью. Вторым считается указательный, который не только работоспособен, но и выполняет функцию указки.

Третий, безымянный, палец, предназначен для ношения кольца. Он также считается лекарственным, обычно целебная мазь наносится врачами с его помощью. Пятый палец называется aurist, ибо им чешем ухо».

«Мы смеемся над селезенкой, сердимся, если болит желчный пузырь, чувствуем сердечную боль и заботимся о своей печени».

Кстати, автор бестиария знал, что кровь движется, хотя и не ведал о кровообращении, ибо замечает: «Вены называются так потому, что являются тропами для двигающейся крови и руслами для потоков, по которым снабжается все тело и конечности». До открытия Гарвея считалось, что внутри человеческого тела два различных потока крови, которые двигаются туда-сюда по поршневому принципу.

По его мнению, мускулы получили свое имя от мыши, якобы двигаясь под кожей, подобно мыши, перемещающейся под землей. Возможно, будет интересно, что «центром, ответственным за женское распутство, является пупок».

Ниже мы даем полный перевод фрагмента рукописи, который Шекспир называл семью веками человека, хотя в «Физиологе» упоминается только шесть.)

ЧЕЛОВЕК

У человека шесть периодов жизни: младенчество, отрочество, юность, зрелость, возмужание и старость.

В младенчестве малыш растет при свете дня на протяжении семи лет. Отрочество отличается чистотой и невинностью, продолжается до четырнадцати лет.

Третья стадия длится до того, как человек становится производителем, то есть до двадцати восьми лет[202].

Четвертая стадия, зрелость, самая благотворная из всех периодов, завершается к пятидесяти.

Пятая стадия — поздняя зрелость, сопровождается переходом от юности к возрасту немолодому, хотя и не пожилому. Греки называли его presbiter. Иные говорили не presbiter, a geron. Начавшись в пятьдесят лет, завершается к семидесяти.

Шестой период, или старость, не соизмеряется годами. Длится так долго, как поддерживается жизнь, заканчиваясь senectitude. Заключительная стадия пожилого возраста (senectutis), упадок, переходит в sextae aetatis.

Именно в данных шести аспектах философы рассматривают человеческую жизнь, она меняется и ускользает, приводит человека к могиле.

Мы бегло рассмотрели вышеупомянутые категории с их этимологией. В первой стадии человек называется младенцем, инфантом, поскольку не способен говорить и изъясняться (fari). Пока зубы должным образом не расположатся во рту, его выражение во время речи сводится к звукоподражанию.

Невинный мальчик обозначен так благодаря своей чистоте (a puritate), кожа у него гладка, ее еще не касалась бритва. Эфебы (от Феба) — небольшие деликатные существа, которые еще не переступили порог зрелости. Само же слово puer имеет три значения, согласно Исаии: «Все мы рождаемся детьми». Ребенок в возрасте до восемнадцати лет, о котором говорят: «Jam puerile jugum tenera cervice gerebat»[203]. Потом, исполненные покорности или чистоты веры, мы оставляем юность, хотя Господь говорит пророку: «Все они мои дети».

Маленькая девочка (puella) — цыпленочек (pulla), поэтому мы называем найденышей pupilli (куколки), исходя не из ситуации, а ориентируясь на нежный возраст. «Куколки» также известны как те, у кого «нет глаз» (sine oculis), иначе говоря, они лишились родителей, прежде чем получили от них имя, и соответственно называются pupilli, в то время как остальные являются «сиротами».

Сироты — те же самые найденыши, поскольку одно обозначение греческого происхождения, другое — латинского. Именно в Псалтири находим: «сироте Ты помощник» (Пс., 9: 35).

Растущие дети (pubes) определяются по развитию половой зрелости, то есть на основании частных признаков особых частей тела, которые первыми покрываются пушком. Некоторые полагают, что половую зрелость символизируют набухания, начинающиеся на четырнадцатый год, хотя процесс происходит медленно.

Тем не менее очевидно, что признаком способности к воспроизводству потомства является рост того, что происходит во время половой зрелости, теперь готовы вынашивать детей. У Горация: «Laudatur primo jam prole puerpera nato»[204].

Именно им юные матери семейства (матроны) называются puerperae, ибо они плодородны с самого начала своей зрелости, иначе говоря, во время первых родов разрешились мальчиками.

Молодой человек упоминается в этом описании потому, что он или она достаточно взрослые (adultus) для оплодотворения, размножения и вынашивания ребенка.

Юноша (juvenis) начал учиться тому, как ухаживать за собой (juvare), так же как вол (juvenci) оставляет телок. Юноша при приближении соответствующего возраста готов к взаимодействию. Среди мужчин juvare означает исполнение любой работы, где два человека и более собираются вместе. Считается, что тринадцатый год является рубежом для людей, так у скота и тягловых животных третий год самый трудоемкий.

Мужчина называется мужем, потому что внешнее (virtus) для него важнее, чем для женщин. Отсюда обозначение храбрости, ведь он правит женщинами силой (vi).

Mulier, женщина, — от «слабости», поскольку mollior (слабее), когда убирают букву или меняют ее, получается «mulier». Они отличаются от мужчин храбростью и рассудительностью. У мужчин большие способности, у женщин их меньше, по той причине, что она отдала их ему. Иначе женщине труднее поступать, похоть побуждает мужчин рыскать повсюду, и в том числе за другим полом.

Еще ее называют mulier из-за женственности, а вовсе не по причине слабости в стремлении сохранить целомудрие, ведь в Священном Писании говорится: «И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку» (Быт., 2: 22).

Virgo, девственница, незрелая (viridiori aetate), подобно зеленому побегу, называется virga и телка vitula. В другом значении ее девичество virago, поскольку ей неведома женская страстность.

Virago, потому что ведет себя как мужчина (vir), иначе говоря, проявляет мужественность и мужскую энергию, древние этим именем обозначали женщин. Это же справедливо и для девственницы (virgin), амазонки (virago), за исключением случаев, когда она действительно является таковой.

Женщину, которая, подобно амазонке, выполняет мужские функции, следует назвать virago. Собственно говоря, сегодня женщину называют femina, в древности она была vira, таким образом, serva образовалось от servus, famula от famulus, vira от vir. Некоторые люди полагают, что слово virgin того же происхождения.

На самом деле femina (женщина) происходит от femur, верхней части бедра, отличающейся от мужской. Другие, используя греческий корень, думали, подразумевая жгучую неистовую страсть, когда женщина испытывает вожделение. Вообще, женщины более склонны к ней, в отличие от мужчин. Это касается и людей, и животных. По этой же причине утверждали, что среди древних слишком сильная любовь означала уподобление женщине.

«Старейший» означает «зрелая личность среди присутствующих». В шестой книге Овидия читаем: «Старший над младшими». Он считает, что они были не старше молодых людей, окружавших их, но моложе, чем пожилые люди вокруг. Сравнение уменьшает положительную коннотацию. В общем, недостаточно просто сказать «младший» в смысле, который иные вкладывают по отношению к младшему из двух молодых людей, равно как и в случае обозначения более бедного из двух бедняков[205].

Некоторые люди говорят, что пожилым людям (senes) свойственно ослабление способностей к восприятию (sensus), они начинают вести себя глупо, как дети. Доктора заявляют, что люди с более холодной кровью глупы, а люди с горячей кровью отличаются чувствительностью.

Из этого следует, что люди в возрасте охлаждения крови и маленькие мальчики, у которых она еще и не начинала нагреваться, менее проницательны. Потому состояния младенчества и старости (дряхлости) хорошо соотносятся между собой. Пожилые люди выживают из ума, когда живут долго, а дети шаловливы и не ведают, что творят.

Senex мужского рода, anus — женского из-за продолжительности жизни (a multis annis), как и annosa (долго живущий). Если слово соотносится с обоими родами, что же могло помешать Теренцию использовать senes для обозначения «пожилых женщин». Кроме того, слова vetula и vetusta относятся к пожилой даме.

Как «старость» (senility) от senex, так и anilitas произошло от anus. Canities («убеленный сединами») от candor (истинный белый), «t» меняется на «d». В итоге получаем: «Цветущая юность и молочно-белый возраст (canities) — главные периоды, которые можно назвать безупречными».

Пожилой возраст сообщает особые добродетели и множественные болезни. Его преимущество в том, что он освобождает нас от всех возможных потребностей, ограничивает сексуальные удовольствия и собственно влечение, умножает мудрость и рассудительность.

Плохо то, что упадок производит жалкое впечатление в совокупности с немощью и злобой. Болезни и пожилой возраст проползают, ибо им сопутствуют годы и болезни.

Смерть происходит от тог или от Марса, покровителя мертвых. Возможно, от morsu, укуса первого человека, когда, познав плод запрещенного дерева, он поравнялся со смертью.

Встречаются три разновидности смерти: преждевременная, ранняя и естественная.

Преждевременная свойственна младенцам, ранняя — молодым, заслуженная или естественная — пожилым. Никто не знает, от какой части речи образовано слово mortuus. По мнению Цезаря, если morior — причастие прошедшего времени, значит, должно иметь окончание «u», но никак не оба. Поскольку буква «u» удваивается, и оно превращается в существительное. Не важно, как оно образовано, его смысл — «умирать» — не может находиться в активном наклонении, как и существительное не может склоняться в речи.

Считается, что мертвый человек либо труп, либо останки. До того как его похоронят, он труп (funus), который заворачивали в вощеный папирус, так как он легче гроба.

Если он не погребен — это останки, слово, происходящее от «павших вниз», cadendo, то есть больше не могущий подняться. Когда во время похоронной процессии труп несут, мы называем происходящее похоронами (exsequi — следовать).

Кремированные трупы — «останки». Унося или хороня, мы обычно называем труп телом (corpus). Цитата: «Turn corpora luce carentum».

Умершего называют так потому, что завершились его жизненные функции. Мы говорим, что люди совершили церемонию (functos officio), осуществив все необходимые ритуалы. Отсюда для мужчин слова functus и defunctus, ибо приятель лежит мертвый, переставший исполнять жизненные обряды, да и вообще что-либо (die functus sit).

Похоронить означает спрятать труп, ибо мы считаем настоящее погребение «нечеловеческим», иначе говоря, обращением в прах[206].

КРЕМЕНЬ

Представляет собой некую восточную породу, которую на греческом именуют TEREBOLEM (На первый взгляд, вполне возможно, кремень представлял собой кусок намагниченного минерала (магнетита) и вполне имеет отношение к этому процессу.

Первоначально магниты имели сферическую форму. Как пишет Рингли, «они представляли собой большой шар или глобус, отчего мы и называем его terrella». Но terrella обозначают нечто иное, а они pyroboli, πυροβόλοι — пириты, о которых пишет Плиний. Грин в 1589 году свидетельствует: «Камень пирит, с которым обращаются деликатно, холоден как лед, но, если его поместить между пальцами, разогреется и станет горячим». В 1590 году: «Похож на камень пирит, то есть огненный снаружи, холодный внутри».

В 1706 году Филипс охарактеризовал его следующим образом: «Pyritis — драгоценный камень, который обжигает пальцы, если крепко сжать его». В 1796 году Кирван заявлял: «Пиритом древние называли любой металлический сплав, который дает огонь при ударе о сталь, источая сернистый или мышьяковистый запах». Доукинс в книге «Первобытный человек» (1880) замечает: «В бронзовом веке огонь получали, ударяя куском кремня по куску железного пирита». Современный автор в 1909 году пишет, что кремневые камни можно рассматривать как сульфид железа (FeS2), пирит и марказит; лучистый [гребенчатый, копьевидный] колчедан, именуемый железным колчеданом, или двойной сульфид меди и железа CuFeS2 — халькопирит или медный колчедан.). Она бывает мужская и женская. Пока они в отдалении друг от друга, огонь в них не появляется. Однако, если случайно женская особь приближается к мужской, тотчас вспыхивает пламя, настолько сильное, что на горе все сверкает.

Так и люди божьи[207] сторонятся женщин, похоти, когда же приближаются друг к другу, двойное пламя способно сломить и сжечь ростки добродетели, которые Христос даровал нам. Сатана направляет своих ангелов, сражающихся не только против святых людей, но и против непорочных женщин.

Известно, что Самсон и Иосиф в равной степени подверглись искушению женщинами, и завоеватель был, в свою очередь, повержен. Ева и Сусанна подверглись искушению, и обе пали.

Храните же это в своем сердце, всеми силами остерегайтесь козней дьявольских и руководствуйтесь заповедями Господа. Ради любви к женщине, благодаря которой сначала появился грех, действуйте рьяно в отношении ее непослушных детей от Адама до наших дней.

Приложения

РУКОПИСЬ

Переведенная здесь рукопись представляет собой латинский бестиарий, переписанный в XII веке. Читаем там помету XVI века: «Якоб Томас Харисон, новоиспеченный аббат Преп…» Действительно, в то время в Линкольншире существовало аббатство Ревесби, и, возможно, копию сделали именно там. Сегодня она хранится в Кембриджской университетской библиотеке под шифром 11.4.26. Прежнее обозначение в библиотечном каталоге 278. О том, насколько долго она хранится, свидетельствует запись:

«Ех dono integerrimi ornatissimique viri Osberti Fowler Collegii Regalis Registrarii 1655 Julii 16» («Подарок достопочтенного мужа, регистратора Осберта Фаулера 16 июля 1655 года»).

«Регистратор — наемный служащий, вполне мог не числиться в колледже. Поэтому имени Фаулера не значится ни в списке поступивших, ни в списке закончивших Харвуд и Итон, а также в матрикулах и экзаменационных листах». М. Джеймс[208].

Эта рукопись издана доктором Джеймсом в Роксбургском клубе в 1928 году.

БЕСТИАРИЙ

Бестиарий представляет собой серьезный труд по естественной истории, один из важнейших источников, на которых основываются наши знания по биологии, хотя со времени его написания она существенно продвинулась вперед.

Настоящий автор бестиария неизвестен, скорее всего, его не существовало. Как и другие памятники средневековой книжности, это компиляция, составленная из разнородных фрагментов, число которых постепенно увеличивалось последующими переписчиками. Иными словами, нечто вроде рабочего дневника натуралиста.

Его источники относятся к весьма отдаленному прошлому, к Отцам Церкви, уводят в Рим, Грецию, Египет, к их мифологии, бесспорно восходят к устной традиции, возможно, современной пещерам Кроманьона. Его влияние прослеживается в мировой литературе, как мы отметили в сносках. Некоторые из его рассказов бытуют среди сельских жителей по сей день.

История бестиария началась много веков назад с устной традиции, существовавшей в различных частях света и позже зафиксированной в сочинениях Геродота, Аристотеля и Плиния. Через многие сотни лет она была обобщена в «Физиологе», который можно считать непосредственным предшественником нынешнего сочинения.

Схематично эта история представлена в виде фамильного дерева, которое переводчик составил на основе весьма интересной диаграммы доктора Анселя Робина. К сожалению, в версии доктора Робина не упоминается настоящий бестиарий.

Итак, прямым предшественником нашей рукописи является «Физиолог», анонимный сборник рассказов о животных, птицах, рыбах, насекомых, растениях и минералах. Появился во II или III веке и дошел до нас только в пересказах и цитатах средневековых христианских бестиариев. «Физиолог» состоит из небольших (от 1/2 листа до 2 листов) сюжетно самостоятельных глав, числом до 50. Описание их особенностей и свойств соседствует с символическими толкованиями (сопоставлением с христианскими добродетелями).

Следует также помнить, что древние книги распространялись в рукописях. «Физиолог» оказался настолько популярным, что распространился по всему грамотному миру, как камень, брошенный в пруд, порождает концентрические круги. На протяжении многих столетий его копировали и переводили с одного языка на другой.

Источниками «Физиолога» являются практически все тексты, обозначенные в семейном дереве. Книга пользовалась успехом, была переведена на сирийский, армянский и коптский языки. В VIII веке появился перевод на латинский, а в XII веке — на славянские языки. Язык древнерусской редакции указывает на болгарское происхождение перевода.

«Возможно, ни одна книга, — пишет Эванс, — кроме Библии, не распространилась так широко и так не волновала умы людей в течение многих столетий, как „Физиолог“. Ее перевели на латинский, эфиопский, арабский, армянский, сирийский, англосаксонский, исландский, испанский, итальянский, провансальский и все основные диалекты немецкого и романского языков». Последний рукописный вариант, известный настоящему переводчику, кроме его собственного, был переписан в Исландии в 1724 году[209].

Пока версии греческого «Физиолога» распространялись по миру, некоторые другие натуралисты, возможно, находились под его влиянием и писали свои естественные истории.

На самом деле совершенно непонятно, почему переписчик, копировавший оригинальную греческую рукопись и знавший о таком важном источнике, как «Физиолог», не использовал его в качестве основы или, по крайней мере, дополнения своего труда вставками из него. Бестиарий явно отличается от «Физиолога», и он начал пускать корни, как и живое дерево. В греческом оригинале указано 49 животных, а в представленной здесь рукописи их число возросло до 150. Сам переписчик указал 144.

В XII веке, по-видимому в Англии, эта рукопись была переписана на прекрасной бумаге латинской прозой и снабжена иллюстрациями.

«Действительно, — заявляет доктор М. Джеймс, — бестиарий можно рассматривать как одну из ведущих иллюстрированных книг XII и XIII столетий. В этом отношении она стоит в одном ряду с Псалтирью и Апокалипсисом.

Наиболее значительные исследования этой рукописи принадлежат Кайе, Мартину и доктору Дрюсу. Они показывают, насколько широко заимствованные из него образы и идеи распространились в памятниках средневекового искусства».

М. Джеймс исследовал тридцать четыре английские копии этого текста и установил, что настоящий английский перевод — самая полная версия бестиария, превосходящая по объему и латинский протограф, и французский перевод. Версия Тревиза, как и его переложения, принадлежащие Дю Бартасу и Топселлу, весьма далеки от настоящего бестиария.

Готовя издание этой рукописи для Роксбургского клуба, доктор Джеймс своей задачей видел раскрытие всех возможных источников. Он установил, что за исключением тринадцати совершенно незначительных добавлений (из Рабана Мавра, «Авиарума», «Пантеолога» и нескольких других, неустановленных) непосредственными предшественниками этой редакции бестиария оказались «Физиолог», сочинения Солина, святого Амвросия и Исидора Севильского. В качестве библейского текста все они использовали Септуагинту и предшественников.

Поэтому на вопрос об авторе бестиария в его самом полном варианте, который здесь представлен, мы можем указать на среднюю часть фамильного дерева, приведенного на схеме.

Готовя к изданию схему доктора Робина, переводчик исключил из нее такие источники, как сочинения Феофраста, Никандра, епископа Мирского, Аппиана, Флавия Магнуса Аврелия Кассиодора, римского историка и писателя, философа и политического деятеля, Александра Никема, ученого Винсента из Бове, Бартоломея Английского, доминиканского монаха, автора Speculum Maius, Альберта Великого, философа, теолога, ученого, наставника Фомы Аквинского. Марко Поло, путешественника и купца, Ордорико Пордононе, путешественника, Бернарда Мандевиля, автора «Басни о пчелах», Белона и некоторых других. Все эти источники не являлись основой бестиария, они лишь оказали влияние на отдельные его статьи.

Сказанное возвращает нас к ветвям бестиария в целом, но вовсе не к его корням. Бартоломей Гланвиль (Бартоломей Английский) в XIII веке написал свой De Proprietatibus Re rum («О свойствах вещей»), Никем — De Naturis Rerum («О природе вещей») в XII веке. Они представляют собой подборки источников по данной теме. Бартоломей перевел на английский Тревиза в 1397 году. Вместе с Никемом он включен в нашу диаграмму под общим заголовком «Комментаторы вышеприведенного текста».

Весьма вероятно, что благодаря Плинию и его комментаторам, вроде Гийома Дю Бартаса с его поэмой «Седмица»[210], «Истории четырехлапых зверей» (1607) Топселла, иллюстрациям Геснера, бестиарий получил столь широкое распространение в свое время и у последующих авторов. Из него заимствовали сюжеты не только поэты Спенсер («Королева фей») и Мильтон («Потерянный рай»), но и Борхес.

Тем временем путешественники и серьезные исследователи, например Марко Поло и более современные путешественники, скажем псевдо-Мандевиль, напоминавший своего предшественника Ктесия, начали пополнять бестиарий своими сведениями, что превратило его в обстоятельный труд, подобно сочинениям Альдрованда.

После выхода в 1646 году книги Томаса Брауна Pseudodoxia Epidemica, где он подверг бестиарий[211] рациональной критике, впервые после Аристотеля поставив предмет биологии на научный уровень, стало ясно, что время бестиария прошло. Он утратил былую репутациею серьезной книги и был предан забвению. Однако в XVIII веке к нему вернулась прежняя популярность, как замечательного памятника своего времени.

Культ прямых наблюдений и экспериментальных методов исследования, утвердившийся после основания Королевского общества в 1662 году, изменил отношение к трудам прошлого, пылившимся на библиотечных полках. К середине XIX века снова вспыхнул интерес к бестиарию как к раритету. Своему возрождению он обязан упорным исследованиям Томаса Райта (1841), Кайе и Мартину (1847–1877), Э. Эвансу (1897), Дж. Дрюсу (1908–1937), М. Джеймсу (1928) и Анселю Робину (1932).

Настоящий переводчик опустил многое в своем кратком эссе, посвященном истории рукописи. Мы не упоминаем ни египетского Гораполлона (предполагаемого автора трактата, посвященного египетским иероглифам, сохранившегося в виде греческого перевода некоего Филиппа, озаглавленного Hieroglyphica, восходящего примерно к V веку. — Пер.), ни Татиана, ни Ктесия, хотя их труды заняли свое место на ветвях нашего фамильного дерева. Остается надеяться, что наше объяснение не уступает остальным по глубине информации.

КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПАМЯТНИКА

Вряд ли следует сомневаться в том, что бестиарий являлся серьезным научным трудом для своего времени, хотя даже великий доктор Джеймс пришел в некоторое замешательство от содержащихся в нем материалов о различных существах. Например, статья о леопардоверблюде, которой нет в нашей рукописи, представляет собой попытку описать реальное животное, которого никто не видел. Оно такое же большое, как верблюд, но с пятнами, как у леопарда. Очевидно, речь идет о жирафе.

На самом деле, чем больше читателя забавляет глупость «Физиолога», тем нелепей выглядит он сам. Кто же поверит в существование дракона с головой по обеим сторонам туловища? Мистер Дрюс замечательно поместил его в официальный путеводитель Британского музея.

Наша рукопись аккуратно переписана и прекрасно оформлена, правда, не всегда в аббатстве Ревесби в Линкольншире. Восемьсот лет назад никто в этом аббатстве не мог увидеть амфисбену. Несмотря на трудности в сообщении из-за бездорожья, известие о ней распространилось по всей Европе благодаря труду множества переписчиков и иллюстраторов, которые также ее не видели. Удивительно, что сообщение об этой рептилии переписывалось практически без искажений. Читателя, возможно, позабавит феникс, и он не получит удовольствия, воскликнув: «Ну почему же этот Бену (феникс), солнечная птица! Скорее всего, это пурпурная цапля, которая служила символом при поклонении солнцу в Гелиополисе. Известно, что и тамошние жрецы носили пурпурные одежды».

Выскажем некоторые соображения по поводу условий составления рукописи, вероятно, они помогут при определении ее природы.

Итак, ее переписали в начале XII века, поскольку в ней присутствует Ibex (горный козел), появившийся в основной группе бестиариев не ранее 1067 года. В нем нет описания древесных гусей Бернакля, как в бестиариях из труда Джеральда Уэльского (после 1186 года). Отсюда вывод: необходимо датировать появление рукописи серединой века[212].

В 1150 году король Стефан захотел взойти на трон. Это произошло на памяти того же поколения, при котором норманнские захватчики разрушили саксонскую цивилизацию, о которой Тревельян писал:

«По милости Господа девственные лесистые просторы старой Англии, предмет яростного натиска земледельцев, продолжали оставаться местом обитания многочисленных птиц, зверей, необычайных деревьев и цветов.

В некотором отношении условия жизни пионеров в графствах саксонской Англии и Дейнло похожи на Северную Америку и Австралию XIX века.

Дровосеки, бревенчатые хижины на расчищенных от леса пространствах, волы в упряжках, лошади для перемещения к ближайшей ферме, находящейся на расстоянии не менее пяти миль среди неосвоенных пространств. Оружие, всегда находившееся на расстоянии вытянутой руки рядом с топором и плугом. Грубость выражений и готовность нанести упреждающий удар, дружеское расположение людей, живущих или работающих в приграничной зоне…

Каждая сонная деревенька Англии, ведущая неспешный образ жизни, в прошлом поселение пионеров, осваивавших и утверждавшихся в центре первозданного природного царства».

В этой лесной глуши Дикого Запада вместе с постом шерифа и беглыми крепостными, ставшими земледельцами, благодаря войнам баронов со Стефаном «именно люди, обладавшие местной властью, опустошали целые области. Особенно сильно пострадали долина Темзы, юго-восток и часть Мидленда, худшая ситуация сложилась в болотном крае, где Годфри де Мандельвиль держал в боевой готовности армию за счет поборов окружающих селений.

В центре этого несчастного региона, в монастыре близ Питерсборо, английский монах принялся за рукопись Англосаксонской хроники, сначала составленной под покровительством великого короля Альфреда, затем пренебрежительно отброшенной и забытой. В ней горький плач английского простого люда, направленный против иностранного рыцарства, на растерзание которому их отдал иностранный король».

«Они нещадно угнетали людей, заставляя работать на строительстве своих замков, когда же завершали строительство, населяли их злодеями и всяким сбродом. Днем и ночью грабили и обирали всех, у кого можно было хоть что-то отнять, уводили мужчин и женщин, сажали в темницы ради их золота и серебра, пытали, причиняя непереносимые страдания, никогда еще так не мучили людей, как теперь».

Так описывает существование измученных жителей этих земель английский монах. Возможно, он был связан с переписчиками нашей рукописи, пусть аббатства находились на расстоянии сорока миль и относились к различным орденам, их в равной степени интересовала и Псалтирь из Питерсборо, и бестиарий, который, подобно нашему собственному, был издан спустя восемьсот лет доктором Джеймсом.

Наш монах находился под покровительством католической и апостольской церквей, в то время заинтересованных в научных и сельскохозяйственных знаниях, равно как поддерживающих моральные устои. Монастырь, затерянный в лесах Средней Англии, являлся прекрасным убежищем от беззакония и безжалостных баронов.

Аббатство Ревесби, между Теттершеллом и Спилсби, относилось к ордену цистерцианцев. Именно в эту цитадель одного из самых строгих орденов, ставшую аванпостом европейской цивилизации, несмотря на бездорожье, проник экземпляр рукописи бестиария.

В XII веке книги ценились необычайно высоко. На их написание требовалось много времени, и немногие люди умели это делать. Необходимые материалы стоили очень дорого. Поговаривают, в 1331 году Эдуард III заплатил за роман почти 67 фунтов. Для справки: в то время за 7 фунтов можно было купить десять быков. Заметим, однако, что тогдашние книги иллюстрировались более роскошно, чем современные издания.

Поскольку процесс копирования книг проходил достаточно медленно, а их требовалось все больше и больше, в монастырских скрипториях нередко использовали диктовку. Несколько писцов усаживались за доски в специальном помещении для переписки (Scriptorium) и копировали текст. И все равно тираж определенной книги был ограничен. Возможно, настоящий бестиарий продиктован, поскольку на первой странице et simiis написано eximiis, что явно выдает запись со слуха.

В результате диктовки возникал еще один эффект. По мере распространения оригинальная рукопись передавалась из аббатства в аббатство, где ее снова переписывали. Таким образом, число копий возрастало аналогично тому, как обживается на новом месте семья переселенцев. Таких «семей» доктор Джеймс выявил в Англии четыре, следовательно, по стране перемещались четыре латинских протографа бестиариев. Если две или более из существовавших рукописей оказывались идентичны, есть смысл предположить, что они написаны одновременно под диктовку в одном и том же монастыре.

У нашей копии не существует подобных двойников, однако четыре бестиария, хранящиеся в Абердине, Бодлеанской библиотеке (собрание Эшмола, 1511 и Дьюса, 151) из Киз-колледжа (372) и, возможно, в колледже Святого Иоанна в Оксфорде (61), происходят из одной и той же мастерской. Факты свидетельствуют, что бестиарий приобрел большую популярность на севере, а не на юге Англии.

Переписчики не рисовали иллюстрации, предоставляя это художникам-оформителям, которые или заполняли оставленные пробелы (что чаще), или заранее размещали их на странице с текстом. В нашем случае переписчики, ибо по почерку их явно было двое, копировали текст до художника.

Усевшись за своими высокими досками, как профессиональные ремесленники, впрочем, таковыми они и являлись, с перьями для письма, обычно гусиными, и ножами, чтобы подрезать их, с железными чернильницами (чернила из чернильного орешка), они писали на пергаменте, трудном для нанесения знаков материале, шрифтом унциал, изобилующим вертикальными линиями, записывая minimum как munimin .

Экономя место, они сокращали слова за счет введения надстрочных и подстрочных букв или особых знаков. Например, единичка над «s» означала igitur, тире с точками сверху и снизу  — est («быть»), a mia могло означать и miseria, и misericordia.

Они сосредоточенно внимали диктовавшему, но временами внимание рассеивалось, подчиняясь настроению. Возникала пауза в диктовке, не сопровождавшаяся никакой пунктуацией. Слова перемещались друг от друга в одну строчку к следующей или п и с а л и с ь р а з р я д к о й, чтобы заполнить пространство строки .

Цитаты из книг Священного Писания, если текст хорошо знаком, обозначались начальными буквами слов, отмеченными покрытием сверху линией, поскольку цистерцианцы принадлежали к аскетическому ордену, отказывающему себе во многом ради веры.

Существование в условиях гражданской войны и трудностей фронтовой жизни побуждало их держать язык за зубами и скрывать свои чувства. Пальцы тщательно вырисовывали переплетение линий, создавая волшебный узор букв, творя научное сокровище, которое дошло до нас вместе с амфисбеной.

ВНУТРЕННИЙ СМЫСЛ ВЕЩЕЙ

Символика всегда привлекала людей. Если не учитывать сотни сумасбродных историй в литературе вроде тех, что у Ибсена, символы встречаются на каждом шагу. Круг с перекрещенной буквой означает подземное метро, мистер Терм представляет пламя газовой компании. Темная фигура в плаще со стаканом красного вина — символ портвейна Сандемана. Равно как морской лев и устрицы не нуждаются в пояснении, ибо указывают на «Гиннесс».

Истинный символ — это не просто знак, а краткий, но емкий носитель информации. Возможно, рисунок подземки намекает: «Я под землей Лондона прохожу внутренний круг». Устрицы указывали на то, что отличаются особым вкусом, являясь совершенством, деликатесом. «Те, чей прожорливый желудок сможет переварить гвозди, — говорит Сильвестр, — „Гиннесс“ хорош для вас».

Символ — метафора, иносказание, параллелизм, часть клише. Фигура Правосудия стоит на здании суда вместе с мечом и весами, символизируя равновесие между силой и справедливостью, — суть власти и главную идею правосудия.

В век веры люди полагали, что Вселенной правит всемогущий Господь, и только Он способен дать рациональное объяснение. Они верили, что все имеет значение. Надо лишь суметь разглядеть скрытую подсказку. Каждый реальный предмет, равно как и его наименование, скрывали сообщение, которое надо было прочитать «глазами веры». Средневековый человек считал, что «очами телесными» он видит форму, а содержание и реальный смысл вещи постигает «очами духовными».

Едва ли можно играть в шахматы, не прочитав Jeu d’échecs moralisé («О смысле игры в шахматы»), с описанием различных приемов игры, ибо «тот, кто не отдает, не добьется успеха и не получит желаемое». Еще одно поучение гласит: «Надо видеть не только ближайшую игру, но и думать об отдаленном». Иначе говоря, уметь предвидеть последствия своего шага.

Он не мог прочитать простую историю в Gesta Romanorum, не найдя в конце ее священного объяснения. Аллегорические животные из басен Эзопа передавали смысл иносказания.

Даже их имена многозначительны, потому мы находим столько этимологий у Исидора. Урикемия связана со жжением, она же побуждает людей мочиться. Даже слова зацепляются и перемешиваются вместе со Вселенной.

Значение символизма для средневекового сознания велико, святой Августин неоднократно говорил о том, что реальное существование некоторых животных менее важно, чем смысл их названий. Действительно, в апокрифическом декрете папы Геласия I Святого, якобы опубликованном в 496 году, «Физиолог» отнесен к Index Prohibitorum (индексу запрещенных книг), возможно, потому, что его моралите расценено как еретическое.

Все было связано между собой логическими связями. Почему? Потому что в Средневековье существовала вера, значение которой можно выразить как Credo quia absurdum est. Достаточно было указать на связь с образцом. Создание представлялось математической диаграммой, выводимой в параллельных линиях, как мы увидим в следующем разделе, вещи не только обладали моралью, но нередко имели физического двойника в других сферах. Например, лошадь на земле и морской конек в воде. По той же причине полагали, что, возможно, в небе существует Пегас. Отмечали физическое и моральное сходство.

Читатель, вместе с нами добравшийся до этого места, проберется и через многочисленные моральные критерии. Если же он воспримет их только как возможную точку зрения, никогда не дойдет до сути. Именно с помощью принципов люди с удовольствием обнаруживали, что Иисус Христос представлял собой незначительного слона. Подобное удовольствие получали от театрального меломана, когда он находил расхождения в постановках Ибсена.

Преподобный морализатор указывает на нас пальцем, предостерегая нас от пожирания первыми, опасаясь, что нас постигнет та же участь. Однако он не зацикливается на этом, описывая муки съеденных.

Он не садист, как Данте, а добрый христианин. Он даже добр по отношению к женщинам. По общему признанию, докучливые существа побуждают человека к падению, нуждаясь в том, чтобы им преподали урок.

В этом кроется зацепка для тебя, мой дорогой человек. Отведи дурное настроение, возникающее, когда заботливая жена побуждает твою привязанность. Ты не господин, но муж ее, не ты уготовил ей участь стать не рабыней, а женой… Верни свое расположение за ее несчастье, награди добротой за любовь… Так сможешь добиться ее расположения, несмотря ни на что!

Любой, кто перечитает абзац, посвященный морским ежам, очаровательное небольшое поучение по поводу новобрачных, обыкновенной горлице и несчастной, но прекрасной матери соловья или печальное размышление о рыбах или еще что-нибудь, отягощающее наше движение к концу, вряд ли огорчится, что в текст включены «морализирования».

Бестиарий представляет собой страстную и одновременно сострадательную книгу. Конечно, в нем есть свои страшилища, но они приведены только для того, чтобы не оставить нас равнодушными. В нем выказана любовь к собакам, вовсе не свойственная Востоку. В нем выказывается уважение к пчелам и даже воздается похвала их склонности к совместному проживанию, подобно современным скифам. Проявляется сочувствие бедному слепому морскому ежу и лошади. Так в свое время поступал Синди, «вовсе не громогласно об этом заявляя». Выказывается уважение к чудесам жизни и восхваляется Создатель их, в кого в те дни продолжали безоговорочно верить.

О МАНТИКОРЕ, РУСАЛКЕ И ПРЕДАНИЯХ

Современный читатель, возможно, удивится обилию сказочных существ, представленных в бестиарии, ибо уверен, что нигде не сможет повстречаться ни с кентавром, ни с русалкой. Мантикора почти кентавр, но с чертами сирены, хотя она потеряла свой рыбий хвост. Авторы бестиария сдержанно относились к вымышленным существам. Подразумевая, что мантикора — персонаж языческой мифологии, не привлекали ее просто потому, что всегда оставались христианами.

Как мы убедились, им недоставало наших коммуникационных навыков и умения критически осмысливать исходный материал. Над ними довлел груз тысячелетних преданий и историй, которые еще не преодолел ум человеческий. Они не могли воспользоваться ни Британской энциклопедией, ни Оксфордским словарем, хотя и пытались, и им прекрасно это удавалось, когда собирали все воедино, чтобы написать серьезную книгу по биологии.

Когда же придирчивый читатель XX века озадачивается сатиром или грифоном и не способен точно определить их, возможно, он обратится к путаным свидетельствам преданий, среди которых авторы бестиария пытались выделить суть.

Прежде всего, это обычные незамысловатые и скабрезные истории, этакие предания сельских местностей Англии, с которыми многие были хорошо знакомы. В то время жители английской глубинки были искренне убеждены в том, что совы не способны видеть днем, ежи собирают фрукты на свои иголки, мулы никогда не умирают (доводилось ли вам видеть мертвого мула?). Угри выращиваются из волос лошадей, луна, не подчиняясь обстоятельствам, меняет погоду, гадюка проглатывает свое потомство и тем самым защищает его.

Мантикора. «История четырехлапых зверей» (1607) Топселла

Подобное и многое другое, возможно, огорчали автора бестиария. У него не было оснований предполагать, что медведицы не рождали бесформенные глыбы, поскольку, со слов охотников, именно так все обстоит на самом деле. Сам же он, скорее всего, не сталкивался с медведями.

Природа представлялась особенным предметом. Так, например, средневековый простофиля поверил бы в распространенный факт из биологии XII века о том, что множество существ производит на свет потомство без оплодотворения (партеногенез), а жизненный цикл глиста в печени овцы зависит от червя, живущего в пруду.

Если современные ученые смогли доказать, что амеба является зафиксированным и целеустремленным животным, почему же феникс не был таковым, как его описывают? Каким образом нам удалось бы едва коснуться края глубоких морей и обитающих там существ, морской змеи и чудовища Лох-Несс? Разве следует винить наших предков за их огромную черепаху, если мы знаем, что море слишком обширно, чтобы мы могли его познать? Поэтому следует в данном вопросе предусмотреть определенные неточности.

Человеческие существа склонны снисходить до других животных, чья жизнь зачастую организована лучше, чем собственная.

Мы изобрели беспроволочный телеграф, автомобили и электричество, поэтому уверены, что XX век — самый лучший, ведь такие удобства были неизвестны предшественникам. Заявляем, что XX столетие лучшее из всех, а на самом-то деле стоит задуматься, что оно, возможно, последнее в истории развития человечества.

Пример подобного отношения находим у Жюссерана в Les Anglais au moyen âge: la vie nomade et les routes d’Angleterre au XIV siècle («Англичане в Средневековье: кочевая жизнь и дороги Англии XIV в.» (1884)), исследовании о менестрелях, переводившемся на английский как English Wayfaring Life. Справедливости ради добавим, что сам автор замечал и даже извинялся за допущения.

Считается, что доктор Джон из Еедстена, графство Дерби, вылечил сына короля Эдуарда II от оспы, завернув пациента в красную материю и прикрепив к кровати красные подвески и занавески. Над ним посмеялись читатели Викторианской эпохи, но в 1910 году доктор Нильс Фильсен из Копенгагена обнаружил, что красное и инфракрасное излучение оказывают целебный эффект на гнойнички оспы.

«Самый невежественный народ тасманийцы, — писал в 1895 году знаменитый археолог, — они по сей день верят в то, что камни, особенно некоторые виды кварцевых кристаллов, можно использовать в качестве средства для общения на расстоянии!» (У. Вуд-Мартин).

Восклицательный знак в конце предложения принадлежит именно ему. Последующие поколения прислушивались к их кристаллическим устройствам, и хочется надеяться, что невежественные тасманийцы не вымерли от слишком усердного потворства собственной привычке.

Возможно, безобиднее не смотреть на всех свысока. Цивилизация — это портрет, который создают люди, и художник вынужден начать рисовать где-нибудь. Хотя вначале его общий замысел приблизителен, он обязан начать в какой-то части полотна, не важно, что получится в итоге — рука, голова, глаз или ноздри. Нельзя по мановению руки создать всю картину.

Верно, что в конце Средних веков не существовало автомобилей и готической архитектуры. Возможно, отрезвит мысль о том, что эти люди предпочли начать разрабатывать Вестминстерское аббатство, предложив грядущим поколениям подумать на досуге об изобретении бомб, обрушившихся на него.

Существует всеобщее поветрие, что все на земле имеют двойников в море. Лошадь и морская лошадь, собака и морская собака (акула), змея и угорь, паук и морской паук. Это провоцирует чрезмерность, экстремисты распространяют свои классификации на воздух и — платонически — на метафизическое небо. Так что если бы «Физиолог» смог вновь посетить нашу планету, вероятно, провел бы параллель между идеальным Левиафаном в вечном океане, заградительным баллоном, слоном и китом.

Пошли бы даже и дальше, если в море и на суше обитают киты, почему бы не встретить людей там и тут? Водяной? Если он человек, к какому виду относится?

В 1554 году Ронделет опубликовал рисунок рыбы-епископа (приведен на с. 266), взяв частично информацию от Никема (XII век). В то время полагали, что эта рыба — морское чудовище.

Макара. Индийская чеканка, примерно 200 г. н. э., встречается в основном в скульптурных композициях. Из «Сказочных животных» Питера Лама, издание Теймса и Хадсона (1952). Составное животное, химера с головой крокодила, туловищем дельфина (или акулы) и рыбьим хвостом

Морской епископ (рыба-епископ) — мифическое существо, якобы живущее в Балтийском море. Напоминал крупную чешуйчатую рыбу с острыми боковыми плавниками и плавником на спине, таким широким, что рыба могла использовать его вместо плаща, острым гребнем на голове, напоминающим епископскую митру, за который и получил свое имя. Иллюстрация из книги «История животных» Конрада Геснера (1531)

Вавилонский водяной бог (на основании резного изображения из Хорсабада, ассирийского города, VIII в. до н. э. Из «Сказочных животных», как и следующие двенадцать иллюстраций)

Однако, как сообщает в 1531 году Герберт Германский, рыба-монах сопровождала рыбу-епископа в составе свиты и была подарена королю польскому. Его милость был несчастен в Польше. Вымолив себе свободу у духовенства с помощью знаков, он был благоговейно возвращен в родную стихию.

Возможно, здесь описаны моржи, ибо некоторые епископы походили на старых моржей, но сегодня это уже не столь важно. Суть в том, что вместе с верой в двойников со времен Платона неизбежно возникало мнение, что в существовании русалки нет ничего особенного.

Если в море действительно водились млекопитающие, вроде морской свиньи и дельфина, так почему бы там не оказаться людским особям? Человек превратился бы в подводника, члена команды подводной лодки, стал бы, как у Спенсера, водяным.

На борту бороздящей океан подводной лодки мы встречаемся со священником (капелланом), который вполне смог бы процитировать слова Дю Бартаса (1578):

В морях живут не только зайцы, телята, овцы и ежи, но и слоны, собаки, волки, львы, лошади и носороги, епископы, монахи, просто люди, мужчины, женщины, такие же, как мы.

На небе и на земле много такого, что, как однажды заметил Гамлет, «еще не снилось нашим мудрецам», стоит принять, что один из путей создания животных типа мантикоры — факт установленный.

Помимо устных преданий и рассказов путешественников существует иной источник, вливающийся в полноводную сказочную реку. Речь о мифологических сюжетах, объектах поиска антропологов.

Когда житель Нила увидел впервые бедуина на коне или Писарро на кобыле навел ужас на мексиканцев в Новом Свете, суждено было появиться легенде о кентавре. В кавалерии мы продолжаем использовать слово «конник», и кто есть всадник, как не кентавр. Он вошел в бестиарий благодаря слову «рот», через местные повествования доисторических бардов[213].

Отмеченная интерпретация вовсе не соотносится с мнением, которое высказал мистер Роберт Грейвс, заявлявший, что происхождение слова «кентавр» тотемного свойства. Вполне разумно предположить, что племя с тотемом лошадь — это конники, по ассоциации названные кентаврами.

Другой вклад внесла религия. Боги первобытного человека, прежде чем тот стал поклоняться Создателю, создавались по его образу и подобию, обычно являясь представителями животного мира. В Египте таковыми были Гор, Анубис, Сет, Тор, Исида и Хатор. В Индии — Хануман и Ганеша, на Крите — Минотавр, в Греции — Пан. В христианской Венеции — крылатый лев евангелиста.

Египетский сфинкс (Фивы, около 1400 г. до н. э.)

Персидский крылатый бык (Суза, V в. до н. э.) Заметьте, на силуэте двурогое животное выглядит с одним рогом

Все перечисленные божества, как и многие другие, соединившие в себе свойства людей и животных, были увековечены в скульптурах или на папирусе. Их происхождение забыли или причислили к преданиям, однако автор бестиария отнесся к ним серьезно. Крылатого быка Ассирии или иероглиф женщины с головой ястреба он принимал за возможных реально существовавших животных и пытался описать как грифона или гарпию. Путанице способствовало и искусство. Здесь стоит отметить знаки зодиака, сфинксов и настенные фрески из жизни прей. Нила, изображения гаруды и тэнгу Дальнего Востока, возможно вышитые на тканях драконы Китая или тот странный факт, что в геральдической науке возможно было изображать двухголовых или двойственных чудовищ на основе средневековой традиции.

Ассирийский крылатый бык (Хорсабад, VIII в. до н. э.)

Греческий сфинкс (Музей искусств Метрополитен, VI в. до н. э.)

Кентавр (Этрусская гемма, ок. 450 г. до н. э.)

Лев святого Марка (Собор в Шартре)

Ани и его жена Тута, стоящие на крыше своей гробницы (Папирус)

Все обозначенные явления вместе с доисторическими богами и мифами, рассказами путешественников и простыми историями, конкретными фактами в равной степени собирались воедино и выстраивались в виде биологии в XII веке. Удивительно, что могло произойти иначе.

Бену (Папирус)

Сехмет, Анубис, Гор, Тот (Рисунок на египетской гробнице)

Китайский дракон

Мы же отмечаем тот факт, что девяносто процентов наших животных существовали на самом деле. Оставшиеся десять процентов совершенно очаровательны, среди них крокотта и левкрота. Так что заинтересованный читатель правомочен выстроить собственные теории.

Остается последний аспект, причем весьма неожиданный, — этимология. Ученые периода, который мы с удовольствием называем Темными веками, были невероятно озабочены проблемами перевода, транскрипции и интерпретации.

Библия кочевала между несколькими языками — еврейским, греческим и латинским, так что на каждом шагу они сталкивались с языковой проблемой. Достаточно сложно оказаться перед животным, похожим на лошадь, которое как угодно могло поворачивать свои рога. Но когда еврейское обозначение для этого существа не находило ни греческого, ни латинского эквивалента, энциклопедисту приходилось напрягать мозги.

Реакция Отцов Церкви, озадаченных этим животным, сводилась к тому, чтобы добраться до ближайшей копии Плиния, а вовсе не к изучению его самого. Если же две тысячи источников, упомянутых Плинием, не удовлетворяли их, они искали лингвистические соответствия в обозначении животного.

Гаруда (Камбоджа)

Показательно в этом плане описание муравьиного льва. И автор бестиария, и комментаторы в равной степени не могли изучить его привычки. Ближайший образец, возможно, находился в пяти сотнях миль, и к нему нельзя было добраться по железной дороге. Тем не менее никто из них не видел причин предполагать и доказывать, что именно он таковым и являлся.

Ганеша (Индия)

Из-за неопределенности и противоречивости данных они использовали этимологический подход и пытались представить это животное, соединив вместе тег (от русалки) и leon (от льва), occeola (от устрицы) и остальное, что вполне соответствовало их филологической фантазии. Иногда причина путаницы коренилась в простой опечатке. Василиск появился после того, как в слово «базилик» закралась буква «с», явно лишняя.

Это немного напоминает детскую игру «Русский телеграф» (испорченный телефон. — Ред.). Игроки усаживались в линию и передавали послание из уха в ухо, из одного конца линии в другое.

Начинаться это могло, допустим, фразой типа «Нянюшка думает, что игра забавная», а закончиться «Бабулечка хочет булочку со смородиной». Если же вдруг линия растягивалась, а игроки были необычными, конечная фраза могла оказаться и таковой: «Архиепископ Кентерберийский взобрался на Маттерхорн вместе с граммофоном».

Подобные искажения неизбежны и вполне естественны, а учитывая, что бестиарий не только бытовал более тысячи лет, но и переводился с одного языка на другой вместе с преданиями охотников, путешественников, мифологов, священников, художников и лингвистов, поразительно то, что информация претерпела настолько незначительные изменения.

И это большая удача, иначе мифические кентавры и русалки так бы и не появились наряду с подлинными животными. Современный читатель вправе создать собственное повествование, посвященное тождеству мантикоры и грифона.

ЕЛИЗАВЕТИНЦЫ

Это случилось не в Средние века, а в эпоху Возрождения, когда человек начал скептически относиться к вымыслу. Именно елизаветинские поэты, метафизики и философы придали законченный вид горгонам, гарпиям, л амиям, тритонам и нереидам.

Видимое соответствие дорической простоты мантикоры (см. ст. «Мантикора»), йела (см. ст. «Йейл») и коринфской детали их аналогов в труде Топселла, по мнению автора, показывает этапы развития и изменения предмета, пока им не занялись поэты.

Позднее влияние бестиариев отражено в диаграмме (с. 279), также служащей пояснением к отсылкам, сделанным в настоящих заметках.

Ариосто между 1516 и 1532 годами и Дю Бартас в 1578 году напечатали поэмы, находясь под влиянием настроений Геснера. Для него, шведского натуралиста, начавшего, хотя и неуверенно, собирать образцы из первых рук, равно как и с библиотечных полок, наш «Физиолог» уже являлся author obscurus, то есть явно недостоверным источником.

Птицечеловек (орнитоантроп) (Альдрованда)

Кашалот (Альдрованда)

Все эти люди могли, естественно, находиться под влиянием любого предшествующего источника, еще большее количество тех, кто не испытал подобного влияния, например Данте, Филимон Голландский, переведший Плиния в 1601 году

В числе его современников Пьер Белон (De arboribus Coniferis, Resiniferis aliisque semper virentibus…, 1553), впервые написавший о вечнозеленых хвойных растениях и растениях-паразитах, и Ронделет (Admirabili operi antiquorum et rerum suspiciendarum praestantia…, 1553), описавший погребальные обычаи древних, технику мумификации. Кроме того, на него повлияли исследователи рыб, чьи рисунки широко воспроизводились и способствовали появлению стихов о море.

Именно через указанных авторов и Дю Бартаса, хотя больше напрямую по линии Тревиза, елизаветинцы восприняли своих сказочных животных.

В этом отношении Спенсер оказался ближе Европе, чем своей родной земле. И Мильтон, перечислявший замысловатых животных, цитируемых в соответствующем месте, возможно, имел в виду похожий перечень Дю Бартаса.

ДРУГИЕ ЗВЕРИ

Речь о некоторых животных, упомянутых в заметках, но не отраженных в тексте.

Водоворот, описанный Спенсером, это кит, который вращается и выпускает фонтан. Дю Бартас называл его «кит или пыхтящий кашалот». Physeter — греческое название, обозначающее «того, кто дует». Это не водоворот, хотя данное явление и известно Джеральду Уэльскому.

Сколопендры, как отмечал Аристотель, тип многоножек или аннелид, кольчатых червей, примерно двух футов в длину. Плиний, в свойственной ему манере, развил мысль и превратил их в морских исполинов, заставил плавать с помощью ног и вздыматься, как трирема.

Комментаторы XVI века поделили их на два вида: морских червей, которые существовали как таковые, и чудовищ величиной с кита. Возможно, в этой форме их многочисленные конечности были подобны конечностям гигантских кальмаров или, возможно, реморам, прилипал, прикреплявшихся к брюху неких огромных существ.

Сколопендра (Альдрованда)

Горгона, или катоблепас (Топселл, 1607)

В сноске к статье «Йейл» катоблепас упоминается как возможный родственник йейла. Топселл перекодировал данное животное в горгону, что и показано на рисунке. «Этот зверь усеян по всему туловищу чешуйками, как дракон, на голове у него нет никаких волос. У него огромные зубы, как у свиньи, крылья и лапы, телосложением напоминает и быка, и тельца».

Морской конек (этрусский)

Возможно, и йейл, и катоблепас имели право на существование, горгона XVI века стала комбинированным существом. «Сказанное вполне может служить в качестве описания животного, пока по провидению богов из этого можно извлечь больше» (Топселл).

Морской конек (hippocampus)

Большинство сатиров, возможно, разновидность водяного (тритона) или ламантина (морской коровы). Всякий, кто видел настоящего морского конька (hippocampus), имеет представление о параллелях между сушей и морем.

Клюворот — это, конечно, xiphias gladius — меч-рыба.

Доктор Ансельм Робин отмечает, что розмарин — кит. Отмеченные части означают «лошадь»:

Древесные гуси Бернакля

«Гуси древесные Бернакля, якобы растущие на деревьях:

а) казарка белощекая (птица), б) морская уточка (ракообразное)».

Они заслуживают отдельного параграфа по двум основаниям. Во-первых, прилетающие на юг дикие гуси не были замечены в процессе выращивания детенышей. Во-вторых, моллюск обычно имеет форму тюльпана, а крылья диких гусей при складывании иногда выглядят примерно так же. Налицо этимологическая путаница по поводу крыльев, ибо переводчики зачастую склонны подменять понятия — скажем, створки раковины устриц на «крылья».

«В равной степени существует множество птиц, называемых казарками, — писал Джеральд относительно Ирландии в 1187 году, — которых природа создала необыкновенным, замечательным образом. Они напоминают серых гусей, но меньше их по размеру.

Разбухшие, как нарост, вначале и похожие на сосновые шишки, плывущие по воде, затем, защищаясь в раковинах, чтобы обеспечить естественный рост, они висят с помощью клювов, подобно морским водорослям, прикрепившимся к древесине.

Постепенно покрывшись перьями, или падают в воду, или отправляются в свободный полет, продолжая расти, питаясь соком дерева, находящегося в морской воде. Мне самому часто удавалось наблюдать более чем тысячу эмбрионов птиц этого вида в минуту на морском берегу, свешивающихся с дерева, покрытых раковинами, уже совершенно сформировавшихся.

После спаривания они не откладывают никаких яиц, как обычно поступают птицы. Курица никогда не сидит на яйцах, стремясь их высидеть. Ни в одном уголке мира не видели, как они сходятся парой или строят гнезда.

В некоторых частях Ирландии епископы и религиозные деятели не решаются питаться этими птицами во время поста, будто они не относятся к плоти, ибо не рождены плотским путем. Эти люди явно заблуждаются. Так, если кто-нибудь съест часть бедра нашего первого родителя, подлинной плоти, хотя и не рожденной плотским образом, я подумаю, что он не виновен в том, что существует плоть».

Джеральд, как и святой Иероним, гордился теорией, согласно которой, во всяком случае, ирландцы являлись каннибалами.

ПЕРЕВОД

Иногда создается впечатление, что рукопись написана школяром, испытывавшим затруднения при чтении Библии. Большинство предложений сопровождаются вводными словами типа «сверх того», «поистине», «следовательно», «итак» или «поэтому». Такие повторы сняты редактором.

Встречаются ошибки в написании или даже банальные ошибки там, где приводится переписчик. Не станем докучать читателю серией уточнений по поводу текстуальных расхождений, поскольку надеемся, что книга предназначается для широкого круга читателей, которых вряд ли интересуют специальные тонкости. Данный переводчик воспользовался своим правом и обошелся без них. Однако не осмелился что-либо править, не изучив общий смысл понятий в других бестиариях, скажем у Альдрованда и других ученых.

Нижеследующий текст являет прекрасный пример такого рода манипуляций.

На первой странице появилось утверждение по поводу львов: «Hujus genus tripharium dicitur». Оно сопровождается пробелом, будто переписчик вздумал взглянуть на свою работу и пребывал в некотором замешательстве.

Tripharius не упоминаются ни у Льюиса, ни у Шорта, в то время как Бакстер и Джонсон приводят «Triforium, trefoil». Хвосты львов, которыми они стирают следы во время преследований, на заключительных страницах украшены трилистником.

Представление о нашем предложении как о возможном «разнообразии этих существ, как говорят все трое» тотчас ослабляется тем фактом, что автор бестиария обычно упоминает только две разновидности. А то, что «у льва три особенности», подтверждается «Физиологом», написанном на греческом, где перечислены именно три характеристики.

После некоторого замешательства и перед лицом утверждения о том, что у львов рождается пять детенышей, мы перевели: «Помет этих существ обычно состоит из троих».

Причина в том, что в других бестиариях, в частности соотносящихся с настоящей рукописью и духовной архитектурой по всей Европе (см., например, «Символизм животных» Эванса), приплод осторожно обозначен цифрой 3. Подобное представление возможно именно в Средние века.

Triplasius означал трилистник. Следовательно, эта версия представлена без объяснений из опасений напугать читателя заумным примечанием.

Следует признать тот прискорбный факт, что третья версия, сопровождающая «Физиолога», возможно, самая точная.

Переводчик обладает некоторыми правами внести в свой оригинал толику сомнения.

В нашей книге мы попытались дать неискаженную версию латыни. Именно ученый XVII века, исследовавший бестиарий, заявлял: «Как послушные дети, прикроем наготу наших отцов подходящей интерпретацией». Именно это я и попытался сделать.

Примечания

1

Э. П. Эванс дает понять, что он оживляет их рыком.

2

Доктор Джонсон поведал интересную историю про одного из предков мисс Трейл, не подозревая, что ее взяли из бестиария. Итак, предком мисс Трейл был сэр Генри Солсбери, носивший на своем щите изображение «баварского льва». Побежденный им в битве противник распростерся перед ним со словами: «Sat est prostrasse leoni» (склоняюсь перед львом). Восхищенный столь тактичным и уместным высказыванием, сэр Генри пощадил своего врага, что говорит о возможном знакомстве обоих сражавшихся. Вероятно, впоследствии сэр Генри так часто повторял эту историю, что она впечатлила его домашних и стала передаваться из поколение в поколение как семейная легенда и дошла до мисс Трейл.

3

Таков королевский нрав особи.

Не охотиться на того, кто кажется мертвым.

Шекспир. Как вам это понравится

4

На форзаце изображен лев, удовлетворяющий разные свои привычки.

Во-первых, поедающий обезьяну с целью излечения от болезни.

Во-вторых, восстанавливающий свои силы.

В-третьих, испытывающий ужас при виде белого петуха.

В-четвертых, на горе, размахивая хвостом.

В-пятых, спящая с открытыми глазами львица с тремя нерожденными детенышами.

В-шестых, дышащий на детенышей.

5

Альдрованд заявляет, что никто не смог привести точного описания этих животных, так чтобы охарактеризовать, он же предлагает отнести их к насекомым или растениям. Встречается растение, именуемое пасленом, оно также известно как арника, связывается с леопардом. Одуванчик (dent de lion, зуб льва) относится к роду Leontodon.

6

Бартоломей Английский (1190–1250, ученый-энциклопедист) писал, что пард, пардус, барс — это та же пантера. «Барс не сильно отличается от пантеры, но все же у нее больше белых пятнышек». По сути, это леопард. Объяснение следующее: слова panthera и pardus обозначают леопарда на латыни. Эти названия стали известны в Англии до того, как там узнали о самих животных. Геснер соглашается с Бартоломеем и добавляет еще один вариант названия — pordalis.

7

«На третий день, когда она пробуждается, низкий, сладкий, гортанный звук исходит из ее пасти, вместе с ним извергается поток сладко пахнущего дыхания, более приятного, чем все ароматы трав и благоухание деревьев» (описание пантеры в «Книге Экстера»).

В 1656 году (сладко пахнувший?) порошок, называвшийся «пантера», продавался за два фунта.

8

Заметим в этой связи один совпавший факт. В соответствии с древней легендой, настоящим отцом Иисуса был римский солдат по имени Пантера. Об этом пишет Э. П. Эванс в книге «Животный символизм в церковной архитектуре».

9

Фраза буквально звучит «crapulatus a vino». Скорее всего, псаломщик сэр Томас Браун одобряет использование в медицине жидкостей. «Нет ничего плохого в том, — заявляет он, — чтобы пить ее раз в месяц, это обычное удовлетворение чувствительности, поддерживающее физически и оказывающее целебное воздействие в виде опьянения».

Авиценна, врач, пользовавшийся непререкаемым авторитетом, чья вера запрещала вино, тем не менее оправдывает полезность легкой степени опьянения. С ним не соглашался Аверроэс, вместо опьянения предпочитавший веселье, фактически поступая так же, как и Сенека, и с ним соглашался Катон.

Иначе говоря, легкое возбуждение и постоянное похмелье от вина вроде того, что ощущали Иосиф и его братья, когда, как говорится в Библии, они были веселы или много выпили. Действительно, как писал Авиценна, от вина происходит облегчение духа, склонность к избыточности, как следствие — повышенная потливость и мочеиспускание.

Что же касается умонастроения, то от винопития наступает не только угнетение рассудка, но и обострение всех чувств и воображения. По мнению ученых, первобытные люди часто использовали подобные явления во время их жертвоприношений и религиозных церемоний. Христианская же мораль и учение Христа не допускает этого. На это указывает сэр Томас Браун, основываясь на записях XIV века, обнаруженных на форзаце Библии XIII века, находившейся в собственности сэра Сиднея Кокерелла:

Напившийся допьяна

Сначала плачет и радуется,

Затем святой и разумный,

В-третьих, нежный и влюбленный,

В-четвертых, сильно глупеет

И становится полным дураком.

Надеюсь, ни одна из отмеченных стадий «похмелья» не упоминается в тексте Священного Писания, как подтверждает наш Господь в процитированном здесь псалме, в отличие от его потомка Лота, который не продвинулся дальше простого обогрева.

10

Доктор Ансель Робин заявляет, что антилопу можно поймать, заставив ее вонзить рога в дерево, за которым прячутся охотники. Перед нами очень ранний вариант одной из историй об антилопе, сведения ошибочно восприняты не только Шекспиром, но и Чепменом и Спенсером.

11

В оригинале отсутствует страница, на которой описываются антилопы.

Евстафий Антиохийский в «Физиологе» именует антилопу «анторопс» и считает это слово заимствованием.

Удивительно, что Альдрованд не приводит никакого описания под этими названиями, что доказывает явную неполноту его труда в одиннадцати томах.

Возможно, оно обозначает лося, антилопу канна или северного оленя, но великий натуралист путается в разновидностях, выводя их под названиями Трагелаф, Таранд, Рангиферус, Альцида.

Ему писал Фабриций, отмечая, что у северного оленя отсутствуют заостренные в виде вил рога, он имеет расширяющиеся копыта, примечательные сами по себе. Более того, встречается множество оленей, которые сплетают свои рога или вонзают их в деревья, когда сдирают кору или сражаются друг с другом.

Кустарник эрецин следует перевести как «дерево антилопы», поскольку, как считали, он напоминает козла и оленя. Возможно, имелся в виду кустарник семейства вересковых (лат. ericaceae) или стланик (elfin wood), действительно растущие в тех районах, где обитает северный олень.

12

«Он любит слушать, — замечает Шекспир в „Юлии Цезаре“. — Носорога обманывают деревом, а человека — лестью».

На самом деле он смешивает единорога с антилопой, зверя с тигром.

Хотя обычно Шекспира воспринимают как гения и образованного человека, все же очевидно, ему не доводилось читать бестиарий. Его естественно-исторические знания основаны на личных наблюдениях или на том, что он подслушал в какой-нибудь сельской таверне. Допустим, услышал, как кто-то говорил, что тигры водятся в Гиркании («Макбет») или у слонов нет брачных союзов («Троил и Крессида»). Однако он редко ссылается на более древние сведения из бестиариев, равно как и не упоминает интересных зверей, знакомых, например, Мильтону, которые явно бы заинтересовали Шекспира, если бы тот знал о них.

Ему был не знаком ни один полный перевод латинского бестиария, чтобы по нему навести справки, в отличие от Тревиза, Дю Бартаса и Топселла. Похоже, Бен Джонсон прав, заметив, что незнание латыни помешало Шекспиру ознакомиться с источниками. «Полагаю, нам следует признать это как данность», — заявляет он. А. К. Томсон в книге «Шекспир и классики» (1952) утверждает: «Шекспир не уточнял сведения по De Generation Animalium».

Единорог часто вступал в схватку со слонами, и побеждал их, нанося удары в живот.

См. также статью «Единорог-2».

13

Лигурий всего лишь моча рыси. Исидор заявляет, что он представляет собой камень наподобие карбункула и на его формирование требуется семь дней.

14

Впадаешь в искушение воскликнуть вместе с Льюисом Кэрроллом («Алиса в Стране чудес»): «Если вам неизвестно, кто такой грифон, посмотрите на картинку».

Очевидно, грифон — животное мифологическое, вроде древнеегипетского сфинкса. Перешедшее в естественную историю, чудовище из Ассирии, где известны мифы о крылатом быке Сенмурве, объединившем небо и землю, в одном ряду с ним русский Симаргл или Гаруда из Махабхараты. Он просто одно из составных мифологических животных. Некоторые пояснения мы даем в приложениях. Даже святой Марк и святой Лука изображались крылатыми львом и быком.

Сэр Томас Браун попытался отождествить его с грифом-стервятником. Сегодня его имя стало собачьей кличкой, поэтому легче воспринять грифона сказочным животным, вроде загадочной птицы Додо из драмы Томаса Ловелла Беддоуза «Книга шуток смерти, или Трагедия шута» (1825).

Тем не менее заметим: грифон опасен, более ужасен, чем представляет себе Беддоуз. Не следует высокомерно относиться к животным, представленным в бестиарии, на что указал Бартоломей Английский: «Грифон во Второзаконии упоминается среди птиц. В глоссе сказано: у грифона четыре лапы, голова и крылья как у орла, а остальное тело как у льва. Грифоны обитают в Гиперборейских горах и очень враждебны по отношению к лошадям и людям. В свое гнездо они кладут камень изумруд против ядовитых зверей этих гор» («О свойствах вещей» (190: XII, 20).

15

Библии отмечено: «И четыре больших зверя вышли из моря, непохожие один на другого. Первый — как лев, но у него крылья орлиные; и он поднят был от земли, и стал на ноги, как человек, и сердце человеческое дано ему» (Дан., 7: 3–4).

16

Неуклюжий слон.

Усиленно старался их развлечь,

Вращая гибким хоботом.

Мильтон. Потерянный рай. Кн. 4, 347

17

В Средние века совокупление слонов стало темой для ряда сплетен и фантазий, об этом продолжают говорить, потому что редко кому доводилось видеть этот процесс.

Ссылаясь на Плиния, Солиний пишет, что их гениталии подобны тем, что упомянуты сэром Томасом Брауном в его записках о кроликах, находятся сзади. Предполагалось, что обычно они небольшого объема.

Альберт Великий придерживался мнения, что слоны совокуплялись как и другие четвероногие животные, однако из-за огромного веса самцу приходится или вырывать яму для самки и там находиться, или покрывать ее, находясь в постоянном движении, чтобы она не так сильно ощущала его вес.

На самом же деле слоны совокупляются обычным образом и, как отмечает полковник Уильямс, не менее грациозно, чем остальные животные.

18

Mandragora offlcinarum. И в настоящее время встречается разновидность растений, называемых мандрагорой, известная своими рвотными и наркотическими свойствами, но главным образом оно способствует женской плодовитости.

В Библии рассказывается, как Рувим нашел в поле мандрагору и принес Лии, своей матери, чтобы та продолжала рожать («и нашел мандрагоровы яблоки, и принес их Лии, матери своей» (Быт., 30: 14–16). Вот почему во всей древнееврейской литературе подчеркивают ее свойства.

Греки считали мандрагору антропоморфной, сохранилось народное суеверие, что дерево появляется из спермы человека, пролившейся на землю, и обладает такой жизненной силой, что издает пронзительный крик, когда его вырывают из земли, так что «все живые существа, заслышав его, сходят с ума» (Эванс).

19

В «Записках о Галльской войне» Юлий Цезарь приводит ту же самую историю, связанную с лосем (alces).

Капитан Минчин из Индийской лесной службы рассказал нам, что слоны, по обыкновению, чешутся у водопоев, так что охотник в состоянии представить размер своей добычи по грязи и стертости деревьев.

20

В медицине яички называют castoreum. Искомое расположено вовсе не там, где считают, а в железах. Яички бобра расположены внутри, так что их нельзя откусить. «Источник заблуждения, — замечает сэр Томас Браун, — возможно, метафорического свойства, иначе говоря, устойчивая символическая метафора, укоренившаяся у греков и укрепившаяся в художественной форме у Эзопа. Так легендарное стало достоверным».

21

Как пишет Исидор, название (ибекс) происходит от еврейского Iaall (лазать) по аналогии с действием (как Avices — птицы).

Конечно, дикого горного козла путают с ибисом.

22

Животное никогда не было популярным. Сэр Уолтер Рэлей в своей «Мировой истории» (1614), исключивший смешанные виды из Ноева ковчега, относит к ним и гиену. Он утверждает, что после потопа спаслись только чистые виды, а вовсе не полукровки. После потопа, утверждает Рэлей, их воспроизвели путем скрещивания собаки и кошки.

23

Альдрованд именует гиену глюттоном, то есть обжорой. Геснер отмечает, что она набивает брюхо мертвечиной, пока желудок не распирает, как барабан, затем отыскивает два камня или дерева и протискивается между ними, таким образом растягиваясь для отдыха. Потом снова ест.

Особое значение для гиены приобретает проблема рвоты. С медицинской точки зрения, как пишет Кроллий, они ценятся именно из-за рвоты и очистки. Правда, в тексте плохо прописано, как это происходит, само слово «рвота» относится к описанию воя и лая гиены.

24

Левкрота. Другие имена, производные вида гиены: росомаха, крокута, корокотта, левкрокута, акабо, альцабо, цабо, анна, бельбо, гиена крапчатая, зилис и лакта. Шекспир именует это животное гиеной: «Я буду хохотать, как гиена, как раз тогда, когда тебе захочется спать» («Как вам это понравится»).

25

Мартышкой называет обезьяну Альдрованд.

26

Обезьяна с головой собаки, возможно египетский бог Анубис.

27

Как отмечает Геснер, сфинкс действительно является обезьяной, спереди представляет собой по форме женщину, льва сзади, возможно, просто фантастическое животное, придуманное художниками и скульпторами.

Гвинейский бабуин, в настоящее время именуемый «сфинксом», не так злобен, каким его представляют.

Наши рассуждения по данному поводу представлены в приложениях.

28

Мифологические спутники Пана и Вакха, так что некоторые считают их разновидностью обезьяны, в современном значении «Simia Satyrus» (орангутанг). «Их именуют сатирами (греч. σατυρος), — рассуждает Тревиза Бартоломей, — за морщинистые лица и бороды».

Здесь слились воедино обезьяна и ее предок, мифологический персонаж и конкретное человекообразное существо, так что антропология наложилась на древние верования.

Они добродушно называют друг друга по именам.

«Гораций не осознавал, — говорит Роберт Грейвс, — что кентавры, силены, сатиры и им подобные не пеласги, которых живописно награждали чертами лошади, козла или других тотемистических животных».

Плиний, отмечая склонность к похоти, писал, что их именовали сатирами. На это же намекает Гамлет, сравнивая своего отчима с сатиром. Альдрованд считает их лесными духами, с ним согласен Петр Веронский, считавший их «дикими лесными людьми». Они «живут без закона, в пещерах или на деревьях, не контактируют с людьми». Их невозможно приучить к закону и порядку. Особенно много их в Ирландии.

29

Бородатые обезьяны.

30

Заметим, что почти все сведения, которые приводит автор-составитель бестиария, не более чем его предположения, причем, похоже, он вряд ли толком понимает свои объяснения. Он устает от своей писанины, чем, впрочем, часто занимается, написав comici вместо ocimi, radicos вместо Arcadicos, и современному переводчику приходится буквально восстанавливать смысл, не внося комментарии, понимая, что речь идет об общеупотребительных терминах.

Бестиарий не относится к литературным шедеврам, поэтому при переводе необходимо точно воспроизвести его словарь, избегая многочисленных «поистине» и «более чем очевидно», чтобы передать естественные ошибки составителя и переписчика. Например, в разделе, посвященном змеям, автор шесть раз цитирует Лукана. Причем точно лишь дважды.

31

Для Аристотеля, весьма тонкого наблюдателя, они подобны музыке. Этой слабостью отличаются и свиньи. Бартон в своей «Анатомии меланхолии» отмечает: «Арион заставлял рыб следовать за собой, на это указывают неоднократные наблюдения. Их привлекала не музыка, а мускус, испускаемый оленями. От них в восхищении все птицы, особенно соловьи, а также, если довериться мнению Кальцания, пчелы. Заслышав звуки, они останавливаются, завороженные. Олени-самцы, лани (самки благородных оленей), лошади, собаки, медведи и слоны, по мнению Агриппа, необычайно чувствительны к звукам. В Лидии на середине озера находятся несколько плавающих островов (если в это можно поверить), где они, заслышав музыку, танцуют».

32

На самом деле Митридат умер от старости.

33

Имеется в виду грохот от сухого помета, смешанного с остатками шерсти, или звук копыт?

34

На греческом δορκάς обозначает оленя или газель. Само слово «газель» происходит от арабского «газаль». Слово gaze неизвестного происхождения. Если древний филолог допускает игру слов, возможно, оно содержит в себе скрытое значение.

35

Англичане называют его клоповник широколистный, ясенец белый и испанский перец.

36

Подобно предыдущей морали, по крайней мере неточной, настоящая игра слов в бестиарии представляется наиболее удачным каламбуром. Использован принцип аналогии: Христос исцеляет, как ясенец белый излечивает. Христос именуется bene-ditantius (одаряющий, от лат. dito — одарять).

37

Это чудесное существо

Бродит в молчании

По пустынным местам.

У него сияющая золотом шерсть,

Горящие черные глаза,

Поднятый к небесам рог.

Он достойный соперник льву,

Это вооруженный единорог.

Джордж Дарли

38

Блестящая лапа сколопендры в серебре;

Могучий единорог с длинным хвостом.

39

Греческий φλόμος — коровяк.

40

Ученый муж так описывает «необузданную прелесть» медведицы в поэме «Дунсиада», посвященной Александру Поупу: «Неусыпная и нежная забота Бруинны сделала детенышей медведями».

Вероятно, доктора ввела в заблуждение инстинктивная всеядность хищных животных в отношении мясной пищи, из-за чего ей приходилось охранять детенышей. На самом деле скудная нежная забота Бруинны была лишь способом их выращивания, необходимым, чтобы они выросли в медведей. Она «лизала их, чтобы придать им необходимую физическую форму».

Первое использование глагола «лизание» в значении «порка» датируется 1756 годом. До этого периода родители или школьные учителя, стремившиеся вложить знания в головы молодежи, не представляли физической угрозы. Напротив, все пишут о нежном материнском отношении к потомству, которое изящно обыгрывает Поуп в своем куплете, на который ссылается Шекспир в третьем акте «Генриха VI»:

Стал я, как хаос иль как медвежонок,

Что матерью своею не облизан,

И не воспринял образа ее.

(Пер. Е. Бируковой)

Средневековое верование имеет вполне разумное объяснение. Действительно, детеныши медведя рождаются глухими, слепыми и лишенными шерсти, такими беспомощными они остаются в течение по крайней мере пяти недель. Голые, в уединении, которое делает почти невозможным наблюдения, постоянно облизываются матерью. Так же и сука приводит в порядок своих щенков. Таким образом родилось представление о том, что детенышей произвели из подобия рыбы, это не так уж безосновательно.

«Детеныш рождается в пузыре (хорионе), — замечает сэр Томас Браун, — достаточно толстой пленке, защищающей его, [так что] наблюдатель вначале видит бесформенный кусок плоти, мать сразу же прокусывает и разрывает на куски пленку, а затем облизывает своего детеныша».

41

См. статью «Гиена» (с. 36). Альдрованд, ссылаясь на Плиния, считает левкроту мифологическим животным, как грифон, сфинкс и мантикора.

(Приводим варианты названий данного животного.

Corocotta — одно из латинских названий, упомянутое Плинием.

Leucocrotta — одно из латинских названий.

Кеврококрот — вариант русского написания.

Корокотта — вариант русского написания — помесь гиены и эфиопской львицы.

Левкрокота — вариант русского написания. — Пер.).

Топселл, пересказывая Геснера (1607), утверждает, что левкрота является мантикорой (см. ниже). Он смешивает его с дикобразом, отмечая, что левкрота «способна ранить охотников иглами из своего хвоста, когда те подойдут к нему спереди или сзади, после чего на их месте вырастают новые». Точно так же, как и у мантикоры.

В заключение он приходит к следующему выводу: «Она (мантикора) является тем же самым животным, кого мы называем Левкрокутой, величиной напоминает дикого осла, ногами и копытами походит на оленя-самца, имеющего пасть, доходящую с обеих сторон до ушей, голову и морду как у барсука. Называют также мартиорой, что на персидском означает „пожирающий людей“». Рисунок левкроты из книги Топселла воспроизводим на с. 263.

42

Это верование было широко распространено в древности. Отчасти в ошибке виноват Кювье, заметивший: «Нижняя челюсть как бы продолжает череп, верхняя подвижна, из-за чего древние отмечают, что крокодил двигает только всей головой».

Похожее заблуждение свойственно и Аристотелю.

В XVIII веке с артикуляцией крокодилов связано некоторое количество акробатических трюков. «Нижняя челюсть человека, — пишет Голдсмит в „Истории земной и населенной животными природы“, — может двигаться в весьма разнообразных положениях, что же касается верхней части, то, как полагали многие, она совершенно неподвижна. Для того чтобы убедиться в том, что она подвижна у человека, достаточно просто опыта. Если мы закрепим голову со всеми ее частями между зубами, скажем, на краю стола и откроем рот, обнаружим, что обе челюсти смыкаются одновременно, верхняя челюсть поднимается, нижняя опускается вниз, сам же стол между ними остается неповрежденным».

43

Фрэнсис Бэкон, который придерживался мнения, что «некие разложение и экскременты испускают превосходные запахи», указывал на следующее: «Мы также обнаруживали, что местами урина человека обычно пахнет в некотором роде фиалками. Такова же и урина у того, кому доводилось поесть мускатный орех».

Полагали, что пахнущие фекалии исходят от крокодила определенного вида, живущего «в провинции Ханагарда». Он лучше, чем мускус. Подобным запахом якобы обладала и сладко пахнущая пантера, также обитающая в этих местах. Гален полагал, что помет крокодила хорош для устранения веснушек. Этий рекомендовал с его помощью выкуривать змей. Киранид отмечал, что зубы крокодила обладают свойствами афродизиака, правда, для этого их следует вырвать у живого крокодила.

44

Проклиная кота, убившего беднягу Филиппа Сперроу, Скелтон пожелал, чтобы «горная мантикора сожрала твой мозг».

Мантикорой (в переводе с фарси — людоед) индусы называли тигра-людоеда. Острые края зубов многих хищников могут создавать ощущение, что во рту несколько рядов зубов. Черный ороговевший кончик хвоста напоминает коготь. Кроме того, по древним поверьям, его усы считались ядовитыми. Персы увидели человеческое лицо на изображении тигра-божества и передали получившееся описание мантикоры грекам.

Сверхъестественное существо, аналогичное вервольфу. На Гаити и в настоящее время рассказывают о загадочном животном сигуаве, напоминающем мантикору. Поскольку чудовищам приписывают африканское происхождение, возможно и справедливо, хотя и относительно, что мантикора обладала схожими сверхъестественными признаками, унаследованными от предшественников.

Зверь представлен в восточных иероглифах как бог или в виде части скульптуры с головой быка в Ассирии. Иногда как соединение всех этих и других, которые нашли свой путь в естественную историю с грифоном.

Каковы бы ни были сведения о мантикоре, она остается мифологическим персонажем, а не реальным животным. Мистер Дэвид Гарнет сообщил настоящему переводчику, что в 1930 году его друг мистер Ричард Стрейчи был введен в заблуждение жителями деревни Уджигар в Андалузии, которые преподнесли ему эту гипотезу.

Соединение черт разных животных у персонажей бестиариев иногда происходило из-за неверной этимологии, характерной для средневековых переписчиков и толкователей. Руководствуясь догадками и предположениями, они создавали образы, подобные серре, василиску и мантикоре.

В качестве примера приведем мантисерру, упомянутую в завещании 1494 года, хранящемся в Сомерсет-Хаус. Ученые мужи типа Исидора Севильского использовали образы русалки, мермекона, мантикоры, мантисерры и полдюжины других не ради натуральной истории, а исключительно из-за языковых экспериментов или для выведения морали. Об этом говорится в приложениях.

45

Первоисточником сведений о парандрусе является «Естественная история» Плиния. Правда, античный натуралист ни разу словом не обмолвился про Эфиопию. Современные специалисты предполагают, что Плиний под этим названием описывал лося или северного оленя, с которым римские военные могли встречаться в Германии или Галлии (Плиний сам был военачальником). Интересно, что цвет шерсти лося действительно может изменяться, в ней довольно часто развиваются микроскопические водоросли. В любом случае он похож на тот предмет, куда попадает. Его способность меняться подобно хамелеону отражает черты северного оленя, меняющего шкуру в зависимости от времени года, приспосабливаясь к снегу.

46

Та же самая история о котах и крысах существовала в Средние века, ее пересказывает Франсис Мер в Palladis Tamia (1598), повествуя о леопарде и обезьянах.

47

Йейл (эол (наиболее частая для русской литературы транскрипция), ял, йель; он же центикор. — Пер.) присутствует в геральдике на гербе Екатерины, матери английского короля Генриха VII, на гербе Крайст-колледжа (Кембридж) и Йельского университета (США).

Первым это существо описал Плиний Старший. Предполагают, он имел в виду антилопу гну, также описывая и другое животное — катоблепаса (Catoblepas — от греч. κοιτάξει κάτω, — смотреть вниз). «Эфиопский дикий зверь [катоблепаса], — пишет Плиний, — обладает умеренными размерами, кроме головы, настолько тяжелой, что она свисает вниз к земле, к счастью для людей, поскольку всякий, кто повстречается с ним взглядом, тотчас падет бездыханным» (8,77). Элий отмечает его внешнее сходство с быком, очевидно, животное возникло из описания индийского буйвола, который действительно может выставлять рога вперед для защиты (Лиддел и Скотт) или, возможно, антилопы гну (доктор А. Робин).

Описание катоблепаса Плинием сопровождается утверждением: «Василиск обладает той же мощью [убивать взглядом]». Замечание Плиния привело к тому, что поздние переписчики и переводчики иногда смешивали этих животных.

Йейл появляется во французских бестиариях как «сентикор». Сэр Артур Шипли «прослеживает его происхождение вплоть до Египта». Дрюс весьма подробно описывает его в статье, опубликованной в «Археологическом журнале» в 1911 году. Именно он первым отметил, что йейла нельзя отождествить ни с одним из известных животных. Возможно, он восходит к силуэтному изображению первобытного художника, у которого один рог повернут вперед, другой назад. Может быть и какой-то антилопой, которая хлопает длинными ушами.

Название, возможно, произошло от евр. ya-’el, «йаэл», что значит «горный козел» (журнал «Лайф» от 7 марта 1951 года). Хантингфорд, опубликовавший в том же году доклад для Колониального департамента, пишет, что среди кенийского племени нанти известны коровы камари, у которых один рог выставлен вперед, другой — назад. Обладание таким животным весьма престижно. Иногда коровы рождаются с подобным недостатком. В ряде случаев рога искусственно направляют, добиваясь, чтобы они развернулись подобным образом.

48

Рассказы о том, что встреча с волком вызывает безумие, вовсе не досужий вымысел. «Артемидор, — сообщает Бартон, — утратил разум, внезапно увидев крокодила. Леопард из Рудрапайи, которого застрелил полковник Корбетт, нападал на своих жертв, парализованных страхом, среди толпы».

Охотники на львов настолько уставали от долгой погони за зверем, что не чувствовали ни страха, ни боли. Попадающие в лапы котов или других хищников птицы или мыши немеют, будто в анестезии. Кроликов парализует горностай.

«Возможно, вид хищника, — замечает сэр Томас Браун, — порождает сильный страх, влекущий за собой паралич и иногда непреодолимую немоту. Так, птицы замолкают в присутствии ястреба».

49

Ар-Рази сообщает интересные, подчас анекдотические подробности в связи с волчьей шерстью: «Робкие мужчины и женщины для возбуждения похоти вешают себе на шею волчий пенис (высушенный в печи) или шерсть из его бровей. Если же носить на шее мешочек из волчьей шкуры с положенной внутрь головой голубя, можно уберечься от ловушек Венеры». Похоже, отсюда и история о десяти учениках Демокрита, которые спасались от происков дьявола ношением мошонки волка на своих копьях.

Секст рассказывает аналогичную историю о путешественнике, который в качестве оберега носил с собой кончик волчьего хвоста. Вечеллий пишет, что волчья голова в конюшне или хлеву защитит скот или лошадей от любых хищников. Пока она будет висеть, ни один зверь не сможет причинить вреда.

Альберт Великий, правда ссылаясь на Альдрованда, пишет, что с помощью волчьего хвоста, привязанного над кормушкой овцы или в хлеву, можно отпугнуть волков, потому их специально вешают в этих местах.

50

Альдрованд поясняет, что волк испытывает отвращение к пению и ударам цимбал. В данном случае зверя пугает не только резкие звуки, но и камень. По его мнению, волки не выносят камней, потому что, когда люди бросают их в них, кровоподтеки побуждают рост червей.

51

Если сложно определить подлинное происхождение животного, его обычно относят к Эфиопии. Самый простой перевод слова — «Африка».

52

Видимо, здесь речь о лисах, которые способны и бегать, и летать.

53

Как говорится в Герефордском атласе мира, король Гарамант жил в стране, чьи воды кипели днем и замерзали ночью.

54

Евреи считают собаку нечистым животным, поэтому в Ветхом Завете отношение к этим очаровательным существам стабильно отрицательное. Только Товия в апокрифической книге воздает им должное. Однако в Средние века преобладало самое нежное отношение к животным и детям, частично сохранявшееся в дальнейшем.

В XII веке несколько богатых дворян были обеспокоены тем, что у их богатого сюзерена, убитого при Азенкуре, остался «собачий мальчик», которому пришлось жить в конуре, чтобы свора оставалась довольной.

«Я хочу, чтобы мальчик, — писал герцог Йоркский в своем „Мастере игры“, — выводил свору дважды в день утром с восходом солнца и вечером, особенно зимой. Пустив их бегать и играть на лугу, он вычищает каждую гончую, вытирая их огромным клоком соломы. И так проделывает каждое утро. Затем он должен отвести их в некое прекрасное место, где растет нежная трава на корм, и позволить им поесть, ибо трава служит для них лекарством».

Соответственно, поскольку мальчик «сердцем и делом связан с гончими», они станут «доброжелательными, чистыми, довольными и жизнерадостными, дружелюбными ко всем людям, но не к диким зверям, по отношению к которым им полагается оставаться свирепыми, активными и злобными».

Мы с удовольствием отмечаем, что автор нашего бестиария отводит лошадям, гончим, пчелам больше места, чем другим животным, потому что выказывает ответную любовь, являясь другом человека.

55

Возможно, отсутствующий в рукописи лист содержал двухстраничную иллюстрацию к истории, приведенной ниже.

56

Действительно, в собачьей слюне содержится лизоцим, обладающий бактерицидными свойствами. (Примеч. пер.)

57

Монахи-доминиканцы называли себя сторожевыми псами веры, обыгрывая имя своего основателя (Dominicus созвучно лат. Domini Canes — «Псы Господа»). Неофициальный символ ордена — собака, сидящая на раскрытой книге и удерживающая в пасти факел, — демонстрировал собачью преданность и свет истинного знания. (Примеч. пер.)

58

Бакстер и Джонсон переводят слово licisca как «борзая», но Плиний называет их «волкодавами». Известно, что одну из собак Актеона звали Лицитус. Пиоззи писала сэру Джеймсу Фаллоу в 1821 году о том, что самым интересным эпизодом в полярном путешествии Пири оказался «рассказ одного из его офицеров, как его ирландский сеттер, красивый, породистый, привлек внимание волчицы на Мальвинском острове. Она настолько соблазнила его собой, что он не пожелал вернуться на корабль». «Сказанное служит очевидным доказательством того, — добавляет ученый, — что собака, лиса и шакал всего лишь случайные разновидности, в то время как волк — глава дома, пенкеннедил (старейшина), как его называют народы Уэльса и Корнуолла».

59

Обращения к читателю, начинающиеся словами «Quocienscumque peccator», встречаются в различных частях бестиариев. Иногда переписчики просто опускают их для облегчения чтения, ибо те имеют характер моралите и содержат символическую трактовку излагаемого, не имея прямого отношения к тексту. В подобных толкованиях грешник выступает собакой, а Создатель — хозяином. В конце этой короткой проповеди находился еще один лист, отсутствующий в кембриджской рукописи. Мы восполнили его из собрания Слоуна, добавив миниатюру с изображением Адама, дающего животным имена (Harl, 3244).

60

Глоссой называется обращение составителя рукописи к читателю, помогающее правильно понять смысл содержания. (Примеч. пер.)

61

«Отметим, что человек — единственное животное, способное жить и размножаться в любой стране от экватора до полюса. Ближайший к нему вид с той же привилегией — свиньи» (Гиббон).

62

«Евреи утверждают, что ведут свою историю от Адама, первого человека, созданного Богом. Возможно, поэтому он рассматривается как первоначальный и непререкаемый авторитет в данной области» (Э. Эванс).

63

«Сказав бедный, — с грустью заявляет Бартон, — ты скажешь все. Они рождены работать, как лошадь, обречены на нищету, оставаясь вьючными животными, питаться экскрементами, как товарищи Одиссея и (чему возражал Кремул у Аристофана) salem lingere, лизать соль, опорожнять сточные места, рыть каналы, выносить грязь и убирать навозные кучи, прочищать трубы и вытирать копыта лошадей. Я ничего не говорю о турецких рабах на галерах, которые покупались и продавались как домашняя утварь… Одни едят, чтобы жить, а другие работают, чтобы выжить».

64

В рукописи, видимо, говорится Aries vel (или ut) aitotoapeos i. amarte vocatus, хотя понять смысл данного прочтения довольно затруднительно.

65

Кажется, филологи считают, что гирки — это монголы, обитающие в Гиркании. Но ссылка на Светония никак не связана с самим козлом.

66

А д а м а н т (adamant, άδάμας) — старинное обозначение алмаза, бриллианта, у древних греков, а также металл, сталь. Символ твердости.

67

Видимо, автор бестиария хотел сказать, что волы не способны двигать рогами, но, в отличие от гиены, легко вращают шеями, как показано у животного на иллюстрации. Шкура животного, обнаруженная в гробнице Тутанхамона на ложе, покрыта пятнами, как у гиены.

68

Большая и Малая Медведицы называют Упряжкой, поскольку эти созвездия напоминают повозку или тележку (Карлова колесница) с запряженными в нее быками.

69

С другой стороны, Левине в 1570 году назвал их «дромадерами» («пурпурный дромадер» на жаргоне 1700 года означало «плохой работник», таким образом можно было оскорбить вора).

70

Слово «осел» вошло в обиход лишь в XVII веке. Первоначально рифмовалось с «обезьяной». (Все одомашненные ослы имеют африканские корни, поскольку попытки приручить куланов (азиатских ослов) не имели успеха. Ослы стали первыми животными, которых древний человек использовал для перевозки грузов. Уже около 4000 года до н. э. в дельте Нила держали одомашненных нубийских особей. Чуть позже их приручили в Месопотамии. Известно, что этруски использовали ослов из Малой Азии. В Грецию они попали около 1000 года до н. э., а севернее Альп появились благодаря римлянам. Осел превосходит лошадь выносливостью и способностью дольше обходиться без воды и пищи. — Пер.)

71

Как отмечается в Британской энциклопедии, в древнейшем тексте «Физиолога» (см. приложения), на котором основываются бестиарии, приводятся имена согласно египетскому календарю. Если дата устанавливается точно, вполне возможно, астроном, который был знаком с историей календаря и подвижностью дня равноденствия, мог определить примерное время написания «Физиолога». В настоящее время ученые датируют этот памятник II или III веком. «Физиолог» состоит из отдельных (небольших) глав, содержащих описание животных и птиц (всего около пятидесяти), насекомых, минералов и т. д. с символическими толкованиями (так, свойства зверей сопоставляются с христианскими добродетелями).

О выполнении онагром определенных действий каждый час также повествует Джон Мейпл в «Деяниях судьбы». И «онагр кричит двенадцать раз днем и двенадцать раз ночью. И даже во время угасания луны (то есть когда она темная), жалуясь, что ничего не ест».

72

См. Цинторет у Плиния и Центарат у Эллия.

73

Название происходит от одноименного греческого города Опус, а вовсе не потому, что он так тяжело работал.

74

Однажды я наблюдал, как английский работник фермы вынул из кармана талисман и прикрепил к новорожденному жеребенку.

75

Лукреций пишет, что кентавры не существовали, поскольку продолжительность жизни человека и лошади различна. По его мнению, человек-лошадь должен обнаружить, что один из них умер от старости, в то время как второй процветает.

76

Прочтение рукописи в данном месте затруднено в силу того, что цвета редко описываются посредством других цветов, особенно в мертвом языке. Переписчик явно напутал и ошибся. Вскоре он начинает писать «contubitum» вместо «concubitum», иными словами, предлагает «aquarum», имея в виду «equorum». Однако общий смысл уловить можно.

77

«Не существует животного, более сходного с дикой разновидностью, как свиньи, поистине таких боровов в былые времена называли гибридами, как бы сказал человек, наполовину дикими» (Плиний. 2, 231).

78

Возможно, разновидность, выращенная в Тире, однако Тиррей, по Вергилию, был пастухом правителя латинов, и тирриды являлись его сыновьями. Само слово «мул» отсутствует у Альдрованда.

79

Ovis musimon — муфлон, горный баран с Корсики.

80

Элий заявляет, что печень мыши увеличивается и уменьшается вместе с ростом и угасанием луны. Что же касается ее характера, то, по словам Плиния, из земных существ мыши и ласточки среди тех, кто обитает в небе, являются самыми неподконтрольными.

В этой связи вспомним Порта, утверждавшего, что их плоть ядовита, и, если кто-то положит ее в еду, потеряет память. Элий пишет, что ловить мышь бесполезно, ибо она делает множество дырок, если ее где-то закроют, она способна появиться в другом месте. А если несколько мышей попадут в воду, одна хватается за хвост другой, так что одна может вытащить другую.

Позволю себе усомниться в утверждении Альберта о том, что ему лично доводилось наблюдать за мышью в Верхней Германии. По сигналу от своего хозяина она становилась подставкой для свечи, держа ее во рту.

Так быть не могло, все слишком напоминает случай с альпийской мышью! Известен и печальный факт природы этих существ. У них короткий век. Вот почему маленькая мышь у Горация говорит своей подруге:

Смерти никто не уйдет, для того-то, моя дорогая,

Если ты можешь, живи, наслаждаясь и пользуясь жизнью,

Помня, что краток наш век

Гораций. Сатиры. (Пер. М. Дмитриева)

81

Исидор поясняет, что это мышь (mus), только длинная, как копье (telum).

82

Под именем ласка (mustela) в бестиарии описано семейство хорьков, от горностая до ласки, возможно, сюда включили и мангуста.

83

Из обозначения Ictides Альдрованд исключает упомянутую в заголовке Mustela sylvestris. Он предлагает martes (куницу), putorius (нечто, что издает запах, наподобие скунса или черного хоря), viverra (Льюис как и Шорт определяет его как «хорек»), furonis (возможно, горностай, еще один представитель этого семейства) и pholitam, похоже поставивший в тупик всех комментаторов.

Переходя в другие языки, отличные от классических, он заявляет, что Ictides известны в Испании как pholentas, в еврейском — oach, во французском — furette, в Германии — frett, в Англии или fret, или sitche. Очевидно, fret — это хорёк, sitche, возможно, восходит к шекспировскому «хорек» — хорек, хорь черный.

84

Уровень знаний древних натуралистов точно отражает история Галантиса, о том, что служанка матери Геркулеса превращалась в горностая, о чем пишет и Овидий. Альдрованд повествует о том, как появлялась богиня Люцина, к которой обращались для облегчения родов.

Когда Алкмена была беременна своим сыном Геркулесом и тяжело рожала, Люцина приняла форму старой карги, которую Зевс послал помочь в родах. Но Юнона приказала не помочь, а помешать. Она присела в передней у двери Алкмены, держась за колени перекрещенными сомкнутыми пальцами. Галатея, служанка Алкмены, увидев ее жест, поняла, что Луцина собирается помешать рождению сына Зевса. Приблизившись к ней, она поблагодарила богиню за помощь и сообщила, что госпожа благополучно разрешилась. Услышав это, богиня расслабилась, и Алкмена тотчас произвела на свет Геркулеса.

Взбешенная обманом, богиня превратила Галатею в горностая, сопроводив проклятием о том, что девушка, осмелившись обмануть богиню, отныне будет производить своих детей через ухо.

Данный мотив представлен и в греческих сказках.

Ранние христианские авторы и некоторые богословы верили в то, что Христос чудесным образом родился через ухо Девы Марии. Поскольку Божье слово всегда оборачивается делом, то и слово Господа, которое до Марии донес ангел, стало плотью. А уж коль скоро слово пришло через ухо, естественно предположить, что и Христос, как инкарнация Логоса, появился таким способом. Как заметил святой Августин: «Господь глаголет устами ангелов, а Богородица забеременела от слова», с чем согласился Фома Кентерберийский: «Славься, Мария, матерь Христа, которая от слова зачала».

85

Французское наименование ежа — cheval-de-frise — обозначает оборонительное приспособление, защитную стену с гвоздями, шипами и кусками битого стекла наверху, преграждающую путь кавалерии.

86

«При нападении лисы еж сворачивается подобно каштану с торчащими во все стороны шипами. Таким образом сохраняет себя в целости, ибо никто не может причинить ему никакого ущерба».

87

«В своей „Естественной истории“ Плиний рассказывает о еже, который отправился пополнить свои запасы и возвратился домой, нагруженный орехами и фруктами. Если хоть одна ягода упадет, еж остановится, сбросит остальные и начнет собирать все, яростно стуча по земле своими щетинками» (Уильям Барлоу, 1658).

Ежи строят свои скромные норы в канавах и забираются в них на время зимней спячки. В 1939 году автор этих строк нашел такое убежище в своем огороде, желая проверить рассказ своего работника-ирландца о том, что ежи уносят туда яблоки на своих иголках. О подобном случае автор читал и в средневековой рукописи, написанной на восемьсот лет раньше.

Оба рассказа, к моему удивлению, подтвердились, мы действительно обнаружили в норе яблоки с вмятинами на боках. Возможно, животное накатилось на них своим носом, соответственно оставив проколы там, где каталось, чтобы спать на них сверху.

Конечно, такие ежи водятся не только в странах, где выращивается виноград. Устраиваясь на зимнюю спячку, еж собирает на свои колючки листья и кусочки мха, чтобы защититься от зимних холодов.

88

Когда-то крота называли moldiwarp (ползающий в плесени). Бартон замечает: «Он довольствуется малым, утешаясь несчастьями других. Например, в басне Эзопа крот, жалуясь, говорит лисе, что хочет иметь хвост, как остальные его товарищи, вы жалуетесь точно так же, но я слеп. Оставайтесь спокойными, тогда вы, как я скажу, получите удовлетворение».

Шекспир, как мы уже говорили, не был знаком с бестиариями, тем не менее не исключено, что его острый прагматичный взгляд обычного человека отражает представления того времени. Вот диалог Мортимера и Готспера:

Мортимер

Зачем вы злите тестя, милый Перси?

Готсиер

Я вот как сыт его абракадаброй.

В ушах звенит от муравьев, кротов,

Волшебников Мерлинов, предсказаний,

Бескрылых грифов и бесперых рыб.

Львов на гербах, лежащих и стоящих.

Где столько дичи мне переварить!

Вчера он протомил меня полночи,

Перечисляя имена чертей,

Ему подвластных. Я его не слушал

И только лишь поддакивал в ответ.

Он хуже бабы злой и старой клячи

И нестерпим, как дом, где печь дымит.

От жизни с ним и этих разговоров

Я б из дворца на мельницу сбежал

От пирогов и вин на хлеб и воду.

Генрих IV (Пер. Б. Пастернака)

Его героя раздражает вовсе не проблема естественной истории, а ее символические уэльские геральдические видения, которые старый джентльмен явно пересказывает ему из Артуровского цикла.

89

άφάλος означает «господин без плюмажа на шлеме». Возможно, это относится к растению, не имеющему корней. Или к описанию крота (φαλλός), который подгрызает корни растений и именуется «кастрирующим растения». Предыдущее наименование крота talpa связано с тем, что он роет, что фактически верно, поскольку talpa и scalpere (копать) образованы от одного и того же греческого корня.

90

Тот факт, что муравьи способны задерживать прорастание семян, хотя и стал известен Элию в 200 году, открыт Морриджем в 1873 году. Браун провел эксперименты по данному предмету со свойственной ему педантичностью.

91

Ни данное слово, ни что-то приблизительно его напоминающее не встречается ни у Альдрованда, ни у Лиддла, ни у Скотта, ни у Левиса, ни у Шорта, ни у Бакстера, ни у Джонсона.

Гараманты — племя, впервые упомянутое у Геродота. Предполагают, их столицей была Гарама, находящаяся в Фазании, сегодня Фессане. Фазания происходит от реки Фасис в Малой Азии. Отсюда и «фазанос» (φάσιαυ-ός).

Если название «фазан» происходит от Фазании, а вовсе не от реки Фасис, «гараманты» можно перевести как «фазанцы».

92

Сова названа так благодаря народной этимологии. В большинстве языков звукоподражательное происхождение.

93

Сэр Томас Браун язвительно замечает по поводу зрения орла: «Не отвергая панегирика Сенеки и никоим образом не оскорбляя плешивости, я считаю правдивым рассказ Элия об Эсхиле, на которого однажды упал орел, принявший плешивую голову за скалу или черепаший панцирь. Очевидно, перед нами величайшее заблуждение по поводу зоркости этого животного».

94

Простодушие нашего автора тем больше, чем о более возвышенных материях он пишет, заявляя, подобно герою Байрона: «Господа, этот солнечный орел, происходящий от русского архангела, является прекрасным ловцом выдр».

95

Некоторые из приведенных заявлений не лишены оснований. «Дымка» на глазах, возможно, относится к мигательной мембране. Неморгающий взгляд на солнце, склоненная голова, которые, как признаки, отмечают все охотники и сокольничие у своих ловчих птиц, обычно свойственны хищникам, выслеживающим жертву. Что касается обновления перьев и возвращения молодого задора, это естественное возвращение к обычной форме после линьки. В греческом «Физиологе» говорится, что клювы у пожилых орлов вырастают настолько длинными, что мешают есть, и они разбивают их кончики ударами по камню. Сокольничим же приходится подрезать клювы своих птиц.

96

Греческое слово ΦΕΝΑΘ άκος означает «дурачить, забалтывать, обманывать». Эванс считал, что им обозначают цаплю, а вовсе не лысуху.

97

Какие бы факты ни приводились в связи с грифами, для еретика чудовищна сама мысль о том, что такое множество существ, как тля растительная, способны к партеногенезу.

98

18 и 20 июля 1812 года перед сражением под Саламанкой армии Веллингтона и Мармонта двигались параллельными колоннами на расстоянии пушечного выстрела, «в то время стая грифов кружилась над их головами». «Меня часто поражал ужас быть раненым и собственное бессилие при этом» (Томкинсон).

99

Похожую хитрость приписывают пчелам и морским ежам. На самом деле птицы помещают камешки в зоб для облегчения переваривания грубого корма, очистки и усвоения пищи.

100

Гийом Дю Бартас пишет в поэме «Седмица»:

С небес я слышу крики журавлей,

Что в вышине составили свой клин,

Подобно строю пред жестокой схваткой,

Отряд возглавил бравый капитан,

В шеренге каждой — строгие сержанты,

Что весь отряд своим подбодрят криком.

101

В 1952 году писали, что во время войны в Корее два американских летчика-истребителя смогли удержать от пике самолет своего друга, потерявшего сознание. Поддерживая его своими крыльями, они смогли проводить его на безопасную высоту. Правда, летчик-испытатель Майкл Роуз, к которому я обратился за подтверждением, сказал, что это совершенно невозможно.

102

Когда камень падает, производя шум, страж тотчас пробуждается. На иллюстрации журавль, удерживающий такой камень. Английские игроки в крикет полагают, что журавли считали часы, аналогично тому, как они использовали мелкие монеты для контроля числа ударов, а после матча просто подсчитывали пенни в своем кармане.

К сожалению, текст бестиария не позволяет прояснить данное представление.

103

Аристотель указывает, что язык попугая схож с человеческим.

104

Ex natura autem salutat dicens ave vel kere.

105

Этому случаю посвящена эпиграмма М. Арциала:

Я — попугай, я у вас именам любым научуся,

Но научился я сам «здравствуй, о Цезарь!» кричать.

«Однажды, — пишет Авраам де ла Прим в своем дневнике от 23 апреля 1698 года, — я общался с мистером Весли, священником из Эпворта, автором известной поэмы „Жизнь Христа“.

Он рассказывал, что, находясь в Лондоне, наблюдал за попугаем, который в течение долгого времени сидел в клетке на Биллингдейл-стрит, где обычно говорят на самом мерзком языке в мире. Птица выучилась сквернословить и ругаться, используя самые неприличные выражения.

Чтобы это исправить, хозяева отправили попугая в кофейню на другой улице. Не прошло и полугода, как он забыл все грязные выражения и настолько пропитался утонченным языком, что мог сказать „Принесите чашечку кофе“, „Какие новости“ и тому подобное.

После того как попугай обратился, его отправили домой, но через неделю все вернулись старые выражения, будто он их и не забывал» (Дж. Дениэл. «Алфавитный порядок», 1949).

106

Мисс Ненси Прайс сообщила нам (в «Ярких крыльях», 1952), что у магараджи Наванагара был попугай 115 лет от роду, который перемещался повсюду в «роллс-ройсе» и имел международный паспорт. «По дипломатическим причинам магарадже было необходимо посещать отдельные страны, и он повсюду брал с собой попугая, ибо никем так не дорожил». Его величество король Георг V наслаждался дружбой с общительной птицей, африканским серым попугаем по имени Шарлотта. Будучи гардемарином, он приобрел Шарлотту во время остановки, которую его корабль сделал в Порт-Саиде. С тех пор она оставалась его близким другом всю его жизнь.

Сидя на своем излюбленном месте, на королевском плече, она видела все секретные государственные бумаги. Иногда, когда чувствовала, что дела требуют активного вмешательства, могла высказаться резким морским голосом: «Это что еще?» Шарлотта любила море. Во время плавания на яхте «Британия» она оставалась центром внимания, постоянно раздавались ее возгласы: «Где капитан?» В течение болезни короля Шарлотта часами безутешно повторяла тот же самый вопрос.

Оказавшись первым посетителем, допущенным к государю после выздоровления, она танцевала от восторга, наслаждаясь обществом своего возлюбленного друга, тотчас уселась на его плечо, выкрикивая время от времени: «Благословите мои пуговицы! Благословите мои пуговицы! Все хорошо!»

«Меня всегда интересовало, — пишет Прайс, — как эта птица была компаньонкой герцоги Ричмондской, Франциски Терезии, „прекрасной Стюарт“. Возможно, это была самая уважаемая птица в английской истории.

Умирая, герцогиня оставила инструкции, что следует выполнить ее объемное изображение и одеть так, как она одевалась на коронацию королевы Анны. Бывший ее спутником в течение сорока лет попугай умер от печали через несколько дней после ее ухода, и было решено, что его чучело займет свое место рядом с его блистательной хозяйкой».

Любопытный случай описал немецкий исследователь Гумбольдт, заметив, что в Южной Америке ему доводилось встречаться с почтенной птицей, которая знала мертвый язык атуро, хотя племя индейцев (атуров), говоривших на нем, исчезло.

107

Дрюс подробно рассматривает каладриуса в исследовании, опубликованном в «Археологическом журнале» в 1913 году. В античном мире его считали белым попугаем, дятлом или даже чайкой. Большинство авторов сходятся во мнении, что это речная птица.

Современный переводчик склонен считать, что она представляла собой белую трясогузку (Motacilla alba Linn), поскольку в Ирландии к ней продолжают относиться с суеверным ужасом. Отметки на голове похожи на череп. Семейство харадровых относится к ржанковым или плавунчиковым, a charadriformes ко многим другим видам вплоть до дрофы.

108

Лечебные способности каладриуса стали камнем преткновения для торговцев птицами. Зайдя в магазин, недужный покупатель просил разрешения проверить, посмотрит тот на него или отвернется, затем, под предлогом его высокой цены, уходил, узнав то, что ему нужно. В результате почти никто не выставлял птиц напоказ, не получая за это оплаты, из-за чего их сложно отыскать.

109

В Британском музее хранится рукопись Bestiare d’Amour («Бестиарий любви»). В нем символика животных толкуется не с позиций христианства, а с точки зрения плотской любви. Например, рассказывается, как рыцарь упрекнул свою даму за то, что она отвернулась от него, «подобно каладриусу». Дама же ответила, что так ей безопаснее, ибо она совсем не хочет, чтобы болезненность мужчины перешла на нее. «Боже! Сохрани меня от всяческой скверны!»

110

Хотя считается, что факты, связанные с миграцией птиц, якобы «обнаружили» в XVIII веке, тем не менее, очевидно, это произошло гораздо раньше. Нельзя сказать, что об этом не знали, просто авторы бестиариев не ведали о том, какие именно птицы мигрировали.

В то время не говорили о ласточках, наставник Дефо в своей книге доказывал, что они улетали на луну, однако сам, обладая здравым смыслом, полагал, что они следовали за едой (насекомыми) в теплые края.

Более консервативным оказался Джонсон. Он объяснял, что «ласточки, без сомнения, спят всю зиму. Некоторые из них соединяются вместе, летают туда-сюда и затем всей стаей бросаются под воду, где и лежат на дне реки».

111

Плиний заявляет: «Аисты возвращаются в прежние гнезда». Действительно, именно так они и поступают. Никем добавляет, что аисты моногамны. И это правда. Сильвестр считал, что аисты и пеликаны «достойны похвалы».

112

Приведем фрагмент стихотворения К. Бальмонта «Лебедь»:

Заводь спит. Молчит вода зеркальная.

Только там, где дремлют камыши,

Чья-то песня слышится печальная,

Как последний вздох души.

Это плачет лебедь умирающий,

Он с своим прошедшим говорит,

А на небе вечер догорающий

И горит и не горит.

(Примеч. пер.)

113

Моряки всегда питали неприязнь к ныряющим птицам, видя в них предвестников несчастья.

114

И кто живет, отвергнуть крест отважась,

Тот непосильную подъемлет тяжесть.

О, как бы я презреть орудье мог,

Которым искупил меня мой Бог?

Вот я объятья ближним раскрываю —

И сам, словно распятье, застываю.

И взмах пловца — подобие Креста,

И мачта с реей — будто в Крест слита.

Вновь и опять напомнить крест стремится,

И в поле дерево, и в небе птица.

И, чтоб сама Земля на свет явилась,

С меридианом параллель скрестилась.

Джон Донн. Крест (пер. Г. Кружкова)

115

В первой части «Генриха IV» В. Шекспира есть описание вооруженных рыцарей:

Все в латах, в перьях,

Как страусы, что бегают как ветер,

Крылами встряхивают, как орлы

После купанья; в золотых доспехах.

(Пер. Е. Бируковой)

Во-первых, древние авторы иногда путают страуса (ostrich) с goshawk (ястреб-тетеревятник). «Их следует называть ястребами или страусами» (Книга Святого Олбана, 1486). Во-вторых, слово bait имеет два значения — травить (собаками) и передыхать (устар.). Считается, что яростно слетающие с руки соколы затем возвращаются и передыхают перед следующим вылетом. В-третьих, и страус, и ястреб-тетеревятник хорошо знакомы современникам Шекспира. В частности, Деккер писал в «Фортунате» (1599), явно имея в виду настоящего страуса: «Он был в перьях, как настоящий страус, и так же глотал все, что попадет под руку».

Шекспир, имевший представление о соколиной охоте, как явствует из «Укрощения строптивой», должно быть, знал, что сильный ветер иногда мешает несущемуся к цели соколу проявить себя. После купания он начинает хлопать крыльями, шурша и расправляя перья, чтобы ветер их высушил. Таким же образом поступали крестоносцы, которые походили на возбужденных и встряхивающихся ветром птиц. Они возбуждались и гневались, правда иногда напоминали своим поведением ястреба-тетеревятника и орла, когда, освеженные после отдыха, набрасывались на добычу. Так и произошло указанное нами выше смешение слов.

116

Чтобы помочь желудку, страусы глотают грубые корма, их яйца частично высиживаются с помощью солнца. Самец высиживает ночью, самка — днем.

117

Следует отметить, что перед нами не классическая история о зимородке, когда «птицы спокойно сидят, погруженные в раздумья на зачарованной воде». В нашем случае гнездо кольцевидной формы, как, например, у зуйка (ржанки), находится на побережье.

Возможно, средневековый вариант интереснее классического, поскольку, в отличие от греческой легенды, соотносится с реальным явлением квадратурного прилива — понижения уровня воды к концу первой и третьей четвертей луны.

Более того, числа семь и четырнадцать явно связаны с лунным исчислением, соответственно и с приливами.

Данная легенда зародилась у Средиземного моря, Оппиан пишет об инкубации этих птиц в прибрежной зоне: «Они настолько любят море, что размещают свои гнезда близ линии прибоя, и, хотя их грудки намокают, оставляют свои хвосты на суше». Действительно, у птиц, живущих в прибрежной зоне, весьма короткое детство, как у многих птиц, которые гнездятся на земле.

118

Для феникса предлагалось множество названий — от райской птицы до фламинго. Также установлено, что существо автофертильно, способно к самооплодотворению, подобно одноименному пальмовому дереву. Альдрованд посвятил ему главу, так же как и Томас Браун.

Геродот заявлял, что феникс встречается в Гелиополисе в Египте. Данный факт указывает на то, что он — священный символ солнечного культа Гелиополиса, в центре которого

Британской энциклопедии он на самом деле является «аистом, цаплей или белой цаплей».

Символ представляет солнце, которое умирает в собственном огне каждую ночь и возрождается утром, поднимаясь с востока в Египте, то есть из Аравии. Предположение возникло на основании того, что в греческом слово «феникс» могло означать «пальмовое дерево», аналогично одной из версий benu в египетском языке.

Возможно, benu и феникс, как символы солнца-бога, пурпурная цапля (Ardea purpurea). Phoeniceus означает «пурпурный», как отмечается и в нашем бестиарии. В нашей истории отмечается, что пурпурная цапля раз в пять тысяч лет церемониально приносилась в жертву жрецами Гелиополиса во время главного праздника.

119

Как египетский бог, если принять к сведению наше предыдущее замечание, делал перед Ним.

120

И Шекспир, и Чосер, похоже, не очень хорошо осведомлены о бестиариях. Чосер, правда, цитирует Никема, но, возможно, по памяти, ибо известно, что он был собственником шестидесяти книг, огромного количества для XIV века, он лишь однажды упоминает естественную историю в своем «Парламенте дураков», хотя бестиарии считались самыми популярными книгами в Средние века.

Немного странно, ведь его книги, скорее всего, классические. Как человек Возрождения, Чосер предпочитал наблюдать живую природу, и ему не было нужды читать «рассказы старых жен». В «Парламенте дураков» содержится перечень летающих птиц, хотя среди них нет ни феникса, ни синомолга, ни зимородка, ни одной из тех мифологических птиц, которыми так богат «Физиолог». Единственные упоминаемые в бестиарии животные — орел благодаря зоркому взгляду и черепаха в силу верности слову.

Изучение конкорданса к сочинениям Шекспира показывает, что все сказанное справедливо и по отношению к драматургу (см. сноску к статье «Единорог-1», с. 25). У Шекспира не встречаются ни мантикоры (мифологические существа с туловищем льва, лицом человека и жалом скорпиона), ни аспидоделон (кит, проглотивший пророка Иону), ни амфисбены с двумя головами, спереди и на хвосте. Возможно, если бы бард услышал об этих очаровательных существах, вполне мог бы упомянуть их подобно Мильтону. Таков один из доводов, скрытое доказательство того, что поэма, называемая «Феникс и Черепаха», приписываемая Шекспиру, вовсе не принадлежит ему.

Тот, кто ее написал, скорее всего, изучал бестиарий или хотя бы имеет о нем представление. В поэме появляются птицы из «Физиолога». Феникс в первой строфе, каладриус, возможно, во второй. Во всех погребальных песнях упомянуты известные в Средневековье лебединая верность, вороны, вдовствующие голуби.

В текстах Шекспира каладриус не упоминается вовсе, а феникс, более распространенный предмет разговора, появляется порядка семи раз.

Распространенное влияние бестиария в целом настолько обширно, что невозможно определить, кто прочитал первым, кто следующим. Каждый слышал о фениксе, упоминания о нем встречаются у половины писавших в то время поэтов.

Похоже, единственный способ подобраться ближе к решению вопроса — рассмотреть редчайшие существа левкроты. Спенсер прекрасно знал о существовании необычных зверей. Кто бы мог предвидеть, что и Теннисон, и Поуп упоминали амбисфену?

121

Скорее всего, синомолг столь же фантастическая птица, как феникс. Они не упоминаются в сочинениях натуралистов.

Император Гелиогабал (218–222 н. э.), чье имя происходит от «Гелио» (солнце, солнечный город и солнечная птица), обжора и дебошир, «его рис оснащали жемчужинами, бобы смешивали с золотыми стружками, другие же овощи с янтарем и другими драгоценными камнями. Особенно он гордился мозгами некоторых птиц, вместе с гребешками, вырезанными из живых петухов, языками павлинов и головами фламинго» (Питер Лум).

Больше всего император желал блюдо из феникса или синомолга, полагая, что их долгожительство и уникальность способствуют пищеварению. Ему достали редкую птицу, возможно райскую, он тотчас принес ее в жертву, как и любой другой собиратель редких птиц. С благодарностью заметим, что его убили вскоре после этого.

122

Сомневаясь в этом, Альдрованд и другие замечали: та птица, которая сидит на гниющем гнезде, становится фосфоресцирующей.

В XVI веке несколько таких особей перевезли в Новый Свет, о чем пишет Дю Бартас:

У кукуйо из Новой Испании

Две лампы сияют под крыльями,

Светят, рассеивая мрак ночи,

Подобно золоту на мантии царя,

Чьи сокровища не поддаются счету

Учеными писцами.

123

Вымышленные птицы из мифологии перешли в бестиарии, также и некоторые настоящие птицы из бестиариев перекочевали в абстрактную науку геральдику. Пеликан стал распространенным религиозным символом. Бутейль отметил: «Изображение птицы над гнездом с распростертыми крыльями, питающей своих птенцов собственной кровью, представлено в гербах как „Пеликан, исполняющий свой долг“».

А. Д. Бартлетт предположил, что в качестве символа благочестия пеликан предстает фламинго, который кормит птенцов «особой кровяной секрецией, выделяемой изо рта». Возможно, обычный выброс крови изо рта пеликана соответствует легенде.

На нашем изображении птица справа оживляет своих птенцов выбросом изо рта, а вовсе не из груди.

124

Аристотель пишет: «Ушастая сова похожа на обычную, только с перьями вокруг ушей, поэтому ее иногда называют ночным вороном».

125

Приведем вольный перевод французской песни о соловье:

Средь воскреснувших полей

Гений звуков — соловей

Песнью весь излиться хочет,

В перекатах страстных мрет,

Вот неистово хохочет,

Тише, тише стал — и вот

К нежным стонам переходит

И, разлившись, как свирель,

Упоительно выводит

Он серебряную трель.

126

Натуралист Конрад Лоренц рассказывал, что галки нападают на все, что видят, но никогда не трогают черное. Видимо, не охотятся на представителей собственного вида. Лоренц уточнил: «После того, как их птенцы окрашиваются в черный цвет».

«Когда я взял из гнезда неоперившегося птенца на вытянутую ладонь, птицы остались равнодушны. Но когда у них прорезались маленькие черные перья, последовала яростная атака родителей на мою вытянутую руку. <…> В большинстве случаев сказанное относится именно к воронам» (К. Лоренц. «Кольцо царя Соломона»).

127

Вергилий.

128

«Однажды, прогуливаясь в лесу с супругой, Вордсворт услышал воркование голубя. Проходившая мимо жена фермера сказала мельком: „Ой, как мне нравятся голубки!“ Миссис Вордсворт, восхищенная поэзией Вордсворта, приняла сказанное пожилой женщиной близко к сердцу. „Однако, — продолжала та, — некоторые любят их в пироге, я же не возражаю, если их преподнесут обжаренными в луке“» (Р. Б. Хейдон).

129

См. сноску к статье «Аист». Здесь отметим миграцию ласточек, остававшуюся загадкой даже для искушенного Гилберта Уайта. В 1703 году именно натуралист Мортон заявлял, что зимой ласточки мигрировали на Луну.

130

«Впервые» — возможно, имеется в виду во время миграции.

131

Заметим, что ortycumetra означает также дергач, коростель.

132

Полагали, что перепелки насыщают себя ядом, как мы пьем тоники в виде стрихнина и мышьяка. Аристотель утверждал, что они едят белену (черную) и морозник (чемерицу).

133

Установлено, что, если тихо подкрасться к птице и внезапно броситься на нее на близком расстоянии, она падает, как в припадке. Переводчику книги доводилось наблюдать подобное.

134

В бестиарии, к сожалению, нет сведений о том, как павлины стыдятся своих ног. «Когда он видит свои ноги, дико кричит, полагая, что они не соотносятся с остальной частью туловища» (Епифаний).

Вначале павлин выступает в красе своих перьев,

Гордо шествует, подобно царю,

Своим криком предсказывая погоду,

Хотя прекрасно знает, как плохо он поет,

Но, взглянув на свои невзрачные ноги,

Он сгорает от жгучего стыда.

(Честер. «Мучение любви»)

135

Святой Августин отмечал: «Кто, кроме Господа, создателя всех вещей, наделил плоть мертвого павлина возможностью никогда не разлагаться?» («Град Божий»). «Говорят, острый и проницательный епископ Иппонский (святой Августин) проводил опыты с плотью этой птицы, убедившись в справедливости народных суеверий» (Э. П. Эванс).

136

В отличие от подавляющего большинства птиц удоды никогда не убирают помет из гнезда. Кроме того, в период высиживания и кормления птенцов у птиц выделяется маслянистая жидкость с резким неприятным запахом. Она помогает отогнать некрупных наземных хищников, одновременно формирует мнение об удоде как об очень «нечистоплотной птице». (В Библии (книге Ветхого Завета «Второзаконие») упоминается в числе птиц, запрещенных к употреблению в пищу:

Не должно вам есть: орла, грифа и морского орла,

и коршуна, и сокола, и кречета с породою их,

и всякого ворона с породою его,

и страуса, и совы, и чайки, и ястреба с породою его,

и филина, и ибиса, и лебедя,

и пеликана, и сипа, и рыболова,

и цапли, и зуя с породою его, и удода, и нетопыря. — Пер.)

137

(В древнегреческой мифологии фракийский царь Терей, сын бога войны Ареса и нимфы, был превращен в удода после того, как попытался убить своих жен. В средневековых сборниках зоологических статей и бестиариях удоды часто изображались заботящимися о своих престарелых родителях.

В Коране (27: 20–28) и некоторых еврейских источниках («Таргум Шени» к Книге Есфири и мидраш к Книге притч) удод ассоциируется с повелителем птиц и зверей царем Соломоном. Согласно легенде, однажды он не обнаружил удода среди своих птиц, а когда тот наконец нашелся, то рассказал о чудесном городе Киторе и его правительнице, прекрасной царице Савской (Билкис у мусульман), поклоняющейся Солнцу. Царь отправил удода в Савскую землю с посланием к царице. В ответ на письмо она отправила Соломону богатые дары, а затем и сама прибыла в Иерусалим.

В сочинении великого персидского поэта-суфия Фаридэддина Аттара «Парламент птиц» удод символизирует вождя человечества, предлагая птицам отправиться на дальние поиски таинственного короля Симурга, живущего на горе Каф. Это произведение, полное разных образов и смысла, стало одним из центральных в суфизме. — Пер.)

Об удоде неоднократно говорится в бестиарии, как, например, и о крокодиле. Возможно, из-за пополнения рукописи новыми статьями, о котором мы упоминаем в приложениях.

138

То есть вместе с лекарством.

В связи со сказанным Альдрованд замечает: «Sciteque dixit Trincavella, olim praeceptor meus, aurem exhilarare spiritus omnes, cum quis in crumena eo abundaverit». (Как говаривал доктор Тринкавелла, бывший когда-то моим учителем, золото поддерживает всех, хорошо, когда его достаточно в карманах, не правда ли?)

139

Загадка Соломона о меде:

И сказал им:

из идущего вышло ядомое,

и из сильного вышло сладкое.

И не могли отгадать загадку в три дня.

(Суд., 14: 14.)

140

Овидий. Метаморфозы.

141

Полагали, что до конца XVII или XVIII века правителями могли быть и королевы. Шекспир воспринимает их в качестве императоров.

Архиепископ Кентерберийский

Недаром в государстве

Труды сограждан разделило небо,

Усилья всех в движенье привело,

Конечной целью смертным указав

Повиновенье. Так трудятся пчелы,

Создания, что людную страну

Порядку мудрому природы учат.

У них король и разные чины:

Одни, как власти, управляют ульем,

Ведут торговлю вне его другие,

А третьи, с острым жалом, как солдаты,

В набегах грабят пышные цветы,

И весело летят они с добычей

В палату властелина своего,

А он, сосредоточен, величав,

Следит, как рой строителей поющих

Возводит дружно своды золотые.

Заготовляют горожане мед,

И бедняки-носильщики толпятся

С тяжелой ношею в воротах тесных;

Суровое вручает правосудье

С гуденьем грозным бледным палачам

Ленивого, зевающего трутня.

Шекспир. Генрих V (пер. Е. Бируковой)

142

Читатели, разделяющие пристрастие автора бестиария к меду, возможно, заинтересуются следующими заговорами на пчел:

1) Читают по весне на улей, когда пчелы начинают роиться.

«В церкви небесной стоит стол хрустальный, на столе брачная чаша стоит, в этой чаше мед налит. Кто бы его ни пил, до дна не выпивает, мед в чаше не убывает, а больше еще прибывает. Так бы и в мои ульи мед пчелы таскали, соты наполняли, чаши наливали.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

2) Заговор на пчел, когда их помещают в улей.

«Пчелы роятся, пчелы плодятся, пчелы смирятся. Стану я на воск против дальней стороны и слышу шум и гул пчел. Беру я пчелу роя, сажаю в улей. Не я тебя сажаю, сажают белые звезды, рогоногий месяц, красное солнышко. Сажают тебя, укорачивают. Ты, пчела, ройся, у (такого-то) на округ садись. Замыкаю я тебе, матка, все дороги ключом, замком. И бросаю свои ключи в океан-море, под зеленый куст. А в зеленом кусте сидит всем маткам матка старшая, держит жало, жалит непокорных пчел; а будете не покоряться моим словам, сошлю я вас в океан-море, под зеленый куст, где сидит матка, всем маткам матка старшая. И будет за ваше непокорище жалить вас жалами. Слово мое крепко. Аминь».

3) Надо взять грязи с того места, где есть скот. Достать горячих углей из печи и бросить в них грязи. Время должно быть около 12 часов дня, когда в церкви идет служба. С углем выйдите за порог дома и тут же бегите назад. Зайдя через порог, скажите трижды: «Как эти животные ходили и бегали много, так бы и мне работы и прибыли было бы много» (Познанский Н. Ф. Заговоры. М., 1995).

Этим дымом окурите все комнаты своего дома.

143

Альдрованд пишет, что можно способствовать росту бороды, нанеся на подбородок смесь пепла сожженных пчел, смешанных с экскрементами землеройки. Он посвящает четыре страницы медицинским достоинствам меда.

(Основоположник античной медицины Гиппократ также описал лечебные свойства меда. Легенда гласит, что на могиле Гиппократа поселился пчелиный рой, который изготавливал особый мед, исцелявший от множества болезней.

Гомер воспел мед и его замечательные лечебные и пищевые свойства. Одна из его героинь чудесным напитком кикеоном (большую часть его составлял мед) лечила бессонницу и вдохновляла воинов на подвиги. Аристотель (IV в. до н. э.) положил начало научному пчеловодству, а древнеримский поэт Вергилий в «Георгиках» описал структуру пчелиной семьи и принятые в то время приемы пчеловодства, многие из которых актуальны и по сей день. — Пер.)

144

Альдрованд отводит драконам пятьдесят девять страниц инфолио, приводя по ходу изложения материала весьма интересные данные. Например, о людях по имени Драко. Наряду с морскими змеями, тарантулами, растениями, деревьями, звездами, дьяволами, ртутью, горами, ловушками, фистулами, сиренами, гидрами, анакондами, китами, левиафанами, ископаемыми скелетами, иероглифами и даже ранней формой самолета, аналогами дракона.

Он добавляет, что шарлатаны обманывали простодушных, выдавая за дракона останки великана Рея. Однако понятия «дракон» и «змея» равнозначны. Он указывает, что напавшую на Лаокоона рептилию Вергилий в одном месте называет змеей, в другом — драконом.

«Почему, — писал Кингсли в 1849 году, — они не являются теми драконами, которых подразумевали под этим понятием греки… Крестьянские суеверия, известные во многих частях Англии, предполагают, что драконы — это „мощные черви“ или „могучие змеи“».

Для этого есть все основания, ведь дракон — это просто слово из средневекового лексикона для обозначения огромной рептилии, однако не вымышленный образ, заимствованный из сказок. Самое первое определение дракона встречаем в «Физиологе»: «огромная змея или змий, питон».

В современной зоологии дракон — летающая ящерица, образующая род драко, относящаяся к семейству agamidae, в котором насчитывается двадцать разновидностей.

145

Это подробно описал поэт XVI века Гийом Дю Бартас в поэме «Седмица» («Неделя»).

146

Сейчас биологи называют василиском ящерицу из семейства игуановых со шлемообразным гребнем на голове. Она живет в тропических лесах Южной Америки и питается насекомыми. (Примеч. пер.)

147

Наименее легковерный из всех натуралистов сэр Томас Браун никоим образом не сомневался в реальности василиска. Он писал, что если царь змей плод народной фантазии, то василиск, пусть и не из петушиного яйца, которое высиживает жаба, действительно существует. Более того, он считал, что существо может убивать ядом, переносимым по воздуху. Разве «чума и чумные частицы» не переносятся воздушным путем?

В 1646 году Поуп сообщал в своем дневнике, что «в незаселенных частях Ланкашира змеи размножаются в огромном количестве, питаются жаворонками, которых подмечают, когда те набирают высоту, и подкрадываются, оказываясь под ними, располагаются, открыв как можно шире рот. Убеждаются в том, что разместились удачно, выпускают яд в птиц. Те резко падают вниз, совершая круг, и попадают прямо в рот змеи, что весьма странно».

Изображение василиска у Альдрованда напоминает скорпиона, змею с хохолком или капюшонообразное существо. Прежде чем воспринимать этих монстров как сказочных, следует отметить, что некоторые рептилии плюются ядом. Клусий предположил, что так поступает капюшонообразная кобра, а Авиценна добавил, что это присуще и некой разновидности рогатой гадюки.

148

Возможно, ласка на самом деле мангуст. Мангуст относится к роду фараоновых крыс, или ихневмо́н (лат. Herpestes ichneumon — вид животных рода мангусты (Herpestes). Известен как священное животное древних египтян. Геродот отмечал, что в каждом городе ихневмона бальзамировали и погребали в священных местах. Египетский мангуст распространен не только в Северной, но и в Западной Африке, в Лоанго и Конго, на Мадагаскаре, куда был завезен с Африканского материка. В Египте обитает по берегам рек и в густых тростниках, окружающих поля. Еще на Синайском полуострове, юго-востоке Турции, в Израиле, Ливане. Питается мелкими млекопитающими и частично растительностью. — Пер.). «Индийский мангуст немного меньше, чем египетская разновидность» (Британская энциклопедия, 1881).

149

С XIV века василиска путали с крылатым змеем, их действительно трудно различить. Во время составления публикуемой рукописи василиск считался просто царем змей и отождествлялся с определенным видом кобр. Натуралист Никем (около 1180 года) приводит рассказ о том, что тот вылупился из яйца старого петуха.

Аристотель корректно указал на «субстанцию, напоминающую яйцо, находят в петухе, когда его разрезают, под диафрагмой, там, где яйца располагаются и у курицы, по виду они совершенно желтые и той же величины, что и обычные».

На рисунке из нашей рукописи показано, что такое представление существовало и после Никема. В 1382 году при переводе Библии Уиклиф вместо василиска использует бывшее тогда в обиходе слово basi-li-cock (дословно василиско-петух). Возможно, он и король петухов, и король кобр, ибо греч. «базилевс» (βασιλεύς) означает «король».

Здесь просматривается аналогия. Словом «крокодил» в то время обозначали не только земноводное, но и кокатриссу — небольшую птицу (трохиллус), которая обитала рядом с ним, постоянно копошилась у него в пасти, сновала между челюстями, вычищая остатки пищи, застрявшие между зубами, возможно, птица относилась к семейству куриных.

Этимологическая путаница в дальнейшем обострилась физическими обстоятельствами. Речь идет о мангусте, который убивал василиска, и гидре, уничтожившей крокодила, гребнях петухов, гребешках некоторых змей и спинных плавниках некоторых рыб. Очевидно, к этой путанице приложили руку средневековые грамматики и переводчики.

Длинное, сложное и путаное описание в NED отражает сегодняшнюю путаницу между ихневмоном, ехидной, гидрой, кокатриссой, крокодилом и василиском.

Доктор Ансель Робин в своей книге «Животные в английском фольклоре и литературе» (1932) блестяще все объяснил. В связи с нашими современными намерениями заявляем: василиск — змея, его враг — мангуст (ихневмон, фараонова мышь), в то время как другом крокодила является трохиллус, враг некоторых разновидностей водных существ, известных как гидры или серры. Что до кокатриса, видимо, он просто средневековая загадка (см. статьи «Гидра» (с. 192), «Дельфины» (с. 213), «Серра-1» (с. 212), «Серра-2» (с. 214), «Крокодил-1» (с. 56), «Крокодил-2» (с. 215)).

150

Поуп добавляет «несчастная».

151

Угри не единственные морские существа, с которыми связывают склонность к распутству:

Отвратительный саргус

Снует без устали в глубинах волн,

Удовлетворяя свой неуемный аппетит,

Подобно ненасытному любовнику,

Наставляющему рога мужьям,

Хватает коз с прибрежных лужаек.

Г. Дю Бартас. Седмица

152

Как алкоголик с его неутолимой жаждой.

153

Лукан рассказывает, что пресвитер Иоанн, христианский правитель на Востоке в Средние века, якобы получил свое прозвище от «пресвитера» или «священника». Полагали, он жил в Эфиопии, на земле, которая в первую очередь ассоциируется с необычайной жарой и ужасными животными. На греческом «престер» (πρηστήρ) означает «свирепый» (или убийственный) смерч, напоминающий своим неотвратимым разрушительным действием укус ядовитой змеи.

Возможно, восточный владыка слыл и чародеем, и пресвитером, хотя к 1400 году стал восприниматься в последнем качестве.

154

Бессчетный сонм

Зловещих аспидов и скорпионов,

Керастов рогоносных, амфисбен

Ужасных, злобных эллопов, дипсад.

Мильтон. Потерянный рай

155

Согласно самому популярному в Средние века сочинению «Собрание достопамятных вещей» Солина о чудесах мира, сциталис выглядел так: «Шкура сциталиса сияет таким многоцветием, что благодаря знакам он завораживает смотрящих на него. Передвигается медленно и лениво, и тех, кто не перестает следовать за ним, он благодаря своему очарованию захватывает, оцепеневших» (Солин. 27, 30; ср.: Плиний. 8, 86). Кажется, сциталис является наследником змеи из великих космогоний прошлого. Согласно Гораполлону («Иероглифика»), «египтяне, желая изобразить Вселенную, рисуют змею, пожирающую свой хвост; она испещрена пестрой чешуей — этим они намекают на звезды во Вселенной. Животное так же весьма тяжело, как земля, и так же весьма легко, как вода». (Примеч. пер.)

156

Буквально: «Бегущий вперед головой, его стелющееся тело наклоняется кольцеобразным образом».

157

Характеристика Дрюса, возможно, самая интересная из всех, что посвящены персонажам бестиария. Он начинает с перевода соответствующего отрывка из «Физиолога» и продолжает обобщением семи страниц, посвященных амфисбене. Из них мы узнаем, что среди прочих вещей Кассандра сравнивала с ней Клитемнестру из трагедии Эсхила, подробно описанной Никандром во II столетии до н. э.

Плиний советовал использовать кожу амфисбены в качестве лекарства против сильного озноба. Элий в III столетии, как и Альберт Магнус в XIII, писал, что если беременная женщина наступит на нее, то у нее случится выкидыш.

В 1552 году доктор Питер Якоб Стив опубликовал перевод Никандра, который заявлял, что амфисбена величиной с земного червяка, жалит, как и вошь, но больнее, и плохо видит. В 1557 году Джон Горсей заявил, что история о двухголовой амфисбене связана с тем, что оба ее конца одинаковой толщины. Она хороша для лечения болезненной припухлости обмороженного места на руках или ногах.

Благодаря сходству амфисбеной назвали шнурок для военных ботинок. Возник спор по поводу ее необходимости при тяжелых родах, упоминается четырехголовая змея из Тапробаны (Цейлон), которая обычно указывала на север, восток, юг и запад.

Двадцать пять цитируемых ученых названы поименно. Отмечается, когда змея кладет яйца, одна ее голова пробуждает другую.

Затем Дрюс цитирует из «Рептилий мира»:

«Индийский песчаный удавчик, или „двухголовая“ змея (Егух Johnii), отличим по почти единообразному коричневому оттенку и забавному хвосту, его член выглядит так, будто его почти ампутировали и заживили, придав обрубку округлую форму.

Большие особи составляют два с половиной фута в длину. Благодаря тупому хвосту появилось обозначение „двухголовой змеи“. Неопытный человек на какое-то время может быть введен в заблуждение, что два крайних конца в равной степени одинаковы, и найдет крошечные глазки.

У индусов часто встречается ошибочное представление об этих видах из-за изображения рта и глаз на конце хвоста, в результате чего амфисбена воспринимается как змея с двумя независимыми головами, и полагают, что, пока одна спит, другая наблюдает, стремясь защитить от возможного зла».

Поверив в реальность амфисбены, Дрюс отправился в музей Южного Кенсингтона, где с удовольствием убедился в том, что ученые по-прежнему вносят ее в списки, она представляет собой безногую ящерицу двадцати дюймов длиной, сохранились две ее разновидности — A. alba и A. fulginosa.

Их глаза не видят, у них нет ушей, если их потревожить, они угрожающе поднимают хвост и голову. Их находят в Америке, Западной Индии, Африке, в европейских средиземноморских странах.

Дрюс завершает великолепное исследование цитатой из «Официального путеводителя по Британскому музею»: «Амфисбены похожи на червей, представляют собой ящерицу, не имеющую конечностей, получившую свое название от возможности передвижения как вперед, так и назад».

Умирающий или особый вид, тело покрыто мягкой кожей, образуя многочисленные кольца и частично чешуйки… Амфисбены ведут подземное существование в норах, как и черви, часто встречаются в муравейниках и отвалах пустой породы.

Повадками похожи на червей, мягкая кольчатая кожа позволяет им передвигаться одинаково ловко в любом направлении. В отличие от других безногих животных, ящериц и змей, двигающихся боковыми волнистыми движениями, амфисбены перемещаются по прямой, слегка вертикально поворачиваясь.

158

В зоологическом смысле гидры представляют собой современных пресноводных полипов, чьи щупальца — многочисленные сказочные головы. После того как их порубят, они возрождаются, поскольку «если их рассечь поперек на несколько частей, способны со временем стать совершенным животным, так что можно воспроизвести тридцать или сорок гидр, если рассечь одну» (Карпентер).

159

Во многих версиях утверждается, что грязь, обволакивающая гидру, не всегда предназначена для смазывания, иногда для образования щитка или брони, в которую она превращается после засыхания. Такой точки зрения придерживался Дю Бартас.

Доктор Ансель Робин подчеркивал, что ласка, фараонова мышь, мангуст или египетская крыса — враг василиска и крокодила, на самом деле одно и то же животное, а гидра или энгидрус, описываемые под разными именами, разные животные — водяная змея и выдра. В настоящем тексте явно водяная змея.

160

Плиний Старший [I в. н. э.] («Естественная история», книга 8, 35): «Якул бросается с ветвей дерева, так что опасен не только для ног, летит по воздуху, подобно снаряду из катапульты».

Исидор Севильский [VII в. н. э.] («Этимологии», книга 12, 4: 29): «Якул — летучая змея. Они прыгают с деревьев и стрелой бросаются на проходящих животных, отчего и получили свое имя, метатель (iaculi)».

161

О них пишет и пророк Исаия: «И страусы поселятся, и якулы будут скакать там» (Ис., 13: 22).

162

Отсюда и «сепсис».

163

Устаревшее определение мускула, возможно определение бицепса. Так же как слово «мускул» якобы происходит от «мышь» (лат. mus), бицепсы происходят от ящерицы.

«Подобно тому как эти две особи (ящерица и мышь) велики в середине, они уменьшаются к хвосту».

164

Ср. название поэмы «Батрахомиомахия» — «Война мышей и лягушек».

165

«Эта змея чрезвычайно холодна» (Дж. Свифт).

Аристотель замечал, что саламандра «не только проходит через огонь, но как бы отодвигает или раздвигает его».

Современные представители — небольшие хвостатые или бесхвостые амфибии (Anura), устраивающие себе жилище во влажных местах и зимующие в прогнивших деревьях. Если их испугать, выпускают молочную жидкость. Если бревно с зимующей в нем саламандрой бросить в слабый огонь, возможно, случится явление Аристотеля.

Именно Плинию принадлежит гиперболизированная история, ставшая весьма распространенной. Когда открыли асбест, его посчитали шерстью этого животного. У пресвитера Иоанна была одежда, сделанная из саламандры. «Раджа индийский» имел одеяние из тысячи шкур.

У папы Александра III имелась необычайно ценимая им туника.

«Я располагаю небольшим количеством шерсти или пуха саламандры, которую я несколько раз помещал в огонь, нагревал ее докрасна, после того как вынимал, она оставалась холодной, сохраняя все свои свойства» (Хольме, 1688).

Известно, что в более ранние времена достаточно было очистить асбест, поместив его в огонь. Не стоит и говорить о том, что саламандра не ядовита для человека, если ее поместить в огонь — сгорит. Возможно, Плинию было хорошо известно сказанное, ибо он сжег одну, чтобы получить из ее пепла лекарство.

166

Сложность в определении типов и разновидностей рептилий, упомянутых в данном разделе, усиливается тем фактом, что большинство классических понятий продолжают использоваться в серьезной герпетологии, хотя не всегда сегодня соотносятся с их первоначальными владельцами.

Cerastes cornutus по-прежнему рогатая гадюка, lacerta включает в себя двадцать видов, hydrus и boa относятся к тому же роду, dipsades образуют отдельную группу.

Королевский василиск, скорее всего, королевская кобра, царственная змея uraeus, обычно появлявшаяся на головной повязке фараона.

«Похоже, — замечает Дитмар, — поражая, змея тотчас сжимает гланды сокращением челюсти и мускулов и выпускает яд, хотя и совершенно непредумышленно, в сторону того, кто ее потревожил. Если жидкость попадает в глаз, вероятны слепота или смерть».

Описанная viper — обычная английская ядовитая гадюка. Asps, похоже, следует рассматривать как род, среди ее разновидностей a) dipsas, возможно, Крайт, б) hypnale, змея, похожая на мамбу, чей яд парализует, в) emorroris, гемолитическая змея с огромным ротовым отверстием, как у удава (В. arietans), г) spectaficus, д) очковая кобра и е) cerastes, рогатая гадюка (С. cornutas).

Затем scitalis, возможно, некая разновидность «коралловой змеи», встречающаяся не только у американцев, либо иная красивая змея, которая превосходно описана как носороговая гадюка. (В связи с последней не следует упускать из виду замечание в бестиарии: «Встречаются также другие виды змеиного племени, которые заставляют вспомнить о слонах».

Уже говорилось об амфисбене. Hydrus — разновидность водяной змеи, ее стали смешивать с ихневмоном (фараоновой мышью, мангустом, похожим на выдру животным), потому что на греческом «выдра» также означает «водяная змея».

Ихневмон — «небольшое коричневое стройное телом плотоядное четвероногое животное herpestes (ранее viverra) inhneumon, во многом схожее с мангустом, напоминающее своей формой и привычками племя ласки (горностая). Обитает в Египте, питается небольшими млекопитающими, известно прежде всего тем, что уничтожает яйца крокодила, в связи с чем почиталось древними египтянами».

Воа, возможно, eryx conicus. Якул не только огромная и опасная подземная змея Центральной и Южной Америки, но и eryx jaculus, хотя некоторые другие змеи отличаются большей прыгучестью.

«Многие видели золотую и черную деревянную змею, перепрыгивающую с одного дерева на другое или из окна дома… Полет явно сопровождался выпячиванием живота таким образом, что внутренняя сторона втягивалась и оказывала значительное сопротивление в воздухе».

Seps, как и dipsas, возможно, krait (В. caeruleus). Lacertus остается родом ящериц, среди которых двадцать одна разновидность, возможно, к ним относятся botrax, salamandra и saura. В соответствии с научной терминологией XII века саламандра продолжает включать полуядовитую разновидность земных тритонов, так что можно соотнести со стеллио (stellio) тритонов, преследующих их.

На иллюстрации несколько клубков, представляющих разновидность этого существа, якобы способны выпускать воспламеняющуюся жидкость. Врагом stellio является скорпион, который, без сомнения, провоцирует смерть или способен «ввести в оцепенение» благодаря похожему на него пауку, с которым находится в косвенном родстве.

167

Альдрованд пишет, что некоторые разновидности дракона не рождаются от соития змея и черепахи, потому что оба животных обладают тем же типом внутренностей. Как он объяснял, папа Григорий XIII, на чьем гербе находился сияющий дракон, возможно при выборе своего девиза имел в виду черепаху.

168

«Действие, вероятно, уже стало предметом наблюдения», — пишет Аристотель.

169

Возможно, квалифицированный герпетолог поразится, правда, не наивностью «Физиолога», а его точностью. У змей нет шей, тел и хвостов, установлено, они ползают, продолжая озадачивать любителей тем, где они начинаются.

После того как сэр Томас Браун изучил множество «переплетений», которых придерживаются ученые Средних веков, шотландец Александр Росс защитил древнюю науку.

Его книга Arcana Microcosmi известна далеко не всем. Сам по себе он отличался упертостью, неразумно яростно доказывал свою точку зрения, отличаясь особым рвением по отношению к старым авторам, вовсе не стыдился спорить с доктором Гарвеем, открывшим теорию кровообращения.

Он мог утверждать, что пористое лезвие легче, чем пустое, или кровь козла смягчает алмаз, или что-то еще, о чем уже писали. С другой стороны, необычайная доверчивость часто была спасением для XX столетия. Удивительно, что еще в 1652 году он интересовался гипнозом и алхимией. На самом деле этот напористый и педантичный шотландец удивительный ученый, его книгу стоит прочитать. Для него обращение к бестиарию вовсе не причуда. Он скорее стремился его преданно защитить. В конце третьего тома дружелюбный Струльдбруг предлагает довольно впечатляющее увещевание, озадачившее современного переводчика: «Пусть расточительный собирает плевелы и бросает их свиньям, хотя дома они найдут достаточно хлеба. Как послушные дети, прикроем наготу наших отцов завесой подходящего истолкования».

170

Подобной фантазией мы обязаны Плинию. Однако, поскольку удар жала направлен вниз, ладонь руки и подошва ноги, скорее всего, менее уязвимы, чем другие части тела.

171

Слово «гусеница» (caterpillar), скорее всего, происходит или от chatepelose (волосатый кот), или chat-pilour (кот-ворюга). Непонятно, почему существо, похожее на червя, всегда сравнивается с млекопитающим? Даже среди гусениц вспоминается самая популярная — «плюшевый мишка».

172

Или от cummin, cyma (молодая капуста).

173

В древности категория червей была более распространена, чем в современности. Она включает и змею, которая укусила Клеопатру, личинки, питающиеся трупами, червей, погубивших Ирода. Многие другие ползают или пресмыкаются.

Солин пишет о них: «Они похожи на пауков, но ползают как черви, именуются ночными, потому что избегают солнечного света. Они водятся в серебряных копях, а также распространяют чуму и прочие болезни».

174

«Близ западного берега Ирландии сохранился обычай: при появлении миража или волшебного острова приплыть на него и, разведя огонь или разжегши трубку, высыпать золу на землю. В тот момент, когда разводят огонь, сказочная земля твердеет и превращается в настоящую, и ее можно осваивать».

«Среди других островов, — писал Джеральд Уэльский в своей „Топографии Ирландии“ в 1187 году, — встречается один, недавно образовавшийся, который называют островом-фантомом, он получился именно таким образом. В один безмятежный день, к великому удивлению островитян, на поверхность моря, где раньше не доводилось видеть никакой земли, поднялась огромная масса. Одни говорили, что это кит, другие — огромное морское чудовище, третьи, видя, что она остается неподвижной, заявляли: „Нет, это земля“.

Чтобы рассеять их сомнения, несколько молодых жителей острова вышли в море на лодке, намереваясь приблизиться к острову. Когда же они подошли близко и было подумали, что могут выйти на берег, остров опустился в воду и совершенно исчез из виду. На следующий день он появился вновь, дразня юношей, появляясь и исчезая, как мираж.

Подплыв к нему на третий день, они последовали совету старших, выпустили стрелу с наконечником из раскаленного железа, высадились, найдя остров неподвижным и обитаемым. Перед нами одно из многочисленных доказательств, что огонь — величайший враг всякого рода фантомов».

Возможно, моряки из нашего бестиария зажигали огонь, стремясь обездвижить неведомого монстра.

Кракен — мифическое морское чудовище, гигантских размеров головоногий моллюск, известный по описаниям исландских моряков, на языке которых и произносится его имя. (Первым кракена описал датский натуралист Эрик Понтоппидан, епископ Бергенский (1698–1774). Кракен, по его мнению, представляет собой животное размером с плавучий остров, он в состоянии схватить щупальцами и утянуть на дно даже крупный корабль. Еще более опасен для судов водоворот, который возникает при быстром погружении кракена на морское дно. Он вносит путаницу в умы моряков и картографов, те зачастую принимают его за остров и не могут отыскать вторично. По свидетельству норвежских моряков, однажды молодая особь кракена была выброшена на берег в Северной Норвегии. Понтоппидан передает слова моряков о том, что кракену требуется три месяца, чтобы переварить проглоченную пищу. За это время он выделяет такое количество питательных экскрементов, что за ним всегда следуют тучи рыб. Если у рыбака исключительный улов, то про него говорят, что он «ловил рыбу на кракене».

Приведем также сонет Р. Теннисона:

Под громоподобными волнами

Бездонного моря, на дне морском,

Спит кракен древним, как море, сном.

Тысячелетнего века и веса.

Видимо, прообразом кракена стал гигантский кальмар (architeuthis dux), существование которого было доказано в 1857 году. — Пер.)

175

Недоразумение, связанное с совокуплением китов, вытекает из заблуждений Плиния. На самом деле muscuIus — это рыба-лоцман, которая, как считается, плывет впереди рассмотренных нами существ. Является товарищем кита, один из пары, то есть masculus balenae est musculus.

О ките и его приятеле писал Сильвестр:

Маленькая рыба-лоцман плывет с китом

и бережет его от острых скал и мелей,

ведя, как сын ведет отца слепого.

(«Седмица»)

176

Большинство авторитетов цитируют Альдрованда, который определяет серру как пилу-рыбу. Но на самом деле, очевидно, перед нами описание летучей рыбы.

177

Похоже, объяснение основано на том, что он или следует на человеческий голос, как люди в соответствии с предсказаниями оракула (из Дельф), или собирается слушать музыкальные инструменты (известен орган, называемый дельфийским). Аполлон также принял форму дельфина, основывая Дельфийский оракул.

178

От греч. «симос» (σιμός) — курносый, короткий и толстый, укороченный.

Плиний пишет о рыбаке, выкрикивавшем «симо» для привлечения дельфинов на помощь в ловле.

«Во времена Августа Цезаря, императора, дельфин, приплывший в залив Лукрина, подружился с маленьким мальчиком. Каждый день он отправлялся в школу из Байяна в Путеоли. Около полудня садился у самой волны и призывал дельфина: „Симо, Симо“.

Много раз давал ему кусочки хлеба, которые приносил специально. Таким образом завлекал дельфина послушно приплывать на его зов.

С течением времени мальчик завлек его и назвал Симо. Дельфин оказался там, где не был никогда, в секретном и глухом углу. Он приплывал туда, оставаясь дружелюбным к мальчику, принимая из его рук хлеб и другую еду.

Он кротко позволял ему взбираться на спину, спускаться вниз по заостренным шипам своих плавников, которые отводил в сторону, чтобы не поранить ребенка. Так, когда мальчик находился у него на спине, мог провести его по широкому рукаву моря до самого Путеоли, доставив в школу и подобным образом домой.

Все это продолжалось в течение многих лет, пока мальчик был жив. Но однажды он заболел и умер. Дельфин потерял покой. Продолжая приплывать, тщетно ждал мальчика, оплакивал его, пока истинная печаль и сожаление (в его чувствах сомневаться не приходится) не умертвили его, и его нашли на берегу бездыханным».

История вовсе не столь уж невероятна. В Морском институте Флориды в 1952 году дельфина по имени Флиппи научили находить, приносить вещи, звонить в колокол, прыгать через обруч и тащить доску для серфинга вместе с дамой, стоявшей на ней.

179

У переписчика comici в значении ocimi. Транскрипция, вводящая в заблуждение переводчика. Трава базилик (королевская) — известное средство против любой нечисти и, соответственно, скорпиона.

Тернер пишет, что она может сокрушить и дракона: «Некий итальянец, вдохнув аромат базилика, получил яд скорпиона в голову».

180

Локоть равен длине руки от локтя до кончика среднего пальца, где-то между 18 и 22 дюймами (50 сантиметров).

181

Среди разнообразных предположений Плиния, Ронделеция и других Альдрованд выделяет мнение о том, что, возможно, серра — это pristis или pistris, что переводится Левисом и Шортом как «морское чудовище». Данный вывод совершенно расходится с описанием, которое приводит автор бестиария. Его пила могла размещаться на носу или на спине, длина менялась, он жил в пресной или соленой воде, так что, вполне возможно, это несколько разных рыб.

182

Lupis, lupus, возможно, lucius (esox lucius), luce — щука в геральдике.

183

Все рыболовы отмечают, как сложно поймать эту рыбу. Однако христианские рыбаки полагают себе в утешение, что именно она упомянута Эдваром Уэббом в его Rare and most Wonderful Things («Редких и самых удивительных вещах»).

«В стране Сирии, — пишет он, — есть река, в которой ни один еврей не может поймать никакую рыбу. В этой реке живет огромный косяк рыбы вроде лосося. Если туда приходят ловить христианин или турок, каждый из них поймает этих рыб во множестве».

184

Как отмечает Ювенал, барабулька обычно использовалась для наказания прелюбодеев. Если верить свидетельству, можно предположить, что она служила снадобьем для излечения от этого порока.

185

Ловцы кефали знают, что это существо очень недоверчивое, имеет весьма нежный рот.

186

См. также статью «Эскариус» (с. 220).

187

Представляет собой разновидность губана, рыбы с толстыми губами. Сильвестр называет их «золотым глазом».

188

Плиний утверждает, что галера Антония была задержана реморами в битве при Акциуме.

189

Спенсер пишет о прилипале как об «ужасной рыбе, которая заслуживает смерти». Доктор Ансель Робин утверждает, что это «несомненно, морж или тюлень, которых Спенсер смешивает с латинским тог». Очевидно, что причудливая ассоциация возникла раньше, чем сопоставление mors — тога.

190

Известно, муренула — ожерелье, напоминающее угря, хотя сам угорь вовсе на него не похож. Возможно, соотносится с murus, то есть стеной, опоясывающей город.

191

Многие доисторические рептилии имеют нервные окончания с обеих сторон.

Мурена, раньше считавшаяся разновидностью угря, теперь стала миногой. Их ел король Генрих I, когда умер от обжорства, возможно утешая себя тем, что обычно рыбы не причина полноты. Однако люди привыкли питаться ими.

Считается рыбой хищной и опасной. «Однажды Нерон велел бросить муренам нескольких непокорных рабов, осужденных на смерть» (Плиний). «В Геркулануме или Помпеях можно выкопать останки мурен, которые съели сирийских рабов», — пишет сэр Дж. Росс (1835).

192

Осьминог.

193

Скат-торпедо выпускает усы вдоль удочки и рыболовного крючка, пока не намотается на палец, таким образом решает судьбу рыбака (Гарвей, 1589).

Сказанное свидетельствует о том, что торпедо якобы морской аналог василиска:

Что было пользы проткнуть копьем василиска Мурру несчастному?

Яд мгновенно по древку разлился.

В руку всосался ему; поспешно меч обнаживши,

Он ее тотчас отсек, у плеча отделивши от тела.

И, наблюдая пример своей собственной смерти ужасной,

Смотрит, живой, как гибнет рука.

(Лукан. Фарсалии)

194

Игра слов, означает ob coelum. Отрывок, посвященный устрице, явно полон нелепиц. Не говоря об ошибках в рукописи, присутствует явная сумятица в суждениях переписчика, отсюда и ошибки.

В предисловии к изданию роксбургской рукописи бестиария доктор Джеймс пишет: «Мне бы хотелось прокомментировать заключительный раздел лейденского бестиария, начинающийся следующим образом: „Item lapis est in mare qui dicitur latine MERMECOLION, grece conca sabea, quia concava est et rotunda“». После этого идет исследование, посвященное жемчужной устрице и происхождению жемчуга из росы и солнечных лучей. Отмеченное частично соответствует тому, что сообщается в «Физиологе» об агате и жемчуге.

В лейденском бестиарии агат не упоминается, и изложение длиннее, чем в греческом. Откуда же взялось описание муравьиного льва (περί μυρμηκολέοντος)? Ему посвящена 20-я глава «Физиолога», и я не могу не привести пространную цитату: «Его морда как у льва, а нижняя часть — муравья. Его отец ел плоть, мать зерно. Если затем они породили львиного муравья, то родили существо, имеющее два свойства: оно не могло поедать плоть из-за естества своей матери, равно как растения из-за естества своего отца. И оно погибало, поскольку не могло найти пропитания. Так происходит и со всяким двуличным человеком, проявляющим непостоянство во всех смыслах».

Приведенная нами концепция муравьиного льва и его свойств, как и рассказы о хлебной и масленичной мухе, настолько фантастичны, что ее исключили из латинской версии, и она осталась только в лейденской рукописи.

Упоминание о настоящем муравьином льве присовокупили к статье о муравье, что я вовсе не нахожу разумным и не придерживаюсь подобного соединения, но это послужило тому, что понятие mermecollion соединилось с жемчужной устрицей. Процесс явно не имеет никакого разумного обоснования, но что делать с этимологией и переводом?

В пяти строках нашего собственного отрывка обнаруживаем, что остряк описывает своего моллюска (ракообразного) как occeola и осceloa, одновременно сражаясь с образованием от ob coelum и также, похоже, с невозможной частицей прошедшего времени occelare, чтобы спрятаться, как жемчужина.

Вполне возможно, какой-нибудь переписчик бестиария перепутал mermecolion с mare и occeola, муравьиного льва с морскими устрицами?

195

Murex также означает острый выступ, острие, жесткий шип для лошади или ограждение. Раковина также заострена.

196

Ostreum — весьма редкое имя для устрицы или моллюскообразного, ostrum и conchylium означают и отмеченное значение, и пурпур.

197

Представление следующее: can-cer = concha crura (habens).

198

Замеченные нами повторы, связанные с крокодилами, крабами, единорогами, происходят от того, что бестиарий — своеобразная компиляция материалов, взятых из многих источников (см. приложение).

Когда отрывки из «Физиолога», сочинений Солина, Исидора, Амвросия и других бестиаристов соединяются вместе, одно и то же положение вполне может оказаться в разных отрывках.

199

Снова перед нами случай смешения, добавления путаницы в связи с mermecolin. Ostrea или ostreum сегодня представляет или ob testam (благодаря ее раковине), или образуется от греческого слова όστρεον, или потому, что ostrum означает «пурпурный», или от той же частицы прошедшего времени позднего латинского глагола occelare («прятать»). Встречается также ob coelum.

Сказанного вовсе не достаточно, ученые Средних веков умудрились смешать жемчужину margarite с цветком marguerite, расположив жемчуг перед свиньей, намекая, что они питались маргаритками. Жемчужную устрицу продолжают называть meleagrina margaritifera, в то время как съедобная устрица относится к одной из ostraedae.

Подобные нелепицы весьма характерны для древних филологов, добавляющих к mer-maids или mer-oyster. (Подробности приведены в статье «Физиолог» в Британской энциклопедии).

200

В основе звукоподражание.

201

В греческом языке слово rubeta означает и ежевику, и ядовитую жабу, живущую в ее зарослях. Обычно они красноватого или ежевичного цвета.

202

Правила поведения любящих друг друга Ромео и Джульетты, которые доминировали от Возрождения до века Голливуда, вовсе не древнего происхождения. До эпохи Возрождения любовные отношения рассматривались более или менее легкомысленными или, по крайней мере, незрелыми, пока не достигали того рубежа, который сегодня называют границей среднего возраста.

«Однако, как правильно заметил некогда Томас Мэлори, — люди могут любить и в семнадцать лет, повинуясь своим желаниям. То, что любовь безрассудна, очевидно, поскольку они действуют неосознанно и поспешно, подчиняясь инстинктам. Несмотря на существующие правила, некоторые вовсе не следуют им. Стабильности нет. Однако прежняя любовь существовала. Ведь мужчины и женщины могли любить друг друга семь лет, не подчиняясь похоти, затем переходя к любви истинной и преданной».

203

«Он нес ярмо своего отрочества на своей нежной шее».

204

«Трижды выскажем одобрение плодовитой деве, которая только что разрешилась маленьким мальчиком».

205

Иначе говоря, «более юный», возможно, также означает, что один моложе другого, хотя на самом деле пожилой. Вопрос, следовательно, в том, кто моложе. В VII веке добродетельный архиепископ уже оказался связанным с теорией относительности. Однако, в соответствии с Цицероном, «младшим» оказывался человек от сорока пяти до шестидесяти лет.

В этом месте отсутствует заключительная страница. Текст дополнен иллюстрацией из рукописи Британского музея.

206

Переписав почти тридцать страниц из «Физиологии» святого Исидора, наш компилятор испытал такое облегчение и радость, что начертал последнее слово заглавными буквами. INICERE.

На иллюстрации изображен переписчик, трудящийся в монастыре. В правой руке он держит перо, а в левой — перочинный нож. Иллюстрация взята из листа бестиария, завершающего раздел, посвященный природе и человеку.

Традиции иллюстрирования изменяются со временем, то же самое происходит со смещением круга интересов. «Англосаксонские отношения», упомянутые Льюисом Кэрроллом, становились все более и более привлекательными для современного иллюстратора, по мере того как он делал фотокопии страниц оригинала. Изящный формализм XII века интересовался предметами и частями тела, не главными для нас.

Тогда же люди очаровывались выпуклостями ананаса и образованием листьев на цветной капусте, стилизованными орнаментами их тканей. Но более всего четкими, приятными и отчетливыми изгибами подбородков, ртов, носов, рук и ног, столь же редкостных, как и индивидуальные деревянные сапожные колодки. Необычны и другие части животных: коленные суставы, копыта, лапы, когти. Они всегда выписаны точно и любовно. В то время как пальцы, пятки, стопы и плюсневая их часть у людей воздушны и легки, несравнимы по красоте стиля.

«Обо всех конечностях автор бестиария повествует в главе, посвященной человеку, особое значение имеет польза, определяющая их привлекательность»

207

То есть духовенство.

208

Мистер Джон Салмекс, член Королевского общества, сообщил переводчику, что, хотя Осберт Фаулер никогда не являлся сотрудником или воспитанником Итонского колледжа или университета, не упоминается в Alumni Cantabrigensis и в «Перечне выпускников Итонского колледжа» сэра Уэсли Стерри, тем не менее отмечает: «В этом колледже он занимал должность казначея, о чем говорится в рукописном „Ежегодном списке членов основателей Королевского колледжа Кембриджа“, хранящемся в Комнате привилегий колледжа. Он составлен на основании отчетов колледжа и других источников в начале настоящего столетия покойным Ф. Л. Кларком (собственно, казначея).

Осберт Фаулер попросил об отставке во второй четверти 1640/41 учебного года, то есть между Рождеством и Благовещением, и ушел к Михайлову дню (21 ноября) 1658 года. До этого времени он не занимал никакой должности, поэтому, вероятнее всего, обнаружил рукопись во время работы в приходских архивах.

Канцелярия казначея не единственное, что обычно возглавлял сотрудник колледжа. Полагаю, в XV веке казначей — обычный чиновник, занятый весь день. Однако в последующем его функции возложили на адвоката города Кембриджа, и, весьма вероятно, Осберт Фулер являлся адвокатом Кембриджа».

Доктор Верн, президент Королевского колледжа, сообщает: «Я не встречал никого в Кембридже с фамилией типа Харисон (или вариативной), с христианскими именами Джекоб, Томас. По существу, необычно, чтобы в XVI веке кто-нибудь носил более одного имени».

209

Согласно «Каталогу рукописей» Библиотеки Тринити-колледжа Дублина (1900) Т. К. Аббо.

210

«Неделя» — фр. La Septmaine, вышедшая в Париже в 1578 году. Поэма включает в себя семь песней, воссоздающих семь дней творения, от первого дня (сотворение света и тьмы) до седьмого, когда Господь освятил все сущее. Дю Бартас следует за традицией шестодневов (св. Василий Великий) и в то же время развивает опыт Пьера Ронсара («Гимны») и Мориса Сэва («Микрокосм»). (Примеч. пер.)

211

Для экономии места издатель и переводчик настоящего текста ограничились английским этапом истории бестиария. Дальнейший обзор в основном связан с норманно-французскими авторами типа Гильома де Клерка, которого переводил Дрюс, Якобом фон Маерлантом и его Der Naturem Bloeme (1820) и Bestiare d’amour («бестиарием любви») Ричарда де Фурниваля.

212

Гипотетически можно выстроить историю появления данной рукописи. Аббатство Ревесби, где, скорее всего, она была переписана, принадлежало ордену цистерцианцев (монашеский орден, примыкавший к бенедиктинцам). К тому времени, когда Стивен Хардинг утратил свое влияние под воздействием святого Бернарда, цистерцианцы стали противниками всякого рода украшений. Изготавливали окна из простого стекла, не раскрашивали алтари, прекрасная архитектура, как и догматы, приобрела черты аскетизма. Рукописная «Конституция» ордена 1134 года пополняла список запретов, иллюстрируя инициалы в рукописях. «Litterae unius coloris fiant et non depictae». Число иллюстраций предельно сокращалось, например, у нас они присутствуют, но раскрашены лишь в описаниях первых четырех животных. Вполне возможно, данный бестиарий был начат до того, как consuetudines достигла Линкольншира, и завершен с учетом новых установок.

213

Он появляется в рукописи из Бодлеанского собрания, написанной в конце XII века. Смотрите, как он плачет, в статье «Лошади».

Content

Теренс Хэнбери Уайт
СРЕДНЕВЕКОВЫЙ БЕСТИАРИЙ
Что думали наши предки об окружающем их мире

Об авторе

Средневековый бестиарий Что думали наши предки об окружающем их мире

Часть первая ЗВЕРИ

Часть вторая ПТИЦЫ

Часть третья РЕПТИЛИИ И РЫБЫ

Дополнительные разделы

Приложения

Примечания