Валерий Александрович Калюжный

Хаккерские войны. «На войне, как на войне»

НАЧАЛО

Война началась строго в назначенный срок, минута в минуту, секунда в секунду.

Синие разводы на голубых, полупрозрачных стенках туннеля с каждой секундой все стремительнее и стремительнее мелькали в глазах. Скорость резко возрастала, кружила голову и слегка давила в затылок. Пятый старался не смотреть на мелькание синих полос, а сосредоточил взгляд на конце туннеля, вернее на бледно-голубом ровном сиянии в конце ровного, как солнечный луч, который пробился сквозь дремучую листву леса, туннеля, там был выход, а если точнее, то вход в общебазовое пространство. Голова, адаптировавшись к огромной скорости, перестала кружиться, хотя тяжесть в затылке не прошла, но она, по крайней мере, перестала увеличиваться. Пятый был почему-то уверен, что и это пройдет, хотя во время учебных атак ничего подобного он не испытывал.

Конец туннеля становился все ближе и ближе, уже можно было различить ровно очерченный срез. Скорость, кажется, достигла своего максимума и больше не увеличивалась. Обычно во время учений выход из индивидуальных подпространств в общебазовое пространство пропускался. Боец оказывался сразу в безгранично голубой пустоте с равномерной скоростью передвижения, и как оно будет по-настоящему, никто не знал, это казалось такой мелочью по сравнению с поставленной целью, что этому, казалось, незначащему моменту всей атаки не уделялось совершенно никакого внимания.

Пятый поравнялся с краем своего туннеля. Казалось, кто-то с силой толкнул в спину, и вдруг резко наступил покой и полное спокойствие.

Чувство было, в общем, обманчиво. Скорость, по-прежнему, была сумасшедшей, просто теперь не на чем было остановить взгляд, ничего не мелькало в глазах, вокруг была бесконечная бледно-голубая пустота и, казалось, что ты завис в этой бесконечности и никуда больше не передвигаешься.

Пятый огляделся по сторонам. Справа, слева, сверху, снизу также неподвижно висели в пустоте тысячи его соратников. Тех, которые были ближе к нему, он еще мог разглядеть, черты остальных, которые были дальше, несмотря на абсолютную прозрачность бесконечности, смазывались и сливались в некое подобие огненных болидов. Пятый никогда еще не видел, как он выглядит со стороны. «Неужели я тоже такой?» Вид был просто потрясающий. От привычного человеческого облика осталось только лицо, лицо на огненном шаре, который мчался в голубоватой бесконечности с сумасшедшей скоростью, оставляя за собой пылающий «хвост». «Здорово! Просто потрясающе!»

Где-то сбоку появилась отчетливая надпись: «Приготовиться к перегруппировке». Команда, в общем, ни к чему не обязывала, на первом этапе полчища бойцов виртуальной реальности вела в режиме автопилота единая управляющая система. В ее задачу входило формирование взводов, полков, а на конечном этапе — армии, и доставка ее к дальним границам сетевого пространства противника.

Что-то мягко и плавно подхватило пятого и почти мгновенно перенесло его к образующейся группе бойцов-болидов. Спустя еще некоторое время из хаотично разбросанных огненных шаров стали формироваться довольно четкие группы, которые, в свою очередь, образовали резко ограниченную армаду. Пятый ощущал себя частью чего-то огромного и могучего. Вокруг него были такие же, как он, обычные бойцы, которые по одиночке мало что значили, а вот так, вместе, в едином строю, это была несокрушимая сила, которую (по крайней мере, так казалось) ничто не в силах остановить. «Уничтожить, раздавить… Смерть врагу!»

Пятый окинул взглядом с трудом узнаваемые огненные лица своих однополчан. Все они были устремлены куда-то вдаль и, судя по всему, ощущали то же, что и он сам. В рамках базового пространства еще можно было обмениваться друг с другом сообщениями, а вот когда система доведет армаду до пограничного рубежа с противником, строжайше было запрещено что-либо передавать, чтобы до последнего момента сохранить тайну нападения.

«Ну, как ощущения?» — высветил перед собой вопрос пятый и, «пристегнув» адрес получателя, отправил послание десятому. Мгновение назад четкие буквы задрожали и почти мгновенно растворились в голубизне пространства. «Просто потрясающе», — всплыла надпись перед пятым. Пятый обернулся и, найдя улыбающееся лицо своего приятеля под кодовым именем «десятый», улыбнулся ему в ответ. «Все просто потрясающе!» Война казалась увлекательной компьютерной игрой, в которую можно играть бесконечно и как-то совершенно не хотелось думать о том, что все это по-настоящему. Каждый боец нес с собой смертоносный вирус, каждый взвод имел конкретную задачу по уничтожению определенной части компьютерной сети противника, и никто не знал, какие козни и ловушки приготовил враг и как они отразятся на бойцах.

Наслаждаясь свободным полетом в общем строю, пятый совершенно не заметил, как армада приблизилась к концу базового пространства. Приятная голубизна бесконечности стала постепенно терять свою прозрачность и начала приобретать синеватый оттенок. Армада заметно снизила скорость. Отдельные полки стали рассредоточиваться на некотором расстоянии друг от друга, вдоль какой-то условной, не видимой линии. Сумерки синевы все больше и больше сгущались, образуя впереди практически абсолютную черноту. Скорость упала почти до нуля. Армада медленно приближалась к бесконечной стене мрака. Это была граница базового пространства, за которой начиналась магистраль общего пользования.

На какое-то мгновение пятому стало страшно, но испугаться по-настоящему он не успел… В тот момент, когда, казалось, армада полностью остановилась, совершенно неожиданно в стене мрака, точно напротив каждого полка, раздернулась чернота, образуя темно-синие проемы, в которые, словно в воронки каких-то виртуальных водоворотов, были мгновенно втянуты все полки армады. К горлу пятого подступил противно удушающий комок тошноты, если бы он сейчас был бы не в виртуальной реальности, то он обязательно облевался бы.

Образовавшийся поток с невероятной скоростью увлек за собой весь полк, к которому принадлежал пятый. В голове все помутилось. Было такое ощущение, что ты падаешь в какой-то бездонный колодец. Пятый закрыл глаза, чтобы не видеть мелькание и изгибы магистрального туннеля. Где-то рядом, по соседним туннелям мчались другие полки армады. «Как хорошо, что не надо думать о управлении. Какая отличная штука автопилот. Да здравствует автопилот!»

Неожиданно все прекратилось. Сумасшедшее падение резко сменилось плавным полетом. Пятый открыл глаза. Бесконечная прозрачность бледно-розовой бесконечности. «Наверное, какой-то магистральный „шлюз“». Спустя некоторое время плавный полет опять сменился жутким, головокружительным падением. Так повторялось несколько раз, и пятый, начавший было считать эти резкие переходы, бросил эту затею. Он просто сбился и, закрыв глаза, полностью отдался во власть «системы», она знает, где конечный пункт этого бредового путешествия и во что бы то ни стало доведет армаду до точки назначения.

После очередного «падения» наступило довольно продолжительное спокойствие. Пятый осторожно открыл глаза и огляделся по сторонам. Все полки армады, сохраняя боевое равнение, выстроились в линию. Вокруг царила равномерная бесконечно-прозрачная серость. «Наверное, мы на месте».

Перед глазами всплыла слегка фосфоресцирующая фраза: «Перейти на автономное управление. Приготовиться к атаке».

Фраза растаяла в пространстве.

«Кажется, начинается», — подумал пятый и затаился, аккумулируя энергию к решающему броску.

ВОЙНА

Полки армады, сохраняя боевое равнение, замерли на внешней границе сетевого пространства противника.

«Ну, сейчас начнется».

Враг пока никак себя не проявлял, или вторжение было пока не замечено, или это была своеобразная тактика.

Как гром, среди ясного неба появилась надпись: «Вперед!»

Армада ринулась в атаку. Хотелось орать, кричать, свистеть, но всего это в виртуальной реальности делать было невозможно. Абсурдность происходящего дополняло то, что противника, настоящего врага, пока не было видно, и вообще, было непонятно, кого надо атаковать. Армада просто мчалась вперед, не испытывая какого-либо сопротивления.

Неожиданно передние ряды крайнего справа полка резко остановились, как будто наткнувшись на невидимую преграду. Те, кто следовал за первыми рядами, стали их догонять, сминая все на своем пути.

Противник выставил заслон.

Скопившийся рой крайнего правого полка достиг критической массы и разорвался, разбрызгивая во все стороны останки бойцов. Те, кто уцелел в этой кошмарной мясорубке, отлетели в сторону и, как ненормальные, стали носиться из стороны в сторону по тылам всего сетевого пространства, разбрасывая по сторонам смертельный вирус, сами натыкаясь на его фрагменты и корчась в страшной агонии.

Зрелище было просто ужасное. Пятый старался не смотреть на весь кошмар происходящего, но боковым зрением он все же успел увидеть происходящую жуть. Теперь для него война уже не казалась увеселительной игрушкой, это было серьезно и реально.

Левый крайний полк, кажется, тоже попал в ловушку. Со всех сторон боевого порядка полка стали из ниоткуда возникать полупрозрачные стены, образуя длиннющий туннель. Полк продолжал движение, несмотря на явную засаду. Верхняя и нижняя стена стали мутнеть, приобретая какой-то металлический оттенок. Прошло еще какое-то мгновение, и стены приобрели очертания гигантских плит.

«Боже мой, да ведь это пресс!»

Плиты стали сжиматься.

Пятый отвернулся, чтобы не видеть ужасную кончину своих соратников. Когда он нашел в себе мужество посмотреть еще раз в сторону несчастного полка, плиты сомкнулись уже полностью, и краем глаза пятый разглядел, как из щели между плитами сочится какая-то мутная до черноты, с оттенками темно-красного, субстанция, смесь бойцов полка с переносимым ими вирусом. Комок тошноты подкатил к горлу пятого, но он, сделав глубокий вход, сдержался.

Смертельный пресс начал таять в пространстве, и спустя еще мгновение на том месте, где погиб левый крайний полк, уже ничего не было.

«Как будто, ничего не случилось. Чей теперь черед?»

Перед полком пятого из серости бесконечности возник ряд огромных дисковых пил, готовых врезаться в плоть и разорвать ее на куски, и ему даже показалось, что он слышит их противный вой, хотя слышать в виртуальной реальности он ничего не мог.

«Какая ужасная кончина!»

Передние ряды полка наткнулись на неожиданно возникший заслон из пил и продолжили дальнейшее движение разрезанными, искромсанными, бесформенными огненными кусками.

«Это конец!»

Пятый видел, как огненный шар десятого наткнулся на дико вращающийся диск пилы. Мгновение — и половинки пылающего тела его товарища разлетелись в разные стороны, оставляя на диске черно-красный подтек. Беззвучный крик отчаяния, злости и боли вырвался из груди пятого, но никто не слышал этого вопля, не слышал его даже сам пятый.

Ужасный гигантский диск пилы приближался с каждым мгновением; собрав воедино все силы, пятый рванулся вверх, и ему удалось проскочить в каких-то нескольких сантиметрах над смертельными зубьями пилы. Его примеру последовали и другие бойцы полка, спасая свои жизни.

Отлетев на значительное расстояние по наклонной, куда-то вверх и подальше от этого ужаса, пятый оглянулся назад. Легкая степень помешательства сотрясла всю его сущность — позади ничего не было. Какую-то долю секунды назад там его ждала верная гибель, и вот там ничего нет… Сумасшедший абсурд просто не укладывался в голове, ему там, в обычном здоровом человеческом мозгу просто не хватало места.

Чтобы не зацикливаться на произошедшем и окончательно не свихнуться, пятый встрепенулся и огляделся по сторонам. Где нигде в прозрачной серости сетевой бесконечности виднелись слегка дрожащие огоньки оставшихся в живых однополчан. Стройный полк был полностью рассеян по всему вражескому пространству. Ощущение коллективной мощи и несокрушимости сменилось отчаянием и растерянностью одиночки.

«Спокойно. Надо взять себя в руки и выполнить задание. Наверное, все смертоносные ловушки противника рассчитаны на массовую атаку. Посмотрим, что он предпримет против одиночки. Не будет же он гоняться за мной со своим безразмерным прессом или бесконечными рядами дисковых пил».

Пятый что есть мочи рванулся вперед, игнорируя приказ системы о сборе полка. Безрассудная храбрость, граничащая с отчаянием, захлестнула все его естество и, парализовав здравый смысл, бросила навстречу врагу «с открытым забралом».

Пятый оказался прав. Защитная система противника была настроена на подавление массовой атаки и совершенно оказалась бессильной перед одиночным бойцом, она просто не могла его отследить и «загнать» в коллективную ловушку.

Он видел, как был рассеян еще один полк. Совершенно не обращая на это внимания, пятый почти вплотную приблизился к бесконечной во всех плоскостях серо-черной стене.

«Где-то здесь должен быть вход во внутреннее сетевое пространство».

В глаза бросилось темное пятно на грязно-серой поверхности защитной стены. Приблизившись вплотную к пятну, пятый стал лихорадочно подбирать код доступа. Бесконечная череда совершенно не связанных между собой цифр с дикой скоростью замелькала перед глазами. Постепенно беспорядочная рябь стала стабилизироваться, и начали вырисовываться совершенно определенные цифры кода. Их становилось все больше и больше, и, чем больше становилось подобранных цифр, тем легче и быстрее подбирались другие. Вот полностью заполнился первый ряд из шестнадцати цифр, за ним второй, третий и, наконец, шестнадцатый. Матрица из шестнадцати строк и столбцов стабилизировалась.

В тот же момент темное пятно на стене пришло в движение и, раскрывшись, словно шторки фотообъектива, втянуло пятого вовнутрь себя. Стремительный поток внутренней сети захватил пятого и, неистово бросая от одной стенки темного туннеля к другой, потащил его куда-то в глубины внутреннего сетевого пространства противника. В глазах с невероятной скоростью мелькали темные и светлые полосы на стенках туннеля. Их мелькание становилось просто нестерпимым, но пятый все же сумел совладать со своей психикой, не потерять ориентацию в пространстве и параллельно увернуться, чисто на интуитивном уровне, от нескольких примитивных внутренних ловушек.

«Час расплаты» приближался с каждым мгновением. Скорость потока заметно снизилась и спустя несколько секунд туннель «выплюнул» пятого в своеобразную «лагуну».

«Внутренний „узел“. Кажется, я у цели. Где-то здесь должны быть включены оконечные устройства, а попросту — цели».

Пятый огляделся по сторонам. В «лагуну» вливалось около десяти потоков, значительно отличающихся по ширине «русла» от того, через который проник пятый во внутрь «узла».

«Пора запускать вирус». Прорыв пятого на средний уровень системы не остался незамеченным противником, это он понял, когда заметил, все более усиливающееся искривление пространства на дальней границе сетевого пространства. Это материализовались стражи «узла». Надо было поспешить, процесс материализации вот-вот должен завершиться и тогда неизвестно, успеет ли он выполнить свою миссию…

Пятый «раскрылся», и всепоглощающая абсолютная чернота вирусного облака стала быстро расползаться во все стороны, заполняя собой внутреннее пространство «узла». Дело было сделано.

Пятый не видел, успели ли полностью материализоваться «стражи», даже если они это сделали, им не удастся прорвать через вирусную завесу.

Надо было скорее уходить, пока система противника не начала процесс блокировки зараженного «узла», и пятый что есть мочи бросился к выходу. Опять замелькали перед глазами серо-черные полосы на стенках туннеля, опять головокружительное ощущение падения в бездну, но теперь все это воспринималось как-то по-другому, теперь это была «дорога домой».

Несмотря на ужасную рябь, пятый отметил про себя, что туннель приобрел какую-то конусообразность. Сначала он подумал, что это ему показалось, но, приглядевшись повнимательней, он еще больше убедился в том, что туннель начал приобретать форму конуса с вершиной, обращенной в сторону его движения. Страшная мысль пронзила его сознание: «Неужели начался процесс блокировки?»

Пятый увеличил скорость. Туннель все больше и больше приобретал форму конуса, и проход становился все уже и уже. Если он не успеет выбраться наружу, ему конец. Система противника начала блокировать зараженный «узел» и разрывала с ним все связи. Еще никому не удавалось выжить в туннеле, если он оказывался там, в момент разрыва.

«Быстрее, быстрее, быстрее…»

Неожиданно конусообразность туннеля изменила свою направленность. Теперь вершина конуса смотрела в противоположную сторону. Пятый понял, что только что он проскочил критическую точку обрыва.

«Главное, не уменьшать скорость. Скорее, скорее…»

Пятый оглянулся, и то, что он увидел, повергло его в ужас. Туннель сжался полностью, не оставив ни малейшего намека на какой-либо проход. Вершина конуса приобрела вполне реальные очертания. Еще мгновение, и произошел обрыв. То, что только что было вершиной, резко распахнулось и помчалось вдогонку за ним, моментально поглощая стенки туннеля и оставляя за собой абсолютную пустоту. Сзади была смерть, она наступала на пяты и дышала в затылок могильным холодом.

«Не-е-е-т!!!»

Впереди показалось слабое сероватое свечение. Это был выход. Пятый закрыл глаза и, вложив весь остаток своих сил в последний рывок, ринулся навстречу «жизни».

Выпрыгнув в бесконечность главного «узла», пятый еще довольно долго не мог прийти в себя. Он летел и летел, боясь оглянуться назад и совершенно не веря тому, что он остался жив. Проход за ним моментально закрылся и теперь, на месте темного пятна была монолитная серость неприступной стены.

Вслед за проходом, из которого, толь что выскочил пятый, стали закрываться все остальные проходы. Система противника полностью себя блокировала, спасая нижние уровни. Закрылся и магистральный туннель — единственный путь на базу.

Бой неожиданно резко прекратился. Картина была просто потрясающая. Тысячи звездочек-бойцов армады были разбросаны по всему сетевому пространству главного «узла» противника, создавая впечатление бесконечно-прозрачного ночного неба. Никто не понял, что произошло. Кутерьма и суета вдруг резко сменились полным покоем. Это была победа.

ФИНАЛ

Осознание того, что война выиграна, пришло не сразу. Обычно резко наступившее затишье настораживает, но сейчас все было по-другому. Противник перестал защищаться и контратаковать. Никто не нападал и никто не защищался. В бесконечности воцарилась атмосфера покоя и мира. Это действительно была победа, и пришло время подумать о возвращении.

Из-за полной блокировки центрального «узла» противника, связь с базой была полностью потеряна. Оставшийся в живых командир одного из полков взял командование уцелевшими силами армады на себя. Он отдал общий приказ о том, что все бойцы должны собраться в центральном секторе бесконечности. В то же мгновение «ночное небо» пришло в движение, и тысячи звездочек, стремительно перемещаясь по «небосклону» стали собираться в огромный светящийся рой в абстрактно-центральной части пространства.

Неожиданно по всей сетевой бесконечности прокатилось некое подобие волны, только волна эта была абсолютно невидима и, скорее, походила на судорогу. Армада, сгруппировавшись в плотный рой, притихла. За первой волной прокатилась вторая, третья… Бесконечность сетевого пространства стали содрогать непрерывные судороги, перешедшие в довольно сильную дрожь. Совершенно бессистемно стали открываться и исчезать проходы, из которых во внутреннее пространство выплевывались черно-маслянистые облачка фрагментов вируса. Система противника была заражена полностью и начинала агонизировать, ее трясло, она умирала.

В момент, когда открылся магистральный проход, пришло отрывочное сообщение от центральной базы: «Сгруппироваться. Перейти на автопилот. Приготовиться к эвакуа…» В обрывке последней фразы сообщения явно угадывалось слово «эвакуация». Как-то сразу стало легко и спокойно. Их не забыли. О них помнят. Теперь пусть база позаботится о их возвращении домой.

Когда, в очередной раз, открылся магистральный проход, субстанция бесконечности вокруг плотного «роя» армады пришла в движение. Мощный поток подхватил бойцов, и магистральный туннель стал поглощать их десятками и сотнями, стремительно унося их подальше от гибнущего противника.

«Домой…» В силу определенных обстоятельств, пятый оказался на границе «роя». Захваченный спасительным потоком, он все ближе и ближе приближался к зияющему мутной синевой магистральному туннелю. Еще мгновение…

И в этот момент сильнейшая судорога встряхнула всю бесконечность. Проход закрылся. Скорость была просто сумасшедшая, и что-либо предпринять в подобной ситуации было просто невозможно. Пятый налетел на монолит стены и от сокрушительного удара потерял сознание. Он совершенно не помнил, как его тело, подчиняясь законам самосохранения и, борясь за свою жизнь, отдало приказ сорвать с головы гермошлем виртуальности.

Резкий выход из виртуальной реальности всегда чреват самыми непредвиденными последствиями. Сознание, бесцеремонно вырванное из виртуальности, блокировалось, и организм впал в глубокую кому. Он не мог видеть и чувствовать, как его почти безжизненное тело извлекли из боевой капсулы, как делали бесконечные инъекции, пытаясь привести в чувства, как подвергали интенсивной терапии… Его ждали долгие месяцы реанимации и, бесконечно длинные госпитальные годы адаптации.

Цена победы была велика и ужасающе страшна. Три сотни человек скончались, не приходя в сознание, от кровоизлияния в мозг. Пять сотен человек из-за многочисленных микроинсультов нуждались в длительном лечении, и никто не мог дать гарантию, что после лечения они по-прежнему будут психически полноценными людьми. Страшной ценой досталась победа. «На войне, как на войне».

17.08.99 г.

Content

Валерий Александрович Калюжный
Хаккерские войны. «На войне, как на войне»