Карен Блюменталь

Стив Джобс. Человек, который думал иначе

Karen Blumenthal

Steve Jobs: The Man Who Thought Different

Вступление. Три истории

Теплым июньским днем 2005 года Стив Джобс впервые в жизни шел на собрание по случаю окончания университета в качестве почетного гостя. Миллиардера, основателя и главу Apple Computer пригласили на актовый день не как очередное чванливое ничтожество от компьютерного бизнеса. В свои пятьдесят лет Стив, когда-то сознательно бросивший университет, стал настоящей звездой мира высоких технологий, живой легендой и кумиром миллионов людей по всему миру.

В двадцать с небольшим он в паре с товарищем создал и показал миру компьютер, помещавшийся на столе и при этом пригодный для работы. При помощи похожего на элегантную безделушку проигрывателя iPod и созданной вокруг него среды под названием iTunes, позволяющей слушателю моментально получать доступ к широчайшему ассортименту композиций, Стив произвел революцию в индустрии и повлиял на музыкальные вкусы целого поколения. Он основал и раскрутил компанию Pixar, создавшую на основе компьютерных технологий чудесные мультипликационные фильмы — «Историю игрушек», «Тачки», «В поисках Немо», — породив новый класс персонажей, в кино доселе не существовавших.

Хотя Стив не был ни инженером, ни человеком, целиком и полностью погруженным в околокомпьютерный мир, ему раз за разом удавалось придумывать устройства, сразу и прочно входящие в повседневный быт человека, а все потому, что, изобретая их, он всегда думал о нас — о вас и обо мне, — о людях, которые будут ими пользоваться. Студенты, слушавшие его в тот день, не знали, что в разработке уже находятся еще более удивительные новинки, в том числе iPhone, и что с их появлением весь накопленный десятилетиями развития компьютерной техники потенциал будет помещаться в устройстве размером с ладонь. Стива, отца четырех детей, часто сравнивали с великими изобретателями прошлого — Томасом Эдисоном и автомобильным магнатом Генри Фордом. Эти фигуры объединяет одно качество — они дали миру новые технологии, доступные простым людям и коренным образом повлиявшие на повседневную жизнь американцев, преобразив ее.

Наряду с многочисленными победами Джобсу было суждено потерпеть ряд поражений, имевших широкий общественный резонанс. В возрасте тридцати лет его фактически отстранили от работы в Apple. Поводом послужила неуступчивость и то, что другие члены команды считали тягой к деструктивным действиям. Лишившийся работы Джобс основал новую компьютерную компанию, которая оказалась неуспешной, и миллионы долларов, вложенные инвесторами, были потрачены впустую. Стив бывал капризным, часто кричал на соратников, репортеров и конкурентов. Иногда, если ситуация складывалась не в его пользу, он мог даже расплакаться. Джобс запросто мог воспользоваться чужими идеями, выдав их за свои. Он мог быть обаятельным и невыносимо язвительным, чувствительным и бесцеремонным.

Некоторые эпизоды его жизни похожи на сказку или сцены из фантастического фильма: взять хотя бы обещание, данное его приемными родителями, его романтические увлечения, потери, следовавшие за грандиозными победами, и баснословное богатство. Но случались в его жизни и периоды полнейшего беспорядка и убогости, низводившие кумира до уровня обычного и даже низкого человека. Порой в такие периоды Стив совершал поступки, о которых в приличном обществе говорить не принято. Его любили и ненавидели, им восхищались и считали конченым человеком. Люди, знавшие его, употребляли по отношению к Джобсу только самые сильные эпитеты: провидец, шоумен, художник, тиран, гений, ничтожество.

Под мантией, надетой перед выступлением, скрывались джинсы и сандалии — обычная для Стива одежда. Он вышел к микрофону и заговорил так, как делал это всегда: убедительно и страстно. В короткой речи, с которой он выступил перед двадцатью тремя тысячами студентов, их друзьями и родителями, Джобс рассказал о самом сокровенном, не скрывая даже крайне личных переживаний.

«Сегодня я расскажу вам три истории из жизни», — сказал он.

Не более и не менее. Всего три истории, которые повествуют об удивительной судьбе и могут послужить примером для молодых людей, готовящихся вступить во взрослую жизнь. Чтобы понять, каким человеком был Стив Джобс и кем он стал, мы начнем с первой из этих историй.

Часть первая. «Путешествие и есть награда»

Стив Джобс (слева) кривляется, позируя перед камерой с друзьями-семиклассниками

1. Начала

Первая история, рассказанная студентам, относится к тому времени, когда жизнь Стива была похожа на головоломку, для решения которой пронумерованные точки нужно соединить линиями, чтобы получилась человеческая фигура или очертания лица. Все началось с необычной клятвы.

Джоанне Шибл было всего двадцать три года и она училась в Университете штата Висконсин, когда она узнала, что беременна. Ее парень, аспирант сирийского происхождения, категорически не устраивал отца Джоанны в качестве зятя, а социальные нормы пятидесятых не допускали рождения ребенка вне семьи. Чтобы не становиться жертвой ханжеской морали, Джоанна переехала в Сан-Франциско и обратилась к врачу, принимавшему участие в жизни матерей-одиночек и находившему для нежеланных детей приемных родителей.

Сначала малыша хотели усыновить адвокат с супругой, но к 24 февраля 1955 года, дню появления ребенка на свет, они передумали.

Клара и Пол Джобс, ничем особенным не примечательная пара молодых людей с незаконченным высшим образованием из Сан-Франциско, давно мечтали о ребенке. Когда врач позвонил им среди ночи, они сразу приняли решение и, усыновив новорожденного, назвали его Стивеном Полом.

Однако непременным условием для получения разрешения на усыновление Джоанна Шибл как раз считала наличие у приемных родителей высшего образования. В процессе оформления документов выяснилось, что ни у Пола, ни у Клары его нет. Джоанну это обстоятельство вывело из себя, и окончательно все формальности были улажены только спустя несколько месяцев, да и то лишь после того, как будущие приемные родители, по словам самого Стива, «поклялись отправить меня в колледж».

Пообещав обеспечить ребенку блестящее будущее, чета Джобсов зажила семейной жизнью, о которой супруги давно мечтали. Через два года у них появился еще один приемный ребенок, девочка, которую назвали Патти. Маленький Стив оказался ребенком любопытным и не чуждым экспериментов. Однажды он засунул шпильку в электрическую розетку, обжег руку и выиграл путешествие в больницу на карете «скорой помощи». В другой раз, не удовлетворившись достигнутым, он отведал отравы против муравьев и снова попал в госпиталь на промывание желудка. Чтобы неугомонный Стиви, просыпавшийся раньше других, мог чем-нибудь заняться, родители купили ему лошадь-качалку, проигрыватель и несколько пластинок Литл Ричарда. Стив был таким несносным младенцем, что, по признанию матери, она не раз задавалась вопросом, правильно ли они сделали, усыновив его.

Патти Джобс в десятом классе. Фото из школьного альбома, 1972 год.

Когда Стиву было пять лет, его отца, Пола, перевели в Пало-Альто, небольшой городок в сорока пяти минутах езды к югу от Сан-Франциско. Служивший во время Второй мировой войны в береговой охране, Пол, уволившись со службы, работал сначала механиком, потом продавцом подержанных автомобилей, а к моменту переезда — коллектором, взимал просроченные долги. В свободное время он чинил автомобили и перепродавал их. Полученная прибыль откладывалась на будущее обучение Стива в колледже.

Земли к югу от Сан-Франциско в то время были практически незаселены и использовались под персиковые и сливовые плантации. Семья купила дом в Маунтин-Вью, и Пол устроил в гараже мастерскую. Выделив сыну часть помещения, он сказал: «Стив, вот твой верстак». Он научил Стива пользоваться молотком и подарил набор инструментов. Спустя годы Джобс вспоминал, что отец «проводил с ним много времени… учил делать вещи, разбирать, а потом заново собирать разные механизмы».

Мастерство отца и умение уделять внимание самым незначительным деталям произвели на мальчика глубокое впечатление. «У отца золотые руки. Он может починить все что угодно. В его руках любой механизм начинает работать. Он может разобрать вещь, а потом собрать ее заново», — сказал Джобс в интервью в 1985 году. Отец воспитал в мальчике категорическое неприятие халтуры. К примеру, он говорил: «Если ты столяр и получил заказ на красивый комод, нельзя в задней части использовать фанеру, хотя ее и не будет видно, когда шкаф поставят к стене. Ты будешь знать, из чего сделана задняя стенка, поэтому, если хочешь жить с чувством, что все сделал правильно, используй вместо фанеры красивую деревянную доску».

На соответствие этой заповеди Джобс проверял все товары, которые производила компания Apple. «Чтобы спать спокойно, нужно, чтобы наши устройства соответствовали высочайшим критериям качества и были эстетичными», — говорил Стив.

Клара тоже вносила свою лепту в развитие сына, работая няней в семьях соседей и друзей, чтобы мальчик имел возможность заниматься плаванием. Поскольку Стив был любознательным и умным ребенком, она научила его читать еще до школы, так что в первом классе он мог дать фору другим ученикам.

К сожалению, для Стива умение читать обернулось своего рода проблемой. «В моей жизни были только две вещи, которые мне хотелось делать, — вспоминал он о школьных годах: — читать, потому что я любил книги, и бегать на улицу ловить бабочек». А вот подчиняться правилам ему не хотелось вовсе. Школьная рутина ему категорически не нравилась, и вскоре он почувствовал, что в классе ему скучно. Уже тогда Стив понимал, что отличается от других детей.

Когда ему было шесть или семь, он рассказал девочке, жившей в доме на другой стороне улицы, о том, что родители его усыновили. «И что это значит? — спросила соседка. — Что ты был не нужен своим настоящим родителям?»

Этот невинный вопрос произвел на Стива эффект разорвавшейся бомбы. Он впервые почувствовал страх, чего раньше с ним никогда не случалось. Мальчик, рыдая, прибежал домой. Родители бросились к нему, чтобы успокоить, и сделали все, чтобы он снова почувствовал свою ценность. «Они восприняли этот случай очень серьезно, — рассказывал Стив. — “Мы выбрали тебя потому, что ты — это ты”, -сказали родители, глядя мне прямо в глаза».

Отец и мать действительно считали мальчика особенным — необычайно умным и обладающим выдающейся силой воли. Позже коллеги и друзья отмечали, что его способность увлекать за собой других и желание все контролировать уходят корнями в глубоко укоренившееся в душе Стива сознание того, что настоящие родители от него отказались. Однако сам он смотрел на это иначе. «Понимание того, что я приемный сын, сделало меня человеком независимым, — рассказал он своему биографу, — но я никогда не считал себя брошенным ребенком. Родители сделали все для того, чтобы воспитать во мне чувство собственной значимости».

Однако некоторые учителя называли его трудным ребенком, не желая признавать того, что Стив просто не вписывается в привычные рамки. Джобс считал начальную школу Монта Лома до такой степени неприятным и скучным местом, что они с приятелем считали гадости единственным достойным делом, которым там можно заниматься. Многие дети приезжали в школу на велосипедах, оставляя их на специальной стоянке. Учась в третьем классе, Джобс с другом путем подкупа выяснили у большинства одноклассников комбинации кодовых замков на цепях, которыми были прикованы их велосипеды. В один прекрасный день приятели, спустившись на перемене вниз, поменяли местами все замки. «Только в десять часов вечера им удалось разобраться и освободить все велосипеды», — вспоминал Джобс.

Однако самые изощренные гадости предназначались учителям. Однажды Стив с приятелем выпустили в классе змею. В другой раз устроили под стулом учительницы небольшой взрыв. «У нее от нас нервный тик начинался», — рассказывал он позже.

Пару раз Стива за плохое поведение отправляли домой, но он не помнил, чтобы родители его за это наказывали. Более того, отец всегда его защищал, говоря учителям: «Если вы не умеете заинтересовать ребенка, это ваша вина».

В четвертом классе от дальнейшего превращения в малолетнего*сешогей*гана Стива спасла талантливая учительница, Имоджин «Тедди» Хилл, уделившая ему немало внимания, пока семья Джобсов переживала непростой период. Пол, впечатленный успехами соседа, зарабатывавшего неплохие деньги на продаже недвижимости, пошел на вечерние курсы и получил лицензию и право

заниматься риелторской деятельностью. К сожалению, он выбрал для освоения нового поприща неподходящее время — спрос на дома как раз резко снизился.

Однажды миссис Хилл спросила ребят: «Что во Вселенной вам непонятно?» Юный Джобс ответил: «Я не понимаю, как так вышло, что отец так быстро обеднел». Кларе пришлось пойти на полставки в местную компанию в отдел по расчету заработной платы, и семье удалось взять новый кредит на оплату дома, но с деньгами в течение года или около того было крайне туго.

Через несколько недель после появления Джобса на ее уроках миссис Хилл поняла и оценила необычного ученика. Она предложила Стиву выгодную сделку: если он решит все задания из рабочей тетради по математике и результаты будут верными хотя бы на 80 процентов, она даст ему пять долларов и огромный леденец.

«Я посмотрел на нее, желая сказать что-то вроде “Леди, вы свихнулись?”» — вспоминал Джобс. Но вызов принял. Прошло немного времени, и он стал испытывать к миссис Хилл такое уважение и так восхищался ею, что подкупать его учительнице больше не приходилось.

Она эти чувства талантливого ученика разделяла и делала ему подарки, помогавшие обуреваемому жаждой деятельности парню развиваться. К примеру, однажды Джобс получил от миссис Хилл набор, в который входили предметы, необходимые для шлифовки линз и создания самодельной фотокамеры.

Но, несмотря на дружбу между учительницей и учеником, юный Джобс оставался трудным ребенком. Много лет спустя миссис Хилл изрядно повеселила коллег Стива, показав им фотографию его класса, сделанную в День Гаваев. Джобс стоит в середине, в гавайской рубашке. Однако, чтобы понять, что в этой фотографии так развеселило коллег Стива, нужно знать предысторию: перед съемкой оказалось, что у Джобса нет гавайки, но он сумел убедить одного из одноклассников отдать ему свою.

Назвав учительницу «одной из святых, посетивших меня в жизни», Стив добавил: «За тот год я выучил больше, чем за любой другой». Он ценил миссис Хилл и за то, что она указала ему верный путь. «Я абсолютно уверен, — заявил позже Стив, — что, не будь в моей жизни миссис Хилл и других хороших учителей, коих было немного, я бы неминуемо угодил в тюрьму».

Миссис Хилл удалось пробудить у Стива интерес к занятиям, и его успеваемость резко повысилась. Результаты очередных тестов Джобса оказались столь высокими, что директор посоветовал мальчику пропустить не один учебный год, а целых два. Однако родители разрешили Стиву перейти лишь на один класс вперед.

В средней школе академическая нагрузка резко возросла, а Стиву по-прежнему хотелось гоняться за бабочками. В характеристике за шестой класс сказано, что Джобс «невероятно много читает», но «не всегда может заставить себя читать книги из школьной программы». Там же указано, что у Стива «порой возникают проблемы с дисциплиной».

В седьмом классе Джобс оказался в окружении задиристых подростков. Драки были делом обычным. Некоторым одноклассникам не нравился тощий паренек, который к тому же был на год моложе остальных. Джобсу приходилось несладко, и в середине года он выставил родителям ультиматум. Позже отец вспоминал: «Он сказал: “Если вы снова отправите меня в эту школу, я просто не пойду”». Родители восприняли проблемы сына всерьез. «Мы решили, раз все сложилось таким образом, лучше переехать в другое место», — рассказывал Пол.

Так они и поступили. Воспользовавшись доступными скромными средствами, они купили дом с тремя спальнями в городе Лос-Альтос, славившемся прекрасными — и спокойными — школами. Там, рассудили они, их талантливый сын сможет сконцентрироваться на учебе. Однако на дворе была середина шестидесятых, время стремительных перемен, и вскоре Джобс начал интересоваться совсем другими вещами.

2. Воз

«А времена — они меняются».

Боб Дилан

Новая школа оказалась в самом деле куда лучше прежней, и Джобс нашел среди одноклассников ребят с такими же интересами, как у него. Именно здесь он подружился с людьми, сумевшими повлиять на его отношение к жизни.

Повезло ему и в том, что он родился и вырос в долине Санта-Клара, где жило огромное количество инженеров и лудильщиков, пробудивших в его душе страсть к электронике, бывшей в те времена делом новым и стремительно развивающимся.

Поняв, что сын не разделяет его интереса к автомобильным двигателям и другим механизмам, Пол, еще когда Стив учился в начальной школе, начал приносить ему неисправные электронные приборы, чтобы он разбирал их в гараже и изучал. Оказалось, что по соседству с семьей Джобсов живет человек, ставший для Стива своего рода наставником, — Ларри Ланг, инженер, работавший в компании Hewlett-Packard. Ларри заинтриговал Стива, установив на подъездной дорожке, ведущей к двери гаража, старомодный угольный микрофон, для которого не требовался электронный усилитель мощности. Ланг познакомил мальчика с продукцией фирмы Heathkits, продававшей снабженные подробными инструкциями наборы комплектующих, из которых человек, увлекавшийся электроникой, мог собрать тот или иной прибор, к примеру радиоприемник.

«Такое устройство, продававшееся в виде набора деталей, на самом деле стоило даже дороже, чем уже готовое», — вспоминал Джобс. Однако это было неважно. Стива увлекал сам процесс: собирая устройство самостоятельно, он узнавал, как оно работает. Кроме того, ему стало понятно, что многое можно сделать самостоятельно. «Электронные приборы перестали быть для меня загадкой, — сказал позже Стив. — Попрактиковавшись с наборами, я смотрел, к примеру, на телевизор (и) думал: “Да, эту штуку не я собрал. Но я мог бы сделать такую же. В каталоге Heathkits есть набор, из которого можно собрать телевизор. Пару приборов я уже сделал, значит, справился бы и с ним”. Благодаря наборам я понял, что, учась и экспериментируя, можно разобраться в принципе действия самых сложных механизмов и устройств».

Семья снова переехала, но Джобс поддерживал связь с Лангом, который впоследствии помог Стиву стать членом учрежденного фирмой Hewlett-Packard «Клуба исследователей». Джобс и другие школьники получили возможность во вторник вечером приходить в столовую фирмы и слушать разговоры инженеров о работе. Во время одного из таких визитов Джобс впервые в жизни увидел настольный компьютер. В шестидесятые годы компьютеры, конечно, уже существовали, но были по большей части огромными — размеры процессорных блоков варьировались от ящика величиной с холодильник до целой комнаты, которой к тому же требовалось дополнительное охлаждение, чтобы оборудование не перегревалось. В 1968 году специалисты Hewlett-Packard создали модель 9100A, первый настольный программируемый калькулятор, и он поступил в продажу как «персональный компьютер», мощность которого «в десять раз превышает возможности других вычислительных машин для научных и инженерных расчетов».

«Это был здоровенный ящик, который весил, наверное, килограмм двадцать, — вспоминал Джобс, — но он был прекрасен. Я сразу в него влюбился».

Пытаясь создать собственный электронный счетный частотомер, измеряющий количество импульсов внутреннего кварцевого генератора, Джобс столкнулся с нехваткой деталей. Не тратя времени на раздумья, он нашел в телефонном справочнике номер основателя Hewlett-Packard Билла Хьюлетта и позвонил ему домой. Надо сказать, что Хьюлетт не только ответил на звонок, но и проговорил с Джобсом целых двадцать минут. К моменту окончания разговора Джобс заручился обещанием Билла предоставить ему искомые запчасти и получил предложение поработать в компании на каникулах. Лето он провел на сборочной линии HP, собирая корпусы частотомеров для научных лабораторий и заводов.

«Я был на седьмом небе», — вспоминал Стив.

Такие предприниматели, как Билл Хьюлетт, сделали долину Санта-Клара центром притяжения для инженеров и технических специалистов со всей страны. Помимо отделения Hewlett-Packard в Пало-Альто, технически одаренные люди могли рассчитывать на работу в занимавшемся созданием ракет подразделении компании Lockheed Corporation, расположенном в городе Саннивэйл, в местном исследовательском центре НАСА и в компании Fairchild Semiconductor, базировавшейся в Сан-Хосе и производившей аналоговые интегральные схемы. Кроме того, неподалеку находились крупнейшие университеты, готовившие лучших технических специалистов, — Стэнфордский университет в Пало-Альто и расположенный чуть севернее Калифорнийский университет в Беркли.

Детские годы Стива совпали с периодом быстрого развития электроники, такой сферы, где достижения науки и технологии служат общему делу — превращению электричества в движущую силу приспособлений самого разного рода. В конце сороковых годов трое ученых, работавших в подразделении компании AT&T, лаборатории Bell Labs, Джон Бардин, Уолтер Браттейн и Уильям Шокли изобрели транзистор — небольшой радиоэлектронный компонент, позволяющий усиливать и преобразовывать электрический сигнал. Транзистор был сделан на основе полупроводникового материала, не являющегося ни проводником, ни диэлектриком и проводящего ток в одном направлении. Через некоторое время кремний, который использовали при создании транзисторов, практически вытеснил другие материалы. Построенные на его основе миниатюрные однокристальные элементы получили широкую известность под названием полупроводников, или чипов.

Транзисторами стали оснащать практически все приборы, создававшиеся раньше на основе менее надежных и громоздких вакуумных ламп. Став наиважнейшим компонентом, отличающийся скромными размерами транзистор подтолкнул инженеров и ученых к созданию миниатюрных устройств: транзисторных радиоприемников, телевизоров, помещавшихся на полке шкафа, калькуляторов величиной с ладонь и, наконец, настольных компьютеров.

По мере роста компании наподобие Hewlett-Packard постепенно расширяли ассортимент продукции, производя не только сами полупроводники, но и сделанные на их основе устройства, обладавшие все более широкой функциональностью. Почувствовав тенденцию, амбициозные люди организовывали собственные фирмы, выходившие на рынок с инновационными решениями. Позже Джобс вспоминал: «Все это напоминало созревшие одуванчики на поле. Стоило ветру подуть, и пух разлетался во все стороны».

Созданию чипов и основанных на них схем придавалось такое большое значение, что в быстро развивающуюся индустрию постоянно приходили новые люди и компании. Фруктовые сады срыли бульдозерами, и земля пошла под поселки для тех, кто хотел жить ближе к месту работы. Население Сан-Хосе в период между 1960 и 1970 годами увеличилось вдвое, а количество людей, живущих в расположенном неподалеку Купертино, — в четыре раза. Вскоре это место стало известно всему миру под именем Кремниевой, или Силиконовой, долины.

Когда Стив перешел в одиннадцатый класс, отец получил работу в компании, производившей лазеры для медицинских и электронных приборов. Мальчику это было интересно, и он сделал в гараже собственный лазер из добытых всеми правдами и неправдами или принесенных с работы отцом деталей. Иногда Стив представлял свои проекты в школе.

Билл Фернандес, одноклассник Стива, разделявший его интересы, стал его лучшим другом и участвовал в работе над научными проектами, помогая готовить их к показам. В течение нескольких лет мальчики неизменно отправлялись по вечерам в долгие пешие прогулки, обсуждая по дороге все интересовавшие их вопросы, как серьезные, так и не очень — от отношений с девочками до Вьетнамской войны и от наркотиков до религии. (Прошло много лет, а Стив, как и прежде, когда ему требовалось обдумать серьезную проблему, шел гулять, размышляя по дороге.)

В тринадцать лет после спора с пастором по поводу статьи в журнале о голодающих африканских детях Джобс перестал посещать лютеранскую церковь, в которую ходил с детства. «Известно ли об этом Господу и что будет с этими детьми?» — спросил он пастора. Пастор согласился с первым утверждением и сказал, что «да, Господу об этом известно», после чего Джобс решил, что такого Бога он любить не может.

Тем не менее даже после этого случая они с Фернандесом обсуждали вопросы религии часами. «Нас обоих интересовала духовная сторона жизни. Мы задавали себе традиционные вопросы: кто мы? Зачем существуем? Что все это значит? — вспоминал Фернанес. — Говорил по большей части Стив… Каждый день находился какой-нибудь важный вопрос, волновавший его до глубины души, или ему приходило в голову какое-нибудь новое соображение, и во время прогулок он мог обсуждать его часами, не замолкая ни на секунду».

Стив перешел в старшие классы школы в 1968 году, и год этот по праву считается одним из самых неспокойных в современной американской истории. Преподобный Мартин Лютер Кинг-младший, призывавший к борьбе против расовой дискриминации любыми средствами, кроме насилия, был убит в апреле. Спустя пару месяцев Роберт Кеннеди, кандидат в президенты, был застрелен в момент выступления с предвыборной речью. Общественные выступления, направленные против войны во Вьетнаме, достигли апогея и вылились в настоящий бунт во время съезда Демократической партии в Чикаго.

В то же время возник любопытный социальный феномен. В 1967 году в журнале «Тайм» вышла передовица под заголовком «Хиппи», повествующая об общественном движении, участниками которого были по большей части белые, хорошо образованные молодые люди, выходцы из семей среднего класса. Хиппи намеренно «уходили в маргиналы», бросали учебу, отказывались делать карьеру и занимались поисками любви, мира и вдохновения — в том числе при помощи галлюциногенных наркотиков вроде марихуаны и ЛСД. Название движения произошло от слова hip или hipster, термина, бывшего в ходу у их предшественников, битников. Хиппи предпочитали яркие цвета в одежде, отпускали длинные волосы и слушали группы, играющие acid rockl [1], вроде Jefferson Airplane или Grateful Dead. Эпицентром движения был район Хейт-Ашбери в расположенном совсем рядом с Пало-Альто Сан-Франциско.

В школе Хоумстед, где учился Джобс, молодым людям внушали традиционные для американской глубинки моральные ценности, с которыми взгляды, принятые в среде хиппи, резко контрастировали. Школа, состоящая из нескольких типовых одно- и двухэтажных зданий, чем-то напоминала тюрьму. В 1972 году в школе насчитывалось около пятисот учеников, и только два или три из них были темнокожими, а еще несколько человек — выходцами из Азии. Согласно строгому школьному уставу, мальчики не имели права отпускать волосы ниже ушей. Надевать в школу джинсы также было запрещено, поэтому мальчики носили брюки, а девочки — платья или юбки. Длина юбок также регламентировалась: они должны были быть ниже колена не менее чем на семь сантиметров.

Одноклассникам Джобс, вероятно, казался недружелюбным, нервным и заносчивым — порой даже чрезмерно. Однако его считали способным парнем, которому учеба давалась легко. Профессор Карлтон Хо, бывший одноклассник Стива и главный барабанщик школьного оркестра, а ныне специалист в проектировании и строительстве гражданских объектов, вспоминал, как они с Джобсом доставали учителя математики тем, что во время его урока изучали каталоги компании Edmund Scientific, оживленно обсуждая их содержимое.

В одиннадцатом классе друг Джобса Билл Фернандес стал проводить вечера в гараже соседа по имени Стив Возняк, помогая ему собирать маленький компьютер. Возняк был почти на пять лет старше Джобса и, следовательно, окончил школу на четыре года раньше. В школе Хоумстед его помнили как одного из лучших учеников по математике, физике и электронике. Хотя в целом семье дорогостоящее обучение было не по карману, родители позволили ему проучиться год в Университете штата Колорадо в городе Боулдер. Однако Возняк, или Воз, как звали его друзья, во время учебы больше всего интересовался возможностями огромных университетских вычислительных машин и засиживался до глубокой ночи за игрой в бридж. К концу года выяснилось, что на следующий курс его не перевели, и Воз вернулся домой, где еще год изучал вычислительную технику в местном колледже.

Стив Джобс в одиннадцатом классе. Фото из школьного альбома, 1971 год

Затем Возняк, предположив, что его могут призвать в армию и отправить во Вьетнам, и к тому же нуждаясь в деньгах на дальнейшее обучение, взял академический отпуск на год и устроился на работу программистом. (В то время молодых людей призывали в армию по достижении двадцати лет согласно определенным правилам, напоминающим лотерею. В зависимости от того, сколько времени прошло после двадцатого дня рождения, юноше присваивали личный номер, и в дальнейшем, призовут его в этом году или нет, зависело от везения. Поскольку Возняку достался номер с множеством знаков, его едва ли могли заставить служить.)

Джобс и Фернандес увлекались электроникой, а Возняк был человеком, прямо-таки ею одержимым. Несколько лет он собирал литературу о разработках, связанных с созданием уменьшенной копии «мэйнфреймов» — огромных компьютеров, занимавших целый зал, — изучал комплектующие, из которых создавались настольные компьютеры, и то, как они взаимодействуют друг с другом. Ради развлечения Воз создавал принципиальные схемы построения компьютера с меньшим количеством компонентов.

Прибор, построенный Возняком и Фернандесом в гараже, был крайне примитивным. Денег на дорогостоящие детали у приятелей не было, и компьютер был собран из того, что им удалось раздобыть. Объем памяти был столь мал, что в нее вмещалось всего 256 знаков — примерно одна фраза. Возняк умел писать небольшие программы, которые можно было вводить в компьютер при помощи перфокарт. К примеру, по одной из них устройство издавало звуковой сигнал с интервалом в три секунды. По другой — выполняло математическую функцию, выводя результат при помощи лампочек на лицевой панели. Клавиатуры и монитора не было, а ограниченный объем памяти не позволял использовать компьютер даже для простейших арифметических вычислений. И тем не менее он мог выполнять программы. Приятели называли его «Крем-Сода», потому что именно этот напиток они постоянно употребляли, сидя в гараже. (Вскоре устройство постигла преждевременная кончина — в результате скачка напряжения компьютер сгорел, выпустив в воздух облако зловонного дыма.)

Фернандесу пришло в голову, что оба его друга увлекаются электроникой и любят розыгрыши, поэтому стоит их познакомить. Поэтому однажды он пригласил Джобса, и тот приехал к дому Возняка на велосипеде. Возняк как раз мыл на улице машину. «Эй, Воз, — крикнул Фернандес, — иди сюда, познакомься со Стивом».

Несмотря на разницу в возрасте, молодые люди сразу почувствовали друг к другу симпатию. Джобсу нравилось, что Возняк знает об электронике больше его, и то, что он, будучи взрослым, сохранил в душе изрядную долю ребячливости, тогда как сам Стив, считая себя умным не по годам, подросткового задора тоже не утратил. Возняк оценил в Стиве то, что «он все схватывал с полуслова. Он мне понравился. Стив был таким худым, жилистым парнем, полным энергии».

Они стали проводить вместе много времени. Возняк был поклонником гениальных текстов и музыки Боба Дилана и приобщил к своему увлечению Джобса. Ребята вместе охотились за редкими бутлегами концертов Дилана, а через некоторое время стали партнерами по необычному — и нелегальному — бизнесу.

Стив Джобс в двенадцатом классе. Фото из школьного альбома, 1972 год

Стив Возняк в двенадцатом классе. Фото из школьного альбома, 1968 год

3. Фрикинг

Переход из десятого в одиннадцатый класс стал для Джобса знаменательным временем. Окончив десятый, во время каникул он работал на складе местного магазина, в ассортимент которого входили детали электронных приборов. Склад магазина был похож на лавку, где продавали запчасти для автомобилей, в которую они часто заходили с отцом, когда Стив был маленьким. Там он познакомился с разновидностями электронных компонентов, узнал цены на них и научился основам бизнеса. Он почти интуитивно понял, как извлекать прибыль из разницы между оптовой и розничной ценой, после чего стал скупать детали на местном блошином рынке и продавать их владельцу магазина, который, пользуясь преимуществом владения торговой площадкой, мог пускать их в продажу по еще более высокой цене.

Собрав деньги, заработанные разными способами, Джобс смог купить автомобиль — маленький красный «Фиат», который часто ломался, но все же позволял ему свободно передвигаться и навещать знакомых в Стэнфорде и Беркли.

Наступил 1970 год, война во Вьетнаме близилась к завершению, а культура хиппи постепенно проникала в долину Санта-Клара. Джобс, с детства привыкший проверять на собственном опыте границы дозволенного, принялся экспериментировать. Он отрастил длинные волосы. Начал покуривать марихуану. Отец, обнаружив в машине сына наркотики, страшно разозлился и попытался взять со Стива обещание больше никогда к ним не притрагиваться. Однако Стив подчиниться решительно отказался. «Мы с отцом в первый и последний раз серьезно поссорились», — вспоминал он.

В то же самое время помимо физики, математики и электроники Джобса стали интересовать и более отвлеченные вещи. «Я открыл для себя Шекспира, Дилана Томаса и других классиков. Прочтя “Моби Дика”, я почувствовал себя подростком, посещающим курсы писательского мастерства», — вспоминал Стив.

Устав школы Хоумстед претерпел серьезные изменения, и школьники получили возможность ходить в джинсах. Джобс с приятелем организовали клуб под названием «Бак Фрай» — в этом словосочетании содержался не слишком уважительный намек на фамилию директора школы — пользовавшийся тем не менее поддержкой преподавательского состава. Небольшой круг единомышленников, объединившихся под эгидой клуба, устраивал концерты музыкальных групп из разных школ, игравших джаз, блюз и прогрессив-рок. Опираясь на познания Джобса в лазерной технике, члены клуба устраивали красочные шоу, с двигающимися в такт музыке и покрывающими сцену призрачной радугой разноцветными лучами.

Ребята из клуба были известны также благодаря любви к розыгрышам. К примеру, отличной шуткой считалось покрасить круг от унитаза золотой краской и приклеить его к большому цветочному горшку. Однажды ребята пригласили директора позавтракать вместе с ними. Для встречи было выбрано особое место — крыша здания прямо над столовой. Там члены клуба расставили столы, стулья и даже умудрились поднять на крышу при помощи лебедки автомобиль — «Фольксваген Жук».

Однажды после школы Возняк показал Джобсу миниатюрный «разрушитель телевизоров», который он собрал на первом курсе колледжа. При помощи «разрушителя» можно было испортить картинку на экране, добавляя к сигналу ретранслятора посторонний сигнал на той же частоте. Когда приятели по общежитию садились смотреть интересную передачу, Воз незаметно включал прибор. Кто-нибудь из зрителей вставал и пытался исправить картинку при помощи ручек настройки. Тогда Воз вступал с несчастным в игру, включая и выключая передатчик, так что бедняге, пытавшемуся настроить телевизор, казалось, что картинка улучшается, когда он просто касается кнопок. Иногда, включив и выключив передатчик несколько раз, Возняк доводил ничего не понимающего приятеля до исступления, заставляя его извиваться и складываться под самыми разными углами, думая, что источником помех является его собственное тело. (Этот розыгрыш произвел на Джобса такое сильное впечатление, что, когда однажды во время презентации iPhone у него сломалась лазерная указка, он специально сделал минутное отступление, чтобы рассказать аудитории об изобретенном Возом «разрушителе телевизоров» и продемонстрировать, как жертвы розыгрыша вставали на одну ногу и разбрасывали в стороны руки, стараясь понять, в каком положении тело «наводит меньше помех».)

Когда Джобс заканчивал девятый класс, два Стива и еще один парень, приятель Возняка, решили разыграть выпускников школы при помощи специального плаката. Для этого ребята окрасили в кастрюле простыню в кислотные цвета и нарисовали на ней универсальный жест, передающий во всех странах мира неодобрительное отношение к человеку. К картинке они присовокупили жизнерадостную надпись: «Желаем удачи!» Плакат был подписан СВАБ ДЖОБ — аббревиатурой, составленной из фамилии Джобса и слитых воедино инициалов других участников розыгрыша.

Плакат, по замыслу заговорщиков, должен был быть установлен на крыше одного из школьных зданий и развернут в тот момент, когда выпускники будут проходить мимо. Ребятам никак не удавалось добиться того, чтобы плакат разворачивался во всю длину. Пришлось потратить несколько ночей на репетиции. Однако в день чествования выпускников Возняку позвонил Джобс и сообщил, что плакат кто-то сорвал, а обвинили во всем его.

Только спустя несколько лет Возняк узнал, что Джобс не выдержал и поделился с приятелями по школе информацией о готовящемся розыгрыше. Кто-то из них его и сорвал.

Осенью 1971 года Возняк снова вернулся к учебе, на этот раз в Беркли, примерно в часе езды на север от Лос-Альтоса. Но не успел он даже приступить к занятиям, как мама рассказала ему о вышедшей в журнале «Esquire» интересной статье о группе докомпьютерных хакеров, пользовавшихся так называемыми голубыми коробками, имитирующими тональный сигнал, который использовался в АТС того времени в качестве команды, передающей информацию о том, что разговор окончен, и линия свободна. Это позволило хакерам, подобравшим нужную частоту сигнала, удерживать линию, совершая по ней бесплатные звонки в любую точку земного шара. Телефонные*сешогей*ганы называли себя «фрикерами».

Идея перехитрить телефонную компанию захватила все мысли Возняка. Частные лица лишь незадолго до этого получили возможность самостоятельно, без помощи оператора, пользоваться международной связью. До появления сотовой связи оставался не один десяток лет, и выборау абонентов не было — они могли пользоваться услугами лишь одной телефонной компании. Она была монополистом, и международную связь мог позволить себе не каждый: трехминутный разговор в выходные с абонентом, находящимся на другом континенте, стоил 70 центов — в пересчете на современный курс примерно 4 доллара. В будние дни разговоры стоили еще дороже. Финансовый потенциал показался Возняку колоссальным.

Находясь под впечатлением от грандиозности придуманной фрикерами аферы, Возняк позвонил своему другу, Стиву Джобсу, и зачитал ему статью. В тот же день парочка направилась в библиотеку за книгами и технической документацией по интересующему их предмету, чтобы узнать, какой частотой пользуются для передачи сигнала телефонные компании. Возняк работал над созданием и реализацией своей «голубой коробки» несколько месяцев. Фрикеры, о которых рассказывалось в статье, копировали сигналы нужной частоты на магнитофонную ленту или просто свистели в микрофон, имитируя сигнал, но Возняк хотел использовать в устройстве транзисторы, которых у него и его знакомых было много, и построить схему на них.

В какой-то момент Возняк и Джобс решили найти одного из персонажей статьи, опубликованной в «Esquire». Этот человек был известен под псевдонимом Капитан Кранч. Он был одним из пионеров фрикинга и сумел подобрать нужную частоту при помощи коробки с подушечками для завтрака под названием «Cap’n Crunch» и пластикового свистка, вложенного в коробку в качестве бонуса. Он понял, что, двигая свисток внутри коробки, можно менять частоту звукового сигнала и подавать при помощи этого примитивного приспособления АТС, обрабатывающей звонки, нужную команду. Этого персонажа Джобс и Возняк нашли через знакомого, вычислили его местонахождение, связались с ним и пригласили на встречу.

Человек, представший перед ними, не был похож на блистательного капитана. Волосы у него были длинные и нечесаные, зубов явно не хватало. Он был не мыт, поскольку жил в мини-вэне марки «Фольксваген». Тем не менее, проговорив с ним несколько часов, любознательные приятели узнали множество потенциальных путей использования «голубой коробки», поделились опытом по технике набора и изучили методы Капитана, сообщили ему телефонные коды, которых он не знал, и выяснили у него те, что интересовали их.

Той же ночью по дороге в Лос-Альтос «Фиат» Джобса в очередной раз сломался. Друзья нашли таксофон и попросили оператора набрать бесплатный номер с кодом 800, чтобы, удерживая линию, поэксперементировать с «голубой коробкой», позвонив на другой номер в автосервис для консультации по машине. Однако оператор телефонной компании, очевидно, инстинктивно почувствовал подвох и постоянно подключался к линии. В тот момент, когда Воз и Джобс бросали в аппарат монетки, чтобы совершить вполне легальный звонок, к таксофону подъехала полицейская машина.

Вышедшие из нее полицейские заставили ребят поднять руки и положить их на капот. Один из офицеров, вытащив из кармана пальто Возняка «коробку», спросил, что это. Возняк сказал, что перед ним музыкальный синтезатор относительно новой модели. Полицейские продолжали расспросы, и друзья все больше и больше нервничали. Однако их ответы, вероятно, показались полицейским удовлетворительными, потому что они по собственной инициативе дотащили машину Джобса до ближайшей заправочной станции и вернули Возняку «коробку».

Поначалу и Возняк, и Джобс использовали «коробку» ради развлечения. Джобс, к примеру, звонил в Великобританию на линию, по которой можно было послушать записанные на магнитофон анекдоты, с платного таксофона в здании школы. Однажды он оставил на телефоне записку для одноклассников: «Слушайте, но трубку не кладите». Как-то поздно ночью Возняк позвонил в Ватикан. Представившись Генри Киссинджером, бывшим в то время советником президента Ричарда Никсона по вопросам национальной безопасности, он потребовал позвать к телефону Папу Римского. Поначалу человек, принявший звонок, сказал, что Папа спит и он пошлет кого-нибудь, чтобы разбудить его, но из-за смеха на другом конце, от которого Возняк не смог удержаться, говоривший сообразил, что его разыгрывают.

Несмотря на столкновение с представителями закона, Джобсу, склонному к всевозможным авантюрам, пришла в голову светлая мысль. «А давай их продавать», — предложил он Возняку. Получив первые заказы, Возняк придумал, как снизить себестоимость производства «коробок» с 80 долларов до 40, и продажи начались. Студенты могли приобрести устройство за 150 долларов, обычные люди за 300. Возняк получил в среде фрикеров кличку Беркли Блю, а Джобс — Оуф Тубарк. Постепенно продажа «коробок» стала приносить приятелям неплохие деньги.

Однажды теплым летним вечером они вместе отправились на встречу с потенциальным покупателем. Во время переговоров человек вытащил револьвер и направил его на Джобса. Быстро поняв, что спорить не стоит, Стив отдал ему «коробку», не требуя денег.

Вскоре после этого инцидента он решил выйти из дела. Оно ему уже порядком надоело, а двойной риск — нарваться на пулю или загреметь в тюрьму, продавая нечто нелегальное, — стал казаться неоправданным. Возняк, впрочем, продолжал продавать «коробки» и в конечном счете продал около двухсот штук. Даже после того, как Джобс официально заявил, что участвовать в деле больше не намерен, Возняк продолжал делить полученную прибыль с другом в равных пропорциях, как и в самом начале.

Вполне возможно, продажа «голубых коробок» продолжала играть определенную роль в дальнейшем развитии карьеры Джобса еще очень долго. Рон Розенбаум, написавший ту самую статью для «Esquire» в 1971 году, позднее говорил, что знакомство Возняка и Джобса с Капитаном Кранчем — настоящее имя которого Джон Дрэйпер — на ранней стадии развития хакерства могло стать причиной того, что спустя много лет компьютерные хакеры, изрядно потрепавшие нервы другим производителям компьютеров, неизменно обходили вниманием Apple Macintosh.

Ближе к окончанию школы Джобс стал активнее протестовать против традиционных для выпускника карьерных путей. Стив выработал и довел до совершенства немигающий взгляд, оказавшись под прицелом которого собеседник начинал нервничать. Он продолжал экспериментировать с сознанием и организмом — садился то на разгрузочную, то на строгую диету — ел, к примеру, только фрукты и овощи. Вместе со своей первой девушкой, Крисанной Бреннан, они принимали ЛСД. Известный также как «кислота», этот наркотик в настоящее время считается чрезвычайно опасным; но в те времена, сорок лет назад, бытовало мнение, что с его помощью можно расширить сознание, и людей, принимающих его, можно было встретить повсюду.

В семнадцать лет Джобс был тощим молодым человеком с длинными волосами, неопрятной бородкой и огромным количеством прыщей на лице. «Он ходил, шаркая ногами и покачиваясь, и выглядел, как деревенский дурачок», — рассказывала Бреннан. Но рядом с ней он становился тихим, застенчивым и забавным тинейджером, любил читать стихи, слушать Дилана и бренчать на гитаре. «На первом же свидании Стив сообщил, что собирается стать миллионером, и я ему поверила, — вспоминала Крисанна. — Стив умел видеть будущее».

Весной Стив решил, что проведет лето с Бреннан в коттедже с видом на долину. Отец пришел в ужас. Хотя владелец коттеджа поначалу им отказал, Джобс был не из тех, кто считает слово «нет» удовлетворительным ответом, и хозяин все-таки сдал им комнату. Джобс и Бреннан провели в ней большую часть лета. Отец запретил ему это делать, но, как не раз уже бывало, Стив его ослушался — без каких-либо последствий. Пол даже пришел на помощь, когда красный «Фиат» чуть не сгорел.

Чтобы заработать денег на ремонт машины и свести концы с концами, Джобс, Бреннан, Возняк и еще один общий приятель нашли хорошо оплачиваемую работу — изображать персонажей из «Алисы в Стране чудес» в местном торговом комплексе. Бреннан была Алисой, а ребята разобрали мужские роли: один стал Оболваненным шляпником, другой — Белым кроликом и так далее. Костюмы представляли собой огромные головы, заканчивавшиеся где-то у колен. На улице стояла жара, кондиционер в торговом комплексе барахлил, а головы были тяжелыми. Ребята время от времени бегали в раздевалку, чтобы попить воды и поменяться костюмами.

Возняк считал, что работа забавная, но Джобс был в бешенстве. «Костюм весил, наверное, тонну. Часа через четыре хождения по залам хотелось убить пару ребятишек», — вспоминал Стив.

Впрочем, долго мучиться не пришлось. Лето подходило к концу, и Джобсу, согласно обещанию, данному родителями много лет назад, предстояло отправиться на учебу в колледж. Однако наш герой, человек, наделенный стальной волей, вскоре сноварешил поступить по-своему.

4. Колледж

Колледж Рид

Клара и Пол Джобс отнеслись к данному ими обещанию отправить сына в колледж серьезно и на протяжении долгих лет откладывали деньги на оплату обучения. Однако много они никогда не зарабатывали, и накопленная сумма была более чем скромной. Впрочем, сын смотрел на вещи с иной точки зрения.

Когда подошло время отправлять документы в колледж, оказалось, что Стива не интересует ни один из многочисленных факультетов в Беркли, хотя Калифорнийский университет — государственное учебное заведение и учиться там можно было за относительно небольшие деньги. Некоторые бывшие одноклассники Стива отправились в Стэнфорд. Обучение в этом университете было семье Джобса по карману. Однако и в Стэнфорд Стив поступать отказался, решив, что для человека, не знающего, чего именно он хочет добиться, это солидное учебное заведение не подходит.

Побывав в гостях у друга, учившегося в Колледже Рид, небольшом частном гуманитарном университете в городе Портланд, штат Орегон, Джобс решил, что это место для него. В Колледже Рид насчитывалось порядка тысячи двухсот студентов — меньше, чем учеников в школе Хоумстед, — зато за ним прочно закрепилась репутация места, куда стекались свободолюбивые молодые люди, склонные к поиску себя в непростом мире. Джобс, повинуясь интуиции, решил пойти учиться туда, подал документы, и его приняли. Однако в совокупности плата за обучение и дополнительные взносы в период с 1972 по 1973 год составляли 3950 долларов (или в соответствии с сегодняшним курсом 21 400 долларов), и столько родители Стива заплатить не могли.

Отец был просто в шоке от суммы и всячески пытался вразумить сына. Мать тоже делала что могла. В конце концов этот спор они проиграли, как было в жизни уже не раз. «Стив сказал, что хочет учиться только в этом колледже, и, если он не может попасть туда, значит, останется дома», — вспоминала Клара Джобс.

Родители снова сдались и скрепя сердце кое-как набрали денег на оплату первого семестра.

Осенью, загрузившись в семейный автомобиль, они отвезли Стива в колледж. Джобс так горел желанием поскорее начать новую жизнь, что даже не дал родителям возможности попрощаться по-человечески. «Я просто сказал им: “Ну, пока, спасибо”. Не хотел, чтобы кто-нибудь их здесь видел, — вспоминал Стив. — Хотелось быть похожим на сироту из Кентукки, годами бродившего по стране и разъезжавшего на товарных поездах».

Позже он говорил, что вести себя таким образом в такой знаменательный день не стоило. «Когда я вспоминаю этот день, мне становится стыдно, — рассказал он биографу. — Родители на меня обиделись. Зря я так с ними поступил. Они сделали так много, чтобы я попал в колледж».

С первого дня Джобс с головой окунулся в студенческую жизнь, которая, по его мнению, учебой как таковой вовсе не ограничивалась. В Колледже Рид к первокурсникам предъявляют суровые академические требования, включающие в себя, в частности, обширный список литературы, которую новичок должен осилить за первый семестр. Джобс ожидал гораздо более привольной жизни. Когда Возняк приехал навестить его, он пожаловался: «Меня заставляют ходить на целую кучу лекций».

Самого Возняка можно было назвать примерным студентом лишь с очень большой натяжкой, но он, как человек опытный, уже успел понять правила игры. «Да, — ответил он Стиву, — а ты не знал? Именно этим и занимаются люди в колледжах».

Джобсу напрягаться не хотелось. Он записался в танцевальный класс, главным образом, чтобы знакомиться с девушками. Администрации он заявил, что хочет повсюду ходить босиком, и в лишь крайнем случае, когда шел снег, надевал сандалии. Стив и его новый друг по имени Даниэль Коттке составили собственный список литературы о дзен-буддизме, духовной жизни, просветлении и расширении сознания. Они практиковали медитацию и читали книгу «Диета для маленькой планеты», так как оба были убежденными вегетарианцами.

В колледже был свой неформальный лидер, человек по имени Роберт Фридланд, и его идеи увлекли Джобса. Фридланд провел два года в тюрьме за продажу ЛСД. Он был талантливым продавцом и природным харизматиком. От него Джобс получал ЛСД для дальнейших экспериментов по расширению сознания. Роберт поддерживал его увлечение диетами и чтением книг по восточной философии, считая, что только при их помощи человек может достичь просветления. Много лет спустя Джобс рассказал в интервью, что знакомство с психоделическими наркотиками стало для него одним из двух или трех наиболее значительных событий за всю жизнь, изменив его так кардинально, что даже люди, хорошо знавшие его раньше, перестали его понимать.

Общение с Фридландом тоже способствовало переменам. Коттке вспоминал, что сразу после появления в колледже Джобс был необычайно застенчивым и тихим парнем. Фридланд же, наоборот, был человеком крайне говорливым, всегда в центре внимания. Обаяние Фридланда и его умение уговаривать людей вдохновили Джобса, и он начал понемногу открываться и вести себя активнее. «Пообщавшись с Робертом, — сказал Коттке, — Джобс стал мало-помалу выбираться из скорлупы».

Фридланд, в свою очередь, был впечатлен энергичностью Джобса, его способностью, не отрываясь, смотреть людям в глаза и задавать им каверзные вопросы. Он описывал Джобса «как одного из самых странных парней в колледже».

Джобсу нравились также встречи с гостями колледжа, к примеру, с Ричардом Алпертом, автором одной из любимых Стивом книг под названием «Будь здесь и сейчас», ставшим впоследствии знаменитым под именем Рам Дасс, и Тимоти Лири, бывшим профессором Гарвардского университета и защитником психоделических наркотиков, придумавшим фразу, которая стала для посвященных своеобразной мантрой: «Врубись, настройся, отпади».

«Это было время поисков смысла жизни посредством постоянного интеллектуального штурма», — вспоминал Джобс.

Война во Вьетнаме близилась к концу, и обязательный призыв на службу юношей, достигших возраста двадцати одного года, был отменен в декабре 1972 года. Молодому поколению, учившемуся в те годы в университетах, удалось сфокусироваться на внутренних переживаниях, в отличие от старших братьев и сестер, которые посвящали все время затяжным боям за гражданские права и отстаивали пацифистские убеждения.

Джобс занимался разными интересными делами, но родителей результаты его университетской жизни не слишком радовали. Оценки Стива оставляли желать лучшего, а они считали, что всю жизнь копили деньги не для того, чтобы сынок вел беззаботную жизнь хиппи.

Проанализировав перспективы, Стив решил покинуть Рид после первого семестра. Этот момент стал еще одной ключевой точкой в сложной головоломке его жизни, точкой, от которой линии тянулись в двух направлениях — к прошлому, то есть к моменту рождения, и к будущему. Родители остались верны данному обещанию, хотя, заплатив за обучение в Риде, они практически опустошили свои запасы. Однако Стив понял, что он все равно не представляет себе, чем хочет заниматься, и решил, что игра не стоит свеч.

Поначалу бросать колледж ему было страшно, но впоследствии, в частности, во время речи перед студентами Стэнфордского университета, Стив признавался, что это «было одно из самых правильных решений за всю жизнь». После ухода из колледжа он избавился от необходимости учиться по составленной неизвестно кем программе и мог заниматься тем, что его действительно интересовало, что бы это ни было.

Поскольку Джобс не платил за комнату в общежитии, он спал на полу в спальнях друзей или находил пустые помещения, которые время от времени освобождались, когда кто-нибудь из бывших однокурсников уезжал, решив, подобно ему, бросить колледж. Декан факультета, на котором Джобс провел первый семестр, симпатизировал Стиву, считая, что у него «необыкновенно острый ум», и тактично разрешил оставаться на территории колледжа и ходить на интересовавшие его лекции.

Чтобы иметь в кармане хотя бы какую-то мелочь на еду, Джобс собирал бутылки из-под газировки и сдавал их. В речи перед выпускниками Стэнфорда он сказал, что «каждое воскресенье отправлялся за семь миль пешком в кришнаитский храм, где раз в неделю можно было как следует поесть». Часто к нему присоединялся Фридланд, иногда в компании с Коттке и его девушкой, и приятели ловили попутную машину, довозившую их до места. Попав в храм, они пели и танцевали вместе с другими, а позже их ждали прекрасные, а главное, бесплатные вегетарианские блюда из овощей с карри.

Страсть Джобса к диетам продолжала развиваться, выходя порой за рамки всех мыслимых норм. К примеру, он неделю не ел ничего, кроме зерновых хлопьев марки «Roman Meal» с молоком, которое можно было получить в студенческой столовой. Позже Стив прочитал книгу какого-то пруссака, жившего в девятнадцатом столетии, в которой утверждалось, что в результате употребления некоторых продуктов в организме накапливается слизь и другие отходы, ослабляющие его функции. В своей типичной манере «деревенского дурачка» Джобс принялся ругать друзей за то, что они едят бублики, полностью исключил зерновые из своего рациона и питался лишь фруктами и овощами. Он экспериментировал с разгрузочными диетами, продолжавшимися от одного дня до двух недель, выходя из голодовки при помощи воды и листьев салата. В какой-то момент, по словам друзей, он стал есть столько морковки, что его кожа приобрела «цвет раннего заката».

Выходные Стив проводил на ферме, принадлежавшей родителям Фридланда, где Роберт устроил нечто вроде коммуны. Джобс взял на себя заботу о яблочном саде, и в результате его усилий жители фермы были обеспечены большим количеством яблочного сока, из которого при надлежащей обработке получался великолепный сидр. Другие ухаживали за огородом и устраивали вегетарианские пиры.

Одна из бывших жительниц коммуны вспоминала, что Джобс поглощал огромное количество пищи, а потом принимал слабительное. «Я в течение нескольких лет думала, что у него булимия», — призналась девушка.

По окончании второго семестра общежитие закрылось на лето, и Джобс нашел в городе неподалеку от колледжа комнату без отопления за 25 долларов в месяц. Один раз ему пришлось одолжить деньги на оплату жилья в фонде колледжа, а потом он нашел работу — следил за состоянием оборудования лаборатории факультета психологии, где проводились опыты над животными. Когда его приехал проведать Воз, они вместе продали несколько «голубых коробок». (Купивших их поймали и наказали, но Джобсу удалось выйти сухим из воды.) Несколько раз за лето навещала Стива и Крисанна Бреннан.

В комнате бывало холодно, и денег постоянно не хватало, однако в речи перед стэнфордскими выпускниками Джобс сказал о том времени, когда ему приходилось плыть без руля и без ветрил: «Это было прекрасное лето». Стив был волен заниматься всем, чем ему хотелось, и, к его собственному удивлению, многое из того, что он узнал или сделал в то время, принесло плоды много лет спустя.

Помимо лекций, Стив ходил на университетские курсы каллиграфии. Надписи, сделанные элегантным безукоризненным почерком, можно было увидеть в университете в самых разных местах — на плакатах, флаерах и даже на табличках с именами владельцев ящиков в раздевалке. Джобс заинтересовался искусством каллиграфии и захотел узнать о нем больше. На курсах он научился различать шрифты, с засечками и без, и узнал, зачем существуют межбуквенные интервалы. В то время эти занятия казались ему легкомысленными, но забавными.

Коттке считал Джобса человеком, чья жизнь подчинена какой-то важной миссии, хотя какой именно, было неясно. Возможно, поведение Стива свидетельствовало о глубоко сокрытой уязвимости, возникшей в результате размышлений об особенностях жизни приемного ребенка. Как бы там ни было, Джобс, по словам Коттке, «постоянно испытывал желание доказывать всему миру свою состоятельность. Он был похож нарыцаря, ожидающего крестового похода».

К началу 1974 года, спустя полтора года после прибытия в Рид, крестовый поход так и не начался, и Джобс приготовился двигаться дальше. Он хотел отправиться в Индию, но денег на путешествие не было. Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как вернуться домой и жить там в ожидании темного и неясного будущего.

Личный список литературы, составленный Джобсом в колледже

В семидесятые вокруг небольшого Колледжа Рид в Портланде, штат Орегон, собралась пестрая компания художников, режиссеров и поэтов, объединенных одной общей чертой — стремлением к свободе. Среди них были люди, учившиеся в Риде раньше и ставшие впоследствии известными благодаря своему нестандартному образу мысли, такие как поэт Аллен Гинзберг и прозаик Кен Кизи.

Но, несмотря на либеральный флер, профессора требовали от студентов серьезного, вдумчивого подхода к занятиям и прежде всего к чтению. В список литературы первого семестра входили такие книги, как «Илиада» или «История Пелопоннесской войны».

Однако Джобса больше интересовали духовные поиски в русле дзен-буддизма, восточный мистицизм и книги по различным видам диет. По этой причине за время своего недолгого пребывания в стенах Рида он составил собственный список литературы, в котором преобладали книги по вышеперечисленным предметам:

«Будь здесь и сейчас» Ричарда Алперта (Рама Дасса)

«Автобиография йога» Парамахансы Иогананда

«Космическое сознание» Ричарда Мориса Бекка

«Преодоление духовного материализма» Чогьяма Трунгпа

«Диета для маленькой планеты» Францеса Мура Лаппе

«Медитация в действии» Чогьяма Трунгпа

«Целебная система бесслизистой диеты» Арнольда Эрета

«Рациональное голодание» Арнольда Эрета

«Сознание дзен. Сознание начинающего» Сюнрю Сузуки

5. Поиски

Вернувшись в родительский дом, Джобс, просматривая в газете список предложений от работодателей, обратил внимание на забавное объявление: «Работайте и получайте удовольствие». Фирма Atari, один из первых производителей видеоигр, искала технически одаренных людей.

Джобс счел, что четвертаки, потраченные им на игру «Pong», дают ему право считать себя достаточно квалифицированным человеком для трудоустройства в Atari. Игра была очень простой. В задачу игроков входило перемещение горизонтальных линий, имитирующих ракетки для игры в пинг-понг, и отбивание ими электронного шарика. Этот примитивный эмулятор спортивного состязания стал первой аркадой и первым продуктом, выпущенным в продажу компанией Atari. Появившись в 1972 году, эта игра сразу стала хитом. Успех «Pong» сделал компанию творческим лидером в среде разработчиков игр для автоматов, устанавливавшихся в барах, боулингах и бильярдных. Фирма занялась также разработкой игровых приставок для телевизоров.

Джобсу до такой степени было безразлично отсутствие опыта и так хотелось заработать деньги на путешествие в Индию, что он, появившись в офисе Atari с длинными волосами и в потрепанной одежде, заявил, что не уйдет, пока не получит работу. Главный инженер Ал Алкорн, поговорив с ним, увидел в парне «искру таланта и огромное количество внутренней энергии» и, воодушевившись, пригласил девятнадцатилетнего безработного юношу, бросившего колледж, на работу.

Длинные волосы не были среди работников Atari чем-то из ряда вон выходящим. Многие из них, подобно Джобсу, не доучились в колледже. Среди них даже попадались люди, серьезно увлекающиеся велосипедным кроссом. Однако даже среди этой пестрой толпы Джобс казался человеком чуть-чуть слишком неординарным. Он третировал коллег своими критическими замечаниями и безапелляционными суждениями по поводу их работы. Мало того, он решил, что, сидя на строгой диете, состоявшей из йогурта и фруктов, он может не мыться по несколько дней подряд, так что людям стало тяжело находиться с ним рядом. Проще говоря, от Стива воняло.

Алкорн перевел Джобса на ночную смену, чтобы тот мог выполнять свою работу по отладке и улучшению игр, не терроризируя коллег.

Спустя всего несколько месяцев Джобс заявил начальству, что планирует уйти в длительный отпуск, чтобы отправиться в паломничество в Индию. Стив планировал убедить боссов оплатить его путешествие, однако компания не проявила к его предложению должного интереса. Правда, Алкорн показал себя человеком щедрым и предложил частично оплатить дорогу. Дело в том, что у германского дистрибьютора Atari в этот момент как раз были сложности технического характера, и справиться с ними самостоятельно немцы не могли. Компания готова была отправить туда Джобса, чтобы решить проблему, а он, в свою очередь, получал возможность продолжить путь в Индию самостоятельно.

«Передай от меня привет гуру», — сказал Стиву Алкорн.

Приехав в Германию, Джобс смог решить проблему, но немцы все равно пожаловались в головной офис Atari по поводу его неуживчивой натуры и исходившего от Стива неприятного запаха. Джобс, в свою очередь, был не в восторге от мяса с картошкой, которым его пытались там кормить.

Сделав остановку в Швейцарии, в Цюрихе, Стив отправился на самолете в Нью-Дели, где немедленно заболел дизентерией, сопровождаемой высокой температурой и потерей веса. Когда здоровье стало понемногу поправляться, Стив отправился на север страны и по дороге попал на религиозный праздник. «Первое, что я почувствовал, — запах хорошей еды. Я так давно его не слышал, что не мог не подойти, чтобы поздравить верующих и немного поесть», — вспоминал Стив.

Он заметно выделялся в толпе. Пока Джобс ел, его заметил присутствующий на празднике садху, который подошел и, громко смеясь, сел рядом. Не зная толком английского, садху схватил Стива за руки и повел за собой по горной тропе, ведущей к площадке с колодцем и небольшим прудом. Заведя Джобса в воду, садху заставил его окунуться, а потом вынул бритву и побрил ему голову, сказав, что это пойдет молодому человеку на пользу.

К тому времени, когда к Стиву присоединился Коттке, Джобс превратился в худого, как палка, наголо обритого человека в одеянии из легкой хлопчатобумажной материи. Друзья продолжали путешествовать вдвоем, передвигаясь на полуразвалившихся индийских автобусах или пешком по руслам высохших рек. Питались они тем, что можно было купить на рынках в деревнях, при этом, совершая покупки, отчаянно торговались. Хотя Стив приехал в Индию в поисках духовного опыта, он был неприятно поражен тесным соседством религиозного благочестия и ужасающей нищеты. Джобс и Коттке искали гуру, о котором рассказывал им Фридланд, посетивший Индию годом раньше. Однако гуру за это время успел умереть, а его последователи разбрелись, оставив в месте, где жил учитель, лишь россыпи дешевых пластиковых культовых украшений.

Продолжив путешествие, приятели заразились чесоткой в городе, известном целебными минеральными источниками. Устав бороться с вшами, Коттке тоже обрил голову. В конце концов Джобс признал, что «найти место, где можно было бы остаться на месяц, чтобы спокойно пожить в целях достижения просветления, невозможно». Обдумывая свой опыт работы в компании, занимающейся высокими технологиями, он начал понемногу склоняться к мысли, что Томас Эдисон, возможно, «сделал для мира больше, чем любой теоретик или религиозный гуру». Через несколько месяцев они с Коттке вернулись в Северную Калифорнию, преисполненные переживаний от увиденного.

Спустя годы Джобс сказал, что путешествие в Индию научило его ценить «силу интуиции и эмпирического знания» и полагаться на собственный опыт и здравый смысл вместо традиционного для стран Запада рационального мышления. Это открытие повлияло на его подход к решению всех без исключения проблем, с которыми ему довелось столкнуться в работе и в жизни. И все же, перевалив за двадцатилетний рубеж, Джобс продолжил поиски чего-то большего.

В течение следующего года он продолжал заниматься обычными для человека из Кремниевой долины делами — работал на Atari, посещал лекции по физике в Стэнфорде и учился в местном центре дзен-буддизма, продолжая таким образом отчасти вести необычный образ жизни, усвоенный им в Орегоне.

С друзьями из колледжа он периодически наведывался на ферму Фридланда, получившую название «Коммуна Олл-Ван Фарм». Стив занялся поисками информации о биологических родителях и узнал, что они были университетскими аспирантами и в браке никогда не состояли. Джобс также заплатил 1000 долларов за двенадцатинедельный курс шоковой терапии в Центре психологической помощи штата Орегон, направленный на избавление от укоренившихся в глубинах подсознания детских комплексов. Впрочем, пройдя курс, Стив пришел к мысли, что лечение не дало ему ответов на мучившие его вопросы.

Летом 1975 года, когда Джобс продолжал работать в Atari в ночную смену в качестве консультанта, Нолан Бушнелл, основатель компании, предложил ему выполнить особое задание. Бушнелл, тридцатитрехлетний бизнесмен, испытывавший симпатию к Джобсу, попросил его разработать игру, для которой уже было придумано название — «Breakout». Согласно замыслу, игрок должен был разрушать кирпичную стену при помощи ракетки и отскакивающего от нее мячика. В то время игры записывались прямо в чипы и не существовали в виде отдельных программ, Бушнелл поставил условие: использовать на плате с игрой как можно меньше элементов. Кроме того, программу нужно было написать быстро, вернее, необычайно быстро: за четыре дня.

Джобс продолжал поддерживать отношения со старым другом — Стивом Возняком, который к тому времени успел снова бросить колледж ради зарабатывания денег и получить вожделенную должность в отделении Hewlett-Packard, занимавшемся производством калькуляторов. Расширяющими сознание наркотиками Стив не увлекался, зато был безнадежным фанатом одной игры, выпущенной компанией Atari. Игра называлась «Grand Track 10», и Джобс регулярно пускал Возняка в штаб-квартиру Atari, где тот мог сколь угодно долго играть в первую в истории видеоигру, в которой воображаемый автомобиль управлялся изнутри салона при помощи рулевого колеса. В присутствии на рабочем месте изобретательного друга скрывалось и другое преимущество — он мог помочь Джобсу в случае столкновения с непредвиденными сложностями.

Понимая, что разработать схемы с минимальным количеством элементов он самостоятельно не сможет, Джобс попросил Возняка о помощи, пообещав разделить с ним обещанные за проект 700 долларов. Окончив смену в Hewlett-Packard, Возняк пришел в Atari и, проработав всю ночь, создал схему, соответствующую требованиям заказчика, а Джобс сделал по ней экспериментальную плату.

Бушнеллу, основавшему, кстати, помимо Atari, компанию по доставке пиццы под названием Chuck E. Cheese, схема так понравилась, что он, по слухам, заплатил Джобсу за проект 5000 долларов вместо 700, а Возняку было предложено место в компании.

Джобс также расплатился с Возняком, отдав ему, правда, лишь обещанные 350 долларов, и поехал в Орегон. Ударная трудовая ночь не прошла даром: оба Стива заболели тяжелым вирусным мононуклеозом.

Спустя десять лет, когда Джобс с Возняком уже стояли во главе собственной компании Apple, в книге, посвященной истории Atari, всплыла реальная сумма гонорара за разработку «Breakout». Возняк очень обиделся, поняв, что лучший друг поступил с ним нечестно, и расценил его поведение как предательство.

Узнав о выходе книги, Джобс позвонил старому другу и сказал, что не помнит, чтобы Бушнелл выдавал ему какие-то деньги сверх обещанной суммы, а раз он этого не помнит, значит, «никакого бонуса, по-видимому, не было».

Спустя много лет биограф Джобса Уолтер Айзексон задал Стиву вопрос о злополучном бонусе. «Он вдруг сделался необыкновенно тихим и осторожным, — вспоминал Айзексон, — и сказал: “Не понимаю, откуда взялось это обвинение. Я отдал ему половину денег”».

Тем не менее и Бушнелл, и Алкорн утверждают, что бонус был выплачен, а Воз на сто процентов уверен, что Стив выдал ему только 350 долларов. Этот случай хорошо иллюстрирует темную сторону натуры Джобса — обаятельного человека, склонного порой заботиться исключительно о себе.

То, что Возняк не узнал об этой истории тогда, много лет назад, можно назвать удачей во всех смыслах этого слова. В то время он стал посещать заседания нового компьютерного клуба, и то, что обсуждалось на этих встречах, захватило его настолько сильно, что вскоре он взялся за разработку собственной электронно-вычислительной машины. Естественно, новыми идеями он делился со своим лучшим другом и коллегой Стивом Джобсом.

То, что вышло из их сотрудничества, изменило жизнь каждого из нас и в конечном счете сделало мир другим.

Стив Возняк и Стив Джобс за работой над Аррlе 1 в 1976 году

6. Apple

Сказать, что Стив Возняк был захвачен идеей создания портативного компьютера в виде небольшой коробки, значит, не сказать ничего. Он просто не мог думать ни о чем другом и не успокоился бы, не попытавшись реализовать эту идею на практике.

В январе 1975 года журнал «Popular Electronics» в качестве темы номера опубликовал статью о первом «микрокомпьютере» под названием Altair, сделанном компанией из города Альбукерк, штат Нью-Мексико. Это был набор для самостоятельной сборки, и даже при правильном подключении комплектующих друг к другу работал прибор не слишком хорошо. Дополнительных аксессуаров не предусматривалось — ни клавиатуры, ни монитора, ни каких бы то ни было других способов ввода и вывода информации не существовало. Чтобы воспользоваться им, нужно было написать программу, но и при этом компьютер мог реагировать, только мигая лампочками на передней панели. Удивительно, но он во многом было похож на компьютер «Крем-Сода», который Возняк демонстрировал Стиву почти пять лет назад.

Однако внутри Altair существенно отличался от безвременно погибшего компьютера, собранного Возняком. Пока Возняк работал над новыми калькуляторами для Hewlett-Packard, бесплатно звонил из дома за океан, чтобы послушать свежие английские анекдоты, и встречался со своей первой девушкой, мощь и возможности полупроводников возросли в геометрической прогрессии.

Где-то в конце пятидесятых инженеры научились умещать сразу несколько транзисторов на маленьком кусочке кремния и соединять их между собой. Эти новые интегрированные схемы, или микрочипы, которые можно было использовать в качестве оперативной памяти или для выполнения определенных задач, собирали в секции и использовали в электронно-вычислительных машинах. Однако по существовавшей технологии чипы, выстроенные в определенную схему, могли выполнять только то, что было изначально запрограммировано — как это было в случае с платой, созданной Возняком и Джобсом для запуска с нее игры «Breakout».

Однако в начале семидесятых недавно образованная в Кремниевой долине компания Intel Corporation разработала программируемый однокорпусный чип, который при необходимости мог выполнять самые разные функции. Чип величиной с ноготь, названный микропроцессором, был способен выполнять сразу несколько функций и, по сути, мог служить так называемым ЦП, или центральным процессором компьютера, — мозгом, заключенным в коробку. Мало того, им можно было управлять при помощи программного обеспечения, специальных программ, написанных для того, чтобы «научить» микропроцессор выполнять разные задачи. Фирма Intel постоянно совершенствовала свое детище, и микропроцессор с каждым днем работал все быстрее и обрабатывал единовременно все большее количество информации. С появлением этого чипа идея микрокомпьютера, настоящего «персонального» компьютера, получила основу для воплощения в реальность.

Возняк об этих грандиозных свершениях узнал одним из первых, придя в марте 1975 года в гараж на первое заседание компьютерного клуба «Homebrew» в городе Менло-Парк, штат Калифорния. Вечер был холодный, моросил дождь, но тридцать человек, пришедших на встречу, оживленно общались между собой, и компьютер Altair был основной темой разговоров. Кто-то принес с собой копии таблицы со спецификациями нового микропроцессора и роздал их членам клуба.

Возняк, вернувшись домой, внимательно изучал параметры, как вдруг на него снизошло озарение. «Мне показалось, что я всю жизнь шел к этому моменту», — рассказывал он позже. Все эти схемы портативных ЭВМ, которые он придумывал, собранный им примитивный компьютер «Крем-Сода», работа над видеоиграми — были вехами на пути к открывшемуся перед ним в одночасье необозримому полю новых возможностей. «В ту ночь после первой встречи клуба я вдруг понял, что знаю, как сделать микрокомпьютер. Схема просто сложилась у меня в голове. Вот так — раз, и все». Воз незамедлительно взял в руки карандаш и начал набрасывать схему на бумаге.

Придумать концепцию компьютера оказалось легче, чем реализовать ее. Сказочный чип, созданный Intel, как выяснилось, стоил 400 долларов, «чуть ли не больше месячной арендной платы за мою квартиру», по словам Возняка. Кроме того, для работы с ним требовались дополнительные микросхемы памяти, специальный язык для программирования чипов и другие компоненты. Стало ясно: чтобы собрать все необходимые детали, потребуется немало времени и денег.

В скором времени Возняк выяснил, что сотрудники Hewlett-Packard имеют возможность получить скидку на микропроцессор Motorola, обладавший практически тем же потенциалом, что и чип производства Intel. А чуть позже выяснилось, что существует и совсем дешевая альтернатива — по сути, пиратская копия разработок первых двух компаний производства одной малоизвестной фирмы стоимостью 20 долларов. Возняк сделал выбор, исходя из экономических соображений, а не из инженерного расчета, и это решение, как показало будущее, оказалось одновременно судьбоносным и глупым. Почти все компьютеры, собранные впоследствии другими производителями, строились на базе чипа производства Intel, который по своему строению отличался от выбранного Стивом до такой степени, что все программное обеспечение для работы с этим микропроцессором нуждалось в существенной переделке.

Стив Джобс, друг Возняка, тоже несколько раз приходил на собрания клуба «Homebrew», принося с собой принадлежавший Возу телевизор, чтобы демонстрировать на его экране свои последние разработки. Однако Джобсу разговоры продвинутых компьютерщиков показались скучными и повторяющими раз от раза. Члены клуба были людьми настолько односторонними, что, как пошутил однажды Возняк, «их можно было счесть не людьми, а чипами и микросхемами». Теме не менее, разговаривая по телефону или собираясь вместе, друзья неизменно обращались к теме компьютера, который собирал Возняк, и обсуждали успехи проекта.

К концу июня в нем наметился перелом: Возняку удалось собрать все микросхемы воедино, сделать источник питания, подсоединить монитор и клавиатуру. Впервые подключив ее, он набрал наугад несколько слов, и по экрану запрыгали буквы. Все получилось именно так, как он ожидал. Возняку захотелось крикнуть: «Эврика!»

Если бы проектом занимался один Возняк, он неизбежно рассекретил бы детали схемы, рассказав о ней членам клуба, так как девизом собраний было: «Помогай другим». Однако Джобс, восхищенный замечательными способностями друга, разглядел огромный потенциал перспективной разработки и убедил Стива не делиться подробностями с приятелями по клубу, которых, к слову, к тому времени было уже несколько сотен.

В том же году Джобс сделал другу предложение. У многих энтузиастов, приходивших в клуб, были идеи, но времени на их воплощение не было. Поэтому Стив предложил Возняку создать компанию по производству печатных плат, которые можно было бы продавать членам клуба, чтобы он создавали на их основе свои схемы.

Возняк отнесся к идее скептически и не поверил в ее коммерческую обоснованность — как и в то, что им удастся вернуть 1000 долларов, необходимую для регистрации компании и начала производства. Однако Джобс, которому так и не удалось определить, чем он хочет заниматься, настаивал, говоря Стиву: «Знаешь, даже если мы потеряем деньги, по крайней мере, компания останется».

Возняк сдался, и друзья занялись сбором начального капитала. Воз продал свой калькулятор производства HP за 500 долларов — хотя человек, купивший его, в итоге заплатил лишь половину. Джобс расстался со своим красно-белым фургончиком марки «Фольксваген», но часть вырученных денег пришлось потратить на ремонт автомобиля, потому что вскоре после продажи он сломался. В итоге приятелям удалось собрать около 1300 долларов, что по нынешнему курсу составило бы порядка 5000 долларов.

Необходимо было выбрать имя для компании. Джобс вернулся из очередной поездки на ферму, и Возняк забрал его из аэропорта. По дороге Стив предложил отличное, с его точки зрения, название: Apple Computer.

В этой идее не было ничего удивительного, ведь на ферме в его обязанности входил уход за яблоневым садом; к тому же на Джобса в очередной раз накатила страсть к фруктовым и овощным диетам, и он практически ничем, кроме яблок, не питался. Мало того, такое название почти наверняка обеспечивало им первое место в любом справочнике, где имена компаний обычно расставлены по алфавиту. Даже Atari должна была уступить им место в телефонной книге. Название было принято не сразу. Друзья перепробовали еще ряд имен: Matrix Electronics или Executek, к примеру. Однако Apple, похоже, как-то сразу пристало.

Оба подозревали, что у них могут начаться трения с The Beatles, знаменитым английским квартетом, владевшим звукозаписывающей компанией под названием Apple. (Как показало будущее, друзья волновались не напрасно.) У Джобса также были определенные опасения по поводу адекватности названия — Apple казалось ему несколько претенциозным для фирмы, занимающейся серьезными делами. Однако ничего более интересного на ум не приходило, и компаньоны решили остановиться на нем.

Джобс уговорил Рона Уэйна, своего бывшего начальника, с которым он работал в ночную смену в Atari, создать логотип, попросив сделать его схематичным, то есть пригодным для воспроизведения на печатных платах. Уэйн нарисовал красивую гравюру — Ньютон под деревом с сияющим яблоком над головой.

По мере того как проект приобретал все более реальные очертания, Возняк стал волноваться по поводу последствий. А что, если по контракту он должен использовать идеи, созданные в рамках Apple, на своей основной работе в Hewlett-Packard? Что скажут на фирме, если он заявит, что хочет использовать свои разработки иначе? Чтобы успокоить совесть, Возняк рассказал начальству о том, что придумал, как сделать недорогой миниатюрный компьютер.

Была организована встреча, на которой Возняк презентовал свое изобретение, и топ-менеджеры проявили определенную заинтересованность, но представить себе компьютер Воза в ассортименте продукции компании не смогли. В итоге Возняку сообщили, что Hewlett-Packard изобретенный им компьютер производить не будет.

Возняк был разочарован, но это давало ему право поступать со своим детищем так, как ему заблагорассудится. Они с Джобсом договорились разделить прибыль от продажи печатных плат пополам. Однако, понимая, что для принятия решений им нужен третий акционер, чей голос мог стать решающим в случае невозможности прийти к консенсусу, они сделали партнером Уэйна, выделив ему долю в десять процентов и оставив себе по сорок пять.

Уэйн составил договор, и 1 апреля 1976 года он был подписан. Фирма Apple Computers начала свое официальное существование.

Договор оказался недолговечным. Уэйну было уже за сорок лет, и он был человеком куда более консервативным по сравнению с новоиспеченными компаньонами, которым было по двадцать с хвостиком. Незадолго до этого он организовал бизнес, связанный с игровыми автоматами, и понес серьезные убытки. Если бы Apple потерпела неудачу, Уэйну снова пришлось бы пережить стресс. Опасаясь этого, он пошел на попятную. «Я уже знал, что это такое — крах надежд, — рассказывал он. — Если бы Apple, подобно моему предыдущему бизнесу, пошла ко дну, мне пришлось бы зализывать свежие раны, не залечив как следует старые. Стив Джобс был как цунами, а я успел растерять былую энергию и чувствовал себя слишком старым для катания на больших волнах».

Вскоре после подписания договора Уэйн вышел из числа учредителей, получив в качестве отступных 800 долларов. Позже, чтобы соблюсти все формальности, Apple выплатила ему еще 1700 долларов. Уэйн счел эту сумму достаточной. (Если бы он остался и сохранил свою долю, сегодня был бы миллиардером.)

Впрочем, Джобсу и Возняку вскоре думать о последствиях будет уже некогда. Пытаясь изыскать возможность продать первую сотню заказанных печатных плат, Джобс, как всегда, босиком пришел в новый современный компьютерный магазин под названием «Byte Shop» и начал надоедать Полу Терреллу, владельцу бизнеса и завсегдатаю компьютерного клуба. Террелл в тот момент был занят выстраиванием сети магазинов, чтобы иметь возможность конкурировать с «RadioShack», и он как человек деловой выслушав новоиспеченного молодого агрессивного продавца, быстро дал понять, что ему не нужны в продаже печатные платы, потому что покупатели их не спрашивают. В компьютерном магазине должны продаваться компьютеры. И если маленькая Apple готова поставлять ему компьютеры, он готов купить пятьдесят штук по 500 долларов за каждый — наличными.

Джобс был потрясен. Он рассчитывал продать несколько плат по 50 долларов за штуку, а вместо этого получил заказ на поставку компьютеров на сумму 25 000 долларов. В глазах у него замелькали доллары.

Он немедленно позвонил Возняку и спросил: «Ты сидишь или стоишь?» Возняк был поражен не меньше самого Джобса — до глубины души. Сумма была примерно равна его годовой зарплате; о таком заказе он даже мечтать не мог.

Однако у крошечной компании не было ни запчастей, ни денег на их закупку, ни места, где можно было бы компьютеры собирать. Как же выполнить соблазнительный заказ?

Apple против Apple

Джобс и Возняк недаром опасались, что, назвав компанию Apple, они вступят в конфронтацию с одноименной звукозаписывающей фирмой, принадлежавшей «The Beatles» — Apple Corps.

Приятели были настолько наивными и неопытными в делах бизнеса, что, наняв юриста с целью формально разобраться в вопросе прав на название, считали, что обезопасили себя навсегда. Однако время показало, что, назвав компанию Apple, они заронили искру раздора, которой суждено было вырасти в костер вражды между двумя крупнейшими яблоками в мире.

Когда Apple Computer начала привлекать к себе внимание, Apple Corps тут же подала на нее в суд. Согласно мировому соглашению 1981 года, Apple Computer обязуется заниматься исключительно компьютерами, предоставив Apple Corps эксклюзивное право делать бизнес в музыкальной сфере. Однако, несмотря на соглашение, вражда между компаниями не утихла.

В конце восьмидесятых экс-участник группы Джордж Харрисон обнаружил, что компьютер Macintosh может быть использован для написания музыки и укомплектован платой, позволяющей музыкантам программировать инструменты. Не в силах сказать «пусть будет так»[2], Apple Corps снова подала иск против Apple Computer. Разбирательство длилось несколько месяцев и закончилось подписанием нового соглашения, в соответствии с которым Apple Computer должна была выплатить двадцать шесть с половиной миллионов долларов звукозаписывающей компании в качестве возмещения ущерба.

В 2003 году в свет вышла программа iTunes, и старая тяжба возобновилась. Желая показать мирные намерения, обе компании в 2007 году подписали финальное соглашение, позволяющее Apple Computer распоряжаться торговыми марками, часть которых раньше принадлежала Apple Corps. Тем не менее музыку «The Beatles» нельзя было скачать при помощи iTunes вплоть до 2010 года. Это был, как не раз отмечали те, кто писал об этой истории на протяжении многих лет, «долгий и извилистый путь»[3].

Дом в Лос-Альтос, штат Калифорния, где Стив Джобс провел детство. На фотографии виден гараж, в котором был впервые запущен компьютер фирмы Аррlе

7. Гараж

На создание компании, пусть даже маленькой, нужны деньги. Поэтому первым делом Джобс занялся поиском средств или, по крайней мере, людей, желающих продать им комплектующие с отсрочкой оплаты.

Он обратился за ссудой в банк. Пытался приобрести запасные части в кредит в магазине, на складе которого некогда работал. Просил своих бывших начальников в Atari продать ему детали под честное слово, с отсрочкой оплаты.

Ему все отказали.

В конце концов Возняку удалось одолжить небольшую сумму у друга, а Джобс уговорил дистрибьютора, продававшего чипы, отпустить ему партию в кредит. Apple должна была расплатиться в течение тридцати дней, в противном случае на сумму задолженности будут начислены проценты. Это обычная банковская процедура, но Джобс этого не знал.

Была и другая проблема: нужно было найти место для сборки компьютеров. Возняку уже исполнилось двадцать пять, и он незадолго до этого вступил в брак со своей девушкой по имени Алиса. Он работал дома, а квартирка у молодоженов была небольшая. Супруга все больше расстраивалась, потому что муж постоянно над чем-то работал — то над проектами для Hewlett-Packard, то над новым компьютером, поэтому их обеденный стол был постоянно завален железками, которые нельзя было трогать.

Джобс, которому исполнился двадцать один год, снова жил в доме у родителей. Он занял бывшую спальню Патти, разложив запчасти по ящикам стоявшего в ней комода. Сестру, успевшую выйти замуж и ожидавшую первого ребенка, он нанял на работу — вее обязанности входило устанавливать детали на печатные платы. Стив платил ей по доллару за плату. Так, переходя из собственной спальни в бывшую комнату сестры, Джобс собрал первые компьютеры.

Когда он с гордостью принес первую дюжину готовых машин в магазин Byte, Террелл был разочарован. У компьютеров не было ни клавиатур, ни мониторов, ни блоков питания — ни даже корпусов. И не было языка программирования, позволявшего их запускать. Однако верный данному слову Террелл заплатил за них Джобсу и взял на себя труд укомплектовать компьютеры недостающими элементами.

Получив первую прибыль, Джобс арендовал почтовый ящик и коммерческую телефонную линию, чтобы придать Apple видимость реальной компании. К тому моменту, когда первые пятьдесят недоделанных компьютеров были собраны и проданы Терреллу, на счету Apple появилась прибыль — то есть деньги, оставшиеся после оплаты издержек, — позволившая компаньонам закупить компоненты для пятидесяти новых машин. Чувствуя, что удача на его стороне, Джобс был уверен, что им удастся продать вторую партию друзьям и другим магазинам.

Стив призвал на помощь старого школьного друга, Билла Фернандеса, работавшего в то время в Hewlett-Packard. Для ведения отчетности был нанят сокурсник Джобса по колледжу, а на лето к ним присоединился и Даниэль Коттке, заняв кушетку в спальне Стива.

Елядя на то, как дом наполнялся людьми, отец Стива, Пол, решил, что для «сборочного цеха» пора подыскивать другое помещение, и отдал под растущее предприятие свой любимый гараж. Пол провел туда телефон и сделал перепланировку при помощи перегородок из гипсокартона. Автомобильные запчасти были вынесены наружу, а инструменты отставлены в сторону, после чего отец передал гараж в полное распоряжение сына.

Даже мама Стива, Клара, была вовлечена в создание бизнеса. Она выполняла роль секретаря на телефоне, разговаривая с потенциальными покупателями и посредниками, готовила сыну безумные блюда из фруктов и моркови, а Возняку — любимые им гамбургеры и прочие полуфабрикаты. Однажды, как написал журналист Майкл Мориц, Клара и Пол в шутливом разговоре с друзьями сказали, что «платят взносы за дом, чтобы иметь приоритетное право пользоваться кухней, ванной и своей спальней».

Продав первую партию компьютеров, Apple умудрилась даже попасть в газеты. В июле 1976 года журнал «Interface» опубликовал заметку о том, что Джобс, бывший «частный консультант фирмы Atari», стал директором Apple по маркетингу, а Возняк, «талантливый, творческий новатор» — директором отдела разработок. «Костяк» компании, по мнению журнала, явно чересчур восторженному, составляла «подчиняющаяся жесткой рабочей дисциплине и обеспеченная прекрасной финансовой поддержкой группа единомышленников, готовая представить покупателям ряд достижений в компьютерной технике, программном обеспечении и клиентском сервисе». О разношерстной шайке, собравшейся в гараже Джобса, заговорили как о реальной компании.

Несмотря на то что дела с продажами нового компьютера шли в гору, в моральном плане Стив по-прежнему испытывал определенные затруднения. Поиски глубинного смысла в жизни, как и раньше, заботили его до такой степени, что он вполне серьезно рассматривал возможность все бросить и отправиться в дзен-буддистский монастырь в Японии.

В центре по изучению дзена он встретил свою прежнюю подругу Крисанну Бреннан и с тех пор стал регулярно заходить туда. Своими сомнениями он делился с Кобун Чино, своим наставником, с которым они сблизились, и Чино всегда готов был его выслушать. В конце концов он посоветовал Джобсу остаться и продолжать развивать свое дело, объяснив, что с точки зрения испытания тяготы, с ним связанные, ничем не хуже монастырской жизни. Джобс, после некоторых размышлений и колебаний, признал правоту наставника.

Пока Стив решал, каким должно быть его будущее, следил за производством, занимался продажами первого компьютера и вопросами маркетинга, Возняк, верный делу своей жизни, взялся за вторую модель. Он придумал, как можно заставить компьютер генерировать цветное изображение, которое можно декодировать, превратив в картинку на телеэкране. Поскольку без любимой игры «Breakout»

Воз компьютера не мыслил, в новой модели была предусмотрена возможность воспроизведения звука, улучшена графика и предусмотрена возможность подключения устройства, которое можно было бы держать одной рукой, передвигая им «ракетку» на экране. К тому времени вышли новые, более надежные версии большинства вспомогательных чипов, окружавших микропроцессор, и скорость их работы увеличилась. Поэтому, установив их в новую модель, Возняк ожидал увеличения производительности и скорости реакции всего компьютера в целом. Он всегда придерживался принципа «чем меньше деталей, тем лучше», поэтому хотел уменьшить вдвое общее количество микросхем по сравнению с предыдущей моделью, чтобы вторая модель была меньше первой по габаритам, но при этом превосходила ее по скорости работы.

Он даже встроил в систему язык программирования BASIC, чтобы покупатель, приобретя компьютер, мог принести его домой, подключить к телевизору или монитору, включить и сразу же начать писать программы.

Когда проектирование новой модели было почти закончено, компаньоны заспорили по поводу одной детали: Воз хотел установить в компьютер запасные разъемы для плат, чтобы пользователь имел возможность добавлять в него собственное оборудование, или просто свободную печатную плату, на которой можно было бы установить компоненты, создав это дополнительное оборудование самостоятельно. Джобс же считал, что нужно остановиться на двух платах и не предусматривать возможности расширения, исходя из того, что пользователь вряд ли захочет добавлять что-то, кроме принтера или модема, то есть приспособления для соединения с другим компьютером посредством телефонной линии. В общем, Стив полагал, что компьютер должен быть простым.

Спор этот тянулся достаточно долго, то разгораясь, то затухая. Однако Возняк, отлично понимавший, что потенциальный покупатель компьютера наверняка захочет с ним возиться и всячески улучшать, продолжал стоять на своем, и Джобсу пришлось уступить.

Apple I был вычислительной машиной для любителей поковыряться в деталях и упертых фанатиков компьютерного дела. Но новый компьютер был ориентирован на людей, желавших иметь рабочий инструмент для выполнения тех или иных задач.

Чтобы посмотреть, какие еще инновации появились в развивающемся мире малых компьютеров, Джобс и Возняк в конце августа 1976 года полетели в Атлантик-Сити на компьютерную выставку. Свою новую модель они держали в номере отеля под чехлом и старались распродать оставшиеся экземпляры Apple I. Тамжев номере Возняк продолжал работать над новым компьютером, а Джобс ходил по выставке, изучая модели конкурирующих производителей — компаний с незапоминающимися названиями наподобие IMSAI, Cromemco и Processor Technology. Он узнал, в частности, что сеть магазинов «RadioShack» рассматривает вопрос выпуска компьютера под собственным брендом. Такие же мысли бродили в среде разработчиков компании Commodore, выпускавшей калькуляторы. Джобс пришел к двум выводам: компьютеры у Apple лучше всех, но следует незамедлительно заняться их внешним видом.

Чтобы запустить в производство модель, которую Джобс и Возняк начали называть Apple II, нужно было раздобыть существенную сумму денег — более 100 000 долларов. Поговорив с бывшим начальником, Алом Алкорном, Джобс получил возможность встретиться с президентом Atari. Однако молодость и непосредственность Джобса сыграли с ним злую шутку. Пытаясь очаровать бизнесмена и завоевать его поддержку, он водрузил босые ноги на стол босса. Перед лицом почтенного президента оказались пятки в том состоянии, в котором они бывают, если их обладатель не носит носков.

Джобс подписал себе приговор.

«Убери ноги с моего стола! — заорал бизнесмен на молодого предпринимателя. Потом, слегка придя в себя, он добавил безапелляционным тоном: — Мы твой продукт покупать не будем!»

На следующих переговорах Джобс пытался договориться с продавцом чипов памяти о льготной цене. Первая попытка не принесла желаемых плодов, и Джобс, вспылив, пообещал выдавить человека и компанию, на которую он работал, из бизнеса.

Возняк, понимая, что чипы памяти им нужны, вмешался в разговор. Стив попытался незаметно лягнуть компаньона, но промазал и, упав со стула, сполз под стол. Этот инцидент показался бизнесмену столь комичным, что он открыл приятелям кредитную линию.

Пока шли поиски финансовой поддержки, через семейный гараж Джобсов прошла целая вереница людей с деньгами. Пришедший в числе других генеральный директор Commodore в костюме и ковбойской шляпе заявил, что хочет купить компанию.

Джобс не хотел продавать Apple дешево и сказал людям из Commodore, что она, по его мнению, стоит не меньше 100 000 долларов (или 400 000 по сегодняшнему курсу). Кроме того, он потребовал, чтобы им с Возняком оставили их должности и сделали их наемными работниками с годовой зарплатой в 36 000 долларов. Возняк зарабатывал в Hewlett-Packard намного меньше. В конце концов управляющие Commodore решили, что выгодней сделать свой компьютер, и компанию покупать не стали. Джобс этому решению обрадовался, так как пришел к выводу, что слияние двух компаний нецелесообразно.

Однако неудавшаяся сделка привела к новым трениям между Стивом и его основным партнером.

Члены семьи Возняка были настроены неприязненно по отношению к Джобсу и считали, что его истинные намерения не соответствуют тому, что он говорит. Его привычка одеваться в стиле хиппи лишь укрепляла их негативное отношение к Стиву. Родители Возняка считали, что Джобс использует их сына — технически одаренного, но незрелого в социальном плане человека. В разгар переговоров с Commodore страсти по поводу того, кто стал истинным творцом успеха и заслуживает большего уважения — и денег, кстати, тоже, — разгорелись не на шутку. Джерри Возняк, отец Воза, однажды довел Джобса до слез, сказав: «Ты сам ничего не производишь. Ты вообще ничего не сделал».

Стив ужасно обиделся и сказал Возняку, что, если он тоже считает их партнерство неравным, он готов все отдать ему.

Однако его друг и коллега так не считал. Возняк понимал, как делаются платы, и мог нарисовать нужную схему расстановки компонентов, а Джобс — нет. Зато Джобс знал, как договориться с людьми и напечатать партию плат в сто штук, а Возу это было не под силу. Возняк умел разрабатывать сложные схемы из нескольких плат с большим количеством электронных элементов и писать программы, а Джобс знал, как превратить все это в востребованную потребителем продукцию и продать. Да, компьютер Apple изобрел Возняк, но, если бы не Джобс, он бы просто опубликовал свои разработки, предоставив право пользоваться ими всему миру. «Мне и в голову не приходило, что компьютеры можно продавать. Это Стив убедил меня сохранить изобретение в тайне и пустить в продажу», — вспоминал он.

Они были нужны друг другу. И оба это понимали.

Однако вопрос финансирования все еще не был решен. Джобс пошел к основателю Atari Нолану Бушнеллу, который незадолго до этого продал свое детище Warner Communications за четырнадцать миллионов долларов. Бушнелл вкладывать деньги в Apple отказался, зато познакомил Джобса с человеком, специализировавшимся на венчурных инвестициях, то есть с инвестором, вкладывавшим деньги в молодые компании на условиях перехода к нему права владения.

Дон Валентине прибыл в гараж семьи Джобс на собственном «Мерседесе». Именно он в свое время вложил деньги в Atari и продолжал интересоваться начинающими компаниями из Кремниевой долины, однако двое молодых людей поразили его своей наивностью, особенно когда сказали, что планируют «продавать пару тысяч компьютеров в год». Джобсу и Возняку эта цифра казалась запредельной, так как на тот момент они не продали еще и двух сотен машин.

Дон Валентине совершенно правильно заключил, что эти двое ничего не понимают в маркетинге и не имеют представления о том, как организовать серьезные продажи. «Эти парни не знают, что такое мыслить глобально», — сказал он. Дон Валентине расценил это обстоятельство как дурной знак. «Тот, кто умеет глобально мыслить, знает, как делать большие дела. А тот, кто привык мелко плавать, больших дел не сделает», — любил повторять он. В результате Дон Валентине вкладывать деньги в Apple отказался, но дал Джобсу координаты другого потенциального инвестора — А.К. «Майка» Марккулы.

Обложку руководства по эксплуатации Apple I украшает первый логотип компании, нарисованный Роном Уэйном в 1976 году

Марккула, едва успевший разменять третий десяток, работал в Intel на заре деятельности фирмы и стал миллионером, после того как компания впервые выставила акции на продажу. В момент знакомства с Джобсом он работой почти не занимался, много времени проводил с семьей, инвестировал деньги в различные предприятия и жил на полученный доход.

Марккула прибыл в гараж Джобса в золотистом спортивном «Шевроле Корвет» и начал разговор с того, что посоветовал обоим Стивам постричься. Друзья показали ему компьютер, и Марккула был сражен наповал. «Я понял, что всегда хотел иметь такую штуку, еще со времени окончания школы», — вспоминал он.

Увидев компьютер, Марккула тут же забыл о своих претензиях к внешнему виду потенциальных компаньонов. «Постричься вы всегда успеете», — заметил он.

После нескольких встреч и переговоров он пообещал Возняку и Джобсу кредит в размере двухсот пятидесяти тысяч долларов. Этих денег должно было хватить на запуск производства Арріе II. Майк выставил одно-единственное условие: Возняк должен был уволиться из Hewlett-Packard и посвятить все время работе над компьютером.

Сразу же стало понятно, что выполнить это условие мешает одно обстоятельство: Возняк увольняться не хотел.

Незрелое яблоко

Подобно ранним прототипам автомобилей, Apple I мало чем напоминал привычные нам компьютеры, до появления которых оставалось еще лет десять.

В руководстве по эксплуатации было написано, что каждый экземпляр полностью укомплектован и протестирован. Пользователю нужно было только установить клавиатуру, дисплей и блок питания. После первого включения рекомендовалось запустить простую тестовую программу, чтобы проверить, все ли работает корректно. Подробные инструкции «интуитивно понятными» назвать можно лишь с большой натяжкой.

«ШАГ ПЕРВЫЙ: Нажмите кнопку RESET, чтобы войти в системный монитор. На экране должен появиться обратный слэш, а курсор переместиться на строку ниже.

ШАГ ВТОРОЙ: Напечатайте Г: A9 b Г b AA b 2 Г b EF b FF b E8 b 8A b 4C b 2 b Г (RET)

(Г перечеркнутый ноль, а не прописная буква “О”; “b” означает пропуск, вводится при помощи клавиши “space”; RET означает клавишу “return” на клавиатуре.)

ШАГ ТРЕТИЙ: Напечатайте Г. A (RET)

(Эта строка должна быть видна на экране в программе, в которую вы только что вошли.)

ШАГ ЧЕТВЕРТЫЙ: Напечатайте R (RET).

(Напечатав “R”, вы запускаете программу.)

После запуска программы по экрану побежит поток букв, означающий, что компьютер обменивается данными с клавиатурой и монитором. Чтобы остановить тест, необходимо нажать кнопку “reset”».

Ничего сложного, не правда ли?

Стив Джобс (слева) и Стив Возняк работают над Apple II

8. Apple II

Если Стив действительно не умел в то время мыслить глобально, то о Марккуле этого точно не скажешь.

Он занимался маркетингом в Intel, но своей компании у него никогда не было. Тем не менее Майк, бывший гимнаст и талантливый инженер, понимал потенциал настольных компьютеров как никто другой. Он сразу осознал, что из Apple II может получиться не просто объект приложения сил упертых компьютерных фанатиков или геймеров. Он мог стать действительно полезным рабочим инструментом, особенно для заурядных клерков, выписывающих счета и следящих за денежными потоками в банке.

«Это начало новой индустрии», — сказал он Джобсу и Возняку. Предсказывая будущее Apple, Майк высказал уверенность в том, что компания попадет в Fortune 500, престижный список крупнейших американских компаний, причем в ближайшие годы. «Такое бывает раз в десять лет», — заявил Марккула.

Чтобы это произошло, нужна была правильная команда — ив нее должны были войти оба Стива. Однако Возняк чувствовал себя великолепно, работая на Hewlett-Packard, а его молодая супруга наслаждалась жизнью, живя на регулярно поступавшую заработную плату. Кроме того, Воз уже довольно давно понял, что объяснять людям, что они должны делать, не его планида. Он предпочитал разрабатывать компьютеры и писать программы. «Я по натуре не менеджер», — сказал он.

Взяв несколько дней на раздумья, он сказал Марккуле, что хочет остаться на своем месте в Hewlett-Packard.

Однако Стив Джобс, который, как мы помним, «нет» за ответ не считал, просто так сдаваться не собирался. Он организовал единоличный крестовый поход, целью которого было переубедить друга.

Джобс встретился со всеми друзьями Возняка и попросил их позвонить Возу. Он связался с его братом и даже сходил к родителям, упав им в ноги и жалобно стеная о помощи.

В конце концов кампания, затеянная Джобсом, дала свои плоды. Старому другу удалось убедить Возняка в том, что он может сделать состояние в качестве инженера новой компании, и ему не придется при этом играть роль босса или становиться топ-менеджером.

В январе 1977 года Apple Computer Company была формально образована. Джобс, Возняк и Марккула договорились делить прибыль поровну, и небольшие доли были зарезервированы для других участников дела. Чтобы команда приобрела законченный вид, Марккула пригласил на роль президента старого друга по имени Майкл Скотт. Поскольку один Майк в компании уже был, все с самого начала стали называть его Скотти.

Скотт был приглашен для того, чтобы придать коллективу, состоявшему практически сплошь из похожих на хиппи молодых оборванцев, некоторую долю солидности. Кроме того, в его задачи входило держать Джобса в рамках приличий. Однако с самого старта напористый и подчас излишне темпераментный Скотт и колючий, страстный Джобс начали сталкиваться лбами.

С появлением Скотта Apple переехала из гаража в первый в своей жизни офис, и одной из первоочередных задач Скотт считал создание платежной ведомости. Крис Эспиноза, начавший работать в гараже во время зимних каникул и бывший в то время еще учеником двенадцатого класса, вспоминал, что Джобс «платил людям по контрольной книге и не так чтобы очень уж регулярно». Поэтому в День святого Патрика Скотт присвоил всем служащим порядковые номера, вписав их в платежную ведомость. Номер семь он оставил за собой, а Эспинозе, продолжающему, кстати, работать в Apple по сию пору, достался номер 8. Он появился в компании раньше Скотта, но, будучи школьником, официально работать не мог, поэтому для зачисления его в штат пришлось дожидаться получения аттестата.

Возняку был присвоен номер 1, а Джобсу — 2. Это решение привело Стива в бешенство. Он стал спорить со Скоттом, требуя, чтобы номер 1 был предоставлен ему. Джобс закатил натуральную истерику. Однако в отличие от многих других людей, с которыми Стиву пришлось столкнуться за последние годы, Скотт своих позиций не уступил. В конце концов Джобсу пришлось пойти на компромисс: он выбил себе право носить бейдж, на котором красовалась цифра 0, но в платежной ведомости так и осталось 2.

Возняк продолжал совершенствовать схему нового компьютера, Скотт сосредоточился на производстве, Марккула занимался маркетингом и денежными вопросами, а Джобс надзирал за всем, что происходило в офисе, и за продвижением проекта Apple II в целом. Вникая в малейшие детали, он мог устроить скандал по самой пустячной причине. К примеру, когда доставили пишущую машинку, он разозлился по причине того, что у нее голубой корпус, который, по его мнению, мог быть более нейтрального цвета. Люди из телефонной компании привезли аппараты для установки в офисе, и Стиву снова не понравился цвет. Он скандалил до тех пор, пока телефоны не сменили. Серые офисные столы ему тоже не нравились — он хотел белые, и так далее.

Но самые жесткие требования Стив предъявлял к находившемуся в разработке компьютеру. Он отверг первый эскиз печатной платы, потому что линии показались ему слишком неровными, хотя, находясь внутри корпуса, она никому не была бы видна. Он нанял специалиста по блокам питания, чтобы тот разработал узел с бесшумным вентилятором. Другие производители компьютеров использовали металл в качестве материала для корпусов, но Джобс решил, что Apple II будет заключен в пластиковую коробку, сказав, что у него будет более обтекаемый, приятный для глаз вид.

Разрабатывая дизайн корпуса, Стив отправился в супермаркет «Macy’s», чтобы посмотреть на бытовую технику и стереосистемы в отделе товаров для дома. Уже существующие десятки оттенков бежевого пластика его не удовлетворяли, и Джобс решил создать свой цвет. Он мог неделю обсуждать степень скругленности краев корпуса, сводя Скотта с ума своей нерешительностью.

В журнале «Time» Возняка однажды назвали человеком, «способным смотреть на электрическую схему как на сонет». Джобс, если перефразировать это выражение, умел видеть красоту в бежевом пластиковом корпусе. Он представил себе изящный, элегантный ивтоже время функциональный компьютер — сплав технологии и искусства, нечто по-настоящему особенное. Воображением Стив руководствовался всю жизнь, и оно приводило его на разных стадиях карьеры попеременно то к оглушительному успеху, то к провалу.

Порой то, что он называл тягой к совершенству, оборачивалось тяжким бременем для окружающих. От всех поставщиков он требовал низких цен, говоря им: «Ну, давайте, удивите меня». Он принижал работу молодых программистов, иногда даже не понимая в полной мере, что они делают, и считал своим долгом высказывать мнение по любому поводу. Они со Скоттом так часто кричали друг на друга, не стесняясь присутствия посторонних людей, что коллеги даже придумали этим спорам специальное название: «Война Скотти». Джобсу приходилось гулять по стоянке, чтобы успокоиться.

«Джобс не может нормально вести дела, — говорил Скотт. — Стоит запустить какой-то процесс, как он тут же начинает мутить воду. Ему нравится порхать вокруг, как колибри, махая крылышками с бешеной скоростью».

Хотя к внешнему виду компьютера Джобс относился фанатично, о том, что необходимо следить за собой, он порой забывал вовсе. К примеру, у него выработалась привычка массировать ноги необычным, изобретенным им самим способом: оседлав бачок, Стив засовывал ноги в унитаз и спускал воду, чтобы, по его словам, снять стресс. В душе он по-прежнему бывал нерегулярно, потому что, постоянно сидя на диете, считал мытье лишней тратой времени. Из-за этого люди старались держаться от него подальше. Скот и Марккула старались его образумить. «Нам в прямом смысле этого слова приходилось выставлять его за дверь, объясняя, что мы не пустим его в офис, пока он не вымоется», — вспоминал Марккула. Но даже при таких суровых методах воспитания отношение Джобса к гигиене изменилось не сразу.

На весну 1977 года была запланирована первая компьютерная выставка West Coast Computer Fair в Сан-Франциско, и немногочисленные в то время работники Apple выбивались из сил, чтобы успеть подготовить к ней новый компьютер. Первые корпуса пришли со следами пузырей в толще пластика, и Джобс распорядился обработать их наждачной бумагой и покрасить, чтобы они выглядели безупречно.

Для своего стенда компания заказала огромную вывеску с новым цветным логотипом — надкушенным яблоком. Отсутствующий кусочек стал визуальным отображением игры слов: «byte» — то есть байт, минимальная единица измерения емкости памяти, объем, которого достаточно для хранения одной буквы, и «bite» — кусать, откусывать. На стенде демонстрировались три полностью укомплектованных компьютера Apple II — на тот момент весь имевшийся в распоряжении компании парк. Выставку посетили более тринадцати тысяч человек, но, похоже, коллег больше поразило то, что Стив Джобс ради торжественного случая купил и носил в течение всего проведенного на выставке времени первый в жизни костюм, а не то, что компания получила три сотни заказов на компьютеры по 1298 долларов за штуку.

Первые четыре месяца 1977 года не принесли владельцам практически ничего, но уже к сентябрю Apple продала компьютеров на 774 000 долларов, так что прибыль за первый год формального существования компании составила 42 000.

Впрочем, слова «формальное существование» на тот момент описывали Apple как нельзя лучше. Была выпущена красивая брошюра с ярким красным яблоком на обложке и слоганом «Простота — наивысшая форма сложности». Офис представлял собой одну большую комнату. Секретаря в приемной не было, как не было и самой приемной, а также комнат для переговоров. Люди перебегали с места на место, занимаясь всем подряд. Половина комнаты была застелена ковролином. Там располагались менеджеры по продажам, специалисты по маркетингу и начальство. На второй половине, где лежал линолеум, стояло шесть лабораторных столов для инженеров и технологов.

Поскольку встречать людей, заходивших посмотреть на новый компьютер, было некому, по вторникам и четвергам в офис приходил Крис Эспиноза, чтобы демонстрировать любопытствующим возможности Apple II.

Продажи планомерно росли. Рост ускорился, когда независимые разработчики начали в массовом порядке выпуск и продажу игр и других программ, распространяемых на компакт-кассетах, дав возможность людям, покупающим компьютеры, находить для них все новые и новые способы применения. Марккула написал утилиту, позволяющую исчислять остаток средств на банковском счете на определенную дату, и попросил Возняка изыскать возможность укомплектовать компьютер небольшим встроенным дисководом, чтобы данные загружались с него и программа могла работать быстрее. К весне 1978 года Воз придумал способ коммуникации между основной платой и устройством ввода данных, и в Apple II появился дисковод для здоровенных плоских пятидюймовых дискет.

С появлением этого устройства программное обеспечение вышло на новый этап развития, потому что распространять, продавать и использовать его стало значительно легче. К концу сентября 1978 года продажи компьютеров принесли 7,9 миллиона долларов.

На заре деятельности Apple Джобс и его партнеры считали, что делают компьютеры для энтузиастов нового видатехники, для геймеров и для домашнего использования. Но в 1979 году двое предпринимателей из Бостона вышли на рынок с программой, упрощающей финансовые расчеты предприятия. До этого времени, чтобы понять динамику изменений уровня продаж или количества расходов, требовалось пересчитывать вручную сотни цифр. При помощи же «VisiCalc», от «visible calculator», то есть «наглядного калькулятора», появилась возможность существенно ускорить эти расчеты. Программа была написана в расчете на компьютер Apple II, и на других системах использовать ее было невозможно. С появлением этой программы у бизнесменов, поначалу не видевших для себя пользы в настольных компьютерах, появился стимул покупать Apple II.

Бенджамин Розен, биржевой аналитик из нью-йоркской компании Morgan Stanley, попросил специалистов из технического отдела поставить ему компьютер Apple II и, вопреки их недоверию, настоял на своей просьбе. «Потребовалась одна-единственная демонстрация возможностей», — вспоминал он. Бенджамин запустил «VisiCalc» и показал коллегам из технического отдела ряды и колонки цифр, отражающих финансовую деятельность компании. Изменив одну из цифр, он дал программе команду пересчитать результат, и все последующие результаты в таблице тут же изменились.

В брошюре, прилагавшейся к Аррlе II, можно видеть один из ранних слоганов компании: «Простота - наивысшая форма сложности». Следы применения этой концепции на практике и по сию пору можно заметить во всем, что делает Аррlе, - в рекламе, продукции, дизайне

«По комнате разнеслись вздохи удивления», — вспоминал он. Компьютер для Бенджамина был приобретен, и из заурядного клерка он превратился в одного из самых заметных и незаменимых сотрудников недавно образованной компании.

Джобс, не покладая рук трудившийся на благо компании, неожиданно столкнулся с трудностями в личной жизни. Вместе со старым университетским другом Даниэлем Коттке Стив снял дом, получивший название «Пригородное ранчо». Крисанна Бреннан, с которой Джобс продолжал поддерживать отношения, периодически то расставаясь, то снова сходясь, въехала в одну из комнат и поступила на работу в Арріе. Отношения между ней и Стивом снова возобновились — до тех пор, пока Бреннан не забеременела.

Крисанна была уверена, что отец ребенка Джобс, однако Стив это отрицал и жениться на Бреннан не собирался. Крисанна решила после родов отдать ребенка на усыновление, но Джобс отговорил ее от этого шага, что тем не менее привело к обострению отношений между ними. Бреннан была расстроена, злилась на Стива и проявляла признаки эмоциональной нестабильности. Под влиянием импульса она бросила работу в компании и переехала в коммуну «Ол-Ван Фарм» в Орегоне, в которой ей уже приходилось бывать раньше.

Ребенок, маленькая девочка, родилась 17 мая 1978 года. Через три дня после рождения Джобс приехал посмотреть на малышку, и они вместе с Крисанной назвали девочку Лизой Николь Бреннан. Однако после этого Стив ни с ребенком, ни с Крисанной ничего общего иметь не желал.

Хотя доля Джобса в Арріе уже в то время оценивалась в несколько миллионов долларов, он оказывал Крисанне и ее дочери финансовую поддержку лишь от случая к случаю и продолжал отрицать факт отцовства. В какой-то момент Стив даже подписал имеющий юридическую силу документ, в котором утверждалось, что он не может иметь детей чисто физиологически. Тем временем Бреннан приходилось добывать средства к существованию, занимаясь поденной работой, и жить на пособие по безработице.

В 1979 году анализ ДНК был делом новым и непривычным, но Джобс неожиданно для Бреннан согласился пройти эту процедуру, чтобы прояснить вопрос об отцовстве раз и навсегда. Согласно результату теста шансы на то, что отец ребенка именно он, равнялись 94,41 %. И все же в разговорах с друзьями, коллегами по Apple и особенно репортерами Джобс продолжал настаивать на том, что с точки зрения статистики отцом Лизы Николь мог быть кто-то другой.

В конце концов графство Сан-Матео подало иск против Джобса, и суд постановил, что он должен выплачивать алименты в размере 385 долларов в месяц и вернуть властям 5856 долларов в качестве возмещения пособия, выплаченного Крисанне Бреннан.

«В то время я не видел себя в роли отца, поэтому и отказывался признать ребенка», — объяснял Джобс. Впоследствии он устыдился своего поведения, сказав: «Следовало отнестись к этому иначе». Спустя какое-то время он купил Крисанне дом, платил за обучение дочери и помогал ей материально. Однако настоящим отцом для Лизы, да и то не в полной мере, Стив стал лишь много лет спустя.

По странному стечению обстоятельств, когда Лиза появилась на свет, Джобсу было двадцать три года. Именно в таком возрасте были его биологические родители, не состоявшие в браке, когда родился он сам и был отдан на усыновление. Однако Стив узнал об этом лишь спустя несколько лет. В то время все его внимание занимало другое детище — Apple, которому суждено было впоследствии стать для отца-основателя предметом особой гордости.

Словарь компьютерных терминов

Чтобы сделать новый компьютер, одного микропроцессора Возняку было недостаточно. Здесь вы найдете список некоторых других комплектующих, бывших частью Apple II и многих других компьютеров.

ROM (read-only memory) — постоянное запоминающее устройство. В чипе хранятся специализированные неизменяемые данные, которые невозможно стереть. Возняк создал язык программирования, обеспечивающий работу Apple II, и данные о нем были сохранены в постоянном запоминающем устройстве. При включении любой компьютер первым делом обращается к этой информации.

RAM (random access memory) — оперативная память. Постоянно в RAM ничего не хранится, содержимое памяти может быть стерто и заменено другими данными. Когда вы открываете на экране очередную программу, вы, по сути, загружаете ее в оперативную память. (Именно поэтому работа будет потеряна, если вы не будете регулярно сохранять ее на жестком диске.)

Создавая Apple II, Возняк одним из первых использовал чипы DRAM — динамической оперативной памяти, для поддержки которой требуется постоянное обновление загруженной информации. Чипы памяти этого типа меньше и дешевле микросхем статичной оперативной памяти (SRAM), а значит, на ту же плату их помещается больше.

В Apple II первой версии было установлено всего около восьми килобайт динамической оперативной памяти. На сегодняшний день среднестатистический пользователь хочет видеть в своем компьютере от 1,8 до 3,5 гигабайт оперативной памяти, чтобы программы работали быстро и не зависали.

BASIC — простейший компьютерный язык программирования, позволяющий писать программы и приложения, управляющие основными функциями компьютера. Людям для простого общения требуется минимальный запас слов, с компьютером ситуация обстоит примерно так же.

Одна из ранних версий этого языка была разработана для компьютера Altair группой гарвардских студентов: Биллом Гейтсом, Полом Алленом и Марти Давидоффом на основе BASIC, которым пользовалась компания Digital Equipment Corporation. Гейтс и Аллен впоследствии основали компанию Microsoft.

Возняк адаптировал для использования в Apple II версию языка, использовавшуюся в компании HP. Подобно тому, как жители Техаса говорят несколько иначе, чем нью-йоркцы, между двумя версиями одного языка программирования также есть определенные различия. Чтобы программу, написанную для Apple, можно было запустить на компьютере, работающем под версией BASIC, разработанной Гейтсом и Алленом, необходимо провести некоторую адаптацию.

Продажи Apple II пошли успешно, и Стив Джобс превратился в своего рода знаменитость - его фотографии появились на обложках нескольких журналов, назвавших его лицом компьютерной революции. Впервые фотография Стива была напечатана на обложке журнала «Inc.»

9. Богатство

Стив Джобс достаточно быстро понял, что начинающей компании для поддержания темпа развития нужны деньги, много денег. По мере роста Аррlе нужно было нанимать новых инженеров для разработки новой продукции, а значит, необходимо было расширять офисное пространство, закупать больше запчастей и оборудования, давать больше рекламы и так далее.

Мероприятия, направленные на привлечение новых вложений, достаточно быстро изменили направление деятельности Аррlе и жизнь ее основателей.

Деньги, вложенные Марккулой на раннем этапе, к концу 1977 года практически закончились, и в начале следующего года пришлось искать средства у сторонних инвесторов. С появлением Apple II компания, оценивавшаяся в 5309 долларов в момент основания, в начале 1977 года, то есть по истечении всего лишь одного года, стоила уже примерно 3 миллиона долларов. Часть предприятия была продана дважды — в 1979 и 1980 годах. Каждый раз желающим стать совладельцами приходилось платить больше, чем предыдущим инвесторам. Доля Джобса в компании, естественно, каждый раз уменьшалась, но поскольку за проданные активы инвесторам приходилось платить все больше и больше, ценность оставшейся у него части все время увеличивалась.

Каков же был результат? К тому времени, когда Стиву исполнилось двадцать три года, его состояние оценивалось примерно в миллион долларов, а через год, в возрасте двадцати четырех лет, он «стоил» уже 10 миллионов. В 1979 году они с Марккулой продали акций на миллион долларов каждый. Джобс взялся за ум и сменил рваные джинсы на сшитые у портного костюмы и даже стал время от времени надевать галстук-бабочку. Жилье он уже не снимал — ему удалось приобрести в собственность дом в Лос-Гатос. Очередной вечно ломавшийся драндулет он сменил на «Мерседес-Бенц». Однако, будучи человеком дотошным и въедливым во всем, что касалось внешнего вида продукции, выпускаемой компанией, он домом практически не занимался, и так продолжалось очень долго. К примеру, мебели не было несколько лет; в спальне Джобса лежал одинокий матрас, стояла пара стульев и стол, а на столе — Apple II.

В числе прочих в 1979 году долю в Apple приобрела гигантская корпорация Xerox. В качестве части оплаты по сделке руководители Apple получили возможность ознакомиться с тщательно оберегаемыми от посторонних глаз разработками, которые велись в научно-исследовательском центре Xerox, расположенном в Пало-Альто. В то время экран компьютера представлял собой сплошное черное поле с командной строкой, в которой можно было набирать слова уродливым шрифтом белого или янтарного цвета. Чтобы запустить игру, нужно было вставить дискету в дисковод и набрать в командной строке >RUN GAME, D1, а затем нажать RETURN. Раздавалось жужжание, и после долгого ожидания игра наконец загружалась с дискеты [4].

В находящемся в Пало-Альто научно-исследовательском центре ученые и инженеры уже много лет занимались проблемой упрощения работы с компьютером и адаптацией его для нужд рядовых пользователей. Эпоха настольных компьютеров только началась, а в исследовательском центре Xerox уже была сеть из нескольких десятков машин, в которой, к примеру, пользователи имели возможность обмениваться сообщениями по электронной почте — и это за более чем десять лет до того, как этот новый вид связи стал привычным делом для обычных людей. Сотрудники центра пользовались прямоугольными коробочками на колесиках — прототипами современной мыши. Коробочка, стоявшая возле компьютера и присоединенная к нему при помощи кабеля, давала возможность, водя рукой, перемещать курсор по экрану. Там же впервые была применена идея известного всем нам «Рабочего стола». Инженеры компании сымитировали настоящий рабочий стол на экране монитора, сохранив в условном цифровом отображении все то, чем он обычно завален: листы бумаги, папки и так далее. Причем при нажатии на лист бумаги появлялось новое окно, а за изображением папок крылась возможность раскладывать документы по аналогичным электронным папкам.

Джобсу достаточно было одного взгляда, чтобы увидеть во всем этом будущее. Люди, принимавшие его в исследовательском центре, вспоминали, как он, разглядывая экран, подпрыгивал и кричал: «Вы сидите на золотой жиле!»

«Это был один из тех апокалиптических моментов, какие случаются порой в жизни», — рассказывал позже сам Джобс. Увидев то, что инженеры Xerox в шутку называли «гуи»[5], из-за схожести с этим словом аббревиатуры GUI, то есть graphical user interface, «графический пользовательский интерфейс», он сразу понял, что «когда-нибудь подобную картину можно будет увидеть на экране любого компьютера. Достаточно было одного взгляда, чтобы это понять».

А еще Джобсу пришло в голову, что Apple может приблизить это будущее.

Позже многие обвиняли Apple в краже идей у Xerox. Джобс этого даже не отрицал. Он часто цитировал Пикассо, сказавшего когда-то, что «хорошие художники копируют, а великие крадут». Действительно, идеи у Xerox были, а вот развить их до той степени, чтобы они нашли применение в простом настольном компьютере, никто не мог. Джобс объяснял эту близорукость тем, что корпорацией руководили «тонероголовые» — озабоченные исключительно продажами копировальной техники менеджеры — «чуть было не превратившие величайшую победу компьютерной индустрии в поражение». Позже корпорация Xerox пыталась вывести свои удивительные разработки на рынок, но выпущенный под маркой компании в 1981 году офисный компьютер оказался невероятно дорогим — его стоимость составляла 16 595 долларов.

В то время Apple приходилось участвовать в становившейся с каждым днем все более беспощадной конкурентной борьбе с другими производителями настольных компьютеров — Texas Instruments или RadioShack. Нужно было срочно изобретать что-то особенное, чтобы продукция Apple снова обрела безоговорочное преимущество. Продажи Apple II продолжали расти — такова была сила технического гения Возняка, но в стремительно менявшемся мире это не могло продолжаться вечно.

За кулисами компании уже вовсю шла работа над новым компьютером, Apple III, представленным на всеобщее обозрение в 1980 году. Однако дело этим не ограничивалось — в разработке находились еще два компьютера: один малобюджетный, доступный практически любому пользователю, а второй, наоборот, высокотехнологичный и сложный. Второму проекту было присвоено имя Lisa.

(В течение некоторого времени представители Apple утверждали, что Lisa — аббревиатура, сложенная из первых букв local integrated systems architecture, или «программная архитектура с локальной интеграцией», — специально изобретенный технический бэкроним, абракадабра, бессмысленная, но внушительная. Но, как вы уже, наверное, догадались, на самом деле проект был назван в честь дочери Джобса.)

Вскоре Джобс начал искать пути внедрения новаторских идей, которых он набрался в исследовательском центре Xerox, в компьютер Lisa. Он связался с Дином Хови из Hovey-Kelley Design и попросил разработать «мышь», но Хови даже не представлял, что это такое. Джобс объяснил ему, как это приспособление должно работать, и попросил сделать так, чтобы «мышь» могла двигаться в любую сторону, а не только влево-вправо и вверх-вниз. Кроме того, он сказал, что будет здорово, если ей можно будет пользоваться не только на поверхности стола, но и на колене.

Хови задание показалось интересным, но из чего можно сделать «мышь», он не знал, поэтому для начала отправился в супермаркет «Walgreens». Там он купил несколько шариковых дезодорантов разного типа, чтобы изучить конструкцию крепления шарика, и небольшую масленку, чтобы использовать ее в качестве импровизированного корпуса, перевернув вверх ногами. Из этих «запчастей» он и сделал первый прототип.

У «мыши», которой пользовались инженеры из Xerox, было три клавиши, но Джобс настаивал на том, что у «мыши» для компьютера Lisa клавиша должна быть одна, чтобы пользователям не приходилось смотреть на приспособление во время работы. Разработчики из команды Джобса считали, что кнопок должно быть две, чтобы вторая выполняла функцию, аналогичную клавише Shift на клавиатуре.

Однако Джобс стоял на своем, и они нашли выход из положения даже при единственной клавише — для изменения функции было придумано хорошо нам теперь всем известное двойное нажатие.

Джобс был так вдохновлен увиденным в исследовательском центре Xerox, что начал подстегивать разработчиков, трудившихся над проектом Lisa, требуя создания новых инструментов и улучшения графики, чтобы достичь чего-то большего, каких-то космических целей. «Он постоянно подгонял их, говоря: “Давайте проделаем брешь во Вселенной. Мы можем придумать какую-нибудь важную штуку, и во Вселенной останется брешь”», — вспоминал Трип Хокинс, бывший в то время менеджером по маркетингу в Apple и основавший впоследствии Electronic Arts, компанию по производству компьютерных игр. Поскольку у Джобса в компании особой специализации не было, он начал постепенно подминать весь проект Lisa под себя.

Это беспокоило Майка Скотта. Компьютер Lisa должен был стать продвинутым инструментом для использования в сфере бизнеса, а он сомневался в том, что Джобс, человек властный, но склонный к разрушению, может взять на себя руководство подразделением. К тому же как раз по его вине незадолго до этого случились неприятности с проектом Apple III. В отличие от Apple II, созданного практически от начала до конца Возняком, работа над новым компьютером велась коллегиально, и у каждого была возможность привнести в него что-то свое.

Как и в случае с Apple II, Джобс взял на себя задачу создания корпуса, однако одобренный им вариант был недостаточно велик для того, чтобы вместить все, что полагалось по конструкции. Инженеры вынуждены были в спешном порядке уменьшать схемы, что позже пагубно сказалось на качестве работы аппарата. Некоторые комплектующие просто отказывались работать должным образом, а программы из уже достаточно внушительной подборки, написанной для Apple II, запускались на новой машине только в случае деактивации ряда новых функций. Иными словами, программное обеспечение нужно было писать заново.

После начала серийного производства Apple III в 1980 году выяснилось, что некоторые чипы имеют тенденцию отсоединяться от платы. До появления обновленной версии компьютера, в которой эта проблема была исправлена, специалисты компании рекомендовали приподнимать на несколько сантиметров и захлопывать крышку корпуса. Хотя, очевидно, расшатавшиеся чипы таким образом ставились на место, это был серьезный недочет, дан в целом рекомендация шла вразрез с образом высокотехнологичной компании, закрепившимся за Apple.

Хотя проект Apple III оказался полнейшим провалом, тяжелые времена для компании не наступили — покупатели продолжали сметать с полок Apple II обновленных версий. К осени 1981 года было продано более трехсот тысяч бежевых пластиковых коробок, что привело к рекордному объему годовых продаж в 335 миллионов долларов. Что касается нового компьютера, ему не было суждено стать бестселлером. Провал проекта стал черным пятном на репутации компании, вызвавшим серьезные сомнения в способности Apple создавать компьютеры для офиса.

Проект Lisa был хорошей возможностью обелить себя, и Джобс мечтал его возглавить. Однако Скотт назначил руководителем другого человека. При рокировке позиций Джобс стал председателем правления компании, то есть занял наивысшую должность, которая при этом по сути предполагала, что он будет лишь публичным лицом и спикером компании. Стив обиделся и рассердился, сочтя, что его отстранили от руководства проектом несправедливо, но, если разобраться, это пошло на пользу и ему и компании, так как у Джобса появилась возможность сконцентрироваться на важной задаче: Apple ожидала процедура первой публичной продажи акций.

Стив Джобс, Джон Скалли и Стив Возняк презентуют новый компьютер компании Apple

Этот процесс, известный в мире бизнеса как начальное публичное предложение, своего рода обряд посвящения для молодых, быстро развивающихся компаний, способ привлечь широкий круг инвесторов, позволив покупать долю любого объема всем желающим — от больших пакетов до нескольких акций. Деньги, полученные от публичного размещения акций, идут на расширение компании. Кроме того, когда акции размещены, между инвесторами начинаются торги, что позволяет сотрудникам компании и руководителям продавать часть своего пакета, если возникает такая необходимость.

Однако публичное размещение акций влечет за собой серьезную ответственность: компания, прошедшая процедуру, должна объявлять финансовые результаты деятельности и делиться с общественностью важными новостями, чтобы инвесторы имели возможность принимать решения, основываясь на информации из первых рук. Объемы выплат первым лицам также должны быть раскрыты. Для топ-менеджеров таких компаний публичная жизнь оборачивается дополнительной работой.

Зная лояльность постоянных пользователей компьютеров Apple и большие успехи компании, нетрудно было предсказать массовый спрос на акции. Решено было в качестве поощрения наградить пакетами акций ряд служащих, получавших заработную плату. Однако это решение не коснулось работников, получавших почасовую оплату, ав их число входили люди, пришедшие в компанию на свой страх и риск в момент ее становления — например, Билл Фернандес, Даниэль Коттке и Крис Эспиноза.

Старый друг Джобса по колледжу Даниэль Коттке был особенно расстроен и даже порывался, правда, безуспешно, обсудить с ним эту проблему. В конце концов еще один давний сотрудник компании предложил Джобсу поделиться с Коттке своими акциями, сказав, что, сколько бы Стив ни дал, он добавит столько же из своего пакета.

«Замечательно, тогда я предлагаю ноль», — огрызнулся Джобс.

Возняк, считавший, что его доля стоит больше, чем ему когда-нибудь может потребоваться, поделился акциями с родителями, братом и сестрой, а также с теми из уважаемых им коллег, кому акций не досталось. Восемь тысяч акций он продал другим работникам по цене, которая оказалась весьма выгодной уже через несколько месяцев.

В это время жена Возняка, Алиса, потребовала развода, и ей также досталась изрядная доля состояния мужа.

12 декабря 1980 года Apple Computer Inc. начала публичную продажу акций, количество которых превысило рекордное предложение компании Ford Motor 1956 года. Выставленные на продажу 4,6 миллиона акций по 22 доллара за штуку разлетались как горячие пирожки, и цена выросла до 29 долларов за акцию в первый же день продаж. Двадцатитрехлетнему Стиву Джобсу принадлежало 15 процентов компании, и его состояние приблизилось к 220 миллионам долларов. Несмотря на раздел акций, доля Возняка оценивалась в 116 миллионов. И по меньшей мере еще сорок служащих Apple стали миллионерами. Это было горячее время. Неожиданное богатство, свалившееся как снег на голову, волновало и отвлекало многих работников компании, лишая их спокойствия и усидчивости.

«Команда мечты» создателей компьютера Macintosh, 1984 год. (Джобс на заднем плане справа.)

Возняк продолжал работать над усовершенствованием Apple II, но испытывал определенные сложности в существенно расширившемся коллективе. Он стал рассеянным и метался от одного проекта к другому, быстро от всего уставая, даже если дело не было закончено. Он нашел новую подружку и увлекся малой авиацией.

Спустя некоторое время после публичной продажи акций Возняк, его невеста и двое друзей отправились на самолете в небольшое путешествие. Неприятности начались еще при взлете. Самолет упал, пассажиры получили травмы разной степени тяжести, а Стив потерял зуб и на время лишился памяти.

Придя в себя, он попросил длительный отпуск и вернулся в Беркли, чтобы завершить образование, записавшись туда под именем Роки Ракун Кларка. Воз постепенно пришел к выводу, что для того, чтобы радоваться жизни, ему много не нужно — достаточно возможности смеяться, наслаждаться обществом семьи и друзей и заниматься чем-нибудь интересным. Забота о повышении продаж, борьба с конкуренцией, расправа с соперниками по рынку — все это было не его. «Полагаю, важнее счастья в жизни ничего нет. Ну, разве что возможность почаще улыбаться, — как-то заявил он. — Я такой, какой есть и каким всегда хотел быть».

Джобс отдал родителям акции на сумму 750 000 долларов. Впервые Пол и Клара смогли полностью выплатить кредит за дом и устроить в честь этого события небольшую вечеринку. И каждый год они баловали себя поездкой на круизном лайнере. Во всем остальном они продолжали вести жизнь, которую вели всегда.

Деньги и успех Apple сделали Джобса знаменитостью. В течение двух последующих лет его лицо, ставшее олицетворением поколения молодых инвесторов и бизнесменов, несущих в массы компьютеры, появлялось на обложке то одного, то другого журнала.

Деньги не вскружили ему голову. Безусловно, раздавать их направо и налево, как Возняк, Стив не собирался, но и превращаться в их раба тоже не входило в его планы. «Путешествие и есть награда, — говорил он. — Дело не только в результате. Самое большое удовольствие получаешь от процесса, от того, что каждый день сулит шанс стать свидетелем и творцом чего-то невероятного».

Вскоре Стиву удалось снова найти свое место в компании, в разгар одного из тех самых удивительных и невероятных событий, о которых он говорил. Ждать долго не пришлось. Гигантская корпорация, известная как International Business Machines, или IBM, безусловный лидер компьютерного мира, начала масштабную экспансию в сферу персональных компьютеров.

10. Пираты

Выступая в 2005 году перед выпускниками Стэнфорда, Стив Джобс рассказал три истории. В первой речь шла о сложной ломаной линии, связавшей день, в который приемные родители обещали его биологической матери отправить его в колледж, с тем периодом жизни, когда он принял решение покинуть Рид по окончании первого семестра и впоследствии занялся компьютерным бизнесом. История эта завершилась в 1981 году, когда Джобсу исполнилось двадцать шесть лет.

После того как Стива отлучили от руководства разработками компьютера Lisa и прошедшая публичная продажа акций обернулась для компании безоговорочным успехом, Стив переключился на второстепенный проект Apple по созданию маленького недорогого компьютера для широкого круга пользователей. Этот секретный проект под кодовым названием Macintosh пару раз чуть не прикрыли вовсе. Разработки велись не в основном помещении компании, а в соседнем здании.

Чем больше Джобс проникался идеей создания маленького недорогого компьютера, постепенно забирая руководство проектом в свои руки, тем больше он убеждался в том, что тот и должен стать практическим воплощением идей, почерпнутых им во время посещения исследовательского центра корпорации Xerox. По одному из замыслов Джобса компьютер должен был предоставлять пользователю возможность выбора из набора красивых шрифтов. До этого момента шрифт был только один — составленный из предельно упрощенных литер с зазубренными углами, гарантировано разборчиво отображающихся на дешевых мониторах.

Джобс задумал оснастить Macintosh возможностью выбора из целого меню шрифтов разных размеров, с корректно расставленными межбуквенными пробелами, которые позволяли бы проводить форматирование отдельных слов или абзацев посредством изменения написания шрифта — полужирного и курсива. Чтобы подчеркнуть их выдающиеся качества, он настоял на том, чтобы шрифты были названы в честь крупных городов — Нью-Йорка, Лондона, Женевы и Чикаго.

Ценность шрифтов Джобс постиг еще во времена своего необычного студенчества в Колледже Рид, где он не ходил на обязательные для всех учащихся лекции, посещая лишь те предметы, которые казались ему интересными. В числе прочих он ходил на курсы каллиграфии и составления шрифров. Истинная польза полученных знаний в области написания шрифтов открылась лишь в начале восьмидесятых, когда Джобс возглавил проект по созданию компьютера Macintosh.

Именно благодаря тем курсам в Колледже Рид Mac стал первым персональным компьютером, позволившим сделать деловую переписку эстетически привлекательной. Кроме того, пользователи могли самостоятельно делать небольшие плакаты и информационные листки. Все эти новые возможности стали последней чертой в череде на первый взгляд не имеющих между собой ничего общего событий: решения Джобса бросить колледж и курсов каллиграфии, итогом чего становится появление в арсенале средств, предоставляемых персональным компьютером, принципиально новой возможности, ставшей впоследствии стандартом для всех без исключения систем всех производителей.

Произнося речь перед выпускниками Стэнфорда, Джобс признался, что не мог предвидеть такого развития событий, будучи первокурсником. Те решения были приняты по наитию, но на их опыте Джобс сделал ценный вывод, которым он и поделился со студентами. Не зная будущего, по словам Стива, «остается только верить, что когда-нибудь то, что кажется иррациональным сейчас, сложится в осмысленную систему».

То же самое произошло после реорганизации Apple, в результате которой Джобс был отстранен от руководства проектом Lisa. Снова точки, казавшиеся хаотично разбросанными, соединившись между собой линиями, образовали общую картину. Обстоятельства сами подвели Джобса к созданию компьютера Macintosh. Это событие, наряду с появлением идеи по созданию первого в мире доступного персонального компьютера Apple в гараже семьи Джобсов, можно считать кармическим.

Джефф Раскин, сознательно исказивший название своего любимого сорта яблок и давший имя проекту, мечтал о создании недорогого компьютера, пользоваться которым было бы не сложнее, чем, скажем, кухонным комбайном. Эта концепция как нельзя лучше сочеталась с желанием Джобса сделать компьютер доступным практически для каждого. Однако, едва вникнув в работу, Стив принялся с ходу диктовать членам команды разработчиков, каким, по его мнению, должен быть конечный продукт, и тут же настроил против себя всех причастных к проекту людей.

В полной ярости докладной записке, адресованной президенту Apple Майку Скотту, написанной в начале 1981 года, Раскин назвал Джобса «отвратительным менеджером», отметив, что он регулярно срывал встречи, вел себя необдуманно и отказывался выделять средства на необходимые вещи. Далее следует критическое замечание, которое может быть отнесено ко всей карьере Джобса: «Очень часто, услышав из чужих уст какую-нибудь мысль, он тут же переходит в атаку, говоря, что идея бессмысленная или даже глупая», — написал Раскин. Далее сказано, что «если же мысль тем не менее оказывается интересной и жизненной, он [Джобс] вскоре начинает рассказывать всем, что авторство принадлежит ему».

Все, что написал Раскин, вероятно, было чистой правдой, но для него эта докладная записка оказалась последней. Джобс вызвал его к себе для разговора, во время которого они оба согласились с тем, что не могут найти общий язык, и Раскину пришлось уволиться.

У Скотта тоже не все шло гладко. Он сделал Apple настоящей компанией, создав организованную структуру и внедрив дисциплину. Кроме того, он целых четыре года держал в узде порывистого Джобса. Скотт всегда был человеком нервным и вспыльчивым, а тут еще пошатнулось здоровье, и по мере развития Apple его стиль управления становился все более странным. В марте 1981 года, спустя всего несколько месяцев после публичной продажи акций, он уволил за профнепригодность в общей сложности сорок сотрудников, показавшихся ему не слишком старательными. День, ставший последним рабочим днем для многих, стал именоваться Черной средой. Этот случай расстроил всех без исключения работников компании.

Вскоре был уволен и сам Скотт. Президентом стал Марккула, и Джобс получил возможность наслаждаться свободой, чего не мог себе позволить достаточно долго.

Воспользовавшись кадровыми изменениями, Джобс быстро прибрал к рукам руководство проектом Macintosh. Первым делом он решил сколотить команду. Энди Хертцфельд, участвовавший в создании Аррlе II, горел желанием поработать над новым проектом. Однажды утром он рассказал об этом Джобсу, после чего вернулся к работе. Днем Джобс подошел к его столу и, заглянув через перегородку в закуток Энди, сказал, что принимает его предложение.

«Это же замечательно», — обрадовался Энди, присовокупив, что ему потребуется пара дней, чтобы завершить текущую работу.

Но Джобс, очевидно, видел все в несколько ином свете. «Что может быть важнее, чем Macintosh?» — спросил он.

«Сказав это, — вспоминал позже Энди, — он подошел к столу и выдернул из розетки шнур, которым был подключен к сети мой Apple II». Все, что сделал Энди с утра, естественно, пропало. Джобс поставил монитор на процессорный блок и сказал: «Пошли. Я покажу тебе твой новый стол».

«Новым столом» оказалось прежнее рабочее место Раскина.

В течение трех следующих лет небольшая группа, работавшая над проектом, получила возможность узнать Джобса как с хорошей, так и с плохой стороны. Им пришлось испытать на себе его обаяние и критику, великодушие и высокомерие, проникнуться его видением будущего — этой удивительной способностью, глядя на совершенно обыденные вещи, угадывать в них потенциальную способность превратиться в нечто необыкновенное. Он всегда подчеркивал, что не хочет видеть результатом проекта «хороший компьютер» или даже «прекрасный». Macintosh, по его мнению, должен был стать «великолепным до одурения».

Стараясь работать, как того требовал Джобс, все лучше и лучше, члены команды, помимо всего прочего, должны были подстроиться под не всегда адекватные методы управления нового начальника. Джобс мог, взглянув на результаты чьей-нибудь работы, сказать, что они годятся только для мусорной корзины, и это было лишь наиболее мягкое из употребляемых им выражений. Или мог неожиданно объявить, по словам Хертцфельда: «Ничего лучше я в жизни не видел». «Ужаснее всего, — вспоминал Энди, — что порой он говорил это по поводу того, что некоторое время назад советовал бросить в корзину».

Бад Триббли, тоже работавший над компьютером Macintosh, дал отличное определение подходу Джобса к взаимодействию с командой разработчиков — хотя справедливости ради следует сказать, что так же он подходил к работе с любой другой командой — подходу, с которым им волей-неволей пришлось мириться. Бад сказал как-то, что люди, которым довелось сотрудничать с Джобсом, «попадали в поле, искажающее реальность». Этот термин Бад почерпнул из арсенала выражений, придуманных создателями фантастического сериала «Звездные войны». «В его присутствии реальность как бы становится тягучей, — объяснял Бад. — Он мог убедить кого угодно в чем угодно. В его отсутствие эффект медленно рассеивался».

В самых разных ситуациях искажающее реальность поле, окружавшее Джобса, заставляло его вести себя так, будто обычные законы жизни к нему неприменимы. Он водил автомобиль без прав и регулярно оставлял его на стоянке у офиса Apple в местах, отведенных для инвалидов. Он мог делать заявления, основанные на фактах, высосанных из пальца, ожидать результатов по фантастическому расписанию, сложившемуся в его голове и не имевшему к реальным процессам никакого отношения, и ставить до невозможности завышенные цели. Люди верили всему, что он говорил, и здравый смысл возвращался к ним лишь с уходом Джобса. Но он продолжал давить на них, и под воздействием его непреодолимой силы им частенько удавалось сделать то, что поначалу казалось невозможным.

Джобс немилосердно придирался к каждой детали. Так называемый заголовок — строка в верхней части любого документа или программы, находящейся на экране в развернутом виде, вызывал в нем чувства, схожие с маниакальными. Стив заставлял дизайнеров переделывать этот заголовок снова и снова — не менее десятка раз. Когда они взбунтовались, он отрезал: «А вы бы сами согласились смотреть на это каждый день? Это вам не мелочь какая-нибудь».

Однажды Джобс решил, что Macintosh необходимо переименовать в Bicycle, то есть велосипед, мотивируя это тем, что компьютер, подобно известному двухколесному средству, дает человеческому разуму возможность двигаться быстрее. Членам команды пришлось отговаривать его от этого.

Один из разработчиков программного обеспечения, создававший графический редактор для компьютера, придумал, как можно быстро рисовать круги и овалы. Джобсу ноу-хау понравилось, но он тут же захотел большего: «Можно ли научить программу рисовать квадраты с закругленными краями?» — спросил он.

Дизайнер заартачился, сказав, что такую возможность реализовать трудно и что в этом нет большой нужды.

Однако Джобс и слышать ничего не хотел. «Квадраты с закругленными углами встречаются повсюду!» — заявил он и нашел несколько примеров прямо в комнате. Потом он вывел разработчика на улицу и на автомобильной стоянке показал на прямоугольный знак с закругленными краями. Увидев его, дизайнер сдался и добавил к имевшемуся набору инструмент под названием «RoundRects».

Иногда разработчикам удавалось осуществлять контратаки, но слабые и малоуспешные. Крис Эспиноза, начавший работать в Apple еще в гаражный период, в какой-то момент окончательно устал от бесконечных придирок Джобса к маленькому калькулятору, который должен был стать частью рабочего стола на новом компьютере. Каждый раз, когда Крис показывал шефу обновленный калькулятор, Джобс был недоволен: то линии казались ему слишком толстыми, то фон слишком темным, то кнопки не того размера.

В конце концов Эспиноза написал небольшую программу под названием «Конструктор для Стива Джобса, позволяющий собрать калькулятор по вкусу». Программа позволяла изменить ряд параметров отображения калькулятора на рабочем столе. Сев за компьютер, Джобс поиграл с настройками и внес свои изменения во внешний вид программы, которой пользователи Macintosh впоследствии пользовались много лет.

По мере продвижения работы Джобс обеспокоился скоростью загрузки будущего компьютера, казавшейся ему слишком низкой. Члены команды снова подверглись воздействию изменяющего реальность поля, выслушав соображения из области иррациональной математики. Джобс сказал, что, по его мнению, через пару лет компьютером Macintosh каждый день будут пользоваться не менее пяти миллионов людей — заявление по меньшей мере странное, учитывая, что за несколько предыдущих лет Apple II были проданы тиражом в несколько сотен экземпляров, а значит, уменьшив время загрузки на десять секунд, можно сэкономить пятьдесят миллионов секунд каждый день. «А если посчитать за год, получится немало человеческих жизней. Игра стоит свеч, не правда ли?» — заключил он.

Разработчики нашли способ уменьшить время загрузки.

Каждый раз в соответствии с лозунгом, опубликованным в первой брошюре — «Простота — наивысшая форма сложности», — Джобс искал вариант, способный сделать компьютер проще и удобнее для пользователя. «Когда сталкиваешься с проблемой впервые, — говорил он, — кажется, что она не так уж сложна. А потом, когда начинаешь вникать, оказывается, что задача труднее, чем казалась. Вот тогда-то и понимаешь, что необходимо искать адекватное решение».

Чаще всего человек на этом и останавливается. Однако как раз этого делать не надо, так как, чтобы найти ключ к разгадке, нужно продолжать искать его, пока не вскроется «истинная причина проблемы. Только пройдя весь путь от начала до конца, находишь по-настоящему элегантное и действенное решение». Очевидно, продолжая заниматься в центре по изучению дзена, Джобс понял, что фокусироваться нужно не на том, что вложить в конечный продукт, а на том, что из него необходимо выбросить.

Внешнему виду нового компьютера он уделял особое внимание. Джобс снова искал вдохновение в кухонной технике, особенно производства фирмы Cuisinart. В отличие от похожего на коробку Apple II корпус нового компьютера должен был стать выше и уже, чтобы занимать на столе меньше места.

Apple II был выполнен в виде моноблока, Macintosh же решили снабдить отдельной клавиатурой.

Первые прототипы показались Джобсу слишком громоздкими. «Компьютер должен быть более привлекательным», — заявил он. Когда же наконец появилась версия, понравившаяся Джобсу, он попросил всех членов команды оставить свои подписи на матрице для серийного производства корпусов, что и было сделано. Автографы разработчиков можно увидеть на внутренней стороне корпуса каждого компьютера, и хотя, кроме сервисных инженеров, почти никто внутрь не заглядывал, художники подписались под самой лучшей своей работой.

Macintosh снабдили дисководом нового образца для дискет в твердом корпусе шириной три с половиной дюйма. В отличие от прежних пятидюймовых дискет в тонких мягких обложках, эти дискеты можно было носить в кармане рубашки. (В наше время даже трехдюймовые дискеты почти вышли из употребления, зато практически во всех программах изображение именно такой дискеты по-прежнему используется в качестве пиктограммы команды «save».) Несмотря на все удачные инновации, Джобс нередко настаивал на спорных решениях вопреки протестам команды. К примеру, чтобы заставить пользователей активнее использовать «мышь», он потребовал убрать клавиши со стрелками. Он отказался от использования в компьютере Macintosh жесткого диска, хотя к тому моменту он стал вполне доступным и распространенным оборудованием и по сравнению с дискетой мог вместить значительно больше информации. Джобс объяснил свое решение тем, что жесткий диск необходимо охлаждать, а использование шумного вентилятора в настольном компьютере, с его точки зрения, недопустимо. Он же ограничил объем оперативной памяти 128 килобайтами (то есть 128 тысячами байтов) — что весьма скромно для машины с высоким уровнем детализации графики. В компьютере Lisa, к примеру, памяти было в десять раз больше. Не вняв уроку, который пытался преподать ему Возняк, и настояв на включении в схему Apple II дополнительных слотов, Джобс распорядился сделать корпус Macintosh максимально недоступным для постороннего вмешательства, и только наиболее искусные и технически подкованные любители умудрялись добавить в компьютер дополнительные чипы памяти.

Продолжая неустанно подстегивать разработчиков, Джобс дал им понять, что они самые трудолюбивые люди в Apple. По его распоряжению холодильник всегда должен был быть набит пакетами с дорогим фруктовым соком, а усталые инженеры после работы отправлялись на массаж за счет компании. В итоге члены других команд стали считать участников проекта заносчивыми испорченными зазнайками.

Когда проект Macintosh уже близился к завершению, Apple нуждалась в успехе как никогда. Apple II и его многочисленные разновидности не были предметом гордости внутри коллектива, тем не менее за счет продаж этой машины компания продолжала оставаться на плаву. Благодаря усилиям Марккулы и Джобса Apple II в больших количествах поставлялись в школы и колледжи, приучая молодежь к необходимости иметь в арсенале средств компьютер. А в индустрии тем временем наступила эпоха стремительных перемен.

В 1981 году со своим новым продуктом — персональным компьютером, или ПК, — на бурно развивающийся рынок вышла гигантская корпорация International Business Machines. Руководители процветавшей Apple были настолько уверены в том, что компания была и остается сильнейшим игроком, что даже позволили себе самонадеянный и наглый жест. В «The Wall Street Journal» было заказано полосное рекламное объявление: «Добро пожаловать, IBM. Нет, серьезно. Добро пожаловать в самый важный и быстро развивающийся сегмент рынка со времен начала компьютерной революции, случившейся 35 лет назад…»

Apple с момента старта сопутствовал такой оглушительный успех, да к тому же новый компьютер — IBM PC — оказался настолько обыкновенной и даже неинтересной машиной, что компания позволила себе поглумиться над конкурентами. Изучив продукт и признав его неинтересным, руководители Apple напрочь забыли о репутации лидера, закрепившейся за IBM, о мощном отделе продаж фирмы и о том, что в корпоративном сегменте рынка вычислительных машин ей нет равных. Руководители Apple не понимали, что закупщик, отвечающий за пополнение технической части, может, конечно, пойти на риск, купив компьютер у недавно образовавшейся компании, но при возможности сделает выбор в пользу сложившегося бренда.

Да, их компьютер не стал новым словом в технике. Однако и откровенным провалом он не был, поэтому продажи у IBM быстро росли за счет консервативного рынка корпоративных клиентов.

Чтобы обеспечить Macintosh современным программным обеспечением, Джобс в 1981 году отправился в Сиэтл на встречу с Биллом Гейтсом и Полом Алленом, молодыми основателями Microsoft. За несколько лет до этого они создали язык BASIC для компьютера Altair, и они же написали версию, под которой работал обновленный Apple II. Операционная система, то есть базовое программное обеспечение, отвечающее за взаимодействие компонентов компьютера IBM и позволяющее запускать на нем другие программы, тоже была разработана Microsoft.

Джобс организовал встречу с Гейтсом и Алленом, надеясь убедить их сделать для него нечто иное: он хотел, чтобы Microsoft разработала для Apple программу табличных вычислений, чтобы сделать Macintosh удобным рабочим инструментом для корпоративных пользователей, памятуя о том, как в свое время «VisiCalc» стала движущей силой продаж Apple II. Во время встречи они с Гейтсом устроили также продолжительный обмен мнениями по поводу перспектив развития вычислительной техники в целом, в процессе которого в их взглядах обнаружилась огромная разница.

По Джобсу, основными пользователями компьютеров должны были стать интеллектуалы, студенты, домашние пользователи, секретари компаний и менеджеры среднего звена. Каждая новая машина, по его мнению, должна была представлять собой новый, революционный инструмент, улучшающий человеческую жизнь. Гейтс же видел в развитии персональных компьютеров нечто более широкое и менее личное. По его мнению, компьютер должен был стать рабочим инструментом, позволяющим более эффективно вести бизнес. Он представлял себе развитие сетей, состоящих из взаимодействующих друг с другом машин, позволяющих служащим корпораций обмениваться информацией, производить расчеты и увеличивать продажи. В течение последующих нескольких лет предсказания Гейтса оказались более точными — тогда как Apple продолжала развиваться в соответствии с представлениями Джобса.

Вторжение на рынок IBM в сочетании с появлением нового программного обеспечения, расширением объема памяти и внедрением более скоростных процессоров подстегнуло интерес к компьютерам. Вместо того чтобы выделять достижения какого-либо конкретного человека, журнал «Time» назвал в 1982 году персональный компьютер Техникой года номер один. Однако об одном человеке журнал все же написал отдельно, назвав его лицом и голосом компьютерной революции, и этим человеком был Стив Джобс. «Обладая природным даром создания коммерчески привлекательных товаров и слепой верой в наступление компьютерной эпохи, — говорилось в статье, — Стив Джобс в большей степени, чем кто-либо другой, заслужил право считаться человеком, пробившим брешь в стене, сквозь которую в нашу жизнь вошли персональные компьютеры».

При подведении итогов финансового года в сентябре 1982-го оказалось, что Apple продала семьсот тысяч компьютеров Apple II различных модификаций — рекордная по тем временам цифра. Объем продаж составил 583 миллиона, что позволило компании впервые войти в Fortune 500, список крупнейших американских компаний по версии журнала Fortune. Предсказание Марккулы, сделанное за несколько лет до этого, сбылось в точности.

Однако хорошим временам не суждено было продолжаться долго. За следующие два года объем продаж IBM превысил показатели Apple, а компании, занятые в сфере разработки программного обеспечения, начали выпускать в разы больше программ под IBM PC, чем под Apple. Производители компьютеров бросились покупать лицензию на установку разработанной Microsoft операционной системы, чтобы на их машинах можно было запускать программы, разработанные под IBM. Очень быстро выяснилось, что большинство настольных компьютеров равняются на IBM во всем именно по причине отсутствия программного обеспечения под другие системы. Тех же, кто не желал идти в ногу со всеми, в том числе и Apple, ожидало туманное будущее.

В 1983 году миру с большой помпой был представлен компьютер Lisa, на разработку которого компания потратила 50 миллионов долларов. Этот компьютер впервые в истории был укомплектован «мышью», в системе имелся рабочий стол с меню, а работа с файлами была организована по образу и подобию системы Xerox, поразившей Джобса во время визитав исследовательский центр компании. Компьютер обладал внушительным объемом оперативной памяти, двумя дисководами и набором удобных в использовании программ. Чтобы изучить типовое программное обеспечение тех лет, пользователю приходилось порой потратить несколько дней, но, чтобы начать пользоваться программами, установленными на компьютер Lisa, достаточно было нескольких часов. Однако в полном комплекте новый компьютер от Apple стоил 10 000 долларов, а других программ под эту машину найти было нельзя. Любители компьютерной техники были потрясены новым детищем Apple, но большая часть потенциальных покупателей оправдывать высокую цену техническим совершенством не собиралась.

Джобс, продвигая в прессе компьютер Lisa, не мог удержаться, чтобы не намекнуть на ожидающийся вскоре выход Macintosh. К сожалению, интерес к Lisa начал угасать еще до того, как он появился в продаже, так как людям уже показали другой компьютер — со схожими характеристиками, но за существенно более скромные деньги. В довершение картины выяснилось, что программное обеспечение для Lisa не может быть запущено на Macintosh — подразделения Apple, похоже, вели между собой необъявленную войну.

Пришлось Джобсу бороться и с Microsoft. В конце 1983 года, еще до формального выхода в свет компьютера Macintosh, Microsoft объявила о том, что в разработке находится операционная система для IBM PC и других компьютеров, построенных по той же схеме, в которой будет применен принцип иконок и окон и будет активно использоваться «мышь» — все, как в Macintosh. Гейтс пообещал Джобсу во время встречи, что начнет продавать свой так называемый графический интерфейс спустя год после начала продаж Macintosh, но Apple отстала от расписания как раз приблизительно на это время, и Microsoft начала наступать компании на пятки.

Узнав об этом, Джобс побагровел и вызвал Гейтса на серьезный разговор в штаб-квартиру Apple в Купертино. Гейтс приехал, и Джобс наорал на него прямо в присутствии менеджеров. Однако Билла сбить с толку было трудно. «Слушай, Стив, — сказал он Джобсу и другим собравшимся в конференц-зале — мне кажется, на все это можно взглянуть и с другой стороны. Полагаю, у нас обоих есть богатый сосед по имени Xerox, и я, проникнув в его дом с целью украсть телевизор, обнаружил, что его уже утащил ты».

Чтобы составить серьезную конкуренцию Apple, Microsoft потребуются годы, но в тот момент Джобс не мог успокоиться. Он все еще верил в то, что его детище может в одиночку возглавлять компьютерную революцию. На совещании с участниками команды Macintosh в том же месяце он потребовал от инженеров еще более усердной работы, выдвинув несколько энергичных лозунгов. «Настоящие художники продают картины», — сказал он, намекая на то, что нельзя больше откладывать дату выхода в свет нового компьютера. Кроме того, он написал: «Лучше стать пиратом, чем идти на службу во флот», имея в виду, что его группа разработчиков достаточно хороша для того, чтобы создать продукт, превышавший по качеству остальные предложения.

Членам группы передалась уверенность Джобса. Двое из них сделали пиратский флаг с черепом, скрещенными костями и логотипом Apple вместо повязки на глазу, и вывесили его на здании, в котором располагалась команда, работавшая над созданием Macintosh. Они были готовы пожертвовать всем ради проекта. Но ожидала ли их заслуженная добыча?

КОМПЬЮТЕРЫ ДЛЯ УЧИТЕЛЕЙ

Практически с самого первого дня существования компании руководители Apple считали своим долгом помогать школам обзаводиться компьютерами.

Когда дочь Майка Марккулы в 1978 году поступила в начальную школу, он решил, что компьютер поможет ребенку в обучении математике. Благодаря этому убеждению на свет появился фонд Apple Education Foundation, в задачи которого входила раздача денег на техническое вооружение учителям и другим людям, желавшим создавать обучающие программы, и снабжение их компьютерами.

Этот ход оказался чрезвычайно далеко идущим: для компьютеров Apple II было написано больше всего обучающих программ; при закупке оборудования для компьютерных классов школы чаще предпочитали компьютеры Apple продукции других брендов; больше молодых людей впервые сталкивались в жизни с настольным компьютером на примере Apple. После этого дети, привыкшие видеть компьютер определенной марки в школе, просили родителей купить им такой же.

В начале восьмидесятых Стив Джобс даже пытался пропустить через Конгресс закон, позволяющий Apple пожертвовать школам сотню тысяч компьютеров в обмен на налоговые льготы. Он называл его законом «Дети не могут ждать», однако он так и не был одобрен Сенатом. Власти Калифорнии оказались куда более расторопными и отзывчивыми, и сих разрешения Apple установила в школах штата около десяти тысяч компьютеров. Компания также заботилась о создании лояльности к бренду Macintosh в студенческой среде, агитируя университеты активнее разрабатывать программы компьютеризации и тратить миллионы долларов на оборудование. Естественно, в результате тесного взаимодействия с компанией руководство университетов чаще всего останавливало выбор на продукции Apple.

Даже в наши дни Apple дает скидку студентам, желающим приобрести компьютеры. К примеру, в 2011 году девять тысяч выпускников университетов, принявших участие в программе некоммерческой организации Teach for America, бесплатно получили восстановленные промышленным способом планшеты iPad.

Джон Скалли (справа) и Стив Джобс в 1984 году, за год до ссоры

11. Скалли

Благодаря непрекращающейся популярности Apple II продажи компьютеров компании продолжали расти. Однако в Кремниевой долине бытовала такая шутка: Какая разница между Apple и бойскаутами? Ответ: За бойскаутами приглядывают взрослые.

После ухода Майка Скотга Apple нуждалась в настоящем лидере, человеке, способном направлять энергию Джобса в нужное русло и использовать во благо юношескую страсть к творчеству и интеллектуальный потенциал коллектива. В 1982 году в поисках авторитетного начальника Джобс и Майк Марккула столкнулись с Джоном Скалли, энергичным лидером, возглавлявшим в то время компанию PepsiCo. Умелый маркетинг и удачная рекламная кампания «Pepsi Challenge» обеспечили Скалли пристальное внимание всей страны, особенно после выигрыша по продажам в супермаркетах у главного конкурента — компании Coca-Cola. Скалли был прирожденным маркетологом, знавшим, как продавать товары молодежи.

Джобс несколько месяцев обхаживал Скалли, встречаясь с ним в Нью-Йорке и во время визита в Калифорнию. Джону было известно об Apple немного. Однако, отправившись в Лос-Анджелес повидаться с семнадцатилетним сыном и девятнадцатилетней дочерью, он понял, что имеет дело с быстроразвивающейся компанией. Он пошел с детьми в компьютерный магазин и упомянул по дороге о том, что собирается встретиться со Стивом Джобсом из Apple. Хотя его дети ходили в школу, где учились дети знаменитостей, они отреагировали на его рассказ так, словно отец собирается встретиться с рок-звездой мирового масштаба.

«Стив Джобс? — переспросила дочь. — Ты будешь встречаться со Стивом Джобсом?»

Каждый раз, общаясь с руководством Apple, Скалли утверждал, что доволен работой и любит Восточное побережье, где располагалась штаб-квартира PepsiCo. Но Джобс, решив однажды, что Скалли именно тот, кто им нужен, обрушил на него всю силу своего обаяния. В конце концов, после длительных переговоров в Нью-Йорке Джобс разразился фразой, заставившей Скалли посмотреть на вещи с другой стороны. «Ты хочешь весь остаток жизни продавать сладенькую водичку, — спросил он, — или воспользуешься выпавшим на твою долю шансом изменить мир?»

В 1983 году Джон Скалли, которому было сорок три года, присоединился к Apple, договорившись о заработной плате в один миллион долларов и ежегодном бонусе такого же размера.

Поначалу они с Джобсом ладили просто великолепно: общались несколько раз в день, вместе подолгу гуляли и даже заканчивали друг за друга предложения. Они так сблизились, что однажды за завтраком в доме Джобса он объяснил Скалли и его жене, куда так спешит. «Наша жизнь на этой земле так коротка, — сказал он, — что возможность сделать действительно нечто хорошее и великое выпадает в ней лишь несколько раз… Я чувствую, что должен сделать все самое прекрасное, пока молод».

В полном энтузиазма и преданности делу Джобсе Скалли видел себя в молодости. «Его ум и умение видеть не только само будущее, но и мое место в нем, зачаровывали меня. Я мог помочь Стиву стать Генри Фордом компьютерной эры».

У Джобса было несколько кумиров — к примеру, Эдвин Лэнд, основатель компании Polaroid, изобретатель Томас Эдисон и тот же Генри Форд, взявший дорогую вещь — автомобиль — и, применив ряд оптимизирующих производство методов, получивший возможность продавать машины широкому кругу покупателей по сходной цене. Джобс, подобно ему, хотел представить миру массовый компьютер, созданный для людей, а не только для упертых любителей электроники и специалистов из технических отделов корпораций.

Чтобы эта мечта сбылась, он поставил для компьютера Macintosh верхнюю ценовую планку в 2000 долларов. Но нужен был и большой рекламный бюджет. Скалли сказал, что и то и другое сразу невозможно и что, если Джобс хочет потратить много денег на маркетинг, эти расходы необходимо включить в цену. В конце концов ему удалось убедить Джобса в том, что компьютеры Macintosh должны продаваться по 2495 долларов за штуку, хотя Стив считал эту цену слишком высокой.

Несмотря на разногласия по ценовой политике, Скалли также выступал за массированную рекламную кампанию перед запуском продаж нового компьютера. Они заказали специальный ролик для показа по телевидению, и одобренный ими вариант вышел каким-то уж очень странным и даже страшным. Джобсу и Скалли ролик очень нравился, но когда они показали его на заседании совета директоров, все остальные его тут же возненавидели. Компания заплатила за производство ролика под руководством режиссера «Бегущего по лезвию бритвы» Ридли Скотта 750 000 долларов и должна была по договору с агентством потратить на его трансляцию во время национального Суперкубка по футболу еще 800 000. После просмотра этот поступок показался всем верхом глупости.

Джобс и Скалли обратились к менеджерам агентства, забронировавшего для Apple эфирное время, с вопросом нельзя ли продать его кому-нибудь еще. Однако вскоре выяснилось, что за адекватные деньги его никто покупать не хочет, и было принято решение все-таки выпустить в эфир пресловутый ролик.

Во время третьего периода финальной воскресной игры Суперкубка, пока «Los Angeles Raiders» успешно громили «Washington Redskins», телеэкраны по всей Америке неожиданно погрузились во тьму, в которой были видны лишь монотонно марширующие колонны лысых мужчин, одетых в мешковатые костюмы. Мужчины входят в комнату и садятся на деревянные скамьи, глядя с отсутствующим видом в укрепленный на стене экран. С экрана что-то вещает Большой Брат, отдаленно напоминающий Волшебника из Страны Оз (не слишком завуалированный намек на IBM). Оторвавшись от экрана, камера фокусируется на белокурой женщине в шортах и футболке с логотипом Macintosh, вбегающей в комнату с кувалдой в руках. Женщина, неожиданно остановившись, поднимает молот и, размахнувшись, бросает его. Молот, вращаясь, летит вперед и попадает прямиком в экран, взрывающийся от удара и превращающийся во вспышку белого света.

«Двадцать четвертого января, — говорит голос за кадром, — состоится премьера Macintosh, нового компьютера компании Арріе». Далее следует отсылка к классическому фантастическому произведению Джорджа Оруэлла: «И вы поймете, почему 1984 год не будет 1984 годом».

Ролик вышел мрачным, странным, но захватывающим. И очень многие из ста миллионов зрителей, смотревших финальную игру, сочли, что он был ее лучшей частью.

Кадр из рекламного ролика Арре «1984», продемонстрированного во время Суперкубка по футболу. Женщина бежит между рядами одетых в мешковатые костюмы бизнесменов с молотом в руках, чтобы разбить огромный экран с лицом Большого Брата. Реклама четыре раза выигрывала различные награды, заслужив славу одного из лучших коммерческих роликов всех времен

Через несколько дней Джобс провел формальную презентацию компьютера на ежегодной встрече акционеров компании. Он представил Macintosh в качестве ответного удара, нанесенного ІВМ, и поспособствовал сплочению держателей акций повторной демонстрацией ролика.

Затем, как заправский фокусник, которым Стив и вправду стал за годы работы в компании, он вынул из сумки Macintosh за ручку в верхней части монитора и достал из кармана небольшую дискету. Загрузившись, Мас тут же начал демонстрацию своих возможностей — шрифтов, таблиц, игр и графических программ. Под конец демонстрации Джобс нажал клавишу «мыши», и в зале раздался компьютерный голос, сказавший: «Привет, я Macintosh. Как приятно, что меня достали из сумки…»

Акционеры встретили презентацию продолжительной овацией.

В течение последующих недель Джобс дарил компьютеры знаменитостям — среди прочих Мику Джаггеру (отдавшему свой Macintosh дочери) и Шону Леннону, маленькому сыну Йоко Оно и покойного Джона Леннона.

Десятки репортеров, прошедших специальную подготовку, строчили в газеты и журналы восхищенные отзывы. Компьютеры разлетались как горячие пирожки, и за первые сто дней продажи существенно превысили показатели ІВМ РС за тот же срок.

Однако первоначальная лихорадка вскоре начала стихать — уровень продаж постепенно падал. Перед Рождеством 1985 года Арріе рассчитывала продать около 150 тысяч машин, но по факту было продано только 100 тысяч. Далее наметившаяся тенденция укрепилась.

Стив Джобс позирует дома со своим горячо любимым компьютером Macintosh. 1984 год

Все наложенные Джобсом ограничения — крошечный объем оперативной памяти, отсутствие слотов для дополнительных чипов и стрелок на клавиатуре — обескуражили покупателей. Самой серьезной проблемой стал маленький объем памяти. Один из служащих Apple придумал удачное сравнение, сказав, что работать на Macintosh все равно что пытаться ездить на «Хонде» с однолитровым бензобаком. Большая часть объема оперативной памяти компьютера была отведена для поддержания графики, и текстовый процессор, к примеру, не мог удержать в памяти более восьми страниц. Среднестатистическая глава книги, к примеру, занимает существенно больше. Оказалось, что Macintosh имеет тенденцию перегреваться, за что критики окрестили его «бежевым тостером».

Как будто желая усугубить и без того тяжелое положение, в начале 1985 года Apple снова выступила с дорогостоящим рекламным роликом во время Суперкубка. В нем корпоративные пользователи персональных компьютеров были выведены под видом «леммингов», бредущих друг за другом к обрыву и бездумно спрыгивающих вниз. Люди, купившие персональные компьютеры, сочли рекламу обидной, и неприятный осадок сохранялся в общественном сознании еще долго.

В том же году Джобсу исполнилось тридцать лет. В честь дня рождения он закатил роскошный ужин с танцами для трехсот гостей. Гвоздем программы стала певица Элла Фицджеральд. Гости не скупились на подарки, приносили хрусталь и дорогое вино, редкие книги в первом издании и даже сертификат владения акциями IBM в рамке. Однако все это осталось в гостиничном номере. Джобс материальными благами интересовался мало.

В это время он как раз давал длинное интервью для очередного журнала. Акции Apple, подорожавшие до 63 долларов 50 центов за штуку в период выхода компьютера Lisa в середине 1983 года, существенно упали в цене, и состояние Джобса, превышавшее в момент пика 450 миллионов долларов, уменьшилось на 200 миллионов. Над этими гигантскими убытками Стив только посмеялся: «Я бы не сказал, что это самое страшное или впечатляющее событие за последние десять лет. Бывали в жизни вещи и поважнее».

Во время интервью Джобс вспомнил древнюю индийскую мудрость: «В первые тридцать лет жизни человек формирует привычки, а в последние тридцать привычки формируют человека». Размышляя о судьбе Apple и о себе, он сказал, что ожидает наступления эпохи серьезных перемен, и это прозвучало почти как предсказание: «Думаю, моя судьба всю жизнь будет связана с Apple, как нить с ковром, то сплетаясь с другими нитями, то расплетаясь. Вполне возможно, несколько лет мне придется провести вне компании, но каждый раз, расставаясь с ней, я буду возвращаться назад».

Со старым другом Джобса Стивом Возняком произошло ровно то же самое — завершив образование в университете, он в 1983 году вернулся в компанию, чтобы внести дополнительные изменения в конструкцию Apple II, улучшив его. Однако в феврале 1985 года он сноваушел, заявив, что хочет заняться разработкой пульта дистанционного управления нового типа. Возняк был также расстроен тем, что компания, у истоков которой он стоял, игнорировала его детище — компьютер Apple II, бывший на протяжении долгих лет основным источником прибыли, то и дело отвлекаясь на более новые компьютеры. Воз объявил о продаже большей части своей доли в Apple и о том, что вложил вырученные 70 миллионов долларов в более безопасные и надежные активы.

И все же совсем компанию он не бросил, продолжая работать консультантом за скромное вознаграждение в 12 тысяч долларов, оставаясь одним из представителей Apple в прессе и на телевидении.

В марте 1985 года президент Рональд Рейган наградил Джобса и Возняка в числе нескольких других лауреатов недавно учрежденной Национальной медалью США за достижения в области технологий и инноваций. Поскольку Возняк незадолго до этого ушел из Apple, официальной делегации и празднования не было. Два Стива просто зашли после церемонии в кафе и съели по сэндвичу.

У Скалли в это время, что называется, хлопот был полон рот. Позволить проекту Macintosh обернуться провалом компания не могла — третьего удара после фиаско с Apple III и неудачи с компьютером Lisa, объемы продаж которого оказались вдвое ниже расчетных показателей, Apple могла и не выдержать.

В самый разгар переполоха по поводу неприятностей с Macintosh Джобс со Скалли начали ссориться, обвиняя друг друга во всех грехах. До Скалли наконец дошло, что он, как и многие другие, оказался в зоне действия окружавшего Джобса искажающего реальность поля. Он пришел к выводу, что Джобс вмешивался в слишком большое количество операций и отдавал слишком много приказов, на ходу меняя планы, но игнорируя при этом предложения команды по изменению конфигурации компьютера, оказавшиеся впоследствии необходимыми. Джобс сомневался в способности Скалли управлять компанией и в его понимании компьютерного бизнеса и связанных с ним технологий.

Во время совещания совета директоров в апреле 1985 года люди, стоявшие во главе Apple с давних времен, вызвали Скалли на ковер. Ему объяснили, что он был нанят в качестве генерального директора, а следовательно, бразды правления должен был держать целиком и полностью в своих руках, а не делиться властью с Джобсом. Сказав, что Джобс «ведет себя, как избалованный ребенок», они дали понять Скалли, что хотят заменить его на посту объединенного подразделения по развитию проектов Mac и Lisa более опытным человеком. Члены совета директоров, в числе которых был и Марккула, дали Скалли полную свободу действий, сказав, что он может производить в компании любые перестановки на свое усмотрение.

Ни в детстве, ни в отрочестве, ни, уж подавно, во взрослой жизни Джобс не умел воспринимать «нет» в качестве ответа. К тридцати годам ничего не изменилось. Он умолял Скалли дать ему время все исправить. Он плакал. Он ругался и чувствовал себя преданным. Он начал называть Скалли «тормозом» — словечко, которым Джобс всегда характеризовал людей, бывших, по его мнению, идиотами или дураками. Стив даже планировал предпринять диверсию против Скалли, убедив совет директоров уволить его, но ничего не помогало.

В течение некоторого времени Скалли пытался уговорить Джобса возглавить отдел научноисследовательских и конструкторских работ, но Стив решительно отказался. В начале лета Скалли снял Джобса с поста руководителя проекта Macintosh, сказав, что его ролью отныне будет «глобальное прогнозирование». Кабинет Джобса перенесли в здание, по большей части необитаемое; Джобс называл его «Сибирью».

Через месяц Скалли заявил аналитикам с Уолл-Стрит: «С точки зрения функционирования предприятия я не вижу для Стива Джобса места в компании ни сейчас, ни в будущем. Полагаю, он тоже его не видит, — добавил Джон. — Каким оно будет, покажут только время и сам Стив Джобс».

Смещенный с поста руководителя проекта Стив чувствовал себя так, будто его ударили в солнечное сплетение, лишив возможности дышать. Всю его сознательную жизнь Apple была основой его существования и главной точкой приложения сил. Чем больше он старался отдышаться, тем хуже ему становилось. «Когда я пытался понять, что делать и как строить дальнейшую жизнь, у меня как будто перехватывало дыхание», — вспоминал Джобс. Большую часть лета он провел в путешествиях, побывал в Европе и в России как эмиссар Apple и даже подумывал остаться в Европе в качестве свободного художника и экспатрианта.

Подумывал Джобс и о политике, но, вспомнив, что за всю жизнь даже ни разу не сходил на выборы, решил, что это существенное упущение помешает успешной карьере.

Успевший к тридцати годам стать миллионером Джобс оказался персоной нон грата в компании, которую сам и основал. Что делать дальше, было неясно.

КУМИРЫ

Кумиров у Стива Джобса было несколько, и одним из них был Альберт Эйнштейн, чей портрет висел в его практически лишенной мебели спальне.

Большое уважение испытывал Джобс и к Акио Морита, одному из основателей Бопу, гигантской корпорации, производящей электронные приборы, человеку, признававшему только высочайшие стандарты и ценившему красоту. Когда в 1999 году Морита умер, Джобс почтил его память во время одной из презентаций, сказав фразу, бывшую в его устах величайшим комплиментом: «Во всем, что он делал, выражалась любовь к человеку».

Эдвин Лэнд, человек, не окончивший Еарвардский университет и основавший корпорацию Ро1аго1Ф, тоже был одним из кумиров Джобса. Он изобрел фотокамеру, оснащенную устройством, позволявшим делать снимки и проявлять их практически мгновенно. Джобс называл его «национальным достоянием».

В 1980 году Лэнда заставили уйти из корпорации за попытку создать кинокамеру, оснащенную системой мгновенной проявки кинопленки, которая не смогла конкурировать с видеокамерой, записывающей информацию об изображении на магнитную ленту. Огромные средства, пущенные на разработку системы Лэнда, компании пришлось списать. Джобс сильно расстроился, узнав об этом.

«Что он такого сделал? — вопрошал Стив. — Пустил на ветер пару жалких миллионов, а они отняли у него компанию».

Через несколько лет после отлучения Лэнда Джобс и Скалли встретились с ним в его кэмбриджской лаборатории. Лэнд рассказал им, как изобрел свою фотокамеру: «Однажды я просто увидел ее. Для меня она была так же реальна до того, как появился первый образец, как если бы камера действительно лежала на столе, а я на нее смотрел».

Джобс воспринял этот рассказ очень эмоционально. «Точно так женя увидел Macintosh, — сказал он. — Возможности изучить потребительский спрос не было, поэтому пришлось воплотить в жизнь компьютер, который я видел внутренним взором, и показать его людям».

Лэнд был одновременно и художником, и ученым — благодаря этому обстоятельству Джобс проникся к нему еще большим уважением. Он хотел, чтобы РоІагоіб «находилась на точке пересечения искусства и науки, и я тоже старался об этом не забывать», — говорил позже Джобс.

После увольнения из Apple Стив Джобс основал новую компьютерную компанию под названием NeXT

Часть вторая. «Настоящие художники продают картины»

12. NeXT

В первой истории, рассказанной Джобсом выпускникам Стэнфорда в 2005 году, говорилось о том, как соединить отдельные точки, чтобы получить цельную картину, или, по крайней мере, позволить точкам соединиться между собой самостоятельно.

Во второй истории, по словам Стива, речь шла «о любви и потерях».

Вспоминая о том, как они с Возняком основали Apple в гараже его отца, Джобс сказал: «Мне повезло: я рано понял, чем хочу заниматься». Ему выпало счастье наблюдать затем, как продажи компании выросли до почти что двух миллиардов долларов в год, а штат увеличился до двух тысяч сотрудников, и все это за десять лет. Macintosh наделал много шума в компьютерном мире, как и надеялся технологически одаренный вундеркинд, которому едва исполнилось тридцать.

А потом, продолжал Стив, «меня уволили».

Это было тяжелое время. Он рассказал студентам о том, как нанял на службу талантливого руководителя, но спустя год их «взгляды на будущее начали расходиться, и это привело к ссоре».

(В речи перед студентами Джобс озвучил необыкновенно политкорректную версию обострения их взаимоотношений со Скалли. Обычно он все валил на Джона, сказав, к примеру, в 1995 году: «Я нанял не того парня, и он разрушил все, над чем я трудился десять лет».)

Без Apple Джобс почувствовал себя человеком, лишенным точки опоры. Он был потрясен и не знал, что делать дальше. Но потом, сказал он студентам, «где-то в уголке сознания мелькнул луч света.

Стало ясно: я по-прежнему хочу делать то, что делал всегда».

Отсутствие поддержки со стороны Apple не лишило его возможности претворять в жизнь то, что он видел внутренним взглядом и любил всей душой. Стив понял, что может попытаться сделать новый интересный продукт самостоятельно, и решил основать новую компанию.

Надо сказать, начальный этап нового дела у Джобса прошел не слишком гладко. Когда Стив решил, что нашел новый потенциальный рынок для мощных компьютеров в университетской среде, он формально продолжал занимать в Apple пост председателя. Джобс предположил, что такие машины будут особенно интересны ученым, у которых есть необходимость запускать на компьютере программу моделирования того или иного процесса в исследовательских целях. Ради этого проекта он и решил основать собственную компанию.

Поначалу совет директоров Apple отнесся к его идее благосклонно и даже рассматривал возможность инвестировать в новое предприятие, но буквально через несколько дней члены совета узнали о том, что Джобс собирается увести из Apple пять ключевых инженеров и менеджеров по продажам. Желание сотрудничать сменилось гневом на Джобса, так как руководители Apple почувствовали себя обворованными.

В самый разгар суматохи, в сентябре 1985 года, Джобс ушел со своего поста, оставив записку, в которой было сказано: «Недавняя реорганизация в компании привела к тому, что мне не только не оставили никакой реальной работы, но и лишили даже доступа к регулярным отчетам менеджеров. Мне всего тридцать лет, и я чувствую в себе силы работать и добиваться результатов».

Ответом Apple стал иск, предъявленный Джобсу на том основании, что он, покидая компанию, уносит с собой значительное количество внутренней информации, являющейся коммерческой тайной. (Через несколько месяцев тяжба закончилась мировым соглашением, в соответствии с которым Джобс брал на себя обязательство не работать в том же сегменте рынка, что и Apple, и фокусироваться на задачах, не входящих в сферу интересов компании.)

Джобс ответил на этот ход тем, что в течение нескольких месяцев продал практически весь свой пакет акций Apple, составлявший почти десять процентов. Хотя в тот момент акции продавались по весьма низкой цене в 18 долларов за штуку, тогда как в момент пика интереса к компании стоили более 60 долларов, ему тем не менее удалось выручить более 100 миллионов. Небольшой пакет Джобс оставил у себя, чтобы иметь возможность ходить на собрания акционеров.

В 1987 году ситуация вокруг Apple стала улучшаться — в немалой степени благодаря всходам, которые дали семена, посеянные Джобсом. Apple II был во многом обязан долговременному успеху установленному на нем редактору табличных расчетов «VisiCalc». Точно так же новое программное обеспечение в сочетании с увеличенным объемом памяти, набором шрифтов и других графических инструментов, а также появившийся еще до ухода Джобса в комплекте поставки лазерный принтер сделали Macintosh незаменимым средством производства для редакций и бюро предпечатной подготовки. Неожиданно газетные репортеры, работники корпоративных PR-отделов, художники-дизайнеры и даже мамаши из школьных родительских комитетов обнаружили, что при помощи Macintosh можно создавать своими руками, сидя за письменным столом, профессионального вида документы и презентации. Таким образом, компании, покупающие компьютеры Mac для выполнения определенных задач, и продуманный внешний вид, сделавший компьютер привлекательным для частных пользователей, обеспечили Apple достаточно широкую нишу и еще несколько лет роста, даже несмотря на то, что персональные компьютеры производства IBM и их копии постепенно захватывали стремительно расширяющийся рынок настольных вычислительных машин. К 1993 году объем продаж Apple под руководством Скалли вырос до 8 миллиардов долларов в год.

Полностью освободившись от обязанностей в Apple, Джобс в 1986 году вложил деньги в две компании. Первым делом он потратил 7 миллионов на создание задуманной им компании, получившей имя Next. Затем еще 5 миллионов было истрачено на покупку небольшой компании, производившей инструменты для создания компьютерной графики. Эта компания называлась Pixar и принадлежала до покупки Джобсом режиссеру сериала «Звездные войны» Джорджу Лукасу. По условиям сделки, Стив должен был вложить в дело еще 5 миллионов долларов.

Как и самому Джобсу, обеим компаниям пришлось бороться за место под солнцем в течение следующих нескольких лет.

На этот раз присмотра со стороны взрослых не было. Люди вроде Майка Марккулы или Джона Скалли не следили за действиями Next, и Джобс получил возможность делать то, что хочется и когда хочется. И одним из первых его шагов стало создание идеального логотипа. После того как результаты работы четырех дизайнеров его не удовлетворили, Джобс решил заплатить чудовищный гонорар в 100 000 долларов Полу Рэнду, создателю логотипов телевизионной корпорации ABC и IBM. Рэнд безапелляционно заявил, что сделает только один вариант. Поскольку Джобс планировал снабдить компьютер кубическим корпусом, Рэнд предложил ему логотип в виде куба с разноцветными буквами, из которых складывалось название компании. Все литеры, кроме «е», были набраны прописными буквами, и Рэнд объяснил Джобсу, что с нее начинается множество слов, имеющих отношение к компьютерному бизнесу и к тому, что видел в своем новом детище Джобс — education, excellence, expertise, exceptional, excitement, e = mcBI[6].

Джобсу идея понравилась. С момента появления логотипа компания стала называться NeXT.

По крайней мере, на некоторое время Джобс заново обрел смысл жизни, и оказалось, что он кроется в работе — «но не просто в работе, а в безостановочной работе, занимающей двадцать четыре часа в день», как написал журналист Джоэ Носера в заметке, посвященной Джобсу и вышедшей в «Esquire» в 1986 году. «Нужно обладать по-настоящему узким тоннельным зрением, чтобы сделать в этой жизни нечто значительное, — сказал как-то Джобс, добавив, что чувствует в себе способность создать еще несколько интересных вещей. — Если нам удастся создать ту компанию, которую я вижу в воображении, а мне кажется, мы сможем это сделать, то о большем удовольствии от жизни можно будет только мечтать».

На следующий год NeXT совершила серьезный рывок вперед, когда миллиардер из Техаса по имени Генри Росс Перо, сделавший состояние на обработке данных, человек уже немолодой, увидел на телеканале PBS передачу с участием Джобса и позвонил Стиву, выразив желание инвестировать деньги в его предприятие. Хотя собственные деньги Стива, вложенные в компанию, подходили к концу, и инвестиции были нужны как воздух, во время переговоров с Россом Перо он вел себя с хладнокровием бывалого покерного игрока. В итоге Перо заплатил 20 миллионов долларов за долю в 16 процентов во владении только что образованным предприятием. Джобс вложил еще 5 миллионов, а два университета — Стэнфорд и Карнеги Меллон — вместе приобрели долю в один процент.

Как это часто случалось во время работы в Apple, Джобс проявлял маниакальную придирчивость к деталям. Это неудивительно, ведь на этот раз он чувствовал себя носителем особой миссии. «В глубине души Стив хотел доказать себе и другим, что успех Apple не был простой случайностью», — сказала Андреа Каннингхэм, работавшая специалистом по рекламе в NeXT.

Он настоял на том, чтобы корпус компьютера был кубической формы, хотя, учитывая форму печатных плат, особого смысла в этом не было. Он хотел, чтобы корпус выглядел эффектно, поэтому решил сделать его черным, причем не только снаружи, но и внутри. Увидев на корпусе тонкую линию — оставленную формой для литья из пластика, он лично отправился на завод в Чикаго, чтобы узнать, нельзя ли ее устранить. Даже сборочная линия компьютеров должна была выглядеть идеально — Джобс распорядился сделать в помещении белые стены и подобрать оборудование согласно утвержденной им цветовой гамме. Элегантная, сделанная по заказу лестница, вроде той, что сейчас можно видеть в фирменных магазинах Apple, украсила не только здание фабрики, но и особым образом оформленную штаб-квартиру компании.

Так же, как в Apple, Джобс имел привычку запугивать разработчиков и требовать от них стопроцентной отдачи. Он мог накричать или жестко раскритиковать результаты работы. Работники компании рассказывали журналистам «The New York Times» о «правиле трех раз». Услышав впервые мысль, вызывающую у него возражения, он «ругает высказавшего ее работника, называя мысль или разработку безмозглой». Во второй раз, услышав или увидев то же самое, он, как правило, уже не так критичен. И «в третий раз он называет мысль великолепной до одурения».

Хотя Джобс пообещал, что компьютер будет стоить 3000 долларов, что было близко к верхнему пределу цены, которую могли заплатить студенты и университеты, стоимость резко увеличилась, когда Стив распорядился добавить в конструкцию оптические перезаписываемые носители, подобные современным записывающим CD-приводам, огромное количество памяти и другие опции.

Программное обеспечение, разработанное специально для нового компьютера, было уникальным — при его использовании программирование стало похожим на игру в кубики или конструктор LEGO, что существенно облегчало задачу по сравнению с написанием программ «с нуля».

Разрабатывая компьютер NeXT, Джобс не считал нужным интересоваться тем, что хотят видеть в новой машине потенциальные покупатели. Один из его кумиров, основатель автомобильного концерна Генри Форд, однажды высказал мысль, сразу ставшую крылатой фразой, о том, что производившийся его заводом автомобиль модели «Т» может быть любого цвета, если этот цвет черный. Разрабатывая дизайн нового компьютера, Джобс не задумывался о том, кто в действительности будет покупать (или пользоваться) мощными машинами, которые должны были появиться в результате его усилий.

Первоначально выход нового компьютера в свет был запланирован на 1987 год, но сроки все время отодвигались. В Кремниевой долине на этот счет сплетники даже придумали анекдот о том, что компьютер NeXT необходимо переименовать в Eventually[7].

Наконец в октябре 1988 года компьютер, стоявший под чехлом из блестящей черной ткани, был с большой помпой открыт, как памятник, перед трехтысячной аудиторией из работников сферы образования, разработчиков программного обеспечения, друзей и репортеров в Симфоническом зале Сан-Франциско. Джобс продемонстрировал великолепную по тем временам способность обрабатывать графику, рассказал об огромном объеме памяти, в которую уже было записано полное собрание сочинений Шекспира, и продемонстрировал способность NeXT проигрывать музыкальные произведения. Шоу окончилось дуэтом компьютера и скрипача из оркестра, исполнившими произведения Баха.

Когда один из репортеров спросил, почему для выхода машины в свет понадобилось так много времени, Джобс за словом в карман не полез. Он сказал, что подобный компьютер «не может выйти слишком поздно, так как опережает свое время на пять лет».

Но, как и в случае с Macintosh, в конструкции NeXT имелись серьезные недоработки. Цена его составляла на момент выхода 6500 долларов, но в комплекте с лазерным принтером и другими необходимыми устройствами приближалась на деле к 10 000, что для большинства потенциальных покупателей было слишком дорого. Программное обеспечение на момент презентации завершено не было, и окончание работы над ним ожидалось лишь через несколько месяцев. Вдобавок программное обеспечение, уже существующее на рынке, использовать на нем было невозможно, поэтому, кроме заранее установленных программ, пользователю рассчитывать было практически не на что. Экран был черно-белым, и Джобс не разрешил установить в красивый черный блок дисковод, который позволил бы пользователям с большим удобством обмениваться информацией.

В какой-то момент разработчики практически взбунтовались против этого решения. Один из них поднял вопрос о необходимости дисковода на совещании, но Джобс ответил, что, по его мнению, в компьютере это устройство будет лишним. Однако другой разработчик стал спорить, и в итоге все присутствующие начали хором скандировать: «Нам нужен дисковод. Нам нужен дисковод».

Джобс позволил встроить его только в более позднюю версию компьютера.

Тем не менее японская корпорация Canon заинтересовалась новым компьютером настолько, что в 1989 году было принято решение инвестировать в компанию Джобса 100 миллионов долларов в обмен на 16,7 процента акций. Это дало возможность NeXT получить необходимые для дальнейшего развития деньги, пока компания пыталась продвигать новые компьютеры. Однако со времен появления Apple II прошло более десяти лет, и многое с тех пор изменилось. Все игроки компьютерного рынка в момент его становления были новичками, старавшимися всеми силами привлечь к себе внимание, но в момент появления NeXT в индустрии образовался целый ряд крупных производителей, обладавших большими денежными ресурсами и способных снабжать работников сферы образования компьютерами безвозмездно, побуждая тем самым покупать новую продукцию той же марки. Новому игроку пришлось столкнуться с жесткой конкуренцией уже на начальном этапе.

Хотя NeXT лишь начала свою деятельность, журнал «Inc.» немедленно назвал Джобса «Предпринимателем десятилетия» за ту роль, которую он сыграл в возникновении и развитии технической революции, вызванной появлением настольных компьютеров. К сожалению, на судьбу нового детища волшебные способности Джобса никак не повлияли. Несмотря на неусыпную заботу и внимание Джобса к новой компании, в 1989 году NeXT продала лишь тысячу экспериментальных экземпляров. Джобс неутомимо рассказывал в прессе, что NeXT станет для мира новым технологическим прорывом. Однако потенциальные покупатели не спешили расхватывать компьютеры, не разделяя энтузиазм Джобса, и уровень продаж не позволял думать даже об окупаемости, не говоря уже о прибыли, необходимой для роста и процветания любой компании.

На заседании совета директоров весной 1991 года, когда должностные лица компании рассказывали о неутешительном положении дел, Росс Перо со свойственной ему грубоватой прямолинейностью прервал презентацию. «Я понимаю, — сказал он, — вы хотите сказать, что кабина пилота горит и самолет в штопоре. А есть ли что-то такое, чего я не знаю?»

Компания едва сводила концы с концами, каждый шаг давался с большим трудом — хотя покупатели в один голос твердили, что установленное на новом компьютере программное обеспечение великолепно. В начале нового десятилетия многие советовали Джобсу оставить попытки торговать компьютерами и начать продавать программы — он эти рекомендации игнорировал. Мысль о том, что с рынком вычислительной техники придется расстаться, была для него невыносимой.

Но, как бы там ни было, к началу 1992 года было продано в обшей сложности всего около 50 тысяч машин — примерно столько компьютеров Apple продавала за неделю.

С Pixar дела обстояли немногим лучше.

Режиссер Джордж Лукас, у которого в то время полным ходом шел бракоразводный процесс, пожелал получить за бизнес гораздо большую сумму по сравнению с той, что была оговорена изначально, но в итоге согласился на невысокую цену, предлагаемую Джобсом, так как другие потенциальные покупатели не спешили принимать решение. Потенциал компании будоражил воображение Джобса.

После выхода в свет «Звездных войн» кинопроизводители на практике увидели, насколько здорово выглядят на экране сложные спецэффекты, и хотели внедрять их в свою продукцию, но сделать это без помощи компьютера было так же сложно, как стать джедаем. В некоторых случаях, рассказывал Джобс в одном из интервью, Лукасу пришлось складывать воедино до тринадцати отрезков пленки, чтобы создать один-единственный кадр. При аналоговой технологии производства приходилось ставить на заднем плане огромные картины, устанавливать в кадре модели объектов или персонажей, снимать в этом антураже актеров, а затем еще и накладывать кадр на кадр. Естественно, в результате наложения и пересъемки изображение становилось чересчур зернистым, мутным, и дефекты каждого отрезка пленки отражались на финальном кадре. По словам Джобса, если поставить на паузу первый вариант «Звездных войн» и внимательно изучить кадр, можно увидеть «насколько изображение грубое. Сплошное зерно, качество очень низкое».

Налагая кадр на кадр при помощи компьютера можно получить картинку блистательного качества, но компьютеров, способных обработать такое огромное количество информации, в то время просто не было. В Pixar, компании, под крылом которой собрались люди, прекрасно разбиравшиеся в компьютерах и любившие анимацию, такая машина, обошедшаяся в 125 000 долларов, была создана.

Ее создатели надеялись, что потенциал суперкомпьютера может быть использован не только для создания прекрасных анимационных фильмов, но и для трехмерного моделирования медицинских процессов, разработки детальных географических карт и многих других целей.

В течение нескольких лет Джобс позволял компании работать в долг до 50 миллионов долларов, лично гарантируя поставщикам выплаты. Но эра компьютерной магии все никак не хотела наступать.

Сконцентрировавшись на делах NeXT, Джобс оставил управление Pixar на откуп ее руководителей, однако регулярно проводил с ними встречи для принятия ключевых финансовых решений. (Работники NeXT ехидно называли Pixar «хобби Джобса».)

Чтобы стимулировать продажи суперкомпьютеров, он открыл офисы Pixar в нескольких городах. Хотя цена машины опустилась ниже 50 000 долларов и были созданы облегченные версии, стоившие еще меньше, покупатели не проявляли к продукции компании особого интереса. Самым крупным клиентом была Walt Disney Company, обнаружившая, что можно существенно снизить себестоимость производства мультфильмов, сканируя сделанные от руки рисунки и раскрашивая их в компьютере с добавлением нескольких слоев изображений заднего плана. Впервые эта технология была опробована при производстве «Русалочки». Убедившись в успехе, компания закупила несколько десятков компьютеров Pixar и использовала их при создании «Спасателей в Австралии», «Красавицы и чудовища», «Короля-льва» и других мультфильмов.

Компьютеры Pixar обеспечили Walt Disney Company технологический прорыв, но в то же время стали появляться другие хорошо оснащенные рабочие станции, предназначенные для использования в самых разных областях. Снабдив один из таких компьютеров нужным программным обеспечением, можно было делать то же самое, что и при помощи Pixar, но дешевле. Поняв, что активных продаж не будет, Джобс в 1990 году распорядился закрыть представительства и продал занимающееся производством компьютеров подразделение.

После этого он решил попытаться превратить высококачественное профессиональное программное обеспечение Pixar для производства 3D-гpaфики в общедоступную программу, которая позволила бы обычным пользователям создавать реалистичные трехмерные картинки. Однако программа простой и доступной так и не стала, даже для продвинутых пользователей, и большим спросом не пользовалась. Эти попытки были прекращены в 1991 году, и тридцать из семидесяти двух служащих Pixar, включая президента компании, были уволены. Джобс проявил при этом потрясающее жестокосердие: запретил заранее извещать их об увольнении за две недели и платить выходное пособие, отправив их по домам без каких-либо реверансов.

Для Pixar осталось одно-единственное возможное поле деятельности — анимация. Компанию создали люди, объединенные общей любовью к мультипликационным фильмам, и главным их желанием было создавать полнометражные ленты при помощи компьютера. До покупки компании Джобсом ее основатели — Эд Кетмюлл и Элви Рэй Смит — умудрились заполучить на работу Джона Лассетера, молодого талантливого мультипликатора, оказавшегося ненужным Walt Disney Company. Чтобы продемонстрировать мощь компьютеров и программного обеспечения Pixar, Джон создавал потрясающие воображение забавные короткие ролики. Короткометражка, главным персонажем которой была ожившая настольная лампа по имени Люксо-младший, номинировалась на «Оскар» за лучшую работу в области анимации. Позже премию Американской киноакадемии сумела завоевать другая короткометражка Лассетера «Оловянная игрушка», выпущенная в 1988 году.

Несколько раз Джобс был близок к расформированию и этого подразделения Pixar, но Кетмюлл его отговорил. В конце концов фирма нашла способ зарабатывать какие-то деньги, создавая короткие забавные ролики для рекламы полоскания для полости рта «Listerine», конфет «Life Savers» и жевательной резинки «Trident». После того как Джобс закрыл проект по адаптации программного обеспечения для рядового пользователя, эти ролики да продажи профессионального программного обеспечение оставались практически единственными возможными путями зарабатывать деньги, а этого для успешного существования компании было явно недостаточно.

Чтобы бизнес окончательно не развалился, Джобс в 1991 году заключил новые контракты с руководителями Pixar на необычайно жестких условиях. Согласно уговору, они должны были отдать все акции компании, находившиеся в их собственности, Джобсу в обмен на финансирование и не имели права покупать их в течение долгого времени в будущем. Таким образом, они лишались последнего шанса пожинать неожиданные плоды, которые, паче чаяния, могли свалиться на голову как результат многолетней работы компании.

Джобс был мажоритарным акционером и имел право устанавливать правила. Менеджеры и работники компании отказались от своих небольших пакетов в его пользу.

По всем законам бизнеса, вспоминал Элви Рэй Смит, Pixar, подобно NeXT, «должна была прогореть. Однако этого не случилось, потому что Стив, наверное, просто не перенес бы поражения».

Один бледный лучик надежды на горизонте все же оставался. В гигантской корпорации Walt Disney обратили-таки внимание на работы Джона Лассетера. Руководители Disney заявили о желании вложить

деньги в полнометражный анимационный фильм, сделанный Pixar. У Лассетера была идея: сделать фильм об игрушках, страдающих от отсутствия внимания. Название соответствующее: «История игрушек». Но в обеих компаниях царила атмосфера предчувствия скорого краха. Кто мог поверить в счастливый конец при таких обстоятельствах?

КАК NEXT КОСВЕННО ПОВЛИЯЛА НА ПОЯВЛЕНИЕ WORLD WIDE WEB

Тим Бернерс-Ли, тридцатипятилетний британский физик, трудился в Европейской организации по ядерным исследованиям (CERN), в лаборатории по изучению физики элементарных частиц в швейцарском городе Женева, когда в 1990 году для работы над одним из специальных проектов было закуплено несколько компьютеров NeXT.

Результатом стало появление сети, широко известной в наши дни под именем Интернет.

Бернерс-Ли попросил руководство лаборатории приобрести для его исследований оборудование на 50 000 долларов и выделить под его начало нескольких программистов. Он хотел проверить некоторые свои идеи по объединению документов, хранящихся на разных компьютерах, и создать для этих целей программное обеспечение, распространяемое на бесплатной основе. Пользуясь компьютером NeXT, он изобрел HTML, или язык разметки гипертекста, состоящий из тэгов, или кодовых слов, благодаря которым страницы отображаются корректно везде, где их просматривают. Бернерс-Ли придумал присваивать каждой странице универсальный адрес, так называемый URL, или универсальный локатор ресурса. Он же создал правила, известные как протокол HTTP, то есть протокол передачи гипертекста, в соответствии с которым информация должна передаваться от компьютера к компьютеру унифицированным способом. Он же стал автором первого в мире браузера, позволяющего всем пользователям видеть одну и ту же страницу с гипертекстом вне зависимости от того, где они находятся.

Все это было сделано на компьютере NeXT, поступившем в CERN с заранее настроенным аккаунтом электронной почты и с записанным в аудиофайл приветствием от Стива Джобса, который, в противовес персональному компьютеру, считал свое детище «компьютером межперсональным».

Бернерс-Ли вспоминал, что программы, поставлявшиеся с NeXT, «существенно облегчали процесс программирования». Он начал работать над проектом в октябре 1990 года, в декабре того же года первые плоды его труда уже могли изучать сотрудники лаборатории, а летом 1991 года результаты были представлены широкой общественности. В течение последующих двух лет он занимался налаживанием работы, а еще через пять лет Всемирной паутиной уже пользовались сорок миллионов человек.

13. Семья

Стив Джобс с дочерью Лизой Бреннан-Джобс

Свадьбы одного из самых завидных женихов мира высоких технологий пришлось дожидаться долго.

В начале 1991 года, пока NeXT и Pixar боролись за жизнь, в личной жизни Джобса наступил новый кризис: его подруга Лорин Пауэлл забеременела.

К тому времени Джобсу исполнилось тридцать шесть, и он давно уже вырос из образа молодого заносчивого наглеца, которым был в 1978 году, когда у них со старой школьной подружкой родилась дочь Лиза. По отношению к Пауэлл, студентке второго курса магистратуры Бизнес-школы Стэнфордского университета, намерения у Джобса были вполне серьезные. Он делал ей предложение дважды: в последний раз во время поездки по случаю окончания года на Гаваи. Стив уже подарил невесте кольцо. И вдруг снова засомневался.

Он опрашивал друзей. Ломал голову, пытаясь прогнозировать последствия своего шага. Заявлял о неприятии самой идеи свадьбы и пытался делать вид, будто ничего из ряда вон выходящего не происходит. Расстроенная Лорин, которой на тот момент было двадцать семь лет, уехала из дома Джобса и уже второй раз за год вернулась в свою квартиру.

В конце концов Джобс принял решение, достойное взрослого человека. 18 марта 1991 года Стив и Лорин поженились. Их обвенчал давний знакомый Стива и его духовный наставник Кобун Чино в хижине посреди национального парка Йосемити. Торт был вегетарианским, и после компания из примерно пятидесяти приглашенных на церемонию гостей отправилась на прогулку, несмотря на то, что на улице шел снег.

За время, прошедшее с момента разрыва с Бреннан, и до встречи с Пауэлл у Джобса была целая серия подружек. Вскоре после переезда Бреннан в Орегон Джобс начал встречаться с девушкой из рекламного агентства, работавшего с Apple. Их отношения продолжались несколько лет. В начале восьмидесятых, когда Джобс был уже мультимиллионером и кумиром множества интересующихся технологией людей, его круг общения естественным образом изменился. В течение пары лет он, к примеру, время от времени встречался с фолк-певицей Джоан Баэз, хотя та была старше Стива на четырнадцать лет. Команда, работавшая над компьютером Macintosh, была просто потрясена, когда однажды он привел певицу на работу, чтобы похвастаться проектом, информация о котором считалась строжайше оберегаемой коммерческой тайной. Джоан ходила с Джобсом и на корпоративные вечеринки. В конце концов разница в возрасте, очевидно, оказалась слишком большой.

Пару раз Стив появлялся в компании Майи Лин, создательницы Мемориала погибшим на войне во Вьетнаме, а также с актрисой Дайаной Китон. В течение года он встречался со студенткой последнего курса Университета штата Пенсильвания по имени Дженнифер Иган. Стив навещал ее каждый раз, отправляясь на Восточное побережье. Он рассказывал Дженнифер о том, как вредно развивать в себе зависимость от материальных объектов, а она спорила с Джобсом, спрашивая его, как он в таком случае может делать компьютеры, которые люди покупают. «По этому вопросу всегда случались бурные дебаты», — вспоминала Дженнифер.

Впоследствии ставшая писательницей и лауреатом Пулитцеровской премии Иган сказала Джобсу, что слишком молода для замужества, и на этом их отношения прекратились.

В 1984 году журналист из «BusinessWeek» во время интервью спросил, чем Стив интересуется, и Джобс сказал: «Я люблю фильмы и романы с женщинами».

С какими женщинами? «С молодыми, умными и артистичными. Мне кажется, таких в Нью-Йорке больше, чем в Кремниевой долине», — ответил Джобс.

Первые серьезные, долгосрочные отношения Джобса начались в офисе Apple, когда Стив познакомился с зашедшей туда художницей и дизайнером Тиной Редей. У них завязался долгий бурный роман. В середине восьмидесятых Джобс приобрел старинный особняк в испанском стиле, в котором было четырнадцать спален, но практически отсутствовала мебель. Тина переехала к нему, хотя Стив продолжал спать на лежащем на полу матрасе и был таким перфекционистом, что не позволял купить кровать даже ей. В конце концов жизнь без мебели стала раздражать Тину, и она вернулась к себе.

Тем не менее огонь страсти между ними не угас, по крайней мере, в достаточной степени, потому что служащие NeXT впоследствии вспоминали о том, как «эти двое постоянно целовались и обжимались в приемной». Однако, помимо приступов взаимного обожания, партнеров посещали и припадки ярости по отношению друг к другу, что иногда происходило на публике. Как и Крисанна Бреннан, Тина нередко возмущалась тем, каким холодным и бессердечным порой бывал Джобс и как легко он мог обидеть ее и окружающих. Кроме того, Тина считала, что ему нужно проводить больше времени с дочерью, ходившей в то время в начальную школу.

Росс Перо удивлялся тому, что Джобс никак не женится на Редей, и в 1989 году Стив наконец решился сделать предложение. Однако Тина отвергла его, решив, что из их брака ничего хорошего не выйдет, но в целом это никак не повлияло на их отношения.

Лорин Пауэлл ворвалась в жизнь Джобса однажды весенним вечером, встретившись с ним в Бизнес-школе Стэнфордского университета, где Стив должен был выступать перед студентами. Лорин пришла туда с приятелем, но свободного места для нее не нашлось, и она заняла одно из кресел, зарезервированных для почетных гостей. Когда приехал Джобс, он сел на соседнее кресло, и Лорин, увидев рядом с собой почетного гостя, решила пошутить, сказав, что выиграла конкурс на право поужинать с ним.

Стив Джобс с женой Лорин Пауэлл

После выступления Стива они еще немного поболтали, но Джобсу нужно было ехать в NeXT на собрание. Но, оказавшись в машине, он почувствовал, что хочет вернуться. «Я сидел в машине на стоянке и уже завел двигатель, как вдруг мне пришла в голову мысль: если это мой последний вечер на земле, что бы я предпочел сделать — заседать на собрании или провести его с женщиной? Выскочив из машины, я побежал назад, нашел ее и спросил, не хочет ли она поужинать со мной. Она согласилась, и больше мы уже не расставались», — рассказывал Стив.

Пауэлл, родившаяся в Нью-Джерси, рано потеряла отца и узнала, что такое борьба за существование. Красивая златовласая блондинка, спортсменка и вегетарианка получила образование в Университете штата Пенсильвания и работала в престижной компании Goldman Sachs на Уолл-Стрит, пока не решила продолжить обучение и получить MBA. Лорин обладала всеми качествами, позволяющими добиться успеха в жизни: умом, красотой и прекрасным резюме.

В их отношениях тоже были свои взлеты и падения. Однажды Джобс, предложив ей выйти за него замуж, впоследствии несколько месяцев избегал этой темы. Временами Лорин занимала все его мысли, а потом наступал период, когда он делал вид, что ее не существует. Порой Пауэлл пугала темная сторона его натуры, но, будучи сильной женщиной, она умела терпеть.

В период душевного разброда, наступивший после ухода из Apple, Джобс из близких людей признавал только Пауэлл. Много лет после рождения Лизы он избегал общения с ней и ее матерью, Крисанной Бреннан. «Мне не хотелось становиться отцом, вот я ими не был», — рассказал Стив своему биографу

Уолтеру Айзексону во время одного из интервью. Порой он заезжал к Крисанне, чтобы пообщаться, но ребенка для него как бы не существовало.

Однако после ухода из Apple, когда главным местом работы для Джобса стал офис компании NeXT, находившийся неподалеку от того места, где жила Бреннан, Стив начал заезжать к ней чаще, стал брать Лизу с собой обедать и однажды даже привел ее в штаб-квартиру компании, где она, по воспоминаниям сотрудников, крутила в коридоре «колесо». Когда Лиза подросла, они с отцом часто гуляли или катались на роликах.

Тем не менее Лиза позже написала: «Мать вырастила меня по большей части в одиночку. Жили мы скромно, но отношения у нас были теплые, и мы были счастливы. Часто переезжали». На самом деле переездов было тринадцать. Об отце Лиза знала только, что он богатый и знаменитый человек, но постепенно узнавала все больше и больше. Однажды, когда Лиза была подростком, Стив взял ее с собой в командировку в Токио.

Работая в Apple, Стив отказался от своего радикального подхода к выбору продуктов питания, сказав, что «необходимость постоянно общаться с людьми и взаимодействовать с ними накладывает свои ограничения на человека, желающего вести здоровый образ жизни». Однако после ухода из корпорации Стив вернулся к строгой вегетарианской диете — делая исключение лишь для суши, к которым успел пристраститься. Во время поездки в Токио они с Лизой ходили в суши-бар на нижнем этаже отеля, чтобы поесть унаги-суши — японского пресноводного угря с рисом. Суши с угрем подавались в двух вариантах — с солью или сладким соусом. «Было очень вкусно, — вспоминала Лиза, — суши так и таяли во рту». Дистанция между ней и вечно отсутствующим отцом тоже растаяла. «Впервые в жизни я почувствовала себя рядом с ним счастливой и довольной, — написала Лиза. — Казалось, распахнулась дверца, за которой скрывалось пространство, куда раньше я попасть не могла. Мы сидели в кафе с высокими потолками и маленькими креслами, ели суши, и в отце, казавшемся мне раньше отстраненным и несгибаемым, проявились человеческие черты».

Вскоре после свадьбы Стива и Лорин Лиза переехала к отцу и жила с ним и его женой до окончания школы. Окончив выпускной класс, она поступила в Гарвард и стала писателем. Как и со всеми близкими людьми, Джобс бывал то холоден по отношению к дочери, то полон любви к ней. Порой они не общались месяцами и даже годами. (Один из таких периодов совпал с окончанием Лизой университета: она не пригласила отца на выпускной, а он не проявил желания прийти.)

Еще один фрагмент головоломки, на которую часто походила жизнь Джобса, сложился в тот период.

В середине восьмидесятых врачи диагностировали у Клары Джобс рак легких. Навещая ее в больнице, Стив расспросил маму о прошлом и узнал, что она уже была однажды замужем до встречи с Полом. Ее первый муж погиб на войне. Клара рассказала Стиву подробности его усыновления, о которых он раньше не знал.

До этого момента Джобс не предпринимал попыток найти биологических родителей, так как боялся причинить боль Полу и Кларе, которых нежно любил и считал настоящими отцом и матерью. Но когда в ноябре 1986 года Клара скончалась в возрасте шестидесяти двух лет, он рассказал Полу о своем желании, и отец заверил его, что ничего против не имеет.

В результате собственного расследования и при помощи частного детектива Джобс нашел в Лос-Анджелесе Джоанну Шибл. Он узнал о том, что его отцом был Абдулфаттах «Джон» Джандали, аспирант сирийского происхождения, ставший впоследствии профессором политологии. Джоанна после рождения Джобса вернулась в Висконсин. После смерти ее отца она вышла замуж за Джандали и родила другого ребенка, девочку по имени Мона.

Так Стив выяснил, что у него есть родная сестра.

Через несколько лет Джандали из семьи ушел, а Джоанна вышла замуж во второй раз. Со вторым мужем отношения тоже не заладились, и они развелись, но и Джоанна, и Мона продолжали носить его фамилию — Симпсон.

Джобс съездил в Лос-Анджелес и, навестив Джоанну Симпсон, поблагодарил за то, что подарила ему жизнь. Джоанна несколько раз извинилась перед Стивом, сказав, что всю жизнь испытывала по нему тоску.

Вскоре после этого в Нью-Йорке Стив познакомился с Моной, ставшей писательницей и работавшей в литературном журнале под названием «Paris Revue». Она как раз закончила роман под названием «Где угодно, только не здесь», в котором рассказывалось об их с мамой переезде из Висконсина в Лос-Анджелес.

Мона и Стив немедленно почувствовали друг к другу симпатию и обнаружили, помимо всего прочего, взаимную страсть к долгим пешим прогулкам, любовь к работе и сильную волю. Джобс, никогда не испытывавший глубокой привязанности к Патти, с которой вырос в одном доме, стал близким другом Моны и познакомил ее с невестой и дочерью Лизой.

Писательница Мона Симпсон, сестра Стива Джобса, с которой он познакомился только на четвертом десятке

Мона, как и многие другие писатели, нередко черпала сюжеты из жизни близких людей и в середине девяностых, будучи уже признанной романисткой, написала книгу «Обычный парень» о страдающем нарциссизмом молодом трудоголике, игнорирующем собственную дочь до тех пор, пока его не выставляют с работы. Роман начинается с фразы: «Он был слишком занят для того, чтобы спускать за собой воду в туалете». Хотя речь идет о литературном произведении, Джобс определенно послужил прототипом главного героя, и, читая произведение, невозможно в точности сказать, где кончаются факты и начинается вымысел.

Мона, также интересовавшаяся своим происхождением, предприняла самостоятельное расследование и нашла отца в калифорнийском городе Сакраменто. Однако Джобс не проявил желания с ним знакомиться, опасаясь, как бы биологический отец не попытался его шантажировать, чтобы получить долю в его огромном состоянии. Он попросил сестру не упоминать его в разговоре.

Мона отправилась в Сакраменто одна. Джандали оставил преподавание и ушел в ресторанный бизнес. Во время разговора он рассказал, что до нее у них с Джоанной был еще один ребенок, мальчик. «Его мы никогда больше не увидим», — сказал Абдулфаттах.

Он рассказал ей о своих ресторанах, упомянув о том, что одно из заведений, специализирующееся на средиземноморской кухне, находится неподалеку от Сан-Хосе. К полному удивлению Моны, дальше она услышала следующее: «Туда заходили все знаменитости из Кремниевой долины. Даже Стив Джобс».

Джандали охарактеризовал Джобса как «милого молодого человека, никогда не скупящегося на чаевые».

Моне пришлось задействовать всю имеющуюся в ее распоряжении силу воли, чтобы сдержать обещание, данное Стиву.

Сразу по окончании разговора она бросилась звонить Джобсу. Стив был потрясен — и вспомнил не только ресторан, но и владельца. «Лысеющий сириец. Он мне еще руку пожал», — рассказывал он позднее.

Так недостающие части семьи Джобса постепенно сошлись воедино. Чуть позже, в сентябре 1991 года, Пауэлл родила сына. Чтобы подыскать ему имя — Рид Пол Джобс — родителям пришлось потратить две недели. «Название для новой продукции так сразу не подберешь», — пошутил Джобс в официальном объявлении о рождении ребенка.

Появление на свет младенца изменило отношение Джобса к жизни. «Такое впечатление, что в голове срабатывает переключатель, и на тебя сваливается целая лавина чувств, о существовании которых ты раньше и не подозревал, — сказал он через несколько месяцев после рождения сына. — Многие рассказывали мне, какое это значительное событие, но с чужих слов я бы никогда не понял, насколько это важно».

Семья переехала в новый дом в Пало-Альто. Супруги не хотели, чтобы дети росли в обстановке роскоши, и Мона Симпсон вспоминала, что Джобсы жили очень скромно. Вскоре после рождения первого ребенка Стив и Лорин часто обедали на траве, и обед порой, по словам Моны, «состоял из блюд, сделанных из одного-единственного овоща», из брокколи, к примеру, «с какой-нибудь вкусной травкой, недавно срезанной с грядки».

Джобс и Пауэлл купили пару кроватей и ряд других необходимых вещей, но больше практически ничего. «Вопрос мебели оставался теоретическим в течение восьми лет, — вспоминала Пауэлл. — Мы не раз спрашивали себя: “А зачем вообще на свете существуют диваны?”»

Даже покупка стиральной машины обернулась сложной задачей. Когда супруги в середине девяностых решили, что без машины им не обойтись, они, по словам Джобса, сошлись на том, что им нравятся агрегаты европейского производства, потребляющие меньше воды и обращающиеся с одеждой бережно, но при этом требующие для окончания цикла вдвое больше времени.

«Большая часть домашних разговоров была посвящена достоинствам стиральных машин, — вспоминал Джобс. Машина должна была стать воплощением дизайна и высоких потребительских свойств. -

Нужно было решить, должна ли машина тратить на стирку час или мы можем потерпеть полтора? Важно ли качество сушки и хотим ли мы, чтобы одежда служила дольше? Насколько важен объем затрачиваемой на стирку воды?»

Дискуссии и дебаты продолжались за обедом каждый день в течение двух недель, прежде чем супруги решили остановить выбор на германской стиральной машине производства Miele. «Эти парни хорошо продумали процесс, — сказал Джобс. — Их аппараты потрясли меня. Я не испытывал такого удовольствия от техники много лет».

Покупка стиральной машины вряд ли может быть приравнена к разработке компьютера или попытке проделать брешь во Вселенной, но Джобс стал другим человеком. Время, наступившее после того, как его выгнали из Apple, сам Джобс называл «дебрями», по которым он бродил, вдалеке от передового края технического прогресса и людей, с которыми его первые усилия обернулись оглушительным успехом. Теперь, став зрелым мужчиной, Джобс уже не ожидал от технологической революции серьезных изменений в человеческой жизни. «Да, к сожалению, это так, — сказал он журналисту во время интервью. — После рождения ребенка начинаешь смотреть на эти вещи иначе. Мы рождаемся, проводим на земле краткий миг, называемый жизнью, и умираем, — добавил Джобс. — И технологии почти не влияют на это. Если вообще влияют».

В то время как две его компании боролись за существование, Джобс впервые в жизни строил семью — как взрослый, ответственный человек, нашедший наконец смысл жизни за пределами офиса. Конечно же его натура не изменилась, и семейная жизнь не всегда была безоблачной. Да и непростые и не всегда очевидные семейные связи, как вы, возможно, уже поняли, жизнь не упрощали. Помимо людей, которых он привык считать отцом и матерью, у Стива были биологические родители, сводная сестра, родная сестра, жена, трое детей от нее, дочь от женщины, с которой в законном браке он никогда не состоял, и сама Крисанна Бреннан.

В конце концов Джобсу удалось наладить близкие и теплые отношения практически со всеми — за небольшим исключением. Джандали в конечном итоге узнал из газет о том, что Стив его сын, но выступать в роли отца никогда не пытался.

Пол Джобс, приемный отец Стива, умер в марте 1993 года в возрасте семидесяти лет, и годы спустя сын назвал его «великим человеком». Однажды Джобса спросили, каким бы он хотел быть в глазах своих детей, и Стив ответил, что «хотел бы быть для них таким же отцом, каким был для меня мой папа. Я думаю об этом каждый день».

В свою очередь, Пол Джобс несказанно гордился своим непростым, но успешным сыном и неизменно приходил на его публичные выступления до самой смерти.

В те непростые годы, когда жизнь постоянно бросала ему вызов, Джобс в профессиональном смысле, возможно, и ощущал себя человеком заблудившимся и брошенным товарищами, зато несомненно вырос душой и сердцем — как сын, муж и отец.

Впрочем, и в профессиональной сфере ему не пришлось переживать одни лишь убытки и потери.

ВУДСАЙД

В начале девяностых Джобс и Пауэлл переехали в новый дом в Пало-Альто и сразу почувствовали себя до такой степени как дома, что нередко забывали даже закрывать дверь черного хода. Однако свой старый особняк в районе Вудсайд Джобс не продал, и позднее вокруг него разыгралась целая война с соседями.

Особняк в стиле испанского колониального возрождения площадью полторы тысячи квадратных метров с четырнадцатью спальнями и тринадцатью ванными комнатами Джобс надеялся когда-нибудь снести и построить на его месте другой дом — меньше и проще.

В течение нескольких лет семья Стива пользовалась особняком с бассейном для приема гостей и для вечеринок. Когда президент Билл Клинтон с женой Хиллари приезжали навестить дочь Челси, учившуюся в то время в Стэнфорде, они останавливались в соседнем особняке в том же районе.

В середине 2004 года Джобс попросил у городского комитета по жилищному планированию разрешения снести особняк, построенный в 1926 году для занимавшегося добычей меди магната Дэниела Си Джеклина. Джобс сказал, что качество постройки столь удручающе, что «ничего более отвратительного он в жизни не видел».

Однако соседи, считавшие здание историческим, воспротивились желанию Стива снести его, решив, что особняк необходимо сохранить.

Комиссия по градоустройству согласилась выдать Джобсу разрешение, но только при условии, что он в течение года будет искать желающих купить особняк отдельно от земли и, разобрав, поставить его на новом месте. В начале 2005 года муниципалитет это решение поддержал. Соседи, не желая сдаваться, подали на Джобса в суд, и на время рассмотрения дела действие разрешения было приостановлено. Однако еще в начале двухтысячных Джобс перестал заботиться о защите здания от разрушительного воздействия непогоды, и к концу десятилетия оно начало разрушаться.

В 2009 году удалось получить новое разрешение на снос. Соседи были расстроены, но в феврале 2011 года здание все же прекратило свое существование. К сожалению, к этому времени Джобс интерес к строительству нового дома потерял.

Джон Лассетер, главный художник-мультипликатор Р1хаг, играет с куклами, изображающими персонажей его первого полнометражного фильма «История игрушек» Базза Лайтера и Вуди

14. Кремневуд

Через два года после начала работы над «Историей игрушек» команда аниматоров из Рiхаг столкнулась с серьезной проблемой: Вуди, главный персонаж фильма, вышел слишком уж вредным. Игрушечный ковбой с гнущимися во все стороны руками и ногами и веревочкой на спине, дернув за которую можно было услышать, как игрушка говорит, получился злым, эгоистичным и склонным к мрачному юмору.

В одной из сцен бывший любимец мальчика Энди намеренно выбрасывал из окна спальни, выходившего во двор злого соседа, недавно появившегося в компании игрушек Базза Лайтера. Закрыв жалюзи, Вуди говорил: «Мир так жесток к игрушкам».

Изначально партнеры из студии Disney говорили, что будет неплохо, если из Вуди выйдет слегка раздражительный задира, но, увидев такого негодяя, немедленно невзлюбили его.

После просмотра первой версии фильма в конце ноября 1993 года президент кинокомпании Walt Disney приказал Джону Лассетеру и его команде немедленно прекратить производство.

До получения одобрения сценария от Walt Disney заниматься фильмом было нельзя. Первая полномасштабная совместная попытка создания фильма объединенной командой Голливуда и

Кремниевой долины — остроумно названной кем-то Кремневудом — была приостановлена. Все работы над анимацией были свернуты, пока сценаристы пытались исправить ситуацию.

Для персонала Pixar эта ситуация стала катастрофической, так как они положили на создание первого полнометражного фильма, сделанного на компьютере, все силы и мечтали об успехе, как никогда в жизни. Для Стива Джобса этот скандал снова стал источником убытков, так как во время вынужденного бездействия ему приходилось платить работникам Pixar зарплату из собственного кармана.

Тот период был тяжелым и для NeXT.

В начале 1992 года, видя, что покупатели продолжают чураться производимых компанией Джобса компьютеров, несколько топ-менеджеров NeXT решили оставить тонущий корабль. Джобс, чувствовавший себя преданным, хотел закрыть компанию. Однако нового публичного позора от поражения он не хотел ни под каким видом. «Уволиться могут все, кроме меня», — сказал он оставшимся руководителям.

В конце концов, в начале 1993 года Джобс прислушался к тому, что ему давно уже говорили покупатели и менеджеры: NeXT официально признала поражение на рынке персональных компьютеров и вышла из бизнеса. Журнал «Fortune» написал: «Мечта Джобса создать успешную компанию, производящую компьютеры, по образу и подобию основанной им Apple погибла, погибла, погибла».

Более трех сотен штатных работников NeXT оказались за воротами. На службе осталось лишь порядка двухсот человек, а превосходная сборочная линия была продана Canon. Компания выжила, но лишь в качестве не слишком заметного продавца того, что некоторые называли «непонятным» программным обеспечением.

Некогда яркая звезда Джобса продолжала затухать.

После «стремительного падения с заоблачных высот», как написал «Wall Street Journal» в середине 1993 года, Джобс «всеми силами старается доказать, что все еще остается значимой фигурой в компьютерном бизнесе».

«Люди перестали обращать на него внимание, — сказал в газетном интервью Ричард Шаффер, редактор журнала “Computer Letter”. — Это грустно».

Репортеры, вспоминая Джобса, писали о том, что он «выдохся». Вскоре, словно желая подлить масла в огонь, журнал «Fortune» назвал бывшего технологического вундеркинда и всеобщего любимца одним из худших руководителей во всей Америке. В статье рассказывалось о том, как Джобс «страшно кричал» в течение нескольких минут и «нецензурно ругался» на менеджера фабрики, сказавшего ему, что черные корпуса для компьютеров NeXT не могут быть проданы по предложенной Стивом цене.

Далее в статье рассказывалось о том, что тридцативосьмилетний Джобс может быть одновременно и харизматическим лидером, прекрасно умеющим мотивировать людей, и жутким чудовищем, разносящим в пух и прах решения, предложенные компаньонами, если они не оправдывают его ожиданий. Когда Джобс собирался презентовать компьютер NeXT, сотруднику, готовившему презентацию, пришлось тридцать семь раз менять оттенок серого цвета, прежде чем Стив одобрил фон для слайдов.

«Он умел достигать потрясающих высот, — сказал о Стиве один из бывших сотрудников, — и скатываться в непостижимые глубины».

Застряв в одной из таких нижних точек, Джобс пытался найти способ выбраться из пучины. Сценаристам удалось переработать образ Вуди, написав фактически все заново, но в течение нескольких месяцев 1994 года Стив пытался продать Pixar или, по крайней мере, часть подразделений компании. Он вел переговоры с Hallmark, компанией, выпускающей открытки, с Полом Алленом, одним из основателей Microsoft; и даже с самой компанией Microsoft, но не смог никого заинтересовать.

Позже, когда фильм был переснят и студия Disney заявила о готовности заниматься дистрибуцией во время летнего сезона отпусков 1995 года, Джобс передумал. Благодаря разработанному специалистами Pixar замысловатому программному обеспечению для создания анимации и бесконечной вере в успех работавших в компании умных и преданных делу людей «История игрушек» надолго стала одним из любимых развлечений для детей и взрослых.

Помимо всего прочего, фильм был еще и настоящим технологическим чудом. Используя законы геометрии, алгебры и мощь самых продвинутых на тот момент компьютеров, аниматоры создали трехмерных персонажей, двигавшихся с пластикой живых существ, с реалистичными выражениями лиц и высокой степенью детализации образов. При создании Вуди, чьим прототипом стал Каспер, дружелюбный призрак, умевший говорить, если его дергали за веревочку, висевшую на спине, и бывший любимой детской игрушкой Лассетера, было использовано более семисот контрольных точек, причем двести из них располагались в области лица. На то, чтобы добавить жилки, морщины, бугорки, пятнышки грязи и прочие детали, ушли тысячи часов работы. В среднем аниматору приходилось потратить неделю, чтобы создать небольшой фрагмент речи Вуди, которого озвучил актер Том Хэнкс, и синхронизировать выражение лица с мимикой при произношении слов.

Изменения, происходящие от кадра к кадру в традиционной анимации, требовали физической перерисовки персонажей на большом количестве листов пленки, тогда как для того, чтобы сделать то же самое в компьютере, необходимо лишь выделить при помощи мыши и передвинуть на экране нужные точки. Лассетер мог быстро получать измененное изображение, объясняя, к примеру, как Мистер Картофельная Голова должен кивать, «чтобы ребенку легче было откусить ему нос», или менять на ходу какие-либо параметры, скажем, тягучесть слюны ребенка. «Давайте-ка посмотрим, сможем ли мы сделать слюни более тягучими, чтобы, когда он отстраняется, нить слюны провисала ниже и долго не рвалась».

В процессе работы выяснилось, что каждый кадр, мелькающий перед глазами зрителя и сменяющийся новым за 1/24 долю секунды, занимает пять мегабайт памяти, то есть практически в сорок раз больше, чем было в первом компьютере Macintosh. В конце же необходимо было собрать воедино все, что должно появиться на экране: действующих в кадре персонажей, фон и прочие детали, и на обработку ушли сотни часов машинного времени целой армии мощных компьютеров.

По мере приближения окончания проекта постепенно подтягивались рекламодатели. Компания Burger King согласилась вкладывать изображения героев «Истории игрушек» в специальные упаковочные коробки с гамбургерами и картошкой для детей, a Frito-Lay поставила вырезанные из картона фигуры Вуди и Базза в человеческий рост рядом со стендами со своей продукцией в супермаркетах.

В начале 1995 года Джобс справил сорокалетие на развеселой вечеринке, устроенной в его честь Ларри Эллисоном, другом Стива и генеральным директором компании Oracle. В то время он уже чаще разъезжал на семейном «Джип Чероки», нежели чем на своем «Порше», и ожидал рождения второй дочери, Эрин Сиены. Однако фильм, созданный Pixar, волновал его не меньше. В мае 1995 года он привел в восторг двух девочек, Фернанду и Грету Шлендер, сделав их счастливейшими детьми Америки. Он пригласил дочерей репортера Брента Шлендера из журнала «Fortune» заехать к нему домой вместе с отцом на просмотр еще не вышедшей на экраны новой анимационной ленты.

Фильм даже еще не был закончен — кое-какие сцены были черно-белыми и местами наполовину статичными, — но Джобсу не терпелось показать его детям и спросить, что они думают по его поводу.

«Так, и что вы скажете? — спросил Стив, когда просмотр закончился. — Такой же хороший фильм, как “Покахонтас”?»

Обе девочки дали утвердительный ответ.

«Ладно, хорошо, — продолжил Стив, — а так ли он хорош, как “Король-лев”?»

Этот вопрос заставил их задуматься. Затем Фернанда дала ответ, который он хотел услышать. «Честно говоря, — заявила девочка, — я не смогу точно сказать, пока не посмотрю “Историю игрушек” еще раз пять или шесть».

День премьеры приближался, и Джобс выступил с радикальным предложением, которое, впрочем, учитывая все, что приходило ему в голову, не было для него таким уж необычным: он решил провести публичное размещение акций Ріхаг сразу после выхода на экраны «Истории игрушек».

Даже самые рисковые игроки с Уолл-стрит, постоянно находящиеся в поисках новых многообещающих предложений, сочли эту идею дерзкой. До 1995 года оборот Ріхаг был весьма скромным. Компания зарабатывала около 7,3 миллиона долларов на продажах дорогих компьютеров и специализированного программного обеспечения, а также на создании рекламных роликов.

Действительно, у Джобса был контракт со студией Disney на создание еще двух фильмов после выхода «Истории игрушек». Но в предыдущие годы компания в основном терпела одни убытки.

И тем не менее Джобс рассчитывал на то, что потенциальные инвесторы захотят потратить свои кровные, с трудом заработанные денежки на покупку доли в компании, создавшей один-единственный фильм, будущее которого до сих пор оставалось туманным. «История игрушек» могла снискать оглушительный успех, но могла и провалиться; а уж судьба последующих, еще не созданных фильмов была и вовсе непредсказуемой. Профессионалы из мира кино в один голос твердили, что Джобс сошел с ума.

Может быть. Но Стив Джобс так и не научился принимать «нет» в качестве ответа.

Для продвижения своего плана в кругах инвесторов и на Уолл-стрит Джобс ввел в штат нового директора по финансовым вопросам. Так же как в свое время в Аррlе, упоминание о том, что кто-то может за один день стать миллионером, вызвало в коллективе целую бурю эмоций. Лишь небольшая горстка менеджеров высшего звена — один из основателей компании Эд Кетмюлл, режиссер Джон Лассетер, новый финансовый директор и еще несколько человек — имели достаточное количество акций для того, чтобы разбогатеть, если публичное предложение окажется успешным. Остальные члены коллектива тоже получат в будущем возможность покупать акции со скидкой, но лишь через четыре года, по условиям договора с Джобсом. Тем временем после размещения акций у Джобса должен был образоваться солидный пакет в 80 процентов.

Стив прекрасно рассчитал время. Тем же летом одна маленькая компания по названием № 1зеаре, просуществовавшая всего год и создавшая один из первых браузеров, успешно провела публичную продажу акций, несмотря на скромный срок существования. В свете этих обстоятельств публичное размещение акций Ріхаг неожиданно начало казаться многообещающим.

Премьера «Истории игрушек» прошла в выходные, на которые в 1995 году выпал День благодарения, и воодушевленные прекрасными отзывами в прессе семейные американцы ринулись в кинотеатры. В первый же уик-энд фильм собрал рекордные 29 миллионов долларов, превысив результаты прежних премьер, проходивших в День благодарения. В дальнейшем картина побила рекорды по сборам за год, принеся 192 миллиона долларов в Соединенных Штатах и практически столько же за рубежом.

Через неделю Ріхаг начала публичную продажу, предложив широкому кругу инвесторов акции по 22 доллара за штуку. В первый же день торгов цена увеличилась более чем вдвое и перед закрытием биржевого дня, немного понизившись, осталась на отметке в 39 долларов. Продажи принесли компании более 130 миллионов долларов, которые теперь можно было вложить в ее дальнейшее развитие.

Что примечательно, Стив Джобс, бывший вундеркинд компьютерного мира, спустивший значительную часть состояния на поддержание на плаву Pixar, на короткое время, до истечения срока ажиотажного спроса, стал владельцем пакета акций, стоившего более миллиарда долларов.

Однако, даже торжествуя при виде триумфа «Истории игрушек» и радуясь появлению на свет новых членов семьи, Джобс никогда не оставлял мыслей об Apple и всем сердцем переживал за свое первое детище. «Любой, кто хорошо его знает, — писал обозреватель “Fortune” Брент Шлендер, — скажет, что дни, в которые он не думал о том, что бы сделал, если бы по-прежнему управлял Apple, случаются редко».

Под началом Скалли Apple в течение нескольких лет показывала стабильный рост, но в начале девяностых дела компании пошатнулись. Скалли попросили уйти со своего поста в 1993 году, однако при его преемнике трудности лишь усугубились.

Хотя это и заняло почти десять лет, в Microsoft все же поняли, как копировать наиболее выигрышные особенности системы Macintosh, и смогли даже привнести кое-какие улучшения. Развитие же технологий в Apple постепенно застопорилось. В одном из интервью Джобс высказал такую критическую мысль: «Индустрия производства настольных компьютеров мертва. Инновации в буквальном смысле прекратились. Microsoft доминирует на рынке, не привнося в его развитие практически ничего нового».

«А Apple сражение проиграла», — добавил он.

Весной 1995 года в журнале «Fortune» он признался: «У меня есть план спасения Apple». Деталями своего замысла Джобс делиться не стал, сказав только: «Я знаю, как сделать в рамках Apple идеальный продукт и начать тем самым идеальную стратегическую линию. Однако никто из них меня слушать не будет…»

Хотя после невероятного успеха, свалившегося на Pixar как снег на голову, с утверждением Джобса можно было бы и поспорить.

ПУТЕШЕСТВИЕ В ДЖУНГЛИ

Джон Лассетер, гений, стоявший за созданием «Истории игрушек» и «Тачек», считает, что работа в Диснейленде, которую ему посчастливилось получить однажды летом, помогла ему понять, что и как он хочет делать в жизни.

Лассетер с детства обожал мультфильмы. Каждую субботу он вставал в 6.30 утра, чтобы посмотреть первые серии, идущие сразу за сельскохозяйственным обозрением. Учась в средней школе, он пропускал занятия по водному поло и бежал домой, чтобы увидеть приключения Багза Банни. Его мама, учительница рисования, поддерживала увлечение сына.

Когда Джон перешел в пятый класс, ему в руки попала книга «Искусство анимации», и Лассетер впервые понял, что из этого занятия можно сделать профессию. После школы он начал заниматься живописью и впоследствии был приглашен принять участие в новой программе по истории искусства Университета штата Калифорния.

Однако Джон утверждает, что по большей части пониманию того, как и над чем можно и нужно шутить, он обязан своей работе на аттракционе «Путешествие в джунгли» в Диснейленде. «Я понял тогда, что чем хуже шутка, тем смешней она будет, если знаешь, как ее подать», — сказал он. Больше всего он любил пошутить над группой «туземцев», висящих на столбе, делая вид, что они стараются спастись от подкарауливающего их в воде носорога.

«Я, бывало, подходил к ним и говорил: “А, вот вы где. Это же знаменитое племя охотников и воинов. А я-то думал они давно исчезли”», — говорил он.

После чего следовала кульминация шутки. «Но кажется… носорог голоден», — замечал Лассетер как бы невзначай.

КАКОЕ ОТНОШЕНИЕ ИМЕЕТ К ЭТОМУ ГЕОМЕТРИЯ?

Для создания трехмерной анимации требуется не только разбираться в программном обеспечении, но и быть знатоком физики с математикой. Только обладая совокупностью этих познаний, можно создать реалистичный виртуальный мир.

«Весь этот мир держится исключительно на математике, — сказал Роб Кук, ушедший на пенсию вицепрезидент Р1хаг и автор многих важных программ, используемых при создании трехмерной графики. — Что бы вы в нем ни делали, все описывается математическими действиями. И если все сделано правильно, об этом никто не догадывается».

Представьте себе локоть. Когда он гнется, рука, предплечье и запястье двигаются, а мышцы сжимаются и разжимаются — и все это можно описать при помощи математики. При работе над трехмерной анимацией или графикой компьютерной игры тригонометрия помогает задать вращение и движение, алгебра используется при создании спецэффектов, а интегральное исчисление помогает создать реалистичное освещение.

Чтобы создать сложное трехмерное изображение, для отслеживания изменения формы предметов задаются специальные контрольные точки. Если предмет сложной формы, точки расставляются таким образом, чтобы разделить его на несколько многоугольников. Многоугольник в базе представляет собой бугристую фигуру с множеством граней и углов, поэтому при необходимости каждую линию сгибают и растягивают, добиваясь более реалистичного сходства с естественной формой предмета, который он имитирует. Эта техника, называется «поверхностным делением», и придумали ее специалисты Р1хаг.

При создании каждого нового фильма они сталкивались с необходимостью сделать что-то такое, чего никто из компьютерных аниматоров раньше никогда не делал: в «Приключениях Флика» необходимо было нарисовать реалистичные деревья и листву, в «Корпорации монстров» — разнообразную одежду, шерсть и волосы, для «В поисках Немо» необходимо было создать брызги воды, для «Суперсемейки» — целую группу персонажей с развитой мускулатурой.

Помимо инженеров и сценаристов, в Р1хаг работают несколько ученых, к примеру физик, специалист в области атмосферы и воды. По словам Кука, в компании в ходу термин «мультипликационная физика». Естественно, в реальной жизни такой науки не существует, однако благодаря этой системе понятий персонажи, с одной стороны, выглядят достаточно реалистичными, а с другой — могут совершать невероятные прыжки и гнуться во все стороны так, как не бывает в реальной жизни, но именно благодаря этим их качествам мультфильмы кажутся такими интересными.

Стела на границе территории, принадлежащей компании Apple. Купертино, штат Калифорния. [Фотография Джо Рави/Creative Commons Attribution-Share Alike]

15. Возвращение

Во второй истории, повествующей о любви и потерях, рассказанной Стивом Джобсом выпускникам Стэнфордского университета, было кое-что еще.

Стив сильно обиделся, когда его вынудили уйти из Apple, но, как он сам признался, «увольнение было лучшим событием за всю жизнь».

С низкого старта он взял необычайно хороший разгон. Джобс основал NeXT, финансировал Pixar и встретил «чудесную женщину», ставшую его женой, Лорин.

А потом произошло еще более замечательное событие.

В 1996 году Apple нуждалась в помощи. Одной продукции было слишком много, другой слишком мало, и, что самое ужасное, из-за плохих батарей ноутбуки иногда загорались. Компания потратила миллионы долларов на разработку новой операционной системы под рабочим названием Copland, призванной заменить ее морально устаревшую предшественницу, но работы велись уже давно, а проблем было еще очень много. Хотя объем продаж Apple по итогам 1995 финансового года составил 11 миллиардов долларов, целевая аудитория стремительно редела, и сама компания находилась в таком тяжелом состоянии, что владельцы были готовы продать ее кому угодно — даже скучному и лишенному воображения главному конкуренту — IBM.

Журнал «Time» охарактеризовал состояние компании как «хаотические метания без признаков стратегического видения и надежд на будущее». «BusinessWeek» посвятил Apple передовицу под названием «Падение великой американской компании». Журнал «Fortune» высказался в том же духе: «При виде того что творится с Apple, сердце разрывается от боли».

Переговоры о продаже ни к чему не привели. Был назначен новый генеральный директор, Гил Амелио, но все понимали, что спасти компанию может только чудо. Более двадцати миллионов пользователей компьютеров Macintosh по-прежнему не хотели покупать ничего, кроме продукции Apple, однако и они бы постепенно перешли на более дешевые компьютеры на базе процессоров Intel, работающие под операционной системой Windows, если бы Apple оказалась неспособна предложить им что-то лучшее.

В течение лета и позже, осенью, Apple искала волшебника, способного совершить чудо, человека или компанию, обладающую оригинальными наработками в области программного обеспечения, благодаря которым можно было бы обновить оперативную систему и влить новую жизнь в компьютеры компании, вернув их на передовой край технического прогресса. В течение некоторого времени в качестве такого волшебника рассматривали небольшую и ничем еще себя не зарекомендовавшую компанию, основанную одним из бывших руководителей Apple, а затем был получен телефонный звонок из NeXT. Менеджеры среднего звена, сговорившись и действуя на свой страх и риск, обратились к руководству Apple с предложением сотрудничества. Смысл в этом предложении, безусловно, был: NeXT основали Джобс и другие выходцы из Apple, поэтому в основе двух компаний, можно сказать, лежал один и тот же генетический материал.

Джобс в тот период уделял больше внимания Pixar и не имел ничего против продажи Apple программного обеспечения NeXT, а то и всей компании, которая по-прежнему была убыточной.

В декабре 1996 года Стив впервые с 1985 года появился на территории штаб-квартиры Apple в Купертино, принеся с собой никогда не покидавшее его обаяние, а заодно и потрясающее умение продавать все и вся. После пары встреч он увлек руководителей Apple блистательными перспективами развития компании за счет потенциальных возможностей, заложенных в программном обеспечении NeXT, испещрив доску в конференц-зале выкладками, убедительно доказывающими преимущества его системы для пользователей сети Интернет и веб-программистов. После этого Амелио и его команда были готовы сделать для Джобса все что угодно.

В конце декабря история завершилась хеппи-эндом, которым могли бы гордиться лучшие сценаристы Pixar: Apple приобрела NeXT за сумму свыше 400 миллионов долларов. Цена была потрясающе высокой, учитывая, что NeXT после десяти лет работы оставалась убыточной компанией с объемом продаж всего 47 миллионов долларов в год — показатели, которых Apple достигла уже на третий год существования. Но, купив NeXT, компания приобрела больше чем просто программное обеспечение — она заполучила Стива Джобса, провидца и основателя Apple, согласившегося стать консультантом Амелио.

С финансовой точки зрения сделка оказалась для Джобса выгодной: за свою долю в NeXT он должен был получить 130 миллионов долларов и опцион на полтора миллиона акций Apple на сумму примерно 22,5 миллиона долларов. (Остальные деньги, полученные по договору, должны были пойти другим акционерам NeXT.)

В начале января Амалио и Джобс вместе появились на большой конвенции Macworld в Сан-Франциско, которая проходила раз в полгода и на которую собирались, чтобы поделиться идеями и узнать новости, самые горячие поклонники Macintosh. Более четырех тысяч человек — рядовых пользователей, преподавателей, профессиональных компьютерщиков, разработчиков программного обеспечения и прочих — собрались в огромном банкетном зале, чтобы посмотреть ключевую презентацию. Зная, что в последнее время компьютеры Apple продавались все хуже и хуже, люди ожидали хороших новостей.

Амалио, не обладая особыми ораторскими способностями и перескакивая с одного на другое, постепенно продвигался к концу речи и наконец объявил о том, что после него будет выступать Джобс. Поклонники Macintosh при появлении Стива на сцене поднялись с мест и встретили его приветственными криками. Началась бурная овация, и сопровождаемый неистовыми вспышками фотокамер блудный отец-основатель вернулся на свое законное место. «Пожалуй, даже возвращение Элвиса не стало бы такой сенсацией», — написал репортер Джим Карлтон. Джобс выступил с короткой, емкой презентацией, рассказав о том, как программное обеспечение NeXT вдохнет новую жизнь в устаревшие компьютеры компании.

После конференции Джобс и Амелио начали работать вместе, и к февралю двое помощников Стива заняли ключевые посты в Apple. К тому времени Джобс успел прийти к выводу, что Амелио, как и его предшественник Скалли, «тормоз».

Хотя программное обеспечение NeXT действительно вдохнуло новую жизнь в компьютеры, выпускаемые Apple, произошло это не сразу, а лишь через несколько лет. В тот же период проблемы компании продолжали расти подобно снежному кому. Продажи падали, а убытки продолжали увеличиваться, достигнув в конечном счете полутора миллиардов. Многие считали, что Apple близка к катастрофе.

Джобс начал терять терпение. В июне 1997 года он продал полтора миллиона акций Apple, полученных в качестве оплаты за NeXT, по 15 долларов за штуку, оставив себе, как и в прошлый раз, лишь небольшой пакет. «Я практически потерял надежду на то, что совет директоров соберется что-то предпринять», — заявил он.

Он напрасно поторопился. Вероятно, решив, что негативная характеристика, данная генеральному директору Джобсом, верна, совет директоров принял решение освободить его от занимаемой должности. Официально Гил Амелио был уволен в июле 1997 года. Полномочия Джобса как консультанта расширились.

В тот день топ-менеджеров позвали на собрание в конференц-зал. Амелио вышел на середину и сказал: «Мне пора двигаться дальше». Пожелав всем всего доброго, он ушел.

Через несколько минут в зале появился Джобс и сел в кресло. Его лицо украшала несколько дней не бритая щетина, он пришел в шортах, а на ногах были кеды. «Так, ладно, расскажите мне, что не так с этой компанией», — попросил он. Несколько менеджеров попытались ответить.

Выслушав их, Джобс дал свою оценку ситуации. «Дело в продукции! — заявил он. — А что с ней не так?»

Выслушав еще несколько невнятных ответов, он прервал прения, высказавшись, как обычно, безапелляционно:

«Ваша продукция дрянь!»

Почти десять лет назад бывшему вундеркинду компьютерного мира, создавшему Apple, способствовавшему ее развитию, болевшему за нее и любившему всей душой, пришлось уйти. Теперь, в возрасте сорока двух лет, он вернулся.

Спустя короткое время он стал исполняющим обязанности руководителя Apple. Свою должность он называл «iCEO»[8], возвестив тем самым концепцию названия линейки продукции, которую вскоре будет выпускать Apple.

В период от основания до момента изгнания из компании Джобс ни разу ею не руководил. Во время своей вынужденной отлучки компании, равной по масштабу Apple, у Джобса не было. С размерами корабля, капитаном которого неожиданно стал Джобс, могла сравниться лишь та эпическая катастрофа, к которой он мчался на всех парусах. Однако и он уже не был тем импульсивным, дерзким и нахальным мальчишкой, которому пришлось в свое время уйти. Семейный человек, отец троих детей кое-чему научился за десять лет.

Он был таким же напористым и страстным, мог сразить наповал своей прямолинейностью и не стеснялся резких высказываний. Он мог быть злым, даже по отношению к горячо любимым людям. Однако Стив научился иногда смотреть на вещи чужими глазами и принимать чужую точку зрения. Уменьшая и оптимизируя непомерно раздутый штат компании, он, к примеру, признавался, что увольнять людей стало «труднее, куда труднее».

Он делал это лишь потому, что верил: того требует бизнес. Но, по словам Джобса, он понял, «что я, как любой другой человек, могу однажды оказаться в ситуации, когда, придя домой, нужно сказать жене и детям, что меня уволили. А может, через двадцать лет такое случится с кем-то из моих детей. Никогда раньше я не принимал необходимость кого-то уволить так близко к сердцу».

В NeXT Джобс потерпел неудачу, стараясь сделать компьютер всех времен и народов. Это было второе крупное разочарование в его жизни. В Pixar он сам был одновременно и начальником, и инвестором, и там ему пришлось понять среди всего прочего, что художники — это художники, со всеми особенностями их характера.

Поначалу, рассказывала Памела Кервин, вице-президент Pixar, Джобс во время совещаний старался подавить подчиненных, обрывая их во время выступления словами: «О’кей, а вот как это вижу я…» Но теперь, по словам Памелы, «он стал более зрелым, спокойным человеком и гораздо чаще прислушивается к чужому мнению».

Сам Джобс считал, что изменения в его характере произошли по иной причине. «Я стал больше доверять людям», — сказал он однажды.

Неожиданно точки, которыми были обозначены вехи его судьбы, снова соединились совершенно невероятным образом. Джобса выбросили за борт — он основал другую компанию, которой пришлось бороться за существование, а потом продал ее не кому-нибудь, a Apple, своей первой и главной любви в жизни, руководителем которой он неожиданно стал. Конечно же все было бы иначе, если бы его в свое время не вынудили уволиться.

В речи перед выпускниками Стэнфорда он сказал, что каждого ждут в жизни болезненные удары судьбы. «Иногда жизнь бьет вас по голове кирпичом. Но вы не должны терять веру», — сказал Стив. Джобс добавил, что для него всегда было важно хранить верность — работе или любимому человеку.

И сказал, что, если кто-то из молодых людей еще не нашел свою любовь, нужно продолжать искать. «Ищите, пока не найдете. Никогда не прекращайте поиски».

В ближайшие после возвращения в Apple несколько лет жизнь не раз бросит Джобсу вызов, да и кризисы ему приходилось переживать такие, каких он в тот момент и представить себе не мог. Однако бросать любимое дело было не в его правилах.

А начал он новую страницу совместной с Apple истории с совершенно необыкновенного хода — покончил с застарелым конфликтом интересов.

УНИФОРМА СТИВА

Примерно в конце девяностых Стив избрал для себя излюбленный стиль одежды, которому не изменял до самой смерти. Джобса часто видели в одном и том же: в черном свитере с горлом, джинсах Levis и потрепанных туфлях марки Balance.

Джобс говорил, что вкус к неизменному стилю в одежде проявился после посещения штаб-квартиры компании Sony, где он побывал в восьмидесятые годы. Сотрудники этой крупной корпорации, занятой производством бытовой электроники, носят униформу. В компании объясняют, что после Второй мировой войны многим сотрудникам было не в чем ходить на работу, поэтому и была введена униформа как своего рода материальная помощь для тех, кому нечего надеть. Те времена прошли, а униформа осталась как символ сплоченности работников компании и верности общему делу.

Джобс считал, что было бы здорово ввести униформу и в Apple — но в компании работали американцы, а не японцы, и идею пришлось оставить.

Тем не менее Джобс, подружившись с Иссей Мияки, дизайнером, создавшим несколько моделей униформы для Sony, попросил его разработать и сшить несколько черных свитеров с горлом, которые он так любил. «Он сделал их, пожалуй, не меньше сотни», — рассказал Джобс своему биографу Уолтеру Айзексону, показав стопку свитеров, лежащую в гардеробе.

Эти свитера и джинсы (и никаких ремней, пожалуйста) стали любимой личной униформой Джобса — хотя иногда он менял их на шорты с множеством карманов и сандалии, если, конечно, не ходил босиком. Этот простой комплект лишил Стива необходимости думать о том, что надеть, начиная новый день, и образ Джобса, оставшийся в памяти людей, стал четким и неизменным.

Образ Билла Гейтса реет над сценой, пока Стив Джобс, находясь на трибуне, объявляет о принятом Microsoft решении инвестировать в Apple

16. Иначе

Задолго до того, как в обиход вошло словосочетание «закадычные враги», Стив Джобс и Билл Гейтс уже были друг для друга таковыми. Однако в период, когда Apple стояла на краю обрыва, Джобс решил, что с враждебными чувствами необходимо расстаться.

Пути Джобса и Гейтса пересекались не раз. Оба они родились в 1955 году, оба стали знаменитыми, едва разменяв третий десяток лет, — Джобс как изобретатель персональных компьютеров, а Гейтс как автор программного обеспечения. На раннем этапе Microsoft создала оперативную систему для Apple II и табличный редактор Excel для Macintosh, задав таким образом одно из будущих направлений деятельности компании — создание дополнительного программного обеспечения, идущего в комплекте с системой. Помимо деловых связей, Джобс и Гейтс, оставаясь ближе к тридцати холостяками, пересекались и в личной жизни, устраивая порой двойные свидания.

Гейтс считал, что персональные компьютеры призваны оптимизировать бизнес-процессы. Джобс видел в них «удивительный инструмент», позволяющий человеку самосовершенствоваться. Гейтс, человек практичный и методичный, полагал, что продукт, сделанный, что называется, «в первом приближении», нужно сразу выводить на рынок, а потом отлаживать, а Джобс, эмоциональный и подвижный, как ртуть, ни за что не соглашался показывать публике работу, не доведенную до совершенства.

Харизматичный и франтоватый Джобс, первым из них ставший миллионером, сделался лицом технологической революции. Однако когда Microsoft провела публичную продажу акций, акции компании Гейтса показали такой быстрый рост, который, казалось, будет продолжаться без конца, что очень скоро Билл вошел в число богатейших людей Америки. Порой каждый из них хотел иметь то, что было у другого: Гейтс, настоящий упертый компьютерщик, возмущался по поводу того, что Джобс не знает ни единого языка программирования, но тем не менее считается великолепным технологическим провидцем. А Джобс, мастер переговоров и жесткого менеджмента, не мог простить Гейтсу то, что его считают лучшим, по сравнению с ним, бизнесменом.

Была между ними и долгая вялотекущая распря на тему того, что Гейтс и его Microsoft, по мнению многих, украли у компании Джобса для создания Windows концепцию оперативной системы, разработанной для компьютера Macintosh. Apple преследовала Microsoft в судах долгие годы, но без особого успеха.

Порой один из них был полон ехидства по поводу неудач другого. Хотя Гейтс всегда был горячим поклонником компьютера Macintosh, над тем, что Джобс делал в NeXT, он откровенно глумился. Когда его спросили, будет ли Microsoft разрабатывать для нового компьютера операционную систему, он ответил: «Разрабатывать систему для этого? Да я бы охотно помочился на эту штуку».

Джобс не менее ехидно высказывался об успехах Гейтса. Когда в 1994 году во время интервью для журнала «Rolling Stone» вскоре после того, как Гейтса назвали богатейшим человеком Америки, Джобса спросили, что он думает по поводу того, что Microsoft добилась грандиозных успехов, продавая программное обеспечение, которое является плагиатом на операционную систему Apple. Джобс ответил: «Знаете, мне кажется, смысл жизни заключается не в том, чтобы быть самым богатым человеком на кладбище. По крайней мере, не для меня».

Через несколько лет он снова отозвался о Microsoft с брутальной прямолинейностью во время телевизионного интервью. «Дау них просто нет вкуса, — сказал Стив. — Причем это выражается не в каких-нибудь там мелочах. Дело обстоит гораздо хуже: они просто не считают нужным основывать свои разработки на оригинальных идеях и никакой культурной составляющей в свою продукцию не вкладывают». Тем не менее Джобс, пусть неохотно, но согласился с тем, что продукция Microsoft пользуется успехом, добавив: «Меня реально злит, что они делают и продают людям далеко не первосортные вещи».

После интервью он извинился перед Гейтсом, сказав, что не нужно было делиться своим мнением публично. Однако вскоре после этого Джобс снова напал на Гейтса, сказав репортеру, что он, по его мнению «слегка узколобый» и что его кругозор был бы значительно шире, если бы Билл «пожил в ашраме, когда был моложе».

К концу девяностых верные поклонники продукции Apple стали считать любимую компанию кем-то вроде Люка Скайуокера, противостоящего Дарту Вейдеру, скрывающемуся под личиной Microsoft, в бесконечной битве за эстетическое совершенство компьютеров и удобство в эксплуатации. Однако продажи Macintosh продолжали падать с катастрофической скоростью, а новая система оставалась на уровне концептуальной разработки. При таких условиях Microsoft могла и не согласиться переделывать новые версии своих популярных продуктов, таких как Word и Excel, для новых компьютеров Apple, тем более что эти переделки были достаточно трудоемкими из-за различия систем. (Это верно и поныне, но в наше время различия уже не столь важны, так как существенно выросла роль в обмене данными сети Интернет.)

Продажа продукции, адаптированной для использования на Macintosh, была для Microsoft делом важным, но отнюдь не основным. А вот без флагманских программ Microsoft, Apple, фигурально выражаясь, сгнила бы.

Практически сразу после изгнания Амелио Джобс позвонил Биллу Гейтсу. «Я хочу здесь все изменить. Но мне нужна помощь», — честно признался он в ходе беседы.

Чуть позже начались переговоры, и на прогулке, которую Стив, как это часто с ним бывало, совершил босиком, они с финансовым директором Microsoft быстро обо всем договорились. Компания Гейтса взяла на себя обязательства продолжать делать версии своих программ-бестселлеров для Macintosh и выплатить компенсацию, размер которой не разглашался, в качестве жеста доброй воли в деле прекращения вялотекущих судебных разбирательств по вопросам авторского права на программное обеспечение. Мало того, Microsoft купила пакет акций Apple на сумму 150 миллионов долларов.

Ради театрального эффекта Джобс решил объявить о сделке во время очередной сессии Macworld, которая должна была состояться тем же летом в Бостоне. Пока шли приготовления к конференции, Джобс, который тоже был в Бостоне, продолжал обсуждать с Гейтсом технические детали сделки по сотовому телефону. Случайно проходивший мимо фотограф подслушал часть разговора, и слова Джобса стали заголовком, появившимся на обложке журнала «Time»: «Билл, благодарю тебя за поддержку компании, — сказал он. — Я считаю, она достойна продолжать существование».

Толпа преданных поклонников Apple снова встретила появление Джобса на конференции овацией, продолжавшейся до тех пор, пока он не начал рассказывать о сделке с Microsoft. Стив объяснил собравшимся, что времена «конкуренции между Apple и Microsoft прошли», но толпу его слова не убедили. Когда же он рассказал о том, что Internet Explorer будет интегрирован в новую систему для компьютеров Macintosh, раздался неодобрительный гул. А уж когда на гигантском экране, висящем над сценой, появилось изображение ухмыляющейся физиономии Билла Гейтса, аудитория разразилась негодующими криками и шиканьем.

Позже Джобс признал, что слегка переборщил в вопросах сценографии, и во время презентации, посвященной сотрудничеству с Microsoft, он, а в его лице и сама Apple, показались карликами на фоне гигантской физиономии на экране. Сам Гейтс тоже был смущен, увидев видеозапись презентации. Однако цели своей Джобс добился: Microsoft сделала небольшую, учитывая масштабы ее оборота, инвестицию, но при этом заявила, что Apple нужна миру в будущем. На Уолл-Стрит это послание быстро расшифровали. Стоимость акций Apple взлетела, как только инвесторы поняли, что она выживет, что бы ни случилось.

Хотя официального назначения исполняющего обязанности генерального директора Apple Джобсу пришлось ждать еще несколько недель, он, не теряя времени, сделал ряд радикальных шагов. Продолжая в душе оставаться отчаянным наглецом, он потребовал отставки большей части совета директоров, в том числе Майка Марккулы, одного из первых инвесторов, стоявшего у руля компании практически с самого начала. Их заменили новыми директорами, смотревшими на мир глазами Джобса, и одним из них стал его большой друг Ларри Эллисон, руководитель компании Oracle, специализирующейся в разработке программного обеспечения, а также Билл Кэмпбелл, занимавшийся ранее в Apple маркетингом, но сменивший эту работу на пост руководителя собственной компании, также занятой созданием программ.

По сути, Джобс продолжал курс, взятый Амелио, на резкое снижение расходов, избавляясь от всего лишнего, чтобы удержать компанию на плаву. Он избавился от сборки принтеров, а заодно от производства наладонника под названием Newton. Изучив линейку из полутора десятка устаревших компьютеров, он изобразил будущий ассортимент в виде простого креста, нарисованного мелом на доске. Джобс настоял на том, что четырех моделей, а именно: настольного компьютера и ноутбука для деловых людей и аналогичного набора для домашних пользователей — будет вполне достаточно.

Были изданы новые правила поведения для сотрудников, запрещавшие, в числе всего прочего, приходить на работу с собаками. Джобс, убежденный вегетарианец, завтракавший подслащенной овсянкой с изюмом и орехами, запивая ее апельсиновым соком, уволил весь персонал кафе, сказав, что «еда, которую они готовят, годится разве что для собак». Кафе продолжило работу, но в меню появился сыр тофу.

Хотя новые компьютеры и принципиально иная операционная система появятся еще нескоро, Джобс сразу понял, что главное — изменить имидж Apple в глазах всего мира и прежде всего в сознании сотрудников самой компании. Джобс решил перевернуть все с ног на голову: наладив приятельские отношения с бывшим заклятым врагом — Биллом Гейтсом, он снова пригласил людей, сделавших в свое время рекламную кампанию Apple «1984» событием, которое запомнил весь мир, чтобы попросить их совершить новое чудо.

На этот раз Джобс не собирался продвигать какую-то конкретную продукцию. Вместо этого он хотел показать в рекламной кампании ценности, исповедуемые Apple. Этот принцип уже давно использовала в своих рекламных кампаниях фирма Nike, прославляя знаменитых спортсменов, а не кроссовки, в которых они одерживали победы в состязаниях. «Наши покупатели хотят знать ответы на вопросы:

“Что такое Apple?”, “Кто мы?”, “За что выступаем?”, “Каково наше место в мире?”, - объяснял Стив, сидя на собрании в своем обычном черном свитере с горлом, шортах и сандалиях. — Мы не просто производим коробки, которые помогают людям делать их работу, хотя это мы делаем хорошо. Apple — это нечто большее».

В рекламном агентстве, которое теперь называлось TBWA\Chiat\Day, поняли, что Apple живет не по общим правилам. Она не была похожа на другие компании. После непродолжительных поисков подходящего девиза был придуман слоган: «Думай иначе».

Но как передать это в рекламе? Агентство пробовало создать что-нибудь стоящее из фрагментов фильмов, задействовало для съемок покупателей продукции Apple и даже пробовало использовать в кадре мышей. Однако после очередного мозгового штурма вдохновение подсказало команде, трудившейся над проектом, что можно воспевать идею творчества через образы великих людей — живых или уже покойных, но обладавших одной общей чертой — желанием изменить мир к лучшему. Джобс, кстати, говорил об ушедших известных людях так: «Если бы они пользовались компьютером, то выбрали бы Mac».

Увидев первые наброски, Джобс их, естественно, раскритиковал, но тем не менее сам принял участие в доработке, сочинив строчку для верлибра, который должен был звучать в телевизионной версии рекламы. Текст был таким:

Посвящается всем безумцам. Несогласным. Бунтарям. Тем, кто вечно неудобен.

Тем, кто не вписывается в обычные рамки. Тем, кто видит мир иначе.

Они не соблюдают правила. Не уважают традиционный порядок вещей. Их можно цитировать, с ними можно не соглашаться, их можно восхвалять или чернить.

И лишь одно с ними сделать нельзя — игнорировать. Потому что от их прикосновения все вокруг меняется. Они двигают человечество вперед.

Кто-то видит в них безумцев, а мы считаем их гениями. Потому что люди, достаточно безумные для того, чтобы считать, что они могут изменить мир, меняют его.

Слова сопровождались изображениями гениев разных времен и народов: ученого Альберта Эйнштейна, художника Пабло Пикассо, проповедника Мартина Лютера Кинга-младшего, танцовщицы Марты Грэм, изобретателя Томаса Эдисона, певца Боба Дилана, Джона Леннона и Иоко Оно, летчицы Амалии Эрхарт, создателя «Маппет-шоу» Джима Хенсона и многих других. В конце ролика зрители видели черный экран с девизом кампании «Думай иначе» и ярким логотипом Apple.

Впоследствии этот ролик завоевал премию «Эмми», а сама рекламная кампания с успехом продолжалась в течение пяти лет. Идея глубоко затронула Джобса. Когда он впервые продемонстрировал результаты работы агентства репортеру журнала «Newsweek», в глазах его стояли слезы. Коснувшись этого эпизода в разговоре с биографом Уолтером Айзексоном, Джобс снова всплакнул. «Время от времени я вижу рядом с собой проявления высокой духовности и непорочной любви — и всегда плачу. Когда это происходит, я не могу оставаться равнодушным, — сказал он. — Было в этом нечто такое, что я никогда не смогу забыть».

Помимо замечательной идеи в рекламном девизе содержался подвох, который не мог остаться незамеченным, особенно для учителей английского языка. Дело в том, что с точки зрения языка это словосочетание было некорректно, и лозунг должен был бы звучать «Think Differently». Это было особенно важно, коль скоро дело касалось Apple, продавшей в колледжи и школы больше компьютеров, чем любая другая компания.

Кампания «Думай иначе» (проходившая как в телеэфире, так и в печатных изданиях) не имела целью продать какую-то конкретную продукцию. Согласно замыслу, она должна была показать людям, что для Apple нет ничего более важного, чем творчество, связав название бренда с образами экстраординарных людей

Джобс и его команда боролись с правилами грамматики. В идеале Джобс хотел видеть в прилагательном «different» существительное, как в словосочетании «think victory», то есть «думай о победе», например. По его мнению, при использовании наречия «differently», как того требуют правила языка, в словосочетании появлялся «нежелательный подтекст». Он считал, что указывать зрителю,

КАК следует думать, не стоит, и хотел, чтобы высказывание приобрело промежуточный смысл, близкий к «думай иначе», но и не имеющий характера императива. Так и было указано в письме, специально подготовленном рекламным агентством для рассылки тем, кто мог начать возмущаться. Apple не собиралась диктовать покупателям, как они должны думать, и хотела, чтобы слоган указывал на то, «о чем стоит подумать».

Получив письмо с объяснениями, одна учительница английского написала ответ, в котором сообщила, что ставит компании 5+ за «хорошую домашнюю подготовку».

Рекламное агентство постаралось на славу. Но Джобсу, чтобы в корне переменить сложившуюся ситуацию, предстояло теперь показать миру продукцию, которая доказывала бы, что Apple и в самом деле может «думать иначе».

СТИВ И БИЛЛ НА СЦЕНЕ

В 2007 году Стив Джобс и Билл Гейтс согласились дать редкое совместное интервью во время конференции All Things Digital Conference, устроенной журналом «Wall Street Journal», в рамках совместной рекламной кампании Mac и PC. Ближе к концу выступления кто-то спросил, чему они друг у друга научились.

Хотя высказывание Джобса по поводу отсутствия у Гейтса вкуса получило широкую известность, Гейтс, человек великодушный, тем не менее сказал, что его конкурент «отлично разбирается как в людях, так и в том, что им нужно, и все это на уровне интуиции». Гейтс добавил, что сам он подходит к созданию продукции с точки зрения инженера, тогда как Джобс «принимает решения, основываясь на внутреннем понимании людей и их нужд, которое иначе, как шестым чувством, не назовешь. Он делает все не так, как другие, и в этом кроется какая-то магия».

Джобс в свою очередь сказал, что ему нравится, как Microsoft взаимодействует с партнерами. «Поскольку мы с Возом, основывая компанию, собирались все делать своими силами, ясно, что сотрудничать с кем бы то ни было у нас не слишком хорошо получалось, — сказал Стив, — в отличие от Билла и Microsoft, никогда не ставивших на раннем этапе целью сделать все сразу, благодаря чему они и научились эффективно взаимодействовать с другими людьми. Если бы Apple в какой-то момент переняла это умение, оно пошло бы на пользу компании», — добавил Джобс.

Затем последовал вопрос о том, что за время их долгого знакомства больше всего удивило Стива и Билла.

Гейтс отметил, что был поражен тем, насколько интересно работать вместе с Джобсом над проектами, к примеру, над созданием базовой оперативной системы для Macintosh. Джобс сказал, что не может привыкнуть к тому, что, когда они начинали, часто бывало так, что моложе них среди собравшихся людей нет, тогда как теперь, общаясь с сотрудниками и партнерами, они, как правило, оказываются самыми пожилыми людьми в помещении.

«И знаете, — сказал он, — почти обо всем, что случается в жизни, я нахожу подходящую строку в песнях Дилана или “Битлз”, и о том, что вы хотите узнать, как раз в одной песне “Битлз” и рассказано: “наши с тобой воспоминания длинней, чем путь, лежащий впереди”. Эта строчка очень подходит к нашему с Биллом случаю».

Стив Джобс позирует с компьютером iMac, ставшем знаменитым благодаря цветному корпусу уникальной треугольной формы

17. Перемены

Вторая половина 1997 года была для Джобса изнурительной. Он заканчивал работу поздно вечером и, вернувшись домой после десяти часов, сразу падал в постель. Затем, проснувшись в шесть утра, принимал душ и снова отправлялся на работу.

«Никогда раньше в жизни я так не уставал», — вспоминал Стив. В это время он проводил полную модернизацию Apple, продолжая следить за тем, что происходит в Pixar, и эти два дела так выматывали Стива, что он едва мог связать в разговоре с женой пару слов. К счастью, Лорин его понимала. «Она поддерживала меня и следила за семьей в мое отсутствие», — вспоминал Стив.

Самое удивительное, что Джобс работал в Apple, не получая за это зарплаты. Вернее, он согласился на символическое вознаграждение в 1 доллар в год плюс медицинская страховка для его семьи. Кроме того, он владел минимальным пакетом акций компании и не получал никаких других выплат или компенсаций. Людям он сказал, что ему больше не нужно. «Дело том, что я вернулся в Apple не для того, чтобы сколотить состояние, — объяснял Джобс (у которого, к счастью, оно и так уже было благодаря Pixar). — Мне хотелось понять, сможем ли мы, работая вместе, изменить компанию к лучшему».

Многие коллеги были настроены скептически по отношению к планам спасения компании, считая, что Apple уже ничем помочь нельзя. Когда Джобс взял управление на себя, Apple испытывала недостаток оборотных средств и, казалось, неминуемо катилась к банкротству. Практически все покупали компьютеры с чипами производства Intel и операционной системой Windows, а продажи дешевых машин производства Hewlett-Packard и Dell Computer стремительно набирали обороты. Вскоре рынок станет настолько зависимым от политики снижения цен, что даже IBM придется продать подразделение, производящее настольные компьютеры.

Во время конференции основателя Dell Майкла С. Делла спросили, как бы он поступил на месте Джобса. Он, не пытаясь подсластить пилюлю, сказал: «Я бы закрыл компанию и раздал акционерам их деньги».

Однако Джобс, не привыкший отступать от своих принципов и веривший в свое видение будущего, продолжал считать, что ниша для красоты и искусства в мире технологии и коммерции обязательно найдется. Он был даже рад тому, что Hewlett-Packard, Dell и другие полностью оккупировали большой скучный рынок компьютеров для мелкого офисного люда, живущего среди перегородок, и упертых поклонников новейшего оборудования, оставив ему покупателей, обладавших тягой к индивидуальности. «Основная задача Apple — продавать компьютеры не корпорациям, а людям», — говорил он.

До него никто конкретно специальный сегмент «рынка для людей» не вычленял, и он не видел, почему бы этим не заняться Apple. В конце концов, считал Стив, Gap удалось выжить на рынке готовой одежде, не имея в ассортименте костюмов.

Начиная работу над новым компьютером Macintosh, Джобс вызвал к себе главного дизайнера компании, Джонатана Айва, известного под именем Джони. Стив потребовал разработать компьютер, похожий на его первый Macintosh 1984 года. Он должен был быть удобным в использовании, иметь клавиатуру и встроенный экран, работать сразу после включения питания и стоить меньше 2000 долларов. Таким образом, новый компьютер должен был стать самой дешевой машиной в линейке Apple.

После пары неудачных попыток, отвергнутых начальником, команда Айва создала корпус, больше похожий на подушку, стоящую треугольником на кровати, чем на оригинальный квадратный Mac. Внутренности компьютера и клавиатуры, заключенные в прозрачный пластик, должны были быть, по замыслу дизайнеров, видны снаружи. Корпус получился забавным и располагающим. Отправившись на фабрику по производству карамели, члены команды узнали, в какие цвета принято окрашивать полупрозрачные конфеты, чтобы придать им привлекательный вид, и применили полученные знания при подборе оттенков пластика.

Джобсу их с Айвом совместное творение очень понравилось. Компьютер начинал работать сразу, как только его включали в розетку, и был, по мнению Стива, воплощением замечательных дизайнерских идей. Большинство людей, считал он, под словом «дизайн» понимают внешний вид предмета, к примеру «ткань, из которой сделаны занавески или обивка дивана». Он же под этим словом подразумевал «душу, которую человек вкладывает в созданный его руками предмет или оказанную услугу, и она начинает просвечивать сквозь оболочку предмета или проявляться в чувствах, возникающих у потребителя при пользовании услугой». Дело не столько в том, как выглядит предмет и каков он на ощупь, а скорее в том, насколько хорошо он отвечает своему назначению или работает, если речь идет об электронном устройстве. В соответствии с этой доктриной новый компьютер был «хорош не только лишь формой корпуса или цветом стенок». Душа, вложенная в iMac создателями, должна была, по мнению Джобса, «проявляться в том, насколько хорошо все элементы, из которых сделан этот лучший из доступных рядовому потребителю компьютер, дополняют и обогащают друг друга».

Однако на инженеров Apple вся эта философия особого впечатления не произвела. «Они привели тридцать восемь причин, по которым новый дизайн не сработает», — вспоминал Джобс. Однако он был исполняющим обязанности генерального директора и настоял на запуске нового компьютера в производство. Так и было сделано.

Буква i в названии iMac намекала не только на сеть Интернет, но и на слова «индивидуальный, инструктировать, информировать, инспирировать».

Хотя в глазах Джобса новый компьютер был воплощенным совершенством, на деле в нем были кое-какие странности. К примеру, в комплекте с iMac шла «мышь», формой напоминающая изогнутую часть хоккейной клюшки, которую впоследствии заменили на более традиционную. Джобс распорядился убрать из набора компонентов дисковод, и пользователям, привыкшим хранить на дискетах запасные копии файлов или передавать их друзьям, пришлось покупать внешние флоппи-дисководы. Ужасная вспышка раздражения случилась у Стива, когда он узнал, что вместо элегантного слота, наподобие тех, что в наши дни можно видеть в бортовой аудиосистеме автомобилей, в качестве устройства для чтения компакт-дисков при сборке поставили обычные дисководы с выезжающим лотком. Угрожая руководителю производства задержать по его вине выход в свет первых компьютеров, он заставил его поклясться, что в следующей партии ошибка будет исправлена.

Когда новые машины должны были вот-вот появиться в магазинах, Джобс впервые за долгое время смог порадовать преданных поклонников Apple хорошими новостями. В январе, во время зимней сессии Macworld, он рассказал собравшимся о грядущих серьезных изменениях в операционной системе и о появлении новых программ, созданных Microsoft для работы на платформе Macintosh. Самое интересное Стив приберег для финала, сделав впоследствии этот ход своим любимым театральным приемом.

Красочности полупрозрачных корпусов iMac мы обязаны визитом команды дизайнеров на фабрику по производству карамели. На это обстоятельство намекает и название рекламной кампании iCandy, сопровождавшей выход на рынок новой продукции. Основной ее задачей было показать покупателю, что iMac отличается от другой продукции компании — он дружелюбнее, веселее и красивее

«Да, и еще кое-что», — сказал он. После нескольких месяцев убытков на небосклоне Apple в последнем квартале ушедшего года забрезжил первый луч надежды на серьезные перемены к лучшему. Меры по снижению расходов, предпринятые Джобсом, помогли компании удержаться на плаву.

В следующий раз небосклон окрасился в радужные цвета в мае 1998 года, когда Джобс формально продемонстрировал iMac, готовый к продаже по цене 1299 долларов, толпе акционеров, среди которых были Возняк, Марккула и ветераны проекта Macintosh первого набора. Стив обставил действо в стиле презентации первого компьютера успевшей уже стать легендарной серии. На Джобсе вместо обычного черного свитера с горлом был костюм, а новый Mac, как и в первый раз, скрывался под чехлом. Ткань была сорвана, и перед взорами собравшихся предстал симпатичный компьютер, на мониторе которого светилась надпись: «Привет (снова)».

«Он выглядит так, как будто его доставили с другой, лучшей планеты, — сказал Джобс. — Там живут лучшие дизайнеры».

Отзывы в прессе пестрели эпитетами вроде «дутый», «мультяшный» и «вызывающий желание потрогать». И покупатели полюбили новую машину. За шесть недель после начала продаж в августе 1998 года было продано почти триста тысяч компьютеров iMac, что стало рекордом популярности новой модели. Цены на акции Apple снова выросли, превысив показатели на момент увольнения Амелио втрое.

Мало того, исследования показали, что трое из десяти людей, решивших приобрести iMac, никогда раньше компьютера не имели, а один из десяти покупателей решил сменить компьютер с операционной системой Windows на iMac. Время выхода на рынок было просчитано верно: все больше людей интересовались стремительно развивающейся сетью Интернет, желали приобщиться к инновационным способам связи и общения, завести электронную почту, аккаунт на сайте службы коротких сообщений America Online и начать пользоваться бурно развивающимися онлайновыми торговыми площадками наподобие Amazon и eBay.

Продав за первый год почти два миллиона новых компьютеров, Джобс в середине 1999 года запустил в производство такие же яркие полупрозрачные портативные компьютеры под названием iBook. В то же время он похвастался в прессе тем, как Apple идет в ногу с передовыми технологиями, оснащая свои компьютеры модулями Wi-Fi, позволяющими пользователям выходить в Интернет, не подключаясь к наземному кабелю.

Демонстрируя возможности беспроводной связи репортеру «Newsweek» Стивену Леви, Джобс взял лежавший на столе iBook и, держа его на отставленной в сторону руке на манер официанта с подносом, обошел всю комнату, показывая, что компьютер остался в Сети. «Джобс в прямом смысле приплясывал, обходя большой стол в конференц-зале с ноутбуком в руке и покачивая бедрами в такт развеселому мамбо», — написал Леви.

«Разве не ради этого мы затеяли бизнес? — спросил Джобс. — И вот, что из этого вышло!» Да, вспоминал Леви, это был не только самый талантливый артист всей Кремниевой долины, но и «величайший фанат Apple».

Через год Джобс пошел на еще большую авантюру, представив покупателям интригующего вида монолитный черный куб, напоминавший больше объект современного искусства, чем компьютер. Ставший своего рода памятником исчезнувшему NeXT, Power Mac G4 Cube и по цене больше напоминал скульптуру — 3000 долларов с монитором и клавиатурой. Целевой аудиторией этой машины были люди, которым нужно было нечто большее, чем обычный домашний компьютер.

Джобс повзрослел внешне, но характер его с возрастом изменился мало. Он продолжал ставить машину на стоянку для инвалидов, а на самом «Мерседесе», как и прежде, не было номеров, отчего штрафов ему никто, очевидно, и не выписывал. «Это такая маленькая игра», — объяснил Джобс в интервью журналу «Fortune». В разговорах с близкими людьми он рассказывал о том, как приятно, что его младшая дочь Ив, родившаяся в 1998 году, научилась махать ручкой, провожая папу на работу. Однако, говоря о детях, он всегда упоминал и о том, что телевизор им смотреть запрещено, так как это занятие подавляет в человеке творческое начало.

Стиву по-прежнему приходилось разрываться между Apple и Pixar, но не так отчаянно, как раньше. В 1998 году Pixar выпустила на экраны новый хит под названием «Приключения Флика», а в следующем году вышло продолжение «Истории игрушек», ставшее блокбастером сезона отпусков 1999 года. На пару эти два фильма собрали по всему миру более 800 миллионов долларов. Хотя причин волноваться стало гораздо меньше, Джобс продолжал вставать в шесть часов утра и садился разбирать электронную почту или работать еще до того, как вставали дети, а потом помогал жене готовить завтрак и отвозить детей в школу. Если была возможность, он еще час работал дома, а потом, к восьми или девяти, отправлялся в офис Apple. К одиннадцати часам он уже, как правило, принимал полтора десятка звонков от подчиненных из Pixar и отвечал на поступившие от них по электронной почте сообщения, а концу дня успевал прочесть несколько сотен писем, в том числе от многочисленных поклонников Macintosh, желавших непременно поделиться мыслями с самим генеральным директором Apple.

В самый разгар маневров, начатых Джобсом на компьютерном рынке, он принял одно серьезное личное решение. Отправившись на прогулку с женой, он объяснил ей, что считает Apple хорошим плацдармом для проведения в жизнь своих планов. Стив собирался выбросить из названия своей должности словосочетание «исполняющий обязанности» и стать штатным, наделенным всеми полномочиями генеральным директором Apple. Стив сказал Лорин, что планирует работать на этой должности в течение четырех или пяти лет.

Совет директоров Apple давно уже призывал Джобса это сделать, предлагая в качестве поощрения право на опцион на покупку четырнадцати миллионов акций компании. В деловых кругах этот способ мотивирования сотрудников давно уже стал общепринятым. Когда работнику предоставляется преимущество при покупке акций, это означает, что в будущем он сможет приобретать их по цене, зафиксированной на день заключения контракта. В данном случае, согласившись на это вознаграждение, каждый раз при повышении в цене акций на один доллар стоимость пакета увеличивалась на 14 миллионов долларов.

Однако, несмотря на изначальное заявление о том, что он присоединяется к Apple не ради обогащения, Джобс хотел большего. «Я бы хотел иметь самолет, — сказал он, — в котором мы с семьей могли бы летать в отпуск на Гавайи». Он ненавидел коммерческие авиалинии, особенно если приходилось отправляться куда-то в компании трех малолетних детей. Совет директоров согласился на приобретение реактивного самолета «Gulfstream V», способного перемещать шестнадцать человек за раз. Этот вполне заслуженный за два с половиной года результативной работы подарок обошелся Apple в 88 миллионов долларов, включая налоги, которые компания заплатила за Джобса.

Помимо самолета, Джобс потребовал предоставить ему право на покупку двадцати миллионов акций компании — пакета, превышавшего первоначальное предложение. В конце концов совет директоров согласился на его требования, разбив пакет на две части — первую часть с правом немедленной продажи и вторую с возможностью реализации по истечении определенного срока. Хотя получить все сразу Джобсу не удалось, журнал «Fortune» подсчитал ориентировочную стоимость всего пакета — 381 миллион долларов. Даже учитывая величину заслуг Джобса перед компанией, вознаграждение было беспрецедентно щедрым.

В 2000 году на конференции Macworld Стив рассказал собравшимся о том, что вскоре на компьютеры будет устанавливаться операционная система, написанная на основе разработок приобретенной Apple компании NeXT. Самое интересное он по уже укоренившейся традиции приберег напоследок. Когда он сообщил толпе, что больше не является «исполняющим обязанности» шефа Apple, собравшиеся, повскакав с кресел, приветствовали его аплодисментами, скандируя: «Стив, Стив, Стив!»

Джобс воспринял овацию с улыбкой, заявив, что он всего лишь один из членов большой команды. «Я принимаю поздравления, но от имени всего коллектива Apple», — добавил он.

К сожалению, взявшая высокий темп команда вскоре сбилась. Продажи iMac, поначалу шедшие очень хорошо, постепенно начали снижаться. Элегантный и бесподобный Power Mac G4 Cube, представленный летом 2000 года, был слишком дорогим. В первые несколько месяцев показатели его продаж достигли лишь половины предварительно рассчитанных масштабов, а в дальнейшем стали стремительно падать. Вскоре его производство решено было приостановить, и это стало первой неудачей со времени возвращения Джобса в компанию.

К 2001 году экономический рост страны стал замедляться, и акции компаний, специализирующихся на высоких технологиях и бывших привлекательными для инвесторов, стали постепенно терять в цене. Apple постигла та же участь.

Магазин Apple Store на Пятой авеню в Нью-Йорке

Критики снова начали поговаривать о том, что для компании, столь сильно отличающейся от других, на рынке места нет.

Джобс в это время размышлял над возможностью войти в совершенно новую для Apple сферу бизнеса. Крупные ретейлеры, по мнению Стива, неверно подходили к продаже нестандартных компьютеров Apple, и ожидать от них особого внимания к компании было бесполезно. «Мне стало страшно, — признался Джобс. — Надо что-то делать, подумал я. Такая вот пришла мысль».

Создание собственной ретейлерской сети было ходом весьма рискованным. Джобс позвал на помощь Милларда «Мики» Дрекслера, бывшего в то время президентом компании Gap, предложив ему войти в совет директоров Apple, а тот, в свою очередь, переманил Рона Джонсона из сети магазинов Target для проектирования фирменных магазинов Apple. По совету Дрекслера был создан экспериментальный магазин, на примере которого предстояло отработать все детали проекта.

Джонсон предложил идею создания «Бара гениев», своего рода информационного центра наподобие стойки администратора в отеле, где специально обученные люди могли бы оказывать помощь тем, кто не знает, с чего начать, что выбрать, или просто хочет получить дополнительные объяснения.

Как это уже не раз случалось, открытие первого магазина должно было состояться со дня на день, как вдруг Джонсону пришла в голову мысль о том, что при разработке концепции была допущена серьезная ошибка. В экспериментальном магазине экспозиция была организована по классам продукции, тогда как покупатели, по мнению Джонсона, принимают решения о приобретении того или иного гаджета, исходя из того, что при помощи него можно делать — к примеру, снимать видео или давать детям, чтобы они с ним играли. Последовавшая за этим реорганизация привела к задержке официального открытия на несколько лет, но впоследствии Джобс говорил, что «это решение было единственно верным».

Первые два магазина, выдержанные в духе минимализма, были открыты в городах Тайсоне Корнер, штат Вирджиния, и Глендейл, Калифорния, весной 2001 года.

Однако при отсутствии новой продукции, пользующейся всеобщей популярностью, продавать в них Джобсу было нечего.

УПАКОВКА

Детали всегда играли для Джобса огромную роль. Ничто не было для него слишком мелким и недостойным внимания.

Помимо высоких требований, предъявляемых к дизайну и внешнему виду новой продукции, Джобс всегда заботился о функциональной и эстетически выдержанной упаковке. Вместе с главным дизайнером Apple Джони Айвом они добивались того, чтобы у коробок были удобные крышки, снабженные функциональными картонными замками, точно совпадающими с прорезями в стенках коробки. Даже выниматься, по убеждению Джобса, компьютер должен был каким-то необычным, привлекательным для покупателя способом, а когда началось производство iPod и iPhone, Стив позаботился о том, чтобы они эстетично располагались во вкладной пластиковой форме.

«Упаковка — как театр, она может разыграть целую сцену», — утверждал Айв.

Среди совместных патентов, правами на которые обладали Джобс и Айв, числятся макеты коробок для iPod и iPhone. В общей сложности имя Джобса осталось в описаниях трехсот тринадцати патентов, принадлежащих Apple, среди которых футляры, принципиальные концепции новой продукции, шнуры питания и элегантная стеклянная лестница.

Коробки получались до такой степени привлекательными, что многие фанаты Apple не находили в себе сил их выбросить и продолжали хранить в шкафах или выставляли на всеобщее обозрение на стеллажах. В Интернете можно найти немало фотогалерей, посвященных тому, как счастливые обладатели нового гаджета от Apple распаковывают вожделенное приобретение.

Джобс рассказывал, что начал уделять внимание упаковке после того, как Майк Марккула, его учитель, первым вложивший деньги в Apple, еще в самом начале деятельности компании сказал, что люди «судят о книге ТОЛЬКО по обложке» и что неряшливая или дешевая упаковка может погубить продажи даже самой лучшей продукции.

«Когда вы открываете коробку с iPhone или iPad, мы хотим, чтобы с первых тактильных ощущений вы настраивались на определенное восприятие нашей продукции, — говорил Джобс. — Этому меня научил Майк».

Коробка iPhone 4, как пример подхода Apple к упаковке

Стив Джобс произносит программную речь, стоя на сцене на фоне одного из культовых рекламных образов Apple iPod

18. Музыка

В середине первого десятилетия нового века Стив Джобс снова столкнулся с серьезной проблемой. Apple в течение некоторого времени занималась разработкой уникального программного обеспечения для монтажа домашнего кино, которое, по замыслу создателей, должно было облегчить пользователям Macintosh организацию видеороликов и фотографий.

Однако оказалось, что пользователям нужно не это. Выяснилось, что на деле они хотят самостоятельно делать музыкальные сборники и записывать их на компакт-диски.

Продажи iMac снизились отчасти потому, что встроенный в него привод не позволял использовать записывающие CD. Почему? Да потому, что у первых записывающих приводов были те самые некрасивые лотки, которые Джобсу ужасно не нравились, поэтому взять и оснастить более поздние версии компьютера нужным оборудованием было не так-то просто.

Мало того, революцию, происходившую в музыке в начале двухтысячных, Джобс просто не заметил. Молодые люди — примерно того же возраста, что и Джобс с Возом в начале карьеры, — поняли, что музыкой можно делиться, бесконечно обмениваясь миллионами файлов — и ничего за это не платить. Небольшая начинающая компания Napster неожиданно перевернула вверх ногами весь музыкальный бизнес.

В какой-то момент Джобс, человек искренне любящий музыку, в конце концов обратив внимание на происходящее и увидев миллионы людей, нарезающих компакт-диски без какого-либо участия со стороны Apple, вынужден был, подобно Гомеру Симпсону, воскликнуть: «Вот это да!» «Мы все пропустили, понял я, — вспоминал Джобс. — Придется наверстывать».

Для этого были немедленно мобилизованы лучшие силы. Дизайнеры и инженеры работали над возможностью установки пишущих приводов во все компьютеры, выпускаемые Apple. Эту непростую задачу удалось решить лишь к середине 2001 года.

Затем стало понятно, что компьютеры необходимо оснастить программой, своего рода «музыкальным автоматом», позволяющий меломанам загружать музыку, искать ее в Сети и следить за порядком в коллекции CD и музыкальными файлами на других носителях. Подходящих наработок у Apple не было. На примете была только небольшая самостоятельная компания, основанная бывшими сотрудниками Apple, приступившая к тому времени к разработке музыкальных программ. Apple приобрела их бизнес, носивший название SoundJam, и начала адаптацию продукции фирмы под свои стандарты. Слишком сложные функции из программы, разработанной SoundJam, были выброшены, а кнопки управления упрощены и облагорожены внешне. Кроме того, Джобс потребовал, чтобы основная система поиска представляла собой единый упрощенный узел, позволяющий искать по ключевому слову, вместо того чтобы выбирать сначала категорию по имени артиста или названию альбома.

Заинтересовавшись музыкальной революцией, Джобс объявил о новом направлении в философии и бизнесе Apple на конференции Macworld в начале 2001 года. Индустрия стоит на пороге новой эры, сказал он собравшимся. Первая волна компьютеризации возникла в 1980 году, породив табличные и текстовые редакторы, сделавшие компьютер полезным рабочим инструментом. Вторая волна прокатилась по миру в середине девяностых, когда с появлением сети Интернет компьютер приобрел новое значение как для организаций, так и для индивидуальных пользователей.

В новом же веке, сказал Джобс, персональные компьютеры ожидает новая волна развития, которая превратит их в «источники быстро внедряющегося во все области деятельности человека цифрового образа жизни». Перестав быть простым инструментом для обработки цифр и букв, компьютер станет хранилищем для фотографий, видео, музыкальных файлов, телефонных контактов и еженедельников, позволив нам организовывать, корректировать и осуществлять наблюдение за нашей новой жизнью.

В качестве вклада в развитие нового мира Apple продемонстрировала программы iDVD и iTunes, которые собиралась поставлять в комплекте с новой операционной системой. Однако Джобс видел и другую проблему: что хорошего в том, чтобы иметь забитый музыкой жесткий диск, если прослушивать файлы можно, только сидя за столом?

Компания Sony продала порядка двух миллионов плееров Walkman людям, желавшим слушать музыку с кассет и компакт-дисков на ходу. Когда Джобс и его команда изучили предлагаемые на рынке цифровые плееры, они, можно сказать, не нашли печатных слов для их описания. Большинство из них неспособны были вместить объем информации, сопоставимый с емкостью одного-двух компакт-дисков с музыкальными файлами и, проработав пару часов, выключались, исчерпав емкость батарей. Чтобы переписать в них файлы, требовалось потратить вечность.

Джобс был уверен, что он и его подчиненные могут создать куда более совершенный плеер — и запустить его в серийное производство еще до Рождества.

Предпосылки для создания плеера были: у Apple, к примеру, имелось хорошее программное обеспечение под названием Fire Wire, позволявшее быстро перемещать большие файлы.

Производители видеокамер оснащали им свою продукцию для облегчения перемещения крупных фрагментов цифрового видео, но использовать его для передачи музыкальных файлов еще никто не додумался.

Во время поездки в Японию Джон Рубинштейн, старший вице-президент Apple по комплектующим, узнал, что компания Toshiba, крупный производитель электроники, разработала небольшой жесткий диск, диаметром не более двух дюймов и емкостью пять гигабайт. Такого объема достаточно для хранения порядка тысячи музыкальных файлов. Японские инженеры не знали, для каких целей можно применить новый носитель, но когда о существовании диска узнал Рубинштейн, он тут же понял, что с ним делать. «Вернувшись на работу, я первым делом сказал Стиву: “Я знаю, как сделать хороший плеер. Теперь у меня есть все составляющие”».

Джобс попросил Рубинштейна вновь отправиться на завод Toshiba, выделив бюджет в 10 миллионов долларов, чего было вполне достаточно для покупки всех уже выпущенных дисков и приобретения права на преимущественную покупку последующей продукции, с тем, чтобы Apple имела возможность пользоваться изобретением единолично.

Для осуществления проекта был нанят специальный инженер, собрана команда, и работа по созданию программного обеспечения, подбору экрана и микросхем для нового плеера началась. Поначалу Джобс встречался с группой раз в неделю или в две недели, но когда появились первые прототипы, он стал наблюдать за работой команды каждый день. И каждый день находились вопросы, требовавшие инновационных решений: к примеру, оказалось, что для ушей сорокашестилетнего Джобса плеер играет недостаточно громко. Потом Стиву показалось, что звук недостаточно ясный. Меню было слишком сложным. Для поиска нужной опции необходимо было сделать слишком много операций, а Джобс настаивал на том, что для нахождения требуемой композиция пользователь не должен нажимать кнопку более трех раз.

Подбор батареи оказался самым сложным делом. Чем чаще включался жесткий диск, тем быстрее она садилась. Через некоторое время инженеры придумали решение: в память плеера подгружалось несколько музыкальных файлов за один раз, и диск включался реже, экономя энергию батареи. В результате работы команды все, что было нужно для работы плеера, получившего название iPod, в том числе батарея, емкости которой было достаточно для проигрывания музыки в течение десяти часов, поместилось в корпус размером с колоду карт.

Точно так же, как в случае со стрелками, которые Джобс велел убрать с клавиатуры первого компьютера Macintosh, или с дисководом в iMac, Стив предъявлял странные требования и во время разработки плеера. Он хотел, чтобы на панели были только три кнопки: перемотки вперед, перемотки назад и паузы, совмещенной с пуском. Команде разработчиков с большим трудом удалось уговорить Джобса ввести еще и клавишу вызова меню. Однако с нежеланием Стива дать возможность пользователям самостоятельно переводить плеер в режим ожидания инженерам справиться так и не удалось. Джобс безапелляционно говорил «нет» на все предложения по внедрению клавиши отключения питания. По его мнению, плеер должен был самостоятельно переходить в режим сбережения заряда аккумулятора в случае, если им долго не пользуются.

Чтобы плеер не выглядел дешевой коробочкой, не стоящей заботы и внимания, Джони Айв решил сделать переднюю панель полностью белой. К тому же, с его точки зрения, этот цвет должен был придать плееру «нейтральный и одновременно шокирующий вид, благодаря которому его нельзя будет спутать ни с чем другим», а заднюю панель решено было сделать из нержавеющей стали. Наушники по настоянию Айва тоже должны были стать белыми. Кто-то из менеджеров предложил сделать на боку плеера колесико, позволяющее быстро передвигаться вверх и вниз по списку композиций прямо на ходу, чтобы пользователю не пришлось нажимать на клавишу джойстика сотни раз в поисках нужной песни. Через неделю колесико было синхронизировано с меню на экране. «Когда интерфейс был готов, я подумал: “Боже, как круто все получилось”», — вспоминал Джобс.

Название «Pod» было придумано одним из копирайтеров, вспомнившим фразу «Открой дверь отделяемого грузового отсека, Хэл», из фильма «Космическая одиссея» 2001 года[9] .

По аналогии с iMac к имени была добавлена буква i, и новый плеер приобрел окончательное название — iPod.

Рекламное агентство разработало образ с танцующими силуэтами, восхитивший Джобса. Решив покрыть расходы на расширенную рекламную кампанию iPod за счет продаж современных и будущих компьютеров семейства Macintosh, Джобс распорядился направить на поддержку запуска плеера весь рекламный бюджет, что позволило ему с большим запасом обойти по масштабу продвижения товара всех конкурентов.

К сожалению, несмотря на приподнятое настроение Джобса, обстановка во время пресс-конференции, прошедшей 23 октября 2001 года, была подавленной. Здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и Пентагона в Вашингтоне были атакованы всего несколько недель назад, и люди были не в настроении что-либо покупать. Гражданская авиация не работала, а когда полеты снова были разрешены, в аэропортах были введены беспрецедентные меры безопасности. Жизнь в сфере торговли и потребительских услуг практически прекратилась.

Однако Джобс останавливаться не собирался. Стараясь придать дебюту максимальную драматичность, он сначала показал на гигантском экране переднюю и заднюю панели плеера, а затем вынул из кармана джинсов белый iPod. «Это удивительное маленькое устройство хранит в себе тысячу музыкальных композиций — и помещается в кармане», — сказал Стив. На аудиторию его слова произвели благоприятное впечатление, сохранявшееся до тех пор, пока Джобс не озвучил цену устройства — 399 долларов — слишком высокую для музыкального плеера. (Кто-то из циников позже предложил расшифровку названия iPod — idiots price our devices — «цены на наши устройства придумывают идиоты».)

Плеер получился на удивление удачным, но старта продаж, подобного взлету ракеты, как в случае с компьютером iMac, не получилось. Спрос на iPod повышался постепенно, и за первые полтора года было продано порядка миллиона плееров, несмотря на появление обновленных моделей. Одной из причин относительно низкого спроса было то, что ясного и понятного способа пополнения музыкальной коллекции в то время не существовало. Компания Napser была вынуждена прекратить деятельность после того, как иски, поданные на нее звукозаписывающими компаниями, были удовлетворены судом. Таким образом, кроме конвертации музыкальной коллекции на CD и загрузки полученных файлов в iPod, пользователь практически ничего предпринять не мог, за исключением разве что скачивания с другого сервиса, подобного Napster, что с точки зрения права было незаконным деянием.

Участники рынка звукозаписи, не знавшие, как остановить лавину бесплатного распространения музыки, предлагали слушателям приобрести подписку, дающую доступ на организованные ими серверы, своего рода онлайновые радиостанции, при помощи которых музыку можно было слушать, но нельзя скачивать.

Пока Джобс старался придумать удачный способ разрешить сложившуюся ситуацию, в Apple велась работа по созданию замены разноцветным компьютерам iMac. Хотя в общей сложности было продано около шести миллионов этих восхитительных компьютеров, доля рынка Apple продолжала уменьшаться в пользу машин, работающих под операционной системой Windows.

Джобс считал, что конкурентным преимуществом компьютеров следующего поколения должно стать использование возможностей плоских жидкокристаллических мониторов с большей, по сравнению с классическими лучевыми экранами, диагональю и улучшенной цветопередачей. Как это часто случалось с затеями Джобса, этому проекту было суждено вернуться на доработку в конструкторский отдел — примерно то же случилось в свое время со сценарием «Истории игрушек», который пришлось переписать практически целиком. Концепция нового компьютера, предложенная Айвом изначально, представляла собой более обтекаемую версию iMac. «В нем ничего плохого не было, — рассказывал Джобс. — Нет, это был отличный компьютер». Но Джобсу он не приглянулся.

Он пригласил Айва в гости в свой дом в Пало-Альто, и они вместе гуляли по огороду и абрикосовому саду, посаженному Лорин после того, как Джобс приобрел соседний участок. Стив объяснил Джони свое видение новой модели: «Каждый элемент должен быть самодостаточным», — сказал он. Старый iMac был пухлым, как подушка. В новом главную роль должен играть плоский экран. Джобс спросил Айва: «Какой смысл устанавливать плоский монитор, если вокруг и позади него будут громоздиться все эти закругления и вздутия? И зачем ставить сам компьютер на короткую сторону, если, по сути, он похож на плоскую коробку, которая должна лежать?»

Новый iMac, сказал Джобс, должен быть похож на садовый цветок. «Он должен напоминать подсолнух», — предложил Стив.

Ничего удивительного, что вскоре приблизительно такой компьютер и был представлен миру.

Большой плоский монитор, присоединенный к вращающемуся стальному штоку, как бы парил в воздухе, опираясь на основу, похожую на перевернутый цветочный горшок. После двух лет дизайнерских изысканий, в 2002 году он был запущен в производство. Однако к тому времени, когда эффект от продажи новых компьютеров можно было ощутить по состоянию финансовых дел компании, произошло нечто еще более замечательное: музыкальный бизнес начал набирать обороты.

Представив миру iPod, Джобс затеял кампанию, целью которой было убедить гигантов индустрии звукозаписи в том, что он может создать бизнес-схему, в рамках которой даже молодежь будет платить за музыку, которую хочет слушать, — только не за целый альбом, а за одну песню при каждом скачивании. Учитывая то, что Джобс был в музыкальной индустрии аутсайдером, противодействие традиционных игроков оказалось весьма существенным. Особенно сильное неприятие возникло по отношению к идее продавать одну песню за 99 центов. (Естественно, в эту сумму заложена и доля Apple.) Некоторые противники Джобса оперировали аргументами творческого характера. Другие хотели продавать только целые альбомы, хотя меломаны зачастую желают иметь в коллекции лишь несколько песен. Однако к тому времени шило уже нельзя было утаить в мешке: люди самостоятельно конвертировали записи в цифровой формат и делали собственные сборники.

Через некоторое время всем стало ясно, что Джобс может предложить нечто такое, чего у других не имелось. У него был «весь арсенал», как он это называл. У студий звукозаписи были только артисты и альбомы. У производителей программного обеспечения — виртуальные «музыкальные аппараты». И только Apple предлагала все в одной упаковке — удобный «музыкальный автомат», элегантный iPod и виртуальный магазин для продажи музыкальных файлов, интегрированный с программным обеспечением на компьютере и плеере, при помощи которого любой пользователь мог получить ту композицию, которую он хотел послушать в данный момент.

Чтобы процесс загрузки файлов на устройства пользователей был прозрачным, Apple предлагала средства защиты контента, позволяющие любителям музыки проигрывать скачанные композиции на нескольких компьютерах или плеерах iPod, но при наличии регистрации. При этом передавать купленный материал по электронной почте, переносить файлы с iPod на произвольный компьютер (чтобы поделиться с другом, к примеру) или копировать с него файлы на iPod было нельзя. «Страсть к воровству разрушает личность. Мы предлагаем легальную альтернативу», — заявил Джобс в интервью журналу «Rolling Stone».

Джобс общался в кулуарах с топ-менеджерами звукозаписывающих компаний, стараясь перетянуть их на свою сторону. Он обращался к музыкантам, от Боно до Шерил Кроу и рэпера Доктора Дре. Он просил Ирвинга Азоффа, менеджера «Eagles», уговорить музыкантов разрешить продавать их песни через iTunes. Под давлением обаяния Стива они сдавались один за другим.

В конце апреля 2003 года Джобс презентовал iTunes Store для пользователей Macintosh. В ассортименте было около двух сотен композиций, но в скором времени он должен был пополниться. Аналитики Apple предсказывали продажу миллиона файлов в течение полугода, но именно такое количество было продано за шесть дней, после чего о прошлом уже никто не жалел.

Можно сказать, что в программе iTunes в сочетании с плеером iPod и виртуальным магазином iTunes Store было собрано все лучшее, чем обладала Apple. «В этом наборе прекрасная технологическая база Apple соединена с легендарной простотой использования, которой всегда отличалась продукция фирмы, и великолепный дизайн стал достойным дополнением ко всему вышеперечисленному, — сказал Джобс. — Эти три начала соединились воедино, и это то, к чему мы всегда стремились».

В октябре того же года был запущен iTunes Store для Winows. Анонсируя появление магазина, Джобс вышел на сцену под необыкновенно сентиментальное музыкальное сопровождение. Незадолго до этого умер легендарный исполнитель песен в стиле кантри Джонни Кэш, и Стив выбрал старую песню «Битлз» «In My Life» в его исполнении, записанную после смерти супруги певца.

Джобс часто слушал эту песню после смерти Кэша и был необычайно ею тронут. Он решил выйти на сцену под эту песню, потому что для него она была «одним из символов той важной роли, которую может играть музыка в жизни человека».

Этот сильный шаг стал последним на пути Apple из того загона, в котором оказалась компания, пожиная плоды обособленности, заложенной еще во времена создания первых компьютеров, и ознаменовал открытие нового направления в музыкальном бизнесе. К апрелю 2004 года через iTunes Store было продано сто миллионов музыкальных композиций, а спустя менее двух лет компания отпраздновала миллиардное скачивание.

За период с 2001 по 2003 год было продано менее двух миллионов плееров iPod, но к началу января 2005 года их количество перевалило за десять миллионов. В дальнейшем был представлен iPod Mini и маленький, недорогой iPod Shuffle, в котором можно было хранить лишь около сотни песен, а позднее еще и iPod Nano. К середине 2006 года, то есть всего лишь через год, общее количество проданных плееров достигло 58 миллионов.

Еще более внушительным был доход от продажи музыки, составлявший к тому времени практически половину общего оборота Apple.

Но и это был еще не предел. Старый друг Джобса, Брент Шлендер, обозреватель журнала «Fortune», много лет следивший за развитием компании, написал в одной из статей о том, что «не нужно быть конструктором ракет, чтобы представить себе, как Apple однажды изобретет новую версию iPod, оснащенную, скажем, полноцветным экраном или возможностью синхронизации с различными приложениями, позволяющими содержать в порядке библиотеку фотографий и видеоклипов или следить за персональным расписанием». Однажды, предсказал он, на платформе iPod будет разработан обладающий широким набором возможностей сотовый телефон.

Джобс был в расцвете творческих сил. Но впереди его ждали серьезные испытания.

СПИСОК ЛЮБИМЫХ КОМПОЗИЦИЙ СТИВА

По мере распространения плееров вопрос «Что записано в твоем iPod?» приобретал сакраментальное значение, позволявшее проникнуть в глубинную суть человека, понять его. Репортеры задавали его кандидатам в президенты. Потенциальные супруги тестировали им друг друга. Близкие по духу люди советовали друг другу послушать ту или иную композицию, и, наконец, даже работодатели иногда стали задавать его соискателям.

Для Стива Джобса, горячего поклонника творчества Боба Дилана, «The Beatles» и виолончелиста Йо-Йо Ма, музыка всегда была важной составляющей жизни. Йо-Йо Ма не смог принять приглашение сыграть на свадьбе Стива и Лорин, но позже он приезжал в их дом и, исполнив несколько произведений Баха, заставил Джобса расплакаться.

«Ваша игра — лучшее доказательство существования Бога, которое я когда-либо слышал, потому что я глубоко убежден в том, что сыграть так человек без помощи высших сил никогда бы не смог», — сказал ему Джобс.

Так что же было записано в iPod самого Стива? Однажды взглянуть на перечень записей удалось его биографу, Уолтеру Айзексону. Там обнаружились пятнадцать альбомов Дилана плюс шесть папок с бутлегами концертов, композиции с семи различных альбомов «The Beatles», песни с шести дисков «The Rolling Stones», записи Джоан Баэз, четыре альбома Йо-Йо Ма, три альбома Ареты Франклин, второй Бранденбургский концерт Баха, Би-Би Кинг, «The Black Eyed Peas», Бадди Холли, «Coldplay», Дон Маклин, Донован, «The Doors», «Grateful Dead», «Green Day», Дженис Джоплин, Джефферсон Эйрплейн, Джимми Хендрикс, Джон Майер, Джонни Кэш, Джони Митчелл, Моби, «The Monkees», Сил, «Simon&Garfunkel», «Talking Heads», «10000 Maniacs» и «U2».

Часть третья «И еще кое-что…»

19. Рак

Джобс с женой Лорин после выступления с программной речью на конференции Арріе в июне 2011 года

Выступая перед выпускниками Стэнфордского университета в 2005 году, Стив обещал рассказать три истории. Из первой слушатели узнали о том, как странно сплелись между собой события его биографии. Во второй говорилось о любви и потерях. А третья была о смерти. Эту тему не назовешь «типовой» и «оптимистичной», особенно когда речь идет о торжествах по случаю окончания университета.

Однако Джобс никогда и не был сторонником «типовых» и «оптимистичных» разговоров.

В беседах с коллегами и репортерами он не раз за долгие годы делился своей жизненной философией. «Когда мне было семнадцать, кто-то сказал, что нужно каждый день проживать, как последний, и однажды я буду за это вознагражден», — сказал он в интервью журналу «Fortune» в 1998 году.

Это высказывание, которое Джобс повторил во время своей речи, произвело на выпускников Стэнфорда весьма сильное впечатление. Сам он вспомнил его, когда юность была уже позади, в день выступления перед студентами Стэнфордской Бизнес-школы, встретив Лорин Пауэлл, свою будущую жену, и решая, стоит ли идти на совещание или лучше пригласить ее на ужин. Перспектива неминуемой смерти помогала Джобсу концентрироваться на наиболее важных задачах и стимулировала его быстро менять направление, когда ежедневная деятельность переставала приносить желаемые плоды.

Джобс, крупный руководитель и публичный человек, много лет делавший все, чтобы сохранить в тайне подробности личной и семейной жизни, поделился с вчерашними студентами необыкновенно личными и трогательными подробностями биографии. Оказалось, что несколько лет назад врачи обнаружили у него опухоль поджелудочной железы и полагали, что жить ему осталось от трех до шести месяцев. Однако проведенная в тот же день биопсия показала, что у Джобса крайне редкая разновидность рака, и есть возможность успешно удалить опухоль хирургическими методами. «Я согласился на операцию и чувствую себя отлично», — сказал Стив.

Эта трогательная история моментально завладела умами и душами аудитории.

Однако в действительности дело было не совсем так, как сказал Джобс, и это обстоятельство можно приписать окружавшему его «искажающему реальность полю» или, как это явление называла Лорин, «волшебному мышлению».

В конце девяностых, когда Джобс занимался спасением дорогой его сердцу компании и сновал, как челнок, между офисами Apple и Pixar, между которыми, между прочим, было около шестидесяти миль, в его почках начали образовываться камни, причинявшие острую боль. «По пути я заезжал в больницу, и там, чтобы снять боль, мне кололи в задницу “демерол”, но в конце концов все прошло», — вспоминал Стив.

В октябре 2003 года уролог, у которого наблюдался Джобс, попросил его пройти обследование на предмет состояния почек, так как последние снимки были сделаны за пять лет до этого. С почками оказалось все в порядке, но на сделанном заодно снимке поджелудочной железы было обнаружено какое-то образование. Эта железа, помимо участия в пищеварении, вырабатывает гормоны, такие, к примеру, как инсулин, при помощи которого организм регулирует уровень сахара в крови.

Врач посоветовала Джобсу провести повторное обследование, но он отказался. Через несколько дней она снова позвонила Стиву, сказав, что «дело очень серьезное». Джобс, которому на тот момент было сорок восемь лет, решил прислушаться к ее советам и прошел исследование до конца. В результате, и об этом он тоже рассказал в своей речи перед выпускниками Стэнфорда, врачи обнаружили опухоль. Эти события относятся к осени 2003 года, анек середине 2004 года, как сказал Джобс; по сути, это было как раз в момент презентации iTunes для Windows, во время которой Стив выбрал для музыкального сопровождения своего выхода на сцену печальную песню в исполнении Джонни Кэша.

Как правило, опухоль поджелудочной железы быстро разрастается и приводит к смерти. У Джобса же была редкая, медленно развивающаяся форма рака, которую называют нейроэндокринной, возникшей в обособленной группе клеток, отвечающих за выработку инсулина. Врачи порекомендовали Стиву лечь под нож хирурга, надеясь удалить опухоль прежде, чем она разрастется.

Если бы Джобс согласился на операцию, его шансы остаться в живых были бы весьма высоки. Многие пациенты живут по десять и больше лет после хирургического вмешательства подобного рода.

Однако операция по удалению опухоли поджелудочной железы отнюдь не проста. Иногда приходится удалять не только саму опухоль, но и значительное количество ткани, ее окружающей. В некоторых случаях применяют еще более агрессивный с хирургической точки зрения метод вмешательства, называемый панкреатодуоденэктомией. В этом случае удаляют часть поджелудочной железы, желчный пузырь и некоторые фрагменты желудка, кишечника и желчного протока. По сути, весь желудочнокишечный тракт подвергается реорганизации с последующим восстановлением функций.

К ужасу и расстройству членов семьи, близких друзей и других руководителей Apple Джобс решил, что на операцию не пойдет. Занимаясь любимым делом всей жизни, он всегда был скор в суждениях: что-то ему нравилось, а что-то — категорически нет. Однако в личной жизни эта категоричность была ему присуща в меньшей степени. К примеру, он долго думал, прежде чем решился стать официально отцом для Лизы Бреннан, и колебался, принимая решение о женитьбе на Лорин Пауэлл. Порой он даже был не в состоянии купить себе диван. Точно так же он не мог договориться с собой и по поводу предложенной операции.

Вместо этого Джобс решил еще больше ужесточить вегетарианскую диету, стараясь избегать всех форм животной пищи, заменяя ее морковью и фруктовыми соками. Он пробовал лечиться акупунктурой, травами и другими средствами альтернативной медицины. На протяжении всей карьеры он прилагал усилия к тому, чтобы пользователи не пытались лезть внутрь разработанных им компьютеров, и не хотел, чтобы внутрь его самого лезли доктора. «Я правда не хотел, чтобы врачи копались в моем теле», — сказал он позже.

Тем временем члены семьи и небольшое количество близких друзей, знавших о случившемся, умоляли его передумать. Разговоры об этом велись постоянно. Врачи, по просьбе родственников, тоже уговаривали Стива как могли. Жена понимала, почему он не хочет допускать вмешательства в свое тело, но пыталась переубедить его, говоря, что «оно является вместилищем духа и служит ему». Она просила всех, кого знала, повлиять на Джобса, включая сестру, Мону Симпсон. «Для нас это стало настоящей трагедией», — рассказал журналу «Fortune» человек из его ближнего круга.

В июле 2004 года было проведено повторное исследование, показавшее ухудшение ситуации. Опухоль выросла и, возможно, начала распространять метастазы.

В конце концов Джобс передумал, и 31 июля 2004 года была произведена панкреатодуоденэктомия. Уже на следующий день, лежа на больничной койке, Джобс отправил сообщение по электронной почте сотрудникам Apple, рассказав о том, что у него редкая форма рака, которую можно победить хирургическим вмешательством. Ему, по словам Джобса, оно помогло, а значит, дополнительной радио- или химиотерапии не понадобится. Он обещал вернуться к работе в сентябре.

И снова Стив рассказал не всю правду. Во время операции врачи обнаружили, что рак затронул по меньшей мере три фрагмента его печени. Сократил ли он себе жизнь, отложив хирургическое вмешательство? Сказать это точно было невозможно, так как никто не взялся бы определить, имелись ли очаги рака на печени, когда опухоль была обнаружена девятью месяцами раньше.

Джобсу был прописан курс химиотерапии — и это, к сожалению, было не единственной сложностью, с которой ему пришлось столкнуться. Поскольку хирургическое вмешательство в организм было весьма серьезным, врачи сказали, что для восстановления необходимо питаться разнообразной пищей, богатой протеинами, которые содержатся в мясе, рыбе и цельномолочных продуктах. Однако, будучи вегетарианцем, вернее, веганом большую часть своей жизни, Стив избегал употребления в пищу всех этих продуктов и даже ради выздоровления от своих принципов отступать не стал.

Угодить Джобсу в еде вообще было непросто. В ресторанах он часто отсылал блюда назад, на кухню, как несъедобные и, став взрослым семейным человеком, даже во время праздников ел только салат из моркови с лимоном или просто яблоки, а порой и вовсе ничего не ел. Жена, разделявшая его страсть к вегетарианству, начала в какой-то момент добавлять в приготовленную дома пищу рыбу и другие богатые протеином продукты в надежде убедить Джобса насытить организм тем, в чем он нуждался. Однако для Лорин это был трудный бой.

Пользуясь последними достижениями, доступными в 2004 году, врачи провели картирование генетического материала опухоли, что позволило им использовать узконаправленное медикаментозное лечение, рассчитанное на достижение определенного эффекта. Однако сочетание последствий хирургического вмешательства, воздействия медикаментов, химиотерапии и обезболивающих средств с гастрономическими привычками Джобса затруднили восстановление веса и последующее увеличение массы тела, в результате чего порой он казался необыкновенно худым и изможденным.

Подорванное здоровье Джобса стало для Apple причиной многих проблем. Как правило, руководители высшего звена не посвящают подчиненных и тем более посторонних в сложности внутреннего характера, однако в случае, когда акции компании являются объектом биржевой торговли, скрывать подобные события достаточно проблематично. Дело в том, что согласно закону о ценных бумагах, после публичного размещения акций компании обязаны держать инвесторов в курсе тех событий, которые могут повлиять на будущие финансовые показатели, будь то повышение продаж новой продукции, проблемы с теми или иными активами или сложности со здоровьем генерального директора. И это логично, так как инвесторы должны принимать финансовые решения, основывая их на прогнозах будущего финансового состояния компании, и достоверная информация в данном случае просто необходима.

Учитывая, насколько важной была роль Джобса в Apple и как много значило его участие в приносящих огромную прибыль проектах, таких как iPod и iTunes Store, его здоровье не могло не беспокоить всех. Однако точных указаний на то, какой объем информации раскрывать инвесторам и когда это делать, в законе не содержится.

Apple никогда официально не заявляла о том, что Джобс отложил операцию на девять месяцев после того, как врачи поставили ему диагноз. Это обстоятельство всплыло только после того, как о нем было упомянуто в 2008 году в подробной критической статье «Fortune» об Apple. Никто не посвящал широкую общественность и в то, что раковая опухоль распространилась и на другие органы Джобса. Официально обнародована была только информация, содержавшаяся в разосланном Стивом из больницы сообщении (не вполне правдивом), из которого инвесторы узнали о том, что раковая опухоль была обнаружена и удалена на ранней стадии и химиотерапия в качестве дополнительной меры борьбы с болезнью не понадобится. Позже, когда наступил рецидив болезни и Джобс так исхудал, что стал походить на скелет, он поначалу утверждал, что виной тому гормональный дисбаланс, воздействующий на процесс пищеварения.

Юрист, занимавшийся делами компании, решил, что право Джобса сохранять в тайне подробности личной жизни превыше интересов инвесторов, по крайней мере, до тех пор, как было сказано в статье в «Fortune», «пока он в состоянии выполнять свои обязанности». Однако другие руководители его уровня проявляли гораздо большую прямолинейность в отношении инвесторов относительно состояния своего здоровья.

Джобс, которому пришлось бороться с раком, стал человеком, более склонным к рефлексии, чем раньше, по крайней мере, на некоторое время. Летом 2004 года, накануне операции, он встретился со Стивеном Леви из журнала «Newsweek». Когда Леви положил на стол iPod с микрофоном, чтобы записать интервью, Джобс, казалось, пришел в ужас о того, что Стивен носит устройство в пластиковом футляре, дабы избежать появления сколов и трещин.

«Мне кажется, корпус из стали со следами использования выглядит даже лучше, — сказал Джобс. — В следующем году мне будет пятьдесят, и я сам стал похож на потрепанный iPod».

Тридцатилетие и сорокалетие Джобс справлял с большой помпой, устраивая гала-концерты с участием звезд первой величины. Очередной же юбилей прошел в кругу членов семьи и близких друзей. Вечеринку, ставшую для Джобса сюрпризом, устроила Лорин в доме одной из подруг.

Схватка со смертью весьма основательно занимала его мысли в то время, о чем свидетельствует тема, затронутая Стивом в речи перед выпускниками Стэнфорда, которую он говорил спустя несколько месяцев после операции. Он сказал, что смерть пожилых людей освобождает дорогу молодому поколению, но и они когда-нибудь состарятся и уйдут, как и все. «Простите, если это прозвучало слишком драматично, — сказал он, — но это правда».

После этого Джобс дал недавним студентам один важный совет:

«Ваше время ограничено, поэтому не нужно тратить его попусту, стараясь прожить чужую жизнь».

Иными словами, не нужно пытаться делать то, чего от вас ожидают другие, и зависеть от чужого мнения.

«И что еще важнее, — добавил Джобс, — не нужно бояться следовать зову сердца и интуиции. Каким-то образом внутри вас уже заложено знание того, кем вы себя хотите видеть в жизни».

Продолжая бороться с раком и ясно видя перед собой перспективу собственной смерти, Джобс уже принял решение следовать зову сердца. По оценке журнала «Forbes», общая стоимость принадлежавших ему активов составляла приблизительно 3 миллиарда долларов и, благодаря хорошим продажам iPod и успехам Pixar, продолжала расти, и Стив решил, что может потратить часть оставшегося у него времени на филантропию, используя во благо человека свое огромное состояние. Однако Джобс никогда не был сторонником бесцельной раздачи денег. В свое время, после ухода из Apple, он основал благотворительный фонд, но примерно через год закрыл его.

Вернувшись в Apple в 1997 году, он закрыл и имевшиеся у компании программы филантропического характера, включая взносы на благотворительность со стороны сотрудников. Деятельность эта никогда не возобновлялась в бытность Джобса генеральным директором.

Он редко принимал участие в благотворительных вечерах и других мероприятиях, заметив по этому поводу в разговоре со своим биографом Уолтером Айзексоном, что «не считал подобные усилия достойными уважения». Тем не менее слухи упорно приписывали Джобсу роль инициатора крупных анонимных благотворительных акций, однако то были всего лишь спекуляции. В 2010 году Билл и Мелинда Гейтс обратились к другим богатым семьям с предложением отдать более половины своих состояний в различные благотворительные организации. Несколько десятков миллиардеров и миллионеров на него откликнулись, но Джобс в их число не входил.

Лорин Пауэлл, жена Джобса, активно помогала образовательным учреждениям, инициировав, в числе прочего, создание программы заочного обучения в высших учебных заведениях под названием «College Track» с целью дать возможность окончить институт малообеспеченным молодым людям. Джобс говорил, что ее достижения «вызывают у него громадное уважение», но сам так ни на одном из занятий не появился.

После того как врачи диагностировали у Стива рак, он, по словам одного из друзей, сказанным в интервью «New York Times», «сфокусировался на двух вещах: на создании работоспособной команды в Apple и на семье». «Это его наследие. Все остальное лишь отступление от главного», — было сказано в заключение.

Учитывая состояние здоровья, Джобс мог уйти от дел и проводить с семьей больше времени, продолжая одновременно бороться с болезнью. Осенью 2005 года его старшему сыну Риду должно было исполниться четырнадцать, Эрин — десять, а младшей дочери Ив как раз пришла пора отправляться в школу.

Однако его первой любовью была Apple, и к ней его тянуло больше всего. Джобс старался делать все, что можно, чтобы скорее оправиться после операции и вернуться в свой кабинет. Впереди его ждало еще немало интересной и важной работы.

Руководители проекта по созданию iPhone. Слева направо: Филип Шиллер, руководитель проекта Тони Фаделл, руководитель отдела дизайна Джонатан Айв, генеральный директор Apple Стив Джобс, Скотт Форсталл и Эдди Кью

20. Возвращение

Стив Джобс никогда не любил кнопки и клавиши.

Руководя проектом по созданию первого компьютера Macintosh, он потребовал убрать с клавиатуры клавиши перемещения курсора, чтобы пользователи поняли преимущество работы «мышью», и настоял на том, чтобы у «мыши» была всего одна кнопка, вместо двух или трех, дабы сделать ее простой. Когда же разрабатывался iPod, он запретил устанавливать на него клавишу включения и отключения питания, а набор кнопок приказал свести к минимуму. В токийском магазине Apple в лифте тоже не было кнопок — кабина просто останавливалась поочередно на всех четырех этажах.

В статье, опубликованной в «Wall Street Journal», даже было высказано предположение, что он предпочитает носить свитер с горлом по той причине, что на нем нет пуговиц, с которыми нужно возиться, одеваясь.

Именно по этой причине, когда Джобс начал задумываться над созданием телефона, ему в какой-то момент пришло в голову, что нужно избавиться от кнопок совсем и сделать выбор в пользу обширных возможностей, предоставляемых сенсорным управлением.

Нельзя сказать, что эта идея была для Джобса новой; она, скорее, вынашивалась в его сознании с течением времени. Когда в начале девяностых Стив вернулся в Apple, он подверг резкой критике портативный компьютер Newton, для управления которым необходимо было использовать приспособление, похожее на ручку, под названием стилус. Джобс заявил, что это дурацкий и абсолютно ненужный инструмент. «Господь дал нам целых десять стилусов, — сказал он, помахивая пальцами, — давайте не будем изобретать еще один».

Джобсу было известно, что в Microsoft ведутся работы по созданию планшетного компьютера, для управления которым предполагается использовать стилус, и он попросил дизайнеров подумать над созданием аналогичного устройства без клавиатуры, которым можно было бы управлять, касаясь экрана пальцами. Специалисты отдела уже занимались исследованиями в этой области, стараясь улучшить возможности так называемого сенсорного планшета — устройства, заменяющего в ноутбуках «мышь» и поверхность стола, — для нового портативного компьютера Mac Book Pro. Им нужно было добиться от устройства большей четкости реакции как на единичное касание кончика пальца, так и на продолжительное касание в сочетании со скользящим движением в произвольном направлении. Попутно их заинтересовал вопрос, можно ли наделить этими свойствами экран компьютера, чтобы управлять им посредством касаний. В результате их исследований появилась новая технология под названием «мульти-тач», или «многократное касание», позволяющее, прижав к экрану большой и указательный пальцы и разводя их в стороны или, наоборот, сводя, движением, напоминающим щипок, добиваться реакции изображения на экране, увеличивая или уменьшая его.

Когда новую технологию продемонстрировали Джобсу, он, по его собственному признанию, подумал: «Боже, да на основе этого и нужно делать телефон». Эта мысль захватила его настолько, что разработка планшетного компьютера была временно приостановлена, и вся группа сконцентрировалась на создании телефона.

Почему именно телефон? Вскоре после вывода на рынок плеера iPod Джобс заметил, что большая часть новых интересных функций, разработанных для других устройств, рано или поздно находит применение в сотовых телефонах. Джобсу было понятно, что человеку просто не хватит рук, да и карманов, чтобы для каждого дела использовать отдельное устройство. Бизнесмен в то время мог пользоваться мобильным телефоном для звонков, планшетом Blackberry для отсылки электронной почты, портативным компьютером Palm для ведения еженедельника и хранения списка контактов и в дополнение иметь еще и iPod, чтобы слушать музыку. Такое огромное количество «железа» показалось Джобсу чрезмерным, и он решил, что однажды все эти функции будут (или, по крайней мере, должны быть) объединены в одном устройстве.

В то время телефоны, как и плееры, использовавшиеся до появления iPod, оснащались микроскопической пластиковой клавиатурой и были из-за этого слишком громоздкими и сложными. На сенсорном же экране клавиатура может появляться, когда она нужна, и исчезать, когда пользователь хочет перейти в другой режим — просмотреть веб-страницу, например, или найти что-нибудь на карте. «Телефоны есть у всех, и все их ненавидят, — сказал Джобс. — Это плохо для пользователей и хорошо для нас». Он снова оказался прав. Apple занимала в компьютерном мире ту же нишу, что и BMW среди производителей автомобилей: компания специализировалась наэлитной продукции для пользователей, готовых платить немалые деньги за хорошие вещи.

В 2004 году, окончательно решив войти в новый сегмент рынка, Джобс связался с руководством компании Motorola, создавшей незадолго до этого популярную модель телефона под названием RAZR. Он предложил поработать совместно над телефоном, включающим в себя часть функций iPod. Результатом сотрудничества стал телефон под названием ROKR, представленный Джобсом в 2005 году.

Сотрудничество с другими компаниями никогда не было сильной стороной Apple, и телефон ROKR стал очередным тому подтверждением. Аппарат вышел уродливым, неудобным и обладал слишком ограниченными возможностями. В памяти телефона помещалось не более ста песен. Словом, это был провал. Джобс понял, что нужно работать со своей командой над дизайном оригинального телефона.

Параллельно Стив начал переговоры с мобильными операторами об эксклюзивной продаже еще не изобретенных телефонов Apple. Никто точно не знал, как сделать небольшую по объему, но обладающую большими возможностями операционную систему, превращающую телефон в миниатюрный компьютер. Однако Джобс принял решение. «Мы можем это сделать, — сказал он. — Давайте попробуем». Работая над плеером iPod, Джобс и команда дизайнеров хотели сделать удобный проигрыватель музыкальных файлов прежде всего для себя. Приступая к разработке телефона, Стив сказал: «Давайте сделаем очень хороший телефон. Такой телефон, который мы сами полюбим».

Пока в Apple в обстановке строжайшей тайны шла работа над мобильным телефоном, Джобсу предстояло решить другую проблему, ставшую достоянием широкой общественности. Нужно было спасти Вуди и Базза, ставших заложниками борьбы между корпорациями.

После того как первая часть «Истории игрушек» снискала международный успех и Pixar провела публичное размещение акций, у Джобса появилась возможность вести переговоры со студией Disney о дальнейшей совместной работе. Джобс предложил делить прибыль от последующих фильмов производства Pixar пополам, при этом права на использование персонажей мультфильмов оставались за студией Disney.

Последовавшие за «Историей игрушек» фильмы «Корпорация монстров» и «В поисках Немо» оказались не менее успешными, и прибыль была поделена между партнерами в соответствии с существовавшей договоренностью. Джобсу захотелось заключить еще более выгодную сделку, однако переговоры в начале 2004 года пришлось приостановить, так как Стиву не нравилась позиция руководства компании-партнера. Он даже вынужден был пригрозить менеджерам Disney, сказав, что хочет заключить контракт на производство новых фильмов с кем-нибудь еще.

В ответ Майкл Эйснер, бывший в то время генеральным директором студии, распорядился начать работу над продолжением «Корпорации монстров» и «В поисках Немо» самостоятельно, силами специалистов Disney, а в дальнейшем сделать новый фильм с участием Вуди и Базза.

Джон Лассетер, гений и творец успеха Pixar, был просто вне себя по поводу того, что может сделать с его фильмами студия Disney. Рассказав коллегам о произошедшем расколе, он расплакался. «Я волновался о фильмах, как о своих детях, и боялся того, что они могут сделать с персонажами, которых мы создали, — рассказывал он. — Мне казалось, что кто-то ударил меня ножом в сердце».

К счастью, здравый смысл и добрая воля одержали верх. В 2005 году Эйснера сняли с должности, а Роберт Айгер, пришедший ему на смену, смотрел на ситуацию иначе. Присутствуя на параде в гонконгском Диснейленде, он испытал потрясение, осознав, что все без исключения недавно появившиеся в строю персонажи придуманы в Pixar, ане в студии, которой руководил он. Переговоры с Джобсом были возобновлены.

Варианты рассматривались разные, но в итоге студия Disney согласилась приобрести Pixar в 2006 году за 7,4 миллиарда долларов. Лассетер стал арт-директором всей студии, а Эд Кетмюлл, бывший одним из основателей Pixar и стоявший у руля компании на протяжении всего ее существования, стал президентом Walt Disney Animation Studios. В итоге третья часть «Истории игрушек» вышла на экраны в том виде, в котором ее задумывали Лассетер и Кетмюлл.

Джобс, владевший в Pixar контрольным пакетом, стал крупнейшим акционером Disney среди частных лиц. Его доля составляла семь процентов и оценивалась в 3 миллиарда долларов, что позволило ему стать членом совета директоров студии. Сразу же появились слухи о том, что он, вероятно, захочет стать ее руководителем, но Джобс по-прежнему был сконцентрирован на делах Apple и на разработке новой продукции, в частности, iPhone.

Создание телефона оказалось более сложным делом, чем предполагалось. Осенью 2006 года, за несколько месяцев до очередной сессии Macworld, на которой планировалось провести презентацию нового устройства, он все еще не работал. Звонки срывались, приложения не запускались, и батарея отказывалась заряжаться до конца. «Пока у нас ничего нет», — холодно констатировал Джобс на очередном совещании, побуждая сотрудников работать не покладая рук, чтобы исправить к сроку все недостатки.

Уже накануне окончания работ над телефоном Джобс распорядился внести пару серьезных конструктивных изменений. Он решил, что экран должен быть выполнен из стекла, а не из пластика, так как на последнем слишком легко образуются царапины. Стекло исцарапать трудно, зато оно трескается, поэтому пришлось искать для экрана необыкновенно прочный материал. Поиски привели Джобса к компании Corning Incorporated, специализирующейся на инновационных разработках в области сплавов на основе стекла. Этой компании принадлежат торговые марки Pyrex и Corning Ware, выпускающие посуду из тугоплавкого стекла, в которой можно готовить пищу на огне. В 1962 году специалисты Corning разработали стойкий к механическому воздействию сплав, использовавшийся для автомобилей и в авиации, но в начале девяностых он был снят с производства.

Услышав об этом материале, Джобс обратился в Corning с просьбой за шесть месяцев сделать стекло для телефонов Apple. Задача казалась непосильной, так как для ее решения имеющийся состав нужно было приспособить для совершенно иных нужд, и никаких предварительных разработок в этом направлении никто никогда не вел. Но Джобс настаивал. «Приложите к этому делу все умственные способности, — сказал он Уэнделлу Уиксу, генеральному директору Corning. — Вы можете это сделать».

Уложившись в полгода, специалисты из Corning заново переосмыслили старую формулу, улучшили ее и запустили производство модифицированного стекла на заводе в Кентукки. В итоге из нового материала под названием «Gorilla Glass», получившегося невероятно прочным, стали делать экраны не только для iPhone, но и для тысяч других смартфонов, планшетных компьютеров и прочих электронных бытовых приборов самого широкого назначения.

Но, решив вопрос со стеклянным экраном, Джобс продолжал придираться к дизайну будущего телефона. Однажды утром он пришел в отдел к разработчикам и сказал: «Нет, он мне все равно не нравится. Не могу заставить себя полюбить его».

Вместо того чтобы вправлять стекло в алюминиевую рамку, он хотел, чтобы экран занял всю ширину корпуса, до самых краев. Разработчикам пришлось все переделывать — антенну, электронные схемы и так далее, — чтобы полностью изменить внешний вид телефона. Но Джобс был непреклонен: устройство должно быть идеальным.

Пока шла работа над телефоном, Джобс вел переговоры с компанией Cingular, ставшей подразделением AT&T. За все время переговоров руководство компании сам телефон так и не увидело, пока до момента официального запуска в производство не оставалось лишь несколько недель. Джобсу удалось выговорить у менеджеров AT&T особые условия: абоненты, купившие телефон Apple, получали льготный тариф с уменьшенной платой за услуги. Другие производители телефонов, заключая договор на эксклюзивную продажу, заменяли свой логотип на фирменную символику сотового оператора, но Джобс отказался выпускать iPhone с маркировкой AT&T на корпусе.

В наступившем новом году, в январе, во время конференции Macworld Джобс презентовал новое устройство, назвав его «революционным продуктом», в котором все лучшее, что есть в iPod, объединено с функциями современного сотового телефона и впервые в истории с возможностью «носить в кармане терминал для выхода в Интернет».

Было объявлено и еще об одном важном событии: из названия компании исчезло слово Computer. Отныне фирма, занимавшая позиции передового в Америке производителя бытовой электроники, называлась Apple Inc., что гораздо лучше подходило для описания ее текущей деятельности.

Перемены к лучшему, инициированные Джобсом после возвращения в середине девяностых, были практически завершены — ион доказал со всей возможной убедительностью, что его роль в создании индустрии персональных компьютеров с Apple II и Macintosh не была случайной. Будучи гениальным изобретателем, обладая даром провидца и упорством, он привел Apple к точке краха, а потом спас компанию, создав удобный и колоритный iMac. В течение многих лет Apple с трудом удерживала позиции на ею же созданных рынках, уменьшив свою долю с 7 миллиардов долларов до минимума в 5,4 миллиарда по итогам 2001 финансового года, накануне выхода в свет плеера iPod.

Вдохнув жизнь в рынок персональных компьютеров и сыграв немаловажную роль в появлении нового жанра кинематографа — добрых и веселых сказок, созданных при помощи трехмерной компьютерной анимации, Джобс направил по новому пути развития индустрию звукозаписи, изобретя iPod, ставший принципиально новым средством хранения музыкальных коллекций, и изменив сам принцип продажи музыки посредством iTunes Store. В период между 2001 годом и концом 2006 финансового года, за несколько месяцев до запуска в производство iPhone, объем продаж Apple увеличился почти в три раза, до 19 миллиардов, в результате чего акционеры получили прибыль в объеме почти двух миллиардов долларов. Акции компании, упав в цене в 2003 году до рекордно низкой отметки в 7 долларов за штуку, в начале 2007 года продавались на бирже по 80 долларов. Таким образом, стоимость, к примеру, ста акций, купленных в период рекордного падения в 2003 году за 700 долларов, выросла к 2007 году до 8000 долларов.

Имея такие достижения, Джобс мог себе позволить перекраивать рынок потребительской электроники по собственному усмотрению. «Он не изобретает новые технологии, — написал репортер “New York Times” Джон Маркофф. — Он доводит до совершенства то, что есть». Джобс придерживался схожей позиции. «Я бы не хотел, чтобы iPhone считали компьютером, — сказал он в интервью вскоре после выхода нового устройства в свет. — Мы просто заново изобрели телефон».

Журналист и общественный обозреватель Малькольм Гладуэлл назвал то, что делал Джобс, по-другому: он сказал, что Стив был «тюнером». Объяснял он это так: «Провидец начинает с чистого листа и заново переосмысливает картину мира. А “тюнер” берет то, что ему досталось в наследство, и начинает искать лучшее применение доставшимся ему вещам. Однако второе ничуть не проще, чем первое».

Возняк изобрел совокупность электронных схем, ставшую впоследствии основой для создания любого персонального компьютера, а Джобс, взяв его идею в качестве базы, бесконечно перекраивал ее, улучшая и изменяя, пока не получился Macintosh. Не он изобрел мультипликационные фильмы, музыкальный плеер или смартфон, но именно Джобс добился революционных изменений в подходе к созданию того, другого и третьего.

Можно усмотреть определенную иронию в том, что человек, любивший все на свете «доводить до ума», старался огородить свои лучшие произведения от тех, кто, в свою очередь, любит все улучшать. Он не хотел внедрять в компьютер дополнительные слоты для увеличения объема оперативной памяти, возражал против использования сменных батарей и настаивал на применении шурупов, которые покупатель самостоятельно выкрутить практически не мог. «Лучший тюнер своего поколения не хотел, чтобы его творения подвергались тюнингу», — написал Гладуэлл.

В середине июня 2007 года покупатели выстраивались в очередь, чтобы приобрести iPhone, стоивший от 499 до 599 долларов в зависимости от объема встроенной памяти, несмотря на то, что любой другой смартфон можно было купить за 300 и даже дешевле. За первые три месяца Apple продала 1,4 миллиона телефонов.

Продажи пошли еще быстрее, когда цены были снижены. Нижний порог теперь составлял 200 долларов, а самый дорогой iPhone можно было приобрести за 399. Появилась и еще более дешевая модификация. Как обычно, Джобс приложил особые старания к защите устройства от несанкционированных модификаций. Части корпуса были надежно склеены друг с другом, и вдобавок Стив хотел полностью контролировать программное обеспечение, устанавливаемое на телефон. Однако, вняв возмущенному ропоту независимых разработчиков, мечтавших писать программы для такого высокотехнологичного устройства, он согласился открыть для сотрудничества App Store спустя год после начала производства нового телефона.

Точно так же, как появление iTunes под Windows в свое время сделало плеер iPod еще более удобным и желанным для всех, открытие App Store придало новое ускорение продажам iPhone. По итогам 2008 финансового года Apple продала более 11 миллионов телефонов. Общий объем продаж подскочил до 37,5 миллиарда долларов, а прибыль выросла до 6 миллиардов.

По мере превращения Apple в гиганта индустрии у Джобса появились определенные трудности в отношении сохранения философии компании и контроля за собственным имиджем в глазах общества. Пока его считали неудачником, репортеры и поклонники Apple были склонны прощать Стиву его вздорный характер и колкие высказывания. Однако когда Apple стала могущественным игроком, в Джобсе стали видеть невоспитанного и агрессивного человека.

В апреле 2010 года один из сотрудников Apple случайно оставил в баре опытный экземпляр еще не поступившего в продажу телефона нового поколения. Нашедшие его люди продали прототип сотрудникам веб-сайта Gizmodo, посвященного технологическим новинкам, за 5000 долларов. Смартфон был разобран, и репортаж о его содержимом был представлен миру.

Джобс лично позвонил редактору сайта и сказал: «Это Стив. Я требую вернуть мой телефон». В последующих переговорах Джобс стойко защищал заявленную позицию, не теряя при этом чувства юмора. К примеру, один из звонков он начал со слов: «Это ваш новый самый близкий и дорогой человек на земле».

Компания получила назад утерянный прототип, но жалоба в офис шерифа округа Сан-Матео все-таки была направлена. В результате полиция ворвалась в дом журналиста, написавшего обзор, с обыском, изъяв у него несколько компьютеров. Дело было закрыто, и обвинений ни журналисту, ни персоналу веб-сайта предъявлено не было, но сотрудники других издательств и веб-сайтов тем не менее сочли, что силовые методы применять не следовало. Двоим людям, продавшим случайно обнаруженный телефон, было предъявлено обвинение в неправомочном обращении с чужой утерянной собственностью.

Кое-кто из совета директоров предупреждал Джобса о том, что подобные действия со стороны компании могут быть расценены как проявление агрессии, но он от предупреждений отмахнулся. «Меня это не волнует, — сказал Стив, — потому что мы неагрессивны».

Когда в 2010 году поступил в продажу iPhone 4, покупатели были разочарованы в том, что при разработке телефона была допущена серьезная оплошность, и связь, если держать корпус телефона в руке определенным образом, прерывается. Стенки корпуса представляют собой непрерывный стальной обруч, в который вправлены передняя и задняя стенки из небьющегося стекла. Антенна телефона, в соответствии с замыслом инженеров, стала частью этого металлического обруча, и это опрометчивое решение привело к тому, что пальцы пользователя, зажимая углубление в левом нижнем углу корпуса, контактируют с поверхностью антенны, создавая помехи.

Когда по электронной почте пришла первая жалоба от покупателя, Джобс, бывший в то время в отпуске на Гавайях, не слишком опечалился. «Надуманная проблема, — написал он в ответном письме.

— Просто старайтесь держать его по-другому».

Однако страстных поклонников Apple, заплативших за телефон высокую цену и ожидавших от продукции горячо любимой компании большего, ни этот ответ, ни совет купить чехол не удовлетворил. В конце концов Джобс принял критику близко к сердцу и впал в уныние. Однако из этого состояния его быстро вывела чья-то реплика о том, что Apple начала вести себя, как Microsoft. В итоге компания официально признала, что при создании iPhone 4 была допущена ошибка. Было дано обещание исправить проблему в телефонах последующих серий, а уже купившим устройство было предложено получить к нему бесплатно специальный чехол, изолирующий опоясывающую корпус стальную пластину.

Поднявшиеся страсти улеглись достаточно быстро, и продажи Apple снова начали безудержно расти. Стив Джобс вновь добился ошеломляющего успеха, и можно было бы остановиться. Однако на этом история не закончилась.

БИРЖЕВОЙ СКАНДАЛ

Хотя интуитивное умение Джобса угадать верный дизайн было, вне всяких сомнений, запредельным, однако решения, принятые им в финансовом отношении, в 2006 году привели к опасному повороту в карьере.

Источником неприятностей стало полученное Джобсом в качестве вознаграждения за работу в 2000 году право на покупку акций по фиксированной цене. (Таким правом пользуются руководители компаний, которые могут в любой момент покупать акции своих предприятий по цене, зафиксированной на момент подписания контракта, называемой в биржевой среде ценой исполнения опциона владельцем.) Таким образом, чем выше была стоимость акций Apple на бирже, тем больше стоила квота, полученная Джобсом. Однако на следующий год после подписания контракта цена на акции Apple упала.

В конце лета 2001 года совет директоров Apple общим голосованием постановил отменить выданные ранее опционы и заменить их новыми, отражающими текущую, более низкую стоимость акций. Но когда позже в том же году новые опционы были розданы, руководство Apple специально датировало заключенный с Джобсом договор днем, в который цена на акции была минимальной, чтобы при ее повышении его доход от реализации опциона был максимальным.

Сама по себе эта практика, известная как регистрация задним числом, не является чем-то незаконным, однако лишь в том случае, если компания должным образом объясняет свои действия и не пытается исправлять финансовую отчетность. Apple нарушила и то, и другое правило.

В 2006 году в «Wall Street Journal» вышла серия статей, получивших впоследствии Пулитцеровскую премию, посвященных тому, как в десятках компаний опционы выписывались задним числом, что позволило их руководителям получить дополнительную прибыль. Естественно, основное внимание было приковано к попавшим в список именам Apple и Стива Джобса, которые и так были у всех на слуху.

Согласно заявлению Apple, Джобс признал факт существования опционов, датированных задним числом, и рассказал о том, что лично рекомендовал другим менеджерам компании подходящие дни, которыми и были датированы их контракты. Было проведено внутреннее расследование, и по результатам был вынесен вердикт, в котором говорилось, что у Apple к Стиву претензий нет. Объяснялось это заявление тем, что лично Джобс никакой прибыли от предполагаемой махинации не получил, так как его опционы так и не были реализованы, а «о финансовых последствиях ему известно не было».

Джобс принес публичные извинения акционерам и работникам Apple, сказав, что «чувствует ответственность за ошибки, допущенные в период его руководства». «Подобного рода деяния, — добавил он, — совершенно нехарактерны для Apple». Компании пришлось переделывать финансовую отчетность, в результате чего выяснилось, что фактическая прибыль без учета оформленных задним числом опционов на 105 миллионов долларов меньше заявленной ранее.

Комиссия по ценным бумагам и биржам не предпринимала против Джобса никаких действий, ограничившись обвинениями в адрес бывшего финансового директора и главного советника по юридическим вопросам. И тот и другой достигли соглашения с комиссией, заплатив штрафы и вернув по миллиону долларов каждый в качестве компенсации за прибыль, недополученную акционерами в результате датирования задним числом их опционов.

Стив Джобс на сцене во время конференции разработчиков программного обеспечения для компьютеров Аррlе, проходившей 6 июня 2011 года, где он в последний раз выступил с программной речью

21. Жизнь

Стив Джобс прекрасно владел искусством подталкивать сотрудников к созданию удивительной новой продукции и умел устраивать массовый ажиотаж, выводя ее на рынок. Удавалось ему и сохранять плотную завесу тайны, засекречивая еще не выпущенные официально устройства до такой степени, что лишь немногие непосредственно участвовавшие в разработке лица знали, как выглядит продукт. Но были в его жизни вещи, которые он контролировать не мог, и одной из них был рак.

В 2008 году здоровье его стало портиться, потому что метастазы проникли в печень. Он испытывал боль, и общее самочувствие ухудшилось. Комбинированное воздействие противораковой терапии, обезболивающих средств и его собственных гастрономических предпочтений привело к тому, что есть он практически перестал и начал терять вес.

Стараясь побороть болезнь, он продолжал тянуть на себе всю работу по созданию новой продукции. Помимо выпуска усовершенствованных телефонов и плееров, он занимался обновлением линейки компьютеров, презентовав в 2008 году сверхлегкий ноутбук MacBook Air.

Индустрия персональных компьютеров, о закате которой многие говорили еще десять лет назад, продолжала жить, и Apple снова была на самом гребне волны.

Джобс считал, что одним из факторов успеха компании была способность отказываться от заведомо тупиковых путей развития, запуская в серию лишь наиболее многообещающую продукцию. «Люди считают, что сфокусироваться на чем-то — значит найти подходящую идею и заняться ее реализацией. Это не так. Сфокусироваться на какой-то идее — значит отбросить сто других, не менее хороших на первый взгляд замыслов. К выбору нужно подходить с величайшей осторожностью».

Требовательность в работе свидетельствовала не только о его дотошном характере и высоких стандартах, ной о твердом убеждении, что не ошибается только тот, кто ничего не делает. Джобс часто говорил, что у всех настоящих артистов — включая горячо любимого им Боба Дилана — иногда случаются неудачи. По сути, они не были бы артистами, если бы «не допускали возможность провала».

Безусловно, не все идеи, принятые на вооружение Apple, оказывались успешными. К примеру, Apple TV первого поколения, в рамках которого компания планировала объединить в одном источнике традиционные телепрограммы, оцифрованные видеофильмы, файлы, выкладываемые пользователями на сервисы наподобие YouTube, домашнее видео и прочее, чтобы весь этот контент можно было просматривать на обычном телевизоре, не имело успеха у пользователей. Вторая версия также не привлекла внимания широкой аудитории, но Джобс отказываться от идеи не пожелал и, называя Apple TV «своим хобби», продолжал работать над проектом.

Он прекрасно понимал разницу между неудачной идеей и элементарной недоработкой, и даже плохое здоровье не мешало Стиву откровенно говорить подчиненным, что он думает по поводу их отношения к делу. В середине 2008 года в компании велась работа над новой системой обмена электронной почтой под названием MobileMe, с которой можно было бы работать как с компьютера, так и с iPhone, но отладить ее как следует не удавалось. Синхронизация между разными устройствами проходила с ошибками, и часть сообщений терялась. Покупатели были недовольны.

Джобс собрал команду разработчиков на совещание и начал разговор с вопроса, заданного с обычной прямолинейностью: «Кто-нибудь может сказать, зачем нужна система MobileMe?»

Получив ответ, Джобс задал следующий вопрос, на этот раз еще более резкий и с применением нецензурной лексики: «Так какого же… — спросил он, — она не делает то, для чего предназначена?»

Не получив на этот вопрос удовлетворительного ответа, Стив грубо отчитал членов команды. «Вы подмочили репутацию Apple, — заявил он, — и должны ненавидеть друг друга за предательство!» После этого Джобс при всех снял с должности начальника группы и заменил его другим.

Через некоторое время сервис заработал как надо.

Даже перед лицом смерти Джобс не смягчился и не стал задумчивым человеком — ни дома с семьей, ни на работе. Хотя он не мог не знать, что время его пребывания на земле ограничено, бросить работу Стив был не в состоянии.

Весной 2008 года он отправился с семьей в отпуск на Гавайи, но даже там согласился дать интервью репортеру «Fortune» Бетси Моррис. Когда интервью было окончено, он попросил Бетси выключить диктофон и сделал мучительное признание. «Я люблю свою семью и приезжаю сюда каждый год. Мне нравится здесь, — сказал Стив. — Но решиться поехать в отпуск мне трудно. Я всегда… всегда думаю о том, что происходит в Apple».

Когда Джобс был молодым человеком, у него постоянно были идеи, чем заняться. С возрастом ничего не изменилось. Однако здоровье его продолжало ухудшаться. К середине лета 2008 года он похудел на двадцать килограммов, хотя никогда полным человеком не был. Члены семьи были ужасно этим расстроены. Выглядел Джобс таким изможденным, что в среде репортеров и инвесторов разговоры о здоровье руководителя Apple стали общим местом. Ведь Стив не просто управлял Apple. Перефразируя известное выражение, можно сказать, что он сам и был Apple. Поначалу представители компании в публичных заявлениях приписывали худобу Джобса «осложнениям после болезни». Позже репортерам и другим интересующимся данным вопросом лицам стали говорить, что здоровье Стива — «его личное дело».

В действительности обнаруженная у Джобса раковая опухоль редкого вида продолжала распространять метастазы, и тело начало поглощать само себя, разрушаясь и слабея. Теперь болезнью была поражена и печень. Пользуясь данными, полученными после картирования генетического материала, образцы которого были взяты у Стива, врачи продолжали целенаправленное точечное лечение.

В тот год американская банковская система пережила самый тяжелый кризис за всю историю XX века, под воздействием которого даже крупнейшие игроки становились банкротами. Хотя люди продолжали покупать телефоны и плееры производства Apple, цена на акции компании упала к концу 2008 года до рекордно низкой отметки 85 долларов, что было связано как с тяжелым положением на рынке, так и с беспокойством по поводу ухудшающегося здоровья Джобса.

Позже в том же году Джобс отменил выступление на конференции Macworld и на других мероприятиях, дав новую пищу для злых языков. В публичном заявлении, сделанном в январе 2009 года, он приписал проблемы со здоровьем «гормональному дисбалансу». В том же месяце он взял в компании длительный отпуск, сказав, что недавно узнал о том, что «состояние здоровья оказалось хуже, чем он предполагал». Комиссия по ценным бумагам и биржам завела на Apple дело, чтобы выяснить, насколько соответствуют действительности отчеты компании в части состояния здоровья Джобса. В соответствии с законом частное лицо может держать эту информацию в секрете, но намеренное введение в заблуждение инвесторов относится к уголовно наказуемым деяниям. Однако таких обвинений Apple предъявлено не было.

В том же году Джобс начал регулярно общаться с бывшим редактором журнала «Time» Уолтером Айзексоном, взявшимся написать его биографию. Впервые Джобс обратился к Айзексону с этой просьбой в 2004 году, вскоре после того как узнал о смертельной болезни. Айзексон, написавший до этого биографии Альберта Эйнштейна, Генри Киссинджера и Бена Франклина, решил, что Джобс еще слишком молод и составлять его жизнеописание рано. Однако они продолжали общаться, и в какой-то момент Лорин Пауэлл сказала ему: «Если вы хотите это сделать, нужно начинать сейчас». Впервые за много десятилетий Джобс предоставил журналисту полный доступ к своим делам на работе, к личной жизни и сокровенным мыслям.

Врач-онколог, наблюдавший Джобса в течение нескольких месяцев, настаивал на необходимости операции по трансплантации печени. Наконец в январе 2009 года Джобса поставили в список ожидания штата Калифорния. Однако спрос на донорские органы был так велик, что шансы получить печень для трансплантации вовремя были весьма призрачными. Чтобы не рисковать, врач поставил Джобса на вторую очередь в другом штате, в Теннесси.

Мысль оказалась удачной. В марте был получен звонок из Мемфиса. Стало известно, что в автомобильной катастрофе погиб молодой мужчина, и его печень может быть пересажена пациенту. Джобс и Пауэлл немедленно отправились в Мемфис. Операция прошла удачно. Однако, по словам Айзексона, пока Джобс находился на столе, врачи, исследовав его внутренности, обнаружили следы рака не только в его печени, но и в мембране, удерживающей на месте другие органы.

При таком сценарии развития болезни трансплантация печени не могла стать панацеей. Раковые клетки почти наверняка находились и в других органах. Впрочем, операция помогла выиграть время, хотя и оказалась отчасти вредной для организма пациента, так как после масштабного хирургического вмешательства необходимо принимать сильнодействующие медикаменты, чтобы избежать возникновения очагов заражения. С одной стороны, этого не избежать, иначе пересаженный орган не приживется, с другой — сильные лекарства ослабляют иммунную систему, что способствует распространению метастазов.

Пересадка печени — продолжительная и сложная операция, и выздоровление после нее было долгим. Джобсу пришлось снова учиться вставать на ноги и ходить, поначалу держась за стул. Каждый день, по словам его сестры Моны Симпсон, он «поднимался на ноги, которые казались слишком тонкими, чтобы держать вес тела, цепляясь за спинку стула» и понемногу передвигался, подталкивая его в сторону поста медсестры. Добравшись, он садился отдыхать и лишь потом начинал путь назад.

Лорин подбадривала мужа. «Ты научишься, Стиви», — говорила она. Каждый день Джобс понемногу увеличивал пройденное расстояние.

Ему стало лучше, и к концу мая Джобс вернулся домой. В начале июня Стив понемногу стал встречаться с сотрудниками дома, а к концу месяца вернулся на работу, начав с того же, чем закончился его последний перед отпуском рабочий день, — с хорошего разноса.

И снова Джобсу представилась возможность пробить во Вселенной брешь. Даже с новой печенью он остался самим собой. Его поведение ничуть не изменилось: Стив по-прежнему отсылал блюда на кухню как несъедобные и публично унижал людей. Один из давних коллег, пользовавшийся уважением Джобса, как-то отвел его в сторону и попытался убедить быть к людям добрее, и Стив ответил, что согласен и постарается измениться. Однако вскоре произошел очередной конфликт. «Я — это я», — сказал на это Стив.

«Как многие неординарные люди, в некоторых областях жизни он совершенно ординарен, — сказала Лорин Пауэлл Айзексону. — Его поведение лишено светского лоска. Он не умеет входить в положение других людей. Зато его глубоко заботит человечество в целом. Он видит свою задачу в наделении человека новыми возможностями, в сохранении поступательного движения прогресса и создании новых инструментов, позволяющих человеку чувствовать себя на земле еще уверенней».

В ноябре 2009 года журнал «Fortune» назвал Джобса «руководителем десятилетия», заявив в числе прочего, что «на протяжении десятилетия Джобс задавал тон в бизнесе». В статье Стив был назван «артистом, прирожденным продавцом, волшебником, распространяющим вокруг себя всем известное особое физическое поле, обладающее магической способностью искажать реальность, [и] человеком, способным горы свернуть ради достижения совершенства». В статье говорилось о том, что за десять лет «он радикально и с большой выгодой реорганизовал музыкальный рынок, производство мультипликационных фильмов и мобильных телефонов, притом что доля участия компании Джобса в исконном для Apple рынке персональных компьютеров лишь увеличилась». Неудивительно, говорилось далее, что он стал человеком, известным всему миру.

В рукаве Джобс прятал еще один козырь. Продажи iPhone продолжали расти, и Стив решил, что пора достать с полки отложенную до поры идею создания планшетного компьютера. Работая над дизайном вместе с Джони Айвом, они остановились на прямоугольном корпусе с закругленными краями. Планшет должен был стать достаточно легким для того, чтобы его можно было держать одной рукой, достаточно большим, чтобы удобно было читать книги, и плоским, чтобы компьютер мог поместиться в небольшом чемоданчике или сумке.

В январе 2010 года Джобс, выглядевший по-прежнему очень худым, вышел на сцену, чтобы лично презентовать iPad, управляемый при помощи касаний планшетный компьютер, цена на который, в зависимости от объема памяти, былаустановлена в пределах от 499 до 829 долларов. Публика, привыкшая восторженно встречать выход новой продукции Apple, на этот раз реагировала прохладно. Лишенный клавиатуры iPad не мог полностью заменить компьютер. Многие безусловно интересные возможности были уже опробованы на iPhone и не стали сюрпризом для покупателей, и это притом, что, в отличие от телефона, положить iPad в карман было нельзя. Многие обозреватели, специализирующиеся на технических новинках, и потенциальные покупатели долго не могли понять, что можно делать при помощи iPad.

За несколько часов в почтовый ящик Джобса поступило около восьмисот писем, в большей части которых содержались жалобы на отсутствие в iPad тех или иных функций. «У меня началось что-то вроде депрессии, — признался Джобс. — От такого отношения можно впасть в уныние, знаете ли».

Впрочем, большинство нытиков близко нового компьютера не видели и в руках не держали. Когда iPad появился в продаже в апреле того же года, тон обсуждений стал более восторженным. Возможно, при первом взгляде на планшетный компьютер сказать определенно, что именно при его помощи можно делать, было трудно, однако просто держать его в руках, вызывая, пусть и бесцельно, те или иные функции, было крайне приятно. Создавая iPod, iPhone и iPad, отметил писатель Стивен Фрай, Джобс, Айв и другие разработчики Apple отлично ухватили и смогли воплотить в своих творениях истинное ощущение тесной связи, возникающей между человеком и предметами, которые ему часто приходится брать в руки и носить с собой каждый день. Джони Айв сказал в разговоре с Фраем: «Сначала мы создаем концепцию, а потом улучшаем ее до тех пор, пока между пользователем и контентом, для просмотра которого предназначено устройство, не остается никаких препятствий».

В данном случае точно так же, как iPod стал своего рода новым способом покупать и слушать музыку, iPad превратился в идеальное приспособление для приобретения, скачивания и чтения электронных книг. При этом в нем были заложены функции музыкального плеера, проигрывателя для цифрового видео, игровой приставки и терминала для выхода в Интернет. До появления iPad компания Amazon доминировала на рынке с устройством для чтения книг под названием Kindle. Когда же вместе с iPad был запущен онлайновый книжный магазин iBookstore, издатели получили дополнительную возможность для взвешенного ценообразования, а у читателей появилась свобода выбора.

С начала апреля и по конец сентября 2010 года Apple продала 7,5 миллиона планшетных компьютеров iPad. В общей сложности продажи всей продукции, включая быстро развивающуюся линейку телефонов и обновленную серию компьютеров Macintosh, выросли по итогам 2010 финансового года до 65 миллиардов долларов. За один год оборот компании увеличился на 50 процентов, а прибыль выросла до 14 миллиардов или 21 цента на каждый доллар оборота, а это приблизительно в три раза больше аналогичных показателей среднестатистической компании.

В мае 2010 года Apple стала самой успешной компанией, специализирующейся в области высоких технологий. При текущей цене на акции оценочная стоимость компании составляла 222 миллиарда долларов. Ей удалось, хоть и не намного, обойти Microsoft, чья стоимость на тот момент составляла 219 миллиардов. В дальнейшем разрыв увеличился: в течение 2011 года позиции Microsoft оставались более или менее стабильными, тогда как стоимость Apple в результате продолжающегося резкого роста продаж по итогам 2011 финансового года выросла до 376 миллиардов долларов.

Однако Джобса в тот период волновали совсем другие проблемы. Он сконцентрировался на борьбе с заболеванием и на выполнении поставленных перед собой личных задач. Он строил элегантную яхту, на которой надеялся отправиться однажды в путешествие с семьей. В одной из песен Дилана есть строки: «Человек рождается беспечным, а умирает в трудах», и Джобс понял: если он не будет строить планы, будущего просто не будет.

Он очень любил сына, и Рид платил ему взаимностью. Джобс мечтал о том, чтобы Рид получил высшее образование. В июне 2010 года, когда по электронной почте от сына пришло написанное прямо во время церемонии вручения дипломов письмо, в котором было сказано: «Сегодня один из самых счастливых дней в моей жизни», Джобс ликовал. На семейном вечере, устроенном в честь окончания университета, Рид танцевал со всеми членами семьи, и, что особенно всем запомнилось, с особым воодушевлением они отплясывали вместе с отцом.

Со старшей дочерью у Джобса отношения складывались не так просто. Лиза, которой было уже за тридцать, приезжала навестить отца дважды, пока он лежал в больнице в Мемфисе. После этого в их жизни снова наступил один из тех периодов, во время которых они даже не разговаривали по телефону. В 2011 году она снова приехала навестить Стива, на этот раз уже в Пало-Альто.

Младшая дочь Ив, ставшая к тому времени подростком, обладала характером, схожим с отцовским. Ее главными качествами всегда были решимость, наличие силы воли и четких целей. Она быстро поняла, чего хочет от жизни, и умела объяснить это окружающим.

Еще одна дочь Стива, Эрин, несколькими годами старше Ив, мечтала поехать с отцом на церемонию вручения премий Американской киноакадемии 2010 года, но он и слышать об этом не хотел. Однако ему удалось выполнить данное дочери обещание вместе побывать в Киото, древней столице Японии. Они начали строить планы еще в 2008 году, но тогда путешествие пришлось отменить, так как Джобс чувствовал себя очень плохо. В 2010 году Джобс поначалу тоже не решался отправиться за океан, но в июле поездка все-таки состоялась. Как в свое время Лизе, Эрин тоже удалось поесть японской лапши соба и суши с отцом и посетить вместе с ним дзен-буддистские храмы, что стало для отца и дочери событием, способствующим возникновению более доверительных отношений. В разговоре с Айзексоном Эрин призналась, что отец не всегда был к ней внимателен, но сказала, что понимает причины и не держит на него зла. «Я знаю, у него очень важная работа, — сказала Эрин, — и мне достаточно того, что есть».

К концу 2010 года рак снова начал пожирать тело Джобса. В течение какого-то времени он совсем не мог есть, и пришлось вводить питательные вещества внутривенно. Боли усиливались, Стив совсем ослаб. Его вес снизился до 57 килограммов, на 25 килограммов ниже нормы. Лорин обращалась ко всем известным специалистам в области лечения расстройств питания и другим врачам, но ничто не помогало.

В январе 2011 года Джобс снова попросил в Apple отпуск, чтобы, по его словам, «сосредоточиться на лечении». В следующие несколько месяцев ему становилось то лучше, то хуже, в зависимости от успешности той или иной терапии. В какие-то моменты казалось, что он идет на поправку, затем снова наступал регресс. В феврале ему исполнилось пятьдесят шесть лет, а в марте он снова почувствовал прилив энергии и начал есть. Джобсу стало настолько лучше, что он лично прибыл на презентацию нового, еще более «умного» iPad 2, оснащенного удивительной магнитной крышкой Smart Cover. Когда Стив с видимой непринужденностью поднялся на сцену, публика поднялась с мест и наградила его овацией.

Один за другим люди, которых Джобс любил, с которыми вместе работал, пересекался, ругался или испытывал единение, приезжали, чтобы попрощаться. Билл Еейтс, стараясь не привлекать внимания к визиту, приехал в гости к Стиву, войдя в дом через заднюю дверь, которую нередко оставляли открытой. Они провели вместе три часа, предаваясь воспоминаниям о прошлом и рассуждая о будущем технологий, образования и их семей. Оба они считали, что выбрали в жены правильных женщин, и любили своих детей.

Однако полностью во мнениях они не сходились никогда. Еейтс поздравил Стива с тем, что ему удалось спасти Apple, и сказал, что ему очень нравятся «невероятные вещи», созданные Джобсом. Он признал, что подход Джобса к производству, который можно охарактеризовать, как «все в одном», то есть разработка не только устройств как таковых, но и программного обеспечения к ним, доказал свою жизнеспособность. «Но и твоя модель сработала», — сказал ему Джобс, имея в виду неизменный курс Microsoft на создание программ для компьютеров широкого спектра производителей.

И конечно же оба они в душе считали, что их линия единственно верная.

Конец был близок дважды в то лето, но каждый раз смерть обходила Джобса стороной. Позже это случалось так много раз, что трудно было поверить в то, что Стив умрет. В конце лета Айзексон приехал в дом Джобса, чтобы подобрать фотографии для книги. Стив чувствовал себя плохо, сидеть не мог и принял Айзексона, лежа в постели.

Они разговаривали о работе Джобса, о том, что ему нравится и не нравится, и о Боге. Джобс сказал, что «верит в Господа на пятьдесят процентов», добавив, что ему «хотелось бы верить, что после смерти какая-то часть остается жить».

После некоторых размышлений он заметил: «Наверное, смерть — это что-то вроде выключателя». На его лице заиграла бледная улыбка, и он добавил: «Может быть, именно поэтому я никогда не любил делать выключатели для устройств, которые мы делали в Apple».

В тот последний визит Айзексон спросил его, зачем он согласился на написание книги о нем, учитывая ревностное отношение Джобса к сохранению тайны личной жизни. «Я хотел, чтобы дети меня знали, — сказал Джобс. — Яне всегда мог быть рядом с ними, поэтому для меня важно, чтобы они понимали, как нужно относиться к тому, чем я занимался».

Джобс сказал Айзексону, что не планирует читать книгу в течение какого-то времени, а хочет вернуться к ней через год. Вероятно, под воздействием знаменитого искажающего реальность поля Айзексон уехал из дома Стива с ощущением, что он будет жить еще долго.

24 августа Джобс официально оставил пост генерального директора Apple. Он хотел обязательно сделать это лично, хотя для поездки на работу его пришлось усадить в инвалидное кресло. В присутствии совета директоров он зачитал заранее написанное послание: «Я всегда говорил, что наступит день, когда я больше не смогу исполнять обязанности руководителя Apple и не буду оправдывать возложенные на меня надежды. Мне всегда хотелось сказать вам об этом первым. К сожалению, этот день наступил».

Он рекомендовал в качестве своего преемника Тима Кука и добавил: «Я верю, дни настоящего триумфа инноваций, созданных Apple, еще впереди. Мне хотелось бы принимать участие в их создании и радоваться успеху компании, пусть и в иной роли».

Он все еще планировал работать над новой продукцией и давать советы по выведению ее на рынок до тех пор, пока в состоянии говорить.

5 октября 2011 года в присутствии жены, детей и обеих сестер Стив Джобс скончался.

Когда Стив был еще очень молодым человеком и позже, на протяжении всей карьеры, он говорил: «Жизнь коротка, и все мы скоро умрем». Это драматичное, но вместе с тем правдивое высказывание. Его жизнь, в частности, оказалась слишком короткой.

Вскоре после кончины Стива к его дому начали стекаться толпы поклонников, желавших отдать последние почести кумиру

22. Наследие

Хотя Стив Джобс боролся с раком долгие годы, его смерть тем не менее показалась многим неожиданной.

Спустя лишь несколько часов после того, как разнеслась весть о его кончине, по всему миру прокатилась беспрецедентная волна горя. Никогда ранее люди не сожалели о смерти бизнесмена и руководителя предприятия так сильно. Напротив въезда на территорию штаб-квартиры Apple на Ван Инфинит Луп в Купертино, у дверей дома Джобса в Пало-Альто, у каждого магазина Apple от Сан-Франциско и Нью-Йорка до Китая собрались люди, чтобы отдать дань уважения ушедшему великому человеку. Они оставляли у дверей цветы, свечи и вкладывали в щели между рамами витрин магазинов сотни записок, выражавших персональную благодарность Джобсу. Люди приносили в память Стива тысячи яблок, целых и надкушенных. Приносили и оставляли телефоны и планшетные компьютеры со словами соболезнования и восхищения на экранах.

Казалось, умерла мировая звезда рок-н-ролла или кино. Боно из группы «U2» назвал Джобса «Элвисом мира компьютеров и программ». Фотографию Джобса напечатали на обложках все без исключения ведущие журналы, от «People» до «The Economist», а многие другие издания вышли специальными выпусками, посвященными жизни Джобса, которые моментально были сметены с полок.

В некрологе, напечатанном «New York Times», Мона Симпсон рассказала о преданности брата, его любви к красоте, его невероятной стойкости и работоспособности. Перед тем как Стив последний раз потерял сознание, написала она, «он взглянул на свою сестру Патги, потом долго смотрел на детей, затем на свою подругу жизни Лорин и наконец куда-то поверх их плеч.

Его последними словами были:

«О, ВАУ. О, ВАУ. О, ВАУ».

Будучи до последнего момента активным бизнесменом, он оставил множество недовершенных дел. Последнее время он углубленно занимался проектом перестройки штаб-квартиры Apple, отвергая план за планом. К примеру, Стив настаивал на том, чтобы на территории были разбиты абрикосовые сады, бывшие украшением долины в годы его детства. Продолжал он и работу над проектом Apple TV, надеясь, что компания найдет способ стать ведущим поставщиком синтетического телевидения нового типа. Понимая, что в наши дни дети не любят утруждать себя хранением стопок книг в школьных шкафчиках, он хотел сделать учебники более компактными, продавая, к примеру, планшетные компьютеры с загруженными заранее электронными версиями нужных пособий.

Он оставил компанию на пике популярности и успеха. Apple под его руководством стала в пятнадцать раз больше по сравнению с 1997 годом, когда он взял бразды правления в свои руки. По итогам 2010 финансового года, накануне кончины Джобса, продажи Apple достигли 108 миллиардов долларов, что стало рекордом со дня основания компании. Показатели роста превысили аналогичные параметры предыдущего года. Чистая прибыль составила почти 24 цента на каждый доллар оборота. Хотя созданные Джобсом компьютеры и другие устройства оставались среди самых дорогих моделей на рынке, Apple за один только год продала 72 миллиона телефонов iPhone, более 42 миллионов плееров iPod, 32 миллиона планшетов iPad и почти 17 миллионов компьютеров.

Он стал феноменально богатым человеком, чье личное состояние составляло, по оценке журнала «Forbes», примерно 7 миллиардов долларов. Большую часть дохода Джобс получал в качестве дивидендов по акциям студии Disney и прибыли, полученной по результатам деятельности Apple.

Бизнесменов, сумевших произвести революцию в своем деле, можно пересчитать по пальцам; Стиву же удалось сделать это в нескольких областях. Он не был создателем персонального компьютера, но стал лицом и голосом компьютерной революции. Он не принимал непосредственного участия в создании чудесных мультипликационных фильмов, прославивших компанию Pixar, но без него они едва ли когда-нибудь вышли бы на экраны. Он придумал, как поместить оцифрованную музыку и Интернет в наши карманы, и сделал это предельно элегантно. Именно Джобс, настаивая на том, чтобы каждое устройство, выпущенное Apple — а вслед за ней и многими другими компаниями, — было интуитивно понятным и удобным в использовании, сделал нашу жизнь проще и приятнее.

Выступая на гражданской панихиде в присутствии сотрудников Apple, Тим Кук, новый генеральный директор компании, сказал, что одним из самых важных жизненных правил для него стали слова Стива о том, что «сделать что-то простое бывает труднее, чем сложное». «Сначала необходимо выбросить из головы все лишнее, и это большой труд, — говорил Джобс. — И лишь после этого сознание настолько очищается, что становится понятно, как сделать простую, но функциональную вещь. Однако игра стоит свеч, потому что, настроившись нужным образом, можно свернуть горы».

Легко остановить внимание на странностях Джобса и выработать определенное отношение к нему, основываясь на проявлениях темной стороны его натуры — внезапных вспышках гнева, нетерпении, нередких проявлениях излишней холодности и безразличия к окружающим, его чрезмерно завышенным ожиданиям и повышенным требованиям, которые он предъявлял к подчиненным. Даже в некрологе, написанном Симпсон, упоминается о том, как Стив рассмотрел кандидатуры шестидесяти семи медсестер, чтобы отобрать из них трех женщин, которым был поручен уход за ним после операции.

Но если посмотреть шире, он был похож на изобретенные им устройства.

У первого компьютера Macintosh было слишком мало памяти и не было клавиш, позволяющих перемещать курсор по экрану. В компьютере iMac не было дисковода, а у iPod отсутствовала кнопка выключения питания. Все они были дивными творениями технологической мысли — иу всех был какой-нибудь недостаток. Однако даже на очень серьезные неудобства можно закрыть глаза, потому что каждое из этих устройств прекрасно. Многие инженеры и менеджеры проработали в Apple всю жизнь, потому что под руководством Стива им удалось принять участие в интереснейших проектах, и едва ли их карьера была бы такой же интересной, работай они где-нибудь еще.

Мотивируя подчиненных всеми возможными способами, включая силовые, Джобс тем не менее негативно относился к попыткам угадать, чего бы хотел он и какое бы он нашел решение для той или иной проблемы. «Среди последних советов, данных Стивом мне и всем нам, — сказал Кук, — было пожелание не пытаться представить себе, что бы по тому или иному вопросу подумал он и что бы он сделал. “Делайте то, что считаете нужным”, - сказал Стив».

Помимо своих прекрасных изобретений, Стив Джобс наделил нас уроками мудрости, которые можно извлечь из его поступков и которые он прекрасно сформулировал в речи перед выпускниками Стэнфордского университета.

Он считал, что из хаотично разбросанных вех судьбы рано или поздно сложится общая картина. Он верил в то, что путешествие и есть награда.

Он следовал зову сердца. Он никогда не останавливался на том, что можно счесть удовлетворительным.

Он занимался любимым делом. А если результаты труда переставали удовлетворять Стива, если он переставал верить в то, что в итоге получится что-то великое, он переделывал работу снова и снова.

Он старался проживать каждый день как последний и делал это всегда, даже когда еще не знал, что у него рак.

Да, и было, как всегда, кое-что еще.

В 1998 году, в одном из интервью Стив рассказывал об одном издании, каталоге под названием «Весь мир», который был популярен в среде школьников, когда Стив учился в старших классах. Выступая перед выпускниками Стэнфорда, он снова вспомнил о нем. На задней стороне обложки последнего выпуска была напечатана фотография пустынного шоссе, затерянного где-то на бескрайних просторах Америки.

Под фотографией была подпись: «Оставайся жаждущим. Оставайся безрассудным».

Выступая перед выпускниками, Стив сказал: «Я желаю вам того же».

Оставайся жаждущим. Оставайся безрассудным. Хронология

24 февраля 1955

Джобс появляется на свет и вскоре обретает приемных родителей — Пола и Клару Джобс, назвавших его Стивеном Полом.

1967

Семья переезжает в Лос-Альтос, штат Калифорния, чтобы Стив мог ходить в хорошую школу.

1968

Джобс впервые в жизни видит персональный компьютер, HP 9100A, представляющий собой на деле большой настольный калькулятор.

Приблизительно 1970

Джобс знакомится со Стивом «Возом» Возняком, будущим компаньоном и, наряду с Джобсом, основателем компании Apple.

Сентябрь 1971

Воз звонит Джобсу и рассказывает о «голубых коробках», при помощи которых можно бесплатно пользоваться международной телефонной связью. Возняк разрабатывает схему и создает приспособление. Приятели начинают продавать «голубые коробки».

Сентябрь 1972

Джобс поступает в Колледж Рид в городе Портленд, штат Орегон.

Декабрь 1972

Стив бросает колледж после первого семестра.

Февраль 1974

Джобс возвращается домой и начинает работать в Atari.

Лето 1974

Джобс проводит несколько месяцев в Индии в поисках духовного просветления.

Март 1975

Основан компьютерный клуб Homebrew.

1 апреля 1976

Джобс, Возняк и Рои Уэйн (вскоре вышедший из составаучредителей) основывают Apple Computer.

Весна 1976

Джобс получает заказ на поставку первых пятидесяти компьютеров Apple (получивших название Apple I). В гараже дома родителей Джобса организована мастерская по сборке компьютеров.

Январь 1977

Apple Computer въезжает в первый настоящий офис на бульваре Стивенс-Крик в городе Купертино, штат Калифорния.

3 января 1977

Майк Марккула инвестирует 250 000 долларов, ставшие для развивающейся компании стартовым капиталом, в обмен на треть во владении активами. Возняк уходит с работы в компании Hewlett-Packard, чтобы стать штатным сотрудником Apple.

Февраль 1977

Марккула нанимает Майка Скотта на пост президента Apple.

15-17 апреля 1977

Джобс презентует Apple II на выставке West Coast Computer Fair в Сан-Франциско.

17 мая 1978

У Джобса рождается дочь, Лиза Бреннан-Джобс.

Декабрь 1979

Джобс и другие представители компании посещают научно-исследовательский центр компании Xerox и знакомятся с новейшими разработками, включая графический интерфейс и «мышь».

12 декабря 1980

Apple Computer проводит публичную продажу акций. Оценочная стоимость компании после продаж составляет 1,6 миллиарда долларов. Доля Джобса в компании оценивается в 218 миллионов.

Февраль 1981

Джобс возглавляет команду, занятую созданием компьютера Macintosh.

Компания Apple заявляет о выпуске нового компьютера Lisa, который, однако, пользуется меньшим успехом, чем ожидалось.

8 апреля 1983

Джобс уговаривает главу департамента маркетинга компании PepsiCo Джона Скалли стать новым генеральным директором Apple.

24 января 1984

Джобс презентует первый компьютер семейства Macintosh. Запуск в продажу нового компьютера сопровождается большой рекламной кампанией, частью которой становится легендарный видеоролик «1984», впервые показанный в перерыве финальной игры Суперкубка США по футболу.

31 мая 1985

Согласно распоряжению совета директоров, Скалли отстраняет Джобса от управления объединенной командой, работавшей над проектами Macintosh и Lisa.

17 сентября 1985

Джобс уходит из Apple и создает собственную компьютерную компанию под названием NeXT. Через несколько месяцев он продает принадлежащие ему акции Apple, оставив себе лишь незначительный пакет.

7 февраля 1986

Джобс приобретает у Джорджа Лукаса компанию Pixar.

Ноябрь 1986

После смерти приемной матери, Клары Джобс, Стив впервые знакомится с Джоанной Шибл-Джандали-Симпсон, давшей ему жизнь, и родной сестрой Моной Симпсон.

12 октября 1988

Джобс анонсирует выход первого компьютера NeXT.

18 марта 1991

Джобс женится на Лорин Пауэлл.

Июль 1991

Джобс заключает сделку со студией Disney на производство трех анимационных фильмов силами принадлежащей ему компании Pixar. Первым фильмом становится «История игрушек».

Сентябрь 1991

У Джобса рождается сын, Рид Пол Джобс.

6 августа 1995

У Джобса рождается вторая дочь, Эрин Сиена Джобс.

22 ноября 1995

Выходит в прокат сделанный на студии Pixar фильм «История игрушек», который бьет рекорды кассовых сборов на День благодарения.

29 ноября 1995

Pixar проводит публичную продажу акций. Стоимость принадлежащих Джобсу 80 % акций компании на короткое время доходит до 1,1 миллиарда долларов.

20 декабря 1996

Достигнуто соглашение с Apple о покупке NeXT. Джобс возвращается в компанию, став советником генерального директора Apple.

9 июля 1997

Совет директоров Apple освобождает Гила Амелио от занимаемой должности генерального директора. Формально оставаясь советником, Джобс заставляет большую часть совета директоров уйти в отставку.

6 августа 1997

Во время конференции Macworld с большого экрана над сценой с записанным на видео заявлением к собравшимся обращается Билл Гейтс. В сообщении говорится о том, что Microsoft инвестирует в Apple 150 миллионов долларов.

Джобс становится временно исполняющим обязанности генерального директора Apple, или iCEO (interim CEO).

Осень 1997

В телеэфире и на страницах журналов начинается рекламная кампания Apple под девизом «Думай иначе».

6 мая 1998

Джобс презентует iMac, первый компьютер из обновленной линейки Macintosh.

Лето 1998

Рождается младшая дочь Джобса, Ив Джобс.

20 ноября 1998

Компания Pixar представляет новый анимационный фильм — «Приключения Флика».

19 ноября 1999

На экраны выходит «История игрушек 2» от компании Pixar.

5 января 2000

Джобс анонсирует появление новой операционной системы для компьютеров Macintosh — Mac OS X — и становится штатным генеральным директором Apple.

9 января 2001

Джобс проводит презентацию программы iTunes.

19 мая 2001

Джобс открывает первый фирменный магазин Apple Store в городе Тайсоне Корнер, штат Вирджиния. 23 октября 2001

Джобс презентует плеер iPod. В свет выходит ставшая впоследствии культовой рекламная кампания в поддержку плеера с танцующими силуэтами людей.

2 ноября 2001

Выходит очередной фильм производства Pixar под названием «Корпорация монстров».

7 января 2002

Джобс анонсирует выход iMac G4, первого компьютера, оснащенного плоским жидкокристаллическим монитором.

28 апреля 2003

Открыт онлайновый музыкальный магазин iTunes Store для пользователей компьютеров Macintosh.

30 мая 2003

Компания Pixar выпускает в прокат очередной мультипликационный фильм — «В поисках Немо». Октябрь 2003

Врачи находят у Стива Джобса злокачественную опухоль поджелудочной железы.

16 октября 2003

Джобс объявляет об открытии iTunes Store для пользователей компьютеров с операционной системой Windows.

31 июля 2004

Джобс ложится на операцию по удалению опухоли поджелудочной железы.

5 ноября 2004

Выходит новая лента производства студии Pixar под названием «Суперсемейка».

11 января 2005

Apple объявляет о выходе очередной модели плеера iPod под названием Shuffle.

Джобс произносит речь в день окончания университета перед выпускниками Стэнфорда.

10 января 2006

Джобс анонсирует выход MacBook Pro, первого в истории Apple компьютера, созданного на базе процессора Intel.

Февраль 2006

Количество проданных через iTunes Store композиций доходит до миллиарда.

5 мая 2006

Студия Disney приобретает Pixar. Джобс становится крупнейшим акционером Disney среди частных лиц.

9 июня 2006

Выходит фильм «Тачки» производства компании Pixar.

9 января 2007

Джобс запускает в производство iPhone. Из названия компании Apple исчезает слово «Computer».

29 июня 2007

Компания Pixar выпускает анимационный фильм под названием «Рататуй».

7 августа 2007

Apple представляет обновленный iMac.

15 января 2008

Джобс презентует сверхтонкий ноутбук MacBook Air.

Март 2008

В журнале «Fortune» появляется статья, описывающая истинное положение дел со здоровьем Джобса.

Компания Pixar выпускает в свет анимационный фильм под названием «ВАЛЛ-И».

11 июля 2008

Открытие онлайнового магазина App Store по продаже приложений для iPhone.

14 января 2009

Джобс, уже во второй раз, берет длительный отпуск по болезни.

21 марта 2009

Получив оповещение о появлении в банке донорских органов готовой для трансплантации печени, Джобс вылетает в Теннеси на операцию.

29 мая 2009

Выходит анимационный фильм «Вверх» производства студии Pixar.

9 сентября 2009

Джобс впервые после пересадки печени появляется на публике.

27 января 2010

Джобс анонсирует появление планшетного компьютера iPad.

25 мая 2010

Apple опережает Microsoft по годовому обороту и становится номером один в списке компаний, специализирующихся в области высоких технологий.

18 июня 2010

Выходит на экраны «История игрушек 3» от компании Pixar.

24 июня 2010

Джобс презентует iPhone 4.

17 января 2011

Джобс снова берет длительный отпуск по состоянию здоровья.

2 марта 2011

Несмотря на отпуск, Джобс лично презентует обновленный планшетный компьютер iPad 2.

7 июня 2011

Джобс представляет проект новой штаб-квартиры Apple в городском совете Купертино.

24 июня 2011

Выходит вторая часть фильма «Тачки», производства Pixar.

24 августа 2011

Джобс официально покидает пост генерального директора Apple.

5 октября 2011

Стив Джобс умирает.

На внутренней поверхности корпуса первого компьютера семейства Macintosh можно найти подписи всех разработчиков и других членов команды, работавшей над проектом. [Фотография любезно предоставлена Бретом Блюменталем, братом автора книги.]

От автора

В начале восьмидесятых на моем первом месте работы мне довелось писать репортажи об индустрии персональных компьютеров для колонки деловых новостей газеты «Dallas Morning News». В дальнейшем, работая на «Wall Street Journal», я неоднократно касалась темы конкуренции между Dell и Apple. Мне никогда не приходилось наблюдать за Стивом Джобсом в рабочей обстановке, но на протяжении почти трех десятилетий я следила за его карьерой и наблюдала взлеты и падения Apple.

В начале 2011 года мне представилась возможность поучаствовать в проекте, инициированном профессором Гарвардской Бизнес-школы Синтией Монтгомери, в рамках которого мы внимательно изучали стратегию управления Джобса на протяжении всей его карьеры. Для меня этот опыт стал откровением, и когда появилась идея написать эту книгу, профессор Монтгомери любезно разрешила мне воспользоваться своими научными записями, ставшими для меня отправной точкой.

Я хочу поблагодарить Терри Анзура и Карлтона Хо за рассказы из жизни школы Хоумстед, куда они с Джобсом вместе ходили в 1972 году. Отдельное спасибо Робу Куку, вышедшему на пенсию бывшему сотруднику Pixar, и Дэйву Калибе из университета Карнеги Меллон за знакомство с азами компьютерной анимации и лежащими в ее основе математическими вычислениями, а также моим коллегам по «Wall Street Journal» Уолту Моссбергу, Джиму Карлтону и Стиву Йодеру за то, что поделились со мной соображениями по поводу жизни и карьеры Стива Джобса. Я хотела бы поблагодарить также Брэда Блюменталя и Отиса Гинозу за предоставленные фотографии.

Как всегда, я в большом долгу перед замечательными и трудолюбивыми людьми — работниками Далласской публичной библиотеки, особенно отдела межбиблиотечного обмена, за то, что новые книги неизменно появляются на полках, несмотря на постоянные сокращения бюджета.

Вспоминая высказывание Стива Джобса о «настоящих художниках», я не могу не упомянуть о том, как много людей, достойных этого звания, встретилось мне на пути. Одним из таких удивительных и обладающих глубокой проницательностью людей оказалась Джин Фейуэлл, поверившая в будущее моего начинания и бывшая вместе с Лорин Барниак моим куратором и редактором на протяжении всей работы над проектом. Хочу поблагодарить и Джейн Лиддл за те безусловно полезные изменения и поправки, внесенные ею в текст перед выходом книги в печать. Большое спасибо Кэти Клайн, Рич Деас и Эшли Халси за творческий подход к дизайну издания, а Анне Роберто, Холли Уэст и Дэбби Кобб за то, что помогли мне найти недостающие фотографии. Благодарю также Николь Муласьон и Дэйва Барретта за то, что, собрав воедино весь материал, они превратили его в настоящую книгу.

Отдельное спасибо моему агенту Кену Райту. Лучшего партнера в издательском деле не найти. Благодарю Диану Фенвс и девушку с чудесным именем Элен Макинтош за помощь в сборе фактов и за написанный Элен черновик словаря. Спасибо Бекки Булль за предпринятые ею изыскания в архивах Стэнфордского университета и за найденные там брошюры и проспекты к давно снятой с производства продукции Apple.

И напоследок хотелось бы вынести особую благодарность членам моей семьи — Скотту, Эбби и Дженни, которые читали черновики книги на ранней стадии, слушали все, что я рассказывала, и поддерживали меня, даже когда мне приходилось для работы над книгой отлучаться из дома на несколько дней. Все они, без сомнения, замечательные люди.

Библиография

Поскольку Стив Джобс попал в лучи рампы с самого первого акта компьютерной революции, когда ему едва исполнилось двадцать лет, и оставался на сцене на протяжении всей своей жизни, он стал героем невероятного количества книг и статей в журналах и газетах. Существует не менее десяти книг, в которых содержится хроника тех или иных событий из истории Apple, и столько же, описывающих вехи карьеры самого Джобса. Кроме того, его имя нередко появлялось на страницах трудов, посвященных Pixar и Atari, а также мемуаров Джона Скалли, Стива Возняка и многих других.

Внушающий симпатию и вдохновенный гений Джобс, наделенный недюжинным даром слова, стал практически идеальным человеком с обложки, восемь раз появившись в этой роли в журнале «Time» и не менее десяти раз в журнале «Fortune». Его фотографию помещали на обложку «Rolling Stone»,

«Inc.», «Wired», «Newsweek» и журнал, ныне известный как «Bloomberg Businessweek».

Работая над книгой, я обращалась к большинству трудов, написанных об Apple, Стиве Джобсе, а также о сотрудничавших с ними компаниях и бывших коллегах, и к несметному числу других статей, заметок и передовиц. Кроме того, я взяла интервью у бывших одноклассников Стива, чтобы лучше понимать, каким он был в школьные годы, собрала ряд устных рассказов, нашла и изучила оригинальные финансовые документы Apple и Pixar и пообщалась с журналистами, много писавшими о Джобсе. Многочисленные видеоролики, которые можно найти на YouTube, позволили мне услышать, как Стив произносил речи, и увидеть презентации устройств производства Aplle, ставших впоследствии легендарными.

Некоторые истории заслуживают особого упоминания. К примеру, в восьмидесятые годы журналист Майкл Мориц тесно общался с Джобсом, его семьей и друзьями, собирая материал для книги об основании компании Apple. После того как часть фактов, собранных Морицем, обильно приправленная воображением одного нью-йоркского редактора, была опубликована в журнале «Time» в статье под названием «Исправленная история Джобса», Стив перестал общаться с Морицем, что не помешало журналисту выпустить книгу «Маленькое королевство», изобилующую деталями, относящимися к ранним стадиям карьеры Джобса. Большое интервью, вышедшее в «Playboy», и речь, произнесенная Джобсом в Смитсоновском институте, доступные широкому кругу интернет-пользователей, помогают заполнить пробелы в знаниях, относящихся к детским, юношеским и университетским годам Джобса.

В 2009 году Уолтер Айзексон, официальный биограф Джобса и бывший редактор журнала «Time», начал писать о Стиве большую книгу. За два года они встречались около сорока раз; кроме того, Айзексон взял интервью у друзей Джобса, членов его семьи и коллег, что позволило ему стать человеком, наиболее осведомленным о подробностях жизни и карьеры героя книги. Его труд под названием «Стив Джобс», занявший более пятисот страниц, безусловно стоит внимания амбициозных читателей, желающих знать в мельчайших подробностях необычную и весьма замечательную жизнь Стива.

Помимо книг, о Джобсе было написано немало статей. Некоторые журналисты годами следили за перипетиями его карьеры. Брент Шендлер, к примеру, с которым мы были коллегами по работе в «Wall Street Journal», много писавший и для журнала «Fortune», опубликовал в этих изданиях немало посвященных Стиву передовиц, проникнутых свойственным ему духом необыкновенной проницательности и великолепным чувством юмора. Много и интересно писали о Джобсе и Стивен Леви, сотрудничающий с «Newsweek» и «Wired», Джефф Еуделл из «Rolling Stone» и многие другие журналисты, в частности, из «Wall Street Journal», к примеру, ведущий колонки Уолт Моссберг, репортеры Джим Карлтон, Пуи-Уинг Там, Ник Уингфилд, или Стив Лор и Джон Маркофф из «New York Times».

Те, кому интересно получить более детальное представление о деятельности Джобса на начальном этапе, могут ознакомиться с его речами и большим количеством материалов, касающихся Apple, на веб-сайте Музея истории компьютеров. А если вы хотите увидеть, как Джобс мастерски проводил презентации, сделайте то, что предлагают многие компании: посмотрите видеоролики, выложенные на YouTube.

Книги и газетные статьи

Айзексон, Уолтер/Isaacson, Walter. Steve Jobs. New York: Simon & Schuster, 2011.

Бреннан, Крисанна/Brennan, Chrisann. Jobs at 17: Nerd, Poet, Romantic // Rolling Stone. Oct. 27. 2011: 42.

Батчер, Ли/Butcher, Lee. Accidental Millionaire: The Rise and Fall of Steve Jobs at Apple Computer. New York: Paragon House Publishers, 1988.

Возняк, Стив (в соавторстве с Джиной Смит)/ Wozniak, Steve, with Gina Smith. iWoz: Computer Geek to Cult Icon. New York: W. W. Norton & Company, 2006.

Еуделл, Джефф/Goodell, Jeff. The Steve Jobs Nobody Knew // Rolling Stone. Oct. 27. 2011: 36–45.

Джобс, Стив. Выдержка из устного интервью с Даниелем Морроу. Архив аудио- и видеодокументов Смитсоновского института, 20 апреля 1995 года, доступно в сети Интернет/Jobs, Steve. Excerpt of oral history interview with Daniel Morrow. Smithsonian Institution Oral and Video Histories, April 20, 1995, accessed online.

Джобс, Стив. Выступление перед выпускниками Стэнфордского университета, 12 июня 2005 года. Доступно по адресу: http://news.stanford.edu/news/2005/june15/jobs-061505.html/ Jobs, Steve. Stanford commencement speech, June 12, 2005.

Дойчман, Алан/Deutschman, Alan. The Second Coming of Steve Jobs. New York: Broadway Books, 2000.

Карлтон, Джим/Carlton, Jim. Apple: The Inside Story of Intrigue, Egomania, and Business Blunders. New York: HarperBusiness, 1998.

Кокс, Джей/Cocks, Jay. The Updated Book of Jobs // Time. Jan. 3. 1983.

Коэн, Скотт/Cohen, Scott. ZAP! The Rise and Fall of Atari. New York: McGraw-Hill Book Company, 1984.

Крингли, Роберт, ведущий/Cringely, Robert X., presenter. Steve Jobs: The Lost Interview. Film directed by Paul Sen, produced by John Gau and Paul Sen, 2011.

Кани, Леандр/Kahney, Leander. Inside Steve’s Brain. New York: Porfolio, 2008.

Кавасаки, Гай/Kawasaki, Guy. The Macintosh Way. Glenview, Ill.: Scott Foresman and Company, 1988, доступно по адресу: http://guykawasaki.typepad.com/TheMacintoshWay.pdf.

Леви, Стивен/Levy, Steven. Insanely Great: The Life and Times of Macintosh, the Computer that Changed Everything. New York: Penguin Books, 2000.

Линцмайер, Оуэн/Linzmayer, Owen W. Apple Confidential 2.0: The Definitive History of the World’s Most Colorful Company. San Francisco: No Starch Press, 2008.

Лор, Стив/Lohr, Steve. Creating Jobs // New York Times Magazine. Jan. 12. 1997.

Маркофф, Джон/Markoff, John. What the Dormouse Said: How the 60s Counterculture Shaped the Personal Computer Industry. New York: Viking, 2005.

Мориц, Майкл/Moritz, Michael. The Little Kingdom: The Private Story of Apple Computer. New York: William Morrow and Company, Inc., 1984.

Пайк, Карен/Paik, Karen. To Infinity and Beyond! The Story of Pixar Animation Studios. San Francisco: Chronicle Books, 2005.

Прайс, Дэвид/Price, David A. The Pixar Touch: The Making of a Company. New York: Vintage Books, 2009.

Роуз, Фрэнк/Rose, Frank. West of Eden: The End of Innocence at Apple Computer. New York: Viking, 1989.

Розенбаум, Рон/Rosenbaum, Ron. Steve Jobs and Me // Slate.com. Oct. 7. 2011.

Симпсон, Мона/Simpson, Mona. A Regular Guy. New York: Vintage Books, 1996.

Скалли, Джон (в соавторстве с Джоном <bhyjv)/Sculley, John, with John A. Byrne. Odyssey: Pepsi to Apple… A Journey of Adventure, Ideas and the Future. New York: Harper & Row Publishers, 1987.

Стросс, Рэндал/Stross, Randall E. Steve Jobs and the NeXT Big Thing. New York: Atheneum, 1993.

Фрайбергер, Пол (в соавторстве с Майклом Cуэйном)/Freiberger, Paul and Michael Swaine. Fire in the Valley: The Making of the Personal Computer. 2nd edition. New York: McGraw-Hill, 2000.

Хертцфeльд, Энди/Hertzfeld, Andy. Revolution in the Valley. Sebastopol, California: O’Reilly Media, Inc., 2005.

Шлендер, Брент/Schlender, Brent. How Big Can Apple Get? // Fortune. Feb. 21, 2005.

Шефф, Дэвид/Sheff, David. Playboy Interview: Steven Jobs // Playboy magazine, Feb. 1. 1985. Accessed online.

Элкинд, Питер/Elkind, Peter. The Trouble with Steve Jobs // Fortune. March 5, 2008.

Янг, Джеффри/Young, Jeffrey. Steve Jobs: The Journey is the Reward. Kindle edition, 1988.

Something’s Rotten in Cupertino // Fortune, March 3, 1997.

The Three Faces of Steve // Fortune. Nov. 9. 1998.

The Perfect Thing: How the iPod Shuffles Commerce, Culture, and Coolness. New York: Simon & Schuster, 2006.

Интернет-ресурсы

Ежегодная встреча 1983 года на YouTube.com: http://www.voutube.com/watch?v=lSiOA6KKvJo

Выступление Билла Гейтса на конференции разработчиков программного обеспечения для Macintosh:http://www.voutube.com/watch?v=NVtxEA7AEHg&feature=fvwrel

Музей истории компьютеров: computerhistorv.org

Видеозапись гражданской панихиды в компании

Apple: http://www.thedailvbeast.com/articles/2011/10/25/apple-s-steve-jobs-memorial-service-watch-video-of-5 — moving-moments.html

Авторские патенты Джобса, интерактивная таблица на сайте New York Times:http://www.nvtimes.com/interactive/2011/08/24/technologv/steve-jobs-patents.html

Рекламный ролик конфет Life Savers производства Pixar 1990 года на сайте YouTube.com: http://www.voutube.com/watch?v=F e6FfROGwqk

Рекламный ролик полоскания для рта Listeгine производства Pixaг 1991 года на сайте YouTube.com:http://www.voutube.com/watch?NR=1&v=mFivu3rFvsA:1992, http://www.voutube.com/watch?NR=1&v=1DU5KSMeDAs

Видеоматериалы производственного процесса на сайте студии Pixar: http://www.pixar.com/howwedoit/index.html

Словарь

App: Сокращение, образованное от слова «application», «приложение». Приложения — программы, которые могу быть запущены как на компьютере (например, табличные и текстовые редакторы), так и на мобильном телефоне (карты, приложения, помогающие искать рестораны неподалеку от места, где находится абонент). В операционной системе, применяемой для работы на компьютерах производства Apple Inc., для запуска приложений используются файлы с расширением. app, а в операционной системе Windows файлы с расширением. exe.

BASIC: Компьютерный язык программирования, разработанный в шестидесятые годы с целью учить студентов создавать программы базового уровня. В настоящее время используется и для решения более сложных задач. Слово представляет собой аббревиатуру, которая расшифровывается как Beginners Allpurpose Symbolic Instruction Code, или многоцелевой символьный код ддя начинающих.

Bit (бит): Binary DigiT. Элементарная единица компьютерной информации, выражаемая либо 1, либо 0.

Bozo: Человек, глупый от природы или плохо разбирающийся в вопросе, «тормоз». Одно из любимых словечек Джобса, которым он награждал тех, кто, по его мнению, не отличался большим умом. В одном из сериалов шестидесятых годов в числе прочих фигурировал персонаж по имени Клоун Бозо. Рыжий Рональд Макдональд, появившийся несколько позже, внешне напоминает Бозо.

Byte (байт): Единица компьютерной информации, восемь бит. Как правило, для записи в память одной буквы или цифры необходим один байт, хотя в некоторых компьютерных языках программирования для их описания требуется два байта.

Central processing unit (CPU) (центральный процессор): «Мозг» компьютера, процессор, который производит логические и арифметические операции, позволяющие выполнять команды, направленные программами.

Disk drive (диск): Приспособление для хранения информации. Считывает информацию с диска и записывает на диск.

DOS: Disk operating system, или дисковая операционная система. Первая операционная система для компьютеров IBM была написана компанией Microsoft и называлась MS-DOS. Работая в ней, можно было при помощи простых команд управлять действиями компьютера. В настоящее время функцию DOS на компьютерах семейства PC выполняет операционная система Windows, при помощи которой мы и запускаем различные программы.

Floppy disk (флоппи-диск): Разновидность портативного устройства для записи информации. Первые диски были длиной 8 дюймов, или более 20 сантиметров, по диагонали, а диски следующего поколения — 5,25 дюйма, при этом на них можно было хранить втрое больше информации. Диски последнего поколения, известные как дискеты, были по диагонали 3,5 дюйма. От повреждений их защищал пластиковый корпус, так что термин «флоппи», или в переводе «гибкий», к этому типу дисков неприменим. На них можно было хранить еще больше информации. Хотя в программах изображение дискеты по сию пору остается иконкой, обозначающей команду «сохранить», сами дискеты уже почти не применяются. Их заменили другие устройства, к примеру, подключаемые к компьютеру через порт USB внешние накопители или жесткие диски.

Gigabyte (GB) (гигабайт): Единица измерения компьютерной информации, примерно миллиард байт, или 1024 мегабайта.

Graphical user interface (GUI) (графический интерфейс пользователя): Произносится как «гуи» с ударением на «у». Состоит из иконок и меню, управляемых при помощи курсора, который передвигается по экрану при помощи «мыши». Компьютер Macintosh 1984 года, выпущенный компанией Apple, стал первой в истории индустрии машиной, доступной широкому кругу покупателей, управление которой осуществлялось посредством графического интерфейса.

Hard drive (жесткий диск): Встроенное в компьютер устройство для хранения программ и файлов. Внутри устройства находятся установленные один над другим круглые, алюминиевые или стеклянные диски, похожие на маленькие тарелки с зеркальной поверхностью. Диски вращаются, позволяя считывать или записывать на них информацию.

Hardware («железо»): Материальные запчасти, из которых сделан компьютер. В их число входит процессор, дисководы и диски, корпус компьютера. Мониторы, клавиатуры, динамики и принтер также относятся к «железу», но чаще проходят под названием «периферия».

HTML: HyperText Markup Language, или язык разметки гипертекста. Язык написания страниц, объединенных во Всемирную паутину. Благодаря использованию одного и того же языка всеми программистами, пишущими страницы, они отображаются одинаково во всех программах для просмотра или браузерах.

HTTP: HyperText Transfer Protocol. Процедура, используемая для передачи информации внутри Всемирной паутины.

Integrated circuit (интегрированная микросхема): Называется также чипом или компьютерным чипом. Может состоять из множества компонентов — транзисторов, резисторов, диодов или конденсаторов. Используются для хранения информации или вычислений. Микропроцессоры и чипы памяти также относятся к интегральным микросхемам.

Kilobyte (KB) (килобайт): Единица компьютерной информации, равная 1024 байтам.

MAC OS: Операционная система, под которой работают компьютеры Macintosh. Буквы «О» и «S» произносятся раздельно. Необходима для работы компьютера. Современная версия Mac OS X. Последняя литера в действительности не буква, а римская цифра 10.

Megabyte (MB) (мегабайт): Около миллиона байт, или 1024 килобайта.

Microprocessor (микропроцессор): Также известен как центральный процессор. «Мозг» компьютера, выполняющий математические операции, хранящий и передающий информацию, обрабатывающий команды, подаваемые программами, и инструкции по управлению «железом». Первый микропроцессор был изобретен инженерами компании Intel в 1971 году.

Minicomputer (мини-компьютер): В эпоху огромных вычислительных машин небольшой по тем временам компьютер, смонтированный в корпусе величиной с холодильник. Использовался для обработки деловой информации в случаях, когда мощности микрокомпьютера было недостаточно, а для большого компьютера, так называемого «мэйнфрейма», задача была недостаточно серьезной. Со временем мини-компьютеры были заменены сетями из равнозначных рабочих станций или из рабочих станций и мощного центрального сервера.

Moore’s Law (Закон Мура): В 1965 году один из основателей компании Intel, Гордон Мур, предсказал, что количество транзисторов в микропроцессоре будет удваиваться раз в два года, и со временем компьютеры станут необыкновенно мощными. Предсказание оправдалось практически на сто процентов, в связи с чем и было признано законом.

MP3: Популярный алгоритм сжатия музыкальных файлов, облегчающий задачу их хранения и передачи.

Operating system (OS) (операционная система): Базовая программа, управляющая компонентами компьютера и позволяющая осуществлять доступ к файлам на дисках, запускать приложения и подключать периферийные устройства, такие как «мышь» или принтер.

PC (personal computer): Персональный компьютер. Первым персональным компьютером была вычислительная машина, требовавшая самостоятельной сборки, производства компании Altair. В наше время термин используется как общее название для компьютеров, работающих под системой Microsoft Windows. Компьютеры производства Apple подпадают под это определение, но, работая под собственной системой, имеют другое общее название — компьютеры Mac. Этот термин появился в результате противопоставления компьютеров Apple всем остальным в рекламной кампании фирмы.

Playlist (список воспроизведения): Структурированный список песен или фрагментов видеозаписей на радио или в интерфейсе плеера, такого, к примеру, как iPod.

Profit (прибыль): Сумма денег, остающаяся в результате деятельности компании за вычетом текущих расходов из оборота или объема продаж. Чистая прибыль — прибыль, остающаяся после уплаты налогов.

Random Access Memory (оперативная память): Известна так же как RAM. Чипы памяти, позволяющие быстро загружать и удалять информацию. Открывая программу, вы загружаете ее в оперативную память. Существуют два типа чипов памяти. Под RAM компьютера, как правило, подразумевают динамическую память (DRAM), которая нуждается в постоянном обновлении. Она работает быстрее, но потребляет много энергии. Статическая память (SRAM) не требует постоянного обновления для хранения информации.

Read-only memory (постоянное запоминающее устройство): Известно так же как ROM. Чипы памяти, в которых одна и та же информация хранится постоянно, вне зависимости от того, включен компьютер или нет. В эти чипы запись производится лишь однажды и, как правило, в заводских условиях.

Reality distortion field (искажающее реальность поле): Шуточный термин, придуманный инженером Бадом Триббли для описания способности Джобсаубеждать окружающих согласиться с его требованиями или поверить в то, что невозможное возможно. Эффект искажения реальности постепенно рассеивался, когда Джобс уходил из комнаты.

Revenue or sales (оборот или объем продаж): Зачастую эти термины используются для описания одного и того же — суммы денег, полученной компанией или организацией за проданный товар или предоставленные услуги.

Semiconductor (полупроводники): Термин, использующийся как общее название чипов или микросхем в схеме электронного прибора. Второе значение — материал, из которого сделаны микросхемы, к примеру, кремний, обладающий свойством пропускать электрический ток в одну сторону и блокировать его течение в другую.

Software: Компьютерная программа или совокупность программ. Любая программа представляет в своей основе код, который микропроцессор расшифровывает и интерпретирует. С помощью программ вычислительную машину можно использовать для тех или иных прикладных целей.

Tablet (планшетный компьютер): Небольшой, легкий портативный компьютер, который можно носить с собой. Клавиатуры не имеет и управляется при помощи стилуса, взаимодействующего с сенсорным экраном, или при помощи пальцев.

WYSIWYG: Аббревиатура, которую следует произносить «виз-и-виг». Расшифровывается как «what you see is what you get» или «что видишь, то и получаешь». Применяется для описания процесса печати на принтере, при котором распечатка полностью соответствует изображению на экране компьютера. При более архаичной технологии пользователям приходилось вводить специальные команды, чтобы правильно сформировать документ для печати, а потом проверять результат визуально.

Примечания

1

Acid rock (англ.) — «кислотная музыка». Название пошло от сленгового наименования ЛСД — «кислота».

2

Англ. «Let It Be» — название известной песни «The Beatles».

3

Англ. The long and winding road — название известной баллады Пола Маккартни.

4

Чтобы получить представление о том, как выглядел экран компьютера в то время, нужно найти в программах ярлык «Командная строка». Откроется небольшое окно, напоминающее экран прошлых лет, в котором на черном фоне будет видна командная строка.

5

Англ. gooey — сленговое слово, обозначающее любовницу или подружку.

6

Образование, совершенство, компетентность, исключительность, воодушевление, e = mcBI.

7

Next (англ.) — на очереди, следующий; eventually (англ.) — в конце концов.

8

Приставка i от слова interim, то есть «временно исполняющий».

9

Англ. Open the pod bay door, где «pod bay» — отделяемый грузовой отсек.

Content

Карен Блюменталь
Стив Джобс. Человек, который думал иначе

Вступление. Три истории

Часть первая. «Путешествие и есть награда»

1. Начала

2. Воз

3. Фрикинг

4. Колледж

5. Поиски

6. Apple

7. Гараж

8. Apple II

9. Богатство

10. Пираты

11. Скалли

Часть вторая. «Настоящие художники продают картины»

12. NeXT

13. Семья

14. Кремневуд

15. Возвращение

16. Иначе

17. Перемены

18. Музыка

Часть третья «И еще кое-что…»

19. Рак

20. Возвращение

21. Жизнь

22. Наследие

Оставайся жаждущим. Оставайся безрассудным. Хронология

От автора

Библиография

Книги и газетные статьи

Интернет-ресурсы

Словарь

Примечания