Высшее благо

Кайафас Каин – Заключительная

Вступление

Этот последний отрывок из архива Кайфаса Каина представляет интерес с нескольких точек зрения, и не в последнюю очередь из-за понимания как работает дипломатия тау, оружие в их арсенале столь же опасное, как кадр боевых кораблей, хотя и обладает меньшими возможностями устроить бардак в песочнице.

Хотя в данный момент империя тау сотрудничает с Империумом в совместных кампаниях против флотов-ульев тиранид, их вряд ли можно считать надежными союзниками, учитывая их печально известный оппортунизм и одержимость так называемым "Высшим Благом". Что, давайте говорить между нами открыто, скорее можно будет точнее перевести на Готик как - "Высшее Благо для Тау, и варп подери всех остальных". Я не провожу никаких параллелей относительно нашего собственного отношения к соглашениям, поскольку они еще более циничны.

Что возвращает нас обратно к Каину, если не как к инструменту, закаляющему пакт, но несомненно как к главному игроку, который не позволил рухнуть хрупкому миру, что обернулось бы для все нас весьма печальными последствиями. Его мотивы в этом деле, конечно же, сугубо личные, по крайней мере если верить его мемуарам. Ну и как всегда я оставляю читателю самому оценить насколько правдивы его слова.

За предшествующие отрывки я привыкла оставлять его повествование столь близко к оригинальному тексту, сколь возможно, всего лишь разбивая его на главы для облегчения чтения и добавляя материалы, где необходимо, для понимания картины в целом или же объясняя на что ссылается автор, поскольку он самым прискорбным образом чаще всего зациклен на самом себе.

Эмберли Вейл, Ордо Ксенос.

Глава первая

Думайте что хотите о Тау (а я свое мнение высказывал не раз за прошедшие годы), но они умеют вести войну. На самом деле, они проделали слишком уж хорошую работенку к заключительной фазе Квадравидийской кампании; я ожидал тяжелого сражения, не раз до этого сталкивавшись лбами с маленькими синими[1] засранцами, но они постарались сделать все еще хуже для нас. К тому времени как я прибыл в столицу, уворачиваясь от пролетавших плазменных зарядов каждый метр пути, наша оборона рассыпалась по всей планете, и несомненно оставалось лишь немного времени до того как они возьмут последний Имперский анклав.

"Нельзя позволить Квадравидии пасть," заявил Генерал Брэддик, в прямом противопоставлении к тому, что все собравшиеся в командном бункере под остатками местного Имперского гарнизона давно считали неизбежностью, лихорадочный блеск в его синевато-серых глазах делал нездоровый цвет его кожи еще более заметным. Нельзя до бесконечности заменять сон рекафом и стимуляторами, и в его случае опасная черта была пройдена давно. Он поднял голос чтобы заглушить отдаленный рокот разрывающихся снарядов, который к моей очевидной и хорошо скрываемой тревоге, звучал намного громче, чем утром. Как будто чтобы подтвердить сей факт, пылинки выпавшие из углублений в потолке лениво затанцевали в лучах заходящего солнца, подглядывавшего из бойниц."Если это случится, весь субсектор падет вместе с ней".

Что и было причиной по которой тау напали на Квадравидию в первую очередь, ее положение на пересечении нескольких варп-маршрутов делало ее естественным каналом для военного транспорта Империи, идущего на укрепление стабильно рушившейся буферной зоны между двумя державами.

"Это возможно некоторое преувеличение," сказал я, смахивая осевшую пыль с рукавов и пытаясь не создавать впечатление что бегство единственный выход по моему мнению. "Но генерал прав в оценке последствий отступления". Которое скорее всего будет включать расстрельную команду за трусость и некомпетентность, по крайней мере в его случае. Вряд ли заслуженно, учитывая что он с мрачной решимостью сопротивлялся превосходящим силам в течение месяцев; но кто-то должен был взять вину на себя за фиаско, и уж точно это будут не идиоты из Муниторума, которые изначально послали недостаточное количество Гвардейцев, еще и плохо экипированных.

"Вы думаете пора выводить войска?"- спросил один из старших штабных, видя возможность избежать последствий: если уж прославленный Кайафас Каин порекомендовал бежать поджав хвост, вряд ли их можно было бы винить за следование моему совету. Для этого-то и нужны комиссары, если взглянуть на картину шире.

"Я бы был на первом шаттле, " совершенно честно сказал я, улыбнувшись при этом так, чтобы все приняли это за шутку. "Но как заметил Генерал Брэддик, это, к сожалению, не вариант." Не потому что благородное самопожертвование вскружило мне голову, как вы понимаете, а потому что любой объект больше сервочерепа попытавшись взлететь, был бы сбит тау едва оторвавшись от взлетной площадки, да и у нас все равно не было на орбите ничего способного совершить варп-прыжок.

Как будто подчеркивая мои слова, ну и потому что Император иногда проявляет склонность к драматизму, равно как и нездоровое чувство юмора, легкая дрожь прошла по командному бункеру, и в очередной раз пыль дождем полилась с кончика моей фуражки.

"Подкрепления на подходе", заявил Брэддик тоном человека, который надеется что это станет правдой, если сказать достаточно убедительно, и я кивнул.

"Их точно собирались отправить", согласился я, цепляясь за этот лучик надежды еще сильнее, чем генерал. Меня заверили в этом шесть недель назад перед моим отправлением с небольшой флотилией поддержки, которая, как надеялся мой старый обеденный партнер Лорд-Генерал Живан[2] окажется достаточной для поддержания обороны пока он не соберет достаточные силы, чтобы снять осаду и отправить тау восвояси. Так бы оно и было, если бы тау не посетила та же идея, и они не послали бы свою группу поддержки, под стать нашей.

С одно стороны нам удалось лишить ксеносов легкой победы на которую они надеялись благодаря упорству дивизии Катчанцев с которой я прибыл. Но с того места где я находился возникало неприятное чувство что все что мы сделали лишь отсрочило неизбежное. Я был уверен что Живан сделает все возможное для отправки подкреплений, но последние несколько лет флоты Тиранид проникали все глубже в сердце Империума и слишком много наших ресурсов было задействовано чтобы остановить их. Обещанные подкрепления могли добраться до нас через месяцы. Если они вообще будут

"Так что мы будем держаться" устало резюмировал Бреддик. Его плечи устало опустились продемонстрировав глубокие складки на своей богатой тунике и я трезво кивнул ему.

- Не думаю, что у нас есть другой выбор, - согласился я, слишком хорошо осознавая иронию.

По большему счету меня здесь вообще было быть не должно. Моя нынешняя должность офицера Комисариата по связям с общественностью при Лорд-Генерале поставило меня в намного более выгодную позицию касательно выбора моих заданий и назначений чем я когда либо мечтал на ранних этапах моей долгой и бесславной карьеры когда длинные руки Комисариата постоянно толкали меня в опасные ситуации которых я стремился всеми силами избежать. Конечно репутация бесстрашности и безрассудности которая которая сопровождала меня не позволяла мне следовать моим естественным склонностям и бесконечно оставаться на Коронусе, наблюдая за тем как мой помощник Юрген справляется с большинством документов проходящих через мой кабинет и гадая когда я смогу ускользнуть на обед. Для поддержания мнения окружающих обо мне следовало периодически появляться на передовой воодушевляя войска и напоминаная Живану, как ему повезло со мной, при этом находясь на максимальном удалении от вражеских войск.

В этом свете быстрая прогулка на Квадривидию казалась крайне выигрышной, как я уже говорил мы ожидали флотилию поддержки которая должна была изменить баланс сил в войне, которая и так развивалась удачно для нас. Так что я должен был находится достаточно далеко от проблем с тех пор как мы сюда прибыли. Кроме этого это держало меня достаточно далеко от вторгающихся флотов улья, я не испытывал желания закончить свою жизнь каплей в их бассейнах биомассы. И была слишком высокая вероятность того что где-то понадобится герой Империума для поднятия духа войск перед лицом затапливающего их ужаса. Потому сделать себя труднодоступным когда высшее командование разрабатывало последние планы по сдерживанию тиранидов было крайне разумным решением

Проще говоря, мы прибыли в полном порядке, выгруженные из посадочной капсулы, орбитальные доки и космопорты не смогли пережить первый натиск Тау. Нас немного потрепали при спуске, конечно, но у флота было достаточно кораблей для того, чтобы прикрыть наши спины, и мы понесли мало потерь, окапываясь вокруг столицы. Браддик и его солдаты были рады видеть нас, особенно после нашей первой контр-атаки, отбросившей вражеские силы на внешнюю сторону оборонительных укреплений, и на первых порах это выглядело так, будто мы заставили ксеносов бежать; хотя я и был достаточно опытным воякой, чтобы осознать, что возвращение целого мира будет долгим и нудным процессом

Так лучше, я думал, отсиживаясь в комфортном местечке в далеко от фронта, пока Живан и флот готовились подраться с нидами. Если повезет, то я смог бы отсиживаться там достаточно долго, чтобы прибыть на Кронус тогда, когда будет все закончено.

Так что появление на орбите двумя неделями позже целого флота "торговых судов" Тау было неприятным сюрпризом. Удача это или же хитрость, последнее кажется более вероятным, особенно после знакомства с ними, они прибыли в систему через пару дней после отбытия Имперского флота с Кронуса, и имели вполне определенные перспективы на планету, корабли СПО были сметены первой же атакой флотилии Тау.

Все это оставило меня без возможности сбежать с планеты. Я не был до сих пор мертв и бывал в более крутых переделках чем эта. Так что я сказал несколько воодушевляющих банальностей и пожелав всем присутствующим спокойно ночи я удалился якобы для проверки того насколько хорошо наши войска удерживают свои позиции. Я не был уверен что финальный штурм начнется сегодня, но в случае его начала бункер командования был бы на редкость неприятным местом для пребывания. Я не сомневался что Тау определили его местоположение до миллиметра и поставили его в начале списка для одной из своих штурмовых групп.

"Как прошла встреча, сэр?" спросил Юргени, материализуясь из тени. Его уникальный и омерзительный аромат предупредил меня о его присутствии секунды за три до того как он открыл рот.

"Бывало и получше" ответил я ему с большей откровенностью чем обычно. Но Юрген служил мне более семидесяти лет и участвовал в спасении моей жалкой шкуры чаще чем кто либо другой. Потому он заслуживал честности более чем кто либо другой.

Наш обмен сведениями был прерван раскатами тяжелого оружия издали походившими на звуки приближающейся бури . Разрывы в легкой вечерней облачности демонстрировали суровое красноватое небо. Но далеко не все красные отблески возникали по вине заката. Более дюжины укреплений горели по всему осажденному городу. К сожалению артобстрелы затрудняли наши передвижения не меньше чем передвижения Тау, если не более. Антигравитационные механизмы Тау могли передвигаться как хотели тем временем как наши Химеры и Леман Русы могли двигаться только вдоль специально расчищенных маршутов. И лишь для того чтобы в конечном итоге попасть во вражескую засаду.

"Танны, сэр?" спросил Юрген доставая чашечку откуда-то из глубин своего вещмешка. Я с благодарностью взял ее, ведь в экваториальных горах где находилась столица вечера были довольно прохладными, почему они не разместили ее в месте с климатом получше было выше моего понимания [3]

"Спасибо" ответил я ему потягивая ароматный напиток и наслаждаясь зарождающимся ощущением тепла внутри своего живота. "Пошли?".

"Как только скажете, сэр" заверил меня мой помощник, садясь на водительское место в Саламандру которую мы реквизировали из транспортного парка вскоре после прибытия. Двигатель уже неспешно урчал на холостом ходу, Юрген был слишком бывалым ветераном и понимал чем может обернуться одна-двух секундная задержка в такой близости от зоны боевых действий.

Я влез в пассажирское отделение, попутно отвечая на приветствие отряда гвардейцев, пробежавших мимо нас в направлении главных ворот. Следуя рефлексу, отточенному десятилетиями знакомтсва с грубоватым стилем вождения Юргена, я схватился за шарнирное крепление оружия за мгновение до того как мы с рывком начали движение.

Как только я смог восстановить чувство равновесия мои глаза поднялись к небу. Черные силуэты двигались над зданиями купаясь в красноватом свете заката. Зловеще изящная кривизна их поверхности выдавала их происхождение.

"Вторжение" передал я по воксу, открывая огонь из штурмового болтера и тихо проклиная свою удачу. Атака на бункер, которую я предвидел и от которой хотел ускользнуть, началась.

Примечание редактора:

Думаю это не будет большим сюрпризом для большинства моих читателей что кроме нескольких замечаний о температуре воздуха Каин больше ничего не скажет о Квадривидии. Приведенные выдержки помогут составить вам впечатление об этой планете.

"Интересные места и скучные люди Путеводитель бродяги" Джервала Секара 145.М39

Квадривидия является знакомым пунктом назначения для большинства путешествеников в районе Дамоклового Залива поскольку эта планета находится на пересечении четырех крайне стабильных и быстрых потоков варпа. Потому этот мир, возьмем даже шире через эту планетарную систему скорее проезжают чем приезжают сюда. В самом деле вполне возможно пересесть с одного корабля на другой в орбитальных доках так и не посетив поверхности планеты. Хотя на первый взгляд основные города находящиеся вдоль экватора имеет мало что предложить путнику в следствии того что по большему счету состоят из инфраструктуры обеспечивающией космические перевозки, а также торговцев и рабочего класса который необходим в устрашающих количествах для обслуживания перевозок. Однако Райский Пик является приятно космополитичным, как и любая планетарная столица в этом секторе, Он находится высоко в горной цепи которая рассекает западный континент вдоль экватора. Его улицы и проспекты цепляются за пики и долины которые защищают город от шума космопорта. Таким образом город находится в глубокой впадине окруженной горами местами в три-четыре километра в высоту.

Жилье следовательно нужно искать на наружной стенке ободка где толща гранита заглушает рев снующих в воздухе шатлов. Вид их светящихся двигателей в темноте производит незабываемое впечатление вихря света в темном царстве. Что касается более мелких городов и сел которые разбросаны на обоих континентах то они представляют мало интереса сами по себе.

"До Крестового похода и после. Военная история Дамоклова Залива" Варго Роуз, 058. М42.

Начиная с первой конфронтации с Империумом Тау показали что экспансионистские амбиции далеко не без основательны. На протяжении следующих двух столетий было отмечено множество столкновений между двумя державами во время которых приграничные миры были захвачены, отбиты, зачищены и во многих случаях вновь потеряны. Так например Семплаксия переходила из рук в руки семь раз до тех пор пока не была потеряна для обоих сторон во время вторжения Флота-Улья Кракена в Восточный Рукав, хотя это был исключительный случай. По большему счету то что Тау захватывали им удавалось удержать хотя Империум заставлял их платить высокую цену и даже имел отдельные успехи, как например защиту Гравилакса в 931. Если бы верные Императору войска могли сконцентрироваться исключительно на Тау то все конечно было бы совсем по другому, но последний квартал М41 сопровождался конфликтами на всех фронтах. К обычной угрозе орков и Проклятых легионов Хаоса прибавились активизация некронов которые все чаще атаковали человеческие аванпосты в то время как Эльдары совершали свои пиратские набеги когда и как хотели. К счастью расширяя сферу своего влияния Тау начали сражаться с врагами Империума, встречаясь с ними все чаще и чаще и мешая их полномасштабному вторжению в Империум.

Равновесие сил было нарушено в 992 года когда флот тау появился на орбите Квадривидии глубоко внутри имперских границ и быстро подавив планетарную оборону приступил к высадке сил вторжения тем самым изолировав от Империума восемь спорных систем в приграничных районах что позволяло им захватить их в перспективе. К счастью на планету вместо со вторым экспедиционным корпусом прибыл прославленный комиссар Каифас Каин в свое время сыгравший важную роль в провале тауситских притязаний на Гравилакс и в очередной раз доказавший что ему нет равных в отстаивании имперских интересов.

Глава вторая

Изменило ли что-нибудь предупреждение, которое я дал, или нет, я не мог сказать, но я не был единственной огневой точкой ответившей на вторжение, когда первая волна штурма тау внезапно появилась над зубчатой преградой разрушенных авиаударом зданий, окружавший вражеские соединения, прятавшиеся там от обнаружения нашими ауспексами. Беглый огонь из стрелкового оружия привёл лишь к фонтану искр и рикошетов по гладкой закругленной броне антигравитационных десантных танков круживших над нашими головами, затем яркая полоса ракеты из переносной ракетницы рассекла небо за мгновение до взрыва одного из двигателей прикрепленных к задней части ближнего танка. «Скат» тау покачнулся и потянул вверх, прерывая свой спуск, но передышка была недолгой, пара дисковых дронов отделились от его корпуса и почти сразу налетели в поисках мести, плазменные заряды из орудий установленных под ними стали разрываться вокруг обложенного мешками с песком укрепления, из которого пришла ракета.

Я так и не увидел, справились ли засевшие там гвардейцы с этой неожиданной атакой, хотя шквал лазразрядов и ответил с похвальной быстротой; поскольку к тому времени мое внимание было полностью направлено на вопрос собственного выживания. "Саламандра" покачнулась, когда Юрген заложил резкий вираж, чтобы увернуться от кратера в рокрите впереди нас, от гораздо большей плазменной вспышки из главного орудия другого "Ската", и я вдруг обнаружил небольшую, быстро движущуюся тень, мелькнувшую перед глазами.

Штурм-болтер задергался на своем креплении, когда я рефлективно вдавил спусковой крючок, прошивая ряд кратеров в днище скиммера, с ревом пронесшегося надо мной так низко, что сорвал фуражку с моей головы. Должно быть я попал в уязвимое место, потому что из его правого двигателя пошел дым и он, перевернувшись, врезался в землю. Он продолжил движение по инерции, разбрасывая по стронам измельченный рокрит и размазывая невезучий экипаж по покрытию, пока не въехал в стену офицерской столовой.

"Ох," сочувственно сказал я.

"Сами напросились," сказал Юрген, включая передний огнемёт и сжигая пару бросившихся на нас боевых дронов до того как они смогли бы открыть по нам огонь. "Какой дурак летает с открытой кабиной во время боя?"

"Верно подмечено," сказал я, ныряя за толстый лист брони, по которому пробарабанили обломки от недалекого взрыва. Одна из "Гидр" выплевывавших потоки трассирующих снарядов по снижавшимся нападавшим только что получила прямое попадание, сильный жар плазменного заряда тау подорвал боеукладку и кусок обшивки пролетел там, где я только что был. Если бы я вовремя не спрятался, он бы снес мне голову.

Найдя фуражку на дне пассажирского отделения я нахлобучил ее обратно на голову так плотно, как только мог, чувствуя что должен выглядеть подобающе и осторожно глянул поверх края брони. Мы были единственной Имперской техникой все еще продолжавшей движение в буре поливавшего нас огня, хотя Леман Русс со сбитой гусеницей вращал башней в поисках цели, а из второй Гидры оставшейся вообще без башни вываливался экипаж. Очевидно, тау отдавали приоритет целям, способным им навредить, но я не сомневался, что скоро очередь дойдет и до нашей легковооруженной Саламандры.

"Найди нам укрытие!" приказал я, несмотря на то что был уверен, что Юрген уже сам догадался.

"Ваша правда, сэр, " согласился он, и развернул машину на пятачке, врубив реверс на правый трак со скоростью, вызвавшей тревожный стон в коробке передач, хоть и не сравнимый с шумом, который подняли бы технопровидцы если бы при этом присутствовали. В очередной раз я вцепился в крепление оружия для устойчивости, в то время как мы резко изменили направление, а плазменные заряды вскипятили камнебетон там, где мы были бы, если бы не маневр Юргена.

Первый из атакующих БТРов приземлился метрах в ста впереди нас. Его амортизаторы еще не разогнулись после столкновения с рокритом когда упал выдвижной мостик. В тоже мгновение пара смертоносных дронов взмыла в воздух для прикрытия и огневой поддержки высаживающегося отряда десантников. Ксеносы двигались с неимоверной ловкостью несмотря на свои бронежилеты, их лица выглядели похожими на насекомых с красными линзами на их лицевых панелях.

Не испугавшись я открыл огонь по воинам и транспорту который и так находился под дождем болтеров. Несколько плазменных выстрелов сделаных из ручного оружия десанта пришлись в броню рядом со мной оставив на керамите глубокие кратеры. Затем бронебойный снаряд пробил пассажирский салон насквозь создав дырки в которые я мог бы спокойно просунуть кулак.

"У одного из них есть рейлган" крикнул я Юргену. Хотя сочетания шума двигателя и перестрелки не позволяло ему услышать меня иначе чем по воксу так что не было никакого смысла повышать голос. Я попытался развернуть штурмовой болтер в сторону наземных войск, но кусок Гидры оторванный взрывом забился в крепление и я не мог повернуть его вниз в достаточной степени. Фрак!

"Я займусь этим" заверил меня Юрген снова включив огнемет, добавив вдогонку очередь из тяжелого болтера. Отряд десантников был разбросан вокруг выдвижного мостика, а внутри их транспорта полыхал прометий попавший внутрь через все еще открытый вход десантного отсека. "Это будет сложнее чем они думали".

Мгновение спустя экипаж выскочил через верхние люки став легкой добычей для огня лазганов еще живых и сражающихся гвардейцев.

В этот момент я начал надеяться что баланс сил может склониться в нашу пользу. Тау имели определенные преимущества при стрельбе с дальнего расстояния, но у них не хватало смелости для рукопашной схватки. Тем временем как уроженцы мира смерти [4], которые здесь составляли большую часть гарнизона, предпочитали работу штыком и прикладом лазерному огню при любой возможности. Их накидки из шкур орков кружились вокруг них во время боя с такой яростью и энергичностью, что казалось, что те все еще не сняты со своих законных хозяев. Это не означало что они сражались как берксерки Кхорна, скорее наоборот. В тех местах из которых они прибыли выживание зависело от использования мозгов в той же степени что и оружия.

"Всем отрядам назад" прозвучал голос Генерала Бредика по воксу, как раз вовремя чтобы остановить их. "Защитить бункер".

Я не могу критиковать его тактику, наши приоритеты были ясны, защищать цель которую назначили себе тау, но с того места где я стоял (а если быть точнее - мотылялся, как горошина в жестяной банке), мы опять отдали им инициативу [5].

"Держитесь, сэр", призвал Юрген, снова начиная стрелять из переднего тяжелого болтера. Другой изящный и смертоносный БТР выплывал из темноты над нашими головами, преграждая нам путь, когда пилот повел его на посадку. Разрывные болты вгрызались в броню корпуса, не причиняя большого урона, судя по тому, что я видел, но по крайне мере мы, должно быть, напугали пилотов, поскольку Скат тяжело приземлился, деформируя свое шасси; хотя я злобно надеялся, что мы доставили им больше неприятностей, чем эта мелочь. Сотрясение от столкновения с поверхностью явно оказалось неожиданным сюрпризом и для десанта: вместо высадки в организованном порядке, обеспечивая оборону на посадочной рампе по ходу высадки, они выплескивались наружу, словно покидали уничтоженную машину, и я с удовольствием отметил, что, по крайней мере, несколько из них хромали. Саламандра резко дернулась, когда Юрген развернул машину, чтобы иметь возможность использовать ее орудия как можно дольше. "Упс".

«Действительно упс», - согласился я, держась изо всех сил, поскольку мой помощник продолжал трясти нас из стороны в сторону, стараясь уклониться от вражеского огня ксеносов, или, возможно, задавить нескольких отставших солдат. Трудно определить, что было истинной его целью, так как я был более, чем немного озабочен попыткой удержаться на ногах.

Учитывая, что здесь все еще, возможно, оставалось несколько гвардейцев слишком медлительных, либо смышленных, чтобы воссоединиться с Брэддиком в центре захлопывающейся ловушки, и то, что у меня была репутация, которой необходимо было соответствовать, я тоже выпустил несколько очередей из штурмболтера. Мне не удалось поразить кого-либо из рассредоточивающихся Следопытов, разрывные снаряды просто свистели над их головами из-за поврежденной оси крепления, но я был вполне уверен, что как минимум помешал им прицелиться.

- Там достаточно неплохое укрытие, - сказал Юрген, упорно придерживаясь моего последнего приказа, и совершенно не считаясь с тем, который отдал Брэддик [6], что меня вполне устраивало. Взрыва от одновременного залпа тяжелого и штурмболтера хватило, чтобы разорвать заборное ограждение, которое в лучшие времена должно было сдерживать смиренных гражданских от посягательств на освященный рокрит Гвардейского гарнизона; и с креном, чуть не сломавшим мне позвоночник, мы перепрыгнули через кладку опоры прямо на дорогу за ней. Траки нашей доблестной Саламандры глубоко вгрызлись в проезжую часть, разделяющую периметр бараков и заброшенное промышленное сооружение, и Юрген вогнал рычаг дросселя так далеко вперед, насколько это вообще было возможно.

- Этот плавильный завод все еще стоит. Большей частью.

«Продолжай движение», - сказал я. Теперь мы были в стороне от зоны боевых действий, и я не видел причин, чтобы задержаться и стать литературной сноской в Последнем противостоянии Брэддика.

«Комиссар Каин, ответьте», эхом прозвучал голос генерала в моей комм-бусине, словно упрек к этой мимолетной мысли. «Вы там?»

- Мы отрезаны от бункера, - ответил я ему достаточно правдиво, поскольку это было бы самоубийством, попытаться с боем прорваться назад к нему через стремительно развёртывающихся тау, - ксеносы полностью окружили его.

Что возможно было небольшим преувеличением, которое впрочем, скоро станет правдой. Их предпочитаемой тактикой при столкновении с укрепленной огневой точкой всегда было окружить ее, и, полагаясь на превосходящие дальность поражения и огневую мощь своего оружия, изнурить защитников. Кровавую работу по собственно штурму и взятию цели они предпочитали спихивать своим подчиненным крутам [7], за что я не мог их винить, особенно потому что круты, кажется, наслаждались подобной работой.

- Я собираюсь направиться к южному анклаву и попытаться сплотить оставшиеся там боевые подразделения, прежде чем станет слишком поздно.

Большинство подразделений, которые мы имели в запасе, были сосредоточены в южной части города, что делало ее лучшим местом для пребывания в соответствии с моими интересами; чем больше тел я мог поместить между собой и тау, тем лучше. Имея каплю удачи, мы сможем продержаться достаточно долго до появления экспедиционного корпуса Живана и эвакуации выживших, в число которых я был полон решимости войти, и в худшем случае будет достаточно легко для меня залечь на дно на более или менее неопределенный срок. Я не забыл тех уроков, которые получил на Перлии, скрываясь от орков, и тау в отличие от зелёнокожих будут гораздо менее склонны тратить время и ресурсы на выслеживание тех, кто не будет делать глупостей и привлекать их внимание стрельбой или взрывами.

"Хорошая идея", сообщил Брэддик, явно полагая, что мой план подразумевал возвращение с новыми силами и прорыв осады.

«Просто продержитесь столько, сколько сможете», передал я по воксу, не найдя духу, чтобы разубедить его, и будучи уверенным, что он сделает это в любом случае - вне зависимости от моих слов. «Император защищает». Хотя, насколько я понимал, Ему придется сильно потрудиться, чтобы сохранить Брэддика целым и невредимым достаточно долго.

Кстати, Он, казалось, не собирался делать то же самое для меня. В конце улицы перемещались тени, слишком быстро и плавно, чтобы опознать, но некоторые из них выглядели неприятно большими. Вдруг заброшенный плавильный завод лишь выглядел отличным выбором, а на деле таким не являлся, но было уже слишком поздно беспокоиться об этом; что бы ни скрывалось выше по проспекту, к настоящему моменту оно должно было нас уже засечь, и, можете быть уверены, наводило свои пушки на наш след на ауспексе.

«Зажги свет», приказал я Юргену, снова борясь с поврежденной орудийной стойкой, и снова безрезультатно. Ничто не освободило бы этот заевший механизм кроме как благословения техножреца, которого никогда не бывает поблизости, когда вы действительно в нем нуждаетесь.

«Так точно, сэр», ответил мой помощник, и я рефлекторно прищурился, когда загорелся мощный прожектор, луч хаотично прорезал темноту в ответ на каждый толчок насилуемой нами подвески. Затем воздух, казалось, начал застывать в моих легких, когда танцующий луч света выхватил из темноты скопление фигур неких гуманоидов в два человеческих роста. Дредноуты, или их аналог тау, во всяком случае: такие же тяжеловооруженные как их Имперские прототипы, и намного более маневренные.

«Вторая волна на подходе», передал я по воксу Брэддику. Если мне было суждено умереть, то я решил, что можно оставить память о себе в виде последних героических слов. «Я задержу их, насколько получится».

Что, судя по всему, не собиралось быть дольше секунды или двух, особенно потому что я не сказал ничего о попытке завязывания боя с громадными боевыми экзоскелетами. Удержание их внимания достаточно долго для того, чтобы они убедились, что я просто еду мимо и не стою траты боеприпасов, было бы мне на руку.

- Можете назвать их численность и диспозицию?, - спросил Брэддик, решив извлечь собственную выгоду из моего благородного самопожертвования, и я стиснул челюсти. Очевидно «Много, и никто не улыбается», не было бы лучшим ответом. Одному Трону известно, кто мог прослушивать вокс-канал, и если каким-то чудом я бы выбрался из этой заварухи сухим, последнее, что мне было бы нужно, так это аудиозапись, на которой я начинаю паниковать и готов дать деру, всплывающая как раз вовремя, чтобы помещать мне наслаждаться преимуществами еще одного роста моей «мошеннической» репутации. (Не то, чтобы я имел что-то против паники и бегства со всех ног; напротив, это всегда срабатывало для меня. Вся хитрость заключается в том, чтобы никто больше не понял, что ты делаешь на самом деле, в противном случае тебе потом придется терпеть всю эту утомительную рутину трибуналов и расстрельных команд [8]).

«Подождите секунду», ответил я в надежде выиграть немного времени, и еще более горячо надеясь, что следующим звуком по воксу не станет зловещий всплеск статики, сопровождаемый молчанием. Я отдал жестами сигнал Юргену. «Убери нас с улицы!»

«Слушаюсь, сэр», отреагировал он как всегда флегматично и круто повернул руль. Снаряд рейлгана взвыл ровно в том месте, где мы ехали мгновение назад, звуковая волна от его полета всколебала воздух и раскачала подвеску Саламандры. Я нырнул вниз, когда мой водитель решил провести нас прямо через стену склада, не потрудившись поискать ворота, стена взорвалась вокруг душем из расколотого кирпича, когда он пошел на таран.

«Боевые экзоскелеты», - констатировал я Брэддику, защищая свою голову от урагана кирпичной кладки, как только мог, пока Юрген был занят разрушением внутренних перегородок в нашей безрассудной гонке к некоему подобию безопасности. Луч прожектора выхватил полную Кризис-команду прямо перед тем, как они открыли огонь, и я попытался вспомнить увиденное во всех подробностях. Которых было не много, по правде говоря, я был слишком занят сохранением головы на плечах. «Полный отряд, но возможно их еще больше». Я думал, что видел, по крайней мере, трех из них, но они были адски быстры и проворны, и в темноте трудно быть полностью уверенным. «У них есть рейлганы», - добавил я запоздало. Как минимум у того, кто стрелял в нас, и я не собирался возвращаться, чтобы рассмотреть остальных.

«Тогда мы долго не протянем», заключил Брэддик, удивительно спокойно при данных обстоятельствах. Мы оба знали, что сверхзвуковые снаряды пройдут через армированный феррокрит (железобетон – прим. перев.) бункера, как Юрген через безе, с равным количеством оставленных после себя крошек.

«Я думаю, мы оторвались, сэр», сообщил Юрген действительно хорошую новость, тараня большие деревянные ворота пока говорил. Мы плюхнулись где-то с метровой высоты поднятого погрузочного дока, даже не замедлив хода, наши вращающиеся гусеницы врезались в рокрит двора, кроша и разбрасывая гравий, как шрапнель при взрыве. Пол Саламандры взлетел вверх, ударив меня по лицу и выбивая воздух из моих легких, и я почувствовал вкус крови во рту, где ободрал об зубы щеку.

- Хорошо, - выдохнул я, чувствуя относительно незначительный дискомфорт, как малую цену в уплату за наше избавление; но конечно я поторопился с выводами. Едва я снова встал на ноги, опираясь на уже полюбившуюся орудийную стойку, как один из высоченных экзоскелетов приземлился прямо перед нами, сотрясая землю при посадке. Приподнятое место стрелка в задней части Саламандры позволило моей голове находиться почти на уровне с головой пилота [9], и я вздрогнул, когда луч целеуказания проскользнул по моему лицу, ослепляя меня на мгновение.

«Держитесь, сэр!» - прокричал Юрген, как будто я делал что-то другое в течение последних десяти минут, и открыл огонь из орудийных установок. Град болтерных снарядов и поток прометия ревели навстречу гигантскому воину, но пилот запустил прыжковые двигатели в самый последний момент и ловко перепрыгнул этот губительный огневой вал, как ребенок через скакалку.

Моргнув, чтобы прочистить подослеплшие глаза, я попытался отследить пронесшийся силуэт шторм-болтером, но к этому времени крепление окончательно пришло в негодность; что, я полагаю, было не удивиельно, учитывая полученные им поврежедния. Затем я с ужасом осознал траекторию движения боекостюма. "Юрген!" - заорал я, - "Наружу!"

Подтверждая слово делом, я выкатился из пассажирского отделения и собрав все силы прыгнул, молясь Трону о мягком приземлении. Такого конечно же не произошло, у Императора как всегда хватало дел и без того, но Юрген как раз вдавил тормоз чтобы избежать столкновения с нависшим над нами врагом, без сомнения решив что удар просто сломал бы нам шеи не причинив особого вреда боекостюму, так что в тот момент мы двигались значително медленнее. Я шмякнулся о камнебетон двора с силой, достаточной чтобы сломать мне пару рёбер, что было довольно неприятно, но бывало и хуже, так что раз я был в состоянии жаловаться, значит легко отделался, учитывая все обстоятельства.

Через секунду после моего приземления дредноут тау опустился точно на Саламандру, вминая ее в камнебетон со стоном раздираемого металла, как если бы она была не крепче картонной коробки. Ручейки прометиума вытекали из разорванных топливных баков машины и огнемета, растекаясь вокруг поврежденной машины как кровь из смертельной раны.

"Юрген!" - позвал я, - "Ты где?"

"Здесь, сэр." Мой помошник перекатился в положение сидя, частично скрытый в тени стены в дюжине метров от меня, и попытался встать, одна рука была прижата к голове с боку. "Я сейчас...сейчас буду..." Затем его ноги не выдержали и он сполз, сев на ляжки. Темное пятно виднелось под пальцами руки, что не привлекло бы внимания, если бы оно медленно не расползалось; если бы не шлем, удар от приземления проломил бы ему голову.

"Не высовывайся!" приказал я, как будто у любого из нас был хоть какой-то выбор. "Я только разберусь с этой неосвященной кучей металлолома, и мы доставим тебя к медикам." А затем и некроны займутся флористикой, добавил я про себя. Я ткнул пальцем туда где должна была быть моя комм-бусина в надежде позвать помощь, но лишь хорошенько прочистил ухо; похоже в гуще событий я и мой крохотный вокс-передатчик разошлись путями. Мы были сами по себе.

Боекостюм тау сделал шаг назад, убрав одну ногу с остатков отслужившей свое Саламандры, оставив вторую ногу на ней, в результате чего стал похож на охотника с трофеем, позирующего для пикта. Его голова повернулась, сканируя двор и я отчаянно оглянулся вокруг в поисках чего-нибудь похожего на укрытие, но напрасно. Меня окружал лишь ровный камнебетон, я был легкой мишенью.

Схватившись за оружие, я почуствовал себя лучше, ощущая вес цепного меча в руке, хотя против тяжелобронированного боекостюма он был более чем бесполезен. Затем едкий запах пролитого прометия защекотал мне ноздри и отчаянный план начал расти в моей голове, хорошо удобренной паникой. Лазпистолет в другой моей руке всего лишь оцарапает с него краску, но...

Зловещая фигура подняла руку, смертоносно выглядящее роторное орудие начало поворачиваться в мою сторону; даже одного его выстрела было достаточно чтобы испарить меня на месте. Не имея времени на раздумья, я вдавил спусковой крючок лазпистолета.

Прицел был верен, лаз-заряд чиркнул по металлу окружавшему Саламандру, хотя к этому времени в воздухе было столько паров прометиума что место попадания не играло практически никакой роли. Пары тут же сдетонировали, выпуская из обломков разрастающийся во всех направлениях шар огня, так близко что опалило мне брови. С ударной волной пришла печная жара, прижав меня к земле и забросив мой меч куда-то в тени. Но лазпистолет я все-таки удержал, аугметические пальцы на моей правой руке не ослабили хватку, за что я был благодарен.

На мгнновение я решил что мой отчаянный план удался и что боекостюм сгорел во взрыве, или по крайней мере был поврежден достаточно, чтобы убедить пилота отказаться от преследования. Но, как оказалось, я не учел прыжковые двигатели. Они тут же сработали, позволив огромной машине оседлать ударную волну в едином балетном прыжке, понеся ущерб не больший, чем легкие подпалины в районе лодыжек.

Я в очередной раз встал на ноги, только для того чтобы в очередной раз пошатнуться когда боекостюм врезался в землю. В этот раз я устоял, хотя устойчивости у меня было не больше чем во время поездок с Юргеном, в то время как бронированный гигант неуклонно приближался, сотрясая землю с каждым шагом. Наведя свой лазпистолет я сделал несколько отчаянных выстрелов, срикошетивших от пластин корпуса, но это его даже не замедлило.

Затем, благодаря свету от горящей Саламандры, я наконец увидел выход из ловушки - вторую погрузочную дверь, чуть дальше и в этот раз на уровне земли. Я тут же помчался к ней, но до того как я туда добрался, гофрированный лист металла выгнулся и был разорван еще одной громадной машиной, как будто был не плотнее занавески. Она тоже неторопливо направилась ко мне, и я отступил на несколько шагов, не переставая стрелять в нее, но толку было не больше чем если бы я швырял в нее перья. Отступив еще где-то на дюжину шагов я чуть не споткнулся о что-то податливое но удержался благодаря стене за ним когда знакомый запах ударил мне в нос.

"Бегите, сэр. Бросьте меня", невнятно произнес Юрген, почти теряя сознание.

"Ни в коем случае", - я заверил его, убежденный что побег более невозможен. Я поднял руки и позволи лазпистолету упасть на камнебетон. Возможно они нас не расстреляют на месте, если решат что мы теперь безвредны. По крайней мере это были не злобные, грубые существа как орки, или утонченные садисты как эльдары-грабители, в чьи руки нам было бы лучше не попадаться живыми.

Тут прицельный луч еще раз прошелся по моему лицу и я вздрогнул, проклиная себя, что не стал бороться до конца. По крайней мере я сохранил бы иллюзию возможного спасения до самого конца, вместо сокрушительной уверенности в неизбежности бесчестной бойни. Я собрался, надеясь что Император будет в хорошем настроении когда я предстану перед ним, или хотя бы выслушает мои оправдания.

"Вы комиссар-герой Кайафас Каин?" спросил голос на запинающемся Готике, забавно шепелявый акцент тау усиливался внешней вокс-системой, расположенной где-то на боекостюме, что смотрел на меня.

"Да, это так", сказал я, стараясь чтобы внезапная надежда не отразилась в моем голосе. Раз они намерены общаться, то стрелять прямо сейчас не будут, хотя будь я проклят если нам вообще было что обсуждать. "А кто вы?"

"Уй-Тичинн, из шас'уй ка'суи[10]. Во имя Высшего Блага мы просим вас передать сообщение коллегам"

Все лучше и лучше. ОЧевидно что стрелять в посланника они не будут, надеюсь что и Брэддик не станет[11].

"И что будет в этом сообщении?" спросил я, стараясь казаться не очень сговорчивым. Они вполне могли вести запись и я совсем не нуждался в обвинениях в сотрудничестве с противником ради спасения своей шкуры.

"Мы желаем заключить перемирие", сказал тау таким тоном, как будто это было самой очевидной вещью в галактике, в то время как они готовились выхватить контроль над всей планетой из наших рук.

"Перемирие?"- переспросил я, не совсем уверенный в том что услышал. "Вы уверены?"

"Полностью," - заверил меня усиленный голос. "Враждебные действия нужно прекратить на этом мире. Того требует Высшее Благо. Для обеих империй."

Примечание редактора:

Одной из наиболее раздражительных черт Каина как летописца является склонность пропускать те периоды времени, в которые не произошло ничего интересного с позиции его всенепременно эгоцентричной перспективы. Вот и сейчас подобный пропуск имеет место, повествование продолжается после пробела в несколько недель.

Потому я привожу данную выдержку в надежде частично восполнить данный пробел.

Из "Крестовый поход и последствия: История военных действий в Дамокловом заливе", Варго Ройз, 058.М42.

Предложение Тау о перемирии было встречено с достаточной долей недоверия, не в последнюю очередь благодаря Комиссару Каину который его доставил, но в любом случае у имперских сил, которые находились на грани уничтожения, не было другого выхода кроме как принять его. Собственно когда флотилия подкрепления во главе с Лордом-генералом прибыла вместе с наспех собранной дипломатической миссией силы генерала Бредика полностью контролировали Райский пик и это был не единственный сюрприз который их ожидал. Вскоре гарнизон Квадривидии был усилен до такой степени что мог противостоять любому нападению со стороны Тау. Но это была уже излишняя осторожность ведь Тау отступили на самые дальние рубежы которые у них имелись сразу после достижения договоренности о прекращении огня. Это было крайне подозрительно, но когда начались переговоры их мотивы стали ясны..

Глава третья

"Они что-то замышляют," сказал я, радуясь возможности опять находиться на палубе Имперского судна. А то, что это был флагман Живана, а значит самый тяжеловооруженный корабль флота, лишь добавляло изюминку к моей радости от того что я вернулся с Квадравидии целым и невредимым.

"Конечно замышляют", согласился Живан. К немалому моему удивлению он сам встретил меня в ангаре у шаттла, но мне было приятно вновь увидеться с ним, и похоже он чувствовал то же самое ко мне, хотя визит мой был деловым, а не дружеским. "Они ничего не добавили к тому, что сказали в вашу первую встречу?"

"О причинах для заключения перемирия ни слова", ответил я, немного повышая свой голос над клацаньем ботинок его личной стражи, что маршировала перед нами, расчищая коридор словно отвал бульдозера. Свет потолочных ламп отражался от полированных шлемов и хеллганов, которые солдаты держали в боевом положении, несмотря на дружественное окружение. Капитан и его команда вряд ли были рады толпе тяжеловооруженных Гвардейцев, размихавающей пушками на борту их корабля, но этого требовал протокол, и учитывая число покушений которое уже пережил Живан[12] я уж точно не собирался жаловаться."Обычное нытье о деталях." О которых позаботился Брэддик и его люди, позволяя мне отвлечься на более приятные вещи. "Боюсь, что не могу просветить вас о них, я еще не все бумаги разобрал"

"Кстати, как ваш подчиненный?" - спросил Живан, когда мы подошли к двери в его апартаменты."Надеюсь, ему лучше?"

"Я передам вашу заботу о его здоровье" ответил я. Юрген скорее всего еще дулся, что пока остался не у дел, но медики рекомендовали не нагружать его сильно в ближайшее время, а тряска в шатле вряд ли способствовала бы его выздоровлению. Кроме того, я хотел чтобы он был в бункере и предупредил меня в том случае, если бы Брэддик поспешил с выводами, например, обратил бы свежеприобритенные силы на оголенные тылы тау. Один Трон знает, мне бы хотелось так поступить на его месте.

"Я слышал о вашем поступке, что вы вернулись за ним. Не многие бы так поступили" - сказал Живан, проводя меня в парадную в то время как штурмовики взяли под охрану коридор снаружи.

"Он бы поступил точно так же", честно ответил я. Похоже дипломаты тау уже вели диалог с коллегами из Империума и еще одна ложная история о моей храбрости набирала обороты. Я расположился в мягко обитом кресле и с благодарностью принял кубок амасека, что уже налил для меня слуга Живана. Никогда не мешает поддерживать добрые отношения с прислугой учитывая мою тайную роль в качестве глаз и ушей Эмберли. Через них я уже получал несколько ценных кусочков информации, пригодившихся и мне и ей.

"Не сомневаюсь", сухо ответил Живан, принимая мою скромность как должное, и уверяясь в истории моего героизма. Он принял свой кубок и слуга торопливо вышел из комнаты, закрыв за собой двери с удовлетворительно громким стуком. Теперь никто не мог нас подслушать. "Мне нужно твое присутствие на первой встрече."

"Думаю, смогу,"- с готовностью согласился я. Комиссариату в любом случае потребуется отчет, и если бы я отказался от роли наблюдателя, они послали бы другого комиссара, приписанного к нашей группе войск. Я не был знаком со всеми, но из тех кого я знал большинство бы радостно настаивали на полномасштабном вторжении на Квадравидию, в случае если бы тау не собрали бы чемоданы сей же час, а такой вариант развития событий закончился бы крайне плохо. К тому же я уже имел дело с тау и их приспешниками, и меня не покидало ощущение, что здесь что-то не так. И когда неизбежное случится, я хотел быть в курсе событий.

"Это будет неоценимой помощью," вставил новый голос, и я, повернувшись, увидел знакомое лицо - узкое, серьезное, с едва заметным шрамом, полученным в ночь о которой я бы предпочел забыть.

"Донал,"- я встал чтобы пожать ему руку, одновременно удивленный и обрадованный встретить высокопоставленного дипломата, с которым я впервые встретился на Гравалаксе, в ту же ночь, что и с Эмберли, где-то шестьдесят лет назад. "Вы возглавляете делегацию?"

"Похоже, что так." Он разгладил несуществующую складку на своей безупречной робе, одаряя меня аурой спокойной рассудительности, которую я так хорошо помнил. "Вы более чем неплохо выглядите, для человека вашей профессии."

"Просто повезло", ответил я с большей честностью, чем обычно. "И я могу то же самое сказать и о вас." В его висках было больше седины, чем я помнил, но и в моих тоже.Что не удивительно, учитывая сколько раз меня пытались убить с момента нашей последней встречи.

"Можно скзать нам всем повезло," заметил Донал. "Если бы вас не было на Квадравидии, тау скорее всего не стали бы предлагать вести переговоры."

"Меня?" - с искренним удивлением ответил я. "Простите, но не понимаю, при чем здесь я."

Донал занял кресло между мной и Живаном, после чего потянулся к графину, который слуга оставил на столе из полированного обсидиана, окруженного креслами. "Тау все еще помнят вашу роль в разрешении Гравалкского инцидента"

"Правда?" - ответил я, неприятный холодок пробежал по моей спине. Ксеносы потеряли лицо в том противостоянии, и если они все еще держали обиду, мне стоило начать оглядываться почаще.

"Правда. Они высоко оценили вашу прямолинейность и преданность Высшему Благу Империума." Произнося это, Донал пригубил напиток, эффективно скрыв любые эмоции, которые сопровождали произнесенное.

"Поэтому они были уверены, что ты передашь сообщение и убедишься что руководство его услышит." - добавил Живан.

"А не проще ли было передать по воксу," - спрсил я, "вместо того чтобы гоняться за мной через пол города?"

"В тот момент они не знали, что это были вы," заметил Донал. "К счастью они узнали о вашем присутствии среди Имперцев благодаря вокс-перехвату, поэтому встроенный когитатор боекостюма что вы встретили имел инструкции искать среди офицеров того, чьи черты были похожи на старый пикт с Гравалакса."

"Понятно," сказал я, вспоминая луч целеуказателя, который прошелся по моему лицу и стараясь не думать, насколько тогда мы были близки к тому, чтобы у машинного духа ксеносов не осталось ничего опознаваемого для сканирования. "Но лучше бы передали по воксу."

"Не уверен, что генерал Брэддик его бы прослушал," сухо заметил Живан, и я не мог с этим не согласиться. К тому времени как я вернулся в бункер, Брэддик решил что внезапное прекращение бомбардировки это подготовка тау к полномасштабной атаке, и мне пришлось приложить немалые усилия в убеждении, не говоря уже о бесстыдной игре на своей раздутой репутации, чтобы отговорить его от вылазки в славной сделай-или-умри упреждающей контратаке на позиции противника, в которой совсем не было места для "сделай", учитывая собранные против него силы.

- Ну так где предполагается встретить их? - спросил я. - На Райском Пике или же где-то в оккупированной зоне?

Учитывая, что у них был выбор, я бы остановился на последнем, так как тау контролировали большую часть временных зон, и мне от всего сердца не хотелось огибать горы столицы. Кроме того, никогда не повредит глянуть на вражеские укрепления и подразделения, особенно пока они в тебя не стреляют. На сей раз я бы не постеснялся залезть в крепость к врагу, так как тау вполне можно было довериться, что они выполнят условия перемирия. Они, конечно, мелкие коварные содомиты, но выбросить белый флаг, чтобы заманить тебя в ловушке, все еще им было не по силам [13].

- Ни там, ни там, - к моему удивлению ответил Донал, - Лорд-генерал выразил некоторую тревогу относительно того, что тау могут разнюхать в Имперской зоне, а мой коллега из касты воды [14] выразил аналогичные опасения насчет нашей разведки.

И так как я сам рассматривал такую возможность, то придраться было не к чему.

- Тогда где? - спросил Живан, наклоняясь вперед, дабы самостоятельно освежить свой кубок.

- На одном из покинутых орбитальных доков, - ответил Донал, - мы достаточно легко сможем его обезопасить, да и в данный момент он не занят никакими грузами [15].

- Это по мне, - ответил я, взвесив все за и против, и мгновенно уловив главное преимущество моего положения. Если переговоры провалятся и снова загремят пушки, я буду вполне сносно сидеть сверху над всем этим.

- Я согласен, - сказал Живан, - я попрошу Флот отправить с нами боевой корабль, и при первых же признаках предательства мы разнесем весь док в щепки.

А вот эта идея мне понравилась намного меньше, но Донал уже согласно кивал.

- Тау уже ответили, что предпримут такие же предосторожности.

Оба посмотрели на меня, я натянул на лицо кривую ухмылку, размышляя, что может быть все таки найду какую-то вескую причину, чтобы спихнуть эту работу на одного из моих коллег-комиссаров, на прежде чем мне в голову пришел хоть какой-то план, я отказался от этой мысли. Как Живан, так и тау, все хотели видеть меня на переговорах, и если я отступлю, ксеносы вряд ли заберут свои яйца (или чем там они размножаются) и полетят домой, снова грянет война, мы начнем палить друг в друга, а меня обвинят в том, что я вырвал поражение из пасти компромисса.

- Значит все будут вести себя как паиньки, - заявил я вместо того, что думал, но решил заранее удостовериться, что знаю где спасательные капсулы, еще до того как кто-то из переговорщиков откроет рот.

Как выяснилось потом, мне не понадобился маршрут к бегству, так как все вели себя как на светском приеме, однако в любом случае я все заранее разведал. К этому моменту своей карьеры, моей второй натурой стала привычка сразу же искать кратчайший маршрут к выходу из любого нового места, где бы я ни оказался. что скорее всего подчеркивает тем фактом, что я все еще живой параноик.

Оба военных корабля, которые более пристойно считались "дипломатической защитой" расположились в паре километров от дока, так как вокруг него все еще плавало множество обломков. На самом деле облако было столь плотным, что ничего больше "Аквилы" не могло подлететь к станции и не подвергнуться бомбардировке; соответственно как только мы подлетели к огромной и несколько побитой конструкции, наш транспорт стал нырять и подпрыгивать как пьяный, так как пилот был вынужден постоянно корректировать курс, дабы избежать столкновение.

- Да, тут потребуется уборка, - прокомментировал Юрген, выглядывая из иллюминатора, который при данных обстоятельствах казался мне просто ничтожно тонкой прослойкой бронированного стекла между мной и закрученными в спираль кусками зазубренного металла снаружи. Большая часть была покрыта инеем, поскольку остатки атмосферы кристаллизовались вокруг них, и я изо всех сил старался не очень-то думать о взрывной декомпрессии, которая несомненна предшествовала выбросу. И тут же с болезненным любопытством стал размышлять о том, сколько кусков летающего мусора, что отражался в свете солнца, восходящего над краем планеты под нами, представляют собой трупы тех, кто слишком медленно бежал к закрывающимся переборкам. Кивнув самому себе, я решил что беседа отвлечет меня [16].

- Представляю себе сколько, - согласился я. Я дважды подумал прежде чем брать его с собой, но теперь радовался, что взял. Он почти полностью восстановился, и если придирчивый тонкий голосок в моей голове прав, и тау что-то замышляют за кулисами, то лучше него никто не прикроет мне спину. К тому же я был не в настроении, после моей небольшой беседы с Живаном и Доналом, и раздражение от этого будет меня изводить еще несколько недель.

- Но зато благодаря ему, никто не сможет подкрасться к нам незамеченным.

- Никто здоровый, - после секундного размышления ответил Юрген, - но зато очень просто проскользнет одна из небольших тех штуковин - дронов, и никто его не заметит. Ауспекс будет забит сигналами.

- Совершенно верно, - сказал я, не особо-то довольный тем, что мне подкинули еще причину для волнений. Причем я не видел причин, зачем тау делать что-то такое, но затем понял, что все таки в этом есть смысл.

- Ты уже видишь космическую станцию?

Юрген покачал головой:

- Я думаю она на вашей стороне.

- Твоя сторона была на моей стороне минуту назад, - напомнил я как раз в тот момент, когда пилот заложил еще один вираж, на сей раз вокруг чего-то гораздо большего, нежели обычный кусок мусора, что было похоже на какую-то камеру высокого давления из фабрики или возможно на резервуар для какой-нибудь жидкости. В любом случае он был длиннее "Аквилы", и на мгновение затмил солнце. Когда освещение вернулось, он предстал под новым и неожиданным углом, вызывая у меня головокружение. Когда я проморгался, наконец-то в поле зрения появилась станция.

Конечно за долгие годы я видел достаточно таких конструкций, хотя с тех пор как наш искореженный корабль пролетел мимо такой станции падая на Нускуам Фундументибус своем безумном полете, вид такой же станции моментально заставил меня почувствовать тревогу. Я ждал что непрошеное неприятное ощущение пройдет сразу же как обычно, но оно отказывалось уходить, и через несколько минут я осознал, что оно и не пройдет до тех пор, пока я лучше не пойму происходящее.

- Ну и бардак, - сказал Юрген, как всегда не осознавая иронии, но в данном случае должен признаться, что на то была причина. Тау пытались взять на абордаж станцию во время первой изначальной атаки, надеясь лишить ССО шанса на пополнение припасов и ремонт [17], но они недооценили решимость защитников: встретившись с многократной превышающей огневой мощью и осознав, что их определенно уничтожат, капитан последней канонерки протаранил главный стыковочный рукав, превратив его, как и свой корабль, в высокоскоростную шрапнель, забрав таким образом с собой впечатляющее количество "Мант" [18]. Получившийся погром вынудил обе стороны оставить станцию, хотя я полагаю, что тау уже приложили достаточно усилий по ее восстановлению прежде чем пришел нежданный приказ прекратить огонь.

Когда наш шаттл подлетел ближе, перед нами в полной мере развернулась панорама повреждений космической станции. То, что издалека казалось всего лишь маленькими пятнышками на корпусе, постепенно вырастало, оказавшись огромными пробоинами или ожогами на армированном металле, или же вздутиями от внутренней детонации. И через эти разодранные проломы виднелись аналогичным образом искалеченные внутренние палубы, было понятно, что повреждения были глубже, чем позволял нам заглянуть свет прожекторов.

Тот тут, то там виднелись неисчислимые росчерки, подобные вспышкам светлячков, и на некоторое время я озадачился, пока мы не приблизились к освещенной зоне на краю станции, размером с целый город, там нас ждало тепло и воздух, и тут мимо нас проплыл знакомы гладкий силуэт, который я узнал. Это был гладкий дрон, с которыми я так хорошо познакомился на поле боя, хотя конкретно у этого вместо вооружения торчала горелка; он проплыл мимо иллюминатора, через секунду за ним последовало еще двое, неся с собой решетки и плоские листы обшивки в своих шарнирных манипуляторах.

- Должно быть мы летим туда, - через несколько секунд заявил я, заметив открывающуюся дверь ангара, дабы пропустить "Аквилу". Теперь виднелась обитаемая зона, да так, что можно было разглядеть некоторые детали: из иллюминаторов исходило теплое золотое свечение, а ангары четко и явно контрастировали с темной, мертвой громадой станции. Несмотря на все гостеприимство, я все еще ощущал трепет от нехороших предчувствий. Гладкие, изогнутые, сотворенные тау листы цеплялись к прочной Имперской станции, словно грибы к погибшему стволу дерева, ксеносы отремонтировали и заменили оригинальное строение, осквернив его своим инопланетным присутствием. Они явно намеревались закрепиться, заявляя свои права на всю орбиту, до того, как чтобы там их не взбудоражило, что они были вынуждены заключить мир на самом краю победы.

Однако времени на удручающие размышления не было, так как мы вышли уже на финишную прямую и огромные врата возвышались над нами дабы поглотить крошечный шаттл. Ангар за ними был абсурдно велик для такого скромного судна, он был предназначен скорее для тяжелого грузового лихтера, способного перевозить Титана [19], а вместить он мог несколько таких, так что "Аквила" казалась гномом, забравшимся в огромную пещеру. Через несколько секунд по корпусу пробежался лязг посадочных опор при соприкосновении с палубой, и вой двигателей затих.

Из-за огромного объема герметизация заняла несколько минут, и я провел время разглядывая окружение, все что мог разглядеть из-за инея, который мгновенно затянул иллюминатор как только уплотняющаяся атмосфера соприкоснулась с остывшим в вакууме почти до нуля корпусом. Реконструкция тау, казалось, не тронула внутренний интерьер этого конкретного ангара, и я был обрадован знакомому крепкому структурному каркасу. Тягостное ощущение неправильности, при виде гладких изгибов, что цеплялись к корпусу станции, немного ослабело. Почти всю дальнюю стену все еще занимала аквила, ее распростертые крылья окутывали огромный зал защитой Императора.

Поблизости сомкнутыми рядами стоял еще десяток шаттлов, Имперские ближе к нашему, а характерно закругленные коллеги тау были припаркованы на противоположной стороне, как ни странно, казалось что они получили благословение от Имперской иконы позади них. Хотя постепенно тающий иней все еще закрывал обзор из иллюминатора, я разглядел движение, поначалу приписав его защищенным от вакуума сервиторам, что обслуживали воздушные насосы, или возможно просто разгуливающих по просторам в поисках грузов, которые привыкли перетаскивать. Но как только температура подросла и бронированное стекло очистилось, геральдика и хеллганы выдали в них свиту Живана.

- Лорд-генерал должно быть уже здесь, - заметил я, моя догадка подтвердилась почти сразу же, как только я заметил его личный шаттл, почти скрытый позади соседнего "Арвуса", и Юрген кивнул.

- И он доверяет ксеносам не больше нашего, - с одобрением добавил он.

- Думаю это взаимно, - сказал я, заметив такое же движение среди шаттлов ксеносов на огромной пустой палубе между нами.

- Они тоже разместили охрану.

Бронированные фигуры казались необыкновенно приземистыми для тау, и дальнейшее наблюдение подсказало причину.

- Судя по всему это демиурги.

Так что давно ходившие слухи, что массивные ксеносы летают с флотом тау, подтвердились.

- Не важно кто они, - сказал Юрген, с готовностью и по своему обыкновению сведя на нет все политические сложности, - если они станут у нас на пути - то они корм для крутов.

- Совершенно верно, - ответил я, надеясь что на деле будет столь же просто как на словах. Затем шипение герметичных запоров информировало меня о том, что атмосфера снаружи уже достаточно плотная для дыхания, и что пора выгружаться. Я поправил свою фуражку, в надежде что встречающая делегация сочтет ее достаточно героической, и начал спускаться по рампе.

Глава четвёртая

После замкнутого пространства шаттла, ангар казался как никогда большим, мрачная металлическая равнина убегала вдаль почти на километр [20], не прерываемая почти ничем кроме как редкими топливными шлангами или деактивированными погрузчиками. Остаточный холод вряд ли придавал месту гостеприимства, хотя Юрген радовался как ребенок, что снова при каждом выдохе видит свое дыхание.

После обмена приветствиями и парой слов с Гвардейцами, что мы видели через иллюминатор "Аквилы", мы с помощником потрусили к люку, на который те указали, оставив их наедине с противоположной стороной испепелять друг друга ненавидящими взглядами через гулкую пустоту ангара.

Хотя я знал, что пока мы не достигнем люка, вряд ли риск, что все перейдет в активное столкновение, велик, поскольку ветераны штурмовики, приписанные к личной охране Живана были слишком дисциплинированны, чтобы начать что-либо, но должен признаться, что ощутил что-то типа облегчения, когда мы подошли к воздушному шлюзу в стене [21]. Демиурги могут быть раздражительными, особенно когда тау не приглядывают за ними, а даже в лучшие времена на открытой местности я ощущал себя опасно открытым.

Как только дверь ангара с глухим стуком закрылась за нами, температура почти тотчас же поднялась до приемлемого уровня, что бесконечно меня радовало, хотя мое обновленное хладнокровие длилось не дольше, чем мы открыли следующую дверь. Вместо прочных металлические переборок, коих я ожидал, стены коридора были гладкими, из сине-белого полимера, отражающего бледное сияние люминаторов тау. Стало ясно, что эта часть станции всецело в руках врага.

- Комиссар Каин? - меня ждала молодая женщина в бледно-серой юбке, искусно заплетенная коса доходила ей до середины спины. Но ее внешность еще сильнее тревожила, нежели окружающая обстановка.

- Остальные делегаты ожидают вас в конференц-номере.

Ее Готик был безупречным, хотя не лишен особой шепелявости, присущей тау.

- Тогда я должен извиниться за свое опоздание, - ответил я, с большой непринужденностью пряча свое замешательство. За долгие годы я уже достаточно напрактиковался в этом. Хотя по правде говоря я был глубоко потрясен. Конечно же разумом я понимал, что тау за последние пару веков аннексировали значительное количество человеческих планет, и их население перевербовано в коварную веру так называемого "Высшего блага", но я никогда не думал, что встречу одного из таких еретиков во плоти, и не на зубцах цепного меча.

- Извинения не требуются, - учтиво склонив голову ответила женщина. Надо признаться, она чертовски хорошо справлялась со своей работой. Потому что она даже не моргнула, когда впервые увидела Юргена [22].

- Пожалуйста, следуйте за мной.

- С удовольствием, - уверил я ее скорее из вежливости, а не потому что так и было, так что я пошел за ней. Послали ли ее тау, чтобы ее присутствие расслабило нас, или же, чтобы оно рассердило нас, или же заставило совершить ошибку? Как бы то ни было, будь я проклят, ежели порадую их хоть какой-то реакцией, кроме полнейшего спокойствия.

- Могу я представить вам своего помощника, стрелка Юргена?

- Конечно, - она кивнула ему, словно я только что представил ей предмет мебели, - рада знакомству.

- А вас как? - спросил я, теперь убедившись, что она была такой же обманщицей, как и я.

- Ау'лис Деврае, Помощник по Внешним Связям.

- Имя от тау, фамилия от Империума, - ответил я, - интересная комбинация.

- Достаточно распространенная в тех местах, откуда я родом, - уверила она меня с улыбкой, которую большинство мужчин сочли бы искренней, - такая смесь напоминает нам о Высшем Благе.

- И где же эти места? - спросил я, пытаясь не говорить так, словно отмечал на карте планеты для вирусной бомбардировки. Ее родной мир явно уже поздно было освобождать. Хотя меня всегда интересовал вопрос, если среди населения ересь пустила столь устойчивые корни, можно ли их вернуть к свету Императора.

- Ка'лей'ат, - ответила она, прежде чем предположить, что это название мне ни о чем не говорит, и услужливо добавила, - наши предки называли его Даунхольм [23].

- Все еще ни о чем не говорит, - признался я. Пока мы говорили, то углубились в станцию, повсюду проходя такую же смесь Имперских систем и тау, что можно было сказать и о самой Ау'лис.

- Это большая империя, - сказала она, совершенно не обидевшись, чем вызвала у меня первую настоящую улыбку; но я полагаю большая часть жителей оставалась в неведении относительно того, насколько малы и незначительны владения тау по сравнению с масштабом Империума, в противном случае они никогда бы не осмелились бросить нам вызов [24].

- Прямо сюда, - она указала на дверь, которая на мой взгляд ни чем не отличалась от остальных, что мы проходили, за исключением какой-то надписи массивным, закругленным шрифтом тау.

- Вы не будете присутствовать на совещании? - спросил я, и женщина покачала головой.

- Я не воин, - с некоторым удивлением ответила она, - я все равно шла в эту сторону, так что предложила проводить вас.

- Послужив Высшему Благу, - сухо сказал я, но она только кивнула или же не уловив сарказма, или же проигнорировав его.

- Своим маленьким вкладом, - согласилась она, - но мне так же были любопытны истории о нашем роде вне империи. Это конечно же слухи, но ты же никогда не знаешь, правдивы они или нет.

- Тогда я надеюсь мы оправдали ваши ожидания, - ответил я, стараясь изо всех сил скрыть свое изумление.

- Определенно, - уверила она меня, хотя по какой-то причине все время смотрела на Юргена, затем даже не оглянувшись, пошла дальше по коридору.

- Еретичка, - пробормотал Юрген в тот момент, когда она уже не могла услышать, при этом он схватился за приклад лазгана, словно жаждал пустить его в дело.

- Верно, - согласился я, завидуя его незамутненной картине мира. Эта встреча порядком меня взбудоражила, и я не мог отделаться от убеждения, что в этом-то и был смысл. Я глубоко вдохнул, поправил выражение лица и подошел к двери, на которую указала Ау'лис.

- Пойдем, давай выясним к чему весь сыр-бор.

Ау'лис назвала помещение конференц-комнатой, но прежде я таких не видывал. Конечно же некоторые атрибуты я узнал, вроде: мягко святящегося экрана гололита, висевшего в воздухе, но изображение было кристально четким, вместо постоянного мерцания, к которому я привык, а края образовывали идеальную сферу, вместо дымки из разбросанных точек. И я целую секунду искал проекционный модуль среди расставленной в комнате механики, нигде не было видно клубка силовых кабелей или же оптических, к которые я ожидал увидеть, а так же ухаживающих за ними техножрецов. Для фокусировки гололиты, к которым я привык, вечно нуждались в настройке, песнопениях, и периодических освященных пинках. Хотя все остальное выглядело по-прежнему: плоские, глянцевые поверхности были под углом перемонтированны к закругленной кафедре, а святящиеся руны хаотичным образом то зажигались на ней, то тухли.

Огромным сюрпризом было отсутствие стола, которому придавался главный смысл любого конференц-зала Империума. Вместо этого нам вроде как предлагали усесться на круглые, подбитые сидения, которые стояли на ковре то тут, то там, словно точащие на лужайке грибы. Примерно десяток был занят, как людьми, так и тау, и примерно столько же оставались свободными. Все люди, которых я видел, сидевшие или стоявшие на периферии, были облачены в Имперские одежды, так что я предположил что других перебежчиков среди контингента ксеносов, тактично убрали с глаз.

Отправив Юргена к телохранителями Живана и для опустошения столика с закусками от моего имени, я уселся между Доналом и лордом-генералом, который улыбался от моей попытки взгромоздиться на раздутую штуковину и не соскользнуть.

- Они достаточно удобны, как вы только к ним привыкните, - уверил меня Живан, после чего сам чуть-чуть покачнулся, и сардонически глянул на Донали, - так мне сказали.

Дипломат же, выглядел совершенно расслабленным, но он провел полжизни сотрудничая с тау, так что у него был вагон времени чтобы привыкнуть к этой особой мебели. Он склонил голову в приветствии.

- Комиссар. Мы ужа начали думать, что вы потерялись.

- У меня был превосходный гид, - уверил я его, - Ау'лис Деврае. Я так понимаю вы встречали ее.

- Наши пути несколько раз пересекались, - любезно ответил Донал.

- И вы ни разу не упомянули, что среди флота вторжения есть предатели люди? - без обиняков спросил я, что было не особо вежливо. Это явно было в новинку Живану, поскольку у него недоуменно поднялась бровь, и он смотрел на дипломата таким взглядом, который многие сочли бы как минимум пугающим.

- Она не приписана к флоту, - объяснил Донал, - хотя полагаю в строю среди войск империи есть люди, как и веспиды, круты и другие, но их не отправят против Империума [25]. Они боятся, что в результате возникших неприятных чувств, сложно будет найти дипломатическое решение конфликта.

- Это как минимум, - согласился я. Учитывая отвращение, которое большинство гвардейцев испытывает к предателям и еретикам, их почти не возможно будет удержать в узде.

- Но здесь есть люди? - настаивал Живан.

Донал кивнул.

- Они называют себя "Способствующими". Но очень точный перевод фразы тау ку'тен вос'кла[26], но достаточно близкое по смыслу. Они прилетают на планету после аннексии, помогают тем кто остался из местной власти восстановить инфраструктуру, и продвигают всем идею Высшего Блага.

- Значит раз Деврае здесь, тау должно быть считали, что Квадравидиа уже у них в руках, - заключил я.

- Ага, начищена до блеска и готова перейти к эфирным, - подтвердил Донал.

- Что вызывает вопрос, почему они передумали, - сказал Живан.

- Похоже сейчас мы это выясним, - сказал я, когда какое-то движение у двери привлекло мое внимание. Тау в искусно шитой робе, ее сложное разноцветное плетение несомненно показывало его статус для тех, кто разбирался, только что вошел в комнату, окруженный такой свитой подданных, что его почти было не видно. Большая часть помощников держала в руках плоские штуковины, я полагаю инфо-планшеты, и все смотрели на нас с разной степенью любопытства, страха и презрения. Ни у кого не было ничего похожего на оружие, но я знал, что лучше ничего не принимать за чистую монету.

- Наша принимающая сторона прибыла.

Донал кивнул:

- Кто-то главный из касты воды. Не знаю кто, но быстроходный курьерский катер прибыл в систему прошлой ночью. Мне сказали, что все последние данные прибыли вместе с ним.

- Но я полагаю, что не сказали что это за информация, - кисло процедил Живан.

Донал кивнул:

- Каста воды предпочитает держать карты на руках до последнего момента, - ответил он.

Я развернулся и наклонился, насколько осмелился, на своем сомнительном сидении, пытаясь рассмотреть едва видимого дипломата, но перед тем как его лицо наконец-то показалось из толпы, знакомый аромат и фигура Юргена нависла надо мной, заслонив мне вид на всю приближающуюся делегацию.

- У них есть танна [27], сэр, - приятно удивленный произнес он и вручил мне изящную чайную чашку, до краев наполненную ароматным напитком. За неимением ничего лучшего, я взял и отпил, наслаждаясь изысканным вкусом [28].

- Я помню, что вы испытываете теплые чувства к этому конкретному напитку, - послышался голос тау, и я встал с сидения, протянув руку для приветствия. Если честно, голос я не узнал, на мой слух голосовые связки тау корежат Готик одинаково, но зато я никогда не забуду лицо того, кто чуть было не убил меня.

- Эль'хассаи, - ответил я. Прошло шестьдесят лет с тех пор как я видел дипломата в последний раз и до сего момента, когда четко мог рассмотреть его. Кто-нибудь из их расы несомненно заметил бы признаки старения, Трон знает, что я сам изменился сильнее, чем было уготовано, но он на мой взгляд выглядел точно так же.

- Рад видеть тебя в добром здравии.

- А я тебя, - вежливо ответил Эль'хассаи, пожимая протянутую руку достаточно осторожно, я понял что он не забыл о моих аугметических пальцах под перчаткой. После чего он повернулся к Донали:

- Эразм. Давно не виделись.

- В самом деле, - спокойно ответил Донали. Хотя держу пари, он был удивлен как и я, встрече своего старого противника с Гравалакса.

- Лорд-генерал, - без запинки продолжил Эль'хассаи, - огромное удовольствие наконец-то лицезреть вас лично.

- Несомненно, - Живан любезно склонил голову, явные признак его нетерпения, - забегая вперед, я слышал что у вас есть что сказать.

Подобно мне, он многие годы взращивая крутое и суровое выражение лица для публики, что лишало возможности обвинить его в грубости и каком-либо подразумеваемом оскорблении; ну по крайней мере это работает с гражданами Империума, знакомыми с его репутацией. Не было смысла что-то оставлять на волю случая и я тут же вклинился, со всей скоростью отвлекая внимание ту, на случай, чтобы эта сторона лорда-генерала ни коим образом не попала в протокол совещания [29].

- Должен признаться, мне тоже любопытно, - сказал я, снова отпивая танна, что прекрасным образом подчеркивало заботливость принимающей стороны, - особенно с тех пор как вы решили сделать из меня мальчика на побегушках.

- Это не так, - уверил меня Эль'хассаи, хотя я не особо разбирался в невербальном языке тау, чтобы сказать, высокомерен он или нет. Насколько я его помню, его хорошее мнение обо мне было достаточно искренним (я спас его жизнь, и черт меня дери, если бы это было не так), так что выдал ему некий кредит доверия.

- Но ваше присутствие стало случайным совпадением, которым мы с радостью воспользовались.

- Да в любое время, - вежливо ответил я и добавил шепотом для Донали и Живана, когда дипломат тау повернулся к гололиту, - но я все равно думаю, что они могли воспользоваться гребаным воксом.

Ни один из них не успел ответить, хотя Донали, отпивая из бокала, издал какой-то интересный булькающий звук.

- Спасибо за ваше участие, - сказал Эль'хассаи, разворачиваясь лицом к гостям, его голос легко разносился по всей комнате. Бормотание переговоров тут же увяло в ожидающей тишине, нарушаемой с одной стороны не громким гулом рециркуляторов, и с другой совсем не слабым чавканьем Юргена, который уминал фуршетные блюда с бокового стола.

- Несомненно наше предложение о перемирии вызвало достаточное количество предположений, - при этим словах он посмотрел в сторону Имперского личного состава, и если бы он был человеком, я бы сказал что в его взгляде читалось лукавство, - но я уверен, что вы сочтете наши причины весомыми.

- Обязательно сочту, если вы наконец-то объясните нам что происходит, - заворчал Живан, затем выражение его лица изменилось, когда на гололите появилось изображение, - Император всемогущий!

- И все Его святые, - с чувством добавил я. Картина была полностью ясна, словно бы изображенный на ней ужас присутствовал в комнате вместе с нами. Хотя если бы это было так, зал нам понадобился бы намного больше, чем весь орбитальный док. Чешуйчатая шкура, толще чем броня боевого корабля, усеянная бесполезными попаданиями орудийного огня, плыла к нам из глубин космоса, вращаясь перед нами подобно живой луне. За хитиновым горизонтом в космосе виднелись другие массивные существа из того же чудовищного рода, окруженные облаком бесчисленных меньших организмов.

- Флот тиранид, - сказал Живан, повышая голос и обращаясь ко всем в комнате, хотя внезапный взрыв вздохов, шепота и молитв Императру от делегатов Империума, точно давал понять, что мы все узнали этих тварей. Он указал на самый большие био корабли.

- Кракен и эскорт.

- По большей части, - удивительно спокойным тоном произнес Эль'хассаи, - этот здоровый на переднем плане левиафан, хотя на изображении он заснят только частично.

Я уставился на него, пытаясь оценить настоящий масштаб ужаса, словно гора из плоти. Или же, учитывая где он находиться, астероид - это было бы подходящим сравнением. В моем разуме забурлили воспоминания о горящей, умирающей твари, что я видел в самом сердце извержения на Нускуам Фундументибус, где нам пришлось принести в жертву целый город, чтобы добить искалеченного кузена этой монструозной твари. И она была реально огромна, хотя я видел только часть ее тела.

- Откуда это взялось? - спросил я, осознав походу слов, что мой вопрос можно интерпретировать неоднозначно, но Эль'хассаи кажется достаточно точно уловил мою мысль.

- Это последняя передача от разведывательного судна, затерянного в Центральной Граничной Полосе [30] менее двух киров назад.

- Примерно восемнадцать месяцев, - прошептал Донал для тех, кто был незнаком с летосчислением тау, - около двадцати.

- И вы только ее получили? - спросил я, стараясь не говорить слишком скептически.

Эль'хассаи кивнул, этот жест он видимо подцепил после длительного времени общения с людьми [31]; я помню как он делал тоже самое на Гравалаксе.

- Судно выпустило курьерского дрона [32] до того как его уничтожили, - сказал он, - изображение, что вы видите было передано в него в реальном времени.

Я был заворожен от ужаса, когда на теле раздутого монстра под нами вспухли неисчислимые пустулы, затем взорвались, выпустив облако вращающихся организмов в космос. Тысячи и тысячи, их крепкие панцири защищали от холода и вакуума, клыки, когти и биооружие готовилось к резне. Я лично видел непередаваемо ужасные порождения флота-улья, но ничего столь же отвратительного - наполовину боевые организмы, наполовину абордажные капсулы, и все безжалостные машины-убийцы. Некоторые несли на себе знакомых мне существ - за полупрозрачными мембранами виднелись по большей части генокрады, термаганты и равенеры - в то время как остальные видимо были достаточно смертоносны сами по себе.

- Почему они просто не включили главные двигатели? - спросил я, на месте капитана тау, я бы уже был на полпути к Вурадалачьим звездам.

- Согласно записанной телеметрии, в это мгновение двигатели уже работали на полную, - трезво ответил Эль'хассаи, - мы полагаем кто корабль каким-то образом обездвижили, давление на корпус соответствовало сжиманию щупальца или хватке когтей.

Живан кивнул:

- Я видел такое несколько раз, - согласился он, - они таранят корабль, фиксируют и запускают внутрь убийц.

К этому моменту наступающая орда заполонила экран, каждая новая деталь ужасала сильнее, чем предыдущая, и должен признаться, я ощутил облегчение, когда изображение наконец-то исчезло взрывом статики.

- В этот момент, - спокойно произнес Эль'хассаи, - мы полагаем что главный реактор перегрузился, но не знаем, было ли это намеренным действием и какие повреждения взрыв нанес левиафану.

- Ага, и осознал о присутствии добычи, - сказал Живан.

- Верно, - согласился Эль'хссаи. Он сделал что-то с управлением проектора и появилась новая картинка, появилась звездная карта со знакомыми созвездиями. Всплыли маленькие иконки, отмечающие Империум, Тау и невостребованные миры; хотя само собой разумеется их категории не совпадали с нашей. Но вряд ли сейчас было подходящее время открывать старые раны, так что я воздержался от реплик, хотя и отчетливо слышал как Живан заскрежетал зубами.

- Дрон с сообщением был подобран здесь, - появилась новая иконка внутри границ империи Тау, - в последний кай'ротаа...

- Примерно два месяца назад, - тихо пробормотал Донали.

Эль'хассаи продолжал говорить, словно не заметил комментарий:

- ... и наш предварительный анализ данных, говорит что вторжение флота тиранид будет где-то здесь, - завершил он.

Появилась еще одна иконка, и Живан от недоумения покачал головой.

- Это не верные данные, - сказал он, - основные налеты тиранид были со стороны Разлома [33].

- До сего времени да, - сказал я, мой взгляд упал на иконку, указывающую на Нускуам Фундументибус. Впавший в спячку рой, что мы нашли там, должен был откуда-то появиться, а флот, на который натолкнулся корабль тау, определенно был достаточно близко и вполне мог выслать разведотряд несколько тысячелетий тому назад.

- Но не в первый раз изолированные осколки флота появляются без предупреждения в разных местах.

- Наш опыт это подтверждает, - согласился Эль'хассаи, - перед лицом очевидного риска, мы послали разведчиков по пути дрона с сообщением, и выяснили, что тираниды действительно сменили курс.

Потянулась линия от места, где неудачливый разведчик впервые наткнулся на флот-улей, к месту, где нашли дрона.

- Они пошли за ним, - тягостно обронил я, все встало на свои места. Что не удивительно, тау сделали практически все, чтобы привлечь внимание тиранид, да они вручили им меню и карту.

- Именно, - подтвердил Эль'хассаи. Зажглась еще одна иконка.

- Флот разведчиков столкнулся с ними здесь, и вступил в бой с несколькими отдельными биокораблями, прежде чем их вынудили отступить. Если тираниды продолжат идти с той же скоростью, то они достигнут границ региона в течении недель [34].

Линия потянулась дальше, разрезая со всех сторон границы двух империй.

- В зоне риска десяток населенных миров, - сказал Живан тоном человека, желающего выплеснуть сразу все плохие новости, вместо того, чтобы рассказывать по одной, - если флот переработает такое количество биомассы, он станет неудержимым.

- Вот почему мы предлагаем вам отбросить в сторону текущий спор, - сказал Эль'хассаи и мрачно кивнул, - этого требует Высшее Благо.

Живан тоже кивнул, все еще пытаясь оценить возможные последствия.

- Полагаю да, - согласился он.

Глава пятая

После такой бомбы, не оставалось ничего, кроме как вернуться на флагман Живана и проработать стратегию, пока тау собирают аналогичную толпу и делают тоже самое. Хотя у них уже было пару месяцев на размышления, и я был уверен, что подготовка уже идет полным ходом.

- Мы не можем просто оставить Квадравидию, - настаивал генерал Брэддик, перенеся свой вес на подлокотники достаточно крепкого кресла рядом с дисплеем. Он явно совершенно не был впечатлен богатой обстановкой личных покоев Живана, как и личным присутствием самого старшего офицера Гвардии в Восточном Рукаве, и посему не сдерживался в выражениях. Нас собрали в операционном зале Имперского флагмана, место скорее всего раньше было грузовым складом для боеприпасов [35], судя по количеству наспех сваренных трубопроводов и временным проводам, застилающим все. Для такого старого участника кампаний вроде меня, я честно говоря очутился дома, где утилитарность правит над эстетикой, особенно если речь идет о военных действиях. Коридор ведущий в нее был застелен коврами, а на стенах в стратегических местах висели картины и голопринты, закрывающие наиболее неприглядные дефекты покраски, что более приличествовало людям возвышенного статуса, вроде Живана, но он любил, чтобы рабочее место не было загромождено и по возможности без отвлекающих факторов.

- Мы не оставим, - уверил его лорд-генерал, как всегда предпочитая откровенный разговор, - но вам придется держаться здесь только с номинальным гарнизоном.

Брэддик грустно улыбнулся:

- Значит для меня ничего не меняется.

- Кроме того, что тау тоже отойдут, - напомнил я ему. Гололит перед нами мерцал в своей обычной привычной манере, и я с благодарностью кивнул технопровидцам, которые бормотали благословения и периодически пинали механодендритами и так уже мятую панель, дабы вернуть изображение звездной карты в фокус.

- Они переводят свои силы, чтобы укрепит оборону вот этих трех систем вдоль края Залива, - когда я показал, они любезно вспыхнули особенно тошнотворным оттенком зеленого.

- Ближайшие к предполагаемой линии наступления тиранид.

Брэддик кивнул, дабы показать, что он не спит и в теме, хотя ему не нужно было демонстрировать свою тактическую сообразительность, его личное дело говорило само за себя.

- Они тоже оставят здесь номинальный гарнизон?

- Сказали, что нет, - ответил я ему, - они сочли риск недоразумений, которые могут привести к эскалации и возобновлению военных действий, слишком высоким.

- Так они просто соберут шмотки и улетят? - спросил Брэддик даже не потрудившись спрятать свой скепсис, - И это после всех стараний по захвату планеты?

- Тау не были бы собой, если бы не проявили прагматизм, - сказал Живан, - нет смысла тратить ресурсы, чтобы поддержать свое военное присутствие, если это обернется сдачей трех других миров нидам.

- У которых вполне хватит сил, сожрать Квадравидию, всместе с теми, кто бы тут не победил, - подчеркнул я. Брэддик снова кивнул, ему эта мысль не понравилась так же, как и мне.

- Посланник Эль'хассаи уверил меня, что их силы полностью отойдет задолго до того как мы начнем эвакуацию системы, - сказал Живан. На самом деле они уже начали улетать, и половина осадной армии уже была в пути для защиты уязвимых аванпостов вдоль границ.

- В следующие три дня Квадравидия прочно вернется в лоно Империума.

- Слава Трону, - с чувством произнес Брэддик, и за это я не мог его винить. Пару недель назад он смотрел в лицо поражению, и это нежданное избавление определенно попахивало божественным вмешательством даже для такого твердолобого циника как я.

- Только кое за чем вам придется присматривать, - сказал я, изо всех сил держа тон голоса нейтральным, но Брэддик не был глупцом и тут же пригвоздил меня своим стальным взглядом.

- Чего мне еще не сказали? - спросил он с вполне понимаемой грубостью.

- Тау предложили репарации, которые Его Превосходительство Губернатор готов принять, - в самых дипломатичных выражениях молвил я.

- Потому что Его Превосходительство Губернатор помешанный на себе, недальновидный имбецил, который не видит мышеловки за сыром, - совершенно не дипломатично добавил Живан.

- Что за репарации? - спросил Брэддик таким тоном, что мне стало ясно - он всецело разделяет мнение лорда-генерала на счет помазанника Императора на Квадравидии.

- Помощь в восстановлении, - ответил я, - ресурсы, эксперты и гражданские советники для координации всего, включая Администратум и Адептус Механикус.

- Ага, а все это время подрывная деятельность и ересь в придачу, - фыркнул Брэддик.

- Не сомневаюсь, - согласился я, - на вашем месте, я бы пристальное внимание уделил отступникам людям, называющими себя "Помощниками".

- Уж можете положиться, - уверил он меня, после чего повернулся к гололиту, - в чем заключается основная стратегия?

- Имеет смысл только одна, - сказал Живан. Планета на границе Империума вспыхнула красным, указывая на владения Адептус Механикус [36].

- На Фекандии производится половина вооружения и боеприпасов всего сектора [37].

- Если мы потеряем ее, мы в заднице, - согласился я, рассматривая картинку, - и это ближайший Имперский мир к вектору наступления тиранид.

- Ну это если тау правильно рассчитали их курс, - осторожно откликнулся Живан. Никто из нас не понимал, чего могут добиться ксеносы, если скормят нам ложную информацию, но это не означало, что они не будут избирательны в том, что передают нам. Трон знает, будь на их месте, я бы так и поступил. Он поигрался с управлением, пнул кафедру, и линия наступления флота-улья протянулась дальше.

С мрачным удовлетворением я кивнул, так как она почти упиралась в один из миров тау, подсвеченных зеленым.

- Если они обойдут Фекандию, следующими на обед будут тау, - сказал я, - а значит мы сможем отступить в Скопление Сабины, а они примут на себя главный удар. Это даст нам предостаточно времени окопаться, на случай если осколок флота или война перекинется вдоль границы.

- А почему не сделать это прямо сейчас? - спросил Брэддик, явно заметив, что мы будем гораздо ближе к Квадравидии, - пусть Механикус защищают свои кузни самостоятельно.

- Если у них есть все, чтобы справиться, мы отступим, - ответил Живан, - но флот такого размера пересилит их за несколько дней.

- Вот чем они располагают, - вклинился я, вызывая экран с новыми данными, - одна рота скитарий и все. Ни титанов, ни ополчения. Зачем им тратить ресурсы на собственную оборону, когда они знают, что Гвардия так отчаянно в них нуждается и вступится при первых признаках угрозы?

- Очень рационально с их стороны, - кисло заявил Брэддик.

- Верно, - отозвался я. По правде говоря я ощущал скрытое уважение к шестеренкам, которым хватило шестеренок для осознания, что постоянный поток подразделений Имперской Гвардии для пополнения запасом уже дает им всю необходимую защиту, в обычных обстоятельствах. Но к несчастью сейчас это было далеко не так.

- Мы не можем рисковать и бросить их, защищая себя, - твердо заявил Живан, и в этом он был весь: просто одно предложение, и мы готовы подчиняться.

Я полагаю так или иначе, могло быть и хуже, никто не предложил, чтобы мы рванули вперед и столкнулись лоб в лоб с флотом-ульем. Если повезет, он вообще полностью обойдет планету-кузницу, пусть тау нащелкают им по носу, пока мы отсидимся в сторонке, будем делать вид, что оказываем им всестороннюю поддержку, а потом прикончим выживших с обоих сторон. Да мы даже можем оттяпать себе парочку миров ради разнообразия (и по мне, так это послужит им уроком, за то что пытались сцапать Квадравидию).

Но в любом случае это предположение, и естественно ничего такого не выйдет.

Несмотря на мои нехорошие предчувствия, тау выполнили отход по расписанию, оставив только кучку так называемых "торговцев" на орбите разоренного войной мира. Эль'хассаи кон6ечно же настаивал, что они просто доставляют гуманитарную помощь, дабы облегчить восстановление, а их внушительное вооружение деактивировано. Насколько я знал, он прав, местные определенно нуждались в ней. Но насколько я могу судть, естественно за это потом придется заплатить огромную цену, но меня никто не спрашивал, а уж тем более губернатор. В те милосердно редкие случаи, когда я не мог избежать разговора с этим напыщенным попугаем, он казался до смешного самодовольным, явно веря, что все это его затея, так что оставил свои советы при себе и удостоверился что записал все его самые глупые реплики, дабы передать их потом Эмберли. Мы должны были покинуть орбиту через несколько дней, так что теперь то, что произойдет с Квадравидией было головной болью других.

Будучи по больше части озабоченным предстоящей обороной Фекандии, я не был особо удивлен, когда забрел в командный центр Живана за несколько часов перед запланированным вылетом и обнаружил, что там уже уютно устроился Эль'хассаи и глубоко погружен в серьезные переговоры с лордом-генералом.

- Комиссар, - дипломат тау зыркнул на меня, приятно улыбаясь, хотя он использовал столько человеческих выражений лица, что я не был уверен, какое из них настоящее, а какое он просто изучал, чтобы облегчить разговор. Так что я сообразил аналогичное любезное и учтиво протянул руку.

- Посол, неожиданное удовольствие видеть вас, - произнес я, глядя на Живана, который за своей идеально подстриженной бородой заготовил хорошо изученную им маску нейтралитета, - чем обязаны вашим визитом?

- Посол явился с предложением, - самым уклончивым образом ответил Живан, - которое, как он надеется, укрепит доверие между нами перед лицом общего врага.

По мне так он просто процитировал напрямую.

Эль'хассаи согласно кивнул.

- Именно так, - заявил он, а затем посмотрел на Живана, после чего опять на меня, - обмен наблюдателями. Дабы облегчить связь между тау и силами Империума в нашем союзе.

- Другими словами, один из наших людей будет приписан к..., - Живан указал на зеленую каплю, которая вероятнее всего завершит свое существование на фуршетной тележки флота-улья, и замешкался, -... к...этому...дрету.

- Др'тх'нир, - услужливо подсказал Эль'хассаи, совершенно без проблем произнеся слово с типичной нехваткой гласных.

- Верно, - согласился Живан, - дабы отчитываться о передвижениях тау и передавать полезные разведданные, собранные о нидах.

Конечно же не только о нидах, но мы все знали о том, что не сказано, и все были столь тактичны, чтобы не говорить об этом вслух.

- Каким образом передавать? - спросил я, - у тау нет астропатов, или есть? [38].

- Нет, - подтвердил Эль'хассаи, - хотя мы всецело согласны принять одного с делегацией Империума.

- Это можно устроить, - согласился Живан, - два флота смогут координироваться эффективнее, если не отправлять курьерские корабли.

В любом случае только до того момента как астропатическая связь прервется тенью в варпе, что отбрасывают наступающие тираниды. Самого по себе этого факта достаточно, чтобы другая группа узнала об атаке в другом месте.

- И кого вы хотите отправить руководителем делегации? - спросил я, хотя уже прекрасно знал ответ на вопрос и намеревался ни при каких обстоятельствах не возглавлять ее. Ни один из видимых мной миров-кузниц не был особенно привлекателен, но существовал большой шанс, что ниды полностью обойдут Фекандию, принимая во внимание, что присоединиться к тау в обороне Др'тх'нира казалось для меня равносильным отправиться прямиком в пищевод ближайшего корабля улья.

- Именно этот вопрос мы сейчас обсуждаем, - спокойно ответил Эль'хассаи, - мы доверяем вашей силе и обширному опыту в кампаниях против тиранид.

Самой собой разумеется, развивать который, я совершенно не горел желанием. Но заявить такое будет совершенно не дипломатично, так что я задумчиво кивнул, словно бы на самом деле размышлял над предлагаемым назначением.

- В самом деле есть, - равномерно произнес я, - хотя это будет не самым важным качеством для предполагаемой работы.

- Да? - подняв бровь спросил Живан, - А что по вашему будет?

- Понимание, как поступают тау, - без промедления ответил я, - если атака тиранид направленна на Др'тх'нир.

Никто сильнее меня не удивился, что я умудрился с первого раза весьма неплохо выговорить название.

- Будет жизненно важным знать в точности что происходит. Одна заминка или неверное понимание в критическую секунду жаркого боя может привести к катастрофе.

В самой своей простодушной и самокритичной манере я пожал плечами.

- И несмотря на самые благие намерения в галактике, я вряд ли знаком со сложными протоколами тау.

- Тогда кого вы предлагаете? - спросил Эль'хассаи, и я тут же изобразил саму решительность.

- Конечно же Донали, - сказал я, - он провел так много времени с кастой воды, что в точности знает что делать в любой ситуации, без каких-либо подсказок. Это оставляет возможность всем действовать свободно в боевых условиях и с величайшей эффективностью.

- В ваших словах столько мудрости, - произнес Эль'хассаи после секундного размышления, к моему тщательно скрытом удивления и еще больше облегчению, - вы прекрасно поняли принцип Великого Блага.

- Я просто подумал, что имеет смысл отправить дипломата на дипломатическую работу, - ответил я, едва веря, что смог спихнуть задание кому-то другому с такой простотой, - в то время как мое дело военная служба.

Живан согласно кивнул:

- Я тоже склонялся оставить вас с флотом, - признался он, что тут же во мне вызвало вспышку непредвиденного беспокойства, пока я пытался понять, что он знает, чего не знаю я, - нам нужно проработать все с шестеренками, а вы знаете на что они похожи.

- С ними нелегко сотрудничать, - согласился я. Но они по крайней мере люди, в той или иной степени, и я решил что их гораздо легче будет запихнуть между мной и нидами, если случится нехорошее. Я снова мельком взглянул на гололит, только чтобы убедиться, что сделал правильный выбор, но казалось так и есть. Продвижение тиранидов все еще выглядело так, словно они полностью обходят Фекандию, дабы накинуться на аванпосты тау.

- Хотя они не особо возражая последуют нашим советам. Это будет самым рациональным.

- Что же, вы разберетесь, - сказал Живан, к счастью никто из нас не знал насколько он ошибается, - вы достаточно часто работали с ними.

- Верно, - согласился я, тактично воздержавшись от "на самом деле слишком часто", что звучало бы намного точнее. Члены Адептус Механикус были очень хороши по-своему, я даже знаю нескольких, в компании которых мне было бы действительно хорошо, но даже лучшие из них были раздражающе узколобы, особенно при случаях, когда мы были вынуждены делать выбор между каким-нибудь лелеемым куском барахла и моей, не менее лелеемой, шкурой. К счастью по моему опыту, большую часть аколитов Омниссии можно убедить следовать путем прагматизма, если сократить дебаты и поставить их перед простым выбором или-или, где одним из вариантов будет мной любимый, в котором нет пункта, где нас всех определенно уничтожают. Ну а ежели ничего не получится, то тонко намекнуть, у кого в данный момент пушка.

- В конце концов они нуждаются в нас столь же отчаянно, как и мы в них.

- Совершенно верно, - сказал Живан, явно размышляя, что это не самый прочный фундамент для союза меж двумя из многочисленных организаций и фракций, составляющих Империум, не говоря о нас самих и кучке ксеносов захватчиков, которые обернут свои пушки против нас при первой же возможности, если мы не умудримся сделать это первыми.

- Если все решено, тогда я вас покидаю, - произнес я, готовясь отбыть. Союзники мы или нет, я не буду обсуждать нашу тактику, пока Эль'хассаи не присоединится к исходу своих соотечественников.

- Все, за исключением персоны, представляющей тау в Имперском флоте, - ответил Живан слегка склонив голову, что намекало мне остаться на своем месте. И на то была хорошая причина. Технически Комиссариату придется согласиться с любым назначением по его решению, если это не составит неприемлемых рисков для безопасности, а мое присутствие значительно ускорит процесс ратификации. Я не особо обрадован любым кандидатом, но по крайней мере мы будем знать, кто шпионит за нами, и будем держать их подальше от любой по-настоящему важной информации.

- Я предлагаю Ау'лис Деврае, - сказал Эль'хассаи, глядя на нас обоих по очереди, наши выражения лиц озадачили его.

- Она бегло говорит на Готике, вашего вида, что значительно облегчит понимание и общение.

- Даже не обсуждается, - отмахнулся Живан, а я решительно кивнул.

- Ее линчуют в течении дня, - объяснил я, - большинство Имперских граждан сочтут ее еретичкой, вот так все просто.

- Это все усложняет, - равномерно ответил Эль'хассаи, - в системе Квадравидии осталось мало тех, кто говорит на Готике, а еще меньше тех, кто имеет подходящие дипломатические мандаты. И все равно большая часть из них люди, и мы вряд ли найдем кого-то лучше.

- Вряд ли, - с серьезным видом согласился я, ожидая следующего неизбежного предложения, которое, я сильно подозреваю, он на самом деле и хотел сделать.

- Тогда я буду представлять тау, - к моему полному удивлению заявил Эль'хассаи.

- Конечно, - согласился Живан, прекрасно изобразим вежливость, и указал на ближайшего своего помощника, который тут же сделал вид, что совершенно не подслушивал всю нашу беседу.

- Марли покажет вам расположение вашей каюты.

- Спасибо, - Эль'хассаи встал и протянул руку несколько озадаченному молодому человеку, - со мной будет небольшая свита, пяток советников, секретарь и другие.

- Все тау? - спросил я, пытаясь не рисовать в воображении реакцию обычного матроса Флота, который встретил в коридоре лицом к лицу крута, не говоря уже о веспиде. Более-менее гуманодидные чужаки не вызывали значительного испуга, ежели только не топали в своих боекостюмах, а одеть такой здесь у них не будет возможности.

- Все тау, - уверил меня Эль'хассаи, - по большей части из касты воды.

- По большей? - переспросил я и тау кивнул.

- Я полагаю парочка воинов огня помогут мне в понимании тактической ситуации.

- Да за ради бога, - ответил Живан, хотя явно был не обрадован такой просьбой, но впрочем и не удивлен. С другой стороны если я взошел на корабль чужаков, то тоже бы хотел иметь с собой как минимум отделение штурмовиков.

- Тогда больше не смею вас задерживать, - молвил Эль'хассаи и ушел. Капитан Марли кинулся за ним, словно взволнованный хозяин вечеринки, задающийся вопросом, а заказали ли они достаточно канапе?

- Вы думаете это мудро? - спросил я, как только дверь с грохотом закрылась за ними, и Живан покачал головой.

- Нет, но у меня есть выбор? Донали точно захочет телохранителей, так что мы вряд ли можем отказать Эль'хассаи в той же милости.

Он пожал плечами.

- Да и вряд ли они захватят весь корабль всего с парой импульсных винтовок.

- Полагаю нет, - согласился я и мы приступили к важному делу, обсуждению как лучше защитить мир, вероятно лишенный любой защиты.

Примечание редактора:

Так как дальше следует еще один характерный для Каина пропуск, повествование продолжается с момента его прибытия на в систему Фекандии, то мне кажется это хорошим местом, чтобы добавить поясняющего материала, который он так очевидно упустил.

Травелог Секара, к которому я так часто обращалась во время редактирования томов, малопригодна в данном случае, его запись относительно Фекандии выражается одной фразой - "Уныло до усрачки". Соответственно я вынуждена обратиться к мене космополитичному источнику, в надежде передать точное впечатление от мира, на котором Каин в скором времени будет вынужден сражаться за свою жизнь.

"Добро пожаловать на Фекандию!" Руководство по выживанию для рабочих из десятины. Так же доступна аудио-версия и непосредственная загрузка.

Да снизойдет благословение Омниссии на тех из вас, что счел посвятить свою жизнь фабрикам Его даров. (Пожалуйста, не упоминайте о прошлом благословении, если обращались за такой услугой в Магистратум вашего родного мира). Фекандия - мир-кузница, посвященная службе Богу-Машине, и каждая мануфактория - храм Его великолепия. Мануфактории занимают примерно тридцать восемь процентов всей суши, в то время как дополнительные строения, вроде жилых блоков, модулей синтезирования протеинов и регенераторов атмосферы еще семнадцать. Результатом является адекватное питание и относительно чистый от канцерогенных частиц на всех рабочих местах и зонах отдыха, хотя для постоянных резидентов рекомендуется аугметическая модернизация как системы питания, так и дыхания. (Ваш супервизор с радостью объяснит как возместить стоимость подобных улучшений). Подвергаться воздействию нерегулируемой среды не рекомендуется и запрещено даже на короткое время, за исключением тех, кто обрел замену всего тела. (Примерное расчетное время для получения подобных улучшений - 285 000 рабочих часов). Краткосрочное воздействие для не модифицированного персонала не летально благодаря полной защите; в таких случаях очень важно периодически проверять сочленения и замки на предмет коррозии. Необитаемые зоны представляют собой пепельные пустыни, кислотные озера, горы отвалов, и три завода по извлечению минералов. С тех пор как наиболее доступные ресурсы были извлечены, производятся работы по извлечению их из оставшейся планетарной оболочки и самых больших астероидов. Предварительно обработанные внепланетарные материалы доставляются на орбитальные заводы по очистке, после чего сырье отправляется на планету прямой баллистической доставкой. Доставка таких грузов с мест посадки - высоко приоритетная работа, каждый час проведенный на поверхности, по расчетам приравнивается трем трудовым часам. В данный момент на этом направлении открыто много вакансий. Если вы вышли на открытое пространство, рекомендуется немедленно искать укрытие, особенно если поднимается ветер. Шламовые бури способны стереть бронированную обшивку тяжелого краулера и в доли секунд могут причинить серьезные повреждения даже аугметически улучшенным людям.

Глава шестая

У меня не было особых ожиданий от мира, что ждал нас, и даже это немногое стремительно угасло. С орбиты Фекандия сильнее всего напоминала огромный гнойник, опухший и мертвенно-бледный, погибающий под отходами производства. Большая часть поверхности была затянута густыми облаками цвета диареи, которые бурлили над зонами улья [39], каждая из которых тянулась на сотни километров во всех направлениях. А вокруг них не было ничего кроме пустоши из отходов и шлама. До приезда Механикус планета была необитаемой развалиной и на мой взгляд они вряд ли ее улучшили [40].

- Вот это зрелище, да? - заученным нейтральным тоном заметил Эль'хассаи из-за моей спины, и я вздрогнул, поскольку потерялся в своих мыслях, чтобы заметить его бесшумное приближение.

- Ну если вам нравятся такие пейзажи, - признал я. Ночная сторона планеты под нами светилась тусклым мерцающим красным, из-за света неисчислимых печей казалось, что вся планета в огне. Я вспомнил вулканическую адскую дыру из которой недавно сбежал, находясь на волосок от смерти [41] и вздрогнул.

- Напоминает вам чем-то родной дом?

- Наши фабрикатории менее... расточительно используют энергию, - ответил Эль'хассаи, на мой взгляд несколько чопорно, но в случае ксеносов всегда сложно сказать о чем они на самом деле думают.

- Вы молодцы, - рефлекторно съязвил я, позволяя ему самому разбираться с сарказмом.

- Она вряд ли похожа на желанную цель для тиранид, - продолжил он, явно решив никак не реагировать, - наши столкновения с ними приводят к предположению, что они выбирает более зеленые планеты.

- Там внизу двадцать миллиардов человек, - поправил я его, - хотя и половина из них по большей части металлическая. Ну возможно в два раза больше сервиторов [42]. Биомассы вполне достаточно, чтобы они не поленились атаковать.

- Уели, - ответил Эльхассаи, воздевая очи от клоаки под нами к холодному, чистому космосу. Несколько из неисчислимых точек света, которыми забрызгана темная как смоль подложка, двигаются на фоне люминесцентных пятен галактики, и он указал на них.

- С похвальным рвением корабли пикета заняли свои позиции.

- Верно, - согласился я, хотя маневры флота для меня были непонятны. У контингента Флота свои комиссары, которые должны быть достаточно сведущи в трехмерной тактике, дабы понимать что происходит. Тем не менее, у меня были веские подозрения, что большая часть судов, что мы видим, на самом деле грузовые лихтеры, питающие минералами жадные жерла печей ниже, или же уносящие их продукцию на полсотни миров [43]. Мое непосредственной заботой были десантные корабли, несущие подразделения Имперской Гвардии, которые уже должны были выйти на орбиту и начать переправлять солдат на поверхность, дабы те укрепили ульи. Конкретно как мы это сделаем, все еще оставалось огромной головной болью, так как у нас едва хватало людей, чтобы защитить даже один населенный центр на планете, не говоря уже о всех, но с другой стороны недостатка в боеприпасах у нас точно не будет.

Но до того как беседа или же мои мысли пошли в пессимистическом направлении, знакомый аромат возвестил о прибытии моего помощника.

- Какой бардак, - заметил он, выглянув в иллюминатор.

- Миры-кузни все такие, - напомнил я ему, и он, неодобрительно фыркнув, кивнул.

- Как тот последний, где мы были, - согласился он, - повсюду грязь.

Затем он пожал плечами:

- Я бы даже осмелился предложить лучше оставаться в помещении.

- Это мы скоро выясним, - ответил я, надеясь, что он прав, - я так понимаю шаттл готов?

Юрген кивнул.

- Поздравления от лорда-генерала, сэр, он хочет видеть вас на борту при первой же возможности.

- Я думаю он выразился не так, - ответил я.

Юрген шаркнул ногой.

- Ну это была суть, - упорно настаивал он. Было бы нехорошо настаивать на дальнейших деталях, так как он явно желал пощадить мои чувства, и зная Живана, как его знал я, можно было спокойно заполнить пробелы самостоятельно.

- Тогда лучше не заставлять его ждать, - ответил я, поворачиваясь к Эль'хассаи, которого кажется загипнотизировало звездное небо за бронехрусталем.

- Вы присоединитесь к нам, посол?

По правде говоря у меня были противоречивые чувства, но того требовал протокол, и по крайней мере если он будет с нами, я буду избавлен от пересказа ему беседы с Механикус на следующий день. Не говоря уже о том, что мне было гораздо спокойнее знать где он.

- Это будет самым эффективным вариантом, - согласился тау, отворачиваясь от гноящейся планеты ниже и шагая за мной, когда я отправился в ангар. Коридоры были забиты гвардейцами и флотскими, которые расходились в стороны с различными выражениями потрясения, враждебности или отвращения на лицах при виде ксеноса, но Эль'хассаи проигнорировал всех. Я же со своей стороны, едва их замечал, комиссаров вряд ли где-нибудь примут гостеприимно, Юрген же напротив, на каждый сердитый взгляд скалился и расталкивал всех столь же эффективно, как телохранители Живана из штурмовиков.

Вроде бы направлялись на борт личного шаттла Живана, что по мне было неплохо: там были комфортные кресла и пол устлан коврами, в общем намного лучше, нежели жесткие сидушки и металлические палубы утилитарных транспортников, в которых я привык спускаться и подниматься на орбиту, да и по своему опыту я знал, что шкафчик с выпивкой будет отлично наполнен.

- Забыл свою вокс-бусину? - поприветствовал меня лорд-генерал, когда мы поднялись по рампе. Затем он заметил Эль'хассаи в паре шагов позади, окруженного по бокам телохранителями, которые присоединились к нему как только мы вошли в ангар.

- Посол. Хорошо, что вы летите с нами.

Однако если его поведение о чем-то говорило, то только о том, что он не особо был счастлив заполучить на борт тау.

Будьте уверены, как только я расселся в своем кресле, то тут же принял амасек, что Юрген нацедил мне, Живан наклонился ближе ко мне и понизил голос:

- Ты уверен, что это хорошая идея? - шепотом спросил он.

- Да мы вроде бы союзники, - таким же шепотом напомнил я ему. Вряд ли нас могли подслушать за возрастающим ревом двигателей, но с ксеносами никогда ничего не понятно [44], так что я все равно шептал.

- Шестеренки знают, что у нас на борту делегация, там почему бы ему не поприсутствовать на первой встрече?

- Ну если ты думаешь они вынесут это, - пожав плечами ответил Живан.

- А почему нет? - искренне изумившись спросил я.

Живан снова пожал плечами, и радостно отхлебнул амасека.

- А кто знает что на уме у шестеренок? - достаточно разумно спросил он.

Наш спуск был гладим и лишенным неприятностей, как мы могли надеяться, болтанка при входе в атмосферы была так себе даже для чувствительного живота Юргена, но ведь личный пилот Живана была одним из лучших во флоте, так что это не удивительно. Вид планеты из иллюминаторов ни капли не улучшился, и когда мы приблизились к миру, густое облако разъедающего смога, что я видел с орбиты, затянуло землю почти до самой поверхности, чему я только был рад, судя по беглому осмотру того, что ждало нас и то, что я сумел разглядеть в редкие разрывы облачности.

Длинная дорожка ярких, мигающих люминаторов, пронзающих тьму, направлял нас к посадочной зоне, и я начал различать широкую громаду главного комплекса мануфактории ниже и вокруг нашего спешащего шаттла, она вырисовывалась из смога подобно вулканической горной гряде. К свету маяков присоединились бессчетные огни, пятнышками покрывавшие угнетающую скалу вокруг нас, или пролетающие вместе с другими воздушными судами, словно рыбки, плескающиеся у вздымающегося бастиона рифа. Я полагаю не особо подходящее сравнение насчет рифа, потому что улей рос постепенно, трудом неисчислимых людей на протяжении тысяч лет. В конечном итоге он опустеет и умрет, добываемые здесь ресурсы истощаться, Механикус сорвутся с насиженных мест и начнут заново на какой-то другой глыбе камней, которой не посчастливилось обладать тем, что им нужно [45].

- Разве мы летим не к главным посадочным площадкам? - спросил я, когда ощутил ускорение, от которого второй подбородок Юргена тут же позеленел намного сильнее даже для его стандартов. Наш пилот поднял нас из основного потока, величественно взлетев над возвышающимися пиками гряды улья.

- Магосы отправили нас в этом место, чтобы провести встречу незаметно, - сказал Живан и я кивнул, одобряя. Пытаться разработать эффективную стратегию будет достаточно сложно, если увязнуть в официальных приемах и все этой дребедени. Особенно если учесть что техножрецы не особо славятся пониманием, что такое хорошая вечеринка.

- Тогда куда? - спросил я, и Живан указал вперед на шпиль, украшенный такой здоровой шестеренкой, что на каждом зубчике можно было припарковать "Гибельный клинок" [46].

- Шпиль Благословенного Вычисления, - ответил он, искоса глядя в инфо-планшет в руке. Это была простая, военно-полевая модель, неуместно серый по сравнению с ослепительной униформой, в которую он облачился для встречи, но не был бы собой, если бы уделял внимание практичности. Я часто думал, что он вообще бы предпочел обойтись без всех украшений и церемоний, что окружали его, но его должность также была связана протоколами, как и моя. Я должно быть выглядел озадаченным, потому что он добавил:

- То самое место, откуда управляется большая часть этого жалкого камешка.

- Значит хороший выбор, - сказал я. - Будем ближе к командному центру шестеренок, легче будет сотрудничать с ними.

- Рад, что вы одобрили, - не совсем шутя ответил Живан.

Шпиль был теперь настолько близко, что почти заслонял улей, и когда мы сквозь муть направились к нему, стали видны верхние этажи. Солнце едва виднелось, представляя собой люминесцентный диск, достаточно тусклый, чтобы можно было смотреть прямо на него, светя столь бледно за коричневыми облаками, что отделяли нас от остальной вселенной, что мы почти полностью полагались только на свет прожекторов. Я сложил кисть [47], и понадеялся что у пилота надежный ауспекс. Издалека, с расстояния в несколько километров, бока здания казались гладкими, на вблизи они выглядели шишковатыми, словно кора невыразимо высокого дерева, увешанного тысячами торчащих наростов вроде: вентиляции, антенн и рабочих платформ. Сервиторы и рабочие шпиля, облаченные в бронированные костюмы против адских условий открытой атмосферы, сновали по поверхности, занимаясь один Император знает чем.

- Должно быть это здесь, - сказал Юрген, выдохнув с облегчением, что тут же окружило меня облаком неприятного запаха изо рта. Я тут же тоскливо и завистливо глянул на литой шлем воина огня из эскорта Эль'хассаи. Проследив за его взглядом, я понял, что мы спускаемся к маленькой платформе, торчащей из шпиля, одному из миллиардов таких же выступов.

- Похоже на то, - согласился я, прищурившись, чтобы разглядеть хоть что-то в густом воздухе. Мигали посадочные огни, направляя нашего пилота, виднелись вспышки прожекторов аугметически улучшенной почетной стражи скитариев в багряной униформе, выстроившейся линией перед дверью, ведущие внутрь башни. Мне тут же в голову пришла мысль и я с испугом глянул на Живана:

- Они же не думают, что мы выйдем наружу?

- Да это быстро, - уверил меня он, - магос Дисен сказал, что краткосрочное воздействие атмосферы достаточно безвредно.

- Ну да, ну да, - сказал я, выразив вроде бы согласие, размышляя о том, как маленькая неточность в одном слове может все перевернуть, - ему-то хорошо, у него нет легких, которые потом можно будет выхаркивать.

- Ну биологических точно нет, - ответил Живан. Но до того как мы углубились в этот вопрос, слабая дрожь корпуса подсказала нам что пилот приземлился с тем же мастерством, которое от него ожидалось, и что время для бесед прошло.

Глава седьмая

Первое, что поразило меня, когда я зашагал вниз по рампе, так это запах, густая, влажная серная вонь ударила мое обоняние, словно на лицо опустили фланель, вымоченную в тепленькой болотной воде. Зловоным термальным потоком вокруг нас вздымался жар, поднимающийся из мануфакторий ниже, разгоняя вонючий воздух, хотя сами кузни постоянно обдувались ветрами. Даже будучи предупрежденным, я закашлялся, почти задохнулся, теперь уже всерьез завидуя респираторам воинов тау.

- Чуть попахивает, - высказался Юрген, как всегда не замечающий иронии, в то время как я упал на хвост Живану и плотной группе помощников, что сопровождали его. Не решившись ответить и дыша как можно поверхностно, я просто кивнул.

Посадочная платформа была меньше, чем мне казалось, едва способна вместить шаттл, и мое уже хорошее мнение о пилоте взлетело до небес. Нос судна был в паре метров от стены, ближе к приятно освещенному проему открытой двери, в то время как правая посадочная опора находилась еще ближе к головокружительному, трехкилометровому обрыву в самое сердце печей. Вздрогнув я осознал, что на внешнем краю нет балюстрады или хотя бы перил, дабы оградить от неуклюжего шага, и решительно настроился держать между пропастью и собой шаттл. Техножрецы, что работают здесь, явно считают чувство самосохранения лишним перед лицом необходимости.

- Превосходно, - Живан поздравил нашего пилота по вокс-бусине, и повернулся ко мне, - он посадил нас так, чтобы шаттл защищал нас от ветра.

- За что мы поблагодарим Трон, - согласился я, ощущая как мою шинель треплет подобно флажку, под штормовым ветром, огибающим корпус. Без защиты я бы серьезно боролся за каждый шаг. Тревожное видение, что меня подхватывает и уносит в пустоту турбулентным завихрением, вспыхнуло в моем разуме и я со всей твердостью загнал мысль обратно.

- Добро пожаловать, - размеренно пробубнил через вокс-кодер глава скитариев, после чего сотворил знак шестеренки, особенно лелеемые почитателями Бога-Машины.

- Центурион Кипер, первая фаланга когорты Фекандии, - как и большинство скитариев, которых я видел во время своего беспорядочного скитания по галактике, он скорее походил на сильно аугметированного огрина, нежели на человеческое существо, его мускулатура бугрилась от химических препаратов и чередовалась с бионикой.

- Вольно, - скомандовал Живан, даже не потрудившись представиться, если Кипер сразу не узнал его, то делать ему тут нечего. Генерал указал на меня:

- Комиссар Каин сопровождает меня вместе с послом тау и его эскортом.

- Послом тау? - повторил Кипер, даже его механическое жужжание казалось удивленным. Его лицо едва было видно из под защитного капюшона, да и большая часть лица, что я увидел, была металлической, так что выражение считать не удалось. С другой стороны мне и не нужно было смотреть ему в глаза, чтобы осознать, что он ошеломлен. Он начал стремительно щебетать на бинарном со своими компаньонами, они оба казались карликами по сравнению с громадным боевым сервитором в конце встречающего эскорта.

- Нас не проинформировали об этом.

- Мы решили это в последнюю минуту, - ответил я, мой голос скрежетал от пепла и других, менее вкусных субстанций, что осадили мои голосовые связки.

- Он должен остаться в шаттле, - твердо заявил Кипер.

- Не вам решать, - отрезал Живан тоном человека, который ставит зарвавшегося подчиненного на место, это качество уже давным давно стало его второй натурой.

- Какие-то трудности? - спросил Эль'хассаи, его слова прерывались тихими, осторожными покашливаниями. Он обратился напрямую к скитарию:

- Мой дипломатический мандат полностью подтвержден...

- Несанкционированное существо, - вклинился боевой сервитор, с грохотом приходя в движение, - уничтожить и переосвятить.

- Отключите эту штуковину! - заорал я своим самым лучшим вселяющим-страх-перед-Императором голосом. Но до того как Кипер успел пошевелить аугметически улучшенными мускулами, киборг поднял руку с автопушкой и выпустил очередь крупнокалиберных снарядов, которые с визгом впились и отрикошетили от теперь уже жутко дырявой посадочной рампы. С похвальной живостью посол заскочил наверх, а сервитор кинулся за ним, направляясь к шаттлу с одним единственным убийственным намерением.

- Взлетай! - скомандовал по воксу Живан, но пилот отключил двигатели как только мы приземлились и несомненно подготовился к долгому и утомительному ожиданию, пока не кончится наша предварительная беседа. Мы все осознали, что ни при каких обстоятельствах шаттл не успеет взлететь прежде чем до него доберется сервитор.

Я воткнул обратно свою комм-бусину как раз в тот момент, когда пилот подтвердил приказ.

- Зажигание, - отозвался он и главные двигатели вернулись к жизни с таким ревом, что у меня заскрежетали зубы, - пятнадцать секунд до включения взлетных ускорителей.

- У нас нет пятнадцати секунд! - отрезал я, - фракова штуковина к этому времени уже будет на борту. Поднимай рампу!

- Уже выполняю, - информировал меня пилот, в его голосе слышалась неестественное спокойствие человека, привыкшего действовать в экстремальных ситуациях, - автопушка повредила серво-приводы.

- Тогда расстреляй его! - приказал я, заметив поворотный мультилазер под кабиной.

- Не могу прицелиться, - ответил пилот, тоном человека, который после плохой новости услышал худшую, - он уже вне зоны поражения.

- Тогда мы это сделаем! - я повернулся к скитариям, - стреляйте или отзывайте его. Выбор за вами.

В эту секунду они опять оживленно щебетали на бинарном.

- Сожалеем комиссар, мы не можем выполнить ни то, ни другое, - ответил мне Кипер, - он запрограммирован защищать шпиль от несанкционированного доступа, а повредить его, значит нарушить догматы Омниссии. Я могу запросить соответствующие коды на уничтожение от высшего руководства, но...

- Да фрак вам в шестеренки! - посетовал я, доставая оружие. Вцепиться в полностью бронированного боевого сервитора претило всем моим инстинктам самосохранения, но если Эль'хассаи умрет, на меня повесят всех собак, его бы здесь вообще не было, если бы я его не пригласил. Я выпустил пару разрядов в бронированную спину киборга, не желая ничего добиться, кроме как отвлечь его внимание на достаточное время, чтобы пилот взлетел, после чего унести ноги в башню. Но когда я развернулся, двери с шипением закрылись, оставив в ловушке узкой посадочной площадки.

- Это еще что? - сердито рявкнул я.

- Дух-машины запечатал шпиль в ответ на оружейный огонь, - объяснил Кипер.

А этот момент недостатки моего плана стали очевидны. Сервитор обернулся, и стал разворачивать оружие, дабы прицелиться в меня.

- Инициирован протокол враждебных действий, - пробубнил он, - принимаю ответные меры, принимаю ответные меры.

Когда снаряды автопушки начали грызть рокрит вокруг меня, спасая жизнь, я отпрыгнул, Живан и его помощники живо разбежались с линии огня подобно напуганной дичи, я вскочил на ноги и сделал еще пару выстрелов, надеясь поразить что-нибудь жизненноважное. Конечно же неудачно, все уязвимое было надежно упрятано под бронированные плиты.

- Позвольте мне, сэр, - произнес Юрген, давая очередь из лазгана. Предсказуемо неэффективно, хотя наступление штуковины чуть замедлилось, когда киборг дал очередь в его сторону, которая визжа и рикошетя вскопала посадочную площадку у того места, где он укрылся. Затем машина повернулась ко мне, явно намереваясь разобраться с каждым по очереди [48].

- Запрашиваю коды отключения, разрешение Альфа Бежевый Ноль Ноль Семь Шесть Восемь Кантата, - произнес Кипер, видимо в какой-то внутренний вокс, - предельная важность.

Он наконец-то хоть что-то делал, вот только медленно, для меня уже будет слишком поздно.

Я снова нырнул в сторону, осколки рокрита от ближайшего попадания вонзились мне в лицо, и я оказался у шаттла как раз в тот момент, когда рев его двигателей перешел в визг. Вокруг моих лодыжек завихрился коричневый туман, поднятый турбулентностью, и я изо всех сил рванул к заклинившей рампе. Это был отчаянный поступок, но в тот момент он выглядел самым лучшим вариантом из всех нехороших вариантов, большая часть которых очень вероятно вела моей преждевременной кончине.

- Сейчас же взлетаю! - крикнул пилот, и я отчаянно прыгнул на поднимающуюся металлическую плиту, ощутив как край воткнулся мне в живот, выбивая воздух из легких (что, учитывая его качество, было совсем неплохо). Именно в этот момент я как-то уж очень хорошо осознал, что в моей руке пистолет, что неким образом мешало схватиться за что-либо.

У меня едва хватило времени, чтобы выругаться, после чего я ощутил как соскальзываю к краю пропасти. Безнадежно затрепыхавшись, я умудрился схватиться за удерживающую задвижку рукой, и в результате повис на ней словно полу вытащенная из воды рыба, в то время как подо мной ходуном ходила головокружительная пропасть. Почему я просто не выпустил лазпистолет, не понимаю, но в тот момент я видимо был слишком напуган, чтобы просто разжать пальцы.

- Держитесь сэр! - передал по воксу Юрген, на сей раз он превзошел даже самого себя, потому что настолько излишних советов я еще никогда в жизни не получал. Затем сервитор снова открыл огонь, прошивая линию кратеров вдоль нижней стороны рампы, слишком близко для моего душевного спокойствия и от моих дико брыкающихся ног, и я интуитивно осознал причину его беспокойства. Почему он продолжает преследовать шаттл, вместо того, чтобы повернуться к моему помощнику и сделать один точный выстрел, я никогда не узнаю, но он продолжал кидаться на нас словно зациклившийся на месте орк [49].

- Попадание в правый двигатель! - произнес пилот, на сей раз профессиональная отстраненность почти исчезла, и шаттл тошнотворно накренился, почти отцепив меня от драгоценной опоры. Плечевые мышцы протестующе завизжали, а рука почти вылетела из сустава. Завитки черного дыма, почти что домашние, по сравнению с тем, что тут считали атмосферой, начали сочиться из двигателя, их относило к резвящемуся дыму, восходящему от столь далеких печей. Если я упаду, я наверняка изжарюсь еще до того как ударюсь о землю (или скорее всего о какую-нибудь крышу, что одинаково неприятно), и вряд ли это была ободряющая мысль.

- Мне снова придется сесть.

Ага и в процессе раздавить меня как жука.

- Оставайся в воздухе! - отчаянно заорал я, надеясь воззвать к его чувству долга. Мое собственное затруднительное положение вряд ли прошибет его на слезу, комиссары почему-то не очень популярные персонажи среди военных [50].

- Если приземлишься, штуковина грохнет посла!

- Или приземлимся, или рухнем, - упрямо твердил пилот, - а второго мы точно не переживем.

- Ваша озабоченность моим здоровьем очень приятна, - вклинился знакомый голос, перекрикивая визг искалеченного двигателя, рев воздуха, бьющегося в ограниченном пространстве над рампой и металлический звон от еще одного залпа под нами.

- Но я полагаю, что хорошо защищен.

Тонкая четырехпалая рука [51] схватила меня за запястье и с удивительной силой потянула. Конечно же он не мог полностью втянуть меня на борт за счет силы [52], но мне хватило, чтобы сместить центр тяжести точно на дико прыгающую рампу, ну а после этого я уже относительно легко втянул себя внутрь.

- Спасибо, - сказал я, с некоторым трудом вставая на ноги, и наконец-то запихивая лазпистолет обратно в кобуру. Хотя времени на разговоры не оставалось, так как посадочная площадка все приближалось, а убийственно настроенный сервитор продолжал палить в нас при спуске. Похоже пилот был слишком занят, дабы посадить нас целыми, и не отвлекался на мультилазер [53]. Я пошатнулся, когда шаттл снова накренился, и рефлекторно схватился за Эль'хассаи, случайно отпихнув его в сторону, когда очередь снарядов автопушки раскрошил переборку, где он стоял секунду назад.

- Я полагаю ваша защита готова к тому, что мы ударимся.

- Готова, - уверил меня Эль'хассаи и, оглянувшись, я увидел что пара воинов огня присоединились к дипломату тау на рампе. Каждый из которых достал откуда-то из ниш брони тонкие опоры и надежно закрепили или к подпоркам наверху, освободив руки для оружия. Секунду спустя, два плазменных разряда вылетели из импульсных винтовок и попали прямо в строптивого сервитора.

- Хороший выстрел! - крикнул я, хотя они возможно даже не поняли, что я произнес. К этому времени воодушевлять бойцов стало моей закоренелой привычкой, особенно когда я оказывался на линии огня.

- Заставим его отплатить.

Однако моя эйфория оказалась несколько преждевременной, Адептус Механикус проделали отличную работу, построив эту штуковину. Машина пошатнулась от попаданий - к которым, я с одобрением заметил, присоединился Юрген со своим обычным упорством, привычному мне за столь долгий срок службы вместе - затем пришла в себя, пытаясь поднять сплавленную культю автопушки как только обрела устойчивость.

- Наконец-то получила по зубам! - с явным одобрением передал по воксу Живан. Я заметил, что его рука парит над пистолетом, явно у него зудит, чтобы достать его и пару раз самостоятельно пальнуть в машину. Но уже и без его дырок в игрушке Механикус будет очень сложно загладить инцидент с принимающей стороной,

Затем палуба под ногами вздыбилась, когда шаттл с сотрясающим ударом шмякнулся о посадочную площадку, бросив Эль'хассаи и меня на пол. У тау как раз хватило времени что-то выкрикнуть на своем языке, хотя был ли это какой-то срочный вопрос к своим соотечественникам об их состоянии, или же простое ругательство, типа того, что озвучил я - мне никогда не узнать. Шаттл подпрыгнул, затем снова ударился о площадку и наконец-то успокоился на плитах, торчащих под странным углом.

- Хорошая посадка, - передал я по воксу пилоту, ощутимое облегчение в моем голосу развеяло любые подозрения насчет сарказма.

- Лучше сматываться, пока можете, - ответил он, отстреливая аварийные заглушки кабины и в это же время карабкаясь по веревочной лестнице на площадку. Когда он спрыгнул, шаттл слегка сдвинулся, и с дрожью ужаса я внезапно осознал почему маленький корабль наклонен под таким острым углом. В своей спешке посадить нас, и с учетом нанесенного ущерба управлению взбесившимся свервитором, пилот не смог полностью сесть на платформу. Мы болтались на краю, понукаемые переменными потоками теплого воздуха, исходящего из пропасти, и нужен всего лишь один особенно сильный порыв, чтобы нас перевесило.

- Принято! - отрезал я, затем обернулся к Эль'хассаи, которые вскарабкивался на ноги рядом со мной.

- Нам нужно срочно убираться. Это ведро с болтами рухнет в любой момент!

- Ра'снкр'нс и Гл'ден'сн, - ответил он, что на секунду сбило меня с толку, и за это время я тайком осматривал его на наличие видимой травмы головы, после чего обратил внимание куда он смотрит, и осознал, что он обращается к телохранителям.

- Они мертвы?

- Им точно нехорошо, - ответил я, бросаясь к ближайшему, кем бы он ни был. Он (или она, я никогда не мог с легкостью различать их без брони, да и в любом случае этот вопрос должен волновать только тау) расслабленно висел на подпорке, которой они обездвижили себя. Не разобравшись как отцепить ее, я просто достал цепной меч и единым ударом рассек ее, поймав потерявшего сознания при падении. Он слабо дернулся, когда мои руки подхватили его, что точно подсказывало ответ на один вопрос, хотя если быть честным, в этих обстоятельствах я бы предпочел сразу же бросить труп, не потеряв при этом лицо. Не желая больше тратить время, я забросил его на плечо и обернулся, чтобы выяснить как дела у Эль'хассаи с другим.

Слава Трону, второй воин вроде бы мог ходить, хотя он тяжело свисал с Эль'хассаи, замедляя их обоих. следовательно я очутился на три-четыре шага впереди них, когда прыгнул примерно метр на гладкий рокрит посадочной площадке. С учетом дополнительных шестидесяти килограмм ксеноса [54], мое приземление было далеко от элегантного, и не удивительно, учитывая все обстоятельства. И это к лучшему, когда я споткнулся, жужжащий цепной меч прорезал воздух, где только что находилась моя голова. Я рефлекторно отскочил, роняя воина огня в процессе, и поднырнул под другой удар. Сервитор развернулся вслед за мной, его левая нога чуть волочилась, что дало мне превосходную возможность увеличить дистанцию меж нами.

- Не могу прицелиться, сэр! - вскрикнул Юрген откуда-то со стороны дверей. Все остальные скучковались там же, споря и жестикулирую, что в моем положении было плохой новостью. Даже если они умудрятся открыть их, я никогда не добегу внутрь через толпу, так что мне оставалось только сдерживать машину и надеяться на лучшее.

- Я получил коды отключения для сервитора, - пробубнил Кипер, на мой взгляд чуть поздновато, - теперь передаю.

- Весьма признателен, - ответил я, в интересах дипломатии отвергая альтернативный грубый ответ, что пришел мне на ум, и принимая защитную позицию. Я должен был выглядеть в данный момент достаточно по-геройски, с учетом того, что худшее позади, да и хрен знает сколько времени пройдет до отключения. И как раз вовремя. Потому что как только я поднял клинок, проклятая штуковина еще раз рубанула по мне, я парировал чисто рефлекторно. Когда столкнулись вращающиеся зубцы, во все стороны полетели искры, и я отступил назад, подныривая под возвышающийся нос шаттла.

- Чем быстрее, тем лучше.

- Передаю еще раз, - ответил Кипер, фраза вызвала во мне вполне понятный ужас, - коммуникационные узлы сервитора кажется повреждены во время боя.

- Да ладно, - отозвался я, отражая еще один стремительный удар, с надеждой рубанув в открытые внутренности обратным взмахом. Оружие тау может быть и не остановило его, но взломало броню, словно панцирь сваренного рака. В ответ меня обрызгало отвратительно пахнущей струей ихора и смазки, но машина едва замедлилась, и я увернулся от следующего удара в самый последний момент, скакнув за опору под носом шаттла. Когда клинок сервитора ударился в нее, со зловещим скрежетом весь шаттл сдвинулся, и, оглянувшись, я обнаружил что всего в трех-четырех шагах от края пропасти.

Хотя об этом беспокоиться было некогда, так как сервитор продолжал наступать, игнорируя постоянный звон лазреных разрядов о спину. Юрген не терял времени и усилил натиск, пока опора давала мне хоть какое-то укрытие от случайного выстрела, что пролетел мимо цели. Потрескивающий и искрящийся сервитор сошелся со мной в смертельном вальсе, мы рубили и тыкали друг в друга вокруг толстого металлического препятствия, крутясь то в одну сторону, то в другую, пытаясь найти слабое место в обороне противника, или парируя неожиданный удар. В этой игре у меня было краткосрочное преимущество, инстинкт и интеллект давал мне фору перед ограниченными программой ответными ударами и движениями, но это преимущество вскоре исчезнет, как только я попытаюсь столкнуться напрямую с его неумолимым натиском.

Пока я продолжал обмениваться ударами с механическим убийцей, Эль'хассаи наконец-то выпрыгнул из шатающегося шаттла, его неуклюжее приземление на посадочную площадку повторил другой бронированный воин. Я заметил движение краем глаза, когда они упали, и зашатались, это отвлекло мое внимание в потенциально смертельный момент. И только рефлексы, отточенные бесконечными тренировками и слишком частыми поединками вроде этого, спасли меня от неминуемого отсечения головы. Я в самый последний момент поднял клинок, подсознательно уловив движение, дабы отразить удар, который в противном случае в момент отвлечения стал бы роковым.

- Уйдите с дороги! - заорал я, осознав, что они теперь блокируют Юргену линию огня. Однако тау восприняли это видимо как заботу об их благополучии, поскольку Эль'хассаи повернулся и быстро помахал мне, после чего помог своему компаньону подняться на ноги. И когда он это сделал, я заметил, что страховочная опора все еще торчит из кармашка брони воина, мне пришла в голову отчаянная идея.

- Посол, опора!

- Опора? - переспросил он, его голос шипел в моей комм-бусине и я благословил предвидение Живана, что он дал ему ограниченный доступ в нашу вокс-сеть, - что с ней?

- Ты можешь отцепить ее то брони? - спросил я, простой вопрос настолько часто прерывался ударами и контрударами, что в результате превратился в набор слогов. Однако быстро сообразив, Эль'хассаи не теряя время на вербальный ответ, просто нашел своего рода зажим и поднял маленькую коробочку, примерно шириной в ладонь, когда высвободил ее.

- Хорошо! Кидай сюда!

Что же, он сделал все что мог, но он дипломат, а не атлет. Коробочка дугой пролетела по воздуху в моем направлении, и со звоном ударилась в боковину зловеще стонущего шаттла, а потом забряцала по рокриту в трех метрах от меня, слишком близко к краю, чтобы мне это понравилось.

- Мои извинения, - произнес он, бросив взгляд из-за плеча на меня и соотечественника без сознания, после чего пошел к двери так быстро, как позволял его шатающийся сородич.

- Да не стоило, - ответил я, уверенный, что он не особо потеряет сон после моей смерти. Я сделал ложный выпад вправо, хотя был готов ударить слева, в надежде что машина отреагирует предсказуемо. К счастью так оно и произошло, она тяжело шагнула налево, дабы пресечь настоящее движение. Которого не последовало, так как я через долю секунды нырнул вправо, молясь Императору, чтобы не поймать цепной клинок своими зубами.

Может быть Он ради разнообразия услышал, или может быть правда, что везет дуракам, но к тому времени как сервитор осознал, что я не там, где он рассчитал, я уже тяжело шлепнулся на рокрит, моя протянутая рука зацепила коробочку тау. На секунду мне показалось, что она выскользнет, но я подцепил ее краем цепного меча, ощутив, что мои ботинки на один чудовищный момент заскользили по краю пропасти, затем странной формы кусок полимера оказался у меня в руке и, тяжело дыша, я отполз от края.

- Берегитесь, сэр! - предупредил меня Юрген, когда я встал на колени, я обернулся и увидел, что сервитор с неумолимой решимостью топает ко мне, задевая при этом плечом посадочную опору. Со зловещим скребущим звуком превосходно сбалансированный шаттл снова сдвинулся, и я определенно ощутил дрожь рокрита. Сервитор ударил клинком вниз, осыпав меня гравием и осколками, когда вращающиеся зубцы приземлились на рокрит, и я отполз назад. Когда я встал на ноги, голова болезненно ударилась о скошенное металлическое дно многострадального шаттла, и только моя фуражка предотвратила неожиданную потерю сознания. Это хреново. Меня загнали в угол, без возможности к отступлению.

- Как работает эта штуковина? - спросил я по воксу, парируя молотоподобный удар неумолимой машины, согнувшись и отступив под наклонный корпус насколько было возможно. Сервитора нельзя было остановить, и я надеялся, что там он меня так просто не достанет.

- Вытяните столько, сколько нужно и закрепите зажимом, - объяснил мне Эль'хассаи, словно это было что-то доступное каждому. Пробуя, я потянул за конец, и ощутил как барабан внутри коробочки освободился, даже намека не было на рывки или же колебания. Маленький утопленный переключатель рядом с отверстием встал на место, когда я ткнул в него и вся конструкция тут же застыла. Вот и отлично.

- Отпустите зажим, опора втянется обратно автоматически.

- Это не понадобится, - уверил я его, размахивая коробкой в поисках, куда бы ее прицепить, - как она цепляется?

- Плоская сторона корпуса склеится на молекулярном уровне, если активируете верхнюю кнопку, а другой конец прилипнет, если активируете нижнюю, - с похвальной краткостью проинструктировал Эль'хассаи.

- Понял, - ответил я, блокируя еще один механический и предсказуемый удар моего громыхающего оппонента и раздумывая, как долго мне еще повезет продержаться. Я шлепнул плоской стороной маленькой коробочки по корпусу шаттла, убедившись, что в этот момент весь корабль слегка сдвинулся от удара [55], и нажал кнопку, о которой говорил Эль'хассаи. К моему смутному удивлению, она держалась [56].

Ну а теперь сложная часть плана. Нажав на вторую кнопку, я размахивал концом опоры, дугой, выписывая ей восьмерку, используя опору, чтобы защищаться от машины. Как я и надеялся, она сразу же отреагировала махнув обрубком автопушки, чтобы отразить удар, намереваясь оставить от меня мокрое место цепным клинком. Превосходно рассчитав момент, я махнул своим цепным мечом, чтобы отразить удар и кувыркнулся под ним, встав на ноги за спиной машины. Несмотря на искушение ткнуть киборга в отместку, я взял ноги в руки и побежал изо всех сил к своим компаньонам.

- Процедура отключения все еще не запускается, - рассерженным, настолько это позволял отфильтрованный механикой голос, произнес Кипер.

- Да забудь ты, просто открой эту гребаную дверь! - прорычал я. Найдя на пути тау без сознания, и приметив толпу, собравшуюся у двери, я отбросил желание оставить его на месте и бежать дальше, вместо этого я остановился и схватил его за руку. Бесполезно напоминать, что если его просто тащить, это вряд ли ускорит дело, и я развернулся, ожидая увидеть снова бредущего ко мне сервитора. К моему облегчению он оставался на месте, пришпиленный к шаттлу, я был вне досягаемости его цепного клинка. Я немного расслабился.

- Я иду к вам, сэр, - произнес знакомый голос, и сначала ко мне присоединился запах Юргена, а мгновением позже сам Юрген. Он взял тау за другую руку, что значительно ускорило передвижение.

- Спасибо Юрген, - ответил я, когда мы достигли закрытой двери. Я развернулся как раз в тот момент, когда с громким стоном перенапряженного металла и визгом раздираемых плит корпуса, шаттл сдвинулся.Затем, почти слишком быстро, чтобы увидеть, он исчез, испарился за краем бездны, утаскивая с собой сервитора.

- Одно я тебе хочу сказать, Кайфас, - произнес Живан через секунды ужасающей тишины, которая в конечном итоге была нарушена громким бумом где-то у подножья шпиля, - ты реально знаешь как преподнести свое появление.

Глава восьмая

Вряд ли стоит говорить, что наше эффектное прибытие было особенно хорошо принято нашими хозяевами. Они встретили нас достаточно холодно, даже по своим горестным стандартам гостеприимства, которыми обычно наслаждаются гости Адептус Механикус.

Как только мы наконец-то попали внутрь шпиля, и как раз во время, мое больные легкие поблагодарили, то контраст с внешним миром стал более чем поразительным. Я за многие годы достаточно бывал в святилищах Механикус, чтобы с радостью принять достаточно знакомый прохладный, фильтрованный воздух с вездесущим привкусом озона, горюче-смазочных материалов и обугленной изоляции, как и вездесущие полированные стальные поверхности и отчеканенные шестеренки. Повсюду валялись привычные куски мехо-хлама, защищенные от жирных пальцев и механодендритов любопытных зевак кропотливо отполированными стеклянными футлярами, в это же время слишком яркие люминаторы делали все, чтобы металлические стены светились должным образом, придавая всему благолепие.

Кипер и его скитарии гнали нас по лабиринту коридоров, которые отличались друг от друга только расставленными у стена экспозициями технологических безделушек. Они старались изо всех сил, очевидно не желая, чтобы ксеносы много увидели, хотя учитывая состояние двоих из них, скорость была не очень-то, к тому же в любом случае только Эль'хассаи мог наслаждаться видами. Не то, чтобы он проявлял к этому какой-то особый интерес, поскольку его внимание было приковано как к хромому компаньону, так и к тому, кого со всей осторожностью несли самые младшие по званию подчиненные из свиты Живана.

- А я видел счастливых шестеренок, - прошептал я лорду-генералу, не особо стесняясь, что у кого-то из скитариев может быть аугметически улучшенный слух. Никто из них не показал, что услышал меня, он просто продолжали оживленно щебетать друг с другом на своем зубодробительном частном языке, несомненно обсуждая, что вина за катастрофу на посадочной площадке, никоим образом не должна лечь на них.

- Как вы поняли? - возразил он, кисло глянув на наш эскорт. - Всем, кого я встречал, нужно было расколоть череп, чтобы улыбнуться.

- Ждите здесь, - сказал нам Кипер, когда мы подошли к бронзовым дверям, примерно вдове выше обычного человека, хотя полагаю через них доставляли срочные материалы. Он толкнул левую створку, и открыл ее так широко, что внутрь можно было только проскользнуть, после чего закрыл ее за собой с грохотом, который так неприятно отразился эхом, что слишком уж напомнило мне последний удар шаттла о площадку кузни.

- Я не потерплю такого обращения, - объявил Живан, его борода ощетинилась и он шагнул вперед, чтобы схватиться за ручку. Скитарии блокировали ему путь и он, совершенно оскорбленный, испепелил их взглядом.

- Я лорд-гребаный-генерал секторов у края галактики, и никого не буду ждать. Все ждут меня!

В последующей тишине я отчетливо расслышал позади себя шуршание и щелчки пистолетов, у помощников генерала не оставалось выбора, кроме как последовать за ним. Конечно же любая перестрелка со скитариями станет самоубийственной, они аугметированны по самые яйца, и у меня не было сомнений, что хеллганы всего лишь самая малая часть из встроенного в них смертоносного арсенала. Кроме того, они были запрограммированы для боя, и возможно откроют огонь чисто рефлекторно, как только ощутят угрозу. Однако, что меня заботило сильнее всего, по правде говоря я стоял прямо между двумя сторонами, так это то, что я стану отличной мишенью для случайного попадания. Определенное самое время остановить безумие.

- Может быть нам просто уступить, - сказал я, выходя вперед и хватая Живана за руку, до того как он толкнет дверь. Я был уверен, что если он так поступит, доверившись что власть его положения защитит его, то невральные программы скитарий расценят это движение как враждебное, и определенно откроют огонь, как и определенно то, что еретики прокляты.

- Если Адептус Механикус не хотят нашей помощи, мы можем использовать силы, что привели сюда, для защиты наших систем.

- Меня так и подмывает это сделать, - прорычал Живан, обращаясь непосредственно ко мне. Больше никто не осмелился бы так схватить его за руку, но красный кушак дает относительную свободу действий [57], и к моему облегчению, кажется он внял моим словам.

- Все еще остается большая вероятность, что ниды в любом случае пройдут мимо этого прыща на заднице галактики.

Я нажал на комм-бусину в ухе, с помощью которой слушал переговоры нашего бывшего пилота с полетным управлением на борту флагмана. В менее удручающих обстоятельствах я бы счел их весьма интересными, так как флагман был не очень-то обрадован новостью, что шаттл превратился в кучу металлолома, и что нам нужен другой как можно скорее.

- Значит я предлагаю вернуться на взлетную площадку, - сказал я, - другой шаттл уже в пути, и если мы подождем его там, то сможем избежать дальнейших неприятных недопониманий.

В этот момент дверь открылась толчком, из-за совершенно излишне приложенной силы, подтверждая мою догадку, что как минимум один из скитариев передавал нашу беседу тем, кто ждал нас внутри. В двери появился Кипер, почти воткнувшись обонятельной пластиной в меня с Живаном. Он выглядел столь возбужденным, сколь это было возможным с лицом, собранным практически полностью из неподвижных скобяных изделий.

- Лорд-генерал, - пробубнил он, встал в сторону и приглашающе махнул рукой внутрь, что выглядело весьма гостеприимно несмотря на зазубренные клинки, имплантированные ему в руку, - добро пожаловать.

- С каких это пор? - прошептал мне Живан, но без дальнейших разговоров или взгляда на нас, шагнул внутрь зала. Я последовал за ним, изобразив что-то вроде учтивого кивка центуриону-швейцару, следом за мной, спину мне, как всегда надежно, прикрывал Юрген. Подчиненные Живана тоже кинулись вперед, но их остановила поднятая рука Кипера.

- Никогда нога ксенос не преступит Святилище Умозаключений, - твердо произнес он, - они как можно быстрее должны вернуться на ваш корабль.

- Делегация тау здесь по моему персональному приглашению, - игнорируя его сказал я, при этом оглядывая зал, в который только что вошел. Потолки были высокие, сводчатые, выполненные из драгоценных металлов, виднелась огроменная икона Императора в Его аспекте Бога-Машины. Полумесяц сидений, перед каждым из которых прочно была закреплена инфо-кафедра, ограждал возвышающийся помост, на котором стоял почтенный техножрец, столь сильно аугметировнный, что его едва ли уже можно было считать человеком, его окружала толпа младших аколитов и несколько парящих серво-черепов. Окружающие кресла были заняты другими магосами, большая часть которых была столь же сильно аугметированна. Хотя по крайне мере у одной вроде бы осталось достаточно органического лица, чтобы можно было состряпать хоть какое-то подобие выражение, но и как большинство хороших маленьких техно-жрецов, она старалась выглядеть невозмутимой, а вовсе не взволнованной той драмой, что разворачивалась перед ней.

- Я понимаю, что это вряд ли естественный союз, но у нас есть общий враг - тираниды.

- Это не обсуждается, - проскрежетала груда механических частей за кафедрой, словно бы оскорбленная тем, что ей приходиться общаться с нами на чем-то столь неточным, как Готик [58].

- Они оскверняют дом Омниссии своими нечестивыми устройствами!

Он сердито глянул через дверь на бронированного воина огня, линзы его оптических фильтров, казалось, светились красным от гнева, хотя полагаю, что в них просто отразилась его роба. Практически на всех в комнате были оттенки этого цвета, за исключением парочки белых роб [59], и я на секунду задумался, что может быть незначительные отличия в оттенке каким-то образом отражают статус. Но с другой стороны, одинаково вероятно, что цвет зависел только от того, сколько раз облачение побывало в прачечной.

- Этот вопрос легко исправить, - сказал Эль'хассаи, совершенно отказываясь воспринимать оскорбление, хотя один Трон знает, чтобы я делал на его месте. Он вытащил что-то из уха, затем покопался в кармане и вручил комм-бусину и несколько других, незнакомых мне, предметов хромому воину.

- Все образчики технологии тау будут немедленно возвращены на взлетную площадку, дожидаться прибытия шаттла.

- Лучше их уничтожить, - посоветовала женщина, в этот момент председательствующий магос защебетал и загудел, явно общаясь со своими коллегами, доступным только для них способом.

- Достаточно их убрать, - наконец произнес он, и если я правильно заметил, то с некоторой неохотой, - достаточно четкого понимания, что ни одно устройство ксеносов никогда больше осквернит Фекандию.

Было ясно, что он на самом деле имеет в виду в том числе носителей таких устройств, но в данных обстоятельствах он вряд ли мог это сказать в открытую.

- И любое дальнейшее пребывание их здесь будет расценено нами как тяжкое оскорбление.

- Тяжкое оскорбление?! - взревел Живан, все еще не в настроении играть в дипломатию, - вы открыли по нам огонь, уничтожили наш шаттл, и, млять, чуть не убили комиссара Каина! Вот это оскорбление, лицемерные вы ведра с болтами!

Он развернулся на каблуках, явно намереваясь выйти из комнаты.

- Удачи вам с тиранидами, потому что если в течении следующих пяти секунд я не услышу извинений, то мы покидаем орбиту, как только вернемся на флагман!

- Лорд-генерал, - сказал женщина, вставая на ноги и одновременно глядя на своего начальника, что не очень-то было необходимо с учетом почти слышимого визга бинарного обмена, что сопровождал передачу сообщения. Живан остановился; если кто-то еще выскажется в этот момент, то я полностью верю, что он исполнит свою угрозу, или же у меня будет крайне мало времени отговорить его. Его не так-то просто было вывести из себя, но когда это удавалось, он был поистине грозен, вот почему я достаточно быстро осознал зачем ему нужен был комиссар поблизости, когда раздражение выплескивалось. Но чистый женский голос явно удивил его, он прорезался через туман гнева, что окутал генерала.

- Магос Дисен может быть подобрал слова не очень хорошо. Я боюсь многие из нас будут неправильно поняты людьми не из нашего братства.

- Верно, - проскрежетал магос, не очень-то довольный тем, что его лицо сохраняет подчиненная (ну или переднюю часть головы, так как у него вряд ли уже осталось хоть что-то подходящее под слово лицо).

- Магос Килдхар права. Оскорбление не подразумевалось. Если бы нас предупредили, что с вами ксенос, то кора сервитора была изменена подходящими обновлениями в наборе инструкций.

- Превосходно, - сказал я, - все это немножко драматично, но в конце концов никто не пострадал.

Затем мне запоздало пришла в голову тревожная мысль.

- Там ведь куда грохнулся шаттл, никого ведь не было?

- Никого значительного, - уверила меня Килдхар.

- Производство мотыг, подставок и шиберов значительно пострадало, - несколько оскорбленно заявил один из сидящих техножрецов, - понадобятся серьезные ремонтные работы в мануфактории.

- Однако мы получили благодаря этому значительное количество материала, - вклинился другой, явно намереваясь смотреть на произошедшее с оптимизмом, - вы же не желаете вернуть себе остатки шаттла? Я вас уверяю, он не подлежит восстановлению.

- Да хрен с ним, - грубо ответил Живан, его гнев начинал улетучиваться. Как и большинство техножрецов, эти идиоты явно жили в собственном мирке, куда редко заглядывала галактика. К несчастью одна из ее самых неприглядных фасцет заглянула к ним и была готова в неисчислимо больше количестве рухнуть на планету, если мы что-нибудь с этим не сделаем, и несмотря на враждебность Живана, у нас не было других вариантов кроме как защитить их любой ценой. Хотя все еще казалось, что приграничные миры тау наиболее вероятная мишень, но брать на веру мы не решились. Потеря Фекандии, и производимых здесь боеприпасов, будет стоить нам половины сектора, и это как минимум, если нам повезет.

- Тогда наверное нам лучше заняться делом, - предложил я, подкидывая им другу тему, нежели реальные или мнимые обиды. Конечно же в зале нигде не было дополнительных кресел для пришедших, но этот недостаток вскоре исправили, как только я тактично упомянул об этом. Дисен сварливо подозвал один из серво-черепов, что летали в зале, и через несколько минут он вернулся в сопровождении маленького кометного хвоста из сервиторов, что тащили стилизованные стулья из полированного металла, на спинках филигранью была выбита Святая Шестеренка. Чудовищно неудобные, но кресла для гостей всегда являлись таковыми, так что жаловаться было бессмысленно. Поставлю все что угодно, что на них гораздо лучше было сидеть жестяной задницей, чем своей настоящей. Пока шла встреча, я даже начал ощущать какую-то томную тоску по грибкам тау.

- Хорошая новость, - сказал Живан, пользуясь своим статусом самого старшего по званию офицера экспедиционных силы, чтобы остаться на ногах во время переговоров, - то что главные силы флота-улья идут по курсу.

Он указал на дисплей гололита, который искрился и колебался у нас над головами, в то время как стайка адептом с надеждой тыкала в проекционное оборудование. Не в первый раз у меня сложилось впечатление, что большая часть аудитории негодуют от черепаший скорости обмена информацией.

- Тогда нам вроде бы нечего бояться, - глядя на изображение, которое наконец-то стабилизировалось, отозвался Дисен, Нарисованный курс атаки тиранид полностью обходил систему Фекандии, и ощутимо облегчение поселилось в комнате, когда до всех дошло.

- Со всем уважением, магос, - произнес я, воспользовавшись шансом, чтобы встать, пока предоставилась такая возможность, и театральным жестом указав на экран, - такой вывод будет не только преждевременным, но и потенциально фатальным.

Последнее чего мне сейчас не хватало в жизни, так это чтобы меня отправили обратно на линию фронта, что скорее всего и произойдет, если сбудется угроза Живана оставить Фекандию ее собственным жестяным хозяевам.

- С чего бы? - спросил Дисен, явно не понимая сути. По крайней мере он честно признавал свое собственное незнание, вместо того чтобы надуться, и мое мнение о нем несколько улучшилось.

- Потому что это только наши догадки об их продвижении, основанные на самых последних разведданных, - ответил я, - флот и тау отправили разведотряды проверить их, но пока суть да дело, мы должны исходить из предположения, что ниды в любую секунду могут изменить траекторию. А на Фекандии населения столько, что вполне может привлечь их, если они узнают о нашем существовании.

- И даже если основной флот будет держаться курса, - добавил Живан, - они все еще могут послать своих собственных разведчиков на поиски добычи. Мы уже много раз встречались с такими тварями.

- Тогда наши наземные силы должны оставаться настороже, - к моему удивлению в разговор вклинилась Килдхар, - если они узнают о нас, то мы должны ждать организмы проникновения, дабы те попытались оценить нашу защиту.

- Верно, - согласился я, - магос, кажется вы прекрасно информированы.

- Я магос-биологис, - объяснила она, - и пути тиранид не совсем скрыты от меня.

- К счастью для нас, - ответил я, находясь в блаженном неведении, насколько я ошибался.

- Я готова предложить вам любую помощь, которая может потребоваться, - уверила она всех присутствующих.

- Хорошо, - ответил Живан, явно как-то преображаясь, после такой демонстрации сотрудничества, - хотя бы кто-то из присутствующих осознает серьезность положения.

- Я думаю вы поймете, что мы все осознаем, - пробубнил Дисен, - хотя наши приоритеты могут кое в чем различаться.

- Наш приоритет - обезопасить этот мир, - произнес я, быстренько вступая в беседу, дабы предотвратить возможный взрыв разногласий, - с этим мы все согласны.

Я боковым зрением глянул на Эль'хассаи, размышляя, а так ли это в его случае. В конце концов если Фекандия падет, тау смогут неистово пронестись по половине Залива, ну если конечно же хоть что-то останется, когда тираниды закончат жевать. Однако выражение его лица невозможно было прочитать, хотя его голова склонилась в едва заметном кивке.

- Согласны, - к моему невыразимому облегчению ответил Дисен, - и мы учтем ваш совет в этом вопросе.

Конечно же, это не значило, что они его примут, но это лучшее, что мы могли получить на тот момент, но раз уж у нас было тридцать тысяч хорошо вооруженных гвардейцев на планете, то я был всецело уверен, что наша точка зрения победит.

- У вас достаточно судов, чтобы защитить систему от вторжения? - спросила Килдхар, глядя на гололит и что-то рассчитывая, - Если я правильно понимаю эти иконки, то только треть из флота боевые корабли.

- Это верно, - признал Живан, - большая часть транспортники пехоты. Они вернуться на Коронус как только высадятся подразделения Имперской Гвардии. Но Флот уверил меня, что у них достаточно огневой мощи, дабы сбить один-два корабля улья.

- Тогда будем надеяться, что тираниды не пошлют нам больше двух, - сухо отреагировал Дисен.

Живан развернулся к гололиту.

- Боевой флот Дамоклова залива уже знает об угрозе, и выдвигается ей навстречу, - сказал он, - три флотилии и боевая группа на пути к точке встрече в Квадравидии, готовые перехватить главное вторжение тиранид в глубоком космосе, как только их курс будет достоверно известен.

- Вот это успокаивает, - сказала Килдхар таким тоном, что я ни на секунду не поверил ее словам, - однако если я правильно поняла данные, встреча состоится не раньше чем через от пяти до тридцати семи дней, в зависимости от течений варпа, после того как флот-улей пройдет мимо Фекандии,

- Значит, как кратко изложил магос Дисен, - сказал я, беззастенчиво ссылаясь на почтенного техножреца в целях облегчить себе жизнь, - будет надеяться, что тираниды атакуют теми силами, с которыми мы сможем справиться.

- Флот, что охраняет Др'тх'нир значительно ближе, - указал Эль'хассаи, - и сможет снять осаду с системы, если понадобится.

- Я думал мы четко разъяснили свои позиции, - проскрежетал Дисен, - мы не потерпим неосвещенных технологий в системе, где почитают Бога-Машину.

Живан открыл рот сказать что-то, затем его лицо снова омрачилось, и я спешно выступил, чтобы не дать ему слова.

- Я уверен, что Омниссия никогда не допустит нанесения серьезного вреда такому благочестивому миру без надобности, - совершенно беззастенчиво соврал я. Большая часть собравшихся в комнате шестеренок самодовольно кивнула.

- Такая необходимость вряд ли возникнет, - согласился Эль'хассаи, я уверен, что он специально подобрал тон, дабы не слышался сарказм.

- Тогда вернемся к вашему вопросу, магос, - сказал я, обращаясь напрямую к Килдхар, - в краткосрочной перспективе величайшую угрозу будут представлять организмы внедрения, а не массированная атака. Конечно же Флот будет вести постоянное ауспекс-сканирование, но общеизвестно, что споры тиранид в малом количестве практически невозможно засечь. Если у вас есть любые возможности увеличить чувствительность наших приборов, мы будем благодарны.

- Конечно же, - она склонила голову, - я подготовлю подходящие улучшения.

- Настоящая проблема в числе кораблей в небе, - сказал Живан, - каждый ауспекс будет забит тысячами отражений [60]. Нам нужно закрыть систему от гражданского траффика на время чрезвычайных обстоятельств.

- Не подлежит обсуждению, - достаточно предсказуемо ответил Дисан, - мы полностью полагаемся на импортные продукты питания. Наши протеиновые фермы могут обеспечить едой только около сорока семи процентов населения.

- Значит введем рационы, - отрезал Живан.

- Я боюсь не вариант, - попыталась изобразить сожаление Килдхара, - потребление продуктов для населения уже и так превосходно рассчитано для обеспечения максимальной жизнеспособности и минимальными затратами ресурсов. Сокращение даже на пять процентов вызовет ощутимые вредные последствия, и сократит дневную норму потребления настолько, что приведет к вымиранию от голода за месяц.

- Этого не может быть, - я возразил к ее явному удивлению. Улыбнувшись без тени веселья, я продолжил:

- Восстания задолго до этого сровняют с землей улья.

- Хорошее замечание, - согласилась она, - рабочие от десятины несомненно ответят именно в такой эмоциональной манере.

- Значит мы не можем уменьшить количество кораблей, - с неохотой признал Живан, хотя по мне так это было неплохо: чем больше кораблей на орбите, тем выше мои шансы сбежать, если ниды в самом деле уничтожат нашу оборону.

- Похоже нет, - согласился я, - значит будем стараться изо всех сил.

Я оглядел комнату. Невысказанное напряжение и подавленная враждебность все еще витала в воздухе, подобно разрядам молнии вдалеке.

- И удачи с этим, - тихо добавил я сам для себя, свернув на счастье ладонь.

Глава девятая

Учитывая напряжение, что повисло меж экспедиционными силами и Адептус Механикус, вряд ли удивительным было то, что вся работа по сотрудничеству свалилась на меня [61]. Живан желал иметь как можно меньше дел с техножрецами, в то время как Дисен достаточно ясно дал понять, что его чувства всецело взаимны. Я же, с другой стороны, должен был объединить эти силы в образец, достойный Империума, так что оба вроде бы прислушивались ко мне. Соответственно пару следующих недель я провел с сложном танго, состоящем из полуправды и откровенной лжи, втюхивая лорду-генералу и главным магосам ощущение, что я считаю их точку зрения наиболее разумной, это и еще чуть-чуть гибкости, позволяло нам вести совместные совещания. Несомненно Донали справился бы с этой задачей лучше, но он был в отсюда в парсеке, а у меня было достаточно практики в таких игрищах, после целой жизни, проведенной в защите своей репутации и приобретения доверия, которого я не заслуживал.

Самый большой облом, поскольку он касался меня, заключался в том, что я был вынужден покинуть уют флагманского корабля и перебраться в относительно спартанские условия мира-кузницы, дабы исполнять возложенный на меня обязательства со всей эффективностью. Кроме того, что мне весь день приходилось вдалбливать прописные истины в Дисена, так же возникали некоторые проблемы с расположением армии Имперской Гвардии, со всеми проистекающими проблемами меж ними и местным населением, которые обычно возникают. А в данном случае даже больше, поскольку бесконечное число помещений было закрыто для нас эдиктами, вопросами безопасности, или же по полной дурости. Ну хотя бы Корпус Смерти был счастлив до усрачки оказаться в пустошах, которые убили больше бойцов в других полках нежели враг, но они хотя бы тогда не болтались под ногами, а что касается остальных - пестрой коллекции с десятков миров [62], то те были постоянным источником моей головной боли. Не единожды я испытывал порыв собрать все шмотки и порекомендовать отойти к Др'тх'ниру, на который тираниды до сих пор смотрели так же, как Юрген на шведский стол, где можно было съесть все, и останавливала меня только одна мысль о том, что если я так поступлю, Живан несомненно отправит меня руководить обороной непосредственно. Кроме того, мы все еще не были полностью уверены, что планета вне опасности, да и оказаться в анналах истории человеком, который потерял весь Залив, вряд ли было славным завершением моей незаслуженно блистательной карьеры.

К счастью Механикус соорудили значительное количество комфортно обставленных номеров рядом с внутренним святилищем в угоду прибывающим сановникам Империума, к которым они относили и меня, так что я был менее стеснен, чем опасался. Но определенно недоставало мастерства личного повара Живана, так как сбалансированная диета из виридийской солянки, на которой по большей части я был вынужден существовать, причинила предсказуемые последствия для моей пищеварительной системы [63]. Юрген умудрился где-то достать специй, которые не позволяли моим вкусовым рецепторам окончательно атрофироваться, но если бы не мои периодические визиты на флагман для личных переговоров с Живаном, я не думаю, что до конца времен мне бы светила хоть какая-то человеческая еда на Фекандии.

- Как идет размещение? - спросил он, благопристойно выдержав паузу, пока я не закончу жевать и глотать. Очень жаль, но на этот раз у меня не было времени в полной мере насладиться его гостеприимством, но Юрген, верный как всегда, в тот же момент как мы приземлились, припустил в ближайший камбуз и вернулся с добычей в виде горячих булочек с гроксом и дымящейся кружкой рекафа, все это я принял с большой благодарностью.

- Не хуже, чем мы ожидали, - ответил я, в перерывах разговора вгрызаясь в еду, пока мы шли к знакомому суетливому командному центру. Гололит проецировал знакомое изображение Фекандии, которая как никогда напоминала гнилой фрукт, утыканный иконками, показывающими нашу текущую боеготовность. На мой взгляд слишком мало подразделений светились руной полной боевой готовности, и я решил высказаться откровенно, Живан явно разделял мою точку зрения.

- Но я был бы намного счастливее, если бы к этому моменту большее число подразделений вышло на позиции.

- Как и я, - согласился лорд-генерал. Он смотрел на полупрозрачное изображение с гримасой отвращения.

- Ну хотя бы главные жилые здания укрепили.

- Я едва убедил в этом Дисена, - сказал я, не видя ничего зазорного в том, чтобы напомнить ему, как напряженно я работаю внизу, - он хотел сначала обезопасить производственные мощности.

- Не сомневаюсь, - ответил Живан, принимая от Юргена кружку с рекафом, отвечая кивком и едва заметно вздрогнув, - как тебе удалось переубедить его?

- Ну я ему намекнул, что они вообще больше ничего не смогут производить, если ниды сожрут всю рабочую силу, - ответил я. По правде говоря Килдхар первая увидела логику в таком поступке, и чуточку помогла в беседе с ним, но так ее здесь не было, чтобы возразить, то я не стал усложнять вопрос деталями.

- Верно, - Живан быстро сделал глоток горячего, горького напитка и вернулся к гололиту, - да нам не нужно его разрешение делать нашу гребаную работу.

Что технически было верно, так как большая часть наших сил уже была на планете, если вы верите, что сила оружия может перевесить любые аргументы. Но если дойдет до прямого столкновения, духи-машин Фекандии определенно перейдут на сторону оскорбленных техножрецов, что вряд ли поможет нам в дальнейшем.

- Тем не менее, возможно лучше чтобы шестеренки оставались счастливыми как можно дольше, - ответил я. Если действительно грядет война, придется делать сложный выбор, кого, когда и в какую очередь спасать, а я всем нутром понимал, что разница в приоритетах только усложнит задачу, особенно пока еще не утихли старые обиды.

Живан вздохнул.

- Ты прав, хотя я рад, что это твои проблемы.

- А я думал это ваши проблемы, - ответил я, и он впервые с момента моего прибытия улыбнулся.

- Наше главное слабое место - пустоши, - произнес генерал, изучая медленно вращающийся глобус, - мы можем окопаться в ульях, но ничто не продержится снаружи достаточно долго. А насколько мы знаем, ниды уже могли организовать там плацдарм, и мы никогда об этом не узнаем.

- Пока они не соберут армию для атаки, - согласился я, мне эта мысль не нравилась так же, как и ему. Адские условия на поверхности совершенно не беспокоили тиранид, те, кто не сможет закопаться под землю, просто отрастят себе броню потолще.

- Проблема в том, что мы не можем действовать эффективно в таких условиях, так что любая разведка на дальние расстояния не вариант, - я указал на несколько иконок за внешними крепостными стенами ульев, - Корпус Смерти сформировал растянутый кордон, в сопровождении все брони, что мы смогли туда выпихнуть, но наши танки и транспортники могут бегать там только несколько часов.

- Почему? - спросил Живан и я пожал плечами.

- Пепел. Забивает гусеницы и двигатели, чтобы там шестеренки не устанавливали на машины для фильтрации. Каждый раз одна из наших машин выходит из строя, и ее нужно как можно скорее разобрать по возвращению, иначе пепел твердеет.

- Теперь понимаю, почему ты хочешь умаслить Дисена, - догадался Живан, - а как насчет скитариев?

- Тоже патрулируют, - я указал на их иконки. Бойцы Механикус были достаточно аугметированы, чтобы выжить снаружи, если даже не чувствовать себя комфортно, они периодически возвращались в улей, хотя я очень сильно подозревал, что они скорее следят за Корпусом Смерти, нежели за тиранидами.

- Он вроде должны быть нам союзниками, но пока что они прикованы к своим зонам ответственности, а мы к своим, так что у нас нет особого конфликта интересов. Хотя если ниды атакуют, то скорее всего сделают это по-своему. Так что лучше не вырабатывать никаких стратегий, основанных на сотрудничестве.

Живан фыркнул, и сделал еще один глоток рекафа.

- Я это уже давным давно понял, - ответил он мне, к моему огромному удивлению, - это еще хуже, чем работать с Сороритас [64].

- Ну эти хоть меньше гимнов распевают, - сказал я, чем вызвал вторую улыбку за день, после чего я вернулся к обсуждению. Я изучал мертвецки-бледный шарик, столь отстранено, как мог. Несмотря на все наши усилия, у нас все еще оставались огромные не охваченные области, о которых мы ничего не знали.

- Мне кажется, что мы как-то слишком много полагаемся на орбитальную разведку.

- Это так, - подтвердил Живан, - Флот сканирует поверхность на наличие биосигналов тиранид, настолько, насколько позволяют песчаные штормы, а так же следят за летящими спорами. Пока это еще ничего не значит, но одновременно это не значит, что их там нет.

- Я думал Килдхар вроде бы подстроила ауспексы, - произнес я, - есть подвижки?

- Небольшие, - вклинился новый голос, магос-биологис выползла из-за блока сенсориума, сгрудившегося в дальнем углу комнаты. Живан явно забыл о ее присутствии, судя по его выражению лица, он мысленно прокручивал нашу беседу, в надежде, что никто из нас не ляпнул что-либо слишком неблагоразумное. Если она подслушивала, то никоим образом не показала свое раздражение или смущение, но техноджрецы редко вообще что-то показывают, так что нельзя было сказать наверняка. Хотя не было смысла волноваться, так что я просто пожал плечами.

- Мы установили несколько новых фильтров, - продолжила она, - которые должны очистить данные, и позволяют уничтожать фальшивые обнаружения. Мы же не хотим встать по тревоге и обнаружить, что скитарии снаружи преследуют стадо амбуллов, да?

- А там есть амбуллы? - спросил я, поразившись самой мысли, что на этих загрязненных пустошах вообще возможна жизнь, не говоря уже об огромных, агрессивных землеройках.

Килдхар кивнула:

- На самом деле там существует целая экосистема. И уверяю вас, мое звание далеко от почтенного.

- Уверен, что нет, - ответил я, - мне просто было интересно, можно ли раздобыть немного стейка на обратном пути.

- Я полагаю возможно, - несколько озадаченно ответила Килдхар, - некоторые из рабочих на поверхности охотятся на них, если есть такая возможность, но потребление животной ткани крайне неэффективный путь поглощения питательных веществ.

Она с пренебрежением посмотрела на остатки булочки в моей руке.

- Виридийская солянка гораздо более пригодны продукт, и дает организму все необходимое для хорошего здоровья.

- Кроме запаха, - с чувством ответил я, - и вкуса.

Мой рот моментально наполнился слюной при мысли о шкворчащем куске мертвой плоти.

- Ах, - Килдхар выглядела еще сильнее озадаченной, - вы об этом.

- Я займусь этим вопросом, сэр, - с полной уверенностью заявил Юрген, и мой дух заметно воспрял от перспективы наконец-то заполучить нормальную еду. Талант моего помощника снабжаться из местных источников провиантом был почти сверхъестественным, и я был уверен, что если где-то в улье найдется стейк из амбулла, то он его достанет, даже если ему придется самому завалить быка.

Затем мне в голову пришла другая, более тревожная мысль и я повернулся к техножрецу:

- Если здесь есть экосистема, то значит ниды найдут себе добычу. Они смогут построить свои армии гораздо быстрее, чем мы рассчитывали.

- Так и будет, - признала Килдхар, - если они прорвутся. Нам просто нужно сделать все, чтобы не прорвались.

На мой взгляд легче сказать, чем сделать, но рассуждения на эту тему уводили нас в неведомые дебри, так что я просто приправил беседу парой обычных банальностей насчет совместного сотрудничества и спровадил ее. Как только она больше не могла нас услышать, я продолжил беседу с лордом-генералом.

- Есть новости от разведчиков? - спросил я, и Живан с мрачным выражением лица покачал головой.

- Еще нет, - ответил он, - но чем ближе они к флоту-улью, тем гуще варп-тень. Их астропаты не смогут ничего передать, пока они не выйдут из нее.

- Если вообще выйдут, - ответил я, вспоминая слишком живо последние мгновения жизни судна-разведчика тау.

Живан кивнул, явно рассуждая в том же ключе.

- Если все обернется таким образом, нас мало кто предупредит, если вообще предупредит.

- Тогда будем надеяться, что она знает, что делает, - сказал я, глянув на Килдхар, которая уже вернулась к работе, оптимистично тыкая своими механодентритами в какой-то блок сенсориума. Тот отозвался громким хлопком и вспышкой электрического разряда.

- Ну да, - согласился Живан, при этом сотворяя аквилу.

Остальные вопросы с Живаном заняли некоторое время, как и ожидалось, когда нужно сопоставить доклады всей армии и подвести итог, и к тому времени как я закончил, мой ценный помощник уже ни раз гонял на камбуз. В конце концов мы со всеми распрощались и побрели обратно в ангар, где нас ожидал неприятный сюрприз.

- Что вы имеете ввиду нет шаттлов?! - скорее удивленно, нежели гневно вопрошал я. Сержант Флота [65], что принес плохие новости, отступил на шаг и нервно сглотнул.

- Тот, на котором вы прилетели, забрали, сэр. В медицинских целях. Высший приоритет.

Я ощутил как по спине пробежал холодок.

- Я не знал, что какое-то наше подразделение ведет боевые действия, - ответил я, интересуясь, как ниды умудрились проползти у нас под носом, несмотря на все усилия Килдхар по варке железа, программирования обновлений и сжигания благовоний. Затем пришла другая, более зловещая мысль: открыт огонь меж дружескими подразделениями Гвардии и скитарий, что чудовищно все усложнит, если я вообще хоть когда-нибудь смогу загладить последствия...

- Не ведут, сэр, - к моему облегчению спешно уверил меня матрос, - произошел производственный несчастный случай на обработке боеприпасов в Ржагоре. Лорду-генералу показалось это хорошей возможностью повысить боевой дух и выразить нашу помощь.

- Верно, - согласился я. Раненные рабочие и их коллеги оценят усилия по их спасению, и захотят отплатить тем, что не оставят нас бес припасов. Механикус чуть быстрее вернут к работе свои драгоценные заводы, да и опыт совместной работы позволит преодолеть напряженную атмосферу враждебности, что до сих пор мешало моей работе. Это был хороший порыв, и будь я на месте Живана, я бы наверное поступил так же. С другой стороны...

- Сколько нам еще ждать другого шаттла?

- Не могу сказать, сэр, - ответил моряк, видимо расслабившись, от того, что я его не пристрелю, как гонца с плохими новостями, - по моим прикидкам некоторое время. Вроде бы там внизу настоящий бедлам.

- А что с этим? - спросил Юрген, указывая чумазым пальцем в направлении темно-красной "Аквилы", с крыльями, окантованными золотом и серебряной шестеренкой на фюзеляже.

- А этот мой, - сказала Килдхар, выходя из воздушного шлюза, - исключительно для Адептус Механикус.

Пока говорила, она одарила нас приветливым кивком, ее жесткая шея выразила безмолвный протест непривычному жесту. Должно быть она понабралась уроков у Эль'хассаи в подражании нормальным человеческим реакциям, но она хотя бы пыталась.

- Я удивлена, что вы еще на борту флагмана, комиссар.

- Я тоже, - ответил я, уже размышляя, могу ли я развернуть ситуацию в свою пользу. В шаттле явно было место для парочки дополнительных пассажиров, так как она вроде бы путешествовала одна.

- Мои переговоры с лордом-генералом несколько затянулись.

- Как и мои настройки сенсориума.

Если она и удивилась, что ей на хвост упал Юрген, то не подала виду.

- Полагаю они оказались пригодными для дела.

- Приятно слышать, - ответил я, - когда я увижу старшего магоса, то передам ему эти отличные новости.

Я взглянул на свой хронограф, подчеркивая движение, чтобы она наверняка его заметила.

- Предполагалось, что я увижусь с ним через час.

- Уверена, что вам вскоре предоставят транспорт, - ответила Килдхар, останавливаясь у изножья посадочной рампы, и демонстративно показывая, что не понимает намека.

- Мы могли бы полететь с вами, - со своей характерной прямотой заявил Юрген. По его мнению, тонкости это удел других людей.

- Если это будет допустимо, - добавил он с запоздалой попыткой показаться вежливым.

- Я боюсь, это невозможно, - ответила Килдхар, изо всех сил пытаясь показать, что так оно и есть, - у моего пилота-сервитора запрограммированные летные инструкции, которые нельзя отменить. В противном случае это судно так же бы реквизировали для текущей экстерной ситуации.

- Да нам просто нужно на поверхность, - настаивал я, - мы можем вернуться в шпиль с любой посадочной площадке.

- Сожалею, но я не лечу в сам улей, - ответила Килдхар, с видом игрока в регицид, который только что успешно завалил моего короля, - мой пункт назначения ближе к внешним границам.

- Понятно, - произнес я. У меня проснулось любопытство, хотя если бы я знал к чему оно приведет, я бы заставил его успокоиться и заткнуться. Но в тот момент я считал, что все, что от нас скрывают Механикус, нам необходимо знать, а упускать такой шанс не хотелось. Уже само по себе защищать эту жалкую кучку шлака было хреново, не говоря уже о том, что наши союзнички могли в самый неподходящий момент выкинуть какой-нибудь неприятный сюрприз.

- Я уверен, что магос Дисен оценит ваше нежелание помочь мне встретиться с ним. Ну а лорд-генерал явно не будет возражать, если я его заставлю подождать чуть дольше.

Пока она раздумывала, вокруг ее неподвижных металлических частей лица, пробежало выражение некоторой неуверенности.

- Подожди здесь секунду, - наконец-от ответила она, исчезая внутри шаттла. Пару секунд спустя она появилась в незанятом верхнем куполе, частично скрытая металлическими полосами, держащими на месте бронестекло. Она схватилась за вокс-модель. Случайно или намеренно она повернулась к нам спиной, так что я не смог уловить суть разговора, прочитав его по губам, хотя с другой стороны расстояние было такое, что скорее всего ничего бы не разглядел [66].

Через несколько секунд обсуждения, сопровождаемого выразительными взмахами рук, она вернулась и позвала нас на борт "Аквилы".

- В данных обстоятельствах, - сказала она, - и с учетом вашей личности, большинство магосов готовы предоставить вам ограниченный допуск на производственную линию.

- Здорово, - ответил я, шагая за ней по рампе. Хотя если бы я знал, что нас ждет на поверхности, я бы скорее пешком отправился на Фекандию, чем ступил хоть ногой в этот гребаный шаттл.

Глава десятая

Наш спуск был лишен событий и столь же комфортен, как я ожидал. По правде говоря, Механикус очевидно решили, что такие "улучшения" сидений вроде оббивки, совершенно не нужны, и возможно являются неэффективным грузом, так что мы очутились на сваренной металлической лавке, над которыми ремни безопасности застегивались на такой высоте, что мне показалось это наиболее не поддающемуся рациональному анализу.

Мы вообще не пытались разговаривать. В любом случае мы бы не смогли перекричать визг двигателей, техножрецы и звукоизоляцию видимо посчитали излишней [67]. Как только мы влетели в атмосферу, Юрген привычно впал в вялость воздушной болезни, в то время как Килдхар хранила задумчивое молчание, ее взгляд смотрел куда-то вдаль [68], а я был озабочен сильнее обычного, размышляя о том, все ли идет хорошо. Что-то сказанное техножрецом в ангаре насторожило меня, и я с одержимостью прокручивал разговор в памяти.

"С учетом вашей личности", сказала она. В тот миг я принял это исключительно за ссылку на мою репутацию, и то, что я был точкой опоры для лагеря Механикус, был посредником меж Живаном и Дисеном, но размышляя, я пришел к выводу, что в ее интонациях было что-то такое, что подразумевало совсем другое. И она вроде бы достаточно четко дала понять, что визит в святилище будет очень быстрым, учитывая насколько закостенело ученики Омнисии обычно относятся к традициям и приоритетам, и насколько ревностно хранят свои секреты.

- Куда конкретно мы направляемся? - спросил я, когда ее взгляд наконец-то снова прояснился. Но к этому времени мы уже летели через пепельную пустошь, с подветренной стороны к печам юго-западной индустриальной зоны, которая, казалось, тянется почти до горизонта. Тошнотворные коричневые и желтые облака стелились у поверхности, завитками образуя призрачные фигуры в воздушных потоках от кормы: вредоносные потоки из самого сердца медленно остывающего производства, чье токсичной прикосновение к человеку вызовет удушье или за секунды насмерть сожжет неосторожного. Навскидку я мог вспомнить мало мест, которые были столь же особенно неприятны.

- Регио Квинквагинта Уно, - ответила она, - одно из наиболее сокровенных святилищ. Немногие не из нашего братства вообще знают о его существование.

- Значит я удостоен чести стать исключением, - ответил я с самым дипломатическим тоном.

- А что в нем такого особенного? - спросил Юрген, пробудившись от своих молчаливых страданий перспективой снова вернуться на твердую поверхность, и сразу же переходя к самой сути без всяких разглагольствований, как он часто делал.

Килдхар, казалось, застигнута врасплох прямой постановкой вопроса, и прежде чем ответить, секунду размышляла.

- Это хранилище, - наконец-то молвила она, - знаний столь древних, что их происхождение утеряно. И убежище тех, кто посвятил свою жизнь их восстановлению и применению.

- Вы говорите о археотехе, да? - спросил я, и техножрец кивнула. Кажется у нее стало получаться значительно лучше, отстранено заметил я, за исключением того, что она хотела передать этим знаком.

- Найденная по крупицам в десятках мест по всему сектору, - с благоговением ответила она, - и принесенная сюда для сохранения и изучения.

- Могу понять, почему вы держите ее в секрете, - подавив дрожь, ответил я. За десятки лет я несколько раз сталкивался с несколькими артефактами глубокой древности, и последствия ни разу не были хорошими. Воспоминания о прячущихся в недрах скитальца генокрадах перемежались с воспоминаниями о сумасшедшем пламени в глазах Киллиана, когда он пытался убедить меня, что наслав на всю галактику проклятье, он спасет ее, да и недавнее наступление блестящих металлических убийц в лабиринте туннелей под Интериус Прайм.

- Такие знания могут привлечь нежелательное внимание.

- Тогда мы должны положиться на ваше благоразумие, - ответила она.

- Я польщен, что вы доверяете мне, - достаточно правдиво ответил я, уже начиная в голове рисовать срочный доклад для Эмберли [69]. Насколько я знал, Инквизиция уже отлично знает об этих запасах ископаемого мусора, но никогда не повредит шепнуть лишний раз тем, и особенно тем инквизиторам, которые знают что бывает с опасными кретинами [70] вроде печально памятного Киллиана.

Но для дальнейших бесед времени не было, так как "Аквила" резко накренилась и стало наконец-то видно само святилище. Из темной серой мути под нами возникло гексагональное здание из рокрита, не похожее ни на один из тысячи бункеров, которые я видел, в которых скрывался, или пытался уклониться от атаки за время своей долгой и бесславной карьеры. Когда показались вокс-антены, теплоотводы и дополнительные структуры, украшающие поверхность, только тогда я смог оценить его масштабы. Высота его была как минимум двести метров, а ширина в два раза больше. Когда мы зависли над ним, стали видны очертания благословенной шестеренки, инкрустированной на крыше, она была вписана в центр шестиугольника. В самом центре рисунок повторялся, окружая поднятую посадочную площадку, которая этот момент вроде была свободной.

- Я не вижу охраны, - сказал Юрген, крутясь на своем месте, чтобы лучше разглядеть и почти задушив себя ремнями безопасности.

- Я уверен, там кто-то есть, - ответил я, озадаченно глянув на нашу хозяйку, - скитарии?

- Три группы расположены тут постоянно, - слегка уклончиво ответила она мне. (* contubernia - самое маленькое подразделение в римской армии, из них формируются центурии 10 человек).

- Три отделения, - задумчиво перевел я термин в эквивалент подразделений Имперской Гвардии [71], - должно быть хватает для здания такого размера.

- До сих пор этого хватало, - уверила меня Килдхар. "Аквила" уже садилась, ее посадочные двигатели включились, и я спиной ощутил внезапную перегрузку, когда он чуть взлетел над центром площадки. Затем двигатели отключились, и посадочные опоры стукнулись о рокрит.

- А, конечно же, есть другие меры предосторожности, - ее губы едва заметно сложились в подобие улыбки, несмотря на все ее усилия сохранить безэмоциональное выражение лица техножреца, она явно ждала, чтобы я спросил какие.

- Меньшего я не ожидал, - ответил я, отказываясь играть в игры, когда вой двигателей затих. Если бы я спросил, она бы просто ответила мне, что у меня нет допуска, деликатно намекнув, кто здесь главный, но так как я оставался абсолютно индифферентным, то существовал шанс, что она может что-то сболтнуть, подталкивая меня к вопросам. Хотя прежде чем у нее возник такой шанс, "Аквила" снова дернулась, вызвав озадаченный взгляд помощника.

- Мы же не собираемся снова взлететь? - спросил он, в его голосе читался подавленный страх.

Я покачал головой.

- Двигатели отрубились., - указал я, начиная размышлять, почему пилот до сих пор не опустил рампу. Но в тот момент, пока я говорил, весь шаттл содрогнулся во второй раз, и начал медленно опускаться через отверстие в крыше. Толстые слой рокрита и поддерживающие балки плавно проплыли мимо иллюминатора, и я увидел, что мы оказались в ангаре, непохожим на тот, из которого мы недавно вылетели. Однако будучи частью святилища Механикус, а не боевого корабля, металлические стены были отполированы и отражали свет, в отличии от тусклых и запачканных последнего, ну а наземный персонал, несущийся к нам, был облачен в красных робы технопровидцев, а не в пустотные защитные костюмы.

- Я бы рекомендовала оставаться на своих местах, - несколько самодовольно заявила Килдхар, когда я почти встал, заметив что толстая крыша над нами закрылась. Стало очевидным, что с тех пор как она раскрылась, она потешалась над нашим удивлением. Платформа остановилась со слабым рывком, и я на секунду зашатался, пытаясь восстановить равновесие.

- Хороший трюк, - позволил я себе высказаться, когда небольшой транспортер, пролетел через весь ангар, чтобы зацепить нос нашего шаттла, и потащил нас в угол [72], рядом со станцией заправки.

- У нас еще много в запасе, - уверила меня Килдхар, когда "Аквила" наконец-то остановилась, а посадочная рампа начала опускаться.

Мы с Юргеном осторожно с нее спустились, и впервые хорошенько осмотрелись, Килдхар шла позади нас в шаге-двух. Воздух в здоровенном ангаре чуть попахивал серой из атмосферы, но им можно было свободно дышать. В самом деле, через несколько секунд я едва замечал оставшуюся вонь [73].

- Это намного комфортнее, чем наше первое приземление, - заметил я, несколько более бестактно, чем намеревался, но Килдхар совершенно не обиделась на намек.

- Непосредственное нахождение на открытой местности в таком удалении от улья может быть чрезвычайно вредно даже для аугметированных, - сказала она, - и конечно же, многие прибывающие сюда артефакты чрезвычайно хрупки. Так что лучше выгружать их в таком месте, где они защищены от воздействия.

- Совершенно верно, - согласился я, - а из ангара куда их отправляют?

- Это зависит от артефакта, - ответила Килдхар, ведя нас к широким и высоким воротам, следуя отметинам бесчисленных колес тележек. Явно, что некоторые экземпляры были поразительных размеров, судя по проходу за воротами.

- У нас здесь широкий спектр аналитических машин, способных вести любые измерения и эксперименты.

- Тока до тех пор, пока они знают что делать, - прошептал мне Юрген на такой громкости, которую наивно полагал неслышимой.

- А мы знаем, - уверила нас Килдхар, живость ее манер выдавала ее веру в это, хотя я сам не был убежден. Быстрым шагом она уводила нас вглубь огромного здания, меняя направление так часто, что я пришел к выводу, что она намеренно пытается нас запутать. Однако мое врожденное чутье сложных туннелей оставалось как всегда верным, и я точно знал, что найду обратную дорогу к ангару, если потребуется.

- Теперь осталось совсем чуть-чуть.

- Рад это слышать, - ответил я, еще раз показушно глянув на хронограф, - но боюсь, что я уже опоздал на встречу с магосом Дисеном. Может быть отведете нас к воксу?

- В этом нет необходимости, - несколько самодовольно ответила Килдхар, - мы уже обо всем договорились.

Она остановилась перед дверь, которая казалась намного больше, чем было необходимо.

- У нас нет гостевых покоев, но у нас бывают редкие посетители. Если соблаговолите подождать здесь, старшие магосы прибудут в течении часа.

- Спасибо, - ответил я, совершенно застигнутый врасплох, но не желая показывать это. Килдхар настучала сложный код на панели доступа около двери, которая, со скрипом плохо смазанных направляющих, любезно отъехала в сторону.

Комната за ней была столь же спартанской, что я и ожидал, зная вкусы принимающей стороны. За исключением инфо-кафедр, конференц-стола из полированной стали с выгравированной бронзой иконой машины, в комнате находились только еще знакомые нам чудовищные и не комфортные стулья. Некоторые казались намного больше и крепче остальных, и я с любопытством взглянул на них. Кроме того некоторые кафедры были необычно высокими, так, что я едва мог дотянуться до клавиш встав на цыпочки. Это мне кое о чем напомнило, но как всегда, чем сильнее я пытаюсь вспомнить что-то неуловимое, тем глубже оно убегает от моего сознания.

- Сэр, а что это такое? - спросил Юрген, пялясь на любопытной форме куски металлического хлама, разбросанных на прекрасно сработанных демонстрационных подставках.

- А хрен его знает, - я пожал плечами, подходя ближе, чтобы взглянуть. Несколько сгнивших проводов торчали из кожуха, их зачищенные концы показывали где к ним подсоединялись измерители во время экспериментов.

- Но если его запихнули в кожух, то он или вышел из строя или списан, - я глянул на Килдхар, та смотрела на нас с некоторым порицанием.

- Ни то, ни другое, - несколько чопорно заявила она, - работу Омниссии никогда нельзя полностью постичь, или небрежно отбросить.

Затем ее выражение лица слегка смягчилось.

- Но вы в значительной степени правы. Этот артефакт тщательно изучили, и никакие дополнительные эксперименты не принесут нас новых знаний.

Заинтригованный я наклонился ближе, и начал читать надпись, выгравированную на миниатюрной металлической табличке, прибитой заклепками к стойке. Буквы были столь маленькие, что я едва различал их.

- Пробник атмосферы, М28...

В этот момент я замолк, впечатленный поражающей древностью прибора.

- ... М28, - продолжил читать я, пытаясь проигнорировать выражение лица Килдхар, которое без такого количества металла, было бы похоже на самодовольство, - найденный в 854935.М41 в системе Серендипита...

Затем до меня дошло, и я повернулся к техножрецу, затрепетав от шока:

- Это же с "Отродья Проклятья"!

- Совершенно верно, - согласилась она, словно это была самая простая вещь в галактике, - большинство артефактов, найденных на скитальце, передали сюда на хранение.

Вы только подумайте, какие причудливые ощущение это вызвало во мне. Фекандия была самым близким миром-кузницей к Серендипити, забитой на четверть техножрецами, к тому же с нужным оборудованием, чтобы должным образом проанализировать награбленное.

Что так же объясняло, почему мне разрешили попасть сюда. Если бы не я, который заставил орков и генокрадов на борту вцепиться друг другу в глотки, они бы и половины не успели вывезти перед тем как скиталец снова скрылся бы в варпе. Учтите еще что со скитальцем никогда ничего нельзя было предполагать, его перемещения были столь же капризны, как течения варпа, по которым он дрейфует.

- Он все еще здесь? - не удержавшись спросил я.

- Нет, - на сей раз ее ответил были искренне сожалеющим, первая настоящая эмоция, которую я услышал в ее голосе, - он ушел обратно в варп в 948 и с тех пор его не видели. Мы предприняли попытки выследить его, но безуспешно. А в последнее время у Отвоевателей появились другие дела, требующие их внимания.

- Как и у нас всех, - с чувством ответил я. Кроме тау и тиранид, в Восточном Рукаве Империуму приходиться несладко, как и на протяжении последнего тысячелетия, потому что остальные враги тоже никогда особо не отсиживались. Так что у меня не было сомнений, что у Ордена космических десантников, вместе с которыми я по глупости полез на борт скитальца, было чем развлечься, кроме как шастать за добычей по трехмерному лабиринту, набитому смертоносными тварями.

- Совершенно верно, - Килдхар на секунду застыла на пороге, - и очень важное дело в данный момент нуждается в моем присутствии. Я верю, что ваше совещание со старшими магосами будет плодотворным.

С этим она откланялась, а дверь со скрежетом закрылась.

- Как типично, - произнес Юрген, плюхаясь на ближайший стул, и доставая из кармана порно-планшет, дабы скоротать время, - даже не предложили чашечку рекафа.

- Она должно быть уже ела в этом месяце, - рассудительно ответил я, вышагивая вдоль комнаты. Там стояло еще почти с пол десятка экспонатов, все кроме одного с борта "Отродья Проклятья", и все для меня одинаково непостижимо древние и непонятного назначения.

Юрген приостановил разглядывание невероятных с анатомической точки зрения картинок и глянул на меня.

- К счастью я захватил с собой фляжку танна. Если желаете, могу поделиться.

- Определенно, - согласился я, с благодарностью принимая горячий напиток. Но прежде чем я успел сделать больше одного глотка, пронзительно завыла тревога.

- Кишки Императора, ну а теперь-то что?

Оставив дымящуюся фляжку я кинулся к двери, ожидая худшего, что по моему опыту всегда и происходило. Я дернул за ручку, но дверь не поддалась, и я с испугом уставился на цифровую панель. Килдхар так быстро тыкала в кнопки, что невозможно было уследить за мельканием ее аугметических пальцев, даже если бы я следил за ними, чего, должен вам признаться, не было.

- Позвольте мне, сэр, - сказал Юрген, поднимая лазган и тут же вгоняя пару разрядов в механизм до того, как я успел его остановить. Слишком поздно думать о том, как наши хозяева отнесутся к такому, так что я просто сцапал ручку и снова дернул.

- Ох, яйца Императора.

- Да, лучше бы я сам, - согласился я чуть более грубо, чем намеревался. Запирающий механизм уничтожен, так что мы оказались заперты, не в силах даже узнать, что так взбудоражило техножрецов. Я напряг слух, пытаясь услышать хоть что-то, чтобы подсказало, и надеясь на Трон, что это не будет какой-нибудь предварительный рокот какого-нибудь титанического термального взрыва, который уничтожит всех нас. Но стены были слишком толстыми, устланные металлом, и все что я услышал - гудение рециркуляторов.

- Ты видишь что-нибудь похожее на вентиляцию?

С учетом того, что единственный выход был намертво заклинен, будь я проклят, если буду сидеть на заднице и ждать взрыва.

- Вот здесь, сэр, - через секунду поиска позвал Юрген, он почти кричал, чтобы его можно было услышать за грубым блеянием тревоги. Он услужливо показывал на решетку около пола, примерно десять на двадцать.

- Отлично, - взбодрил я его, ощущая, что задолжал за прошлую грубость, - но я надеялся найти что-то побольше.

Юрген покачал головой:

- Боюсь, сэр, они все одинаковы.

- Тогда придется импровизировать, - сказал я, доставая цепной меч и переключая скорость вращения на максимум. Не в первый раз мне приходилось с его помощью прорубаться через стены или двери, хотя я редко использовал его против чего-то столь крепкого, как эта дверь.

- Берегись искры.

Но до того как я успел сделать первый удар, толстый металл полотна двери вспучился, словно его чудовищно пнули с той стороны, и сорвался с направляющих. Обменявшись обеспокоенными взглядами, мы с Юргеном отступили назад, поднимая оружие. Свободная рука упала на лазпистолет, но до того как я успел достать его из кобуры, еще один удар рассек полотно, и показались четыре невероятно острых когтя. Пока я смотрел, не мгновение парализованный невероятным ужасом, лапа сжалась в кулак и вырвала из металла кусок, оставив в толстой стальной пластине отверстие размером с мою голову.

Юрген тотчас же открыл огонь, посылая лучи лазерных разрядов через щель, и существо за дверь на секунду отскочило, после чего возобновило атаку. Затем вторая лапа с когтями проткнула металл, словно картон, полоснула вниз, прорезая зазубренную полосу, в то время как первая лапа рвала металл по диагонали. Я достал свой лазпистолет как раз в тот момент, когда вторая пара рук, наделенная меньшими когтями и дополнительным пальцем, крепко ухватилась за рваные останки двери, сорвала их с направляющих и откинула в стороны.

С того момента как первый коготь пробил дверь, я с тошнотой ощущал, что знаком с тварью, что находилась с другой стороны, и теперь знал, что был прав. У меня была какая-то ничтожная доля секунды отметить этот факт, после чего мы с Юргеном нажали на спусковые крючки, и чистокровный генокрад с раззявленой пастью кинулся прямо на наши стволы.

Глава одиннадцатая

Наш первый залп остановил порыв чудовищного существа, и оно затрепетало, зашаталось под множественными попаданиями очереди Юргена, честно говоря, мои редкие дополнительные лазреные разряды мало что давали. Выжженные кратеры разрывали грудную клетку существа, поднимая впечатляющие брызги ихора и распыленного хитина, мы были достаточно близко к нему, чтобы видеть как он разлетается вокруг тела подобно дымке, исходящей ранним утром от болота. Тварь достаточно быстро пришла в себя, клацнула челюстями и снова прыгнула вперед, истекая прогорклыми жидкостями из треснутого панциря. Но нас с Юргеном уже не было на месте, мы отпрыгнули в разные стороны. Оно развернулось ко мне, протянув обе левые руки, явно намереваясь сцапать меня нижней и полоснуть острыми как скальпель когтями верхней.

Однако я был готов, я уже раньше встречался с генокрадами, и поднырнул под хватающую руку, рубанув вверх цепным мечом. Его зубцы на мгновение завизжали, когда вгрызлись в жесткий внешний панцирь, затем вырвались, срезая протянутую конечность, словно пораженную ветку дерева, после чего полоснул по животу. Оттуда хлынула требуха, чудовищно запачкав мою шинель, и шлепнулась на пол у ног. Каким бы крепким и стойким не было существо, с такими ранами долго оно не могло протянуть, и оно кинулось вперед, вероятно намереваясь атаковать Юргена в качестве финальной мести. Но до того как добралось до него, подскользнулось на собственных внутренностях и рухнуло на стол, вминая его и разбрасывая несколько чудовищно не комфортных стульев, которые с резонирующим лязгом приземлились на металлический пол. Невероятно, но несмотря на полученные раны, тварь все еще дергалась, пытаясь встать, и, махнув цепным мечом, я обезглавил ее. Хотя по моим оценкам, она сдохла за мгновение до того как ее коснулся клинок.

- Ладно, хотя бы дверь нам открыла, - произнес Юрген, явно намереваясь смотреть на произошедшее с позитивной стороны, я мрачно кивнул.

- Так же мы теперь знаем к чему вся суета, - согласился я, перекрикивая вой сирен, который был теперь в два раза громче, не приглушенный закрытой дверью.

- Ниды прибыли, - я нажал на комм-бусину в ухе, надеясь услышать тактическую обстановку, но на каналах Имперской Гвардии я не услышал ничего; ни один из вокос поблизости не был настроен на них, так что все что я слышал - непонятную тарабарщину. Нам оставалось только надеяться, что это единичный налет, а не полномасштабная атака, которую упорно рисовал мой паникующий разум.

- Идем, нам нужно понять, какого гребаного тут происходит.

А насколько я видел, там происходила слепая паника. Коридор снаружи был забил аколитами в красных робах, снующих в разных направлениях и свистящих друг другу на своем непостижимом диалекте. Мой с Юргеном вид, вооруженных и заляпанных кусками нашинкованного генокрада, вовсе не придал им хладнокровия, и вскоре я оставил попытки остановить одного из них и хоть что-то узнать. Большая часть что-то тараторила секунду, указывая назад, туда, откуда они бежали, и снова уносилась со всех ног (ну в некоторых случаях со всех колес, гравитационных панелей или пружин). Казалось, что они носятся по коридору в обоих направлениях, в тот момент я никак не мог положиться на свой инстинкт и выбрать направление, противоположное тому, откуда исходит самая большая опасность, и последовать примеру жрецов.

- Обратно в ангар, сэр? - спросил Юрген, когда толпа чуть рассеялась, и я кивнул. У меня не было ни малейшего представления что происходит в этом лабиринте, и если мы сунемся куда-то наугад, то будем блуждать здесь вечность, ну или пока нас не сцапают тираниды. А там мы могли реквизировать шаттл, или хотя бы найти с работающим воксом, чтобы я мог связаться с Живаном и выяснить, насколько глубоко мы в заднице на сей раз.

- Кажется это наш лучший вариант, - согласился я, разворачиваясь, чтобы пойти в ангар, но после нескольких шагов в этом направлении, суетливое движение к конце коридора заставило меня застыть на месте. Там появились еще три генокрада, полосуя и разрывая на куски слишком медлительных техножрецов, оказавшихся у них на пути. Хаос из крови и смазки отмечал их наступление, пятная пол под когтями и забрызгивая стены. Несколько жертв после их прохода все еще двигались, хотя парочка продолжала дергаться, рассыпая электрические искры, их внутренние энергоячейки закоротило на металлической поверхности, по которой те ползли.

Не нужно было говорить о том, что мой план внезапно изменился, мы с Юргеном слишком долго сражались бок о бок, чтобы понять без слов. Остановившись, только чтобы выпустить пару лазерных разрядов в тщетной надежде чуть замедлить их, мы развернулись и побежали, отчаянно желая, чтобы в следующие несколько секунд что-нибудь произошло, что помешает существам догнать нас и сцапать.

- Знал же, что нужно было захватить мелту, - ворчал Юрген, когда зловещий скрежет когтей по металлу внезапно стал громче воющей сирены. Если они так близко, что их слышно через весь этот бедлам, то они должно быть уже дышат нам в затылок, я не осмеливался оглянуться. Глянуть через плечо займет долю секунды, но это мне будет стоить преимущества, а даже такая малейшая заминка может оказаться смертельной. Кроме того, меня как-то не грела мысль, что последнее, что я увижу в жизни - будет пасть генокрада.

- Это было бы практично, - согласился я, но его вряд ли можно было винить, что он оставил свою любимую игрушку. Громоздкое оружие не совсем подходило для носки в коридорах боевого корабля, к тому же не было никакой информации об атаке тиранид, так что мы не думали, что она нам понадобится. Затем меня посетила другая мысль.

- Есть гранаты?

Он обычно таскает с собой парочку, даже вдалеке от линии фронта, я несколько раз в прошлом был благодарен ему за эту привычку.

- Нельзя использовать их, - с сожалением ответил он, - слишком много гражданских вокруг.

В самом деле, некоторое количество техножрецов все еще толпилось в коридоре, хотя их любовь к аугметики позволила некоторым отдалиться на впечатляющую дистанцию, и, судя по звукам сзади, тем, кто не улучшил себя, мало что светило.

- Давай крак, - ответил я, меня не заботили сопутствующие потери среди шестеренок, а осознание того, что осколочная в пространстве забитом крадами наверняка посечет Юргена и меня в капусту.

- Ага, есть такая, - подтвердил мой помощник, роясь в своей коллекции подсумков и кармашков, после чего умело срывая чеку зубами. Не останавливаясь он навесом отправил ее себе за спину.

- Хотя я не увижу, помогла она нам или нет.

- Я тоже, - признался я, - но точно не повредит.

Пол вздрогнул от бронебойного заряда, и что-то маленькое, острое и металлическое со звоном вонзилось в стену рядом с моим ухом. Должно быть мы где-то повредили электрическую проводку, потому что вопли сирен внезапно смолкли, аж в ушах зазвенело от отсутствия шума. Шуршание позади тоже кажется исчезло, и я в конце концов рискнул обернуться.

Отчаянная уловка, кажется, купила нам немного времени. Высокомощный заряд проделал дыру в металлическом полу, вывернув путаницу труб и проводов, от некоторых из которых исходил какой-то пар, собираясь клубами. Крадов вроде бы оглушило взрывом, но я не думаю, что такое счастливое стечение обстоятельств продлится долго.

- Мы им подкинули над чем поразмыслить, - высказался Юрген, при этом поливая коридор новым залпом лазерных лучей. Учитывая варианты, я бы предпочел оказаться от чудовищных существ как можно дальше, но в окружении напуганных техножрецов нужно было показать себя, большая часть из них выглядела оглушенной еще сильнее чем крады. Они шатались в разные стороны и щебетали друг с другом, словно не веря в какой бедлам мы превратили их миленький и чистенький коридор, но в данных обстоятельствах они не решались высказать протест, к тому же я не сомневался, что у некоторых из них в аугметические глаза вставлены пиктрекордеры. Последнее что мне нужно было - запись как Каин-Герой ведет себя словно трус, коим я на самом деле и являлся, особенно если я все еще нуждался в свое незаслуженной репутации, которая может пригодиться позже. Так что я лично треснул парой выстрелов, и театрально взмахнул цепным мечом, занимая оборонительную позицию, словно собирался защищать выживших от новой атаки.

- Бегите отсюда, - сказал я им, изо всех сил стараясь изобразить саму заботу, я оглянулся за плечо. Я уже был готов добавить пару тухлых банальностей, чтобы они поспешили, когда облако испарений вспыхнуло, окутав крадов огненным шаром и посылая по коридору такую ударную волну, которая сбила меня с ног и расплющила о прохладный металлический пол.

Я шатаясь встал на ноги, все еще пытаясь понять неожиданный оборот событий. Понятно было, что-то в трубах было горючим, но воспламенилось оно из-за наших выстрелов или же из-за искры от поврежденной проводки, понять было невозможно. К тому же рассуждать об этом было некогда, поскольку в этот момент пылающий генокрад вынырнул из огненного инферно и слепо кинулся в мою сторону. Следовал ли он приказам разума выводка или же просто взбесился от боли, я не мог понять. Я выстрелил чисто рефлекторно, отпрыгивая в сторону в самое последнее мгновение и нанося удачный удар цепным мечом, который перерубил связки на ногах твари. Искалеченная, она рухнула на пол, где, перевернувшись и закрутившись, доставила мне несколько волнительных мгновений игры "увернись-от-зубов-и-когтей", после чего наконец-то осознало простой факт, что уже умерло.

- Двое остальных тоже издохли, - сказал мне Юрген, сбега обратно для проверки, - хорошо, что труба рванула, иначе тут была бы резня.

- Верно, - согласился я, оставив попытки сосчитать в завитках дыма количество павших жрецов. Трон знает сколь у меня мало общего с шестеренками, и еще меньше усидчивости, но все же зрелище было удручающим, возможно потому что я с легкостью мог бы оказаться в этой груде тел с кишками наружу.

- Твои данные поистине обрабатывает Омниссия, - заявил охваченный благоговением техножрец неопределенного пола [74], сотворяя шестеренку.

- Весьма благодарен Ему, - ответил я, не совсем уверенный, правильно ли. Я все еще не получал никаких данных по комм-бусине, но может быть мой собеседник имел доступ к другим источникам информации.

- Есть мысли, сколько еще таких тварей бродит по округе?

Выводок генокрадов обычно намного больше той четверки, что мы видели и уже успели уложить в мешки для трупов.

Покрытая капюшоном голова покачалась, огонь позади нас отражался на металлическом лице, тревожно мерцая в глубинах робы.

- Ну а другие организмы проникновение? Может быть ликторы?

Я даже и не думал показывать, насколько я напуган внутри, но благодаря длительным тренировкам я не позволил своим чувствам отобразиться на лице. Генокрады сами по себе фиговая новость, но мысль об охотниках, или о том, что за тобой охотятся организмы, прекрасно адаптированные к скрытности и засадам, пугала меня намного сильнее.

- Сожалею, но у меня нет информации по текущей обстановке, - ответила металлическая морда, снова сотворяя шестеренку, хотя я не видел причин этому. Да хрен их знает, может он просто не знал что делать со своими пальцами

- Вопросы ксенобиологии решает магос Килдхар.

Еще бы.

- А ты знаешь, где ее искать? - спросил я, уже догадываясь о том, что он ответит.

- По этому вопросу у меня тоже нет текущей информации, - ответил техножрец, на сей раз искренне сожалея, - однако ее аналитикум находится на двадцать восьмом уровне, секция три. Если вы желаете проконсультироваться с ней, то это будет наиболее вероятным местом ее нахождения.

- Спасибо, - ответил я, - но мой долг теперь доложить магосу-сеньорис или лорду-генералу.

Из всех кого я знал, они-то точно должны знать что за хрень тут происходит.

- Магос-сеньорис должен прибыть с минуты на минуту, - ответил техножрец, явно намереваясь помочь всем, чем мог, - на самом деле, он уже приземлился.

- Тогда нам как можно быстрее нужно попасть в ангар, - ответил я, хватаясь руками и ногами за предоставленную Императором возможность, - защитить его - наш высший приоритет!

И лучшим образом достигается, если запихать его обратно в шаттла, и улететь отсюда как можно быстрее, предпочтительно со мной на борту. Я оглянулся на огненную стену позади нас, которая все еще блокировала коридор.

- Можете подсказать альтернативный маршрут?

- Там вниз, первый поворот направо, второй налево... - начал вещать инструкции техножрец, угрожая болтать почти до бесконечности. На первый взгляд я понял, что мы возвращаемся назад тем же путем, что шли, что отлично согласовывалось с моим оставшимся чувством ориентации в этом месте, так что я заткнул его.

- Ладно, мы найдем, - уверенно заявил я, и припустил бегом, Юрген со своим лазганом у меня за спиной придавал мне спокойствия. Теперь, когда эта проклятая сирена не забивала все звуки, я мог пользоваться слухом. Лязг наших ботинок по металлическому полу отзывался отвлекающим эхом, сопровождаемый лязгом ошеломленных и перепуганных шестеренок, разбегающихся с нашего пути, но я был точно уверен, что позади нас не слышно зловещего царапанья когтей генокрадов. Тем не менее я оставался настороже, бросая быстрые, пугливые взгляды в каждый укромный уголок или щель, которую мы пробегали, уделяя особенное внимание трубопроводам или кабельным каналам, что свисали с потолка. Проклятые твари могли забраться по самой гладкой поверхности, и я видел как многие Отвоеватели попадали в засаду во время нашего злополучного набега на "Отродье Проклятья", чтобы не параноить по поводу аналогичной возможности пасть жертвой подобной атаки.

- Я думал тут вроде бы должны быть скитаррии, - мрачно заявил Юрген, разгоняя по ходу дело стаю КОТов [75], - и где же они?

- Думаю они заняты, - ответил я, выявляя характерный тяжелый треск хеллганов из преследующего нас эха звуков. Казалось он исходит с разных направлений, хотя сказать конкретно я не мог, или, если быть честным, даже не удосужился. Стреляли где-то достаточно далеко от меня, чтобы я уверился, что мы не попадем прямиком в заварушку, а в тот момент это все, что меня волновало.

Мы залетели за последний угол по маршруту, что рассказал техножерц, обогнув сервитора, которые все еще шел по поручению того, кто его послал, явно не обращающего внимание на происходящее вокруг, и мы очутились в коридоре, который я наконец-то узнал.

- Сюда, - сказал я Юргену, воспряв духом, только чтобы мгновение спустя низвергнуться в пучины отчаянья. Из ангара эхом доносились звуки стрельбы.

Глава двенадцатая

Я совру, если скажу, что в тот момент не мешкал, но по правде других вариантов, кроме как кинуться вперед, не оставалось. Слишком много шестеренок шаталось по коридору, чтобы заметить миг моей нерешительности, и, что сильнее усугубляло проблему, я так распространялся по поводу защиты Дисена, что деваться было некуда. Независимо от того, записывал или передавал техножрец куда-то нашу беседу, они уже все знали, и явно смаковали друг с другом волнующие моменты. И снова я был вынужден действовать совершенно вопреки всем моим инстинктам, вот так вот мой благовидный предлог, который вроде бы держал меня подальше от неприятностей, внезапно умудрился укусить меня за задницу. Кроме того, войти в ангар и столкнуться с тем, что ждало нас впереди, нравится мне это или нет, позволяло на некоторое время спрятаться за спинами скитарий, вместо того, чтобы самому скакать на крючке представляя собой наживку для нидов.

Широкие и высокие двери в ангар были распахнуты, и снова мое обоняние уловило сернистую вонь внешней атмосферы столь сильную, что даже характерный аромат Юргена подвинулся. Это означало, что шаттл Дисена уже прилетел, спускается на платформе и притащил с собой внешний воздух, которым лучше не дышать.

Мы почти добежали до раскрытого входа когда оттуда пулей вылетел скитарий в темно-красной униформе, подгоняемый генокрадом, который пытался отгрызть ему лицо. Кровь и другие незнакомые жидкости сочились через широкие разломы его нательной брони из ран, которые давно бы уже убили обычного человека, но он все еще свирепо сражался, его сильно аугметированное тело принимало на себя такие удары, которые обычно могли вынести только космодесантники. Парочка ударилась в противоположную стену, оставив вмятину на полированной металлической поверхности, и отлетела к нам с Юргеном, их столь поглотило сражение, что они возможно даже не заметили нашего присутствия.

Отреагировав инстинктивно, мои рефлексы дуэлянта включились подсознательно, я крутанулся, чтобы избежать сцепившихся противников и ударил генокраду в спину цепным мечом. Вращающиеся зубцы вгрызлись глубоко, при этом пятная стену кусочками хитина и внутренних органов. Застигнутая врасплох чудовищная тварь развернулась и клацнула зубали, ее бритвенно-острые клыки чуть было не оттяпали мне руку, если бы я чуть-чуть не отошел назад. Осажденный скитарий оживился, воспользовавшись моментом, когда крад отвлекса, и врезал ему предплечьем в висок, рассекая его зазубренными лезвиями, приваренными вдоль руки. Частично оглушенное существо отцепилось от него, подняв голову, чтоб атаковать клыками подобно змее. Завидев шанс, я снова шагнул вперед и рассек позвоночный столб зверя одним точным горизонтальным ударом.

Ревя от ярости, часть органического лица скитария была покрыта кровью и почти сливалась с цветом униформы, он схватил голову чистокровного с двух сторону и крутанул ее. С ужасающим треском и хрустом, очень похожим на звуки, издаваемые Юргеном при проедании морепродуктов, голова крада отделилась от тела.

После секунды рассматривания своего ужасного трофея, скитарий отбросил ее в сторону и зашагал к нам, потоптавшись по телу сраженного врага. Его лицо все еще было искажено, что скорее несколько подходило человеку, а не солдату Адептус Механикус, и я ощутил беспокойство за свою собственную жизнь. Он явно потерял голову от 'зерка [76], или чего-то похожего, и возможно еще не мог отличать врага от союзника, а возможно ему было все равно. Затем, почти в самое последнее мгновение, я заметил аугметику, образующую его лицо.

- Центурион Кипер, доложите, - выдал я самым своим командирским тоном, с удовольствием заметив периферийным зрением, что Юрген уже целился в него из лазгана. Я надеялся, что ему не придется воспользоваться им, но ежели мне хотелось остаться единым целом, я не раздумывая прикажу ему уложить офицера скитарий, невзирая на любые последующие политические последствия.

Но к моему облегчению взор Кипера сделался осмысленным, и почти сразу же в нем пробудилось осознание.

- Комиссар Каин, - проскрежетал он, - Рад вас видеть. Еще стольких крадов нужно убить.

Его снова начинал охватывать жар наркотического безумия, и он развернулся к схватке, явно намереваясь исполнить свои слова как можно быстрее, совершенно не обращая внимания на тот факт, что он истекал жизнетворными жидкостями, словно проржавевший кран.

- Магос-сеньорис в безопасности? - спешно спросил я, пока волна кровожадности не смела остатки его рационального мышления.

- Ага, - подтвердил он, затем кинулся в бой, словно намереваясь разорвать следующего неудачливого крада голыми руками, который осмелился встретиться с ним в бою конечностью к конечности [77]. Ну это хоть что-то, если Дисен все еще в ангаре, то и его шаттл тут же, и все еще был шанс, что я смогу использовать и того и другого, дабы унести свою жалкую тушку прочь от опасности. Эта оптимистичная мысль ласкала мой разум следующие две-три секнуды, покуда я не заглянул в ангар и не увидел бушующее там сражение.

- Гибриды! - с ненавистью произнес Юрген, направляя поток лучей на сгорбленное, трехрукое чудовище, поднимающее хэллган мертвого скитария, складывалось впечатление, что оно понимает как им воспользоваться, и это впечатление подтвердилось секундой спустя, когда тварь повернулась к нам. Однако залп высокомощных лазерных разрядов прошел слишком далеко, и до того как тварь сумела исправить свою ошибку, помощник, со свойственной ему превосходной меткостью, свалил существо точным выстрелом в голову.

- Несколько, - согласился я, с растущим удивлением заметив другие полу-человеческие отродья. Генокрады достаточно часто идут первой волной вторжения тиранид, но никогда раньше я не слышал, чтобы вместе с ними были кроссвидовое потомство. Оно появляется только после того как разум выводка имплантирует в жертвы и внедрено в население планеты как минимум одно поколение назад. Однако не поступало никаких докладов о социальных бунтах, которые указывали бы на активный культ генокрадов на Фекандии, да и в любом случае, среди столь сильно аугметированного населения у них не было особого выбора.

Затем еще один выпрыгнувший генокрад попытался оттяпать мне голову своими пугающими когтями, и больше времени на размышления не осталось. Отпрыгнув в сторону в самый последний момент, я рубанул его по шее, в ответ меня снова окатило мерзкой жижей, после чего Юрген уложил его очередью из лазгана.

- Сюда, сэр, - позвал мой помощник, и через суматоху бега, стрельбы, рубящихся фигур, все это происходило нечеловечески быстро и проворно, будь это аугметированные люди или ксеносы, я наконец-то заметил Дисена и его тело телохранителей. Казалось им в голову пришла та же идея, что и мне, они пытались протолкнуться сквозь гущу боя к шаттлу, что привез их сюда, он далеко они не продвинулись. Большая часть крадов и их потомство собрались под распростертыми крыльями большого транспортного судна, которое все еще покоилось на опустившейся площадке, выглядело это словно выводок цыплят прятался под защитой мамаши. Их огромное количество эффективно блокировало техножрецов и его свиту, значит и у меня не было шансов попасть на борт не порубленному на куски.

- Что происходит? - заорал я, когда наше продвижение,

сопровождаемое рубкой, полосованием и стрельбой привело нас в место, где магос-сеньорис мог нас услышать.

- Килдхар успела только сказать, что вы прилетели, когда начался весь этот ад!

Конечно же я кинулся к нему, как только мой помощник увидел его, частично чтобы выглядеть так, чтобы подтвердить мое опрометчивое бахвальство, но главным образом, чтобы поставить меж мной и крадами группу тяжело вооруженных скитарий, что было лучшим шансом убраться отсюда с полным комплектом всех конечностей.

- Тогда вы знаете тоже, что и я, - ответил Дисен, весьма брюзгливо для существа, который должен был быть выше таких человеческих слабостей, как эмоциональная реакция на стресс. Но затем я понял, что его упорядоченный, рациональный мир еще никогда так сильно не трясло.

Я выстрелил в крада, который только что прикончил еще одного из скитарий и взобрался на бренные останки своей жертвы, в своем нетерпении добраться до Дисена, и попал чудовищу прямо в глотку, когда оно распахнуло свою пасть невероятно широко, что всегда было самой пугающей чертой этих существа. Оно рухнуло на тело последней жертвы, дергаясь и булькая, хотя должен признаться, что выстрел был просто удачным, и возможно бы не прикончил тварь, если бы перед этим ее хорошенько не отмутузили скитарии.

- Живучие твари, да? - спросил я, ощутив, что неплохо показать свою беззаботность, на случай если кто-то снимает это дерьмо для потомства [78].

- Мои благодарности, комиссар, - ответил Дисен, с похвальной живостью ныряя за тех, кто остался из его эскорта, - меня информировали, что вы пробиваетесь к нам, но я опасался, что вас убили.

- Тоже самое я думал о вас, - возразил я. Очевидно мои переговоры внизу [79] в самом деле передавались теми самыми тайными способами, которыми шестеренки контачили друг с другом. Я указал на шаттл.

- Нам нужно доставить вас на борт и увезти отсюда. Есть ли где-нибудь по близости безопасное место, куда бы еще не приземлились тираниды?

- Они никуда не приземлялись, - ответил Дисен, в его голосе слышалось смущение, ну, насколько позволял имплантированный вокс-кодер, - ни одна спора не касалась планеты.

- Тогда из какой гребаной дыры взялись крады? - потребовал я ответа. Ксеносы начали отступать к шаттлу на платформе, где их уже собралось порядочное количество. Скитарии воспряли, изматывая крадов со всех сторон огнем из хэллганов. К этому времени большая часть гибридов уже умудрилась обрести оружие, забрав его у павших, и теперь живо отвечали огнем, однако с меньшей точности или эффектом.

- Без понятия, - ответил Дисен, его металлический тон как-то умудрился передать, что он в данный момент времени не особо счастлив и был полон решимости при ближайшей возможности найти ответственного за то, существа смогли проникнуть в святыню, где долгое время жрецы беззаботно веселились со своими игрушками.

- Они атаковали ангар, как только мы вышли из шаттла.

- Понятно, - ответил я, посылая пару разрядов в разделившийся выводок, мои ладони опять стало покалывать, как это всегда происходило, когда подсознание прыгало и вопило, пытаясь донести до сознания признаки надвигающейся катастрофы, которые оно видело. Что-то в тактике крадов было совершенно не правильным.

- Наконец-то мы заставили их побежать, - сказал Юрген, защелкивая свежую энергоячейку в лазган. Он взглянул на меня:

- Последняя, сэр. Затем я примкну штык.

- Это не понадобится, - вмешался Кипер, подбежавший к нам, он как никогда был похож на трупа, собранного по частям и скрепленного аугметикой, когда его наконец-то отпустит действие боевых наркотиков, он рухнет словно марионетка, у которой перерезали ниточки. Но полагаю он хотя бы в нужном месте, чтобы отойти.

- Они собираются окопаться в шаттле. Если мы пошлем тяжелых огнеметчиков, им конец.

- Ох, Троне, - воскликнул я, когда до меня дошло. Отступающие крады никогда не собирались на открытом пространстве, они всегда искали убежища в тенях, откуда снова могли напасть.

- Они не собираются окопаться! - я указал на парочку почти человеческих фигур в центре своры, на одном из них был драный и рваный костюм пилота, - они планируют улететь отсюда.

- Это смешно, - ответил Дисен, - крады не способны управлять сложными механизмами. Пилотирование шаттла требует ловкости и интеллекта.

- А это все есть у гибридов! - я практически орал на него. Я не эксперт в этой области, но побывал с достаточном количестве гнезд этих губительных существ, чтобы знать, что через несколько поколений их отпрыски совершенно не отличимы от человека [80].

- Кроме того, у них есть зараженный пилот!

- Откуда ты знаешь? - спросил Кипер, казалось он искренне озадачен.

- Потому что он ведет себя как пьяный, - услужливо ответил Юрген, - а шестеренки не пьют.

Словно бы подчеркивая его слова, пилот запнулся, схватился рукой за ближайшее многорукое чудовище, чтобы сохранить равновесие, и побрел дальше, опираясь на него для поддержки. Они до удивления были похожи на двух гвардейцев, решивших за два дня отпуска наведаться во все бары города.

- Разум выводка все еще пытается интегрировать его, - несколько дипломатично объяснил я, - вот почему он кажется дезориентированным. Вскоре даже его близкие друзья не заметят ничего подозрительного.

- Он кажется вряд ли в состоянии взлететь, - непоколебимо ответил Кипер, - да и наши тяжелые боевые сервиторы выжгут всех до того, как у него получится.

- А ему и нужно будет, - объяснил я ему, словно ребенку. И как будто чтобы подчеркнуть экстренность положения, тонкий завиток сернистых испарений просочился через открытую крышу ангара, с немым восторгом я смотрел как он клубится у металлических балок-опор, словно предсказывая будущее это планеты. Если выводок сбежит отсюда, они распространят свою заразу повсюду, пока все не очутятся под их пагубным влиянием, и они будут ждать, пока их не соберется достаточное количество, дабы оспорить владение Фекандой у человечества.

- Разум выводка имеет доступ ко всем его знаниям. Любой из гибридов может пилотировать корабль.

- Кажется вы правы, - к моему удивлению отозвался Дисен, - один из них в данный момент уселся в кресло пилота.

Один Император знает откуда он узнал это [81], но я с радостью поверил ему на слово. Любые сомнения в достоверности тут же испарились, когда донесся возрастающий вой двигателей шаттла, выходящего на режим взлета.

- Тогда не будем терять время, - решительно заявил Кипер, собирая всех, кто остался из его бойцов стремительным модулированным высокочастотным писком, от которого у меня разболелись зубы.

- Мы должны атаковать до того, как они оторвутся от земли., - он повернулся ко мне и на один чудовищный момент решил, что он собирается предложить мне возглавить самоубийственную атаку в пасть врага.

- Комиссар, я должен попросить вас удостовериться в безопасности магоса-сеньорис.

- Мне приятно ваше доверие, - серьезно ответил я, осторожно подбирая слова, дабы не было похоже, что я что-то гарантирую. Ну хоть один раз мне не пришлось вытаскивать свою тушку с острия атаки, и я смаковал новизну момента.

В следующий момент они уже испарились, кинулись к шаттлу со всем изяществом толпы орков, но не могу отрицать, что выглядели они неудержимыми. Хотя разум выводка так не считал, так как у открытой посадочной рампы ощетинился поток разъяренного хитина, они столкнулись с нападающими с таким лязгом, что казалось он сотряс все стены.

- Почему они просто не взлетят? - вслух поинтересовался Юрген, кода сражение возобновилось с нечеловеческой яростью с обоих сторон. Когти против цепных клинков, лазерные разряды против клыков, Кто в конечном итоге выиграет, никто не знал. Наблюдая за запутанным танцем со смертью, на сей раз я мог быть только благодарен, что остался в стороне.

- Они уже все на борту и готовы взлетать.

- Хороший вопрос, - прошептал я, мои ладони снова зудели. Мы что-то упускали, в этом я был уверен. Затем периферийным зрением я уловил движение, и развернулся лицом к двери.

- А вот и долбаный плохой ответ!

Я должен был это ожидать. В конце концов по пути сюда я слышал в здании выстрелы. Если бы я об этом подумал, а не просто пытался избежать драки, я бы решил, что это еще пачка крадов, вроде тех, что уложили мы с Юргеном или скитарии, но ответ был гораздо хуже.

- Это повелитель выводка, - любезно подсказал Юрген, словно я с первого раза не узнал это устрашающее существо. Я сталкивался с похожим в катакомбах под Гравалаксом, и там бы я встретил и свой конец, если бы Юрген не поджарил его мелтой, которая в данный момент осталась в том бедламе, который представляла собой каюта помощника на борту флагмана. Не было смысла горевать о ее отсутствии, я с таким же успехом мог бы возжелать "Леман Русс" или дредноут космодесантников, дабы спрятаться за ними. Нам придется разбираться с тем, что у нас есть на руках, и если все пойдет прахом, то нужно удостовериться, что тварь сначала доберется до Дисана, а уж потом до меня.

- Теперь понятно чего они ждали, - согласился я, делая шоу из подготовки своего оружия. Чудовищное создание скакало по ангару, возвышаясь как над своим потомством, так и над атакующими защитниками, примерно в половину выше любого из них. Как и чистокровные, все шесть конечностей оканчивались когтями, способными рвать керамит, а хвост был усеян шипами, оставляющими глубокие борозды на полу и стенах, когда тварь била им из стороны в сторону. При продвижении, ее голова медленно поворачивалась то влево, то вправо, словно пробуя воздух, хотя на мой взгляд это был прямой путь к удушью. Затем существо перешло на бег, рванув к шаттлу, явно не заботясь о судьбе своего выводка.

- Остановите ее! - заорал Дисен, его обычное спокойное монотонное бубнение была усиленно каким-то имплантированным ампливоксом, я полагаю он его активировал, чтобы я мог отчетливо слышать его голос сквозь оглушительную битву у посадочной рампы [82]. К несчастью повелитель выводка тоже услышал его, и повернул в сторону, несясь прямо нас нас подобно самой смерти, спустившийся за моей душой. Почему оно кинулось на нас, вместо того чтобы бежать к укрытию в шаттле, я не знал: может быть тварь опасалась атаки с фланга, или сначала хотела вычеркнуть нас из расчета, или последние мгновения жизни крадов, что мы убили в коридоре, все еще эхом отзывались в разуме повелителя, побуждая отомстить за павших [83].

Когда чудовищная тварь кинулась прямо на меня, я попытался сдвинуться с места, представляя себе зубы и челюсти, которые откусят за один раз всю мою голову, но конечности отказывались повиноваться. Конечно и раньше меня пронзал ужас, так часто, что это ощущение стало уже практически приятно знакомым, но оно всегда быстро проходило. Меня тут же подстегивало чувство самосохранения, рефлексы и инстинкт выживания приводил меня в движение. Однако на сей раз я остался парализованным, мой взгляд был прикован к существу передо мной, с предельной тщетностью я пытался противостоять ему.

- Да в любом случае хорошая большая мишень, сэр - приветливо заявил Юрген, открывая огонь очередью, явно не беспокоясь о стремительно пустевшей энергоячейки. Да и с чего бы ему? Если мы за следующие несколько секунд не уложим чудовищную машину для убийств, мы будем слишком метвенькими, чтобы волноваться за боеприпасы, да и если сбережем что-то, они нам уже точно не понадобятся.

Что-то в его голосе вывело меня из ступора, и я дал очередь из своего лазпистолета, размышляя о том, что во имя Трона, на меня нашло? [84]. С тем же успехом мы могли палить лазерными разрядами в "Гибельный клинок", преуспели мы только в поклонении и так впечатляющей коллекции выжженных кратеров на толстой натуральной броне существа. (Если вообще, с учетом мерзкого селективного размножения тиранид, можно было что-то назвать "натуральным"). Я отпрыгнул в сторону, когда тварь попыталась смахнуть меня когтями-косами, выходящими из живота, и парировал удар цепным мечом, который чуть было не вылетел у меня из руки. Я отлетел от удара, отчаянно кувыркнулся, когда патриарх повернулся ко мне, что, возможно к счастью, увело его от Дисена. Именно в тот момент у меня совсем не было возражений, если бы чудовищная тварь отгрызла ему пару конечностей, но в перспективе для и так уже шаткого альянса, я полагаю, это не принесло бы ничего хорошего.

- Крак гранату! - заорал я, надеясь, что у Юргена найдется еще одна к той, что он уже использовал, но мой помощник с сожалением покачал головой.

- Не осталось, - отозвался он, - хотя есть парочка осколочных.

Которые наделали бы столько же дырок во мне, как и в скачущем ужасе, с которым я сражался за свою жизнь, и мы оба это знали. Он уныло покачал головой:

- Никогда не думал, что нам понадобятся бронебойные.

Я отчаянно осматривался в поисках помощи. У скитарий и так был хлопот полон рот, и было ясно, что они вряд ли придут мне на помощь. Их и так уже было значительно меньше вокруш рампы шаттла, чем секунду назад, хотя рядом громоздилась впечатляющая куча трупов генокрадов. Сражение за посадочную площадку переросло в мрачную игру на истощение, и обе стороны понимали, что она не остановится до полной победы или уничтожения противника. Я парировал еще два удара когтей-кос, один за другим отчаянно отскакивая от неумолимой машины для убийств.

Затем рядом со мной материализовался знакомый запах, за которым возникло приятное видение, как Юрген поднимает лазган, чтобы дать очередь в чудовищную морду. Однако он едва успел нажать на спусковой крючок, отвратительная тварь только вздрогнула, как энергоячейка иссякла.

- Ныряй! - заорал я в самый последний момент, и он послушался, избегая захлопывающихся челюстей буквально в паре сантиметров от себя.

Я отчаянно искал какой-нибудь выход, и не находил, что-то отвлекло существо, и я взглянул на магос-сеньорис, он делал все что мог, чтобы казаться незаметным, несмотря на свою обшитую золотом ярко-красную робу. Он притаился за панелью с переключателями и верньерами, от которой к подъемной площадке шли толстые изолированные провода, и тут у меня появилась идея.

- Дисен! - заорал я. - Сможете оттуда закрыть крышу?

Если что-то помешает подъему площадки, это помешает плану крадов, которые уже набились в шаттл, или отвлечет их внимание на новую проблему, что я полагаю будет не очень приятно Дисену, но у него есть хотя бы скитарии, за которых можно спрятаться, когда крады снова обратят на него внимание.

- Это нарушит освященные протоколы безопасности, - запротестовал Дисен, его выражение лица походило на экклезиарха, который только что услышал чье-то предположение, что возможно Хоруса чуточку не так поняли.

- К тому же нет подходящих инструментов, благовоний и мазей!

- А происходящее кажется особенно безопасным? - крикнул я в ответ, отчаянно рубанув по груди повелителя выводка, мало чего добившись, кроме борозды в толстой хитиновой броне, техножрец энергично кивнул.

- Ваша логика имеет смысл, - заключил он, откуда-то из его робы появились заросли механодендритов и воткнулись в управление. Как бы быстро мы не говорили, это отвлекло меня в критический момент. У меня хватило времени только уловить предостерегающий крик Юргена, когда огромная, увенчанная когтями лапа вылетела, чтобы схватить меня. Я неистово уклонился, она почти достала меня, но пальцы ухватили край шинели, подкинув меня вверх, послышался треск ткани.

На секунду я болтался над землей, пинаясь и извиваясь, тыкая во все стороны цепным мечом, в надежде отбить огромные когти, которые наверняка распотрошат меня. Затем шов треснул. С пары метров я рухнул на металлический пол, тяжко грохнувшись, несмотря на инстинктивный выдох и вытянув руку, чтобы смягчить удар. Наполовину оглушенный, я взглянул вверх, и уставился в огромную пасть, усеянную бритвенно-острыми зубами, которая опускалась на меня с такой скоростью, что не оставалось даже малейшей надежды избежать смерти. Тем не менее, я попытался, инстинктивно подняв цепной меч, я неистово закарабкался назад.

- Комиссар! Оставайтесь на месте! - заорал новый голос, глубокий, резонирующий и настолько громкий, что эхом разнесся по всему огромному залу. До того как я даже успел подумать, чтобы что-то ответить, не говоря уже о том, чтобы поднять голову и взглянуть на говорившего, как меня оглушил характерный рев болтера. Грудь повелителя выводка превратилась в хлюпающее болото из внутренних органов, когда град разрывных болтов раскромсал ее, начисто оторвал левую лапу-косу, и тварь откинуло от меня.

Иногда я ощущал, словно вся моя жизнь всего лишь последовательность крайне неприятных сюрпризов, но даже привыкнув к неожиданностям, я должен сознаться, что был совершенно ошеломлен, увидев своего избавителя. Космический десантник в терминаторской броне шагал по ангару, штурмовой болтер в правой руке все еще дымился от выстрелов, которые так сильно огорчили патриарха генокрадов. Над плечами была смонтированная двойная пусковая ракетная установка, и со спокойной неторопливостью он повернулся к сражению.

- Скитарии, разойдись! - заорал он, его голос с легкостью заглушил шум боя.

- Это один из Отвоевателей, - сказал Юрген, словно внезапное появление Адептус Астартес было каким-то непримечательным событием.

Я кивнул, с первого взгляда опознав желто-белую геральдику, к которой так привык во время нашего злополучного путешествия в преследовании "Отродья Проклятья".

- Я уже понял, - ответил я, - мы внизу видели артефакты из скитальца. Кто еще мог привести их сюда?

- В самом деле кто? - спросил десантник, случайно напомнив мне об их сверхъестественном слухе и выпустил ракеты в самое больше скопление генокрадов, в то время как скитарии разбегались в стороны в ответ на его приказ. Они взорвались в центре группы, рассекая кучку отвратительных существ шрапнелью, и он продолжил обстрел, быстро уничтожая выживших точными, экономичными очередями из болтера.

- Интерфейс запущен, - произнес Дисен, напомнив о своем присутствии, что в данных обстоятельствах, несколько раз ускользало из моего разума. С громким лязгом крыша над головами нажала скрежетать и мучительно медленно закрываться.

- Превосходная работа, - воодушевил я его, рассуждая, а может ли отверстие закрыться быстрее?

- Они еще могу поднять платформу?

- Конечно нет, - уверил меня Дисен, судя по всему все еще надувшись от похвалы. Несмотря на весь их лепет, насчет того, что они выше человеческих реакций, по моему опыту обычный техножрец всегда чудесным образом воспринимал все.

- Теперь они никогда не доберутся до поверхности.

Я всегда считал, никогда не нужно искушать судьбу. С пронзительным завыванием, громким настолько, что почти заглушал вой двигателей, раненный повелитель выводка кинулся вперед с яростью берсерка Кхорна, разбрасывая по пути перегруппировавшихся скитарий, которые к моему облегчению, снова окружили магоса-сеньорис и меня. Оно прогрохотало по рампе, которая была завалена впечатляющей грудой генокрадов, но зато теперь не обращала внимание на прежнюю цель. Вой двигателей вырос на октаву, перейдя почти в визг, и к моему ужасу, я увидел как шаттл поднимается над площадкой.

- У них не получится, - заметил Юрген, словно высказывался о результате о матче в скрамболл, его взгляд метался между медленно взлетающего шаттла и постоянно сужающегося отверстия в крыше.

- Если эта штуковина разобьется, нам тоже не выжить! - заявил я, спешно показывая на дверь, - магос, вы можете оставить пульт управления?

Не то чтобы меня это особо волновало, но никогда не помешает выглядеть так, словно это правда.

- Процесс теперь нельзя повернуть вспять, - уверил он меня, в это время механодендриты исчезли в складках его робы.

- Тогда идем! - ответил я, переходя от слов к делу, и изо всех сил кинулся к двери, пытаясь обставить все так, словно собираюсь охранять дверь от любых медлительных крадов, опаздавших на автобус. Остальные едва поспевали за мной, скитарии снова развернулись вокруг Дисена, который развил весьма неплохую скорость для человека, увешенного таким количеством вживленного металлолома.

К тому времени когда мы добрались до коридора, отверстие в крыше уже было заметно меньше длины шаттла, который, казалось, порхал по ангару, словно попавшая в ловушку птица.

- Мы сделали их, - высказался Кипер, в его голосе слышалось мстительное удовлетворение, несмотря на нехватку интонаций искусственно генерированного голоса. Он со своими скитариями поднял оружие [85], явно ожидая разбегающихся с шаттла и решительно настроенный не пустить обратно в святилище ни одного крада.

- Хрена с два, - высказался я, когда пилот задрал нос шаттла и запустил главный двигатель. Выхлопная струя жаром ударила по полу, сшибая с ног неосторожных скитарий, которые заняли позиции под отверстием, и сжигая до угольков трупы, что остались у посадочной площадке. Однако одинокая фигура терминатора Отвоевателей осталась неподвижной, иссушающий ветер никак не беспокоил его, мусор и куски тел разлетались вокруг его замершего силуэта.

- А может и получится.

И в самом деле на какое-то мгновение показалось, что почти самоубийственный трюк сработает. Шаттл практически стоял вертикально на хвосте, подлетая вверх к закрывающемуся отверстию, но до сих пор оставался метр или два до свободы.

Однако терминатор решил не давать ни шанса. Ракетные установки над его плечами поднялись выслеживая и прицеливаясь, и залп пронесся по воздуху, взорвавшись в главном двигателе и корпусе вокруг него.

- Берегись! - заорал я, чтобы было излишним в данных обстоятельствах, и сам кинулся за приятно прочную стену. Хвостовая часть шаттла взорвалась, поток яркого пламени вскипел подобно раскаленному добела грозовому фронту и разлился по ангару, казалось, что все здание вокруг меня затрясло. Обжигающий жар и ураганный ветер ударил в коридор, унося незакрепленное оборудование, настенные панели и парочку беспризорных сервиторов, затем пылающие корпус рухнул на пол ангара, снова сотрясая стены.

Завыли клаксоны, из скрытых сопел ударила противопожарная пена, заливая пылающий ад внизу густым, липким снегом. Активировались специальные сервиторы, выкатились из ниш для борьбы с огнем, направив струи на самые расклеенные места пожарища.

- Они заплатили за все, - с едким удовлетворением произнес Юрген. Я уже кивал, соглашаясь с ним, затем замер, остановив голову на полпути. Невероятно, но что-то двигалось в самом пожарище, наполовину скрытое языками пламени, густыми облаками дыма и снежной бурей пены. Что-то двигалось оттуда к нам с очевидной целью.

Моя рука опустилась к лазпистолету, который я уже успел убрать в кобуру - хотя что он мог сделать с существом, которое способно было выжить в такой катастрофе, я не понимал. Но до того как я успел его достать, и выставить себя полным идиотом, дым немного рассеялся и я осознал, что это бродит треминатор, среди учиненных им же разрушений, разрезая дым подобно крепостной куртине. Я чуть вытянул шею вперед, сконцентрировав взгляд на шлеме, укрытым поднятыми, сгорбленными наплечниками здоровенной брони. Секунду спустя лицевая пластина поднялась, явив лицо десантника, который вытянул огромную бронированную руку, огромную настолько, что он был способен единым движением смять мою грудную клетку.

- Комиссар Каин, - прогрохотал он, типичным для Адептус Астартес глубоким и резонирующим голосом, - для меня честь встретить верного друга нашего Ордена.

- Это для меня была честь служить вместе с вами, - беззастенчиво соврал я, - хотя должен признаться, я был удивлен вашим присутствием здесь.

До того как он успел ответить, вклинился другой голос, который сам по себе одинаково ошарашил меня.

- Брат-сержант Яил, - произнесла Килдхар, выходя из коридора позади нас, от волнения ее роба трепетала, все ее печальные попытки скрыть это провалились.

- Хоть один образец удалось снова захватить? - он смотрела на пепелище за дверью и ее плечи опустись, - видимо нет.

- Образец? - я взглянул на нее, затем на возвышающегося космодесантника, у которого конечно не бегали глазки, но определенно могли бы, если бы это свойство не удалили при генетическом проектировании.

- Магос, я думаю вы должны кое-что объяснить.

Глава тринадцатая

- Вы разводили этих проклятых тварей?! - сетовал Живан, уставившись на Адептус Механикус, сидящих в конференц зале на другой стороне полированного стального стола, таким взглядом, который мог бы заморозить гелий. Эль'хассаи сидел рядом с ним, выглядел он таким же мрачным, если конечно с достаточной долей вероятности можно было интерпретировать выражение его лица. Килдхар все еще не могла отойти от долго и неприятного разговора наедине с Дисеном, который состоялся пока мы ждали прибытия лорда-генерала с его свитой. Магос-сеньорис издавал из своего вокс-модуля какие-то странные вспышки статики, те странно напоминали звуки, словно он прочищал глотку, которой у него возможно давно уже не было.

- И почему нас не информировали о присутствии Адептус Астартес на Фекандии?

Яил, который сменил терминаторскую броню на легкую и более комфортабельную тактическую, предпочитаемую большинством из его братства [86], сардонически улыбался. Он единственный в зале оставался на ногах, возможно потому что ни один из стульев в комнате, которую выделил в наше распоряжение Дисен, не мог совладать с его весом, но я подозревал, что скорее всего из-за того, что он впечатляюще возвышался над всеми остальными. Кроме того, как я часто замечал раньше, Адептус Астартес в любом случае редко садились.

- Честно говоря, мы не боевое подразделение, - ответил он.

- Да да, я уверен, что генокрады, которых вы испепелили, рады были это услушать, - ответил я, ощущая, что нужно чуть-чуть разрядить атмосферу.

Улыбка Яила стала чуть более приветливой.

- Простите мою неточность. Конечно же каждый боевой-брат готов к бою, когда бы это не понадобилось. Но мы находимся здесь не для этого.

- А для чего же? - спросил Живан, обуздывая свой темперамент таким усилием, которое вероятно мог оценить только я, так как давно его знал. Начнем с того, что он никогда особо не был рад спуститься с флагмана на поверхность , особенно после зубодробительного первого прилета, да и сам факт того, что наша принимающая сторона хранила секреты, несмотря на свои обещания сотрудничества, чрезвычайно огорчал. Чтобы теперь они нам не ответили, у нас теперь всегда будет возникать изводящий нас вопрос, а почему они нам не сказали?

- Для наблюдения, - ответил Яил, явно ища компромисса между тем, что нам нужно знать и традициями своего Ордена, которые, насколько я мог припомнить, предписывали хранить секреты в своем совете, и не делиться ими с чужаками. Не удивительно, что они так хорошо сошлись с шестеренками.

- Уже несколько веков Отвоеватели и Адептус Механикус работают совместно. Мы ищем наш археотех, когда и где можем, передаем им для анализа, в ответ получаем знания, необходимые чтобы сражаться с врагами Императора более эффективно.

- Ну а здесь вы зачем? - подталкивал его Живан, явно давая понять, что не впечатлен, не напуган и от него не отделаться.

Яил на секунду изумился, затем продолжил, учтивым кивком приняв, что его перебили.

- Один из наших апотекариев обменивался информацией с магосом Килдхар. Вместе с ним прибыло несколько технодесантников, желающих приобщиться к познанию Омниссии в наиболее освященном месте, и эскорт боевых-братьев, коими я удостоен чести командовать.

- Подожди-ка минутку, - вклинился я за мгновение до того как лорд-генерал взорвался. Несмотря на высокое звание Живана, Отвоеватели кажется до сих пор доверяли мне больше всех из всего контингента Гвардии, и если вклинюсь я, то вряд ли брат-сержант призовет своих братьев на помощь.

- Ты имеешь ввиду, что вы знали о домашних зверушках-крадах Килдхар?

- Конечно знали, - объяснила Килдхар, - они и предоставили нам наш первый образец.

- Верно, - согласился Яил, - на борту "Отродья Проклятья", примерно шестьдесят лет тому назад, рабочая группа сервов Ордена подверглась нападению генокрадов. К тому времени как мы их нашли, большая часть выживших уже была инфицирована.

Конечно же именно этого больше всего боялись жители Серендипити и я, но к тому времени я уже был очень далеко от планеты, чтобы сказать - " я же говорил".

- Но до того как их уничтожили, один из Адептус Механикус, помогающий каталогизировать находки, запросил разрешение на их изучение.

- Полагаю, это были вы, - произнес я, глядя на Килдхар вряд ли теплее, чем посмотрел на нее Живан несколько секунд назад.

- Верно, - подтвердила она, ее голос был не совсем спокоен, к чему обычно стремились техножрецы, - возможность изучить цикл размножения этих существ в безопасных условиях была практически беспрецедентной.

- Извините меня, - тихо вклинился Эль'хассаи со своего угла стола, - но наши источники информации говорят, что зараженные индивиды должны спариваться с обычными членами своего вида, чтобы передать измененные гены. Разве это не так?

Его замечание вызвало в рядах Механикус почти слышимый вздох, по крайней мере у тех, у кого все еще оставались легкие. Присутствие дипломата тау в наиболее охраняемом и секретном святилище планеты их неимоверно раздражало, но нам нужны были эти ксеносы для войны с тиранидами и этим все сказано. Любая попытка отстранить его после такого важного открытия, подорвет все основы союза, так что бурлящим шестеренкам придется проглотить обиду.

- Так и есть, - ответила Килдхар, после неприятной паузы, во время которой стало понятно, что никто больше не собирается говорить с ксеносом, и, если чириканье на бинарном о чем-то говорило, все остальные техножрецы решили, что в любом случае в произошедшем ее вина.

- К счастью у нас есть источник значительного количества уголовников, приговоренных к разделке на запасные части для сервиторов. Мы использовали их.

Эль'хассаи странным образом посерел.

- Тяжелое решение, - спокойно произнес он, - но Высшее Благо требует принятия тяжелых решений.

Килдхар натянуто кивнула, очевидно оценив, что кто-то с ней до сих пор вежливо разговаривает, даже если это еретик-ксенос, которого она, возможно бы, скорее всего сожгла.

- Действительно имели место некоторые споры относительно использования этих ресурсов, - призналась она, - хотя возможность получить знания неизбежно возобладала над таким чисто техническим вопросом.

- Я бы с удовольствием получил копию ваших изысканий, - наконец произнес Эль'хассаи, после паузы, во время которой он по какой-то причине сделал несколько глубоких вдохов-выдохов.

- Я уже дал ясно понять магосу Килдхар, что требую строжайшей секретности, - произнес Дисен, его спокойный механический тон не смог скрыть неохоту делиться знаниями, - и предоставить полные отчеты по всем другим изысканиям, которые она сейчас ведет.

Даже не нужно говорить, что от этих слов у меня волосы на загривке встали дыбом.

- Каким другим изысканиям? - спросил Живан, успевая спросить вперед меня и тем самым квитаясь со мной.

Килдхар улыбнулась, но я счел эту улыбку совсем не приятной.

- Я полагаю комиссар Каин проведет первоначальную инспекцию, - сказала она, - в конце концов благодаря ему стала возможна эта работа.

Я шел к аналитикам Килдхар со скрытым трепетом, сотрудничать с ней больше не особо хотелось, особенно после ее тревожной ремарки в конференц-зале, но я тщательно скрывал это. Будь я проклят, если покажу ей, что заинтригован или смущен. Вместо этого я отправился в долгий путь по отдающим эхом коридорам, большая часть которых все еще несла на себе отметины резни крадов, переговариваясь по пути с Яилом, спрашивая о своих бывших знакомых в Ордене, о большинство которых он никогда не встречал [87].

- Какой бардак, - заметил Юрген, когда мы обогнули секцию пола, усеянную подпалинами, дырами от болтера, и какими-то неприятными пятнами.

Я согласно кивнул:

- Есть мысли как крады вырвались? - многозначительно спросил я, и Килдхар в ответ покачала головой.

- Это все еще предстоит выяснить, - ответила она, вероятно пытаясь найти подчиненного, как которого можно было взвалить всю вину, - в результате побега многие инфо-рекордеры повреждены, так что не особо понятно как они умудрились обойти протоколы безопасности.

- Не думаю, что им очень нужно было стараться, - сухо заметил я, - учитывая, что они могут проделывать дырки в керамите.

Оставшаяся часть лица Килдхар из плоти вспыхнула, но было ли это смущение или гнев, я не мог сказать. До того как у нее появилась возможность ответить и прояснить вопрос, баритон Яила эхом разнесся вокруг нас, словно кто-то бросил в стену валун, потопив любые ее слова:

- В этом есть смысл, комиссар. Но может нам стоит сначала спросить себя, почему они вырвались именно сейчас?

- Понимаю, что вы имеете в виду, - согласился я. С учетом чудовищной комбинации грубой силы чистокровных и интеллектом гибридом, весь выводок возможно мог сбежать в любой понравившийся им момент.

- Должно быть они почувствовали приближение флота-улья.

- Я тоже так думаю, - согласился Яил.

- Но были предприняты все меры предосторожности, - продолжала настаивать Килдхар, - клетки, помимо физических стен, были окружены энергетическими барьерами.

- К которым перестали подавать питание, - добавил Яил, - почему, это еще неизвестно, хотя это дает нам благотворный совет - нельзя недооценивать врага.

- Я полагаю у вашего Ордена нет привычки совершать ошибки, - ответил я, уступив детском импульсу еще чуть-чуть потерзать Килдхар, но ничего не мог поделать с чувством, что она заслужила, если ее гордыня действительно в ответе за такое количество невинных жертв. Людей в Гвардии расстреливали и за меньше провинности, а некоторых даже я сам.

- Действительно нет, - согласился сержант, ловко забывая о своей главенствующей роли в доставке отродьев-ксеносов на Фекандию.

В этот момент мы пришли: толстая металлическая дверь, подобно многим другим, которые мы прошли, и на первый взгляд ничем не примечательная, если не считать намалеванных на ней знаков-предупреждений о биологической опасности. Однако у других не было приваренных к замку геносканеров, или же пары космодесантников в тактической броне, стоящих на охране. На обоих были шлемы, из зловещие желтые носы [88] следили за нашим приближением. Яил остановился, дабы обменяться с ними парой слов, после чего, к моему облегчению, подтвердил, что последние из сбежавших крадов были выслежены и уничтожены, в то время как Килдхар возилась с генозамком.

Дверь со щелчком открылась, удостоверившись, что он, это действительно она, и Килдхар натянуло улыбнулась мне, заходя внутрь.

- Сюда, - излишне добавила она.

После всех этих барьеров комната казалась особенно прозаичной. Я бывал во многих святынях Механикус, чтобы опознать план расположения, даже если не представлял себе назначения этих всех фыркающих, гудящих и щелкающих устройств. На стене была приварена привычная блестящая металлическая шестеренка, а на рабочих столах в лабиринтах стеклянных сосудов и труб булькали и капали различные жидкости. Кучка аколитов в красных робах бегали туда-сюда, тыкали в разные штуковины и пялились на пикт-экраны, в то время как парочка сервиторов была занята утомительной работой. Единственное, что меня поразило, и что было несколько необычно - витающий запах антисептикров и биологического разложения. Вонь стояла настолько густая, что в ней потерялся привычный аромат Юргена, я даже был вынужден оглянуться, дабы убедиться, что он все еще с нами.

- Полагаю крады прошли не здесь, - сказал я и Килдхар в ответ покачала головой.

- Эх клетки... были выше этажом, - ответила она.

Я кивнул. Хотя мы стремительно спускались в лязгающем и дребезжащем лифте, мои инстинкт понимания закрытых пространств работал как всегда превосходно, и я уже был уверен, что мы намного ниже уровня фундамента святилища. За окружающими нас блестящими металлическими панелями, которые так необъяснимо любимы аколитами Бога-Машниы, не было ничего, кроме голой скалы. Ну если не считать лабиринта воздуховодов, проводов питания и сервисных шахт, по которым привыкли сбегать крады.

- Так вот где ведутся ваши таинственные исследования, - сказал я, пытаясь не показаться абсолютно сбитым с толку.

- О, это всего лишь рутинный анализ тканей, - поправила меня Килдхар, позволив себе совершенно не по-шестереночьи скрючить гримасу презрения, - исследования ведутся там.

Она провела меня с Юргеном мимо бегающим аналитиков к невзрачной двери, которая при первом взгляде, казалось, вела в склад или же нужник [89]. Однако когда мы вошли, я ощутил как дрогнул мой шаг, и с моих губ едва не слетел вздох удивления. Я ощутимо вздрогнул от внезапного, обмораживающего до костей, холода.

Мы очутились на высоком металлическом мосту над глубокой естественной пещерой, каждая поверхность которой была покрыта инеем. Кто бы его не строил, он явно разделял презрение большинства техножрецов Фекандии к перилам. Я была решительно настроен смотреть, куда ступаю. Подскользнулся, и уже летишь в объятья к болезненной и неаккуратной смерти. Юргена же, конечно, все это совершенно не волновало, он уверенно ступал по толстому слою льда, словно бы находился у себя дома на Валхалле.

- Как приятно снова видеть свое дыхание, - прокомментировал он, словно это было чем-то хороим, - почему так холодно?

- Из-за этого, я полагаю, - ответил я, указывая на огромную, гудящую путаницу из труб и металла в конце галереи, - похоже на морозильную установку.

- Это она и есть, - ответила Килдхар, явно раздраженная, что не модифицированные люди не видели очевидного, - образцы здесь хранятся в замороженном виде.

Она продолжала идти, пока говорила, столь же хорошо чувствуя себя на скользкой поверхности, как и мой помощник.

- Ну оттуда они хотя бы точно не выйдут, - ответил я, хотя холодок, что пробежал по моей спине, был вызван не совсем холодом.

Килдхар очевидно не посчитала нужным ответить на остроту, а просто повела нас вперед к открытой лифтовой платформе на конце моста.

Я занял место как можно ближе к центру лифта, в то время как техножрец копалась с управлением, и, дернувшись, что почти свалило меня с ног, мы начали спуск на пятнадцать-двадцать метров к полу пещеры. Когда я ступил на него, оказалось, что он весь покрыт льдом, который хрустел под подошвами. Тонкие кристаллы разлетались от моих шагов словно хлопья мелкого снега. Верхний слой льда был покрыт инеем, где постоянно замерзала влага из воздуха, под этим тонким слоем лед оказался прозрачным, словно стекло. Сложно было оценить его толщину, так как свет закрепленных на потолке люминаторов отражался головокружительными вполохами, но по моим прикидкам, скальное дно пещеры находилось как минимум на том же расстоянии, что и мост от льда.

- Комиссар, - новый голос поприветствовал нас, судя по тембру - несомненно космодесантник, я развернулся и увидел облаченного в броню гиганта, который вышел из модульного здания, расположенного в тени нависающего моста. Он был без шлема, столь же безразличный к обжигающему холоду как и мой помощник, и, к моему удивлению, лицо мне было знакомо.

- Много времени утекло с тех пор, как наши дорожки пересекались.

На самом деле прошло шестьдесят пять лет.

- Шолер, - произнес я, протягивая руку, - годы пощадили тебя.

- Несомненно и вас тоже, - ответил Отвоеватель, хватая протянутую мной руку своей гигантской лапой, - полагаю пальцы до сих пор функционируют удовлетворительно.

- В высшей степени, - уверил я его. Аугметические пальцы на правой руке у меня появились благодаря ему, в апотекарии на борту ударного крейсера "Ревенант" куда я попал после удачного побега от некронов на Интериус Прайм.

- Очень благодарен вам с Драмоном за них [90]. Полагаю с ним все хорошо?

- Как и со мной, - согласился Шолер, по его манере я понял, что это скорее набожная надежда, а не реалистичное утверждение, - мы несомненно получим новости, как только будет найдено "Отродье Проклятья".

- Он все еще был на борту, когда скиталец вернулся в варп? - спросил я, не сдержав в своем голосе недоверие и ужас.

Шолер кивнул.

- Когда стало ясно, что переход неизбежен, экспедиционные силы прилетели на борт в надежде сохранить скитальца в руках Империума при последующем выходе. Так что мы все еще ждем его появления.

После всего этого времени, такая вероятность оставалась. Но так же были велики шансы, что он появится на пути флота-улья, или в сердце вотчины орков, или, возможно, все еще дрейфует по варп-течениям.

- Император защищает, - процитировал я, дабы заполнить неловкое молчание, и обнаружив, что в этот раз я действительно надеялся, что так оно и будет. Затем сквозь мое удивление просочилась мысль о том, зачем он здесь находиться.

- Так это вы тот апотекарий, с которым работает Килдхар?

- Действительно он, - ответила мне Килдхар, - вот почему вам дали разрешение посетить Регио Квинквагинта Уно, несмотря на сомнения Адептус Механикус. Советы космодесантников никогда не просты.

- Рад это слышать, - отворачиваясь ответил Шолер. Я пошел за ним, несколько неловко перебирая ногами по скользкой поверхности, дабы не отстать от его здоровенного шага.

- Хотя кажется нам придется объяснять нашу работу не специалисту, несмотря на мое возражения.

- И мои, - добавила Килдхар, - однако магос-сеньорис настаивал.

- Как и лорд-генерал, - напомнил я им, - если нам нужно оборонять этот мир от флота-улья, то нам нужна любая толика информации, которая поможет выдержать осаду.

- Наши исследования исключительно теоретические, - несколько раздражительно сказала Килдхар, - мы пытаемся понять генетические мутации тиранид, но это никоим образом не поможет подстрелить их.

- Ну да, пока они не сбегут и не устроят резню, - подсказал я, и если честно, то несколько раздраженно. От лютого холода у меня разболелась голова, а постоянные сюрпризы никоим образом не улучшали настроение.

- С этими образцами такого не произойдет, - уверил меня Шолер, жестом указывая на лед под ногами.

Я взглянул вниз и мгновенно вздрогнул от шока. Меньше чем в метре от моих подошв виднелась огромная, вполне способная проглотить меня целиком, разинутая пасть. Я инстинктивно вздрогнул. В прозрачном льду был заключен здоровый, змееподобный тригон тиранид, неподвижный и очевидно мертвый. Но мы когда-то думали тоже самое насчет замерзшей армии во льдах Нускуам Фундументибус. Так что я не сомневался, что если этот оттает, то прокопает себе путь на поверхность в поисках еды со всей скоростью, с которой мог рыть.

- Откуда, мать его дери, он взялся? - спросил я, ослабив инстинктивную хватку на почти вытащенном оружии, - Дисен говорил, что сюда тираниды не прилетали.

Мерзкий маленький голосок в голове напевал - Что еще они нам не сказали? Точь в точь, как в конференц-зале, только на сей раз сильнее и настойчивее.

- Не прилетали, - уверил меня Шолер, несомненно предугадав, что я скорее поверю ему на слово, чем Килдхар. - Эти образцы были доставлены с других планет, а этого привезли сюда в состоянии спячки.

- Соответственно был построен этот комплекс, - вставила Килдхар, желая набить себе цену, - дабы все так и оставалось.

- А что случится, если питание исчезнет? - спросил Юрген, явно разделявший мои сомнения, - мы уже видели замороженных тиранид раньше, и они проснулись и вцепились в нас, как только лед подтаял.

- Не исчезнет, - уверила нас Килдхар, - морозильная установка обеспечена множественными, излишними резервными системами. Подача питания может быть прервана только катастрофическим инцидентом таких масштабов, который сотрет с лица земли весь комплекс.

- Вроде взрыва электростанции? - предположил Юрген, и техножрец кивнула, явно считая, что он издевается над ней или же просто придумывает проблемы по ходу дела.

- Что вряд ли произойдет, - ответила она.

- Верно, - согласился Шолер, снова ведя нас по льду и указывая то на одного, то на другого нида, словно престарелая вдова, суетящаяся над своей коллекцией чайных чашек, - вот здесь у нас самые простые биоформы, хормагаунты, термаганты, и прочие. Синаптическое существо в дальнем углу, роющих тварей вы уже видели...

И в самом деле, другие змиеподобные твари, некоторые таких же размеров как тригон, по которому я потоптался, некоторые меньше, способные пробраться за линию обороны и напасть на защитников внутри, находились у нас под ногами, пока мы тащились по льду.

- Где вы их достали? - спросил я, совершенно не испытывая радости от того, что целая армия жутких чудовищ оказалась буквально у вас под ногами. Я был уверен, что уже знаю ответ и слова Килдхар не добавят ничего нового, но спросить не мешало.

- Конечно же на Нускуам Фундументибус, - подтвердил Шолер. Эти две системы не были соседями, но располагались достаточно близко для прямого варп-прыжка, - там еще множество организмов, которые никогда не будут воскрешены, да и Адептус Механикус не возжелали изучать их, так сказать, в природном окружении.

- Что совсем не удивительно, - сухо вставил я, - учитывая сколько их коллег сожрали ниды.

- Никто в секторе не может превзойти аналитиков Фекандии, - обиженно заявила Килдхар, - о чем хорошо известно Механикус на Нускуам. Они были более чем счастливы уступить изучение этих существ нам.

Юрген пробормотал что-то, что подозрительно напоминало: "Ставлю, что так оно и было".

- Так в чем же ваш главный интерес? - спросил я, надеясь, что в этот раз заглушил его слова, но сомневаюсь. По крайней мере Шолер обладал сверхъестественным слухом, обычным среди Адептус Астартес, и у Килдхар возможно имелись какие-нибудь аугметические штучки, которые работали столь же хорошо.

- Пожалуйста, простыми словами, которые я мог бы передать лорду-генералу и его персоналу не переходя на тарабарщину.

На сей раз про себя бормотала Килдхар, но так как у нее получилось намного лучше моего помощника, то я уловил всего лишь ее желание что-то сделать с "тупыми овощами".

- Наша главная цель разобраться с механизмом, благодаря которому разум улья управляет всем роем, - ответил Шолер, - если мы сможем разрушить эту связь, уничтожим возможность координировать действия на обширной области, это даст нам значительное тактическое преимущество.

- Определенно даст, - согласился я, на мгновение ослепленный перспективой, - и вам удалось?

Шолер покачал головой.

- Наша работа на самой ранней стадии, - ответил он, - но мы полагаем, что смогли найти какие невральные цепи вовлечены в процесс.

- Ох, - вздохнул я, безуспешно пытаясь скрыть свое разочарование.

- Благодаря вам, - ответила Килдхар с любопытной полуулыбкой на лице, от которой я почему-то почувствовал себя тревожно. Она указала вниз, прямо туда, где стояла, и несмотря на нехорошее предчувствие, которое росло с каждым шагом, я все равно брел к ней.

- Мы получили все высшие нервные ткани, о которых только мечтали.

Я уставился на обугленный и обожженный кусок мяса размером с "Гибельный клинок". Сырая плоть яркими пятнами проступала сквозь отмершие участки, и все еще казалась достаточно свежей, несмотря на повреждения, это неуместно напоминало мне стейк, прожаренный с внешней стороны и нетронутый внутри.

- А это что за хрень? - спросил я, и тут же замолк, когда вспомнил.

Вспомнил кое-что огромное и живое, которое почти взлетело, и упало обратно в вулканическое извержение, запустить которое почти стоило нам с Юргеном жизней.

- Святой Трон, да это же кусок биокорабля!

Килдхар кивнула.

- Один из его кортикальных узлов. Большая его часть сильно обгорела, но некоторые фрагменты, упавшие на ледяные поля, достаточно быстро замерзли, чтобы сохранить ткани. Это самый большой и лучше всего сохранившийся кусок.

Я пытался заговорить, дабы выразить свой абсолютный ужас и отвращение, дабы спросить их, как можно быть столь поразительно тупыми, но слова не шли. Все что я мог - пялиться на чудовищный кусок плоти, который был способен уничтожить всех нас.

Глава четырнадцатая

- Их всех нужно уничтожить немедля! - твердо заявил Живан. На сей раз он умудрился собрать наш военный совет на борту флагмана, и казался намного непринужденнее, явно ощущая больше контроля за ситуаций на родной земле. Хотя его реакция предыдущим вечером, когда я передал ему новости о том, что нашел в глубинах святилища Механикус, разве что не плавила переборки.

- Потенциальные проблема, если они оживут, неисчислимы.

К моему хорошо скрываемому облегчению, в его голосе не было ни намека на начальный импульс обернуть ланс-батареи флагмана на святилище, несмотря на его настойчивость во время нашей долгой и преисполненной беседы, что это единственный путь сделать все наверняка. Должно быть это верно, но вряд ли улучшит отношения с шестеренками, не говоря уже об Отвоевателях, которые вряд ли потерпят, что группу их боевых братьев испарят вместе со всем остальным. Кроме того, святилище было огромным и прочным зданием, чтобы нести такое потребовалось бы несколько залпов. А первым выстрелом мы бы скорее всего проплавили лед, освободив проклятых тварей. Все эти доводы мне было очень сложно донести до него. (Конечно я мог просто навести на него пушку, но это бы разрушило все наши сердечные отношения, и по возможности я хотел этого избежать. К этому моменту мы проработали вместе больше шестидесяти лет, и я привык пользоваться дарами его гостеприимства).

К счастью в конечно итоге он достаточно успокоился, чтобы увидеть просвет [91], и мы разработали, надеялись, что разработали, самое дипломатичное решение. В конце концов ланс-батареи никуда не денутся, и всегда доступны в качестве последнего довода.

- И как вы нам предлагаете это сделать? - с дальнего конца конференц-стола прогудел Дисен. Если его и раздражало, что его притащили на орбиту, то он тщательно скрывал это. С другой стороны Живан летал к нему, чтобы обсудить катастрофу с генокрадами, так что он вряд ли мог не оказать ответную любезность. Несомненно он предпочел бы обсуждать вопросы по вокс-связи, но в мире, где информация постоянно передавалась с бешеной скоростью, единственной возможностью сохранить хоть какую-то конфиденциальность, оставалась личная встреча, желательно в герметичной комнате, но даже в этом случае шансы на успех оставались призрачными.

Соответственно мы собрались маленькой компанией избранных. Кроме меня, Живана, Дисена, в комнате присутствовали только Эль'хассаи и Шолер. Хотя снаружи рыскал Юрген, поднятый лазган, как и его сомнительная личная гигиена, одинаково отгоняли любые попытки вторжения. Конечно же Килдхар протестовала, что ее не пригласили, но так как магос-сеньорис превосходил ее по рангу, а Шолер столь же хорошо мог ответить на любые вопросы об совместном исследовании, то ее присутствие вряд ли требовалось. А вот космодесантника, с другой стороны, очень даже. Если мы желаем успешно отстоять Фекандию, то Отвоевателей следовало держать в узде. Опять же, казалось, что только в разговорах со мной они хотя бы делали вид, что слушают, и следовательно при каждой возможности нужно было советоваться с ними, дабы они вообще хоть что-то сказали за всю беседу.

Тоже самое происходило с послом тау, и я боялся подумать, какие отчеты он готовит, чтобы отослать их домой. Единственное везение заключалось в том, что не имея астропатов, остальные тау оставались в блаженном неведении, какую бойню мы устроим по окончанию перемирия. Живан конечно же предложил использовать один из наших хоров, чтобы он мог связаться с астропатами Донали напрямую, и Эль'хассаи, столь же вежливо, отказался, прекрасно зная, что чтобы он не передал, это тут же ляжет на стол Живану.

- Вот это будет задачка, - согласился Шолер, - каждый организм нужно будет индивидуально вытащить изо льда, и сжечь или разорвать на куски, чтобы он не регенерировал. Вряд ли такое можно сделать немедля, по моим подсчетам на это потребуется как минимум месяц. И давайте не забывать, что у нас беспрецедентная возможность получить решающее тактическое преимущество над тиранидами, которое я не желаю упускать.

- Совершенно верно, - согласился Дисен, - побег генокрадов был неудачным стечением обстоятельств, но организмы во льду вряд ли смогут такое повторить.

- Мы с комиссаром не согласны, - ответил Живан, в данном случае его голос оставался необыкновенно спокойным.

Я кивнул:

- Я видел как быстро эти твари выходят из спячки, - сказал я, - они почти захватили Нускуам Фундументибус, когда оттаяла только горстка. И последнее что нам нужно, дать флоту-улью армию вторжения до того, как они даже выпустят споры.

Конечно же с тем же успехом я мог промолчать. Шолер выглядел упертым, как могут выглядеть только космодесантники, а Дисен, столь же неподвижный, тихо чирикал и щелкал про себя. Живан испепелял их взглядом, его гнев рос. Предвидя, что это может плохо кончиться, я повернулся к тау, скорее чтобы отвлечь внимание, нежели ожидая что-то хорошее от ксеноса.

- Посол, скажете нам что-нибудь?

К моему удивлению Эль'хассаи кивнул, пыжась выглядеть задумчивым, если только тау в такие моменты выглядят точно так же, как ушедший в свои мысли человек [92]/

- Аргументы обеих сторон понятны, - как всегда дипломатично начал он, - но с моей стороны я вынужден согласиться, что преждевременно избавляться от образцов неблагоразумно. Если исследование апотекария действительно выявит слабое место у тиранид, то лучше всего Высшему Благу послужит его дальнейшая долгая, насколько это возможно, беспрепятственная работа, .

Техножрец и Адептус Астартес на секунду выглядели ошарашенными, затем расслабились, когда до них дошло неожиданное заявление о поддержке. Живан выглядел столько же шокированным, затем сделал несколько глубоких вдохов, граната без чеки пожелала не взрываться. Я же, с другой стороны, проведя уйму времени с дипломатами, немедля накинулся на тонко завуалированную оговорку.

- Что конкретно вы имеете ввиду под "насколько это возможно"? - спросил я, взбудоражив всех, когда до них начал доходить смысл фразы.

Эль'хассаи сцепил пальцы, я не сомневался, что он долго учился этому жесту ради гуе'ла [93] в комнате.

- Несмотря на требования Высшего Блага, - ответил он, - я так же разделяю ваши с лордом-генералом опасения. Я бы предложил апотекарию Шолеру и магосу Килдхар продолжить свои изыскания, сделав необходимые приготовления, дабы быстро уничтожить образцы когда это будет необходимо.

- Достаточно разумно, - согласился Живан, к моему несказанному облегчению вцепившись за этот компромисс, дабы не потерять лицо. Казалось несмотря на все шансы, тау держит этот ветхий союз вместе, а не раскачивает лодку, как я ожидал. Он повернулся к Дисену.

- Можно устроить что-нибудь такое?

- Это достаточно серьезный технический вопрос, обеспечить физическое одновременное устранение всех образцов, - задумчиво ответил магос-сеньорис, - но Омниссия несомненно направит нас к подходящему решению. Возможно достаточно будет встроить в зал термоядерный реактор.

- Тогда оставим этот вопрос в руках профессионалов, - произнес Живан, избегая любых саркастический замечаний насчет чуда, - пожалуйста, докладывайте нам о своем продвижении.

- По всем исследованиям, - добавил я, не желая, чтобы они заявили, что думали только про одно исследование, а про другое - нет. Как я замечал раньше, семена недоверия, что они посеяли благодаря тому, что держали нас в неведении относительно исследований Килдхар, превосходно взошли, и чтобы они нам теперь не сказали, любые слова теперь будут у меня встречать сопротивление. И должен признаться, что чем быстрее мы отсюда выберемся и оставим эту жалкую каменюку со всеми ее устройствами, тем лучше.

Теперь же мы кажется достигли консенсуса, встреча прошла очень стремительно, быстрым обменом обобщениями, неопределенными обещаниями действий, каждый стремился как можно скорее покинуть ее, пока у других не появился шанс передумать и пока не начали обсуждать вновь возникшие возражения. Шолер с Дисеном отбыли в сторону ангара как только смогли, вскоре за ними последовал Эль'хассаи, явно спеша возвратится в свою каюту и составить уместно острый доклад своему начальству, хотя как он собирался отправить его, не знал [94].

- Я хочу, чтобы этот комплекс полностью окружили, - сказал Живан, как только дверь со щелчком закрылась за тау, - если ниды выйдут на свободу, их нужно будет сдержать.

- Это потребует много бойцов, - указал я, - даже целой роты не хватит, она слишком растянется, если разместить их достаточно широким коридором, дабы те в случае чего избежали орбитальной бомбардировки.

Лорд-генерл улыбнулся.

- Если бы я не так хорошо тебя знал, то я бы мог поклясться, что ты псайкер.

- За все эти годы я уже понял ход ваших мыслей, - ответил я, - кроме того, это то, чтобы я сам сделал.

А вот это уже была правда.

Живан кивнул.

- Мы оставим ланс-батареи нацеленными, по крайней мере сейчас. Больше они нам пока что не нужны, пока не покажется флот-улей.

- Который, да будет на то воля Императора, не появится, - ответил я, как всегда играя с судьбой. Я вывел зону вокруг Регио Квинквагинта Уно на тактический дисплей и тщательно ее рассмотрел.

- Нам придется использовать Корпус Смерти. Никто из других подразделений не выдержит такого размещения.

- Ни о ком другом я и не думал, - согласился Живан, и пожал плечами, - хотя остается проблема, чтобы их не было видно. Они конечно хороши в своем деле, но чаще всего это не касается скрытных перемещений.

- А я бы даже и не пытался, - ответил я, - шестеренки все равно узнают, что они там. Если начнут квакать на этот счет, просто скажем им, что вы решили обеспечить святилищу дополнительную защиту, осознавая, насколько теперь это важно. Они, конечно, не поверят, но не рискнут спорить с вами.

Живан захихикал.

- У них для этого яиц нет, - согласился он, что в буквальном смысле относилось к большинству техножрецов, учитывая их склонность к чрезмерной аугметации.

В этот момент мой смех прервался, когда в дверь постучался Юрген. Даже когда еще не стихло эхо его стука по металлу, не говоря уже о том, чтобы кто-то из нас пригласил его внутрь, в комнату ворвался его неповторимый аромат, за которым через мгновение появилось его заляпанное грязью лицо.

- Извините, что прерываю, сэр, - сказал он, - но у нас появились новости от разведфлота.

Он всосал воздух сквозь сжатые зубы, он всегда так поступал, пытаясь найти слова для какой-то новости, которую явно никто не желал бы услышать.

- И они не очень хорошие, - добавил он, после затянувшийся паузы.

Я еще никогда не встречал астропата, которого можно было бы назвать общительным, что едва ли удивительно, учитывая, что они постоянно уделяют часть своего внимания шепоту в варпе, ожидая сообщений. Меня нелегко напугать [95], но не буду отрицать, что в их компании ощущаю себя тревожно. Может быть из-за татуировок-оберегов, видимому напоминанию, что их в любой момент может захватить демон, или возможно из-за их слепоты, закрытый глаз всегда обращен к тебе, где бы ты не находился в комнате, словно он смотрит прямо тебе в душу.

Мадригел, самый старший астропат из персонала Живана, воплощал в себе все их черты: изможденный и худой как скелет, из савана робы торчат только руки и голова, он нырнул в комнату подобно туннельным призракам, что охотятся на самых нижних уровнях подулья, в котором я провел первые несколько лет своей жизни [96]. Не нужно было говорить, что посреди командного бункера, в окружении свидетелей, мы не могли получить столь секретное сообщение, ради которого он даже вылез из своей конуры. Так что я очутился сгорбившись в ужасно тесной клетушку, в которой он жил и работал [97], изо всех сил стараясь хоть что-то рассмотреть во всеохватывающей тьме. Астропату не нужен был свет, так что он даже не потрудился его зажечь, оставив меня с Живаном рядом с мерцающими язычками свечей рядом с курильницей для благовоний. Если судить исключительно по запаху, внутри, казалось, горела пара носков Юргена. (Мой помощник конечно же отбыл в наши каюты, не желая открывать свой секрет вызвав у Мадригела приступ боли в присутствии лорда-генерала).

- Что вы получили? - спросил я, чуть более оживленно, чем намеревался, не сводя глаз с астропата лишь значительным усилием воли.

Его тонкие губы разошлись, вывалился язык и в странной, слегка земноводной манере, облизал губы, у меня аж мурашки по коже пошли.

- Хороший отрывок, - прошелестел он, его голос неприятно напомнил мне как шелестит ветер в освежеванной коже, свисающей с крепостного вала цитадели на Сангуи, принадлежащей эльдарам-налетчикам.

- но мало что из этого можно передать вам понятными словами.

Что для большинства людей, как и для меня, звучало как преднамеренное и возмутительное оскорбление, но учитывая призвание Мадригела, возможно его слова стоило воспринимать буквально. Когда я впервые попал в Схола Прогениум, я предполагал, как и большинство обычных бойцов, с которыми я сражался бок о бок (ежели по близости оказывался враг, я держался за их спинами), что астропат не более чем ходячая вокс-станция, способная повторять все, что вы ему надиктуете или покажете. Только намного позднее, когда я выкарабкался в высшие эшелоны армии Империума, я начал осознавать правду, что сухие строчки сообщения и зернистые картинки из других солнечных систем, которые мне так отчаянно иногда случалось ждать, прибывают в виде фрагментарных изображений и ощущений в разуме санкционированного псайкера, возможно даже едва адекватного. И только после долгой и трудной обработки оттуда можно вычленить настоящую передачу, чтобы так астропат не попытался поначалу принять, этот процесс чаще всего требует санкционированные фильтры, к тому же обычно это занимает слишком много времени, а переменчивая ситуация в зоне боевых действий к моменту получения уже с легкостью может измениться.

- Тогда просто скажи нам то, что необходимо знать, - ответил Живан, - что ты услышал от разведфлота?

- Услышал? - мечущийся язык снова облизнул воздух, - Ничего. Бормотание. Все еще работаю. Но мы все это почувствовали. Весь хор.

- Почувствовали что? - спросил я, уже зная, что не хочу знать ответа. Я был прав, так оно и приключилось.

- Страх, - ответил Мадригел, его сухой шепот повис в воздухе не насколько секунд, - все астропаты разведфлота в ужасе.

- Это ничего не значит, - тупо давил Живан, пытаясь сказать это так, словно верил своим словам, - они уже в варп-тени, отрезанные от все остальной вселенной. Едва ли удивительно, что их это расстраивает.

- Нет, это благословенное облегчение, - абсолютно искренне прокаркал Мадригел, - если где-нибудь в галактике псайкер и чувствует себя умиротворенным, так это внутри тени от флота-улья.

- Вот еще бы только следующих за ней тиранид убрать, - добавил я, ощущая, что кому-то из нас нужно вернуться к теме разговора. К моему удивлению астропат кивнул.

- Верно, - по-родственному заявил астропат, - так и произошло. Так много эхо от боли и страха, запах крови и пожарищ. У нас нет деталей, но флот вступил в бой.

- Это не хорошо, - ответил я со значительным преуменьшением. Им приказывали просто наблюдать и докладывать, избегая контакта, насколько это возможно, - есть информация, какие потери они несут?

- Это плохие новости, - ответил Мадригел, и последняя надежда, что я лелеял, затухла, - корабли потеряны.

- Сколько? - мрачно спросил Живан.

- Это не известно, пока данные не будут обработаны, - ответил Мадригел, его язык опять лизнул воздух. Это действие почти завораживало, и я вынудил себя смотреть не другую часть его лица, что вряд ли помогло, учитывая все обстоятельства.

- Но больше одного.

- А что насчет выживших? - спросил я, - они уже должны дать знать о себе, если вышли из тени.

- Повреждены, - ответил астропат, - Ранены. Травмированы.

Сложно было сказать, говорит он о кораблях, экипаже или о том и другом. Половину времени члены его ордена сыпят метафорами похлеще экклезиархов.

- Хромают к дому зализывать раны.

Мы с Живаном обменялись обеспокоенными взглядами, нам в голову пришла одна и та же мысль. В пределах досягаемости боевого флота находился только один мир, где они могли надеяться найти заводы, необходимые для ремонта любых значительных боевых повреждений, и мы в настоящий момент вращались на его орбите.

- Они направляются сюда, - произнес я и Мадригел кивнул.

- Верно. С каждым проходящим часом, мы ощущаем как ментальная связь с нашими братьями крепчает.

- Значит у них на хвосте ниды, - произнес Живан. Это было более чем очевидно. Столкновение с флотом-ульем подсказало им о существовании добычи, и как минимум часть флота пошла за выжившими, дабы оценить, сколько еще закуски осталось на столе. Если нам действительно не повезет, то вся проклятая свора в этот момент летит к нам.

- Я предупрежу шестеренок, - сказал я, ощутив во рту сухость, и только высшим усилием сохраняя голос спокойным. В реальность воплощались наши худшие страхи. И на все, что я мог надеяться, что предупреждение получено вовремя, чтобы успеть подготовиться к их прибытию.

Примечание редактора:

Не удивительно, что Каина совсем не интересовала судьба разведфлота. Соответственно я вставила следующие отрывки, дабы придать его рассказу полноту всей картины в целом.

Стенограмма показаний капитана Нэнси Блакит фрегата "Амазон" комиссии по расследованию потери кораблей "Вопиющий", "Очищающее пламя", "Молот Императора" и "Ксеновора". 485992.M41.

Капитан Блакит: Мы со всей скоростью летели к расчетной позиции флота-улья, полученной на основе информации тау, что они предоставили нам. В свете опасности полученных нами приказов, я приказала экипажу зарядить орудия и приготовиться к вражескому огня до выхода обратно из имматериума.

Адмирал Джимсти Флинт (председатель): Были ли предприняты такие же предосторожности остальными капитанами судов флота?

Капитан Блакит: Полагаю, что да. Никто из них не был дебилом, желающим смерти.

Кодиций Маллум (наблюдатель от Администратума, ведущий протокол): Могу я напомнить капитану, что домыслы и личное мнение не являются доказательствами?

Адмирал Флинт: Отклоняется. Доклад капитана Блакит говорит сам за себя, и любые наблюдения офицера с ее опытом, можно брать в расчет.

Капитан Блакит: Я так же говорила ей, дядя Джим.

Адмирал Флинт: Вычеркните последнее предложение из записей. Продолжай, Нэнси.

Капитан Блакит: На ауспексах ничего не было, хотя мы знали, что близко. Никто из астропатов не мог достучаться до главного флота, так что мы должно быть появились в варп-тени, отбрасываемой тиранидами.

Кодиций Маллум: Рассуждения...

Адмирал Флинт: Тихо, Маллум. Ты тут не единственный, кто может дергать за рычажки.

Капитан Блакит: Так что командор Стокер рассеял флот. Не сильно, примерно на пятьдесят миллионов километров друг от друга. Я говорила ему, что это плохая идея, но он не стал слушать.

Инквизитор Вейл (наблюдатель от Ордо Ксенос): Почему?

Капитан Блакит: Потому что он командовал. У него было полное право не соглашаться с мнением младших по званию офицеров.

Инквизитор Вейл: Я имею ввиду почему это была плохая идея?

Капитан Блакит: Потому что я считала благоразумнее держать корабли флота ближе, дабы мы могли поддержать друг друга огнем в пересекающихся секторах обстрела. Капитан Варка с "Хирундина" согласился со мной.

Адмирал Флинт: Но командор нет?

Капитан Блакит: Он настаивал, что у нас больше шансов найти флот по эху ауспексов. Как только один из кораблей обнаруживает врага, он передает по воксу остальным, и мы все собираемся вокруг него.

Инквизитор Вейл: Биокорабли тиранид печально известны тем, что их сложно засечь на расстоянии.

Капитан Блакит: В том-то и проблема. К тому времени как "Ксеновор" приблизился достаточно, чтобы получить четкий сигнал, тираниды его заметили. Возможно даже намного раньше. Ее тут же окружил рой трутней, при поддержке парочки тварей, размером с крейсер. Мы все ответили на ее сигнал о помощи, но мы так далеко разошлись, что даже ближайшему кораблю понадобилось больше двух минут, чтобы подойти после передачи.

Адмирал Флинт: Это был "Вопиющий"?

Капитан Блакит: Верно, единственный крейсер в эскадре, флагман командора Стокера. "Молот Императора" и "Очищающее пламя" прибыли через три минуты после них, как раз когда взорвался "Ксеновор". Тираниды уже к тому времени проникли на его борт и захватили его. У бедолаг, что выжили, был единственный вариант - взорвать плазменное ядро.

Кодиций Маллум: Опять размышления? Или у вас есть доказательства, что "Ксеновор" был уничтожен преднамеренно?

Капитан Блакит: Я могу предоставить вам пикт-запись, как главный инженер перегружает реакторы, а через несколько секунд его рвут на части термаганты.

Адмирал Флинт: В этот момент вы уже могли получить инфоданные с "Ксеновора"?

Капитан Блакит: От всех кораблей, что вступили в схватку. Командор Стокер приказал остальным отходить, собрать данные и улететь к главному флоту. Мы с капитаном Варкой протестовали, но он пригрозил нам, что отдаст под трибунал, если мы попытаемся вмешаться.

Инквизитор Вейл: Мудрое решение. Если бы вы вмешались, вас бы тоже убили, а мы бы так никогда и не узнали. Я так понимаю, к тиранидам все это время подлетало подкрепление?

Капитан Блакит: Верно. Мы все это время стояли на месте, на случай если кто-то выжил, но это было безнадежно. "Молот Императора" выпустил несколько спасательных капсул, но были пойманы и сожраны трутнями. Вопли по воксу...

Адмирал Флинт: Были ли атакованы выжившие корабли?

Капитан Блакит: Мы все были атакованы. Космос кишел тварями. Капитан Варка принял на себя командование тем, что осталось от эскадры, так он был старше по званию, но мы так далеко стояли друг от друга, что невозможно было скоординировать оборону. Мы стояли на месте столько, сколько могли, чтобы получить как можно больше данных, но один за другим нас вынудили отступить в варп, или уничтожить самих себя.

Адмирал Флинт: И после этого вы осуществили переход?

Капитан Блакит: Мы встретились в открытом космосе, вне тени, где наши астропаты снова могли связаться. Оценили повреждения и полетели к Фекандии, в надежде, что нас подлатают, чтобы мы могли сражаться до того как ниды опустятся на планету.

Инквизитор Вейл: Кажется вы уверены, что знали об их следующей цели.

Капитан Блакит: Так и есть. Нам сказали астропаты. Границы тени сдвинулись. Я знаю, что это говорит только об одном: тираниды сменили курс и пошли за нами.

Взято из: " С Крестового похода и далее: Военная история Дамоклова Залива", за авторством Варго Ройза, 058.M42.

Страшные новости, что принесли израненные выжившие из эскадры разведфлота Империума, вскоре попали в Боевому Флоту Дамоклова Залива, соответственно тут же было принято решение о подготовке к развертыванию. Корабли со всего сектора начали собираться вокруг мира-кузни Фекандия, намереваясь сохранить ее, поскольку если он падет, то возможности Империума сражаться с этими чудовищными созданиями будет нанесен непоправимый урон. Конечно же большая часть проходила через систему Квадравидии, которая осталась в руках Империума лишь благодаря почти что чуду.

Тем временем тау обернули свои силы, чтобы укрепить миры возле недавно оспоренной границей меж двух империй, по-видимому не знаю, что какая-то часть наступающего флота-улья поменяла курс, а если знали, то все еще опасались, что для оставшихся они будут представлять наиболее привлекательную мишень для полномасштабного вторжения тиранид. В любом случае они не пожелали отдать никакие свои ресурсы на защиту Имперского мира, с другой стороны Империум совсем был не склонен просить ксеносов о помощи.

Таким образом партнеры трудного союза остались сами по себе и ожидали вторжения.

Глава пятнадцатая

Новости о том, что идут тираниды, разлетелась по Фекандии подобно одному из обдирающих до костей ветров, что постоянно разоряли поверхность, и наделали столько же бед в процессе. Конечно же большая часть подразделений Гвардии остались уравновешенными, но скорее потому, что большая часть полков никогда раньше не сталкивалась с всепотопляющим ужасом, и я провел несколько дней проверяя заставы и гарнизоны, дабы извергнуть из себя воодушевляющие банальности, уверяя их, если они убивали орков, эльдар и простофиль Губительных Сил, то наверняка уложат в мешки для трупов весь флот-улей. Исключением был Корпус Смерти, как и во многих других вещах, годом ранее они потеряли множество товарищей в столкновении с осколком флота-улья, но что типично для них, новости они приняли спокойно, так как были по уши накачаны боевыми наркотиками. И, казалось, что как и всегда их волновало только то, что они заберут с собой не так много врагов до того как падут [98]. Стоит ли говорить, что такой подход для меня был непонятен, но совершенно меня устраивал, так как я всецело намеревался держать их между собой и наступающей ордой.

Но конечно же настоящая беда от новостей приключилась с гражданскими. Должен признаться, что шестеренки держались на удивление хорошо, большая часть взяла себя в руки, чтобы скрыть свои дурные предчувствия, но рабочие кузниц не могли подавить свою эмоциональную реакцию, и Кипер со своими скитариями проводил почти столько же времени подавляя бунты, сколь посвящал подготовке к защите планеты. Большая часть рабов, не желающая принимать участие в восстаниях, проводила все свое время в храмах Омниссии, молясь об избавлении. Хотя я видел, как они достаточно быстро возвращались на производственные линии. как только техножрецы начали рассказывать им, что Ему будет намного проще помочь им, если они сначала произведут достаточную кучу оружия и боеприпасов.

Единственной хорошей новостью было прибытие побитых остатков разведфлота, который чуть-чуть усилил нашу орбитальную оборону, за ними вскоре последовал постоянный поток боевых кораблей со всего сектора. Меньше чем за месяц Фекандию окружила сотня судов [99], что хоть немного расслабило мой разум. Если улучшения сенсориума, что произвела Килдхар окажутся столь же хорошими, как она считала, то от атакующих потребуется настоящая решимость, чтобы высадить на поверхность хоть что-то, способное охотиться за нами.

С другой стороны решимость была практически синонимом для нидов, так что я не совсем расслабился, и не в последнюю очередь из-за того, что у нее с Шолером до сих пор оставалась коллекция мороженок из смертоносных и разрушительных тварей под фундаментом Регио Квинквагинта Уно, и несмотря на из заверения, я не был столь жизнерадостен насчет того, что те не оттают в самый неподходящий момент.

Должен сказать, что Живан разделял мои опасения, и высказывал их вслух утром, когда я забрел в командный центр флагмана, найдя его задумчиво стоящим и перед гололитом. Гонящийся шарик Фекандии был окружен блестящими светлячками, разделенных цветом на боевые корабли и грузовые краулеры, я одобрительно кивнул. Защитная сеть казалась настолько плотной, насколько это было возможно, и любые попытки спустить что-нибудь на планету потребуют огромного напряжения, чтобы захватчиков не испарили по дороге.

- Слышно что-нибудь от Мадригела? - поприветствовал я его, все еще цепляясь за надежду, что ниды осознают, что в мирах тау добыча жирнее, даже несмотря на неправдоподобие такого развития событий, и он покачал головой.

- Ничего хорошего, - ответил он, - ни один из наших астропатов ничего не слышит.

- Значит мы уже внутри тени, - ответил я, в то время как волосы на затылке встали дыбом.

- Так и есть, - мрачно кивнул Живан, - может быть подойдет еще несколько кораблей, но мы не можем на это полагаться. И какие бы они хорошие новости не принесли, мы знаем, что следующими прилетят ниды.

- Тогда будем надеяться, что Килдхар знает, что делает с ауспексами, - ответил я, ощущая почти нестерпимое желание согнуть ладонь на удачу.

- А я надеюсь, что она так же знает, что делает с этой гребаной лавкой мясника, - возразил Живан, - они все еще не разобрались как сбежали генокрады, и это хреново.

- Шолер присмотрит за ней, - ответил я, пытаясь скрыть свои дурные предчувствия. Мы не столь близко познакомились с апотекарием на борту "Ревенанта", так как рядом с ним я по большей части находился без сознания [100], но казалось, что он воспринимает свой долг так же серьезно, как и любой космодесантник, а на это можно было смело положиться.

- К тому же остальные Адептус Астартес очень неплохо обложили аналитиков.

- Чтоже, полагаю тебе лучше знать, - ответил Живан, но как-то не убежденно, - ты с ними служил.

Ага, и видел как их рвали на куски генокрады, населяющие "Отродье Проклятья", не самая приятная мысль, так что я ее решительно подавил. И еще решительнее подавил следующую логичную мысль, что понадобится гораздо больше, нежели боевое отделение Яила [101], чтобы сдержать рой такого размера, если те таки решать выйти прогуляться на поверхности.

- Как флотские? - спросил я, снова глядя на облако иконок, окружающих прокаженный глобус мира-кузни. Рядом с несколькими боевыми кораблями светились руны, что те все еще в ремонте, что не удивительно. Самое первое, что делали капитан большинства кораблей, так это пользовались орбитальными доками, дабы улучшить огневую мощь своих кораблей, что по мне, так неплохо. Однако большая часть светилась значками, что они полностью вооружены, оснащены экипажем [102], и готовы к бою, что приносило хоть какое-то облечение, но только частично. Я никогда не горел желанием оказаться на борту космического корабля во время боя, особенно после моей милостиво короткой попытки дышать в вакууме на борте "Длани Мщения", и пикт-картинок ужасов, которые нахлынули на борт разведкорабля тау, и которые были все еще слишком свежи в моей памяти. Мысли играть в догонялки с этими тварями в коридорах линкора [103] как-то не очень-то привлекала, и я никак не мог остановить свои размышления насчет того, что каким бы огромным не казался флот, хватит ли его, чтобы остановить наступление улья тиранид.

Живан пожал плечами:

- В нетерпении, - ответил он, что меня тоже не удивило.Большинство адмиралов, что я встречал, твердо верили что разгромят врага, идеал Флота, который они искренне поддерживали. Но я не мог представить, что они, скрестя пальцы, сидят на орбите и ждут, когда их подстрелят, вместе с большей частью кораблей.

- Наши аналитики выудили что-то из разведданных, который притащил флот? - спросил я, что было очень близко к тому вопросу, который я на самом деле хотел задать: был ли флот-улей настолько большим, чтобы разбить носы матросам в кровавую юшку, или же за первую же атаку они их отбросят?

- Все еще колупаются с ними, - ответил Живан, слегка нетактично выбирая слова, - но мы знаем, что с ними как минимум пара Левиафанов. Возможно больше, судя по количеству меньших биокораблей на записых имаджиферов.

А это были не самые лучшие новости. Наш единственный шанс уничтожить одного из плавающих в вакууме гигантов заключался в том, чтобы всем скопом наброситься на него, а это означало освободить дорогу его эскорту. Какой бы большой флот не собрался у Фекандии, это будет очень яростное и близкое сражение, если дойдет до этого.

- Нам нужно преимущество, - сказал я, с неловкостью осознавая, что повторяю слова Шолера в защиту оставить свои драгоценные образцы в живых. Может быть самое время надавить на него и Килдхар и получить хоть какой-то результат.

- Нужно, - понурившись ответил Живан, придя к такому же выводу, - думаешь сможешь добиться простых ответов от своего друга-апотекратия?

- Нет, если он не пожелает отвечать, - сказал я. Мои хорошие отношения с Отвоевателями уже выиграли нам такие уступки, которые никто не ожидал от Адептус Астартес, столь нацеленных на свои собственные дела, но у меня не было иллюзий, что я смогу надавить сильнее, чем уже надавил.

- Но не повредит спросить.

До меня начало доходить, что дипломатическое поручение переговоров с Шолером как раз то самое, что вытащит меня с линии огня, когда флот сцепится с ульем.

- Тогда действуй немедля, - приказал Живан, его энтузиазм вероятно был продиктован двумя вещами: он будет воевать не имея за спиной человека в красном кушаке, который постоянно будет задавать вопросы о каждом шаге [104], и ожиданием любых удовлетворительных ответов.

- Сейчас же займусь, - ответил я, находясь в блаженном неведении относительно последствий своего решения.

К моему облегчению на сей раз реквизировать "Аквилу" было намного проще, местные сочли, что больше не желают нарушать мои полетные планы, особенно учитывая разрушительные и прискорбные последствия. Атмосфера в ангаре значительно отличалась с момента нашего последнего полета, крошечный шаттл ждал нас, спрятавшись меж полностью заправленных и вооруженных огромных "Фурий" и "Звездных Ястребов" [105]. Мы с Юргеном прошлись к транспорту сквозь бурную активность: палубные матросы тащили бронированные кабели толщиной с предплечье орка, мимо проносились маленькие составы тележек с боеголовками, топтались громадные "Часовые"-погрузчики, все это превратило наше продвижение в странный вальс, когда мы каждый шаг меняли направление, дабы увернуться от нового препятствия. Конечно же повсюду сновали сервиторы, неся столь тяжелые и громадные грузы, которые нельзя было доверить неаугметированным, и, казалось, что повсюду через чур много адептов Механикус в красных робах, они пели литании, жгли благовония и освещали системы космических оружейных платформ, от которых вскоре будет зависеть само наше выживание.

- Что вас задержало? - спросил наш пилот, весело помахав нам из-за бронестекла купола, его голос слегка трещал в комм-бусине.

- Местные виды, - коротко ответил я, не в настроении болтать, но всецело осознавая, что расстраивать его показывая свое раздражение, вряд ли лучший способ обеспечить нашу безопасность и скорую доставку на поверхность. Пилот кивнул, поняв намек, и вернулся к проверке систем, в то время как мы с помощником прошагали на борт и заняли свои места.

Наше отбытие было таким же простым, как всегда, палуба, на которой стояло маленькой судно мягко ушла из под нас, сопровождаемая повышающимся воем двигателей. Мы медленно начали лететь вперед к распахнутому внутреннему шлюзу, со скрежетом плита металла метровой толщины начала закрываться за нами. Как всегда несколько минут ушло на то, чтобы откачать воздух, после чего аналогичная плита отошла в сторону, в конечном итоге открыв космос, усеянный булавочными иголками звезд, большая часть из которых тут же скрылась за язвенной поверхностью мира-кузни. Во время вынужденного ожидания пилот оставил шаттл парящим, и мое мнение о его летных навыках взлетело до небес. Так это было нелегкой задачей держать нас в пересекающихся потоках воздуха, создаваемых воздушными насосами, и большинство пилотов опускали шаттл на палубу, дабы облегчить себе задачу.

Мы наконец-то выплыли в вакуум, окруженные слабым налетом кристаллов льда из воздуха, который не смогли откачать насосы, и я оглянулся, заметив видимые признаки готовности встретить надвигающийся шторм. Мимо на пламенеющих двигателях пронеслась эскадра "Фурий", одна из групп охраняла флагман от трутней, осмотревшись, я заметил еще десяток или около того, прицепившихся к корпусу и ожидающих призыва к оружию [106].

Везде на небе, куда бы я не обратил свой взор , плыли звезды, их движение казалось очевидным на фоне неподвижной галактике: характерный след космического корабля, слишком далекого, чтобы разглядеть детали, но не вооруженным глазом было видно как отражается свет от ее корпуса.

- Там их много, - заметил Юрген, было ли это подбадриванием или просто констатацией наблюдения, я не знал.

- Хорошо, - ответил я, отрывая взгляд от мир, к которому мы спускались. Он выглядел столь же неприветливо, как при каждом разе, часть поверхности, видимая сквозь густые облака находящихся в воздухе отходов, как никогда напоминала гниющий мусор. Даже огни улья не всегда пробивались через муть, которая вечно заслоняла южное полушарие, поднятая одним из штормов, способных снести с лица земли весь континент. (Принимая во внимание, что в этой горе мусора найдется континент). Тем не менее, я никак не мог оставить поиски нашего места назначения, или хотя бы направления.

Занятый этой бесполезной попыткой, я только через секунду осознал, что наш пилот заложил вираж намного круче, чем он делал обычно. К счастью внутренняя гравитация "Аквилы" осталась как всегда устойчивой, в противном случае мы с Юргеном так сильно бы шмякнулись о переборку, что переломали бы все кости. Поэтому быстрое дрожание планеты в иллюминаторе оказалось единственным что мне подсказывало о том, что что-то пошло не так как обычно.

- Что происходит? - спросил я по воксу у пилота, стараясь скрыть беспокойство в голосе. Казалось, что он очень занят и все причины такого поведения, приходящие мне на ум, не были особо приятны.

- Стреляют, - ответил он мне, таким голосом, что подразумевало "заткнись и дай мне выполнить свою работу, не отвлекаясь на разговоры". Мне показалось, что лучше всего отстать от пилота и я переключил канал связи на Живана.

- Модифицированные ауспексы Килдхар что-то нашли, - ответил мне лорд-генерал, в его голосе слышалось удивление, - они начали передавать сигнал около тридцати секунд тому назад, и Флот выпустил все, что у них есть на перехват.

Это объясняло дикие маневры, наш пилот уворачивался от эскадры истребителей.

- Я ничего не вижу, - совершенно бессмысленно ответил я, так мои шансы разглядеть хоть что-то невооруженным взглядом были минимальны.

- Вы мобилизовали наземные силы?

- Готовы как никогда, - сказал Живан. Проблема в том, что мы оба сражались с тиранидами и не питали иллюзий относительно того, что это на самом деле значит. Я осознал, что он должно быть закипает от раздражения, будучи невольным наблюдателем космического столкновения армий, на которое он не мог влиять или же принять участие: наверное самое унизительное место для воина столь тактически искушенного.

- А любые признаки... - начал я, затем тут же замолк, когда что-то кошмарное с завыванием пронеслось мимо иллюминатора [107], - Святой Трон!

Сложно было рассмотреть тварь, казалось что она состоит из одних шипов и когтей, каждый из которых был больше шаттла. Но одно я мог сказать наверняка, его тут же окружила свора истребителей, лающих и кусающих его за пятки, долбя ему в хвостовую часть и по бокам лазпушками и ракетами.

Затем, без всякого предупреждения, космос осветился, разом ударили батареи боевых кораблей. А целей у них было множество. Вспышки тысяч попаданий, когда энергетические лучи и торпедные залпы ударили в хитин тверже стали, ослепили меня, снова послышался голос пилота.

- Вы там держитесь, - порекомендовал он, - поездочка будет та еще.

Я с огромным трудом подавил саркзам, чуть было не слетевший с моих уст, и сделал, как он нам советовал, затянул ремни безопасности чуть сильнее. Юрген последовал моему примеру, под чешуйками отслаивающейся кожи лица было видно как он слегка побледнел, явно опасаясь за свой нежный желудок, ничего не обычного, он всегда изводил его, когда мы выходили за пределы атмосферы планеты. Вцепившись в мелту на коленях, костяшки его пальцев побледнели, и я ощутил надежду, что он не забыл поставить ее на предохранитель, последнее чего нам не хватало, так это чтобы он по-случайности испарил часть корпуса шаттла.

- Похоже они вроде как прилетели, - сказал он, поворачивая шею, чтобы лучше разглядеть картинку через иллюминатор. Биокорабль трианид принял ответные меры, он хлестал своими щупальцами, чтобы поймать меньше суда, и выплевывал какие-то разъедающие комки, которые сжигали и плавили корпуса с безопасной дистанции. Хотя Флот вроде бы знал, что они делают, надо отдать им должное. Я мельком увидел, как ланс-батареи крейсера разрезают отростки уничтожителя, дабы сдержать его на месте, но до того как меньшие суда мстительно кинулись на мучителя, наша Аквила безумно дернулась и начала спускаться к планете.

- Что это было? - спросил я, моя внезапная вспышка тревоги подавила решение не беспокоить пилота до тех пор, пока не коснемся твердой поверхности.

- Без понятия, но эта штуковина почти достала нас, - отрезал он, и звездное небо за листом бронестекла начало кувыркаться, - нам нужно как можно быстрее войти в атмосферу.

Уверяю вас, на этот счет я бы не стал спорить. В космосе появились тираниды, и чем дальше мы от них будем, тем лучше. Вид за иллюминатором снова стабилизировался, когда пилот вывел нас на угол входа в атмосферу, и я последний раз бросил взгляд но, что потом все стали называть первой битвой при Осаде Фекандии. Сначала должен признать, что не эксперт в сложных боях в трех измерениях, но за годы частенько попадал в сражения корабль против корабля, и мне показалось, что мы выдюжим. Большая часть кораблей тиранид казалась относительно маленькой, размером с где-то с наш разрушитель или легкий крейсер, хотя я не сомневался, что в запасе у них есть кое-что похуже. Это была всего лишь разведка боем, нацеленная на оценку нашей обороны перед настоящим налетом, на земле я несчетное количество раз видел как рой применял эту тактику. И к моему счастью я попал в самый разгар на таком маленьком корабле, которые мог за один заход уйти в атмосферу.

- Они запустили истребители, - сказал Юрген, опасливо глядя на ближайший корабль-трутень. Я извернулся на сидении, зажатый ремнями безопасности, затянутыми секундами ранее, и ощутил как дыхание замерло в груди.

- Это не истребители, - ответил я, - это мицетические споры.

Я нажал на комм-бусину, используя свои комиссарские коды, чтобы вклиниться в любые вокс-переговоры подразделений Гвардии на поверхности; очень некрасиво так делать, но в данных обстоятельствах я не думаю, что кто-то стал бы возражать.

- Всем наземным подразделениям, подготовиться, - передал я, пытаясь говорить должным образом спокойно и достойно, а не визжать от страха, - летят споры. Тираниды прибыли.

Глава шестнадцатая

У меня не оставалось времени, чтобы оценить обстановку на земле, однако вскоре стало ясно, что наши шансы не воевать на поверхности тают с каждой проходящей секундой. Только я со своего места видел два или три колючих биокорабля [108], хотя не сомневался, что неприятно близко к планете их уже гораздо больше. Все корабли, что могли сделать прицельный выстрел, палили по ним, некоторые стреляли даже в слепую, судя по частым и диким маневрам уклонения предпринятых нашим пилотом. К этому моменту слабый разряженный воздух верхних слоев уже коснулся нашего корпуса, но даже внутренние гравитационные компенсаторы не сдерживали дрожь. Юрген застонал, когда мы ввинтили штопором, что было подобно езде во вращающейся бочке. Вокруг нас пролетали торпеды, чтобы подбить ближайший космический ужас.

- Они разрываются! - задыхался он, явно счастливый, что-то отвлекло его разум от страданий воздушной болезни, даже если это была перспектива неизбежной смерти. На секунду меня охватила паника, что его сверхчувствительность к полетам позволила ему заметить какую-то трещину в корпусе шаттла, и мы обречены, но затем я проследил за его взглядом и осознал, что он имел ввиду - только что корабль тиранид распотрошило торпедой. Куски плоти и ихора, уже смерзшиеся так, что представляли собой смертельно твердые ракеты, способные проткнуть наш корпус, если ударят на скорости, фонтаном вылетали в космос из разверзнутой раны, а умирающий трутень дергался, погружаясь в атмосферу менее чем в километре от нас, но все еще плюясь спорами. Когда его начало поджаривать трением о воздух, внешний хитиновый экзоскелет зашипел и захрустел, и тварь спиралью понеслась к земле.

- Держитесь! - у нашего пилота было время только на это предупреждение, после чего корабль ударился в атмосферу, нашу "Аквилу" заверетело, точно банку с рационом, которую пнули. Как Юрген удерживал в себе свой завтрак, я не представлял. Усилие должно было быть поистине героическим, и я должен признаться, что сам разрядился таким потоком ругательств, которые заставили бы покраснеть даже портовую шлюху. В свою защиту могу сказать, что мне в тот момент казалось, что пришло мое время предстать перед Императором, а я и так уже понаделал делов, чтобы по прибытию мне не позволили покоиться рядом с обитателем Золотого Трона. От перенапряженной электрической проводки сыпало искрами, вокруг сварных швов пошли трещины, но технопровидцы на славу потрудились освещая предохранители славного маленького суденышка, и несмотря на мои страхи, пожара не возникло. Что тоже хорошо, в борьбе с огнем мы бы свернули себе шеи.

После, казалось бы, вечности шума и диких рывков из стороны в сторону, наш курс стабилизировался, и я осознал, что слышу голос Живана в комм-бусине, он с похвальной озабоченностью требовал ответить, что там у нас происходит.

- Мы в порядке, - уверил я его, надеясь убедить в этом как лорда-генерала, так и себя, - слегка потрепало.

Если учитывать сколько раз я отмечал свое прибытие на новый мир дыркой в нем, то я был чуть более радостным, чем говорил. Во всяком случае во всех предыдущих случаях я ушел на своих двоих (ну хорошо, хорошо, иногда хромал, уползал, или бежал как фракнутый, в зависимости от того, через сколько после приземления рванет), а наш пилот, кажется, знал свое дело. Он все еще контролировал поле, наши двигатели вроде бы работали как надо. В конце концов мне показалось, что мы отделаемся всего лишь жесткой посадкой, явно не сравнимой с нашим ударным прибытием на Перлию, или же практически в буквальном смысле сотрясающим землю на Нускуам Фундументибус.

- Рад это слышать, - ответил Живан, после какого-то рявка, который подозрительно напоминал спешно зажаты смех облегчения. Опять же, казалось, что моя ничем не заслуженная репутация хладнокровия перед лицом опасности, заиграла новыми красками.

- Нас засасывает в воздушный поток за биокораблем, - вклинился пилот, или не зная, или не обращая внимания на тот факт, что я уже разговариваю по другому каналу, - у меня не хватает мощности, чтобы полностью выйти из него.

- Почему? - спросил я, через мой тщательно возведенный оптимизм просочились вновь зардевшиеся плохие предчувствия.

- Большую часть мощности сжирают бортовые грависистемы, - объяснил он, что по мне, так это было хорошо. Если бы не они, мы бы с Юргеном сейчас бы представляли собой пятна на переборках.

- Возможно лучше всего просто лететь вниз за ним, - произнес я, словно это был мудрый тактический ход, а не хорошая мина при плохой игре. Никто никогда не скажет, что Кайфас Каин когда-либо отлынивал от долга, по крайней мере пока слышит лорд-генерал.

- Кое-какие организмы могли пережить столкновение, - (готов деньги поставить, что эти кое-какие организмы - ниды), - и возможно твари из спор будут собираться там же.

Так же достаточно безопасная ставка, основанная на опыте моих предыдущих встреч с роем тиранид. Синаптические существа попытаются скоординировать выживших в связную орду, в то время как остальные будут инстинктивно искать их командования. Разведка с воздуха будет достаточно безопасной, что поддержит мою поддельную репутацию возглавляющего фронт, не подвергая меня самого любой физической опасности, особенно когда мы сами сможем упаковать парочку автопушками Аквилы [109].

- Может быть лучше позволить им собраться, - сказал Живан, - а потом ударить по ним с орбиты.

- Если у Флота будет время, - ответил я, - последний раз я видел, что они несколько заняты.

- И до сих пор заняты, - с сожалением отозвался Живан, - но в любом случае передавай координаты, никогда не знаешь что случится. В конце концов может быть понадобится помощь наземных подразделениям.

- Понадобится, - уверил я его, затем расселся насколько можно было комфортнее, чтобы насладиться остальным полетом. (Должен признаться, что с комфортом было плоховато). Ну хотя бы тряска практически закончилась, когда пилот провел нас через бурю турбулентности в карман разряженного воздуха за горящим биокораблем. Хрустел он здорово, и насколько я мог разглядеть через затуманенный жаром воздух, дым и пар вздымались вокруг жирного пламени, жадно пожирающего нос корабля. От него продолжали отрываться куски размером с "Химеру", каждый из которых мог размазать нас по небу, и пилот был вынужден несколько раз уклоняться, когда эти смертоносные куски струпьев пролетали слишком близко.

Меж всполохами жара, окрашивающие горизонт цветом варенья из аккенбери, и клоачной палитрой ландшафта, сложно было сказать, где кончается небо и начинается земля, так что я был совершенно потрясен, когда сгорающий под нами труп внезапно исчез в облаке поднятой в воздух земли.

- Удар! - заорал я в вокс, чтобы показать, что слежу за полетом, в то время как куски земли Фекандии, размером с кулак, забарабанили по обшивке. Они особых проблем не доставляли. Мы летели через мутное облако, в котором попадались куски побольше, основная часть которого состояла из гравия и пыли, щедро смешанные с частицами испарившейся плоти.

- Тварь рухнула!

Ну как рухнула, большая ее часть все еще подпрыгивала, и разваливалось на меньшие куски.

В этот момент я уловил тревожные изменения в звуке двигателей, который начал мучительно меняться.

- Звучит как-то не хорошо, - молвил Юрген, всецело демонстрируя свой великий дар преуменьшения, я ощутил как тошнотворно дернулся желудок когда Аквила рухнула, точно камень. Секунду спустя она пришла в себя, цепляясь за небеса, но только для того, чтобы упасть во второй раз.

- Приготовьтесь к удару! - совершенно излишне крикнул пилот, так как я уже находился в привычной позе, занимал я ее как-то слишком уж часто, и уже знал о надвигающейся катастрофе. Я уже затянул ремни безопасности, так что просто держался и надеялся на лучшее, носком башмака отведя дуло мелты Юргена чуть дальше от моей груди. Я только что стал свидетелем как поджарился целый корабль с нидами и в данный момент совершенно не горел желанием разделить их судьбу.

"Аквила" жестко приложилась о поверхность, выбив воздух из легких с одним единственным богохульным словом, накренилась, проскользнула и замерла со странным и разочаровывающим отсутствием пожара, затопления или разрывов металла. Я инстинктивно вдохнул и мгновенно пожалел об этом; не только из-за близости Юргена, кабина видимо разгерметизировалась, пропустив внутрь достаточное количество местной субстанции, которую принимали за воздух, чтобы заслезились глаза. Я нажал на комм-бусину, но в ответ услышал лишь статику. Очевидно вокс-система "Аквилы" отказала, или по крайней мере не могла передать сообщение. А с учетом тишины со стороны кабины, это как минимум было очень тревожно.

- Дверь заклинило, сэр, - для полноты картины произнес Юрген, сварливо пнув толстую металлическую панель, отделяющую нас от кабины. Даже думать не стоило, чтобы прорубить ее цепным мечом, или же использовать мелту в таком замкнутом пространстве, нас скорее всего изжарит откатом, не говоря уже о пилоте, так что я отказался от этой мысли и обратил свое внимание на заднюю аппарель [110]. Я подполз к ней по крутому склону, в который превратился пол, когда шаттл наклонился на правый борт, но торчащие плита палубного настила дали нам возможность ставить ноги.

- Она тоже застряла, - сказал я, перенося весь свой вес на ручку экстренного открытия. Ко мне присоединился Юрген, и через секунду или две совместных усилий, пары ударов прикладом лазгана, мы умудрились ослабить ее, чтобы открыть люк на пару сантиметров. Пассажирский отсек немедленно наполнился пылью, похожей на пудру, густой настолько, что удушала, и вонь, проникающая снаружи, усилилась. Задыхаясь, я обернул свой кушак вокруг носа и рта, таким образом хоть чуть-чуть облегчив дыхание, хотя мои легкие продолжали гореть, к тому же я ничего не мог поделать с жалящей болью в глазах и слезами.

Юрген последовал моему примеру, обернув голову полотенцем, которое выудил откуда-то из своей впечатляющей коллекции подсумков, но должен признаться, скорее к моему удивлению, потому что этот предмет в обычное время уж совсем как-то не вязался с его личностью.

- Сейчас выберемся, сэр, - уверил он меня, накинувшись на ручку с вновь проявившейся уверенностью,

Несмотря на оптимизм моего помощника, мы достаточно долго возились с аппарелью, чтобы расширить щель, через которую можно было проскользнуть, что я тот час же проделал, совершенно потеряв терпение сидеть в удушающей гробнице столь долго [111]. Мои глазам предстала картина полного опустошения: Трон знает, я видел много забытых Императором адских дыр, но эта была самой худшей. Пустыня из песка цвета ржавчины [112] колыхалась по всех направлениях, не прерываемая ничем, кроме светящихся облаков песчаной бури. Я с облегчением заметил, что ни одно из них не движется в нашем направлении. Далеко на горизонте виднелась возвышающаяся гора улья, единственное место, откуда можно было дождаться помощи, хотя я оценивал наши шансы дотопать туда самостоятельно, как не существующие. Идти туда как минимум около сотни километров, через земли столь смертоносные, что даже Корпус Смерти смотрел на них с уважением.

Я протянул руку, помогая Юргену подняться, и он передал мне свой лазган и мелту, позволив себе самостоятельно выбираться из покореженной "Аквилы" относительно свободным. Однако вместо этого, он снова испарился, бросив "Секундочку, сэр", и начал энергично рыться в ящиках с оборудованием. Оставив его мародерствовать, я снова взглянул на горизонт, поскольку мне тут же очень ярко вспомнился орк, атаковавший меня в такой же момент отвлеченности после стремительного прибытия на Перлию, и больше не желая быть пойманным врасплох на сей раз.

Может быть это только мое воображение, но я был уверен, что заметил вдалеке движение. Я моргнул своими многострадальными глазами, и прикрыл их рукой. Густое облако пыли все еще застилало большую часть ландшафта, отмечая место упокоения корабля тиранид, я с подозрением туда уставился, но не видел ничего не дружелюбного, кроме носимого ветром песка, и все же я не мог отделаться от мысли, что за завесой пыли кто-то прячется.

- Кое-что нашел, - сказал Юрген, выкарабкиваясь позади меня, - может пригодиться.

- Может, - согласился я, мельком оглядывая набор оборудования для выживания. Стянутую палатку сложно было нести, но она будет необходима, если мы решим покинуть место крушения; попытка поспать на открытом воздухе будет совершенно суицидальной. Кучка батончиков рациона, хватит нам на пару дней, может дольше, если будет беречь, и примерно пять литров воды. При виде прохладной, чистой жидкости, я моментально ощутил ужасающую жажду, но знал, что лучше терпеть; нам нужна каждая капля, и моей ободранной песком глотке придется ждать до тех пор, пока я смогу терпеть. В других предметах я не видел непосредственной необходимости, кроме как в аптечке первой помощи, что напомнило мне...

- Полагаю нам нужно проверить пилота.

Юрген кивнул, явно думаю тоже, что и я: если бы он был в состоянии присоединиться к нам, он бы уже стоял рядом. Он явно не починил вокс, так как комм-бусина осталась безмолвной, несмотря на то, что я пощелкал по всем частотам.

Уже приготовившись карабкаться вниз с корпуса Аквилы, я замешкался. Я все еще был не уверен, что вообразил себе движение, и мне не нужно было покалывание в ладонях, чтобы так или иначе убедиться в этом. Я попросил Юргена дать ампливизор, что он таскал с собой, и поднес его к глазам.

Конечно же первое куда я посмотрел - на место крушения, но если там были выжившие, то их скрывало облако пыли и мусора, поднятое ударом о поверхность планеты. Через несколько минут напряженного исследования, я все еще не увидел никакого движения, кроме завихрений пыли. Мне уже почти что легче задышалось, несмотря на горький многолетний опыт, и почти в буквальном смысле не пригодный для дыхания воздух, когда я решил осмотреть горизонт, чтобы удостовериться наверняка.

- Фрак его, - с чувством молвил я. Там что-то определенно двигалось, между нами и очертаниями крепостного вала улья - не так близко, чтобы можно было разглядеть, но их определенно было много, чтобы поднять пылевое облако, кем бы они ни были. И направлялись они к нам. И посмотрел влево и вправо и на сей раз гораздо ближе заметил характерные шестирукие силуэты маленького выводка генокрадов, затем, примерно в километре за ними огромные очертания ликтора, он мерцал точно я на него смотрел через плохо настроенный пикт-кастер, его хамелеоновая кожа пыталась мимикрировать под постоянно развевающиеся облака пыли.

- Нам нужно выдвигаться.

- Сразу за вами, - подтвердил Юрген столь буднично, словно я только что спросил у него свежую кружку танна. Закинув за спину громадную мелту, и держа наготове лазган, он соскользнул вниз с наклоненного корпуса искореженной "Аквилы", забрав котомку с нашими припасами с собой. Секунду спустя я последовал за ним, и в последний раз опасливо глянул на двигающиеся вдалеке точки.

Глава семнадцатая

Мои ботинки погрузились глубоко в песок, который практически сразу же забился мне в носки, из-за острых гранул тут же мерзко зачесались ступни. За несколько часов я сотру их до мяса, и буду тащиться по дюнам на вздувшихся ногах. Хотя сейчас думать об этом не было смысла, судя по тому, что происходит, стоптанные ноги окажутся наименьшей моей проблемой. Так что я выкинул мысли и заскользил через песок к опушенному носу потрепанного маленького суденышка, идя по борозде, протоптанной Юргеном.

Император знает, я не технопровидец, но даже я понимал, что без кое-каких серьезных благословений он никогда больше не взлетит. Создатели никогда не предполагали, что крылья могут быть так загнуты, посадочные опоры капитально повреждены, во время удара отлетело несколько инспекционных панелей и теперь виднелась какая-то внутренняя машинерия. Нос глубоко зарылся в песок, который почти наполовину засыпал бронированное стекло кабины. Через стекло, потрескавшееся и побитое силой удара, но не разбитое полностью, ничего не было видно. Моя пессимистичная оценка шансов на выживание пилота упала еще сильнее, если таковое вообще было возможно.

Затем эхо по дюнам разнесло характерный треск лазгана, и я бросился бежать, доставая оружие и больно ударившись голенью о срезанный остов автопушки. Когда я наконец-то увидел во что стреляет Юрген, я рефлекторно задержал дыхание, хотя с учетом качества воздуха, это было совсем неплохо.

Троица рыскающих хормагантов разорвала на куски кабину и начала пожирать тело пилота. Теперь уже нельзя было точно определить когда и как он умер, но я ощутил надежду, что во время крушения. Один из гаунтов, подергиваясь, лежал на песке, часть его головы снесло лазерным разрядом, но два других уже пришли в движение, и со смертоносным намерением скакали в сторону Юргена.

- Давай левого! - заорал я, выпуская пару разрядов из лазпистолета в правого. Юрген услышал, и быстрой очередь разорвал левому грудную клетку, чудовищная тварь запнулась и упала, не способная достать до помощника своими когтями-косами. Мне повезло меньше, поспешные выстрелы в выбранную цель прошли мимо головы. До того как я успел прицелиться, тварь уже прыгнула, злобно взмахнув когтями, чтобы разорвать надвое.

Я предугадал движение, зная, что у таких существ крайне ограниченный набор реакций, и махнул цепным мечом, чтобы блокировать. Визжащие зубцы глубоко вгрызлись, отсекая кончик бритвенно-острого когтя, длинной с мою руку. Дальше я крутанулся, вращая кругом жужжащее лезвие, отражая ожидаемый удар другого когтя. Гаунты всегда атакуют в одной и той же манере, точно ножницы, желая поймать жертву меж двух острых кромок их главного оружия. К несчастью для этого, он теперь потерял равновесие, и я спокойно увернулся, отрезая вторичную руку, которая уже тянулась ко мне своим маленьким когтем, похожим на крюк. Неустрашимая тварь открыла пасть, в которой на мой взгляд было слишком много зубов, но я тоже предвидел это и снова нажал на спусковой крючок, засаживая лазерный заряд в его глотку и в то, что заменяло ему мозги.

Слишком глупая, чтобы осознать свою смерть, мерзкая тварь снова ринулся в атаку, но затем тяжело рухнуло на песок, когда до нее наконец-то дошло, что она умерла.

- Извините, сэр, - примирительно пожав плечами произнес Юрген, - они застали меня врасплох.

Он осторожно тыкнул дулом лазгана в одну из лежащих тварей, и та, слабо дернувшись, выблевала прогорклую кучку желчи и куски изжеванного пилота. Игнорируя гадость на своих ботинках, мой помощник загнал еще один разряд ей в голову, дабы та уж наверняка никогда снова не поднялась, хотя по моему мнению, он ускорил смерть твари на одну-две секунды.

- Я тоже, - ответил я, сознавая иронию. Все это время, пока я осматривал горизонт, мерзкие животные были прямо у нас под носом, - меня беспокоит, сколько их тут еще.

С трутня, за которым мы летели, вывалились десятки спор, да и остальные, оставшиеся на орбите, они все направлялись в одну и ту же зону [113]. Значит по пустыне шастают как минимум сотни этих ужасных созданий, если не тысячи [114], и вряд ли это сделает легче нашу прогулку по смертоносным пустошам в поисках помощи.

Я со страхом огляделся, осознавая насколько плохо мы увязли в шелестящих песках. Слабый шелест, так как их постоянно носило ветром, замаскирует любой звук любого приближения, а дальше следующей дюны ничего видно не было. Все что нам оставалось, смотреть в оба каждый раз, когда взбираемся наверх, и надеяться, что нас аналогичным образом сложно обнаружить, да и молиться Императору, что ни одна из землероек роя не закопалась под ногами.

- Лучше идти дальше, - наконец-то произнес я, ощущая, что если мы задержимся еще чуть дольше, то мои нервы сдадут окончательно. Оставаться на месте не вариант, так как разум улья уже знает о потере своих мясных марионеток, и наверняка отправил других для расследования [115]. Собрать комплект для выживания, брошенный в ходе сражения, означало убрать оружие, и на секунду я растревожился, но с этим ничего нельзя было поделать. Наши шансы и так были призрачными без еды, воды и укрытия. С неохотой я вложил в ножны цепной меч, убрал в кобуру лазпистолет, и взвалил на плечи палатку. Она были в точности такой громоздкой, как я ожидал, но с мелтой за спиной, Юргену было бы еще неудобнее.

Каждый шаг по дюнам были изнурительным, как я и предполагал. Вскоре мы обнаружили, что карабкаться по ним вверх не стоит усилий, каждый наш шаг в скользком месиве почти моментально сносил нас к точке старта и поднимал облако дряни, что еще сильнее затрудняло дыхание. Так что несмотря на мои плохие предчувствия по поводу засады, мы остались на в ложбине меж песчаных барханов, пытаясь изо всех сил двигаться в сторону улья, хотя случайное расположение дюн заставляло нам двигаться параллельно улью почти столько же времени, как в его сторону. Мои первоначальные оценки насчет продолжительности путешествия тоскливо менялись в сторону увеличения буквально с каждым шагом, пока вскоре не достигли максимального времени, которое мы могли выжить в пустошах. Так что ради самого себя, я отбросил эти мысли.

Через секунды мы совершенно потеряли из виду "Аквилу", и по моему мнению это было не совсем благословением; хотя мы теперь были скрыты от других тиранид, которых манила падаль, что мы оставили позади, с другой стороны она была полезным указателем в песчаных пустошах. Мое чувство направления, столь надежное в закрытых пространствах, в этой проклятой глуши почти не работало, и вскоре я совершенно потерялся. Даже солнце ничем нам не помогало, его заслоняли огромные облака пыли, поднятые крушением биокорабля. Все вокруг нас было покрыто одинаковым пыльным сумраком, не отбрасывающим тени, который только густел, пока день подходил к концу.

После того как мой хронограф уверил меня, что прошло не больше пары часов бесплодного путешествия, хотя я ощущал, словно прошел день и ночь, я призвал остановиться и побаловать себя водой. Высохшие ткани рта, казалось, мгновенно впитали влагу, точно губка, но все таки что-то пролилось в глотку, чтобы прочистить осевшую там пыль, и я сделал второй глоток, после чего передал бутылку Юргену. Он, как и я, пил так же умеренно, и снова запечатал ее, этот урок мы выучили за время путешествия по пустынным районам Перлии, его не нужно было вспоминать или же повторять.

- Нам нужно понять, где мы, -сказал я, без энтузиазма глядя на ближайшую дюну. Мы не могли вечно скитаться вслепую, а короткий перерыв и глоток свежей воды приподнял мое настроение, насколько это было возможным в данных обстоятельствах. Снова взяв ампливизор, я начал продираться по песчаной куче наверх. Должен признаться, что совершенно не смущен тем фактом, что мне пришлось использовать свои руки так же часто, как ноги, еще один урок добытый трудным путем на Перлии, и возможно очень мудрая предосторожность, так как у меня не было желания возвещать о своем присутствии, выпрыгнув на гребень.

С вершины ландшафт как никогда выглядел мрачно, и я пробежался амливизором по нему, ни найдя ничего вдохновляющего. Далекая линия улья, точно грозовые облака на горизонте, казалось, ни на шаг не приблизилась, что было совсем не удивительно, учитывая какое крошечное, разделяющее нас расстояние мы прошли, но он был чуть правее, чем я ожидал, и соответственно я решил чуть изменить курс. Пыльное облако, замеченное ранее, теперь было намного ближе, и через ампливизор я мог разглядеть отдельные точки организмов, хотя пыльная дымка все еще скрывала любые детали. Еще одна веская причина, чтобы отойти в сторону, некоторые организмы выглядели необычно большими, и по моим подсчетам их был примерно десяток.

Я продолжал осматривать лежащую передо мной местность, нашел пару групп гаунтов, бродящих неподалеку, и, гораздо дальше, что-то похожее на лепрозную громаду споры, что принесла их. Но нигде не было видно выводка генокрадов или ликтора, которых я видел раньше, что совершенно меня устраивало. Затем, намного ближе к нам, я заметил всполох отраженного света, столь яркий, что он мог исходить только от металлической поверхности.

Я воспрянул духом. Здесь, среди пустоши, единственным объяснением могло быть только присутствие человека. Возможно какая-то машина, или алтарь Адептус Механикус, возведенный следить за чем-то, и благодаря которому мы можем привлечь к себе внимание и нас могут спасти.

- Юрген! - я скользил вниз по дюне на потоке скатывающихся песчинок, которые чуть было не похоронили меня, когда круто воткнулся в дно, - там что-то металлическое!

Я вскарабкался на ноги, создав тем самым миниатюрную песчаную бурю.

- Не могу сказать что это, но значит там есть люди. Мы сможем уехать обратно или позвать на помощь.

- Если только их уже не сожрали ниды, - добавил помощник, и, осознав мрачную реальность нашего затруднительного положения, я кивнул.

- Мы пойдем со всей осторожностью.

Я тщательно запомнил где видел объект, чем бы он ни был, и был уверен, что без труда найду его, несмотря на открытую местность. С этого места нам предстояло спуститься всего по двум дюнам, и наш объект можно будет рассмотреть.

Перед тем как выдвинуться, я достал свой лазпистолет, доводы Юргена имели смысл, и любой человек здесь становится приманкой для тиранид, включая нас самих.

Мой помощник тоже подготовил лазган, и мы начали осторожно идти вдоль ложбины меж дюн, наблюдая за любым движением. Несмотря почти на захлестнувший меня импульс сорваться в бег, я сдерживал себя, слишком хорошо осознавая последствия хотя бы на секунду забыть о защите.

Ну конечно же за последним углом нас ожидал сюрприз, хотя в данных обстоятельствах я был согласен даже на нидов.

- Фрак, - с чувством выругался я, добавив еще парочку многословных ругательств.

- Это шаттл, - своим обычным констатирующим тоном произнес Юрген, - как он сюда попал?

- А он никуда и не девался, - сказал я, пиная наполовину засыпанный труп хормаганта, убитого первым. Как и остальные, в том числе далеко раскиданные останки нашего несчастного пилота, все было покрыто тонким налетом носимого ветром песка; через несколько часов все будет полностью засыпано. Исходя из таких темпов, возможно и "Аквила" полностью скроется под песками за день или два.

- Должно быть где-то в дюнах мы повернули не в ту сторону.

Я хотел сказать кое-что еще, но до того как выпал шанс, что-то нечеловечески быстрое и как минимум в два раза выше меня, выскочило из под песка всего лишь в паре метров от нас, и кинулось ко мне. Когти и выгнутые в другие стороны конечности тянулись в моем направлении, а помогающие питанию усики вокруг челюстей корчились, словно гнездо змей. Нас нашел ликтор.

Глава восемнадцатая

Я отреагировал инстинктивно, выпустил пару разрядов из лазпистолета, которые ударили ужасную тварь прямо в центр бронированной груди, оставив обожженные кратеры испаренного хитина, как видимое доказательство моей меткости, но толстая пластина, защищающая грудь, выдержала. Или же я не попал во что-нибудь жизненноважное. Юрген тоже открыл огонь, едва ли с большим успехом, но его очередь остановила наскок существа настолько, что я успел достать цепной меч. Я не ожидал долго выстоять в одиночку против чего-то столь чудовищно быстрого и ловкого, к тому же имеющего огромное преимущество в радиусе поражения, но было понятно, что лазерным пистолетом я его точно не уложу.

В этот момент я обнаружил, что палатка, висящая за плечом на этой стороне, мешает мне достать оружие ближнего боя. Даже не думая, я сорвал ее и швырнул в ликтора, этот импульс несомненно спас мне жизнь. Поскольку в этот же момент, откуда-то из центра груди, утыканной лазерными разрядами, вылетел залп угрожающе зазубренных колючек и просвистел по воздуху. Чисто по счастливой случайности моя возня с упакованной палаткой раскрыла ее и воздухе возник тонкий купол из водостойкой ткани, поймав в ловушку все крюки из плоти. Палатку разорвало на лоскуты, когда прикрепленные к крюкам тонкие нити сухожилий попытали втянуть их обратно к корчащимся усикам для питания ликтора.

- Мелта! - заорал я, зная, что это единственное оружие, способное наверняка уложить чудовищное создание.

- Сейчас, сэр, - ответил Юрген, оставляя свои попытки найти слабое место выстрелами лазгана, в угоду тяжелого оружия, неудобно закинутого за спину. Даже для такого исключительного снайпера как он, шансы завалить ликтора лазгеном были минимальны. Нам понадобилось бы целое отделение и их сконцентрированный огонь, чтобы лазерным оружием убить существо таких размеров. Все, что я мог сделать, так это выиграть для него пару секунд, которые ему нужны на выстрел, и одновременно с этим попытаться не позволить разорвать себя на куски.

Это намного проще было сказать, нежели сделать. Я воспользовался замешательством ликтора, чтобы подобраться поближе за лохмотьями палатка, он испытывал какие-то затруднения со своими впивающимися крючьями: что весьма играло мне на руку, потому что пока он их не втянет, то не сможет снова выстрелить, и пока ткань из запоминающего положение полимера все еще хлопала у него перед мордой, он мало что видел. Все это нужно было использовать.

Я отпрыгнул в сторону, как раз во время, чтобы избежать удара внешнего лезвия одно из злобно зазубренного когтя-косы, если бы не это, он бы сцапал и подтащил меня к верхним рукам, то разрезал бы на половинки. Но смертоносная конечность, не причинив вреда, пронеслась у меня за спиной столь близко, что моя шинель всколыхнулась, поднимая облако пыли. Я тыкнул визжащим клинком, ныряя вперед, чтобы ударить в основание средней руки, и только затем осознал, что она летит мне навстречу, чтобы сцапать. Поменяв направление в самый последний момент, я едва увернулся от хватки когтей, способных проткнуть керамит, и хотя это стоило мне шанса погрузить клинок в одно из немногих уязвимых мест возвышающегося существа, мое спешное движение оставило ему вместо трех пальцев, одинокие торчащие обрубки.

Удивленный и раненный ликтор взревел, обдав меня таким ароматом изо рат, по сравнению с которым дыхание Юргена казалось слаще весеннего ветерка, и снова кинулся в атаку. Но на сей раз у меня сложилось впечатление, что тот стал осторожен. Тираниды выводят своих существ-разведчиков ради незаметности, ради атак из засад, когда те уверенны в успехе, и когда быстрое убийство проваливается, это дезориентирует их. Этот должно быть думал [116], что напрасно атаковал меня, и я намеревался усилить это впечатление. Если я смогу вселить в существо достаточно страха, может включиться его инстинкт сбежать и спрятаться, ну и желательно до того, как он нанесет мне смертельную рану.

Так что несмотря на собственные инстинкты бежать и прятаться, я сделал то, что никто никогда не ждет от добычи - кинулся вперед, визжа точно ополоумевший орк, крутя цепным мечом восьмерку по горизонтали, движение, которое старый Миамото де Бержерак [117], называл "порхающим лепестком" (хотя в моем случае, он чаще всего говорил, что мое больше походит на "летящий кирпич" [118]). В худшем случае мелькающий клинок создаст барьер между мной и ликтором, тот не посмеет атаковать, из-за риска потери новых конечностей, а в лучшем случае он позволит мне нанести какие-нибудь серьезные раны. Я не ждал, что убью тварь, но определенно намеревался создать у него впечатление, что конкретно вот этот ходячий обед в виде меня не стоит тех усилий, чтобы схарчить его.

Мне показалось, что я преуспел сильнее самых смелых ожиданий. Когда я кинулся вперед, чудовищная тварь на самом деле дернулась, отступила назад, когда я рубанул ее по животу, усики вокруг рта забились, когда она подняла голову, затем, к моему ужасу, начала опускать. Я перехитрил сам себя, не раз меня за это упрекали мои старые учителя схолы, и вот теперь я должен был расплачиваться за последствия. Если я подниму меч, чтобы защитить голову от надвигающихся усиков, ликтор распотрошит меня когтями. Так как деваться было некуда, я рухнул на землю, выигрывая себе пару секунд...

Затем картинка исчезла в безумно яркой вспышке света, и завоняло обугленной плотью. Юрген пальнул из мелты в самый нужный момент. Я поднял взгляд и увидел как чудовищная тварь падает на песок, в ее брюхе зияла дыра, в которую с легкостью мой войти мой кулак.

- Берегитесь, сэр! - предупредил помощник, и я кувыркнулся в сторону, когда пораженный, пинающийся монстр рухнул именно в то место, где секунду назад лежал я. Его предсмертная агония подняла облако пыли, которое странным образом напомнило медленно оседающий саван вокруг останков биокорабля, что породил его [119]. Я вскочил на ноги, обойдя труп как можно дальше и подошел к Юргену.

- Спасибо Юрген, - произнес я, - безупречно вовремя, как всегда.

- Похоже тенту конец, - сказал он, с ненавистью глядя на уже затихшую тварь.

- В самом деле, - согласился я, позволив себе всецело осознать как глубоко в заднице мы оказались. Без хоть какого-нибудь укрытия, даже не стоило надеяться пережить хоть одну ночь в токсичных пустошах. Что нам оставляло только один выход, тем более сумрак уже определенно переходил в ночь.

- Мы окопаемся в "Аквиле" на ночь, а с утра отправимся заново.

- Как скажете, сэр, - согласился Юрген, словно наши шансы добраться до безопасности улья были не хуже, чем когда мы первый раз ушли от шаттла.

- Ну хоть что-то прочное между нами и нидами, если они появятся.

- Так и есть, - согласился я, - будем нести двухчасовые вахты, по очереди сменять друг друга.

Конечно же мы оба выдохлись, и нам нужно было гораздо больше времени для сна, но в данный момент времени я не очень-то рассчитывал, что смогу продержаться больше пары часов, ну а ежели мы одновременно заснем, то ни один из нас не проснется. Никогда.

- Я встану первым, - вызвался добровольцем Юрген, когда мы вскарабкались по склону, с которого съезжали пару часов назад. Но на сей раз под рукой был скрученный и искореженный металл корпуса, куда можно было поставить ногу или ухватиться рукой, так что это был не сложный подъем по сравнению с дюнами, но все равно усилия заставили нас задыхаться от зловонного воздуха. Когда ночь опустилась на остывающую землю, ветер усилился, и шипящий, скользящий звук разлетающегося песка стал громче, гораздо громче, чем я ожидал, учитывая мой опыт ночевок в пустынях Перлии. И прямо как по заказу ладони начали зудеть.

И на то была хорошая причина. С возвышения в виде полузакопанной "Аквилы", пустыня, казалась, с четкой и злобной целью двигается к нам. Около десятка хормагантов перевалила через хребет соседней дюны, желая присоединиться к уже блуждающим вокруг трупа ликтора. Я запоздало вспомнил кое-что об этих камуфлированных убийцах. Они вели рой к свежей добыче.

- Он оставил след, - сказал я, надеясь, что Юрген сочтет хрипоту в голосе за обезвоживание, - нам сейчас же нужно убираться отсюда.

Но одного взгляда на окружение было достаточно, чтобы осознать всю тщетность надежды. Нас уже окружили, крошечный остров жизни в море тиранид, и я знал, что закончится все может только одним.

Поначалу ужасная орда, казалось, не замечала нас, все были полностью поглощены безумным пиршеством, стремительно уничтожая все следы погибшего ликтора, не говоря уже о троице гаунтов, убитых нами ранее, перед бесполезной прогулкой по кругу. Они возможно сожрали последние смертные останки нашего пилота, хотя я пытался не смотреть в ту сторону.

- Ну зато они в нас не стреляют, - пробормотал Юрген, притаившись на краю заклинившей грузовой рампы, которую уже занесло тонким слоем песка, но еще не достаточно, чтобы смягчить металлический край. Он опустил мелту на удобную подпорку, уравновесив громадное оружие, и рядом аккуратно пристроил лазган. Продолжая методично работать, он заменил частично опустевшие энергоячейки на новые, оставив старые про запас, так как нам определенно понадобится каждый выстрел и как можно дольше, после чего открыл клапан подсумка, в котором хранил гранаты.

- К счастью я снова запасся вот этими.

- Сколько? - спросил я, стараясь говорить как можно тише. Я не знал как обстоят дела со слухом у гаунтов, и совершенно не горел желанием выяснять на практике [120].

- Три фраг, две крак, - так же тихо ответил Юрген, заталкивая две бронебойные на дно подсумка, укладывая остальные, чтобы сразу же можно было ими воспользоваться. Не смею обвинять его в том, что он убрал крак гранаты, мы уже много раз были рады их бесперебойности, но сейчас я бы с радостью обменял их на парочку противопехотных. Если уж на то пошло, я так же желал получит нетронутую "Аквилу" и вернуть пилота из мертвых, дабы он увез нас отсюда. Но так как ничего подобного не произойдет, мы должны как можно лучше использовать имеющиеся на руках гранаты.

- Будем надеяться, что этого хватит, - сказал я, зная, что это не правда, после чего последовал примеру помощника - загнал свежую энергоячейку в рукоять лазпистолета, убрав использованную в надлежащий кармашек в слабой надежде, что у меня еще будет шанс перезарядить. Не желая неожиданно остаться без заряда, я убедился, что положил ее отдельно от полностью заряженных магазинов. Я вложил цепной меч в ножны, чтобы залезать в "Аквилу", и теперь осторожно вытащил его, пытаясь не ударить им по металлу, дабы не привлечь внимания. После некоторых размышлений я запустил зубцы на самую малую скорость, частично из-за того, что звук был не слишком громкий, и частично чтобы сохранить заряд, мне не хотелось перезаряжать его, и скорее всего времени не будет [121].

Несмотря на мой очевидный страх, шум ветра скрывал любые издаваемые нами звуки. Продолжало свежеть, температура опустилась до такого уровня, что я уже был рад, что не бросил шинель во время дневной жары (это было бы глупо с учетом постоянного потока обдирающего песка), да и Юрген выглядел намного лучше. Он не был совсем счастлив, как если бы песок стянуло коркой льда, он говорил об этом на складе, где покоились в анабиозе чудовищные существа, что вид своего собственного дыхания сильно улучшает его настроение. К несчастью для нас, направление ветра немного поменялось, так что через четверть часа (за это время сумерки столь сгустились, что уже невозможно было разглядеть гаунтов, как и что либо другое из хаотичной массы), он дул уже от нас в их сторону.

В надвигающейся тьме я смутно различил, как одна из тварей вытянула голову, нюхая воздух, затем еще одна и еще одна, все теперь смотрели в нашем направлении, так как уловили наш запах. Когда первые разглядели нас, то поскакали в нашем направлении, и вскоре уже вся свор чудовищных, деформированных существ неслась к нам.

- Подожди, пока не появится хорошая цель, - порекомендовал я, слишком хорошо осознавая, что каждый выстрел будет на счету, если мы хотели заиметь хоть малейший шанс сдержать эту бронированную хитином смерть подальше от нас.

- Вот эта подходит, - сказал Юрген и нажал на спусковой крючок мелты, посылая сверхперегретый воздух в центр роя. Он проделал дыру в наступающей массе, изжарив несколько созданий, и искалечив остальных, которые тут же выпали из гонки. Юрген сделал еще три не прицельных выстрела, но каждого павшего перепрыгивала новая кучка тварей, что неслись по дюнам к нашему хрупкому убежищу. Главное преимущество мелты заключалось в том, что рядом с конусом уничтожения так же обжигалась кучка нидов, вместо того, чтобы испарить их, спазмирующие трупы загорались. Теперь вся картина была освещена пожарищем, что давало нам сомнительное преимущество видеть тех, кто собирается убить нас.

Я пару раз шарахнул из лазпистолета, и скорее всего в кого-то попал, настолько плотный рой несся на нас, но гануты продолжали бежать, совершенно не обращая внимания на любые повреждения. Уловив периферийным зрением движение, я повернулся, и увидел, что вторая группа обошла нас с фланга, и теперь в дымке разлетающегося песка они запрыгивали на склон, вязкий песок их едва замедлял. Запихнув пистолет в кобуру, я забрал гранату из ничтожно малой кучки вооружения Юргена, и метнул ее в центр своры. Она громко шарахнула, шрапнель посекла хитиновых гостей, сразив многих, но остальные все еще бежали, и я был вынужден бросить еще две, прежде чем атака захлебнулась. Тем временем Юрген почти безостановочно палил из мелты, актинические вспышки последовательных разрядов добавляли света к всполохам гранат.

Мне больше ничего не оставалось кроме как снова достать лазпистолет, и махнуть цепным мечом, чтобы отогнать обошедших с фланга, которые упорно пытались заскочить на дюну, несмотря на огромное количество распотрошенных на части товарищей. Клинок столкнулся с когтем, как я и ожидал, и был вынужден рассечь тварь потоком ударов.

- Вот и все, - сказал Юрген, отбрасывая мелту и хватаясь за лазган, - я пуст.

Не было смысла даже думать о перезарядке, пока он будет рыться в поисках свежей энергоячейки в кучке подсумков, выжившие захлестнут нас. Даже до того как он закончил говорить, по дюнам уже неслось эхо треска его лазгана, он снимал тварей короткими, экономными очередями, намереваясь как можно сохранить как можно больше боеприпасов. Что будет когда и лазган опустеет, я даже не смел думать.

Поглощенный сражением за свою жизнь, у меня не было возможности сделать паузу и оценить опустошение, которое он устроил в первой волне роя, но несомненно он выиграл для нас несколько драгоценных секунд. Ощутив, что пара слов признательности не помешает, особенно если возможно я больше вообще ничего не смогу сказать, я подбодрил его:

- Хорошая стрельба.

Придумать что-то изысканнее времени не оставалось, кроме того к этому времени мы сражались вместе уже около семидесяти лет, и я не хотел, чтобы последняя эмоция в его жизни была смущением.

- Благодарю, сэр, - ответил он столь же флегматично как всегда, и продолжая все это время поливать тиранид. Затем лазган замолчал, и он одним плавным движением отсоединил энергоячейку, его рука уже копалась в подсумке, где имелись свежие.

Он не успеет, это был понятно, бегущий впереди гаунт уже прыгнул атакуя, а мой цепной меч застрял в животе одного из атакующих с фланга. Я отчаянно выдернул клинок из падающего трупа и развернулся, ожидая увидеть что макушку "Аквилы" украшают внутренности моего помощника, а его убийца уже смотрит на меня, но вместо этого по дюнам пронеслось эхо урагана лазерной стрельбы, и прыгнувший ганут упал, рассеченный почти надвое лазерными разрядами. Огромное, многорукое существо взобралось на гребень ближайшей дюны и на секунду я задумался, что еще за новый ужас собирается атаковать нас, затем внезапно до меня дошло. Это были лошади, как и всадники, защищенные от адской окружающей среды респираторами, а вместо шинелей на них была надета толстый бард.

- Это Корпус Смерти! - восторженно воскликнул я, когда колонна всадников начала спускаться по дюне к взбудораженной массе выживших гаунтов; на мой взгляд совершенно рискованное предприятие, но лошади вроде бы знали, что делают, и отлично держались на предательской скользящей поверхности, позволяя всадникам спокойно заниматься важным делом - консервировать нидов.

- Верно, - согласился Юрген, словно я показал на знакомого в набитой столовой. Не все наши спасители были вооружены лазганами [122], это стало очевидным, когда полетели гранаты и вспышки прометиума из огнеметов окутали бегающих хормагаунтов, иссушающий лазерный огонь не прекращался.

После этого битва превратилась в резню, Корпус Смерти достаточно быстро загнал оставшихся тиранид, демонстрируя полное пренебрежение к собственному выживанию, столь характерное для гвардейцев этого полка. Действительно они ни раз подбирались к гаунтам столь близко, что многие нашли смерть под копытами скакунов, после того как их ранили огнем оружия ближнего боя, и один раз даже ударов в грудь взрывного наконечника копья [123]. Ощутив, что выгоднее показать волю, когда кто-то другой делает за нас грязную работу, я пару раз выстрелил из лазпистолета, хотя по правде говоря, сомневаюсь, что сильно помог в избиении рыскающего ужаса. Как только Юрген поменял энергоячейку в мелте, его вклад стал намного ощутимее.

В конечном итоге победа осталась уже за нами, все ниды в поле зрения были мертвы или умирали, сержант во главе отряда пришпорил коня и поднялся по дюне к рухнувшей "Аквиле". Из под круглых линз маски для дыхания на меня смотрели налитые кровью глаза, толстая воздушная трубка уходила за плечо в фильтрующий ранец, его голова находилась почти на одном уровне с моей, так как я все еще стоял на смятом фюзеляже.

- Комиссар Каин? - спросил он, его безэмоциональный голос выдавал человека, который знает, что задает чертовски тупой вопрос, но в любом случае решивший соблюсти все формальности.

- Ага, - согласился я, не придумав ничего другого, чтобы это не звучало столь же глупо. Я склонил голову в сторону Юргена:

- А это мой помощник. Стрелок Юрген [124]. С нами был еще пилот, но ниды сожрали его. К сожалению не знаю его имени.

- Конный инструктор Тир.

Сержант Корпуса Смерти небрежно кивнул, явно не из тех, кто много болтает.

- Пару дней назад мы потеряли нашего оператора вокса, иначе бы мы вас предупредили о своем приближении.

- Я рад, что вы прибыли именно сейчас, - достаточно правдиво ответил я.

Глаза из-за линз изучали меня несколько секунд, после чего моргнули, когда сержант впервые заметил мое истрепанное облачение.

- Хорошо, что у вас хватило здравого смысла остаться на месте и ждать, - произнес он.

Глава девятнадцатая

Мы дождались восхода, так как не было смысла в излишнем риске наткнуться на нидов в темноте. Насколько мы могли судить [125], в рое авангарда не было синаптического существа, и следовательно рыскающие по пустыне остатки выводка ничего не знали о судьбе своих товарищей. Все еще оставалась вероятностью, что кто-то наткнется на феромоновый след, оставленный убитым ликтором, но бойцы Тира организовали стражу, так что о приближении тварей нас бы предупредили, а огневой мощи нам хватило бы, чтобы справиться почти с любой большой группой. Не буду заявлять, что спал спокойно той ночью, но определенно много лучше, чем ожидал, несмотря на то, что делил палатку с Юргеном, чей храп вызывал постоянное падение песка с окружающих дюн [126]. Отфильтрованный воздух внутри так же значительно повысил мой дух. Даже с учетом запаха моего помощника, он был много лучше, чем та муть, которой я был вынужден дышать снаружи, и впервые с момента нашей жесткой посадки тупая боль в груди отступила.

Соответственно сжевав на завтра несколько батончиков рациона и утолив прохладной водой жажду, я с некоторой неохотой снова повязал истерзанный красный кушак вокруг головы, и выбрался наружу к зараженному воздуху.

- Лучше оденьте это, - поприветствовал меня Тир, протягивая мне дыхательную маску, которыми были экипированы его бойцы. Я сразу же взял ее, хотя знал, что ее сняли с одного из погибших в сражении прошлой ночью [127], затянул ремни на голова и с благодарностью вдохнул. Фильтрованный воздух пах резиной и застарелым потом, но это малая цена за то, чтобы безболезненно дышать. Так что я водрузил то, что осталось от моего кушака, на причитающееся ему место на моей талии.

- Спасибо, - для меня мой собственный голос звучал приглушенно, я попытался поудобнее устроить фильтр за плечами. Понаблюдав несколько секунд как я безрезультатно корчусь, ни сказав ни слова, Тир подошел ко мне и поправил его.

- Весьма благодарен.

Инструктор пожал плечами.

- Нам приказали доставить вас туда целым и невредимым, - сказал он, уже отворачиваясь.

- И куда же это "туда"? - спросил я, подровнявшись с ним и повернув голову под странным углом, чтобы он оставался в центре ограниченного линзами поля зрения. Для такого параноика как я, мне было очень тревожно лишиться полного обзора.

- Туда, куда вы с самого начала и направлялись, - ответил мне Тир, словно это было очевидным, - в святилище Механикус.

Новость вызвала во мне смешанные чувства. Теперь, когда первый натиск на орбите был отбит флотом [128], быстрое возвращение на флагман, как можно дальше от пятнающих поверхность планеты тиранид, выглядело особенно привлекательной. С другой же стороны, Шолер и Килдхар ждали меня, все еще были вопросы по поводу их работы со зверинцем. Возможно лучшим вариантом будет для меня спросить у них, что они там накопали по-быстрому, пока Юрген будет искать и реквизировать любое судно, способное доставить нас на орбиту, из того, что осталось на площадке. Я могу достаточно правдоподобно заявить, что мне нужно со срочным докладом к лорду-генералу, да и состояние моей униформы говорило само за себя. Я видел гораздо более приятно выглядящих культистов Нургла, чем то, что отражалось в зеркале.

- И как скоро мы доберемся туда? - спросил я, практически капая слюной от перспективы заполучить горячую еду и кружку рекафа, ожидающую меня в святилище. В данный момент даже виридийская солянка казалась вполне пригодной.

Тир пожал плечами и потянулся к поводку на шее лошади, которая с терпеливой скукой в глазах смотрела куда-то вдаль. Это вселило в меня уверенность, что в ближайших окрестностях нет тиранид.

- Это зависит от многого, - ответил он, глянув на меня через линзы своей маски, - насколько быстро вы умеете скакать на лошади?

В общем и целом мое отношение к ездовым животным можно было описать как лишь отдаленно радушное. Я никогда не испытывал живой антипатии к зверям, но всегда придерживался взгляда, что если бы Император желал, чтобы мы передвигались таким образом, то никогда не дал бы нам ББМ [129]. Случаи, когда мне приходилось полагаться на такой архаичный вид транспорта были редки и остались в далеком прошлом, и некоторое время мне пришлось привыкать странному покачиванию лошади, странно напоминающему маленькую лодчонку на небольшой волне. Через час я ощутил очень неприятный дискомфорт в филейной части, но будь я проклят, ежели признаюсь в этом. Я не сомневался, что моя жесткая хватка за вожжи, постоянное ерзание, когда я пытался сохранить равновесие, принесло опытным наездникам вокруг меня немало поводов для смеха. К счастью маска на все лицо прятала их выражение лиц, так что мы все могли притвориться, что чинно едем, но разница между их расслабленной позой и моей говорила сама за себя.

Мое замешательство увеличилось, так как Юрген, казалось, ощущал себя в седле столь же спокойно как они, направляя свою лошадку небольшими толчками коленей, словно он ездил на них с детства. Он подъехал ко мне сбоку, совершенно застав меня врасплох, так как маска для дыхания не только ограничивала поле зрения, но и лишала меня обонятельного предупреждения о его появлении.

- Хорошо проводим время, - сказал он.

- Полагаю да, - ответил я. По правде говоря монотонный ландшафт так притупил мои ощущения, что я даже не представлял как далеко мы уехали, или сколько нам еще ехать. Мы оставили место крушения вскоре после восхода, следую по координатам из планшета-карты Тира, которые по моим надеждам вскоре должны были привести нас к громаде Регио Квинквагинта Уно, но пока что все, что я видел - бесконечный колыхающийся песок и возвышающиеся рокритовые бастионы улья вдалеке. Пыльный покров, поднятый над местом крушения биокорабля, рассеялся за ночь постоянными пустынными ветрами, и с такого расстояния я его больше не видел, и совершенно не горел желаниями сделать крюк и посмотреть что там с ним, ибо Трон знает что за твари поджидают нас там. Кроме того, чем быстрее мы доберемся до святилища Механикус, тем быстрее я пойму что происходит. Я уже ничего не слышал около двадцати пяти часов [130], а день в зоне боевых действий - это очень большой срок. Тем более могло произойти все что угодно, и мало приятного, так что я пытался не думать насчет самых плохих сценариев.

- Ими управлять намного легче, чем теми ленивыми тварями, - заметил Юрген, и я кивнул. Свисать с седла, привязанного к их животам, несущихся со всей мочи паникующих зверей, карабкающихся, свисающих, прыгающих с одной ветви дерева высотой в километр, на другую, не были одними из моих самых приятных воспоминаний [131].

- Определенно, - согласился я, не имея настроения для бесед, но с радостью хватаясь за возможность отвлечься от физического дискомфорта моей пульсирующей пятой точки. Однако до того как мы погрузились в счастливые воспоминания об ужасе, от которого сжимались внутренности, Тир поднял украшенное флажком копье, чтобы остановить колону.

- Там что-то есть, - сказал он, поднимая руку, чтобы прикрыть глаза, совершенно бесполезный жест, так как линзы дыхательной маски поляризовались, превращая их в маленькие, круглые зеркальца, в которых я видел отражение себя и остальной колоны.

- Ампливизор, сэр? - предложил Юрген, протянувшись ко мне под таким углом, который показался мне безрассудным. Стараясь не выглядеть полным "отморозком" [132], и молясь Трону, чтобы я не свалился в процессе с лошадки, я взял его, чуть обустроился и поднес его к глазам, однако оказалось что окуляры слишком далеко из-за линз маски, чтобы можно было сфокусировать изображение.

Тир недоверчиво оглянулся на меня, возможно хорошо, что я не видел выражение его лица.

- Магнокуляры встроены, - сказал он.

- Верно, - ответил я, впихивая ампливизор в удобный карман. Через несколько секунд возни я разобрался как управлять линзами маски, и дюны в отдалении внезапно приблизились.

- Лучше отдалить, когда насмотритесь, - посоветовал Тир, или же грохнитесь, когда будете слезать.

- Что там? - спросил я, пытаясь понять, на что я смотрю. Там определенно что-то было, наполовину засыпанное дрейфующим песком, а то, что я видел, было помятое и закругленное, словно чешуйка хитина тиранид. Хотя точно не живое, слишком тихое.

- Подбитая спора?

- Похоже на то, - согласился Тир, - оно у нас на пусти, так что нам нужно разведать.

- Меня больше беспокоит ее содержимое, - сказал я, - мы уже видели ликтора, крадов, ну и гаунтов.

- Чтобы там ни было, мы убьем это, - ответил Тир, - если уже не убили.

Он снова махнул копьем.

- Выдвигаемся!

Несмотря на уверенность Тира, я смотрел во все глаза, пока наши животинки брели вперед, уделяя особое внимание упавшей мицетической спор вдалеке, как только мы выезжали на гребень и ее можно было рассмотреть. Я не сомневался, что ее мрачный груз давно уже разбежался в поисках добычи, возможно даже стал частью рой, который атаковал нас прошлой ночью, но это не останавливало меня выкручивать линзы на полное увеличение и осматривать окрестности в поисках движения. Что-то в темной и застывшей глыбе казалось мне зловещим, хотя я никак не мог понять что. Возможно просто пустыня вокруг нас заставляла меня чувствовать неприятно открытым, что концентрировало мое внимание только на видимые признаки появления врага.

- Есть движение? - спросил я, и Тир глянул в свой переносной ауспекс, после чего покачал головой.

- Нет, - ответил он мне. Это могло быть как хорошей новостью, так и нет: и в лучшие времена тиранид сложно было засечь, и я сомневался, что улучшения Килдхар добрались до личных полевых устройств. Насколько я знал, кучка техножрецов, что могли понять и скопировать улучшения, все еще изо всех сил трудились в сенсориумах боевых кораблей на орбите [133]. Если еще один ликтор ждет в засаде под песком, у нас будет буквально секунда или две, прежде чем он атакует.

- Хорошо, - сказал я, благодарный той легкости, с которой мое дыхание скрывало беспокойство. К этому времени мы подошли уже достаточно близко, чтобы не пользоваться магнокулярами, хотя я все равно пользовался такой подмогой зрению. Спора была наполовину похоронена в земле, что было неизбежно, учитывая постоянно разносимый ветром песок, но это не делало ее менее противной. Если уж на то пошло, он просто усилил впечатление, что какой-то злобный рак поразил поверхность планеты.

- Она определенно раскрыта, - сказал Юрген, изучая спору так же тщательно, как и я, - но не везде.

- Возможно ее повредили во время полета, - сказал я, замечая говорящие сами за себя признаки коагулированной плоти и отвердевание внешней брони. По какой бы причине она не упала вниз [134], ее равномерно поджарили, то есть вовсе не трение при входе в атмосферу сплавило аблятивные пластины хитиновой брони, предназначенные защитить мягкие ткани и чудовищных существ внутри.

- Нам лучше проверить, - сказал Тир, слегка меняя направление, чтобы привести нас прямо к ней. Конечно я мог отменить его приказ, сославшись на срочность моего поручения, но несмотря на нехорошие предчувствия, мне не хотелось этого делать. Нужно было поддерживать свою репутацию, как бы мало на самом деле я ее не заслуживал, и я не сомневался, что мое неумелое обращение с лошадью уже ни раз повеселило всадников Корпуса Смарти. Не помешает напомнить им, что я вроде как Герой Империума, несмотря на свою опаленную задницу, и любое нежелание драться вряд ли поможет в этом. Кроме того, твари внутри уже должны были сдохнуть.

- Лучше проверить, - повторил я, лаконичный стиль беседы инструктора оказался на удивление заразительным [135], воспользовавшись тем, что все видели мое неуместное положение в седле, я чуть приотстал. Остался ли кто-то в споре или нет, не было смысла лезть на рожон, когда можно было спрятаться за всадниками.

Когда мы подошли на расстояние десяти метров или около того, я впервые осознал масштабы этой штуковины, все предыдущие я наблюдал с безопасной дистанции. (Что не удивительно, так как они выблевывали из себя рой злобный существ, чертовски яростно настроенных убить меня, и чтобы подобраться столь близко, мне нужно было прорубаться, вместо того чтобы последовать своему естественному инстинкту быстро-быстро улепетывать в противоположном направлении). Даже сидя на лошадке, спора была как минимум в два раза выше меня, непристойная шишка отмершей плоти чудовищно воняла могилами и только бризер защищал мое дыхание.

- Похоже пустая, - сказал Юрген, доставая из-за спины мелту, эту предосторожность я всем сердцем приветствовал. Я ощутил, что прислушиваюсь сквозь приглушенный топот копыт по песку, в поисках любых признаков засады, но орда гаунтов, которая вот-вот должна была выскочить из под земли, как-то все не появлялась.Может быть Тир был прав, и они давно ушли, или же не пережили пламенный спуск из верхних слоев атмосферы.

Воодушевленный этой мыслью, я настроил встроенную оптику на максимальное увеличение и осмотрел все, что было видно внутри организма через разрезы в панцире, предназначенные для выгрузки обитателей. К счастью солнце стояло под нужным углом, чтобы внутрь попадал свет, так что я был избавлен от любых попыток поисков других усилителей изображения, что могли быть встроены в маску. Я точно разглядел очертания нескольких мертвых гаунтов: застывшие остатки жидкостей из тела, вытекшие из трещин в панцирях, поджаренные и опухшие языки торчали из их разинутых пастей.

- Там внутри гаунты, - позвал я, ощутив, что самое время показать своею активное участие в этом глупом предприятии. Через несколько минут мы сможем продолжить наше путешествие к душу и кружке рекафа с глубоким чувством выполненного долга.

- Определенно мертвые.

- Мой любимый вид, - добавил Юрген, это чувства я всецело разделял.

Я начал возиться с настройками оптики, пытаясь вернуть нормальный вил, но чертова хреновина кажется застряла, возможно куда-то в важные части попал песок. Я стукнул по ним ладонью, и пробормотал пару едва запомненных мной фраз из литании Ремонта Электронной Аппаратуры Путем Удара По Ее Корпусу, что я обычно предпринимал в таких ситуациях. Омниссия определенно решил, что я заслужил кое-что за свои старания, поскольку картинка внезапно щелкнула на место. Но за мгновение до того как она вернулась, трясущаяся, увеличенная картинка мазнула по поверхности споры, и я был уверен, что заметил движение где-то среди наполовину сплавленных хрящей позвоночника.

- В укрытие! - заорал я, совершенно плевав на то, что могу выставить себя дураком. Если штуковина еще не издохла, и ощутила наше присутствие, то инстинктивно отреагирует, и несмотря на повреждения, у ней хватит колючек, чтобы исполосовать нас. Пока я кричал, я развернул голову лошади и впечатал ей в ребра ботинками, рядом с тем местом, где в кровоток по толстым трубкам накачивались питательные вещества или какая другая дрянь, что позволяла ей выжить в этих адских условиях. Конь перешел в рысь, я почти вывалился из седла, Юрген послал своего в галоп, чтобы догнать меня и сдержал животное поравнявшись.

С треском, словно огонь охватил сухой куст , колючки взлетели в воздух, взорвались среди всадников и разлетись на тысячи бритвенно-острых фрагментов, которые разодрали как всадников, так и животных. Пара лошадей упала, вопя в дыхательные маски до тех пор, пока химические регуляторы не накачали их анальгетиками и те перестали ощущать тысячи открытых ранок, из которых на жадный песок лилась кровь. Большинство бойцов выглядели не лучше, но следую традициям Корпуса Смерти, они не обращали внимание на свои раны, а просто спешились и подняли оружие. В другой местности, и если бы спора не была так сильно повреждена, чтобы запустить только десятую часть своего колючего вооружения, людей возможно мгновенно бы посекло в кашу [136]. Но летающий песок поглотил большую части хитиновых игольчатых боеприпасов.

- Спасибо за предупреждение, - сказал Тир, в его голосе не было сарказма, а звук хорошо разнесся по затихшему пустынному воздуху. Несмотря на запоздалое предупреждение, мне возможно удалось спасти нескольких бойцов, так как всадники отреагировали мгновенно и соскочили с лошадей. Если бы они так не сделали, и поскольку большая часть находилась на гребне, то им бы нечем было защититься от кластерной атаки колючек. То, что мы с Юргеном развернулись, спасло нас от худшего, но ирония заключалась в том, что только мы двое остались в седле.

- Прикройте глаза, сэр, - сказал Юрген, разворачиваясь в седле, чтобы развернуть мелту из-за плеча. Через секунду возник знакомый и болезненный для глаз всполох света, затенив поляризованные линзы маски, и оставшиеся колючки превратились в обожженные останки. Моя лошадь вздрогнула, и я напрягся, ожидая, что он бросится вперед или назад, но она тут же успокоилась, благодаря тренировкам и химическому коктейлю, чтоб бурлил у нее в крови.

- Не хотелось бы еще один залп.

- Верно, не хотелось бы, - согласился я, разворачиваясь, чтобы посмотреть на беспорядок вокруг споры. К этому времени уже слышался характерный треск лазерного огня, хотя я совершенно не понимал, во что могли палить бойцы Корпуса Смерти: гаунты внутри уже были мертвы, а лазганы совершенно не эффективны против толстых хитиновых чешуек, защищавших их.

Почти тут же я получил ответ, когда песок под копытами животного забурлил, точно волны изменчивого океана, и лошадь споткнулась. На сей раз он сдала назад, или пыталась, я вылетел из седла. Тяжело грохнувшись, я тут же перекатился, не желая быть затоптанным, но передние ноги скакуна уже были зажаты чем-то волнистым и зловещим, хлещущим вперед и назад, так как храпящая лошадь, пытаясь вырваться, отчаянно тянула назад. Из песка появилось еще одно щупальце, практически мгновенно обернувшись вокруг моей отчаявшейся лошадки, сжимаясь, оно колючками продрало рваные раны на боках скакуна. С громким треском разрывные шипы хлопнули и грудная клетка животного взорвалась. Все еще дергающуюся в предсмертных муках лошадь затащили под песок.

- Оно пытается нас сожрать! - заорал я, лихорадочно оглядываясь в поисках любого говорящего самого за себя движения в песке под ногами. Ело ли оно для того чтобы набрать биомассу и отрастить новые колючки, или просто било щупальцами, потому что ощутило наше присутствие [137], я не знал и еще меньше в тот момент меня это волновало.

- Держитесь сэр, я иду! - крикнул Юрген, пытаясь обрести контроль над его, понятное дело, внезапно своенравным скакуном. Моя кожа покрылась мурашками от ожидания еще одного подземного щупальца в любой момент, я достал свой цепной меч, выставив скорость на максимум. Звучный рев огнемета, хрусткие взрывы гранат где-то позади меня несколько приятно говорили о том, что Корпус Смерти все еще сражается, но учитывая их нежное отношение к славным битвам до самого конца, я не мог рассчитывать на их помощь.

- Сзади! - добавил мой помощник, и я крутанулся, обнаружив, что один из змееподобных щупалец уже готов ударить меня.

Проклиная ограниченный обзор из-за маски, я поднял клинок, чтобы встретить его, и одним плавным движением отсек извилистую конечность. Казалось это привело только к тому, что тварь узнала о существование добычи, так как из под песка тут же вылетело еще три или четыре метра щупальца, разбрасывая с конца ихор, словно огнемет - прометиум. Липкая, дурно пахнущая жидкость обильно залила мою многострадальную шинель, и полностью залепило лицо. Возблагодарив Императора за защиту маски, пальцами свободной руки я протер линзы насколько мог, получив хоть какое-то размытое изображение и не выводимые пятна на перчатку, обнаружив, что за это время пара других пыталась обернуться вокруг меня с других направлений, в то время как самое первое атаковало сверху. Я рубанул по левой, освобождая достаточно место, чтобы избежать ударов двух других и снова получив поток мерзкой жидкости. Я развернулся и множественными ударами начал рубать их на куски длинной с мою ногу.

- Держись подальше! - крикнул я Юргену, который уже обрел контроль над своей лошадью и вроде бы в этот момент собирался рвануть вниз по склону в практически обреченной попытке вытащить меня из заварухи. Нет, я совсем не возражал, чтобы меня спасли, понимаете, совсем наоборот, но тот факт, что остальные лошади не разделили судьбу моего коня, говорило, что они вне досягаемости щупалец споры. Так что если помощник попытается подъехать ближе, он вместе с лошадью станет топливом для биооружия, и я потеряю единственный шанс выбраться живым.

- Мелтой по всему, что движется!

- Хорошо, сэр, - ответил Юрген со своей обычной оживленной жизнерадостностью, и тут же взялся за дело, оставляя дымящееся стекло повсюду, куда доставал луч мелты. Слишком часто лучи ложились близко ко мне, чтобы я ощутил комфорт, но после первых нескольких выстрелов я был совершенно уверен, что рассчитал максимальную длину щупалец ужасной твари, и воспрянул духом, так как оказалось, что до безопасной дистанции меня отделяет короткая пробежка.

Подумал - делай, и я тут же кинулся к дюне, на которой находился Юрген, да так, словно за мной гнался сам Аббадон, тыкая при этом мечом в любой мерзкий отросток, который осмелился слишком близко ко мне выбраться на поверхность, и в которой не рискнул выстрелить мой помощник. Через секунды, хотя в тот момент мне они показались бесконечными, я уже пытался взобраться на склон и одновременно не выпускать оружие из рук, в это время Юрген на вершине что-то воодушевляющее вещал:

- Еще чуть-чуть, сэр! - подгонял он, - вы почти взобрались!

Его слова подчеркивались вспышками и шипением мелты.

И в этот момент что-то схватило меня за ногу и пребольно дернуло, и только крепкие, гвардейские ботинки спасли мою ногу от серьезных ранений. Казалось что спора поняла, что лучше хранить щупальца под поверхностью [138], и в последней отчаянной попытке жаждало реванша. Я махнул вниз цепным мечом, но только поднял фонтанчик песка, щупальце из засады спряталось от возмездия в глубинах песка. Еще один рывок, и моя нога ушла по колено, рывок чуть не оторвал ее.

- Держитесь, сэр! - снова крикнул Юрген, спрыгивая с седла и скользя вниз по дюне, разбрасывая мелкую пыль. Не мешкая он тут же схватил меня за свободную руку и изо всех сил потянул назад:

- Я держу вас!

- Как и долбаная спора! - прорычал я, складывалось впечатление, что как рука, так и нога уже были готовы вырваться из сустава. Грубой силой никогда не победишь эту чудовищную тварь, хотя болезненное и благонамеренное вмешательство помощника подарило мне еще пару секунд, с ним вдвоем нам никогда не вырвать мою ногу из хватки, и если я не желал разделить судьбу моего невезучего скакуна, то у меня оставался только один вариант. Я глубоко вдохнул и нацелил цепной меч под определенным углом, надеясь получить один быстрый и чистый разрез.

- Аптечка все еще с тобой?

- Конечно, - Юрген кивнул, не совсем понимая вопроса.

- Хорошо, - я сделал глубокий вдох, размышляя, действительно ли я смогу пройти это, и решил, что определенно смогу, учитывая альтернативу. В конце концов у меня уже была пара аугметированных пальцев, а к новой ноге привыкать вряд ли будет сложнее.

- Весьма буду обязан, если ты подготовишь ее.

- Конечно, сэр, - ответил он, и тут до него дошло. Он выпустил мою руку и начал рыться в своей коллекции подсумков.

- Не желаете местное обезболивающее?

Чертовски желал, но покачал головой:

- Нет времени, ответил я и поднял жужжащее лезвие.

Глава двадцатая

Но до того как я успел опустить клинок вниз, земля подо мной вздрогнула, я остановил руку. Хотел бы я сказать, что замер потому что не хотел испортить удар, затрудняя тем самым работу хирургеона сильнее, чем хотелось бы, но по правде говоря я был просто ошеломлен. Над нами внезапно пронеслась быстро двигающаяся тень, следом за которой, криком баньши, поспел вой мощных турбин, и подняв взгляд, я увидел в небе резко очерченный силуэт "лендспидера" космодесантников. Однако до того как я разглядел что-то еще, кроме желтой и белой краски, предпочитаемых Отвоевателями, нас догнала воздушная волна, покрыв Юргена, его лошадь и меня маленькой, но очень решительной песчаной бурей.

К тому времени когда наше зрение прояснилось, пилот уже заложил вираж, невероятно быстрый и экономный, который лишил бы обычного человека сознания или того хуже, и с воем заходил на повторную атаку. На сей раз я увидел поток ракет, вылетевший из ракетной установки, прибитой к бокe машины [139], взрывы впились в возвышающуюся громаду споры, броня которой уже была вскрыта первым зарядом, который и встряхнул землю ранее. Одновременно с этим стрелок вел непрерывный огонь из тяжелого болтера, кроша раскрытую плоть внутри, демонстрируя при этом поразительную точность, учитывая с какой скоростью он летел.

Внезапно нечестивая груда биоинженерной плоти рухнула внутрь себя, точно пожранное пламенем здание, и в этот же миг я ощутил как крепкая хватка вокруг моей лодыжки ослабла. Отбросив цепной меч, я обеими руками вцепился в голень и дернул изо всех сил. К моему облегчению нога освободилась так внезапно, что я тут же рухнул на опожаренный солнцем песок [140].

- Вот это повезло, - заявил Юрген в своей обычной флегматичной манере, протягивая мне руку, чтобы я встал на ноги.

- Ага, - согласился я, не желая больше ничего говорить, и нагнулся, чтобы поднять упавшее оружие. Не оставалось ни малейших сомнений, что после такого избиения спор наконец-то издохла, но за один день как-то слишком много неприятных сюрпризов, и я вовсе не горел желанием получить еще один. Мой помощник явно разделял мою точку зрения, потому что он все еще не выпускал из рук мелту, а лазган висел за спиной так, что его можно было достать в мгновение ока. Затем мне в голову пришел очевидный вопрос:

- Но что они тут делают?

- Может нас ищут? - предположил Юрген, как всегда не различая риторический вопрос, и пытаясь изо всех сил на него ответить.

- Кажется это вряд ли, - ответил я, колупаясь с комм-бусиной в ухе и быстро сканируя частоты. Адептус Астартес являлись лучшими воинами, которыми располагал Империум, и, независимо от любого оставшегося хорошего отношения, приобретенного мною во время предыдущего сотрудничества, они вряд ли могли выделить время на поддержку операции по поиску и спасению, когда этим уже занимается Гвардия. Что в свою очередь напомнило мне...

- Нам лучше пойти посмотреть, выжил ли кто-то из Корпуса Смерти.

А они выжили, Тир поприветствовал нас каким-то измученным взмахом руки, как только мы перевалились через гребень дюны, что скрывала их из виду. После битвы с щупальцами и седла, я едва мог идти. Инструктор и его отделение казались бодрыми, насколько это было возможно в этих обстоятельствах, они по-деловому занимались своими ранами и отлавливали сбежавших скакунов, хотя я насчитал их гораздо меньше, чем помнил, и еще меньше лошадей. Но их полк не особо славился чрезмерной демонстрацией эмоций.

- Мы решили, что вам конец, - произнес он.

- Я тоже так думал, - ответил я, решительно настроившись демонстрировать такое же равнодушие к невзгодам.

- Если бы не они, вам бы тоже было худо, - я указал на "лендспидер", который все еще безумно кружил над нами, словно хищник над добычей, хотя и более степенно, нежели в битве до этого. Затем я застыл, когда наконец-то услышал голос в комм-бусине, столь глубокий и резонирующий, что он мог принадлежать только космодесантнику.

- К остальным присоединились еще двое выживших. Один из них похож на комиссара.

- Это Каин? - вклинился новый голос, застав меня врасплох. Необычным было услышать нормальный человеческий голос в переговорах Адептус Астартес, не говоря уже о женском голосе.

- Так и есть, - произнес я, вступая в переговоры, - сожалею, что немного опоздал на нашу встречу, магос, но меня неожиданно задержали.

По правде говоря голос мог принадлежать кому угодно, но я знал что у Отвоевателей в сервах только мужчины [141], а среди Механикус я мало кого знал, кому могли бы довериться космодесантники. Учитывая насколько близко Шолер и Килдхар сошлись работая со своим исследованием, не сложно было догадаться, кому конкретно принадлежал голос.

- Комиссар, - ответила Килдхар, совершенно не сумев скрыть удивление в своем голосе, как бы сильно она не желала избавиться от эмоциональной окраски, - должна признаться, я боялась худшего. Лорд-генерал был доволен. Он был совершенно уверен, что вы выжили, хотя я уверяла его, что шансы обратного значительно выше.

- Ну возможно потому что он гораздо лучше знает меня, чем что-нибудь про шансы, - сказал я. Затем осознав, что нужно поддерживать репутацию скромности, я запоздало добавил:

- но должен признаться, я едва не пищал, чтобы уложиться в них.

Я оглядел отряд всадников смерти, и гораздо меньшее количество ездовых животных, которых они успели поймать.

- Боюсь, что еще некоторое время не смогу к вам присоединиться.

Видимо остальная часть путешествия будет еще более трудная, чем была.

- Не волнуйтесь, - уверила меня Килдхар, - мы подберем вас по пути назад.

- Назад откуда? - спросил я, ощутив знакомое покалывание-предостережение ладоней. Я могу предположить только об одном месте в этих отвратительных пустошах, ради которого можно было вытащить магос-биологис из комфортной твердыни Регио Квинквагинта Уно, и оно определенно требовало эскорт космодесантников поблизости, но наверняка Килдхар не такая идиотка.

- Конечно же с места крушения биокорабля, - ответила она, подтверждая, что именно такая, - мы раздобыли несколько превосходных образцов. Апотекарий Шолер и я ждем не дождемся, когда их можно будет исследовать по прибытию.

- Удачи с этим, - пожелал я, представляя себе, что оказаться позади Юргена на лошади на следующие пару дней, не такая уж и плохая перспектива.

- Я уверена, что Омниссия направит наше понимание, - отозвалась она, столь же не различая сарказма, как и многие из ее братства. Не найдя что сказать, я отпустил пару заученных банальностей, которые столь удобно было использовать в своей работе, и приготовился отсоединиться.

- Оставайтесь на месте, - добавила она до того как я отключился, - "лендспидер" четко видит вас и направит нас к вам.

Конечно ей легко говорить, ей-то возможно нравился вид теперь уже определенно мертвой споры, но должен сознаться, что сама идея находиться где-то поблизости к тому, что чуть только что не убило тебя, совершенно не воодушевляла.

С другой стороны, заиметь парочку Адептус Астартес с тяжелым вооружением, которые будут присматривать за мной с высоты и способные различить угрозу с расстояния в десять километров, мне определенно нравилось.

- Я буду ждать, - уверил я ее, и только через секунду или две после отключения, осознал, что не спросил РВП (расчетное время прибытия).

Как выяснилось, ждать мне пришлось намного меньше, чем я думал. Едва ли прошел час (за время которого мы с Юргеном пытались как можно меньше дышать грязным воздухом и одновременно подкрепить себя батончиком рациона и отхлебнуть воды), как я ощутил, что песок снова слабо дрожит, и увидел, как по крутым дюнам вниз осыпаются небольшие сели. После столкновения со щупальцами, и закопавшимся ликтором, это зрелище совсем не вдохновляло, и мои руки автоматически опустились к оружию на поясе. Юрген тоже вроде бы немного нервничал, и достал свой лазган, оставив огневую мощь мелты про запас. Однако на сей раз я не достал ни цепной меч, ни лазпистолет, "лендспидер" определенно разглядел бы любую очевидную угрозу, а флот-улей кажется не отправил с первой волной никаких зарывающихся организмов [142], которых бы они не разглядели.

Постепенно вибрация росла, и ручейки песка росли как по интенсивности, так и по количеству, в то время как лошади топтались и встревожено трогали копытами землю. Тир и его всадники смерти казались невозмутимыми, их решительность не только вбивалась в них с детства, но и подпитывалась фармакологическими веществами, хотя я заметил, что они тоже держат руки на оружии. Через несколько секунд я услышал новый звук: рык мощного двигателя, а так же скрип и скрежет гусениц машины, и мой дух воспрянул. Несмотря на проблемы, Гвардия заставила "Химеры" работать в этих безжалостных землях, жители Фекандии несомненно разрешили трудную задачку, построенные здесь машины были явно покрепче. Рассуждая таким образом, я ждал что-то типа ББМ, или грузового "Трояна", возможно с более широкими гусеницами, чтобы лучше цепляться за двигающийся песок, но в конечном итоге, какой-нибудь знакомый мне транспорт.

Однако звук продолжал расти, лошади становились все сильнее напуганными, я должен сознаться, я не виню их. Теперь я уже всеми костями ощущал вибрацию, а шум двигателя стал таким громким, что мне нужно было повышать голос, чтобы разговаривать с Юргеном. Когда он возрос еще сильнее, я стал пользоваться комм-бусиной.

- Должно быть это они, - сказал я, указывая на темную громаду, которая появилась над дюнами, и которая по мере приближения все продолжала увеличиваться.

Я кивнул.

- Кажется очень вместительный, - сказал я, его верхняя часть корпуса имела знакомый громоздкий силуэт, который обычно ассоциировался у меня с транспортом Империума, хотя что-то в его пропорциях казалось неправильным, но что конкретно, до меня не доходило. Затем я осознал. Если достаточно большую машину можно было видеть над дюной, то она уже должна была катиться с нее вниз, однако она все еще неустанно громыхала в нашу сторону, спокойно и целеустремленно.

- Насколько огромна эта штуковина? - спросил я по воксу.

- Очень большая, - уверила меня Килдхар, и несмотря на все усилия, в ее голосе слышались отголоски веселья, - мы адаптировали один из пылевых харвестеров [143], чтобы у нас наверняка хватило места для образцов.

- О да, оно точно есть, - согласился я, когда масштаб гигантской машины стал очевиден. Она не совсем походила на титана, но была довольно близка, она возвышалась над нами подобно жилому кварталу на множестве гусениц, и как я понял, те были достаточно широкие, чтобы распределить колоссальный вес и не увязнуть в песке. Мне это напомнило снеголайнеры, на которых я путешествовало на Нускуам Фундументибус и под которым прятался, хотя этот левиафан был больше них, когда он остановился возле нас, то заслонил солнце. Где-то над нами откинулся грузовой люк, вытянулся кран и рабочая группа, с ног до головы закрытые защитными костюмами, начали поднимать вверх все оставшиеся куски споры, которая чуть была не убила нас.

- Мы лучшим образом используем все, что у нас есть, - с забавным эхом согласилась Килдхар, поскольку ее настоящий голос накладывался на голос в комм-бусине, что придавало звучанию некий сценический эффект. Она стояла в люке над одним из колес, примерно в четырех метрах от земли. Оттуда к нам опускалась посадочная рампа.

- Может вас куда подкинуть? - спросил я Тира, чувствуя, что это меньшее, что я могу сделать для него после стольких причиненных нами неудобств, но инструктор покачал головой.

- Мы лучше поедем дальше, - ответил он, что не удивило меня. Он запрыгнул в седло и больше не говоря ни слова повел своих бойцов к вершине дюны. Как раз перед своим исчезновением, он обернулся и поднял руку на прощание, затем дюны поглотили его, словно его никогда и не существовало. И только следы копыт лошадей свидетельствовали о его существовании, но и их уже заметало ветром. Пройдет еще несколько минут и даже эти последние призрачные намеки исчезнут.

- Странные парни, - сказала Килдхар, сходя к нам вниз по рампе, - но тем не менее очевидно благословлены Богом-Машиной.

Озадачившись по-началу, я осознал, что аугметрированное зрение должно быть показало ей систему инжекторов химикалий и другие подкожные изменения, распространенные среди Корпуса Смерти.

- Император определенно прислал их нам в самый нужный момент, - согласился Юрген, - и этих Адептус Астартес.

Он злобно окинул взглядом на тщательно раскрошенную спору, которая теперь висела на прочных грузовых тросах, готовясь попасть на борт.

- Эта штуковина убила бы комиссара, если бы они ее не расстреляли.

Как-то мне не слишком хотелось об этом думать, так что я улыбнулся Килдхар, причем без всяких усилий, учитывая, как она появилась.

- Я удивлен, что она вам нужна, - легкомысленно заявил я, - думал вы охотитесь за живой.

- У нас уже такая есть, - насколько я мог судить, она ответила совершенно серьезно, и опять же я снова усомнился в ее здравомыслии, - но этот образец лучше подходит для химического анализа.

- Как скажете, - согласился я, думая, что лучше шутить с ней, по крайней мере пока не получу достойную еду и душ. Мою униформу скорее всего уже не восстановить, но я всегда мог получить новую из своей каюты на борту флагмана, и одежду для помощника, хотя понимал, что никакая смена белья не улучшит внешний вид Юргена.

- Я так понимаю ваша проверка места крушения была плодотворной?

- Чрезвычайно, - уверила меня Килдхар, разворачиваясь, чтобы вернуться на борт огромного краулера. Чувствовать под ногами металл, после такой долгой прогулки по топким пескам, было потрясающе. Хотя при подъеме мышцы ног аж горели, и чем выше, тем хуже.

- Мы получили огромное количество образчиков ткани из останков биокорабля и достаточное количество подвижных экземпляров.

Мне не нужно было спрашивать, что она имеет ввиду под "подвижными экземплярами", так как это стало очевидно, как только мы поднялись на борт. Почти вся нижняя палуба рычащего левиафана была превращена в крепкие клетки, настолько высокие и широкие, что могли вместить карнифекса, если у кого-нибудь хватило мозгов попытаться поймать его. И когда мы появились, группа хормагаунтов прыгнула на прутья. Памятую как они легко вскрыли кокпит "Аквилы", чтобы добраться до пилота, я вздрогнул и потянулся за оружием, но их в ту же секунду, с треском энергетических разрядов, отбросило назад,

- Вы уверены, что этого хватит, чтобы сдержать их? - спросил я, и Килдхар слегка зажато кивнула, что было свойственно большинству техножрецов, пытающихся вспомнить полузабытый язык тела.

- Должно, - уверила она меня, - если бы им управлял разум улья, они бы продолжали атаковать барьер, пока не сломают, но сейчас ими управляют инстинкты, а не разум. Включается самосохранение, и они отступают.

- А что насчет палубы? - спросил я, - вы не можете держать ее под напряжением. Они просто сжарятся.

А по мне так и фиг бы с ними.

- Но именно это мы и делаем, - сказал Килдхар, - в клетках фальшпол, выполненный из не проводящего материала. Если они вырвутся, то получат удар тока с проводящего пола. По потолку тоже проведено электричество, хотя я не знаю, как они до него смогут дотянутся.

- Весьма предусмотрительно, - ответил я, желая поверить в тщательность подхода. Дигестивные пруды флота-улья полны людей, которые так же были уверены в предосторожностях против тиранид, и у меня не было желания присоединиться к ним. Но в данный момент казалось что существа под охраной, так что мне пришлось подавить свои опасения.

- Шолер тоже на борту?

- Нет, - Квилдхар покачала головой, на сей раз менее уверенно, - наше исследование в критической фазе, и он счел, что лучше остаться с аналитиками и внеземными образцами.

- Ага, те хотя бы не пытаются отгрызть тебе лицо, - ответил я, следую за ней по отдающей эхом металлической лестнице к концу зала. Как только к моему невысказанному облегчению мы очутились на верхней палубе, она повернула к жилым каютам, а не предложила взглянуть на все еще живую спору о которой она рассказывала. Я вполне боялся, что она так и сделает.

- Когда я уезжала, они не могли, - ответила она, что вряд ли воодушевляло, хотя полагаю чтобы апотекарий не достал из морозилки, он вполне был способен справиться с этим, - да и вряд ли кто-то из них сможет регенерировать.

Внезапно я ощутил как желудок ушел вниз, возможно потому что огромная машина снова пришла в движение, однако что-то я в этом сомневался.

- И скольких вы пытались оживить? - спросил я, пытаясь сохранить спокойствие в голосе.

- Небольшую часть и только менее опасных, - ответила Килдхар, хотя что касалось тиранид, таких организмов не существовало, - так как мы получили возможность достать несколько живых образцов этого поколения, было бы интересно восстановить кого-то из древних, чтобы провести сравнительные тесты.

- И Шолер согласился с этим? - спросил я, едва скрывая свой шок и ужас.

Килдхар явно заново научилась кивать, возможно благодаря полученной практике.

- У него были некоторые возражения, - ответила она, - но я убедила его, что риск минимальный.

Может быть она действительно в это верила, но с другой стороны женщина в качестве домашних питомцев шестьдесят лет держала у себя генокрадов, так что я не мог полагаться на ее советы в вопросах безопасности.

- Ну надеюсь, что их охраняют лучше, чем крадов, - ответил я, чуть более желчно, чем намеревался [15], но магос вроде бы не обиделась на реплику.

- Предприняты все возможные предосторожности, - сказала она, ведя нас в зону отдыха, где экипаж харвестера скачал меж вахтами. Я не имел понятия, сколько человек обычно находилось на борту [144], но в одном конце, рядом с камбузом, источающим ароматные запахи (перебивая более приземленный букет моего помощника) [145], стояла парочка достаточно здоровых обеденных столов. С другой стороны я пах не лучше и не свежее. К счастью там находились одни шестеренки, которые возможно избавились от обоняния как избыточного чувства, или так часто работали на поверхности снаружи, что мы с Юргеном оскверняли их органолептические сенсоры не более чем все остальное в ежедневной рутине. Все разбежались от нас широким кругом, что по мне, так хорошо [146], потому что я был не в настроении ращговаривать, пока не получу тарелку чего-нибудь горячего и исходящего паром, и столько рекафа, что в нем можно будет потопить небольшой крейсер.

К тому времени как мы с Юргеном устроились с нашей едой, Килдхар исчезла, явно вне терпения продолжить тыкать палочкой хормагаунтов, ну или как там она с ними забавлялась, оставив нас поглощать пищу в спокойствии. Ни один из нас не скучал без ее компании, но как только я снова хоть чуть-чуть ощутил себя человеком, я тут же нажал на комм-бусину и спросил, где она. Частично потому что уже ощущал в себе силы для короткой беседы, и частично потому, что не совсем ей доверял, чтобы терять из виду.

- Я на палубе управления, - проинформировала она, чем удивила, так как я достаточно много мог поставить на то, что она не отстанет от своих драгоценных образов. После чего она удивила меня еще сильнее, дав краткие и четкие инструкции как к ней добраться, которым мы с помощником последовали незамедлительно.

Глава двадцать первая

Палуба управления располагалась на самом верхнем уровне огромной машины, и была окружена бронестеклом выше моего роста, позволив капитану получить панорамную картинку ландшафта, по которому мы ехали. Не буду отрицать, что вид был фантастический, бесплодная пустыня под нами представлялась океаном песка настолько далеко внизу, что казалось будто мы летим подобно лендспидеру Отвоевателей, который продолжать кружить вокруг машины на той же высоте [147]. С этого возвышения я легко мог разглядеть улей вдалеке, и корму с другой стороны до изгиба горизонта, где дымка от далекого песчаного шторма повторяла контуры жилых кварталов и мануфакторий, словно какое-то призрачное зеркало.

- Сложно поверить, что что-нибудь таких размеров вообще когда-нибудь способно пасть, - сказал Яил, когда я задумчиво смотрел на очертания гряды зубчатого рокрита. Он снова был в терминаторской броне, на которой красовалось несколько новых зарубок в керамите. Соответственно он возвышался над всеми в отдающем эхо зале, пока величественно маршировал средь расположенных в шахматном порядке панелей управления, сервы, завидев его, разбегались точно нервные мусорные крысы, и если быть честным, то кто мог их за это винить?

- Мы оба знаем, что падет, если ниды соберут достаточно организмов на земле, - ответил я ему и он кивнул.

- Верно, - прогрохотал он, - в случае с тиранидами дело всегда в количестве.

На секунду мое воображение наполнило пески под нами океаном чудовищ, и содрогнулся от этой мысли. Затем Яил продолжил с полной уверенностью:

- Однако с нами наша стратегия и вера в Золотой Трон. Так что я знаю, на что мне полагаться.

- Хорошо сказано, - согласился я, потому что всегда лучше соглашаться с двухметровым генетически улучшенным сверхвоином, облаченным в крепчайшую броню, известную человечеству.

- А я предпочитаю полагаться на силу интеллекта, - сказала Килдхар, подходя к нам после беседы с капитаном машины. О чем бы они не говорили, она явно было недовольна.

- Определенно это самое мощное оружие, которым Омниссия соблаговолил наделить нас.

- Значит вас определенно одарили больше, чем меня, - ответил я, поскольку мое настоящее мнение выражать было бесполезно.

- Как продвигается ваше исследование?

Как только я закончил вопрос, я осознал свою ошибку. Я еще никогда не встречал техножреца, который никогда не обобщал свои ответы и пускался в детальное объяснение того, чем были одержимы. Если у них были аугметические легки или вокс-кодеры, им даже не нужно было делать паузы для дыхания, и они могли бубнить часами [148]. Но к счастью у Килдхар не было ни того, ни другого, и всего лишь через пару минут я смог вставить слово. И если во время лекции мой взгляд терял осмысленность, то я всегда мог сослаться на усталость от нашего похода по пустыне, хотя сомневаюсь, что она заметила это.

- Пожалуйста, в терминах, доступных дилетанту, - при первой же возможности добавил я.

Это видимо ее совершенно смутило, потому что она перестала лепетать и тупо уставилась на меня, словно сервитор, столкнувшийся с проблемой, не предусмотренной программой.

- Мы ведем несколько многообещающих изысканий, - ответила она мне после продолжительной паузы.

- Например? - подтолкнул ее я.

- Субмоллекулярное смещение нейромедиатров в мозговой ткани организмов под управлением разума улья предполагают некоторые интересные возможности, - выдала она наконец-то, - конечно же сложно воспроизвести необходимые условия в крепости, без оттаивания узла улья, добытого на Нускуам Фундументибус, но апотекарий Шолер держался точно адамант, что мы даже не будем пытаться.

Последнее она произнесла с некоторым раздражением, что заставило меня подозревать, что именно она была сторонницей этого эксперимента, но ей твердо запретили. Из них двоих Шолер явно был не столь безрассуден, и несмотря на мои изначально сильные сомнений насчет исследований, мое мнение о нам значительно улучшилось.

- Однако у нас появились кое-какие успехи с симуляцией на когитаторах, что позволило нам полагать, что мы возможно сможем внедриться в управляющий механизм.

- Вы можете глушить разум-улья? - с внезапно вспыхнувшей надеждой ошеломленно спросил я. Если это возможно, то даст в руки человечеству огромное тактическое преимущество, превратит огромные, неустрашимые армии тиранид просто в безмозглые рои, тварей, ведомых одними лишь инстинктами. Конечно же все еще чертовски опасных, но которых намного легче противостоять и победить, чем управляемых единым злобным интеллектом.

- Теоретически, - ответила Килдхар, - хотя поиск эффективного метода потребует намного большего времени на исследования.

- Которого у нас нет, - завершил я.

- В данном случае, к сожалению да, - согласилась она, - предотвратив неожиданный побег, я рассчитала необходимое время на исследования и это порядка двух, трех десятилетий.

К тому времени Фекандию или уже давно спасут обычным способом, или же она превратится в бесплодный шлак накопившего силы флота-улья, достаточного чтобы поглотить весь Залив.

- Лучшим выходом будет поддерживать блокаду, - твердо заявил Яил, - если Флот причинит им значительные потери, тираниды будут вынуждены отступить в поисках добыче полегче.

Он подошел к гололиту в углу, я почему-то был всецело уверен, что его туда смонтировали только ради меня, и как только он активировал устройство, появилось знакомое изображение Фекандии и космических кораблей на орбите.

- Пока они не получат плацдармы на поверхности, они не смогут восстановить биомассу, что теряют. Нам нужно просто продержаться до переломного момента.

- Если сможем, - ответил я, тщательно изучая тактический дисплей, - у них много кораблей в резерве, и каждый подбитый с нашей стороны открывает брешь в орбитальной обороне. Как только они понаделают достаточно дырок, они сразу начнут высаживаться.

- Мы отбили первый налет, - сказала Килдхар так, словно она самолично стояла за оборонной турелью. Мы с Яилом обменялись взглядами.

- Это не было налетом, - со всей осторожностью ответил я, - они просто пробовали нашу защиту. А те организмы, что долетели до поверхности - это просто бонус.

- К счастью большая часть упала в пустыню, - добавил Юрген, - если бы они шлепнулись в улей, то навели бы там настоящего шороху.

- Некоторые шлепнулись, - ответил Яил, если он был поражен тем, что вмешался мой помощник, то не подал виду. Он снова поигрался с гололитом, и на поверхности планеты показалась россыпь иконок, - к счастью лорд-генерал предусмотрел непредвиденное, и Имперская Гвардия отбила вторжение.

- В этом он хорош, - отсутствующе произнес я, изучая изображение с возрастающим чувством беспокойства. Как я и ожидал, большая часть иконок тиранид располагалась рядом с населенными центрами, представляя собой самое большое скопление биомасы, но так же виднелась небольшая группа в пустыне, примерно там же, где и мы.

Ладошки снова закололо. Я не мог сказать почему, но что-то в этой маленькой группке иконок казалось мне зловещим. На мирах-добыче тираниды обычно высаживались в пустошах, в этом не было ничего необычного, и там они взращивали силы для тактики ударь-и-беги - я ее почувствовал буквально своей шкурой уже очень много раз - но вот так вот сразу не мог припомнить ни единого случая, чтобы они наносили одновременные удары по столь непримечательной цели. Места приземления в пустыни определенно были достаточно близки друг к другу, а не разбросаны случайно, следовательно направлены разумом улья и имеют вполне конкретную цель.

И такой разумной целью было одно единственное место.

- Регио Квинквагинта Уно, - произнес я, и только потом дошло, что я сказал вслух.

- Он вот здесь, - с некоторым удивлением подсказала Килдхар, указывая в направлении огромного бронестекла, окружающего мостик, - сейчас его уже можно видеть.

И действительно, громоздкая шестисторонняя структура возвышалась из песков вдалеке, практически точно такая же, как я запомнил. Только в этот раз я смотрел на нее снизу, хотя и с довольной большой высоты. Она возвышалась над харвестером подобно искусственной горе, столь монументальная и прочная, что на секунду я начал сомневаться, может ли ей что-нибудь вообще угрожать. Хотя предыдущие столкновения с опустошающими ордами разума улья говорили об обратном. Я видывал крепости прочнее, сломавшиеся под нескончаемой волной злонамеренных хитиновых тварей, ну а самоуверенность перед лицом угрозы тиранид никогда не приводила ни к чему хорошему.

- Там есть что-то, чего жаждет разум улья, - сказал я, выдавая свои размышления как можно короче и понятнее.

Яил задумчиво кивнул.

- Полагаю да, - сказал он, мельком глянув на гололит и тут же впитав в себя всю тактическую информацию. Мы оба тут же взглянули на Килдхар, до которой так до сих пор и не дошло.

- Не понимаю о чем вы, - сказала она, - я изучаю их психологию, а не ментальные процессы.

- Занимаясь этим, вы собрали маленькую коллекцию тварей, - ответил я, едва способный поверить, что столь могучий интеллект может быть столь поверхностным.

- Но они же без сознания, - запротестовала Килдхар.

- Пока что, - ответил я, напоминая как стремительно злобные твари оживали в своих замороженных гробницах на Нускуам Фундументибус.

- В чем бы не заключалась их цель, - добавил Яил, - завозить живые образцы в святилище будет чрезвычайно нецелесообразно. Таким образом мы сами помогаем разуму улья.

- Это еще мягко сказано, - согласился я, и лицо Килдхар одеревенело (за исключением металлических частей, которые и так уже застыли навечно).

- Единственная цель собрать их, заключалась в том, чтобы провести тесты, в надежде найти слабость, которую можно использовать. И только когда мы привезем их туда, это станет возможным. Так что я настаиваю, чтобы мы действовали по плану.

- А я тогда настаиваю, чтобы мы воздержались от любых столь фракоголовых деяний, - отрезал я и развернулся, - вы можете связаться с Дисеном, если хотите, но я уже сейчас могу сказать, что он вам ответит. И так же могу ручаться за лорда-генерала.

На самом деле, зная Живана, почти все его слова придется очень тщательно редактировать перед тем как они станут достоянием общественности, но писать их сейчас смысла не вижу.

- При первой же возможности я проконсультируюсь с апотекарием Шолером, - к нашему обоюдному с Килдхар неудовольствию произнес Яил, вопрос был отложен до возвращения в святилище.

- Ваш анализ тактической ситуации достаточно обоснован, - сказал Шолер. Ему потребовалось некоторое время завершить то, чем он там занимался в глубинах здания, так что воспользовавшись возможностью я принял горячую ванную и оправил остатки своей униформы в прачечную. Несмотря на желания полностью сменить одеяние, времени не оставалось, к тому же я был полон решимости отбыть из этого места первым же шаттлом. Несмотря на мокрые волосы и шинель, не хватило времени полностью высушить ни то, ни другое, я просто избавился от большей части песка, что забились в них за последние несколько дней, но даже это позволило мне ощутить себя более комфортно и радужно.

- Рад, что вы согласились, - ответил я, с благодарностью отпивая из кружки рекафа, что добыл мне Юрген перед отбытием в поисках подходящей еды. В стальной комнате для брифингов было слегка прохладно, и остаточная влажность только усилила ощущение. Должно быть мы располагались достаточно близко к морозильнику, где располагались существа, привезенные с Нускуам Фундументибус.

Мы собрались небольшой группой, были только апотекарий, Яил, Килдхар и я. Дисен прислал сообщение, что заранее согласен со всем, чтобы мы не решили, но слова подобрал так тщательно, что если все пойдет хреново, его нельзя будет обвинить в том, что он активно нас поддерживал. Живан вообще был слишком занят, чтобы прислать хоть что-то, и я сильно подозревал, что это не случайно.

- Однако доводы магосы тоже разумны, - продолжил Шолер, я аж практически поперхнулся горьким напитком, - и звучат достаточно убедительно.

Он сделал паузу, посмотрел на Килдхар, которая неподвижно сидела на одном из металлических кресел за центральным столом, делая вид, что всецело поглощена данными, листая их на пикт-экране перед собой. В комнате она единственная сидела, как я замечал ранее, Адептус Астартес редко садились, а я уже ранее опробовал эти проклятые стулья, и счел их недостаточно удобными, особенно теперь, когда память о часах, проведенных в седле, была еще столь свежа. Она подняла взгляд и с выражением удовлетворенного удивления посмотрела Шолеру в глаза.

- Хотя вынужден согласиться с комиссаром Каином и братом-сержантов. Риск, что один из организмов-разведчиков проберется в святилище, слишком велик.

- Не согласна, - ответила Килдхар, с огромным трудом сохраняя в голосе спокойствие, присущее техножрецам. Насколько я могу судить, она скорее хотела запустить свой инфо-планшет ему в голову, - существа, что вы оживили, остаются под охраной. Тех же предосторожностей хватит, дабы обуздать новых.

Я ощутил новый укол тревоги.

- И сколько нидов вы отморозили? - спросил я, намного ловчее пряча свои настоящие чувства, чем Килдхар, - просто ради интереса.

- Одиннадцать хормагаунтов, - сразу же ответил Шолер, по мне так слишком легкомысленно, учитывая смертоносность этих существ, - они были вморожены группой в лед, так что я сделал вывод, что это часть одного выводка.

- Разумное предположение, - с явным одобрением отозвалась Килдхар, - это поможет нам сравнить подобное с подобным.

- И где они теперь? - спросил Яил, при этом глядя на дверь, словно ждал в любой момент, что стая гаунтов начнет рваться внутрь. Когда космодесантник в силовой броне [149] кажется встревоженным, это недобрый знак, и мне пришлось подавить импульс потянуться за оружием.

- Сдерживающие клети на нижнем уровне, - ответил Шолер, - они хорошо охраняются, уверяю вас.

- Как охранялись генокрады? - спросил я, может быть чуточку невежливо, но в данных обстоятельствах мне было не до щепетильности.

- Это совершенно неуместное сравнение, - отозвалась Килдхар, демонстрируя раздражение, недостойное того, что по идее должен быть лишен эмоций, - генокрады способны к абстрактному мышлению, особенно гибриды. Они могли спланировать свой побег, обойти всю охрану используя свой интеллект. Хормагаунты же просто ведомые инстинктом звери.

- Если только их действиями не руководит разум улья, - подчеркнул Яил.

- Не на сей раз, с ними нет синаптичекого существа, - нетерпеливо возразила Килдхар, словно это было очевидным.

- А их могли запрограммировать заранее? - спросил я. - Вроде как сервиторов?

- Интригующее предположение, - вклинился Шолер, прерывая ее негодующее отрицание, - в предыдущих записях не говорится о таких случаях, но это не означает, что такое невозможно.

- Да вы все опасаетесь теней! - с пафосом провозгласила Килдхар, оставляя любые попытки казаться спокойной, - если у нас есть шанс превзойти флот-улей, и не только здесь, но и в остальной галактике, то мы должны оставаться беспристрастны!

Она глубоко вздохнула.

- Я извиняюсь за неуместную горячность моих фраз.

- Да мы все в напряжении, - дипломатично отозвался я, хотя лично сомневался, что космодесатники видят в этой ситуации что-нибудь необычное. Они всю свою жизнь сталкиваются с врагами Императора, и вряд ли трепетали перед своим последним врагом, когда смотрели на него через прицел болтера.

- Может быть вы желаете проинспектировать клетки? - спросил Шолер, обращаясь ко мне, хотя едва заметный кивок головы говорил о том, что Яил тоже приглашен, - может быть это чуть успокоит вашу озабоченность.

- Возможно успокоит, - ответил я, хотя всецело в этом сомневался.

Клетки находились на несколько уровней ниже комнаты для брифинга, и как я предполагал, температура воздуха была значительно ниже. Я дрожал, посему с благодарностью вцепился в теплую кружку рекафа и теплую булочку с гроксом, которую на мою радость где-то умудрился изыскать Юрген.

- Видите? - спросила Килдхар, в ее голосе слышались нотки человека, указывающего на очевидную правду. - образцы полностью изолированы.

- Так и должно быть, - заключил я. Мы смотрели вниз на отвесную квадратную шахту со стенами из керамита, слишком скользкого, чтобы за него могли зацепиться когти кишащих внизу гаунтов, нас разделяло бронестекло, столь толстое, что его можно было использовать в смотровом окошке водителя "Леман Русса". Между нами виднелась металлическая сетка, закрывающая шахту, по которой то тут, то там, из-за влажного прохладного воздух, проскакивали разряды электричества. На случай, если кто-то из тварей умудрится взобраться наверх.

- Конечно же генокрады тут же бы поднялись по стенам, но гаунты менее приспособлены к лазанью.

- Я счел благоразумным на время ограничить наши исследования хормагаунтами, - произнес Шолер, - учитывая относительную легкость обезопасить их.

- Весьма благоразумно, - тактично заметил я, с учетом того, что они на самом деле были решительно настроены идти тем курсом, что ведет к катастрофе. Термагаунты могли стрелять, генокрады уже доказали свою способность выбраться на волю, а большая часть остальных существ во льду или же могла самостоятельно прокопать себе путь к свободе, или же были достаточно сильны, чтобы пройти прямо сквозь стены, или могли напрямую связаться с разумом улья, ничто из этого в данный момент не казалось особенно притягательным.

- Тогда я не вижу причин, почему недавно обретенные образцы не поместить в клетку, - сказала Килдхар, мстительно возвращаясь к изначальному вопросу. Яил и я повернулись к Шолеру, дабы он наконец-то убедил ее, но к нашему обоюдному удивлению он, казалось, колеблется.

- Возможно хормагаунтов, - задумчиво произнес он, пока мы с Яилом смотрели друг на друга со смешанным чувством испуга и неверия.

- Вы же сами сказали, что риск неприемлем, - убеждал я, и апотекарий задумчиво кивнул.

- Говорил, - медленно ответил он, - но с другой стороны, магос Килдхар предоставила исчерпывающие аргументы. Вопрос времени бесспорно важен, а наша работа значительно ускорится, если у нас будут данные для анализа.

- А что насчет других образцов? - на мгновение опередив меня, задал вопрос Яил, - Они будут уничтожены?

- Категорически исключено! - воскликнула Килдхар, - на некоторое время мы можем оставить их на борту харвестера, и будет изучать их там.

- Ага, и вас тут же сожрет рой, как только ударит вторая волна, - добавил я, совершенно не пряча то, что я чувствовал на самом деле.

- Мы можем предпринять подходящие меры предосторожности, - сказала Килдхар, - вроде тех, что предприняли относительно образцов в клетках. Я уже дала инструкции капитану, чтобы он снял ограничители в силовом двигательном ядре. Если будет необходимо, мы сможем взорвать его, и уничтожить весь груз.

- Может сработать, - с неохотой признал я. Не удивительно, что капитан выглядел столь огорченным.

- Да, - уверила она меня, возможно посчитав согласие за уступку.

Я повернулся к Шолеру:

- Вы тоже самое сделали с замороженными?

- В каком-то смысле, ответил он, - предложение магоса Дисена было весьма разумным. Реакторы были перенастроены, чтобы сбросить плазму прямо в зал, дабы почти мгновенно испарить там все. Единственная требующая времени операция - вывести клапаны давления на поверхность, чтобы пару было куда уходить.

Он позволил себе едва улыбнуться, необычное выражение лица для Адептус Астартес.

- Есть какая-то странная ирония в уничтожении святилища, ради его спасения.

- Совершенно верно, - ответил я, менее уверенный, чем хотелось бы, - эти клапаны. Они ведь не настолько большие, чтобы по ним можно было проползти?

- Комиссар, у нас есть воображение, - ответила Килдхар, - конечно же нет.

Она замешкалась:

- Ну, некоторые из меньших, полагаю, вполне бы подошли, но мы закрепили в конце шахте решетки. Да и вряд ли туда кто-то полезет, все образцы заморожены.

- Это верно, - ответил я, - но я беспокоюсь о том, что может заползти снаружи.

- Ну если они пролезут, то их испарит вместе с остальными, - подсказал Яил, - но в любом случае мы поставим боевых сервиоторов охранять выходы шахт.

- Тогда полагаю мы договорились, - сказал Шолер, но казалось, он один придерживался этого мнения, - мы переместим хормагаунтов, что собрала магос Килдхар, в соседнюю клетку, и продолжим наши исследования, пока будет возможно.

Он повернулся к Яилу, который, казалось, до сих пор разрывается между своей преданностью Ордену и простым благоразумием. К несчастью, как это всегда происходит, лояльность космодесантника выигрывает.

- Я присмотрю за безопасностью, - сказал он, хотя ему это просто не нравилось.

- Тогда нам не о чем беспокоиться, - не совсем точно выразился Шолер. Он повернулся к Килдхар:

- Я думаю, вы понимаете, хотя в данный момент может показаться, что вы меня убедили, что я уничтожу все образцы до последнего, сразу же как только увижу хоть намек на опасность святилищу или людям внутри?

Килдхар натянуто кивнула:

- Меньшего я не ожидала, - ответила она.

Глава двадцать вторая

- Они совершенно съехали с катушек, - передал я Живану по вокс-линии, наплевав, следят ли за передачей или нет, - и теперь мы в этом убедились. Мне как можно скорее нужен шаттл.

Желательно до того, как произойдет неизбежное: святилище захватят и сожрут в нем всех, включая меня. Не было смысла показывать, что меня заставляет бежать паника, даже если это было правдой, так что я добавил:

- Я уже достаточно потратил времени вдалеке от настоящей войны.

- Не волнуйся, Кайфас, - уверил меня Живан, в его голосе слышалось веселье, - ты вернешься сюда до второй волны. Полагаю с нидами ты сражался чаще, чем любой из нас, и мне в командном центре нужно будет твое понимание, пока мы снова будет отбивать их.

А вот это уже облегчение. Несмотря на свои опасения находиться на борту космического корабля при атаке флота тиранид, все это было предпочтительнее, чем оказаться на земле, когда произойдет полноценное вторжение. Если случится худшее, и флот будет вынужден отойти, я сбегу вместе с ними, вместо того чтобы болтаться на планете, обреченной на пожирание. Ну если только твари, что я видел на пикт-кастах разведчика тау, не доберутся до меня первыми...

Разрываемый меж двух кошмаров, я несколько секунд колебался, после чего принял решение. Здесь я определенно находился в опасности, из-за безумного желания Килдхар притащить пойманных тварей внутрь, а по поводу того, что всего лишь может произойти в будущем волноваться не стоило.

- Я буду ждать на посадочной площадке, - сказал я и Живан рассмеялся, явно принимая это за страстное желание вернуться на передовую.

- Тебе придется там поскучать, - ответил он, - пока что у Флота нет свободных шаттлов. Все заняты пополнением припасами и боеприпасами, пока вновь не ударили ниды. Ну а личная доставка имеет низкий приоритет, даже если речь о тебе.

Яйца Императора, подумал я, похоже застряну тут как минимум на несколько часов. Хотя нельзя было показывать свое раздражение, так как Каин Герой на первое место всегда ставил долг, и я просто радостно прочирикал в ответ:

- Да без вопросов, - спокойно ответил я, - но на сей раз без меня не начинайте.

- Сделаем все, что сможем, - ответил Живан, - дадим тебе знать, как только твой транспорт полетит.

Полагаю это максимум, на что стоило надеяться.

- Извините, что беспокою, сэр, - сказал Юрген, его запоминающийся аромат появился в комнате за несколько секунд до своего материального хозяина. Как и большинство гостевых покоев Адептус Механикус, которыми я был вынужден ни раз пользоваться за долгие годы службы, они были чистыми, эргономичными и потрясающе удручающими, единственное чего касалась рука человека - икона шестеренки в углу в нише.

- Апотекарий Шолер посчитал, что вы пожелаете взглянуть на гаунтов в клетке.

- Полагаю, что да, - ответил я, почему-то обрадованный тем, что Юрген прихватил с собой мелту, вместо того, чтобы оставить ее в примыкающей комнате, что выделили ему в пользование. Живан и адмирал [150] желали получить всю информацию, что я мог выудить из Механикус и чем готовы были поделиться "Отвоеватели". К тому же взгляд со стороны на предосторожности по охране новых образцов могли успокоить их взбудораженные умы, хотя если говорить честно, я сильно сомневался, что успокоюсь сам. Все как по нотам катилось прямиком к катастрофе, и на все, что я мог надеяться - оказаться отсюда как можно дальше, когда все пойдет прахом.

Не могу отрицать, что мой помощник с мелтой за спиной несколько вдохновлял меня, учитывая куда мы направляемся, я даже приветливо кивнул паре скитарий, что патрулировали коридор. Их явно подготовили к неприятностям, а это хоть что-то приятное, я буду знать, что столкнусь с худшим не в одиночку если это произойдет (точнее когда это произойдет), хотя все еще упрямо цеплялся за надежду, что меня тут уже не будет.

Килдхар и Шолер ждали нас в галерее для наблюдения, и как только я вошел, сразу же глянул в клетку внизу, ожидая увидеть там кишащих хормаганутов как в прошлый раз. Но вместо того, чтобы шагать по клетке, сидеть по углам, они все собрались в одном углу, подняли и головы и вроде как нюхали воздух.

- Что с ними такое? - спросил я.

- Мы как раз это обсуждаем, - сказал Шолер, - мы не видели такого поведения все время наблюдений.

- Они ощутили присутствие новых образцов, - сказала Килдхар, модуляция ее голоса была похвально спокойной; она определенно скрыла волнение [151] от перспективы проверить свои теории на практике.

- Кстати, о них, - сказал я, - где поместили новых?

Прилегающая клетка была пуста, насколько я мог видеть, если только в ней не содержали ликтора, особенно хорошо умеющего маскироваться.

- Их везут, - уверила меня Килдхар, и подошла к контрольной панели, встроенной в стену под плитой бронестекла. Она потыкала в пару переключателей, и панель пустой клетки съехала в сторону, отрыв за ней темный туннель. Секунду спустя в клетку залетел поток хормагаунтов, и панель за ними тихо закрылась.

- Они несколько минут будут дезориентированы, - продолжила магос-биологис, - будут изучать границы, и искать выход.

- По мне, так они совершенно не дезориентированы, - сказал я, когда вся стая заполнила клетку и начала бросаться на стену, отделяющую их от гаунтов в соседней. В ту же минуту как прибыли новые, старые оживились, и атаковали преграду своими секущими когтями, по-видимому совершенно наплевав, что у них не получиться пробиться насквозь.

- Восхитительно, - сказала Килдхар, - они стараются объединиться, создать большую группу.

- А вот это совсем плохая мысль, - напомнил я ей, просто на всякий случай, если она вдруг забыла элементарный факт.

- В самом деле, - согласился Шолер, его внимание было практически полностью было занято непостижимым потоком иконок и текста, бегущим по пикт-экрану перед ним столь быстро, что их невозможно было прочитать. Он мельком взглянул на Килдхар, та не моргая смотрела на мельтешащие данные.

- Я вижу увеличивающуюся активность в базальных ганглиях всех наблюдаемых объектов.

- Я тоже, - ответила магос, - хотя у нас было время подключить только внешний инструментарий, в результате данные по новым образцам менее полны и возможно не особо надежны.

- Может быть один из вас соблаговолит объяснить, что тут происходит? - спросил я, и тут же спешно добавил, так как Килдхар уже открыла рот, - доступным языком.

- Мы пытаемся отслеживать мозговую активность существ, которая значительно изменилась, когда две группы осознали близость друг друга, - ответила она.

- Чрезвычайно сложная задача, - добавила она через секунду, после чего заткнулась и предоставила нам возможность поразмыслить.

Я взглянул вниз и заметил проблески маленьких металлических коробочек, размером примерно с инфо-планшет, прибитые заклепками к панцирям некоторых из нового выводка. У тех из морозильника таких не было, хотя мне показалось, что я заметил какие-то повреждения хитина на их головах, словно их совсем недавно чем-то проткнули, и те едва затянулись [152].

- Кажется они оживились, - сказал я. Обе группы с одинаковым целеустремленным усердием все еще атаковали стену, к счастью толстую плиту из керамита это совсем не впечатляло.

- Как я и предполагала, - молвила Килдхар, - они ощутили желания объединиться. Если это произойдет, их мозговая активность синхронизируется.

- Этого никогда не произойдет, - сказал я как раз в тот момент, когда на дотронулась до переключателя. Стена между двумя клетками начала опускаться в пол, и обе группы гаунтов оживились еще сильнее, если такое было возможно, они прыгали, пытались взобраться на стену, друг на друга в попытке первыми залезть наверх.

- Какого фрака вы делаете?!

- Собираю данные! - рявкнула Килдхар, - мы на грани того, чтобы спасти всю галактику!

- И на грани того, чтобы уничтожить нас всех! - возразил я, бросаясь к панели управления, но Шолер оказался быстрее, он нажал на переключатель своим пальцем, облаченным в керамит. В своей спешке он чуток перестарался и почти проткнул панель, та рассерженно ответила дождем искр. Опускающаяся стена остановилась, поднялась на пару сантиметров и застряла, но все еще оставалась слишком низко, чтобы две группы смогли ее преодолеть.

- На это не было разрешения! - прогрохотал он, его голос звучал глубже чем обычно.

- Но это же ожидаемый следующий этап! - возразила Килдхар, - нам нужны достоверные данные о слиянии сознаний роя.

Они буравили друг друга взглядами, а я парил в нерешительности, размышляя о том как лучше вмешаться и не стать громоотводом для их вспыхнувших эмоций. Килдхар относительно безобидна, несмотря на аугметику, которой она несомненно обладает, но гнев космодесантника - это стихия такой мощи, которую лучше наблюдать издалека. С другой стороны все записывается для последующего анализа, и совсем не хотелось выглядеть захваченным врасплох, вместо того чтобы сделать что-то решительное и привести их в чувство.

- А предполагалось, что они поубивают друг друга? - спросил Юрген, привлекая к себе всеобщее внимание.

Воспользовавшись столь удачным вмешательством, я обернулся посмотреть. Мой помощник был прав - существа в объединенной клетке рвали друг друга со всей яростью, и, раз уж это хормагаунты с безумным голодом, во все стороны летел ихор и внутренности. Прыгающие кошмары рубили и полосовали один другого, по мне так это все выглядело как беспорядочная оргия кровопролития.

- По идее нет, - ответил Шолер, задумчиво глядя вниз на резню, его гнев сменился на любопытство столь же быстро, как он нажал на переключатель.

- Я не понимаю, - произнесла Килдхар, в ее голосе слышались нотки замешательства, - все данные, что мы собрали, предполагали что их разумы должны были соединиться, как только они встретятся.

- Возможно им нужно посредничество синаптического оргазнима, чтобы облегчить объединение, - предположил Шолер.

- А может они просто не понравились друг другу? - спросил Юрген, как всегда врубаясь в самую суть.

- Может быть и так, - к моему огромному удивлению согласился Шолер, - мы всегда считали тиранил объединенной угрозой, но некоторые магос-биологис строили теории, что различные флоты-ульи могут сражаться за добычу [153]. Теперь я к этим теориям отношусь менее скептически.

- Потому что они определенно из разных флотов, - сказал я, когда до меня дошло. Глядя вниз на истекающее ихором сражение, я ощутил, что могу с легкость различить отдельных сражающихся: у гаунтов из морозильника были такие же пятнышки на грудной клетки, как я запомнил на Нускуам Фундументибус, в то время как у вновь прибывших были темные полосы на панцирях и заостренные секущие когти. Если подумать то, что-то в комбинации отметин казалось смутно знакомым, хотя я не мог точно сказать, где я их видел раньше. К этому времени я сталкивался с тиранидами как минимум десяток раз, и чудовищное разнообразие цветов и оттенков, что демонстрировали существа, совершенно смешались в моем разуме.

- Совершенно верно, - произнес Шолер.

- Мы должны остановить их! - убеждала Килдхар, глядя вниз в склеп под нашими ногами, - до того как потеряем слишком многих!

- Ну удачи, - ответил я, совершенно не желая даже пытаться разделить сражающихся. По правде говоря, чем больше они рубят друг друга, тем больше мне нравилось. Вновь прибывшие определенно одерживали победу, но это едва удивительно, учитывая, что их было почти в два раза больше. Пока я зачаровано смотрел на ужасающую картину, последний из размороженных гаунтов пал, ему оторвали голову, в то время как второй нападающий разрывал его тело от шеи до конца хвоста.

- Может быть они немного успокоятся когда поедят.

- По мне, так они не особо голодны, - слегка удивленно заметил Юрген, за что я не мог его винить. По нашему опыта хормагаунты были не более чем ходячими желудками на ножках, и я ждал, что они начнут сразу же пожирать плоть трупов. Однако у пяти-шести выживших в короткой и яростной битве в клетке было совершенно другое мнение, игнорирую падаль, они объединили усилия в попытке проломить стену, противоположную от разделяющей клетки, где содержались недавно размороженные противники.

- Не голодны, - согласился я, когда они атаковали стену столь же целенаправленно и безуспешно как раньше. - И чего они добиваются теперь?

Что-то в выбранном ими направлении тревожило меня, хотя я не мог сказать почему. Насколько я мог судить - это глухая стена, не отличимая от любых других, но что-то в ней привлекало их внимание.

- Они пытаются пробиться в туннель, - сказала Килдхар, едва веря своим словам, - но они должны действовать инстинктивно, не выказывая признаков разума!

- Похоже они об этом не знают, - сухо ответил я. Затем меня посетила другая тревожная мысль:

- Стена ведь выдержит, да?

- Конечно же, - ответила она мне с полной уверенностью, - замки можно открыть только отсюда.

Она указала на панель, на которой красовалась вмятина от латной перчатки Шолера и от которой до сих пор струился тонкий дымок.

Ее выражение лица дрогнуло:

- Ой.

- Брат-сержант Яил, встречаемся в кроигениториуме, - выкрикнул Шолер, сразу же оценивая ситуацию и уже находясь на полпути к двери. Я глянул вниз, сбывались мои худшие страхи: пока мы говорили, гаунты умудрились наполовину взломать стену, и зазубренные зловещие хвосты исчезали в разломе.

- Комиссар, вы идете с нами?

- Сразу за вами, - ответил я, не успевая придумать за секунду подходящего повода отказаться, который даже для меня не звучал бы бледно. Я поспешил вслед, Юрген за спиной придавал уверенности, мы оставили Килдхар безмолвно смотреть на учиненную внизу резню, она явно все еще размышляла о том, что могло пойти не так.

Пещера под святилищем была такая же холодная, как я запомнил, а поверхность под ногами столь же предательская. К счастью маршрут, что выбрал Шолер, привел нас к поверхности льда, не рискуя вверить наши жизни высокому, узкому и скользкому мосту. Мы очутились у здания, из которого он появился в первую нашу встречу.

- Сюда, - сказал Юрген, выстреливая вперед нас по замороженной поверхности столь же уверено, как и любой Валхаллец при температурах ниже нуля. Группа гаунтов собралась вместе в ста метрах от нас, колотя по льду своими когтями-косами.

- Похоже они копают.

- Они пытаются кого-то оживить, - сказал я, вспомнив гаунтов, что мы видели на Нускуам Фундументибус, те делали тоже самое. Только в тот раз они откапывали особо здоровую и не особо приятную биоформу, которая пыталась схарчить меня, отделение бойцов и транспортное средство, и почти наверняка у нее бы получилось, если бы не вмешательство пролетающего мимо пилота "Валькирии" и его парочки ненужных боеголовок. Но мысль об этом была далека от приятной.

- Или убить, - произнес Шолер, прибавляя ходу, чтобы догнать Юргена, благодаря силовой броне это выглядело до смешного просто. Я телепался сзади, другой стороны был рад, что между мной и смертоносными тварями космодесантник, но мне не хотелось оказаться слишком позади, на тот случай, если нам зайдут во фланг. Если меня отрежут от остальных, то стану легкой добычей, меня разорвут на части, а соратники не смогут вмешаться.

Но отвратительные твари не готовились к атаке, они всецело были поглощены, используя свои абсурдно вытянутые конечности словно кирки, но с тиранидами ни в чем нельзя быть уверенным, как я уже убедился во многих случаях. Я достал свое оружие, все полностью заряженное и подготовился, ощутив себя намного лучше, как только ощутил привычный вес оружия в руках. Юрген целился из мелты и потом пальную в ближайших. Выстрел ушел в молоко, что не удивительно, он стрелял на бегу, но все таки зацепил одного, подняв облако пара, когда лед испарился вокруг вспышки. Туман повис на секунду, ослепив всех и превратив выводок в едва видимую двигавшуюся массу.

- Они атауют! - предупредил Шолер, выхватывая болт-пистолет единым плавным движением и всаживая пару разрывных болтов точно в центре груди первого гаунта, что выскочил из под нависшей дымки. Юрген припал на колено, стабилизировал свое громоздкое оружие и снял еще одного, пополнив дымку новым паром.

- Использую лазган! - крикнул я ему, в это время пару раз стреляя в ближайшую, едва видимую тень, насколько я видел, выстрелы не произвели хоть какого-нибудь эффекта.

- Мелта дает им возможность укрыться!

Не говоря уже о том риске, что случайное попадание может разморозить более чудовищное существо. Догнав своих компаньонов, я встал спина к спине с кажущейся непоколебимой громадой Шолера, размахивая при этом цепным мечом в оборонительной позиции, дабы защитить себя от всего, что внезапно могло выскочить из тумана.

- Как скажете, сэр, - как всегда невозмутимо согласился Юрген и тут же отбросил мелту. Эмиттер зашипел когда прикоснулся ко льду, создав еще один миниатюрный очаг тумана, который начал быстро рассеиваться. Я просто надеялся, что прикрытие, которое он случайно обеспечил тварям, так же скроет и нас, пока ниды им не воспользовались. Секунду спустя по рукотворному ледяному полю эхом разнесся треск лазгана Гвардейского образца.

Когда дымка спала, мы увидели свои цели более ясно. К несчастью, они тоже хорошо нас видели, что совсем не придавало силы духа. Весь выводок прыгнул вперед, из их разинутых пастей капал густая слюна, которая тут же замерзала вокруг морды вместе с кровью и кусками плоти, оставшиеся после их стремительного сражения в клетке.

Я напрягся, дабы встретить атаку, надеясь, что мои рефлексы дуэлянта помогут сохранить голову от когтей гаунта, когда окажусь в досягаемости его когтей, но пронизывающий до костей холод уже сказывался на мне, кусал сквозь рваную, излохмаченную шинель и замедлял движения, так как вытягивал из меня тепло. Я шарахнул пару выстрелов из лазпистолета, надеясь скорее заставить их дрогнуть, нежели уложить хоть одного, хотя по моему опыту, если гаунт уловил запах добычи, понадобится что-то побольше, чем лазерный разряд, просвистевший мимо его уха. Юрген умудрился свалить одно из бегущих существ, длительной очередью из лазгана, которая жрала энергоячейку быстрее, чем ему хотелось бы. Единым плавным движением он отбросил пустую батарею на лед и вставил новую, при этом они ни разу не оторвал взгляд от множества целей, несущихся на нас. Снова рявкнул болт-пистолет Шолера, и продолговатая голова гаунта взорвалась, оставшееся туловище еще попрыгало к нам пару шагов, после чего рухнуло на лед, разбрызгав кристаллы воды и быстро застывающий ихор.

- Их слишком много, - выдохнул я, поднимая меч, чтобы парировать удар первого гаунта. При атаке они разделились, обойдя нас по флангам, чего я и боялся секундами ранее, и теперь мы трое были окружены, а не только я один. Почему-то смерть в компании друзей никоим образом не улучшала мое настроение, хотя полагаю это подарит мне шанс сказать пару слов на прощание. Вряд ли кто-то выживет, чтобы запомнить их, однако лучшее, что мне пришло в голову в тот момент - сердечное "Отвали нахер!", - пытающемуся сомкнуть челюсти на моей глотке, когда я насадил его на визжащие зубцы и выдрал оружие в фонтане из крови и внутренних органов, дабы повернуться и встретить следующего атакующего. Как я и боялся, мои рефлексы оказались мучительно замедленны, и я бы потерял голову, если бы не подскользнулся и не споткнулся в самую последнюю секунду. Секущий коготь, который я хотел парировать, вместо моей головы рассек воздух, и я собрался встать, тыкая в открывшееся подбрюшье гаунта.

- Оставайся внизу! - возопил новый голос, усиленный вмонтированным в шлем ампли-воксом, и сделал как мне велели, и тут же мне в рот набился лед, так как я пытался прижаться как можно ниже. Характерно звучащие очереди болтера накладывались друг на друга, почти что разрывая мне барабанные перепонки, и я перекатился в сторону, когда изрешеченные останки гаунта, которого я атаковал, рухнул на лед туда, где я находился мгновение назад.

Я вскочил на ноги и увидел что к нам бежит Яил и пара его братьев Адептус Астартес, дула их болтеров все еще дымились после залпа, которым они уничтожили весь выводок не попав в меня и моих компаньонов, некоторые, не знакомые с их феноменальными стандартами меткости, сочли бы это чудом. Юрген тоже встал, отряхивая кристаллы льда со своей униформы, и тут же согнулся, чтобы подхватить свою драгоценную мелту, нельзя было его за это винить, поскольку она была намного эффективнее против нидов, чем его лазган. (И никакие укрытия им не помогали).

- Сержант Яил, - сказал я, - рад вас видеть.

Конечно же это едва выражало мои истинные чувства, но репутацию хладнокровного бойца нужно было поддерживать, и когда опасность миновала, не было смысла чрезмерно выказывать свои эмоции.

- Как и я, - добавил Шолер, - я думал вы атакуете чуть раньше.

- Мои извинения за задержку, апотекарий, - ответил Яил, в его голосе совершенно не слышалось сарказма, - нам понадобилось некоторое время пройти через охранные системы.

- Я думал у вас вроде бы полный доступ? - удивленно спросил я, и Яил кивнул.

- Так и есть. Однако магос Килдхар приказала полностью запечатать нижние уровни, и это воспрепятствовало нам.

- Что же, не могу винить ее за осторожность, - ответил я, - хотя время она выбрала не лучшее.

Пока я говорил, что-то начало меня беспокоить. Учитывая ее безрассудство затащить гаунтов в святилище, не говоря уже о крадах, которых она разводила, этот внезапный порыв благоразумия казался как минимум совершенно нехарактерным. Но возможно шок от произошедшего заставил ее сесть и успокоиться кружечкой рекафа (которую я как раз сделал себе и оставил там).

- Есть мысли, что пытались откопать гаунты? - спросил Юрген, передавая мне фляжку из которой в хладный воздух заманчиво поднимался пар. Если бы я не знал о его особенной способности нейтрализовать пси-воздействия, то в некоторых случаях я бы решил, что он умеет читать мысли.

- Еще нет, - ответил я, осторожно подходя к расколотому и истыканному льду, который они так целеустремленно атаковали. Спасибо Трону, у них не хватило времени углубиться, они на самом деле едва поцарапали лед, но зато отлично было видно за чем они охотились. Я наклонил голову, чтобы лучше рассмотреть.

- Трон Земной, да это фрагмент биокорабля!

Глава двадцать третья

- Ну и зачем он им понадобился? - озадаченно нахмурившись, спросил Юрген.

- Полагаю, чтобы убить его, - ответил я, - ты же видел, что они сделали с ганутами из другого роя.

- Но как они узнали, что он тут? - настаивал мой помощник.

- Хороший вопрос, ты молодец, - с одобрением заметил Шолер. Юрген сначала слегка удивился, потом стало видно, что он доволен собой, похвала от космодесантника и в лучшие времена редкость, не говоря уже о том, что хвалили конкретно его.

- Но похоже что флот-улей каким-то образом знает о его существовании, несмотря на то, что оно в анабиозе [154].

- Значит гаунты все еще действовали инстинктивно, когда собрались здесь, - сказал я, довольный, что по крайней мере отбросил мысль, что где-то предположительно рыскает синаптическое существо.

Шолер кивнул:

- Похоже так, - сказал он, разворачиваясь и направляясь к выходу.

- Но все это тревожит.

- Определенно, - согласился я, хотя мой разум был настроен перетащить тушку в тепло верхних уровней, нежели на значение того, что мы открыли. По мне, так как только мы отогреемся, у нас будет достаточно времени для бесед. Я дотянулся до ручки толстой металлической двери и потянул ее. Она отказалась открываться.

- Позволь я, - слегка усмехаясь произнес Шолер. Он протянул руку и прислонил ее к панели считывателя генокода. Однако вместо того, чтобы узнать его, дух машины остался глух, а дверь закрыта.

- Переключаю управление на себя, - произнес он, - Шолер, апотекарий из "Отвоевателей".

- Все заблокировано, - ответил дух-машины, пробубнив через вокс-кодер, чем странным образом напомнил Дисена [155], - опознавание голоса отключено. Опознавание генокода отключено.

- Как мы пройдем внутрь? - я спросил Яила, и он пожал плечами, тот еще действие для космодесантника в полной боевой броне.

- Пробьемся, - к моему полному удивлению ответил он, - хотя с другой стороны это сделать было легче.

- Ну да, - согласился я. Толкая с другой стороны, он и его братья могли приложить весь свой вес на дверь, но с этой стороны единственной точкой опоры оставалась ручка. И только один Адептус Астартес одновременно мог ее тянуть, но с его сверхчеловеческой мускулатурой, усиленной силовой броней, были все шансы, что он ее просто вырвет.

- Я могу открыть ее, - предложил Юрген, поднимая мелту, Шолер одобрительно кивнул.

- Быстрее, чем болтерами, - согласился он.

- А разве это не даст образцам сбежать из святилища, если кто-нибудь оживет? - спросил я.

Шолер снова склонил голову набок.

- Теоретически да, - согласился он, - но они не оттают, пока работает агрегат по охлаждению. А двери всегда можно заменить.

- Верно, - ответил я, мое желание выбраться с пронизывающего до костей холода возобладало над всеми остальными возражениями, которые у меня были.

- Как только будешь готов, Юрген.

Я закрыл глаза ожидая вспышку, которую все равно было слишком ярко видно даже сквозь закрытые веки, как это всегда происходит, если он стреляет из своего любимого оружия рядом со мной. Меня тут же омыло жаркой волной отдачи, немножко восстановив подобие ощущений в моих окоченелых конечностях.

- Вот так вот, - сказал он, что не удивительно, так как он стрелял почти что в упор. Я проморгался, чтобы избавиться от пляшущего послесвечения. Толстое металлическое полотно двери наполовину оплавилось, повиснув на петлях, и не говоря ни слова [156] два "Отвоевателя" из отряда Яила вышли вперед. Керамитовые перчатки потянулись к трещине, пальцы углубились в размягченный металл, и со стоном, словно живого существа, пострадавшая дверь наконец-то сдалась.

- Куда теперь? - спросил я, радостно впрыгивая в разлом и тепло коридора за ним, изо всех сил пытаясь поспеть за сверхчеловеческими длинными шагами космодестантников.

- В контрольную часовню силовой установки, - сказал Шолер, разбрасывая попадающихся техножрецов в красных робах, подобно осеннему ветру, разносящему опавшую листву. Он уверенно шел по лабиринту коридоров нижнего уровня.

- Подуровень три.

Его слова подтвердили мой инстинкт туннельной крысы, который говорил, что мы все еще глубоко под землей. Пока я трусил за Адептус Астартес, связался в Живаном и рассказал ему все, должен признаться, что говорил впопыхах, так как обычно не бегу разговаривать сложно.

- Ты был прав, они там с ума посходили, - прокомментировал лорд-генерал, - чем быстрее мы заберем тебя оттуда, тем лучше.

- Как раз мои мысли, - ответил я, стараясь не пыхтеть так громко. К этому времени мы уже подошли к контрольной часовне, и я чуть прибавил шаг, не желая слишком далеко отставать от успокаивающих громад космических десантников. Аколиты, что работали в генераториуме, высовывали головы нам вслед, пока мы проносились через двери, подобно вооруженной и бронированной буре, на их лицах читался видимый шок от такого внезапного и беспардонного вторжения в столь священное место. Как и множество подобных святилищ, оно было полно полированной стали и мигающих ламп, бесчисленных круговых номеронабирателей и переключателей, встроенных в кафедры и конечно же дисплеи. Пикт экраны показывали иконки и изображения, которые мне ни о чем не говорили, с другой стороны может быть и к лучшему, буду спокойнее.

- Слава святой схеме, вы здесь, - сказал Килдхар, наблюдая как мы расходимся по комнате, пытаясь выбрать место чтобы встать. Часовня была достаточно большой, как это обычно бывает, но четверо космодесантников занимают кучу места, особенно если размахивают болтерами, да и мелту Юргена нельзя было назвать особо компактной.

- Эти порченые идиоты не захотели сбрасывать плазму реактора в морозильник.

- И это хорошо, - резко брякнул я, - учитывая, что мы были заперты внизу.

- Да? - Килдхар на мгновение озадачилась, и затем вернулась к спору со старшим техножрецом, наше прибытие прервало их беседу.

- Что же, теперь вы здесь, так что давайте испарим всех этих тварей, пока они нас всех не сожрали.

- Неожиданный поворот событий, - прошептал я Юргену. Ладони снова начало покалывать, а этому знаку я научился доверять. Что-то здесь было действительно нечисто:

- Она же чертовски настаивала сохранить их.

Насколько я мог прочитать выражение лица Шолера, он тоже был озадачен.

- Со всем уважением к вашей должности, магос, - жужжал техножрец, где-то в его вокс-кодере оторвался проводок, что придавало голосу инекто-подобные гармоники, и что раздражало все сильнее и сильнее с каждым слогом, - с нашей точки зрения сброс плазмы реактора на образцы в криогенном складе в данный момент времени представляет собой угрозу всему святилищу.

Если бы у него все еще были челюсти, способные двигаться, он бы несомненно сейчас бы их сжал. Когда функционер средней руки начинает предложение со слов "со всем уважением", то ты понимаешь, что он скорее голым нырнет в выгребную яму, нежели сойдет со своей позиции хоть на миллиметр.

- А по-моему мнению, не представляет, - сказала Килдхар, - и если тебе не хватает вычислительных мощностей, чтобы выполнить свою работу, то мне хватит.

Оттолкнув плечом недоверчивого техножреца, она потыкала пальцами в группу переключателей. Сразу же ряд лампочек покраснел, а где-то в глубине здания завыли предупреждающие сирены.

- Это преждевременное решение, - сказал Шолер, когда на одном из пикт-экранов появился циферблат, отсчитывая оставшиеся секунды, как мне показалось, с излишним рвением. Он повернулся к техножрецу:

- Прекратить сброс.

Облегченно кивнув, облаченный в красную робу подчиненный шагнул к кафедре.

- Стоять на месте, - хладнокровно и решительно заявила Килдхар, - я уничтожу любого, кто подойдет к управлению сбросом.

Из глубин своей робы она достала болт-пистолет, мастерски выполненный, если филигранная религиозная резьба и иконография о чем-то говорила. И техножрец остановился столь же внезапно, как будто она уже нажал на спусковой крючок. С этого расстояния у нее был хороший шанс пробить броню даже космодесантника, не говоря уже о моей драгоценной тушке, и я понадеялся, что она достаточно хорошо владеет оружием, чтобы не допустить случайного выстрела.

Ну и конечно же, вы же не думаете, что сможете наставить пушку на Адептус Астартес и дальше вести непринужденную беседу. В мгновение ока три болтера и болт-пистолет нацелились на нее, и тут же аколты генераториума тут же попрятались повсюду, где могли найти укрытие. Юрген тоже начал поднимать мелту, но я жестом его остановил. Если хоть кто-нибудь икнет, то за долю секунды от Килдхар останется кучка пепла, а мне как-то не хотелось поджарить по хожу дела всех остальных. Кроме того, в этом месте было огромное количество хрупкого оборудования, которое возможно было необходимо, дабы сдерживать невообразимые энергии термоядерного реактора. У меня не было возражений, если испарятся ниды, но разделить с ними их судьбу особо почему-то не хотелось.

- Магос, - сказал я, пытаясь сохранить свой голос спокойным, - это едва ли необходимо.

Он глянула меня с иссушающим презрением:

- А вы так и не поняли? - почти кричала она, - все подстроено!

- Конечно, - ответил я, все кусочки головоломки сложились, и я задумался, как я мог быть столь слеп, - вы тоже были на "Отродье Проклятья". Не удивительно, что вы так хотели сохранить инфицированных сервов, и притащить их сюда.

- Кажется я ничего не понимаю, сэр, - сказал Юрген, он нахмурился и с его лба осыпалось несколько чешуек кожи.

- Не только сервов захватил разум выводка, - овтетил я, - они сами позволили привезти себя на Фекандию, зная, что самый главный из них якобы будет их изучать. И так называемые исследования были лишь оправданием, чтобы увеличить их число.

- Верно, - ответила Килдхар, дело ее болт-пистолета замерло, - гораздо быстрее, если бы они попытались осуществить это спрятавшись среди обычного населения.

- Так вот как они выбрались, не так ли? - спросил я, почти задохнувшись от очевидного, - сканеры генокода в зоне безопасности уже были настроены на отпечаток генов кого-то, кто уже был обращен. Каждый генокрад и гибрид в святилище мог просто спокойно выйти через любую дверь когда пожелает.

- Так почему они не вышли раньше? - спросил Яил, он выглядел так, будто в любое мгновение готов выстрелить. Это было нежелательно до тех пор, пока я не получил бы все ответы; наш союз против тиранид и так был хрупок, и если окажется, что я ошибся, тогда он рухнет, что обречет нас всех.

- Потому что они ждали прибытия флота-улья, - сказал я. Теперь я думал о все картине в целом, и не удивительно, что отметки на хитине гаунтов, что привела Килдхар, казались столь знакомыми - они были точно такими же, как у генокрадов, что устроили разгром на верхних уровнях, и от которых я в таком ужасе улепетывал по темным лабиринтам "Отродья Проклятья".

- Верно, - в самый нужный момент вклинилась Килдхар, - они должно быть надеялись добраться до улья и разрушить оборону.

- Это они тебе сами сказали? - с сарказмом заметил Шолер.

- Я не совращенный предатель! - заорала Килдхар, все попытки вести себя как техножрец остались в прошлом, - зачем бы мне тогда улучшать ауспексы флота, если бы я желала вторжения тиранид?

- Потому что так поступают все зараженные генокрадами жертвы, - устало произнес я, - я видел такое ранее. Они сражаются рядом с тобой изо всех сил, пока разум выводка не проявляет своего влияния. Большую часть времени они даже не осознают, что заражены. Но разум выводка уже управляет ими, подправляя поведение то тут, то там.

Я развернулся к Шолеру ища подтверждения.

- Кто постоянно спорил, желая притащить гаунтов внутрь?

- Магос Килдхар, - сказал он, в его тоне слышался приговор.

- Именно, - я развернулся к обезумевшей женщине, - вы должны признать, что вы делали именно то, что диктовал вам разум улья. Притащили его кукол из плоти в святилище, дабы те нейтрализовали единственную вещь на планете, которой он боится.

- Но я - это я!

Рука, что держала болт-пистолет к этому моменту уже дрожала, и сам пистолет был нацелен на Шолера.

- Это он сломал запирающий механизм, тем самым позволив им добраться до морозильника!

- Это случайность, - отмахнулся Шолер.

- Ну конечно же вы так и сказали! - Килдхар рассмеялась лающий звук выдавал истерику, - это вы одобрили мой запрос на изучение инфицированных сервов. А теперь заметаете следы!

- Нелепое предположение, - сказал Шолер, - каждый раз, что я был на борту скитальца, я был в компании боевых братьев. Или вы предполагаете что все отделение заражено?

Я мельком глянул на Яила, пытаясь оценить, как он это все воспринимает, но я не знал его достаточно хорошо, чтобы можно было судить по мимике.

- Вы определенно дали нам много информации, о которой стоит поразмыслить, - спокойно произнес я, смотря глаза в глаза Килдхар. Честно говоря, я уже сам не понимал чему верить, но зато точно знал, что очень важно переключить все внимание на себя. Мы с Юргеном были почти закрыты громадами Адептус Астартес в их силовой броне, и таким образом я мог подать своему помощнику сигнал рукой. Уголком глаза я заметил как он кивнул, едва заметно, и начал отходить в сторону, после чего устроил мелту на удобную кафедру.

- Но с другой стороны, вы кажется одержимо желаете уничтожить фрагмент биокорабля. И если кто-то делает то, что хочет флот-улей, то в данный момент это вы.

- Именно, - добавил Шолер, - нам нужно продолжать исследования до самого последнего мгновения.

- Риск слишком велик, - настаивала Килдхар, быстро взглянув на стремительно заканчивающееся время, - и если вас инфицировали, то это говорит разум улья.

Уже почти приготовившись прыгнуть к контрольной панели, Юрген замешкался и отступил. Должен признаться, что на секунду мне пришло в голову просто пристрелить ее, но случайный выстрел мог уничтожить панель, и тогда не известно что может произойти. Насколько я знал, реактор мог полностью выйти из под контроля, снести с лица земли все святилище, вместо того, чтобы просто испарить тиранид [157]. Если мой помощник хочет воспользоваться шансом, то мне нужно было ее полное внимание, и мне нужно отвлечь ее на несколько критических секунд.

- Могу сказать тоже самое, - осторожно вклинился апотекарий, но совершенно не к месту в данных обстоятельствах.

- Когда в последний раз вы улучшали аугметику? - спросил я, и в глазах женщины промелькнуло смущение. Она явно ожидала от меня любого вопроса, кроме этого.

- Я не помню. Некоторое время назад. Какая разница?

- Магос вашего положения обычно имеет более заметную аугметацию, - сказал я. Если бы честным, я всего лишь гадал, хотя это было определенно верно в отношении шестеренок, с которыми я встречался ранее.

- Я был занята, - отрезала она.

- Как долго? - спросил я, - с тех пор как вернулись с "Отродья"?

- Я не знаю, - смущение сменилось сомнениями, - улучшения... лог системы...

На секунду ее взгляд потерял фокусировку. Как только это случилось, Юрген воспользовался шансом, он прыгнул к контрольной кафедре и вернул столько переключателей, сколько мог, в то положение, в котором они находились. Свет лампочек сменился на зеленый, часы с пикт-экрана исчезли, а где-то в глубинах здания замолкли сирены.

- Стой! - Килдхар в ярости развернулась к нему, поднимая болт-пистолет для выстрела. Но до того как она нажала на спусковой крючок, я выстрелил ей прямо в грудь из лазпистолета. Вам может показаться, что это безрассудно, так как панель находилась за ней, но когда на кону жизнь Юргена, я просто выберу выстрелить, а о возможных последствиях буду думать потом. Она пошатнулась и в гневном замешательстве уставилась на меня, обугленные провода внутри ее грудной клетки искрили и трещали.

- Ты не мог... ты не должен был... последнее улучшение...

Болт-пистолет выпал из ее обессилевших пальцев. Юрген прыгнул, словно хищник на добычу, сгребая оружие, и ради безопасности спрятал его в своей коллекции подсумков [158]. Затем взгляд Килдхар прояснился на мгновение:

- Вы были правы. Шестьдесят три года тому назад.

- Потому что исследование, что предшествует процессу аугметации, открыло бы генетическое заражение, - сказал Шолер, вручая свой болт-пистолет Яилу. Скребущий звук за кафдерами подсказывал, что техножрецы восстановили свое самообладание, или же уже обеспокоились последствиями того, что они оставили духов-машин предоставленных самим себе. Они постепенно вылезали из укрытий и то тут, то там нервничающие аколиты кидались к рядам панелей управления.

- Меня тоже необходимо изолировать, пока не будет ясности, может быть я инфицирован.

- Я думаю в этом нет необходимости, - ответил я, - не думаю, что существует такая вероятность.

Космодесантников постоянно проверяли вплоть до молекулярного уровня.

- А магос?

Я развернулся к Килдхар, прицеливаясь ей в голову. Я даровал Милость Императора [159] слишком много раз, чтобы осмелиться вспомнить все, но все еще мешкал. Женщина посмотрела мне в глаза.

- Подожди, - прошелестела она, - я ценный образец. Изучить...

Затем ее глаза закатились, потеря крови и рана в груди решили вопрос за меня. И возможно к счастью, потому что в тот день я не знал, что делать.

- Сохраните тело для анализа, - сказал Шолер, покидая комнату в компании одного из Отвоевателей.

- Я позабочусь об этом, - уверил я его, с облегчением заметив, что Юрген забрал свою мелту и снова прикрывает мне спину. С этого момента на всей планете я мог доверять только ему.

Глава двадцать четвёртая

К тому времени когда я закончил свой рассказ Живану, солнце начало садиться, окрашивая металлические стены конференц-зала в оттенки, зловеще напоминающие кровь. Открытие, что зверушки Килдхар - генокрады, совершенно спокойно разгуливали по планете последние шестьдесят лет, предсказуемо произвело эффект разорвавшиеся бомбы, начиная от лорда-генерала и ниже. Нельзя было сказать как часто твари покидали клетки и сеяли порчу среди ничего не подозревающих шестеренок, и все проходящие по коридорам теперь косились друг на друга с едва прикрытым подозрением. К счастью Регио Квинквагинта Уно был изолирован от всего что только можно на этом проклятом куске шлака, но в нем за шесть десятилетий побыло чудовищное большое количество народу, и выследить их всех будет той еще задачкой для местного отделения Арбитров [160].

- Они начали массовую генетическую проверку в главных населенных центрах, - поведала мне гололитическая проекция лорда-генерала, чуть мерцая, тот очевидно сидел за столом, который стоял в центре комнаты. К счастью его проекция была раза в три меньше настоящих размеров, поэтому выглядел он неплохо.

- Начали с наиболее стратегически важных учреждений.

- Они уже нашли гибридов или зараженных? - спросил я, и фигурка Живана пожала своими полупрозрачными плечами.

- Еще нет. Проверили двенадцать тысяч, на очереди еще двадцать миллиардов.

- Шансы не очень, - ответил я, но именно поэтому тираниды посылают вперед генокрадов перед флотом-ульем. Кроме бед, что напрямую могли натворить звери, если инфицированных будет достаточное количество среди населения планеты, то потребуются значительные ресурсы, чтобы выследить всех, а это сильно подорвет обороноспособность планеты.

- А что со святилищем? - спросил Живан.

- Есть кое-какие хорошие новости, - ответил я, - мы уже проверили половину шестеренок, и пока что те чисты. Правда пока еще не можем найти одного или двух, так что скитарии прочесывают уровень за уровнем на случай, если те где-то прячутся.

- Однако наиболее вероятная гипотеза, что они помогали при побеге, - вклинился Шолер, - и были убиты вместе с остальными в шаттле.

Конечно же его первого подвергли генетическому исследованию, и как ожидалось, порчи обнаружено не было. В любом случае, насколько я знал, его модифицированные гены запросто могли сожрать все чужеродные гены крадов [161].

- Ну хоть что-то, - ответил Живан, не потрудившись спросить, проверили ли мы скитарий. После Шолера и его братьев Адептус Астартес, они первыми пошли в генетическую лабораторию, это было понятно без слов. Лорд-генерал деликатно кашлянул:

- А магос Килдхар?

- Определенно заражена, - ответил я, не думаю что мы когда-нибудь выясним как и когда ее заразили, но скорее всего за некоторое время до сервов.

- Брат-сержант Яил поднял отчеты по миссиям за тот период, - добавил Шолер, - но шансы выяснить невысоки.

- Тогда сконцентрируемся на текущих проблемах, - ответил Живан, возвращая нас к делу, - вы обезопасили фрагмент биокорабля?

- Он все еще в криогенитуоруме, - сказал я, - размеры такие, что его особо никуда не переместишь.

- Я дал распоряжение отковать его и оживить, - вставил Шолер, Живан нахмурился, тогда апотекарий добавил, - конечно же с разрешения магоса Дисена и вашего.

- Должен признаться, что я не уверен, - сказал Живан, и я согласно кивнул.

- Я тоже, - признался я. Мы с Шолером уже обсуждали этот вопрос, и не в первый раз, целесообразность толкала меня в ту сторону, куда я идти не желал.

- Но мы должны признать факт. Флот-улей отчаянно желает уничтожить узел, и впервые мы видим как он чем-то напуган. Нам нужно понять почему.

- Согласен, - заявил Эль'хассаи, появившись рядом с лордом-генералом, когда вошел в поле действия гололита. Мы с Шолером обеспокоено взглянули друг на друга, задумавшись сколько он там стоял и что из предшествующей беседы слышал. Скорее всего все, так как Живан не выглядел удивленным. Так или иначе не было смысла исключать тау из обсуждения, так как мы вроде бы союзники, а любое, полученное нами тактическое преимущество возможно будет полезно и для обороны Др'тх'нира (хотя с тех пор как варп тень флота-улья заблокировала передачи между нашими астропатами и приданными Донали, все, что они узнают, теперь зависело от того, насколько быстро Эль'хассаи передаст им информацию).

- Это беспрецедентный случай, и его понимание если не поможет, то точно расширит Высшее Благо, - теперь посол стоял за Живаном, так что его изображение больше не заканчивалось рукавами туники, зато макушка выпала из фокуса и задрожала, тот странным образом напоминал декоративную свечу с тлеющим фитилем.

- Ваша помощь будет высоко оценена, - уверил я его, с трудом сохраняя невозмутимое выражение лица.

- Ваши рекомендации будут включены в доклад, - добавил Живан. И явно остановился, чуть было не ляпнув продолжение: "... и приняты соответствующие меры".

- Если мы собираемся исследовать фрагмент биокорабля, - напомнил нам Шолер, - тогда чем скорее мы начнем, тем лучше. Времени у нас определенно в обрез.

- Совершенно верно, - согласился я. Небо за бронестеклом окна начинало окрашиваться в пурпур, оттенка свежего синяка, утыканное первыми появившимися звездами, большая часть из которых скорее всего были боевыми кораблями на орбите, отражающими лучи заходящего солнца подобно скоплению маленьких, но смертоносных лун. Наступление ночи усилило мои нехорошие предчувствия, хотя шансы, что из темноты неожиданно выскочит орда тиранид, были минимальны, к тому же святилище могло обнаружить наступления любых враждебных существ весьма чувствительными ауспексами, однако мой ромбовидный мозг посылал сигнал, что я буду ютиться у костра сжимая в руке острый камень.

- И поскольку это касается меня, то чем быстрее вы начнете, тем лучше.

- Я согласен, - сказал Эль'хассаи находясь при этом в безопасности за сотню километров вертикально вверх от поверхности.

- А Дисен передает мне, что согласен с моим решением, - обратился Живан к Шолеру тоном человека, который знает кого сделать козлом отпущения в случае чего. Он тяжело вздохнул:

- У меня все еще есть сомнения относительно благоразумия сего предприятия. Но, сделайте все, что можете, - он вяло улыбнулся, - полагаю что мы всегда можем стереть это место с лица земли ударом с орбиты, если все полетит в варп.

Последнее замечание, учитывая, что я все еще находился в святилище, вряд ли можно было считать чем-то воодушевляющим.

- Есть новости о шаттле? - спросил я в надежде, что ассоциация с мыслью об орбитальном ударе не будет столь очевидной, - я тут мало чем могу помочь, кроме как путаться в ногах у апотекария, и война все еще продолжается.

- Последнее что я слышал, Флот чуть разгрузится через некоторое время, - ответил Живан, - и возможно через пару часов мы вышлем шаттл.

- Самая лучшая новость за день, - осторожно ответил я, все еще глазея в окно на темнеющий ландшафт. Ночь стремительно опускалась на планету, и я заметил едва видимые следы падающих куда-то в пустыню метеоров. В следующие несколько ночей их будет гораздо больше, так как обломки после боя на орбите ускорятся и сгорят при прохождении атмосферы на пути к земле.

Затем я напрягся и прищурился. За первым ярким следом на небе последовал второй, а затем еще и еще, вскоре они начали падать так густо и быстро, словно дождь. Я повернулся к гололиту, в панике на устах уже вертелся вопрос. Живан разговаривал с кем-то, кто не попадал в поле проекции, в то время как полупрозрачная фигура дипломата тау парила на краю, то появляясь, то исчезая, словно варп-призрак, пытающийся воплотиться в реальности.

- Что-то не так, - сказал Шолер, его взгляд все еще был прикован к миниатюрной драме, разворачивающейся на столешнице.

- Ага, - согласился я, - выгляни наружу.

- Святой Трон! - со всей искренностью воскликнул он, - это похоже...

- Только что ударила вторая волна, - информировал нас Живан, - и намного сильнее первой.

- Естественно, - ответил я, узнав характерную тактику тиранид. На сей раз они отправят на землю достаточно организмов, чтобы растянуть нашу слабую оборону, соберут информацию, и в следующих ход подавят нас числом, ну или на четвертый раз, или на пятый. А тем временем они захватят плацдармы, позволив рою расти, и начнут собирать биомассу, что им нужна, дабы еще больше пополнить свои ряды. Я попытался свою следующую фразу преподнести как шутку, но уже знал ответ, и все же цеплялся за надежду, что услышу иное:

- Я так полагаю мой полет откладывается?

- Боюсь так, - ответил Живан, сочтя ремарку за шутку, - придется тебе посидеть там еще чуть-чуть.

Но глядя на мерцающие в небесах огни, я ни на мгновение не сомневался, что это не выход.

Примечание редактора:

Из "Крестовый поход и последствия: История военных действий в Дамокловом заливе", Варго Ройз, 058.М42.

Второй удар по Фекандии был столь свиреп, что осажденные защитники едва его выдержали, еще до сближения флотом несколько легких кораблей были уничтожены кислотными или биоплазменными выстрелами. Через прорехи в обороне посыпались бесчисленные мицетические споры, каждая несла в себе смертоносных тварей, они наводнили планету словно вирус, нашедший слабый организм. В это же время живые корабли пытались вступить в ближний бой своими щупальцами или когтями, или же запускали абордажные команды в надежде уничтожить экипажи. Несмотря на напор, линия не дрогнула, отважные космоплаватели из Имперского Флота ответили лансами, бортовыми залпами и торпедами, вырывая сердца бесчисленных рожденных в вакууме тварей. Даже торговые суда, все еще стоящие на орбите, использовали свое относительное слабое вооружение, собравшись в эскадрон, чья объединенная огневая мощь калечила, а в некоторых случаях убивала, тех неосторожных чудовищ тиранид, что посчитали их беззащитными. Тем не менее битва в космосе велась на равных и с легкостью могла привести к победе той или иной стороны, если бы не решительное и неожиданное вмешательство комиссара Каина, который к началу битвы в космосе, был более чем обеспокоен вторжением на поверхность.

Глава двадцать пятая

- Похоже мы главная цель, - сказал я, пытаясь сохранять голос спокойным, пока число иконок контакта постоянно росло вокруг сияющей руны, отмечающей на гололите наше местонахождение.

- Так и есть, - согласился Яил, в голосе космодесантника слышалось счастье столкнувшегося с несметным роем, однако он не был совсем радостным, но намного жизнерадостнее чем я сам. Несомненно по той причине, что с его точки зрения нас ждала героическая победа или же славная последняя битва, любой вариант будет должным образом внесен в анналы их Ордена.

- Они нацелены на фрагмент биокорабля, - сказал Шолер, казалось его беспокоила безопасность этого куска мяса не сильнее собственной безопасности, хотя должен признаться, что последнее в тот момент волновало меня намного сильнее.

- Какова наша боевая готовность?

- Подготовились насколько смогли, - ответил я ему, зная, что он прекрасно осведомлен несколько слабы наши силы, - скитарии закончили укладку минных полей, и окопались по периметру.

Уж лучше они, чем я, тихо добавил я сам себе.

- Я со своими боевыми братьями присоединюсь к ним, - добавил Яил, - как только тактическая ситуация станет понятной и будет ясно, где мы нужнее всего.

- А что насчет "лендспидера"? - спросил я, возвращая внимание к пикт-экрану, по которому проносился темный дюнный ландшафт. Разведмашина кружила уже несколько часов, посылая все более пессимистические доклады о числе существ из разбросанных спор, идущих в нашу сторону, - но на сей раз не организмов авангарда, вроде гаунтов и ликторов, а о группах термаганутов и больших биоформ-воинов, управляющих ими. На сей раз нас ожидала армия, способная координировать усилия и стрелять издалека, а не влекомая инстинктом стая, жаждущая ближнего боя. Пару раз даже были неподтвержденные доклады о еще больших существах, способных противостоять бронированным машинам, если бы у нас были такие, но скорее всего они намеревались разорвать любые оборонительные сооружения, что мы могли бы поставить. Сколь бы стены крепости не казались неприступными, они были построены противостоять угрозе стихий [162], и я не думаю, что они долго продержаться против выводка карнифексов, желающих попасть внутрь.

- Будет готов, чтобы оказать огневую поддержку, - уверил меня Яил. После некоторого обсуждения мы сошлись во мнении, что быстро двигающуюся машину лучше использовать когда начнется атака, дабы та снимала громадных существ, что координируют остальных, в надежде разрушить любую стратегию, которую они пытаются применить против нас. Она слишком быстрая и летает достаточно высоко, чтобы избежать любого огня с земли, от любого оружия роя. Мы могли только надеяться, что превосходящий радиус поражения тяжелого болтера, ракет и отменная меткая стрельба Адептус Астартес позволит справиться с этой задачей.

- А что насчет наземного транспорта? - спросил я, увидев все еще припаркованный около святилища харвестер, точно шлюпка у причала.

- Мы можем использовать его, чтобы эвакуировать техножрецов?

Которым конечно же понадобится военный эскорт для обеспечения безопасности, причем на эту роль я рассматривал себя главным кандидатом.

- Мы уже думали об этом, - ответил Шолер, - но их шансы прорваться чрезвычайно малы.

- Могу себе представить, - ответил я, размышляя о том же, но никогда не повредит спросить. Огромная машина будет легкой целью для роя, который просто будет бежать рядом и раз за разом кидать на броню, пока не прорвутся внутрь. После этого все будет закончено.

- Тогда что нам с ней делать? - спросил я, - она блокирует нам линию огня, и дает им возможность собраться за ней для атаки.

- Взорвем реактор, - предложил Яил, - образцы внутри привлекут остальных, а если правильно рассчитаем время, то существенно уменьшим атакующий рой.

- Экипаж уже эвакуировали в святилище, - добавил Шолер.

- Рад это слышать, - ответил я, будто бы это меня хоть как-то волновало, - как продвигаются дела с разморозкой фрагмента биокорабля?

- Медленно, - признался Шолер, - его выкопали изо льда, но нам нужно серьезное оборудование, чтобы переместить что-то такого размера, а к аналитикам он просто не поместится. Так что нам придется переместить часть нашего оборудования в один из залов склада, чтобы изучать фрагмент.

- Покажите, - сказал я, вызвав трехмерный план святилища на гололит перед собой. Похоже что это то самое место, которого лучше избегать, и я должен был точно знать его расположение, чтобы оказаться оттуда как можно дальше. Шолер потыкал в управление и подсветил огромный зал почти у самой крыши здания. Я глазел с удивлением:

- Я думал вы оставите его на нижних уровнях.

- Чем выше, тем лучше, - ответил он, - так как кажется у тиранид пока что нет никаких летающих тварей.

- Пока нет, - ответил я, - но будут.

Единственное в чем точно можно было быть уверенным с тиранидами, так что это если вы им чем-то досаждаете, то они породят за несколько часов такое существо, которое точно будет адаптированно, чтобы разобраться с проблемой.

- Зал соединен с главным грузовым лифтом, - сказал Шолер, указывая на широкую шахту, тянущуюся от самых нижних уровней до взлетной площадке на крыше, - если нам придется, мы с легкостью вернем его в криогениторум.

- Подойдет, - ответил я, надеясь что говорил так, словно действительно это чувствовал. В любом случае, если с ангаров будут прорываться летающие твари, а снизу царапаться остальной рой, нам некуда будет уходить. Я повернулся к Яилу:

- Лучше перевести всех гражданских на средние уровни, и подготовиться запечатать нижние, - сказал я. Это даст нам немного времени, если рой прорвется внутрь. Или, о чем я пытался не думать, скорее когда он прорвется внутрь.

- Согласен, - ответил он, - хотя нам нужно вооружить столько аколитов, сколько сможем. Это даст им ощущение защищенности, ну а отсутствие меткости совершенно не проблема, если рой пробьется внутрь.

Это было самое значительное преуменьшение, что я слышал за свою жизнь.

Нам не пришлось долго ждать первой атаки, она началась менее чем через час. Ночь за листом бронестекла в командном центре святилища, внезапно расцвела серией ярких вспышек, словно там отгремели молнии, чуть позже им вторил низкий грохочущий звук, от которого едва ощутимо задрожало стекло. На самом деле я бы никогда его не ощутил, если бы в тот момент не прикасался пальцами к гладкой прозрачной поверхности.

- Похоже они нашли минное поле, - предположил Юрген, вручая мне долгожданную чашку рекафа.

Я взял ее и с благодарностью кивнул.

- Верно, - ответил я, открывая вокс-линию связи с Яилом, который уже рыскал где-то во тьме снаружи, жаждущий упокоить парочку нидов.

- Контакт в секторе три, - коротко передал я, - но полагаю, вы уже заметили.

Фразу я завершил чуть добавив сухой иронии, словно был в нетерпении присоединиться к нему. Но кому-то нужно было остаться за гололитом, дабы видеть всю тактическую ситуацию в целом, и на эту работу, к моему огромному и невысказанному облегчению, снарядили меня. Я раньше сражался с нидами, и мог понять шаблоны их перемещений, дабы предсказать начинающуюся атаку или же обходной маневр с фланга, и возможно для этой работы я годился лучше всех, за исключением, возможно, Яила. Однако его место рядом с боевыми-братьями, а не просиживать штаны в штабе в относительной безопасности. Его чувство долга никогда бы не разрешило ему остаться.

- Мы разберемся с этим, - уверил он, хотя согласно гололиту, он и остальные "Отвоеватели", судя по всему предлагали себя в качестве закуски для прибывших нидов. Его последние слова почти потонули в реве спидера с юга, который отослал свой смертоносный груз в центр собирающегося роя, и ушел в самый последний момент, когда кто-то из груды снизу шарахнул по нему зазубренным залпом из удавителя. Живая боеголовка разорвалась в воздухе, орошая все разбухающей массой бритвенно-острых усиков, которые рухнули обратно в плотную толпу смертоносных организмов, разрывая ее на части чудовищными шипами, впрочем остальных тварей это никак не взволновало.

Я мало кого мог разобрать из окружающей орды, постоянно движущаяся масса благодаря тьме превратилась в единое аморфное пятно на горизонте, которое вскипало подобно бушующему морю, когда яркие вспышки поражали то одно хитиновое чудовище, то другое. Я ощутил, что некоторым образом доволен тем, что не могу все разглядеть, так как удивить воочию непреодолимую волну злобный тварей и отдельных особей, было бы очень лишающим сил и спокойствия.

- Комиссар, - меня позвал один из аколитов в красной робе, что стоял за кафедрой, он каким-то образом умудрился передать своим механическим голосом извиняющиеся нотки, - кажется у нас проблемы.

- Да ладно, правда что ли? - поинтересовался я, с неохотой отлипая от окна. Непреклонное наступление волны смерти за ним оказывало любопытное гипнотическое воздействие. Затем, осознав, что сарказм не особо вдохновит уже напуганных доусрачки гражданских, я натянул на лицо улыбку, словно желая все обратить в шутку:

- Неужели у нас кончились запасы рекафа?

- Нет, серьезная проблема, - продолжал настаивать шестеренка, предсказуемо продемонстрировав отсутствие чувства юмор, присущее их братству. В его механодендритах была зажата сварочная горелка, импровизированное оружие, как и у сотни других, все что мы могли найти, дабы согласно предложению Яила воодушевить техножрецов. Шетеренка крутил номеронабиратели и тыкал в разные переключатели перед собой своими жесткими и короткими пальцами. Меня немного обеспокоило, с какой скоростью он работает, и я поспешил к нему через широкую и высокую комнату, Юрген увязался хвостом.

- Что стряслось? - спросил я, сочтя картинку на экране дисплея перед ним не читаемой, как и ожидал. Юрген наклонился поближе, чтобы рассмотреть прыгающие указатели круговых шкал, озадаченно нахмурился, а шестеренка вздрогнул, очевидно его все еще не избавили от обоняния.

- Я регистрирую какое-то движение в криогениторуме, - сказал он, - там внизу что-то двигается.

- Херня на палочке, - ответил я, не видя причины выражать свою тревогу в других, не столь прямолинейных терминах. Кроме того ругательство, казалось, каким-то образом воодушевило шестеренку, возможно потому что он беспокоился, что позвал меня напрасно.

- Они просыпаются! - передал я по комм-бусине. - Апотекарий, в морозилке движение! Проснулся узел?

- Ничего подобного, - ответил Шолер, - это подразумевает индивидуальное сознание, которым тираниды не обладают.

И не в первый раз я пожалел, что вокс-связь не позволяет удушить человека с другой стороны, - но мы регистрируем кортикальную активность, которая растет с каждой минутой.

- Тогда это оживают другие образцы, - подытожил я.

- Разумная гипотеза, - уступил он, - но большая часть вморожена в лед слишком глубоко, чтобы выбраться самостоятельно.

- А им и не надо, - напомнил я ему, - у вас там внизу есть бурильщики. Они прокопают достаточно, чтобы выбрались остальные.

- Тогда у нас серьезные проблемы, - ответил Шолер.

Но до того как я успел его поздравить с такой точной оценкой ситуации, казалось вздрогнула вся комната, отозвавшись оглушающим рокотом по всем моим костям. За листом бронестекла расцвел яркий огненный шар, следом в стекло полетели обломки и всякая дрянь, оставляя несколько слабых царапин и росчерков даже на таком феноменально прочном материале.

- Они уничтожили харвестер, - спокойно заметил Юрген.

- Мы отходим, - почти в тот же самый момент передал по воксу Яил, - мы больше не можем их сдерживать.

- Даже не пытайтесь, - посоветовал я, быстро взглянув на гололит. Петля сжималась вокруг нас и если они не будут двигаться быстро, то их буквально через секунды отрежут. За широким окном кружил и нырял "лендспидер", прикрывая их отход стратегически точными очередями, и в свете горящего наземного лайнера, я видел неудержимую волну хитина, несущуюся со всех сторон к нашему хрупкому бастиону.

- Как только вы войдете внутрь, мы запечатываем нижние уровни.

- Принято, - ответил Яил, не потрудившись спросить почему. Если он следил за нашими переговорами с Шолером, то уже знал, а если нет, то я был чертовски уверен, что он уже все понял сам.

- Будем у вас через десять минут.

Однако прошло на пару минут больше, когда возвышающаяся громада космодесантника снова оказалось подле меня, его терминаторский доспех выглядел еще более потрепанным чем раньше. Из вмонтированной на плечи пусковой установки исчезло несколько ракет, что само по себе было немым свидетельством ярости сражения, в которое он вступил со своими боевыми братьями.

- Я регистрирую внизу еще больше движения, - из-за своей кафдеры продудел вооруженный горелкой техножрец, и я наклонил голову, чтобы переговорить с Яилом.

- Похоже вы прибыли как раз в нужный момент, - сказал я и повернулся к гололиту, вызвал план святилища, что показывал нам Шолер в конференц-зале некоторое время тому назад. К моему значительному облегчению, несколько внутренних дверей были отмечены красным.

- Все двери заварены.

- Это дает нам возможность развернуться, - согласился Яил, - мы выставим посты здесь, здесь и здесь.

Он указал на пару узких мест, где пересекались коридоры.

- Здесь будут "Отвоеватели", здесь скитарии.

- Лучше вот на этом пересечении, - добавил я, как мне подсказало внутреннее чутье подобных сложных систем коридоров, и указал на одну альтернативную точку, отличную от того, что предлагал он, - если ниды войдут в трубопроводы, они смогут обойти этот пост.

- Хорошая мысль, - ответил Яил, - значит мы развернемся здесь.

- Лучше поторопитесь, - продолжил я, - им не нужно много времени, чтобы взобраться вверх по десятку уровней.

- Но они не лезут вверх, - вклинился шестеренка, - смотрите.

Экран перед ним выдавал всю ту же непонятную картину, которую я видел ранее, но Яил, казалось, сумел прочитать ее без труда.

- Верно, - сказал он, - вы можете вывести это на гололит?

Шестеренка кивнул, и через секунду появились иконки контактов, собравшиеся на нижних уровнях плана.

- Это лучшее, что я могу сделать, - сказал он.

- Вполне сойдет, - уверил я его и повернулся к Яилу, - они в шахтах для пара от плазмы.

- Ну некоторые точно, - согласился космодесантник, - сомневаюсь, что туда пролезут многие.

- Им не придется, - напомнил я, картинка об огромное змиевидном копальщике, над которым я стоял, когда впервые пришел в морозильник, все еще была свежа в памяти, - тригон запросто пророет им туннель.

- Они идут к поверхности? - спросил Юрген, - они обычно атакуют нас со всей скоростью, на которую способны.

- Потому что там гораздо больше добычи, - ответил я, когда меня внезапно озарило, - а те, что атакуют нас, на самом деле стремятся убить узел биокорабля. Мы нужны обеим сторонам в последнюю очередь.

Едва ли эта мысль могла успокаивать в перспективе, но хотя бы сейчас у нас появлялась отсрочка, с этим я не собирался спорить.

- Вот и первые, - сказал Юрген, разворачиваясь к окну и глядя на картину внизу. Игнорируя внезапный обонятельный ужас, который тянулся за ним, я встал рядом, и проследовал взглядом туда, куда указывал его грязный указательный палец. В это же мгновение, что-то быстрое отпрыгнуло в сторону из решетки, в ближайшем отводе, и накинулось на незащищенную спину оружейного сервитора, все еще упорно охранявшего шахту от наступающего роя. Конктрукт пал в буре полосующих ударов, плоть, кости и металлические части отлетали в кровавой дымке, подобной утреннему туману, а убийца тут же исчез в темноте.

- Думаете генокрад?

- Может быть, - ответил я, когда из разбитой решетки показался еще десяток биоформ, которые последовали за первым. Выводок термагаунтов, превосходящий их как минимум два к одному, и ведомые огромным существом-воином, развернули свои телоточцы и повалили несколько появившихся. Затем среди них вдруг очутился чистокровный, и начал полосовать и рвать свою добычу.

- Нарушение структурной целостности, - произнес шестеренка, и на один ужасающий момент я подумал, что он имеет ввиду, что рой внизу поменял свое мнение и решил атаковать нас. Но иконки на гололите двигались наружу, за подземные границы святилища.

- Копальщики прорвались, - заметил Юрген, словно комментирую погоду, и через секунду или две я увидел, как что-то чудовищно огромное появилось на поверхности в самом центре роя, сшибая бесчестное количество хитинового ужаса на землю. Некоторые упали в раззявленную пасть, других смяло в кашу гигантскими кольцами, затем существо снова ушло под поверхность, оставив на поверхности только группу дезориентированных существ.

- Похоже оно охотилось за синаптическим существом, - сказал Яил и я кивнул.

- Та же тактика, что мы используем, - согласился я, хотя два роя использовали уязвимые места друг друга с такой инстинктивной точностью и скоростью, что нам оставалось только завидовать.

- Но это ненадолго.

- Верно, - согласился сержант Адептус Астартес, - мы можем только надеяться, что выигравший ослабнет настолько, что этого хватит нам, дабы повернуть шансы на победу в нашу сторону.

- О да, а шансы должны стать ого-го, чтобы защитить это место с горсткой шестеренок, размахивающих заостренными палочками, - добавил я, - даже если вы и ваши братья возглавят их [163].

- И вы, - напомнил мне Яил.

- Мы просто откладываем неизбежное, - сказал я, снова переключая гололит на стратегический режим, дабы подчеркнуть свои слова, - пока этот фрагмент биокорабля здесь, они все будут прибывать.

Сражение на орбите было отчаянным и кровавым, флот-улей жестоко трепал Флот, хотя с другой стороны споры вроде бы больше не падали. Я снова переключил картинку, на сей раз на окружающий нас район, тут же появилась группа иконок, которая бежала в нашу сторону со всех ног.

- Эта группа запросто могла пойти атаковать главный улей, но похоже решила пойти сюда.

- Нам нужно подкрепление, - сказал Яил, ища в планшете незадействованные подразделения, и так же, как и я, не найдя таковых.

- Или нам нужно эвакуироваться, - добавил я. Он взглянул на меня так, словно я внезапно начал изъясняться на оркском, так что я широко махнул рукой, показывая на окружающих нас техножрецов.

- Здесь полно гражданских, чье служение отчаянно необходимо для работы кузниц. Если больше ничего не остается, нам нужно спасти их.

И меня тоже, хотя я посчитал невежливым упоминать об этом.

- Фекандию атакуют тираниды, - все еще изумленно отвечал Яил, - и вы вряд ли где-нибудь найдете безопасное убежище.

- Да везде будет безопаснее, чем рядом с главной целью тиранилд, - настаивал я, снова указав на тактический дисплей, - главный улей вполне удачно отбивается, но хотя бы на данный момент.

В этот момент я наконец-то услышал в комм-бусине столь долгожданный голос:

- Кайфас, - произнес Живан, - ты все еще там.

- Ага, прохлаждаюсь, - ответил я, - наблюдая из окошка за гражданской войной тиранид.

Которая все еще неустанно бушевала внизу, хотя рано или поздно превосходящее число вторгающихся возьмет свое. Невдалеке выводок карнифексом тяжеловесно атаковал по бокам привезенного тиранофекса, тот зашатался и рухнул, ответил ошеломляющим залпом телоточцев, который мгновенно стали пожирать атакующих. Обезумев от боли, огромная глыба мускулов и костей пьяно зашаталась, и рванула в случайном направлении, сминая по ходу дела отряд собственных хормагаунтов.

- Какое приятственное зрелище, видеть как они рвут друг друга.

- Не сомневаюсь, - ответил лорд-генерал, в его голосе слышалось напряжение, - но нам так не повезло. Мы тут едва держимся, а левиафаны из центра роя едва показались на ауспексах. Если мы не сможем ответить хоть чем-то в течении следующих пары часов, то похоже нам конец.

- Так значит эвакуации гражданских не будет? - спросил я, получив ожидаемый ответ.

- Ты верно понял, - ответил Живан, он был тронут моей несуществующей заботой о гражданских; но в сложившихся обстоятельствах я вряд ли мог просить заскочить лично за мной. На тот, едва вероятный случай, если я выйду из передряги непереваренным, мне нужно было поддерживать свою репутацию, и если появится шанс спасти свою шею, то им намного сложнее будет воспользоваться, если я подорву оказанное мне Яилом доверие.

- У Флота полно забот, и даже если бы мы послали шаттла, его бы сбили еще до входа в атмосферу.

- Тогда мы будем держаться столько, сколько сможем, - сказал я. Что было вполне ожидаемой чушью, просто вполне ожидаемым объявлением своей решимости, от человека, которым я по идее должен был быть в подобное ситуации. Я взглянул на гололит, заметив водоворот междоусобного сражения, похожего на столкновение двух грозовых фронтов.

- Мы будем передавать тактические данные, и постараемся передавать в реальном времени. И если мы падем, то может быть аналитики смогут из них что-то выудить.

- Готовы к приему, - ответил Живан и прервал связь, как по мне, так слишком спешно [164].

- Хорошее предложение, - сказал Яил, - я посоветую апотекарию Шолеру подготовить все данные по исследованиям для передачи. Будет очень печально, если любая полезная информация будет потеряна в последнюю минуту.

- В самом деде, - ответил я, думая о том, что гораздо печальнее будет если меня потеряют в самую последнюю минуту. Хотя я говорил несколько отвлеченно, мое внимание почти полностью было поглощено приливом и отливом иконок на гололите, так как мое подсознание пыталось до меня что-то донести. Я выглянул в окно, где эпическое сражение хитиновых тварей все еще подсвечивалось мерцающим пожарищем уничтоженного харвестера, и сопоставил иконки с настоящими существами, меня тут же поразило осознание, в то же мгновение произошел вторичный взрыв обломков.

- Вы взгляните!

- Они все еще жрут друг друга, все в порядке, - согласился Юрген, совершенно упуская мою мысль, что было самой собой разумеющимся, но Яил выглядел озадаченным.

- Насколько я могу судить, тираниды убивают друг друга, - сказал он с некоторым негодованием, словно не понимал, почему все веселье достается им.

- Нет, вы посмотрите как они это делают, - добавил я, указывая на особенно впечатляющий пример, - взгляните на тех термагаунтов.

Выводок вторгшихся стрелял телоточцами в наступающего тервигона, практически с высокомерной легкостью толстые плиты брони огромной твари отбили залп смертоносных жуков, хотя несколько недавно рожденных термагаунтов, вертящихся у него в ногах, полегли, в это время остальные открыли ответный огонь из своих телоточцев. Внезапно наступающий выводок рассыпался в разные стороны и побежал, ища любые доступные укрытия.

- Это типичное инстинктивное поведение, - напомнил мне Яил, все еще не понимая, и я кивнул.

- Но вместе с ними биоформа-воин, - ответил я, указывая на нее как раз в тот момент, когда тервигон откусил верхнюю половину, и со всем видимым удовольствием переживал и проглотил сию импровизированную закуску, - она должна была направлять их, сдерживать инстинктивное поведение.

- Должна, - кивнул Яил, внезапно понимая о чем я, - присутствие узла биокорабля должно быть каким-то образом сдерживает способность флота-улья командовать.

- Глушит их, как мы глушим вокс-каналы врага, - согласился я и тут же с превосходной демонстрацией решимости кинулся к двери, - нам надо срочно переговорить с апотекарием.

Глава двадцать шестая

Импровизированный центр аналитики Шолера оказался именно таким, каким я его себе представлял, отдающее эхом огромное пространство размером с ангар для шаттлов, грузовые поддоны, что обычно складировали здесь, сдвинули по углам или же использовали в качестве столов и верстаков, у которых усердно трудились аколиты Омнисии в красных робах, Император один знает чем они занимались. Повсюду бежали провода, причем с типично для шестеренок небрежностью, им по боку были случайные удары током или запутаться в витках, первое, я подозревая, вряд ли причиняло хоть какие-то неудобства тем, что имел такие пропорции механизмов по отношению к органическим компонентам. Скорее всего это возможно даже их немного подстегивало [165].

В самом центре зала громоздился фрагмент биокорабля, огромный кусок некротического мяса, высотой раза в два больше меня. По правде говоря, не будет преуменьшением сказать, что размерами он был схож с "Гибельным клинком", хотя чуточку менее бесформенный. Из него постоянно вытекали дурно пахнущие жидкости, убегая в наспех проделанные отверстия в полу, постоянные вспески говорили о том, что они собираются в какой-то чан [166]. Ну и не надо даже говорить, что вонь стояла невыносимая. Вся штука была утыкана металлическими штырями, погруженными глубоко в плоть, от которых к различным измерителям тянулся целый лес проводов, дисплеи постоянно внимательно изучались Шолером и его группой ассистентов, многих из которых я ранее видел в аналитическом центре внизу.

- Комиссар, - с удивлением поприветствовал он, пока я несся к нему с Юргенам по пятам. Возможно из-за чудовищной вони я даже был вынужден развернуться и убедиться, что он все еще со мной.

- Я полагаю ваше появление означает какую-то неожиданную ситуацию?

- Верно,- уверил я. Ранее я попросил духа-машины моего инфо-планшета присматривать за тактической информацией, что мы передавали в командный центр Живана на борту флагмана, и спешно вручил его апотекарию, кивнув в сторону холмика умирающей плоти, что возвышался над нами.

- Мы думаем, что эта штука глушит влияние флота-улья. Мне нужно знать как и можем ли мы это использовать.

Шолер взглянул на планшет, оценивая тактические данные так стремительно и точно, как могли только Адептус Астартес, затем вернул его и кивнул.

- Интригует, - сказал он и повернулся к одному из мерцающих инфо-дисплеев, - за разрушение влияния похоже отвечает нервная активность на этих частотах.

Постоянная волна вдруг превратилась в ничего не значащую статику, и Шолер нахмурился.

- Неполадка оборудования, - сказал он, - не удивительно, учитывая насколько быстро мы все перетащили и собрали.

- Юрген, - сказал я, предугадывая возможную причину неполадки [167], - не раздобудешь мне где-нибудь рекафа? Да и себе чего-нибудь прихвати, похоже нам предстоит долгая ночь.

- Конечно, сэр, - ответил он и ссутулившись ушел. Данные на экране стабилизировались.

Шолер на всякий случай еще пару раз стукнул по прибору, затем повернулся ко мне.

- Это весьма многообещающее направление исследования.

- Которое весьма скоро будет свернуто, если существа снаружи пробьются внутрь, - напомнил я ему, - как мы можем использовать это сейчас?

- Нам нужно усилить и передать сигнал, - ответил он, явно заинтригованный открывающимися возможностями; я возможно счел бы это весьма воодушевляющим, если бы он до сих пор не рассматривал задачу как абстрактную проблему, которую он решает ради своего удовольствия, а не как вопрос нашего выживания.

- К несчастью передача психического сигнала не совсем проста как передача вокс-сигнала.

- Значит задействуем псайкера, - ответил я, - только не говорите мне, что такое важное сооружение не имеет своего собственного персонала астропатов.

Апотекарий кивнул.

- Конечно же у нас есть, - согласился он, - но я не понимаю, чем она нам поможет. Она не сможет прочитать эту тварь, не говоря уже о том, чтобы передать хоть что-то. Варп-тень полностью нас отрезала.

- Ведь ничего не будет, если я просто спрошу? - потребовал я, чуть более резко, чем намеревался.

- Конечно нет, - ответил Шолер.

Хотя я никогда особенно не чувствовал себя комфортно в компании астропата, я был более чем счастлив увидеть этого конкретного. Она зашла в аналитический центр с полной уверенностью в себе, ступая по змеящимся проводам, поджидающим неосторожного, и в ее слепых глазах не отразилось ничего. Как у большинства из ее рода, ее возраст нельзя было определить, кожа лица была покрыта слабыми линиями морщин от стресса, хотя короткая щетина на бритой голове была темнее в тех местах, где была вытатуирована икона Императора, несомненно в качестве просьбы о защите.

- Вы должно быть Каин, - сказала она, поворачивая голову в моем направлении, при этом искусно уклоняясь от снующих повсюду КОТов.

- Должно быть да, - согласился я, размышляя, протянуть ли руку для приветствия или нет, и выбрав последнее. Ее сверхъестественные чувства должно быть предупредили ее о моем жесте, а если нет, то я буду выглядеть как идиот. Затем она протянула свою, став именно так, чтобы меня это ни коим образом не затруднило.

- Хорошо, что вы пришли.

- Да мне вроде бы и заняться больше нечем, - слабо усмехнувшись ответил я, отпустив ее руку после слабого рукопожатия. Даже сквозь перчатку я ощущал слабое покалывание, хотя возможно у меня всего лишь разыгралось воображение. Без Юргена я чувствовал себя необыкновенно беззащитным, хотя разумом понимал, что она не может напрямую читать мои мысли. Однако мне пришлось отослать своего помощника, так как его присутствие могло нарушить всю процедуру. Я знал, что в его присутствии псайкеров клинит, и если нашего астропата не ударит его аурой психической пустоты, то она точно поймет кто он такой, а Эмберли точно не желала бы такого развития событий [168].

- Клементина Дрей.

- Нам нужно кое-что передать, - объяснил Шолер, и лицо Клементины приобрело озадаченное выражение, углубив едва видимые морщины, те стали видны, что тут же прибавило пару десятков лет ее примерному возрасту.

- Я не могу протолкнуть послание через тень, - сказала она, словно объясняя ребенку, почему космос черный.

- Мы знаем, - отозвался я, - тем не менее, мы хотим туда кое-что послать.

Если бы я сказал ей, что мы хотим связаться с разумом улья, он возможно бы пошла в разнос, оставив нас ни с чем.

- Передать вслепую? - спросила Клементина, явно не подозревая об иронии. Она была не в восторге от такой мысли но дурочкой ее тоже нельзя было назвать, так что она возможно поняла что к чему. Она повернулась, выглядело это странно, словно она изучает фрагмент биокорабля своими пустыми глазницами.

- Вы хотите, чтобы я попыталась связаться с этим?

- А можете? - спросил я, пытаясь не выказывать свое нетерпение, но она покачала головой.

- Там ничего нет, это как..., - она сделала паузу, подбирая аналогию, - ... словно дыра в комнате. Я не могу его почувствовать, он подобен фрагменту варп-тени.

Мы с Шолером взглянули друг на друга. Я не знаю, что он ощущал, но я был близок к отчаянью. Как астропат может передать сигнал от фрагмента биокорабля, если она даже почуять его не может? Затем мой взгляд упал на ряды приборов и бегающих вокруг них ассистентов в красных робах.

- А вы можете читать эти приборы? - спросил я, не смея даже надеяться.

- Конечно, - Клементина снова выглядела озадаченной, хотя как она могла читать их - было за гранью моего понимания, - это просто поток данных. Я постоянно шифрую такие данные для передачи.

- А вы можете это делать в реальном времени? - спросил я, и ее выражение лица сменилось на почти-то презрительное.

- Легко, - ответила она.

- А прямо сейчас? - спросил я, свернув ладошку, в надежде получить желаемый ответ.

- Найдите мне куда сесть, - покорным тоном произнесла Клементина. Она повернула голову:

- И желательно уединение. Процесс может быть неприятен для наблюдающих.

Судя по всему "неприятен для наблюдающих", она так вежливо говорила обо мне. Шолер отослал измученных шестеренок прочь, в то время как поднял вертикально несколько маленьких поддонов, дабы отгородить картину от главной рабочий станций и любопытных взглядов.

К тому времени как я закончил, Клементина уселась на стул перед кафедрой, глядя на пикт-экран, словно она могли видеть каждый отдельный электрон. Насколько я знал, возможно так и было.

- Комиссар, - голос Юргена немедленно прозвучал в моей вокс-бусине, - Ниды прикончили последних из тех, что мы растопили и большая часть из них направляется в святилище.

Его слова перемещались шипящим рёвом выстрелов мельты.

- Некоторые уже прорвались в нижние коридоры.

- Это должно было уже произойти, - сказал я, как только Шоллер вернулся к нам.

- Другие подразделения уже выдвинулись, чтобы уничтожить их.

Словно подтверждая мои слова, приглушенный рёв болтера раздался откуда-то из-под моих ног.

- Они в шахте лифта, - прозвенел голос Яила, в тот же момент мое внутреннее чувство направления уже указало где стреляют. Я представил себе широкую и глубокую шахту, ведущую на самые нижние уровни, дающую наступающим тиранидам самый простой и прямой доступ к месту, где мы окопались.

- Как долго вы их продержите? - спросил я, доставая свое оружие.

- Надеюсь достаточно долго, - ответил Яил, после чего отключился, явно имея намного больше забот, нежели пустая болтовня.

- Готово, - сказала Клементина, она не особо обрадовалась когда звук стрельбу усилился, - я просто повторяю все, что выходит на экране, хотя Трон знает, чего вы хотите этим добиться.

Ее губа задвигались, повторяя какую-то особую литанию ее касты, затем тело дернулось, словно случился припадок, с ошеломляющей внезапностью каждый мускул ее тела напрягся. Она соскользнула со стула, приложилась головой о край ближайшего поддона и получила уродливую рану, которую тут же бросился лечить Шолер. Из уголка ее рта закапал слюна, смешанная с кровью из прокушенного языка.

- Я позабочусь о ней, - сказал Шолер, подняв взгляд и увидев, что я держу оружие наготове. Он несомненно решил, что я отчаянно желаю вступить в бой, хотя меня подстегивала параноидальная мысль, что меня поймает первый же нид, когда я кинусь к двери. С другой стороны это был единственный вход в зал. Как только они попадут внутрь, мои шансы выбраться станут минимальными, а огромная, гниющая груда их главной цели притягивала их словно падаль крута.

- Вы можете присоединиться к обороне.

- Если вы уверены, - ответил я, осторожно подбирая слова, чтобы моя храбрость неизбежно не привела к тому, что я застряну в зале.

- Полностью, - ответил Шолер и достал болт-пистолет. Вот он-то точно был готов к драчке. Взвесив свои возможности, я побежал через комнату.

Коридор снаружи был полон паникующих шестеренок, бегущих в разные стороны, что до боли напоминало картину побега генокрадов. Смущало то, что казалось некоторые бежали на звуки стрельбы болтеров Отвоевателей, в тоже время другая часть бежала прочь. Поначалу я ошибочно принял это за их желание вступить в бой с импровизированным оружием, которым они размахивали. Оглядевшись, я увидел все, от наспех переделанных инструментов, до простых обрезков труб, утяжеленных на манер дубинки, зачастую с конца торчало один или несколько гвоздей, это было настолько сурово, что растопило бы даже сердце орка. У некоторых было более подходящее вооружение, возможно изъятое из ремонтных мастерских или собранное из мусора, начиная от болт-пистолетов и до импровизированных гранат, весьма распространенных, собранных из канистр со смазкой. Один приятель даже раздобыл где-то лук, который оказался бы уместным в лагере "крыс" у отстойников [169].

Не желая лично столкнуться с тиранидом, я с силой пробивался через толпу подальше от звуков боя, и только потом осознал свою ошибку, когда коридор впереди меня блокировал живой кошмар. Тот в ярости визжал, когда своими кожистыми крыльями задевал потолок и стены. Кажется я был прав, вторгшемуся разуму улья не понадобилось долго думать, чтобы кинуть против нас горгулий. Я поднял лазпистолет и сделал пару выстрелов, когда тварь поднялась над головами шестеренок, что блокировали линию огня. Хотя все, чего я добился, так это привлек внимание нида к себе, что совершенно не входило в мои изначальные планы.

Оставив техножреца, которого она разделывала, тварь коршуном ринулась на меня, подняв свой пушку с телоточцами дабы изрыгнуть залп смертоносных жуков. К счастью прицел был сбит слишком инициативным и неблагоразумным шестеренкой, который метнул утяжеленную цепочку в существо. Та в самый последний момент обмоталась вокруг передней конечности твари, к которой было приживлено биооружие. Дождь из неистово щелкающих мандибул, не причиняя вреда, ударил в стену коридора, и только парочка случайно отрикошетив нашла живую плоть, в которую можно было вгрызться. И возможно только столь обширная аугметика с металлом спасала техножрецов [170].

Горгулья снова заверещала, и, обогнув моего нежданного избавителя, запустила хвост с жалом на конце к ее или его животу [171]. Однако за хорошие поступки следовало платить, особенно когда вокруг столько свидетелей, так что я махнул цепным мечом, отсекая шип до того как он проткнет шестеренку и обратным ударом полоснул по открывшемуся низу парящего ужаса.

- Держись! - воодушевляюще закричал я, хотя техножрец совершенно не собирался отставать от твари, вцепившись в цепочку подобно рыбаку, поймавшему самую большую добычу в своей жизни. Связка отвратительно пахнущих внутренностей расплескалась по полу, обдав мою многострадальную шинель, доказывая тем самым всем и каждому, что спасение грядет. Горгулья начала бить меня своими кожистыми крыльями, неудачно пытаясь снова нацелить телоточцев. Увидев как дуло повернулось и нырнул, позволяя сгустку яда, что внезапно вылетел метя выжечь мне глаза, удариться о фуражку, я тут же в отместку еще раз махнул цепным мечом. На сей раз визжащий клинок располосовал крыло, бьющее по воздуху, и существо тяжело рухнуло на пол, барахтаясь там в собственных внутренностях, словно воробей, принимающий ванную в луже.

- Прикончи ее! - подгонял техножрец, ровный механический голос каким-то образом был наполнен жаждой крови. Затем он прыгнул вперед, пришпиливая биооружие своей механической ногой с такой силой, что смоделированная плоть лопнула подобно перезрелому фрукту. Вот это в самом деле воодушевило остальных, и они ринулись на повергнутое существо точно стая сточных крыс на труп, полосуя и дубася нилда в кашу с помощью своих дубин и клинков.

- Они почти добрались до верха шахты, сэр, - доложил Юрген, звуки боя в крошечном приемнике в ухе эхом накладывались на гулкий шум вокруг, и я на секунду замешкался прежде чем ответить. Горгулья могла быть одна, в чем я сомневался, и если она нашла путь внутрь с посадочной платформы, вскоре последует весь выводок. Даже если нет, на летной палубе нет ничего, способного взлететь, а я просто задохнусь в нем от миазмов атмосферы [172], если первыми меня не сожрут летающие монстры. С другой стороны, сколь бы не было рискованно присоединиться к обороне шахты, по крайней мере я мог спрятаться за мелтой Юргена и спинами "Отвоевателей".

- Сейчас буду там, - ответил я, словно ни секунды не колебался, и припустил в направлении стрельбы.

К моему удивлению множество окружающих меня техножрецов пустились следом, судя по всему у них взыграла кровь и смазка, они явно стремились уложить в мешок одного или парочку нидов, техножрецы почуяли вкус резни. По мне так отлично - в тесноте, да не в обиде, особенно если они станут между мной и роем.

Когда я пробегал мимо зала, то заглянул в святилище Шолера, но он все еще склонился над дергающимся телом Клементины, частично скрытый ограждающими поддонами. Даже если он почувствовал мое присутствие, то был слишком занят, и я побежал дальше, за мной подобно кометному хвосту неслись техножрецы.

- Извините за опоздание, - сказал я, когда присоединился к Яилу, паре Отвоевателей и Юргену, которые выстроились линией перед проходом, размером с "Химеру", ведущим к грузовому элеватору [173]. Двери были открыты, что позволяло им иметь неограниченный сектор обстрела. К счастью разум улья бросил на нас существ, способных карабкаться, а следовательно у них не было никакого дальнобойного оружия, но на каждого хормагаунта или чистокровного крада, которые горя улетали на дно, подступал еще десяток.

- Появились горгульи.

- Я знаю, - ответил Яил, - "лендспидеры" пытался отогнать их от ангара.

Теперь понятно, куда делись остальные из "Отвоевателей" [174].

Не буду говорить о том, что немного испугался, глянув в головокружительный обрыв, ведущий на нижние уровни. Стены шахты были покрыты хитином, шустро карабкающимся вверх с единственной пагубной целью, их рвущие и полосующие когти клацали в почти оглушающей лавине хруста. Защитники продолжали поливать их огнем, к которому я не теряя времени добавил свой лазпистолет, но это было все равно, что кидать в них камни.

- А мы не можем просто сдвинуть платформу, и срезать их? - спросил я, снося половину черепа одному особенно настырному краду удачным выстрелом в разинутую пасть.

- Мы уже опустили ее, - проинформировал Юрген, сжигая выстрелом из мелты грудь другого, термальная отдача в качестве бонуса обожгла и отправила вниз шахты парочку других.

- Так что если мы попытаемся поднять ее, то они просто доберутся до верха быстрее, - добавил Яил, подчеркивая свои слова очередью из болтера, которая разорвала на кровавые куски полдесятка гаунтов.

- Да они и так вроде бы достаточно шустрые, - ответил я, ощутив, что чуть героически преуменьшить будет вполне неплохо.

Слабое эхо взрыва разнеслось по шахте. Один из шестеренок, крайне возбужденный, метнул самодельную гранату вниз, явно просчитав где ей лучше взорваться [175], нидов пронзил дождь зазубренного металла.

- Ну теперь не так быстро, - заметил Юрген, словно вопрос представлял собой только мимолетный интерес.

- Они замедлились? - спросил я, внутри зажглась внезапная вспышка надежды, и мой помощник кивнул.

- Ага, они раньше прятались в тени, использовали укрытия. А теперь ползут прямо в сектор обстрела, теперь мы бьем их с большей легкостью.

Я нажал на комм-бусину в ухе:

- Шолер, - произнес я, стараясь чтобы звучало не столь ликующе, - кажется работает. Клементина все еще передает?

- Так быстро, как может, - ответил он, - он страдает от продолжающихся приступов, каждый следующий хуже предыдущего. И любой из них может оказаться смертельным.

- Тогда нужно как можно быстрее все закончить, - ответил я.

- Согласен, - голова Яила чуть склонилась, это самое большое, что он мог сделать, чтобы кивнуть будучи облаченным в неуклюжую терминаторскую броню, и единым залпом выпустил оставшиеся в установке "Циклон" ракеты. Секунду или две спустя в шахте вскипел огненный шторм, поджаривая цепляющийся за стены хитиновый ужас, если их не посек град шрапнели разрывных зарядов. И, спасая свои жизни, мы отпрыгнули, когда обратная волна взрыва выплеснулась из раскрытых дверей. Я упал на металлический пол и перевернулся, печной жар накладывающихся друг на друга взрывов окатил мою спину. После чего я тут же вскочил, нацелив лазпистолет на чернеющий и дымящийся проход. На своем месте остался только Яил, от бури его защитила лучшая броня, что была известна человечеству. Через секунду он заговорил:

- Мы превозмогли, - просто заявил он.

- Да?

Странным образом не желая верить, я медленно подошел к краю обрыва и взглянул вниз. И ведь точно, единственное движение, что я заметил - на дне несколько оставшихся раненных тварей ввинчивались в шахты для пара из которых очевидно и появились.

- Похоже на то, - ответил Юрген, посылая им вслед очередь из лазгана, его личный уникальный аромат уже начал душить запах обгорелой плоти и опаленного металла.

- Горгульи тоже разлетаются в смятении, - проинформировал нас Яил, не сдержав в своем тоне нотки удовлетворения.

- Превосходно, - сказал я, чуть с большим усердием оставаясь деловым; с другой стороны у меня было куда больше практики прятать свои истинные чувства. Я снова активировал комм-бусину:

- Можете сказать Клементине, чтобы она остановилась.

- К несчастью не могу, - ответил Шолер, в его голосе слышалось сожаление, - как я предполагал, последний приступ оказался фатальным.

Примечание редактора:

Из "Крестовый поход и последствия: История военных действий в Дамокловом заливе", Варго Ройз, 058.М42.

Вспышка вдохновения комиссара Каина и героические самопожертвование астропата Дрей, имело гораздо больший эффект, нежели они оба могли предугадать. Непреклонное наступление флота-улья на орбите дрогнуло, как только координирующий разум потерял контроль над каждым из биокораблей, те тут же начала реагировать инстинктивно исходя из обстоятельств, вместо того, чтобы держаться единой стратегии. Имперские суда, с другой стороны, все еще могли поддерживать друг друга, и не теряя времени воспользовались своим тактическим преимуществом. Собрав столько кораблей, сколько можно было, адмирал Боум начал непосредственную атаку на левиафаны, которые хоть и стали уязвимы, но далеко не беспомощны даже потеряв свои эскорты. Был убит один, а другие столь сильно повреждены, что были вынуждены бежать. С их потерей, организмы тиранид на земле по большей части вернулись к инстинктивному поведению. Способность действовать слажено осталась только в присутствии синаптических существ, посланных управлять ими, конечно же они сразу же стали главное целью последующей охоты. Слухи настаивают, что еще несколько отдельных организмов шастают в пустошах и глубинах улья, однако за последние тридцать лет не появилось ни одной записи, которой можно было бы доверять, и на сегодняшний день Фекандия официально объявлена очищенной. В память о сражении был организован гарнизон Имперской Гвардии, да и местные скитарии остались настороже на случай любого нового вторжения.

Глава двадцать седьмая

- Все вышло весьма хорошо, - сказал я, отпивая из кружки танна, и рассматривая Эль'хассаи сквозь исходящий пар. Меж нами стояла доска для регицида, отложенная тактика, в которой я был уверен, ни на секунду его не одурачила. Он определенно был более серьезным игроком, чем Живан. Но все же я для себя так и не решил, было ли это благодаря тому, что он думал не как человек, или же потому что его профессия требовала уловок и уверток. Лорд-генерал вовсю вел переговоры об условиях на которых остается гарнизон, который должен был сотрудничать с Кипером и его скитариями по очистке Фекандии от тысяч выживших тиранид. (Не удивительно, что споры были жаркими, так как он настаивал на полной автономии подразделений Гвардии, в то время как Кипер был всецело заинтересован удержать все вопросы операции в своих руках). Так что у него не оставалось времени на светские встречи в относительном комфорте флагмана. Хотя Эль'хассаи вряд ли был в моем списке гостей на обед на первом месте, но некоторые вопросы так изводили меня, что я счел необходимым побеседовать с ним. Частично ради самоудовлетворения, частично потому что всегда помнил свою обязанность быть тайными глазами и ушами Эмберли. Если я был прав в своих подозрениях, то Ордо Ксенос возможно было весьма заинтересовано в выводах, к которым я пришел в течении относительно тихих недель после сражения внутри и вокруг Регио Квинквагинта Уно.

- Мы утерли нидам носы и успешно отстояли мир-кузницу.

- Все благодаря вашей изобретательности, - ответил так, его внимание было всецело поглощено сделанным мной ходом. Он секунду изучал доску, и с явным удовлетворением съел одну из моих фигур.

- И апотекарию Шолеру. К сожалению кажется мы не сможем использовать ту же стратегию для обороны остальных миров.

- К сожалению так, - согласился я. В любом случае тау точно не смогут, для передачи глушащего сигнала у них нет астропатов, да и Шолер был полностью убежден, что для сигнала нужен был живой узел улья, которые просто так на дороге не валялись. Он подрядил Кипера и Корпус Смерти собрать как можно больше живых тиранид, дабы убедиться, что можно провернуть такой трюк с записью или же синтезированными данными, но пока что это было только многообещающим исследованием, и хоть какой-то значимый результат мог выйти из аналитического центра только через десятилетия. С другой стороны я не видел от Гвардейцев или скитарий особого рвения по поимке нидов, пока их можно было с легкость отстреливать с безопасной дистанции.

- Но с другой стороны, с учетом того, что осталось от флота-улья, вам будет гораздо проще отбить их своими кораблями, когда они ударят по Др'тх'ниру.

- Особенно с тех пор, как астропаты, приданные Имперским наблюдателями, получили предупреждение об их приближении, - ответил Эль'хассаи. Он любезно склонил голову.

- За что, конечно же, мы благодарим наших союзников.

- Ни одно доброе дело не остается безнаказанным, - ответил я, съедая одну из его фигур, - если бы вы с самого начала не предупредили нас о флоте-улье, Фекандия с легкостью могла быть потеряна.

Я отхлебнул еще танна.

- По правде говоря мы ее и так чуть не потеряли, а стоило это нам существенной части боевого флота Дамоклова Залива.

Что оставляло половину систем Империума в Заливе беззащитными перед вторжением тау. Более чем адекватная компенсация, за потерю одного единственного мира, который они вернули нам оказавшись на краю победы, и в любом случае, который они в скором времени надеялись снова вернуть себе.

- Но ведь не потеряли, - изучая доску, спокойно ответил Эль'хассаи, - даже пока мы говорим, ваши корабли ремонтируют.

- Совершенно верно, - я смаковал еще один глоток горького напитка, после чего отставил кружку. Юрген, со своей обычной эффективностью, тут же наполнил ее снова, - и уже готовы к нашему возвращению на Квадравидию.

- Квадравидию? - дипломат тау склонил голову в превосходной имитации человеческого удивления, - а разве она не достаточно защищена торговым флотом, который поставляет инфраструктурные улучшения?

- Наши внезапно выжившие боевые корабли снимут с них эту ношу, - сказал я, - как и неожиданное спасение Фекандии облегчит задачу империи тау по поддержку миров Империума. Я уверен, эти ресурсы гораздо больше помогут вам в защите своих границы от вторжения тиранид.

Если бы я смотрел на лицо человека, то был бы абсолютно уверен, что заметил как там промелькнуло удивление, огорчение и возможно даже веселье, но с учетом того, что передо мной сидел дипломат, к тому же тау, вероятнее всего он просто показал мне те эмоции, которые я хотел видеть.

- Возможно помогут, - спокойно произнес он, - в настоящее время тираниды для нас всех самая большая угроза, но никак не мы друг для друга. В наших совместных интересах поддерживать союз против тиранид.

- В самом деле так и есть, - я поднял кружку танна с забавным тостом, а через секунду Эльхассаи повторил мой жест с едва заметной иронией:

- Вы могли бы сказать - как того требует Высшее благо.

[На этой, некоторым образом, фривольной ноте, в его типичной самодовольной манере, заканчивается очередной отрывок из архива Каина].

Потерянные Сноски

[*] На самом деле большая часть орбитальных сооружений осталась практически нетронутой, но количество обломков вокруг них не позволяло пришвартоваться любому космическому кораблю.

[*] Несмотря на явный цинизм Каина, тау на самом деле считают свои линейные корабли "торговыми", так как они одновременно могли взять достаточно груза, что сопоставимо с Имперским пехотным транспортником, и обладали огневой мощью боевого корабля. При нападениях на планеты, это как минимум очень неприятное сочетание, хотя как любят говорить на Флоте - "ну защитникам теперь стрелять в гораздо меньше целей".

[*] Силы Системной Обороны.

[*] Состоявший в основном из Востроянских и Хараконских подразделений, усиленных прочими, собранными с соседних миров.

[*] Из чего мы можем сделать вывод, что Каин хотя бы формально ознакомился с данными относительно самых главных членов Адептус Механикус на Фекандии.

[*] Похоже что ни у кого из Корпуса Смерти не было личных вокс-бусин. Хотя их широко использовали, они не были столь распространены в Имперской Гвадии. Постоянная головная боль логистов - обеспечить припасами столь много боевых зон в Империуме, зачастую означало, что их просто не хватает, чтобы снабдить каждого отдельного бойца, или даже командира каждого подразделения. Некоторые полки вообще строго запрещают использовать их офицерам, придерживаясь своих доктрин. В некоторых случаях кавалерия имела слишком низкий приоритет для такого оборудования, так как по большей части их длинные разведмаршруты были гораздо дальше радиуса действия других подразделений полка.

[*] Что не удивительно, учитывая, через какие суровые испытания он только что прошел.

[*] Опорный мир Имперской Гвардии, где разрабатывались планы кампаний и собирались силы, и в которых принимал участие Каин за все время своей карьеры.

1

На самом деле цвет кожи тау варьируется так же сильно, как человеческий, хотя большая часть имеет оттенок где-то между бледно-серым и бледно-лазурным, кажется из-за роли кобальта в их метаболизме. Любой кто интересуется физиологическими деталями, всегда могут обратиться к статье передового исследователя - магоса Гандермака "Некоторые предварительные выводы относительно гематологии Тау", Имперский журнал ксенобиологии, том MMMCCXXIX, номер 8897, стр. 346 - 892, или же к статье Расмуссена "Пробный анализ гемоглобина тау без очевидных методологических ошибок", том MMMCCXXIX, номер 8899, стр. 473 - 857, а так же прочитать последующие полвека ожесточенной переписки с редактором.

2

Несмотря на их должности, а некоторым образом запутанные военные протоколы запрещали какую-либо дружбу, их отношения были намного теплее, нежели могло показаться из слов Каина. Особенно в то время, в последнее десятилетия тысячелетия, за пять лет до официальной и часто прерываемой отставки Каина. Они встречались так часто, как могли, учитывая изматывающую природу их обязанностей, и несомненно при встречах в полной мере обоюдно наслаждались компанией.

3

Потому что если брать в расчет, что Квадравидия была ценным транспортным узлом Империума, города на земле значили меньше, чем орбитальные доки над ними. Что в свою очередь означало, что строить они будут как можно ближе к космическим станциям, которые по своему обыкновению всегда располагались над экватором.

4

Этот мир метко прозвали "Смерть Поселенца", планета кишела столь враждебными формами жизни, что среди них племена диких орков выглядели не серьезнее мелкой помехи.

5

Этого же мнения придерживается значительное количество историков, хотя другие с тем же пылом утверждают, что в тех обстоятельствах у Бреддика не было выбора: любая попытка контратаковать могла с легкостью растянуть линию обороны, или даже порушить ее.

6

Хотя он был солдатом Имперской Гвардии, и должен был подчиняться приказам вышестоящего офицера, Юрген был убежден, что его должность личного помощника комиссара подразумевает прикомандирование к Комиссариату, тем самым совершенно исключая его из цепи командования, за исключением тех случаев, когда он видел некое преимущество в подчинении приказам. Даже не стоит упоминать о том, что таким положением вещей Каин был всецело доволен, и совсем немногие из офицеров Гвардии хотели бы это оспорить.

7

Весьма распространенное заблуждение граждан Империума, которые обычно рассматривают отношения между крутами, демиургами и другими расами, входящими в Империю Тау и самими тау, как что-то похожее на отношения орков и гретчинов. Слуги или рабы, исполняющие грязную работу, о которую не желают пачкать руки хозяева. Но на самом деле тау и их подзащитные расы, в которые, давайте не забывать, входит настораживающе большое количество людей-ренегатов, вроде бы считают всех равными, хотя сами тау явно ровнее всех остальных.

8

Возможно это ссылка к инциденту на Адумбрии, где злокозненные обвинения другого комиссара привели к формальному расследованию действий Каина. Хотя ирония заключается в том, что это только добавило лоску его репутации.

9

Не совсем верно, так как пилот располагается в хорошо бронированном торсе, но учитывая антропоморфный дизайн боевых скафандров тау, об этом легко можно забыть, и предположить, что голова пилота, в голову скафандра, подобно принцепсам миниатюрного Титана.

10

Буквальный перевод - "Подразделение боескафандров Счастливая Буря", несомненно одно из полу формальных почетных званий подразделения тау, приобретенное за выдающиеся успехи на поле боя.

11

Конечно же совершенно невозможно чтобы офицеры Имперской Гвардии, независимо от звания, имели право казнить комиссаров; хотя полагаю Каина можно простить за потворствование импульсу воспользоваться очевидной игрой слов.

12

В пару которых Каин вмешался (хотя и не по своей воле), что несомненно объясняет теплые отношения, что лорд-генерал питал к нему.

13

В самом деле, в записях о том как тау ведут себя с другими расами, крайней редко встречаются случаи предательства, хотя иногда они для своей выгоды специально вносят некоторую сумятицу в точную формулировку соглашений.

14

Каста тау, которая специализируется на дипломатии и административных задачах, образует социальное единство внутри Империи Тау, и присматривает за плавной интеграцией покоренных рас. Выражаясь эквивалентами Империума, это что-то среднее между Администратумом и Экклезиархий, хотя сфера компетенции и ответственности выходит далеко за пределы подразумеваемых функций, затрагивая практически все жизненные аспекты септ.

15

Молва о вторжении тау быстро разлетелась и десятки гражданских судов, которые обычно каждый день прилетают и улетают, сменили маршруты, дабы не залетать в систему Квадравидии. Конечно же их новые пути в варпе были гораздо медленнее, и вследствие этого экономика сектора еще десятилетия работала со сбоями.

16

Нехарактерный приступ самоанализа, возможно мусор напомнил ему о собственной ситуации, когда он сам чуть не умер по время Первой Осады Перлии.

17

Хотя сомневаться в цели флота вторжения не приходиться, возможно станция стала вторичной целью. Планетарные вторжения тау очень сильно полагаются на устройства со стационарной орбиты, так скорее всего они надеялись воспользоваться ей в качестве орудийной платформы, дабы ускорить раз развертывание своих наземных сил, используя ее как плацдарм.

18

Для полного понимания этого столкновения, смотрите Ройза, глава семнадцатая.

19

Определенно огромный, но вряд ли настолько.

20

Почти наверняка преувеличение ради эффекта, хотя и такое тоже возможно, учитывая его ранние замечания насчет размеров кораблей, который использовали его, он скорее всего просто неверно оценивает расстояние. Пространство такого размера вряд ли могло без особых затруднений напрямую открываться в космос и заполняться атмосферой столь часто, как этого требует коммерция.

21

Таким образом позволяя персоналу входить или покидать ангар, пока тот не герметизирован, дабы повысить оборот прибывающих и отбывающих судов.

22

Возможно потому что люди, ассимилированные тау, в основном считали Имперцев неотесанными варварами, и она возможно полагала, что все Имперские Гвардейцы такие.

23

Один из Имперских миров, аннексия которого привела к Крестовому походу за Дамоклав Залив; через четверть тысячелетия вряд ли стоило удивляться, что население полностью ассимилировалось.

24

Этот вопрос вызывает споры среди ксенопсихологов из Ордо Ксенос, некоторые их них придерживаются позиции Каина, в то время как остальные утверждают, что высшие эшелоны тау превосходно осведомлены об огромном преимуществе Империума, но все равно остаются убежденными в своей непременной победе. Зачем кому-то иметь такие заблуждения, лично для меня не понятно, но это определенно правда, что большинство граждан их империи верят в Высшее Благо, даже если не больше чем мы в Его Божественное Величество.

25

Не совсем верно, но такие столкновения очень редки и происходили чаще всего, когда Империум вторгался в миры тау, где среди населения большую часть составляли люди.

26

В буквальном переводе "те, кто направляет с мудростью".

27

Валхалльский напиток, который Каин особенно и необъяснимо любит.

28

Что касается танна, то многие прилагательные приходят на ум при описании его вкуса, но никак не "изысканный". Это все равно что "Гибельный клинок" назвать грациозным.

29

Это вряд ли; каста воды привыкла проводить детальную психологическую аттестацию все своих дипломатов, которые должны контактировать с другими расами. Но с другой стороны, они похоже всецело верили в репутацию Каина, так что от случая к случаю они могли ошибаться.

30

Поскольку ни одна область в Дамокловом Заливе или рядом с ним не имеет такого Имперского названия, то видимо Эль'хассаи перевел название с тау. Так же непонятно, эта Полоса где-то рядом с Тау или же с границами Империума, то это вряд ли поможет в определении конкретного местоположения, а если же посол уточнял, то Каин не упоминал об этом.

31

Или же он взрастил в себе эту привычку, дабы облегчить переговоры.

32

Не нужно путать с маленькими дронами, повсеместно используемых кастой огня и другими, по существу эти - самоуправляемые торпеды, достаточно здоровые, чтобы вместить в себя банк данных, гравитационный привод, и духа машины, чтобы управлять; при отсутствии астропатов, это единственный способ для разведывательного судна связываться с родным миров, а не посылать полноценный курьерский корабль.

33

По крайней мере на Восточную Окраину, что было его главной заботой. Флот-улей Левиафан влез через галактическую плоскость и мало мог повлиять на тактическую ситуацию в Дамокловом Заливе.

34

Здесь непонятно, или он действительно использовал Имперский термин, или же Каин просто перевел сам.

35

По своей привычке Живан просто прошелся по самому большому боевому кораблю во флотилии и реквизировал необходимое помещение; Флот конечно же принял размещение со всей возможной радостью, по крайней мере несомненно решив для себя, что теперь будут следить за ним, куда бы он ни пошел.

36

Картографическое соглашение, которое несколько раз приводило к путанице, так как большая часть Имперских дисплеев отображает красным врага. Происходили и более печальные инциденты, вроде орбитальной бомбардировки Храма Омниссии на Кафтагрии, когда Имперский Флот ошибочно решил, что те пали перед Легионом Предателей, что осаждал их.

37

Преувеличение, но простительное. Там определенно производится очень много продукции, что использует Имперская Гвардия как в Заливе, так и вне, включая лазганы, энергоячейки и наиболее распространенные варианты "Леман Руссов".

38

На самом деле у тау, кажется, вообще нет никаких псайкеров, хотя в Ордо Ксенос ходит очень много догадок о способности касты Эфирных воодушевлять и руководить, всецело ли то естественный феномен, или все же как-то связанно с варпом, каким-то не очевидным или необъяснимым образом. Аналогичные сомнения существуют насчет остальных рас, связанных с тау, хотя вопрос все еще остается неясным. И определенно только самые оптимистичные могли поверить, что люди в империи тау совсем не подвержены порче, а те, кто затронуты несомненно предлагали использовать свои сомнительные таланты во имя "Великого Блага".

39

Кажется он не разделял мануфактории и прилегающие постройки, но если говорить честно, они настолько сливались, что в любом случае границы определить было сложно.

40

Усилия по терраформированию начались в M35 с установления атмосферы, которая стремительно стала непригодной для дыхания как только начались серьезные разработки по добыче ископаемых.

41

Пирия славится своей чрезвычайно геологической нестабильностью, год назад Каин столкнулся на ней с налетчиками эльдар.

42

На самом деле раза в три-четыре больше, это предположение вернее.

43

Хотя стратегическая ценность Фекандии для Империума была продиктована громадным выпуском боеприпасов, она так же производила множество не военных товаров, едва ли мог найтись хоть один мир в секторе, без произведенной на ней наземной машины, да и наряду с военной взрывчаткой производились химические удобрения (чаще всего даже в одной реакторной камере), и три соседних агро-мира благодаря им вышли на максимальную производительность.

44

На самом деле тау и люди вроде бы слышат примерно на одном и том же расстоянии, хотя обычный тау вроде бы не воспринимает высокие частоты, которые большинство людей ощущают как неприятную вибрацию. И это самым печальным образом отражается на их музыкальных вкусах.

45

К этому времени их флот разведки нашел в секторе пять других миров, подходящих для разработки, и начал подготовительные работы на двух из них, определив, что полностью функционирующими кузницами они станут к концу первого столетия M43. Что касается остальных трех, один заинтересовал тау и они тут же мощно фортифицировали его дабы пресечь попытки конкурентов захватить его, второй наводнили орки и он не стоил усилий по зачистке, в то время как третий оказался прямо на пути флота-улья Кракен, и следовательно в долгосрочной перспективе малоинтересен для разработки.

46

Ну явно не на тех, что смотрят вниз.

47

Жест, достаточно распространенный на некоторых мирах сектора, когда большой палец прижат к ладони, образуя стилизованное крыло аквилы, означающий пожелание удачи или отгоняющий неудачу.

48

Возможно потому, что стоя в открытую, Каин являл собой самую видимую цель.

49

Подобные машины запрограммированы концентрировать огонь на самой большой угрозе; в данном случае шаттл с его мультилазером, и присутствие на борту ксеноса-нарушителя, в противовес Юргену, чей лазган просто небольшое недоразумение.

50

Как обычно уважение к нему по общему признанию резко отличалась от уважения к его коллегам, что кажется даже не приходило ему в голову.

51

Три пальца и большой палец, на радость самым педантичным читателям.

52

Учитывая их относительное слабое телосложение, не удивительно что обычный тау несколько слабее человека, как и во многих других отношениях, но никогда нельзя недооценивать их решимость или упорство в кризисной ситуации.

53

Или скорее всего счел, что риск случайно попасть в Живана слишком большой.

54

Весьма недурно оценено, если только брать в расчет вес боевой брони.

55

Это очень вряд ли, если бы баланс был настолько хрупок, то шаттл рухнул бы от вибрации, вызванной высадкой Каина и Эль'хассаи.

56

Безусловно, как и положено; молекулярная связь эффективно склеивает два объекта.

57

Как типично, Каину и в голову не приходит, что Живан внял лично его совету, а вовсе не подчинился его положению.

58

Вероятнее всего ему просто не хватало практики, учитывая десятилетия общения исключительно на бинарном.

59

Это традиции все еще стойко придерживается горстка техножрецов, которые утверждают, что красный цвет приличествует техножрецам Марса. Вроде бы этот нетрадиционный цвет означает, что носящий придерживается той или иной из бесчисленных доктрин, что постоянно бушуют меж учениками Омниссии, хотя эти вопрос могут быт совершенно непонятны непосвященным, и уж вряд ли волнуют кого-то, кроме самих спорщиков.

60

Как и все миры-кузни, Фекандия была постоянно окружена роем грузовых судов, доставляющих еду и материалы, и увозящие производимые здесь изделия. Живан может быть преувеличивает количество гражданских судов, но не намного; записи того времени говорят о прибытии и отлете около шестистах-восьмистах кораблей в день, в тоже время намного больше кораблей оставались на орбите, передавая грузы шаттлами.

61

Зная Каина, скорее на Юргена.

62

По большей части из сектора, хотя так же присутствоввали полки из Бримлока, Эллизии и Вальхаллы, включая 12-ый артиллерийский, подразделение в котором Каин начинал свою карьеру, и ежели у него было время для встречи со своими братьями-по-оружию, то он не потрудился об этом написать.

63

Состоящую по большей части из восстановленных гороховых, последствия постоянного питания таким продуктом становились чрезвычайно быстро заметны, особенно в замкнутых пространствах.

64

Так как Адепта Сороритас верят, что получают приказы непосредственно от Самого Императора, а не от Экклезиархии, так что у них не остается времени на приказы от генералов или Глав Орденов, с которыми они сражаются на одной стороне. Или с инквизиторами, хотя члены Ордо Еретикус продвинулись в сотрудничестве с ними дальше остальных.

65

То, что Каин едва знаком с табелем о рангах Флота, не удивительно, учитывая, что он всю свою карьеру провел в Имперской Гвардии, и не очень-то знаком с их знаками отличия.

66

Почти наверняка техножрецы общаются друг с другом не ограничиваясь Готиком.

67

По правде говоря большая часть из них считала шум воодушевляющим, рассматривая его как гимн благодарности шаттла Омниссии.

68

Возможно обрабатывая данные, или же подключившись напрямую к системам корабля.

69

Который он в самом деле составил.

70

На службе у Ордо Маллеус это особое требование для кандидатов.

71

Достаточно точное приближение, хотя на самом деле количество бойцов могло варьироваться: боевые сервиторы, вроде того, с которым Каин столкнулся во время первого приземления, иногда бывают приданы всей группе, а не занимают место обычного пехотинца, как и специалисты в других полезных областях.

72

Должно быть на посадочные опоры приварены колеса или гравитационные репеллеры, возможно Каин их просто не видит.

73

Возможно потому что воздух, попавший внутрь вместе с шаттлом, был быстро разогнан воздушными потоками из рециркуляторов.

74

При достижении определенного уровня аугметации, различия представляют чисто академический интерес.

75

Кибер-Оптимизированные Тральщики, подвижные механизмы, построенные для выполнения самых простых задач. Лишенные органических компонентов, они не столь универсальны и их невозможно запрограммировать для решения других задач, отличных от изначального проекта.

76

Боевой наркотик, предназначенный увеличить силу и агрессивность, очень часто используемый в штрафных легионах. Но долгосрочное воздействие на неаугметированную психику чрезвычайно разрушительно, однако этот недостаток не принимается во внимание, так как в любом случае никто не ждет, что бойцы переживут битву или две.

77

Из чего мы можем сделать вывод, что на взгляд Каина, центурион казался безоружным. Это впечатление не совсем верное, так как скитарии Механикус чаще всего имеют несколько встроенных оружейных систем , предназначенных усилить их смертоносность в ближнем бою.

78

На самом деле Дисен действительно снимал; его внутренний пикт-рекордер впоследствии показал, что примерно все так и происходило, как описал Каин, но только с гораздо большим количеством ругательств.

79

Он впервые упоминает о том, что был на другом уровне. Хотя, если учитывать, что ангар был расположен ниже уровня крыши, то это не удивительно.

80

В это же время другие из поколения начинают обращаться в чистокровных крадов, готовых нести распространение заразы.

81

Он или увеличил изображение благодаря аугметическим глазам, или же, возможно, каким-то образом напрямую связался с телеметрией шаттла.

82

Логичное предположение, особенно учитывая, что он мог обмениваться данными со скитариями напрямую.

83

Причудливое предположение, но мы еще многого не понимаем о природе телепатии выводка генокрадов, так что может быть не стоит сразу отметать такую мысль. Однако наиболее вероятно, оно отошло в сторону, пока скитарии сражались у посадочной рампы, и заметило Каина с остальными только когда Дисен привлек его внимание.

84

Скорее всего патриарх генокрадов использовал силу своего разума для психической атаки, которую Юрген, будучи "пустым", смог нейтрализовать.

85

Или Каин ошибся насчет того, что он раньше был без оружия, или же во время битвы он забрал его у павших.

86

Поверхностная осведомленность Каина с терминологией космических десантников появилось благодаря его прикреплению к Отвоевателям в качестве связующего офицера Гвардии в 928: его похождения в то время уже были описаны, так что нет нужды заострять на этом внимание.

87

Что едва удивительно, как и большинство Орденов Адептус Астартес, Отвоеватели имели порядка тысячи бойцов, собранных по ротам или меньшим подразделениям, зачастую оторванную от других десятилетиями, а иногда даже веками.

88

Очевидно устаревшей модели Корвус, которыми награждали Отвоевателей, выказавших особенную храбрость или инициативу на поле боя.

89

Я думаю это помещение вряд ли необходимо большинству техножрецов.

90

Технодесантник, который создал пальцы, и который в конечном итоге стал самым близким другом (если его можно так назвать) Каина среди Отвоевателей.

91

Как обычно до Каина кажется не доходит, что в желании Живана слушать, огромную роль сыграло его хорошее отношение к комиссару.

92

Имея возможность взаимодействовать с их расой достаточно долгий период времени, я иногда ловила их в такие моменты и могу подтвердить, что они действительно выглядят такими же тормозами, как и обычные люди, потерявшиеся в мыслях.

93

Слово на языке тау, обозначающее людей, одно из простых, подцепленных Каином во время периодических контактов с этой расой, когда не происходило физическое насилие.

94

Несомненно он взял с собой на борт флагмана Империума несколько дронов-курьеров.

95

Ха!

96

Несмотря на все свои старания, я так и не смогла определить мир, где стоял этот улей, или же, с равной вероятностью, ушел под почву.

97

На самом деле полноценная каюта, хотя надо отдать должное Каину, он скорее всего просто не осознавал, что там есть другие комнаты.

98

Для Корпуса Смерти умереть в бою это дар; хотя большая часть старается как можно сильнее отсрочить, дабы как можно дольше нести свою великую службу Императору.

99

Значительно больше, если брать в расчет оборонительные орудия армады торговых кораблей, постоянно прибывающих и улетающих с мира-кузни, хотя оно будет чрезвычайно слабым против мощи флота-улья, так что Каина можно простить, что он не считался с ними.

100

В апотекарии, где он приходил в себя после бегства с Интериус Прайм.

101

Неформальное обозначение Адептус Астартес для отделения их пяти космодесантников, обычно полноценное тактическое отделение делится на две группы для прикрытия друг друга огнем. Нигде в записях Каина не упоминается сколько "Отвоевателей" находилось на Фекандии, даже если он знал, однако учитывая его знание терминологии космодесантников, вполне можно предположить, что пять десантников, Шолер и неофиты технодесантники, о которых говорилось.

102

Несомненно, что убитых во время сражения деловито заменяли насильно завербованными во Флот.

103

Каин впервые упоминает о классе корабля, на котором Живан разместил свой командный центр. Если он говорил буквально, а не использовал "линкор" как общий термин для кораблей Флота Империума, то возможно это был корабль типа "Возмездие" - "Извечный Трон", единственный корабль таких размеров, вовлеченный в оборону Фекандии.

104

Очевидно это стоит принять за самокритичную шутку, так как раньше уже говорилось, что отношения между ними двумя были намного теплее, нежели между старшим офицером и членом Комиссариата, приставленному к командованию. Удачный трюк, который Каин вроде бы проделывал всю свою карьеру (смотрите его доклады о службе в 597-ом Валхалльском).

105

Космические перехватчики и соответственно противокорабельные канонерки; их вряд ли можно найти на борту судна типа "Возмездие", так что Живан скорее всего был выбрал флагманом одним из многочисленных крейсеров, а вовсе не "Извечный Трон". На полностью оборудованном корабле могли так же найтись абордажные катера "Акула", но так как предпринять попытку взять на абордаж судно тиранид мог только безумец, даже если таковые имелись на борту, никто даже не пытался из развернуть.

106

Это говорит о том, что корабль, какой бы он ни был, не имел предназначенных для истребителей ангаров, и что стыковочный ангар использовался для других кораблей, которые Каин видел внутри, в то время как обычно он использовался только для судов обслуживания: а это в свою очередь говорит о том, что в конце концов это мог быть "Извечный Трон". Все, я сдаюсь гадать.

107

Явно оборот речи, так как в вакууме нет звуков; забавно, но продюсеры пикт-шоу кажется не желают признавать этого.

108

Возможно подвид трутня из авангарда, по флотской классификации "ловичй", хотя их описание очень отрывочное, поскольку существует неисчислимое количество вариаций, тираниды не особые приверженцы однородности.

109

Странный выбор вооружения для космического корабля, так как отдачу каждого выстрела нужно компенсировать маневровыми двигателями: по этой причине Флот чаще всего ставит на них лазпушки. Скорее всего этот конкретный шаттл обычно использовался для полетов по планете, ставя во главу угла обороноспособность в атмосфере, или же он был отправлен Адептус Механикус, в качестве любезности Каину.

110

Хотя это достаточно частая конфигурация "Аквилы", учитывая их количество и вездесущность, вряд ли можно было найти столь простой стандарт.

111

Возможно не так долго, как верилось Каину, его восприятие времени определенно было искажено неприятной и вызывающей клаустрофобию обстановкой.

112

Возможно весьма буквально, учитывая количество минеральных отходов, выкинутых в окружающую среду за несколько тысячелетий энергичной разработки естественных ресурсов системы.

113

Вполне здравое предположение, так как тактика тиранид зависит от их подавляющего числа. Обычно рой авангарда размещается только в нескольких местах, в попытка установить плацдарм, с которого они могут расширить площадь хищнического уничтожения, в то время как одиночные организмы разведки, чаще всего ликторы, расходятся намного дальше в поисках потенциальных целей, для последующей волны.

114

Каждая спора обычно содержит порядка двадцати маленьких организмов, хотя может быть меньше, особенно если с ними крупное существо: к примеру ликторы чаще всего вообще одни, что приличествует роли одинокого разведчика, впрочем как и карнифексы, учитывая их размеры.

115

Возможно нет, так как по описанию Каина, гаунты вроде бы действовали инстинктивно, а не под управлением: но с тиранидами ни в чем нельзя быть уверенным.

116

Если они вообще способны думать.

117

Инструктор Каина по бою в Схола Прогениум.

118

Или же искусство фехтования Каина значительно улучшилось со времен его ученичества, или, вероятнее всего, это был тот редкий случай, когда учитель Схолы достаточно расслабился, чтобы поделиться шуткой с особенно привилегированным учеником. Как я уже несколько раз замечала во время редакторских правок его воспоминаний, академическая успеваемость Каина по большинству предметов была ничем не примечательна, кроме рано развитого боевого мастерства, где он демонстрировал значительные способности.

119

Или нет. Мицетические споры, доставившие их на поверхность, могли быть отправлены любым кораблем тиранид с орбиты.

120

Как часто бывает с тиранидами, почти невозможно получить каких-нибудь общих выводов по такому вопросу, так как характеристики отдельных подвидов могут сильно различаться от выводка к выводку. Но так как гаунты чаще всего охотящиеся хищники, то возможно он прав в своих предосторожностях.

121

Вариаций цепных мечей, как и других обычных устройств, в Империума было множество: Каин предпочитал военную модель, в которой прочность был важнее эстетических качеств, причем энергоячейку можно было зарядить в полевых условиях, как в лазгане. В экстренном случае можно было заменить ее на свежую, но это требовало как времени, так и специальных инструментов, так что в тех обстоятельствах вряд ли это был вариант.

122

Может быть Каин неверно запомнил, потому что большая часть кавалерии Имперской Гвардии вооружена лазпистолетами. Но впрочем вполне могло быть, учитывая ужасные условия на поверхности Фекандии, и трудности с управлением машинами, о которых он уже рассказывал, то эскадрон действовал скорее как драгуны, а не кавалерия, и соответственно вооружены они были скорее как отделение пехоты.

123

Достаточно распространенное вооружение для конницы, и хотя в данном случае они действовали как конная пехота, это определенно их обычная роль.

124

До того как Юргена прикомандировали к Каину, он служил в артиллерийском полку.

125

Обычное дело, так что можно спокойно предположить, несмотря на существ, печально известных своей непредсказуемостью.

126

Возможно это преувеличение ради красного словца, хотя когда его храп будил меня несколько раз, несмотря на отделяющие нас стены, я бы не стала ручаться.

127

Начнем с того, что Каин, типично для него, не уточняет сколько человек было в отряде, и сколько осталось в живых после боя, так как у них уже был как минимум один погибший (Тир упомянул об операторе вокса), но судя по дальнейшему его отчету, численный состав все еще был почти полным, и следовательно мы можем считать, что они лишились двух человек, максимум трех.

128

Непонятно откуда он узнал это, или об этом уже рассказал Тир, или же он написал это необдуманно.

129

Типичный пример мании Имперской Гвардии к трех буквенным аббревиатурам (ТБА, как их вечно называл Каин), в данном случае он говорит о Боевой Бронированное Машине, вроде вездесущей "Химеры" и ее ошеломительному набору вариаций, чье главное предназначение перевезти на поле боя пехоту в относительной безопасности и одновременно обеспечить их достаточной огневой мощью, во время высадки.

130

Чуть меньше одного полного дня на Фекандии, который длится двадцать шесть стандартных часов.

131

Возможно он ссылается на Ересь Мантикана, или вторжения эльдар на Митаго, в этих кампаниях Каин оказывался в мирах, где население жило преимущественно на деревьях.

132

Валхалльский коллоквиализм, обозначающий кого-то столь наивного и неопытного, что он не способен избежать обморожения. Еще одно словечко из многих, которые он подцепил за время службы с полками этого мира.

133

К тому времени работа была уже более менее завершена, и некоторые из них обратили свое внимание с Флота на Имперскую Гвардию, но ауспексы командных постов и подразделений воздушной обороны были в приоритете.

134

Возможно разбившийся биокорабль выкинул ее слишком поздно, чтобы она успела скорректировать угол вхождения в атмосферу, а возможно выкинул уже в атмосфере.

135

Или Каин устал сильнее, чем осознавал, что не удивительно в таких условиях.

136

И лошадей.

137

Возможно и то и другое.

138

Очень вряд ли, так как ни один найденный образец не выказывал ни малейшего признака даже рудиментарных когнитивных способностей. Вероятнее всего Каин и Юрген к этому времени просто уничтожили все отростки, выходящие на поверхность.

139

Вероятно осколочные ракеты с разделяемыми боеголовками, так как обычно "лендспидер" мог одновременно выпустить только одну ракету.

140

Возможно это его субъективное впечатление о температуре, учитывая предыдущие замечания, как его филейная часть среагировала, проведя долгое время в седле.

141

Выбывшие, как и многие другие, из кандидатов на инициацию, которые провалили строгие условия выбора, но тем не менее пригодные, дабы служить во вспомогательных службах.

142

И не удивительно, их обычно держат в резерве до самых последний стадий вторжения тиранид, когда разум улья вычленит точки стационарной обороны, которые нужно обойти.

143

Мобильная платформа добычи, которая просеивает песок на предмет минералов, осевших благодаря загрязнению окружающей среды, или же имеющие слишком скудные запасы, чтобы стоили усилий по традиционной добыче в прошедшем тысячелетии.

144

От двухсот до трехсот человек, в зависимости от типа машины, зоны действия и ожидаемого дохода от добытых минералов.

145

Что говорило о том, что к этому времени он уже снял дыхательную маску, хотя когда именно - не понятно.

146

И не удивительно, все видели, что они вооружены.

147

Возможно потому что пилот не мог поддерживать скорость громыхающего харвестера.

148

Совершенно в буквальном смысле.

149

Как и раньше совершенно непонятно, сменил ли Яил терминаторский доспех на более легкую тактическую броню, но очень похоже на то.

150

Первое непосредственное упоминание офицера Флота во главе. Адмирал Боум - награжденный и высоко ценимый командир. Каин ставил его в копию всех докладов, что готовил для лорда-генерала Живана, но похоже, что Каин никогда не встречался с ним лично, что вполне естественно, так как Каин был приставлен к Имперской Гвардии, а у Флота были свои собственные комиссары.

151

Практически наверняка преувеличение Каина ради драматического эффекта, так как техножрецы ее возраста и положения намного лучше могли скрывать свои эмоции.

152

Возможно, хотя неправдоподобно, скорее всего его воображение дорисовало картинку, в ответ на замечание Килдхар, что сложное оборудования для наблюдения было хирургически имплантировано в старую группу.

153

Эта точка зрения распространена среди Ордо Ксенос, хотя принята не всеми. Некоторые даже утверждают, что тираниды когда-нибудь поглотят всю органическую жизнь в галактике, флоты-ульи столкнуться друг с другом, пока один единственный выживший не впитает в себя всю возможную биомассу.

154

Конкретно как это происходит, все еще следует определить, несмотря на все усилия сотен магос-биологис, работающих на Ордо Ксенос; но мы до сих пор имеем только зачаточное понимание как воспринимает свое окружение разум-улья.

155

Как и миллиарды других техножрецов, разбросанных по всей галактике.

156

Возможно они общались по внутреннему воксу.

157

Скорее всего те же мысли посещали космодесантников. Использовать столь разрушительное оружие как болтер, в окружении столь важного и хрупкого оборудования стало бы отчаянным поступком.

158

Несмотря на то, что Каина изображают с этим оружием, или очень похожим, на множестве пиктов пропаганды, насколько я знаю, он никогда не использовал его в бою, предпочитая привычный ему лазпистолет. В конечном итоге он подарил болт-пистолет мне, и он продолжил служить Императору в арсенале, доступному моей свите.

159

Эвфемизм Имперской Гвардии для умерщвление из милосердия.

160

Здесь непонятно, говорит ли он о местном представительстве Адептус Арбитрес, или же о силах правопорядка Фекандии. Скорее всего и о тех и о других.

161

Иммунная система космодесантников в самом деле поразительная, но не настолько.

162

С которыми на Фекандии вряд ли можно шутить.

163

Раз уж он не упомянул про скитарий, можно сделать вывод, что те их не слышали.

164

Возможно чтобы спрятать свою эмоциональную реакцию, хотя как обычно это ускользает от Каина.

165

Вполне возможно, если их аугметика питались за счет внутренних конденсаторов; достаточно распространенное улучшение среди сильно измененных техножрецов. И особенно если они выполняли работы в непосредственной близости от плохо изолированных контактов.

166

Или для последующего анализа, или же как содержащие потенциальную биологическую угрозу, а может быть и то и другое.

167

Способность Юргена нейтрализовать психические феномены вроде бы разрушала телепатию выводка генокрадов, и способность отдельных тиранид чувствовать связь с разумом улья. Хотя такое происходило всего лишь несколько раз в прошлом, и по понятным причинам, проверить дело на практике не представлялось возможным.

168

А вот тут он прав. Юрген был одним из моих самых тщательно оберегаемых активов, вот почему я оставила его на относительно не примечательной позиции возле Каина. Периодически я использовала его, но не включала напрямую в свою свиту. С одной стороны это причиняло неудобство моему собственному псайкеру - он падал в обморок каждый раз, когда Юрген заходил в комнату, с другой стороны у меня не было желания постоянно противостоять коллегам из Ордо Маллеус, которые непременно желали заполучить "пустого" в какую-нибудь свою новую экспедицию-охоту за демонами.

169

Ссылка на то, что он родился в подулье, хотя на каком мире - до сих пор остается загадкой. "Крысы" - достаточно часто встречающийся термин ульев, обозначающий тех, кто в буквальном и переносном смысле оказался на дне социума, они жили за счет того, что могли выковырять из мусора, который падал сверху (или сливался).

170

Несмотря на чудовищную природу причиненных ран, телоточцы умирают через несколько секунд, так что раненные часто могли остаться в живых, если не были затронуты жизненно важные органы, а техножрецы большую часть в любом случае заменяли на крепкую аугметику.

171

Очевидно это особенно сильно модифицированный техножрец.

172

Явное преувеличение, так как он уже больше чем один раз оказывался снаружи.

173

Нужно признать, что если фрагмент биокорабля действительно был размером с "Гибельный клинок", как описывал Каин, дверь должна была быть значительно больше.

174

За исключением технодесантника, о котором упомянул Шолер при первой встрече, тот явно весь инцидент провел где-то в другом месте.

175

Скорее всего ему было просто плевать, в данных обстоятельствах он просто не мог промазать.

Content

Высшее благо
Кайафас Каин – Заключительная

Вступление

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвёртая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Потерянные Сноски