Ал Кудряшов

Блондинка и некромант

Пролог

Большой джип летел по КАД в сторону Руставели. Вика Мальцева, совершенно очаровательная девушка, тремя пальчиками на руле управляла тяжелой машиной. Вика была довольна собой. И окружающим миром. Еще бы! Только что она всеми возможными способами ублажала хорошенького мужчинку. Не забывая и о себе. Уж она-то со своим опытом совершенно точно знала: чем больше мужчина получит, тем больше получит она сама. Если хотите, это было ее жизненное кредо. Ну не считая того, что нужно брать от жизни все, что жить нужно в кайф, и бла-бла-бла. Последнее включало в себя такое количество «кред», что нам с вами и не снилось. Ну во всяком случае, нам трудно определить это более выразительно, чем «бла-бла-бла». Вика была «настоящей блондинкой» и даже, не побоюсь этого слова, «кисо». Еще она считала себя эксклюзивной стервой. И не боялась признаваться в том, что она — принцесса. Можно много рассуждать на тему эксклюзивности или венценосности, но нужно отдать должное и Вике. Такой роскошной девушке прощается все. Нет нужды описывать ее внешность. Просто представьте себе секс-бомбу. Представили? Вот это Вика и есть. Конечно, в создании образа поучаствовал силикон. Но настоящий мужчина мог простить ей и это. В конце концов, железные факты таковы, что к аппетитному декольте не то чтобы прилипали мужские взгляды, а намертво приваривались. Если, конечно, не скользили по длинным стройным ножкам.

Вика еще чувствовала запах мужчины. Еще мурлыкала навязчивый мотивчик, довольная истомой тела и зашкаливающим настроением. Но воронка уже нависла над бешено мчавшимся джипом.

Глава 1

— Ну вот, сладенькая моя, а ты брыкалась. Все равно я до тебя добрался!

Голос был не то чтобы потусторонним. Но определенно каким-то неестественным. Впрочем, что может быть естественного, когда голос раздается из ниоткуда? В пустом темном подвале. Ну пусть не совсем пустом. Посередине тонущего в полумраке низкого помещения стоял стол. На нем — распластанное худенькое тело. Явно эльфийского происхождения. И непонятного возраста. Ведь каждому известно, что возраст эльфов угадать невозможно. Как и пол. Во всяком случае, любой встретивший разумного из эльфов долго чесал бы затылок. Раздумывая, какого пола это юное небесное создание. Впрочем, тело было обнажено. И любой, кто мог бы оказаться в подвале, определил бы, что перед ним эльфийка. Небольшие, очень аккуратные грудки и краешек расщелинки — все определенно указывало на женский пол. Если, допустим, случайно оказавшийся в подвале был мужчиной, он бы, безусловно, заинтересовался восхитительным видом. Длинные стройные ножки. Тонюсенькая талия. Точеная шейка. Ну и, конечно, изумительной красоты мордашка. Огромные глаза были закрыты, но это придавало утонченному лицу томный шарм. А для особых извращенцев очарование подчеркивалось изящными, заостренными на кончиках ушками.

Впрочем, были два особенных условия! При которых распростертое тело становилось по-настоящему привлекательным. Во-первых, наш предполагаемый мужчина (вот ему икается-то) должен был быть некрофилом. Конечно, не самым последним. Жизнь все же еще теплилась в эльфийке. Но постепенно затухала. И душа уже готовилась покинуть бренную оболочку. А во-вторых, и это было даже более существенным, он должен был быть отчаянным храбрецом. Эльфийку звали Эраноэль.

Да-да. Это была одна из трех Проклятых ведьм Зеленоморья. Каждый разумный и девять из десяти магов трепетали при упоминании этого имени. Да и у оставшихся десяти процентов это имя вызывало зубовный скрежет. И хорошо если не колики в животе. А уж пара мурашек пробегала точно.

До того как Темное пламя пожрало ауру Эраноэль, она была обычной эльфийкой. Трепетно взращивала всяческие сорняки, отказывала ухажерам («опять эти нелепые телодвижения»), отваживала или запутывала путников, дерзнувших проникнуть в священный лес в ее дежурство («стрелы, кровь… фи!»), презирала людишек, ненавидела гномов и не замечала других разумных. В общем, все как у людей… Ну то есть у эльфов.

Эгоистичный эльфийский характер требовал большего. А там подоспело и проклятие. Очередной некромант-самоучка сразу после сведения юношеских прыщей решил заиметь в слугах парочку зомби-куколок. А кто лучше всех подходит на роль куколок? Пусть и зомби? Конечно, эльфийки! И вот благородный юноша уже на опушке эльфийского леса. Уж отметить эльфийскую ауру и проклясть ее сил у него хватит! Ага. Хватило. Вот только после этого в его внутренностях вдруг проросли жесткие побеги глум-травы.

Избавиться от Темного пламени хлопотно. Но в этом нет и ничего сложного. Почему-то Эраноэль не захотела очистить свою ауру. Возможно, ей понравилось, с какой быстротой прорастает глум-трава в животе идиота-некроманта, даже не позаботившегося о защите. Скорость роста была раза в два выше, чем обычно. И это через несколько мгновений после того, как пятнышко Темноты замарало цветную ауру! А может, будущей ведьме просто надоело выращивать красивые сорняки? Ах да, их еще называют цветами. Впрочем, какая разница, когда могущество само плывет в руки?

Наши ожидания редко совпадают с реальностью. С Эраноэль произошло то же самое. Бухнувшись с размаху в Темноту, эльфийка очень скоро поняла, что бухнулась в нечто более грязное и вонючее. Ну вы поняли. Конечно, все маги и магички с цветными аурами сразу начали охоту за Темной. Никто не смотрел, что подчас их цели ничуть не благороднее, а методы иногда гораздо грязнее. Но бренд!.. Пусть и во многом созданный и растиражированный противниками. Тут и поедание младенцев, и купание в крови девственниц. И острые зубы в том самом месте, откусывающие в тот самый момент ту самую штучку. Эй! А ты свечку держал?

Впрочем, оказавшись в численном меньшинстве перед многочисленными Цветными, поневоле начнешь сопротивляться всеми доступными способами. Честными и бесчестными. Что такое три Проклятых ведьмы, пара личей и несколько некромантов восьмого круга против толпы архимагов? Вот и приходилось использовать все, что попадалось под руку — порчу, чуму, яд, шило в ухо от очарованного слуги. Иногда получалось поставить под свою руку какое-никакое королевство. Захудалое в основном. Где архимагов отродясь не видывали. Вот тут-то Темные разворачивались. Пытались дать бой Цветным не только в полупартизанской войне. Но и в полномасштабных боевых действиях. Ведь любой убитый воин тут же вставал под знамена Тьмы. Не важно, с какой стороны он пришел на поле битвы.

Темные битвы проигрывали. Сложно устоять против объединенных сил Зеленоморья. Но шумели изрядно. До потрясения основ. Заодно и мир от перенаселения избавляли.

Бывали и относительно мирные периоды. Ведьмы и примкнувшие к ним расползались по своим замкам в Пограничье. Сидели тихо. Для всех, кроме друг друга. Эти годы были едва не труднее для самих Темных. Каждый пытался нагадить соседу. До смертельного исхода. Впитать ауру поверженного, что может быть лучше? Некроманты сразу переходили на следующий круг. Сила ведьм не подчинялась четким законам — зависела от многих сиюминутных условий. Но счетчик накручивался будь здоров!

Тишина заканчивалась всегда одинаково. Как же не закусить младенцем? Не искупаться в крови девственниц? Не откусить тем или иным способом главную мужскую гордость? Вот и начинали Темные потихоньку проникать в обжитые земли. Опять пакостить. Опять интриговать. Опять пытаться отщипнуть кусочек от процветающих и не очень королевств.

Вот такое исчадие Тьмы бессознательно лежало в сумраке подвала. Наверное, теперь любой предполагаемый (не икай, друг!) мужчина зарекся бы от какой-либо связи с этой хрупкой эльфийкой. Будь он трижды некрофил. Или четырежды любитель острых ушек.

— Сейчас создадим прокол реальности. — Вибрации воздуха возникали сами по себе, с кажущейся легкостью нарушая законы физики. — Хорошо бы угадать с цветом и насыщенностью ауры. В идеале иномирянин должен быть и послушен и исполнителен. Поэтому аура должна быть какая-нибудь нежная и слабенькая. Да! Простой разумный меня вполне устроит. Ведь еще нужно протащить в прокол свою сущность. Хотя бы часть… Если угроблю большую часть собранной энергии на переброску сюда мага из другого мира, даже слабенького, то максимум, что я смогу иметь в реальности, — один глаз и способность микроизменениями давления колебать воздух. То есть говорить. Самое хреновое в этой ситуации, что я не могу просто сформировать тело себе сам. Какая гадость эти законы мироздания, что не позволяют окончательно умершему сразу восстать. Нет! — Воздух неожиданно возмущенно фыркнул. — Все так устроено, что только живой разумный может создать полностью функциональное тело. Бред! Почему все так несправедливо устроено?! Ну ничего, надеюсь, что прорвусь в этот мир хотя бы полновесной мертвой сущностью, обладающей многими магическими способностями. Жаль, конечно, что на подчинение даже умирающей Проклятой пришлось потратить столько энергии. Но это было прекрасно — ощутить хоть часть былого могущества, когда ведьма покорно спускалась в этот подвал. Да даже просто разговаривать с самим собой — прекрасно до изумления. — Голос замолчал на несколько мгновений. А потом ворчливо приказал сам себе: — Ладно, хватит трепаться! Пора приступать. А то Проклятая сейчас сдохнет…

В подвале закружилась метель из цветных искорок. Они притягивались к обнаженному телу. Вытягивались в воронку, которая стремительно вырастала раструбом к потолку. И терялась где-то между мирами.

— …Оба-на! А неплохо получилось!

Можно любить невысоких худеньких девушек с маленькими грудками. А заодно и с заостренными ушками. Можно отдавать предпочтение женщинам в соку. С пышными формами. Зависит от вкуса. Но остаться равнодушным к эталону красоты нельзя. А именно в такой эталон трансформировалось тело эльфийки, сплавленное с телом секс-бомбы.

Все! Нигде ничего ни прибавить, ни убавить. Красота, изящество, сексуальность… Говорить можно еще долго. Но описанию все равно не поддается. Это надо видеть!

И, судя по всему, кто-то уже мог любоваться стройной фигуркой, распростертой на жестком столе.

Прокол реальности был узконаправленный. Но очень мощный. Огромное количество энергии не только позволило создать канал для переноса сущности Вики Мальцевой и последующего переформирования двух женских тел в одно. Поток, подвластный несуществующему некроманту, зацепил еще одну сущность. Давно мертвую. Но не распавшуюся. Никто не знает, чего стоило Ринару поддерживать псевдожизнь между реальностями. Или веками копить энергию. Или искать того, кто сможет принять эту энергию — сильного мага, не ниже восьмого круга. Или направить события по такому руслу, чтобы у этого мага к моменту трансформации энергия была исчерпана до нуля. Сказать, что это было сложно, значит не сказать ничего. Эраноэль подходила на эту роль как никто другой. Мощная насыщенная аура. Привычка, выработанная многолетним могуществом, путешествовать в одиночку или лишь с одной телохранительницей. Тяжелый характер, заставляющий эльфийку встревать в любую разборку с Цветными.

Как раз последнее и привело Эраноэль в этот подвал — Проклятая без раздумий ввязалась в бесперспективный бой с карательным отрядом. И исчерпала свою энергию почти до донышка.

А вот отыскать на задворках Вселенной носителя слабенькой ауры, которого можно было без труда подчинить, было гораздо проще.

Над столом с распростертым на нем совершенным женским телом замерцал шар. И стал постепенно разгораться. Раскаленные искорки разбрызгивались вокруг. Падая на каменный пол, на стол и бархатную кожу, они гасли. Особенного вреда они причинить не могли. Разве что чуть обжечь своей чуждостью этой реальности. Но чувства обновленной девушки еще были отключены. Она не приходила в себя, хотя брызги межреальности падали на вполне себе чувствительные места. Поэтому никто не был свидетелем, как из шара стал проявляться Ринар. Частями.

Увы. Надеждам некроманта не суждено было сбыться. Энергии не хватило, чтобы прорваться в реальность полновесной магической сущностью. Хоть и мертвой. Да, в этот мир поместилось совсем немного от Ринара. Впрочем, это не очень огорчило бывшего некроманта. Главным инструментом по возвращению тела должна была стать Эраноэль. Знания ведьмы и покладистость неизвестной девушки из другого мира должны были гарантировать освобождение. Воскрешение. Новое воплощение. Называть это можно как угодно, но Ринар не забивал свою голову (а она какая-никакая теперь у него была) подыскиванием определений. Все его внимание было приковано к пошевелившемуся стройному телу.

— А-а-а! Кто здесь?

Надо отдать должное Вике. Любая при виде висящего в воздухе горящего черепа с шарами глаз, уложенных в провалах глазниц, скорее всего, хлопнулась бы в обморок. Вика не такая! Она лишь попыталась прикрыться от нескромных мужских взглядов. Вот еще! За просто так рассматривать ее роскошное тело… Половая принадлежность страхолюдного черепа сомнений не вызывала — вон как пялится! Едва зенки не вываливаются!

Но едва изящные пальчики коснулись грудей, как девушка завопила:

— А где мои сиськи?!

Шары глаз в глазницах полыхающего черепа поднялись к потолку:

— О нет! Только не это!

— Как это? Как это — не это! Что может быть важнее?

Вика все же сумела прикрыться системой ладошек и локтей. Ну и заодно принять изящную позу. В любое время и в любом месте девушка могла принимать изящные позы. И не важно, кто в этот момент мог наслаждаться ее сексуальным обликом. Голубоглазый широкоплечий блондин или ужасный пылающий череп.

Конечно, в процессе сохранения скромности Вика убедилась в том, что тело не совсем ее. Или совсем не ее. Оно уменьшилось в объеме, но стало гораздо изящнее и стройнее.

— Эраноэль? — жалобно пролепетал Ринар, еще лелеющий надежду, что чудовищное недоразумение развеется. Сейчас ведьма расхохочется. Может быть, покажет язык и сознается в том, что она — это она. Но голосок, в котором чувствовался нежный звон серебряных колокольчиков, разбил последние надежды:

— Нет! Вика Мальцева! И верни мне мое тело! Ты же его украл?.. Все! Я обиделась!

Девушка чуть отвернула головку, одновременно вздергивая подбородок.

Поза «обиженная принцесса». Композиция, убойно действующая на мужчин. Композиция, после которой оставалось только выбирать, какой тип веревок вить из зрителей. И насколько туго. И не важно, что вокруг тебя летают и скрипят оранжевыми зубами. И даже слегка гудят, словно рассерженный трансформатор.

Ринар завис перед девушкой.

— Этого не может быть! За что мне, старому больному некроманту, это наваждение?

Вика скосила взгляд на вращающиеся в глазницах шары. Ее размышления были простыми. Может быть, простить черепушку? В конце концов, тело было очень неплохим. Похоже, в нем не надо бороться с целлюлитом, как и вообще с лишним весом. Можно носить любые джинсы без опаски не влезть в них через месяц. Не надо пыхтеть в тренажерных залах перед курортным сезоном… Зама-а-анчиво! Вика соизволила не дожидаться вопросов: «За что ты на меня обиделась?», «Что-то не так?», «Что я такого сделал?» Да и других дурацких мужских вопросов, когда те пытаются отыскать несуществующую логику впадения в обиженное состояние. Она даже кокетливо улыбнулась:

— Я вижу…

— Что же ты видишь, несчастная?

— Что ты очень болен. Это же надо так запустить болезнь, чтобы осталась одна черепушка с парой глаз! Да еще светящаяся! — Тут девушка забеспокоилась: — А это не заразно?

— О бестолковая курица! Дочь росомахи и гоблина! Это не может быть зара…

Мощному удару позавидовала бы любая профессиональная волейболистка. Нежная девичья ладонь отправила череп, словно мяч, оставляющий оранжевый шлейф, сначала в одну стену, от которой он отрикошетил в грязный пол. Потом он ударился в другую стену и закатился под стол.

Вика немного перегнулась, чтобы заглянуть вниз.

— Я вижу, что болезнь поразила и твой мозг. Разве можно говорить девушке такие гадости? Эй, ты там живой? Ну или целый? В общем, я тебя не расколотила?

Из-под стола донеслось гудение. Ринар, немного неуверенно покачиваясь в воздухе, вновь завис напротив девушки.

— Может, еще не все потеряно? — проскрежетал он. — Смертный не смог бы сбить мою сущность с такой легкостью. Итак, давай начнем сначала.

— Обычно я второго шанса не даю, — поджала губки Вика, но затем кокетливо улыбнулась: — Но ты так необычен, что чем-то запал мне в душу. Я так понимаю, что могу чем-то тебе помочь? Только, чур, без интима. Я пока не готова… С таким, как ты.

Ринар с досадой зарычал. Но ругаться не стал. Лишь с опаской покосился на изящную ладонь, столь трепетно поддерживающую аппетитную плоть.

— Хотя… — Вика оценивающе прищурилась, разглядывая пылающий череп. Хихикнула. — Если у тебя вдруг откуда-нибудь вырастет интересный отросток… Впрочем, нет! Забудь! Я не такая! Меня еще завоевать надо. Для начала: здесь есть какой-нибудь шикарный ресторан?

Ринар застонал, но постарался держать себя в руках:

— Спокойно, Ринар! Не для того ты два столетия ждал!

— О, тебя зовут Ринар? Мне нравится! И — да, озабоченных старикашек я не переношу. Так что поищи другую молоденькую дурочку. Ресторан отменяется!

— Вика! — взревел Ринар. Сейчас он очень жалел, что не смог проникнуть в этот мир всей сущностью. Ведь тогда можно было бы попросту растерзать эту глупую блондинку. — Ты можешь думать еще о чем-нибудь, кроме кобелей и того, что с ними связано?

— Разве тебе неприятно, что я о тебе так думаю? — Идеальные брови девушки удивленно поползли вверх.

— Я не кобель! Так, стоп!.. Подозреваю, это может длиться бесконечно!

— Ну ладно-ладно. Чего ты взбеленился? Я, так и быть, даю тебе второй шанс. Начнем сначала. И бла-бла-бла. И вообще, ты не мог бы мне принести какую-нибудь одежду? Тебя ведь это не затруднит?

— Вот с этого и начнем, пожалуй. Ты не чувствуешь в себе сил сотворить одежду?

— Ты рехнулся? Кажется, я напрасно дала тебе второй шанс. Или твой мозг отшибло во время полетов?

— Я понимаю твое недоумение. Если быть откровенным, я должен был вплавить в эту сущность только твою ауру. Твоя душа должна была погибнуть вместе с сознанием.

— Гадкий Ринарчик! — сузила глаза девушка. — Я тебе еще это припомню. И кто же должен был оказаться на моем месте?

— Могущественная ведьма, которая могла переместить мою сущность в любое подходящее тело. Либо сотворенное ею чисто магически с нуля. Либо какого-нибудь разумного после умерщвления его личности. Либо считанное с матрицы моего бывшего тела, с матрицы, в которую записывается все, что происходит во Вселенной… Ну а сотворить себе одежду ей вообще — раз плюнуть.

— А я тогда вообще зачем?

— Ее аура была надежно защищена от любого воздействия. Смешав ее сильную и твою слабую ауры, я должен был получить над ведьмой полный контроль. Но что-то пошло не так. Совершенно не так. И тело не должно было трансформироваться. И твоя личность почему-то оказалась сильнее. И под контроль я тебя не могу взять. Ни одна попытка не сработала.

— Да! — Вика гордо выпятила пухлую губку. — Мы, русские, такие! Нас лаской надо брать. Во всяком случае, меня. — Девушка хихикнула, кокетливо стрельнув глазками в сторону черепа. Флирт и кокетство были ее стихией и даже образом жизни. И ее совсем не смущало, что Ринар обращал мало внимания и на прелести, и на кокетство. Просто иначе общаться с кем-то, кто хоть как-то относился к мужскому полу, она не умела. — А что такое аура?

— Аура — это инструмент мага. Ну или ведьмы. У смертных аура — трудно различимый бесполезный придаток. Нужен талант, чтобы с помощью ауры менять реальность. Если сильно упростить, то это словно кисть в руках художника. Один может создать шедевр, которым будут восхищаться, другой намалюет какую-нибудь мазню, не интересную никому. Отличие только в том, что обычный смертный даже мазка не сможет нанести на холст. Второй функцией ауры является накопление магической энергии для преобразования реальности. Чем насыщенней и объемней аура, тем сильнее колдовство. Но чем сильнее колдовство, тем дольше придется восстанавливать израсходованный магический запас.

— Ой, а у меня есть аура? — едва не подпрыгнула Вика, не обращая внимания на то, что некоторые места, за которые она так упорно сражалась, стало наблюдать гораздо легче. Впрочем, это могло быть сделано осознанно. Ну или на уровне инстинктов. Сметливая девушка уже поняла, что с Ринаром выпутаться из сложившейся сказочной ситуации будет гораздо проще. Поэтому — ну пусть посмотрит. Пусть пооблизывается. Тем более что непосредственно в том виде, в каком пребывал некромант, перейти к практическим действиям было проблематично. Ее девичья честь была вне опасности. Собственно, увы, опасаться было некого. Во всяком случае, пока сама девушка эту самую честь собиралась сохранять. И она пока не принималась соблазнять странный череп всерьез. Так что никто не мог бы обвинить ее в раскрутке динамо: поводить бедного ухажера за нос, пообещать заоблачное наслаждение, а потом — тапки врозь и нам с тобой не по пути. Ну а как иначе? Череп — он череп и есть. Хоть и оранжево-стеклянный. Хоть и полыхающий… Чего тут соблазнять-то? Если всерьез? Нет-нет! Ну чуть-чуть приоткрылись соски. Ну чуть-чуть приоткрылся голенький лобок. Разве это повод обвинять ее в соблазнении? Так что совесть чиста.

Хотя надо заметить, что многие мужчины могли сказать про Вику: ее совесть чиста, потому что она ею не пользуется. Впрочем, по глубокому убеждению Вики, так могли сказать только брошенные любовники. Ха! И зачем их вообще вспоминать?

— Ну так что, ты видишь мою ауру? И почему я ее не вижу? Ее все же нет?

— Носитель не может видеть собственную ауру. И чужую ауру очень трудно разглядеть. В любом случае это надо видеть не обычным зрением. Только маги могут увидеть не отраженный от предметов свет, а потенциальную энергию мира, сконцентрированную возле носителя. Сам биологический механизм связан со зрительными нервами и областью мозга, отвечающей за зрение. Практически это примерно так же, как пытаться разглядывать мелкий текст на большом расстоянии. Напрягаешь зрение, напрягаешь, глаза слезятся, буковки расплываются. Но иногда можно разглядеть написанное. Как-то так и с видимостью аур. Нужно зафиксировать внимание на мелочах, деталях, и мир начинает терять краски, и проступают цветные ауры. Или черные. Но тоже имеющие оттенок — холодный черный, теплый черный…

— Вот ты мне зачем это сейчас рассказываешь? Ты мне конкретно скажи, есть у меня аура или нет?

— В этой сущности я не могу видеть ауру.

— А чего ж ты меня паришь-то здесь? Пф-ф… Давай-ка снимайся с ручника и объясняй, как мне узнать, есть у меня способности к магии или нет.

— Сама ты ручник! Тоже мне мыслящая блондинка нашлась! Хе-хе. Хе-хе-хе…

— Пошутил, что ли? И опять удачно? — Сарказм и опасный блеск в глазах были весьма неприятными знаками для всех, кто знал Вику. — Опять полетать захотелось?

— Все-все! — Ринар отшатнулся, настороженно следя за руками девушки, пока все же не собирающимися покидать уютные соблазнительные участки ее тела. — Давай лучше продолжим.

— Продолжим? Мы еще не начинали, — проворчала девушка. — И вообще, одни шутят про блондинок, а другие с ними спят. Ты пока в первой категории. Так что губы закатай! Или что там у тебя есть самозакатывающегося…

Ринар загудел, как древний трансформатор. По всей видимости, так проявлялась крайняя степень раздражения. Однако накалять обстановку не стал. Либо опасался выступить в роли волейбольного мяча. Либо интуитивно выбрал правильную линию поведения. Со стопроцентными блондинками иначе нельзя. С ними ведь как? Как только подключаешь логику, сразу оказываешься в дураках. Ринар этого знать не мог, но счел за лучшее спокойно продолжать. Во всяком случае, пока мозг еще не вскипел:

— Кстати, как я уже говорил, то, что ты смогла коснуться моей сущности, — очень хороший знак. Ты, безусловно, обладаешь какими-то задатками ведьмы.

— Я не просто коснулась. Это первое. Второе: я не ведьма, а совсем даже наоборот. Ангел во плоти! — Вика не хотела спорить, но ведь надо все расставить по местам. И вообще, последнее слово должно оставаться за ней!

— Не важно! Суть в том, что тебе надо изменить реальность так, чтобы в этом мире появилась одежда. Задействуй свою ауру! Попробуй отыскать в уголках своего сознания знания Эраноэль. Рисуй на этой реальности, словно на холсте. Только учти, что способность менять реальность обратно пропорциональна квадрату расстояния.

— Чего-о-о? — Длинные густые ресницы захлопали, показывая, что хозяйка в полном недоумении. — Ты попроще как-нибудь про квадратное расстояние! Не выпендривайся, на пальцах покажи. Ах да, — Вика скептически поглядела на череп, — пальцев-то у тебя нет…

— Не квадратное расстояние, а квадрат расстояния! Это значит, что рядом с собой ты можешь воздействовать на реальность с определенной силой. В радиусе двух шагов эта сила уменьшается в четыре раза. В радиусе пяти шагов — в двадцать пять раз. А на расстоянии ста шагов твоя способность к преобразованию реальности уменьшится в десять тысяч раз. Именно поэтому маги не создают, например, огонь вокруг далекой жертвы, а формируют заклинание около себя. А потом бросают его в сторону противника. Используя инерцию. Даже при многочисленных промахах это гораздо экономичнее и убойная сила самих заклинаний гораздо мощнее. Конечно, иногда может использоваться точечное воздействие. Маленькая иголочка в сердце не менее смертельна, чем заклинание, разрывающее разумного на куски. Но защите от такого слабого воздействия можно обучить любого. Даже не обладающего малейшими способностями к изменению реальности. Так что попробуй сотворить себе одежду, но не слишком далеко от себя, не дальше вытянутой руки. И еще. На будущее. Реальность всегда сопротивляется любым изменениям. То есть любая вещь, предмет или стихия, произведенные только с помощью магии, не являются стабильными. Разрушать всегда легче. Этот принцип используют при защите. Огненный шар, брошенный в противника, достаточно легко отбить, всего лишь стабилизировав реальность вокруг себя. Пока заклинание чуждо этому миру, его гораздо проще нейтрализовать. В отличие, например, от меча, выкованного из обычного куска железа с помощью обычных инструментов. Если он, этот меч, всегда принадлежал этому бытию, то простой стабилизацией реальности его не отобьешь. Нужно либо носить реальный доспех, либо создавать магический щит, причем такой, чтобы выдержал удар реального меча.

— Ты хочешь сказать, что любой маг-молокосос, пожелавший увидеть меня в чем мать родила, легко сможет развоплотить сотворенную одежду? А если я оденусь в сшитые вещи, то ему потребуется гораздо больше энергии, чтобы это проделать?

— Вот именно! Не думал, что я это скажу, но ты умница, прекрасно поняла принцип возникновения магических вещей. А теперь приступай!

Вика польщенно улыбнулась, ей определенно понравилось, что ее назвали умницей. Пусть и назвал ее так всего лишь пылающий полупрозрачный череп. Потом сдвинула изящные бровки. Прикусила пухлую губку. Разок наморщила носик. Напряглась так, что порозовели нежные щечки.

И вдруг в воздухе, рядом с пылающим черепом, возникло белое в цветах платье. Маленькое, коротенькое. Модненькое. Как раз такое, что, будучи надето на стройной девушке, вводит в ступор всех встречных мужчин.

Ринар тоже впал в ступор, увидев, что сотворила девушка.

— Э-э-э… Что это?

Однако Ринара для девушки уже не существовало.

— О, какое хорошенькое! Я как раз о таком мечтала.

Восторженный визг, и Вика, позабыв даже о том, чтобы нарочито скромничать, схватила парящее в воздухе платье.

Платье оказалось впору. Село, как влитое, подчеркивая женственные изгибы стройного тела. Широкие бретельки Вика тут же спустила с плеч, чтобы они обнажились и казались еще сексуальнее вкупе с точеной шеей.

— Интересно, а сиськи я могу сделать побольше? — пробормотала девушка себе под нос, взвешивая вышеозначенные в ладонях.

— Живая плоть поддается магии гораздо хуже мертвой материи. Чтобы ее преобразовывать, необходимо понимать и учитывать все физические и химические процессы, протекающие в живых клетках. И вообще, ты понимаешь…

— Умолкни! — Изящная рука вытянулась в сторону Ринара. Его рот тут же залепило чем-то сильно смахивающим на жевательную резинку. — Не мешай. И не жужжи. Так… Теперь мне надо трусики… чулочки… туфельки… Косметичку! Сумочку!

По мере того как в полутемном помещении проявлялись все эти вещи, Ринар гудел все сильнее. Особенно эмоционально он воспринял туфли на высоченной шпильке и изящной платформе. Чулки и невесомые трусики были приняты чуть более благосклонно. Несмотря на бесполую сущность, череп не мог не оценить изящество, с которым любая мало-мальски привлекательная девушка умеет надевать вышеуказанные предметы своего гардероба. Ну а уж такая кокетка, как Вика, проделывала все это настолько грациозно, насколько и неосознанно. Подчиняясь безусловным женским рефлексам. Конечно, действия в обратном порядке могли бы порадовать гораздо больше. Но в нынешнем состоянии Ринару выбирать не приходилось.

— И наконец — зеркало!

Ринару пришлось затихнуть. Все равно с комом жвачки самостоятельно не справиться. Все равно увлеченная обновками и собственным отражением Вика обращала на него внимания меньше, чем на камешки под ногами. Девушка крутилась перед зеркалом. Пританцовывала. Сама с собой разговаривала. В основном это были комплименты и похвалы. Пожалуй, новое тело было восхитительным. Возможно, даже грудь не стоило делать больше. Как бы это кощунственно ни звучало для настоящей блондинки.

— …Такая сладенькая девочка! Чмок-чмок-чмок! — Послав последние поцелуи своему отражению, Вика наконец обратила внимание на Ринара.

Одно движение руки, и оскаленные зубы черепа освободились.

— Тьфу! Тьфу! Что за гадость? Кто это жевало? Как ты посмела?

На голову Вики, все еще нет-нет, да посматривающую в сторону своего отражения, полился поток гневных слов. Нет, пожалуй, больше было междометий…

— Ну-ну, дорогой, — проворковала девушка, грациозно изгибаясь перед зеркалом. — Зато я готова к трудовым подвигам! Тело тебе, говоришь?

Упоминание про тело заткнуло фонтан. Мгновенно. Ринар, конечно, еще неодобрительно покачал головой (всем, что у него было).

— Нам предстоит неблизкий путь, а ты на таких шпильках все ноги переломаешь. А не переломаешь, так изрядно погнешь. Хе-хе…

— Но-но! Что за шутки? Смотри у меня! Сейчас договоришься! Брошу тебя здесь, а сама выйду в свет. Такая чудесная девушка пешком не ходит. А там, если повезет, и до Питера доберусь… Или до России? — Искусно подведенные глазки угрожающе сузились, обещая все кары мира некроманту, если тот утащил ее куда-то дальше Пскова.

— Э-э-э, понимаешь… — Ринар пытался не смотреть в глаза блондинке. — Ты сейчас совершенно в другом мире. Здесь нет ни России, ни Питера. Ты даже думаешь, не то что говоришь, на языке, который тебе достался в наследство от Эраноэль.

— Стоп-стоп-стоп! Ты хочешь сказать… Я тебя правильно поняла? О-о-о…

Психика настоящей блондинки была устойчивой. Чрезвычайно. Но даже такая устойчивая психика оказалась не готова. Ну еще бы! Оказаться не в Москве, где у Вики было много знакомых, которые разбились бы в лепешку, чтобы доставить ее домой. Не в каком-нибудь Египте, где можно соблазнить первого попавшегося шейха. А потом сбежать из его гарема опять же в Россию. В Санкт-Петербург. Не в Америке… Там, конечно, труднее. Могут и срок впаять за сексуальное домогательство. Один ее видок при неблагоприятных обстоятельствах мог привести к аресту. Впрочем, Вика верила в хорошее и была бы не против, чтобы какой-нибудь голливудский красавчик «арестовал» ее в пределах спальни. Со всем набором — наручниками, дубинками и допросами с пристрастием…

Но другой мир!.. Глазки Вики закатились, и она без чувств рухнула на запорошенный каменной пылью пол.

— Ну наконец-то! — пробормотал Ринар. — А я уж думал, ее ничем не проймешь. Неудивительно, что она вытеснила сущность Эраноэль!

— Как это — в другом мире? — в который раз вопрошала Вика.

Она крутилась на месте, огорченно пытаясь рассмотреть ущерб, нанесенный платью. Не факт, кстати, что грязь и пыль на платье расстраивали ее меньше, чем попадание в другой мир. В конце концов, такая девушка, как она, сможет устроиться в любом мире… Где есть мужчины, падкие на женские прелести. Легко! А вот платье…

— Все очень просто. — Ринар медленно облетал девушку, удивляясь тому, что она попросту не вычистит платье магией. И наконец сможет вдумчиво прислушаться к его словам. — Ты помогаешь мне обрести новое тело, а я, получив доступ к управлению реальностями, возвращаю тебя в твой мир. Идет? Эй, ты меня слушаешь?

— Платье испорчено! — Бровки домиком и обиженно выпяченная нижняя губка. — Что теперь делать-то? Я сейчас плакать буду!

На самом деле Вика совсем не собиралась плакать. Просто она по привычке собиралась переложить решение проблемы на мужчину. Или в данном случае на часть мужчины. Верхнюю. Она прекрасно знала, что, если на мужчину сильно надавить, его верхняя часть умеет прекрасно решать проблемы. Ничуть не хуже, чем нижняя их создавать. И что может быть сильнее воздействия на мужскую психику, чем женские слезы? Только женская истерика! В общем, она оказалась недалека от истины.

— Используй магию! — прорычал череп, вращая глазищами. — Переправь реальность, где платье грязное, на реальность, где оно чистое. Или, если тебе так легче, поменяй грязное платье на чистое.

— А-а-а! — Вика в панике закрыла ушки ладонями. — Ты меня запутал. Так что мне делать-то?

— О бестолковая! — Череп гудел все громче. Казалось, еще немного, и его разорвет. Но обошлось. Было видно, что Ринару совсем не просто сохранять способность к мирному общению. Но он усилием воли подавил недовольство и нарочито спокойно продолжал: — Ты уже сотворила платье. Ты уже прекрасно справляешься с достаточно тонкими срезами реальности, так что без труда справишься с этим маленьким недоразумением.

— Ух ты! — с восхищением вздохнула девушка, когда ткань снова засияла белизной. — А почему у меня так не получается с локтями?

— Любая живая ткань гораздо хуже подчиняется изменениям. Создавать — еще ничего. Сильные маги часто делают себе разнообразные игрушки. И боевые, и сексуальные. Мозгов у них мало, оперирование реальностями в области интеллекта, души, ауры — это даже не искусство. Это гениальное прозрение! Немного проще работать с мертвыми разумными. Достаточно подменить уже остановившиеся естественные процессы жизнедеятельности на магические. Но самое сложное — изменять живую материю, так как и она сама, и процессы, происходящие в ней, изначально принадлежат миру… Да и мощности твоей совмещенной ауры вряд ли хватит на этот процесс. Конечно, можно просто освободить кожу от грязи. Но для этого нужно обладать умением идеально точно работать с реальностью. Нет никаких гарантий, что ты не снимешь вместе с грязью стружку со своего тела. Лучше пока и не пытайся. Поэтому просто отряхни руки — ведь это всего лишь пыль. Безусловно, ты многое взяла от Эраноэль. Твой потенциал велик, но даже одежду себе ты создавала с большим напряжением. Ведьма могла преобразовать плоть, создать новое тело. Ты — нет. Вот поэтому у меня есть запасной план. Нам просто нужен один мощный артефакт — Копье Подгорных Властителей. И оно должно находиться здесь неподалеку. Я специально создавал прокол реальности посреди заброшенного города, где чувствовал магический фон от Копья. И привел сюда Проклятую. Возможно, там будут ловушки и капканы. Но выбора нет, артефакт придется отыскать и забрать. Иначе мне не видеть нового тела, а тебе — своего мира.

— Так что? Я не смогу увеличить себе сиськи?

Ринар ошалело уставился на блондинку. Вроде долго прожил на свете. Мог бы, конечно, знать, что женщины выделяют исключительно свой интерес в длинных, заумных рассуждениях. Да и в коротких, конкретных — тоже. Женская логика — качественный продукт. Хоть и весьма своеобразный.

Пока череп завис во всех смыслах, басовито гудя, Вика потискала свои груди. Кстати, совсем немаленькие. Такие, как надо, — упругие объемные шары. Помяла их. Повертелась перед зеркалом, то приподнимая свои прелести, то выпячивая их, прогибая спинку. И наконец выдала:

— Ты считаешь, что и так хорошо? В принципе мне нравится… Ой, ты чего?

Ринар заревел, вертясь волчком и давясь непристойными ругательствами. К его счастью, адресных было немного. В основном он оценивал ситуацию. Довольно критически. Собственно на свой счет Вика могла отнести только «Коза!» и «Бестолковка!».

Она решила не драться. В конце концов, в устах (ну или зубах) полудохлого черепа, бывшего когда-то некромантом и хулиганом, последнее было почти ласковым выражением, а первое и вовсе, очень даже может быть, комплиментом. Ну во всяком случае, Вика так решила. И не нам ей противоречить. Кому как не пожирательнице мужских сердец разбираться, что является у мужчин оскорблением, а что комплиментом.

— Ну прости, дорогой! — Глазки невинно захлопали. В них было столько ангельской чистоты и непорочности, что Ринар поперхнулся и затих. Даже забыл гудеть. — Я все-все поняла. Сейчас мы быстренько заберем артефакт и быстренько сделаем тебе тело. А потом ты отправишь меня домой. Чего здесь не понять-то? Выход там?

Ринар ошарашенно наблюдал, как стройная блондинка резко развернулась. Взметнула волну светлых волос. И, покачивая бедрами, поплыла к полуразрушенной лестнице, ведущей вверх. Выражение лица черепа, несмотря на отсутствие лицевых мышц, кожи, то есть собственно лица, изменилось. Он злорадно ожидал, что ножки на высоченных каблуках вот-вот подвернутся и Вика рухнет. Но девушка удивила его в очередной раз. Шпильки не только помогали сохранять изящную походку, заставляющую везде и всегда замирать мужские сердца. Шпильки просто-напросто помогали переходить даже кучи щебня все с той же грацией, впиваясь в щебенку и придавая дополнительную устойчивость. Ринар покачал головой и поспешил за девушкой, непринужденно поднимающейся по осыпающейся лестнице.

— Прикольно! — застыла в проеме Вика, ненавязчиво, но твердо отводя череп, ткнувшийся ей в упругую попку.

Посмотреть действительно было на что. Древний город сохранял свое величие даже в полуразрушенном состоянии. Широкий проспект, лежащий перед изящными туфельками, был вымощен большими отшлифованными шестиугольниками, изготовленными из чего-то очень напоминающего черный мрамор. Дома, похожие на дворцы, создавали впечатляющую перспективу. Лишь кое-где нарушенную развалинами. Не было мрачности в этом умершем городе. А ярко-зеленый густой вьюнок, забравший в плен некоторые дома, только придавал улице уют. И особенное очарование благородной древности. Высокое солнце ласково коснулось нежной кожи девушки. Согревая. Прогоняя холодок подвала.

Вика замурлыкала последнюю клубную новинку и уверенно двинулась налево от подвала. Она успела отойти на несколько метров, старательно перешагивая отдельные трещины, когда Ринар догнал ее. Вкрадчиво поинтересовался:

— А ты уверена, что идешь в нужную сторону?

Не раздумывая, Вика развернулась и пошла в обратную сторону.

— Постой! Почему ты развернулась?

Ну как ему было объяснить? Такова доля блондинки. Если подобные вопросы задаются с ехидством, значит, она делает что-то не так. Можно, конечно, побрыкаться. Поупрямиться. Но зачем? Чтобы в конце концов оказаться полной дурой? Ну уж нет, лучше переложить всю ответственность на того, кто лучше знает. Понимает. Особенно в вопросах выбора маршрута. Ну что поделать, если страдаешь болезнью в обостренной форме под названием «географический кретинизм»?

Вика остановилась. Сложила руки под грудью. Притопнула ножкой. Вопросительно подняла точеную бровь.

— Ну что теперь не так?

Ринар был не очень силен в вопросах выживания блондинок. В цивилизованном обществе России. Он всерьез думал, что Вика уже во всю мощь ищет артефакт. Наивный.

— Ты ведь чувствуешь артефакт?

— Я думала, ты приведешь меня к нему.

— О-о-о!

Череп раздраженно гуднул. Только один раз. И не сильно. Методы обращения с таким явлением природы, как Вика, постепенно начинали им осваиваться. Поразительно, конечно, — к простому, бесхитростному и где-то наивному существу приходилось изобретать сложные изощренные подходы. Как по хрупкому льду идешь.

— Я могу определить направление только примерно. Моей сущности не хватает, чтобы точно локализовать объект. Пойдем потихоньку в эту сторону, а я пока тебе расскажу, что знаю об этом артефакте и как ты можешь его обнаружить. Копье Подгорных Властелинов. Очень древний и мощный артефакт. В мое время он хранился именно в этом городе. Нам повезло, что за эти два века кто-то сильно потрудился, чтобы выкурить всех жителей. Да так, что они позабыли про Копье. Может быть, это была даже Эраноэль. Тебе ничего не вспоминается? — Череп с надеждой скосил глаза.

— Все! Нет больше этой ведьмы. Осталась только хорошенькая, пригоженькая Викочка. Ангел и принцесса. И тебе советую понемногу забывать свою Эр… Эрину… Э-э-э… Ну короче, ты понял. — Вика нахмурилась. — Я все еще помню, какую участь ты мне готовил. Как бы тебе не раскаяться, если мои воспоминания станут особенно неприятными. Надеюсь, ты понимаешь, на ком я могу выместить свое неудовольствие от того, что коснулась памяти Эраноэль?

— Ты вкладываешь в понятие ведьмы что-то странное. Эраноэль была хрупкой эльфийкой неземной красоты. Не единожды воспетой в балладах. Любой юнец в этом мире желал покорить и перевоспитать Проклятую.

Да… Ринар за время своего псевдосуществования сильно отстал от жизни. Или подзабыл ее. Разве можно расхваливать одну красотку в присутствии другой? А если они еще конкурентки за обладание одним телом? Расплата наступила мгновенно. Слишком велико было оскорбление. Надутыми губками здесь не обойтись. Только полновесная смачная оплеуха!

Вот череп еще летит над левым плечом девушки, самозабвенно расписывая прелести Эраноэль. А через мгновение раскаленной ракетой вонзается в гладкую стену ближайшего дома.

Не обращая внимания ни на Ринара, засевшего в мраморе, ни на трещины, опасно зазмеившиеся от места попадания черепа в здание, ни на пару рухнувших барельефов, девушка как ни в чем не бывало продолжила путь. Только гордо вздернула подбородок.

Череп нагнал Вику метров через сто. Пристроился у стройных ножек, словно побитая собачонка.

Девушка скосила глаза, напряженно пытаясь определить, не заглядывают ли ей под юбку. Но вид трясущегося черепа, который иногда слепо тыкался в особенно высокие кучи щебня, заставил ее немного оттаять. Тем не менее тон, которым она обратилась к Ринару, мог заморозить небольшое озеро:

— Продолжай.

— Э-э-э… На чем мы остановились?

— Если не считать всяких гадостей, то на Копье Подгорных Властелинов.

— Да… Так вот, значит… Этот артефакт создан для мощного прорыва реальности. Любой разумный, даже не имеющий магических способностей, может в один момент отправить в межмирье самый большой замок. Или вытащить силу и энергию умершего мага, сумевшего не развоплотиться полностью.

— Как интересно, — равнодушно бросила Вика. — Нам-то это зачем?

— В этот прорыв ты сможешь втащить всю мою сущность целиком. — Полет Ринара постепенно выравнивался. И скоро он занял свое законное место над левым плечом девушки. — Но сейчас нам надо думать о поисках Копья. Твоя проблема в том, что в неактивном виде артефакты очень слабо фонят в магическом диапазоне.

Вика резко остановилась. Ее черная бровь саркастически поползла вверх.

— Моя проблема?

— Наша! Конечно, наша! — Летать лицом в стены домов Ринару больше не хотелось. Приходилось проявлять чудеса миротворчества. Для могущественного некогда некроманта это было непросто. Особенно перед женщиной. Да к тому же блондинкой. Но факт остается фактом, череп даже погудеть не рискнул.

Вика продолжала движение, ничуть не сомневаясь, что уничтоженный морально Ринар вскоре окажется над плечиком. И ведь так и случилось! Как не однажды случалось в истории, могущественный представитель мужской половины оказался на коротком поводке у слабой женщины. Ну да, да. Могущественный — в прошлом, слабая — тоже. И тем не менее роли были распределены. И в который раз не в пользу мужчин.

— И как мы будем решать нашу проблему?

— Тебе надо просканировать местность. Найти в ней то, что отвечает. То, что на твой взгляд, может изменить реальность. Это и будет Копьем Подгорных Властелинов.

И так часто бывает во всех мирах. Мужчина практически сидит на шее у женщины. Практически ночует взглядом в ближайшем декольте. А женщина напрягается. Кладет все силы, чтобы вытащить их обоих из проблем. А что, разве сейчас это было не так? Череп над плечом, почти на шее. Ближайшее декольте, уютное и заманчивое, — тут же. А Вика пыхтит. Напрягается. Да так, что на верхней губке выступает испарина.

— Кажется, туда! — Девушка неуверенно махнула рукой. — Надо поворачивать на ближайшем повороте.

Глава 2

Начальник службы безопасности Торгового дома «Мурохх-раз» никогда не считал себя полноценным магом. Вообще ни один орк не поднимался выше первого круга. А Плеть был орком. Циничным. Беспринципным. Жестоким. Если бы кто-то мог покопаться в его бурной биографии, то с удивлением нашел бы в ней даже службу у Темных. Понятное дело, этот факт скрывался Плетью очень тщательно. Сейчас-то легальная, сытная и в общем не особенно опасная служба заставила его разлениться. Появился животик. Округлились щеки. Ну а как с этим бороться, если все время проводишь в офисе «Мурохх-раз»? Пара магов третьего круга, десяток людей-охранников и группа расследования из трех орков вполне справлялись с оперативной работой. В том числе с охраной караванов. Так что не было больше у Плети ни беготни, ни случая применить свои слабенькие магические навыки, ни самой завалящей драки. Сиди себе в отдельном кабинете да распределяй задания между подчиненными.

И приказ главы Торгового дома Мурроха оказался для Плети неожиданным. И жутко неприятным. Да что там, он его просто взбесил! Первым порывом было послать главу Дома. И отчалить восвояси. В свободное плавание.

Свободное плавание… Н-да… Осознание того, что Плеть опять может оказаться на вольных хлебах, было неожиданно неприятным. Гораздо более неожиданным и неприятным, чем само поручение. В самом деле, разве трудно смотаться в заброшенный город, даже название которого было позабыто, найти какую-то хреновину, точное место которой указано на прилагавшейся к заданию карте. Ну и что, что там были магические бои? Ну фонит немного. Ну может попасться какая-нибудь пакость. В конце концов, по молодости Плеть проделывал куда более рискованные путешествия. Почти примирить его с ситуацией помогли щедрый аванс и билет на монорельс Транспортной компании. Понятное дело, в самую глушь гномы ветку не потянут, до заброшенного города придется добираться самому. Гонять поезда пустыми не пришло бы в голову даже последнему гоблину. Что уж говорить о трижды прижимистых гномах!

И все равно Плеть был зол. Очень зол. Он нарычал на испуганно сжавшуюся в приемной гномку-секретаршу Оргнару. Стройненькую, в меру плотненькую и глуповатую. Очень привлекательную. И недоступную. Наверняка ее короткую юбочку задирает Мурохх. Чтоб его Темные распяли!

Злость не проходила, когда под ногой качнулся вагон на магической подушке. И когда шпоры безжалостно вонзались в бока бедной лошадки. И когда Плеть наконец подъехал к хорошо сохранившемуся зданию.

И вот тут-то он обнаружил, что находится на пустынной улице не один. О приближении Вики Плеть узнал заранее. Сначала послышался стук каблучков по плитам мостовой, а потом и она сама появилась из-за угла во всем блеске ослепительной женственности.

Плеть вздохнул с облегчением. Демоны знают, что и кого можно встретить в заброшенном городе. И чудовищ, мутировавших под влиянием остаточного магического фона. И таких же охотников за древностями, как он сам. А может, и Проклятую, свившую здесь уютное гнездышко. Если бы он знал, что был очень близок к разгадке причины появления стройной и, как казалось, беззащитной девушки в столь странном месте. Но Вика не была похожа ни на одну из трех самых сильных ведьм.

Ложный испуг, случайно вызванный ангельским созданием, разозлил орка еще больше. Злоба заставила такого битого волка забыть об осторожности. Нет, странностей было полно. Ну во-первых, аура. Красивого розового цвета, она была очень слабенькой. Полупрозрачной. Но! Яркие искорки проскакивали по всей глубине. Словно черные слюдяные крошки сверкали на солнце. Во-вторых, над ее левым плечом болталась чья-то дохлая сущность. Даже часть сущности. Но! Девчонка не была некромантом. Ни одного темного пятнышка на ауре. В-третьих, откуда здесь взялась такая красотка? Ей место скорее в хорошем ресторане. Или в дорогом магазине. Или в компании поклонников на набережной во время вечернего променада.

Ну странно… Но каких только странностей не встретишь. Искорки? Плеть видел и не такие дефекты аур. Полупрозрачный оранжевый череп? Да мало ли сильных некромантов, ради забавы способных подсадить мертвую сущность на живую девушку? И какая разница, откуда здесь взялась стройная блондинка на высоченных шпильках и в коротком платьице?

А злоба требовала выхода. Сейчас он отыграется на этой девчонке за все! За Мурохха. За его неприступную секретаршу. За холодных надменных проводниц монорельса. Уж он-то знает, как сбросить напряжение последних дней с помощью роскошного женского тела.

Отбросив сомнения, Плеть неуловимым рывком бросил свое тело, еще кое-что помнившее, вперед. Девушка пискнула. Ее глаза округлились от ужаса. Плеть только усмехнулся. Одна его лапища зафиксировала тонкую талию, а другая сжала высокую грудь. Орк уже собирался завалить девчонку прямо посередине мостовой, как вдруг изящная ладошка слегка шевельнулась.

Ощущение упругой трепещущей плоти было последним в жизни орка. Если не считать ощущения полета — два метра в высоту. Десять метров в длину. И черепом о мостовую. Головы орков, конечно, крепкая штука. Но шлифованный гранит гораздо крепче.

— …Я выгляжу ужасно? — Вика все еще всхлипывала и шмыгала носом.

Ринар гудел и нарезал круги вокруг сидящей посредине улицы девушки. Ему пора было бы успокоиться. Если женщина озаботилась своей внешностью, значит, самое страшное позади.

А ревела Вика всерьез. Ее инстинктивное движение отправило в полет странного здоровенного мужика. Именно она убила этого мужчину с темно-оливковой кожей, клыками и небольшими рожками на лбу. Осознание было ужасным. Как и неуклюжие попытки Ринара утешить. Некоторые реплики черепа приводили к новым потокам слез. Ну нет у некромантов способностей к утешению блондинок!

— Ну подумай сама. — Ринар все еще не осознал прекращения бури. — Ты была его конкурентом. Я уверен, что вы — конкуренты. Ни за чем иным, как за артефактом, не мог явиться в заброшенный город разумный. Орк бы с тобой позабавился, а потом убил. Во всяком случае, попытался бы. Зачем ему свидетельница того, что он нашел Копье Подгорных Властелинов? За вещи в десять раз менее могущественные разумные режут друг друга почем зря. Если он не понял, что ты сильная ведьма — а это, похоже, так, — то он мог не опасаться твоих возможностей, зато мог опасаться подставы, доноса, требования взять в долю, в конце концов. Даже если он работал на сильного мага, которому не слишком страшно то, что об обладании артефактом узнают другие, все равно — орк видел в тебе конкурента, а конкурентов никто не жалует. И вообще очень странно, что он объявился здесь именно сейчас.

— Он хотел меня изнасиловать?! — как обычно, блондинка вычленила самое важное для себя. — И даже без моего согласия? — Вика достала из сумочки зеркальце и принялась приводить в порядок мордашку. — Ха! Так ему и надо тогда! — Девушка поднялась на ноги. Встряхнула обнаженными плечиками. Поправила грудь. — Подумаешь! И не такие зажимали! И, кстати, я — не ведьма, можно было бы уже запомнить.

Нет, покойник был очень даже. Пока был живой, конечно. Опасные мужчины были определенной частью жизни Вики. Когда требовались будоражащие впечатления. Но насиловать? А где шикарный ресторан? А букеты цветов? Ну хотя бы ее поощрительный взгляд и завлекающая улыбка? Но ведь она даже не успела улыбнуться. Вообще никак! Даже просто улыбнуться симпатичному мужчинке! Похоже, что возможность своего изнасилования девушка восприняла гораздо более негативно, чем возможность потерять жизнь. Ну блондинка же. Что с нее возьмешь.

— И что будем делать теперь? — спросила Вика, стараясь не глядеть в сторону трупа. — Не надо сообщить в полицию? Или что тут у вас?

— Стража… — Череп вился над покойником, как соответствующая муха. — Но сначала нам надо определить, что это за разумный. Если он слуга Темных, та же самая Стража еще премию выпишет. А если из Цветных королевств, то кто тут его найдет?

— Звучит погано, — скривилась Вика. — А почему ты решил, что он конкурент? Может быть, он турист? Приехал осматривать развалины. Вон у него и рюкзачок, и сумки к седлу приторочены.

— Блестящий вывод! Хе-хе. Хе-хе-хе! Конечно, в заброшенном городе разгуливают туристы. Вот прямо дай им по развалинам погулять. На достопримечательности поглазеть. Да еще девочек для развлечения подгони. Хе-хе.

— Сам дурак! — Девушка покраснела, вспомнив, как без согласия исследовали ее организм. — Чего издеваешься? Вот сейчас как дам! Забыл про полеты во сне и наяву?

— Я не могу спать в этой сущности.

— Зану-у-уда!

Ринар, весьма довольный, что хоть как-то смог отыграться на блондинке за все свои неприятности, связанные с ней, счел за лучшее не встревать в перебранку.

— Обыщи труп. Попробуем узнать, что за разумный. И с чем его едят. Хе-хе!

Вика опять плаксиво надула губки:

— Ты с шуточками поосторожней, а то меня стошнит. И вообще, с чего ты взял, что я буду его обыскивать? Да я ближе десяти шагов к нему не подойду!

— Что за глупая блондинка! Так перемести все предметы из его карманов поближе к себе!

— «Глупую блондинку» я тебе еще припомню, — сузила глаза Вика, — только подлети поближе ко мне. И подальше от этого…

Впрочем, едва небольшая кучка предметов образовалась рядом с туфельками, череп оказался над ее плечом. Вика уселась прямо на мостовую, подумав, что все же джинсы были бы более уместны в ее положении. Хотя… Чистка одежды была так легка, что отказаться от возможности покрасоваться в платье хотя бы перед Ринаром девушка не сумела.

Вика сразу схватила карту. Обозначенное кружочком ближайшее здание указывало на то, что Ринар был прав: покойник искал то же, что и она. Вторым предметом в пальчиках оказался круглый медальон. В центре имелось нечто вроде переливающегося мыльного пузыря.

— Защита от подделки, — объяснил череп. — Сильный маг может вкладывать часть своей ауры в предметы и делать ее видимой для любого. Орк явно получил лицензию городской управы.

Вика перевернула медальон. «Торговый дом „Мурохх-раз“ г. Янсурк. Начальник службы безопасности» — значилось на обратной стороне.

Девушка тяжело вздохнула.

— Орк был плохим парнем. Забыла? Ничего хорошего по умолчанию в плохих парнях нет, — правильно истолковал этот вздох Ринар.

— Ты просто не умеешь их готовить. — Вика еще раз горько вздохнула и поднялась, даже не став рассматривать остальные предметы.

— В любом случае теперь то, что он был лицензированным служащим, уже ничего не значит.

Здание выглядело почти прилично. Кое-где отсутствовали стекла. Кое-где осыпались узорные карнизы. Но стены выглядели прочными. Как и дверь. Вика подергала за вычурную ручку.

— Не тормози! — Череп приплясывал в воздухе от нетерпения. — Это не препятствие с твоими способностями.

— Ш-ш-ш!.. — Девушка приложила пальчик к губам и медленно обернулась. — Мама-а-а!

Орк, кряхтя от натуги, вставал с залитой кровью мостовой. Вика поняла, что немного поспешила обрадоваться неожиданному воскрешению. И правда, она давно слышала какие-то звуки за спиной. Так как сзади никого, кроме трупа, не было, у Вики возникла надежда, что орк все же мог выжить. Ну по крайней мере, чуточку. Вот и затаила девушка дыхание, молясь, чтобы это было так. Боясь спугнуть надежду. Но то, что она увидела, было гораздо ужаснее, чем увидеть обычный труп и потерять надежду.

Орк поднялся. Весь в крови. Половина головы — всмятку. Лицо приобрело нездоровый темно-синий оттенок. Гораздо более пугающий, чем естественный темно-оливковый. И глаза… Желтоватые белки глаз. Без зрачков. Они слепо уставились на Вику как раз тогда, когда она обернулась. Мертвяк потянул носом воздух. Раз, другой… И уверенно направился в сторону замершей девушки.

Ринар был абсолютно спокоен. Такая ведьма… э-э-э… такой ангел, как Вика, могла искрошить десяток зомби. Ведь этот не поднят некромантом, чтобы получить дополнительные возможности. Конечно, Тьма наполнила сущность бывшего орка. Ну это неудивительно — фон от магических сражений на улицах города должен был быть весьма высок. И все равно мертвые мышцы без тока живой крови работали уже не так хорошо. Вон как едва ковыляет. В руках соответственно тоже силы нет. Да даже слабой девушке будет достаточно просто толкнуть, чтобы он упал и еще полчаса поднимался. Нет, младенца, конечно, загрызть может. Впитать его ауру и сделаться сильнее. Но…

Жаль, что Ринар не потрудился объяснить все это Вике. Потому что девушка рассудила по-своему. Соображения черепа были ей неизвестны. Зомби внушал дикий ужас. Магические способности благополучно забыты. Впереди зомби. Сзади дверь. Что надо сделать? Правильно — скрыться за дверью.

Вика рванула ручку на себя. Раздался треск косяка, звук ломающегося замка. Жалобно взвизгнули проржавевшие петли. Тяжеленная дверь была распахнута очень легко. И совсем не факт, что металл и дерево поддались напору магии. Ужас удесятерил силу девушки. Она прыгнула за порог и хлопнула дверью перед самым носом зомби, желая отгородиться от его ужасного взгляда. И вообще от этого ужасного существа.

Не получилось. Не выдержали петли. Тяжелую дверь перекосило, и глаза обернувшейся Вики встретилась с мертвыми глазами зомби. Конечно, их еще разделяла толстая дверь, которую капитально заклинило. Но разве это повод успокаиваться? Вот же оно здесь, это страшное существо! До сих пор Вика боялась подойти к трупу, являвшему собой спокойную неподвижную материю, хоть и мертвую; покойник теперь стал просто безобидной штуковиной, уютно развалившейся на мостовой в луже собственной крови. Зато то, во что он превратился, пугало девушку по-настоящему! К тому же оно находилось всего в паре шагов. И уже тянуло скрюченные лапы к девушке, пытаясь протиснуться в слишком узкую для этого треугольную щель. Ну и что, что оно за дверью? Вика взвизгнула и бросилась вглубь здания. Не особенно разбирая дорогу.

Ринар спокойно наблюдал за эпической битвой наследницы немалых талантов Эраноэль со слабым безмозглым зомби. Он наслаждался этой битвой. Хихикал над выражением лица Вики. Девушке ничего не угрожало. Даже без магии она могла легко справиться с мертвяком. Не говоря уже о том, что от такого можно просто уйти. Прогулочным шагом. Спокойствие продолжалось ровно до того момента, когда эпическая битва переросла в не менее эпическое бегство.

— Дура! — взвыл Ринар. — Там же могут быть ловушки!

Череп рванулся вперед. Проскочил под носом зомби, который недоуменно заворочал разбитой головой. Вонзился в щель. Так, что брызнула щепа. И припустил за блондинкой, буквально взлетавшей по парадной лестнице.

— Стой!

Не тут-то было. Вика свернула в первый попавшийся коридор. Ее каблучки цокали по паркету уже где-то вдалеке.

— Ну за что мне это? Ведь нарвется!

Вика бегала на шпильках очень хорошо. Стремительно. Мощно. Не всякая спортсменка в кроссовках смогла бы ее догнать. Особенно по рассохшемуся паркету. Особенно огибая остатки мебели и вывалившиеся из стен каменные блоки. Разве что ради чистоты эксперимента за спиной бегуньи поставить ожившего мертвеца. Тогда — да, спортсменка догнала бы Вику. Возможно.

Ринар настиг ее только в огромном зале. Зал был абсолютно пуст, не считая высокого каменного постамента, служившего подставкой для длинного сундука. Похоже, именно это препятствие, единственное среди обширной площади, и остановило девушку. Можно было обежать постамент справа и слева, можно было даже не заметить его, промчавшись вдоль самой стены. Но Вика едва не наткнулась прямо на необычного вида резной ящик, похожий на футляр, предназначенный для хранения чего-то достаточно длинного. Покоился он на постаменте, напоминающем срезанную в трех локтях от основания колонну. Крышка была откинута, и из недр ящика лилось призрачное голубоватое свечение.

— Копье! — воскликнул Ринар, зависая над левым плечом Вики.

Она недоуменно огляделась и перевела взгляд на испещренный узорами футляр. Хлопая длинными ресницами. Загнанно дыша. Во все глаза уставившись на необычное сияние.

— Копье привело тебя!.. Э-э-э… — Череп недоуменно заглянул в сундук. — А где Копье-то?!

В этот момент пространство вокруг схлопнулось. А в следующую секунду Вика обнаружила себя висящей между полом и потолком. Согнутой в три погибели. В сфере из толстых прутьев. Только шпильки торчали из шарообразной клетки. Череп обнаружился тут же. Между коленями и грудью.

— Эй-эй! Ты не особенно прижимайся. Не дорос еще!

Ринар только фыркнул.

— А где зомбак? — настороженно спросила Вика.

— На улице. В течение ближайшего столетия он сквозь двери не прорвется.

— А чего ж ты мне этого сразу не сказал? Гадкий Ринарчик! Фи! Да не прижимайся ты! Вот обретешь тело, тогда посмотрим. Ну понятное дело, начнем с шикарного ресторана, а там еще подумаем, позволено ли тебе будет прижиматься так, как ты делаешь это сейчас.

— О безмозглая озабоченная блондинка! — немедленно загудел череп. Внутри сферы Ринар почувствовал себя увереннее. Изящной ладонью здесь не очень-то размахнешься. Да и все равно далеко не улетишь, прутья-то — вот они — почти вплотную. — Выбираться нам надо!

— Кстати, а что это было? — Вика, недовольная шевелением черепа у своей груди, наконец обратила внимание на свое незавидное положение.

— Ловушка, конечно. Кто-то забрал Копье Подгорных Властелинов. А на его месте оставил его магический слепок в футляре. А заодно оставил ловушки. — Череп указал глазами на три сферы, плавающие чуть выше. Внутри каждой находилось по мумии. Вика ойкнула и поспешно отвела взгляд. — По всей видимости, прутья укреплены магией. И заодно снабжены компенсацией гравитации. По мере того как тела истлели, вес уменьшился, и клетки поднялись вверх. Мы их снизу не заметили. Впрочем, в том состоянии, в каком ты пребывала, ты бы не заметила клетки, даже если бы о них споткнулась. Хе-хе.

Вика сжала кулачок и поднесла его к носовому отверстию черепа.

— Ударься сам. — Впрочем, особенного энтузиазма в голосе девушки не чувствовалось. Она уже попыталась разомкнуть прутья с помощью магии. Как учили — изменяя реальность. Как получалось с другими вещами… Но не в этот раз. — И что будем делать?

— Напряги зрение. Взгляни над реальностью. Заставь свои зрачки работать не как оптический прибор, а как рецептор, улавливающий эманации потенциальной энергии мироздания.

— Это ты с кем разговариваешь? — Вика даже бросила взгляд по сторонам. Изумленно пытаясь отыскать собеседника Ринара. Способного понять всю эту галиматью.

Ринар вздохнул. Тяжело. Безнадежно. Но тихонько. Без раздражения.

— Ты ничего необычного в материале прутьев не видишь?

— Какие-то синеватые прожилки.

— Отлично! Очень хорошо, что ты их видишь. Распутай их, а со сталью потом справишься. Магических сил на чужое заклинание, конечно, у тебя уйдет немало. Ауру здорово поистратишь. Но не высыхать же, как эти?

Вика содрогнулась, скосив глаза на мумии, и принялась за кропотливую работу.

— А зачем этот урод, который стырил Копье Подгорных Властителей, оставил ловушки? — спросила Вика, когда глаза начали слезиться от напряжения. — Ну забрал артефакт, и забрал. Для чего подстава-то?

— Откуда я знаю? Наверное, не хотел, чтобы знали, что артефакт у него. Может, замышляет чего непотребное. Если все ищут в заброшенном городе, то не найдут у него. Маг — Цветной, скорее всего. Именно они, задумав пакость, пытаются все скрыть. Хотя… Маг может быть и Темным. Просто из вредности гадит. — Череп повращал глазами. — В любом случае у нас есть ниточка. Орк явно не по собственной инициативе сюда приперся. На службе он был. Иначе медальон брать запретили бы — или ты в командировке, или сдай медальон. Так что, когда мы выберемся, надо будет найти и задать несколько вопросов его хозяину — Мурохху. Чувствую, неспроста такие совпадения — и мы, и орк явились за Копьем одновременно. Неспроста… Не находишь?

— Не знаю. Совпадения в жизни бывают — закачаешься.

— Понимаешь, в чем дело… Сильный маг мог почувствовать мои приготовления к проколу реальности. Эраноэль я опять же сюда подводил. Ее тоже могли отследить. Представляешь — моя сущность, Проклятая на поводке, Копье Подгорных Властителей, твоя аура, возможно, из другого мира? Какая бронебойная смесь! Какие комбинации можно закрутить! Вот только кто мог разобраться в такой каше? Предсказать все это?.. Что такое?

— Готово!

К этому моменту зал скрылся в полной темноте. И тишина стояла гробовая. Даже стрекота насекомых не было слышно. Не любят живые существа магического фона. Только где-то поскрипывала створка окна, да еле слышно скребся зомби на улице.

С темнотой распутывать магические нити, усиливающие прутья, стало легче. Череп давно был выгнан из уютного местечка между коленками и грудью. Затиснут за плечо и не отсвечивал. Почти без напряжения Вика различала синеватые прожилки. И подцеплять их во мраке можно сразу. Не нащупывая.

Как только заклинание, усиливающее сталь, было снято, появилась возможность сломать сами прутья. Вот тут-то Вика почувствовала, что ее магический ресурс сильно сократился. Металл поддавался с трудом. Где та легкость, с которой возникала одежда? Косметика? Зеркало? С каждым прутом приходилось возиться. Выломав парочку, с громким стуком упавших на пол, девушка изменила тактику. Очередной прут надрезался только в одном месте. Нагревался в другом. И наконец отгибался наружу.

Череп давно выбрался из клетки и нарезал круги вокруг, пока Вика не смогла протиснуться наружу. К счастью, место их заточения, теряя магическую составляющую в прутьях, теряло и высоту. К несчастью, при изменении центра тяжести клетка перевернулась и вывалила Вику на пол. Девушка попыталась скоординировать свое падение, чтобы приземлиться на ноги. Но и этого у нее не получилось. Как любая уважающая себя блондинка, она еще не исчерпала лимит неприятностей — ее каблучок зацепился за отогнутые прутья. В результате падение приняло хаотический порядок. Вика ссыпалась с высоты локтей в пять. Размахивая руками и дрыгая ногами.

Ей очень повезло, что в последний момент удалось выставить руки и не разделить судьбу орка, раскинувшего мозгами. От черепно-мозговой травмы это спасло. Но нелепый кувырок через голову и болезненное приложение попочкой о твердую поверхность состоялись. Как и лихой вираж по полу. С собиранием мелких камешков, какого-то мусора и обломков металлических прутьев.

Вика какое-то время полежала в той позе, в какой остановилось ее продвижение юзом. Затем со стоном приняла гораздо более привлекательную позу. Надо ли говорить, что сделала она это бессознательно? Несмотря на темноту, кое-как разгонявшуюся светящимся черепом.

— Я живая? — спросила Вика, не открывая глаз.

— Ведьму… ой, прости, ангела физически убить довольно сложно.

— Посвети мне, — перебила его девушка и села. — Похоже, я понаставила зацепок.

Ринар благоразумно не стал спорить и послушно подлетел к стройным ножкам.

— Эй! Только не заглядывай под юбку! Чего пялишься?

Зацепками это назвать было сложно. Чулки состояли почти из одних дыр. На такой девушке, как Вика, это выглядело очень сексуально. Но ей самой, похоже, в первый раз в жизни было не до эротики. Да и чулочки жалко! Не говоря уже о том, что ножки были расцарапаны и покрыты синяками.

— О мои чулочки!.. — Вика продолжала себя исследовать. — О мое платье! О мои волосы!..

Ринар нашел слова. Любую женщину, в одночасье превратившуюся из ослепительной звезды в огородное пугало, трудно уговорить думать о чем-либо еще. Кроме своего всепоглощающего горя. А тем более действовать в направлении, отличном от восполнения ущерба. А тем более такую, как Вика, предназначение которой, по ее собственному мнению, состояло в том, чтобы покорять. Обаять. Соблазнять. И как прикажете это делать в драных чулках, грязном платье и со спутанными, грязными же волосами? То, что в радиусе нескольких полетов стрелы для соблазнения годятся только светящийся череп да кряхтящий где-то зомби, в расчет не принималось. И все же Ринару удалось отвлечь Вику от горестных стенаний. А заодно от необдуманных действий по приведению себя в порядок.

— Твоя аура истощилась больше чем наполовину. Поэтому сейчас тебя гораздо легче убить. На улице все еще беснуется зомби. В покинутом городе может бродить всякая нечисть. Тебе надо поберечь оставшийся резерв и побыстрее убираться подальше.

Вика вздрогнула. И поспешно поднялась. Со стонами и непривычными для этого мира словами. Которые мы из цензурных соображений не приводим.

— Здесь может быть еще какая-то пакость, кроме зомбака? Так пошли отсюда скорее! И лети впереди — освещай дорогу, я же не вижу ничего в этой долбаной темноте!

Конечно, они заплутали. Цоканье каблучков звучало то в коридорах, то в залах. То на первом этаже, то на втором. Вика ругала Ринара. Обзывала его непонятным Сусаниным. Череп огрызался, называя ее блондинкой, и ворчал: «Нужно же было запоминать, куда тебя ноги несут!» На что получал вполне логичное, ну и заодно саркастичное: «Ты же летел вслед за мной. Почему не запомнил всех поворотов? Или весь был заворожен видом меня сзади? Я понимаю, вид чудесный. Разве ты мог в такой ситуации запомнить дорогу?»

В конце концов, девушка с черепом над левым плечом оказалась на черной лестнице. Когда-то предназначенной для слуг. Выглянув в очередной раз в окно, здесь вынесенное вместе с рамой, Вика увидела в призрачном свете звезд зомби. Парадный вход, в который до сих пор скребся мертвяк, находился чуть ниже и в стороне.

— А почему зомбак не трогает лошадку? — Вика указала на пугливо всхрапывающую лошадь орка, все еще привязанную на другой стороне улицы.

— Ему нужны только носители ауры. Зачем ему мясо, если желудок уже не работает?

— Я так понимаю, что этот придурок увяжется за нами, стоит нам выйти? — пробормотала девушка.

— Не факт. Он же почти безмозглый. Да еще часть из них ты расплескала по мостовой. Хе-хе! Влитая в него Тьма, конечно, руководит инстинктами и потребностями, но этого может быть мало для логичных поступков. Так что, раз ты скрылась за теми дверями, он и не подумает искать тебя еще где-то.

— А если почует, что я ближе? На улице?

— Ну тогда может и увязаться.

— Пфф… Умеешь ты утешить, дорогой! Ладно, будем надеяться, что внизу двери более хлипкие, чем те, парадные, выходящие на другую улицу. И вообще, что за идиот построил дом, где первый этаж находится на высоте десяти локтей? Приличной грабительнице даже не вылезти из окна первого этажа! Да и взять-то нечего. Копье Подгорных Властителей и то уже украли…

Рассуждая таким образом, Вика спустилась вниз, к выходу. Она старалась ступать тихонько. Не цокая шпильками. Мысль о том, что ее звонкий голосок может привлечь не меньше внимания, как-то не приходила в ее светлую головку.

Путь наружу был свободен. Дверь черного хода, выполненная из менее качественных пород дерева, просто рассыпалась, стоило ее хорошенько толкнуть. Вика похолодела от мысли, что, будь зомби посообразительнее, давно гонялся бы за ней по всему зданию.

— Погоди-ка! — Вика вдруг развернулась и почти бегом вернулась в зал, по которому они недавно проходили.

Череп летел следом. Гудя и шипя одновременно. Вместе с шипеньем он плевался словами. «Блондинка» из них было самым приличным. И почти ласковым.

— Что ты задумала?

Вика подошла к стене, где было подвешено холодное оружие. Вернее жалкие остатки коллекции. Пара мечей. Пара кинжалов. Странный лук. И огромная секира. Довольно искусно сделанная. Вся в необычных остроконечных угловатых узорах. По всей видимости, ее не утащили только потому, что она выглядела жутко тяжелой.

— О-о-о, как я сразу не догадался! О прекрасная воительница! Хе-хе! Сильная ведьма… ну вернее ангел, хочет рубить и колоть. Добро пожаловать в рыцарское братство. Хе-хе! Зачем тебе эти железяки?

— Ты же сам говорил, что ауры осталось мало! — пробурчала Вика, с натугой стаскивая со стены прямой меч.

Меч был тяжелый. Очень тяжелый. Но легко падающий. К счастью, рукояткой. К несчастью, на ногу.

Вика схватилась за ушибленные пальчики, прыгая на одной ножке.

— Будь проклят тот день, когда я тебя встретила! У-у-у! Найду тебе тело, а потом защипаю, закусаю и зацарапаю.

— Это все? — спросил Ринар, наблюдая, как Вика снимает со стены меч полегче.

— Нет! Еще кастрирую! Чтобы твой генофонд увял на корню. Вместе с самим корнем!

— Кастрируешь? Вот этой железякой? Хе-хе! Ты же ее не поднимешь!

Ринар был, видимо, не в курсе коня на скаку и горящей избы. Потому что Вика все же смогла снять более легкий меч. На подгибающихся ногах, держа оружие наперевес, словно копье, благо рубящие кромки были тупыми, девушка поспешила обратно.

Вике повезло. Зомби не почувствовал ее приближения. Почти до того момента, как девушка подскочила вплотную. Мертвяк все же успел неуклюже развернуться. Но узкий клинок, ускоренный магией, уже летел в грудную клетку. Глухой удар. Хруст ребер. Стук пробиваемого дерева.

— Вот так-то, дорогуша! — довольная собой до невозможности, Вика отбежала на несколько шагов подальше, чтобы понаблюдать, как зомби, привлеченный живой аурой, двинется вперед. Не тут-то было. Гарда, состоящая из искусно сплетенных элементов, остановила мертвую плоть.

Зомби отупело опустил изуродованную голову и безглазо посмотрел на эфес, торчавший из груди. Несмотря на понятное отсутствие эмоций у зомбака, Вика могла бы поклясться, что на мертвом лице отразилось недоумение. Полное. Бесповоротное. Мертвяк чуть отступил и снова ткнулся в якорь гарды. И принялся ритмично долбиться о препятствие.

Вика показала зомби язык. И для эффекта еще покачала головой из стороны в сторону. Потом обернулась к Ринару. Черепу по идее тоже нечем было показывать эмоции. Но он выглядел обалдевшим не меньше зомби.

— Э-э-э… Вот это ты вот зачем? А не проще ли было с помощью такого же количества магии, которое ты вложила в удар этой тупой железякой, просто отделить ему голову?

— Ну-у… — смутилась Вика. Чуточку. Она смутилась самую чуточку. Не думаете же вы, что ее можно было всерьез смутить? Нет, смущение овладело девушкой лишь на краткий миг. А уже в следующий она оценивающе посмотрела на зомби, тупо стукающегося о поперечину меча грудью. — Надо же, как забавно получилось! Пусть будет! А вдруг когда пригодится?

Посчитав, что обсуждение методов борьбы с зомби исчерпано, Вика поспешила переменить тему:

— И что будем делать дальше?

— Лошадку видишь? Запасы у орка есть. Карта есть. Доедем с ветерком… Эй, ты чего?

Сузив глаза, сдвинув бровки, уперев руки в бедра, Вика была страшна. В гневе. Нет, конечно, она была прекрасна в гневе. Но не для Ринара. Для него она была именно страшна. Угроза отправиться полетать была нешуточной. Такой, что череп даже предусмотрительно отскочил подальше.

— Я и лошадь? — прошипела Вика. — Ты понимаешь, что это — вещи несовместимые?

Вика могла бы рассказать, как один из поклонников пригласил ее покататься. В манеже. Провел в денники. Ничего хорошего из этого не получилось. Девушка боялась лошадей. Лошади норовили ее укусить, лягнуть. И вообще растоптать. Ну во всяком случае, Вика была в этом убеждена. Потом, что неудивительно, случилось падение. Испорченный костюм. И такая беда, как два (!) сломанных ногтя. Не-э-эт. Такие фокусы больше не катят!

Вся эта история буквально была написана на мордашке Вики, поэтому череп отлетел еще на несколько шагов. На всякий случай. И наконец почувствовал себя в безопасности.

— Глупая блондинка! Ангел неразумный! А что ты предлагаешь? Портал ты создать не сможешь. Во всяком случае, пока не восстановишь резерв полностью. Да и потом ты не знаешь, куда создавать прокол пространства. Так что тащи свою хорошенькую задницу к лошади, забирайся в седло — и вперед!

— Ни за что! А задницу я тебе еще припомню!

Перепалка окончилась самым неожиданным образом. Радикальным. По всей видимости, в пользу Вики. Хотя это, конечно, с какой стороны посмотреть.

Ночь была безоблачной. Света многочисленных, гораздо более многочисленных, чем на Земле, звезд вполне хватало, чтобы без труда различать окружающую обстановку. И все же это была ночь. Абсолютной чернотой зияли выбитые окна. В глубине обрушенных зданий не было видно ни зги.

Ночь! Днем формирование сгустка клубящейся мглы сразу бы бросилось в глаза. Тем более что клубок темноты начал расти сразу за предметом раздора — лошадью орка. Хотя… Увлеченные вначале приколачиванием зомби к дверям, потом обсуждением рациональности этого действа, а затем выяснением перспектив путешествия в седле Вика и Ринар могли прозевать угрозу. По-любому.

Поэтому через несколько минут всего в десятке шагов от переругивающихся возник спрут, состоящий из клубящейся Тьмы. И когда у зыбкого чудовища сформировалась некоторое подобие головы со светящимися прорезями глаз, животное пало сразу. Лошадка стояла на пути странного существа и была разорвана дымящимися чернотой щупальцами. Словно была сделана из бумаги.

Вике не придется путешествовать верхом. Но разве от этого легче, когда на тебя рывками, преодолевая за раз локтей по шесть, надвигается клубящая Тьма? Беспорядочно шевеля щупальцами. Сверкая парализующими волю глазами. Гоня перед собой волну леденящего ужаса.

Вика нервно сглотнула. Поморгала ресницами. Блондинка и ступор — почти синонимы. Да еще этот Ринар гудит над ухом: «Элементаль Тьмы!» Тут уж кто хочешь встанет на ручник. Не на три, а на все шесть щелчков.

Впрочем, ступор продолжался лишь до тех пор, когда элементаль заключил стройную фигурку в кокон из щупалец. Все телом Вика почувствовала промозглый холод. Грудь и живот заледенели сразу. Попка и спина через мгновение. Ощущения были из разряда вывернутого за шиворот ведерка со льдом.

— Да что же это такое в вашем мире творится? — взвыла блондинка голосом, при звуках которого поклонники обычно начинали разбегаться. Или расползаться. Если ноги от страха подкашивались. — Не успела я здесь появиться, как меня то голую разглядывают, то всякий потискать норовит! Хватит!

Вика попыталась оттолкнуть элементаля таким же образом, как недавно отправила в полет орка. Примерно так же, как заставляла череп изображать волейбольный мяч.

Конструирующее движение руки. Неосознанная подпитка небольшой порцией магической энергии. Или большой, на грани истощения, как сейчас. Подсознание, а может, навыки Эраноэль, без сомнения частично оставшиеся в новой оболочке. В общем, уровень опасности светлой головкой был оценен как очень высокий. Вика вложила в удар всю свою силу.

Увы. Элементали Тьмы обладали высокой устойчивостью к магическому воздействию. Хотя ничейного счета девушка, без сомнения, добилась.

Пространство между стройным телом и клубящимся ядром элементаля вспухло багровой вспышкой, и противников разбросало в разные стороны.

Поднявшаяся на ноги Вика — то еще зрелище. И возможно, даже не жалкое. Во всяком случае, такое зрелище могло понравиться многим. Остатки ауры толщиной в несколько материальных молекул Вика использовала как щит. На уровне инстинктов. Но с умом. Если так можно сказать про блондинку. Стремительно обучаться заставляла сама жизнь. Поэтому сама девушка не пострадала. Ни от взрыва магии возле самого живота. Ни от путешествия длиной в пару метров на пятой точке. Но вот одежда…

Вспышка выжгла платье спереди так, что сверху осталась лишь тонкая полоска материи, едва прикрывающая соски. Нижняя часть полушарий была весьма откровенно обнажена. Снизу платье было сожжено почти до самих крохотных трусиков, едва прикрывающих лобок.

Вид сзади тоже должен был впечатлять. Огромная дыра на одной из округлых ягодиц. Прорехи на спине, позволяющие полюбоваться смуглыми лопатками и симпатичной цепочкой позвоночника.

С горестным стоном Вика оглядела ущерб и гневно обернулась к элементалю. Она была готова разорвать его голыми руками. Вот только как рвать струящуюся Темноту?

Сам элементаль тоже пострадал. Его движения замедлились. Рывки стали совсем короткими и неравномерными. И все же он опять приближался. Не так быстро, как раньше. Но приближался. Вика попыталась снова ударить магией. Но аура была исчерпана почти до нуля. Лишь дрогнули звезды от движения чуть разогретого воздуха.

— Не распыляй! — Ринар возник над левым плечом и оставался там словно приклеенный. — Сконцентрируй силу в световой шарик. Тьма боится света!

— Как это — сконцентрируй? — несмотря на панику в голоске, Вика сформировала шарик розоватого света.

Трассером прочертив пространство, он врезался в щупальце элементаля. Мгновенно истаявшее под светом звезд.

— Еще!

— А… А все! — развела руками Вика. — Батарейки кончились. И что теперь?

— Что теперь, что теперь… Бежим!

Эта была странная погоня. Полуголая блондинка изумительного сложения, отсвечивая прелестями в прорехах погибшего платья, ковыляла на шпильках. Позади, почти синхронно с ней пошатываясь, плелся элементаль Тьмы.

Иногда девушка создавала розовый шарик света и пуляла им в расплывчатую фигуру. Иногда даже попадала. Отсекала щупальце. Или пробивала аккуратную дырочку во тьме. Которая, правда, через какое-то время затягивалась.

Элементаль отвечал реже. Его шары, оставляющие в воздухе черные шлейфы, с гулом проносились возле головы девушки. Стреляло порождение Тьмы сериями. Причем в основном тогда, когда преследуемые оказывались на перекрестке.

— Сволочь! Гонит нас куда-то! — прогудел череп, когда очередная очередь черных сфер басовито рассекла воздух рядом с ними, отгоняя в очередной проулок. — Береги магию. Подкопи хоть чуть-чуть. Нам нельзя туда, куда он нас направляет!

В очередной раз отшатнувшись от шара, едва не зацепившего Ринара, Вика остановилась как вкопанная. Прямо перед ней открылся кусочек улицы, словно вырезанный из другой реальности. Низкая вычурная оградка длиной в десяток локтей. На углу и в конце каждой секции — высокие столбики с фонарями. Полосатый полог нависал над единственным столиком. Словно маленький уголок кафешки, перенесенный из любого сколько-нибудь цивилизованного города. И только с одним посетителем. Вернее посетительницей.

Черноволосая женщина обладала яркой, жгучей красотой. Вика даже почувствовала легкий укол ревности к красоте незнакомки. Такое было с ней очень редко. Даже в прежнем теле. А уж в нынешнем… Казалось, что в нынешнем теле у нее не может быть соперниц. Но… Вика с удивлением разглядывала беспечно покачивающую ножкой женщину. Все же в прежнем мире ее определили бы как весьма эксцентричную особу. С мозгами набекрень. В этом мире, посередине заброшенного города, в маленьком кусочке уютного кафе, она выглядела достаточно органично. В блестящих доспехах, подчеркивающих женские прелести. Зеркальный лиф поднимал тяжелые груди. Низко сидел на бедрах такой же пояс. Коротенькая кольчужная юбочка открывала стройные ножки. Отполированные наручи, наплечники, поножи, изящные сандалии и шлем на столике возле маленькой чашечки дополняли картину. Картину, просящуюся на холст под названием «Богиня войны пьет кофе». Жаль, на картине нельзя отразить ауру. А она была зловеще черной. Вполне подходящей богине (или все же ведьме?), утомленной уничтожением пары тысяч разумных и решившей сделать небольшую передышку.

Перестав напрягать зрение, чтобы разглядеть ауру, Вика увидела, как Темная приглашающе указала на стул напротив. Потом махнула ладонью:

— Привет, Ринар!

— Привет, Абир-Айе!

— Познакомьтесь. Это Абир-Айе, Проклятая. Это Вика Мальцева. Начинающая ведьма… Э-э-э… Начинающий ангел.

Черная бровь взлетела вверх:

— Ангел? Хм…

Вика, приняв независимый вид, модельной походкой профланировала к освещенному участку улицы. Обогнув оградку, она устроилась на стуле. Приняла позу, не менее изящную, чем у ведьмы. Правда, она еще раздумывала, чувствовать ли себя уже глупо. Или погодить? Уж больно отличался багаж, с которым встретились две ведьмы. Две великолепные женщины. С одной стороны — блестящая, чистенькая Проклятая в идеально подогнанных, прямо скажем, эротических доспехах. И вдобавок с идеальным маникюром. С другой стороны — изрядно обшарпанный ангел. Правда, не уступающий в эротичности внешнего вида. Но кто это оценит? Не череп же? И не помятый элементаль Тьмы, почтительно застывший на перекрестке, в некотором отдалении.

— Это ваше? — Вика небрежно ткнула пальчиком за спину. — Держали бы на привязи свою болонку. А то бросается на добрых людей.

Ринар чуть не поперхнулся, а Абир-Айе слегка наклонила черноволосую голову. Слегка улыбнулась. Сделала пасс рукой, и на столе появились многочисленные закуски. Салатики. Медальоны. Маленькие ковшики с жульеном. И еще всего понемногу.

— Угощайся!

Только тут Вика почувствовала, как проголодалась. Однако не показала этого. Все же она была из Петербурга. Культурная столица, фигли.

— А где здесь можно руки помыть?

Абир-Айе заулыбалась, приоткрыв пухлые чувственные губы и показав ряд белоснежных зубов. Еще одно движение пальчиков. Темная искрящаяся волна прокатилась с макушки Вики до кончиков пальчиков на ногах. Через несколько мгновений Вика сидела обновленная. Платье вновь сияло чистотой. На чулочках — ни единой микроскопической зацепки. Ободранные туфли теперь сверкают. Волосы завиты и уложены с шикарной небрежностью, как после лучшего салона. И даже ноготки наманикюрены.

Вика повела обнаженными плечами, наслаждаясь чистотой и свежестью.

— Спасибо! — Она была искренна. Разве можно обижаться на женщину, восстановившую ее душевное равновесие? Ну и что, что она пригнала Вику сюда с помощью ужасного элементаля? Ну и что, что она — Ведьма с темной аурой? — А платье нельзя заменить? Уже столько времени один и тот же наряд… Ну нет так нет, — не расстроилась Вика, заметив предостерегающе вздернутую черную бровь.

Вика налегла на еду. Чинно-благородно. И приборы держатся в пальчиках правильно. И спинка прямая. И подбородок к тарелке не клонится. Не забыли про культурную столицу? Вике, конечно, до высшего света было далеко (да и не ставила она перед собой такой задачи). Но и в грязь лицом ударить не могла. Вон питерские всю Москву к ногтю прижали. Чем она хуже? С мелочей начинается покорение мира. А то, что этот мир скоро падет к ее ножкам… Разве есть какие-то сомнения?

Правда, когда девушка добралась до кофе, Абир-Айе несколько поколебала ее уверенность. Задав всего один вопрос:

— Так значит, это ты та девушка, которую мне порекомендовали убить?

Никто не знает, как Вика была близка к позору. Пустив фонтан из кофе прямо в лицо собеседнице. Она все же проглотила обжигающий напиток. Прокашлялась.

— Я? Не-э-эт! Как вы могли такое подумать? Я — другая девушка! Совсем-совсем!

— Не бойся. Сейчас убивать тебя нет никакого смысла для меня. Твоя аура совершенно истощена. От нее не будет никакого прока при поглощении. К тому же ты весьма ловко едва не дестабилизировала моего элементаля. Я захотела познакомиться с ведьмой… ах, прости, с ангелом, столь легко обращающимся с Тьмой. К тому же я весьма заинтересовалась твоей аурой. Глазами элементаля можно было заметить все ее странности. Мне, как Темной, стало понятно, что черные искры в твоей цветной ауре — это концентрированная Тьма. Очень удобно. Для всех ты — Цветная, но в нужный момент вся темная сила к твоим услугам. Очень интересное и нестандартное решение. Сама догадалась?

— Нет, — пожала Вика плечами, ежась под пронзительным взглядом ведьмы. — Само получилось.

— Жаль. — Абир-Айе откинулась на спинку стула. Взяла с блюдца чашечку. Отхлебнула кофе. — Уже, знаешь ли, надоело скрываться от Цветных. Вот с Эраноэль связь потеряла. Говорят, она где-то в этих краях сцепилась с двумя или тремя архимагами. — От Темной не укрылось, как судорожно сглотнула Вика. Ведьма отвела взгляд и продолжала: — Так вот, с твоей системой построения ауры можно будет без труда затеряться среди Цветных. Сменить внешность, пожить в свое удовольствие. А может, даже войти в Совет. Провести пару законов за интеграцию Темных. В конце концов, чем мы хуже Цветных?

— Э-э-э… Просто имидж неважный! — поддакнула Вика, страшась вопросов про Эраноэль.

— Ну да ладно. Это вопрос будущего. Как-нибудь ты мне понадобишься, хочу поэкспериментировать с тобой и твоей аурой. Кстати, а ты случайно не встречалась с Эраноэль? Кое-какие узоры в твоей ауре и принципы работы с реальностью очень сильно ее напоминают.

И Вике пришлось рассказать Абир-Айе подробности своего появления в Зеленоморье. Без попыток ввести ведьму в заблуждение. Слишком жестким и беспощадным стал взгляд черных глаз. По мере рассказа Ринар пытался слиться с окружающей средой. Но куда там! Как это могло получиться у оранжевого пылающего черепа? Даже под ярким светом нескольких фонарей.

— Вот как? — Абир-Айе пристально посмотрела на череп, все же, кажется, уменьшившийся в размерах. — То есть теперь вместо сильнейшей Темной ведьмы мы теперь имеем пустоголовую часть некроманта и… ангела непонятного окраса? Девчонка здесь ни при чем, а тебя, Ринар, прощаю только потому, что Эраноэль достала меня своей жаждой власти. Ни одна заварушка без нее не обходилась. А насчет Копья Подгорных Властителей… Мне оно ни к чему, так что — дарю. Если найдете, конечно.

— А кстати, — Ринар понял, что буря прошла стороной, — кто тот разумный, что порекомендовал тебе убить Вику?

— Это вам ни к чему. У меня, — Абир-Айе выделила последнее слово, — есть к нему несколько вопросов, хочу прояснить пару непонятных моментов. Но вас это не касается. Ну что ж, мне пора. — Проклятая грациозно поднялась. Взяла шлем на сгиб локтя. — Ты мне чем-то понравилась, девочка. Поэтому я займусь тобой чуть позже, а пока копи-наращивай ауру. Советую, кстати, убить пару разумных с приличной аурой. Твоим способностям это пойдет на пользу. Ну и как добрая-предобрая фея, я не могу оставить тебя без подарков. Первый, думаю, не очень тебе понравится.

Абир-Айе вытянула руку в сторону сидящей, как мышка, и, казалось, переставшей дышать Вики. Пошевелила пальчиками. И вокруг точеной шейки захлестнулась черная лента. С кокетливым бантиком чуть сбоку. С немаленьким бриллиантом в центре бантика.

— Небольшая предосторожность, — пояснила, улыбнувшись, Темная. — Теперь я смогу всегда тебя найти.

— Это необходимо? — промямлила Вика. Надула губки. Сделала бровки домиком. Увы, Абир-Айе не была мужчиной, и эти штучки с ней не проходили. Девушка вздохнула: — Вообще-то давит. О-о-о… Совсем чуть-чуть!

— Ничего, привыкнешь. Второй подарок понравится тебе больше. — Ведьма хмыкнула, бросив взгляд на туфельки Вики.

Сняв с пояса округлый предмет, Абир-Айе бросила его на мостовую чуть в стороне от оградки. Тут же вспыхнул невысокий, в полтора земных метра, куст ветвистых молний. Запахло озоном. Молнии били точно от упавшего предмета. Постепенно обрисовывали овал. Отдельные голубоватые дуги еще вспыхивали по краю портала, но внутри уже было отчетливо видно поле. А еще там был день. Или, по крайней мере, утро.

— Мм… Огромное вам спасибо, — наклонила головку Вика. — Я так понимаю, это пресловутый портал? А куда я попаду через него?

— Ну конечно, в Янсурк. В его пригороды. Разве вы не хотите задать несколько вопросов Мурохху? Совершенно очевидно, что он не в курсе исчезновения Копья Подгорных Властителей. Но откуда-то же узнал про его существование. Вполне возможно, что его источник знает и про настоящее местоположение артефакта. Во всяком случае, небольшая вероятность этого существует.

Вику после то ли позднего ужина, то ли раннего завтрака разморило, и ей сейчас не хотелось ничего. Совсем ничего. Появись здесь сейчас симпатичный мужчина, она, с большой долей вероятности, даже не стала бы строить ему глазки. И девушка только уныло кивнула белокурой головкой, соглашаясь с ведьмой.

— Ну конечно, смысл моей жизни — поговорить с Муроххом!

— Ну а третий подарок находится за этой стеной. Там, в углу, в комоде есть шкатулка. В ней несколько монет. Думаю, тебе это пригодится.

Абир-Айе создала второй портал возле первого. Вика, навострившая ушки, заглянула за овал, словно любопытная кошка. К ее разочарованию, ничего интересного там не было. Собственно, и не видно почти ничего. Там, куда собиралась ведьма, стояла ночь. На фоне россыпей звезд можно было заметить очертания деревьев, какое-то высокое здание. Но и только.

— До встречи, девочка. Присматривай за ней, Ринар. — Темная махнула рукой, и забытый всеми элементаль втянулся в одно из серебристых колец. — Вроде здесь все дела закончила. И, кстати, поторопитесь. В этом районе города реальность более-менее стабильна для создания порталов. Но кто знает, что и как может измениться в том месте, где бушевала магическая битва? — Абир-Айе очаровательно улыбнулась Вике и нагнулась, чтобы пройти в портал.

— Пока, Абир-Айе, — буркнул Ринар.

— До свидания, Абир-Айе! Я буду очень скучать! — Вика состроила гримаску и показала язык. Естественно, последнее было сделано, когда портал уже схлопнулся за спиной, ну вернее, симпатичной попкой Темной. — Нет, вы видели? Тоже мне экспериментаторша!

Девушка просунула два пальчика под ленточку и сорвала ее.

— Вот так-то, дорогуша! — поднеся камень поближе к глазам, она принялась его рассматривать. — Как думаешь, Ринар, маячок в ленте или в бриллианте? Не хотелось бы выбрасывать камешек такой чистоты… Ринар! Эй, Ринар, что с тобой?

Лицо черепа выражало крайнюю степень изумления. Изумления до невозможности. Отвисшая челюсть. Выпученные шары глаз. Казалось, сейчас они выпадут на столик.

— Как тебе это удалось?

— Что? Снять ленту? Но она же дико не подходит к моему платью! Платье — белое в цветах. Чулочки — телесного цвета, туфельки — светлые. Даже потерянная сумочка была в тон обуви! Разве ты не видишь, что черная лента не гармонирует ни с чем? Ну сам подумай, как бы я в таком ужасном виде появилась перед людьми? И другими разумными.

— А-а-а… Вот в чем дело. — Череп с трудом подобрал челюсть. Его глаза вернулись в орбиты. — Ты просто не знала! Ты просто не знала, что еще никто не мог снять метку Темной. Ты меня пугаешь, девочка моя!

— Я — не твоя девочка! Пфф!.. — Вика сложила ленточку и запихнула ее за лиф платья. — А вообще, по-моему, неплохо получилось.

Девушка почувствовала себя превосходно. Во-первых, ей удалось хоть как-то насолить, сорвав ленту, красивой стерве. Которая вполне годилась в соперницы за мужское внимание. А соперниц следовало уничтожать. Хотя бы морально. Ну по крайней мере, делать им всякие гадости. Во-вторых, сама она по ощущениям была готова блистать. Завораживать. Ослеплять. Заставлять мужские сердца биться. О ширинку. В-третьих, магический запас стремительно накапливался.

Немного подпортило настроение то, что деньги, найденные в полуразрушенном здании, были защищены. Вика думала, что сможет легко нашлепать любое количество монет. Хоть серебряных. Хоть золотых. Увы, облом! Монеты, или вернее кольца, были защищены наподобие медальона начальника службы безопасности Торгового дома «Муроох-раз». Только радужный магический пузырик был не с одной стороны, а заключен в центр кольца. Деньги легко складывались стопочкой. Вика, на мордашке которой отразилось раздумье, подкинула увесистый столбик в ладони. И мечтательно пробормотала:

— Первым делом мы купим сумочку! Раз не можем пока сотворить…

Глава 3

Стругбор, для знакомых — Струж, никогда не считал себя ловеласом. Однако знал, что особы противоположного пола зачастую не против его внимания. Ну а что? Волне себе мужчина. Рост выше среднего для гнома. Широченные мускулистые плечи. Черная, аккуратно подстриженная бородка. Веселый доброжелательный нрав. Приличный достаток. Чего еще гному надо?

Да вот угораздило же его влюбиться. Безответно. Да еще попасть на крючок гномке, которая не спешит разбивать сердце окончательно. Ну стервочка, чего уж там. Попкой крутит. На комплименты напрашивается. Да изредка не против полуромантических свиданий. А уж кто первый, если ей что-нибудь надо? Струж, конечно. И починить. И поручение выполнить. И забрать с вечеринки. Плохо быть записанным в друзья! Особенно, когда тебя и не отпускают, и надежды особенной не дают. Вот и ходишь на коротком поводке.

А хуже всего то, что все свои сбережения Струж вложил в этот коттедж с мастерской в подвале. И нет теперь никакой возможности уехать. Здесь, в Долинолесье, пригороде Янсурка, и заработок повыше. Да и девушки вон какие! Соседки. Очень тяжело постоянно находиться рядом с предметом своей страсти. Не имея возможности им овладеть. Или хотя полностью потерять надежду. Увы! Стройная, чуть плотненькая Ядвига только хлопала большущими глазищами, презрительно кривила губки. Признания! Ха! Сколько она их уже слышала от него! Но чмокала в щечку. И убегала на свидание с другим.

И главное, стоило Стружу хоть немного привести растрепанные чувства в порядок, как тут же слышался чуть хрипловатый голосок на улице: «Струж, ты мне нужен!» Сколько раз гном мечтал услышать эти слова. Сказанные глаза в глаза. С томным придыханием. Нет! Каждый раз этой бесовке было нужно только внимание, время, руки Стружа. Но не он сам.

Вот и сейчас… Гном только чуть отвлекся от невеселых мыслей…

Репутация мастера, способного отремонтировать любую вещь, и даже магическую, постепенно росла. Даже из самого Янсурка уже поступали заказы. А все дело в том, что к золотым рукам добавлялось умение работать с заклинаниями. Создавать сам Струж не мог. Но ни одно устройство, в основе которого лежала магия, не становилось для него камнем преткновения. Умел гном подправить, восстановить чужое заклинание, сколь бы высокого уровня оно ни было. Главное, чтобы оно не развеялось. Не утратило главных частей. Конечно, непросто иногда понять, что именно меняет реальность в данном аппарате. Еще более сложно разобраться, как сделать так, чтобы кофемолка не начала кидаться на домохозяйку. Но как раз это интереснее всего! Разве плохо получать вознаграждение за любимую работу? И браться снова и снова за то, что наштамповали маги-бытовики. И снова с гордостью выполнять очередной заказ. Вот и растет довольная клиентура. Кто пойдет к магу пятого-шестого круга, когда все можно починить у Стружа? В десять раз дешевле.

Как раз сегодня гном должен был отвезти в Янсурк пару светильников, магическую мясорубку и флягу, всегда оставляющую воду холодной.

Струж грузил отремонтированные предметы в самоход. Не забывая любоваться на девушку, расположившуюся в кафе как раз напротив его коттеджа. Конечно, он был влюблен. Влюблен совсем в другую. Но взгляд постоянно возвращался к стройной фигурке в подчеркивающем все прелести платье. Тем более что незнакомка чуть кокетливо ему улыбалась. Сердце болезненно сжалось. Как бы ему хотелось, чтобы Ядвига улыбнулась ему хотя бы с частичкой такой благожелательности!

Конечно, человечка была странной. Нет, она не особенно отличалась от множества таких же стройненьких, симпатичных гномок, эльфиек, человечек. Да, возможно, она более красива. И совершенно безупречно сложена. Но дело не в этом. Прежде всего — оранжевый пылающий череп над ее левым плечом. Явно за что-то отчитывающий девушку. Или просто брюзжащий. Струж даже подумал вначале, что незнакомка — начинающая некромантка. Из тех, кто борется с Тьмой в своей ауре. Совет Зеленоморья ведь приветствовал таких. И всячески продвигал. А как же? Вот — некромант. Заражен Тьмой. Но борется. И стоит на стороне добра. То есть Цветных.

Но стоило взглянуть на ее ауру, как гном удивился еще больше. Никогда он не видел ничего подобного. Вроде слабенькая. Бледно-розового цвета. Небольших габаритов. Она вся была испещрена яркими черными искорками. Что-то неуловимо мощное было в этом мерцании. И даже опасное. Впрочем, возможно, Стружу просто хотелось, чтобы такая славная и красивая человечка обладала большими возможностями. Большими, чем дает первый-второй круг.

Вот тут-то и раздался за спиной голосок Ядвиги:

— Струж! На кого ты там загляделся? — Гномка была определенно недовольна, что Струж позволил себе посмотреть еще на кого-то, кроме нее. — Лучше оцени мой новый прикид!

Гном повернулся. Почти недовольно. Но тут же восхищенно замер. Ядвига была хороша! В узких брючках, обтягивающих крутую попку. В блузке, подчеркивающей тонюсенькую талию. Фигурка — песочные часы. Как раз такая, от которой сходил с ума Струж. А если добавить сюда пушистую челку? Взгляд огромных глаз из-под нее? Чудесная девушка! Жаль только, губы капризно кривятся.

— Ну как?

— Ты выглядишь неотразимо!

Ядвига снисходительно улыбнулась и кивнула. А Струж, хоть и давал себе зарок больше этого не делать, с надеждой спросил:

— Ядвига, а сегодня ты свободна?

Зря он опять понадеялся на благосклонность. Ведь прекрасно знал ответ! Но уж больно хороша была гномка сегодня. Так хороша, что сердце замирало. И даже улыбнулась ему. Слегка. Разве это не повод плюнуть на свои обеты?

— Ну Стружик! Как ты думаешь, разве для тебя я так прихорашивалась?

— А завтра? — Надежда в очередной раз умирала. В корчах.

— А завтра мне понадобится твой самоход. Ты ведь одолжишь машину мне на денек?

— Да, конечно…

— Ну все, поезжай! Мне надо еще кое-что сделать до вечернего свидания.

Огорченный и уязвленный Струж сел за руль и тронул самоход. Все еще впитывая всеми фибрами души образ направившейся к своему коттеджу гномки.

Плохая идея! Не стоит лелеять перед внутренним взором фигурки разнообразных гномок! Пусть и так женственно сложенных. Особенно если ты за рулем самохода. Раздался удар. Вскрик…

Холодея от ужаса, Струж вынырнул из своих грез. У передка его самохода лежала та самая девушка из кафе. Как она здесь оказалась? О нет! Он сбил разумную!

Несмотря на отчаянность положения, гном не мог не залюбоваться стройной фигуркой, распростертой на мостовой. Словно девушка сознательно приняла завораживающую позу. Прогнутая спинка. Задранный вверх точеный подбородок. Рассыпавшиеся по мостовой густые пшеничные волосы. Разбросанные стройные ножки. Подол короткого платья чуть задрался. Виден даже кусочек шелковистой кожи бедра над ажурной резинкой чулка.

— Ну чего расселся?! — Пылающий череп возник перед носом так неожиданно, что Струж отшатнулся. — Видишь, что наделал? Скорее неси в дом! Оказывай первую помощь!

Гном выскочил из самохода и подхватил девушку на руки. К счастью, она была жива. И даже открыла глаза, взглянув на гнома затуманенным взором. А потом бессознательно прижалась к нему упругой грудью. Все существо Стружа завибрировало, когда он осознал, какая красотка очутилась на его руках. Все существо Стружа млело от того, насколько непосредственно и доверчиво прижималось оно к его широкой груди. Столь податливое. И близкое. Несколько месяцев воздержания — не фунт изюма!

Слегка охладил его пыл взгляд из-под пушистой челки. Обернувшаяся на крики гномка глядела на сценку спасения жертвы ДТП непонимающе. Но гневный огонек уже разгорался в ее огромных глазах. Ну еще бы! Верный рыцарь без страха и упрека. Такой удобный и верный. И вдруг эта человечка на его руках! Да еще прижимается! Как это так? Кто допустил?

Тем не менее Струж был очень гуманным разумным. Надо помочь попавшей в беду! Это было сейчас главным. Пусть ему потом за это попадет, но сейчас нужно убедиться в том, что жизнь этой красивой девушки в безопасности.

Гном с драгоценной ношей на руках взлетел наверх, в спальню. Опустив ее на постель, он озабоченно взглянул в прекрасное лицо. И утонул в синих глазах с подрагивающими длиннющими ресницами. Там было все. Восхищенная благодарность. Чувственный призыв, обещающий неземное блаженство. Беззащитность. Готовность отблагодарить спасителя безумной страстью. Огонь, пылающий в льдистой синеве, грозил сжечь. И погибнуть в нем хотелось больше всего на свете. И все же Скруж удержался. Никто не знает, чего это ему стоило. Когда такое жаркое тело в его объятиях. Когда чувственные полураскрытые губы так близко. Когда так вздымается высокая грудь.

Со стоном он оторвался от великолепного тела. Он любил другую. И вся предложенная сумасшедшая страсть была не важна без его гномки.

Девушка посмотрела на него непонимающе. И прошептала, видимо не в силах преодолеть слабость:

— Мне уже лучше, но недомогание еще чувствуется.

Струж устыдился, что он только что был готов наброситься на разумную, которая только что была сбита его собственным самоходом. Тут его можно было брать тепленьким.

— Может, вызвать врача? Надо осмотреть ваши травмы!

— Нет-нет. Просто голова кружится и общая слабость организма. У меня бывает такое от нервного напряжения. Через несколько дней я приду в норму. Вы же позволите отлежаться у вас некоторое время?

— Конечно! Оставайтесь у меня, сколько вам нужно, чтобы оправиться от этого ужасного происшествия. А я буду ночевать в гостиной.

— Надеюсь, я не буду обузой?

Язычок облизал вроде бы пересохшие губы. Это было настолько чувственно, что естество снова взбрыкнуло. Струж пинками утихомирил поднявшее голову либидо и ответил:

— Нет-нет! В конце концов, я виноват перед вами.

— Вы очень добры! В наше время редко можно встретить такое бескорыстие.

— Ну что вы… — зарделся гном от похвалы. Стараясь не смотреть на стройные ножки и вздымавшуюся грудь. — А как мне вас называть?

— Вика. А вы — Струж?

— Да. Вы знаете мое имя?

— Ну кто же не знает такого трудолюбивого и достойного гнома? — Девушка округлила глаза, обрамленные длинными ресницами. — Поезжайте по вашим делам. А я, если разрешите, воспользуюсь душем.

— Вика, вы уверены, что подниматься с постели не опасно? — Струж окончательно запутался в своих ощущениях. С одной стороны, его, как мужчину, раздирало желание. С другой стороны, человечка была так слаба и так нуждалась в сочувствии и помощи. В общем, гном мечтал исчезнуть из собственной спальни. Чтобы немного прийти в себя после столь бурных и столь неожиданных событий.

— Мой бедный дядюшка Ринар — единственный, кто остался от моей семьи — присмотрит за мной. А кстати, где он?

— Ну что ж, тогда я вас покину. Если я увижу вашего дядюшку, я позову его сюда. И если захотите перекусить, то в леднике есть продукты. Это на кухне, внизу. Там есть и кофе, и морс. Разбирайте постель, я ее только с утра перестелил, и отдыхайте, набирайтесь сил.

— Я очень вам благодарна! Когда приду в себя, то компенсирую все расходы.

— Ничего не хочу об этом слышать. Вы — моя гостья. Я и так обязан вам за то, что не стали поднимать шум и вызывать Стражу!

С этими словами Струж ретировался, предусмотрительно оставив дверь открытой, чтобы странный дядюшка в виде пылающего черепа мог воссоединиться со своей не менее странной, но такой привлекательной племянницей.

Когда Ринар вплыл в спальню, Вика уже обследовала душевую комнату. Вполне земного вида. Ванны не было. Зато унитаз из зеленоватого отшлифованного камня и медная стойка душа с финтифлюшками кранов в наличии имелись. Конечно, присутствовала излишняя вычурность. Хотя многие на Земле сказали бы, что это жутко стильно.

— Ну что? — обернулась девушка к Ринару.

— Гном укатил. Гномка сначала гневалась. А потом сделалась задумчивой. Стражу никто не вызывал. Так что все в порядке.

— Нет, вы это видели? — всплеснула Вика руками. — Этот Струж!.. Даже не захотел меня трахнуть! Если бы была попытка изнасилования, он бы вообще был у меня вот здесь. — Маленький кулачок сжался в воздухе. — Но и так неплохо получилось. А ты все вопил: «Где ты будешь жить! Не надо было покупать такую дорогую сумочку! Денег хватит на два завтрака! Надо продавать бриллиант!..»

Вика наклонила белокурую головку, прислушиваясь к собственным ощущениям.

— Кстати, я бы, пожалуй, позволила гному довести попытку изнасилования до логического завершения. Мм… — Синие глазки мечтательно закатились. — Тогда бы он не соскользнул с крючка до конца жизни. Как считаешь?

— И так неплохо получилось, — буркнул Ринар.

— Ревнуешь?

— Вот еще! — надулся череп.

— Ревнуешь! — И тени сомнения не было в нежном голоске. — Не переживай. Ничего бы не было! Про ресторан не забыл? Струж ведь не водил меня в роскошный ресторан. Так что ничего бы не было. А теперь отвернись. Я хочу принять душ. Ты тоже меня по ресторанам не водишь, так что нефиг пялиться за здорово живешь!

— Пфф!.. Я тебя уже в каком только безобразии не видел!

— Ну и пожалуйста! Что, мне жалко, что ли?

Вика скинула туфли. Единым, одним из самых женственных движений на свете, сняла платье. Ни один мужчина никогда не сможет повторить это плавное движение. Полное грации и изящества. Сколько ни тренируйся. Любая женщина способна проделать это так, что дух перехватывает. Только что она стояла одетая. Раззз… и уже топлес. Только призывно подрагивает грудь. Только волосы в художественном беспорядке.

— Глазки не сломай, — усмехнулась Вика, скосив взгляд на череп с отвисшей челюстью.

За платьем последовали трусики и чулки. Можно поспорить, что эротичнее. Когда девушка надевает чулки. Или снимает. В любом случае эффект получается убойным. И в тысячу раз убойнее, когда это проделывает такая красотка, как Вика. А она предстала в обнаженном великолепии. Золотистая бархатная кожа. Стройная фигурка. Увидев которую, Барби удавилась бы от зависти. Округлая, правильной формы упругая грудь. Аппетитные подтянутые ягодицы. Стройные длинные ножки с маленькими ступнями. Хорошо, что Ринар был в сущности черепа! Иначе ему пришлось бы туго. Его либо сразу разбил бы удар. Либо он позабыл бы, как дышать. Либо захлебнулся бы слюной. Итог был бы одинаковым — Вика лишилась бы спутника. Так что, безусловно, в этой ипостаси ему было полегче. Немного. И так его челюсть отвисла, а шары глаз грозились вот-вот выкатиться из глазниц.

— Все! Представление окончено! — Довольная произведенным эффектом, Вика ускользнула в душ. Задернула занавеску, и через мгновение послышался шум воды. Но дверь в спальню осталась открытой.

Звонкий голосок перекрыл звук водяных струй:

— Что мы теперь будем делать? — Череп не отвечал, покачиваясь в воздухе. Мелко дрожа. — Эй, Ринарчик! Ты там живой? — Между занавеской и стенкой появилась мордашка с мыльной пеной на кончике носа. — Завис? Перезагружайся быстрее!

Ринар потряс черепом, словно стряхивая наваждение. Совсем как встряхивает головой обычный человек. Только гораздо интенсивнее. Видимо, наваждение было серьезным. Прокашлявшись, череп ответил:

— Ну понятное дело, нам надо найти офис Мурохха. Копье Подгорных Властителей здесь ты почувствовать не сможешь. Янсурк — современный город, здесь одних бытовых предметов, меняющих реальность, столько, что неактивное Копье Подгорных Властителей ты просто не заметишь. Плюс в городах всегда достаточно много магов серьезных уровней, собирающих разнообразные артефакты. В больших городах может быть до десятка шести-семиуровневых магов.

— А Янсурк — большой город?

Череп потихоньку подлетел к занавеске. Попытался заглянуть за край. Получил мыльной мочалкой по лбу. Недовольно гудя, отлетел подальше. Шары его глаз задумчиво поднялись вверх. Расстояние между потолком и трубой, на которой висела штора, было как раз такое, что он в своей сущности мог бы протиснуться.

— По всей видимости, достаточно большой. В моей прежней жизни здесь не было городов, кроме того, заброшенного.

— И сколько нам времени потребуется, чтобы прочесать весь город?

Начавший было взлетать череп остановился и скрипнул зубами. Надо было отвечать. Вика сразу бы поняла, что он подсматривает сверху. Снова получать мокрой мочалкой не хотелось. А может, не дотянется? Потолки были высокими…

— Мы зайдем в Муниципалитет. Его легко найти. В любом городе Зеленоморья он расположен на центральной площади. Там нам должны дать адрес.

— На поиски отправимся завтра. Я спатеньки безумно хочу.

— Ну правильно. Тебе надо отдохнуть. Все равно натаскаешься — будь здоров.

— А мы пешком ходить не будем! Возьмем самоход у гнома…

Череп все же взлетел под потолок. И заговорил в сторону, старательно скашивая глаза вниз. На аппетитную фигурку в тумане паров горячей воды. Риск заработать косоглазие был велик.

— Струж ведь обещал его Ядвиге. Ты же подслушивала их разговор через улицу!

— Ну и что? Своим неожиданным появлением я уже заставила ее задуматься. Еще час назад он был всего лишь другом. А тут вдруг такая пригожая, хорошенькая, красивенькая — чмок-чмок-чмок — девушка вешается этому другу на шею. И прижимается всеми мягкими местами. Я буду не я, если она уже локти не начала себе кусать. Вчера Струж был с потрохами в коготках у гномки, а сегодня уплывает в чужие! Вот увидишь, Ядвига уже составляет планы по соблазнению. Так что завтра она будет крутиться вокруг Стружа. А может, уже и сегодня. Или я плохо знаю породу стервочек. — Вика не стала уточнять, что в другой жизни сама нередко запускала коготки в так называемых друзей. Затягивала их в так называемую фрэнд-зону. И не выпускала. Но и не особенно давала надежду на взаимность. Но ей-то можно! Она-то — эксклюзивная стерва! — Я еще дровишек подкину в костер ревности. Как миленькая займется гномом. А он — ею. И пока они друг другом занимаются, мы будем раскатывать на самоходе.

— Не нравятся мне эти самоходы! — проворчал Ринар. — В мое время на лошадях ездили. Просто, экологично, безопасно. А эти молодые маги-недоучки затолкали магию в повозки. И носятся теперь разумные, рискуя задавить пешеходов. Куда это годится?

Видимо, Ринар несколько увлекся. Своим ли брюзжанием. Видом ли воды, струящейся по обнаженному золотистому телу. Но Вика вдруг обернулась и взвизгнула:

— Извращенец! Вот ты дрянь какая, оказывается! — Мокрая мочалка просвистела у виска черепа. — А ну сбрызни оттуда!

— А ты достань! Хе-хе! — Ринар прекрасно видел, что девушка до него не дотянется. Однако он не учел некоторых факторов. Магическая петля захлестнула затылок, и череп был стянут вниз. Со всей дури шмякнувшись о мраморный пол.

Поиграв еще немного в футбол оранжевым мячом, Вика стянула с крючка полотенце и, завернувшись в него, поспешила в спальню.

Когда череп через какое-то время вплыл в спальню, Вика уже лежала в постели, натянув одеяло до подбородка. Нельзя сказать, что смена вида спорта с волейбола на футбол отразилась на Ринаре благотворно. И гудение было с перебоями. И покачивало его изрядно. Да еще струйки воды лились на пол. При каждом покачивании.

— Ну что, освежился? — ехидно поинтересовалась Вика. — Был бы ты в теле, оборвала бы тебе все выступающие части на фиг! А так… Что с тебя взять? Живи уж.

Вика уже не сердилась на Ринара. Все мужчины одинаковы. Горбатого могила исправит. А их помыслы прямы, как черенок той лопаты, которой копают ту могилу. А в том, что Ринар являлся мужчиной, Вика была уверена. Она это чувствовала.

Проснулась Вика, когда опустившееся солнце заглянуло в комнату. Близилась ночь, но силы переполняли девушку. К тому же, как ей казалось, магический запас наполнился почти под завязку.

Ринар развлекал себя тем, что летал в пространстве спальни. Кругами. Восьмерками. Прищелкивая челюстями. Вращая глазами.

— Ринарчик, не мельтеши! — Вика потянулась, целомудренно следя, чтобы прелести оставались под одеялом. Простить она его, конечно, простила. Но это не повод, чтобы пялиться на халяву.

— Ну ты и дрыхнуть горазда, соня. Я уж думал, что проспишь до завтрашнего утра.

— Что новенького? Как у нас дела на гномьем любовном фронте?

— Ты была почти права. Ядвига не пошла на вечернее свидание. Но бастионы еще стоят — завтрашний день пока под вопросом. Разве не слышишь сама — сидят каждый на крылечке своего коттеджа и флиртуют напропалую.

— Бастионы еще стоят, говоришь? Пора взрывать атомную бомбу.

— Какую-какую бомбу?

— Тсс!.. Ринарчик, мне нужно сосредоточиться, чтобы продумать наряд… Хотя чего там думать? Нам нужна атомная бомба, а не высокоточное лазерное оружие.

— Какое оружие?

— Цыц, Ринар! Твое дело маленькое. Постучи зубами, если я стану хромать не на ту ногу…

Струж млел. Растекался от счастья по своему крылечку. Ядвига почему-то отменила свидание и теперь вовсю любезничала с ним! В том же наряде, который вроде был не для него. Улыбалась ему. И даже кокетничала! А еще ему показалось, что она заколебалась, когда он предложил провести завтрашний день вместе. Или нет?

Пребывая на небесах от общения с предметом своей страсти, Струж не слышал, как открылась дверь коттеджа. Как простучали низкие каблучки домашних туфель. Из тех, что с пушистым шариком, закрывающим носок. И то, что кто-то стоит у него за спиной, понял только по округляющимся и без того огромным глазам Ядвиги. Да по ее распахнувшемуся ротику.

Струж повернулся. И тут же пожалел об этом. Краска бурлящим потоком затопила лицо. Кончики остроконечных ушей запылали так, что ими можно было растапливать ледники.

Это была, конечно, Вика. Над левым плечом оранжевый сверкающий череп, Струж мог в этом поклясться, с хитрющей гримасой. Невинное выражение лица у самой девушки. Легкая хромота. Белокурые распущенные волосы. И черный пеньюар. Совсем не призванный скрывать женственные изгибы ее тела. Наоборот. Полупрозрачная невесомая дымка между ее завораживающими прелестями и нескромными взорами могла только разжигать. Поджигать кровь до состояния плазмы.

Конечно, самые лакомые кусочки плоти были прикрыты чуть более непрозрачными складками. Но все равно влюбленная парочка, как на грех прогуливающаяся по улице, застыла при явлении Вики. Мужчина впал в ступор, а девушка запрыгала вокруг него, пытаясь заслонить ладошкой его глаза.

— Струж, дорогой, я проголодалась, — хлопая глазками, в которых светилась ангельская невинность, проговорила Вика. — Вы же не откажете бедной больной и накормите ее? А потом я бы не отказалась от десерта. — Вика так плотоядно облизнулась, что гном отшатнулся.

— Да-да, конечно, Вика. Пойдемте пошарим в леднике. Я обязательно вас накормлю.

Вика взяла гнома за руку и потянула к входной двери. Когда она повернулась, на улице раздался шум падения тела — мужчина упал в обморок. Девушка, по всей видимости, так и не смогла уберечь глаза своего молодого человека от ослепления — сзади на пеньюаре было гораздо меньше складок.

Ядвига с ужасом смотрела, как великолепная девушка уводит ее Стружа. Уводит того, кто вдруг стал ей небезразличен. Очень небезразличен. Ну а как иначе, если им интересуется такая ослепительная, такая божественно сложенная девушка, как эта Вика? И не только интересуется, но и, судя по наряду, вознамерилась его соблазнить!

Нет, так не пойдет! Она будет бороться за свое счастье!

— Струж! — позвала гномка, досадуя, что голосок дрожит.

Гном остановился, обернувшись. И — о чудо! выпустил руку Вики, по инерции прошедшей еще несколько шагов.

— Струж! Я вспомнила. Я же отменила все дела на завтра. Так что мы вполне сможем пообщаться целый день!

Ядвига с облегчением увидела, как обрадовался гном. И как блеснули торжеством синие глаза обернувшейся человечки. Или это отблеск от пылающего черепа, что-то нашептывающего на розовое ушко?

Гномка с тяжелым сердцем повернулась, начиная молиться, чтобы Вика и Струж провели ночь в разных комнатах. Измены любимого она не переживет!

— Это страшная штука, ваша атомная бомба! И, кстати, всем было по барабану, на какую ногу ты хромаешь! Хе-хе! Хе-хе-хе!..

После ужина, уже в целомудренном халатике… Ну конечно, целомудрие халатика было ровно таким, какое возможно, когда он облегает такие формы. Так вот, после ужина Вика поставила перед собой Стружа. Со словами: «Успех должен быть окончательным, а победа безоговорочной!»

Первым делом она заменила одежду гнома. Вместо невзрачной коричневой робы и серых бесформенных штанов появилась белая рубашка, небрежно распахнутая на мускулистой груди Стружа. Черные слаксы. Наклонив белокурую головку набок, Вика задумчиво изучила творение своих рук. Приказала закатать рукава. Кивнула, удовлетворенная результатом.

Затем последовало легкое движение ладошки. И гном в одночасье лишился бороды. Трехдневная щетина все же осталась. Струж с ужасом схватился за подбородок. Но тут же отдернул руку после суровой отповеди:

— Асексуальнее бороды может быть только хвост. Мужчина с волосами, забранными сзади в хвостик, для меня перестает существовать. От этого просто тошнит! Какую-то изящную, изысканно подстриженную бородку еще можно простить, но не хвост. К тому же борода и хвост сразу дают знать об инфантильности мужчины. Не говоря уже о распущенных волосах ниже плеч.

И следующим этапом было укорочение стрижки и придание ей четко отмеренной небрежности.

Наконец Вика поднялась и подошла к обновленному гному. Апгрейд ей жутко нравился. Рассматривая получившийся результат, девушка даже задумчиво пробормотала:

— Какой брутальный красавчик получился! Так бы и занялась им сама. — Вика вонзила коготки в широкую грудь гнома. В глазах которого тотчас возникло тоскливое выражение. — Ладно-ладно… Не дрожи так. Я сегодня добрая, оставлю тебя на растерзание Ядвиге. А теперь спать, завтра должен быть на высоте!

И Вика ощутимо шлепнула Стружа пониже спины. Гном вздрогнул, словно от удара бейсбольной битой, и пулей вылетел из кухни.

Глава 4

Проснулась Вика, прижимая к груди череп. Словно любимого плюшевого мишку. Что характерно, Ринар ничуть не возражал.

Череп взлетел все же повыше, когда девушка разжала объятия. На всякий случай.

— Сейчас уже почти полдень. Давно пора вставать, у нас куча дел.

— Нас ждут великие дела и бла-бла-бла? — тоскливо пробормотала Вика. Утра она не любила. За то, что они наступают. — А что же ты меня не разбудил?

— Пригрелся. — Можно было поклясться, что череп ухмыльнулся. — У меня была очень уютная посадочная площадка. Хе-хе! Хе-хе-хе…

— Гадкий Ринарчик! — Девушка лениво запустила в череп подушкой. Он, конечно, без труда увернулся. — Вот все вы такие. Любите бессовестно воспользоваться девичьей беспомощностью и доверчивостью.

— Ты сама меня сграбастала во сне! — возмутился Ринар.

— Вот! Я была беспомощна, доверчива и к тому же не отдавала себе отчета в происходящем. А ты и рад стараться!

— Это что? Я опять крайний?

— Привыкай!

Вика быстро набросила халатик и ускользнула в душевую. На этот раз плотно прикрыв дверь.

Из душевой девушка вышла уже полностью одетой. Бодрой. Полной жизненной силы и энергии. Предстояло посещение офиса. Поэтому был выбран деловой стиль. Во всяком случае, была попытка выбрать деловой стиль. Как обычно, в исполнении Вики образ несколько отличался от классического. Скорее это было похоже на начало фильма. Определенной категории. Когда главная звезда еще одета. Белокурые волосы собраны в строгую ракушку. Неброский макияж, подчеркивающий естественную бархатистость золотистой кожи. Белая ослепительная блузка чуть тесновата. Особенно в груди. Так что до третьей пуговички безжалостно растягивается упругой плотью. В вырезе аккуратно уложены полушария, разделенные аппетитной ложбинкой, и виднеется самый краешек бюстгальтера. Черная узкая юбка до середины женственного бедра. Тончайшие телесного цвета чулки. И наконец черные туфли. Не уступавшие прежним ни пяди экстравагантности. Ни волоска высоты. Законченным образ делали очки в черной изящной оправе со стеклами без диоптрий и маленькая вытянутая сумочка, скорее даже несессер. Вика отправлялась в офис. На встречу с местным бизнесменом. Значит, нужно соответствовать имиджу полностью. Во всяком случае, до той степени, которую сама для себя определила.

— Ты выглядишь восхитительно, — прищелкнул челюстями череп.

Поколебавшись мгновение, Вика переложила в несессер ленточку с бриллиантом. И задумчиво пробормотала:

— Ты решил меня соблазнить?

— Почему бы и нет?

— Так ведь нечем! — хихикнула Вика и бросилась из комнаты, преследуемая гудением черепа, пытающегося укусить ее за попку.

Внизу, на кухне, девушку поджидал накрытый второй тарелкой омлет. Быстренько разогрев его под ладонью, Вика торопливо перекусила — череп едва не приплясывал от нетерпения и громко сетовал на несовершенно устроенный организм разумных. И умолк только, когда Вика сделала резонный вывод: «Я так понимаю, что тело тебе уже не нужно?» Загудев, он обиженно отвернулся и демонстративно отлетел к окну. И лишь когда Вика направилась на улицу, чинно-благородно занял свое место над ее левым плечом.

Светило солнышко. Пели птички. Распускалась любовь. Струж и Ядвига стояли у оградки, разделяющей их участки. Рука гнома лежала на пальчиках гномки. Идиллическую картинку Вика разбила вдребезги. По крайней мере, для гномки.

Она налетела на отшатнувшихся друг от друга влюбленных, словно небольшой ураган.

— Привет, Струж! Ты неотразим сегодня! Привет, Ядвига! Воркуете, голубки? — выждав момент, когда оба смущенно потупились, Вика продолжала атаку: — Струж, я возьму ваш самоход?

— Э-э-э… Но мы хотели проехать до нашего парка, чтобы там погулять.

— Вот и отлично! Вечером я его верну. Спасибо, дорогой! — Вика под неодобрительным взглядом Ядвиги чмокнула Стружа в художественно небритую щеку. Развернулась на каблучках, но, сделав пару шагов к машине, обернулась к ошеломленному гному: — Прогуляйтесь пешочком, держась за руки. А на каждом перекрестке можете целоваться.

Краска смущения залила два лица. Но по заблестевшим глазам гномов было видно, что идея пришлась им по душе. И не было им дела, что вчерашняя пострадавшая не хромает. Да и выглядит так, словно внутри нее работает энерджайзер.

— И чего мы здесь торчим? — резонно спросил Ринар.

Как управлять самоходом, Вика разобралась с ходу. «А! Коробка-автомат!» — воскликнула она, увидев две педали.

Найти Муниципалитет тоже оказалось несложно. Прямая дорога, прорезавшая Долинолесье, почти без единого поворота переходила в широкий проспект Янсурка. Который в свою очередь выходил на главную площадь города. Движение на улицах было оживленным. Но после питерских пробок Вике казалось, что город вымер. Нужно было только следить, чтобы какой-нибудь разумный не выскочил под колеса. О пешеходных переходах здесь пока не подозревали. Немного выводили из себя конные повозки. Особенно когда приходилось тащиться за ними черепашьим шагом. Но и их самоход легко обгонял, едва представлялась возможность. С визгом дутых шин. А иногда и визгом едва не попавших под колеса. Про лихачей здесь тоже, похоже, не слышали. Что ж, у Вики была прекрасная возможность исправить эту оплошность.

Не возникло сложностей и с получением адреса офиса Мурохха. Вике лишь потребовалось включить обаяние процентов на пятьдесят мощности. И клерк безропотно выдал бумагу с нацарапанными цифрами. Его день был прожит не зря! Ему удалось пообщаться с очень красивой девушкой. Удалось помочь ей разыскать обманщика, продавшего такой замечательной девушке неисправный амулет пылеуничтожения. Ну и что, что Торговый дом «Мурохх-раз» занимается исключительно сельхозинвентарем? И вообще, не оставайся еще несколько часов службы, он бы поехал вместе с ней. И разнес этот рассадник нечистоплотных торговцев на фиг! «Мой герой!» — прочиталось в лучистых синих глазах, как только воинственно-воодушевленный клерк начал расписывать жуткие муки, ожидающие этих самых торгашей. Жаль только, когда он уже собирался пригласить красавицу на ужин, взгляд той за стеклами стильных очков заледенел. Словно она знала, о чем он собирается ее попросить. Холод во взгляде был таким осязаемым, что, едва девушка, покачивая бедрами, обтянутыми узкой юбкой, вышла из конторки, клерк поспешил во внутренний двор на солнышко. Растопить ледяной комок, образовавшийся во внутренностях.

Конечно, нужно было вызвать Стражу, чтобы проверила ее ауру. Уж больно странный пылающий череп висел над ее левым плечом. Но откуда некромантка посередине города? Да к тому же Совет нынче стал гораздо либеральнее к обожженным Темным пламенем. А оставшееся время до конца службы можно посвятить мечтаниям. И вечером за кружкой пива рассказать друзьям, как его соблазняла изумительная девушка. Офисный планктон никто не отменял и в этом мире.

А вот в поисках офиса Торгового дома «Мурохх-раз» спутникам пришлось поплутать. Вика, естественно, не знала города, поэтому ее вел длинный язык. Образно, конечно. Добросердечные янсурцы, без сомнения, горели желанием помочь красивой девушке. Беда в том, что чуть ли не каждый второй отсылал ее в другую сторону. И каждый раз чуть ли не на другой конец города.

В очередной раз Вика неслась по улицам Янсурка. Проклиная эпидемию географического кретинизма, поразившую горожан. Причем в гораздо более острой форме, чем у нее самой. И тут череп заплясал над ее плечом: «Вот же он! Тормози!»

И вот они уже почти час торчали в открытом кафе напротив офиса Мурохха. Вика даже успела спустить оставшиеся кольца. Во-первых, она проголодалась за то время, что колесила по городу в разных направлениях. А во-вторых, каждый уважающий шпион при наблюдении за объектом не должен бросаться в глаза. Чинить электрический щиток. Или выглядывать из канализационного люка. За неимением всего этого пришлось довольствоваться потягиванием кофе. То, что над ее плечом рассерженно гудит оранжевый череп, привлекающий всеобщее внимание, девушка в расчет не брала.

— И чего мы здесь торчим? — в который раз вопросил Ринар.

— Изучаем подходы к объекту. Ищем слабые места. Фиксируем контакты.

Вика потрясла блокнотом, на листках которого были запечатлены все входящие и выходящие из здания. Поначалу она создала планшет. Но он отказался работать. Только помаргивал огоньком. На вполне резонный вопрос девушки: «Чё за фигня?» Ринар высказался в том духе, что для сотворения сложных вещей необходимо знать внутреннее устройство и принцип действия. Понимать, как грамотно подпитать магической энергией. И как встроить заклинание, чтобы оно в неподходящий момент не взорвалось. Для глупых блондинок это слишком сложно. Хе-хе. «А платье?» Оказалось, что сотворенная одежда, возможно, совсем не похожа на изделие ткацких фабрик. Она выглядит как одежда. Выполняет свои простенькие функции. Но кто сказал, что ее структура идентична той, что получается при обычном производстве? «Какой кретин это придумал?» Вика, сотворив себе блокнот с плотными страницами, провела над ним ладонью. На бумаге (или том, что напоминало бумагу) тут же запечатлелся очередной разумный, выходящий из офиса Мурохха. «Вот так вот, дорогуша!..»

— Зачем тебе контакты? Не проще ли просто пойти к торговцу и задать свои вопросы? Он, конечно, не прав, что послал своего громилу, не проинструктировав о непозволительности нападения на новоиспеченных ангелов. Но владение таким артефактом, как Копье Подгорных Властителей, незаконно без разрешения Совета. Прижмем его этим — запоет как соловей. К тому же обычно в это время офисы закрываются. Или мы будем следить за Муроххом в надежде, что он приведет нас к артефакту?

Вика тоскливо заглянула на дно чашки. Где плескался холодный кофе на один глоток. Из денег осталось маленькое колечко. Такая мелкая монетка, что даже не обладала магической защитой. Настроение после отказавшегося работать планшета было паршивым. Комфортный джип, который уже рисовался в мечтах, нереален! Даже если она после ужина убьет пару-тройку разумных с насыщенной аурой. Все равно ей никогда не воспроизвести принципы действия автомобиля. И кофе безнадежно остыл. Жизнь дала трещину. Однако Вика была не из тех, кто долго унывает. Она решительно встала, прижала сумочку к бедру, словно шпагу:

— Ладно, пошли! Порвем их, как Тузик грелку!

— Как? Кого? Зачем?!

Офис Мурохха располагался на первом этаже его собственного дома. В нескольких кабинетах располагалась пара клерков, служба безопасности да архив. Большего и не требовалось. Основная деятельность фирмы протекала на складах. Заключалась в следовании караванов тяжелых самоходов. Колец здесь отродясь не водилось, все хранилось в гномьих банках. Расписки были защищены магами-нотариусами. Никто, кроме самого Мурохха, не мог их обналичить. Так что охраны не было. Да и вообще, к чему она в спокойном и добропорядочном Янсурке?

Клерки как раз только что разошлись. Как и заместитель начальника службы безопасности. В офисе оставались только сам Мурохх и Оргнара, его секретарша.

Поэтому Вика, пребывавшая в состоянии крайней боевой злости, только скрипела зубами, проходя по пустому коридору. Нет, конечно, рвать кого-то она бы не стала. Тем более как грелку. Но на раздачу тумаков настроение вполне было. Облом. Первым встреченным существом была секретарша. Испуганный взгляд, в котором было очень мало мысли. Полуоткрытый в страхе ротик. Сжавшаяся в кресле фигурка. Ну а как тут не испугаться? Если в приемную врывается эффектная взбудораженная блондинка. С мечущими синие молнии глазами. А вслед за ней летит ужасающий пылающий череп! Тут кто хочешь испугается!

Битва с перепуганными гномками в планы Вики не входила. Поэтому она только с досадой щелкнула пальчиками. Секретарша тут же оказалась капитально примотана веревками к стулу.

И все же Вика недооценила степени преданности гномки своему боссу. Едва ее рука коснулась ручки кабинета торговца, как Оргнара пролепетала:

— Господин Мурохх уже не принимает, рабочий день закончен. Приходите завтра!

Вика медленно повернулась и подняла бровь:

— Ты что — дура?..

Глава Торгового дома «Мурохх-раз» был небольшим пухленьким человеком. С блеклой, едва различимой аурой обычного разумного. Мурохх удивленно вскинул лохматые брови, когда Вика вошла и решительно пересекла кабинет, усевшись в кресло для посетителей. Вызывающе закинула ногу на ногу. Бросила узкую сумочку на стол. Да так, что она проехалась, сбросив несколько бумаг на пол. И безнадежно перемешав остальные.

— Вы хотите заключить договор на поставку инвентаря? — Мурохх откинулся в кресле и скрестил пухлые пальцы на животике. — Или выступаете представителем производителя?

— Тут одни идиоты работают? — Вика недоуменно переглянулась с Ринаром. — И этот человек ведет бизнес? Мне страшно за экономику Зеленоморья! Нет! — рявкнула девушка, ударив по столу ладонью. Мурохх подскочил в кресле. — У нас скопилось несколько вопросов. Личного плана, — добавила девушка, вспомнив наглого орка. И не менее наглого зомби, получившегося из этого самого орка.

— З-з-за… задавайте.

— Где ваш начальник службы безопасности?

Мурохх осторожно подвинул черную сумочку и достал из-под самого низа пачки листок.

— Вот. Он в командировке. Нужно было проверить одного не расплатившегося разумного.

— А какого фига я встречаю его в заброшенном городе?

— Вы? А как… — Мурохх себя оборвал и задал встречный вопрос: — А где он сейчас?

— Пытается сняться с меча, которым я его пригвоздила к одной дверке. В виде зомби.

Мурохх нервно сплел пухлые пальцы:

— Да что вы говорите! И кто же его?..

— Так! Вопросы здесь задаю я! — сдвинув брови, прорычала Вика. И недоуменно замолчала. В голове была каша. Или по-научному хаос. Китайская головоломка с Копьем Подгорных Властителей, с Муроххом, с его орком, с Абир-Айе и неизвестным гадким «рекомендателем». С чего начать? Какие вопросы задавать? От всего этого белокурая головка идет кругом!

Вика жалобно поглядела на Ринара, ища поддержки. В конце концов, некромант прожил долгую жизнь, потом три столетия болтался между реальностями. Офигенное время для самосовершенствования. И вообще, когда-нибудь мужчины могут взять на себя хоть что-нибудь? Не все же слабым женщинам выносить на своих хрупких плечах? Ринар понял блондинку правильно. И хотя у него не было плеч, на которые он мог переложить груз ответственности, он заговорил:

— Откуда ты знал, что Вика окажется в заброшенном городе одновременно с твоим громилой? Ты специально подослал его, чтобы он убил неопытную ведьму?

— Э-э-э… Минуточку! — Вика подняла пальчик. — Кто здесь ведьма?

— О, прости, — поправился Ринар. — Чтобы он убил неопытного ангела?

Мурохх непонимающе захлопал глазками:

— Кто такая Вика? Какую ведьму? Какого ангела?

— Это все я! — Вика ткнула пальцем себя в грудь. Как раз туда, где виднелся краешек кружевного бюстгальтера. Мурохх заинтересованно проследил за движением наманикюренного ноготка и осторожно, как обычно пытаются общаться с душевнобольными, проговорил:

— Плеть выполнял одно мое деликатное поручение. Он не должен был никого убивать, а ваша встреча произошла абсолютно случайно. Это ведь совершенно очевидно!

— Кто такая Плеть? — теперь захлопала глазками Вика.

Ринар раздраженно загудел. Описал пылающий круг вокруг белокурой головки. По его ощущениям, нити разговора благополучно уплывали из его рук. Ну или чем он их там держал.

— Ладно. Зайдем с другой стороны. — Завершив круг, череп вновь остановился над левым плечиком девушки, логично заметившей: «Но ты опять с той же стороны!» Решив разбираться с проблемами последовательно, он проигнорировал замечание. — Допустим, встреча была случайной. Ты послал Плеть в заброшенный город, где в этот самый момент находился новорожденный ангел. Но откуда ты узнал про Копье Подгорных Властителей? И где взял карту?

Ни Вика, ни Ринар не обратили внимания, что на лице Мурохха на мгновение возникло торжествующее выражение. Впрочем, невнимание парочки легко объяснялось. Ринар раздраженно думал, что «зайти с другой стороны» — это совсем не значит зависнуть над другим плечом. А в головке Вики после того, как она переложила груз ответственности на спутника, хаос уступил место полному вакууму.

Мурохх же просто пожал плечами:

— Это коммерческая тайна! — и в свою очередь поинтересовался: — А вы тоже искали Копье? И как? Нашли?

Вика автоматически ответила:

— Его там не было. Кто-то прихватил его раньше.

— Да что вы говорите! Ах-ах, какая неприятность!

Вика встрепенулась, поняв, что сболтнула лишнее, и нежно проворковала, сузив глаза:

— Сдается мне, мы так ничего не добьемся.

— Просто возьми его за яйца! — рявкнул Ринар.

— Этого? — Вика с сомнением поглядела поверх изящных очков на сжавшегося в кресле Мурохха. Выпятила губку. — Не-э, чего-то не хочется. Он не в моем вкусе!

Ринар закатил шары глаз к потолку. Зарычал. Не говоря уже о том, что его гудение было слышно на другой стороне улицы.

— Блондинка озабоченная! Я в фигуральном смысле!

— А! Ну так бы сразу сказал!

Вика сделала круговое движение кистью. Приподняла руку и подергала ею, словно держала удочку.

— Чувствуешь? — угрожающе обратилась девушка к Мурохху. — Жаль, ты не можешь видеть магию… Я натянула вокруг твоих гениталий магическую петельку толщиной в несколько материальных молекул. А кончик вот тут. — Кулачок опять покачался в воздухе. — И стоит мне невзначай дернуть рукой, как твоя мужская гордость упадет в трусы.

Мурохх побледнел. Покрылся испариной. Задрожал. Да что там! Даже Ринара передернуло.

— Это Темный! Векто! Это он дал мне карту и приказал послать самого лучшего охранника!

Девушка взглянула на Ринара. Тот в ответ повращал глазами. Что приблизительно можно было перевести как: «Не знаю такого. Какой-то молодой маг. Или слабый. Откуда я могу знать всякую шушеру?»

— И где Векто сейчас?

— Он обосновался в Сиреневом лесу. Там есть старый пограничный форт, построенный в те времена, когда Сиреневый лес еще принадлежал эльфам.

— Но это же почти в самом центре владений Цветных! — удивленно покачал собой череп. — Ну хорошо. И ты утверждаешь, что ничего не знал о Вике и пропаже Копья?

— Да-да! — почти прошептал Мурохх. Глазки его бегали.

Вике это не понравилось, и она чуть-чуть потянула магическую нить. Но тут в кабинете главы Торгового дома «Мурохх-раз» возникли новые действующие лица. Конечно, не сразу. Вначале была выбита дверь, рухнувшая на пол с громким стуком. Вика отреагировала чисто по-женски. Вскрикнула. Подскочила в кресле. Ее импульсивные движения в свою очередь заставили Мурохха схватиться одной рукой за сердце. Другой за пах. Один Ринар сразу повернулся к входу. Вика чуть погодя. А Мурохх только после того, как убедился, что все его причиндалы находятся на месте.

В общем, когда все уставились на дверной проем с небольшой дымкой пыли, оттуда ломанулось несколько серых фигур. Одна с грохотом ушла перекатом вбок и, встав на колено, вытянула руку раскрытой ладонью вперед. Вторая тень отскочила от дверей и прогромыхала через весь кабинет, оказавшись за спиной Вики. Третья осталась у входа.

— Внезапненько… — протянула Вика, с удивлением разглядывая гуманоидного вида фигуры. Лиц они не имели. И вообще были похожи на грубо вытесанных из серого камня идолов.

— Никому не двигаться! Прекратить магическое воздействие! Вытянуть руки вперед!

Оглушительный голос, раздавшийся откуда-то из нутра одной из фигур, был убедителен. Не для Вики, понятно. Она была очень независимой особой. Во всем. Любая попытка ею управлять или ограничить свободу, как правило, заканчивалась с обратным результатом. Написано «Нырять запрещено»? Значит, нужно с размаху броситься в воду. При условии, конечно, что купальник не соскользнет. Женатый мужчина? Ой, какой хорошенький, непуганый, ласковый. Конечно, были и правила, принятые Викой лично для себя. Соблюдать правила дорожного движения. Ну как соблюдать? Главным принципом соблюдения являлось не мешать тем, кто едет по правилам. Или, например, Вика не спала с двумя мужчинами. Ни одновременно, ни попеременно. Все было чрезвычайно строго: закончен один роман, начат другой. И никак иначе.

Вот и сейчас девушка подняла бровь, недовольно разглядывая фигуры. Столь возмутительным образом влезшие в уютный, почти интимный разговор.

— А может, вам еще стриптиз станцевать?

— Это каменные големы, — проворчал Ринар. — Не думаю, что на них произведет впечатление оголение человеческой самки. Со всеми ее прелестями. Хе-хе. Хе-хе-хе…

— Ой, и не больно-то надо! — состроила гримаску Вика, пытаясь потихоньку, незаметно для Ринара, расслабить мышцы спины. Выпячивание округлостей считалось ею неплохим бонусом при разрешении любых конфликтных ситуаций. Похоже, не в этот раз. И главное, чтобы Ринар не заметил, что она, как блондинка, пытается очаровать каменных болванов. Насмешек потом не оберешься!

И Вика решила долбануть по каменным истуканам чем-нибудь тяжеленьким. Ей казалось, что молот, бьющий по темечку, гораздо убедительнее нелепых, пусть и оглушительных, указаний. Раз выпрямленная спинка и расправленная грудь големов не интересуют.

Не тут-то было. Небольшая вспышка сзади. И нежное горлышко сдавливает магическая петля. Такая же вспышка, напоминающая электрическую дугу, на грубо высеченной ладони. И запястья притянуты друг к другу. Еще один разряд у дверей. И череп, заключенный в силовую клетку, рушится с костяным стуком на пол.

Захлопав ресницами, Вика поглядела на эфемерные наручники. Разряды голубоватыми черточками просверкивали вокруг рук. Отблески заклинания красиво переливались на аккуратно уложенных в декольте аппетитных выпуклостях. Не было ни малейшей возможности ни изменить положение тела, ни освободить руки. Заклинания обездвижили верхнюю часть корпуса девушки. Единственное, что она могла сделать, — это с независимым видом закинуть ногу на ногу. Ну еще моргать. А хуже всего было то, что ошейник и наручники полностью блокировали ауру. Нет, при большом желании разорвать магические путы было вполне возможно. Нужно только приложить усилие в этой точке. И вот в этой. И спустить половину резерва. Конечно, было обидно до слез. Вика чувствовала, что могла разметать истуканов по камешку. Но не теперь. Теперь баланс сил изменился не в ее пользу. Девушка не могла быть уверена, что, даже вырвавшись, одолеет неожиданных визитеров. Убивать ее не собираются. Почему бы и не смириться? Пока. В конце концов, принцип «если ничего уже сделать нельзя, нужно расслабиться и получать удовольствие» никто пока не отменял. Был, конечно, еще один минус. Ринар. И он не отказал себе вкрадчиво поинтересоваться:

— А ты проверила ауру секретарши? А веревки усилила магией? Блондинка неразумная! Наверняка у нее есть какая-то сила!

— А сам-то? — Вика показала черепу язык. — Вот ты чем думал? Своей пустой башкой?

— Кто из нас… э-э-э… ангел? Я, что ли? Мне ауру не прочесть!

— А подсказать, что — трудно было?

Их перепалка была прервана появлением нового персонажа. Высокий орк в форменном мундире перешагнул выбитую дверь и остановился посередине кабинета. Оценивающий взгляд обежал присутствующих, заставив Вику приободриться. Ну наконец-то здесь появился хоть кто-то, на ком можно использовать свои чары! Лицевые мышцы еще немного слушались. Поэтому Вика состроила обиженную мордашку, выпятив чуть-чуть, насколько позволяло онемение, пухлую губу. И надеясь, что сползшие на кончик носа очки добавят ее образу толику беззащитности. И невинности.

Однако орка это заинтересовало мало. Возможно, его взгляд только на мгновение дольше задержался на коленках и декольте девушки. Но он тотчас повернулся и вытянул руку в сторону Мурохха.

— Вывести из-под контроля.

Тут же Мурохх шумно выдохнул, словно все это время сдерживал дыхание. И вскочил из кресла.

— О, господин Лосик, стражные големы подоспели как нельзя вовремя! Эта… Эта… — Мурохх гневно указал на Вику, поджавшую губы, — угрожала мне членовредительством!

— Разберемся, господин Мурохх. — Орк кивнул и, повернувшись к девушке, приложил кулак правой руки к сердцу: — Десятник Лосик, Стража третьего околотка Янсурка. Вы арестованы по обвинению в попытке членовредительства. Прошу проследовать в околоток. — Стражник вытянул руку теперь в сторону Вики. — Освободить руки. Ошейник не снимать, закольцевать заклинание на стражный код. Возвратиться в расположение околотка.

И големы, тяжело грохоча подобием ступней, двинулись к выходу.

Вика почувствовала, что ее руки вновь стали свободными. Но и аура и голосовые связки по-прежнему пребывали в полузамороженном состоянии. Ей даже не дали возможности хоть что-то придумать в свое оправдание. Попробовать переложить всю вину на Мурохха. Помурлыкать и сделать несколько комплиментов бравому стражнику. Мужчины падки на комплименты. И подтаивают от них не меньше женщин. А борьба с тающими мужчинами не представляет особой сложности. Даже если они орки с рожками и выступающими клыками.

Увы. Стражник только помог Вике подняться. Без особого пиетета. Ткнув ногой лежащий на полу череп, он строго посмотрел на девушку:

— И это тоже заберите!

В ответ Вика подтолкнула череп обратно в направлении сотника. Пожала плечами. На ее лице появилось выражение «Ну, и носите это сами!»

Не дожидаясь, когда его пихнут снова, Ринар возмутился:

— Эй-эй-эй! Нельзя ли поаккуратнее? Я же почти живой!

Орк скривился и обратился к Вике:

— Не в ваших интересах, госпожа обвиняемая, игнорировать распоряжения представителя Стражи.

— Да-да, господин Лосик! — закивал Мурохх. — Эта Темная ведьма очень строптива и несносна. Надеюсь, это учтут при вынесении приговора.

Вика округлила глаза: «Я не ведьма, я — ангел!»

— Боюсь, в Темноте ее обвинить не удастся, — проговорил орк, внимательно разглядывая Вику. — В ее ауре нет ни пятнышка Темного пламени. Всего лишь слабенькая магичка…

— Как не ведьма? — Мурохх неподдельно изумился.

Орк пожал плечами, отмахиваясь:

— И, господин Мурохх, не забудьте распорядиться, чтобы заменили амулет экстренного вызова Стражи.

— Да-да, завтра моя секретарша зайдет в околоток и зарегистрирует новый амулет. А мне не нужно присутствовать при официальном вынесении приговора?

— Нет. Стражные големы зафиксировали магическое воздействие на вас. Этого достаточно для обвинения. А вы, госпожа обвиняемая, забирайте своего спутника и следуйте за мной!

Вика пожала плечами. И нагнулась за черепом. Естественно, она постаралась продемонстрировать стражнику все свое изящество. А заодно глубину декольте. Округлость обтянутой узкой юбкой попки. Ну не каменный же он… голем! В конце концов, первый встреченный девушкой орк был совсем не против познакомиться с ее прелестями поближе.

И десятник оценил! Блеснули черные глаза. Дернулся уголок рта, приоткрывая правый клык. Безусловно, он не хотел, чтобы кто-либо заметил его реакцию. Но когда мужская реакция на ее тело была для Вики секретом?

Довольная собой до невозможности, Вика подхватила тонкими пальчиками магическую сеть и распрямилась, чуть раскачивая черепом, словно арбузом в авоське. Не забыв, конечно, и грозно на него глянуть поверх тонких стекол.

— Пфф!.. Да не смотрю я тебе под юбку! Уже вечереет на улице, и здесь становится темно. Да и юбка очень узкая.

Стражник, уже направившийся к выходу, обернулся и удивленно посмотрел на парочку.

— Вот видите, господин Лосик! Они — чокнутые! И вообще, стоит проверить девицу по досье платных разумных.

Как сумел увернуться Мурохх? Каким-то чудом, не иначе! Красные коготки мелькнули в нескольких сантиметрах от носа Мурохха. Дальнейшую расправу Вике пришлось отложить — магический ошейник не позволил развить победоносное наступление. Ну, вообще, скотина какая! Ее проституткой обозвал! «Платная разумная»… Ха!

— Госпожа обвиняемая, — в голосе орка зазвучали стальные нотки, — не усугубляйте своего положения.

Вика медленно развернулась, раздумывая, не растерзать ли орка за то, что не вовремя натянул поводок. Глаза, метавшие синие молнии, остановились на горле стражника. Он даже вздрогнул, непроизвольно потрогав кадык.

Удовлетворившись произведенным эффектом, Вика высоко вздернула подбородок и гордо прошествовала по обломкам двери мимо нервно сглотнувшего десятника. Конечно, сначала соблазнить, а потом запугать — это был не метод Вики. Но что делать, если тебя огульно обвиняют черт знает в чем? В попытке членовредительства. И, еще хуже, клевещут про торговлю своим телом. Последнее — это уже вообще за гранью! Ну не всерьез же она собиралась отчекрыжить торговцу гениталии! Но если разные твердолобые орки с таким трудом соблазняются, пусть хотя бы боятся!

Продолжая метать молнии глазами, Вика вошла в приемную. Если уж громила-орк испугался за свою жизнь, то эта глупая курица Оргнара сейчас описается от страха! А вот нефиг названивать в Стражу, когда идет вежливый и культурный разговор. Ну почти вежливый. И почти культурный… Это «почти» — не повод, почему гномка не должна описаться.

Однако Вику встретил холодный колючий взгляд. Ничуть не напоминающий робость, страх, и одновременно служебное рвение, с которыми Оргнара встречала их час назад. Вика вскинула бровь. Чуть наклонила голову. Аура гномки была насыщенной. Конечно, это было сложно определить наверняка. Магический ошейник снижал восприятие. Но Вика могла поклясться, что носителей такой ауры она встречала сегодня в городе считаное количество раз.

Впрочем, едва в приемную вышел десятник, сопровождаемый Муроххом, как гномка на глазах преобразилась. Из жесткой, расчетливой разумной она мгновенно превратилась в туповатую секретаршу. Хотя и очень хорошенькую.

— Ой, господин Мурохх, с вами все в порядке? Я так волновалась, так волновалась.

Мурохх кивнул ей немного рассеянно:

— Со мной все в порядке. Можешь не волноваться. Кстати, завтра ты должна прийти в околоток зарегистрировать новый амулет вызова Стражи.

— Да, конечно, господин Мурохх. А что сделают с этой бедной заблудшей женщиной? — В дрожащем голоске было столько сострадания, что Вика на миг усомнилась, что видела другую Оргнару.

— Ну вообще-то ничего серьезного ей не угрожает, — сказал орк, направляясь к выходу. — Сделаем снимок ауры, отправим запрос в архив Совета. Если за ней не числится подобных правонарушений, придется отпустить. Предъявленное обвинение будет заключаться в вынесении предупреждения с занесением в архив.

Вика улыбнулась, сделав жест «Йес!»

— Вот как? — удивился Мурохх, недовольно глядя в сторону девушки. — Это очень опасная женщина! Неужели ее даже на пять дней не арестуют?

— При чистом досье — наверняка нет. Зачем вам непременно нужно отправить человечку за решетку? Вам это удалось бы, только если она привела бы свои угрозы в исполнение.

Мурохх побледнел. Шумно сглотнул.

— Нет-нет! Лучше, конечно, так, как есть. До свидания, господин Лосик!

Околоток был всего в паре кварталов от офиса Мурохха. Неудивительно, что Стражи добрались так быстро, оборвав разговор Вики с торговцем на самом интересном месте. Вообще, с этим Муроххом и с его секретаршей чувствовалось что-то странное. Их поведение говорило об этом яснее ясного. Даже Вике это было понятно. Девушка плелась за стражником, время от времени дергавшим за магический поводок. Встречные разумные осуждающе покачивали головами, глядя на нее. А кто-то и жалостливо. А пара мужчин, судя по сузившимся глазам, вполне себе размышляли, не отбить ли арестованную красотку у правосудия. Показать с независимым видом язык (типа что уставились, вот такая я плохая) Вика не могла. Из-за почти полной парализации мышц речевого аппарата. Разве что самый кончик между зубами. Поэтому просто не обращала на встречных внимания. Размышляя над своей судьбой.

Жаль, если этот Мурохх — пустышка. А скорее всего это так и было — увы, к Копью Подгорных Властелинов они с Ринаром сейчас не ближе, чем были в заброшенном городе. Впрочем, несмотря на все происшедшее, Вике нравилось в этом мире. Да что там лукавить! Возникла даже мыслишка послать Ринара с его поисками тела подальше. И зажить жизнью ведьмы. Или ангела. В общем, магички, как здесь говорили. Но нет! Она же обещала помочь. И не в принципах Вики отступать от обещаний. К тому же именно с Ринаром жизнь становилась забавной. Нескучной. А к скуке Вика относилась весьма отрицательно.

Десятник свернул с улицы, потянув Вику за собой. Пройдя небольшой скверик, они подошли к небольшому красному зданию казенного вида. Во всяком случае, оно резко отличалась от изысканных, или веселых, или аляповато украшенных окружающих домов. Да и находилось на отшибе.

Глава 5

Околоток был погружен в сонную дремоту. Такое состояние могло продолжаться неделями. Преступность в городах потерпела крах, когда маги высоких уровней взялись за расследования. Какой смысл воровать или грабить, если по отпечаткам ауры тебя найдут через пару часов? Дудки! Лучше податься на честные заработки. Ну или отправиться куда в глубинку. Туда, где даже сельскохозяйственных угодий нет. А еще лучше поближе к Пограничью. Там-то раздолье. Особенно если Темные сидят тихо. Сильные Цветные маги предпочитают пользоваться всеми благами цивилизации в городах. Темным на криминал наплевать. Вот только если Цветные с Темными сцепятся… Тут ведь и в солдаты могут забрить. Хорошо, если живого. А если в послесмертном состоянии? Да и добыча не та. Ну совсем не та… Может, ну его к демонам? Рабочих мест в городах много…

Бытовых преступлений тоже было мало. Не тот народ в Зеленоморье. И уважение к соседу есть. И желания прожить за счет другого нет. Да и спиртным разумные не злоупотребляли. Конечно, мутили воду эльфы, готовые на все, чтобы показать свою высокородность. Особенно гномам. Ну так если заварушка обошлась без членовредительства, выкинут эльфа за пределы города. Иди, друг, в свои леса и живи там по своим законам. Что? Не хочется? Тут и присмиреют остальные высокородные на пару месяцев.

Вот и оставались наиболее частыми свары между магами. Ведь даже поговорка есть в Зеленоморье: «Чем выше круг мага, тем больше он эльф». И то после того, как Стража стала распространять амулеты быстрого вызова, любой маг трижды думал, прежде чем использовать магию не в мирных целях. Амулет реагировал на деструктивное изменение реальности, угрожающее разумному. Оставалось только нажать кнопку, чтобы сигнал ушел в ближайший околоток.

Поначалу-то амулеты просто реагировали на любое заклинание, таящее опасность для окружающих. Но Стража стала сбиваться с ног. То человеческий ребенок засунет руку в бак, уничтожающий мусор. То фейерверк угодит в глаз гному. То орк примется в соответствии с последней модой подпиливать рожки механической ножовкой. Вот и снабдили каждый амулет кнопкой.

Поэтому околоточный Думирий сейчас носился по околотку. Суетился. Еще бы! Уже три десятицы в околотке ни одного задержанного! Там пыль рукой стряхнул. Проверил в камерах свежее белье (а вдруг и арестант будет?). На стене старинную алебарду поправил. Сейчас-то стражники с алебардами не бегают. После введения големов десятники только ими и командуют. Каждые сутки дежурный, заступающий на дежурство, завязывает на себя управление ими. Вот только редко их удается на дело выводить… Кстати, и големов проверить надо!

В големной все было в полном порядке. Три голема, которых Лосик брал с собой и которых отправил с места преступления чуть раньше, уже замерли на корточках. Рядом с остальными семью, которые и не просыпались. Околоточный вздохнул. Вот тот, четвертый во втором ряду, неровно стоит. Скособочился как-то. Но не таскать же такую махину! Пупок развяжется.

Появление десятника вместе с задержанным оправдало надежды Думирия полностью. Во-первых, оказалось, что это не просто задержанный. А уже обвиняемый. Значит, големы прибыли в момент совершения преступления. Во-вторых, Лосик приказал провести процедуру ареста полностью. Со снимком ауры и отправлением запроса в архив Совета. В-третьих, задержанных было, собственно говоря, двое. Один из них — чья-то измененная сущность в виде престранного пылающего черепа. Возможно, даже опасная! Недаром же големы Лосика заключили эту сущность в магическую сеть. Ну и, в-четвертых, второй задержанный был вовсе не задержанным, а задержанной. Да какой!

При виде Вики околоточный постарался втянуть пузо. Пригладить редкие волосы. Бесполезно, конечно. Пузо пришлось снова надуть — форменные брюки начали соскальзывать. А волосы как торчали в разные стороны, так и продолжали торчать. Тем не менее околоточный почувствовал себя непобедимым воином, стоящим на страже закона. И именно с него начнется перевоспитание закоренелой преступницы. (Ужас, какой хорошенькой!)

— Оформляй, — сказал Лосик околоточному, когда тот со всем усердием пододвинул Вике кресло. Потом десятник обратился к Вике: — Госпожа обвиняемая, согласно правилам я сейчас ослаблю ошейник. Я не имею права снимать его до того, как околоточный поместит вас в камеру. Ослабление будет узконаправленным — вы сможете только отвечать на вопросы. Вопрос — ответ. И ни слова по собственной инициативе. Действие ослабления закончится, как только вы ответите на все вопросы протокола.

Околоточный, разложивший перед собой листы бумаги, взял самописку и с важным видом сказал:

— Десятник Лосик, пока можете быть свободным. Оформление займет какое-то время.

Орк ухмыльнулся. Пожал плечами:

— Ладно. Пойду пока проверю големов. Возможно, потребуется подзарядка.

— Эй, и проверь четвертого во втором ряду! Рухнет, так и стену проломит.

Думирий пододвинул бумагу и взглянул на обвиняемую. Ишь вращает глазищами, метающими синие молнии. Хмурится недовольно. Губки поджимает. Непростая штучка, видать. Придется с ней повозиться, пока перевоспитаешь.

Ну нам-то понятно, что Вике хотелось высказать все. Все, что наболело. Цензурных слов в этом наболевшем почти не было. И этими цензурными словами в основном были предлоги. Увы, ошейник не позволял ей отвести душу, препятствуя прорваться на волю потоку, бушующему в душе. И на кончике языка.

Ну не могла Вика произнести давно заготовленную речь вслух. Поэтому все, что она делала, это строила страшные рожицы. И сквозь зубы отвечала на вопросы.

— Ваше имя?

— Виктория!

— Ваш род?

— Мальцевы.

Околоточный удивленно посмотрел на обвиняемую. Первый раз он слышал о таком роде. Любой разумный происходил из двухсот сорока одного рода. Все они были совершенно точно известны в Зеленоморье. И тут вдруг перед ним сидит представительница нового, совершенно неизвестного рода. Или врет? Но смысл-то какой? Ох, непростая штучка!

— Откуда вы? Город? Родовой замок? Деревня? Местность?

— Из города Санкт-Петербурга.

— Никогда не слышал, — покрутил головой Думирий. Его сердце сладко затрепетало. Тут точно была какая-то тайна! И, возможно, ему удастся ее разгадать!

Околоточный продолжал задавать вопросы, ответы на которые сводились к универсальной формуле: «Не сидел, не привлекался, родственников за границей не имею».

— Ну хорошо, — наконец провозгласил Думирий, подходя к последней графе протокола. — Ваши мотивы при нападении на разумного?

Ну наконец-то вопрос, не требующий конкретного ответа! Правда, когда дошло до дела, воспитание все же не позволило девушке произнести то, что она уже долгое время репетировала. Но ее выступление все равно было очень экспрессивным:

— Этот кретин не хотел рассказывать, где находится артефакт! А ведь еще нужно было узнать, от кого он получил карту. А еще он подослал ко мне орка. А тот едва меня не изнасиловал! И вообще, Мурохх вел себя странно. Мало того, прикидывался идиотом. Но на самом-то деле что-то тут нечисто!

Околоточный ошеломленно уставился на разошедшуюся обвиняемую. Это что? Все это надо записать в графу «Предполагаемые мотивы»? Или не все? Тогда вот что конкретно вы предлагаете записывать? И вообще, какое счастье, что это был последний вопрос. И эта хорошенькая обвиняемая снова умолкла, беззвучно раскрывая рот, но не произнося больше ни слова.

— Привыкайте, господин околоточный! — Оранжевый череп уютно устроился на восхитительных коленках. Пусть и в магической сетке. И теперь млел, словно рыжий кот, свернувшийся в клубок.

— А! — подскочил околоточный от неожиданности. Это еще и говорит?! Ох и сложная работа в Страже! Пора, наверное, прибавки просить. Да к демонам все! И околоточный вывел на листе: «Мотивы необъяснимы». Думирий и не подозревал, насколько точную фразу он написал. Фразу о сущности блондинок. — Ну что ж. Продолжим.

Околоточный поставил на стол небольшой приборчик. Состоявший из колесиков, шарниров, узких планок и линз. Вверх сантиметров на тридцать торчала трубка, расширяющаяся на конце наподобие дула старинного пистолета. Покрутив пару рукояток, стражник направил одну из линз на обвиняемую. Приборчик застрекотал. На раструбе начал расти розовый шарик, весь объем которого искрился маленькими черными искорками. Когда чуть подрагивающий в воздухе шар достиг диаметра пяти пальцев, Думирий осторожно снял его соломинкой.

— Интересная у вас аура! Я сделал сотни снимков аур, но такую вижу впервые.

Обвиняемая чуть скривила губки, а череп заинтересованно (именно так — заинтересованно!) уставился на чуть подрагивающий в воздухе шар, который околоточный, едва дыша, поместил в зеркальный ящичек. Думирий покачал головой. Очень странная девушка! А вдруг она с Западного полушария? Говорят, туда ушли атланты, поставив за собой непроницаемую завесу штормов и бурь. Давно это, конечно, было. Даже первые эльфы тогда только начинали осваивать Сиреневый лес. Ну а вдруг? К сожалению, версия была слишком фантастической. Околоточный только тяжело вздохнул. Подержав несколько мгновений ладонь на зеркальной поверхности, он улыбнулся:

— Ну вот, снимок отправлен в архив. Позвольте я провожу вас в камеру, ответ наверняка придет только утром.

Обвиняемая вопросительно подняла бровь и ткнула алым длинным ногтем в горлышко.

— О, ошейник снимет десятник, как только вы окажетесь в защищенной от магического воздействия камере. Прошу простить великодушно, но таковы правила. Пройдемте.

Думирий проводил обвиняемую в камеру, откровенно любуясь ее фигуркой. И походкой. На изящество которой не влиял даже колотившийся об икры череп в магической сетке. И даже то, что череп начинал потихоньку гудеть и попытался вцепиться широко раскрытыми челюстями в стройную ножку. Околоточный, с опаской следящий за странной пылающей сущностью, вздохнул с облегчением, только когда убедился, что магическая сеть является непреодолимым препятствием для оранжевых зубов.

Вика обвела камеру придирчивым взглядом. А ничего! Ничего общего с представлениями о подобных помещениях на Земле. Достаточно просторная, с широкой кроватью. Шкаф. Небольшой аккуратный стол со стулом. В приоткрытую дверь виднеется унитаз. Судя по размерам видимого пространства, здесь должен был иметься и душ.

Девушка бросила череп на постель. И в мнимом испуге прижала ладошку к губам, когда он подскочил и, ударившись о стенку, едва не упал на пол. Перевернутый вверх ногами (или, если быть точным, вниз головой) Ринар загудел еще сильнее и прошипел что-то про умственные способности блондинок и их координацию. Впрочем, на Вику это не произвело ни малейшего впечатления. Она была зла на весь свет. А значит, и на Ринара в том числе. Почему? А вот потому что! Убедившись, что с черепом ничего страшного не случилось, она повернулась.

Улыбнулась стоящему в проеме околоточному и особенно появившемуся Лосику. Толстячок был, конечно, ужасно милым, но рядом с высоким плечистым орком совершенно не смотрелся.

— Думирий, — обратился к околоточному десятник, — мне еще надо переброситься парой слов с обвиняемой. Так что иди.

— Госпожа… Жаль, я так и не узнал пока вашего имени, — проговорил орк, когда Думирий отошел подальше. — Я уверен, что завтра вас освободят. Не желаете ли вечером сходить со мной в ресторан?

Вика округлила глаза и беззвучно произнесла: «О!». А потом закивала, лучисто улыбаясь. Орк тоже улыбнулся и закрыл перед ее носом дверь с решетчатым окном. Уходить он не спешил. Уж больно было приятно созерцать девушку. Пусть и через тюремную решетку.

— Мм? — отчаянно замычала Вика, снова ткнув пальчиком в район шеи.

— О! — спохватился Лосик. — Извините меня! Сейчас сниму. — Орк сделал движение кистью, словно наматывал на нее леску. — Способность говорить вернется к вам минут через десять. А пока отдыхайте. Можете принять душ, туалетные принадлежности там есть. Как и полотенца. А завтра я вас освобожу, и мы обсудим, в каком ресторане вы желаете поужинать.

Девушка обольстительно улыбнулась. Послала воздушный поцелуй. Изобразила пальчиками поднятой ладони «пока-пока». В общем, сделала все, чтобы орк убедился, что его предложение принято благосклонно. Несмотря на внешнюю невозмутимость орка такая сердцеедка, как Вика, отчетливо видела, что он очень ею заинтересован. Вон каким жадным и одновременно смущенным взглядом оглядел ее напоследок! Как раз перед тем, как втянуть в ладонь сетку, облекающую череп, и отойти от дверей камеры.

Освобождение речевого аппарата родило словесный поток, обрушившийся на голову бедного Ринара:

— Как каменные големы так бесшумно подкрались к кабинету Мурохха? Оказывается, здесь есть беспроводная связь! Звание десятника… Это говорит о том, что мужчина успешный? Нет, ты видел? Эта сучка, похоже, только прикидывается тупой! Я с этим Муроххом еще поговорю! Ты не ушибся, когда стукнулся о стенку, дорогой? А заметил, что меня не воспринимают сильным ангелом? А с какого перепугу Мурохх посчитал меня ведьмой? А ты слышал, меня пригласили в ресторан! Неужели у меня наконец будет секс? А прикольная у меня аура? Раньше-то я ее не видела!

Ринар замотал головой. И даже встряхнулся, словно вымокшая собака.

— Нет, ты сначала ответь, почему пинала меня всю дорогу? Кинула на кровать так небрежно?

Вика улыбнулась. На этот раз улыбка была нехорошая. Как у кобры перед броском.

— А уж больно вольготно ты чувствовал себя на моих коленях.

— О, блондинка озабоченная! Ты сама меня туда поставила!

— И что? Разве это повод, чтобы офигевать от привалившего счастья? Так что сам озабоченный!

Череп потряс собою. Пытаясь уловить логику. В оранжевую голову ничего похожего на стройные умозаключения не приходило. Кроме одного:

— Стерва!

На чувственных губах заиграла лучезарная улыбка:

— Я тебя тоже люблю, дорогой!

Вика поставила подушку вертикально и устроилась на кровати, поджав стройные ножки. В той самой позе, когда даже самая стервозная стерва вдруг становится такой уютной и домашней.

Ринар выразительно посмотрел на ее коленки. Мол, почему бы мне не устроиться на них опять, словно коту? Может, ты меня даже погладишь? А потом, так и быть, можешь попинать. Если тебе от этого легче станет.

— Даже не думай!

Ринар клацнул зубами. Коленки девушки были, конечно, притягательными. Но ведь еще можно с независимым видом наслаждаться приобретенной свободой. Стены камеры стабилизировали реальность, не позволяя применять хоть сколько-нибудь серьезную магию. И все же способность к полету череп вновь обрел. Оранжевая комета пролетела пару кругов. Выполнила бочку. Штопор. В воздухе зависали на несколько мгновений красивые реверсивные следы оранжевого цвета.

Сняв очки и потерев переносицу, девушка какое-то время неодобрительно смотрела на череп. Затем строго сказала:

— Итак? — и, поморщившись, добавила: — Да не мельтеши!

Череп заложил крутой вираж и лихо остановился, покачиваясь в воздухе.

— Итак — что?

— Ну я задала тебе несколько вопросов.

— Это называется несколько вопросов? Хе-хе! И на какие вопросы ты ждешь ответа? — Череп закатил глаза и тоненьким голосом пропел: — «Неужели у меня будет секс?»

— Бу! — Вика надула губки. — И чего ты дразнишься? — Потом ее глазки сузились: — Завидуешь? Обломайся! И даже не надейся, что приглашу свечку подержать! Хотя… Как светильник, наверное, подойдешь. В твоем свете это будет романтично. — Девушка хихикнула. — Только чур — отвернешься. И уши заткнешь. Или что у тебя там?

— Пфф! — Череп крутнулся на месте. — С твоим везением еще неизвестно, как все сложится.

— Ладно-ладно, сплюнь лучше. Так что насчет моих вопросов?

— Ну если говорить о тех, что имеют смысл… Хе-хе. Хе-хе-хе! Каменные големы обладают способностью к левитации. Это гораздо менее энергозатратно, чем деструктурировать материю при каждом шаге.

— Де… Чего?

— В камне нет мышц. А для любого движения големам приходится одни поверхности камня растягивать, другие сжимать, где-то сгибать. Сама понимаешь, с твердой материей это не очень просто. И лишь при боевых действиях големы переходят на гуманоидный тип передвижения. При левитации очень велика инерционность, мала скорость, да и трение с поверхностью отсутствует. Можно просто упереть копье в грудь и оттолкнуть любого. Кстати, триста лет назад никому в голову не приходило дать големам дополнительные способности к преобразованию реальности. Их просто выпускали на противника. Магия на големов действует плохо, к физическому воздействию устойчивы, боли не чувствуют. Махай себе кулаками. Жаль, заряд не очень велик. Да и в создании непросты.

Похоже, что Вика пропустила маленькую лекцию мимо ушек. Ну а как иначе, если ее взгляд вдруг затуманился:

— Ой, а ты видел мою ауру? Такая хорошенькая, пушистенькая. С искорками прикольненькими. Она ведь должна мне ужасно идти! Как ты думаешь, нужно подбирать одежду? Чтобы сочеталась с аурой?

— Э-э-э… Ты о чем? — Череп еще был весь в воспоминаниях о былых сражениях.

— Проехали! — махнула рукой девушка. — Скажи лучше, почему все вокруг считают меня слабой магичкой? В принципе в том детективно-шпионском триллере, в который ты меня засунул, это хорошо. Хорошо, что мою силу не видно сразу. Чувствуешь себя Штирлицем в логове Мюллера. — Полные губы сложились в веселую улыбку в ответ на недоуменное клацанье оранжевых зубов. — Штирлиц — это наш герой. А Мюллер — нечто вроде Мурохха. В общем, потом расскажу. Ну так почему, как ты думаешь?

— Что тебе непонятно, о блондинка? — Выражение на лице черепа было таким, словно он пожал плечами. — Абир-Айе же ясно сказала, что искорки в твоей ауре — это насыщенная Тьма. Темное пламя почему-то не пожрало твою ауру, а превратилось в концентрированные частицы. И, похоже, ты можешь в любой момент прибегать к этой силе, мгновенно усиливая ауру до вполне серьезного уровня. До трех Ведьм тебе далеко, конечно. Но пятого-шестого круга ты в отдельные моменты достигаешь. А цветная аура у тебя слабенькая. Гораздо интереснее загадка, почему ты так быстро восстанавливаешься. Запредельно быстро.

Череп неодобрительно посмотрел на Вику, крутившуюся и изгибающуюся на кровати. В разных соблазнительных позах.

— Ты чего?

— Пытаюсь рассмотреть свою ауру. Почему я ее не вижу?

— Я тебе уже говорил, что никто не может видеть своей ауры. — Череп гуднул. — Прекращай вертеться. Ты лучше подумай еще раз, почему Оргнара прикидывается болонкой. Хотя, судя по всему, является настоящей кренхомой.

— Кем?

— Хищники такие опасные в горах есть. В вашем мире не обитают кренхомы?

— Не. Не слышала.

Череп задумчиво поднял шары глаз:

— А еще мне непонятно, почему магичка работает секретаршей. Ты ее ауру посмотрела?

— Нехилая такая у нее аура, — пожала плечиками Вика.

— Вот! Нехилая, как ты говоришь, магичка работает у обычного торговца секретаршей. Тебе не кажется это странным? Почему Оргнара — подчиненная у Мурохха? А не наоборот?

— И почему? — подняла бровь девушка, оставившая попытки заглянуть себе за спину.

— Тьфу! Ты меня спрашиваешь? Я хотел, чтобы ты об этом подумала. Впрочем, блондинка и размышления — вещи несовместимые. Хе-хе. Хе-хе-хе!

— Дурак! Если такой умный, вот и думай об этом сам!.. О, очень кстати!

Вика обратила внимание на лицо, появившееся за решеткой. Лицо было явно женским. Но необычным. Не лишенным привлекательности. Черные брови. Огромные, чуть раскосые глаза. Четко очерченный нос. И немного большой для этого лица рот. Впрочем, диковатую красоту это не портило. А портила женщину зеленая бледность. В прямом смысле слова зеленая. Кожа была бледно-кислотного оттенка. На голове красовалось нечто среднее между кокошником, кивером и застывшим черным взрывом. Несмотря на крайне необычную внешность существа, Вике не пришло в голову пугаться. Во всяком случае, поначалу. Уж сколько она повидала в этом мире существ, отличавшихся от привычных… Отличавшихся настолько, что и в сказках про таких не прочитаешь! Да вот хотя бы пылающий череп, как раз повернувшийся, чтобы взглянуть на незнакомку.

— Я очень проголодалась. Не могли бы вы…

— Арахнита! — Череп зашипел и взвился под потолок.

Женское лицо за решеткой в долгу не осталось. Черты его исказились. Рот широко распахнулся, обнажая набор длинных и тонких, как иглы, зубов. Надрывное верещанье арахниты было гораздо более громким, чем шипение Ринара. Оглушающим. Этот звук наводил ужас.

— Мамочки! — вякнула Вика и вжалась спиной в стенку. — Извините ради бога! Я уже поняла, что вполне сыта!

В ответ заскрежетал вспарываемый металл. Два длинных изогнутых когтя с зеленоватыми кончиками разрывали поверхность дверей, как бумагу. Через несколько секунд дыра была расширена до пары локтей в ширину и трех-четырех в высоту. Если бы по краям не торчали угрожающе крупные изогнутые, свернутые винтом зазубрины, можно было бы сказать, что в камере образовалась новая дверь. И арахниту можно было рассмотреть во всей красе. Ну или наоборот — во всем уродстве. Нет, торс был весьма хорош. По мужским меркам, конечно. Стройный. С плоским животом. Большие груди были прилеплены к торсу, словно два гладких мяча с зелеными пупырышками сосков. Вот только все остальное… Торс органично переходил в мохнатое округлое брюшко, пританцовывавшее на тонких паучьих лапках. Вместо рук тоже были почти такие же лапки. Только на них были не сравнительно небольшие коготки, а хищно загнутые когтищи. Больше похожие на черные серпы. А страшнее всего было то, что с них капал яд, истаивающий зеленоватой дымкой.

Вика растерянно смотрела, как арахнита, вновь страшно заверещав, попробовала протиснуться в образовавшийся проем. Торс прошел, оказавшись внутри. Но брюхо застряло, несмотря на то что паучьи ноги впивались в пол, кроша камень в песок.

Арахнита замолотила передними лапами в воздухе. Но до Вики, сжавшейся в углу постели, она явно не доставала. Тогда два серповидных когтя сомкнулись, родив яркую вспышку. И в сторону девушки полетел и затрещал зеленый ветвистый разряд. К счастью, стены камеры, стабилизирующие реальность, ослабили силу заклинания. Молния истаяла, не успев толком разветвиться. И только один язычок лизнул стройную ножку. На чулке тут же разошлась круглая дыра, обнажившая золотистую кожу.

— Ой! — воскликнула Вика, потирая обожженную икру. — Нет, ты дура, что ли? — и послала в ответ огненный шар. Эффект был еще меньше, чем от молнии. Шарик и так был очень небольшим. А по пути еще сказал «пщщщ!» и осыпался на пол скромной кучкой золы.

— Ничья? — робко предложила Вика, понимая, что внутри камеры даже не стоит пытаться нанести вред друг дружке с помощью магии. И надеясь, что страшное существо это тоже понимает. Ну не совсем же оно отмороженное?

Арахнита на ничью была не согласна. Вынырнув наружу, она с нарастающей яростью обрушилась на остатки дверей. Круша уже не только металл, но и оставляя глубокие зарубки на камне.

— Ринар, ну сделай же что-нибудь! — запаниковала Вика, видя, как арахнита оторвала остатки дверей от стального косяка и отбросила исковерканные листы толстого металла в сторону.

— Я думаю! — прогудел череп. — Пытаюсь вспомнить нюансы в поведении и образе жизни арахнит.

— Ты не мог бы вспоминать побыстрее? А, блин! — взвизгнула Вика, увидев, как арахнита отдирает изувеченный косяк.

И что оставалось девушке в этой ситуации? Только кидаться по извечной женской привычке тем, что под руку попадется. Под руку попался череп. Им она и запустила в арахниту.

Надо отдать должное Ринару. Он не стал уворачиваться от ощерившегося лица. И даже наддал скорости. Оранжевый болид прочертил пространство камеры. Врезался промеж черных раскосых глаз. Не ожидавшая удара арахнита отпрянула. Из рассеченной брови брызнула черная кровь. Какое-то время арахнита и череп, зависший перед ее носом, ошеломленно пялились друг на друга. Затем арахнита просто смахнула неожиданную помеху, отправив череп обратно в проем.

«Как мне это надоело! — подумал Ринар, прежде чем отрикошетить от пола. Через мгновение, когда Вика в броске, достойном Вячеслава Малафеева, поймала череп, он подумал: — Только не это снова!»

И был отправлен в новый полет.

На этот раз арахнита была готова. Поэтому без труда отбила летящее в голову оранжевое ядро в сторону, отправив череп обстукивать стенки коридора.

Но Вика уже была на ногах. С диким воплем «го-о-ол!» она проскользнула мимо арахниты и бросилась прочь. К сожалению, далеко убежать не удалось. За спиной послышался скрежет когтей разворачивающейся арахниты. А в следующий момент ветвящийся зеленый разряд ударил в спину. Мгновенно прожигая живописные прорехи на блузке.

Вика кувырком влетела в главный зал околотка и, проехавшись на животе, врезалась головой в стол. Навыки, доставшиеся ей в наследство от сущности Эраноэль, спасли от фатальных последствий. Однако дыхание было сбито, да и левая сторона, куда в основном пришелся удар заклинания, онемела. Комната на мгновение раздвоилась. С трудом сфокусировав взгляд, Вика разглядела два тела у разбитой входной двери. На глаза попался и череп, лежащий на боку у противоположной стены. А также врывающаяся в помещение арахнита.

Арахнита оценила обстановку сразу. Бросила зеленую молнию в приподнимавшуюся на локтях девушку. И проскочила вперед, сразу отрезая путь к спасению.

— Вот сука! — прошипела Вика, вскакивая на ноги и отшатываясь от мелькнувших перед носом серпов.

Несмотря на плохо слушавшуюся левую руку, девушка сформировала огненный шар. В зале ограничения на изменение реальности уже не действовали. Шар получился очень концентрированным и быстрым. Да и арахнида, похоже, не ожидала такой прыти от жертвы. Тем не менее ей почти удалось уклониться. Шар ударил арахниту в бок, вырвав кусок плоти. Правая сторона паучьего брюшка окрасилась черной кровью. Впрочем, на скорость противницы это не повлияло.

Вика в свою очередь чудом сумела увернуться от ядовитых когтей и получила новую порцию ветвистого разряда в грудь. Пришлось отступать, держа противницу на расстоянии рокочущими шарами, устремлявшимися в сторону чудовища каждую секунду. Арахнита уворачивалась, но не могла подобраться поближе, чтобы покончить с девушкой одним ударом. Как не могла помешать ей располосовать узкую юбку коготками с магическими огоньками на кончиках. До самых маленьких трусиков. И гораздо выше кружевной резинки чулок. Вика даже успела погрозить Ринару:

— Не подсматривай!

Но череп, по-прежнему лежащий на боку, лишь повращал глазными яблоками в разных направлениях. Вика, в очередной раз отскакивающая от разъяренной арахниты, даже возмутилась:

— И не делай вид, что не понимаешь!

Когда узкая юбка была располосована почти надвое, Вика почувствовала себя гораздо увереннее — маневрировать стало гораздо легче. Возникла патовая ситуация. Обе противницы были достаточно быстры, чтобы не дать себя серьезно ранить. Но арахнита ни за что не позволяла Вике проскользнуть к выходу. Ну а Вика упорно не давала себя убить. Стены всего зала уже были испещрены извилистыми следами молний и закопчены огненными шарами.

Перелом случился, когда череп приподнялся над полом. Качнулся. И присел уже в правильном положении. С трудом сведя глаза в кучу, Ринар сфокусировал взгляд на дерущихся.

Вся одежда Вики, как обычно в подобных ситуациях, пребывала в плачевном состоянии. Блузка зияла многочисленными прорехами. Не говоря уже о том, что молния, ударившая в грудь, аккуратно разделила бюстгальтер на две половинки. Располосовала блузку до пупка. Юбка вроде как присутствовала на женственных бедрах. А как бы и нет.

Вика, убедившись, что взгляд Ринара бегает между ее норовящими выскользнуть из разорванной блузки грудями и торсом арахниты, недовольно крикнула:

— Ринарчик, растудыть тебя в коромысло! — Вика ловко уклонилась от зеленого разряда и послала огненный шар, прошелестевший в считаных сантиметрах от паучьих лапок. — Тебя сюда, что, на полуголых девок пялиться позвали? Ты там что-то думал? И как? Удачно? Навспоминал чего полезного?

— Где я? Кто я? — проскрипел череп.

— Не придуривайся… Ах, блиннн… — Очередная молния отрезала изрядный кусок юбки, обнажив с одной стороны точеное бедро почти полностью. — В твоей башке есть еще какие-нибудь мысли, кроме похотливых?

— Э-э-э… Арахниты не могут существовать без хозяина. Они были созданы когда-то исключительно куклами без собственной воли. Потом они смогли размножиться и жить автономно, но их по-прежнему можно подвязать на свою ауру. И заставить выполнять все приказы посредством магического подключения в мозг. Надеюсь, за эти века ничего не изменилось и у этой должна быть связь с хозяином. Этот гад сидит где-то в безопасном месте и управляет этой штукой. Если связь разорвать, арахнита надолго уснет. Но увидеть связь может только сильная магичка. Ты случайно не видишь магической нити от ее головы?

— Ну есть такая. Зелененькая!

— Вот и оборви ее!

— Вот я ду-у-ура! Как же сама не догадалась?

Арахнита, или вернее ее хозяин, по всей видимости, услышали разговор. Натиск усилился. Уже не обращая внимания на огненные шары, арахнита поперла вперед, пытаясь достать Вику ядовитыми когтями. Но поздно! Вика выбросила руку вперед. Одно движение, и нить притянулась к ладошке. Второе движение. Резкое, словно девушка собиралась оборвать материальную нитку. И глаза арахниты подергиваются мутной пленкой. Паучье тело по инерции еще движется вперед. Но лапки уже подломились, и арахнита преодолела последнее расстояние, разделявшее ее с Викой, на брюхе. Девушка только небрежно подняла стройную ножку, когда ядовитый коготь проехал совсем рядом с ее ступней.

— Вот так-то, дорогуша! — пропела Вика и бросилась к телам, распростертым у входа.

Околоточный уже не дышал. Орк был еще жив. Его темная кожа посерела. Дыхание было прерывистым. Судорожным. Пальцы скрючены.

— Что с ними? — спросила Вика у черепа, который, покачиваясь, поднялся над ее левым плечом. — Я не вижу ран.

— Яд. Один укол, и яд мгновенно распространяется. У орка большая масса, поэтому он еще не умер. Впрочем, это ненадолго. От яда арахнит противоядия не существует.

— Я что-нибудь могу сделать?

— Способ только один. Освободить тело орка в этой реальности от яда. Но помнишь, что я тебе говорил про работу с живой тканью? Нужна такая точность и сила, которыми ты вряд ли обладаешь. И самое главное — знания. Малейшая ошибка, и организм подвергнется серьезным ранениям или необратимым изменениям.

— Надо попробовать! Все равно он сейчас умрет. — Вика упала на колени рядом с большим телом десятника. — Подскажи, с чего начать?

— Будет лучше всего, если ты предоставишь действовать Эраноэль.

— Ее больше нет, — твердо ответила девушка.

— Если нет ее личности, то призови ее сущность. Все равно алгоритмы оперирования с реальностью где-то записаны в твоем мозгу. Постарайся забыть, что ты ангел, и используй знания ведьмы.

— Ладно, твоя взяла… Я постараюсь, — вздохнула Вика и закрыла глаза.

Никто не мог наблюдать, как черные искорки в розовой ауре замерцали с удвоенной силой. Закружились в хороводе, сливаясь в сияющее свечение. И вдруг словно взорвались, мгновенно наполнив ауру чернотой. Затем Темнота клубящимся чернильным облаком накрыла тело орка. Истаивая одновременно вокруг белокурой головки.

Внешне ничего не происходило. Полуголая блондинка застыла над хрипящим телом, уронив руки на колени. Светящийся оранжевый череп покачивался над ее левым плечом. Изредка нетерпеливо постукивая челюстями: «Тук-тук… Тук-тук…»

— Прекрати! — Вика устало открыла глаза, под которыми легли отчетливые тени.

— А? Что? — встрепенулся череп. — Получилось?

— Вроде да… — Вика напряженно всматривалась в лицо орка. Дыхание его выровнялось. Скрюченные судорогой пальцы распрямились. Кожа хоть и была по-прежнему серой, но не выглядела больше мертвой. — Много повреждений внутренних органов, много тканей омертвело. Но жить будет. Поваляется пару недель и будет здоровее, чем был. А я пустая…

— Ничего, это поправимо. Я заметил, что ты восстанавливаешься очень быстро. — В голосе Ринара зазвучали ехидные нотки. — Кстати, я же тебе говорил, чтобы ты не очень-то рассчитывала на секс в ближайшее время? Хе-хе!

— Вот ты дрянь-то! — Вика лениво махнула ладошкой над левым плечом.

Череп легко увернулся:

— Я тоже тебя люблю! Хе-хе-хе…

— Эй-эй! — воскликнула Вика, пытаясь запахнуть обрывки блузки на груди. — Глазки не сломайте!

Орк пришел в себя и теперь рассматривал разодранную одежду девушки. Вернее то, что одежда едва скрывала.

— Где Думирий? — говорить орку было больно. Он с трудом сглотнул.

— Умер.

Лосик страдальчески скривился.

— А где чудовище?

— Уснуло.

— Вижу, вам пришлось постараться, чтобы его усыпить! Но как вам это удалось? Откуда вы взяли столько силы, чтобы сопротивляться этому чудовищу?

Вика показала язык. И позволила лоскуту блузки чуть приоткрыть аппетитную округлость. Другой лоскут, от юбки, уже давно сполз ее усилиями, обнажая золотистую кожу бедра и уцелевшую кружевную резинку чулка. Давно превратившуюся в подвязку. Можно сказать, конечно, что Вика сделала это из кокетства. На уровне инстинктов. Но вот именно инстинкт ей сейчас и подсказывал, что нужно отвлечь орка чем-нибудь. Чтобы он не очень задумывался. Задавал поменьше вопросов. Не хотелось пока Вике, чтобы кто-то знал ее настоящую силу. А тем более, чтобы кто-то догадывался о Темных сторонах этой самой силы. А чем привлекательной девушке лучше всего отвлечь мужчину? Пусть и орка? Пусть и едва живого? Вот то-то.

Жаль, что орк был все-таки едва живой. Потому что, несмотря на соблазнительные виды, продолжал задавать вопросы.

— А почему я жив? — Орк облизал потрескавшиеся губы. — Вы вызвали лекарей?

— Нет! Это я избавила вас от яда.

Брови орка удивленно поползли вверх. Почти к самым рожкам.

— Вы заканчивали факультет лекарей при Совете? Только они могут проделать это с такой, простите, несильной аурой, как у вас!

Вика предпочла неопределенно пожать плечами.

— Вы всю ауру потратили на мое лечение? Бедная, вам теперь придется восстанавливаться несколько десятиц. — Орк, постанывая и кряхтя, поднялся. Торжественно поклонился. — Огромное спасибо вам за спасение. Теперь я ваш должник и готов исполнить для вас все, что потребуете.

Вика игриво улыбнулась:

— Я учту. Когда вы выздоровеете, вам придется потрудиться, чтобы отдать должок.

И сделала вид, что не услышала презрительного фырканья над левым плечом.

— Для вас — все что угодно. А сейчас извините меня. Надо связаться с начальством.

Дальнейшее Вика воспринимала смутно. Все же и аура, и физические силы были истощены. Сначала околоток наполнили големы. Потом замелькали разумные в мундирах, среди которых было немало явно высоких чинов. Вике на плечи накинули форменный плащ. Долго трясли руку. Говорили что-то о вознаграждении за спасение ценного сотрудника Стражи и уничтожения угрозы населению и правопорядку. Спрашивали о местожительстве. Обещали отвезти с комфортом в Долинолесье, отогнать оставшийся у офиса Мурохха самоход гнома и прислать лекарей. О задержании до получения ответа из архива Совета речь почему-то уже не шла. От лекарей Вика отказалась, но позволила отвезти себя в Долинолесье на стражном самоходе.

Стружа дома не было. И Вика лениво ему позавидовала. Вернее Ядвиге, у которой гном, похоже, и находился. Уж наверняка они даром времени не теряли. У-у-у! Завидно! По-настоящему!.. В леднике девушка нашла ломтики мяса, по вкусу похожие на буженину. Вяло прожевав холодную закуску, Вика вскипятила чай начавшей восстанавливаться аурой. Поднялась наверх и на автопилоте прошла в душ, захлопнув дверь перед носовым отверстием черепа.

Глава 6

Вика проспала остаток ночи, утро и почти весь день. Низкое солнце уже заглядывало в окно, щекоча нежную щечку, когда синие глазки открылись.

Выгнав череп из-под одеяла, Вика накинула халатик.

— Ну какие новости?

— Тебе тоже — доброе утро, соня. Или вернее вечер. А новости? Ты же сама видела, где я находился!

— Вот-вот! — Девушка потянулась так, что халатик начал угрожающе трещать на аппетитных выпуклостях. Направилась к душу, сотворив на ходу щетку для волос. Аура восстановилась неприлично быстро. Поэтому экономить на силе было ни к чему. — Вместо того чтобы слетать на разведку, ты к девичьим прелестям прижимался. Ни фига службу не тащишь! Уволю!

— Девичьи прелести мне нравятся больше, чем служба! Хе-хе…

Череп увернулся от щетки, врезавшейся в стену, и вылетел в приоткрытое окно, оставляя за собой рыжий шлейф.

Когда Вика вышла из душевой, Ринар уже поджидал ее.

— Ну как разведка? — спросила девушка.

Сегодня на ней было ярко-голубое платье под горлышко. Коротенькое, конечно. Чтобы все могли оценить стройные ножки. Впрочем, округлые вырезы щедро открывали золотистое тело. И спина была голая от лопаток почти до копчика. Бока были тоже обнажены. Так что закрадывалось сомнение, есть ли на девушке трусики. В довершение всего глубокий вырез на груди кокетливо демонстрировал заманчивую ложбинку. На ножках девушки были босоножки в тон платью. На шпильке. С множеством ремешков, поднимавшихся гораздо выше щиколотки. Волосы были аккуратно зачесаны назад и собраны в густой хвост. Лишь выпущены локоны от висков, да небрежно выбивалась тонкая прядка, падающая на глаза. Довершали портрет сережки. Длинные, болтающиеся в розовых аккуратных ушках. Золотые. Во всяком случае, Вика отчаянно надеялась, что у нее получились именно такие.

— О! О-о-о! — Череп пару раз кувыркнулся в воздухе, закатывая глаза. — Я сейчас снова умру. На этот раз от твоей красоты!

Вика польщенно улыбнулась, но вслух произнесла:

— Не подлизывайся! Все равно больше не пущу под одеяло.

— Да кто тебя будет спрашивать, когда ты уснешь? Хе-хе. Хе-хе-хе!

Вика с пристроившимся над левым плечом черепом спустилась в кухню.

— Гномов нет. Ни здесь, ни у Ядвиги. Самоход стоит перед домом. В кафе напротив экспериментируют с новым рецептом кофе. Говорят, это будет нечто. Тебе записка.

— Это я и сама вижу. — Вика села за стол, уставленный множеством тарелочек, все как одна накрытых крышечками. Взяла листок бумаги и прочитала записку вслух: — «Вика! Мы с Ядвигой отправились в город на праздник, устраиваемый знакомыми. Будем только завтра вечером. Ядвига наготовила для тебя еды. Угощайся! Если захочешь добавки, в леднике есть еще. Самоход оставляю тебе. Вдруг он тебе снова понадобится. Твои Струж и Ядвига».

Вика подняла глаза на череп, зависший в воздухе с другой стороны стола:

— Хм… Это Ядвига для меня все приготовила? Если бы я была на ее месте, я бы живо отправила эту Вику куда подальше. Пинками. А то ишь трясет прелестями перед моим любовником! И спит в его постели. Хорошо хоть не вместе с ним!

— Твой мир, похоже, очень суров, если ты не столь снисходительна, как представительница моего мира. — Череп покачал собой. — Неудивительно, что твоя личность вытеснила личность Эраноэль из сознания.

— Угу, — кивнула Вика, набивая рот разогретым, тающим во рту мясом. — Ваше счастье еще, что я не из Челябинска! Там и мужики настолько суровы… Да и девицы им под стать. Наверное… То есть ты хочешь сказать, что это нормально — готовить всякие вкусняшки для девицы, разгуливающей в полуголом виде перед твоим парнем?

— Но он же с ней. А не с тобой. Он ее любит и все такое. А гномка теперь в свою очередь любит весь мир. И тебя вместе со всем миром заодно.

— Хм… — Двузубая вилочка нацелилась на издающие заманчивый запах овощи. — Интересная мысль. Кстати, а ты случайно не слышал вчера в околотке — мне полагается какое-то вознаграждение?

— Ты была не в себе вчера, бедная девочка?

— Ага. В точку.

— Впрочем, это твое обычное состояние. Хе-хе. Хе-хе-хе! — Череп отклонился назад. От вилки, которой Вика попыталась ткнуть его в глаз. Тянуться через стол было далеко, поэтому глаз остался в относительной безопасности. — Да, тысячник Стражи обещал, что уже сегодня вексель будет ждать тебя в околотке. Его можно обменять в любом банке на кольца. Получить всю сумму. Или часть. В вексель внесут дополнительную строку, и не надо таскаться с грузом колец.

— Хорошая новость!

Вика сотворила себе кофе. Но, попробовав, тотчас выплюнула все обратно в чашечку. Кофе выглядел как кофе и пах как кофе. Но без вкуса как у кофе.

— Бе! Какая гадость! — Вика с отвращением отплевалась. — Блин, кофе хочу! Да ты еще меня раздразнил, что в кафе новый рецепт кофе придумали!

— Так полетели в кафе!

— Денег-то пока нет.

— Оформишь кредит. Частичку ауры оставишь. Потом расплатишься.

— Вот как? Так чего мы здесь сидим?

Купаясь в восхищенных взглядах разумных мужского пола, Вика потягивала ароматнейший кофе. Действительно настолько чудесный, что наслаждение от напитка перебивало наслаждение от всеобщего внимания.

Ринар, покачиваясь над левым плечом, с завистью смотрел, как девушка щурится от удовольствия после каждого маленького глоточка.

— И какие наши планы? — поинтересовался он.

— Сейчас отправимся в околоток. Получим вексель, возьмем немного колец в банке. А потом к Мурохху. Хотелось бы задать ему еще пару вопросов.

— Не думаю, что тебя теперь пропустят к нему. Вряд ли он захочет с тобой говорить. Тем более что выбить сведения из этого торговца можно только твоими специфическими методами. А это новый привод в Стражу. Рецидив правонарушения может иметь для тебя очень печальные последствия.

— А разве я теперь не национальная героиня? И не могу по-свойски потолковать с Муроххом? Чтобы Стража посмотрела на это сквозь пальцы?

Череп наклонился, пытаясь заглянуть Вике в глаза.

— Ты что? Какая разница, кто совершает рецидив? В любом случае получишь по полной!

Вика вздохнула:

— Как тут у вас все строго! В любом случае я оставила в офисе у Мурохха сумочку с бриллиантом Абир-Айе. Так что повод навестить этого негодяя имеется железный. Ну а заодно, может, и пару вопросиков зададим. Глазки сузим. Бровки нахмурим. Ты зубами с грозным видом пощелкаешь. Авось проберет торговца, выболтает чего-нибудь.

— Наивная! Хе-хе!.. А посетить Сиреневый лес ты собираешься? Мурохх упомянул некого Векто, когда сильно испугался. Так что наверняка говорил правду.

— Ну конечно, нам же надо продолжать поиски. Почему бы не продолжить их в Сиреневом лесу?

— Послушай, — вкрадчиво начал Ринар, — а ты не хочешь попробовать вернуть мне тело, воспользовавшись методами, которыми ты лечила орка? У тебя неплохо получилось.

— Брр… — Вику передернуло, словно в ознобе. Хотя солнце все еще сильно припекало. — Совершенно мерзкие ощущения. — Белокурая головка повернулась к черепу. Умоляющий взгляд синих глаз. Бровки домиком. По-детски выпяченная губа. — Я обещаю, дорогой, что мы попробуем этот метод. Но только если обычные поиски не увенчаются успехом. — Девушка опустила глаза, в которых заблестели слезы. — Там бездна, Ринар. И она затягивает.

— Ну ладно-ладно. Чего ты? — Ринар, как и любой мужчина при виде трагических женских слез, сразу пошел на попятную. — Конечно, мы сделаем все, как ты захочешь! Кстати, не пора ли нам отправляться?

Конечно, они не успели. Ну во-первых, тайна месторасположения околотка и офиса Торгового дома «Мурохх-раз» была покрыта мраком. Домой Вику отвезли на стражном самоходе. А если вспомнить их вчерашние метания… Становится понятным, что поиск околотка был не слишком легким делом. И достаточно эмоциональным. Лишь выяснив по десятому кругу, что одна — непутевая блондинка, а второй — безмозглая черепушка, они наконец отыскали околоток.

Дело сдвинулось с мертвой точки. Вика без проблем получила вексель. Расписалась аурой. Узнала, что с Лосиком все в порядке, и он интересовался пару раз по служебной связи, не приезжала ли она. Затем под недовольными взглядами служащих ближайшего банка, уже собирающихся в это позднее время по домам, девушка обналичила часть колец.

А во-вторых, внимание Вики в последний момент привлекла витрина ювелирного магазина. Ее буквально туда засосало. Не помогло ничего. Ни то, что череп гудел и ругался. И даже хватал за шкирку зубами и пытался оттащить девушку. И даже под удивленным взглядом гномки-продавщицы прихватил разок Вику за попку. Ни то, что цены кусались почище Ринара. Попутно выяснилась довольно неприятная вещь. Изделия из благородных металлов и драгоценных камней были так же защищены, как и деньги. Аура мастера встраивалась в любую изготовленную вещицу. И на это требовалась лицензия. В общем, получалось, что Вика, на Земле никогда не имевшая трений с законом, здесь в который раз оказалась правонарушительницей. Ну посудите сами. На счету Вики уже числилось: орк, превращенный в зомби, едва не отрезанные магической нитью гениталии торговца, а теперь и незаконное сотворение драгоценностей. Свидетельство последнего, не надо далеко ходить, болталось в аккуратных ушках. Вытолканная озверевшим черепом из магазина, девушка тут же встроила в сережки свою ауру. Теперь, по крайней мере, сережки не выглядели откровенным криминалом — аура встроена. А кто там будет разбираться, на ночь глядя, есть лицензия на это или нет? Не думаете же вы в самом деле что Вика могла развеять созданные с такой любовью, такой тщательностью и, без сомнения, с таким вкусом, серьги?

И когда наконец Вика и Ринар оказались перед дверями офиса Мурохха, они оказались закрытыми.

— Ну и что мы будем теперь делать? — вкрадчиво поинтересовался Ринар. — О пустоголовая непокупательница!

— Непокупательница? — удивилась Вика. Удивилась так, что даже не обратила внимания на слово «пустоголовая».

— Ну ты же не купила ничего. И не собиралась покупать. Тем более что и колец бы не хватило. Зачем заходила в ювелирную лавку?

Если бы Ринар знал, сколько мужчин-землян мучается подобными вопросами! Да и зеленоморцев наверняка тоже.

Вика с недовольно бурчащим над левым плечом Ринаром пересекла улицу и, сев за столик, заказала кофе.

— Ты только посмотри! — воскликнула девушка, стрельнув мимоходом глазками в сторону приосанившихся посетителей-мужчин за соседним столиком. — Видишь вон то крайнее окно? Сигнальное заклинание там почти развеялось. Осталось легонько дунуть, чтобы его убрать.

— И что, ты собираешься вломиться к Мурохху? Да ты настоящая преступница! Даром что у тебя аура цветная! А людей с улицы ты тоже уберешь? И этих двух мужиков за соседним столиком, которые скоро прожгут взглядами дырки на твоем платье?

— А мы куда-то торопимся? Подождем, пока за уличными столиками кафе никого не останется. Прохожих тоже становится все меньше.

— А смысл? Сумочку забрать? Так завтра заберем. С Муроххом-то нужно еще раз попытаться поговорить! Вряд ли он еще в офисе.

— Если бы мы были на Земле, можно было бы покопаться в его компьютере. Пароль бы взломали на раз-два. И весь компромат скачали. Во всяком случае, я такое видела тысячу раз. В кино. Обычно все очень просто. Только за несколько секунд до окончания скачивания должен явиться Мурохх. А нам нельзя ни в коем случае попадаться ему на глаза.

— Почему? Мы же собирались с ним поговорить.

— Ну не знаю. Обычно, когда злодей подходит к кабинету, положительная героиня видит на мониторе девяносто восемь процентов загрузки. Он берется за ручку и входит. А героини уже и нет. Спряталась. Или сбежала.

— А если тебе нужно поговорить с Муроххом?

— Н-да… Вроде приличным героиням полагается спешно покидать кабинет в такой ситуации. Но и поговорить тоже надо. Что-то ты меня запутал!

— Я? — возмутился Ринар. — Это ты бред какой-то несешь! Какой компьютер? Что за скачивание? И наконец, с чего ты взяла, что должен явиться Мурохх?

— Ладно-ладно! — примирительно проговорила Вика, отчетливо понимая (как уже не раз в жизни), что ее занесло не в те дебри. — Там разберемся. В конце концов, в бумажках покопаемся. Письма почитаем. Обожаю чужие тайны!.. — Девушка вдруг поперхнулась. Ее тонкие брови удивленно поползли вверх. — Оп-па!

Из офиса вышла Оргнара. Аккуратно закрыв дверь на ключ, она поставила охранное заклинание и, не глядя по сторонам, быстро пошла по улице.

— Нет, ты видел? — Вика аж подпрыгивала на стуле. — Что она делала в офисе? А ведь она нас не заметила! Всё! Теперь нам обязательно надо туда попасть!

Когда солнце опустилось и освещаемая желтыми фонарями улица стала совсем уж кукольной. Когда разумные мужского пола из компании, сдвинувшей несколько столиков по соседству, стали все задумчивее смотреть в сторону одинокой красавицы, Вика решила идти на дело.

С трудом дотянувшись до нескольких фонарей на противоположной стороне, девушка развеяла в них заклинание освещения. Теперь фасад дома, где находилось искомое окно, если не лежал в абсолютной темноте, то различался с трудом. Во всяком случае, от столика со стоящим в центре светильником рассмотреть что-либо около офиса Мурохха было очень сложно. Конечно, Вика ничуть не озаботилась, что ее довольно светлое платье можно рассмотреть с приличного расстояния. Даже ночью. И без освещения. Под светом одних лишь только звезд. И про пылающий череп она тоже не подумала. Ну освещает он темноту в радиусе пяти шагов. И что? Это ведь хорошо! Не надо будет ломать ноги в кустах! Тем более на шпильках, менять которые совершенно не входило в планы новоявленной взломщицы. Забегая вперед, можем сказать, что, согласно поговорке «новичкам везет», нашу преступницу во время незаконного проникновения на чужую частную собственность, никто не заметил. Что не отменяет ее белокурого отношения ко всяким глупостям, типа серьезной и вдумчивой проработки деталей взлома.

В общем, решив, что предварительная подготовка вполне себе закончена, Вика поднялась и под разочарованные вздохи отдельных индивидов гулявшей компании вышла на улицу.

Вот только не надо думать, что Вика, выйдя из-за столика, напрямую ломанулась влезать в окно. Нет, она отошла на приличное расстояние. И вернулась, крадясь вдоль домов. В основном по узким газонам. И даже Ринару приказала лететь пониже, чтобы его было не видно за невысокими, аккуратно подстриженными кустиками. В общем, предприняла все, что, по ее мнению, было нужно для тайного проникновения в офис.

Однако когда охранное заклинание уже было снято, Вика в затруднении застыла.

— Ну и в чем задержка?

— Задержка? — вздрогнула Вика, услышав страшное для большинства незамужних девушек слово. — У меня нет задержки! Откуда такие сведения?

— Так, а чего ты тогда ждешь? — Череп нетерпеливо прищелкнул челюстями.

— А-а-а! Ты в этом смысле?

— Ну а каком же еще?

— Ладно, проехали! Просто я не могу придумать, как изменить реальность, чтобы вознестись к окну. — Девушка задумчиво задрала белокурую головку. До подоконника она бы не дотянулась. Даже подпрыгнув.

— А лестницу сотворить ты не пробовала?

— Точно! — прищелкнула пальцами Вика. — Вот я ду-у-ура!

Ринар красноречиво промолчал, подтверждая поговорку «молчание — знак согласия».

Дальнейшее было делом техники. Прочная лестница оказалась прислоненной к фасаду. Нежно замурлыкавший Ринар был прижат к груди, чтобы меньше отсвечивал на темной улице. И девушка не без труда вскарабкалась к окну.

В помещении череп из демаскирующего фактора превратился в очень полезный источник света. Активизировать внутреннее освещение Вика опасалась, чтобы случайные прохожие не догадались о проникновении злоумышленников в офис Торгового дома «Мурохх-раз». В этих условиях свет, который давал Ринар, был, безусловно, необходим. Необходим, чтобы не разбить коленки о мебель. Чтобы не разбить лоб о двери. И вообще выдерживать направление. К счастью, офис был гораздо меньшим, чем подобные темные помещения в доме, где Вика пыталась найти Копье Подгорных Властителей. Того самого дома, к дверям которого, надо думать, был по-прежнему пришпилен бывший орк Плеть. Поэтому Вика вслед за черепом быстро оказалась перед кабинетом Мурохха.

Череп влетел первым. Пролетел на середину кабинета. И затормозил, припав вперед и вниз, словно автомобиль на передний мост перед красным светом, неожиданно зажегшимся на светофоре.

— Вот ты бли-ин!.. — Вике резко поплохело. Захотелось присесть — подгибающиеся ножки уже не держали.

Кресло Мурохха не пустовало. Но было занято им только частично. Этой частью было обезглавленное тело. Голова, отделенная от туловища, была поставлена на середину стола и теперь равнодушно таращилась мертвыми глазами куда-то в район груди Вики. Обычно такое направление мужских взглядов доставляло девушке удовольствие. Если эти взгляды не были хамскими, конечно. Ну и понятно, если не были взглядами мертвецов. То есть совсем мертвецов. Не как Ринар, воспринимавшийся девушкой живым существом.

Вика зябко передернула плечиками и поспешно сместилась с линии огня мертвого взгляда. Опустилась в ближайшее кресло. И сказала несколько слов. Минут на пять. Мы здесь не будем приводить ее тираду полностью. Нет, не будем совсем! Потому что пришлось бы приводить одни союзы и междометия. Именно они только и были нематерными.

— И что теперь? — выдохнувшись, спросила Вика почти нормальным голосом. Во всяком случае, паники в нем было уже меньше.

— Ну надо бы вызвать Стражу. — Череп завис над столом, пытаясь прочесть залитые кровью бумаги. — Специально обученные маги снимут магограмму последних часов жизни Мурохха.

— Это как?

— Каждая аура, как средство потенциального преобразования реальности, оставляет отпечаток в мироздании. Если кропотливо, слой за слоем снимать пласты этих отпечатков, то можно четко восстановить картину происшедшего.

— Это как?

Череп, жужжа, повернулся и неодобрительно посмотрел на блондинку.

— Не зыркай так! Девушка в шоке, а он зыркает! — Вика фыркнула и поджала губки. — И вообще, объясни по-человечески, как снимать магограмму. Интуиция мне говорит, что здесь не все чисто.

— Что здесь может быть нечисто? Магиня Оргнара прирезала своего босса, обычного человека. И теперь где-то на пути к вокзалу монорельса.

— У вас и такое есть? — удивилась Вика, приподняв изящную бровь. — Впрочем, фиг с ним. Расскажи, что надо делать, хочу попробовать разобраться. А то на душе как-то неспокойно…

Это был серьезный аргумент. Серьезный не в том смысле, что его надо принимать всерьез. А в том, что такой аргумент прозвучал в устах женщины. И вот это уже было серьезно. «На душе как-то неспокойно» — это может принести много душевных метаний любой женщине. А заодно головную боль любому мужчине, оказавшемуся в это время рядом. Ну или светящемуся черепу. Ринар, видимо, почувствовал что-то такое и решил помочь девушке устранить причину «душевного неспокойствия». Во всяком случае, создать видимость помощи. Иногда это тоже очень хорошо срабатывает.

— Это очень трудоемкая работа. Нужно тщательно и аккуратно поработать с реальностью в этом кабинете. Отделить проекции аур, одну от другой, на пространство и время. Потом записать слепки обратно в реальность легкими мазками, но уже так, чтобы не было беспорядочного наслоения и ауры обрели видимость в обычном для глаз диапазоне — чтобы не отвлекаться на магическое зрение.

— А-а-а… Кажется, поняла. Это как слои в фотошопе! — Вика считала себя продвинутым компьютерным дизайнером. Когда-то она окончила десятидневные курсы по работе в графических редакторах. После приобретения знаний было создано несколько фоток Вики с романтическим фоном. Закат. Рассвет. Водопад. Белый песчаный пляж с пальмами. Еще что-то. В общем, стандартный набор. Плюс были подрисованы рожки, усы и очки брошенному любовнику. На этом карьера дизайнера бесславно закончилась. И вот неожиданное возобновление этой самой карьеры. На самом практическом и необычном уровне.

— Сейчас все будет! — Вика подняла ладошки в успокоительном жесте. — Так… Начнем вот с этого…

Некоторое время Вика, прищурив глаза, изучала пространство кабинета. Обнаружить следы аур оказалось гораздо сложнее, чем просто рассмотреть ауру на носителе. Можно сказать, что это был другой уровень восприятия. Когда слабые, призрачные, размытые фигуры разумных, побывавших в этом помещении не так давно, начинают проявляться.

Девушка справилась.

— Ну вот что получилось, — объявила Вика. — Это как раз тот момент, после которого аура Мурохха исчезает.

Слабая, серенькая с сиреневым отливом, тень торговца проявилась в кресле. Вика и череп с интересом обернулись к двери. Девушка даже задержала дыхание. Сейчас она раскроет преступление. Сама! Это покруче, чем подрисовывать очки на фотографиях. Хотя по сути почти одно и то же.

Стройный полупрозрачный силуэт шагнул в кабинет. Аккуратно закрыл гипотетическую дверь. От изящной руки к абрису Мурохха протянулась яркая малиновая нить. Захлестнулась на его шее. Одно движение, и пока еще видимая голова торговца падает под стол. Стройная фигурка подошла к столу и, наклонившись, взяла тускнеющую на глазах голову. Водрузила на стол. И преспокойно направилась к двери.

— Это что это? Это как это? Это когда это? — возопила Вика, останавливая призрачное действие. (Кнопочка «пауза» всегда под рукой. У любой блондинки. Во всех смыслах.) Ринар медленно закружился вокруг струящейся стройной фигуры. У нас это еще называется голова кругом пошла. А что еще могло пойти кругом у того, у кого ничего, кроме головы, и не было?

В общем, и Вика, и Ринар пребывали в шоке. Дело в том, что застывшая на паузе фигура была розовой. В черную искристую крапинку. Именно так. Изумительная фигурка. В цвет ауры Вики. Спутать невозможно.

Ринар опасливо покосился на Вику:

— Как ты это сделала? Мы же с тобой все время вместе были! Когда успела?

— Идиот! — Настал черед Вики закатывать глаза. Скажем прямо, у нее это получилось гораздо симпатичнее, чем у черепа с его вытаращенными шарами. — Меня подставили!

Череп отрицательно замахал собой.

— Такого не бывает! — Ринар тихонько взвыл. — Но я не понимаю, как ты умудрилась меня провести!

— Соберись! — Вика поднялась из кресла, чтобы помахать перед ошарашенным черепом ладошкой. Похоже, вовремя. Оранжевые глаза пытались как раз собраться в кучку. — Первое. Мурохха убили тем способом, с помощью которого я держала его за яйца. Второе. Для нас специально оставили лазейку в офис, чтобы подтвердить факт проникновения. Третье. Время убийства по отпечаткам аур не определить. Все происходившее в течение нескольких дней разложить на эпизоды можно. Но какой фрагмент за каким идет — нет.

— Но подделка аур невозможна!

— Так считалось до этого момента. Но кое-что указывает на определенного разумного.

— Оргнара!

— Вот именно! У меня следующая версия. Видимо, убив Мурохха, она подделала мою ауру. Справедливо решив, что после вчерашних событий ни у кого не возникнет сомнений в моей виновности. Потом выглянула на улицу и увидела меня в кафе. И решила сделать так, чтобы здесь вдобавок отпечаталась моя настоящая аура. Она ослабила магическую защиту одного из окон, и дождавшись, когда я замечу это, преспокойно покинула место преступления. А я уже вляпалась, как дура, в ловушку.

— Гениально! — Череп потрясенно смотрел на девушку. — Только один вопрос: куда делась блондинка Вика? Оказывается, можешь, когда захочешь, рассуждать логично, выключив блондинку! Ладно, если серьезно, надо бежать за ней. Насколько я понимаю, по следам ауры ты ее не сможешь преследовать?

— Издеваешься? — Вика покрутила пальцем у виска. — Я тут провозилась почти час. И это с аурами единиц разумных, побывавших в кабинете. А на улице? — Вика пожала плечиками. — Ну если у нас есть месяц на чтение следов… Тогда, возможно, мы найдем, куда направилась Оргнара.

— Месяца у нас нет, — качнулся череп.

— Нет? О! Как же теперь жить-то? — Вика расширила глаза и прижала ладошку к губам. В притворном ужасе.

— Не юродствуй! — Ринар строго посмотрел на девушку. — Завтра с утра вся Стража города будет тебя искать. Нам нужно срочно исчезать из Янсурка. Но прежде стоит поговорить с Оргнарой. Ты с ней справишься, если что?

— Если что, я уделаю эту паршивку так, что мама родная не узнает. Только как мы ее найдем? Забыл? Месяца у нас нет!

— Где-то здесь должны быть личные дела сотрудников. Там обязательно найдется адрес.

Вика удивленно подняла «точеную» бровь:

— Оу! Вы уже и до этой бюрократии дошли? Только ты не забыл, дорогой, сколько времени мы проплутали, когда искали офис? Тоже зная адрес. Да еще когда на улицах было полно народу и мы могли уточнить направление.

— Это нам сильно помогло? В любом случае мы видели, что гномка направлялась в ту сторону, где находится монорельсовая станция. Просто поколесим по городу в том направлении. Не найдем, так просто сядем в поезд. Не найдем Оргнару, так просто свалим из города.

— Чудесный план! Изумительный! — с сарказмом проворчала Вика. — А еще кто-то меня блондинкой обзывает!

— А ты не блондинка, что ли? Хе-хе! Хе-хе-хе…

Спутники, а теперь, судя по всему, сообщники, работали как одна слаженная команда. Обязанности черепа заключались в освещении. А Вика методично наводила хаос. Проблема заключалась в том, что местная бюрократия не дошла до изобретения великой вещи — канцелярской папки. А также единого формата для документов. Поэтому Вика просто бросала просмотренные листы под ноги. К счастью, стеллажи, с которых начала поиски девушка, были полупустыми. (К столу, а вернее к безголовому покойнику, сидящему за этим столом, Вика поклялась подойти в последнюю очередь). Дело продвигалось быстро, наводить беспорядок — это совсем не то, что наоборот. И скоро весь пол был усеян белой, желтой, коричневой бумагой.

Для начала в одном из нижних ящиков нашлась сумочка.

— Упс! — сказала Вика. — А про нее я и забыла. Нет, ты представляешь, чуть не подарила бриллиант какому-то дяде!

— Не отвлекайся! — гуднул череп, видя, что Вика тщательно проверяет содержимое сумочки.

— Ничего не пропало! — улыбнулась Вика и приступила к дальнейшим поискам.

Личные дела нашлись почти сразу после сумочки. В соседнем ящике. Каждое дело было оформлено, как положено. С графами. Скрупулезно заполненными. Только вместо фотографии неярко мерцал оттиск ауры.

Когда Вика с двумя сумочками (не думаете же вы, что она не подобрала новую сумочку к голубому платью и таким же босоножкам?) и личным делом Оргнары под мышкой вылезла из окна офиса Мурохха, на улице было уже пустынно. Лишь внутри кафе слышалась музыка да целовалась парочка под фонарем у ближайшего перекрестка. Увлеченные друг другом, разумные не обратили никакого внимания на вылезавшую из окна девушку. Даже несмотря на то, что она сквозь зубы ругалась на цепляющиеся за все что угодно каблуки. И несмотря на светящийся череп. В свою очередь ругающийся на блондинок, изобретающих непрактичную обувь.

Влюбленные оторвались друг от друга на одно мгновение. Когда мимо них, скрипя в повороте тормозами, шинами, корпусом и работающей на пределе магической батареей, промчался самоход. Они заметили только светлые волосы, собранные в полурастрепанный к этому моменту хвост, и непонятный оранжевый отблеск.

Станция выглядела как на картинке. Ярко освещенный хрустальный ангар. С красивыми, словно морозными, узорами. Внутри отчетливо просматривался поезд. Вагончики, раскрашенные в веселенькие цвета, со смешной двускатной крышей и круглыми окнами, напоминавшими разросшиеся иллюминаторы. Разумных на платформе было немного. Парочка, прогуливающаяся вдоль поезда. Еще несколько сидящих в расположенном прямо на перроне кафе.

— Креативненько! — встряхнула Вика хвостом, с любопытством разглядывая хрустальные обводы.

Девушка подогнала самоход к самой станции. О парковках здесь пока не подозревали. Но поставить машину можно было где угодно. Особенно учитывая то, что в округе не наблюдалось больше ни одного самохода.

Вика вздохнула. Вот бы в Питере так парковаться! Раздолье! Куда хочешь, туда и ставь машину. Потом вздохнула еще раз. До Питера ей было как пешком до Луны. Особенно если учесть, что в этом мире спутники планеты отсутствовали. Вздохнув в третий раз, девушка подумала, что поиски Оргнары были заранее обречены на неудачу. Ну где в таком немаленьком городе, как Янсурк, наобум отыскать нужный адрес? Только проваландались пару лишних часов, разъезжая по пустынным улицам. Конечно, Ринар верещал, что надо ездить помедленнее. Не разглядеть ему, видите ли, обозначения улиц и домов. Но тогда они бы не успели на ночной поезд! Логично ведь? То, что можно было немного уменьшить площадь поисков или то, что они все равно на такой скорости пропустили бы дом Оргнары, в светлую головку не приходило.

Девушка хотела вздохнуть еще раз. Но передумала, перехватив настороженный взгляд Ринара. Вместо вздоха девушка погасила ходовое заклинание, двигающее самоход. Бросив на сиденье записку с просьбой сообщить Стружу из Долинолесья о местонахождении самохода, она соскочила на землю и направилась внутрь станции.

С Оргнарой Вика столкнулась около будочки кассы. Не сразу, конечно. Сначала девушка попеняла на полное отсутствие указателей. И вообще какой-либо информации. Потом спросила Ринара, в какую сторону поедет поезд, если у него нет локомотива с машинистом. В ответ череп несколько минут пытался втолковать блондинке, что поезд ведут станционные маги, передавая его со станции на станцию. И надо быть больным на голову, чтобы посадить в поезд, едущий по рельсу, машиниста. Или водителя. Куда, на хрен, он, поезд, денется? С рельса-то? Потом Вика занялась вопросом — куда они вообще едут? На какую станцию? Должно же быть у станции название? На что ей было предложено (с сарказмом) просто купить поездку до Сиреневого леса. Затем Вика со снисходительной улыбкой, означающей буквально: «Я знаю, что вы пялитесь. Кафе — не ресторан, а ресторана, куда можно пригласить девушку, поблизости что-то не наблюдается. Так что обломитесь!» продефилировала мимо разумных в кафешке. И вот тут-то наконец и столкнулась с отходящей от будочки Оргнарой.

— Дорогая! — воскликнула Вика, распахивая объятия. — А я так мечтала пригласить тебя на романтическое свидание!

В следующий миг девушка взвизгнула и отскочила. Переводя недоуменный взгляд с ледяного меча, появившегося в руке Оргнары, на прореху в своем платье. Сквозь разошедшуюся голубую ткань виднелась тонкая аккуратная царапина на плоском животе.

— Вот так предварительные ласки, — протянула Вика. — Любишь, чтобы было пожестче? Ну смотри, сама напросилась…

И шарахнула молотом сжатого воздуха. Оргнара явно не ожидала от Вики с ее аурой такой прыти. Заклинание ударило ее в грудь, и гномку снесло в будочку кассы. Мелькнули стройные крепкие ножки, затянутые в черные прозрачные чулки. В стороны полетели доски, пыль.

Округлив глаза, Вика прижала ладошку к губам. В извечном женском жесте: «Что же я наделала?» Впрочем, искреннее раскаяние в ее полных ангельской невинности глазках надо было еще поискать.

Посетители станции встревоженно обернулись, когда касса была разбита живым стройным снарядом. Но пока только озадаченно крутили головами, не понимая, что происходит. К их удивлению, из обломков будочки вылезла гномка. Вся перемазанная пылью и со щепками в волосах. В ее руке покачивалось ледяное копье, сменившее меч. Еще миг, и копье летит в живот Вики. Девушка небрежным движением пальчиков отклоняет его. Копье меняет траекторию и с громким стуком пробивает борт вагона. Вот тут-то разумные начали потихоньку расползаться. Магический поединок в наличии. Два мага колошматят друг друга. Как известно каждому в Зеленоморье, встревать в разборки магов себе дороже. А если этими магами являются женщины? Тут уж вообще — туши свет. Сливай воду. И как только Вика ухнула Оргнару новой порцией собранного в кулак воздуха, упорядоченное расползание мгновенно превратилось в беспорядочное бегство.

Гномка отразила новое заклинание. На этот раз пострадала вогнутая стена. Ну или крыша. Кто там разберет, где в ангаре крыша. А где стена. Хрустальные обломки полетели вниз, засыпая копошащегося среди обломков будки кассира. «Живой!» — удивилась Вика, долбая противницу огненными шарами. Было прекрасно видно, что аура гномки с каждым попаданием бледнеет и истончается. Конечно, она пока отражала заклинания. Отлетавшие от нее, словно мячики. Не обжигая ее саму. Плотные шары плазмы с шорохом уносились в стороны. Стоящий рядом поезд пострадал в первую очередь. Несколько округлых дыр с черными дымящимися краями украсили борта вагонов. Из дверей сыпанули разумные, решившие было отсидеться в салонах. Однако заклинания, с легкостью курочившие кресла внутри, быстро показали ошибочность этой идеи. И подсказали новую: «Бежим!»

— Заканчивай с ней быстрее! — азартно крикнул Ринар, ловко уворачиваясь от отраженных огненных шаров. — Брать живой! Но поспеши, наверняка кто-то вызвал Стражу. Не хватало нам снова в кутузке оказаться!

Вика уже примеривалась, как обернуть магический аркан вокруг шейки упавшей на колени гномки. Еще мгновение, и Оргнара была бы спелената заклинанием по рукам и ногам. И тут гномка рванула ожерелье на шее. Большие, голубоватого цвета бусины запрыгали по перрону. Ожерелье это резко выбивалось из стиля. Если вся гномка была одета в черное, то крупные аляповатые бусы резко выделялись на этом фоне своей несообразностью. Зачем Оргнара их надела, выяснилось спустя несколько мгновений. Там, где весело скачущие шарики останавливались, возникал фонтанчик живой голубоватой воды, упруго бьющей из ниоткуда. Набирая силу, он превращался в струящуюся водяную скульптуру. Не успела Вика опомниться, как на нее двинулась пара десятков элементалей. Вместо рук у них были водные плети. Которыми они и ударили по застывшей девушке.

— Вот засада! — только и успела сказать Вика, перед тем как ее смело с платформы. Прямо в борт вагона. Стройное тело проделало новый вход и стрелой прошило разлетающиеся в щепы сиденья. Наконец защита, все же выставленная в последний момент, остановила прямое, как стрела, перемещение сквозь все преграды.

Вика, пронзившая вагон по диагонали, доломала стенку и выскочила с другой стороны. Впрочем, элементалям возникшая между ними и жертвой преграда особенно не помешала. Тут же в ореоле брызг они прыгнули на крышу вагона. Переливающиеся жгуты снова хлестнули по не успевшей подняться на ноги девушке. Но она уже была готова. Выставленный щит отбил водяные плети. Проделавшие неровные извилистые прорехи в обшивке вагона. В свою очередь Вика метнула пару фаерболов. Несколько струящихся фигур с громким шипением превратились в пар. Всего несколько. Их оставалось еще очень много. И Вика нырнула в вагон. Как ни странно, это решение оказалось правильным. Находящиеся на крыше элементали могли хлестать водяными струями только наобум. Да и то струящиеся жгуты теряли свою силу после соприкосновения с препятствиями, окатывая девушку потоками воды.

Еще парочку элементалей, попытавшихся проникнуть в разбитые круглые окна, Вика испарила. Видимо, так успешно, что остальные, оставшиеся на перроне, держались в сторонке. Не рискуя попадать под метко пущенные огненные шары.

Установился шаткий паритет. Элементали пытались достать Вику в прорехи крыши. Отскакивая назад, как только в изящных ручках начинало формироваться заклинание. И все их атаки оставались безуспешными. Водяные плети вспарывали крышу вагона. Но становились безопасной водой после этого. Вика тоже не спешила расходовать ауру. Старалась бить наверняка. Но водяные элементали стали гораздо осторожнее, не подставляясь понапрасну.

Хлопнула дверца, и в вагоне появилась струящаяся фигура. Вика едва сдержала готовый сорваться огненный шар. В прозрачной водяной голове был отчетливо виден оранжевый череп. Движения самого элементаля были неуверенными. Он медленно вертел подобием головы. Словно не понимал, куда попал и что здесь вообще происходит. Череп, по всей видимости лишенный собственной воли в мокром узилище, поворачивался вслед. Только его глаза оставались направленными на Вику.

— Ты как туда попал, дорогой? — фыркнув, спросила девушка.

Ринар пробулькал в ответ:

— Хотел элементаля взять под контроль.

— И как? Успешно?

— У этой хрени связи меняются каждое мгновение. Мне никак не зацепиться.

— Ну так вылезай!

— Не могу. Он не пускает.

Девушка закатила глаза:

— О-о-о! Какие же вы, мужики, бестолковые! Ничего сами не можете сделать!

— Эй-эй! — завопил Ринар, искоса глядя на фаербол, висящий возле пальчиков со все еще идеальным маникюром. — Что ты собираешься делать? Ты же обваришь меня кипятком! Тебе мало, что я с твоей подачи обстукиваю регулярно все близлежащие поверхности? Бей хотя бы по ногам элементаля.

Вика пожала плечиками и запустила заклинание по нисходящей траектории.

Идея бить по ногам была удачной. Частично. Низ элементаля был испарен мгновенно. Но волна пара, постепенно переходящая во вскипающую воду, мгновенно поднялась вверх. Ринар взвыл, словно ошпаренный — вернее, именно ошпаренный, — и взвился вверх. Вылетел через одну из многочисленных прорех. И тут же, подвывая, ринулся обратно: на том месте, где он только что был, скрестилось несколько водяных струй.

— Ы-ы-ы! — Ринар закружился в пространстве вагона, пытаясь охладить обожженную сущность. — Лучше бы я остался между реальностями!

Вика подняла пальчик:

— Заметь, дорогой, это не я сказа…

— Никому не двигаться! Прекратить магическое воздействие! Протянуть руки вперед! — перебил Вику громоподобный голос. И сразу вслед за этим стенка вагона разлетелась в щепы. В разлом шагнула серая каменная фигура. На грубо очерченной ладони потрескивал магический заряд.

— Ага, щаззз! Этот прикол у вас второй раз не пройдет.

К сожалению, запущенный в грудь истукана фаербол не причинил тому ни малейшего ущерба. Только пятно жирной копоти осталось на сером камне. К счастью, в серьезно расширенный пролом на крыше наконец стегнул полноценный водяной бич. Он прошел далеко от Вики. Но ударился в грудь каменного элементаля. Камень не устоял. С громким звуком он лопнул, рассыпаясь на небольшие булыжники.

Вика могла немного перевести дух — две стихии схватились в ожесточенном противостоянии. Водные элементали соскакивали с крыши вагона, чтобы вступить в схватку с каменными элементалями Стражи. Бой шел с переменным успехом. То водяные плети разбивали камень в пыль. То ветвящиеся молнии оплетали жидкие фигуры. Мгновенно лишая их магии. И заставляя растекаться большими лужами.

И все же водяных было больше. Несмотря на хорошую защиту стражных големов, они не могли устоять перед сдвоенным, а то и строенным ударом водяных струй. То тут, то там каменные тела словно взрывались. Летела пыль. Мелкие камешки шрапнелью свистели в воздухе. Каменные обломки побольше с грохотом падали на платформу. Наконец, последний стражный голем ссыпался в щель между краем перрона и полуразбитым вагоном.

Водяные големы могли заняться своей, казалось, уже загнанной в ловушку добычей. Добычей? Не так уж много осталось и струящихся фигур. Да и жертва оказалась какой-то слишком шустрой. Огненные шары полетели как из пулемета. Уничтожая водяных, которым даже укрыться было негде — шустрая жертва методично превращала их, оказавшихся как на ладони на пустом перроне, в столбы пара и кипящей воды.

Испарив последних элементалей, Вика, зябко поежившись в мокром насквозь платье, оглядела станцию. Еще недавно блиставший хрусталем ангар теперь превратился в нелепый перекореженный остов. Перрон был усыпан битым камнем. В основном мокрым. От вагончиков, особенно в центре состава, осталось немного. А остальные были в пятнах копоти и неровных, топорщившихся щепой, разломах.

Над разорванной крышей одного из вагонов поднялся Ринар. Покачивающийся. С обалдевшим взглядом.

— А где моя милая Оргнара? Сбежала? А как же наше романтическое свидание? — Вика еще раз оглядела разрушения, нанесенные станции. — Впрочем… Говорила же мне мама, что однополые связи до добра не доводят. Но почему-то не предупредила, что настолько не доводят.

— Вика! — Череп с трудом слетел вниз, чтобы устроиться над левым плечом девушки. — Вокруг кольцо стражных големов. Видимо, десятник, лишившийся своей десятки, вызвал подмогу.

— О-о-о! — застонала Вика. — Я почти пустая! И что делать-то?

— Тебе хватит силы отрезать первый вагон от состава? Покореженные вагоны не дадут разогнаться, но одиночный вполне сможет передвигаться.

— Первый — это с какой стороны? — деловито уточнила девушка.

— Не важно! Главное — убраться отсюда. Не думаю, что за пределами города Стража сможет быстро распространить ориентировки на тебя. Разбей сцепку. И вон видишь, в обломках будочки до сих пор копошится разумный? Пускай запустит вагон.

— Это же кассир.

— О, блондинью твою душу! Он же и станционный маг!

Вика метнулась к непонятно как оставшемуся в живых магу. Схватив его за грудки, она вытащила организм, который безумно таращился на нее, из обломков.

— Отправляй поезд!

Маг, ничего не соображая, смотрел на угрожающе нахмурившуюся Вику.

— Но ночной отправляется только через час!

Над плечом девушки возник пылающий череп, щелкая зубами:

— Не тормози! Никого уже не волнует твое расписание! Запускай шарманку!

Череп был страшен. Его взгляд ввинчивался в мозг, заставляя повиноваться.

— Ну так бы и сказали, что торопитесь, — пролепетал, запинаясь, маг. Он протянул руку вперед, старательно пытаясь не дотронуться до упругой груди ведьмы, вцепившейся в его куртку. — Поезд сейчас тронется.

Вика отпустила мага, немедленно грохнувшегося обратно в обломки, и бросилась в начавший движение первый вагон. Двигался он рывками — изуродованный состав не позволял набрать ему ход. Череп ринулся вслед. Сделал пике, подхватив челюстями, словно чайка рыбку из воды, черную сумочку.

Вика вскочила на подножку и, закусив губу, попыталась разбить сцепку. Но сил уже не хватало. Металлические цепи, соединяющие вагоны, только нагрелись. Впрочем, этого оказалось достаточно. Раскаленный металл не выдержал. Несколько звеньев лопнуло. Вагон резко тронулся и, набирая ход, растворился в темноте.

— А ты заметила свой прогресс?

— В магии? Конечно! Оперировать с реальностью получается почти не задумываясь.

— Про «не задумываясь» — это и ежу понятно. Ты же блондинка! Хе-хе! Впрочем, я о том, что после стычки на этот раз ты не оказалась полуголой. А всего лишь мокрой как курица! Хе-хе-хе.

— Вот ты дрянь-то!.. Лучше бы пожалел — я потеряла сережку!

— Зато не потеряла платье. Хе-хе-хе…

Глава 7

Наста'Йа была созданной. Созданной Темной Ведьмой Эраноэль. Созданной от скуки. Созданной уже давно, чуть меньше века назад. В перерыве между интригами и войнами.

Детства и юности Наста'Йа не помнила. Ведьма решила, что это необязательно. И не слишком аккуратно обкорнала память, оставив несколько не самых приятных воспоминаний.

Жизнь Наста'Йа делила на две части. Одну — совсем коротенькую. Продолжительностью в один час. И другую — всю остальную. Час был прожит эльфийкой. Совсем молоденькой. Хрупкой. Стройненькой. С совершенно ангельской внешностью. Но уже вполне развившейся до канонов эльфийской красоты. И даже больше — ее формы округлились до весьма соблазнительных. В отличие от соплеменниц Наста'Йа обладала упругой грудью. Старающейся разорвать любую одежду, которая в остальном была впору. Женственными бедрами. Составляющих с узенькой талией совершенно убойное впечатление сексапильности. Длинными стройными ножками. И вообще изумительной фигуркой. Выгодно отличающейся от почти мальчишеских фигур других эльфиек. Наста'Йа подозревала, что в ее крови есть неэльфийская примесь. Не гномья, конечно. Нет ничего более абсурдного, чем предположить, что Наста'Йа могла родиться в результате связи эльфийки и гнома. А тем более — наоборот.

В остальном Наста'Йа была типичной эльфийкой. Нежный овал лица. Маленький пухлый ротик. Огромные изумрудные глаза. Точеный аккуратненький носик. Светлые прямые волосы. Ну и конечно, маленькие, розовые, остроконечные ушки.

Эльфийский час жизни был наполнен отвращением, ужасом и болью. Дело в том, что Проклятая Эраноэль однажды совершенно случайно обнаружила около своего очередного убежища гнездо вампиров.

Вампиры. Самые скрытные существа, выведенные в древние времена, чтобы сражаться на стороне Темных, они обычно жили, маскируясь под людей. Ну как жили… Существовали. В битвах вампиры представляли серьезную боевую силу. Ускоренный метаболизм. Огромная физическая сила. Способность видеть ночью. Все это делало их совершенными диверсантами. Немало сражений было выиграно Темными, когда вампиры среди ночи обрушивались на спящий лагерь. Или бесшумными тенями взбирались на стены замка, отчаянно сопротивляющегося в дневное время. Вампиров можно было запустить пятой колонной в какую-либо местность. Чтобы при необходимости они устроили резню в ничего не подозревающих мирных городах. А то и дворцах.

Цвет и насыщенность ауры вампира нисколько не изменялась в момент обращения. Клыки начинали расти исключительно при необходимости. Поэтому вычислить кровососов можно было только по косвенным признакам. Безусловно, маскировке помогали многочисленные заблуждения разумных.

Смешно думать, что крови осушенного разумного может хватить вампиру, чтобы просуществовать хотя бы несколько дней. И почему кровь обязательно должна принадлежать разумному? Разве в крови животных меньше питательных веществ? Никакой энергетической или, допустим, информационной составляющей в крови нет. Просто физиологическая жидкость, переносящая кислород и питательные вещества к тканям организма. Ну еще с функцией защиты организма. Но чтобы, выпив пару литров крови, вампир мог долгое время поддерживать жизнедеятельность организма? Да еще не просто поддерживать. А быть сильнее, быстрее любого разумного? С более высокой скоростью регенерации? Нет, конечно. Быстрый метаболизм подразумевал поглощение большого количества обычных компонентов — жиров, белков, углеводов. А кровь?..

Как нежить, вампиры постепенно теряли способность поддерживать псевдожизнь. Батарейка кончалась. Ну не встроили Темные в них источник бесперебойного магического питания. Это было и недостатком и достоинством. С одной стороны вампиры периодически нуждались в посторонней подпитке. Так же как, например, и элементали. Однако в отличие от последних вампиры были полностью автономными. Любой элементаль мог получить энергию только от того мага, который его создал. При этом забирал немаленькую часть ауры. Вампиры не нуждались в хозяине. Чтобы восполнить энергетический баланс, им было достаточно впитать ауру любого разумного.

Как немагические существа, вампиры не могли забрать чужую ауру без тесного контакта. Без погружения в нее в самый момент смерти разумного. Причем смерти не мгновенной — чтобы успеть собрать все крохи энергии. А как лучше всего это сделать? Можно, конечно, тесно прижавшись к жертве, медленно ее душить. Безусловно, в целях маскировки применялся и такой метод. Редко. Только когда разумные подходили слишком близко к разоблачению кровососов и обнаружение следов укуса могло повлечь неприятные последствия. А все дело в том, что укус считался ритуалом. Не только разумные приписывали мистические свойства крови, но и сами вампиры. Да и клыки. Зачем нужны выращиваемые по желанию клыки? Как не для того, чтобы укусить?

Вторым заблуждением было то, что серебро для вампиров — яд. Полноте. Конечно, серебро обладает дезинфицирующими свойствами. Но вампиры — не бактерии. Кроме того, серебро — твердый материал. Сколько молекул попадет в ту физиологическую жидкость, которая выполняет в организме нежити функцию крови? Даже если бы серебро являлось ядом для вампиров, концентрация при попадании в организм отравляющего металла никогда не привела бы к мгновенной смерти. Может быть, при накоплении серебра-яда вампир и мог умереть. Но нет. Серебряный меч наносил любому кровососу такой же урон, как и стальной.

Третьим заблуждением было то, что разумный непременно обратится, если его укусит вампир. Мертвые тела со следами укусов лишали головы, сжигали. Делали все, чтобы мертвец не поднялся. Но это уже было ни к чему. Разумный, лишившийся жизни через укус вампира, ничем не отличался от того, кто умер по любой другой причине. Чтобы обратить, необходимо было проделать процесс, обратный восстановлению энергетического баланса. Вампир должен был отдать жертве практически всю свою ауру. И остаться на грани истощения. Кому захочется так делать? Вампиры шли на обращение с неохотой. Только если клану грозило вымирание.

А вот убеждение в том, что вампиры не переносят солнечный свет, было весьма близко к истине. Нет, конечно, никто не превращался в пепел. Не сгорал факелом в солнечных лучах. Но кожа вампиров после перерождения становилась очень чувствительной к ультрафиолету. Даже рассеянному. Через лучину под солнцем вампир покрывался ожогами. Через несколько лучин начинал обугливаться. И даже при недостаточно плотной облачности рисковал получить окончательное омертвение клеток кожи.

Теория о мертвяще ледяной коже была верна. Ну почти — температура тела вампиров соответствовала температуре окружающей среды. Обычные жизненные процессы по ту сторону жизни отсутствовали. И даже были вредны — ни к чему обогревать атмосферу, когда все резервы энергии уходят на более важные вещи. Поэтому даже в бою, при огромной интенсивности движений, температура тела вампиров не поднималась. Тепло, выделяемое работающими мышцами, тут же поглощалось снова. Зачем добру пропадать?

Ну и наконец, слухи о том, что вампиры могут очаровать жертву или не быть убитыми в сердце, были абсолютно правдивы. Гипнотическое воздействие на мозг разумных вампиры применяли на каждом шагу. Им иногда не нужно было даже маскироваться. Достаточно заговорить. Ускоренная регенерация тоже являлась отличительной характеристикой вампиров. Кровососы без видимых последствий переносили удар в сердце, заживляя его в течение нескольких мгновений. А уж обычные раны, даже рваные, затягивались на глазах. Отрубленные конечности отрастали в течение нескольких дней. При условии добротного питания, конечно.

Про отсутствие отражения в зеркале попросту и речи не идет. Только совсем дремучие разумные могут предположить, что отраженный от вампира свет, видимый зрачком, почему-то вдруг исчезает, стоит ему попасть на стекло с амальгамой на внутренней стороне. Живой глаз тоже оптическая система, как и зеркало. Есть нюансы — в первом случае свет подчиняется закону преломления, во втором — отражения. Но думать, что один и тот же пучок лучей ведет себя избирательно — вот тут преломлюсь, а тут отражаться не буду, — полнейшая нелепица. Нелепица, которой очень часто пользовались вампиры. Отражение в зеркале есть? Значит, я не вампир.

Вот эти создания Тьмы и заинтересовали Эраноэль. Тем более, тогда ей было скучно. Никаких войн. Никаких интриг. К сожалению, вампиры оказались совершенно непригодными к каким-либо трансформациям. Сколько бы экспериментов Проклятая ни проводила, изменить установленное положение вещей не удавалось. Вампиры оставались быстрыми, сильными и непокорными. Постепенно дохнущими на свету. Дохнущими без подпитки чужими аурами. Особенно если заставлять их ускоренно регенерировать. И продолжающими попытки убить мучительницу. Причем иногда они были весьма близки к успеху. Даже одна из величайших Ведьм не могла тягаться с вампирами в быстроте и жажде убивать. Убивать, несмотря на то что подчас от тела оставался жалкий огрызок — Эраноэль не церемонилась с подопытными кроликами. Ну а если не убить, так хоть цапнуть за розовую пятку…

В общем, ни псевдоживая плоть, ни извращенное сознание не поддавались изменениям. И тогда Ведьме пришла в голову одна мысль. Светлая. В том смысле, конечно, что ее озарило. Что, если после укуса разумного удержать от обращения? Удержать на грани превращения жизни в псевдожизнь? Откладывать дело в долгий ящик Эраноэль не стала. Тем более на примете была эльфийская девчонка. Без способностей. Зато с огромной жизненной силой — с яркой, хоть и невеликой аурой.

Вот так и очнулась Наста'Йа в вампирском гнезде. Среди существ, озлобленных смертью замученных соплеменников в замке Эраноэль. Очнулась голой. С магическими петлями на горле, запястьях и лодыжках. Присутствующая тут же Темная не собиралась пропустить ни малейших изменений в эльфийке. Касались бы они ауры или тела. Как не собиралась допустить и попытки бегства. Или сопротивления. Мало ли борьба (или вернее в данных условиях — бесполезные усилия) за жизнь может повредить экспериментальному образцу.

Вампиры, чей клан, и так достаточно захудалый, был весьма изрядно прорежен Ведьмой, решили быть покладистыми. И согласились обратить разумную. В обмен на то, что их оставят в покое. Тем более Темная обещает отдать обращенную. В случае провала эксперимента, конечно.

И иглы пронзили нежную шейку беззащитной жертвы. Точно в том месте, где билась синеватая жилка. А потом Проклятая, не обращая внимания на рычание взбешенных вампиров, хладнокровно выдавила их соплеменника, сделавшего укус, выжав его ауру до капли. Выжав почти в буквальном смысле слова. Выжав его силу прямо в насыщенную ауру Наста'Йи. А потом воспользовалась порталом, чтобы улизнуть в свою лабораторию, унося на руках скрученное магическими путами и судорогой боли стройное тело.

Унижение, ужас, боль. Бессилье и ощущение неотвратимого. Вот все, что чувствовала эльфийка в последний час. Унижение от того, что она обнаружила себя голой и беспомощной, в чужой власти, не шло ни в какое сравнение с ужасом перед белеющими в полумраке бледными лицами. Горящими яростью глазами. Обнажившимися между губами клыками. Ужас от того, к чему ее приговаривает не кто-нибудь, а сама Эраноэль, Темная ведьма, Проклятая, одно из главных зол Зеленоморья. В свою очередь этот ужас мерк в сравнении с болью от вонзившихся игл. И особенно в сравнении с болью от проламывающей ее ауру и саму жизнь Темной энергии. И главное, не было возможности бороться с этим…

Впрочем, это были еще цветочки. Новая жизнь началась с еще большего страдания. Организм, мутировавший под воздействием вампирской силы, ломало и корежило. Несколько дней. И ночей. А умереть и отдаться Темной силе Ведьма не давала. Проклятая внимательно следила за процессом трансформации. Не позволяла ни одной клетке погибнуть. Но и не пыталась препятствовать Тьме перестраивать их по своему усмотрению.

Результат превзошел все ожидания Темной. Вернее вначале было разочарование. Наста'Йа изменилась очень мало. Практически она осталась той же самой эльфийкой, какой была до укуса. Только выпали светлые волосы, уступив место густой поросли новых — черных. Настолько черных, словно Наста'Йа была темной эльфийкой. Вот только кожа ее была светлой. А не антрацитово-черной, как у заклятых врагов — темных эльфов. Да еще небольшие клыки, проросшие через день, вытолкнули прежние — обычные, ничуть не выдававшиеся из ряда таких же ровных белоснежных зубов. И теперь острые иглы очаровательно прикусывали пухлую нижнюю губку. И они не убирались. Это не было чем-то из ряда вон выходящим. Такое встречалось среди эльфов. И было не более редким, чем шесть пальцев на руке у человеческого ребенка. Или отсутствие рожек у орка. Или появление бородатой женщины у гномов…

Кровь осталась красной. Температура тела не выбивалась за пределы стандарта. Раны заживали долго. Скорость движений хоть и была значительной, но не превышала допустимой для эльфов. Метаболизм и аппетит также были вполне обычными для разумных. Ко всему прочему сознание Наста'Йи было заторможенным. Никакой силы воли, никаких интересов и желаний.

Лишь одно отличало эльфийку от прочих сородичей. Восприимчивость к солнечному свету. За несколько часов на солнце Наста'Йа обгорала так, что кожа слезала с нее лохмотьями. И ведьме приходилось лечить ожоги. Впрочем, и это недоразумение исчезло после того, как Эраноэль заставила Наста'Йу на несколько минут выходить во двор обнаженной. За десятицу девушка загорела до черноты. Став настолько смуглой, что ее действительно можно было спутать с темной эльфийкой. Особенно если их не ставить рядом. Тогда, конечно, разница стала бы очевидной — все же кожа Наста'Йи осталась гораздо светлее. Изменение пигментации закрепилось. Иммунитет к ультрафиолету не исчезал даже после десятицы без солнца. Но что толку? Кроме остреньких клыков, черных волос да смуглой кожи Наста'Йа ничем не отличалась от других эльфиек.

Разочарованию Темной не было предела. Так бы и существовала девушка при дворе Эраноэль, ублажая ее гостей. Или была бы подарена кому-нибудь из них. Необычная красота бросалась в глаза. Уже два Темных мага просили отдать Наста'Йу для утех определенного рода, а один некромант даже предложил обменять ее на мантикору. «Зачем мне мантикора?» — задала себе вопрос Ведьма. Но было поздно. Некромант спешно прислал созданное им чудовище в подарок. С этого все и началось.

Никто не знал, где и как содержать крупное злобное создание. Эраноэль никогда особенно не пыталась создавать чудовищ — к чему это? Когда собственная магия во много раз сильнее. Все созданные Проклятой существа предназначались скорее для шпионажа, диверсий. Были изящными творениями. Почти произведениями искусства.

И мантикора вырвалась. Клетка в подвале замка не смогла сдержать разбушевавшееся чудовище. Ну еще бы — прутья могли противостоять максимум огру. И кстати, любой огр, будь он умнее полена, наверняка смог бы эти прутья раскачать — настолько ненадежно они были вделаны в пол и потолок.

Убив по дороге пару слуг, мантикора оказалась во дворе. Где как раз под солнцем стояла обнаженная Наста'Йа. С самого утра. Эраноэль в последний раз хотела убедиться, что даже продолжительное воздействие солнца не повредит коже черноволосой эльфийки.

Дальнейшее, привлеченная шумом и криками, Ведьма видела из окна. Огромная туша бросается к застывшей посередине двора изящной фигурке, словно отлитой из темной бронзы. И тут стройный силуэт неожиданно смазывается. Мантикора промахивается. Рычит. Встает на дыбы, недоуменно разыскивая странным образом исчезнувшую добычу. Эраноэль уже было собиралась приласкать обезумевшее чудовище хорошим разрядом молнии, как вдруг рядом возникла Наста'Йа. И в следующие несколько мгновений мантикора была буквально разодрана. Голыми руками. Хрупкой эльфийкой с женственными бедрами и упругой, правильной формы грудью.

Сама Наста'Йа упала на одно колено, настороженно оглядывая двор внимательным взглядом. Смуглая кожа в крови. Стекающей по щеке, груди, бедрам. Нежная верхняя губка приподнимается в хищном оскале. Обнажая белоснежные клыки. В чуть прищуренных глазах нет ни капли прошлой отстраненности. Только холодный расчет. Поиск целей. Определение опасности.

Наконец взгляд Наста'Йи встретился с взглядом Темной. Несколько мгновений две бывших эльфийки, словно два бойца перед схваткой, оценивающе глядели друг на друга. Пока Наста'Йа не встала с колена, нисколько не стесняясь своей совершенной наготы. Медленно наклонила голову в полупоклоне. Признавая силу. И только в последний момент в глазах мелькнула изумрудная вспышка холодной ярости.

— Умница девочка! — пробормотала Проклятая, готовя парализующее заклинание. — Но извини, ты стала слишком опасной.

«Инициация». Так назвала происшедшее Темная. После инициации Наста'Йа наконец обрела все способности вампиров. Оставаясь при этом живой. Разумной. Расчетливой. И не нуждаясь в обычных условиях в усиленном питании. И лишь при применении вновь приобретенных способностей организм нуждался в дополнительных ресурсах. Поглощенная новой игрушкой, Эраноэль не отходила от полувампира ни на шаг. Благодаря этому обнаружилась еще одна способность Наста'Йи. Ведьма, давно забывшая, как бояться чего-либо, похолодела от страха, обнаружив через пару дней, что заклинание подчинения буквально слезло с подопечной. Оказаться в одном помещении с быстрой, беспощадной Наста'Йей? Способной разорвать тело любого разумного за пару секунд? Пугающая перспектива…

Наста'Йа оказалась очень устойчивой к ментальному воздействию. Любая магия, направленная на коррекцию поведения и мыслей, начинала через несколько часов расползаться по швам, словно дряхлая рванина.

Пришлось вкладывать магию в татуировки. Скулы Наста'Йи украсили утонченные эльфийские узоры. Так же как и шейку. Эраноэль не стала останавливаться только на заклинании подчинения. В конце концов, при такой бешеной регенерации Наста'Йа могла содрать кожу со скул вместе с заклинанием. И вуаля — непокорный, жаждущий мести полувампир к вашим услугам. Кому это надо? Поэтому ведьма сплела вокруг шеи подопечной искусное заклинание. В нем переплеталось очень многое. Сигнальная система, позволяющая Ведьме знать о местонахождении Наста'Йи даже на другом конце Зеленоморья. Страшная мучительная смерть Наста'Йи в случае полного угасания ауры Проклятой. Приказ прийти на помощь, если аура госпожи начнет гаснуть. Возможность наказания болью и удушением. Закольцовывалось заклинание способностью отыскивать хозяйку по характерным всплескам изменения реальности.

В результате из Наста'Йи получилось изумительное по своим свойствам существо. Идеальная исполнительница. Неуловимая воровка, шпионка, убийца. Не знающая отказа соблазнительница. И к тому же преданная. Пусть и не по собственной воле, а из страха.

Вот только использовалась Наста'Йа не часто. Слишком броская и запоминающаяся внешность была у полувампира. Даже без всех приобретенных изменений, Наста'Йа неизбежно привлекала внимание мужского пола. Все же редко встретишь такую разумную. Красивую по-эльфийски. Да к тому же обладающую столь соблазнительными формами. А уж после предотвращенного обращения черноволосую, загорелую до черноты эльфийку с изумрудными глазами не заметить было невозможно. Плюс к этому бросались в глаза изящные тонкие узоры на скулах и шейке. Конечно, прокрасться в ночи незамеченной в отдаленной замок это не мешало. Но кому интересны те, кто обитают в глубинке?

Вот и приходилось прибегать к помощи Наста'Йи, только когда другие методы исключались. Раз в пять — десять лет. Кража необходимого артефакта. Устранение неугодного Темного мага. Любовный скандал в монаршей семье досаждавшего властителя из Цветных. Выведывание секрета защитного заклинания — многие маги становились словоохотливыми после утех со страстной любовницей.

В остальное время Наста'Йа была телохранительницей. Ну и исполнительницей ее воли. Когда самой Ведьме было лень куда-то тащиться, чтобы наказать неугодного Темного мага или некроманта. Хотя в последние годы карательных экспедиций стало совсем мало. Лет через тридцать после инициации полувампиру стоило только появиться вблизи обитания приговоренного, как тот в панике улепетывал. Впрочем, никто не отказывался, когда Эраноэль предлагала расплатиться Наста'Йей за мелкие услуги. Про ее неутомимость в постели ходили легенды. Так же как и про то, что она своими ласками может поднять и мертвого.

И вот спустя восемьдесят шесть лет после того, как прервался эльфийский час и наступил век полувампира, Наста'Йа всматривалась в даль, стоя на верхней платформе. Вдоль теряющейся в темноте нитки рельса. Несмотря на пересечение монорельсовых веток, станция была захолустной. Да, одна дорога шла из Янсурка в Вилоззи, зато другая соединяла Сиреневый лес с железным рудником. Пассажиры очень редко пользовались пересадкой. Простые, небогатые люди не часто могли позволить себе добраться до нескольких поселений вблизи Сиреневого леса на дорогом монорельсе. Разве что инженеры и рабочие, завербованные на рудник, пересаживались в пустые грузовые вагоны. И лишь для представителей торговых домов к каждому составу был прицеплен маленький пассажирский вагончик.

Поэтому перевод на эту станцию считался у магов из обслуживающего монорельс персонала скорее ссылкой. Вот и сейчас Наста'Йа легко удерживала трясущееся ничтожество за плечо. Маг не только не оказал ни малейшего сопротивления вынырнувшей из ночного мрака странной эльфийке. Но и сразу выложил на стол сводку Стражи. Сводка присылалась раз в десятицу. И была, не то чтобы секретной, но делиться сведениями о разыскиваемых преступниках не особо приветствовалось. Получив информацию, Наста'Йа даже немного расстроилась, что сразу взяла в оборот никчемного мага. Ничего подозрительного в сводке не было. Обычные ауры чудом ускользнувших от Стражи преступников. Да и сами преступления мелкие. Недостойные.

А с хозяйкой происходило что-то очень странное. Цепочка странностей началась недалеко от заброшенного города. Вначале Наста'Йе с Эраноэль пришлось вступить в бой с двумя архимагами. Они были слишком сильны для полувампира. Ее едва не уничтожили. Если Ведьма вполне успешно отражала атаки и постепенно отступала, то Наста'Йа в первые же мгновения боя упала в кусты изломанной окровавленной куклой.

Хуже всего, что дело было в глуши. Недалеко от заброшенного города, возле которого боялись селиться даже беглые преступники. Именно поэтому регенерация затянулась. А чего можно еще ждать, если пищу не купить и приходится ее ловить? Енот, зизнука и пара ворон. Вот и все, что удалось поймать и схомячить. С кожей, шерстью и костями. Плюс к этому хозяйка, похоже, умерла. Иначе как объяснить глубокую кому, в которую впала Наста'Йа на достаточно продолжительное время? Нет, это была не кома, а именно смерть. Полное небытие, из которой полувампира вырвали заклинания. Перепутать было невозможно — только Проклятая умела с такой тщательностью и элегантностью менять реальность. Да и просто-напросто только при существовании хозяйки Наста'Йа могла сохранять собственную жизнь. А она ожила. Странным было то, что Эраноэль действительно умерла. Наста'Йа могла в этом поклясться. И при этом Ведьма не возродилась в виде лича. Или зомби. Или того же вампира. В любом из этих случаев Наста'Йа не ожила бы — во всех этих существах нет жизни. Дальше все еще больше запуталось. Для начала хозяйка исчезла из заброшенного города. Ну это еще было объяснимо. Она вполне могла воспользоваться порталом. Но почему следующий всплеск магии произошел посередине густонаселенных районов, подвластных Цветным? Как Ведьма с абсолютно темной аурой смогла хоть миг безнаказанно пробыть в центре враждебных владений?

Все бы ничего, но сложное заклинание жгло кожу на горле. Хозяйка постоянно во что-то впутывалась, а ее аура иногда едва теплилась. И лишь один раз Наста'Йа почувствовала, как Темная использовала всю свою мощь.

Проклятое жжение выводило полувампира из себя. Требовало прийти к хозяйке на помощь. Защитить от многочисленных опасностей. Пусть ценой собственной окончательной смерти. А иначе не могло быть — на Цветных территориях Темная могла сражаться только до смерти. Вот только почему она до сих пор жива? Измученная выматывающей болью и невозможностью быстро оказаться возле хозяйки, Наста'Йа упорно двигалась вглубь Зеленоморья. К счастью, она не привлекала пристального внимания. Во всяком случае, не больше, чем любая красивая женщина. Ну немного больше. Уж больно шикарно выглядела эльфийка с точки зрения мужского пола. Стройная, сексапильная, не боящаяся подчеркнуть свои достоинства. И к тому же столь отличная от своих соплеменниц. Это почти не мешало. Лишь два человека остались связанными простынями под кроватью в ее номере. Слишком ретиво они решили проверить, насколько экзотическая эльфийка хороша для ублажения брутальных охотников за артефактами. И еще один эльф. Которого Наста'Йа окатила водой. Ну влюбился. И что? Это не повод петь баллады под окном гостиницы о своем разбитом сердце! И ни одного трупа. Висящая на плечах Стража могла сильно осложнить встречу с хозяйкой. Кольцами Наста'Йа обзавелась уже давно. Призрачной тенью проскользнув в кибитку возвращающегося с торгов торговца. Эльфийка сильно сомневалась, что в такой глуши найдется стражник, который сможет разобраться в том, кто смог в течение нескольких секунд взломать шкатулку и незамеченным покинуть пустынную дорогу.

Добравшись наконец до захолустного перекрестка монорельсовых дорог двух направлений, Наста'Йа с радостью почувствовала, что небольшие преобразования реальности, вызванные Эраноэль, происходят все ближе. Стремительно. Совершенно очевидно, что хозяйка перемещается на поезде. И прямо на эту станцию. Такой удачи Наста'Йа не ожидала. И с радостью принялась готовиться к встрече с хозяйкой.

Прежде всего нужно было обезопасить Проклятую от любого посягательства магов. Кто же знал, что станционный разгонщик окажется таким ничтожеством? И в сводке не будет сообщаться о розыске Эраноэль? И не надо с минуты на минуту ждать стражных сил быстрого реагирования?

К станции, дребезжа разбитым корпусом, хлопая оторванной обшивкой, скрепя едва теплящейся магической подушкой, подкатился вагон. Один.

Наста'Йа, продолжая удерживать станционного мага за цыплячью шею, приготовилась убрать из глаз ненависть…

— …Ты мне весь мозг вынесла!

— Ну если он такого же оранжевого цвета, то немудрено.

Череп поперхнулся и даже на миг завис за спиной шагающей блондинки.

— Какая здесь связь?

— Потому что! — Вика процокала каблучками по перрону, остановившись возле будочки. Хлопая ресницами, посмотрела на стройную черноволосую девушку, слабого мага, стоящего на коленях у ее ножек. — А что здесь происходит?

К изумлению Наста'Йи из полуразрушенного темного вагона на свет фонарей выпорхнула стройная изящная блондинка. Ничем, кроме цвета волос, не напоминающая Эраноэль. В голубом платье с иголочки. В голубых же новеньких босоножках на высоченной шпильке. И чумазая. Во всяком случае, на лице, руках, ножках и даже аппетитных округлостях в декольте были грязные потеки. Словно сажу пытались смыть холодной водой. Но как-то особенно неудачно. Градус изумления поднялся, когда следом за блондинкой вылетела чья-то мертвая сущность в виде пылающего черепа. Изумление достигло апогея, когда Наста'Йа, приглядевшись, увидела очень странную, почти исчерпанную, ауру девушки. Розовую, в искрящуюся черную крапинку. И тем не менее почему-то неуловимо напоминающую ауру Эраноэль. Во всяком случае, заклятие на шее мгновенно перестало жечь. А заклятие на скулах запульсировало. Словно приближающаяся девушка имела право на власть над Наста'Йей. Или это была Эраноэль? Темная могла при определенных обстоятельствах поменять тело. Это было сделать нелегко. Впрочем, ничего невозможного в этом тоже не было. Особенно для такой сильной ведьмы, как Проклятая. Но ауру? Как ей удалось замаскировать Темную сущность? Скорее всего, неизвестной девушке были переданы все полномочия на жизнь и смерть Наста'Йи. И, видимо, Темная все же сдохла. Туда ей и дорога! А с этой, может, удастся справиться? Освободиться от ее власти?

— Госпожа, — Наста'Йа склонила голову перед блондинкой, постаравшись скрыть вспыхнувшую в изумрудных глазах надежду. — Чего угодно госпоже?

— Душ! Полжизни за душ! Одежду я сотворила, но хороший поток воды мне пока не по силам, — воскликнула Вика, все еще пытаясь вникнуть в ситуацию на станции. Здесь ее явно не пытались убить. И даже называли госпожой. И даже предлагали свои услуги. Но почему тогда этот маг такой испуганный и потерянный? — Та горсть воды, что удалось создать, была ничуть не лучше остатков от водных элементалей.

— Как это не лучше? Гораздо лучше! Когда ты оказывалась под душем распадающихся элементалей, ты была одетой. А когда пыталась помыться в вагоне — разделась.

— Извращенец! — рявкнула Вика, пытаясь зацепить ладошкой привычно увернувшийся череп. — Только и способен подглядывать за голыми девушками!

Наста'Йа удивленно наблюдала за этой сценкой, но решила оставить свое мнение о ее участниках при себе.

— Я не обладаю хоть сколько-нибудь серьезными магическими способностями. А на станции душа нет. Только в поселке. Это в пяти минутах ходьбы, — пожала плечами Наста'Йа. — Как мне тебя называть, госпожа?

— Вика. А это Ринар. — Девушка ткнула большим пальцем с облупившимся лаком за левое плечо. — А мы знакомы?

— По всей видимости, заочно, госпожа Вика. Я Наста'Йа.

— И?..

Сказать, что Вика ничего не понимала — значит не сказать ничего. Ну не такая уж необычная ситуация для блондинки. Оставалось только, как всегда, с честью выйти из нее.

— Я готова выполнять любые твои поручения. Служить и защищать. Вплоть до пожертвования своей жизнью. Все, что требовала от меня Эраноэль.

Наста'Йа побоялась впрямую обманывать новую хозяйку. Эраноэль таких вещей не прощала. А затянуть удавку на шее было делом быстрым. Достаточно всего лишь небрежного движения пальчиков. Даже с такой едва теплящейся аурой.

— Ах, вот оно как? — удивленно вскинула красивые брови Вика. — Ну нет, я — не ведьма. Я вообще ангел, и никаких жертв мне не надо. Просто доложи, что здесь происходит… Настя.

Наста'Йа поняла, что Вика немного исковеркала ее имя. Странно, но это не задело эльфийского самолюбия. «Настя» звучало как-то мягко, по-дружески.

— Станция взята под контроль. Станционный маг полностью в моей власти. Мы можем продолжать движение в любом направлении.

— Кто это — мы? — подозрительно прищурилась Вика. И повернула голову в левую сторону. — А ты не пялься на нее! Тебе меня мало? — Вика снова придирчивым взглядом оглядела Наста'Йу. Удобный колет, редко зашнурованный на груди. За шнуровкой были видны уютно уложенные округлости. Тонкой выделки лосины, облегающие длинные стройные ножки, словно вторая кожа. Мягкие короткие сапожки. Ну и все остальное — фантастического изумрудного цвета большущие глаза, густые волосы цвета воронова крыла, маленькие остроконечные ушки, тонкие узоры на скулах и шее. Увы, приходилось признать, что эльфийка вполне может посоперничать с Викой за мужское внимание. Как и приходилось признать факт легкой — во всяком случае, пока — ревности к «Насте». Долго Вика не думала. Пфф, вот еще, иметь такую девчонку рядом! Дудки! — Мне спутницы не нужны. Поэтому я тебя освобождаю от службы. Отправь нас к Сиреневому лесу и можешь быть свободной. И, кстати, неплохо бы тебе надеть обувь на шпильке.

Наста'Йа выглядела обалдевшей. Во-первых, ее хозяйка вела себя так, словно была ровней. Эльфийка могла поклясться, что Вика оценила ее внешность. Записала в конкурентки. И решила отцепить. Во-вторых, невзначай брошенное замечание про обувь было при их отношениях равносильно приказу. А как прикажете шастать по лесам, проникать в замки и бесшумно лишать неугодных жизни на шпильках? И в-третьих, ей показалось — или это было действительно так — ее отпускают? Вот так запросто? Этого не может быть!

— И ты, госпожа Вика, снимешь с меня заклятие? — внешне спокойно поинтересовалась Наста'Йа.

— О! Какое такое заклятие? — округлила глаза Вика.

— Заклятие подчинения, слежения и гибели в случае смерти госпожи. Я погибну в случае твоей гибели. И татуировка на шее начинает жечь, когда госпожа попадает в трудные ситуации.

Сдерживая ярость, Наста'Йа едва не прокусила пухлую губку клыками. Неужели эта сука изволила шутить? Однако Вика одним беззаботным движением отмела все подозрения:

— Вряд ли я смогу снять магию Эраноэль. Но! — Вика подошла и вдруг обняла эльфийку за хрупкие плечи. — У нас есть вот этот мерзавец. — Пальчик с длинным ногтем указал на недоуменно оглянувшийся назад череп. На кого это она указывает? Где этот мерзавец? — Этот сумеет. Так ведь, Ринар? Поможем девушке?

— Э-э-э… Что, просто так?

Голубые глаза угрожающе сузились.

— Именно! Дорогой, разве я непонятно говорю?

— Ладно-ладно Я просто так спросил!

— Вот видишь, Ринарчик не против. Единственно, нам надо найти одну фигню, Копье Подгорных Властителей называется. Не слышала про такое, подруга?

Наста'Йа отрицательно покачала головой, раздираемая противоположными чувствами. С одной стороны, ее жестоко обманули, подарив на краткий миг надежду на свободу. Ну или она сама обманулась. С другой стороны, хозяйка обещает снять заклинание. И называет подругой. Дружески обнимает. Наста'Йа почувствовала, как предательски защипало глаза. Эльфийка попыталась не показать своих эмоций, даже несмотря на то что Вика встала перед ней и пытливо заглянула в глаза.

— Давай сделаем так. Мы отправимся в Сиреневый лес. Возможно, нам удастся напасть на след артефакта. А ты поищешь его еще где-нибудь без нас.

— Вика, но почему ты не хочешь взять Наста'Йу с собой? Посмотри, она запросто спеленала станционного мага. — Оранжевый череп качнул собой в направлении стоящего на коленях мага. — Значит, умеет что-то. Ее помощь могла бы пригодиться!

— Э-э-э… Мм… О! У нас будет больше шансов, если мы будем искать порознь, в разных местах. Вот! Тем более зачем нам эльфийка без магии? За нее еще отвечать! Мне оно надо?

— Госпожа Вика! Я смогу быть полезной. Я многое могу… — Как ни странно, Наста'Йе уже хотелось оберегать взбалмошную девушку, ведущую себя посреди враждебного мира, словно на пикнике. Не за страх, а просто от вдруг возникшего расположения.

— А пусть покажет, — тряхнул собой череп, не желая сдаваться.

Наста'Йа пожала плечами и вдруг с легкостью подняла мага за шею. Тот поболтал в воздухе ножками и обмяк, закатив глаза. Аккуратно положив бесчувственное тело на перрон, полувампир неуловимым движением скользнула за спину Вике. Ее клыки коснулись шейки девушки чуть пониже качнувшейся уцелевшей сережки. Ладонь легла на живот. Коготки самую чуточку вдавились в голубую ткань.

Вика вздрогнула, удивленная до изумления неожиданным исчезновением эльфийки из поля зрения. А осознав, что та уже за спиной, тесно прижимается и трогает ее за шею не только острыми зубками, но и губами, едва не завопила:

— Эй-эй! Я, конечно, не против однополых отношений. Нет-нет, ни в коем случае! Но сама быть участницей не хочу. Настя, ты чё удумала? Вот так сразу? А ресторан?!

— О бестолковая озабоченная блондинка! — Ринар тоже выглядел ошарашенным. Правда, не совсем до изумления. — Наста'Йа показывает, что легко может прокусить тебе шею и вырвать кишки. С ее-то скоростью и силой! И ты бы ничего не смогла с ней сделать. Даже с полной аурой.

Вика испуганно ойкнула. Но когда Наста'Йа таким же смазанным движением вернулась на исходную позицию, Вика сделала логичный вывод:

— Ну вот видишь, мне не надо с тобой нянчиться. Значит, ты вполне можешь позаботиться о себе самостоятельно.

Логика была убийственной. Ринар и Наста'Йа даже на какое-то время впали в ступор. А потом хором воскликнули:

— Но помощь может понадобиться тебе!

— Нет! — Любые возможные возражения были отметены взмахом ладошки. — Решено! Мы с Ринаром отправляемся в Сиреневый лес, а Настя по своим каналам пытается разыскать Копье Подгорных Властителей. Ты ведь, если что, меня разыщешь?

— Да! — наклонила голову Наста'Йа, не только отвечая на вопрос, но и показывая, что принимает волю хозяйки.

Ну а Ринару оставалось только гудеть. Уж он-то знал, что спорить с блондинкой себе дороже. И по-любому бесполезно. Вика умела быть упрямой, как сто гномов.

— Ну вот и чудненько! — Вика даже подпрыгнула. — Ты знаешь, подруга, как нам добраться до Сиреневого леса?

— Нет ничего проще. Здесь как раз пересадка на линию до Сиреневого леса. Сейчас приведем мага в чувство, и он поставит аварийную дрезину на монорельс. За несколько часов доберетесь.

Двумя хлесткими пощечинами Наста'Йа заставила станционного мага очнуться. А может, он и прикидывался, старательно имитируя обморок. А вдруг эти сумасшедшие про него позабудут? Вот только зачем так сильно бить по щекам? Достаточно было бы просто потрясти. Варвары! А эта остроухая особенно! Несмотря на древность происхождения.

Наста'Йа, тащившая за собой слабо упиравшегося мага, а за ней и Вика с Ринаром над левым плечом спустились на нижний перрон. Ветка на Сиреневый лес была расположена под эстакадой, где остался разбитый вагон.

Маг поспешно привел в действие механизм, устанавливающий на монорельс крохотный четырехместный вагончик.

Вика обняла Наста'Йу, поцеловала в щечку. Шепнула обалдевшей эльфийке: «У нас бы ничего не получилось. Но мне все равно было приятно, когда ты ко мне прижималась». И пока та соображала, в шутку она это или всерьез, добавила вслух:

— Пока, подруга! Мы с Ринаром обязательно освободим тебя от заклятий! Обещаю!

Наста'Йа, хлопая глазками, смотрела вслед дрезине, разогнанной станционным магом. Хотела бы она быть так железно уверенной в дальнейшем, как эта блондинка. Называющая ее подругой. Поцеловавшая по-дружески в щечку. У Наста'Йи никогда не было друзей и подруг. А тут вдруг… Напористая, безмятежная, добрая… Для которой нет неразрешимых проблем. И эльфийка впервые за восемьдесят шесть лет поняла, что сможет обрести свободу.

Наста'Йа повернулась. Мило, как бы это, наверное, сделала Вика, улыбнулась станционному смотрителю. Побелевшему как полотно. Ну еще бы! В отличие от Викиной, улыбка Наста'Йи была слишком, скажем так, зубастой.

И все же настроение чуть подпортилось, когда полувампир вспомнила, что забыла попросить хозяйку (или подругу?) отменить распоряжение по поводу обуви на шпильках. И проигнорировать невозможно — распоряжение имело силу приказа. Наста'Йа мрачно нахмурилась, направляясь в поселок — придется заказывать у сапожника такие же босоножки, как у Вики. Стон прорвался сквозь клыки — надо навестить нескольких Темных магов, которые могут что-то знать о Копье Подгорных Властителей. Но как до них добраться на высоченных каблуках?

До Наста'Йи дошла простая истина, известная многим мужчинам: тяжело не только крутить романы с блондинками, но и дружить с ними.

Глава 8

Сиреневый лес еще виднелся вдалеке, а Ринар уже замучился. Он то летел перед Викой. То плелся в нескольких шагах сзади. Проблема была в девушке. Вернее в ее одежде. Для путешествия по лесу она выбрала шортики и белую маечку. Все бы было ничего, если бы шортики были не совсем крохотными. Низко посаженными на бедрах. И еще больше вырезанными снизу. Так, что упругая попка были практически оголена. Ну во всяком случае, очаровательная складка между ягодицей и ножкой была отчетливо видна. Под майку Вика не надела бюстгальтера. Белая тонкая ткань туго охватывала волнительные изгибы стройного торса. И можно было без труда изучать все подробности женской анатомии. Не снимая одежды. В том числе определить, что пигментация сосков довольно темная. И сами они твердые — вон как волнительными пупырышками выпирают из ткани.

— Ты уже определись, откуда на меня пялиться — сзади или спереди, — хмыкнула девушка, когда череп в очередной раз пролетел вперед и обернулся.

Череп, понявший, что его застукали за не совсем достойным занятием, загудел. И поднял взгляд, чтобы поймать насмешливую улыбку. Впрочем, он продолжал плыть затылком вперед. Борьба с глазами, постоянно норовившими соскользнуть ниже ключиц девушки, шла с переменным успехом. Конечно, надо сказать, эта борьба не была окончательно проиграна только потому, что красивая мордашка притягивала не меньше аппетитных округлостей. Хоть и условно одетых.

— И какой у тебя план? Нет, понятно, что мы найдем этого… как его… Векто. Куда он денется, если ты улавливаешь странные преобразования реальности посередине Сиреневого леса? Но что дальше? Все там разнесем? Всех там поубиваем? Вот сейчас пригодилась бы Наста'Йа! Она смогла бы выковырнуть Темного из убежища. И выпотрошить его. Ну фигурально выражаясь, конечно. А может, и буквально…

Вика подошла к замедлившему движение черепу. Мягко взялась пальчиками за нижнюю челюсть и ненавязчиво приподняла так, чтобы глаза оранжевых оттенков встретились с голубыми. А не штурмовали правильной формы холмы. В попытках просверлить дырку в белой ткани.

— Пускай девочка отдохнет от контроля. Кроме того, ты не забыл, что след, ведущий в Сиреневый лес, весьма призрачный? Скорее всего, Векто так же опоздал в розысках Копья Подгорных Властителей, как и мы. — Вика отпустила череп, немедленно клюнувший на несколько градусов вниз. — И без нее возьмем Темного за яйца.

— Ага. Благо опыт у нас уже есть. Хе-хе. Хе-хе-хе…

Ринару немного не повезло. Как раз в этот момент, когда он захихикал, начался лес. И пятящийся череп затылком врезался в ствол первого же дерева. Чтобы, расплескивая вокруг оранжевые всполохи, рухнуть к корням.

— Ну что? — Вика скрестила руки на груди, глядя на череп, с трудом поднимающийся в воздух. — Теперь понял, как вредно пялиться на девушек? И даже опасно!

— А предупредить западло было?

— Ну нужно ведь было тебя проучить! Уж больно падок ты на женские прелести. Посмотреть, правда, только. Хи-хи…

— Так ведь сама такую одежду подобрала! — все еще потряхивая собой, возразил Ринар. Голова шла кругом не только от удара в затылочную область, но и от логики блондинки: сначала подобрать наряд, как магнитом притягивающий взгляд, а потом проучить за этот самый взгляд.

— Ну во-первых, я тебя пожалела. Когда на постоялом дворе я отправила тебя на разведку, а сама принимала душ, ты очень обиделся. Вот и хотела тебе компенсировать. А во-вторых, мне надо знать, что на меня пялятся, но, когда пялятся, меня это смущает. Любая девушка оскорбится, услышав от встречных: «Я б ей вдул». Но она должна быть уверена, что они так думают.

— О! — только и сказал Ринар, пытаясь вникнуть в ход мыслей блондинки.

— Ладно, бедняжка, иди сюда, я тебя пожалею.

Вика прижала череп к груди и принялась гладить. Ринар млел. И только что не мурлыкал.

— Ух ты! Баба!

Противный гнусавый голос послышался среди шелеста листвы. А потом из-за кустов высыпала целая ватага зеленокожих низкорослых существ.

— Это важно? — пролепетал Ринар, уютно прижимавшийся к упругим округлостям. — Подождать не может?

— Не знаю. Но тебе пока хватит. А то еще привыкнешь. Давай-ка брысь на свое место!

Раскалившийся до ослепительного оранжевого цвета Ринар покинул притягательный аэродромчик и взлетел за левое плечо девушки:

— Хм, гоблины… Эй, вам чего надо?

— Твоя баба? — вперед выступил самый высокорослый гоблин. — Делиться надо! Нас здесь всего семь. Пускай работать, а потом моя отпустить на все четыре стороны.

— Что-о-о?! — Брови Вики грозно сдвинулись. — Это что это? Это как это? Вот этой мелкоте от меня чего-то надо?

— Ну ты хотела, чтобы кто-то подумал про тебя: «Я б ей вдул»? Вот и пожалуйста. Хе-хе. Хе-хе-хе! И без всякой магии твои желания сбываются!

— Уверен? — Девушка настороженно посмотрела в сторону несуразных тощих фигурок. Оглядела зеленые рожицы. С рылом вместо носа, с кривыми зубами, торчащими между тонких губ. С длинными лопоухими ушами. С корявыми палками, очевидно считающимися у гоблинов копьями. — Хочешь сказать, что случайно материализовались мои худшие эротические видения?

— Хе-хе… А какие же лучшие?

— Три двухметровых накачанных негра… Ну или орка, по-вашему…

— М-да… Я лучше буду считать, что этого не слышал.

— Эй, так ты там решить, на сколько отдашь твоя баба нам поразвлечься? — решил вмешаться в разговор предводитель гоблинов. Несмотря на гонор, он старался пока не слишком приближаться к странной парочке. — Или боишься, что ей понравится? И кстати, пускай кошелек отдавать. Платить за наш безграничный страсть!

Больше ничего гоблину сказать не удалось. Взбешенная Вика захлестнула магическую петлю вокруг кривой ноги. И вздернула зеленокожего вниз головой. Метра на полтора над землей. Гоблин ругался и пытался поправить травяную юбочку, упрямо задиравшуюся на живот.

— Первое! — Вика приблизилась и наставила палец прямо в горбатый нос. — Отрасти пипетку, прежде чем возомнить, что мне может понравиться. Раз в десять больше отрасти хотя бы. Второе. Это не кошелек. А сумочка. Практически брендовая. И третье. Здесь я — руководитель, а не этот инвалид некромантского труда. — Вика ткнула пальцем через плечо в череп, недовольно загудевший после последних слов.

— О-о-о! Твоя прости глупого гоблина. Моя не понять, что твоя ведьма!

— Плохая идея, — пробормотал череп.

— А-и-и! — Вика затопала ногами и как следует потрясла офигевшего гоблина. Так, что пресловутая пипетка едва не оторвалась. — Я не ведьма, я — ангел! Сколько раз повторять?!

— Моя первый раз слышит!

— Ничего не знаю. Сейчас как дам!..

Дальнейшего диалога не получилось. И не по причине косноязычия гоблина. Или готовности оскорбленной девушки впасть в боевое безумие. Из-за крон деревьев выскочили три странных летательных аппарата. Заложив крутой вираж, они начали быстро снижаться. И как раз в сторону спутников.

Самым странным в несуразных летающих объектах было то, что они вообще держатся в воздухе. Да еще маневрируют. Больше всего они напоминали примусы с небольшими птичьими крылышками.

— Эт-то что за хрень? — захлопала глазками Вика, уронив гоблина в траву.

Ринар, также развернувшийся в сторону непонятных аппаратов, повращал глазами:

— Ну если по земле перемещаются самоходы, то, очевидно, это самолеты.

— Самолеты? А-а-а!.. — подняла бровь девушка и задумчиво добавила: — Так вот ты какой, северный олень, то есть, тьфу… зеленоморский самолет…

Договорить девушке не удалось. От первого самолета отделилась круглая штуковина и, врезавшись в землю, хлестнула во все стороны плетями заклинания. Магическая бомба ударила совсем рядом с тем местом, где проходил конструктивный диалог. Гоблины разлетелись. Словно капли зеленой жижи после попадания в нее камня. Вику тоже кувыркнуло через голову.

— Вот ты бл-и-и-ин!.. — сплюнув забившуюся в ротик траву пополам с землей, девушка ринулась под сень листвы.

Надежда, что сиреневые кроны дадут укрытие от летающих агрессоров, оказалась напрасной. По всей видимости, самолетами управляли маги — чувствовалось определенное изменение реальности. Что это было — инфракрасное зрение или распознавание движущихся объектов, девушка не разобралась. Ну вернее, и не пыталась. Были задачи поважнее. Факт в том, что ее положение ухудшилось. Вокруг разрывались заклинания, с визгом разбрасывая веера жалящих плетей. Ничуть не менее смертоносных, чем осколки земных бомб. Часть из них, конечно, впивалась в стволы деревьев, оставляя глубокие рваные рубцы. Но лес здесь еще был достаточно редким. И Вике приходилось задействовать воздушный щит. Это спасало от разлетающейся магии. Но не от ударной волны. Причем не простой, а тоже явно магической природы. То и дело девушку кувыркало по земле. А то и впечатывало в ближайшее дерево. Да еще этот Ринар куда-то запропастился! Наверное, по обыкновению, первым же ударом был сбит и теперь мирно полеживает в кустах. Может, подсказал бы, как противостоять этому неизвестному девушке заклинанию. Если обычная стабилизация реальности помогает слабо. А самостоятельно противодействия ударной волне нащупать не удавалось. Ну вот тупо — как? Как уберечься от полетов с растопыренными ногами и руками, если тебя сметает вместе с твоим защитным пузырем?

Один раз девушка попробовала зацепиться магическим якорем за ближайший ствол дерева. Ага, щазз… После того как эта попытка едва не оставила Вику без рук, чуть не оторвавшихся от резкого рывка, она прекратила попытки удержаться за твердую опору. И признала, что все закончилось еще удачно. Потому что это самое дерево вывернулось с корнем, едва не погребя девушку под собой.

Петляя, как безумный заяц между деревьями, Вика в какой-то момент поняла, что бегает по кругу. Ну а как иначе? Если то и дело попадаются поваленные деревья, а в широкие прорехи в листве виднеется голубое небо. Позволяя преследователям без труда находить цель.

Так! Стоп! Она-то тоже не лыком шита. Все же как-никак ангел не из последних!

Вика резко затормозила и развернулась в сторону заходящего в пике гибрида примуса и кофемолки.

Первый огненный шар разбился о корпус самолета без видимого урона. Лишь бессильно полыхнули быстро потухшие язычки пламени. Однако девушка уже изображала из себя пулемет. Фаерболы один за другим с гудением устремились в сторону противника. И на пятом или шестом самолет содрогнулся. А потом рухнул вниз. Словно чугунный утюг.

Земля содрогнулась, и Вика ухватилась за ближайшее дерево, чтобы не упасть. На чувственных губах появилась победная улыбка, но долго торжествовать не получилось. Над головой затрещали сучья, и очередная магическая бомба упала рядом со стройными ножками. По-прежнему очень красивыми. Хоть и исцарапанными и грязными.

«Не стоит задерживаться на одном месте!» — признала Вика свою ошибку, отскребая себя от дерева. Пока ей удавалось быстро переместить уплотненный воздух так, чтобы он служил амортизирующей подушкой между телом и очередным, как правило, жутко твердым, местом приземления. Но запоздай девушка на секунду, и ее размажет по первой же поверхности. Так, что даже Ринар ее костей не соберет. Хоть и некромант.

Второго Вике удалось сбить довольно легко. Видимо, маг почему-то потерял след. Ползущая на бреющем полете медленно, едва не задевая верхушки крон, цель была чрезвычайно удобной. Пара огненных шаров, вбитая в днище, превратила примус в ракету. Стремительно умчавшую сначала в небо. А потом с завыванием, как настоящие самолеты в кино, рухнувшую где-то в глубине леса.

Оставшийся противник оказался хитрее. Или стал осторожнее. И, к досаде девушки, не спешил разделить судьбу первых двух. Ну и заодно продолжал гонять жертву между деревьев. Причем довольно успешно. Вика уже не всегда успевала как следует переложить щит. Ее маечка превратилась в серо-зеленые лоскутки. Шортики из более плотной ткани еще держались. Поэтому измученная, грязная блондинка гонялась по лесу почти топлес. Сверкая норовившими выпрыгнуть в прорехи оголенными грудями. С изрядно поцарапанным и испачканным золотистым загаром. Ну впрочем, шорты были, мягко говоря, маленькими. Так что — да! Ягодицами сверкая тоже.

В один из моментов противник сбросил бомбу особенно близко к Вике. Пролетев несколько метров по воздуху, девушка рухнула в кусты. Ломая ветки головой и плечами. Лишь приподнятая попка осталась вздернутой наружу. Когда выбитый вместе с легкими дух начал возвращаться, голубые глаза сфокусировались на бледно мерцающем оранжевом пятне.

— О, Ринарчик, привет! Я так и думала, что ты где-то отлеживаешься. Ладно, так и быть, дорогой, поспи еще немного, отдохни. А я тут дельце одно закончу. Вот все проблемы вы, мужики, на женские плечи перекладываете! Только уж завтрака в постель, когда проснешься, извини, не будет! И… э-э-э… отвернись. Кажется, у меня одежда опять не совсем в порядке.

Череп проводил поднимающуюся на ноги девушку не совсем сфокусированным взглядом. В котором не было ни одной мысли. Лишь одно отстраненное размышление о вечности. Ну или что-то типа того. Во всяком случае, в этот раз ему было все равно, в каком состоянии одежда блондинки.

Противники достали друг друга почти одновременно. Один из огненных шаров пробил обшивку самолета как раз в тот момент, когда очередное заклинание разорвалось рядом с Викой. Стройное тело взмыло в воздух, чтобы рухнуть на небольшой пригорок. К счастью, растительность на нем словно специально была расчищена многочисленными магическими ударами. Ни пенька, ни сучка. Только рыхлая земля, перемешанная с травой. На этот раз удар заставил помутиться сознание. Только пухлые губки успели шепнуть: «Вот так-то, дорогуша!»

Когда Вика пришла в себя, ее бедро исследовала маленькая зеленая лапка. Не слишком чистая. Не намного чище поцарапанной и испачканной землей золотистой кожи. И что характерно, поднималась все выше. Туда, где узкая джинсовая полоска едва прикрывала предмет вожделения. Брезгливо оттолкнув гоблина, обиженно засопевшего, но не посмевшего возобновить свои матримониальные планы, девушка с трудом села.

Ринар оранжевой кометой со светящимся хвостом метался над перекопанной поверхностью. Видимо, пытался отогнать гоблинов от женского тела, ставшего вдруг доступным. Ну а как же? Если девушка не подает признаков жизни. Только великолепная, полуобнаженная грудь слегка приподнимается в едва уловимом дыхании. Лучший вариант для зеленокожего — можно удовлетворять свои нужды, не встречая сопротивления. Вот только этот дурацкий череп!

Двое гоблинов уже скатились под холм. Один держался за разбитую голову, а второй с ужасом пытался свести глаза на откушенном носу. Еще четверо с воплями улепетывали от разъяренного черепа. Обещая ему, так и быть, поучаствовать. После всех. Ну а если нечем поучаствовать, то хотя бы посмотреть, как управляются с женщиной настоящие сексуальные гиганты. Ринар на уговоры и вопли не поддавался. Пытаясь ухватить подвернувшуюся часть зеленого тела. Наконец ему удалось вцепиться в худую руку.

— Ринар! Фу! Выплюнь сейчас же эту гадость! — крикнула Вика. — А потом с грязными зубами будешь тискаться со мной? Даже не подходи, пока не почистишь свои зубы… А этих надо сразу кастрировать.

Услышав ужасные слова, гоблины мгновенно прекратили сопротивление и попытались слиться с местностью. Попытка была неудачной.

Череп отпустил гоблина, с трепетом глядевшего на ведьму, готовую наказывать за почти невинные шалости самым строгим способом, и повернулся к девушке:

— Я потустороння сущность! Никакая грязь или зараза не может контактировать с этим воплощением.

Вика под взглядом оранжевых глаз зябко попыталась натянуть фрагменты майки на наиболее лакомые местечки. Неудачно. Ткань с треском разошлась, обнажив левую грудь полностью.

— Упс! — сказала Вика и быстро сварганила из остатков ауры новую майку.

Над холмом пронесся разочарованный вздох. Шедший из глубин сразу семи обманутых в ожиданиях душ. И даже Ринар изобразил нечто похожее. Несмотря на полное отсутствие легких.

— Плохой Ринарчик! — надула Вика губки, а потом грозно посмотрела на гоблина рядом с собой. — Пока ты там развлекался с теми четырьмя, этот… — Бровки нахмурились. Зеленокожий попытался уменьшиться в размерах и провалиться под землю. — …Этот уже добрался до моего тела! Вот, блин, с такой-то пипеткой! И без ресторана! На что он рассчитывал? Не понимаю, — уже тише добавила Вика, вставая на ноги.

Ринар на этот раз занял позицию над головой девушки. Грозно посматривая на рассредоточенных вокруг гоблинов, он медленно крутился вокруг собственной оси.

— Ты! — Вика указала пальчиком на предводителя. — Подойди сюда!

Когда зеленокожий с опаской приблизился, девушка принялась его расспрашивать:

— Ты не знаешь мага по имени Векто? Не видел ли ты поблизости чего-то подозрительного? Или не натыкался на лагерь Темных? Откуда эти летающие штуки? Встречали ли вы их раньше?

Под потоком вопросов гоблин недоуменно хлопал глазами, не пытаясь вставить хотя бы слово. Даже Ринар взглянул на него сочувственно.

— Моя забыл, какой первый вопрос, — дрожащим голоском пролепетал зеленокожий.

— Я чувствую неподалеку колдовство. И знаю, что в Сиреневом лесу должен находиться Темный маг по имени Векто.

— Темный… — разом ахнули гоблины. — А наша-то думала, почему они такие злые!

— Кто они?

— Чужаки. Пришли несколько десятиц назад, — заговорил предводитель. — Заняли старый форт эльфов. Гоняют гоблинов, злые! Но наша умный. Мы выкопать яму и лазать к ним в кладовку. Можем твоя провести. Там можно отдохнуть. — Взгляд гоблина стал жалобным и несчастным. — И наша с тобой отдохнуть не мешает. Заодно уж.

— Что-о-о? — Изящная бровь приподнялась. — Я все еще раздумываю, не подвергнуть ли вас кастрации за грязные мысли и поползновения! А ты все не уймешься!

— Прости, госпожа. — Зеленокожий бухнулся на колени, заламывая руки. — Моя ошиблась!

— Ладно, я сегодня добрая. Вон сколько… гм… самолетов сбила. Покрышкин отдыхает! Так что ведите к форту. Мне и вправду надо отдохнуть, набрать силу, прежде чем встречаться с этим Векто.

— То есть ничего крушить и разрушать не будем? — осторожно поинтересовался Ринар.

— Не будем, — пожала плечами девушка. — Осторожненько разыщем мага и в спокойной обстановке, без лишних свидетелей, его расспросим.

— Чудесный план! — преувеличенно восхищенно постучал зубами Ринар. — Надеюсь, в нем учтена охрана, ловушки и собственно сила мага? Ты хоть имеешь представление, какой круг у Векто?

— А! — беззаботно махнула рукой Вика. — Там разберемся! Что, я на мужиков управу не найду? Коленки покажу, декольте посверкаю. И бери его тепленьким.

— Хм… А ты уверена, что ситуация будет располагать? К коленкам и декольте?

Вика с неохотой пробормотала:

— Ну посмотрим… Будем решать проблемы по мере их наступления.

— Обожаю, когда планы строят блондинки, — тихо, но так, чтобы Вика услышала, проворчал Ринар. — Главное — все логично, безупречно и не оставляет никаких сомнений в успехе.

— Спасибо за поддержку, дорогой! — пропела Вика беззаботно, а потом обратилась к предводителю гоблинов: — Вы двигаетесь впереди. И чтобы все на виду были! И, кстати, где мой кошелек? То есть, тьфу, сумочка… А, вон, вижу!

— И еще! — Девушка строго поглядела на гоблинов. — Вдруг мне правда придется соблазнять мужчин. Для этого необходимо помыться. Есть здесь хоть какое-нибудь озеро? Только смотрите у меня: если хоть кто-то обернется, пока я купаюсь, кастрации вам не избежать!

— Есть, госпожа! Твоя будь спокойна. Лучше не подсмотреть немножко, но оставаться без кастрации с сильным бравым мужским пыл!

Гоблины беспорядочной толпой двинулись вперед. Вика с летящим над левым плечом черепом — за ними. Очень скоро спутники выбрались на хорошо утоптанную тропинку.

— Меня мучает один вопрос… — задумчиво пробормотал Ринар, чуть отстав и любуясь на стройные ножки и женственные бедра, выписывающие сложные умопомрачительные движения. — Как ты от самолетов на шпильках бегала?

Вика вздохнула:

— Ой, и не спрашивай. Как козочка!

— Так и знал! Коза… Хе-хе! Хе-хе-хе…

Форт открылся неожиданно. Только что неширокая тропа, ведущая от озера с кристально чистой теплой водой, петляла между деревьями. И вдруг перед путниками открылась высокая башня. Как любое эльфийское строение, она была изящной. Устремленной резным шпилем в небо. С какими-то балкончиками и стрельчатыми бойницами. Непосредственно форт был пристроен к башне. И был также каким-то игрушечным, с искусно выполненными зубцами и узорными карнизами.

Гоблины свернули с тропы и через несколько минут привели девушку с черепом к широкой яме.

Вика осторожно подошла к краю и, вытягивая шейку, посмотрела вниз. Обернулась к предводителю и состроила брезгливую гримаску:

— Нам надо туда? Я же вся изгваздаюсь в земле! Как я буду соблазнять Векто с грязными коленками?

Гоблины, не обращая внимания на стенания девушки, столбиками посыпались вниз. Повздыхав немного, бросая жалобные взгляды на Ринара, Вика соскользнула по откосу следом.

Лаз оказался узким и низким. Ну нора она и есть нора. Ползущая на коленках девушка ворчала:

— Гадкий Ринарчик! Мало того что ты меня вытащил из моего мира! Мало того, что из-за тебя я получаю каждые полчаса приключения на свою любименькую попочку. Мало того, что приходится расхлебывать все самой. Так еще вместо того, чтобы освещать мне путь, ты умудрился остаться сзади. И теперь пялишься! Ну и как зрелище? — добавила Вика с сарказмом.

— Просто потрясающее! — откликнулся Ринар. — Очень романтично. Особенно в оранжевом свете. Разве что зря ты съезжала в нору на пятой точке. Это немного портит весь вид. Хе-хе-хе!

— О! О-о-о!.. Убью мерзавца! Ему даже не стыдно! Подлец! Ну дай только выбраться отсюда! Лучше и не вылезай из норы!.. Эй! Вы что это задумали?

Лаз закончился, и Вика наконец смогла поднять голову. Чтобы увидеть предводителя гоблинов с занесенной дубинкой. В следующий момент дубинка опустилась. Полутьма низкого помещения озарилась яркой вспышкой, после чего упала кромешная тьма.

Очнулась Вика со страшной головной болью и острым чувством досады. Шишка на темечке пульсировала огнем. Этого было мало. Девушка была распята лежа на каком-то явно пыточном устройстве. С нее сняли одежду и надежно прикрутили широко раздвинутые ноги и растянутые руки. Изображать пятиконечную звезду, да еще без одежды, показалось Вике не слишком приятным занятием. Но едва девушка попыталась изменить реальность, чтобы избавиться от ремней на лодыжках и запястьях, как на горле запульсировал магический ошейник. «Опять!» — простонала про себя девушка. Аура снова была надежно заблокирована. Только в предыдущий раз она хоть и считалась преступницей, но находилась в руках цивилизованной Стражи. Теперь все было гораздо готичней. Почему готичней? Потому что помещение действительно больше всего напоминало пыточную камеру. С высокими сводчатыми закопченными потолками. С горящим камином, в котором лежало несколько огромных щипцов. С непонятными агрегатами устрашающего вида. И наконец с непременными цепями, развешанными тут и там. Готика в самом конкретном и неприглядном виде.

Где-то недалеко, по всей видимости за дверью, послышались голоса. Визгливые — гоблинов и бас неизвестного.

— Ну, Векто, наша приволочь ее тебе! Неужели твоя в награду не давать и дальше лазить в кладовку?

— Вот еще! Я был очень недоволен, когда мне доложили, что зеленокожие крадут припасы. И уже собирался отправить летунов вас выслеживать. Ваше счастье, что объявилась девчонка и пришлось послать летунов уничтожить ее, а не вас. Второй раз вам повезло, когда оказалось, что девчонка — сильная ведьма и может успешно обороняться, оставив меня без летунов. А в третий — что догадались притащить ее ко мне. И кто только такую умную мысль вложил в ваши тупые головы? Безусловно, я бы справился и сам, но за ее пленение вам и дарована жизнь. С условием, конечно, что вы будете обходить форт стороной.

Гоблины с досадой завизжали:

— Дай наша хотя бы попользоваться девкой. Твоя все равно ее собираться убить!

— Я передумал. Мне она понадобится живой и желательно здоровой — хорошая будет замена.

— Ну наша тихонечко, — заскулили гоблины. — Сильно ее не попортить! Даже шкурка будет цела.

— Я не желаю терпеть ваше присутствие здесь. Пошли вон! Охрана! Выкиньте этих из форта.

Послышались звуки борьбы, скулеж, пара крепких словечек и удаляющийся визгливый голос:

— Ну спустить хоть девку на веревке со стены… Наша тогда не будет в форте… Ну пожалуйста…

— Извращенцы озабоченные, — пробормотала Вика и заизвивалась в путах, стараясь принять некое подобие изящной позы. Хоть она и оказалась в голом виде и обнаженном безобразии, но выбора не было — надо использовать то, что есть. Если Векто на нее западет и не решит просто изнасиловать, то возможны варианты с использованием разных женских штучек. Очарования, сексапила, шарма, кокетства. Ну или попросту, если все это не поможет — коленом по яйцам. Главное, чтобы ее развязали!

Открылись двери. Жутко тяжелые и большие, судя по натужному скрипу петель. И в поле зрения девушки попал Векто. Темный маг вполне вписывался в обстановку. Сутулый. В черной одежде, балахоном спадающей до самого пола. С длинными черными волосами. И вполне демонического вида лицом, на котором особенно выделялись крючковатый нос и горящие безумием глаза. Девушка было затосковала — соблазнять такого как-то резко расхотелось. Ну вот даже для спасения жизни — не лежала душа, и все тут. Однако впасть в уныние ей не дал испуг — взгляд упал на огромное мохнатое существо, протопавшее к камину. Рост существа был локтей семь. Огромные покатые плечи. Толстые руки, заканчивающиеся четырехпалыми ладонями. Напоминающие скорее ковши экскаватора. Низкий лоб, маленькие глазки, огромный рот.

— Ой! — сказала Вика, не в силах думать ни о чем другом, кроме того, что она находится в одном помещении с таким монстром. Да еще привязанная.

— Горный тролль… — пророкотал Векто, внимательно наблюдая за проявившимся испугом на мордашке девушки. — Они меньше по размерам, чем лесные, поэтому могут перемещаться внутри помещений с высокими потолками и дверями. Тупое и жестокое существо. И очень послушное, если произвести кое-какие манипуляции с его мозгом. Конечно, послушное только хозяину. И если я сейчас прикажу троллю изнасиловать тебя, он сделает это без сомнений, а возможно и с удовольствием. Представляешь, что после этого случится с твоим естеством?

Девушка нервно сглотнула:

— Я готова к сотрудничеству! Любому! — Вика кокетливо наклонила подбородок к обнаженному плечику и многозначительно захлопала глазками. На фоне перспективы послужить для забав тролля, идея соблазнить Темного мага неожиданно оказалась весьма привлекательной.

— Вот и чудесно. Как я уже говорил, ты мне нужна относительно здоровой. И мне не нужны попытки покончить с собой или нанести себе какие-либо увечья. Конечно, я и так постарался бы исключить членовредительство, но, имея дело с тобой, хочу иметь дополнительные гарантии. Так что помни о том, что троллю все равно, в каком виде ты ему достанешься.

Вике не понравились разговоры о суициде и членовредительстве. Как-то это не слишком вязалось с планами по соблазнению Векто. В конце концов, он не производил впечатления человека с комплексами. Ну не думал же он, на самом деле, что девушка решится покалечить себя, но не допустить до тела? К тому же, согласно народной мудрости, связанная женщина в предварительных ласках не нуждается. Значит, магу требуется от нее что-то еще. Что-то, что может заставить ее подумать о самоубийстве. Вика поежилась. Какая-то мрачная перспектива стала вырисовываться после последних слов Темного.

— Звучит как-то не очень, — призналась девушка, настороженно глядя на мага.

Векто пожал плечами:

— Хозяин все равно приказал тебя убить. Так или иначе, тебе придется умереть — на орудии тролля или на жертвенном алтаре.

— Ты хочешь принести меня в жертву? — ужаснулась Вика, а потом томно провела кончиком языка по верхней губе. — А может, найдешь мне другое применение?

— То, что ты предлагаешь, меня не интересует. Меня интересует только сила! Я изобрел обряд, с которым со смертью женщины я получу новые способности в создании реальности. Мне нужна именно женщина с ее возможностью дарить новую жизнь. Я выйду на следующий уровень. И это стоит гораздо больше, чем то, что ты можешь дать мне живая.

— Печалька… Что тебя это не интересует, — закусила губку девушка и пробормотала в пространство: — Что же мне теперь делать-то?

— Покориться и постараться не растратить жизненные и магические силы. Чем лучше ты себя будешь чувствовать, тем больше силы я получу. И, повторюсь, не пытайся повредить себе. Я буду очень зол, если ты что-нибудь с собой сделаешь, а тролль обычно хорошо чувствует мое настроение.

Вика скривилась:

— Клево.

— Ну что ж, мне надо снять мерки, чтобы изготовить алтарь. — Векто гнусно ухмыльнулся. — Обещаю, тебе будет на нем удобно.

— Хи-хи, как смешно! — Вика гордо дернула плечиком и показала язык.

— Лежи смирно. Обряд требует точности. И соответственно — измерения тоже.

Темный маг действительно достал мерную нить и принялся измерять как тело девушки, так и расстояния между путами. Полученные данные он сбрасывал движением кисти на желтоватый лист, висящий в воздухе. Вика, конечно, не горела желанием помогать Векто. Она извивалась, шевелила ладонями и ступнями. Вертела головой. Недолго. Ровно до того момента, пока Темный не пробормотал: «Хочешь поменять это ложе на брачное ложе тролля?» На какое-то время Вика угомонилась, но спустя минуту невинно поинтересовалась:

— А кстати, кто у нас «хозяин», о котором ты упоминал?

— Мурохх, — не отвлекаясь от своего занятия, бросил Векто.

— О! Так ведь он мертв! Значит, его распоряжение относительно моей смерти отменяется! Может, отпустишь меня? А?

— Во-первых, мне все равно нужна жертва. А во-вторых, Мурохх не мертв. Во всяком случае, в том смысле, который ты вкладываешь в свои слова.

— А, черт! Не прокатило! — закусила губку Вика. А потом до нее дошло, что сказал Темный. — Как это? Как это? Я лично видела его без головы в луже крови!

— Ну и что? Оргнара произвела необходимый обряд, и Мурохх стал личем. Он не мертв. Хотя и не совсем жив…

— Не поняла. Гномка же собиралась куда-то уезжать, когда еще голова Мурохха плавала в крови на его собственном столе. Я ей едва не прищемила хвост на вокзале! Или она успела провести обряд за полчаса? Это такой простой обряд?

— Она просто бронировала место для него на монорельс. После воскрешения в новой сущности Мурохх должен был отправиться в замок на краю Зеленоморья. Потом Оргнара вернулась в офис и начала подготовку. — Векто с чем-то вроде любопытства поглядел на девушку. — Большая удача, что мои летуны тебя не убили. Может, это глупые предрассудки, но надеюсь, что и твоя удача ко мне перейдет. Это же надо! — Векто хмыкнул. — По заданию Мурохха я натравливал на тебя Абир-Айе, наплел ей, что провел один обряд, и знаки сказали об опасности, исходящей от тебя. А потом уже сам Мурохх послал арахниту, пытался сдать Страже, чтобы они закрыли тебя на несколько дней, ты сцепилась один на один с Оргнарой с ее знаменитым водным ожерельем… И ты до сих пор цела. И все это время жутко мешала Мурохху. Из-за твоих поисков Копья Подгорных Властителей ему пришлось раньше времени умертвить свою человеческую сущность. Когда еще потенциал изменения реальности не достиг максимума. Да еще впопыхах, не соблюдая всех мелочей и нюансов. И не в строго определенном месте. Где необходимая трансформация реальности наиболее оптимальна. Даже Копье пришлось забирать с помощью порталов туда и обратно.

Векто бормотал, не прекращая манипуляций с телом Вики. К ее облегчению, только поверхностных.

— Мурохх-то сначала думал, что ты просидишь в околотке дней пять хотя бы. Как раз за это время он должен был не спеша подготовить свое перевоплощение и прибыть к тайнику с Копьем Подгорных Властителей. А когда узнал, что тебя скоро выпустят, использовал козырь — арахниту. Но ты умудрилась выжить и даже снова объявиться у его офиса. Тогда он решил подставить тебя, чтобы глупую девицу уж точно арестовали. Но ты вместо того, чтобы сообщить в Стражу об убийстве, вдруг помчалась на станцию…

— Я просто расслоила отпечатки аур и выяснила, что каким-то образом получаюсь убийцей. Кстати, а как Мурохх это сделал?.. Подменил отпечатки аур? Эй-эй! Ты что творишь? Поаккуратнее там!

Векто пожал плечами, измеряя расстояния между сосками, а также между пупком и лобком:

— Как-то сделал, он сильный маг и единственный в Зеленоморье умеет подделывать любые ауры. Мне интереснее, как ты смогла прочитать следы с такой слабенькой аурой?

— И не такая уж она слабенькая, — обиделась девушка. — Кстати, ты еще не упомянул про одного орка, который оказался в заброшенном городе.

— А-а-а… Плеть? Этот уголовник? Мурохх послал его просто для того, чтобы никто не догадался, что Копье Подгорных Властителей у него. Сама понимаешь, если Мурохх разыскивает артефакт, то все будут думать, что он точно не у него. Особенно нужно было запудрить мозги Абир-Айе. Она тоже носится с идеей маскировки ауры… Ну и был шанс, что орк прибьет тебя раньше Ведьмы. С него сталось бы.

Вика какое-то время переваривала полученную информацию. Потом взвилась:

— Вот гад! Убью! Так еще и Копье Подгорных Властителей у него?

Темный прижал бьющуюся девушку к станку:

— Ну-ка тихо! Остались последние измерения. — Он продолжил свою работу. — Конечно, Копье Подгорных Властителей у Мурохха. Ну а как же иначе Оргнара, не такая уж сильная ведьма, смогла бы провести обряд изменения сущности Мурохха?.. Ну вот и все! Параметры сняты, можно приступать к работе.

— Погоди-погоди! — заверещала девушка. — Мурохх же не был магом! Как ему удалось стать личем? И вообще, как он узнал обо мне? О моем появлении? О моих планах? Каким образом я могла помешать его планам? Настолько, что он решил меня убить?

— Все! — равнодушно бросил Векто. — Мне некогда болтать с тобой, нужно к рассвету закончить алтарь. Единственное, что могу сказать, — ты глупа. Я уже говорил тебе, что Мурохх открыл способ менять ауры. Вот ответ на один из твоих вопросов…

Темный взялся за пряжку ремня на лодыжке стройной ножки.

— Сейчас я тебя освобожу, и тролль отведет тебя в темницу. И без глупостей. — Векто многозначительно показал глазами на тролля. Вика неохотно кивнула.

Темный маг посмотрел, как тролль тащит на магическом поводке слабо упирающуюся обнаженную девушку, и пробормотал:

— Все же как удачно, что Мурохх подстраховался и дал девчонке наводку на Сиреневый лес и на меня. Лучшей жертвы и желать нельзя, а он хотел, чтобы я ее просто убил…

Мерава уже потеряла счет не только часам, но и дням, проведенным в темнице. Прикованная к стене толстыми цепями, девушка давно перестала обращать внимание на окружающее. Она не замечала похотливых взглядов слуг Векто, иногда подходивших к решетке, чтобы полюбоваться на ее обнаженное тело. Ее не волновало, что организм перестал принимать обычную пищу и что ее жизнь поддерживается только заклинаниями Темного мага. Она свыклась с мыслью о близкой, не слишком приятной смерти. Впрочем, смерть придет все равно. Так или иначе. Только одно заставляло Мераву сожалеть: потеря дара. Девушка была выжата досуха, не ощущая ни малейшей искры былых способностей.

И вот в один из никчемных дней Мерава вдруг встрепенулась. Вроде все было по-прежнему. Тусклый свет едва разгоняющих тьму светильников. Решетки, отделяющие темницу от остального подвала. Единственная отдушина для свежего воздуха — дыра в камне под самым потолком. Тем не менее Мераве показалось, что приближается спасение. Может, не дара, но хотя бы жизни. Девушка даже подняла голову, чтобы взглянуть на подошедших к решетке. Однако ее надежда тут же погасла. Тролль привел новую пленницу. Определенно слабая надежда была как-то связана с обнаженной девушкой на поводке у монстра. Но как последнее чаяние соотносится с появлением пленницы? Что может сделать с тем же Векто эта хрупкая изящная блондинка? Даже если держится уверенно и с достоинством, несмотря на полную обнаженность. И аура ее не слишком сильная. Ну пусть и какая-то странная — розовая с черными искорками.

Несмотря на разочарование, Мерава не опустила голову, наблюдая, как тролль легко берет девушку за живот своей лапищей. Приподняв пленницу, он зажал на тонких запястьях браслеты. Никаких замков, никаких запоров. Просто согнутая чудовищной силой полоса толстого металла. Затем тролль проделал то же самое с изящными лодыжками.

Когда чудовище ушло, блондинка повернулась к Мераве, подмигнула и сказала:

— Привет, подруга!

К своему удивлению, Мерава не впала снова в тоскливое оцепенение. От девушки исходило какое-то удивительное сияние. Которое без труда разгоняло хандру и уныние. Это не была магия. Но внутренняя безмятежная сила чувствовалась даже на расстоянии.

— Я вижу, тебе бы не мешало позагорать на солнышке, — улыбнулась девушка. — Или в солярии побывать. Да и на фотоэпиляцию стоило бы походить. Ты где была последние тридцать лет? Такие интимные прически давным-давно не в моде!

Мерава с неожиданным для себя интересом оглядела тело девушки, а потом свое. Контраст между золотистой и бледной кожей был разительным. Как и полностью голый лобок новой пленницы по сравнению с густой порослью самой Меравы.

Вика, смеясь про себя, увидела, как подвешенная рядом сестра по несчастью с удивлением оглядывает свое тело. Как бы то ни было, своего она добилась: из глаз исхудавшей девушки исчезли пустота и равнодушие.

— Меня зовут Вика. А тебя?

— Я — Мерава.

— И что будем делать? — спросила Вика, проверяя на прочность цепи. Цепи, как ни странно, показались ей прочными. Ну а чего же еще можно было ожидать? Если каждое звено величиной с кулак.

— Не знаю, — поникла головой Мерава. — На рассвете Векто принесет меня в жертву.

— Расслабься, подруга. Сдается мне, Векто подобрал тебе замену.

— Почему ты так решила, Вика? — Мерава нашла в себе силы удивленно пожать плечами.

Вика тряхнула белокурой головкой, отчего все ее обнаженное тело немного поболталось в цепях. Вызывая скрип и звон свободных звеньев.

— Ха! Уж я-то знаю, потому что тебя заменят мною! Так что можешь радоваться.

Мерава радоваться не спешила. Даже наоборот — несколько подувяла.

— Ты чего, подруга? Жалеешь, что не сможешь принять участие в ритуале?

— Нет, дело не в этом. Просто мой дар ушел, и моя жизнь уходит вслед за ним. Ты, наверное, знаешь, что смысл жизни любого прорицателя, а тем более такого сильного, как я, в предсказании вероятностей будущего. Поэтому я все равно умру, и мне очень жаль, что ты погибнешь вместо меня.

— Глупости! — Вика, несмотря на то что была подвешена в обнаженном виде на толстых цепях, излучала уверенность. — Во-первых, я пока умирать не собираюсь. У меня здесь еще незаконченное дельце. Да и домой хочется. Ну повидаться с близкими, во всяком случае. Да и сексом в вашем мире хотелось бы уже наконец заняться! — Девушка на мгновение живописно задумалась. Склонив головку и романтично поведя плечиками. — Во-вторых, все как раз наоборот!

— Что наоборот? — изумилась Мерава, утратив нить рассуждений Вики. Кроме того, ей показались удивительными рассуждения о сексе. Учитывая то, что они находятся в полутемном подвале, прикованные к шершавой стене ржавыми цепями. У нее, правда, всплыли откуда-то в мозгу слова «озабоченная блондинка», но она была гораздо тактичнее Ринара. Только он мог такое брякнуть вслух.

— Наоборот — это значит, что если из тебя энергия бьет ключом, то и любые развлечения тебе по плечу. Даже такие странные, как предсказания будущего.

— То есть ты хочешь сказать, — попыталась перевести слова Вики Мерава на более понятный для себя язык, — что если есть жажда жизни, любовь к жизни, то способности вернутся?

— Ну как-то так… — Вика покрутила кистью, насколько позволял браслет оков. — Кстати, я думала, что у вас-то тут никаких предсказателей нет. Что маги быстро выводят мошенников на чистую воду.

— Что? — переспросила обкатывающая новую для себя мысль Мерава. — А… Нет, мы не мошенники. Тех-то точно выводят на чистую, как ты говоришь, воду сразу. А мы, умеющие предсказывать, просто видим варианты реальности, когда ее собираются как-то трансформировать. Ну например, если ты подкинешь денежное кольцо, то можешь совершенно четко предсказать, что оно упадет либо на одну плоскость, либо на другую. Что-то типа того происходит со мной, если какой-то маг собирается применить магию. В достаточно сильном заклинании, способном создать рябь на реальности. Вообще прорицатели встречаются редко и не могут предсказывать будущее с достаточной степенью реализации. Это считается невозможным. Но я — умею. К сожалению, чем больше массив вероятностей, тем большую жизненную силу забирает у меня прорицание.

— То есть ты хочешь сказать, что можешь легко предугадать: будет так или так?

— Не совсем. Я вижу самые четкие нити преобразованной реальности. Без подробностей, конечно, но могу сказать — может быть так. А может иначе. Либо еще вот так.

— Ну вот, например, если какой-то маг создает себе коня… Ты, допустим, видишь, что смерть этого мага придет от созданного существа. Конечно, коня отсылают подальше — чтобы не затоптал хозяина, не сбросил его, не подвел в бою. А когда бедный коняка дохнет, оставив после себя только косточки, из его черепа выползает ядовитая змея и кусает пожелавшего навестить могилку мага в ногу?

— Такие нюансы мне не под силу. Но я смогу утверждать, если действительно увижу подобные вероятности, что либо вблизи коня мага поджидает опасность, либо ему грозит гибель после смерти коня.

— А-а-а… — разочарованно протянула Вика, уже видя себя выигрывающей раз за разом в лотереи и тотализаторы. — И что же ты такого предсказала, чтобы лишиться дара и оказаться здесь?

— Мурохх собирался изменить свою сущность при помощи артефакта, называющегося Копьем Подгорных Властителей. Это должно стать очень сильным возмущением континуума. При таких мощных вибрациях видеть вероятности было очень легко… Он хотел стать личем. Обрести могущество, подобное силе трех Ведьм. И только один человек, вернее женщина со странной двойной сущностью могла ему помешать. Женщина, которая должна была родиться зрелой. Рядом с Копьем Подгорных Властителей. И прежде чем начинать трансформации, Мурохху следовало устранить эту женщину или хотя бы на время ограничить ее свободу. При невыполнении этого условия все вероятности сходились в точке, где его настигала смерть. Мало того, я увидела, что даже если Мурохху удастся перевоплотиться, то все равно ему надо избавиться от нее… — Тут по щекам Меравы потекли слезы. — Это страшный разумный — Мурохх. Он держал меня пленницей пять лет, пока мой дар набирал силу. А как только я потеряла способность к прорицанию, отдал меня Векто. Но самое ужасное, что он сразу после предсказания решил убить невинное дитя. Со взрослым телом, но не видевшее жизни и совсем невинное.

Вика состроила гримаску:

— Так вот кому я обязана приключениями на свою любимую сладкую попочку! — Девушка хитро прищурилась и взглянула на Мераву. — Расслабься, подруга, это дитя не совсем уж невинное. Ангел, конечно, и не совсем падший, но который по грязным мыслям может дать фору иному демону!

— Ты хочешь сказать, — распахнула глаза Мерава, — что ты та самая женщина?

— Ага.

— Но это значит, что Мурохх добился своего! Через несколько часов Векто начнет ритуал! И ты не боишься?

— Да я вот раздумываю, не пора ли начинать беспокоиться. Особенно напрягает отсутствие одного извращенца…

— Извращенца? — испуганно вскинулась в оковах Мерава.

— Ну да. Есть один такой. Он, конечно, мог бы что-нибудь посоветовать или даже предпринять. Хотя обычно от него толку как от козла молока. Но все же, если он еще не появился там, где висят на цепях две голые девушки, скромно говоря, с не самыми плохими формами, значит, с ним могло что-то случиться. Ты не переживай, подруга. Он по части только посмотреть. До дела ему не добраться. Нечем…

Девушки проболтали еще долго. И мужчинам совершенно неинтересен их дальнейший диалог. А женщинам достаточно вспомнить любой свой разговор с близкой подругой. Шмотки, гинекология, мужчины. (Впрочем, последнее было скорее монологом. Сами догадайтесь чьим.) Рецепты низкокалорийного питания, уроды-начальники, в каковые со стороны Меравы был единогласно зачислен Мурохх, последние веяния моды, мужчины-сволочи (см. предыдущее примечание), милые котятки, ювелирные украшения и наконец учитывая специфику этого мира, заклинания и бытовые магические приборы…

Глава 9

В маленьком далеком окошке под потолком уже побледнели звезды, когда в подвале раздались шаги. Легкие. Такие, как и должны быть у хищника. Пусть и такого крупного, как горный тролль.

Отомкнув решетку, чудовище подошло к висящим на цепях девушкам. Нить от ошейника Вики беспорядочно колыхалась в слабых магических потоках, но стоило троллю протянуть в ее сторону огромную лапищу, мгновенно прилипла к толстым пальцам. Только после этого тролль разжал толстые полосы металла, служащие оковами.

— Отставить беспокойство, — пробормотала Вика. — Да здравствует паника. А-а-а!!!

Девушка замолотила кулачками по бедру тролля, едва оказалась босыми ножками на холодных плитах.

— Дубина стоеросовая! Плюшевый мишка-переросток! Я хочу писать! А потом мне не мешало бы подкрепиться. А еще я всю ночь не спала! У меня ноги мерзнут! И как насчет последнего желания приговоренного? Душ! Я хочу принять душ!

Тролль невозмутимо приподнял хрупкую фигурку на магической удавке. На пыл Вики это повлияло мало. Как только ее поставили на пол, девушка прокашлялась и возобновила попытки пробить кулачками толстую мохнатую шкуру.

По всей видимости, троллю было строго запрещено причинять вред здоровью будущей жертвы. Некоторое время монстр раздумывал. Ну по крайней мере, следы нелегких размышлений явственно отразились на заросшей шерстью морде. Непростая проблема — как доставить девушку невредимой, когда она яростно сопротивляется и даже, кажется, дерется, — заставила тролля посопеть. Почесать трудно различимый затылок. Потом почесать подмышку. Вытянуть узкие губы трубочкой. После чего зарычать. Ничего из вышеперечисленного на жертву не действовало. Она никак не хотела угомониться и разрешить задачу в пользу добровольного шествия на заклание. Наконец чело тролля озарила мысль. Что характерно, светлая и правильная.

Толстая лапа сграбастала Вику поперек туловища и вздернула, прижав к боку. Тролль победно проревел, явно гордясь собственной смекалкой, и понес свою брыкающуюся ношу попкой вперед к выходу из подвала. Вика еще поболтала в воздухе стройными ножками, поколотила непробиваемую шкуру. Но без первоначального напора. В конце концов она сказала: «Рррр!..» Уперла локоть в изгиб бедра тролля. Подперла щечку ладонью одной руки. Помахала плачущей в оковах Мераве другой. Это была капитуляция — с недовольным видом, с болтающимися под мохнатым локтем ножками, со сверкающими по пути неприкрытыми прелестями Вику без труда транспортировали к жертвенному алтарю.

— Романтичненько, — сказала Вика, когда тролль сгрузил ее на алтарь.

Каменное возвышение, на которое монстр шлепнул девушку голой попкой без каких-либо сантиментов, находилось посередине большого зала. Окна были завешены плотной материей. Но в зале было светло. Вокруг алтаря светилось множество разноцветных магических сфер. При этом они были расположены, как могло показаться, хаотично. Но, возможно, в этом была какая-то система. Шары, объединенные в группы, лежали на полу. Взбегали по стенам. А некоторые, словно воздушные шарики, наполненные гелем, качались под потолком.

— Милый! — проворковала девушка, обращаясь к Векто, который возился у алтаря. — Ты такой романтичный! Неужели это все ради меня? Я просто потрясена! Никогда не бывала на таком сногсшибательном свидании!

Темный на сарказм не ответил. Лишь кивнул троллю. И тут же Вика поперхнулась очередными словами. Огромный палец ткнул ее в живот, заставив распластаться на жесткой поверхности. Обхватив тонкую талию пятерней, тролль, словно кукольное, повозил обнаженное женское тело по алтарю, пока не нашел такую точку, где на шее Вики захлестнулась жесткая кожаная петля. Выросшая из камня. Вдобавок к магической удавке.

Отпустив талию, тролль схватился за золотистое бедро. Столь же бесцеремонно, как и прежде всем телом, Вику теперь возили по шершавому камню попкой. До тех пор, пока талия не оказалась пристегнутой к алтарю таким же образом, что и шея. Затем наступил черед лодыжек и запястий, и в заключение кожаная петля стянула лоб. Вика оказалась зафиксирована с широко разведенными руками и ногами на ровной поверхности.

Векто наконец закончил манипуляции возле основания алтаря и встал в изголовье. Вика подняла на него глаза. Под самые брови — скованное тело не позволяло не то что двигаться, даже шевелиться.

— О, милый! Я, конечно, люблю пожестче… Ну там всякие игры со связыванием… Но не слишком ли мы торопимся? Может, для начала что-нибудь более классическое? А-а-а!..

Девушка взвизгнула, когда Векто сделал пасс руками, и несколько светящихся сфер вдруг упало из-под потолка, превратившись в иглы. Падение резко прекратилось лишь в считаных сантиметрах от кожи девушки.

Темный маг недаром тщательно вымерял пропорции тела Вики. Острия игл теперь были направлены весьма точно. В места, где предплечья переходят в ладони. И где заканчивается подъем ступни. В локтевые и коленные суставы. В аккуратный пупок. В сердце, гортань, глаза. Но особенно девушке не понравились иглы, направленные в соски и между ножек.

Состроив гримаску, Вика разглядывала себя опущенными, насколько это позволяли обстоятельства, глазами.

— Да ты извращенец, милый! Боишься, что не можешь удовлетворить девушку? Только знаешь, как-то я в сомнении, что эти штуки тебе помогут!

Векто несколько раз шумно вздохнул.

— Умолкни, женщина! Ты мешаешь мне сосредоточиться!

Напряженно стиснув зубы, Темный сделал новый пасс. Иглы завибрировали, словно в нетерпеливом ожидании момента, когда они смогут впиться в податливую плоть.

— Знаешь, милый, мне пришло в голову, что мне становится с тобой скучно. Ну вот сам посуди. Абсолютно точно в таком же виде я была на первом свидании с тобой. Я понимаю, что тебе понравилось, но о девушке ты подумал? Может, придумаешь, как расположить меня по-новому? А то как бы нам не потерять новизну отношений!

— Тогда я тебя только измер… О-о-о, демоны!

Векто взревел, когда контроль над вибрирующими иглами ослаб. И они, вновь превратившись в сферы, вспорхнули к потолку. Никто не заметил, как шевельнулась портьера и в зале стало на одну сферу больше. Оранжевую.

Оранжевая сфера слетела вниз. Зависнув перед кипящим от ярости Темным магом. И над распластанной стройной фигуркой. А затем развернулась к Векто лицом. Ну или что там было у Ринара.

— Ну что, Темный? Ты убедился, как с ней тяжело? А ведь ты знаешь ее совсем недолго. Представляешь, каково мне? Ну блондинка она! Что еще сказать? Да вдобавок озабоченная по самое никуда! С другой стороны, ты и правда редкостный извращенец!

С последними словами череп резко ускорился, впечатавшись в лицо ошеломленно хлопавшего ресницами мага. Векто отлетел на несколько шагов, сшибая спиной сферы, разбрасывающие снопы искр. Его нос был сломан, передние зубы выбиты. На какое-то время Темный выпал из событий, ослепленный вышибающей сознание болью. Чем и воспользовался Ринар. Не обращая внимания на зашевелившегося тролля, он спикировал к алтарю и принялся вспарывать зубами кожаные ремни, удерживающие стройную фигурку.

Едва верхняя часть была освобождена, как Вика села и уперла руки в бока:

— И где ты шлялся, дорогой?

Прищуренный глаз, заломленная бровь. Все напоминало жену, встречающую загулявшего мужа. К тому же за непроницаемыми портьерами начинался рассвет. Как бы намекая на жизненность этой сцены.

— Хохт хых хахихен хахихехки, — прошамкал Ринар, перетирая зубами последний ремень на лодыжке.

— Форт был защищен магически? — перевела Вика. — А как ты забрался сюда сейчас? Подумай, прежде чем ответить. Если объяснение меня не устроит и это было легко, тебе не поздоровится!

— Векто забрал всю энергию для ритуала. Защита была только на окнах и дверях. Но когда ты его разозлила, он, пытаясь обуздать пошедшую вразнос реальность, снял и ее. Уболтала ты его!

— О! А я-то молола всякую чушь от безысходности! О-о-о! А оказывается… Какая умница-девочка! — Вика погладила себя по голове. Но тут же взвизгнула и кубарем скатилась с каменного алтаря. До тролля, переводящего недоуменный взгляд с катающегося по полу хозяина на увлеченно болтающую парочку, наконец дошло, что что-то идет не так. И он попытался сграбастать освободившуюся жертву. Неудачно. Хрупкая фигурка просочилась между ладонями и оказалась с другой стороны камня. Тролль отлично знал, что ему нельзя дотрагиваться до алтаря. Поэтому он попросту перемахнул его, мягко опустившись в нескольких метрах. В горах приходилось делать и не такие прыжки!

— Как мне снять магическую удавку? — Вика быстро перемещалась на четвереньках, пытаясь снова оставить алтарь между собой и чудовищем.

— Если Векто приверженец школы жертвоприношений, то его заклинание лишения магической силы может иметь один существенный изъян. — Череп, как в старые добрые времена, плыл над левым плечом. Несмотря на то что девушка перемещалась не совсем обычным образом. — Сильные ведьмы не могут направить преобразование реальности вовне, но могут изменить себя.

— Я не ведьма!

— Ангелы тоже могут!!! — рявкнул Ринар. — Я рассказывал тебе, что это очень сложно, но, похоже, выбора у тебя нет.

— Что надо делать-то?

— Усиление мышц, костей. Увеличение реакции и болевого порога.

— Где же ты, такой умный, был раньше?.. Мама!

Тролль опять совершил гигантский прыжок и развернулся. Грозно поглядел на скорчившуюся под алтарем девушку. Грозно настолько, что ее первой мыслью было начинать прощаться с жизнью. Причем так быстро, насколько это возможно. Какое там «вся жизнь промелькнула перед глазами!» Успеть бы вспомнить последний оргазм!

Тролль размахивался своей огромной лапищей медленно. Широко. От души. Так, чтобы чудовищный удар размазал испуганно скорчившуюся жертву. А вот нефиг причинять неприятности хозяину!

Большая ошибка! Во время размаха в светловолосую головку успела прийти вторая мысль: «Чё-то не хочется превращаться в мокрую лепешку…» А за ней сразу и третья! «Последовать, что ли, совету Ринара?..»

Никто не видел этого. Ни тролль, ни Ринар, ни Векто. Ни сама девушка. Первые двое не могли видеть ауры. Темный все еще катался по полу, подвывая от боли. Носитель также не имел возможности видеть собственную ауру. По умолчанию.

Тем не менее за мгновение до страшного удара чернота единым всплеском наполнила розовую ауру. А за полмгновения до удара золотистая обнаженная фигурка взвилась над головой монстра. Тролль со всей дури засадил кулаком в то место, где только что находилась девушка. Так, что во все стороны брызнули осколки камня. Не успел тролль охнуть от боли в костяшках, как сверху в затылок его ударили маленькие ступни. И несмотря на более чем двукратное преимущество в росте и многократное в весе, огромная туша кувыркнулась через алтарь. Словно плюшевая игрушка. Вика же мягко приземлилась на согнутые ножки и выставленную для страховки руку. Сама женщина-кошка сдохла бы от зависти, увидев это приземление. Изящное и выверенное.

— Откуда что берется? — восхищенно пробормотал Ринар, благоразумно отлетая подальше от схватки. К самой стене.

Между тем нырнувший головой в стену тролль с трудом поднялся. Раздавливая искрящие сферы, попадающие под ноги. Его покачивало, но злой взгляд уже фокусировался на девушке, припавшей к полу.

Вика не стала дожидаться, когда чудовище окончательно придет в себя.

— Я — супермен! Негодяи пусть трепещут! Особенно те, кто не дает честным девушкам пописать! — крикнула она и взвилась в воздух.

Обнаженное тело вытянулось в струнку. Маленький кулачок выставлен вперед. Вторая рука прижата к золотистому бедру. Импровизированное копье, в которое превратилась девушка, с треском вонзилось в подбородок тролля. Еще более громкий треск раздался от соприкосновения мощного затылка и стены. Глаза монстра стали закатываться. Но Вика не останавливалась на достигнутом. Резиновым мячиком она отскочила от пола. На этот раз острое колено прилетело в пах троллю.

— Уйй!..

При виде этого чудовищного удара даже у черепа, как у любого мужчины, возникло неприятное чувство в фантомном животе. Или, вернее, чуть ниже. Тролль же совсем затосковал. У него дыхание перехватило. Глаза налились кровью. Щеки надулись. Огромная туша согнулась, сделала несколько неуверенных шажков и завалилась вперед. Прямо на Векто. Тот как раз наспех залечил травмы, нанесенные Ринаром. И пытался встать, чтобы внести решающий перевес в схватку своего слуги и жертвы. Не повезло… Тролль ввалился в грудную клетку мага своим каменным лбом. Сокрушая ребра. Легкие. Сердце.

И в тот же момент Вика почувствовала, как с шеи исчезает магическая удавка. Увидела, как гаснут разноцветные сферы, бессильно шипя. Это могло означать только одно: Векто распрощался с жизнью. А заодно со всякими перспективами на оживление в прежнем, разумном виде.

— Упс! — Девушка округлила глаза, предварительно одним движением руки сорвав тяжелые портьеры. Видимо, для того, чтобы ее жесты не остались незамеченными. Поднесла ладошку к губам, делая вид, что она здесь вообще ни при чем. Потом махнула рукой. — А впрочем, так тоже хорошо получилось!

— Что хорошо? Как мы теперь найдем Мурохха? — взвился Ринар, почувствовавший себя в безопасности — Векто был размазан частично по голове тролля, частично по полу. А сам тролль неуверенно пытался собрать конечности в нечто работоспособное. Без особенного успеха.

— Ну тогда — упс, как нехорошо получилось! Так тебя больше устраивает?

— Ты ауру Векто забрала? — загудел в ответ Ринар, не обращая внимания на игривое настроение девушки.

— Зачем?

Череп заскрипел зубами. Даже в этой сущности ощущая, как бесполезно истекает энергия мертвого Темного. И ведь не объяснишь в двух словах принципы поглощения чужой ауры, оставшейся без носителя. Тем более блондинке.

— Просто попытайся впитать расползающуюся ауру Векто!

— Ну не знаю, — неуверенно пробормотала Вика. — Что-то ничего не получается… Она… не липнет ко мне!

Тем не менее девушка сделала пару шагов в сторону копошащегося тролля. Даже вытянула в стороны руки. Словно распахнула объятия, чтобы принять истончающуюся Темную ауру. Но ничего не происходило. Ринар по-прежнему чувствовал, как сила уходит в пустоту. Исчезает из этой реальности. Впрочем, Вика особенно и не старалась. Ее, безусловно, больше заботило совершенно другое. На втором шаге по камню уже цокали высокие каблучки, а на девушке красовалась белая юбочка. Под которой просвечивали кружевные трусики. И тонкая, белая же, тенниска в обтяжку. Под которой не просвечивал лифчик. И просвечивало все, что должно было бы в нем находиться. Вика прищурилась в сторону черепа:

— Хорошего помаленьку — попялился и хватит! Я теперь одетая!

Ринар вздохнул, сожалея о бесполезно потерянной энергии. Но потом хмыкнул, ненароком рассмотрев просвечивающие подробности:

— Если ты думаешь, что мне теперь не на что попялиться, то сильно ошибаешься!

— Что ты хочешь этим сказать?

— Э-э-э… Просто… — Опыт общения с Викой заставил Ринара задуматься. С одной стороны, девушка была одета слишком откровенно. С другой, при своей внешности она была выше морали. Скорее даже наоборот — совершенно аморально скрывать такую красоту под одеждой. И не давать всем страждущим наслаждаться безупречными формами. — Просто я могу любоваться и твоей фигуркой, и красотой.

— А-а-а… — Девушка сразу растаяла, потупив глазки и польщенно улыбаясь. — Так бы и говорил… Бу!

Ножка в изящной высокой босоножке топнула. Брови сурово нахмурились. Это тролль наконец смог собрать ноги и руки под туловищем и подняться. И его полный ужаса взгляд сквозь кровь Векто тотчас встретился с голубоглазым, таким грозным взглядом ужасающей ведьмы. Силачки. Пожирательницы троллей. В общем, обычного «бу!» и угрожающего движения оказалось достаточно, чтобы огромный монстр трусливо заскулил и опрометью бросился вон. Буквально через пару мгновений раздался грохот, словно огромной кувалдой ударили по толстому листу металла.

— Э-э-э… — Вика вопросительно поглядела на Ринара. — Что это было?

— Думаю, тролль помчался в свои горы, не разбирая дороги. А на пути были ворота.

— Ну что ты будешь делать! — всплеснула руками девушка. — Вот всегда так — не успеешь захватить парочку фортов, и тут же голова начинает болеть о ремонте! До чего я не люблю эти бытовые проблемы…

Слуги Векто были весьма впечатлены если не тем, во что превратился их хозяин, то уж точно тем, с каким жалобным воем улепетывал в лес тролль с окровавленной мордой. Поэтому, даже не прибегая к помощи преобразования реальности, Вика смогла почувствовать себя человеком. Или ангелом на небесах. Много для этого не потребовалось — горячий душ, роскошный ужин и бокал вина перед раскрытым окном, за которым догорал закат. Форт был небольшим и сильно ограниченным в плане удобств. Но для ведьмы, легко победившей Темного мага не из последних и его зверушку, и вода была вскипячена, и раздобыты деликатесы, и даже зал, в котором ее чуть не принесли в жертву, был отмыт. Задрапирован веселенькими тканями. Обставлен, пусть и разнокалиберной, мебелью. «Зато мягонькое», — обрадовалась Вика, опускаясь в изрядно дряхлое кресло.

И сейчас девушка, подогнув стройные ножки под себя, наслаждалась жизнью, насколько это было возможно. Потягивала сухое красное вино. Поглаживала череп. Лежащий тут же. Он пытался поплотнее прижаться к маленьким ступням. Лениво щурился в открытое окно на заходящее солнце такого же цвета, как и он сам. Одновременно Вика пыталась описать Мераве происшедшее в этом зале несколько часов назад.

Прорицательницу, поевшую впервые за много дней, да и, чего греха таить, принявшую совместно с новой подругой несколько бокалов вина, клонило в сон. Она поддакивала и ахала, конечно. Но в основном невпопад. Впрочем, Вику это не особенно заботило. Она увлеченно размахивала бокалом. В особенно эмоциональных местах пихала ножками лениво взрыкивающего Ринара. И снова и снова возвращалась к событиям драматичной схватки с троллем.

— …Представляешь, вот так прямо это чудовище воткнулось лбом в Векто! А у меня были на Темного планы! Нет, ты не подумай… Не в этом смысле. Сугубо деловой интерес. Мы теперь не знаем, где искать Мурохха. Копье-то Подгорных Властителей нужно нам самим. И теперь будем болтаться по окраинам Зеленоморья, разыскивать замок этого треклятого обманщика!

— Подожди-подожди, — встрепенулась Мерава, прогоняя сонливое состояние. — Вам нужен Мурохх?

— Ну а как ты думаешь? — чуточку сварливо осведомилась Вика. Она только хотела развить свой монолог в сторону красочных определений личности Мурохха. А тут ее перебивают!

— Я знаю координаты замка Мурохха, Векто забирал меня именно оттуда! — Мерава очень хотела помочь своей спасительнице. Той, которая дала надежду на возрождения дара. — Ты же сможешь построить портал?

— Так-так-так! — подскочила Вика. Расплескивая вино из бокала. Пихая пальчиками ножки череп. Ринар, едва не сверзившийся с края кресла, тоже заинтересованно поглядел на Мераву. — А на карте ткнешь пальчиком?

— Я не уверена, но могу попробовать найти местоположение замка. Давай карту!

— Ага! Вот так прямо — раз! — и достала тебе карту. Где же я ее возьму? — Девушка уже целенаправленно толкнула ножкой Ринара. Сталкивая его с кресла. Видимо, для того, чтобы не расслаблялся. Череп падать не стал, закачавшись в воздухе рядом с изящными коленками. — Ринарчик, ты не знаешь, где достать подробную карту Зеленоморья?

Череп щелкнул зубами, делая вид, что собирается укусить Вику за розовые пальчики с ярким педикюром.

— Я, конечно, не знаю. Но карта вполне могла быть в загашнике у Векто.

— Что-то лениво искать, — вздохнула Вика. — Может, завтра поищем?

Вновь пристроившийся на нагретое место череп проворчал:

— Зачем вам самим-то искать? Бездельников-слуг полный дом.

— Неплохая мысль! — признала Вика. И заорала во все горло: — Эй, кто-нибудь!

В дверях показалось испуганное лицо слуги.

— Нам нужна карта Зеленоморья, — важно произнесла девушка. И, подумав, добавила: — А заодно тот, кто покажет на ней, где мы находимся.

— Мы сами разберемся, — проворчал Ринар.

— Ну если ты разберешься, ладно. А то у меня бывают острые приступы географического кретинизма. Сам знаешь, — самокритично признала Вика.

Поиски карты затянулись. Девушки успели опустошить еще пару бокалов. Мерава заодно и прикорнула. Под повторяющийся в который раз рассказ о схватке с троллем. Между делом Вика, поймав череп в крепкие объятия, попыталась влить в его пасть вино — мирно посапывающая Мерава уже не поднимала бокал вслед за тостом. А пить одной — западло! Оригинальное спаивание мертвой сущности прошло не слишком удачно. Вино благополучно было влито между верхними и нижними оранжевыми зубами. И пролилось прямо на белые шорты.

— Какой ты мерзкий, Ринарчик! — завопила Вика, вскакивая на ноги и пытаясь стряхнуть с себя капли вина. Бесполезно. Красное вино уже впиталось в тонкую ткань. — Ну вот такие классные шортики испортила! И все из-за тебя!

— Из-за меня? — возмутился Ринар, зависнув на расстоянии чуть большем, чем вытянутая рука девушки. На всякий случай. — Я отдыхал. Никого не трогал. Зачем тебе приспичило поить меня вином?

— Ну кто же мог знать, что ты такой дырявый?

— Ну извини! Слишком много энергии ушло на то, чтобы выдернуть тебя из твоего мира. А на меня уже не хватило!

— Вот-вот! — Вика снова налила себе вина. Опустошила бокал одним глотком. И продолжала с убийственной логикой: — Ты и виноват! Если бы не вытащил меня, я бы сейчас не испортила классные шортики! Тебя бы стоило убить только за то, что я оказалась так далеко от дома. А уж за залитые вином шортики вообще заслуживаешь лютой казни. Какая досада, что ты уже мертвый!

Девушка всхлипнула и оценивающе скосила взгляд на остатки вина в графине.

Спорить с Викой Ринар не собирался. Тем более с не слишком трезвой. Тем более столь логично рассуждающей. Он только напомнил:

— Так возьми и сделай новые с помощью магии.

— Магии? О! А это мысль! И у меня будут новые шортики! — Вика протянула руку к графину. Пошевелила пальчиками. И графин спланировал в ее сторону. Наклонился над бокалом, чтобы снова наполнить его до краев. — О-о-о! Это магия!!!

Громкие восторженные крики разбудили Мераву. Прорицательница открыла глаза, уловив смысл последних слов.

— Вика, а вообще, зачем тебе карта? Если ты так легко разобралась с Темным и троллем, то уж портал сотворишь в два счета!

— Пфф!.. — Из Вики словно выпустили воздух. — Если учесть, что я не знаю, как это делается. Не знаю принципов сотворения порталов. Не знаю, сколько уйдет на это энергии… Короче, завтра попробуем. У нас точно должно получиться!

Ринар возвел глаза к потолку:

— Нельзя так просто взять и сотворить портал! Ты вначале все правильно сказала, ведь даже я не смогу объяснить на пальцах принципы работы с магией пространства.

— Тсс! — Вика прижала пальчик к губам. — Разве у двух самых лучших девушек Зеленоморья не получится создать какой-то там дурацкий портал? Если ты в нас не веришь, то ты сексист и шовинист! Мерава! Давай выпьем за самых лучших девушек Зеленоморья!

Вика указательным пальчиком коснулась графина, а затем сделала плавную дугу. Вино, повинуясь этому жесту, длинной струей выскользнуло из горлышка и щедро плеснулось в подставленный Меравой бокал.

— Вот видишь! — Вика победоносно взглянула на Ринара.

— Это всего лишь фокус.

— Сам ты фокус! И ошибка природы. Это магия! Понял?.. — Вика потянулась своим бокалом к бокалу Меравы. — За нас!

— За нас!

— Понимаешь, — продолжала Вика, когда девушки выпили, — портал-то мы создадим. Вот только куда? Вот для этого и нужна карта!

— Гениально! — вставил свою реплику Ринар. — А математические расчеты? А знание геометрических параметров планеты? Кривизны ее поверхности? А учет вращения вокруг светила и собственной оси? Даже маги восьмого круга на основе своего опыта и интуиции не могут сразу создать пространственный канал. И в основном закладывают все необходимое для прорубания реальности в амулеты.

— Недомерков не спрашивают. Сами разберемся! Главное в этом деле — магия!.. Но что-то эти ленивые слуги не торопятся разыскать карту.

— Может, они боятся тебе признаться, что никакой карты нет? А то вдруг ты их магией! Хе-хе! Хе-хе-хе…

— Так пойдем найдем сами! — предложила вдруг Мерава.

— Вот видишь? — Вика строго взглянула на начинающий гудеть череп. — Девушка — а мыслит практично. Не то что ты — только теории разводишь… А где искать будем?

— Там решим. Главное — выпить по глоточку на ход ноги.

— Отличная идея!

— О-о-о! Ну почему я вытащил в этот мир именно блондинку?!

Поначалу Актубис был очень горд собой. И своим заданием. Еще бы! Он только что окончил курс обучения у Левандо. Одного из сильнейших Цветных архимагов. Понятное дело, воспитание учеников было обузой для любого мага. И само обучение часто заключалось лишь в мелких поручениях. Вплоть до того, чтобы сбегать в ближайшую кафешку за готовой едой. Видите ли, у архимага нет времени на сотворение пищи. А потом ворчит, что мясо жесткое, зелень увядшая, а хлеб черствый. Во-первых, это не так. А во-вторых… Подумаешь — ведь архимагу достаточно всего лишь щелкнуть пальцами, чтобы фантастические разносолы появились на обеденном столе! Так нет, трясется над запасом ауры, как скряга над сундуком с серебряными кольцами. Впрочем, и тех крох знаний, когда Левандо соизволял показать и объяснить ученику методы работы с реальностью, хватало, чтобы выдвинуться в первые ряды подающих надежды молодых магов. Уж он, Актубис, точно не станет клепать бытовые приборы для обывателей. И не пойдет в Стражу. Прозябать, задерживая мелких воришек — это не для него. Нет, ему суждено сражаться с Темными. Овеять себя славой. И закаленным ветераном вернуться в столицу, чтобы стать архимагом. Уж он-то не станет заставлять своего ученика варить кофе и убираться в лаборатории после опытов. Нужно только побольше Темных. Их аура насыщена. При впитывании и преобразовании в собственную энергию можно всерьез поднять свой уровень. А уж умение избежать того, чтобы даже пятнышко Тьмы не испачкало Цвет, в молодых магов вбивали постоянно. Жестко. И даже безжалостно.

И поэтому, когда Актубису предложили возглавить поход против обнаруженного под самым носом Цветных Темного мага, он пришел в восторг. Во-первых, это была первая самостоятельная операция. Не считать же, в самом деле, таковой ловлю выводка виверн в Южном заповеднике? Или поимку слабенького мага, только-только запятнавшего свою ауру пятнышком Тьмы? Во-вторых, в условиях затухшей до неприличия войны с Темными уничтожение Темного мага пятого круга — как там его зовут? Векто, вроде? — тянуло на полноценное сражение. В-третьих, поглощение ауры мага такого уровня позволила бы самому Актубису сразу войти в следующий круг. Ну и в-четвертых, учитывая силу этого самого Векто, Актубису придали тщательно подобранный карательный отряд. Нельзя не восхищаться силой и мощью бойцов под его началом! Тут и три куклы, сотворенные архимагами и переподчиненные Актубису. Особенно впечатляла громадная мантикора. Со шкурой оттенка кофе с молоком. С дымчатыми полосками на спине и частично на лапах. А ее отточенное ядовитое жало скорпионьего хвоста! А широкие кожистые крылья, способные вознести монстра на пять человеческих ростов! А широкогрудое тело с мощными лапами! И гордая львиная голова! В пасть которой без труда мог поместиться человек. Предварительно, конечно, скорчившись в позе эмбриона. Но разве этого мало? Два других создания были менее впечатляющими. Неказистые двухметровые яцки. Что в них интересного? Да и прыгают так смешно. Словно тушканчики. Конечно, в их сущность заложено сопротивление преобразованию реальности. Собственно, эти зверушки и будут защищать Актубиса от Темного. И могут использоваться как последнее средство атаки. Особенно если агентурные данные не врут и в окружении Векто нет воинов, способных настругать яцков в мелкую стружку. Впрочем, с любым мечником, копейщиком или лучником как раз без труда справится эта красавица — мантикора. В несколько секунд. Чтобы заняться следующим.

Конечно, куклы были тупыми. И прожорливыми. Оголодав, мантикора могла запросто сожрать разумного, оказавшегося поблизости. Да и яцки были способны откусить какую-либо конечность. Но в конце концов именно для кормления монстров предназначались три из четырех морозильников на антигравах. В остальном подопечные были под полным контролем Актубиса. И не требовали магической зарядки, как любой из големов.

Но главную гордость молодого мага составлял взвод из десяти гномов. Гномов из гвардии Совета. С их великолепными мушкетами. Огромного калибра оружие было, конечно, способно уничтожать разумных толпами. Во всяком случае, по десять зараз. Ну по пять — уж точно. Мушкеты могли стрелять и металлическими шариками и тяжелыми болтами. Не все ли равно, что магическому ускорителю выталкивать из дула? С ужасающей скоростью. Но главным было не это. Самым главным были магические боеприпасы к мушкетам. Да, они были дороги. Наверное, потому, что изготовлены архимагами. Никогда не любившими заниматься серийным производством. Зато каждый снаряд был мощным артефактом. При попадании в любую магическую защиту он нарушал ее целостность. Парой выстрелов можно было пробить защиту мага третьего-четвертого круга. Легко. А если это залп из десяти мушкетов? Даже защиту любой из ведьм или высших некромантов такой залп порвет в клочья. И тогда Актубис без труда сможет прикончить любого Темного простеньким огненным шаром. Да и сами стрелки радовали глаз. Это были далеко не юнцы. Ветераны. Прошедшие не одну заварушку. Одного взгляда на квадратные силуэты хватало, чтобы уловить мощь. Мощь, которой следует опасаться. Даже если в руках, похожих на лопаты, не тяжелые секиры, а всего лишь длинные кинжалы, предусмотренные по уставу для стрелков. Да и тяжелые мушкеты способны становиться грозным оружием только в этих мускулистых руках. Конечно, будь гномы лишь немного меньше ростом, они могли бы показаться смешными. Разросшимися вширь карликами. Однако в гвардию набирали только высоких гномов. И почти весь десяток выглядел не только внушительно. Но и браво — ни один не был ниже Актубиса больше чем на ладонь.

Вот и гарцевал во главе небольшого, но грозного карательного отрада молодой маг. Жизнь казалась прекрасной. Всеми бытовыми вопросами занимается хромой орк-старшина с подчиненной вспомогательной командой. Звери накормлены. Гномы исправно чистят свое оружие… Сиреневые кроны уже проплывают над головой. Солнышко начинает припекать. Птички поют.

Ну да. Операция сначала складывалась не очень хорошо. Первым делом Левандо отказался создать портал в Сиреневый лес. Этого следовало ожидать. Даже для архимага переброска карательного отряда со вспомогательной службой была слишком энергозатратным делом. Но, прибыв на монорельсовую станцию, Актубис обнаружил, что она полностью разгромлена. Вся местность была оцеплена стражными големами. Вокруг шныряли хмурые маги-стражники. Не расположенные к переговорам. Лишь один соизволил объяснить, что на станции произошла схватка двух ведьм. Прибывшие каменные големы довершили то, что не удалось разбушевавшимся ведьмам. Подвижной состав, направляющие, да и сама станция были практически уничтожены. На вопрос, как стража допустила появление в Янсурке Темных, стражник пожал плечами, ответив, что еще неизвестно, были ли ведьмы Темными. Это было из ряда вон выходящим событием. Обычно Цветные не допускали между собой конфликтов с применением боевой магии. Уж больно суровым было наказание за подобное. Впрочем, чего не бывает в Зеленоморье! Вот только перспектива тащиться на следующую станцию была отвратительной. Актубис представил себе, как его отряд со всем зверинцем следует по городским улицам. Мантикора рычит на всех подряд. Ящеры жмутся к нему, пытаясь оградить от магии, чувствующейся в каждом двадцатом встречном. Недовольные водители самоходов бестолково перегораживают проход. Да и стражники на каждом переходе будут останавливать внушительный по городским меркам караван. Проверять бумаги, заверенные магическим слепком ауры Левандо… На зубовный скрип молодого мага стражник только ухмыльнулся и убежал по своим делам.

Дальше дело пошло чуть лучше. На другой станции для воинства Актубиса было выделено два вагона, и в скором времени карательный отряд уже высаживался на провинциальном перекрестке монорельсовых дорог. Как ни удивительно, и здесь оказалось оцепление Стражи. Конечно, столичных големов не было, но несколько разумных какое-то время препирались с Актубисом, не желая выпускать его на перрон. «Как страшно жить!» — попытался пошутить молодой маг, когда узнал, что и здесь произошло нечто странное — какая-то эльфийка напала на станционного мага, избила его и украла монорельсовую дрезину. На самом деле Актубису было не до шуток! Его первую операцию, обещавшую славу и почет, подстерегала какая-то цепочка недоразумений. Даже закралось сомнение в успешности всего мероприятия. Впрочем, маг быстро отогнал непрошеные мысли и распорядился реквизировать для нужд своего отряда рудовозный подвижной состав. Они и так задержались, а поезда в малонаселенную местность Сиреневого леса дожидаться было еще очень и очень долго. Чихая от мелкой пыли, с брезгливостью оглядывая грязный вагон, Актубис самостоятельно разогнал поезд. Ожидать, пока станционный маг вернется от целителя, ему тоже не улыбалось.

Но когда карательный отряд в походном порядке вступил под сень сиреневых деревьев, настроение Актубиса стало стремительно улучшаться.

И достигло пика, когда перед его глазами возникла башня, устремленная в небо. Актубис внимательно разглядывал изящный каменный комплекс, не находя ни одного защитника. Это не говорило о том, что за прибывшим небольшим войском не наблюдали. Темные — те еще хитрецы, гораздые на неожиданные подлости.

Несмотря на разумную опаску, вид небольшого форта, пристроенного к башне, вызвал у молодого мага снисходительную усмешку. Невысокие стены были мало приспособлены для отражения магического штурма. Да и не магического тоже. Например, яцки могли перескочить эти стены одним прыжком. Не говоря уже о мантикоре, которая могла перелететь стену и в три раза выше. Да и просто пара ударов магическим молотом превратят украшенную резными узорами кладку в гору щебня. Ко всему прочему, ажурная арка с легкими воротами уже была разрушена. Одна створка валялась на земле. Вторая едва держалась на любовно вытесанном эльфами каркасе. Самый верх арки был обрушен. И резные камни теперь усыпали дорогу, упирающуюся в форт. Все говорило о том, что, например, во дворе был хороший взрыв, или из форта прорывался настоящий тролль. Возможно, не самый большой — горный, — все же одна створка ворот почти уцелела. В результате вполне можно было разглядеть большой участок пустынного двора и часть вычурного двухэтажного здания. Служащего, судя по всему, жильем для Темного и его приспешников.

Впрочем, бросаться очертя голову в открытую брешь Актубис не стал. Как-никак Векто серьезно превосходил его уровнем. Конечно, карательный отряд без труда справится с Темным магом. Столкнувшись лицом к лицу. Но вот различные скрытые пакости тот устроить мог. Актубис не был уверен, что сможет обнаружить ловушку, выстроенную магом, стоящим выше него на пару кругов. Особенно если якобы открытый проход перегораживает огненный полог или над ним зависли воздушные копья. Эти заклинания, находясь в инертном виде, никак не взаимодействовали с реальностью и овеществлялись только при заданных магом условиях. Например, при пересечении определенной черты живым организмом. Так что первый вошедший мог вполне очутиться во дворе форта в виде аккуратно нарезанных кубиков. Или со сквозной дыркой от темени до паха.

Конечно, можно послать вперед яцка, невосприимчивого к магии. Но, во-первых, Темный или его слуги могут разобраться с одинокой куклой, не прибегая к изменению реальности. А во-вторых, собственная защита в этот момент ослабнет ровно в два раза. Вдруг исподтишка наблюдающий за отрядом Векто этого и добивается? Рассчитывая, что покончит с Цветным одним мощным ударом? От которого не спасет даже кукла, блокирующая изменения реальности. Особенно если эта кукла будет всего одна…

Жаль, нельзя послать для проверки кого-нибудь из вспомогательной службы! Потеря разумных, не подписавших боевой контракт, была серьезным проступком. Особенно в такой не слишком сложной операции. Так что придется их оставить там, где они сейчас и пребывают по штатному расписанию — в двух тысячах шагов позади отряда.

Собой молодой перспективный маг рисковать не собирался тем более. Даже под прикрытием двух яцков.

В общем, активизировав артефакт Левандо, запрещающий создание порталов в радиусе трехсот шагов, Актубис решил выжидать. Не может быть, чтобы Темный, пойманный в ловушку, в конце концов не проявил себя.

Отряд был выстроен в боевой порядок. На флангах расположились по пять гномов со своим убойным оружием. В центре под прикрытием чуть выдвинутых вперед яцков располагался сам Актубис. Мантикора кружила над головами воинства. Готовая при соответствующем приказе обрушиться на головы приспешников сил Тьмы.

Когда ожидание стало затягиваться, когда терпение Актубиса уже подходило к концу, когда гномы уже опустили тяжеленные мушкеты, во дворе, за полуразрушенной аркой, появился человек, несущий ведро с водой. Он не спеша брел по брусчатке, совершенно не замечая боевой порядок, образовавшийся перед стенами форта. Актубис даже рот раскрыл от изумления. Похоже, здесь никто не подозревал не только о приближении карательного отряда, но даже о том, что вот-вот должен был начаться штурм. Вероятнее всего, это положение осталось бы прежним, если бы не мантикора. Человек с ведром то ли краем глаза уловил движение в небе, то ли на него упала тень от крылатого чудовища. Он остановился. Огляделся. И тут его абсолютно безмятежный взгляд совершенно случайно встретился со взглядом мага. Надо было видеть, как меняется выражение лица болезного. Как выпучиваются глаза. Как падает челюсть. Как руки отпускают ведро. С грохотом и брызгами падающее на бутовый камень.

— Эй, милейший! — первым опомнился маг. Нет, он пока еще не был готов к тому, чтобы осознать, что форт вообще не охраняется. А распахнутые ворота не являются ловушкой.

Человек за полуразбитыми воротами ойкнул. Выставил вперед ладони:

— Я сейчас позову хозяйку! Подождите немного!

Не успел Актубис ничего возразить, как слуга Темного бросился внутрь здания.

— Какая на хрен хозяйка? — недоуменно развел руками маг.

Ближайший гном, вскинувший при появлении слуги мушкет, осторожно скосил взгляд на командира. Пожал плечами.

Впрочем, это был не вопрос. А скорее выражение отношения к ситуации. Такая желанная и сладкая победа уплывала из рук. Ну еще бы! Маленькая армия приведена сюда, несмотря на все превратности, чтобы сразиться с магом и уничтожить его! А тут какая-то хозяйка вместо хозяина! Нет, конечно, заманчиво думать, что форт навестила одна из трех Темных ведьм. Мощи карательного отряда хватило бы даже на Проклятую. Легкое беспокойство вызывала возможность совместной атаки двух Темных. Актубис даже несколько увеличил защитное поле перед гномами. Один-два удара дуплетом оно выдержит. А там как придется — все же огонь мушкетов должен заставить мага любого круга озаботиться восстановлением собственной защиты. Главное, что он сам под прикрытием яцков сможет убраться в этот момент подальше, для того чтобы вызвать подкрепление. С другой стороны, если бы здесь каким-либо образом оказалась любая сильная ведьма, то вся Стража уже была бы поднята на уши. И весь Сиреневый лес был бы наводнен архимагами и их боевыми куклами.

В общем, ситуация вызывала скорее досаду, чем опаску. Правда, через некоторое время после того, как слуга Темных ретировался, возникло ощущение слежки. Но это ощущение быстро пропало.

Актубис недовольно посмотрел на солнце. За время его размышлений оно уже поднялось достаточно высоко. Припекало не на шутку. А в просматривающейся части двора по-прежнему не было ни малейшего движения. Выждав еще немного, молодой маг начал беспокоиться. Что за беспредел? У ворот стоит отряд. Внушительной силы по меркам мирного времени. А Темные и не чешутся воевать! Ну уж нет! Даже если Векто скрылся, все равно он разнесет здесь все! И принесет головы всех приспешников Темного Совету, будь они его слугами, учениками или, например, любовницами. Несмотря на все происки Темных (а как назвать подлое бегство главного противника, как не происки?), эта победа должна стать Великой.

Ожидание затягивалось. Гномы уже давно опустили мушкеты. И, переминаясь с ноги на ногу, вопросительно посматривали в сторону мага. Мантикора приземлилась неподалеку. В тени деревьев. Ее бока тяжело вздымались. Язык вывалился из чудовищной пасти. И лишь яцки торчали перед Актубисом неподвижными столбиками.

Авторитет мага стремительно падал. Вон даже один из яцков, уж насколько был тупым, а все же повернул голову назад. Даже в его желтых глазах читался вопрос: «Что делать будем, командир?»

Актубис совсем уж собрался рискнуть. Послать одного из яцков проверить проход внутрь. Как вдруг во дворе наметилось движение. Раздалось цоканье каблучков по брусчатке. И в поле зрения появилась девушка.

Несмотря на раздражение, владевшее молодым магом уже длительное время, он не смог не залюбоваться ею. Точеной фигуркой. Все волнующие изгибы которой подчеркивались ярко-красным платьем в обтяжку. Грациозной походкой. Заставляющей все эти изгибы жить такой умопомрачительной жизнью, что по рядам гномов прошелестел одобрительный вздох. Прекрасным лицом. На котором сияла ослепительная улыбка. Завлекающая. Обещающая неземное блаженство. Ну или, по крайней мере, кров, душ и вообще гостеприимство. Что именно — блаженство или гостеприимство, при бьющей через край сексуальности было очень затруднительно определить. И хотелось надеяться скорее на первое, чем на второе.

К счастью, Актубис вовремя опомнился. Эта ведьма специально подослана, чтобы отвлечь! Вон гномы вовсе опустили мушкеты дулами вниз. И даже чуть подались навстречу незнакомке.

— К бою! — рявкнул Актубис, начиная замечать кроме ослепляющей красоты девушки и некоторые странности.

Девушка не была Темной. Просто слабой человеческой ведьмой. Разъяренный собственной слабостью перед женскими прелестями, маг решил, что это ничего не значит. Цветная в логове Темного? Это может значить только одно: она продалась. Продалась в расчете на увеличение своей силы. Да и какие-то подозрительные черные искорки посверкивают в ее слабой розовой ауре. Еще более подозрительным выглядел оранжевый череп, зависший над левым плечом девушки. Мертвая сущность. Попахивало некромантией!

Глаза Актубиса сузились. Ну что ж! Если Векто сбежал, то Совет получит его наложницу, кем, без сомнения является эта девушка, и адепта, эту мертвую светящуюся голову!

— Огонь! — скомандовал желающий отличиться перед наставником и Советом молодой маг. Не обращая внимания на то, что из-за раздражения и любования сексуальной красоткой магическая защита маленького отряда давно расползлась.

Выстрелил только один гном. Остальные не нашли в себе сил нанести хоть какой-то урон совершенной красоте…

Глава 10

Вика проснулась от заполошных ударов в дверь.

— Хозяйка! Форт собираются взять штурмом!

Какой к черту штурм? Когда все тело ломит. Не поднимая головы от подушки, Вика страдальчески сморщила носик. Приложила пальцы к вискам. Кажется, вчера под разговоры было выпито слишком много этой кислятины. А этот идиот все долбит в дверь и вопит об обороне форта. Какая на хрен оборона? А душ? А макияж? А сотворение новой одежды? Не хочет же этот придурок, чтобы она вела оборону форта ненакрашенная? Во вчерашней одежде? И к тому же — о ужас! — не приняв душ?

Но слуга за дверями не унимался, умоляя защитить. Кого? От чего? Как трудно соображать по утрам!

— Сейчас все будет! — крикнула девушка и, нокаутированная собственным голосом, добавила полушепотом: — Только тише, ради всего святого!

Уняв головокружение, Вика осмотрелась. Она лежала на огромной кровати. В задрапированной темно-зеленой тканью комнате. В незанавешенное окно только начало заглядывать солнце.

— Кто устраивает штурм в такую рань?

— Солнце взошло уже давно. Уважающие себя армии устраивают штурмы на заре. Так что вопрос нужно было поставить иначе — почему так поздно? — Голос звучал глухо.

— Значит, мы имеем дело с не уважающей себя армией? — проворчала Вика, обнаруживая у себя на животе, под одеялом, большую выпуклость. — Вот блин! Я беременна?

Приподняв край, девушка взглянула под одеяло. Обнаружив, что все же нашла в себе силы раздеться перед сном. А также и то, что кое-кто не упустил случая этим воспользоваться. Голубые глаза встретились с горящим оранжевым взглядом.

— И что ты тут делаешь? — нахмурила бровь девушка. — Нет, конечно, спасибо, что не улегся на сиськи. Все же девушка должна оберегать некоторые места от разных проходимцев. Но твое сползание в ту сторону мне не нравится!

— Да и пожалуйста! — Ринар фыркнул и взлетел. Вместе с одеялом. Превратившись в привидение из мультфильма «Малыш и Карлсон». Совершив изящное пике, череп вынырнул из-под одеяла, спланировавшего на пол возле окна. И плотоядно, только что не облизываясь, вытаращился на обнаженную фигурку, золотисто оттеняющую белые простыни.

— Мерзавец!

В Ринара полетели две подушки. Полетели не очень. И рука была нетверда, да и меткости не способствовало то, что одновременно Вика пыталась прикрыть свои прелести.

Убедившись, что промахнулась, девушка зарычала от досады. Хлопнула себя по лбу. И снова зарычала. С еще большей досадой. Одновременно стройное тело было облачено в веселенький халатик.

— Вот так-то! Хорошего помаленьку! — Вика показала Ринару, барражирующему под потолком, язык и поднялась с кровати. — Насколько я помню, туалет с ванной — вторая дверь направо по коридору…

— Налево. Налево! Не забывай учитывать свой географический кретинизм! Хе-хе. Хе-хе-хе!

— Дорогой! Ты что-то разговорился сегодня! — сузила глаза девушка. — Марш на разведку! Нас там штурмовать собираются не уважающие себя армии, а он тут голую девушку разглядывает! Хотя и очень, очень достойную разглядываний, — подумав, добавила Вика.

— Э-э-э, постой, — в самых дверях девушка обернулась к собирающемуся вылететь в окно Ринару. — Напомни мне, чем вчера закончились поиски карты?

— Ничем. Вы с Меравой решили поискать ее каждая в своей спальне. И благополучно отправились на боковую.

— А! — глубокомысленно изрекла блондинка и скрылась за дверью.

Перехватив по пути в ванную бутерброд, Вика приняла душ и вернулась в комнату. Будить Мераву она не собиралась. Если их будут убивать, то пусть девочка еще поспит. Ни о чем не беспокоясь. А если все разрешится мирным путем, то будет сюрприз — наверняка среди собирающихся штурмовать есть несколько вполне достойных разумных. Прорицательница ты или нет, а о личной жизни забывать не стоит. Накормить — накормим. Приютить — приютим. А вот насчет обогреть — будущее покажет.

Череп уже ждал в спальне.

— Ну? — буркнула Вика, формируя на постели черные босоножки из множества ремешков.

— Отряд под управлением Цветного мага. Видимо, Стража вычислила местонахождение Векто. Но отряд странный какой-то. Не считая мага второго-третьего круга, судя по возрасту, всего три сотворенных существа и десяток гномов. На один зуб такому магу, как Векто. Впрочем, у гномов какие-то угрожающего вида штуки в руках. В мое время таких не было. Если это последние разработки архимагов, то они могут быть опасны.

— Цветные? Пфф… — фыркнула девушка, создавая вторую пару обуви. — Просто выйдем к ним навстречу и скажем, что мы свои.

— Эй-эй, ты не увлекайся! — всполошился Ринар, разглядывая ажурные конструкции с тонкими длинными каблуками, отдаленно напоминающие обувь. — Вдруг придется давать им отпор? А ты тратишь ауру на всякую ерунду.

— С чего бы нам давать отпор? Разве Цветные могут на нас напасть?

— Еще как! Они могут принять тебя за ученицу Векто, а то и за его адепта. Разбираться со всякой фигней типа магограммы никто не будет. Тем более и некому. Командир у них — сопляк. Ему не под силу. Только ты смогла расшифровать магические отпечатки на реальности с такой слабой аурой. Так что надо бы поаккуратнее с ними.

— Вот видишь! — воскликнула Вика. И создала третью пару. На этот раз — босоножки, состоящие почти из одной изящной платформочки и шпильки. Пара тонюсеньких ремешков не в счет. — Значит, их надо покорить красотой и совершенством. И это как раз то, что требуется. — Девушка примерила обновку. Маленькая ножка с розовыми ноготками смотрелась в ней удивительно обнаженной и беззащитной, только пальчики и стройную лодыжку перечеркивали тоненькие полоски кожи.

— Так… теперь платье и макияж, — щелкнула пальчиками Вика. — Мне надо зеркало. Эй! Здесь есть зеркало? Что за бардак здесь творится? Где все слуги? Они могут найти мне зеркало?

Череп сделал выразительное движение глазами. Аналогичное пожиманию плечами. При этом на его лице, или что у него там, проступило явственное выражение ехидства.

— Ты все же решила экономить ауру?

Вика хлопнула себя по лбу:

— Вот я дура-то!

И сотворила зеркало…

Результаты превзошли все ожидания. Даже Ринар признал, что изрядно прореженная аура стоила того. Подобранный макияж, завитые волосы, элегантное красное платье, игривые сережки в комплекте с кулоном на тонкой цепочке, уложенном в уютной ложбинке, — Вика выглядела ослепительно. Что и поспешила продемонстрировать изрядно заждавшемуся карательному отряду. Выйдя во двор во всем блеске красоты, сокрушающей не хуже мушкетов, Вика ослепительно улыбнулась и двинулась к выломанным горным троллем воротам.

Команду Актубиса «К бою!» Вика просто прослушала, наслаждаясь произведенным эффектом. Мальчики были приговорены. К поклонению. Восхищению. И, возможно, даже где-то к преклонению. Представлялось, что переговоры пройдут в мирной, дружественной обстановке. А что может быть лучше, чем сдаваться на милость победителю в подобных условиях? Тем более что эти самые победители уже готовы целовать мостовую, по которой цокали каблучки.

А вот следующий возглас мага Вике категорически не понравился. Как и тяжелый рокот воздуха рядом с виском. Словно взмахнули толстым прутом. Полные губки надулись с обидой. Голубые глазки захлопали, с недоумением взирая на инверсионный закрученный магический след. Протянувшийся от одной из фигур с тяжелым ружьем.

— Ах так?! — Вика сузила глаза, стараясь подавить дрожь при виде чернеющих провалов уставленных на нее мушкетов. — Вот тебе, мерзкий гномчик!

Конечно, законы о квадрате расстояний были мгновенно забыты. Девушка создала над головой стрелявшего гнома увесистый молот из чистой энергии. И, не колеблясь, опустила. Удару ничего не препятствовало: разнервничавшийся Актубис непроизвольно снял защиту со своих бойцов.

«Донг!» — сказал молот. «Бэнг!» — ответила голова.

Глаза гнома собрались в кучу. Ноги подломились. И тело безвольно рухнуло на дорогу. Теряя оружие. Рассыпая заряды.

Падение товарища заставило гномов опомниться. Мушкеты снова направились на ведьму. И на этот раз залп был дан в соответствии со всеми правилами. Всей шеренгой. Изо всех стволов. Правда, времени на прицеливание не было. Слишком поспешно гномы попытались уничтожить источник опасности. Слишком поспешно, досадуя на собственное промедление и необъяснимое неподчинение командиру, попытались выполнить приказ.

Заряды загудели в непосредственной близости от Вики. Не причиняя, впрочем, ей ни малейшего вреда. Тем не менее это было неприятно. А с точки зрения девушки даже больше чем неприятно. С ее точки зрения это был вполне достойный повод удариться в панику. Логичная, но неправильная в данной ситуации, мысль построить щит в светлую головку почему-то не пришла. Но, как это часто бывает у блондинок, и к лучшему. Ведь магические заряды как раз и были придуманы для крушения любой магической защиты.

— Мама! — вякнула Вика, ошеломленно глядя, как кружится в воздухе срезанная прядь ее собственных волос. И бросилась к спасительному входу в башню.

К счастью, заряды, призванные разрушать любую защиту, оказались бессильны перед древним камнем. На стене остались лишь черные подпалины в местах, где разорвались мушкетные пули. Или снаряды — судя по величине дул, из которых они вылетали.

Девушка влетела в дверь и поспешно захлопнула ее за собой. Дверь тут же вздрогнула от могучего удара. Такого могучего, что откуда-то сверху посыпалась пыль и мелкий щебень.

Отряхнув припорошенные волосы, Вика подумала. Огляделась. И приоткрыла дверь. В образовавшийся проем на нее уставились оранжевые глаза.

— О бестолковая блондинка! Если бы я был человеком, я бы разбил лоб, когда ты захлопнула дверь перед моим носом! Да еще эти недомерки швыряются какой-то магической пакостью!

— Так тебя впустить, что ли?..

Вика открыла дверь. Настолько, чтобы горящий череп протиснулся внутрь башни.

— Что это было? — вопросил недовольно гудящий Ринар, следуя за Викой, торопливо поднимающейся по лестнице к высокому окну на втором уровне башни.

— Ты про стрельбу? Откуда же я знаю? Я здесь недавно. И вообще, сами мы не местные…

— Н-да, в мое время такой гадости не было. Выходили маги и честно сражались друг с другом. А не обладающие сильной аурой разумные только мешались под ногами. А что теперь? Десяток гномов со своими дурацкими штуковинами могут разметать любую защиту. И все! Бери мага без защиты тепленьким!

— Не гунди! — Вика осторожно выглянула в окно. — Так, что мы имеем? Гномы за щитом. Не слишком серьезным, но повозиться придется… Какой-то сопляк. Перед ним два уродца. Странно, перед ним магическая защита расходится. Может, его тоже по башке стукнуть? Вроде он у них за главного.

— Посмотри внимательно. — Ринар тоже аккуратно выглянул наружу. — Те самые уродцы случайно не создают помехи в изменении реальности?

— Ну в принципе щит мага как-то странно расплывается возле них.

— Плохо! Эти куклы наверняка сделаны сильным магом и стабилизируют поле реальности возле себя. И прикрывают командира от магических атак.

— И что теперь будем де… А-а-а!!!

В окне вдруг показалась огромная гривастая голова. С жутко оскаленными клыками. С горящими злобой глазами. Не учтенная девушкой мантикора выбрала момент для атаки словно специально. Совершенно неожиданно для загнанных в башню. И очень эффектно. С эффективностью было чуть похуже. Во всяком случае, Вика, как обычно в спонтанной ситуации забывшая про магию, едва увернулась от взмаха широкой лапы. Похожие на кинжалы когти мелькнули перед самым носом отшатнувшейся блондинки. Проскрежетали по камню под подоконником. Четыре глубоких борозды красноречиво показали, что к нападению чудовища стоит отнестись со всей серьезностью. Что Вика и проделала. Упав попкой на ступени, ведущие наверх башни. Выставив перед собой дрожащую изящную ладонь. И поскуливая от ужаса перед разъяренным зверем.

Мантикора оглушительно зарычала, поняв, что промахнулась. Опытный боец, она прекрасно понимала, что любой маг может растереть ее в порошок. Только один удар, нанесенный неожиданно. Только молниеносный смертельный выпад, когда жертва не ожидает физической атаки. Только это могло принести результат в бою с умеющим преобразовывать реальность разумным. Последствия неудачной атаки могли оказаться для зверя катастрофическими. Даже поспешное бегство не гарантировало безопасности. И какое может быть поспешное бегство? Если нужно взмахнуть такими огромными крыльями. Если нужно развернуть тяжелое, такое неповоротливое тело? Чудовище уже готовилось получить огненный шар или ледяное копье в нос. Однако этого не произошло. А парализованная страхом добыча была так близко! Один бросок, и острые клыки вопьются в податливую плоть разумной.

И мантикора бросилась в отчаянном рывке в узкое для ее туши окно. Застряла, конечно. Лобастая голова и одна лапа оказалась внутри. Но все остальное прочно засело в каменном проеме. Чудовище рванулось раз. Другой. Брызнула щебенка, отколотая мускулистым туловищем.

Вика, без сомнения, попала бы под повторный удар мощной лапы. Если бы так, как была, не взлетела на полпролета. Перебирая ногами и руками, словно стройный изящный паук. И лишь иногда чувствительно зацепляя попочкой края ступеней.

«Вот я синяков наставила!» — почему-то подумалось девушке. Подумалось с досадой. О чем еще думать перед тем, как расстаться с жизнью? Конечно, о том, как она выглядит. Пусть девушка не собиралась ни перед кем представать в обнаженном виде. Во всяком случае, в ближайшее время. Пусть не собиралась блистать в открытом бикини. Где она и где море? И все равно осознание того, что на самой красивой попке в мире образуются уродливые синяки, заставило девушку очнуться. Во всяком случае, до определенной степени. Вика нашла в себе силы перестать пялиться в парализующие злобные глаза чудовища, уже складывавшего крылья, чтобы проникнуть в высокое окно. И во всяком случае, Вика смогла найти молящим взглядом Ринара.

Череп, зависший над вползающей в окно сантиметр за сантиметром мантикорой, выглядел удивленным. Даже шокированным. Чем же он может быть так шокирован? Ах да! Магия! Ринар поражен, что она не применяет магию! Вика постаралась собраться с мыслями. Да вот беда, парализованное беснующимся в двух шагах чудовищем сознание никак не могло вспомнить ни одного принципа изменения реальности.

— Ринарчик! — жалобным голоском заскулила девушка. — Что-то я все забыла! Не поможешь мне? Ну, Ринарчик! В последний раз! Обещаю, я буду хорошей девочкой и постараюсь быть примерной ученицей. И обещаю, больше тупить не буду… Просто сегодня не мой день.

Череп закатил глаза. Покачал собою.

— Запомни эти слова, — проворчал он. — Ты тупишь. Хе-хе! Запомни это! Ты тупишь!

С последними словами череп заложил резкую светящуюся петлю. И сверкнувшим болидом врезался в нос чудовища. Мантикора удивленно мяукнула, получив твердым предметом по чувствительному месту. А Ринар между тем снова заложил оранжевый вираж. Снова с размаха втыкаясь в недовольную таким поворотом событий морду. И снова. Выбивая застрявшее чудовище наружу, словно молоток — неподдающийся клин. Между ударами он еще успевал порычать на блондинку:

— Вспоминай быстрее, горе мое!.. Сейчас маг увидит, что атака мантикоры не принесла результата… И он может ударить магией!.. Чтобы тебя погребло под развалинами башни!.. Наложи усиливающее заклинание на камень… Только в тот момент, когда будет нанесен удар… Постоянно удерживать новые свойства стен башни — пупок развяжется!..

— Вот эта зверушка называется мантикора?.. Ой! — Вика прижала ладонь к пухлым губам, видя, как замолотившая лапами в последней попытке удержать позицию мантикора проваливается вниз. А следом за ней ныряет Ринар. Через мгновение за окном взмыла оранжевая свеча, преследуемая яростно работающим крыльями монстром.

Актубис с тоской наблюдал за извилистым полетом мантикоры. Расчет на то, что с приспешницей Темных удастся покончить с помощью одного быстрого и неожиданного удара немагического существа, не оправдался. И теперь в небе с яростным ревом и странным гудением зигзагом метались яркая даже в солнечном свете оранжевая точка и крылатый силуэт. Молодой маг с досадой топнул ногой. Мантикору теперь не вернуть. Это чудовище, как тупая кошка за солнечным зайчиком, гоняется за мертвой сущностью. Причем было ясно, что мертвая сущность дразнит разъяренное животное. Иногда позволяя оскаленной пасти подобраться на расстояние последнего броска. Но с изящной легкостью ускользая в последний момент. Когда ужасающие зубы уже готовы сомкнуться на вертком оранжевом противнике. Это еще больше раздражало мантикору. И даже думать не стоит о том, чтобы попытаться вернуть ее.

Актубис вздохнул. Пора было приступать к основным боевым действиям. Ведьма не слишком сильная, поэтому можно чуть ослабить защиту шеренг гномов и влить побольше силы в ударное заклинание. Формирование воздушного молота не заняло много времени. Уж что-что, а примитивные трансформации действительности, в которые просто вливается энергия, разучивались в первую очередь. Это сложносоставные, самонаводящиеся заклинания, действующие точечно, были прерогативой архимагов. Ведь гораздо больше урона можно нанести, если противнику надо защищаться по нескольким направлениям. Да к тому же если ему надо подбирать конкретный процесс стабилизации реальности для каждого направления атаки. А если прибавить к этому, что в каждом заклинании бушует огромное количество энергии…

Пока молодому магу были не по зубам узорчатые плетения, поэтому с его рук сорвался воздушный кулак. Марево струящегося воздуха с гудением мгновенно преодолело пространство до стены. В щепы разнесло уцелевшую створку ворот. И врезалось в стену. А потом с бессильным пшиком растаяло облачком пара.

Актубис сжал зубы. Ведьма оказалась не так проста. И, кстати, не так слаба, как показалось вначале. Либо проклятый Векто перед бегством сам усилил стены. Не считаясь с затратами энергии.

Дальше дела пошли еще хуже. В одном из высоких окон башни мелькнула белокурая головка. Показался на миг соблазнительный даже на таком расстоянии вырез красного платья. И в отряд полетел огненный шар. Не маленький такой. С голову среднестатистического разумного. Не слабо накачанный энергией. Да и скоростью, с какой он был запущен, мог бы гордиться любой маг пятого-шестого круга.

Магический щит был ослаблен для нанесения плотного удара по башне. Но все же защитил атакующих от поражения огнем. Однако был прорван ударной волной. Когда огненное заклинание с ужасающим грохотом лопнуло, вступив в контакт с защитой, гномов раскидало в разные стороны. Сам Актубис устоял только благодаря яцки, заморозившим преобразование реальности вокруг. Ударная волна обогнула кренящихся под возникшим ураганом кукол. И сомкнулась сзади. Ломая тонкие деревца на обочине.

Повторного удара отряд бы не пережил. Спасло его только то, что Актубис принялся швырять в окно, из которого прилетел огненный шар, ледяные копья. Не считаясь с затратами энергии. И не особенно прицеливаясь.

— Встать! — заорал маг своему стенающему в пыли, в кустах и на траве воинству. — Подобрать мушкеты!

Несколько гномов с трудом поднялись на ноги. И Актубис, чувствуя, как с каждым мгновением слабнет его аура, снова закричал:

— Держать под прицелом окна башни! Не давать ведьме даже высунуть носа! Стрелять при малейшем шевелении!

Расклад сил очень изменился. Нет, он был еще в пользу карательного отряда. Уносящиеся к башне вспышки магических зарядов позволили Актубису сделать передышку. Да и подняться тем, кто пострадал сильнее остальных. И разобраться с мушкетами. Уцелело не так много — шесть штук. Даже меньше, чем гномов, сохранивших способность сражаться. У двух гномов оказались переломы, которые маг не стал рисковать лечить. Слишком энергозатратно. А третий еще не пришел в себя после удара по голове. Полученном в самом начале. И все же инициатива была на стороне атакующих. Сам Актубис все еще сохранял больше половины запаса ауры. И теперь не собирался распыляться на защиту стрелков. Вот еще! Пускай позаботятся о себе сами. Пускай сейчас будет в их личных интересах не подпускать ведьму к окнам!

Еще в резерве оставались яцки. Даже одна кукла, неуязвимая для магии, являлась смертельным противником для любого безоружного мага. А для ведьмы — тем более. Ну сможет она сотворить меч со щитом. И что? Нужно еще уметь управляться с холодным оружием. Не говоря уже о том, что стройная хрупкая девушка вряд ли сможет вообще поднять меч. И удержать щит. И как она будет сражаться в ближнем бою с быстрым и безжалостным яцком?

Впрочем, остаться под прикрытием всего одного яцка Актубис был пока не готов. Поэтому, видя, что ведьма плотно прижата огнем, он подозвал гнома, которому не досталось мушкета.

— Проведешь разведку, — отрывисто приказал маг вооруженному одним длинным кинжалом воину. — Нам необходимо знать, есть ли еще защитники форта, кроме приспешницы Темных. Проберешься за стены, обыщешь основные постройки. С тяжеловооруженным противником в бой не вступать. Хотя, судя по всему, нам противостоит только ведьма. Поэтому, когда проникнешь в форт, разыщи внутренний вход в башню. И пробирайся к воротам под прикрытием стен, чтобы из башни тебя не могли заметить — мы хоть и не даем ведьме высунуться, но кто его знает, вдруг она сканирует пространство перед фортом. Под стеной ты будешь неуязвим для заклинаний прямого действия.

Послав гнома в обход простреливаемого заклинаниями участка, а не в лоб на вражескую позицию, Актубис счел свою миссию по проявлению заботы о подчиненных выполненной. В остальном он не испытывал ни малейших иллюзий. Гном был практически обречен. Если Векто все же расставил и замаскировал от несильных магов ловушки, то никто из разумных не пройдет дальше сломанных ворот. Никакой амулет или собственное умение, позволяющие защищаться от точечных воздействий, не спасут от мощного искажения реальности. Будь то возникший из пустоты огонь. Или выросшие из теплой земли пики льда. Или многотонный скачок земного притяжения.

Если ничего подобного не обнаружится, то гнома, едва он появится в воротах, должна уничтожить ведьма. Несмотря на то что к башне периодически уносились трассы магических зарядов, контролировать пустое пространство двора вполне можно. Хоть одним глазком. А по мере приближения к ней ведьма могла пульнуть чем-то мощным, но не требующим ни прицеливания, ни особо долгих приготовлений.

Если гном успеет проскочить двор, то его шанс остаться в живых заключается только в отсутствии входа в башню из основного здания. Или если этот вход будет надежно заперт.

Но если гном проникнет в башню, у него нет шансов. Ведьма испепелит столь близко подобравшегося врага одним движением пальца. Скорее всего, мизинчика.

Впрочем, эти соображения промелькнули в голове молодого мага лишь фоном. Главной задачей, разумеется не поставленной вслух, было обнаружение ловушек. И, возможно, при определенной удаче, их обезвреживание. С помощью жизни подчиненного. С точки зрения Актубиса это был весьма равноценный размен. Жизнь никчемного бездарного разумного разменивалась на определение и классификацию магической угрозы. Как только станет понятным расположение и принцип сработавшей ловушки, вполне можно попытаться ее обезвредить. Или в худшем случае нейтрализовать. Огонь — водой. Лед — температурой. Гравитацию — невесомостью. Или еще проще — расставив и двигая яцков так, чтобы их нейтрализующие поля перекрывали все возможные направления, по которым может распространяться преобразование реальности. Главное, чтобы в этот момент ведьма не высовывалась. И не нанесла удар. Но уж с этим должны справиться стрелки.

Актубис задрал голову. Ярко-оранжевое пятно украшало шпиль башни. Мантикора распласталась на крутобокой, изящно вогнутой крыше. И из последних сил пыталась доползти до мертвой сущности. Молодой маг вздохнул. Даже если мантикора случайно поймает странный череп, все равно она не сможет чем-либо помочь. Несколько выстроенных воздушных линз приблизили картинку. Чтобы со всей отчетливостью показать, как тяжело вздымаются бока чудовища. Как капает пена с его морды. Как безвольно повисли крылья, шевелить которыми мантикора, похоже, уже не может. Зато светящийся череп полон энергии, даже пританцовывает на шпиле. Словно в нетерпении поджидая товарища по играм, чтобы продолжить увлекательные догонялки. Нет, мантикора на ближайшее время выключена из боевых действий.

Актубис вздохнул и перевел взгляд вниз. Где кряжистая фигура под прикрытием стены уже подбиралась к разбитым воротам.

— Держать окна! — прикрикнул маг. Хотя в этом и не было особой необходимости. Ветераны были настороже. Дула их мушкетов рыскали, выискивая не то чтобы намек на движение, а даже малейший шорох.

Между тем гном осторожно заглянул во двор. Это был самый тонкий момент. И ловушки Темного могут сработать. И ведьма, ухитрившаяся найти способ следить за штурмующими, может применить смертельное заклинание. Актубис, не доверяя полностью своим стрелкам, обшаривал глазами возносящуюся ввысь башню. На кончиках его пальцев зрела ветвистая молния. Пока она, конечно, представляла собой лишь крохотные искры. Потрескивающие и распространяющие запах озона. Защитить разведчика ударное заклинание, безусловно, не сможет. Но есть вероятность, что ведьма, сосредоточившаяся на атаке, забудет об обороне. Удар на удар. Мгновения решают все. Главное, чтобы яцки без промедления разошлись в стороны. И именно так, чтобы образовавшийся просвет в стабилизационных полях позволил проскочить мощному заряду измененной действительности.

И все же никто не смог предотвратить того, что случилось. Магическая петля захлестнулась на ноге выступившего вперед гнома и вздернула его. Только сдавленное кряхтенье. И массивная фигура гнома подвешена вверх ногами. Пристегнута к верхушке развалин арки. Немножко гном еще потрепыхался. Подергался. Однако остов ворот уже не был прочным. Хоть и каменный, он подвергся многочисленным ударным воздействиям. И теперь любовно выточенные блоки не только покрылись трещинами, но и слабо держались в замках. Этого было достаточно, чтобы гном бросил бестолковые попытки освободиться с риском сверзиться с немалой высоты. Замершая квадратная фигура с нелепо отставленной ногой в огромном сапоге только медленно поворачивалась вокруг собственной оси.

Хуже всего было то, что широкий силуэт перекрыл собою траекторию огня. Несколько узких окон оказались как раз за подвешенным гномом. И расстреливать ведьму, появившуюся в любом из этих окон чревато попаданием в своего. Чем она тут же и воспользовалась. Стройная фигурка в красном платье, не скрывающем, а подчеркивающем все волнующие подробности, снова появилась перед отрядом. Явление было подобно магическому удару. Во всяком случае, реальность изменилась. Во всяком случае, сразу куда-то делась жара. Духота. Усталость в ногах. Тяжесть оружия.

Облизывая яркую соблазнительную фигурку взглядами, гномы заулыбались. Поддавшись очарованию, исходящему от помахавшей рукой девушки. А кое-кто даже опустил мушкет и чуть сдвинулся. Чтобы вращающийся на невидимой нити гном на воротах не мешал обозрению. Уж больно это обозрение радовало глаз! Ну немножко далековато, конечно. Но ведь мозг запросто достраивает плохо видимые подробности!

Актубис заскрежетал зубами. Какова ведьма! Палит по площадям! Оставив гнома-бедолагу в живых, она сразу привлекла на свою сторону его товарищей. А свой сногсшибательный вид использует для закрепления успеха. Как и в самом начале, боевой отряд снова превратился в стадо баранов. Пускающих слюни вслед белоснежной овечке. Но этого мало! Приспешница Темных одновременно оставила между собой и стрелками живую преграду. Изуверский расчет на то, что даже не поддавшийся чарам гном не станет палить в цель, опасаясь попасть в соплеменника. Умиротворенное выражение на квадратных лицах подчиненных окончательно вывело Актубиса из себя.

Что такая хорошенькая девушка делает в логове Темного? Да еще настолько виртуозно владеющая магией! Да кто она такая? Молодой маг не мог не признать, что Цветная ведьма в этом логове Темных может быть только ученицей Векто. И, безусловно, его любовницей. Иначе ей здесь нечего делать. Иначе не стал бы Темный обучать ее изощренным заклинаниям и хитрой тактике. Осознавать факт, что такая замечательная во всех отношениях девушка безраздельно принадлежит другому, было тяжело. Тяжело потому, что никогда подобная красотка не удостаивала своим вниманием самого Актубиса. Да, конечно, учеба у Левандо отнимала кучу времени. Да, на длительные ухаживания у молодого мага этого самого времени не было. Но почему любая молоденькая человечка, орка или гномка исчезала после первого свидания? Ведь он им взахлеб рассказывал, какой он сильный маг. Какое великое будущее его ждет. Что никто из его сверстников не может похвастаться столь высоким положением и такими блестящими перспективами. И ведьма туда же! Нет чтобы быстренько сдаться на милость победителя. Нет чтобы осознать величие командира карательного отряда. И, чем демон не шутит, вымолить свое прощение ласками. Так нет! Сопротивляется! Со всей изощренностью проданной Темному души!

А эти… Актубис раздраженно оглядел свое воинство. Любуются и лыбятся. Ядовитая ревность к красоте, ему не принадлежащей, неотвратимо вползла в душу молодого мага. И он не придумал ничего лучшего, как отдать мысленный приказ яцкам.

Яцки были равнодушны к миротворческим настроениям, разлитым в воздухе. И тем более им было плевать, например, какой глубины декольте у ведьмы. Они просто послушно разошлись в стороны. И тут же между ними стеганула молния.

В ведьму Актубис не попал. Зато срезал тоненькую, сплетенную из магической энергии, нитку, на которой был подвешен гном-разведчик. Тот, естественно, с громким нецензурным воплем сверзился вниз. Было такое впечатление, что на мостовую уронили мешок с железом.

Впрочем, Актубис уже не обращал внимания на неудачника.

— Огонь! — проревел маг.

И, решившись от безысходности на отчаянные меры, усилием воли бросил яцков вперед.

Вике приходилось нелегко. Эти мерзавцы палили чем-то, что в клочья рвало любую магическую защиту. Во всяком случае, пара зарядов, влетевшая в окно, лишь краем зацепила воздушный щит. И прошила его насквозь. Мало того! Аккуратно построенная защита с четкой, плавной, завершенной границей напоминала теперь разорванный ватник. С торчащими в разные стороны клоками ваты. И никак не хотела восстанавливаться в прежний, правильной формы, щит.

Хорошо еще, что светлая головка додумалась наложить усиливающее заклинание в глубине камня. Стены без труда выдерживали выстрелы из мушкетов. А магия не давала разрушить башню ледяным копьям, которыми швырялся мальчишка.

В общем, девушку гоняли от окна к окну. По лестнице. Как ошпаренную.

Вика ругалась. Поминала родственников гномов, мага. И Ринара заодно. Последнему доставалось больше всех. Сам-то развлекается, играя в кошки-мышки с мантикорой. А ей отдуваться за двоих. Придумывать, как противостоять проходимцам, палящим изо всех стволов и со всей прилетающей магией. Так ведь еще нужно хоть одним глазочком контролировать их перемещения.

Контролировать все же худо-бедно получалось. Во всяком случае, нехитрый маневр гнома, отправленного на разведку, Вика разгадала без труда. И поставила на него капкан.

Обрадовавшись, когда ловушка сработала именно так, как она рассчитывала, девушка потеряла осторожность. И даже решила пококетничать с такими брутальными мальчиками.

Большая ошибка!

Маг послал в сторону девушки молнию такой силы, что башня содрогнулась. Да и гномы больше не позволяли высунуть нос ни на миг.

Вика надулась, уселась под узким окном и раздраженно скрестила руки на груди. Ее губки скривились. Любой мужчина мог точно сказать, что сейчас последуют слезы обиды.

Девушка всхлипнула раз-другой. Но разреветься не успела. Внизу раздался грохот вышибаемой двери, и через мгновение из-за поворота лестницы появилась страшная морда яцка. Это была настоящая жуть. Вся в уродливых наростах, острых шипах. И с огромными зубами, торчащими из жуткой разверстой пасти.

Было несколько вариантов. Во-первых, можно было крепко зажмуриться. Во-вторых, упасть в обморок. Вика выбрала третий образец поведения. Такой выбирают женщины в момент крупной ссоры. Опасен он тогда, когда под рукой оказывается что-то тяжелое. Сковорода, например. А опасен тем, что точность метания в эти мгновения очень сильно повышается.

Сковороды у Вики под рукой не было. Зато была магия. Огромный огненный шар сорвался с пальчиков и ударил в уродливую голову.

К удивлению девушки, уже начавшей произносить первые звуки фразы «вот так-то, дорогуша!», огненный смерч не причинил ни малейшего вреда хвостатой фигуре. Лишь расплылись круги реальности от того места, где, жалобно зашипев, погас огненный шар. Рябь в воздухе еще не разошлась, а яцк одним прыжком вспрыгнул на площадку. Где вжималась в шершавую кладку спиной девушка.

Вот теперь можно было выстраивать свое поведение по первым двум вариантам. Для начала Вика выбрала зажмуривание. Вжимание светловолосой головки в плечи. И до кучи закрывание ушей ладонями. Вряд ли это могло спасти от острых зубов. Однако спасло. Во всяком случае, просидев пару мгновений с крепко-накрепко закрытыми глазами, девушка поняла, что откусывать ей голову никто не собирается. Тогда она решила приоткрыть один глаз. На малюсенькую щелочку.

То, что можно было разглядеть между почти смыкающимися ресницами, заставило ее снова крепко зажмуриться. И пробормотать: «Фу, какая гадость!» Монстр, только что угрожающе нацелившийся на нее, представлял собой груду мяса, располосованную на несколько частей. Причем, как казалось, на ступенях среди дымящихся внутренностей лежали две уродливые головы.

Вика попыталась сообразить, сколько голов было изначально у чудовища, только что поднимавшегося по лестнице. По всему выходило, что одна. Откуда взялись две? Отрубленные? И кто так быстро превратил монстра (или двух монстров?) в стружку?

Через какое-то время раздумий Вика решилась открыть глаза. Перед ней стояла Абир-Айе. Как и в первую встречу, Проклятая выглядела блистательно. В зеркальных доспехах. Призванных скорее подчеркнуть волнительные изгибы фигурки, чем на самом деле служить защитой. С черными, рассыпающимися по плечам локонами. В изящной позе. Принятой так, чтобы даже безупречные линии тела подчеркивали недоумение. Недоумение, выраженное также и во вздернутой черной брови. И в слегка поджатых губках.

В одной руке Ведьма держала на отлете меч. С острия еще капали капли крови яцков. Хлопаясь в каменную пыль, устилающую лестницу. Два пальчика другой руки демонстрировали черную ленту с большим бриллиантом.

— Как это понимать? — промурлыкала Абир-Айе, видя, что глаза Вики открылись.

— Я сейчас все объясню! — Вика поспешно поднялась на ноги и аккуратно потянула Темную в сторону. Подальше от окна, в которое мог залететь шальной заряд. — Только отойдем немного, а то оттуда, — пальчик ткнул в сторону карательного отряда, по всем признакам готового идти на приступ башни, — пуляются всякой гадостью.

Ведьма мельком взглянула в окно:

— А-а-а! Гномы с новым изобретением Цветных… Богато живут — стрелять готовыми артефактами. — На мгновение на прекрасном лице мелькнула грусть. — Мне кажется или они действительно хотят причинить вред моей собственности?

— Э-э-э… — озадачилась Вика. — А собственность у нас — это кто?

— Конечно, ты, девочка. И вообще, что здесь происходит? Я как раз выкроила немного времени, чтобы задать пару вопросов Векто. Уж больно он настаивал на твоей смерти. А когда являюсь в форт, его самого и след простыл. Вместо него меня встречает какая-то перепуганная девчонка, Мерава — так, кажется? Потом я нахожу свою сорванную метку. — Абир-Айе слегка тряхнула ленточкой. — Да к тому же у ворот замка стоит карательный отряд Цветных. А два яцка штурмуют башню. Сама не понимаю, что меня надоумило создать портал сюда. Промедли я пару мгновений, и куклы тебя бы разорвали…

Ведьма с досадой поморщилась, когда в окно влетела пара зарядов. По всей видимости, гномы засекли движение в глубине башни.

— Надоели… — пробормотала Проклятая, убирая меч в наспинные ножны. На ее ладони возник черный, матово блестящий диск. Который в следующий миг сорвался с пальчиков, устремившись со страшной скоростью в сторону бегущего к воротам отряда.

Когда Вика с опаской выглянула в окно, обезглавленный маг лежал в придорожной пыли. А его бравое воинство недоуменно застыло вокруг. Абир-Айе уже собиралась метнуть в гномов следующее смертоносное заклинание, когда Вика повисла на ее локте:

— Стоп-стоп-стоп!

Проклятая недоуменно вздернула бровь и грозно обернулась к девушке. Но та твердо смотрела ей в глаза:

— Можно небольшой совет?

— Ну попробуй, девочка.

— Если вы всерьез собираетесь адаптироваться среди Цветных, советую оставить Темные замашки. Во-первых, я не ваша собственность. Во-вторых, не стоит уничтожать всех подряд. Эти гномы — вполне милые мальчики, и при умелом обращении от них можно добиться гораздо большего, чем просто превратить в головешки.

Вика повернулась спиной к Проклятой, изумленно распахнувшей рот, но так ничего и не ответившей.

— Мальчики! — Вика высунулась в окно, старательно выпячивая грудь. И соблазнительно прогибаясь в спинке. — Хватит палить во все, что движется. Приглашаю вас в гости. Я еще не завтракала, да и вы, наверное, проголодались. Не пора ли перекусить?

Абир-Айе задумчиво посмотрела в спину девушки, усиленно машущей опасливо приближающимся гномам. Хмыкнула. И, сделав круговое движение пальцами, растворила черную ленту с бриллиантом…

Между тем Вика обернулась и совершенно безмятежно посмотрела в глаза могущественной ведьме.

— Кстати, спасибо за эту… гадость. — Наманикюренный пальчик брезгливо ткнул в сторону останков яцков. — И у меня будет еще одна просьба. — Теперь ноготок указал в небо, где мантикора на последнем издыхании снова пыталась догнать оранжевую комету. — Можно что-нибудь сделать с этой зверюгой?

Ведьма пожала плечами, и ветвистая молния полыхнула в голубое небо. Огромная мантикора тут же превратилась в обугленную тушку. Без промедления рухнувшую во двор форта.

Вика перегнулась через подоконник:

— М-да… — пробормотала она, наморщив носик. — Так-то и я бы справилась. Ну спишем это на недостатки воспитания. Тяжелое детство, деревянные игрушки… Будем над этим работать! Ладно, надеюсь, мальчики помогут навести порядок.

И Вика, ослепительно улыбаясь, вновь принялась энергично махать гномам, отчего ее грудь умопомрачительно заволновалась, едва не вываливаясь из декольте.

Глава 11

— Значит, Мурохх как-то заблокировал реальность вокруг своего замка, и построить туда портал не получается? И никаких карт мы не нашли. Выходит, что только вы сможете нас туда проводить?

Вика комфортно расположилась в шезлонге на небольшой каменной террасе. На ней был роскошный красный купальник. Несколько рискованный. Но удивительно подчеркивающий все ее прелести, делающий их даже более привлекательными в сравнении с полной наготой. Рискованность узеньких полосок ткани нисколько не смущала девушку. Она купалась во взглядах копошащихся чуть внизу гномов. И просто наслаждалась жизнью. Солнцем. Мужским вниманием. Коктейлем со льдом в высоком бокале, из которого торчало несколько соломинок по земной моде. И бездельем. Ну а что прикажете делать, если гномы проворно и сноровисто восстанавливали ворота? Если все останки уже были захоронены за стеной форта? Если светящийся череп довольно толково распределял между работающими бойцами обязанности и координировал их работу? Если даже коктейли готовить не надо — один из гномов мгновенно освоил премудрости профессии бармена. И теперь без устали смешивал и подавал прохладительные напитки. И не отогнать его. Жалко просто-напросто. Вон как потихоньку млеет рядом с тремя роскошными женщинами, устроившимися в шезлонгах.

Абир-Айе и Мерава чувствовали себя не столь комфортно. При всей раскрепощенности нравов в Зеленоморье предстать вот так — едва прикрытыми парой кусочков ткани от нескромных взглядов — было слишком. Впрочем, они не желали отставать от Вики и терпеливо сносили откровенное мужское внимание. Ведьме приходилось особенно тяжело. К некоторому смущению добавлялась и определенная неуютность. Все же гномы были воинами. Воинами на службе Цветных. Они, конечно, удовлетворились тем, что Векто уничтожен. А значит, цель карательного похода достигнута. Они, конечно, молчаливо согласились делать вид, что яркая черноволосая женщина — совсем не Проклятая. Но не узнать ее они не могли.

Ведьма могла, конечно, размазать семерых оставшихся на ногах гномов одним движением руки. Еще меньшую опасность представляли сильно покалеченные бойцы, отлеживающиеся сейчас в форте под присмотром бывших слуг Векто. Но Вика права. Гораздо более интересно быть в центре их мужского внимания. И даже слегка и немного неумело кокетничать. Впрочем, это лишь временное перемирие. Хотя есть путь, чтобы сделать существующее положение вещей постоянным.

— Обязательно провожу. Мне самой очень интересны все последние превращения Мурохха. Он всегда был талантливым мальчиком. Я только не догадывалась, насколько прытким. — Абир-Айе повернулась к девушке, благосклонно приняв из рук гнома высокий бокал с коктейлем взамен пустого. — Расскажи еще раз про Мурохха. Опиши его ауру. До сих пор не могу поверить, что, еще даже не будучи личем, он смог скрыть Тьму в своей ауре.

— Не только скрыл Тьму, — подняла пальчик Вика, — но и представлялся очень слабым магом. И соответственно без труда вписался в обыденную жизнь под самым боком у Цветных. — Вика многозначительно посмотрела на Проклятую. — Так что вы вполне можете подробно расспросить его об этих возможностях. Ну заодно и еще кое о чем. Нам с Ринарчиком срочно нужно Копье Подгорных Властителей. Он получит свое тело назад, а я — возможность повидать близких и друзей. Мне Зеленоморье нравится. Пожалуй, я даже не против здесь обосноваться… Но и по своему миру скучаю ужасно.

Абир-Айе помолчала, обхватив соломинку пухлыми губами. Сделав пару глотков, она задумчиво проговорила:

— Как-то у тебя все просто получается, Вика. Безусловно, Копье Подгорных Властителей поможет вытащить сущность Ринара из небытия. Но нельзя вот так просто взять и скакнуть в другой мир. Например, я понятия не имею, как это провернуть.

— Ринарчик обещал! — надула губки Вика. — Нет, я понимаю, что мужчинам доверять нельзя… Но если честно, у меня нет выбора. Ко всему прочему, я не собираюсь покидать Зеленоморье надолго. Значит, будет еще сложнее — надо совершить два прыжка. Но я ведь не дура! Понимаю, что не в сказку попала.

— Хорошо, что ты это понимаешь… Так все-таки было что-то необычное в ауре Мурохха?

— Обычная аура. Слабенькая, ненасыщенная, бледная. Может, какие-то странности и были, но я особенно не приглядывалась. Слишком сложно рассматривать эти ауры, у меня от этого глазки в кучку собираются. В любом случае в моей ауре разумные находят гораздо больше странностей. Но ничего, Стража Цветных на меня не бросалась. Вернее, бросалась, но совсем по другим причинам.

— То есть, — не удержалась Темная от шпильки, — у меня есть два пути. Первый — выпотрошить тебя, второй — Мурохха.

Вика подняла изящную бровь. Ласково улыбнулась:

— Только один! При этом совсем необязательно кого-то потрошить. Всего лишь расспросить Мурохха. Можно с пристрастием, — мстительно сузила глазки девушка.

Абир-Айе вздохнула:

— До него еще добраться надо. Чуть попозже я произведу кое-какие расчеты, чтобы подобраться порталом к его замку как можно ближе. Но все равно, если он так силен, что смог укрыть пространство вокруг замка от преобразований реальности, значит, он набрал большую силу. Большой вопрос, кто кого в этом случае выпотрошит… Или расспросит с пристрастием. — Проклятая лукаво взглянула на Вику. — Можно еще поискать стационарные порталы, с помощью которых пространство прокалывается очень легко. Этими порталами можно пользоваться даже там, где стоит защитная стабилизация. Если, конечно, они достаточно древние, чтобы врасти в ткань мира.

— О! — вскинула бровки Вика. — Еще и такие есть? Ринар ничего про это не рассказывал.

— Просто эти природные аномалии достаточно сложно разыскать. Кроме того, они нестабильны. И порталы из них ведут только из одной точки в другую. Даже если поблизости с фортом вдруг окажется такой портал, то он может вывести черт знает куда. Их нельзя настраивать.

— Хм… — разочарованно хмыкнула Вика. — Ну и зачем тогда вы мне рассказываете?

— Просто я помню, что где-то в этой местности как раз был такой портал. И вел он прямо из замка, который сейчас занимает Мурохх. Тогда замком владел другой Темный. И мы с ним тогда отправили в Сиреневый лес диверсионный отряд. Я думала, что это поможет отвлечь некоторые силы Цветных с театра военных действий. К сожалению, портал слишком быстро схлопнулся. Тогда в него успели проскочить всего пара магов и десяток зомби…

— Так чего мы сидим? — встрепенулась Вика, едва не расплескав коктейль. — Надо его найти!

— Не так быстро, девочка. Нам придется обшарить территорию радиусом в сорок — пятьдесят полетов стрелы. При этом сохраняя полную концентрацию. Внимательно и вдумчиво исследуя малейшие отклонения реальности. Сиреневый лес, конечно, не чаща и не бурелом, но все равно это лес. И только мы вдвоем можем найти колебания реальности. Мерава — не маг, Ринар пока не обладает такими способностями. Так что гораздо легче составить формулу перехода и отправиться моим порталом. Безусловно, нам придется еще добираться до замка, но там хотя бы будет понятно, в какую сторону идти. Да и расстояние, которое нужно будет пройти, гораздо меньше того, что мы проплутаем по лесу в поисках стационарного портала. Жаль, что никто из слуг не знает, куда время от времени исчезал Векто, безусловно знающий об этом переходе. Я тут порасспрашивала — Векто всегда уходил в лес в одиночку. Уверена, что он знал о портале и отправлялся именно к Мурохху. Эх, был бы кто-то, кто мог указать хотя бы приблизительно, где находится стационарный портал, мы бы уже могли отправляться в гости.

— Гоблины! — щелкнула пальцами Вика.

— Что — гоблины?

— Здесь где-то обретается шайка гоблинов. Они вполне были способны проследить за Векто, когда он направлялся к точке портала. Далеко от форта они уйти не должны… Ринар!

Череп, услышав, что его позвали, тут же бросил препираться с одним из гномов и взлетел над террасой. Оранжевые глаза плотоядно обежали ряд красавиц, устроившихся в шезлонгах.

— Ринар! Нужно разыскать гоблинов. Наверняка они шляются где-то поблизости, рассчитывая, что в форте можно чем-то поживиться.

— Я даже знаю чем. — Ринар, только что не облизываясь, оглядел едва прикрытые прелести девушки.

— В лоб получишь, — погрозила Вика кулачком, — будешь так пялиться!.. В общем, найди их и пригони сюда.

— Лениво чего-то, — скривился череп, крутнувшись в сторону гномов, пытающихся приладить створку ворот. — Да и сомневаюсь, что вы тут без меня справитесь. А что мне за это будет? — вновь развернулся череп, демонстративно разглядывая стройное тело.

— Я тебя поцелую…

— И не будешь выгонять из спальни!

— Можно подумать, это тебя когда-нибудь останавливало. Все равно всегда оказываешься под моим одеялом. Ладно, так и быть…

— Заметано!

Череп тут же сверкнул, свечой уйдя в небо. Еще через мгновение болид, оставляя после себя оранжевый хвост, скрылся за стеной.

Девушки не успели даже обсудить последний писк моды — расклешенные юбочки, как на дороге, ведущей к форту, показалась маленькая фигурка. Причитающая, ругающаяся. И подталкиваемая сзади черепом.

— Ай… ой… Да твоя ваще охренел! — Гоблин, остановленный перед террасой безжалостным способом — укусом за оттопыренное ухо, предстал перед любопытными взглядами трех красавиц и гномов, бросивших ради такого зрелища работу.

— Ай, какой много красивый девушка! — Гоблин, уставившись на перегнувшихся через перила красоток, даже забыл, что страшный череп по-прежнему держит его ухо зубами. — И такой готовый для любви! Почти совсем голый!

— Цыц! Озабоченный какой, — вздохнула Вика. — Слушай, что нам требуется. Наверняка вы, такие проныры, следили за Векто, когда он покидал замок. Понятное дело, что могущественному Темному магу на глаза вы попадаться не рисковали. Но я не сомневаюсь, что в расчете на поживу чем-нибудь вкусненьким в кладовой в отсутствие Векто вы следовали за ним. Так вот. Я хочу знать, куда ходил Векто.

— Ой-ой, какой умный девушка, — почувствовав себя в полной безопасности и поняв, что от него что-то требуется, гоблин нагло вырвал ухо из зубов черепа и не менее нахально уставился куда-то пониже ключиц девушки. — Чего наша получит взамен показывания этого места?

— Какой нынче меркантильный мужик пошел! — Вика искоса взглянула на Ринара. — В живых тебя оставим, вот что ты получишь взамен.

Однако гоблин понял, что уже может диктовать свои условия. Во всяком случае, он мог попытаться.

— Наша не согласные. Хотим твою. — Грязный зеленый палец с черным когтем ткнул в Вику, потом, словно стрелка компаса, указал на Абир-Айе и наконец качнулся в сторону Меравы. — И твою, и твою. И вообще, моя разговаривать только после любви. Хорошей любви. Потом моя говорить, где пропадал Векто. Потом все три отрабатывать долг с моя бойцами.

Абир-Айе посмотрела на Вику и громко спросила:

— Девочка, ты уверена, что не стоит совсем уж всех оставлять невыпотрошенными?

Вика задумчиво покачала головой:

— Уже не совсем. В отношении конкретно этого существа не уверена.

Под тремя грозными взглядами гоблин словно бы уменьшился в размерах. Вжав голову в тощие плечи. Немного присев. Да и вообще словно съежившись. Было похоже, что он осознал, что зашел слишком далеко.

— Уж моя и пошутить нельзя? — Сделав скорбную мордашку, гоблин жалобно посмотрел на красавиц. — Ну хотя бы наша иногда идтить в кладовку можно?

— В кладовку? Хм… про кладовку надо спросить у Меравы. Она тут за старшую остается, пока раненые встанут на ноги. Эй, Белоснежка, ты согласна, что эти зелененькие будут на халяву пользоваться твоими запасами?

— Вика! — Мерава укоризненно посмотрела на ехидно улыбающуюся девушку. — Что за Белоснежка опять? Откуда ты взяла эту дурацкую шутку, которую никто не понимает?

— Зато я понимаю, — безмятежно проворковала Вика. — У тебя как раз семь гномов будут вокруг. Здоровых, я имею в виду. И они будут тебя холить, лелеять… А может, и еще чего… Хи-хи…

Мерава покраснела, но постаралась замять щекотливый намек подруги, переведя разговор на более предметную тему:

— Я не против, если только гоблины будут посещать форт под моим контролем и под контролем гномов.

— Ну вот видишь, как все просто разрешилось, — лучезарно улыбнулась Вика гоблину. — Сейчас мы соберемся, и ты нас проводишь к этому загадочному месту.

— Ваша будет одеваться? — загрустил гоблин. — Печалька…

Девушки были готовы буквально через полторы свечи. Мерава, которую с собой не брали, оделась сразу. Почти как солдат по тревоге. Ну неуютно ей было в открытом купальнике. Абир-Айе облачалась в свои сверкающие доспехи чуть дольше. Еще немного времени понадобилось Проклятой, чтобы подкрасить губки. Остальные рекорды по быстроте сборов била Вика. По ее понятиям она собралась практически мгновенно. Перемерив несколько комплектов шортиков с маечками, девушка растворила их в воздухе. Потом с огорченным подвыванием попыталась воспроизвести снова. Попытка воссоздать опрометчиво развоплощенные вещи была признана неудовлетворительной. Со стонами и причитаниями типа: «Вот здесь же вышивка клевая была… Эти беленькие сидели же так прикольно на моей попке… А эти синенькие были короче или длиннее?..» Между делом Вика умудрялась снова и снова выпирать Ринара, желающего получить законный поцелуй. А еще она успевала уточнять, надолго ли и, главное, сразу ли они собираются в замок Мурохха. Выдавать ценные указания Мераве по обращению с мужским полом вообще и с гномами в частности. Перекусывать бутербродами. И требовать еще парочку коктейлей.

В конце концов утомленная суетой Абир-Айе с нажимом посоветовала Вике остановиться на темно-синих джинсах в облипку, высоких сапожках на шпильке и с открытыми носами и рубашке в романтическом стиле. Широкой. Рискованно распахнутой на пару лишних пуговок. С узкими расшитыми манжетами. С широким, также с драгоценной вышивкой, воротом-стойкой. Для усиления пиратско-романтического образа рубашка была подпоясана красным поясом. Концы которого свободно свисали, стелясь по стройному бедру.

Откровенно говоря, Вика не собиралась останавливаться на этом наряде. Он был создан всего лишь как альтернатива более легким шортам и майкам. И скорее всего, после недолгого любования в зеркале должен был быть удален из этой реальности. Но уж больно выразительным стал взгляд карих глаз Темной. Впрочем, вид волнительно колыхающейся упругой груди под свободной тканью вполне устроил девушку. Выглядело очень соблазнительно для мужчин, не могла не признать Вика. И приступила к макияжу.

Наконец они вчетвером вышли из форта. Обиженный Ринар, получивший мимолетный, почти ничего не значащий поцелуй. Абир-Айе, нервно постукивающая обнаженным мечом по зеркальным поножам. Гоблин, пытающийся обернуться, чтобы полюбоваться на следующих за ним ослепительных ведьм. Тут же, впрочем, кусаемый за малейшую попытку повернуть голову злым, как демон, черепом. И наконец беззаботно щебечущая Вика.

Спутники не успели прослушать и половину истории про пиратов Карибского моря из уст Вики. Вдохновленной на пересказ одноименного киноромана своим нарядом. Девушка еще возмущенно недоумевала, почему Джек Воробей и Элизабет не занялись любовью на райском необитаемом острове, а гоблин уже вывел спутников на небольшую полянку.

— Вот тута! — возвестил зеленокожий и наконец смог повернуться, чтобы обшарить две стройные фигурки взглядом. — Моя привела, теперь пойтить в кладовку. Живот кушать хотеть.

— Проваливай! — проворчал Ринар, прикидывая, не куснуть ли гоблина напоследок.

Тот, почувствовав исходящую от пылающего черепа угрозу, быстренько ретировался. Даже не стал еще раз предлагать заманчивые и, самое главное, бескорыстные услуги лучшего в Зеленоморье любовника. Видимо, читалось что-то такое в оранжевых глазах, что лишало бедных ведьм бешеной страсти и неземного удовольствия в объятиях зеленых, пусть и не слишком чистых, лап.

— Как интересно, — пробормотала Вика, подходя к мерцающему в центре поляны черному пятну.

Портал мигал с четкой периодичностью. И вел в какое-то темное помещение. При ближайшем рассмотрении в глубине можно было различить и каменную кладку и небрежно сваленные в углу доспехи. Света с этой стороны вполне хватало, чтобы увидеть и непритязательную дверь. Сколоченную из плохо оструганных потемневших досок.

— И что, вот так сразу туда ломанемся? — Вика повернулась к Проклятой, подошедшей сзади.

— Конечно, хорошо бы сначала разведать. Там вполне может быть ловушка. Векто безусловно умел избегать опасности, но… — Абир-Айе развела руками.

— Кто бы мог слетать на разведку? — протянула задумчиво Вика.

— Что это вы так на меня уставились?

Ринар попятился в воздухе, когда две ведьмы повернули головки в его сторону. В обоих взглядах, голубоглазом и кареглазом, явственно читалось понимание, кого можно послать на разведку.

— Нет. Мне не понравилось последнее вознаграждение. — Ринар надулся и обиженно отвернулся, гордо вздернув подбородок.

— Ну Ринашечка! — заканючила Вика. — Ну прости меня, пожалуйста! Ты же понимаешь, мы бабы — дуры, не потому что дуры, а потому что бабы.

Абир-Айе вздернула бровь, бросив пронзительный взгляд на Вику. Но та приложила пальчик к губкам и подмигнула. Показывая всем своим видом, что произнесенное предназначается исключительно для мужских ушей. Даже если их нет на голом черепе. И сама она так вовсе не считает. А затем слегка поскреблась ноготком в искристо-оранжевую затылочную часть черепа:

— Рианрчик, прекращай дуться! Ну хорошо, с меня тогда два поцелуя…

Череп мгновенно развернулся:

— Ладно, тогда пойдем вместе.

Абир-Айе, изумленно открыв рот, наблюдала, как Вика вслед за Ринаром шагает в портал, как раз в это время раскрывшийся на максимальную площадь.

— Но зачем тогда… А как же разведка… — Темная развела руками. — И эта девчонка до сих пор жива? И этот идиот Ринар до сих пор не развоплощен?

Проклятая покрутила пальцем у виска и уже совсем собиралась шагнуть вслед за препирающимися в полутьме Ринаром и Викой, как вдруг портал мигнул и погас. Совсем.

— Ну теперь поцелуй папочку!

— Ха! Папочка нашелся! Тебе до папочки, как медному чайнику до ржавчины! Тогда уж скорее дедуля! Хи-хи!

— По-любому ты должна мне поцелуй. Даже два.

— Здесь темновато…

— Хех! Ну ты и блондинка. Что же это за аргумент?

— У брюнеток это не аргумент. А у меня аргумент.

— Слабоватый… И вообще у меня стойкое ощущение, что ты меня хочешь опять кинуть!

— Привыкай! Хи-хи… Ой! Что это?

Свет, льющийся из овального портала, вдруг мигнул. Вика обернулась. Еще мгновение она видела прозрачный сказочный лес. С зеленой пушистой травкой у корней. С сиреневыми кронами далеко вверху. Еще мгновение можно было видеть силуэт Абир-Айе, крутящей пальцем у виска. А потом портал свернулся, оставив спутников в почти кромешной темноте.

— Ну вот видишь, теперь и вовсе темно!

— Я — светящийся. Темнота тебе не может поме… Так! Стоп! Поправь меня, если я ошибаюсь. Мы оказались в замке Мурохха без Проклятой?! Один на один с личем и его слугами?

— Ну и что? — беззаботно пожала плечами Вика, обрадованная прежде всего тем, что тема поцелуев благополучно забыта. Не то чтобы она была совсем уж против поцеловать симпатичный в общем-то череп. Такой весь переливающийся и загадочно сверкающий. Но он должен понимать, что она не какая-нибудь там шалава, раздающая поцелуи направо и налево, а почти всамделишная принцесса. Внимание которой дорого. И не достается просто так. Без долгих уговоров и ухаживаний. — Давай лучше отсюда выбираться. А то меня уже в дрожь бросает от темных помещений, освещенных оранжевым светом. В них я постоянно в какие-то передряги попадаю.

— Не нравится оранжевый свет, так создай светлячок, — мрачно отзвался Ринар.

— А ты не увиливай от своих обязанностей! Зачем сзади пристраиваешься? Я же не в юбке, чтобы под нее заглядывать.

— Хм… Видок тугой попки в джинсах в обтяжку тоже ничего. Хе-хе!

— Вот же извращенец какой! Марш вперед!.. Айи-и!

Не дожидаясь, пока череп всплывет перед ней, Вика двинулась к едва видной двери. И тут же ударилась пальчиками, игриво выглядывающими в мыске сапожка, о выступающий металлический лист половинки кирасы.

Дальше дело пошло еще хуже. Вика инстинктивно попыталась ухватиться рукой за ушибленные пальчики. Не удержала равновесия и рухнула прямо на кучу железа. Грохот вышел оглушающий. Даже Ринар встряхнулся, словно у него заложило уши.

— Ой моя попочка! — взвизгнула Вика, ощущая, как в нее вонзается какой-то острый край. И откинулась назад, стремясь избавиться от впившегося в мягкие ткани… И ударилась затылком о каменную стену. — Я знала, что это подземелье до добра не доведет! У меня еще не прошла шишка от дубины этого треклятого гоблина! — захныкала девушка, пытаясь одновременно потереть все пострадавшие места. Рук явно не хватало. Чести удостоились только пульсирующая шишка на затылке и поцарапанная сквозь разорванную ткань попка. Тогда Вика вытянула ножку и плаксиво попросила: — Подуй хотя бы!

Ринар, с озабоченной миной барражирующий туда-сюда, фыркнул:

— Я могу создавать звуковые колебания в области нижней челюсти. Но создавать воздушный поток не в моих силах.

— Плохой Ринарчик! — нахмурив бровки и обиженно выпятив нижнюю губку, надулась Вика. — Какой-то весь бесполезный! Никакого от тебя толка. Ну вот совсем! Хотя бы пожалей меня!

— Да-да! Мне тебя ужасно жалко, бедная моя девочка! Но, боюсь, грохот от твоего падения должен был поднять на ноги весь замок.

— Спасибо, — сделала бровки домиком блондинка. — И отдельное спасибо, что не сказал про грохот от соприкосновения моего затылка с камнем.

Вика поднялась. Еще раз исследовала шишку. Потом драную прореху сзади на джинсах. Изворачиваясь и пытаясь приподнять и так круглую попку, чтобы рассмотреть ущерб. Вздохнула: «Начинается обнажение. Хорошо хоть так — постепенно». Показала Ринару язык. И наконец двинулась к двери.

По ту сторону послышался настораживающий шорох. Что-то приглушенно брякнуло. Впрочем, желание поскорее покинуть темный подвал перевесило соображения осторожности. Поколебавшись лишь мгновение, Вика потянулась к ручке. Но даже не успела до нее дотронуться. Дверь, словно сделанная из фанеры, распахнулась от мощного толчка.

— Мама!

— Не-а, не угадала! — Череп выглянул из-за левого плеча девушки. — Всего лишь кукла.

Несмотря на скудное освещение из коридора и оранжевую подсветку из-за плеча, Вика с ужасом разглядела, насколько кошмарное существо стоит перед ней. Прежде всего в глаза бросалась огромная пасть, не закрывающаяся из-за выступающих кривых зубов. Очень острых. Лоб и скулы защищали бурые наросты с такими же кривыми и острыми, как зубы, шипами. Подобные накладки имелись на плечах, локтях, груди. Только шипы там были гораздо длиннее.

— Мама! — повторила Вика, отступая на шаг.

— Вот же блондинка, — проворчал Ринар. — Обозналась ты! Хе-хе…

Существо, которое удивленно пялилось на спутников, разлепило рот:

— Мама? Ты — мама? Чья?.. А где Векто?

Глаза Вики расширились до невозможности, а сама она попятилась, тыча дрожащим пальчиком в сторону куклы:

— Он… Оно… Это еще и разговаривает!

Под каблучок отступающей девушки попалась очередная железяка. Удержать в этой ситуации равновесие не было никакой возможности. Короткий полет спиной назад вновь закончился в груде доспехов. Грохот. Искры из глаз, когда затылок снова приложился к стене. Что-то острое, впившееся в мягкую часть тела.

— Дежавю какое-то, — простонала Вика, пытаясь проморгаться от всполохов в глазах. — А нет! Не дежавю!

Над Викой, еще более страшное в полутьме подвала, склонилось ужасное существо. Особенно страшным выглядела его попытка улыбнуться.

Недолго думая девушка замолотила перед собой кулачками. Морда отшатнулась. Но не слишком далеко. Пришлось подключить и ножки. И ультразвук. Так и махала Вика конечностями. Визжала, то зажмуриваясь от ужаса, то распахивая глаза, когда ей казалось, что монстр просачивается сквозь столь нерушимую защиту — мельницу из рук и ног. И не обращала внимания (или не слышала за собственными воплями), как кукла немного смущенно бормочет: «Мамочка, ты не ушиблась?.. Почему ты не хочешь, чтобы я помог тебе подняться?.. Ты теперь всегда вместо Векто будешь приходить?… Наверное, я тебя должен проводить в его покои?..»

Наконец Вика выдохлась. Она немного полежала, судорожно вдыхая воздух, щедро израсходованный во время звуковых упражнений. Однако едва кукла снова попыталась нагнуться и протянула к ней лапы, снова взвизгнула и, сконцентрировавшись, влепила в кошмарную морду воздушный кулак. Магический таран отбросил костистое тело в сторону. Чем Вика тут же воспользовалась. Вскочив на ноги и с подвыванием бросившись во все еще распахнутую дверь. Череп ринулся следом. С похожим подвыванием. Только он издавал звуки не панические. А скорее скорбные. Или жалобные.

— Вика! Вика!.. Куда ты опять поскакала? Ну нельзя в незнакомых местах стремглав лететь куда попало! Неужели тебя ничему не научило сидение в магической ловушке в заброшенном городе?

Вика совершенно не внимала бухтенью за спиной. Она мигом проскочила слабо освещенный коридор. Ломанулась в одну дверь, запертую. Потом во вторую, на этот раз открытую. Взлетела по стоптанным ступеням и наконец выскочила перед ярко освещенной лестницей. Явно парадной. Лестница была широкой. В конце пролета она раздваивалась на две более узких, но не менее роскошных. Все сверкало позолотой. Любая деталь была обязательно с завитушкой. Вверху, там, где лестница вела в две разные стороны, виднелось обширное, во всю стену, зеркало. Черный и серый мрамор сверкал в свете магических светильников, укрепленных на концах витых столбиков.

Возможно (только возможно!) попадание в цивилизованное место могло угомонить Вику. Собраться с мыслями. Но на беду у подножия шикарной лестницы, каждая со своей стороны, находились еще две куклы. Ничем не отличавшиеся от той, что встретила ее в подвале. Ко всему прочему, чудовища держали в руках устрашающего вида алебарды, начищенные так, что пускали зайчики от многочисленных светильников.

Последней каплей было то, что обе куклы угрожающе качнулись в сторону на мгновение остолбеневшей девушки. И одновременно протянули ладони:

— Сюда нельзя, у хозяина совещание. И вообще, ты кто такая?

В общем, тенденция к некоторому обретению спокойствия (после выхода из противного подземелья) была благополучно похерена. Вика взвизгнула. И в общем-то миролюбиво настроенные куклы по высокой красивой параболической траектории разлетелись в стороны. Еще более эффектно разлетелись алебарды, словно выстреленные из некоей гипотетической пушки. С тонким жужжанием они вонзились в стены, живописно закачавшись. Еще не утих маленький смерч от применения мощного воздушного заклинания, как высокие каблучки дробью простучали вверх. На какое-то мгновение девушка застыла у развилки лестницы. Выбирая, в какую же сторону ей рвануть.

Впрочем, выбор был очевиден. Справа на перилах повисла изломанная фигура одной из кукол, медленно стекающая на ступени. Левая же кукла, разбив головой каменный резной столбик, уже рухнула вниз. Конечно же Вика бросилась по правой лестнице. Чтобы сбросить вниз и второго, слабо трепыхавшегося, монстра.

Не будем обсуждать здесь женскую логику. Вроде паникующая девушка должна была держаться как можно дальше от источника своего страха. И повернуть туда, где нет никакой угрозы. А вот нет же! И кто скажет, что поступок Вики, устремившейся как раз туда, где находился монстр, нелогичен? Зато теперь ее отделяло от ужасных существ аж полтора пролета! Правда, Ринар, догнавший девушку в миг некоторого колебания, усмехаясь, вкрадчиво поинтересовался:

— Это ничего, что выход из замка в противоположной стороне? Как раз там, где начинается парадная лестница? Ты могла бы улепетывать от этих страшилищ в ту сторону, а не взлетать по ступеням.

Слова Ринара дошли до девушки, ужасно напуганной страшными куклами, только тогда, когда она уже распахнула тяжелые створчатые двери, ведущие в уютный зал.

— Что ты сказал? — Вика нерешительно обернулась.

Над парадной лестницей клубилась белесая пыль. Алебарды еще хищно подрагивали, глубоко вонзившись в стены. В воздухе лениво кружились какие-то обрывки. И было слышно, как осыпаются из рамы последние осколки зеркала, разбитого буйством воздушной стихии. Вызванной Викой.

— А это ничего, что ты не мог предупредить меня об этом раньше? — прошипела Вика и поджала губки.

— Я пытался, но ты была неспособна воспринимать дружеские советы… А почему ты шепчешь?

— Вот потому! — сузила глаза девушка, когда из зала послышался скрипучий голос: «Ну, что же вы? Не стесняйтесь, заходите!»

Вика осторожно заглянула зал, наклонив головку так, чтобы увидеть в глубине круглый стол. Вокруг которого расположилось несколько разумных.

— Привет! — помахала ладонью девушка. И обезоруживающе улыбнулась. — Я тут у вас намусорила немного. Ничего?

— Ничего-ничего. Я ожидал чего-то подобного, когда активировал удаленный магический глаз возле стационарного портала. Представляете, Вика, мое удивление, когда вместо Векто я увидел вас? Разыскиваю некую ведьму по всему Зеленоморью, а тут она сама в гости изволила пожаловать.

— А я-то как удивилась, когда Векто сообщил, что вы совершенно здоровы. Это после того, как я самолично видела вас без головы. Впрочем, говоря «совершенно здоровы», я, похоже, немного погорячилась. — Вика сделала шаг внутрь, разглядывая Мурохха, которому и принадлежал скрипучий голос.

Мурохх сильно изменился с тех пор, как перестал быть человеком. И стал личем. И дело не только в том, что его голова уверенно держалась на плечах. Как раз это было неудивительно — узкий шрам, кольцом охватывающий шею, был надежно скреплен металлическими скобками в лучших традициях Франкенштейна. Изменения претерпело и все остальное. Мурохх перестал быть тем пухлым, с виду безобидным толстячком. Его тело словно высохло. Кожа прилипла к костям. Щеки впали. Лицо почти лишилось кончика носа и под определенным углом напоминало обтянутый коричневым пергаментом череп. На котором жили и светились удивительно чистые глаза. Картину преображения подчеркивало странное сооружение на голове. Напоминающее корону из скрученных роговых отростков.

— Вы имеете в виду это? — проскрипел Мурохх, ткнув себя в горло заскорузлым пальцем. Напоминающим скрюченный отросток корня. А потом погрозил этим пальцем Вике. И изобразил гримасу, отдаленно напоминающую укоризненную улыбку. — Этим я обязан именно вам. Мне пришлось менять свою сущность слишком поспешно. И при инициации в моем теле Темной стороны произошел какой-то сбой реальности. Теперь моя оболочка сопротивляется любой длительной трансформации. Конечно, позже я найду способ, как исправить последствия не вовремя проведенного ритуала и избавиться от шрама. Просто сейчас не до этого.

— Я не совсем это имела в виду. Я имела в виду вообще… — Вика подняла руку и неопределенно покрутила в воздухе ухоженными пальчиками.

— О! Вы, наверное, подзабыли, что в отличие от, например, зомби существование лича — это чистое преобразование реальности. Если мертвяку, чтобы поднять руку, все равно нужно сократить мышечные волокна, то лич делает так, что в изменившемся бытии он — уже с поднятой рукой. Так что любое вещественное проявление моей деятельности происходит только с помощью магии. К сожалению, мир так устроен, что даже для полностью магической сущности нужна оболочка, своеобразный мостик к реальности, без которого невозможно даже пылинку поднять. А чем больше объем оболочки, тем больше энергии уходит на самое простое действие. Я, знаете ли, экономный. Моя суть не изменится, предстану я в виде красавца-мужчины или полувысохшего трупа. Но для любого движения мне необходимо изменять объем и массу, а делать это легче, когда они минимальны. И в критической ситуации у меня будет немного больше возможностей для активного преобразования реальности. А насчет необходимости некоего якоря для мертвой сущности — вот спросите хотя бы своего приятеля, Ринара. По сути он тоже лич. Только с сильно ограниченными способностями.

Вика обернулась к черепу, покачивающемуся над левым плечом:

— Н-да… Близнецы-братья!

Потом приблизила белокурую головку к пылающему оранжевым светом черепу и шепнула:

— Не парься, на самом деле ты гораздо симпатичней…

— Ну что же вы стоите в дверях? — радушно махнул рукой Мурохх, и вдруг одним рывком очутился уже между столом и входными дверями. — Проходите, присаживайтесь, угощайтесь. Вам, разумным, находящимся в живом теле, это необходимо.

Лич, не перебирая ногами, скрытыми под неким подобием длинной юбки, быстро поплыл к Вике и галантно предложил высохшую руку. К облегчению девушки, в основном скрытой под расклешенным рукавом из серой струящейся ткани.

— Прошу.

Мурохх проводил девушку к одному из свободных кресел. Затем хлопнул в ладоши. Звук был похож на треск сломанного сухого сучка. Вика даже вздрогнула, решительно отказываясь признать, что хлопок был сделан при помощи магии, а не издан костлявыми кистями лича.

Тут же в зал скользнули девушки. Изрядно обнаженные. Их прелести едва были прикрыты струящимися полупрозрачными одеждами, скорее призванными пробудить мужское желание, чем скрыть наготу.

Вика ошеломленно захлопала ресницами, шокированная… Скорее всего, она была шокирована тем, что еще кто-то кроме нее притягивает мужские взгляды. Наверное, именно поэтому она попыталась поставить заслон из ладоней перед глазами Ринара, заинтересованно повернувшего оранжевые шары в сторону девушек. Заслон был не особенно удачным — череп всего лишь чуть приподнялся вверх.

— Принесите моей гостье приборы, — распорядился лич, просочившись сквозь стол. Занял свое место и победоносно оглядел присутствующих.

— Силен, гад, — тихонько прошептал снизившийся Ринар на розовое ушко причину горделивости Мурохха. — Очень тонкая работа с реальностями. Я даже не припомню, кто еще мог настолько легко оперировать материей и магией. Во всяком случае, по такому ничтожному поводу, как просто усесться на стул.

Между тем полуобнаженные девушки, хлопочущие вокруг Вики, поставили перед ней блюдо. Раззолоченное, с резьбой по краю. Положили рядом изумительной работы приборы. Налили в высокий узкий бокал вина. И наконец удалились, даже не подумав обслужить Вику — наполнить ее тарелку многочисленными вкусняшками. Видимо, это не входило в их обязанности. При этом, покидая зал, они весьма развратно (по мнению Вики, ревниво наблюдавшей за реакцией черепа) покачивали бедрами.

— Ну что ж, — осклабился Мурохх, когда Вика, не дождавшись, когда хоть кто-то за ней поухаживает, скромно положила на свою тарелку несколько кусочков с разных блюд, — продолжим… Не буду вам, Вика, представлять своих соратников. — Лич обвел взглядом присутствующих за столом. — Вы познакомитесь с ними позже. Дело в том, что я даю сегодня бал для своих последователей. Вы же не против присоединиться к нашему веселью?

— У меня есть выбор? — хмуро буркнула девушка, отправляя в рот нежнейший кусочек чего-то странного. Но удивительно вкусного.

— Хорошо, что вы понимаете ситуацию, в которую попали. — Мурохх откинулся на спинку резного кресла, не обращая внимания на яства. Стоящие перед ним нетронутыми. — Но введу вас в курс дела. Дело в том, что Темные давно нуждаются в сильной руке. В централизованной власти. Власть Проклятых, заставляющих соблюдать несущественные правила и традиции, давно исчерпала себя.

— А Абир-Айе в курсе? — метнула короткий взгляд на лича Вика.

Мурохх усмехнулся и развел руками:

— Конечно, пока нет. Ни Абир-Айе, ни Эраноэль не догадываются, что им либо придется подчиниться, либо уйти во Тьму окончательно. Они будут служить мне так же, как их собственные слуги служат им. Не правда ли, мои друзья? — тяжелый взгляд обвел Темных, сидящих за круглым столом. Что характерно, ни один из них не посмел возразить, уткнувшись в свою тарелку. — Ну а третья Проклятая, Ги-Лигурия, уже мой союзник. Пока она всего лишь разделяет мои устремления в плане централизации власти, но я готовлю ей некоторый сюрприз. После которого она окончательно утратит свою независимость. Кстати, я вас вечером познакомлю. Надеюсь, вы найдете общий язык. Только убедительно прошу вас пока не разглашать то, что вы здесь услышали. Я уже один раз поторопился из-за вас, но, как видите, преодолел почти все последствия. Вы мне не сможете помешать, но сильно осложните собственное существование.

— Ну и, понятно, — проговорила Вика с набитым ртом, безмятежно опустошая свою тарелку, — вы видите себя королем Темных? Ну конечно! Как же до меня сразу-то не дошло?

— Не дерзите, глубокоуважаемая ведьма…

— Опять ведьма? — воскликнула девушка. — Запомните раз и навсегда: не ведьма, а ангел.

— Не суть… Не буду вас утомлять оправданиями типа, что Темные давно нуждаются в сильной единоличной власти. Что их дрязги давно мешают успешно противостоять Цветным. Что им же будет лучше, когда Цветных удастся немного потеснить. Дело в другом. С потерей основных качеств человеческой оболочки я лишился многих земных наслаждений. Мне недоступен вкус пищи, я не чувствую аромат цветов, не улавливаю игру оттенков в картинах художников. Зато я приобрел способность получать удовольствие от двух вещей. Во-первых, от власти. От выполнения моих малейших прихотей другими разумными. Особенно против их воли. И во-вторых, я получаю умопомрачительные эмоции, когда воплощаю любые свои, даже сумасбродные, идеи. От осознания того, что я — гений и могу найти решение для самой сложной задачи. Как вам, наверное, понятно, эти две вещи довольно крепко переплетены между собой. Приобретенная власть подчеркивает мою гениальность, а воплощение гениальных идей требует обладания властью. Но наслаждение всем этим, скажу я вам, — Мурохх прикрыл сухими веками блестящие глаза, словно в этот самый момент испытывал чувство глубокой удовлетворенности, — совершенно потрясающее. Когда я был человеком, я и не подозревал, что вообще возможны такие восхитительные эмоции… Собственно, ради того, чтобы еще большее количество разумных обеспечивало мне это наслаждение, я и затеял небольшой переворот среди Темных.

— Цинично, — тряхнула Вика шелковистой белокурой шевелюрой, — зато честно. Уважаю. А вообще, вы — маньяк. Вам еще об этом не говорили?

— Ваше уважение мне не требуется, — ухмыльнулся в ответ лич. — Мне нужна ваша покорность. А насчет моей маниакальности… В том-то и дело, это ужасно приятно — быть маньяком, но все равно получать все, что захочется.

— Все же, как я понимаю, — невинно опустив взгляд в тарелку, поинтересовалась Вика, — не все так гладко в вашем королевстве? Иначе Абир-Айе не разгуливала бы спокойно по Пограничью и не посылала меня на разведку в ваше логово.

Девушка немного преувеличила роль планового расчета в попадании в замок Мурохха, давая понять, что осталась без поддержки могущественной Ведьмы вовсе не из-за стационарного портала, погасшего не вовремя. А только потому, что так было задумано.

Лич пожал костлявыми плечами:

— Я вас умоляю! Усмирение и покорение Проклятых — это всего лишь этап, по завершении которого я получу совершенно умопомрачительное удовольствие. Все же побед такого масштаба я пока еще не одерживал. А следующим этапом и моей победой станет чистка Темных рядов. Слишком большой процент разумных с Темной аурой соблюдают нейтралитет и пытаются прожить так, чтобы Цветные их не трогали. Противно! Слюнтяи. Отказывают себе в праве иметь рабов, не проводят опытов над живыми, негласно помогают операциям Цветных!

Мурохх немного помолчал, недовольно хмуря брови, а потом бросил на Вику такой взгляд, что по спине пробежали мурашки. Слишком уж оценивающий.

— Хм… — в задумчивости лич потер острый подбородок костяшками пальцев. — Но ваша идея, Вика, меня взволновала.

— Какая из них? У меня много идей. Например, по введению в Зеленоморье танцполов. А еще нужны плавательные бассейны, приятно было бы немного расслабиться, поплавать после трудов праведных. Ну или неправедных, — пожала плечами Вика, бросив взгляд на Мурохха.

Тот удивленно взглянул на девушку:

— Что за бред? Нет, мне понравилась ваша идея про королевство. Как же я сам не додумался! Основать свое королевство, короноваться… И власть будет принадлежать мне на законных основаниях и единолично. Не то что у этих Цветных — Совет архимагов. — Мурохх презрительно скривил тонкие губы. — Впрочем, мне пришла в голову еще одна мысль. Если я стану королем, то мне полагается королева.

— О-о-о!.. — Вика заинтересованно взглянула на Мурохха. Матримониальные подробности всегда ее занимали. И не важно — факты это или слухи. Главное — перемыть косточки всем знакомым. — У вас есть избранница на эту роль? Позвольте-ка я угадаю! Оргнара?

Лич поморщился:

— Оргнара в опале. Она умудрилась раскрыть многие мои секреты, и я отослал ее с одним мелким поручением, слишком меня стал раздражать ее вид. Кроме того, гномка — всего лишь симпатичная разумная, которая была способна скрасить трудовые будни скромного Цветного мага, которым я прикидывался, чтобы всех сбить со следа. В ней нет того шарма, который присущ вам! Сами понимаете, моя королева должна быть такой, чтобы при виде нее мне завидовали все разумные. Так что я собираюсь жениться на вас.

— А женилка-то не высохла, как все остальное?

— Я — маг, как-нибудь решу этот вопрос. Хотя, понятно, что, обладая вами, физического удовольствия я не получу. Зато какое наслаждение меня ждет, когда вы будете сопротивляться и испытывать отвращение от близости! Меня это изрядно заводит уже сейчас.

Вика бросила в сторону лича испепеляющий взгляд. Не имевший, впрочем, никаких видимых последствий. Наоборот, Мурохх заулыбался жутким оскалом, довольный произведенным эффектом:

— Что ж, не буду вас задерживать. Рабыни проводят вас в покои. Там вы сможете отдохнуть и подготовиться к балу. И будьте мне благодарны. Я вас не убил, несмотря на некоторые предсказания, касающиеся вас. И даже собираюсь сделать своей королевой. С определенного рода негативными сопутствующими моментами, конечно… Но все же надеюсь, вы это оцените и подарите мне много приятных моментов своей болью, отвращением и тоской по тем временам, когда на вашей головке еще не было короны.

Вика состроила гримаску и поднялась, швырнув салфетку в тарелку:

— Мы это еще обсудим, дорогой. Главное, как бы нам не поменяться местами.

— Это вряд ли! Вы же видите, я так уверен в себе, что даже не лишаю вас способности к магии. Вы ничем не можете мне угрожать. Только излишней покорностью. — И лич рассмеялся хриплым смехом.

— Вот денек-то не задался, — проворчала Вика, когда вошла в покои, выделенные им Муроххом, и закрыла дверь. — Сначала карательные отряды нападают, потом железяки в попку впиваются. Страшилища разные мамой называют. А теперь еще и мумия замуж зовет!

— Привыкай, хе-хе! — ухмыльнулся череп. — А ты думала — в сказку попала?

— Именно что в сказку. В сказку про Кащея Бессмертного и Василису Премудрую.

— Кого ты Кащеем назвала, я догадываюсь. А вот кто у нас «премудрая»? Хе-хе-хе!

— Что за намеки? Убью! Лучше бы пожалел меня бедненькую, несчастненькую, за немилого замуж отданную.

— Да не переживай! Я тебя никому не отдам!

— О! О-о-о! Ринарчик! — Вика закатила глазки. — Ты мой герой! Идеал… практически. Вот только как ты это делать собираешься?

— Ничего, как-нибудь прорвемся.

— И то верно… — Вика грациозно обернулась вокруг себя, осматриваясь. — А здесь ничего. Уютненько. Вот только гардины я подобрала бы посветлее. И другого оттенка.

Непринужденный взмах изящной ладони. И упомянутые гардины изменили цвет. Надо отдать должное вкусу девушки — просторные покои сразу заиграли новыми красками.

Ринар, как и любой мужчина, обратил мало внимания на резко похорошевший дизайн помещения. Его волновали гораздо более прозаические вещи.

— Не о том думаешь и не так расходуешь ауру! Нам бы надо как-то выбраться отсюда. И поэтому глупо растрачивать силы. Понятное дело, здесь слишком много сильных магов, преданных Мурохху. В открытое столкновение нам лучше не… Э-э-э… Что? — Ринар запнулся, заметив, как льдисто и недобро вспыхнули голубые глаза девушки.

— Ты не забыл, что мы приглашены на бал?

— И что? — осторожно поинтересовался череп. На всякий случай чуть пятясь от блондинки. — Это наш шанс. В данный момент все готовятся к балу. Возможно, проскользнуть к порталу будет немного полегче. Если же он не открылся, то… Да что ты так на меня смотришь?

— Ты — дурак? — Вика экспрессивно постучала себя по лбу. — Повторяю по слогам. Мы! При! Гла! Ше! Ны! На! Бал!!!

В оранжевых глазах сверкнуло понимание.

— А! — саркастически кивнул собой череп. — Блондинка не может пропустить вечеринку?

— Ну наконец-то до тебя дошло! — Вика закрыла верхнюю часть лица рукой и покачала головой. Словно не веря, что мужчина может понять всю важность предстоящего события. — Ладно, для начала нужно принять душ. А потом придумать наряд. Ой! Чувствую, меня сегодня посетит вдохновение!

Привычно вытолкав устремившегося следом Ринара, девушка скрылась за дверью ванной комнаты.

Глава 12

Оформление зала, в котором Мурохх предполагал проводить многочисленные балы для своих приверженцев, было полностью отдано двум эльфийкам. Их очень кстати уступила по сходной цене Ги-Лигурия. Проклятая, уважающая только силу, вовремя почувствовала огромный потенциал в молодом талантливом маге. Стремительно обретавшем мощь. А уж когда неприметный маг разом перескочил несколько ступенек и обратился в лича, все симпатии ведьмы оказались на стороне Мурохха. Слегка беспокоили авторитарные замашки. Но кто из Темных без тараканов в голове? Если такие и были, значит, Тьма еще полностью не взяла их в свои сети. Значит, такие вполне могут служить двум господам. Снюхавшись с Цветными. И значит — к ногтю их! И Ги-Лигурия без тени сомнений продала двух пленниц за гроши. За эту сумму едва можно было приобрести двух зомби. Но с Муроххом не очень-то поспоришь. Кроме того, ведьме было любопытно, что он собирается сделать с молоденькими (не старше пятидесяти лет) эльфийками.

Она бы очень удивилась, если бы узнала, что лич тотчас снял с пленниц ошейники и привел в огромный подвал под замком. Впрочем, называть огромное пустое помещение подвалом язык не поворачивался. Скорее это была рукотворная пещера. С каменными стенами. С тонкими колоннами, поддерживающими громаду замка наверху. Размерами не уступающая паре, а то и тройке земных футбольных стадионов. И эльфийки, с радостью освободившись от ошейников, постарались на славу. Постарались так, словно это было их последнее преобразование реальности. Они и были уверены, что оживление, иначе и не скажешь, темной, неуютной пустоты — последняя их волшба. Иначе зачем Мурохх, уже прославившийся своим изуверством, пообещал жизнь? Ни одна из рабынь не сомневалась, что лич и на этот раз проявит свою натуру и обманет. Обманет, чтобы снова ощутить разочарование и отчаяние своих жертв. А уж о том, чтобы вместо оформления подземного пространства попытаться силой прорваться на свободу, эльфийки даже не помышляли. Вкрадчивый голос и ласковые манеры похожего на мумию лича со скрепками вокруг горла и костяной причудливой короной на голове были страшнее, чем грубость и злобные крики Проклятой. Ужас перед Муроххом был даже сильнее смерти.

Работа удалась на славу. Подземелье преобразилось до такой степени, что попавший в этот рай разумный начинал недоуменно озираться. Да и что прикажете делать? Когда, спустившись на несколько уровней, вдруг попадаешь в гущу тропических зарослей. Соответствующим образом облагороженных. Голубые панели магических светильников под потолком создавали иллюзию ясного неба. Отдельные пламенеющие пятна цветов невероятных размеров были вкраплены в звездные россыпи мелких цветков. Изящные, вырезанные словно по лекалам эльфийских узоров зеленые листья свисали над аккуратными дорожками. В свою очередь различных оттенков дорожки причудливо вились ажурным лабиринтом среди зарослей. Иногда вдруг расступающихся и образующих обширные площадки с великолепными скульптурами и удобными скамейками. И любой путь приводил к центральной площади с фонтаном. Играющим разнообразными формами струй. То поднимающихся ввысь к небесному своду подземелья, то разлетающихся причудливыми веерами.

Мурохх остался очень доволен. К сожалению эльфиек, он оставил им жизнь. Подвергнув совершенно кошмарному унижению. Девушки, на шейки которых вернулись ошейники, теперь встречали гостей перед входом в преобразившееся подземелье.

Унижение состояло в том, что утонченные тела, хоть и снабженные одеждой, отдаленно напоминающей изящные покровы эльфов, были совершенно прозрачны. На одной из эльфиек были широкие шаровары, стянутые через равные промежутки тонкими лентами вдоль стройных ножек, и свободный топик. На второй — крохотное платьице с широкими рукавами и расклешенным подолом. Но тончайшая ткань не могла скрыть ни одной подробности эльфийской анатомии. Чем с удовольствием пользовались спускающиеся с верхних этажей разумные. Самое ужасное, что среди них было большинство отнюдь не эльфов — разумных, кто по своей высокородности был равен рабыням. Смириться со взглядами перворожденных, стоящих, по убеждению эльфиек, на высшей ступени эволюции рядом с ними самими, было гораздо легче. Тщеславие, эгоизм и гордыня. Черты остроухих, из-за которых они обычно с удовольствием впускали в свою ауру Тьму. Но по этой же причине они редко уживались с Темными, не слишком спешащие сотрудничать с теми, кто обладает слишком большим гонором.

В результате эльфийки, краснея и морща носики, оказались под прицелом глаз и людей, и орков, и даже гномов. Взгляды последних вызывали особое омерзение. Но деваться было некуда. Ошейники сдавливали нежные шейки, не позволяя даже как следует вздохнуть. И всем было прекрасно известно, что стоит хотя бы на секунду показаться в прекрасных глазах недовольству, как Мурохх без колебаний изменит реальность так, чтобы эльфийки забились на полу, широко раскрывая рты. В бесполезной попытке захватить хоть глоток воздуха.

Наконец все гости прошли, и рабыни смогли вздохнуть с облегчением. Впрочем, на лестнице послышалось цоканье каблучков, и вскоре в поле зрения появилась стройная девушка. Вроде бы просто запоздавшая гостья, но глазки эльфиек удивленно распахивались по мере того, как она спускалась по лестнице.

Все было странным в облике последней разумной, подошедшей к дверям в подземелье.

И идеальная фигурка, где-то даже противоречившая законам анатомии. Настолько тонкая талия. Настолько длинные ножки. Настолько идеальной формы грудь.

И платье, подобранное с таким вкусом, что позавидовала бы любая эльфийка. Черное с блестками. Облегающее волнительные изгибы, словно вторая кожа. Настолько облегающее, что еще немного, и платье можно было посчитать неприличным. Тем не менее язык не поворачивался назвать платье вульгарным. Даже несмотря на то, что туго натянутый лиф едва держался на высокой упругой груди. Даже несмотря на то, что волнительный разрез показывал стройную ножку очень высоко — угадывалась даже ажурная вязь резинки чулка. Даже несмотря на то, что в уютной ложбинке устроился изысканный кулон с черным бриллиантом, подчеркивая сексапил облика.

И макияж. Вечерний, но без вульгарности. Именно тот, от которого не оторвать глаз, но лишь подчеркивающий природную красоту лица, а не заменяющий ее.

В общем, это было удивительно для эльфиек. Как человеческая девушка может настолько тонко балансировать на грани? На грани сексапильности и развратности? На грани утонченности и вульгарности?

Нет! Это решительно невозможно для тех, кто не имеет предков, веками культивировавших вкус и гармонию своего народа!

Еще более удивительной была аура девушки — розовая, блистающая черными искорками. Цветная? Без единой червоточинки? Не считая, конечно, этих странных искр… В логове лича? Свободная? Без ошейника?

…А кто это с ней? Странная мертвая сущность в виде пылающего черепа, словно на веревочке, плывущего над левым плечом…

Между тем девушка грациозно спустилась и, захлопав глазками, уставилась на полуобнаженных эльфиек.

— Нет, этот Мурохх точно извращенец! Как за такого замуж идти?! — воскликнула девушка. И ввела рабынь в ступор тем, что, сграбастав череп под мышку, закрыла ему глаза изящными пальчиками.

— Э-э-э… — пробормотала она, видя удивление эльфиек таким обращением с мертвой сущностью. — Видите ли, Ринар еще маленький, и для его психики ваш вид может стать шоком. Ему ведь всего лишь несколько дней исполнилось. Вернее, вообще-то гораздо больше, если учитывать некоторые нюансы, но до эротики он не дорос. Видите, какой у него ростик? — Вика положила череп на одну ладонь и накрыла сверху другой, словно измеряя его рост. Потом спохватилась и снова закрыла шары оранжевых глаз. — Вообще-то он любит пялиться кое на кого, но ведь это совсем другое? Наверное… Демоны! Похоже, я себя в педофилы записала.

Видя полное непонимание со стороны рабынь, Вика махнула рукой:

— А!.. Забейте!

Девушка еще раз осмотрела рабынь с ног до головы и поджала губки:

— Я вижу, девочки, вам не очень сладко здесь? Ладно, не парьтесь, я что-нибудь придумаю. Все равно мне как-то из этого лича нужно вытягивать информацию. И замуж за него не слишком-то хочется. Да и вообще, нужно прекращать этот бардак, который здесь творится. Все, пока!

Вика, не выпуская брыкающийся череп, процокала внутрь подземелья. А эльфийки ахнули в очередной раз: вырез платья на спине был аж до той самой заманчивой расщелинки между ягодицами. Нижнего белья на девушке просто не было!..

Вика какое-то время еще проплутала по дорожкам подземелья-сада. Впрочем, когда она вышла на центральную площадь под хихиканье Ринара, бал как таковой еще не начался. Спрятанные где-то в зарослях музыканты наигрывали тихую мелодию. А гости, разбившись на группы, сидели на удобных диванах или прогуливались вокруг фонтана. Кто-то флиртовал, кто-то обсуждал последние слухи, кто-то хвастал новыми заклинаниями. Пили и ели то, что разносили снующие между разумными рабыни. В общем, все были при деле.

— Все-таки я тебя когда-нибудь прибью! Нет чтобы, зная о моем географическом кретинизме, просто показать дорогу, так ведь вместе со мной шлялся по этим дурацким джунглям!

— А я что? Лечу за тобой, наслаждаюсь тишиной, спокойствием и окрестными видами.

— Ага… Знаю я тебя! Все твои окрестные виды ограничиваются моей задницей.

Вика замолчала, потому что вплыла под огонь многих взглядов, скрестившихся на ней. Польщенно улыбнулась — взгляды мужской половины были заинтересованными, а женской — полны зависти. Как первое, так и второе девушка не без оснований посчитала комплиментом. И лишь потом скривила губки — к ней подплыл Мурохх.

— Господа! Прошу внимания! Я хочу представить вам будущую королеву Зеленоморья, а заодно мою будущую супругу.

Вика, купающаяся в чужих взглядах, тут же ощутила, что большинство разумных мужского пола поспешно отвели взгляды, а в глазах женщин появилась насмешка. Смешанная с изрядной долей удовлетворения. Ну понятно, супружество с существом, подобным Мурохху, — какое еще наказание может быть лучше для более красивой, чем они, особы?

Пухлые губки презрительно поджались, демонстрируя отношение девушки к трусости мужской части гостей и мелочной завистливой радости — женской. Но в следующий момент Вика отшатнулась, потому что лич привлек стройное тело к себе, шепнув на розовое ушко:

— Мне уже не терпится сыграть свадьбу, чтобы заняться тобой вплотную. Возможно, я даже отложу планы по зачистке неправильных Темных.

Вику передернуло от брезгливости, что вызвало восторг у лича.

— О! Мне нравится твоя реакция! Я уже вижу, как ты будешь умолять меня остановиться, плача и дрожа от ужаса!..

В этот момент мелькнула размазанная оранжевая дуга, и череп, словно хук слева, полетел в голову лича… Не долетел. Отразился от защиты Мурохха теннисным мячиком. Прочертив яркую полосу, Ринар врезался в заросли, только лепестки экзотических цветов взлетели испуганным облачком. Однако в зарослях он пробыл недолго, взлетев над побитыми цветами пьяной летающей тарелкой. И снова бросился бы на защиту девушки, если бы та не остановила его движением ладони.

Вика уже взяла себя в руки. И, холодно стрельнув искусно подведенными глазками в сторону Мурохха, проворковала:

— Только после свадьбы, дорогой. Только после свадьбы…

— Ну что ж, все должно быть законно и с соблюдением всех традиций. Я подожду. Тем более я надеюсь, что неотвратимость и ужас перед предстоящей брачной ночью заставят тебя мучиться и терзаться все это время.

— Надейся, кто же тебе запрещает? — мило улыбнулась Вика, и Мурохх даже удивленно заглянул в голубые глаза, выискивая там испуг и неуверенность. И, к своему величайшему разочарованию, не нашел их. Только безмятежность и милую непосредственность.

— Тшш, Ринар, — приложила пальчик к губам Вика, обернувшись к черепу.

Он уже занял, пошатываясь в воздухе, свое место над обнаженным плечиком. Ринар гудел и злобно вращал глазами, пристально следя за малейшим движением Мурохха. Но под голубым неодобрительным взглядом больше не предпринимал попыток наброситься на него.

Убедившись, что Ринар держит себя в руках, Вика вновь обратилась к личу, прощебетав:

— А кстати, ведь у будущих супругов не должно быть секретов друг от друга?

— Ну конечно!

— Тогда расскажи про Копье Подгорных Властителей.

Лич удивленно поднял брови. Смешно поползшие по пергаментному черепу к линии, где начиналась костяная корона.

— Ты и про этот артефакт знаешь? Ты и вправду слишком опасная ведьма, хорошо, что будешь под моим жестким присмотром.

— Во-первых, там поглядим, кто под чьим присмотром будет. Во-вторых, как я уже говорила, я не ведьма, а вовсе даже ангел. А в-третьих, так где же оно находится?

— После моего воскрешения и изменения сущности я вернул Копье Подгорных Властителей в тайник. Туда, где я его прятал все время, пока набирался опыта, искал знания и рассчитывал ритуал применения артефакта. Надо сказать — очень удачное место, никто даже не догадывается какое.

— Ну мне-то ты скажешь?

Вика обольстительно улыбнулась, но Мурохх взял девушку за руку и повернулся к гостям. Которые уже успели расползтись по всей площади вокруг фонтана и старательно делали вид, что им совсем неинтересно, о чем разговаривают их повелитель и его «невеста».

— Я представлю тебе своих единомышленников и заодно твоих будущих подданных. Самых могущественных, конечно… Господа Темные! Прошу подойти сюда!

Вика, как любой человек, а тем более блондинка, очень слабо запомнила тех, кого ей представляли. Вереница магов, личей, ведьм прошла перед ней. Конечно, визуально некоторые очень хорошо откладывались в памяти. Эти гости были очень необычными разумными. Пошедшими по пути изменения внешности и продвинувшимися на этом поприще гораздо дальше Мурохха. Здесь были и зубастые и клыкастые твари, слабо напоминавшие людей или, допустим, орков. Их, конечно, было немного, и поэтому они запомнились Вике. Ну как запомнились? «Тот, который был представлен третьим… Или четвертым?» — исчерпывающая характеристика, по мнению девушки. В общем, их внешний облик у Вики никак не ассоциировался с названным именем. Было лишь одно небольшое исключение — Ги-Лигурия. Одна из Проклятых оказалась рослой красивой женщиной. Огненно-рыжей с перламутровой кожей. Чуть нескладной, но ей это очень шло. Ей Вика улыбалась особенно старательно и, многозначительно понизив голос, сказала, что позже им обязательно нужно поговорить.

Несмотря на явную опаску, которую демонстрировали разумные мужского пола по отношению к будущей супруге своего повелителя, Вика блистала. Просто невозможно было оставить без внимания стройную фигурку. В костюме, созданном по принципу искусства быть раздетой ровно настолько, чтобы ее считали одетой. Просто невозможно было не цепляться взглядом за длинные, изящно очерченные ножки. Или за глубокое декольте с уложенными в нем упругими полновесными округлостями. Или за обнаженную золотистую спину. Обнаженную чуть ниже приличий. Но чуть выше непристойности.

Может быть, купания в мужских взглядах и не вышло, но брызги определенно долетали. Ну и плюс высокую волну гнал Ринар. Ему-то не было необходимости делать вид, что ему неинтересны прелести будущей властительницы Темных.

Между тем бал набирал ход. Правда, в основном так считали Темные, незнакомые с шумными пати в ночных клубах Земли. Вика морщила носик и отчаянно скучала. Нет, безусловно, неспешные танцы, все фигуры которых девушка выучила моментально, позволяли показать себя. Еще раз обратить на себя мужское внимание. Еще раз позлить немногочисленных представительниц женского пола своим совершенством и грациозной пластикой. Но где драйв? Где отрыв?

Пора было добавить адреналинчику. Вика не собиралась задумываться о последствиях. Вернее это просто не пришло ей в голову. В ее светлую головку. Не пришло это и в оранжевый череп. Ринар заинтересовался оживленным общением лича с одним из Темных. Напустив на себя таинственности, насколько это было возможно в его облике, он плавно двинулся в сторону беседующих. И вскоре скрылся в ярких, отлично его маскирующих цветах поблизости от края площади.

Поэтому Вика, чинно выполняя все развороты танца, касаясь кончиками пальчиков руки партнера, грациозно перебирая стройными ножками, принялась смущать Темных вкрадчивыми намеками на порочные теории Мурохха. Намеки были вначале. Затем, чувствуя себя революционером, вышедшим из подполья, девушка стала прямо объяснять все прелести авторитарного правления. Объяснять, что все вечеринки прекратятся. Что разнообразие в одежде канет в лету. Что нельзя будет слушать ту музыку, которую захочется. Что нужно будет ходить строем с красными лозунгами, прославляющими Мурохха. И смотреть те фильмы, которые идеологически выдержаны… Впрочем, про фильмы Вика упомянула только один раз. Вовремя вспомнив, где она находится. В общем, пересказывала все те ужасы, которые, по ее мнению, были при власти КПСС в ее стране. Про свободу слова, свободные выборы и т. п. подобную чушь она упоминать не стала. То ли посчитала это не важным по сравнению с перечисленными глобальными недостатками диктаторского строя, то ли просто по легкомыслию.

Надо сказать, что ее слова неожиданно упали на благодатную почву. Темные по своей природе были индивидуалистами. Сплотить их можно было только страхом. Что, собственно, и продемонстрировал Мурохх, сколотивший немаленькую группу тех, кто был готов по тем или иным причинам подчиняться. Но когда изящная молоденькая ведьма начинает без опаски и оглядки говорить такие вещи… Ведьма — слабая! Цветная! Как могли убедиться те, кто удосужился взглянуть на ауру Вики. Так, может быть, не так страшен демон, как его пытаются нарисовать?

Как при любом тиране, быстро нашлись недовольные. Крутой нрав Мурохха и особенно его порочные наклонности при обращении с более слабыми создали немало тайных врагов.

Постепенно Темные выходили из круга. Иногда бросая партнерш прямо посередине незаконченного танца. Образовалось несколько группок Темных, оживленно, но пока на пониженных тонах, обсуждающих сложившуюся ситуацию и перспективы возможного бунта.

Однако были и такие, кто под шумок подходил к личу и что-то ему возбужденно говорил. Таких провожали злобными взглядами. Но пока задерживать не рисковали.

В конце концов, Вика разошлась и, презрев правила, пригласила на очередной танец Ги-Лигурию.

Проклятая недоуменно подняла бровь. Но согласилась.

Вот тут-то Вика и вывалила на нее все. Все, о чем ее просил умолчать Мурохх. Обо всех его планах по усмирению Проклятых. И вообще всех недовольных. Больше того. Фантазия девушки разыгралась. Она красочно, чуть ли не в лицах, расписала округлявшей постепенно глаза Ведьме, что ее ждет каторжная жизнь в кандалах. И, возможно, даже в качестве сексуальной рабыни лича. А может, тот вообще отрежет ей голову. И будет та жить на серебряном блюде…

Под конец танца из зарослей рядом со скамейкой, где восседал Мурохх, появился встревоженный череп.

Он подлетел к Вике и яростно зашептал на розовое ушко:

— Ты что наделала? Возможно, даже бежать уже поздно! Нет, вначале это было смешно. Я веселился в кустах вместе с Муроххом, когда Темные начали рассказывать ему про твои речи…

— Хехекал небось? — сузила Вика глаза и поджала губки.

— Ты не о том думаешь! — Череп загудел и потряс собой. — В конце концов, Мурохх разозлился, а сейчас вообще в бешенстве! Пора уходить. И надеяться, что портал восстановился. Иначе…

Что «иначе», Ринар сказать не успел. Так как это «иначе» начало воплощаться. Неумолимо.

Мурохх объявился перед девушкой и раздосадованным черепом.

— Ты слишком много себе позволяешь, — прорычал Мурохх, не обращая внимания на Ги-Лигурию, стоящую рядом со своей бывшей партнершей по танцу.

Вика попятилась от жуткой маски, в которую превратилось лицо лича. И так-то не слишком притягательное.

— Э-э-э… Что ты так разбушевался, дорогой? Просто девочки решили немного побеседовать… по-девичьи.

— Девочки? — Мурохх экспрессивно махнул иссохшей кистью. — Побеседовать? Ты устроила целый заговор! Ты уничтожаешь мою власть! Ты вносишь смуту в тот порядок, который я устанавливаю!

— Так, может, власть и порядок не столь хороши, если их может уничтожить простая ведьма? — вкрадчиво поинтересовался Ринар, вылетев чуть вперед и заслоняя Вику в меру своих габаритов.

— Молчать! — взвизгнул лич и одним движением набросил магическую сеть на пылающий череп. Ринар оказался полностью обездвижен. И упал под ноги Мурохха безжизненным камнем.

Затем лич выбросил вперед руку, и Вика почувствовала, как ее аура начала корежиться под мощным напором. Однако она даже не успела испугаться. Несколько Темных и Ги-Лигурия оттеснили плечами девушку назад, встав между ней и личем. За Муроххом встали маги, по-прежнему преданные своему хозяину.

А дальше все закрутилось с ужасающей скоростью. Темные, стоящие напротив друг друга, без долгих разговоров ударили мощнейшими заклинаниями. На близком расстоянии измененная реальность с той и с другой стороны схлестнулась с грохотом и ослепительной вспышкой. Ураган магии смел противников, словно фигурки с шахматной доски. Уцелели только сам Мурохх и Ги-Лигурия. И Вика. К недоумению тех, кто оставался чуть в стороне и выжил — многие успели попристальней взглянуть на девушку. И оценить ее слабый потенциал.

Тем не менее они времени даром не теряли. Несколько петель захлестнулись на шее Ги-Лигурии, бросившей весь энергетический запас на отражение безумной атаки. Отсеченная от силы, Проклятая зло зашипела, пытаясь сбросить удавку.

Вику Темные проигнорировали — Мурохх уже контролировал каждое движение девушки. И любое изменение реальности, исходящее от нее. Во всяком случае, ровно настолько, насколько это необходимо, когда перед тобой слабенькая ведьма.

— Думаю, я допустил ошибку, когда позволил тебе разгуливать на свободе и общаться с неокрепшими умами. Я говорил тебе, что потерплю с жестокостью по отношению к тебе до свадьбы?

— Д-да… — запинаясь пробормотала Вика, с ужасом наблюдая за личем, увеличивающим свои габариты. Роговая корона на голове превратилась в острые отростки, пальцы удлинились и заострились жуткими когтями, лицо превратилось из злой маски в кошмарное порождение ужасов, застыв на промежуточной стадии между формой морды тираннозавра и человеческого лица.

— Вы! Приструните уже эту ведьму Ги-Лигурию! Ошейник наложите, как я вас учил!.. Я передумал! — заревел Мурохх, вновь развернувшись к Вике. — Я заставлю тебя страдать сейчас. Я хочу ощутить трепет твоего тела. Я хочу взять тебя всеми извращенными способами, на которые способны разумные. Чтобы ты молила меня о смерти.

Лич бросился на девушку, жалобно лепечущую: «Да ты маньяк, дорогой!»

Повалив ее на ухоженную дорожку, Мурохх принялся раздирать тонкую ткань, ошметками полетевшую в разные стороны. Рассекая нежную золотистую кожу глубокими ссадинами. И уже не обращал внимания на то, как шевелятся губы девушки.

— Ну, Эраноэль, — шептала Вика, — помнишь, я тебе два раза позволила высунуть нос наружу? Контролируя на жестком поводке. Мне страшно от того, что я вижу в твоей душе. И я обещала, что больше никогда не выпущу тебя. Но сейчас такой момент, что я, пожалуй, позволю тебе еще разок появиться в этой реальности. И теперь я спускаю тебя с поводка полностью и даже разрешаю разнести здесь все до основания.

Те, кто в этом момент присматривался к поверженной девушке, ахнули. Розовая аура в черную искорку вдруг резко заклубилась абсолютной чернотой. Голубые глаза вдруг заполнились Тьмой, пожравшей любые эмоции с такой же легкостью, с какой черный цвет, сменивший голубой, сделал невидимым зрачок.

Мурохх, вдруг прекративший терзать беззащитное податливое тело когтями, даже отшатнулся, увидев в изменившихся глазах своей жертвы темный ужас, надвигавшийся из пустой бездны.

— Дорогой! — усмехнулась Вика. Или теперь уже Эраноэль? — Ты бы, прежде чем рвать на девушке платье, сначала отрастил себе что-нибудь. Там, внизу. Или ты предпочитаешь, чтобы девушка извелась вопросом — вошел ты или нет? По-моему, это слишком изуверски даже для тебя.

— Вика? — неуверенно проскрежетала морда Мурохха, который теперь с изумлением разглядывал распростертое под ним тело.

— Нет! Эраноэль!.. Вика разрешила мне здесь порезвиться. И поверь, я использую отпущенное время на полную катушку!

В последнее мгновение Мурохх все же успел поставить защиту. Это его спасло, хоть мощное заклинание и швырнуло его вверх. А затем шмякнуло, словно беспомощного котенка, об землю.

Эраноэль в теле Вики легко вскочила на ноги. Не обращая внимания на обрывки платья, жалко свисающие по обеим сторонам от роскошной обнаженной груди, покрытой глубокими ссадинами от когтей лича, ведьма легким движением пальчиков бросила веером россыпь искорок. Несколько попали в приспешников лича, одна — сорвала ошейник с Ги-Лигурии.

— Поиграем в прятки? — крикнула Эраноэль. И вдруг исчезла. На том месте, где она только что была, скрестились несколько ледяных копий и шаровых молний.

Проклятая возникла за спинами разумных, и ее новый удар снова собрал смертельный урожай.

— Дура тупая! — зло выдохнула в спину Ги-Лигурии Эраноэль. — Ну что ты стоишь, давай разнесем это гнездо по кирпичику, как меня попросили! — И Эраноэль снова исчезла. За ней с легким хлопком растворилась в воздухе и вторая Проклятая.

Мурохх поднялся, когда Ведьмы растаяли в воздухе. Он стал еще выше. Почти потерял гуманоидные черты. Семи локтей чудовище, хищно наклоненное вперед. Сгорбленное. Руки трансформировались в острые клешни. Челюсти вместе с зубами еще больше выдвинулись вперед. Напоминая аллигатора на охоте.

— Что стоите?! — прорычал Мурохх в сторону кучки разумных, которые опасливо жались друг к другу. У их ног лежали поверженные первым ударом Эраноэль. — Найти и уничтожить! Мне надоели эти сучки, особенно лезущая не в свои дела Вика!

Эльфийки, создавшие парк, постарались на славу. Проклятые, вышедшие на тропу войны, оценили их усилия по достоинству. В настоящих джунглях, заботливо выращенных с эльфийской тщательностью, вести партизанские действия было очень сподручно. К тому же не привыкать Темным бить исподтишка. Наносить удар. Скрываться от превосходящих сил. И снова выслеживать отбившуюся от основных частей жертву. И наоборот. Темные, пытающиеся поймать неуловимых Ведьм, совершенно не представляли, как организовать системный подход к поимке Проклятых.

Эраноэль, использовавшая ближний портал, не требующий больших затрат энергии, не требующий долгих расчетов, даже не собиралась проверить возможность побега из рукотворной пещеры. Сбежишь — и Вика возьмет под контроль ее сознание. Вновь отрезав от реальности. Вновь посадив в клетку, где нет ни времени, ни эмоций, ни чувств, ни мыслей. По-своему это состояние было даже приятно. Но лишь до того времени, пока Ведьму не выпускали. В предыдущие разы Вика держала освободившееся сознание под жестким контролем. В первом случае Эраноэль надо было всего лишь провести лечение сдыхающего орка. Ни на волосок в сторону! Даже мысль о том, чтобы сделать что-то иное, не позволялась Викой. Во втором случае все было и хуже, и лучше. Эраноэль позволили наблюдать и советовать. А также черпали сведения из ее знаний и умений о боевой трансформации. Без комплексов и угрызений совести. Что ж, это была справедливая плата. Чтобы немного отвлечься от покоя бесконечности в запертом сознании. Чтобы всего лишь понаблюдать за тем, как Вика расправляется с троллем. И иногда подсказать, что и как лучше сделать. Но теперь Эраноэль не собиралась упускать шанса.

Она чувствовала присутствие Вики. Она знала, что та может в любой момент перехватить контроль над телом. И, главное, мозгом. Но пока ей позволено действовать самостоятельно, она будет развлекаться. О-о-о! Как это чудесно! Ощущать силу упругих мышц под нежной кожей. Чувствовать, как клубится черная сила в ауре. Ну уж нет! Развлекаться так развлекаться! И никаких побегов подальше от заварушки!

Первым делом Эраноэль освободилась от остатков одежды. Скинула дурацкую обувь. В которой не то что бегать, ходить невозможно. Без риска поломать ноги. С одеждой заморачиваться не стоило. Как и залечиванием пустяковых царапин. Усмешка скользнула по чужим губам, принадлежавшим незнакомой красотке. Пусть сама занимается потом наведением красоты. Пусть попотеет, не имея навыков и опыта. Месть мелочная. Но и от нее так тепло на душе! Да и к тому же запасы энергии в ауре небезграничные. И так даже относительно слабый короткий портал — все же портал и буквально пожирает запасы энергии. Не то что какое-то паршивое ледяное копье. Так что никаких залечиваний!

Оставшись обнаженной, Темная чуть присела и без особых усилий взлетела вверх. Точеная золотистая фигурка скользнула в густую крону как раз тогда, когда чуть в стороне на дорожке показались двое разумных.

Ни единого движения не выдавало присутствия Эраноэль. Да и двое людей, магов шестого круга, внимательно всматривались в густые заросли, усеянные яркими цветами. Не поднимая головы. Не ожидая опасности сверху.

Обнаженное тело прильнуло к шероховатому стволу, став с ним единым целым. Ведьма была эльфийкой. И любой лес, особенно выращенный соплеменниками, сам по себе служил средством защиты. Мог вмешиваться в реальность на уровне низких энергий. Например, движение листвы, бросающее причудливую маскирующую рябь тени на прячущегося эльфа. Или толстая ветвь, качнувшаяся и вставшая на пути брошенного ледяного копья. Магическое вмешательство мог заметить только сильный и опытный маг. И то только тогда, когда он внимательно и тщательно сканирует происходящие вокруг изменения реальности. Слишком слабым было влияние леса.

Темные, осторожно ступающие по дорожке, не думали ни о низких энергиях, ни о засадах. Они, безусловно, опасались Вики. Или Эраноэль. Или Ги-Лигурии. В общем, ведьм, которых приказал убить Мурохх. Воздушный щит, который они держали перед собой, был очень мощным. На пределе способностей. На атакующие заклинания аур уже не хватало. Да в них и не было необходимости. Стоит только Ведьме ввязаться в бой, как остальные через лучину будут здесь. Против пяти-шести магов высоких кругов не выстоять никому, будь ты трижды Проклятой.

Вот и гнал воздушный щит перед магами листочки, мелкие веточки и камешки. Шевелил неспешной волной узорно вырезанные листы зарослей по бокам от дорожки. Сбивал лепестки дивных цветов. Но вот сзади и сверху… Даже витающая в свете высоких магических светильников пылинка была не потревожена выше голов. Разве что естественным током воздуха от неспешного движения двух магов.

Эраноэль не было нужды даже применять магию. Когда Темные проходили под ней, она просто соскочила с дерева гибкой смертоносной молнией. Два кулачка опустились сверху на макушки неудачливых магов, вбивая позвонки шеи в легкие.

Оба преследователя умерли мгновенно. Не успев даже понять свою ошибку. Не говоря уже о том, чтобы заметить или хотя бы почувствовать приближающуюся смерть в виде изумительно сложенной фигурки, летящей сверху.

— Минус два, — шепнула Эраноэль, бросив настороженный взгляд в обе стороны дорожки. Никого. — Сколько же Темных осталось в живых?

«Кажется, около десяти. Плюс Мурохх», — откуда-то издалека пришел едва различимый импульс мыслей Вики.

Эраноэль усмехнулась:

— Можно было быть и повнимательнее! Все же кое-кто был занят сложным заклинанием — веерным разбрасыванием ледяных стрел, а кто-то ворон считал.

«Ну вот, кажется, меня опять блондинкой обозвали!..»

Впрочем, Ведьма уже не обращала внимания на отголоски чужих мыслей. Тем более что они в конце совершенно уже заглушились заполошными криками где-то в отдалении. А потом и вовсе гулкими взрывами.

— Узнаю Ги-Лигурию, — пробормотала Эраноэль, — ничего по-тихому сделать не может!

«А кстати, Ги-Лигурия за нас?»

Темная не удостоила Вику ответом, устремившись в чащу. Мгновенно забравшись в густую крону ближайшего раскидистого дерева, она понеслась на звуки битвы, перескакивая с ветки на ветку. Можно было бы указать, что Ведьма проделывала это с обезьяньей ловкостью. Вот только получилось бы слишком грубое сравнение. Если брать в расчет, с какой грацией и изяществом Эраноэль перебрасывала точеное тело с дерева на дерево.

«Ух ты! Тарзан нервно курит в стороне! Это и я так смогу по деревьям скакать?»

Золотистая обнаженная фигурка, балансируя на ходу, пробежалась по ветке ближайшего к центральной площадке дерева. Раздвинув густые узкие листья, Эраноэль осторожно высунула мордашку наружу.

Возле фонтана (или, если точнее, возле того, что от него осталось) шла настоящая эпическая битва. Такие комариные укусы, как ледяные копья или огненные шары, уже давно были забыты.

Собственно, Эраноэль повезло, что дерево, в кроне которого она укрывалась, оставалось еще целым. Преобразование реальности, используемое противниками, можно было сравнить с ковровыми бомбежками. Или выжиганием джунглей напалмом. Отраженные и взрывающиеся заклинания уже прорубили несколько широких просек, лучами расходящихся в разные стороны от площади. Камень бассейна вокруг фонтана был оплавлен. И в нескольких местах тек раскаленной лавой. Покрытие площадки и отходящих дорожек превратилось в красивое цветное стекло. Если не было нарушено двухметровой глубины воронками. Ближайшие деревья, вырванные с корнем, полегли, словно трава под ногами великанов.

Среди этого хаоса оставалось и несколько островков спокойствия. Это Темные маги и Мурохх в своем невообразимом виде довольно успешно нападали на Ги-Лигурию. Проклятая прогибалась под ударами. Пока еще отражала атаки. Но было видно, что ей все труднее гасить плазму, кипевшую вокруг нее. Или нейтрализовывать ядовитые испарения. Или ставить щиты, чтобы взрывы, рвущие воздух рядом, не нанесли ущерба. Впрочем, были заметны и первоначальные успехи Темной. Прежде всего, об этом говорило изрядно уменьшившееся число атакующих — всего пять разумных во главе с Муроххом сейчас наседали на Ги-Лигурию. От остальных не осталось даже клочков — слишком сильные заклинания применялись. Слишком несовершенна плоть, лишенная магической защиты, чтобы противостоять глобальным изменениям реальности. Сама Ведьма уже не помышляла о нападении, медленно отступая с площади в покореженный, изломанный лес.

— Дура тупая! — процедила Эраноэль. Повторив свое любимое определение в адрес Ги-Лигурии. — Учат тебя, учат, что нельзя в лоб атаковать превосходящие силы противника… Как же тебя в юности Цветные не прикончили с такой стратегией?

«И мы не поможем ей? Ее же сейчас взорвут!»

— Да и демоны с ней! Жаль только, что она не сможет больше никого забрать с собой.

«Но так нельзя!»

— Еще как можно… Вот только потом придется драться с этими в одиночку…

«Не айс!»

— Чего?

«Нехорошо, говорю. Да и потом, Темных на кого оставишь? Тебя я запру снова. И если Ги-Лигурия погибнет, то на все Пограничье останется только Абир-Айе!»

— И что мне с того? Может, мне вообще стоит спрыгнуть вниз и не закрываться от заклинаний? — скривилась Эраноэль.

«В голом виде? — Отзвуки мыслей Вики вроде бы были лишены эмоций. Но в последней фразе отчетливо чувствовался ужас. — Перед незнакомыми и мало знакомыми светить сиськами? И всем остальным, к ним прилагающимся? Ты в своем уме? Это же эксклюзив! Только для избранных!»

— Э-э-э… — озадачилась Эраноэль. — Вообще-то речь идет совершенно о другом…

«Ладно-ладно, — перебила ее Вика. — Я буду тебя иногда выпускать, только постарайся поменьше отсвечивать моими прелестями перед кем попало!»

— Я тебе говорю, что это тело могут уничтожить, — разозлилась Эраноэль, — а ты беспокоишься, чтобы его не увидели обнаженным!

«Для уважающей себя девушки, — с достоинством ответил бесплотный голосок, — скромность и порядочность важнее!»

— Это у тебя-то скромность? В том платье, в котором ты предстала перед этими пару часов назад? Возникает вопрос: что они там не видели? После такого-то платья! — Эраноэль фыркнула и добавила: — Куда я попала? Там — дура тупая, в голове — просто дура!

«Я бы попросила! Не дура, а блондинка. Между этими двумя понятиями, знаешь ли, большая разница!»

— Да что ты говоришь…

Несмотря на пререкания с отзвуками чужих мыслей в голове, Эраноэль готовила атаку. Связка двух заклинаний обещала стать перспективной. Первое заклинание — стабилизация реальности, призванная пожрать щиты, или вернее защитные коконы, в которых прятались маги от бушующей вокруг стихии, второе — простенькая воздушная стрела. Она должна была поразить лишенного защиты разумного не хуже мощного удара.

Эраноэль успела швырнуть сдвоенное заклинание три раза. Прежде чем ее обнаружили и ураган пламени и взрывающегося воздуха забушевал вокруг. Это тоже было предусмотрено. Толстый сук, на котором балансировала Проклятая, был сожжен мгновенно, и обнаженная фигурка скользнула вниз. Выходя из эпицентра магического урагана.

Приземлившись по-кошачьи, Эраноэль заставила защищаться Мурохха. Используя мощные, но неэффективные против монолитной обороны лича заклинания. И под шумок сумела взорвать одного из противников. Уж больно он заманчиво снял щит, чтобы рубануть чем-нибудь увесистым по Проклятой. Ведьма оказалась быстрее.

А дальше пришлось отступать. Да что там — бежать. Магический резерв был опустошен более чем наполовину. Поэтому даже короткий портал отпадал. Темная навесила густой туман между собой и противниками и что есть духу помчалась от площади. Перескакивая огромными, но изящными прыжками лужи расплавленного камня и щебня, стволы поваленных деревьев и глубокие воронки. Скользя по застывшему стеклу кварца. Впрочем, было понятно, что бегство ни к чему хорошему привести не может, в сравнительно небольшом подземелье путь от центра — это путь в западню. Рано или поздно бегущую прижмут к стене. Единственный плюс — это то, что можно выбирать место следующего боя. Да надеяться, что Ги-Лигурия, несмотря на истощенный резерв, хоть чем-то поможет. Ударив в спину атакующим.

«Как там Ги-Лигурия?» — прозвучало в голове Ведьмы, когда она остановилась у дальней стены подземелья.

— Не знаю! — огрызнулась Эраноэль, спешно устанавливая какую-то замаскированную пакость позади своего пути. Заметать следы — подчищать ауру уже не было ни времени, ни лишнего запаса энергии. — Если ты заметила, я спасала хорошенькую задницу твоего тела! Надеюсь, я отвлекла магов и Ги-Лигурия, если она не совсем дура, сбежала… Н-да, — добавила Ведьма, подумав, — шансы пятьдесят на пятьдесят… Кстати, сколько осталось противников?

«Э-э-э… Кажется, два… Или один? Ну плюс Мурохх, конечно».

Эраноэль фыркнула:

— Кажется? Как можно быть такой бестолковой? Так, считаем… Троих я уложила в самом начале и одного в конце. Остался один, и, кажется, это Сигноэлм. Пройдоха предпочитает не высовываться, поэтому и дожил до сегодняшнего дня. Ну а запас аур у него и у Мурохха остался?

«Я не обратила внимания», — пискнул голосок, смущенно заглохнув в конце фразы.

— Ну в любом случае необходимо поставить ловушки. Вот здесь и здесь… пускай только сунутся.

Как и предполагала Проклятая, в живых остались двое — стройный эльф, не потерявший лоска и утонченности в пекле предыдущего боя, и сам Мурохх, прорубившийся к загнанной Ведьме напролом сквозь чащу.

Темные атаковали стройную золотистую фигурку с ходу. Эраноэль прижималась спиной к покрытой изумрудным мхом стене подземелья. Отступать было некуда. Тем не менее место для битвы с оставшимися в живых противниками было выбрано достаточно удачно. Толстые стволы, лишенные сучьев на высоту до десяти локтей, позволяли маневрировать. Уклоняться от ударов. Мешали нападавшим проводить атакующие связки. И в то же время ловко перемещавшаяся Ведьма постоянно оказывалась с глазу на глаз только с одним противником.

К сожалению, для Эраноэль Мурохх с Сигноэлмом выбрали осторожную тактику. Они не раскрывались, чтобы нанести сокрушающий удар. Эльфийке в человеческом теле никак не удавалось подстеречь момент, когда кто-либо из противостоящих ей Темных откачает хоть немного энергии из щитов, направив ее в атакующее заклинание. Нет, они продолжали долбить несложными и малозатратными изменениями реальности. Ну как малозатратными… Мох со стены уже был содран или сожжен в пепел, теперь витающий в воздухе сероватым снегом. Босые маленькие ступни были обожжены и кровоточили — воронки с остывающими углями и золой покрывали площадь радиусом пятнадцать шагов. Как раз там, где танцевала уворачивающаяся от атак обнаженная фигурка. Одно из деревьев было повалено. И хорошо еще, что не занялось от серии огненных шаров, выпущенных Муроххом. Эраноэль ответила локальным понижением температуры на небольшом участке реальности. Чудовищное тело мага заклинание не задело. Зато заморозило всю влагу в могучем стволе и рядом, в воздухе. Ствол покрылся наростом льда и инея. Язычки пламени тут же захлебнулись.

Тем не менее противники постепенно приближались. Шаг за шагом сокращая дистанцию. И с каждым локтем продвижения вперед их атаки становились все мощнее. Им все легче было формировать заклинания, которые бросались на все меньшее расстояние.

И никто так и не раскрылся. Ни осторожный Мурохх, ни тем более Сигноэлм не пожертвовали защитой. Более того, эльф, оставаясь за щитом, сумел подобраться совсем близко. Что позволило ему укрыться за ближайшим к Эраноэль толстым стволом. Стволом, который до этого служил надежной защитой для самой Проклятой.

Оставшись недосягаемым для прямых ударов, Сигноэлм быстро вдохнул магию в уцелевшее небольшое деревце. Раскидистое и кряжистое.

Нападение куклы, которая выдвинулась из-за полуобгорелого толстого ствола и угрожающе раскачивала узловатыми ветвями, было полной неожиданностью для Эраноэль. Эльфийка, оставшаяся один на один с Муроххом, как раз всерьез взялась за атакующие заклинания. И даже заставила того отступить на несколько шагов, потеряв изрядную долю ауры.

Спасло Темную медленное передвижение куклы и собственная принадлежность к эльфийскому племени. Против природы не попрешь, и созданная на коленке реальность, где растительные волокна могут сокращаться, как мышцы, была далека от идеала. Корни, которыми кукла перебирала, ломались. Некоторые остались лежать шевелящимися обрубками. Другие бессильно волочились сзади. Ветви, уже тянущиеся к золотистой фигурке, трещали и лопались.

В результате Эраноэль выскользнула из смертельных объятий. А в следующее мгновение вытянула из каждой клетки древесного волокна магическую энергию. Уж как это сделать, эльфийка прекрасно знала. Кукла застыла нелепым изломанным силуэтом. С разом пожухшей листвой.

К сожалению, для быстрой стабилизации реальности в этом дереве Проклятой пришлось немного приоткрыться. Чем не замедлил воспользоваться Мурохх. Мощное заклинание взорвало стену рядом с обнаженной фигуркой. Выбросив поток острых каменных осколков. Эраноэль удалось увернуться. Лишь один булыжник по касательной ударил по бедру. Стройное тело развернуло и швырнуло на вспаханную заклинаниями землю. От повторного удара Ведьме удалось защититься, мгновенно бросив всю оставшуюся энергию на щиты стабилизации реальности.

Но аура была истощена до предела. У нападавших с энергией было не лучше. Но их было двое! Если дойдет до рукопашной, беззащитной ведьме несдобровать. Ни на доспехи, ни на оружие, ни тем более на усиление костей и увеличение силы мышц уже не было энергии.

Темные маги, очевидно, думали так же. Уже не таясь и особенно не защищаясь, они вышли на оголенное пространство. В руках Сигноэлма блеснул тонкий меч. А Мурохх, с его огромным ростом и чудовищными клешнями, был смертельно опасен и без подобных игрушек.

По всей видимости, они были настолько уверены в своей победе, что не обратили внимания, как сзади из мало поврежденных зарослей выскользнула Ги-Лигурия. Чистенькая. Относительно свеженькая. Без царапинки. Все последствия и ущерб предыдущего боя были устранены Ведьмой. И у нее оставался еще кое-какой запас энергии.

— Вовремя! — выдохнула Эраноэль, зажимая рваную рану на бедре.

«Ну, что же так долго? — воскликнул голосок в глубине сознания. — Мы тут сражаемся, а она там лечилась, видите ли!»

Ги-Лигурия ударила в незащищенную спину Сигноэлма. Разрывающий реальность удар смял фигуру мага, словно вырезанную из бумаги. Однако с Муроххом фокус не прошел. Он успел закрыться.

Но теперь диспозиция поменялась с точностью до наоборот. Личу пришлось отступать. Едва отбиваясь от бешеного натиска Ги-Лигурии и пристально следя за маневрами опустошенной, но все еще опасной в ближнем бою Эраноэль.

Несмотря на всю шаткость положения, Мурохх сдаваться не собирался. Он был еще достаточно силен, и возникла патовая ситуация. Ведьмы не могли пробить защитные построения Темного мага, а он сам мог только обороняться. Не помышляя о наступлении. Установившийся паритет мог измениться только в пользу Мурохха. В рукопашной схватке он, безусловно, имел все преимущества, воплощенные в его обновленной сущности. И страшные челюсти разжимались в жуткой пародии на ухмылку — Ги-Лигурия атаковала прямолинейно, не особо заботясь о тающей энергии. Это истощало и запасы Мурохха. Но не так быстро, как запасы Проклятой. Все же поддерживать реальность всегда проще, чем создавать новую.

Наступил момент, когда Мурохх уже начал торжествовать победу. Он без труда отмахивался от Эраноэль, вертящейся рядом. Пытающейся причинить физический урон. Ну хотя бы выбить коленную чашечку. Он перебросил всю энергию вперед, на стабилизирующий щит. Он не обращал никакого внимания на мелкие щепки и комья земли, летящие сбоку или сзади от разрывов отраженных заклинаний Ги-Лигурии.

Однако порадоваться до конца личу не удалось. На поле битвы появился новый персонаж. Словно чертик из табакерки, из зарослей выпрыгнул пылающий оранжевый череп. Светящаяся дуга прочертила пространство, и Ринар оказался нос к носу с уродливой мордой.

— Ты освободился! — прорычал Мурохх.

— Конечно, мальчик! Ты не заложил в путы нить автономности. Так что когда твоя аура почти исчерпалась, заклинание расползлось, как гнилые нитки, и я оказался на свободе. — Череп угрожающе надвинулся. — У меня есть для тебя еще одна новость.

— Проваливай! — Темный маг слегка отклонился в сторону, чтобы держать в поле зрения ведьм. Пока приостановивших атаки.

Но Ринар качнулся и подкорректировал свое положение в пространстве так, чтобы оранжевые шары его глаз снова оказались перед глазами чудовища.

— Я говорю, сопляк, что у меня новость есть для тебя! Мы с тобой — мертвые сущности. Не совсем принадлежащие этому миру и этой реальности.

— И что?

— А то, что мы друг для друга очень уязвимы.

И череп, чуть отклонившись, нанес собой удар в переносицу Мурохха. Темный отшатнулся, закрывая морду клешнями. Его рев был полон боли. Но Ринара это, похоже, волновало мало. Разогнавшись, он вновь врезался в голову лича. Раздался страшный хруст. И Мурохх рухнул на землю, теряя защиту. Уменьшаясь в размерах. Ослепленный, он катался по выжженной земле, а Ринар вновь завис над корчащимся костлявым телом.

— Дальше мы сами! — вдруг крикнула Ги-Лигурия. На пальчиках ее руки замерцало малиновое свечение.

— Стой! — заорал Ринар, но в следующий момент ему пришлось отшатнуться. Потому что на месте Мурохха вспух огненный цветок, разбрызгивающий вокруг брызги раскаленной докрасна плазмы.

— Вика! — Череп обернулся, разгневанно вращая глазами. — Почему ты ее не остановила? Как мы теперь узнаем, где находится Копье Подгорных Властителей?

Слова застряли в оранжевой зубастой пасти, когда взгляд Ринара наткнулся на черноту бездны. Черноту бездны в глазах милой обнаженной девушки с идеальной фигуркой.

— Вика?.. — неуверенно попятился от нее череп. — Эраноэль!

Однако чернота радужки поблекла и вдруг засияла веселым искристым оттенком безоблачного неба.

— Ринарчик! — бросилась девушка к черепу. Прижала его к обнаженной груди, раскачивая, словно котенка. Склонила головку. Потерлась нежной щечкой о гладкое оранжевое темя. — Ты меня спас!

— Погоди-погоди! — зарычал Ринар. Не делая, впрочем, попытки освободиться из горячих объятий. — Давай разберемся! Правильно ли я понимаю, что ты могла вызывать в сознании Эраноэль? Что мы могли провести обряд без всяких артефактов? Что мы могли провести его в любой момент?!

— Да ладно! Тебе разве плохо было шататься со мной по всему Зеленоморью? Подглядывать за мной в душе? Пялиться в декольте?.. — Вика вдруг замолчала, а потом добавила горестным шепотом: — И вообще, ты не представляешь, какой мрак царит в ее душе. Я старею на десяток лет, когда заглядываю в ее сознание. Даже когда всего лишь пользуюсь ее знаниями, лежащими на поверхности, на стыке наших личностей.

Вика всхлипнула, вытирая струящиеся слезы пальчиками, и Ринар, приподнявшись в воздухе, ткнулся лбом в лоб девушки.

— Ну ладно-ладно. Будет тебе… А Копье мы отыщем. Ну успокойся, теперь же все в порядке?

— Да! — улыбнулась сквозь слезы Вика. — Эраноэль надежно заперта в моем разуме.

— О чем это вы там шепчетесь? — подошла к ним Ги-Лигурия, до этого с удовольствием рассматривавшая горящее озерцо лавы на том месте, где совсем недавно стоял Мурохх. Ведьма подозрительно осмотрела необычную парочку. — Не замышляете тут чего? Типа власть над миром или порабощение всех Темных? А то только всех отмороженных Темных положили… Еще бы Эраноэль, эту мерзавку, окунуть в эту горящую лужу! Ха-ха-ха!..

— Эраноэль не скоро появится в этом мире, — твердо сказала Вика. — А нам надо всего лишь отыскать один артефакт.

— Подлечила бы девчонку, — буркнул Ринар, стараясь не слишком пялиться на высокую упругую грудь, которую избороздили глубокие царапины. — Видишь же, она совсем пустая. Девчонка, я имею в виду. А здесь так все очень полное… Э-э-э… То есть я, конечно, безусловно переживаю, что Мурохх тебя так поранил…

— Маньяк! — почти нежно проворковала девушка. Ее голубые глаза смеялись.

— Ну в общем, и одень ее тоже, — проворчал Ринар, отводя взгляд.

Ги-Лигурия внимательно посмотрела на Вику. И охнула:

— Цветная! Ты же только что была Темного окраса! Вот еще! Буду я Цветной помогать! Жаль, что я не посмотрела на тебя внимательно чуть раньше. Увидела бы, что ты Цветная, так, может, и Мурохха бы уничтожила раньше! За то, что вздумал связываться с такой!

— Кто? Ты бы его уничтожила? Сама? — грозно подняла бровь Вика.

— А то кто же? — Ги-Лигурия махнула рукой в сторону подернувшегося вишневой корочкой озерца. — Ты, что ли? В голом виде и с каплей ауры?

— А ты учитываешь, что… — уперла руки в бедра Вика, но Ринар ее перебил:

— Девочки, не ссорьтесь! — Он приблизился к Ги-Лигурии, выразительно вращая шарами оранжевых глаз. — Вспомни былое! Подлечи девчонку! И одень!

— Ну ладно… Только ради тебя, — нехотя проворчала Проклятая и повернулась к Вике.

Глава 13

— Нет, признавайся! Что у тебя с ней было?

Вика, одетая в легкомысленный хитончик, постоянно сползающий с плечика, и в босоножки, состоящие из пары тонюсеньких ремешков и высоченных шпилек (на большее у Вики не хватило ауры), осторожно переступала через следы битвы — остывающие озерца плазмы, вывернутые деревца, подтаивающие куски льда и просто светящиеся поля напряженности реальности.

Они с Ринаром двигались по направлению к выходу из подземелья. Ги-Лигурия уже их покинула. Сняв пояс, она бросила его на землю. Тотчас образовался портал. Куда Проклятая и шагнула, удостоившись комментария Ринара: «Так вот почему она так нерасчетливо атаковала Мурохха — в любой момент могла ускакать к себе в замок!»

— Так что у тебя с ней было?

— Да ничего у меня с ней не было! Сколько раз повторять? — Ринар начал потихоньку гудеть.

— А откуда такие слова — «вспомни былое», «только ради тебя»? — Вика возмущенно развела руками, словно подчеркивая колоссальную значимость брошенных фраз.

— Ну я помог ей немного. Когда она была еще зеленой ведьмой… Ну вот как ты сейчас.

— Я не зеленая, — надула губки Вика. И продемонстрировала черепу изящную руку. — Вообще-то я коричневенькая. Такая… даже с золотистым оттенком. Видишь? Ну а за ведьму я скоро тебя убивать буду. Ангел! Когда ты уже запомнишь? И вообще! Вдобавок ко всем этим странным связям со стародавними подружками Проклятыми еще и пялишься на кого попало! Тебе мало на меня пялиться? На Абир-Айе пялился, когда мы в купальниках загорали? Пялился! На Мераву и ту пялился! А ведь у нее после подвала ребра проглядывали. Ручки-ножки тоненькие… Она-то тебе зачем? Нет, поболтать-то с ней еще можно. Но пялиться?.. Эй, ты где?

Вика недоуменно оглянулась, не чувствуя оранжевого присутствия над левым плечом. Череп завис в нескольких шагах позади. И даже гудеть перестал. А потом он воскликнул: «Мерава! Поболтать!» — и принялся нарезать круги вокруг девушки, постепенно их сужая.

— Стоять! — Вика схватила череп за скулы и поглядела в оранжевые глаза. — Что с тобой? Сбрендил? Но-но, ты смотри у меня! Ты еще мне в ясной памяти нужен!

— Вот память-то у меня только что и просветлела! Нет, я понимаю, ты у нас блондинка. Но я-то?.. — Ринар озабоченно посмотрел девушке в глаза. — Это не заразно?

— Ты меня не путай. Я и сама прекрасно запутаюсь. При чем здесь память и заразность?

— Блондинистость твоя — не заразна? А то я, старый дурак, только сейчас вспомнил, что ты рассказывала, как Мерава, когда вы висели в подвале на цепях и болтали о том о сем, говорила, что Копье хранится рядом с местом, где должна родиться женщина, существование которой угрожает жизни Мурохха.

— Ну что-то такое припоминаю…

— Она говорила, что эта женщина должна была родиться зрелой. Я вытащил твою личность в новое тело. Это можно назвать рождением зрелой женщины?

— Допустим.

— Еще она говорила, что эта женщина должна родиться рядом с Копьем Подгорных Властителей.

— Это точно?

Ринар фыркнул:

— Ты у меня спрашиваешь? Это же ты там была в подвале с Меравой. А мне лишь вскользь передала содержание разговора.

— И что? Мурохх ведь должен был забрать артефакт для проведения ритуала.

— Ну ты точно — блондинка! Уже только что происшедшее не помнишь! Когда мы только попали в замок, лич сказал, что вернул Копье Подгорных Властителей на место!

— Так что же это получается, — задумчиво пробормотала Вика, кусая губку, — все это время Копье Подгорных Властителей находилось в заброшенном городе?

Череп победоносно поглядел на девушку, вздернув подбородок. Вращая глазами. И довольно скалясь оранжевыми сверкающими зубами.

— И скорее всего совсем рядом с пустым ящиком-приманкой! Фонящим псевдопотенциалом изменения реальности! Иначе трудно замаскировать такой мощный артефакт даже среди свистопляски магических полей в заброшенном городе.

Вика, отпустив череп, так и села на попку. Благо они были возле самого выхода из подземелья. Где уже не было последствий магического боя. Ни выломанных сучьев. Ни комьев вывороченной взрывами земли. Ни раскаленных луж.

— Ты хочешь сказать, что мы зря шлялись где попало и впутывались в разные неприятные истории? Надо было просто получше поискать? Ведь тогда артефакт не был даже забран Муроххом для ритуала и спокойненько лежал в каком-то тайнике!

— Ну во-первых, почему зря шлялись? Тебе разве плохо было шататься со мной по всему Зеленоморью? Знать, что я подглядываю за тобой в душе? Что пялюсь в декольте?..

— Дурак! Маньяк! — Вика вскочила. Отряхнула подол. Погрозила Ринару кулачком. — Это ты все виноват! Почему ты своим мозгом не мог сообразить раньше, что Копье Подгорных Властителей может еще находиться в месте, куда ты выдернул меня из моего мира?

— А ты сама? Мы могли хотя бы не соваться в замок Мурохха. Не устраивать здесь небольшую войнушку! Мерава же прямым текстом сказала…

— Молчи! Я — блондинка! Мне можно немножко потупить!..

Две рабыни-эльфийки с удивлением наблюдали, как раскрылись двери в подземелье. И оттуда появилась девушка, препирающаяся с оранжевым черепом. Словно и не было тех мощных и явно боевых возмущений реальности, которые чувствовались некоторое время в подземелье. Во всяком случае, слабая ведьма и мертвая сущность — последние, кого ожидали увидеть эльфийки.

Девушка вновь сграбастала светящийся череп. Закрыла ему глаза. Строго поглядела на эльфиек. И одним движением развеяла их ошейники подчинения.

— Девочки, мы там немного набедокурили. — Вика ткнула пальчиком за спину. И поспешила снова поставить перед глазами черепа ладонь. — Вы же все поправите? Я вижу ваш потенциал. Думаю, вам будет это нетрудно сделать? В обмен на освобождение.

— А Мурохх? — выдохнули эльфийки, еще не веря, что они снова свободны.

— Мурохх приказал долго жить.

— Приказал… что? — изумилась одна из девушек. — Он жив?

— Он не будет мстить? — испуганно посмотрела на дверь в подземелье вторая.

— О! Это такая фигура речи! — беззаботно тряхнула волной светлых волос Вика. — От Мурохха осталась всего лишь расплавленная лужица. Так что — вперед! А мы очень торопимся!

К сожалению, сразу отправиться в форт, находящийся в Сиреневом лесу, не получилось. Портал открылся только через два дня. За это время Вика успела передумать насчет подземелья. Ну кому нужен дивный парк без солнца? Конечно, уютный филиальчик тропического рая нужно устраивать исключительно на поверхности! Тем более замок оказался милым и уютным. Ну кое-где, безусловно, нужно поменять обстановку. И обои. И рамы со шторами. В общем, лишенную хозяина недвижимость неплохо бы прихватизировать. Тем более что куклы, пусть и такие страшные на вид, принимают девушку за мать и готовы служить и отражать любые поползновения других претендентов. С сильным магом они, конечно, не справятся, но, если что, подружки — Абир-Айе и Ги-Лигурия — быстренько помогут восстановить справедливость! Идея с «прихватизацией» понравилась даже Ринару. Несмотря на его скептическое: «А ничего не треснет?» Почему Вика решила, что ему идея понравилась? Я вас умоляю! Девушка уже давно понимала, когда ее спутник доволен, а когда нет. В общем, счастливые оттого, что свободны и занимаются нетривиальным делом, эльфийки с энтузиазмом взялись за восстановление парка. Только не под землей, а рядом со стеной замка.

Сам Ринар пропадал в кабинете Мурохха, изучая его записи. И иногда заставляя Вику восстанавливать картины с помощью магограмм того, что происходило в лаборатории, когда лич там работал. К концу второго дня, когда заглянувшая к порталу Вика увидела, что он уже начал мерцать, Ринар объявил, что почти понял принцип маскировки силы и цвета ауры, который открыл Мурохх. Во всяком случае, теперь можно было поторговаться с Абир-Айе.

Наутро третьего дня портал открылся. И Вика с Ринаром прошли к форту. Ну конечно, визги. Писки. Обнимашки. Со счастливой Меравой. И даже Абир-Айе была явно обрадована, что Вика вернулась из замка Мурохха живой. А услышав, что там ее ждет секрет преобразования аур, быстренько туда улизнула. Не забыв растроганно чмокнуть Вику в щечку и пробормотать: «Ты просто чудо, девочка!» Ринара, проворчавшего: «А я? А меня поцеловать? Это ведь я нарыл все сведения!», Проклятая проигнорировала.

Гномы уже закончили восстановление разрушений и собирались к месту дислокации. Только один из гномов, поглядывая на Мераву, выразил желание остаться управляющим в форте. Вика решила, что это чудесная идея. Иметь прибежище в центре земель Цветных было тоже очень и очень неплохо. Особенно учитывая, что владеть фортом будет лучшая подруга в Зеленоморье. А там можно подумать и о приобретении домика уже в более-менее цивилизованных областях. Во всяком случае, надолго задерживаться на Земле Вика не собиралась. Так, навещать иногда друзей и родственников… И крепкие связи с надежными явками по всему Зеленоморью помешать не могли.

Немного огорчало Вику только то, что Ринар запретил использовать летательные аппараты, чтобы добраться до заброшенного города. По его мнению, это было слишком опасное изобретение для разумных. Вика пыталась возражать — типа прогресс на месте не стоит, да и кучу времени можно сэкономить на пути к артефакту. Но, в конце концов, вспомнив атаки самолетов и как они сыпались вниз, признала правоту спутника.

В результате девушке пришлось добираться до заброшенного города на своих двоих. Где на монорельсе. Где на самоходе. Выбирая не слишком популярные маршруты — Ринар предупредил, что Стража может ее разыскивать из-за инцидента на станции. А уж розыск в Зеленоморье был поставлен очень качественно. Гораздо лучше, чем на Земле. К счастью, информационные технологии, наоборот, очень сильно отставали. Поэтому на периферии на Вику обращали внимание только как на очень эффектную девушку.

— Вот мы затупили-то! — восклицала Вика, цокая каблучками по старинным плитам заброшенного города. — Могли бы давно забацать тебе новое тело, а я бы уже сто раз навестила свой мир… Ну что молчишь?

— А? Что? Мне нужно отвечать? Я думал, ты просто воспроизводишь мысли вслух.

— Дурак! — беззлобно проворковала девушка. — Ты думаешь, я сама с собой разговариваю, как псих-одиночка?

— Ну обычно ты так и делаешь…

Вика развернулась, чтобы оказаться нос к носу с пылающим черепом. Уперла руки в бока. Сузила глазки.

— Так!.. Мне показалось или ты меня сейчас психом-одиночкой обозвал? Или полетать, как раньше, захотелось? Напоследок? — Изящная ладонь с идеальным маникюром взлетела в воздух. В угрожающей близости от пылающего черепа.

— Будешь драться, укушу за нос! Вот только попробуй!

— Ты меня провоцируешь?

Вика слегка поддала по черепу. А в следующий момент с громким «ай!» отшатнулась назад. Крепкие оранжевые зубы клацнули возле самого носика. Потом Вике пришлось закрыться руками. Потому что Ринар не остановился на одной попытке. Его челюсти щелкали то справа, то слева. Оставалось только одно — спасаться бегством.

Отчаянно визжащая девушка понеслась по полуразрушенной улице. Оранжевая комета, выписывающая зигзаги и восьмерки, — за ней. При этом комета не забывала издавать леденящий потусторонний хохот.

Наконец запыхавшаяся и смеющаяся девушка резко остановилась. Ринар не упустил возможности ткнуться в упругую попку, а потом с достоинством всплыл над левым плечом.

— А ты здорово его пригвоздила!

Вика с удивлением посмотрела на знакомый дом. На распахнутую дверь черного хода. И на парадный вход. И на то, что, собственно, и вызвало такое удивление: зомби до сих пор был прибит к тяжелым резным дверям.

— Фу, какая гадость! — передернула плечиками девушка. Бывший орк все так же монотонно раскачивался между подпиравшими спину дверями и перекрестием меча. Грудная клетка давно превратилась в лохмотья. Сквозь сорванные многочисленными ударами эфеса кожу и мышцы проглядывали белые ребра. И тем не менее меч до сих пор продолжал удерживать зомби.

— Почему гадость? Экземпляр очень даже неплохо сохранился!

— Это ты называешь «неплохо сохранился»? — выпятив губку и глядя исподлобья, внешне спокойно осведомилась девушка.

— Ну а как же? Посмотри: гниение совершенно не коснулось этого зомби. Удивительно, но повышенный фон остаточного магического излучения полностью затормозил распад тканей. По всей видимости, на стабилизацию мертвой плоти повлияло и создание прокола в твой мир. Я вплел в бытие несколько зацепок, поддерживающих мою сущность. Очевидно, что эти зацепки также помогли мертвяку сохраниться в том виде, в каком мы его оставили.

— В том виде, в каком мы его оставили? — Вика вздернула тонкую бровь в саркастическом сомнении. — Посмотри, как он расфигачил себе грудь. А левая рука и нога? Кто-то изрядно погрыз пальцы и голень над сапогом. Это уж не говоря о том, что черепушка изрядно помята.

— Ну последнее — как раз твоя работа. Хе-хе. Черепушка-то точно осталась в том же виде, как была. Хе-хе-хе! А если серьезно, представь, сколько энергии мог поглотить этот зомби при условии, что его сущность может ее принимать! А это, без сомнения, так. Я удивляюсь, что он еще не светится в видимой части спектра. Великолепный образец для исследований!

— Каких таких исследований?! — Вика поднесла к оранжевой носовой кости кулачок. — Выбирай: или я, или этот зомбак. Ишь исследователь выискался — всякую дрянь дохлую исследовать! Только через мой труп, короче!

— Хе-хе! Почему бы и нет? Так у меня будут два трупа для исследований.

— Не забывай: пока ты сам еще труп. Хе-хе… — передразнила Ринара девушка. Состроив соответствующую случаю гримаску. Очень милую и симпатичную. Во всяком случае, череп, открывший рот, чтобы выдать ответную колкость, тут же его захлопнул. С клацаньем зубов. И послушно поплелся вслед за Викой, свернувшей к черному ходу.

Свое он взял, когда спутники, по своему обыкновению, принялись плутать в заброшенном здании. Было легче, чем в прошлый раз. Все же на улице светило солнце. Заглядывая в прорехи тяжелых занавесей. Или просто весело освещая просторные залы там, где материя была сорвана с окон. А если по дороге попадались помещения без окон, то всегда можно было оставить открытыми двери и подсветить путь магическим светлячком. Череп тоже годился для этой цели. Правда, загонять его вперед приходилось чуть ли не пинками. Ну не хотел Ринар покидать свое коронное место! Уж больно хорошо было ехидно нашептывать на розовое ушко про географический кретинизм. Заодно можно заглядывать в декольте. Глубокое. Уютное. От которого захватывало дух. Даже в темноте округлости, освещенные оранжевым светом, смотрелись притягательно.

Это была одна из причин долгого блуждания. Вике было лениво зажигать огонь в темных помещениях. Еще ленивее было посылать упирающийся череп вперед. А самому Ринару гораздо больше нравилось любоваться изящным ушком с качающейся сережкой. Золотистой нежной щечкой. И двумя аккуратно уложенными в декольте выпуклостями. В общем, не сговариваясь, спутники пытались найти зал с футляром обманки и, соответственно, спрятанным где-то рядом Копьем Подгорных Властителей, только в хорошо освещенных помещениях.

Была и вторая причина, отчего Вика неохотно сворачивала в темноту. Внутри заброшенное здание обладало своей романтикой. Романтикой чужой, вековой давности, жизни. Канувшей в лету, но тем не менее законсервированной на столетие. И теперь открывавшей девушке свои подробности и детали. Старинная мебель. Кое-где поломанная и припорошенная пылью. Но по стародавней моде пузатая и резная. Расползающиеся под собственным весом матерчатые драпировки стен. Но еще кое-где поблескивающие богатыми узорами в виде растительных орнаментов. Куски вычурных карнизов и барельефов, упавшие на отшлифованный зеленоватый пол. Зеркала на широких лестницах. Облезлые. Отражающие в основном только стройную тень. И тусклое оранжевое пятно. Но дающие представление, как множились когда-то отражения поднимающихся по ступеням разумных. А вот огромная кровать. С удивительно сохранившимися, гладкими на ощупь простынями. Красивого оттенка цвета морской волны. Оттенка, переливающегося в солнечных лучах. Здесь практически не было пыли. И Вика не удержалась, чтобы не провести рукой по гладкой поверхности застеленной постели. Белье было свежим. Словно его застелили не сто лет назад. А только что. С морозным запахом. Как из рекламы родного мира. Так и хотелось сбросить одежду и понежиться. Ощутить обнаженной кожей утонченную изысканность искусно выделанной ткани. Тем более что ее золотистое тело на этих простынях должно смотреться сногсшибательно.

В общем, в темноте не очень-то разглядишь всей этой ностальгической романтики. Вот и выбирала Вика, очарованная стариной, только пронзенные светом комнаты. Впитывала взглядом заброшенный уют. Между делом она беззлобно огрызалась на реплики Ринара. И только иногда переспрашивала:

— Ты уверен, что в зале, где мы попали в ловушку, были окна?

Ринар отвечал терпеливо. Даже не вставляя комментариев по поводу цвета волос девушки.

— Ну вспомни. Когда мы оказались в клетке, было еще светло. Если бы в том зале не было окон, мы бы не увидели ни ящика, ни засохших мумий неудачников, которые не смогли освободиться.

Вика удовлетворенно кивала. Значит, можно отыскать Копье Подгорных Властителей, не заходя в темные помещения! Наслаждаясь солнцем и неторопливым блужданием в хоть как-то освещенных комнатах. И лишь иногда вздрагивая от того, что зомби на улице принимался биться с особенным рвением.

В конце концов они набрели на тот самый зал. И блуждали они не больше половины свечи, по ощущениям девушки.

В зале все было по-прежнему. Под потолком медленно барражировали в токах нагретого воздуха решетчатые сферы. Высохшие мумии отдыхали внутри, свесив конечности сквозь прутья. Длинный резной ящик с открытой крышкой на постаменте в виде низкой колонны манил голубым свечением. Видимым обычным зрением. Изрядно фонило и магией — реальность едва удерживалась, чтобы не начать трансформироваться сама собой. Что это было — заряженные ловушки, ложный слепок Копья Подгорных Властителей или потенциальная энергия для прокола действительности с помощью настоящего артефакта, девушка понять не могла — настолько была велика напряженность магического поля.

— И с чего начнем? — Вика оглядела зал. С особенной неприязнью она подняла глаза к потолку. Высохшие мертвые тела уже не пугали, но находиться под готовыми рассыпаться мумиями было неприятно.

— Для начала найдем Копье Подгорных Властителей. Хе-хе.

— Самый умный? — задала девушка логичный вопрос, приподняв бровь. — Я спрашиваю, где мы его искать будем?

— Ну вероятнее всего, артефакт спрятан под обманкой. Нигде больше не скрыть действительные эманации магии так, как под их муляжом, не способным переместить даже пылинку, но отвечающим всем заданным параметрам… И, кстати, — рявкнул Ринар, видя, как девушка торопливо направилась к центру зала, — не забудь про ловушки!

— Ой!.. — Вика с визгом отпрыгнула обратно к входу. — Дурак! Так и говорил бы: надо начать с обезвреживания ловушек! А то сразу — «эманации», «заданные параметры», «муляжи»… Вот кто поймет, о чем ты тут только что рассуждал?

— Ну уж не блондинка точно! Хе-хе! Хе-хе-хе!

Не обращая внимания на череп, на его ехидное выражение, легко читаемое по шарам оранжевых глаз, Вика сосредоточилась. Обнаружить признаки магических ловушек было совсем не просто. Здесь сказывалось и влияние общего фона в покинутом городе, и близость как ложного, так и настоящего Копья Подгорных Властителей. Добавляло запутанности и то, что реальность пребывала в статичном состоянии. Преобразование только должно было случиться — и Копье, и ловушки пока никак не проявлялись в этой действительности. И только были готовы с разной степенью интенсивности повлиять на существование этого мира. Или нескольких миров.

Тем не менее через какое-то время Вике удалось выделить сгустки реальности, чуть отличающейся от остального пространства зала. Дальнейшее было делом техники. Небольшая заморозка, стабилизирующая магический фон, — и путь к Копью Подгорных Властителей свободен. Вика еще раз прилежно проверила лежащее перед ней пространство. Облегченно выдохнула:

— Ну вот и все! Можно начинать поиски.

— Ты уверена? — Ринар опасливо качнулся. И даже, похоже, потянул воздух носовым отверстием. Словно мог учуять запах ловушки.

— Расслабься! У меня все под контролем! — За неимением плеча, по которому можно дружески хлопнуть, Вика шлепнула череп в затылочную область. Легонько. Так, что череп оранжевым болидом пронесся по пустынному залу. И сумел затормозить только перед самым светящимся ящиком на постаменте. — Ну вот видишь, контрольная проверка пройдена на все сто!

Вика беззаботной походкой направилась в центр зала, не обращая внимания на ошарашенный вид Ринара.

— Это вот что? Это вот ты меня недрогнувшей рукой отправила, чтобы я своим телом… э-э-э… головой расчищал тебе дорогу? Обезвреживал необнаруженные ловушки?

— Если что, ты поначалу собирался отдать мою душу какой-то ведьме. И тело, кстати, вообще развеять.

— Да, но, в конце концов, для тебя все обошлось! Признайся, что у меня получилось совсем неплохо и ты всем довольна — и новым телом, и новыми способностями.

— Это не повод, чтобы забывать твои намерения, гадкий Ринарчик.

— Нет, ты сначала признайся!

— Признаюсь, — кивнула белокурой головкой Вика. Но тут же скорчила гримаску. И показала черепу язык.

Оставив таким образом последнее слово за собой (ну, во всяком случае, последнюю гримасу), девушка величественно процокала к постаменту. Бесцеремонно отодвинула висящий в воздухе и довольно скалящийся череп. И попробовала приподнять длинный ящик. Ящик первому наскоку не поддался. Даже не шелохнулся.

Вика вздохнула:

— Да что же это такое! В этом мире без магии уже шагу ступить нельзя! Даже мебель всякую приходится двигать сменой реальности. Ну нет! — Девушка топнула ножкой. — Обойдемся своими силами. Наверняка этот дурацкий ящик привинчен к колонне.

— И чего ты взбрыкнула на пустом месте? Ну и сковырнула бы этот ящик магией.

Оранжево мерцающий череп медленно облетал вокруг постамента. С любопытством наблюдая, как великолепно сложенная блондинка исследует ящик. Приседает. Ощупывает пальчиками. Заглядывает в просвет. Открывает и закрывает узкую крышку. Чуть не обнюхивает. Бесполезно!

Вика уже начала порыкивать. Ее кулачки иногда с силой стучали по ящику. А голубые глаза метали молнии.

Наконец девушка сдалась. Это выразилось в том, что она выпрямилась. Яростно завопила: «А-а-а!» И с силой наподдала по ящику снизу. И на этот раз использовала магию.

Ящик жалобно хрустнул и, кувыркаясь, просвистел в дальний угол. Череп едва успел увернуться. И теперь ошарашенными глазами смотрел на Вику.

Без сомнения, Ринару нужно было бы знать поговорку про обезьяну с гранатой. Вика обезьяной не была. Она была блондинкой. А понятие «блондинка с гранатой» усиливало эффект непредсказуемости в разы. Потому что было неизвестно, куда, когда и каким образом она ее кинет. Этот принцип работал, даже если вместо гранаты был тяжеленный футляр с муляжом Копья Подгорных Властителей. Ведь непредсказуемость действий блондинки была помножена на ее магическую силу.

— Ну извини… — Ринар был удостоен лишь мимолетного взгляда. Ну в самом деле — его даже не зацепило. А если бы и зацепило… Подумаешь, немного полетал бы, спотыкаясь. Да разговаривал заикаясь. Что ему будет в мертвой ипостаси? И вообще, мужчина он или нет? Должен быть сильным, добрым. Уметь прощать и не заострять внимания на мелких недоразумениях. Все! Инцидент исчерпан!

— Ты меня чуть не убила! — Возмущенно гудящий Ринар, тряся собой, подлетел к девушке.

— Убьешь такого… — проворчала Вика. — И вообще, я же извинилась.

— А… Ну да…

Впрочем, намечавшееся разногласие в видении ситуации тут же развеялось. Две головы — одна оранжево светящаяся, другая белокурая — склонились над цилиндрическим постаментом. В середине круглого торца имелось отверстие. И в нем виднелся хрустальный кончик листовидного лезвия. На этот раз обошлось без особенных визуальных эффектов. Никаких свечений в видимом спектре, никаких отчетливо различимых взвихрений в магическом плане. Только едва уловимый намек на мощь, с которым артефакт может пронзать мировое устройство.

Вика боязливо попробовала пальчиком остроту наконечника. А потом осторожно вытащила Копье Подгорных Властителей из тайника. И невольно залюбовалась. Артефакт не был длинным — всего пару локтей в длину. Скорее это была стилизация под боевое оружие. Но как выполненная! Копье было целиком изготовлено из звонкого хрусталя и переливалось в солнечных лучах. Словно светилось. Едва ли не ярче зависшего рядом черепа. А характерная насечка, рассыпанные по всей поверхности узоры бликовали и вовсе ослепительно. Разнообразно. Если наконечник был изукрашен плавными размашистыми линиями, то древко — резким ломаным орнаментом.

— Красота какая! — прошептала Вика, завороженно наблюдая, как играет солнце на гранях прозрачного узора.

— Ничего особенного, — проворчал Ринар. — Тем более что в результате нашего заклинания заработавшее Копье должно стать основой, стержнем, вокруг которого можно сформировать мое тело. Преобразуя пространство, материю и время, артефакт сам должен развоплотиться, исчезнув из этой реальности. Уступив место живой плоти. Во всяком случае, теоретически. У меня было много времени в полунебытии, чтобы выполнить все расчеты и отобрать наиболее действенный вариант, откинув негодные и слишком энергозатратные.

— Уверен? — Вика поворачивала Копье Подгорных Властителей под разными углами, добиваясь, чтобы во всех углах зала играли веселые солнечные зайчики. — Может, ну его к демонам, это твое живое тело? Смотри, зачем такую красоту менять на обычного некроманта?

Ринар недовольно гуднул:

— Я бы попросил! Во-первых, все равно те энергии, которыми управляет Копье, в повседневной жизни не нужны и даже опасны. Опасны прежде всего для самого владельца. Думаешь, Мурохх просто так прятал артефакт подальше от своего замка? Во-вторых, я не обычный некромант, а один из самых сильных в этом мире. А в-третьих, я тебе смогу хоть сто копий настрогать.

— Хм… Ну вообще, ты прав. В эту штуку даже цветы не поставишь… И вообще, настоящий живой мужчина гораздо лучше какой-то стекляшки. — Вика кокетливо стрельнула глазками в сторону Ринара. Но потом, видя, как он приободрился, показала язычок. — Лучше, но, конечно, когда он в сильном красивом теле. А не в мертвой сущности. Пусть и светящейся.

— Ну так давай же начнем! — Череп нетерпеливо заложил дугу, закончив ее над левым плечом девушки. — Как я понимаю, в этом зале слишком сильные возмущения магического поля? И они могут негативно повлиять на любую трансформацию реальности?

— Честно? — Вика выпятила губку. — Понятия не имею!

— Это наверняка так. — Несмотря на раздававшееся басовитое гудение, Ринар продолжал быть терпеливым. — Поэтому нужно выбрать помещение подальше отсюда.

— Мне кажется, самый стабильный участок реальности — возле той спальни с сохранившимся постельным бельем.

— Тебе кажется? Учти, это очень важно.

— Ладно. Я уверена.

Ринар подозрительно взглянул на Вику. Девушка была безмятежно спокойна. Его это устроило. Хотя должно было насторожить. Блондинки — они такие существа, что могут испытывать полную уверенность на пустом месте. А могут стать мнительными из-за пустяка. Ни к каким реальным факторам это не имеет ни малейшего отношения.

— Ну что же, — прогудел Ринар, когда они оказались в коридоре рядом с дверями в спальню. — С точки зрения существа, не чувствующего напряженность магического поля, это место не хуже и не лучше других.

— Что, прямо здесь будем превращать тебя в человека?

— А какая разница?

— Ну не знаю. Может, пройдем в спальню?

— Позже, — осклабился череп.

— Ах ты, шалунишка! Про ресторан вначале не забыл? — погрозила Вика пальчиком. И спросила, настраиваясь на серьезный лад: — Что нужно делать?

— Установи Копье вертикально. А сама отойди по коридору подальше.

— Ты — тупой? Как же я буду одновременно держать Копье и отойду подальше?

— Сама ты блондинка, — проворчал Ринар. — С помощью магии, конечно!

— Вот я дура-то! — самокритично признала Вика. — А почему мне надо отойти подальше?

— Когда артефакт заработает, реальность на несколько шагов вокруг будет искажена. Он станет осью мощного потока энергии, пронзающего мироздание насквозь.

— А-а-а… — протянула девушка, уважительно посмотрев на Копье. А потом поспешно поставила его торцом на пол. И отдернула руки. Словно хрустальные узоры стали жечь пальчики.

Пройдя дальше по коридору, вдоль арочных окон, Вика повернулась. Череп уже взгромоздился на острие Копья. Выглядело это потрясающе. Вертикально установленный артефакт играл в солнечных лучах. Слепил бликами граней. Не отставал от него и череп. Оранжево горящий. Вплетающий свой рыжий оттенок в белые отсветы.

— Уверена, что тебе не жалко Копья? — крикнул со злостью Ринар.

Девушка пожала в ответ плечами и отозвалась:

— Я тебя давно знаю. А его только сегодня увидела. И пользы от тебя больше. — Вика немного подумала и уже тише добавила: — И убытка тоже.

— Ты что-то сказала?

— Ничего!.. Что дальше?

— От тебя требуется немного. Просто запусти артефакт. Остальное я сделаю сам, как только Копье пробьет коридор в межреальность.

— Хорошо, я поняла. — Вика, задумавшись, принялась бурчать себе под нос, загибая пальчики: — Ну разве это не убытки? Пялится — раз. Прижимается — два. В моей постели ночует — три. И при этом толку как от козла молока. Что, скажите на милость, считать убытками, если не его бесполезность для моего молодого цветущего организма?

— Вика! Что ты там делаешь?

— А? Что? Кто здесь? — встрепенулась девушка. И, услышав отчетливое гудение, выставила перед собой ладонь. — Успокойся! Я готова! Что я должна делать?

— Запусти! Артефакт!!!

— А как? — Ресницы голубых огромных глаз недоуменно захлопали.

— Не знаю! Тебе виднее. Ты должна видеть его потенциал.

— Ладно, я попробую…

Нахмуренные бровки. Руки, сжатые в кулачки. Поджатые губки. И иногда надутые щечки. Все говорило о том, что блондинка отчаянно пытается найти способ заставить артефакт заработать.

— Да где же эта проклятая кнопка? — в сердцах топнула каблучком девушка. — Нет чтобы сделать рычажок на ручке. И подписать «on/off». И инструкция по применению не помешала бы, — подумав, добавила она. — А то вечно забываю: «on» это «вкл» или наоборот — «выкл». О-о-о!.. Вот я дура-то! Надо, чтобы сразу было написано «вкл/выкл».

Несмотря на то что системным подходом к активации Копья Подгорных Властителей являлся «метод научного тыка», Вике удалось в одной из попыток потянуть за нужную ниточку. Совершенно неожиданно для нее со стороны артефакта раздалось гудение.

— Не жужжи, — по привычке пробормотала Вика, обращаясь к Ринару. Но поняла, что звук несколько другой. Чем тот, который издает череп, когда злится. А потом реальность резко подернулась помехами. Словно экран телевизора — «снегом» некачественного приема.

До аккуратненького носика донесся запах озона. И Вика почувствовала, как встают дыбом волосы. Не от ужаса, а от статического электричества, вырабатывающегося при взаимопроникновении первых микрослоев существующего мироздания и нового, генерируемого Копьем Подгорных Властителей.

Это было только началом. В следующее мгновение проникающие друг в друга реальности сшиблись. Клочья материи брызнули в разные стороны. Вике, спешно приглаживающей волосы, даже пришлось прикрыться силовым щитом. Только она и пространство вокруг остались небольшим островком стабильности в сошедшем с ума мире. Он трещал по швам. Не желал уступать сокрушающей его силе. Но в конце концов уступил оказавшемуся сильнее артефакту.

И большой кусок пространства схлопнулся вокруг копья. Вместе с частью пола и окон. Со стеной спальни, где находилась странная свежая постель. Неуловимо для человеческого глаза реальность свернулась в точку. Образовав пустое пространство в виде сферы радиусом десять локтей. К счастью, это произошло не слишком быстро. До вакуумного взрыва не дошло. Лишь воздух со свистом заполнил свободное пространство. Несколько ударов сердца черная искорка мерцала в центре свободного от чего-либо пространства. А затем взорвалась Тьмой.

Когда последнее сотрясение мироустройства, на этот раз нематериальное, затихло, Вика открыла глаза и уставилась на шар клубящейся Тьмы. Локтей пять в диаметре, чуть меньше съеденных в самом начале стен и пролетов. Сфера клубилась паром черноты. И через какое-то время Вика обнаружила, что она постепенно тает. Вначале шар похудел до сгустка, похожего на асимметричное веретено. А потом проявилась высокая фигура. Она еще дымилась Тьмой, но все больше напоминала широкоплечего мужчину.

Вика нахмурила бровки. Закусила губку. Даже встала на самые носочки, заглядывая в образовавшуюся ровную дыру в полу, где был виден пол нижнего этажа.

— Ведь рухнет туда! Костей не соберет. Лечи его потом.

Девушка осторожно захлестнула магическую петлю вокруг формировавшегося тела и легонько потянула ее к себе.

К краю срезанного по окружности пола фигура подплыла, почти очистившись от стекающей Тьмы. Уже можно было увидеть литой объем бицепсов, внушительные плиты грудных пластин, рельеф широченных плечей, отчетливые кубики на животе. И лицо. Словно вырубленное из камня. Волевой подбородок. Высокие скулы. Жесткие губы.

— О!.. Ринарчик, ты отправляешь меня в нокаут! О!.. — повторяла Вика, закатывая глазки. Не забывая, впрочем, тянуть за магическую нить. Ее взгляд все ощупывал мужское тело, опускаясь все ниже.

— О-о-оу!.. — Вика восхищенно замерла, оценив размерчик. И едва не упустила Ринара вниз. Последние капли Тьмы скатились, истаяли, и мужское тело резко приобрело вес. К счастью, оно уже почти достигло края дыры. Девушке удалось предотвратить падение, завалив верхнюю часть туловища на пол. А затем, пыхтя от натуги, втащить Ринара полностью.

Мужское тело зашлось в судорожном кашле. Широкая грудная клетка приняла первые вдохи воздуха. Внушительные мышцы напряглись… Но приступ продолжался недолго. И уже через мгновение Ринар поднялся на ноги. Взглянул на Вику. Улыбнулся.

— Привет! Давно хотел пригласить тебя в ресторан. Обещай, что отужинаешь со мной, когда вернемся в обжитые места.

— К демонам ресторан! — Вика с размаху запрыгнула к Ринару на руки и впилась в его губы. Оторвавшись лишь на мгновение, чтобы задыхающимся голосом пробормотать: — Кажется, от этой спальни осталась как раз та часть, которая с кроватью…

Ринар понял ее прекрасно, направившись к двери…

И уже потом, лежа на шелковых простынях, счастливо улыбаясь, ощущая мужские губы, блуждающие по всему телу, девушка на мгновение нахмурилась:

— Только чур — больше никаких «хе-хе»!

Белокурая головка уютно устроилась на широкой груди. Вика благожелательно позволяла мужской руке путешествовать по шелковистой коже. Второй рукой Ринар крепко прижимал девушку к себе. В этом не было особенной необходимости. Чувственное тело само льнуло к мужчине.

— Между прочим, — проворковала Вика расслабленно, — я обещала Наста'Йе освободить ее.

— Нет ничего проще, — отозвался Ринар, и его рука соскользнула с талии чуть ниже. — Я сейчас оборву магические связи… Ну вот, готово.

Вторая рука жестко сдавила упругую грудь. Потом защемила сосок между пальцами. Девушка охнула. Ее ротик полуоткрылся, показывая полоску белых зубов. Длинные ресницы затрепетали. Все тело сладострастно дрогнуло.

— Ты… Оуу… Уже готов продолжать? Мм… — Изящная ладонь поползла вниз мужского живота, нащупав затвердевшее орудие. — Ты маньяк… Ах, Ринар! Совсем девушку замучаешь! Оуу… А, кстати, ты говоришь «оборву связи», а никто другой не подхватит эти обрывки?

— Это невозможно. Прежде всего потому, что некому здесь завязать на себя заклинания Эраноэль. А через пару дней от их остатков не останется и следа.

Ринар помолчал, задумчиво занимаясь вздрагивающим под его настойчивыми прикосновениями телом. Потом приподнялся на локте. Навис над девушкой. И заговорил, в промежутках лаская языком набухший сосок:

— Есть еще пара нюансов… Чтобы у тебя появилась возможность посетить свой мир, нам нужно найти еще пару артефактов… И плюс тебе придется научиться трансформировать свое тело… Думаю, многие удивятся, что Вика Мальцева теперь совсем другая…

— Ты — гадкий, Ринарчик… Ухх… Сначала заставил девушку таскаться демоны знают где… Оуу… Встревать в неженские разборки… Ооох… Потом ее соблазнил… ах… без ресторана… И все это время обманывал… Мм!.. Что же теперь бедной девушке делать?.. Ох… Обещай, что мы сейчас быстренько закончим и отправимся на поиски твоих артефактов… Оуууххх!.. Гадкий, подлый мужчина! Вот тебе!

Вика чуть отстранила Ринара и куснула его в сосок. Мужчина усмехнулся и в ответ прижал роскошное тело к постели. Его колено вторглось между стройными бедрами.

— Боюсь, быстренько не получится. Но обещаю, как только ты меня насытишь, мы сразу отправимся в путь.

— Ой-ой! Какой герой! Посмотрим, сможешь ли ты вообще шевелиться после тесного общения со мной.

— Вызов принят, — усмехнулся Ринар, властно раскрывая девушку перед собой. — Все, хватит разговоров. Я хочу вновь насладиться самой лучшей женщиной всех миров!

— Кто же тебе мешает? — удивилась Вика…

Эпилог

Шалагг считал себя опытным Темным магом. Где-то даже зрелым. Жаль, об этом не знали остальные. Ни Проклятые, ни некроманты высших кругов никак не хотели считаться с его нынешним статусом. Да, шестидесятилетний маг застрял где-то на стыке четвертого и пятого кругов. А таких на Темной стороне никак не меньше двух десятков. И самое обидное, что этот уровень был потолком. Пределом способностей. Невозможно накачать, как мышцы, умение работать с реальностью. Невозможно усидчивостью, как при получении знаний, заполнить пробелы в образовании. Собственно, ты умеешь все то же самое, что и маги восьмого круга. Только хуже. Только с большим расходом ауры. И таланта шагнуть дальше не хватало. Да и силы тоже.

Можно, конечно, впитывать ауру убитых чуть более слабых магов. Но где ж их взять-то, этих слабых магов? Девяносто девять процентов Цветных проживают в защищенных областях Зеленоморья. Остальные входят в состав боевых отрядов и групп. Не так просто взять и убить более слабого Цветного. Ведь прежде чем заняться магом, придется иметь дело и с опасными куклами, созданными архимагами, и с разумными, увешанными оружием и амулетами. Произведенными в тех же лабораториях, что и куклы. Да и Цветные маги, даже слабейшие по сравнению с Шалаггом, могут оказаться в отряде не по одному. Плюс запросто можно нарваться и на архимага. Решившего размять кости на границе.

С Темными было бы легче. Если бы не одно «но». Проклятые, справедливо обеспокоенные уменьшением численности своих сторонников, неадекватно воспринимали любую смерть. Как будто не понимают, что иметь в союзниках одного мага пятого-шестого круга гораздо выгоднее, чем трех третьего-четвертого! Вот втемяшилось им, что в течение нескольких десятков лет младшие вполне могут достичь серьезных уровней. А если не достигнут? Нет, Шалаггу не хотелось ждать столько времени, чтобы по каплям подкачивать ауру.

Конечно, если обтяпать дельце по-тихому, чтобы все было шито-крыто, то на внезапное усиление ауры Ведьмы посмотрели бы сквозь пальцы. Кем бы ты ни был. В конце концов, сумел не попасться, значит, чего-то стоишь. И с другой стороны, тот, кто вынужденно поделился с тобой силой, — как говорится, туда тебе и дорожка. Но! Но ведь эти стервецы будут обороняться! И придется применять не точечные уколы, а весь набор умений из собственного арсенала. А это чревато. Любая из ведьм, оказавшаяся на поле боя, запросто прочитает, кто он и откуда. И тогда — трындец. Хорошо, если сошлют в пустыню — досаждать Цветным с юга. Оттягивать на себя войска и боевых магов, чтобы на остальных границах они не очень мешали Темным. А воевать с песчаными големами Стражи, да еще в их собственной стихии, считалось делом гиблым… И еще сторожевой глаз подвесят. Чтобы не сбежал из этого ада. Будут видеть всё. Даже как на толчок ходишь… Ведьмы! Ну что с них возьмешь! То ли дело Темные восьмого круга. Тем абсолютно все равно — что и как с теми, кто разделил с ними Тьму!

Сам Шалагг считал себя давно переросшим собственный круг. Был уверен, что если бы не происки Ведьм и трусость Цветных, не желавших ходить поодиночке, то давно выбился бы в элиту Тьмы.

Сейчас Темный испытывал зависть и злость одновременно. Перспективы были туманны…

Шалагг подошел к зеркалу. Чем он хуже этого толстяка? Несмотря на ограниченность в магических преобразованиях плоти, он поддерживал свой биологический возраст на уровне двадцати пяти — тридцати лет. Черная как смоль шевелюра. Крепкие руки, широкие плечи. Полное отсутствие животика…

Последний рейд вглубь Зеленоморья был не очень удачным. В слугах и на роли пушечного мяса Шалагг использовал зомби. Естественно, при существующих способностях в них не получалось закачать много энергии. И естественно, зомби быстро выходили из строя. Начинали попахивать. Приходилось их утилизировать. И отправляться в поход за новым, пока еще живым, материалом.

В этот раз Шалагг нарвался на пограничный отряд. Вместо того чтобы увеличить численность своей армии, маг лишился всех своих воинов. Ну не могут зомби двигаться так же быстро, как лошади. Тем более когда приходится пускать их галопом, чтобы оторваться от погони.

Все потери окупились, когда разгоряченный конь вынес незадачливого Темного на дорогу. Как раз вслед медленно преодолевающему ухабы небольшому самоходу.

Эту встречу Шалагг считал удачей. Впрочем, совершенно справедливой и заслуженной. К удаче можно было отнести и то, что управляющая самоходом Оргнара оказалась без своего ожерелья. А значит, ее можно было прихлопнуть, не опасаясь вступить в бой с парой десятков водных элементалей. И впитать пусть слабенькую, но все же не нулевую ауру.

К счастью, немного оторвавшийся от Цветных Шалагг не стал сразу убивать столь удачно подвернувшуюся ведьму. В конце концов, прирост силы от присоединения ее ауры небольшой. А так можно ее забрать в свое логово и уже там лишить жизни и ауры, заодно путем манипуляций с ее естеством — несложных, но требующих определенной подготовки, поднять в виде зомби. Ну или попользовать как наложницу. По правде говоря, Темный давно искал подходящую красотку. Крестьянские девушки, попадающиеся во время скоротечных вылазок, не слишком удовлетворяли изысканный вкус Шалагга. Уверенного, что он достоин большего. И лучшего. А на вечеринках и балах, которые изредка устраивали Проклятые или маги, владеющие богатыми замками, на скромного Темного молоденькие ведьмы обращали мало внимания. Не говоря уже о тех ведьмах, кто обладал силой большей, чем пятый круг. Те искали себе ровню. В общем, Шалагг считал себя обделенным изысканным женским обществом.

Однако первые же слова Оргнары быстро охладили пыл Темного. И даже больше — заставили негодовать. Как же! Его соплеменник, ровесник, обладающий лишь чуть большими способностями, стал личем! Перескочил через пару ступеней и встал вровень с магами восьмого круга! Как? Почему?!

Оказалось, что Оргнара служит Мурохху, нашедшему способ на правах равного войти в элиту Тьмы. Это не только вызвало ревность к чужим успехам. Но расставляло некоторые приоритеты в планах на хорошенькую гномку. Понятное дело, что наложницей ее уже не сделаешь. Ну не любят Темные, когда их слуг или, как понял Шалагг по некоторым случайно оброненным фразам, любовниц похищают. Это Цветные часто не замечают пропажи слуги или, например, приятельницы. Ну это понятно — народонаселение в обжитых районах Зеленоморья малочисленностью не страдает. Темным приходится хуже — каждый разумный на счету.

Положение Оргнары тоже было достаточно уязвимым. По-прежнему никто не мешал Шалаггу пристукнуть красотку и разжиться парой процентов прироста силы. Выяснение обстоятельств гибели своей подопечной обошлось бы Мурохху слишком большими затратами времени, сил и энергии. С совершенно расплывчатыми перспективами выйти, в конце концов, на убийцу. Прежде всего потому, что снять магограмму можно только там, где ее надо снимать. Если не знать места преступления, то ищи ветра в поле. Вернее, по всему бескрайнему и малолюдному Пограничью. Вряд ли Мурохх, если вообще примется за поиски, когда-нибудь нападет на след. И гномка это хорошо понимала. Поэтому она предложила заключить соглашение. Шалагг получал кое-какие сведения. Используя которые, он мог получить новый круг. Сразу. Так что лишение жизни гномки становилось неуместной мелочью. Учитывая какой-никакой риск разоблачения. И, самое главное, мелочью в том смысле, что усиление ауры при этом не шло ни в какое сравнение с открывшимися перспективами.

Вот тут-то и сообщила Оргнара о Копье Подгорных Властителей. О том, что Мурохх с помощью именно этого артефакта обратил себя в нежить и поднялся до восьмого круга. И действительно, у Шалагга закружилась голова от множества заманчивых вариантов. Безусловно, стать личем может только окончательный отморозок. Хотя, с другой стороны, отказ от плотских желаний и чувств в обмен на силу и власть не кажется чем-то слишком ужасным. В любом случае, даже не встав на путь Мурохха, можно выгодно продать артефакт. Ну или поэкспериментировать с ним в плане приобретения дополнительной энергии.

Шалагг знал, что многие маги невысоких кругов разыскивают Копье Подгорных Властителей. Высшим оно было не нужно. Их сил вполне хватало, чтобы оперировать с всемирной энергией и без помощи артефакта. Шалагг знал, что поиски ведутся в заброшенных городах. Именно в них, по слухам, последний владелец спрятал Копье. Это было похоже на правду — повышенный фон магии, дестабилизирующий реальность, мог прекрасно скрыть неактивный артефакт. И Оргнара не разочаровала Темного. Именно в один из покинутых городов и должен был отправиться Шалагг.

Расстались они весьма довольные друг другом. Гномка продолжала свой путь, а маг — свой. И на этом пути удача, запропастившаяся было перед встречей с Оргнарой, продолжала улыбаться Темному. Ну так — понемножку. Во всяком случае, деревушка, прятавшаяся в небольшой долине, была приятным сюрпризом. Просто залежи добротного материала для производства зомби. И Цветные далеко, чтобы вмешиваться в процесс, и мужики — сильные, закаленные жизнью в Пограничье. Пускай главным условием их выживания и было не попадаться на глаза. Как Цветным, так и Темным.

Шалагг случайно обнаружил деревеньку. Впрочем, на поднятие даже одного мертвеца времени не было. Мужики пусть еще поживут. Не денутся никуда. Не успеют. А вот эта хорошенькая девчонка… Еще одна удача! Откуда среди крестьянских баб такая стройная и симпатичная? С грациозной статью?

Владеть такой наложницей — почти то же самое, что обладать утонченными ведьмами. Из лучших! Судьба крестьянки была решена. Причем быстро и скоро — крестьянка была заброшена поперек седла под хмурыми взглядами односельчан. Шалагг пришпорил коня. Стройная фигурка, и особенно упругая попка под левой рукой распаляли воображение. Вводили в искус. Приводили в нетерпение.

Скорее домой!

Вот, кстати, еще одна причина, чтобы без промедления заняться поисками Копья Подгорных Властителей. Сменить свое логово на что-то более приличное. Это было давней мечтой Шалагга. На данный момент свое жилище маг называл не иначе как «логово». Это был настоящий медвежий угол. Разве что «угол» не обычного медведя. А пещерного. Расширенные и обустроенные пещеры. Окна. Больше напоминающие форточки. Промозглый холод зимой. Жара — летом. Крохотные комнатушки. Самым большим помещением был грот с естественным водоемом. Наполненным горячей водой из подземных источников. Пора, пора сменить это захудалое жилище на замок. Замок, заботливо возведенный будущей силой…

Шалагг ожидал, когда зомби приведут новую наложницу. За ее жизнь маг не опасался. Зомби хорошо подкармливались его собственной энергией. И им не было нужды убивать разумных, чтобы поддерживать свое существование. Примитивные инстинкты были удовлетворены, и теперь мертвяки могли не отвлекаться на присутствие носителей ауры рядом. И поэтому все их существование было подчинено одной цели, одному инстинкту — отзываться на мысленные команды. Удовлетворяя нужды и потребности хозяина и носителя даримой силы.

Наконец дверь отворилась, и неуверенно передвигающийся зомби ввел девушку. Под локоток. Шалагг недовольно поджал губы. И этот мертвец уже не так хорошо передвигается. Вскоре ему понадобится замена. Впрочем, недовольство тут же испарилось. Когда взгляд упал на укутанный с головой силуэт. Укутанный в прозрачные складки легчайшей кисеи. Шалагг был очарован. И какая к демонам разница, что на простой пейзанке тончайшие крохотные трусики? А бюст прикрывает не просто лифчик, а изысканная вязь из узких ленточек? Тем более что мягкие женственные линии упругой аккуратной груди великолепно просматриваются под невесомой тканью. Да и сама девушка показалась Шалаггу еще более утонченной, чем казалась вначале. И талия совсем тоненькая — ладонями обхватишь. И грудь повыше. И ножки длиннее. И, как это ни странно для простой девушки, они обуты в изящные полусапожки на высоченной шпильке. Еще более странным было то, что кожа новой наложницы какая-то слишком темная…

Последнюю мысль Шалагг додумать не успел. Едва зомби шаркающей походкой покинул покои, девушка откинула покрывало, представ перед Темным во всем полуобнаженном великолепии. Впрочем, поначалу Шалагг совсем не оценил грации и сексуальности точеного тела. Скорее наоборот — сильно испугался. Перед ним, чуть улыбаясь и заодно демонстрируя острейшие кончики клыков, стояла Наста'Йа.

Наста'Йа. Обладающая горячим темпераментом в постели. Холодной расчетливостью в выполнении тайных заданий хозяйки. Наста'Йа… Появления которой страшилось большинство Темных. Да и Цветных — из тех, кто был в курсе. И появления которой вожделел любой разумный. Неравнодушный к сексапильности и хищной грации по-настоящему привлекательных и по-настоящему опасных женщин.

Шалагг не избежал общей участи. Увидев однажды черноволосую эльфийку с тонкими узорами на скулах и шее, он долго представлял ее на месте своих обычных любовниц-крестьянок. Тогда он не посмел просить Эраноэль одолжить телохранительницу даже на пару ночей. Его слишком разочаровал бы отказ. Пришлось говорить себе, что он выше этого. И не нуждается в услугах шлюх, готовых ублажать первого встречного по приказу госпожи. На самом деле вряд ли Эраноэль снизошла бы к его просьбе. Наста'Йа была эксклюзивом, дефицитным товаром. Слишком ценным, чтобы раздаривать направо и налево. Впрочем, как уже говорилось, сам Шалагг предпочитал не думать о том, что его просто не подпустят к темнокожей эльфийке.

Первый испуг прошел очень быстро. Наста'Йа сделала большую ошибку, раскрыв себя перед магом. Кто она такая? Существо без магии. А он? Великий маг. Который к тому же вскоре станет и вовсе могущественным. Что может сделать эльфийка, не способная ни к малейшей трансформации реальности, с таким, как он? Да ничего! Шагу не успеет ступить, как превратится в пепел.

Надо сказать, что Шалагг сильно ошибался. Вряд ли он мог знать, что эльфийка обладает не только экзотической внешностью, но и необычными способностями — силой и быстротой. На близком расстоянии она была едва ли не опаснее мага восьмого круга. Ни один разумный не обладал такой скоростью, чтобы отреагировать на бросок полувампира. Даже упреждающий удар мог не помочь. От огненного шара, молнии или, например, ледяного копья Наста'Йа уклонилась бы так же легко, как уворачивается мангуст от броска кобры. Единственным шансом выжить в случае дурных намерений эльфийки был заранее построенный купол непроницаемости для реальных тел. И выжигание всей площади вокруг на расстоянии десятка локтей.

Ничего похожего на купол Шалагг строить не стал. Уверенный в своей безопасности. И уделявший слишком много своего внимания стройной шоколадной фигурке. Скудные лоскутки тонкой ткани скорее распаляли мужское воображение, чем скрывали девичьи прелести. Поэтому Темный почувствовал внизу живота определенные изменения. И вызывающе развалился на постели, демонстративно не прикрывая свое увеличившееся достоинство.

— Чем обязан такой гостье?

— Я вижу, ты очень рад «такой гостье». — Наста'Йа с понимающей усмешкой отметила состояние Шалагга. — А еще я вижу, что ты по-прежнему хочешь меня.

— Трудно оспорить это утверждение. — Шалагг согласно нагнул голову. Одновременно пытаясь проникнуть взглядом под полупрозрачные складки. — Но, как я понимаю, у тебя есть какое-то условие?

— Пожалуй. — Длинный розовый язычок заманчиво обежал пухлые губки. Ухитрившись не пораниться об острые клыки. — Тебе не терпится, чтобы я составила тебе компанию, поэтому не буду томить долгими разговорами. Ответь, ты случайно не знаешь, где можно разыскать Копье Подгорных Властителей?

Шалагг раздулся от гордости. Словно знание о Копье было его личной заслугой и именно тем качеством, перед которым не сможет устоять эта красотка. То, что именно это обстоятельство поможет заполучить в объятия стройное гибкое тело, было яснее ясного.

— Совершенно случайно знаю. Я вообще много знаю про Копье Подгорных Властителей.

Едва прозвучали эти слова, Наста'Йа грациозным движением завела руки за спину. И в следующее мгновение упругая тяжесть аккуратной груди вырвалась на свободу. Девушка осталась почти голой под восхищенным взглядом. Не считая трусиков и изящных полуботинок на огромной шпильке и стильной платформе. Но это лишь придавало особый шарм полуобнаженной стройной фигурке. Впрочем, девушка, не откладывая дела в долгий ящик, принялась исправлять недостаток полуобнаженности. Игриво покачивая бедрами, она чарующими движениями стянула трусики. Отбросила их в сторону.

Невесомый микроскопический треугольник еще не упал на пол, а эльфийка уже оказалась на коленях перед мужчиной. Нежные пальчики легко пробежали по неимоверно напряженной плоти. Вздрогнувшей от этого почти невесомого прикосновения. Черные глаза с лукавым блеском обратились к Шалаггу:

— Ты не против произвести небольшой обмен? Мои ласки — на твои сведения? Рассказывай!

Если у Шалагга оставались какие-то вопросы по поводу неожиданного появления бывшей эльфийки вместо новой наложницы, то они быстро отошли на второй план. Едва самые чувствительные места ощутили горячее дыхание. Ну в самом деле, к чему знание о том, как эльфийка проникла в его спальню? Если черноволосая головка уже склонилась над пахом? Или, например, желание разобраться, зачем Наста'Йе Копье Подгорных Властителей… Какая разница, когда тонкие пальчики сжимают источник наслаждения? Артефакт нужен самому? Да к демонам этот артефакт, если всего лишь рассказ о нем позволит наконец насладиться пухлыми губами!

И Шалагг задал всего лишь один вопрос, мучающий его в данный момент:

— А ты не поранишь меня клыками?

— Ты сомневаешься в моих способностях? — томно улыбнулась Наста'Йа, на мгновение приподняв голову. — Пока еще никто не жаловался.

Шалагг застонал в предвкушении и прохрипел:

— Копье находится в одном заброшенном городе. Если знаешь, здесь недалеко есть…

Наста'Йа лежала рядом с посапывающим любовником. Настороженно прислушивалась к звукам за пределами спальни. Тупые зомби пока еще даже не обнаружили усыпленную наложницу. Место которой так успешно заняла эльфийка. Значит, вряд ли поднимется тревога и тогда, когда она покинет убежище мага.

Повезло! Жутко повезло, что третий Темный, чьи покои посетила Наста'Йа, вывел ее на след Копья Подгорных Повелителей.

А задачка была не простая. Новая хозяйка постоянно попадала в какие-то переделки. Удавка покорности на шее периодически сжималась на точеной шейке. Иглы боли впивались в скулы. Все это недвусмысленно указывало рабыне, что она должна мчаться на помощь. Но приказ был другим — выяснить, где находится Копье Подгорных Властителей. Этот приказ и заклинания, вложенные в татуировки, буквально раздирали эльфийку пополам. Пытка иногда прекращалась. Чтобы возобновиться с новой силой. Что ж… Если это цена свободы, то она ее заплатит!

Наста'Йа бережно коснулась шеи. Даже сейчас кольцо на горле пульсировало болезненном зудом. Но теперь у нее есть знание, которое обещает навсегда разорвать ненавистные заклинания.

Эльфийка перевела взгляд на безмятежно дрыхнувшего рядом Шалагга. И почему мужской пол так уверен, что количество может заменить качество? Во всяком случае, мужчине так и не удалось перевести это самое количество во что-то более существенное. Впрочем, сейчас Наста'Йе этого и не требовалось. Наоборот, во все увеличивавшиеся перерывы можно было наводящими вопросами узнать больше подробностей. Очень осторожными вопросами. Не способными насторожить. Или вызвать ответные, закономерные вопросы. Настроение Шалагга эльфийка чувствовала тонко. И едва любовник начинал задумываться, по всей видимости, пытаясь понять, зачем ей сведения об артефакте, как она переводила разговор в горизонтальную плоскость. В общем-то лучше всего работало золотое правило: член твердый — сердце мягкое; член мягкий — сердце твердое. Шалагг вел себя в этом смысле образцово. Едва страстное внимание эльфийки обращалось к его инстинктам и возобновившимся ресурсам, маг выбалтывал все, что только можно. При этом даже не задумываясь о чем-то еще, кроме умелых действий партнерши.

И теперь Наста'Йа была уверена — бесхозное Копье Подгорных Властителей лежит в укромном месте. Она еще пыталась разобраться в хитросплетениях отношений мага, ставшего личем, его помощницы-любовницы и их потребности в артефакте. Информации не хватало — Шалагг и сам знал очень мало. Поэтому надо было просто побыстрее завладеть Копьем Подгорных Властителей и ринуться на зов хозяйки. А зов звучал все отчетливее. Наста'Йа поняла, что боль, режущая в горле, и пронзающая, отдающаяся прямо в мозг — в скулах, вскоре может стать нестерпимой. Следовало поторопиться.

Наста'Йа потянулась на постели, выводя ресурсы организма на пик. Тело не чувствовало усталости в этот предутренний час. Несмотря на сексуальный марафон. Да и какой там марафон? С такими частыми перерывами? И короткими ускорениями? Вот если бы объединить все отрезки активности… Эльфийка усмехнулась одними губами. В черных непроницаемых глазах застыла никому не видимая в это мгновение тоска. Ничего, когда Вика освободит ее, безусловно, найдется любовник, который вложит все свое умение пусть в один, но зато длительный и умелый «раз». А если еще он заставит ее сердечко биться и желать его не из похоти, не из необходимости, не по приказу, а по любви…

Наста'Йа тихонько тряхнула густыми волосами. Прогоняя неуместные сейчас, но такие сладкие мечты. Взгляд черных глаз, блестящих в неярком свете ночников, вновь остановился на безмятежном во сне лице любовника. Шалагг был обречен. Из двух предыдущих спален эльфийка исчезла тихо. И мирно. Сегодня будет осуществлена только первая часть. Первые двое тоже намекали, что обладают знанием о местонахождении Копья Подгорных Властителей. На самом деле это знание не выходило за рамки обычных слухов. Но желание обладать страстной, умелой эльфийкой с экзотической внешностью перевешивало вынужденную, хоть слегка и завуалированную ложь. И вообще, кого из Темных мог остановить выбор между собственными прихотями и необходимостью соблюдать приличия? Между враньем и отказом от утех? Ведь короткая цепочка-то отчетливо прослеживалась с первых фраз Наста'Йи: знания об артефакте — ее тело. Кто же откажется? Тем более если ложь можно присыпать шелухой вымыслов, слухов и реальных сведений?

Вот и приходилось Наста'Йе выяснять все подробности самым нехитрым, но таким действенным в ее исполнении способом. Другие методы в отношении магов не проходили. Любого из них она могла легко лишить жизни. Маг, незащищенный в тот момент, когда Наста'Йа появлялась рядом, гарантированно проигрывал в скорости. Ни одно заклинание невозможно сотворить так быстро, как двигается полувампир. Другое дело, когда надо вырвать какие-то сведения. Чтобы клиент при этом оставался в сознании. И желательно хоть что-то соображал. С магами это непросто. Любое промедление позволяет им не только привести в действие убойное колдовство, но построить непроницаемую для когтей и клыков защиту. Да и желания выбить из жертвы интересующие сведения у Наста'Йи не было. Не умела эльфийка пытать, причинять максимальную боль. Все ее навыки были заточены совсем под другое. И не только под мгновенное убийство. Вот этой, второй частью своих навыков она и воспользовалась. Оказываясь под тем или иным предлогом в постели намеченных магов.

С Шалаггом обстоятельства заставляли действовать по-другому. Оставлять его в живых было неосмотрительно. Именно потому, что он слишком много знает. И потому, что считает, что Копье Подгорных Властителей теперь принадлежит ему. Наверняка ему не очень понравится, что Наста'Йа сама решит завладеть артефактом.

Тело, только что бывшее идеальным инструментом для ублажения мужчины, уже было готово стать идеальным инструментом для лишения жизни. Наста'Йа убивать не любила. Но относилась к этому как к неизбежной работе. Которую нужно выполнить со всем тщанием. Так, чтобы пришло удовлетворение от хорошо и с достоинством сделанной работы. Чтобы никто, и прежде всего она сама не могла обвинить себя в халатности, лени или недостаточной сосредоточенности.

Эльфийка чуть приподнялась над постелью, зависнув над ничего не подозревающим мужчиной. В следующее мгновение палец пробил грудную клетку, заставив остановиться судорожно взбрыкнувшее сердце. Маг только трепыхнулся на постели. Мгновенно затихнув с остекленевшим взглядом.

Эльфийка придирчиво осмотрела палец. Удар был настолько стремителен, что лишь капелька крови упала с наманикюренного ноготка на белоснежную простыню. Несмотря на точность и силу смертельного движения, черные вразлет бровки нахмурились. Не идеально. Не хватает завершенности. И отточенности.

Вновь недовольно взглянув на красное пятнышко, Наста'Йа подумала, что, возможно, стоило свернуть магу голову, сломав позвонки. Но для этого пришлось бы садиться в изголовье. Возможно, приподнимать голову. Шалагг мог проснуться. Нет, точечный удар, практически укол, — именно то, что было нужно. Жаль, исполнение подкачало. Пусть немного. Пусть на какой-то волосок…

Сморщив носик, Наста'Йа легко соскочила с постели, больше не обращая внимания на бывшего любовника. Подобрав обе половинки своего более чем нескромного наряда, она надела нижнее белье. Даже не пытаясь закутаться в прозрачное покрывало, выскользнула из комнаты.

Проникнуть незамеченной в комнату, где содержалась наложница, труда не составляло. Лишь один зомби слонялся по коридору. И тот сослепу натыкался на стены. Смерть Шалагга нисколько не отразилась на поведении охранника. Да и то сказать — зомби слишком малочувствительные порождения Тьмы. Время кормления еще не пришло, а чувства, эмоции и инстинкты зомби заменяют прямые приказы.

Наста'Йа тенью скользнула за спину мертвяка. Молниеносное движение руки… И девушка, даже не замедлив движения, продолжила путь по коридору. На этот раз атака была проведена безукоризненно. Хотя и подготовлена походя — эльфийка торопилась. Разгорающееся пламя на скулах подгоняло ее. Удар пришелся в шею, четко между вторым и третьим позвонками. Легко отделив их один от другого. Плохо напитанные магией сухожилия и мышцы были разрезаны коготками ничуть не хуже, как если бы по ним нанесли удар остро отточенным мечом. На этот раз зомби упокоился навсегда.

Маги всегда использовали для управления своими зомби мозг. Слишком тупыми и быстро изнашивающимися были эти создания, чтобы придумывать и встраивать в них новые управляющие центры. Нервная сеть прекрасно справлялась со своим назначением. Только теперь вместо электрохимических импульсов по ней распространялись магические команды. Доходило до того, что некоторый процент зомби обладал памятью о предыдущей жизни. Мозг каким-то образом ухитрялся считывать информацию и сохранять ее в новой ипостаси. Если, конечно, не успевал окончательно умереть перед обращением. Такие зомби часто бывали сообразительнее остальных. Но и представляли некоторую опасность для хозяев — кто знает, что придет в голову тому, кто затаил лютую обиду на собственного убийцу? Именно поэтому маги старались поднимать мертвяков хотя бы через несколько часов после смерти. Лучше иметь тупого, но покорного раба, чем сообразительного, но способного ударить в спину.

Именно поэтому Наста'Йа особенно не заморачивалась с направлением удара. И оказалась права — перебитые волокна бывшего спинного мозга упокоили мертвяка навсегда. Первой с глухим стуком на пол упала голова. Тело еще не успело осесть, а эльфийка уже была за поворотом коридора. Ей еще предстояло вытащить ту, которую она заменила в постели Шалагга. В прежние времена Наста'Йа не задумалась бы о судьбе наложницы. А судьба была незавидная. Как ни слаба аура обычной девушки, зомби, не получившие вовремя магической подпитки, в конце концов заинтересуются ею. Убить! Впитать человеческую ауру. И глядишь, на десятицу удастся продлить свое никчемное существование. А зомби могут быть для испуганной девушки опасны. Просто толпой навалятся. Задавят массой. В узких коридорах и не убежишь особенно, даже от одного медлительного зомби.

В общем, девицу надо было вытаскивать. Наста'Йа была уверена, что Вике не понравится, если она оставит наложницу на растерзание мертвякам. И дело было не в том, что эльфийка боялась вызвать гнев хозяйки. В конце концов, ей совершенно необязательно знать обо всех перипетиях поисков Копья Подгорных Властителей. Нет, хозяйка в новом облике заставила и на жизнь взглянуть по-иному. Жизнерадостность. Жизнелюбие. Где-то легкомысленность. Все это задело эльфийку лишь краем. Но заставило задуматься. Почему-то жутко захотелось походить на это незамысловатое существо. Неудачи и проблемы воспринимать легко. А победам радоваться от всей души. Идти по жизни смеясь. И желательно не причиняя вреда окружающим. Ну только если немножко. Исходя из здорового эгоизма. Может, поэтому дрогнула рука, пронзающая сердце Шалагга? И удар получился неидеальным? Может, не стоило убивать мага? Ну нет, фигушки. Слишком опасен на хвосте маг даже такого круга. Слишком серьезный конкурент за обладание Копьем Подгорных Властителей. И если он может встать на пути к свободе, то должен быть уничтожен! А в остальном… Даже постоянное хождение на шпильках уже не воспринималось как обременительная обуза. То ли ножки привыкли. То ли эльфийка и вправду была не против подражать ослепительной блондинке.

Наста'Йа сморщила носик. И не из-за своих мыслей. А потому что допустила новую помарку. Второй раз за короткий отрезок времени!

Когда новый поворот коридора привел эльфийку к комнате наложницы, у дверей обнаружился еще один зомби. Этот даже успел встать в фехтовальную стойку. И выставить меч. Не нужно было надевать нижнее белье — вот она, ошибка! Белые трусики с лифчиком выдали неуловимую тень, бесшумно скользящую в полутьме, с головой. Опять маленькая помарочка. Не катастрофа. Не ошибка. Крохотная помарка. И все же неприятно. Задача выполнена не безукоризненно.

Не прерывая хода мыслей, Наста'Йа лишь немного сместилась с линии скользнувшего в выпаде меча. Медленного. Очень медленного. Но эльфийка не хотела больше совершать помарок. И давать зомби даже один шанс из миллиона. Именно настолько она оценивала опасность меча в руках неповоротливого мертвяка. И все же она сначала устранила эту угрозу. Взведенная, словно курок, ладонь ударила в сгиб локтя. Ломая сустав. Еще не успел глухо звякнуть меч, все еще зажатый в мертвом кулаке с частью руки, а второй удар, нанесенный под нижнюю челюсть, едва не снес голову зомби. Голова на манер крышки сахарницы откинулась назад. И мертвяк начал заваливаться на спину.

На этот раз Наста'Йа остановилась. Брезгливо осмотрела руки. Что это? К первой фаланге мизинца прилип кусочек серой кожи!

— Просто сегодня — не мой день. Просто не мой день! — с досадой прошептала эльфийка, берясь за ручку двери.

Наложница все так же безмятежно почивала на продавленной кушетке. Пара защемленных нервных окончаний, и девушка проспала бы до самого заката.

Наста'Йа взглянула на открытое окно, через которое проникла в убежище Шалагга. Можно было привести девушку в сознание. Точно так же надавить на две точки. И девица пойдет своими ножками. А можно, используя ресурсы организма, просто вынести ее из опасного места. Казалось бы, первое было предпочтительнее. Мало ли для чего могут пригодиться сэкономленные силы.

Но эльфийка больше не собиралась совершать ошибок. Если несостоявшаяся наложница продолжит биться в истерике, как она это делала до появления Наста'Йи, хлопот не оберешься. Лучше оттранспортировать ее в бессознательном состоянии до первого поселения разумных. Жаль, единственная лошадь Шалагга практически загнана — Наста'Йа по привычке заранее исследовала разные способы отхода при всех возможных вариантах преследования. И первым делом перед проникновением в логово мага исследовала конюшню. Так что придется тратить лишние силы. И делать изрядный крюк.

Наста'Йа взяла на руки расслабленное тело девушки. И вместе с ношей запрыгнула на подоконник. Мягко. По-кошачьи. Бесшумно. Так, что даже шпильки не стукнули по камню.

Нет худа без добра. Пограничный форт, куда вывела Наста'Йу хищная интуиция, охранялся из рук вон плохо. Не было особенной сложности в том, чтобы в предутренних сумерках прокрасться внутрь. Положить бесчувственное тело на ступени. А заодно поинтересоваться наличием лошадок в конюшне. И через какое-то время вылететь на оседланном скакуне в предусмотрительно отворенные ворота. Да еще с заводной кобылой в поводу.

Ни стрела вслед не свистнула. Ни заклинание не полетело. Лишь удивленный возглас со стены, отчетливо слышимый в особой утренней тишине:

— Эхма! Гля, лошадей сперли! Задаст же нам теперь десятник!

А Наста'Йа нахлестывала скакуна, уносясь к заброшенному городу. Она чувствовала, что может не успеть. Что Вика уже скоро будет там.

До заброшенного города было два дня скачки. Наста'Йа справилась за несколько часов. Сначала загнала лошадей, а потом использовала свои способности, преодолев оставшееся расстояние стремительным бегом.

И все равно она не успела. Это стало понятно за несколько полетов стрелы до заброшенного города. Над верхушками деревьев уже виднелись самые высокие башни. Даже издалека кажущиеся ажурными, рвущимися своими стремительными обводами ввысь. Тут Наста'Йу скрутило в первый раз. Она не поняла. Скорее догадалась, что в заброшенном городе начался мощный выброс магической энергии. И хозяйка находится в самом эпицентре. Иначе почему ее аура исчезла из этой реальности? Словно была стерта единым махом. Заклинания, вживленные в кожу, отреагировали немедленно. Они начали убивать эльфийку.

Наста'Йа сбилась с шага. Раз. Другой. А потом рухнула в траву. Скорчилась в позе зародыша. И принялась умирать. Умирать полувампиру предстояло долго. Повышенная регенерация достаточно успешно справлялась с восстановлением распадающихся под воздействием магии клеток. И все же рост новых клеток не успевал за отмиранием старых.

К счастью, магический выброс не был настолько продолжительным, чтобы гибельный процесс принял необратимый характер. Аура хозяйки вовремя прорвалась обратно в этот мир. Связь была налажена. Заклинания перестали терроризировать организм полувампира. Восстановление приняло лавинообразный характер. Но заняло какое-то время.

Когда Наста'Йа смогла продолжить путь, день уже начал переходить в вечер. Маячок хозяйки продолжал оставаться на одном месте. Где-то в центре заброшенного города. Бывшая эльфийка чувствовала это совершенно точно. Тем не менее следовало поторопиться. То обстоятельство, что хозяйка уже давно не перемещается в пространстве, совершенно не означало, что она вскоре не сможет построить портал или просто отправиться по своим делам. Например, верхом. Гоняйся потом за ней по всему Зеленоморью. Пешей. Без денег…

Наста'Йа не боялась, что хозяйка не выполнит своего обещания освободить ее от заклинаний подчинения и принятия смерти в случае гибели самой хозяйки. Наста'Йа боялась, что хозяйка попросту забудет про нее: несмотря ни на что, хозяйка оставалась блондинкой.

Не возникало сомнений, что мощный прокол реальности, который почувствовала даже она, не способная к магии, помог Ринару получить тело. Восстановить свои способности некроманта. И в новом теле, со старыми способностями он сможет наконец освободить ее от рабства.

Наста'Йа уже ступила на полуразрушенные улицы. Вот тут-то ее скрутило второй раз. Хотя и совсем по-другому. Теперь ее пронзила страшная боль в районе скул и шеи. Словно заклинания вырвали вместе с кожей. Вместе с сосудами. И кусочками кости. Конечно, на самом деле это было не так. Но эльфийке было от этого не легче. Легче было от того, что она вдруг поняла, что свободна! И катаясь от раздирающей ее боли по остаткам старинной мостовой, она была счастлива. Хозяйка сдержала обещание! На этой мысли Наста'Йа потеряла сознание.

Наста'Йа пришла в себя, когда над заброшенным городом спустилась глубокая ночь. Это ее не испугало. Возможно, наоборот, могло бы порадовать. Как полувампир, девушка прекрасно видела в темноте. Впрочем, в данный момент и эта способность была ни к чему — ясное небо усеивало множество ярких разноцветных звезд. Не день, конечно. Но освещение было ничуть не хуже искусственного. Словно город не был заброшенным. А вполне себе обитаемым. Обеспеченным по высшему разряду коммунальными службами. Даже несколько магов невысоких кругов не могли бы лучше организовать освещение улиц магическими светильниками, чем высокое прозрачное ночное небо.

Бывшая эльфийка, восемьдесят шесть лет назад превращенная в полувампира, подчиненная воле хозяйки посредством заклинаний, вплетенных в татуировки на скулах и шее, освобожденная пару часов назад, Наста'Йа должна была быть счастлива. Как была счастлива буквально только что. Да, ее покорность и зависимость от физического состояния хозяйки были вырваны совершенно варварски. Кожа в районе магических татуировок зверски горела до сих пор. Словно была прожжена до кости. Но не это заставило Наста'Йу испытывать не эйфорию, а тревогу. Что-то было не в порядке. И это было не последствием обрыва магических связей.

Наста'Йа автоматически достала зеркальце и взглянула на себя. Внешне она ничуть не изменилась. Татуировки продолжали причудливо виться изящными эльфийскими узорами на скулах и шее. Как это может быть? Она же теперь свободна! Никто больше не может наказывать ее болью! Ее жизнь сейчас не зависит от жизни хозяйки! Или нет?..

Наста'Йа с ужасом почувствовала, как начинают пульсировать ажурные штрихи на скулах. Так бывало всегда, когда хозяйка попадала в беду. И ей требовалась срочная помощь. Затихающая старая боль от разрыва контура заклинаний пока скрывала цепкие коготки новой. Но девушка понимала, что вскоре нестерпимые ощущения начнут буквально вгрызаться в мозг. Требуя спешить. Бежать. Лететь на помощь.

Но этого не может быть! Все связи, пусть и слишком безжалостно, но были оборваны. Наста'Йа не чувствовала хозяйку, ее ауру. Нет, что-то такое было. Расплывчатое. И, безусловно, связанное с чьей-то аурой. И опасностью. Но ощущения были другими. Похожими, но другими. С уверенностью можно было сказать, что кому-то требовалась помощь. Этот кто-то чувствовался гораздо хуже, чем прежняя хозяйка. Но эльфийка понимала, что не сможет долго сопротивляться властному приказу прийти на помощь. Пусть этот приказ и не оформлен в словах.

Наста'Йа едва не расплакалась. Неужели оборванный поводок подхватил еще кто-то? Неужели она снова связана мощным заклинанием подчинения? Неужели кто-то снова будет повелевать ее жизнью, волей и судьбой? Это был тяжелый удар. Снова оказаться в полной зависимости от чужих прихотей. От чужих малейших капризов. Ведь она не посмеет воспротивиться ни одному приказу. Ни одной просьбе. Ведь даже за слабые возражения ее могут наказать такой болью, что смерть может показаться великим облегчением…

Однако раскисать было непозволительной роскошью. Если надо, Наста'Йа прождет еще восемьдесят шесть лет. Главное, она убедилась, что свобода возможна. И технически достигается легко. Во всяком случае показалось, что у некроманта, оборвавшего связь с хозяйкой, никаких затруднений не возникло. И значит, нужно покориться новому хозяину и ждать. Ждать нового случая освободиться от подневольного рабства. Только в следующий раз она будет строго настаивать на окончательном освобождении.

Наста'Йа неторопливо направилась в ту сторону, куда ее влекло заклинание. Неторопливо — потому что, несмотря на очевидные проблемы у нового господина, тому ничего не угрожало — скулы всего лишь покалывало, и узоры на шее не душили, а всего лишь слегка сдавливали горло. В общем-то вполне можно потерпеть. Пусть неизвестный, на кого случайно или умышленно замкнулись нити заклинания, еще помучается. Наста'Йа, если еще не ненавидела нового хозяина, то уж точно сильно его недолюбливала. В любом случае пульсирующие татуировки подсказывали, что он находится относительно недалеко. И если вдруг его аура начнет гаснуть, она тотчас это почувствует. И сможет быстро добраться до хозяина. И устранить угрозу. В пределах своей компетенции, конечно. И ни на волосок больше!

На небольшой площади перед заброшенным, но красивым зданием плыл светящийся туман. Чего еще ожидать от этого города? Покинутого из-за высокой концентрации остаточных явлений применения магии. Тем более что где-то здесь бывшая хозяйка со своим некромантом осуществили мощный прокол реальности…

Светло было как днем. Даже звезды не давали такого яркого света, которым теперь была залита площадь перед величественным домом. И поэтому было удивительно, что Наста'Йа не смогла сразу найти того, на кого завязались оборванные заклинания. Ну не считать же за такового зомби, пришпиленного к парадной двери! С проломленной головой. Обгрызенными пальцами. И развороченной грудной клеткой.

Зомби слабо шевелился на пронзившем его мече. Что-то с ним было определенно не в порядке. Но что?.. Ох! У него же есть зрачки! А не обычные бельма мертвеца!

Зомби вдруг уставился прямо в глаза Наста'Йе. Неожиданно разумным взглядом:

— Кто здесь?

Наста'Йа, несмотря на все свое самообладание, вздрогнула. По ее спине пробежали мурашки. Как это может быть? Ее новый хозяин — зомби?! Это значит, у него есть аура! Аура у зомби? Что здесь вообще происходит? Какие силы высвободил некромант, что зомби обрел ауру?

Девушка нервно сглотнула. А вдруг он не знает, что стал полновластным хозяином полувампира? Это не освобождает ее от покорности и необходимости оберегать жизнь и здоровье зомби. (Хотя какая на фиг жизнь? Какое здоровье? У зомби-то!) Но зато дает возможность маневра. Например, аккуратно направить мысли (хотя какие на фиг мысли у зомби?) нового хозяина на поиски средства разрыва Темных заклинаний. Что ж, исходя из этого, и надо постараться выстроить отношения с этим… с этим… С этим существом. По крайней мере, пока необходимо держаться с ним на равных, не дать заподозрить, что она всего лишь его рабыня.

Наста'Йа высокомерно вскинула голову:

— Ты кто такой?..

Content

Ал Кудряшов
Блондинка и некромант

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог