Cooper Blayne

Novan T.

Мадам Президент

Пролог

6 ноября

Она сидела, вцепившись в подлокотники стула, костяшки пальцев яркими белыми пятнами выделялись на фоне темно-синего винила. Она жевала бы нижнюю губу в испуге, если бы могла. Единственное, что она сейчас могла – это молиться. "Я буду в порядке. Я… Я могу это. Дети делают это, о Господи!" Ее голова повернулась в сторону, смяв белый бумажный нагрудник, повязанный вокруг шеи, а глаза широко распахнулись, когда она услышала шаги. "О, нет. Кто-то пришел. Это уже он!"

– Привет? Есть кто-нибудь дома? – Веселый голос раздался за долю секунды до появления лысеющей головы с седыми волосами в приоткрытой двери. – Эй, там! – Человек дружелюбно улыбнулся испуганной женщине и счастливо прошел в комнату. – Я – доктор Кардозо. А вы должно быть… – Он взглянул на медицинскую карту пациента, чтобы вспомнить имя. Надевая резиновые перчатки, он читал информацию, которую его помощник подчеркнул розовым маркером.

Лаура Страйер

Болезни крови: Не обнаружены

Последняя проверка: 12/12/14

Жалобы: Жалуется на хроническую боль в ….

Он перевел глаза от листа на Лауру.

– Мисс Страйер, я думаю, когда Вы были здесь последний раз, Вы, должно быть, неправильно истолковали одну из инструкций моего коллеги. Проверка должна проводиться каждые шесть месяцев. Не лет. – Он печально покачал головой.

Его голос мягко отчитывал ее, и Лаура кивала, но мысли ее были далеки от соглашения с ним. "Задница", думала она едко. "Я пришла сюда только потому, что вы – близко к моей квартире. Еще один подобный комментарий – и я сваливаю".

Доктор Кардозо просмотрел маленькую картинку человеческого рта, где 'X' был нарисован на самом левом нижнем зубе мудрости. Он поджал губы, делая запись на листе, и пододвинул табурет поближе к Лауре.

– Хорошо теперь давайте посмотрим, что у нас тут. – Он захватил зеркало с подноса, полного инструментами, и направил его в рот Лауре, который уже поддерживался в открытом состоянии распоркой, установленной ассистентом. Один взгляд, и помощник знал, что зубом надо заняться… сегодня.

Опасающиеся глаза следили за инструментом, по мере его приближения к цели. Когда инструмент оказался в паре сантиметров ото рта Лауры, она рефлекторно дернула головой.

Дантист устало вздохнул.

– Ладно вам, мисс Страйер. Это – только исследование. – Он держал выбранный инструмент так, чтобы она его видела. – Я знаю, Вам должно быть больно. Ваша щека красная и вся раздута. – Холодный палец тыкал рассматриваемую часть организма, и Лаура вздрагивала, соглашаясь.

Она зло впилась в него взглядом, но, зная, что он прав, покорно повернула голову с широко открытым ртом. "Не думаю, что у меня есть выбор с этой штукой во рту, которая держит мой рот открытым, будто я пытаюсь что-то поймать". Доктор немедленно что-то сделал и раздался шипящий шум, который в ее понимании означал что-то плохое. Очень плохое.

– Я должен выйти, – сказал он прямо. Он не любил это, но, похоже, с данным пациентом придется применить этот способ. Такие пациенты были причиной, почему все еще хранил старую машину. – Это поможет. – Он протянул руку и повернул рычажок, затем повертел маску перед тем, как поместить ее на нос и рот Лауры. – Только дышите как обычно.

Она выглядела пораженной в течение секунды, но потом вспомнила, что уже испытывала действие веселящего газа однажды, еще в детстве. "Прелестная постельная привычка. Мог бы и предупредить". Думать было трудно. "Они должны использовать… она сглотнула… лазер, чтобы извлечь зуб?" Она не могла сообразить почему. Тут она почувствовала, что ее напряженно тело начинает расслабляться.

– Держите это. – Дантист оторвал пальцы Лауры от одного из подлокотников и переместил ее руку на маску. – Я вернусь через минуту, и мы приведем вас в порядок. Хотите посмотреть телевизор, пока ждете?

Лаура кивнула с благодарностью. Она готова была делать что угодно, лишь бы забыть о том, что должно случиться.

– Включить телевизор, – скомандовал он. Три крошечных плоских серых коробки, установленные на разных стенах, выстрелили лучи, которые вместе сформировали ошеломляющую трехмерную картину, края которой были нечеткими. При заполнении пространства в углу комнаты теперь находился красивый ведущий и его большой стол, заваленный бумагами. 'Выборы 2020' было написано красными, белыми и синими буквами на его левом плече.

Лаура громко застонала, но было слишком поздно. Доктор Кардозо уже удрал из комнаты, возможно, чтобы уделить внимание к своей следующей жертве. Раздраженно, Лаура стащила маску с лица и пробовала дать команду голосом 'сменить канал', но текущее состояние ее рта сделало это невозможным, все усилия закончились ничем. Она пробовала ругнуться, но это тоже не получилось. Ей только захотелось ругаться еще больше. Наконец, она просто уступила и вернула маску на лицо. Глубоко вдыхая газ, она молилась о том, чтобы стать камнем на несколько секунд. Тогда она пропустила бы обзор куклоподобного ведущего, гудящего об Избранном Президенте Марлоу.

Зазвучала музыка выборов и, когда Лаура моргнула, Дэвлин Марлоу на ступенях особняка Губернатора в Колумбии, штат Огайо, стояла в ногах женщины. Бриз поздней осени растрепал черные волосы Избранного Президента, ее яркие синие глаза были ясны и интенсивны, она пристально глядела на приветствующую ее толпу.

– О, Боже!

"Только не снова она! Каждый день. День за днем, день за днем, день за днем…" Гудение флуоресцентных ламп начало расти, становясь все громче и громче, и Лаура почувствовала, как ее тело начало волшебно погружаться в стул, когда прекрасное местоположение Избранного Президента настиг ее разум. Она смотрела на эту харизматичную женщину, одетую в длинное черное пальто, и, казалось, не замечающую легкий дождь, падающий на ее голову и одежду.

– Как Вы чувствуете, миссис Страйер? – Доктор Кардозо вновь появлялся рядом с Лаурой, и она моргнула, ошеломленная тем, что не слышала, как он вошел. Он смотрел на нее и усмехался, совершенно уверенный в том, что уж теперь она не чувствует никакой боли. – Я думаю, что мы закончим с этим сейчас. – Дантист мягко стащил маску с лица Лауры. – Разве Вы не любите ее?

Лаура приподняла бровь. "Люблю ее? Нееееет. Я устала от нее и этих выбора". Она разрешила речи Избранного Президента Марлоу катиться прямо по ней, низкий тон голоса темноволосой женщины успокаивал ее. Но даже теперь, ее пристальный взгляд оставался сосредоточенным на изображении Марлоу. "Так легко утонуть в ее глазах. Хорошие волосы, высокая", оценивала Лаура, пока дантист копался у нее во рту.

Через некоторое время дантист начал промывать рот Лауры водой, и наваждение отступало по мере нарастания шума, мешающего дальше слушать голос Избранного Президента

– Звук громче, два, – рассеянно произнес доктор.

Лаура слегка вздрогнула, вновь возвращаясь к действительности, когда голос Марлоу внезапно стал слишком громким, чтобы его можно было игнорировать.

Дэвлин Марлоу наклонилась вперед, опершись руками о ребра кафедры. Хотя она была физически истощена этой сложной кампанией, по напряжению близкой к противостоянию Гор/Буш двадцатилетней давности, но женщина подпитывалась от энергии толпы, впитывая их волнение, ощутимо висевшее в воздухе, подбадривая измотанные нервы.

– Мы сделали это! – Она подняла кулак в победном жесте, и толпа взревела.

Избранный президент тепло рассмеялся, затем она подняла ладони, призывая к тишине, чтобы продолжить говорить. Дэвлин остановилась и послала харизматичную, останавливающую сердце улыбку кому-то в толпе. И Лаура буквально задохнулась, так сильно было ощущение, что Дэвлин улыбается именно ей. "Ничего себе!"

Пристальный взгляд Марлоу скользнул в сторону от Лауры. Президент засунула руки в карманы пальто и спустилась на несколько ступеней лестницы, чтобы говорить непосредственно с толпой. Оживленное движение вокруг нее пояснило, что такой ход не ожидался агентами Секретной Службы, стоящими в нескольких шагах от нее. Некоторые из них заняли новые позиции.

– Поскольку один из моих любимых авторов написал: "Когда сталкиваешься с тем, что похоже на непреодолимый вызов, у тебя есть только один выбор… найти в себе силы, о которых даже не подозревал… подвергнуть сомнению добропорядочность и добродетельность своей души… а затем отбросить опасения в сторону и взять свою судьбу в свои собственные руки".

Лаура начала задыхаться, ей не хватало воздуха. Ее руки ударили по подносу, и несколько инструментов упало ей на колени. "О, мой Бог!"

Толпа с уважением притихла, но взорвалась еще раз, когда Дэвлин добавила:

– Мы сделали это, люди… сейчас мы творим историю!

Ее голос утонул в приветственных возгласах массы людей, и ведущий не смог вставить свои комментарии.

– Черт возьми! – Доктор Кардозо неуклюже выдернул руку изо рта бьющейся в конвульсиях женщины. Ее зуб был пойман окровавленными наконечниками его щипцов. "Слава Богу, она не проглотила это. Моя страховка такого бы не покрыла". – Что-то не так? Вы травмированы?

– Ци… ци… ци…

– Что? Что? – Спросил он отчаянно, начиная поддаваться панике из-за взволнованного состояния Лауры. Возможно, она предъявила бы ему иск, так или иначе. Он бросил щипцы на поднос, фактически посылая ее зуб мудрости в путешествие по ковру.

Без предупреждения, женщина наклонилась к маленькому бассейну фарфора и небрежно разорвала распорку, держащую ее рот открытым. Ее губы еще не отошли от заморозки, и она не могла четко формировать слова.

– Ци… ци…

Она сглотнула и начала растирать щеку и губы руками.

– Бог щадит, девочка. Что с тобой?

Лаура протянула палец к изображению ведущего, который продолжал счастливо болтать. Лицо Дэвлин все еще было на экране, а под ним бегущей строкой показывали результаты выборов по штатам.

– Она ци… ци… ци…

Доктор Кардозо смотрел на нее с надеждой.

– Она цитировала меня! – Лаура, наконец, обрела способность выпалить это. Она хмурилась и стерла длинную нить слюны, которая повисла не ее подбородке.

Дантист отер лоб, начиная подозревать, что открытие Лауры не имело никакого отношения к лечению зубов.

– Хэх?

Лаура в замешательстве моргала, веселящий газ сделал ее язык таким толстым, и она чувствовала уныние.

– Я – … автор. – Она провела рукой по своим длинным светлым волосам. – Милостивый Иисус, – она растягивала слова. – Я даже не голосовала за янки!

Ее глаза поймали проблеск цвета, и Лаура внезапно посмотрела вниз, на свой бумажный нагрудник, который был пестрым от красных точек и нескольких хороших клякс. Ее глаза расширились, и лицо стало белым.

– Это кро… кро…?

– Кровь, – закончил за нее доктор Кардозо, глядя на осевшую в кресле Лауру. – Дерьмо. – Обойдя вокруг ног лежащей без сознания женщины, он подошел к дверному проему и двинулся к регистратуре. – Мне нужен телефонный номер.

Регистратор заглянул внутрь комнаты.

– Вашего адвоката?

– Моего адвоката, – хмуро подтвердил дантист.

* * *

Лаура поставила машину на обозначенное ее именем место на стоянке возле квартирного комплекса. Она заглушила мотор голосовой командой 'выключить двигатель' сопровождаемой кодом '4213'. Этот код состоял из последних четырех цифр номера ее социального обеспечения. Чтобы сделать жизнь проще она использовала те же цифры везде, где нужен был код. Лаура прекрасно понимала, что любой вор с минимальными умственными затратами может сильно ухудшить ее материальное положение. Но зато она никогда не забывала код открытия квартиры или код для счета в бакалейной лавке. "Так просто удобнее", решила она.

Светловолосая женщина сняла маленькие серебристые очки и прислонилась лбом к рулевому колесу, давая себе немного отдыха. После того, как она очнулась в офисе дантиста, потребовалось почти полчаса, чтобы убедить его, что она не собирается предъявлять ему иск. Она объяснила, что это была ее типичная реакция на вид собственной крови. "Нечто похожее на попытку полного одурачивания самой себя, чтобы начать свободный день нормально".

Лаура слегка застонала: ее челюсть, подходящая ей раньше, не была впору лицу, которое стало в два раза больше. Она достала маленькую бутылочку пилюль от боли, которые купила по пути домой, из кармана жакета. Прищурившись, она изучала ярлык, затем покачала головой и, смягчившись, водворила очки на место. "Еще три часа, прежде чем я смогу принять следующую. Чудесно". Ее голова, похоже, собиралась взорваться уже сейчас.

Убрав таблетки в карман, она вышла из автомобиля и медленно двинулась по наружной лестнице к своей квартире на второй этаж. Одной рукой, Лаура подняла отвороты своего замшевого пиждака, чтобы спастись от холода. Ноябрь в Нэшвилле всегда был непредсказуем. Большую часть времени шел дождь; иногда даже снег. На прошлой неделе были чудесные 18(С и она, оторвавшись от компьютера, сидела на балконе, купаясь в лучах теплого полуденного солнца. Сегодня же на улице 4(С, дождевые облака, холодный ветер, кажется специально, чтобы усилить боль в ее челюсти.

Лаура повернула за угол к своей квартире, роясь в кошельке в поиске ключей, которые она, не подумав, уже убрала туда. Когда же она подняла глаза, то застыла на месте. Трое слегка дрожащих людей (двое в костюмах, один спортивных брюках и куртке), ждали ее у дверей квартиры.

Самый старший из них, крупный человек лет пятидесяти с козлиной бородкой, увидев Лауру, явно обрадовался.

– Лаура! Я так рад, что мы поймали вас. Я пробовал позвонить, но постоянно попадал на автоответчик.

Женщина всмотрелась в его лицо.

– Вэйн?

"Мой агент? Из Нью-Йоркского издательства? Здесь?" Уже более семи лет они были деловыми партнерами, но раньше общались только посредством спутникового видео, никогда не встречаясь лицом к лицу. Он был меньше ростом, чем она представляла, но виртуальное изображение, которое Лаура помнила, было довольно точным: полное мягкое лицо, глубокие морщины на щеках, взгляд.

– Проклятье. Я должен отрегулировать цвета на моей машине. Вы гораздо больше блондинка, чем рыжая. – Его глаза счастливо мерцали. – Хэй, красотка. O-o-o… как выглядит тот парень? – Он коснулся синяка на ее щеке кончиками пальцев.

Лаура не потрудился ответить на его вопрос. Вместо этого, она усмехнулась настолько, насколько позволял ее рот. Его быстрая речь и носовой, нью-Йоркский, акцент казались намного более явными в человеке, нежели на видео.

Он вернул ей улыбку и почувствовал себя втянутым в сердечное объятие, как и многие годы назад, когда он был достаточно молод, чтобы повернуть к себе голову этой симпатичной женщины.

Лаура поймал дуновение мяты, звук около ее уха подтверждал, что Вэйн грыз твердый леденец.

– Что Вы делаете здесь? – Спросила она с любопытством. Лаура руками обхватила его бицепсы, чтобы немного отодвинуться и снова посмотреть на него. – Я послала вам пересмотр контракта три дня назад. Не было необходимости прилетать сюда для этого. – Она слегка хлопнула мужчину по руке.

Вспомнив о двух незнакомцах, стоящих буквально в метре от нее, Лаура пристально посмотрела на них. Синие костюмы-тройки и серые пальто. Она нахмурилась. Придвинувшись поближе к Вейну, Лаура зашептала в его холодное ухо:

– Я же говорила, что не буду писать биографию для Vinnie Lagulia! Мне плевать, что они сидят в федеральном ИТК, и все нити у них в руках. Я не создаю толпу!

При слове 'толпа' два других мужских уха, казалось, повернулись в ее сторону, как у немецкой овчарки.

– Ребячество, – воскликнул Вэйн, оглядываясь на стоящих у него за спиной людей. – Она, конечно, просто шутит! – Он мягко взял Лауру за локоть и, немного нервно, повел ее к двери. – Если вы позволите, я вам кое-что расскажу. У меня замечательные новости!

* * *

– Нет.

У Вэйна просто челюсть отвисла.

– Нет? – Повторил он недоверчиво. "Черт возьми, что с ней не так? Ничто не может быть лучше этого". – Что Вы подразумеваете под словом 'нет'?

Лаура приподняла бровь и скрестила руки на груди.

– Это – простое слово, Вэйн. Не заставите меня искать словарь.

И прежде чем Вэйн смог продолжить обсуждение, она повернулась к мужчинам в пальто и подошла к ним. Лаура протянула правую руку, мужчины поняли ее намек и пожали плечами в форменных кителях. Она была уверенна, что эти кители они не снимали даже в постели… впрочем, как и фуражки.

– Пожалуйста, передайте Избранному Президенту Марлоу: я польщена тем, что она хочет, чтобы я писала ее биографию. Но, боюсь, я отклоняю это предложение. Мне жаль, что вы были вынуждены ехать в Нэшвилль просто так. Я бы могла сказать вам это и по телефону.

Майкл Оакс, один из наиболее доверенных помощников Дэвлин Марлоу и перспективный социальный секретарь новой администрации, неохотно пожал руку Лауре. Более чем небольшое утешение за то, что он пролетел от штата Огайо до Нью-Йорка, а затем в штат Теннеси, только для того, чтобы эта женщина отказалась от его предложения за 5 минут. Насколько он знал, Дэвлин могла запросто найти другого автора… да таких десяток на дюжину. И разве они не должны буквально из себя выворачиваться, чтобы сделать это для Дэв? Для страны?

Но Майкл знал: его босс ожидает, что он даст Страйер полную свободу выбора, независимо от его личных мыслей по этому поводу. Его темные глаза стали серьезными.

– Почему, мисс Страйер. Почему вы не хотите рассмотреть просьбу Избранного Президента Марлоу? Это – беспрецедентная честь. У вас есть лучшее предложение? – Он посмотрел на Вэйна, который дико затряс головой. – Нет.

Писательница приятно улыбнулась, стараясь удержать язык за зубами. "Честь, задница. Это – одно из тех рабочих мест, где они сообщают Вам, что писать, и, затем, вы хлопаете ваше имя на обложке. Нет уж, спасибо… она может найти другую марионетку для пропаганды".

– Я просто не заинтересована. – Ее голос был вежлив, но холоден.

– Предложенная компенсация более чем щедрая, на договорной основе. Мы консультировались с несколькими главными издательствами, и то, что мы предлагаем – много больше того, что получают их историки и биографы.

– Я уверенна в этом, но ответ все еще 'нет', – настаивала Лаура. "Я не отвечаю тебе агрессией, приятель. А вот ты уже перешел эту черту".

Молодой человек попробовал снова:

– Но…

Лаура подняла руки, предупреждая его слова.

– Прежде всего, я не специализируюсь в политике.

– Если я не ошибаюсь – последняя биография, написанная вами, была о жизни кардинала Джеймса О'Роака. Вы хотите мне сказать, что Католическая Церковь – не политическое учреждение? – Его голос стал громче и обрел нотку сарказма.

Лаура почувствовала, что закипает. Да кто он такой? Человек рядом с ним, который мог бы просто вытатуировать у себя на лбу 'Секретная служба', подошел ближе, вторгаясь в ее личное пространство, и неодобрительно посмотрел на нее. Но она отказалась отступать. "Предполагается, что сейчас я запугана по самую шею. Не думаю. Я вижу, как вы работаете Дэвлин Марлоу!"

– Я нахожусь дома только в течение нескольких месяцев, после почти двух лет, проведенных в Ирландии и Ватикане, для написания биографии кардинала О'Роака. Я просто не готова согласится на работу, которая будет длиться не менее четырех лет.

– Это важно для нации, которую… – продолжал Оакс, несмотря на то, что Лаура уже несколько раз пыталась вставить хоть слово.

Вэйн заметил, что лицо женщины стало сначала розовым, а затем и вовсе ярко-красным. Он нервно захрустел новым мятным леденцом. "О, нет. Приехали. IRS собирался реквизировать 'Starlight Publishing' и меня лично на все годы, начиная с этого и до конца". Он выдвинулся вперед:

– Лаура, пожалуйста. Я знаю, что вам больше по сердцу Майя Анжелоу. Но это – Президент Соединенных Штатов, ради Бога!

– Никакие средства, нет, – отрезала Лаура. Она подошла к входной двери и с грохотом распахнула ее. Она автоматически наклонилась и одной рукой подхватила своего мопса Гремлина, лишив его возможности бежать. – Эта беседа окончена.

8 ноября

Седан замедлился. Фактически, несколько седанов замедлились. Случайный наблюдатель принял бы их за процессию, везущую семейство, оплакивающее потерю кого-то любимого. Это могло бы быть правдой, если бы не личность одного из людей в третьем автомобиле. Даже прежде, чем этот седан полностью остановился, его окружили люди в темных костюмах; люди, призванные защитить Избранного Президента. Они быстро, но четко проверили все пространство вокруг автомобиля. Две длинные ноги появились из-за открывшейся двери, и вскоре на улицу вышла сама Дэвлин Марлоу. Она остановилась, чтобы поговорить с другими приехавшими, затем поправила букет роз и медленно пошла к камню, находящемуся в десяти метрах от нее. Охранники были чрезвычайно почтительны и находились так далеко от Марлоу, как этого позволяла безопасность. Дэвлин поправила шарф, подняла сзади воротник пальто. Она поднесла розы к лицу, но большая часть их аромата была уничтожена холодным осенним воздухом.

Дэв опустилась на колени перед могильным камнем. Влага, усыпавшая траву и лежащие на ней листья, тут же впиталась в ткань брюк. Дэвлин поставила цветы в вазу, которая была частью могильного камня, и подняла сухой лист, лежащий рядом на траве.

– Привет, любимая. Я должна была приехать сегодня, потому что многие вещи сильно изменятся для меня очень скоро. – Дэв коротко хихикнула, пристально изучая ярко-оранжевый лист, который держала в руках. – Посмотри, кого я пытаюсь обмануть. Все уже изменилось.

Дэв отпустила лист, и ветер тут же унес его прочь. Она наклонилась вперед, чтобы дотронуться до слов, вырезанных в камне.

– Я тоскую без тебя. Все еще, иногда, просыпаясь ночью, я пытаюсь дотянуться до тебя. – Она улыбнулась и опустила руку. – Я много думала о тебе в последнее время. Я не была бы тем, кто я есть, если бы не ты. Мне жаль, что мы не можем быть вместе сейчас. – Ее улыбка стала задумчивой. – Ты стала бы прекрасной первой леди.

Дэв села на основание камня и обхватила колени руками.

– Интересно, как они переварили бы это? По крайней мере, я думаю, что они назвали бы тебя Первой Леди, – она вздохнула и покачала головой. – Не имеет значения. Ты всегда была и будешь моей Первой Леди. Это все, что важно… Я не думаю, что буду возвращаться сюда, Саманта… Конечно, я буду приводить сюда детей. В любое время, когда они захотят. – Быстро добавила она. – Но я думаю… для меня… я должна попробовать сосредоточится на будущем, на некоторое время.

Дэв надолго замолчала, слушая завывание ветра и далекие гудки проезжающих автомобилей.

– Да. – Выдохнула она и кивнула. – Я знала, что ты поймешь.

Дэв оглянулась на машины и помахала рукой. Один из агентов открыл дверь автомобиля Дэв, и из него появились трое маленьких детей. Эшли, темноволосая девочка семи лет, терпеливо ждала своих маленьких братьев, чтобы взять их за руки и довести до камня.

Высокая женщина нежно улыбнулась, когда дети направились к ней. Дэвлин снова повернулась и встала перед камнем.

– Ты бы так гордилась ими. Они все особенные. Аарон повесил твой портрет над кроватью. Он целует его каждый вечер перед сном. – Ее голос немного дрожал, когда она говорила это. – Я уверена, что они знают тебя. Знают об обеих своих мамочках. – Внезапно она хихикнула. – Эшли, благослови ее Бог, научилась закатывать глаза так же, как это делала ты.

Дети присоединились к ней. Аарон, самый младший из них, ему всего четыре года, забрался на колени к Дэв, и обнял ее за шею. Двое старших разместили свои крошечные букеты цветов на траве перед могильным камнем.

– Привет, мама, – Эшли легко поклонилась, копируя стиль индейцев. – Я получила 'А' по математике сегодня. Мама говорит, что я действительно хороший математик теперь.

Импульсивный пятилетний Кристофер подарил камню небольшой поцелуй, а затем присоединился к своему брату на коленях у Дэв. В свои пять лет, светловолосый маленький мальчик был самым тихим из троих детей. На Эшли и Аарона, казалось, не действовали их ежемесячные посещения кладбища. Но для Кристофера, похоже, это было так же трудно, как и для самой Дэв. Даже притом, что он никогда не жаловался, женщина задавалась вопросом, не прекратить ли эти визиты.

Но Дэвлин знала, что очень важно заставить этих замечательных детей понять, что у них действительно было двое родителей, которые их сильно любили. Даже если один из них погиб по вине пьяного водителя уже через несколько недель после рождения Аарона. Это ранило душу Дэвлин, ведь ни один из них не мог действительно много помнить о Саманте. Даже Эшли имела только слабый намек на воспоминания. И Дэв не была уверена, подлинные ли они или это продукт семейных фотографий и рассказов.

Семья провела еще несколько минут вместе, после чего Президент отослала детей обратно к автомобилю. Она наклонилась, чтобы оставить камню мягкий поцелуй, также как это сделал ее сын.

– Я люблю тебя, Саманта. Ты будешь в моих молитвах. Как и всегда.

Дэв глубоко вздохнула и повернулась к автомобилю. Она не плакала больше, из-за ухода Саманты, и она знала, что это хорошо.

* * *

Дэвлин заняла свое место во главе стола в столовой, где уже находились дети со своей няней. Эмма была большой удачей. Саманта наняла ее после того, как Дэвлин родила Эшли. И Эмма уже была рядом, когда у Саманты появились Кристофер и Аарон. Карьера Дэв занимала столько времени, что она не могла много быть с детьми. И еще меньше времени стало после смерти Саманты. Дэвлин не была уверена, что справилась бы с детьми без Эммы.

Эмма Дрисдэйл была именно тем, чего бы вы хотели для своих детей. Посвящение и любовь. Ее щедрая улыбка и сердце были оценены всеми, кто знал Эмму. Низенькая женщина с твердым характером, широкими бедрами и пышной грудью. У нее пышные золотисто-седые волосы, и она столь же скора на объятия, как и на наказания. Эмма была больше бабушкой для детей Марлоу, нежели наемным служащим. И Дэвлин была довольна этим. Они были одной семьей, и гнев старшей женщины был столь же легендарен, как и ее шоколадное печенье.

– И не думайте, что встанете из-за этого стола, пока не доедите последний кусок у себя на тарелках.

Дэв посмотрела на каждого из детей, задаваясь вопросом, с кем из них неприятности. Когда она опустила взгляд на собственную тарелку, то тут же поняла, кто виновник.

– Я ем Эмма, – возразила она, зная, что ее возглас все равно не будет принят во внимание.

– Вы слишком тощая, как это, – сказала Эмма и показала на свое плечо, которое вовсе не было тощим. – И вы не едите. Вы расставляете свою еду вокруг, чтобы сделать вид, будто едите. – Эмма подняла седую бровь, показывая женщине, что Эшли тоже отодвинула тарелку, и намазала новый бутерброд маслом для ребенка. – Вы же не хотите подавать детям плохой пример, не так ли?

– Вы знаете, – Дэв нанесла удар беспомощному стеблю спаржи, – я ненавижу, когда вы так поступаете.

– Я знаю, – кивнула няня и наполнила молоком стакан Аарона, – именно поэтому я так и поступаю.

– Сядьте, Эмма, – простонала Дэвлин. – Дети прекрасны. Съешьте что-нибудь сами.

Дэв поерзала на стуле, зная, что протест будет проигнорирован так же, как и раньше. По крайней мере, пока Эмма не была готова садиться.

И она не ошиблась.

Эшли хихикнула и направила свои большие карие глаза на мать.

– Мамочка?

– Да, милая. – Дэв решила сделать усилие над собой и все-таки съесть обед. Даже притом, что она была так утомлена, что единственной мыслью было добраться, наконец, до постели.

– Я должна брать ЕЕ с собой в зверинец завтра?

– Что? – Дэв наморщила лоб, пытаясь вычислить кто же эта 'ОНА'. – О, ты имеешь в виду агента Хамлин?

Эшли нахмурилась, и Дэв мигнула, пораженная тем, что может видеть себя так ясно в выражении лица дочери.

– Я воспринимаю это как 'да'. И я боюсь, что ты должна будешь это сделать, милая.

Своей вилкой девочка сердито разбила реку лавы, которую она создала на тарелке из картофельного пюре и соуса.

– Никто из других детей не должен.

– Я знаю, родная. Но… вот что я тебе скажу: мы попросим ее носить костюм и блузку, хорошо?

Эшли обдумывала это предложение. То, что она представила, не могло ей повредить:

– Хорошо.

Кристофер и Аарон прекратили есть и внимательно прислушивались к разговору. У них тоже были новые телохранители.

– Ты могла бы также привыкнуть к агенту Хамлин и попытаться подружиться с ней. Вам предстоит быть вместе следующие четыре года.

– А что насчет Эми?

– Давай посмотрим. Эми была государственным полицейским. Она заботилась о вас до того, как я стала избрана Президентом. Теперь этим будут заниматься агенты Секретной Службы. И с тобой будет агент Хамлин.

Дэв погладила руку девочки и заметила, что Кристофер и Аарон были обрадованы такой перспективой не больше, чем Эшли. Ее глаза смягчились, и она успокоительно улыбнулась.

– Агенты смогут дать вам так же много, как и Эми. Я уверена в этом.

– Отлично, – пробормотала маленькая девочка.

– Мамочка, могу я тоже пойти? – Кристофер привстал со своего места, находящегося справа от места Дэв. – Я тоже хочу в зверинец.

– Я уверена, что ты попадешь туда, приятель, но это – поездка класса. – Она взяла маленькую руку Кристофера в свою. – Я устрою такую поездку для вас с Аароном, договорились?

– Да! – Закричали одновременно Крис и Аарон. Братья вскочили и 'дали друг другу пять'. К сожалению, Аарон прицелился немного ниже, и вместо ладони встретил голову Криса. Тот незамедлительно нанес ответный удар, и вскоре мини-война мальчиков сопровождалась смехом и воплями.

– Хорошее время, чтобы подготовится идти в постель. – Эмма переместилась со своего места в конце стола и повела детей к лестнице.

Дэв тоже встала, но тут же опустилась обратно за стол, как отчитываемый ребенок, поймав неодобрительный взгляд Эммы.

– Вы знаете, что я – Избранный Президент! – Возразила высокая женщина, шутливо надувшись.

– Да, да. Я очень увлечена, мадам Избранный Президент. – Эмма указала на полную тарелку. – А теперь доедайте свой обед.

– Смогу ли я когда-нибудь сделать что-либо, чтобы впечатлить вас? – отступила Дэв.

– Уже сделали. Их зовут Эшли, Кристофер и Аарон. А теперь – ешьте.

* * *

Прошло еще почти три часа, прежде чем Дэв, наконец, закончила со всеми делами, и устало двинулась в сторону лестницы, ведущей в ее спальню. Помощник поймал ее еще до того, как она успела шагнуть на лестницу.

– Губернатор?

Марлоу позволяла ему называть ее так.

– Да?

– Секретная служба только что принесла этот файл для вас. Они сказали, что вы хотели видеть это немедленно.

"Это только файл. Слава Богу! Я смогу добраться до кровати еще сегодня".

– Спасибо. – Она взяла файл и быстро пробежала его глазами. – Страйер, Лаура Анна. Лаура, не Лорен, хех?

"Я верно вычислила, что 'Л. Страйер' – женщина. Эти картины, которые она рисовала в моем воображении…"

– Губернатор? – Помощник выглядел смущенным.

– О, ничего. Извини. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мадам.

Дэвлин снова двинулась в комнату Эшли. Эта комната была типичной для маленькой девочки. Заполненная игрушками-животными, куклами, домиками для кукол и их нарядами. Небольшая кровать служила Дэв напоминанием о том, насколько драгоценным был ее первый ребенок.

– Эй, детка, – шепнула она в темноту. – Ты уже спишь?

– Нет, мэм. – Маленькая девочка перевернулась на другой бок, и ее темные глаза вспыхнули от света, попадающего в комнату из прихожей.

Высокая женщина села на постель, положив файл под руку. Она изучала девочку, замечая все, что нуждается в переделке.

– Я знаю, вы не понимаете всего, что происходит сейчас, но это может быть опасным для вас.

Эшли кивнула.

– Я хочу, чтобы ты верила мне, ладно? Это то, что нужно сейчас.

– Мой преподаватель говорит, что ты собираешься стать самой мощной женщиной в мире. Это правда?

Светлые глаза пораженно мигнули.

– Ну…

– Даже более мощной, чем Wonder Woman? – девочка подскочила на постели.

прим. переводчика: Wonder Woman – героиня комиксов. 'Супермен в юбке'. Букв. Потрясающая Женщина

Дэв изучала карие глаза дочери.

– Нет. Не таким образом. Wonder Woman просто пнула бы меня. Кроме того, она – это большой невидимый реактивный самолет. – Напомнила Дэв, дружески ткнув дочь в ребра.

Эшли кивнула.

– И золотое лассо.

– Точно. – Она мягко уложила девочку и подождала, пока ее плечи не погрузились в перину подушки. Тогда она наклонилась, и они с дочерью потерлись носами. – Но ты веришь мне… правильно, детка?

– Всегда и навсегда. – Руки немедленно обвились вокруг шеи Дэв.

Они лежали так, обнявшись, некоторое время.

– Ты пожелала маме доброй ночи?

– Да, мэм. Сразу после своей молитвы.

– Хорошая девочка.

– Ты действительно тоскуешь без нее, не так ли?

Дэвлин нахмурилась. Сегодняшний день на кладбище был очень трудным для нее, и ее проницательная дочь, очевидно, заметила этот факт. Она пробовала говорить 'до свидания' Саманте в течение более чем трех лет, но она никогда не была особо сильна в 'до свиданиях'. Особенно, когда это касалось людей, которых она любила.

– Да, это так.

Лицо Эшли стало задумчивым.

– Возможно, когда-нибудь, ты найдешь новую маму для нас.

Из-за глыбы, появившейся в горле, Дэв еще некоторое время не могла говорить.

– Возможно, детка, – отступила она с сомнением. – Но ваша мама была очень особенной. И я очень любила ее.

– Наверное, я… я… я тоже так думаю.

Дэв провела ладонью по подбородку дочери.

– Я знаю это. И мама знает тоже. Я уверенна.

Эшли зевнула.

– Ты думаешь, она одинока так же, как и ты?

Невинные слова проникли в сердце Дэв, и она почувствовала подступающие слезы.

– Нет, милая. Она счастлива на небесах с бабушкой и дедушкой. Она никогда не одинока.

– Хорошо. – Сонные глаза девочки закрылись. Дэв поцеловала ее в лоб.

– Люблю тебя, Эш. – Сказала она мягко, наблюдая, как дыхание девочки становится все глубже и спокойней. – Приятных снов.

На пути к двери, Дэв включила ночник, который залил комнату приглушенным синим светом. Затем она пошла к комнате мальчиков, где они спали на специальных кроватях, установленных под углом к полу. Она встала на колени между кроватями и почувствовала, что не может остановить слез. Эти мальчики, с их белокурыми волосами и синими глазами, были воплощением женщины, которая родила их. И ни один из них никогда не знал бы человека, который любил бы их сильнее.

– Черт возьми, Саманта. – Зарычала Дэв, вставая на ноги. – Как ты могла бросить нас? – Она обхватила лицо дрожащими руками, стыдясь этой вспышки. – Мне жаль. Я не это имела в виду. – Утомленная женщина вынудила слезы остановиться и вытерла лицо рукавом рубашки. – Я люблю тебя. Я не это имела в виду. – Она склонялась над каждым мальчиком и целовала его в щеку. – Больших приключений вам обоим этой ночью. Я люблю вас.

Мягко закрыв за собой дверь, Дэв пошла в свою комнату. Она оставила файл на столе возле каменного камина. Здесь же, как истинная природа материнской заботы Эммы Дрисдэйл, находился бутерброд и стакан молока, ожидающие Избранного Президента.

Она фыркнула и откинулась на спинку большого кресла. Поднеся молоко к губам, Дэв сделала паузу, чтобы сказать тост:

– За Эмму Дрисдэйл. Я не прошла бы через эти дни и ночи без вас.

Дэв наклонилась и открыла файл.

– Так-так, Лаура Страйер. Посмотрим, что вы за человек.

В файле имелось несколько фотографий молодой женщины, и Дэв поддержала сильный бросок Лауры при игре с собакой в парке. Блондинка носила бейсболку и короткий 'конский хвост'. На ней были серые брюки и яркий оранжево-белый свитер Университета штата Теннеси. Она смеялась, ее рука была туго обмотана поводком и, казалось, что небольшое животное тащит ее. Дэв покосилась на дату на фотографии, убедившись, что снимок был сделан около двух недель назад.

Она посмотрела на следующее фото. Здесь на Лауре был льняной костюм с юбкой, длиной сантиметров на пять выше колен. Более серьезная одежда сделала ее старше. Жакет костюма Лауры был драпирован по плечу, и загорелые руки были хорошо видны, благодаря блузе без рукавов. Она спускалась по ступеням какого-то офисного здания и разговаривала с женщиной, идущей рядом с ней. Рука писательницы была поймана в воздухе, в момент жестикуляции. Улыбка пробежала по губам Дэвлин, поскольку это был отличный снимок, позволяющий любоваться юной и симпатичной Лаурой, ее разрушительными серыми глазами и улыбкой, от которой, Дэвлин была уверенна, будет таять масло.

Избранный Президент подняла последнюю фотографию, которая очевидно, была сделана для водительского удостоверения. Дэв нажала кнопку на краю стола, и комната тут же заполнилась тихим гулом. С гримасой Марлоу засунула увеличенную фотографию в тонкую щель, находящуюся в углу стола. Она счастливо кивнула, глядя, как фото исчезает в шредере.

Дэв вновь посмотрела на фотографию Лауры в парке.

– Они заберут это, если вы хорошенько попросите, Лаура, – хихикнула она.

Убрав фотографии, Дэвлин обратила свое внимание на листы печатного текста, но слова начали 'плыть' перед глазами. Она потерла глаза, зная, что неотложной работы накопилось еще на несколько часов.

"Дьявол, они говорят, что ты пропустила проверку безопасности на прошлой неделе, Дэв. Остальное может подождать до завтра".

– Что ж, Лаура Страйер, мне не нужен этот файл, чтобы понимать, что я нуждаюсь в вашей помощи. Это я знаю и так.

Дэв прикончила молоко и бутерброд, и откопала сообщение относительно торговых переговоров с Китаем.

Она, наконец, добралась до постели только после полуночи.

9 ноября

– Нет? Что ты имеешь в виду под 'нет'. – Дэв нацарапала свою подпись на документе и отдала его помощнику, тут же другой помощник напомнил ей о следующих трех делах.

Майкл Оакс покачал головой, хотел бы он ответить Избранному Президенту Марлоу так же, как Лаура ответила своему издателю.

– Она не хочет эту работу, Дэв. – Он пожал плечами. – Только и всего.

Марлоу резко посмотрела на него.

– Ничто и никогда не бывает 'только и всего'. И ты это прекрасно знаешь.

Дэв рассеяно кивнула секретарю, которых обходил комнату, принимая заказы на кофе от ее штата.

– Почему она этого не хочет? Нет… – Сказала она секретарю. – Это плохой день. Мы можем передвинуть это на двадцать первое?

Майкл сел рядом с высокой женщиной.

– Страйер назвала мне несколько причин, но я думаю, все сводится к тому факту, что она просто не заинтересована в написании вашей биографии.

– Тогда мы должны ее заинтересовать.

– Дэв, неужели это так важно? Мы можем найти кого-то еще. Кого-то лучше. Я знаю, вам нравятся ее работы, но эта женщина даже не голосовала за вас, ради Бога!

Теперь ему удалось заполучить внимание Дэвлин. Она отвернулась от своего электронного органайзера и посмотрела на Майкла. Привычная улыбка сползла с ее лица.

– Что значит, она не голосовала за меня? Почему нет?

Майкл благодарно кивнул, когда перед ним поставили кофейник. Дэв убрала локти со стола, чтобы освободить место для огромной кипы бумаг.

– Разве вы не читали ее досье?

Он наполнил кофе чашку для Дэв, потом для себя и глубоко вдохнул сильный аромат.

– Я читала его. – Дэв приподняла бровь. "Я разглядывала фотографии. Черт…" – Джейн? – Синие глаза обвели переполненную комнату.

– Я здесь, Дэв. – Джейн, ее персональный секретарь, вложила папку с досье в руки Дэв.

Вторая бровь темноволосой женщины поднялась вслед за первой.

– Иногда ты пугаешь меня, Джейн. И ты это знаешь, не так ли?

Пухлая женщина улыбнулась и моргнула.

– После пятнадцати лет, я знаю тебя лучше, чем ты сама себя знаешь, Дэвлин Марлоу. – Ее усмешка стала шире. – И не могу дождаться, когда стану Президентом Соединенных Штатов.

Вся комната взорвалась смехом, к которому присоединилась и Дэв.

– Ты тоже станешь замечательным президентом. Просто слегка толкни меня, если я встану у тебя на пути.

Дэв отхлебнула кофе из чашки и утащила пирожок с черникой с подноса, который циркулировал по комнате. Затем она открыла файл. "Кто вы, Лаура Страйер? И почему вы отвергли меня?" Дэв сконцентрировалась на словах перед нею и комната исчезла. Она быстро пробежала глазами биографию перед тем, как приняться за рапорт всерьез.

Объект: Лаура Анна Страйер

Дата рождения: 4 июля 1990

Рост: 1,65 метра

Вес: 56 кг

Цвет глаз: Серые

Цвет волос: Блондинка

Дэв быстро просмотрела данные об адресе, короткую медицинскую историю, отсутствие уголовной истории и информацию о занятости.

Семейное положение: Разведена (дата брака 24 января 2014 – 16 октября 2017)

Семья: детей нет, братьев и сестер нет, нет никаких других близких родственников, родители живы

Мысли Дэв остановились на этом на мгновение. "Звучит очень одиноко".

Образование: бакалавр Истории, степень по Английской литературе, Университет штата Теннеси, Magna Cum Laude; дата окончания: 5 мая 2011

Дэвлин засмеялась, обнаружив упоминание об одиннадцати неоплаченных штрафах за неправильную парковку. Ее пристальный взгляд вернулся к фотографии, которая завладела ее вниманием прошлой ночью, и она снова улыбнулась. "Интересно, как зовут эту мерзкую маленькую собачку?"

Президент обратилась к концу файла за дополнительной информацией, которая, она знала, обязательно будет там. Она оглядела фотографию бывшего мужа Лауры, Джуда Радисона – архитектор, живет в Чикаго, вступил в повторный брак через два месяца после развода с Лаурой. Теперь у него сын двух с половиной лет. Дэв произвела нехитрые расчеты и молча выругалась. "Лживая ублюдочная крыса". Она решила вернуться к его фотографии позже.

Дэвлин нахмурилась, когда не обнаружила в досье фотографий родителей Лауры. Только краткая ссылка:

Отец: Говард Страйер, отставной водопроводчик в течение 45 лет был членом Union Steward, Американского Союза Водопроводчиков.

"Синий воротничок. Я даже не предполагала такого. Интересно".

Мать: Анна Страйер, домохозяйка, несколько раз была госпитализирована из-за депрессии в течение прошедших десяти лет.

Когда Дэв оторвалась от чтения десятью минутами позже, то обнаружила, что она одна в зале заседаний. Всюду стояли пустые чашки, бумажные тарелки были просто рассыпаны по комнате. И, неожиданно, она услышала звуковой сигнал, который был установлен, чтобы напомнить об ее первом деле на сегодня. Кофе давно остыл, и Дэв с отвращением отодвинула чашку.

Она вернулась к первой странице досье и откусила большой кусок пирожка, прежде чем поднять телефонную трубку.

* * *

Лаура порылась в своем кошельке и достала оттуда маленькое зеркальце.

– Авто включить двигатель. Маршрут №12. Код 4213.

Лаура опустила руку с руля, но вновь вернула ее назад, когда автомобиль подал сигнал и мягко тронулся с места. Она посмотрела на часы. Было уже поздно.

– Увеличить скорость на 16 км/ч. Код 4213.

Она дождалась предупреждающего звукового сигнала, а затем отключила автоматическую систему управления скоростью голосовой командой, присовокупив к ней код.

Держа маленькое зеркальце в одной руке, другой Лаура наносила на губы бледную помаду. Она подпрыгнула от неожиданности, когда зазвонил телефон, и мазнула помадой по подбородку, оставив на нем розовую полосу.

– Черт.

Лаура вытащила из бардачка платок и принялась стирать помаду, не обращая внимания на телефонный звонок. Наконец, на пятом звонке она ответила.

– Привет.

– Привет, – ответил сильный, но определено женский голос. – Это мисс Лаура Страйер?

Лаура отодвинула трубку от лица и посмотрела на нее так, как будто не видела никогда прежде. "Я знаю этот голос".

– Привет? Мисс Страйер?

Лаура прижала телефон обратно к уху. Это было любопытно, несмотря на тот факт, что это был не тот человек, которого она хотела бы слышать.

– Это… – Лаура прочистила горло. – Это – Лаура Страйер.

Дэв улыбнулась, отчего стала казаться гораздо моложе и симпатичней. Она растягивала слова на южный манер.

– Я рада непосредственно говорить с вами. О, простите. Я – …

– Президент Соединенных Штатов, – закончила за нее растерянная Лаура. "О, мой Бог. Она звонит из-за биографии? САМА?"

– Избранный Президент, если быть точным. – Дэв закинула ноги на стол. – Вы говорили вчера с моим помощником, Майклом Оаксом?

Лаура кивнула.

– Да, говорила. – Шок начал уступать место воспоминаниям и гневу. – И я не понимаю агрессию. – Сказала она внезапно холодным тоном.

Дэв резко выпрямилась, и ее ноги с громким стуком упали со стола на пол.

– Что вы имеете в виду под 'агрессией'. – "Что ты сделал, Майкл?"

– Почему бы еще мистера Оакса мог сопровождать могучий Джо Янг?

прим. переводчика. 'Могучий Джо Янг' – название фильма, в котором Джо Янг – гигантская горилла

"Могучий Джо Янг?" Дэв закрыла глаза. "О, Боже. Скажите мне, что он не взял с собой Фрэнсиса".

– Возможно, вы имеете в виду Фрэнсиса Давиеса? Самого активного и неудачливого агента Секретной Службы, чья голова только случайно растет из его плеч?

Лаура с трудом удержалась от смеха и закрыла рот ладонью. "Политический деятель с настоящим чувством юмора? Это – снег в аду".

– Да, похоже, это он, – предположила Лаура, не заботясь тем, чтобы убрать усмешку с лица.

– Тогда, пожалуйста, позвольте мне немедленно принести свои извинения. Я уверена, присутствие Фрэнсиса было предназначено не для того, чтобы запугать вас. – "И, пожалуйста, не спрашивайте меня, зачем бы еще он мог там быть".

Лаура снова отвела телефон от уха и посмотрела на него. Хотела бы она видеть сейчас лицо Дэвлин Марлоу. Эта фраза прозвучала довольно искренне.

– Возможно, я неправильно истолковала это, – услышала она свой голос.

– Мисс Страйер, ваши работы интеллектуальны и проницательны. Я ваш большой поклонник.

Лаура была удивлена восторженной похвалой Дэвлин, и почувствовала, как ее щеки покраснели.

– С… Спасибо.

Она не знала, что Дэвлин также покраснела на том конце провода. Избранный Президент мысленно ругала себя за глупый возглас, как у восторженного подростка, встретившегося со звездой.

– Мне нужна ваша помощь. Я нахожусь в уникальном положении, мисс Страйер. И то, что происходит должно быть умело и, самое главное, точно зафиксировано. – Дэв перестала волноваться и начала жестикулировать свободной рукой.

– Не могу не согласиться с вами.

Темные брови от неожиданности взлетели вверх.

– Значит, вы согласны?

Люди уже начали регистрироваться в Зале заседаний.

– Я этого не говорила.

Дэвлин расстроено вздохнула.

– Пожалуйста, мисс Страйер, помогите мне здесь. У меня встреча через две минуты. Скажите, что я должна сделать, чтобы вы ответили 'да'.

Автомобиль Лауры уже приехал на стоянку возле общественной библиотеки и покорно ждал команды на выключение двигателя.

– Я не думаю, что найдется что-нибудь, что вы могли бы сказать, – честно ответила Страйер. – Я польщена. Действительно. – "И любопытно, просто жуть". – Но я не хочу делать что-то вроде ‘Президент Партии Эмансипации’. Это не та работа, которая мне нравится. Я была бы счастлива порекомендовать кого-нибудь…

– О чем вы говорите?

Лаура услышала замешательство в голосе Дэвлин.

– Это – не то, что я хочу. – "Что Майкл сказал вам?" Писательница успокоила дыхание. Она хотела верить этой женщине, но хорошо знала политическую кухню. – Вы говорите так сейчас, но…

– Ничего не 'но'. Мне не нужен 'человек, который говорит да нашей партии'. Партия платит вам потому, что я не могу брать на это деньги налогоплательщиков. Если бы я платила вам из своего кармана, это вызвало бы ваш профессиональный интерес, не так ли?

Лаура внимательно слушала Дэвлин, чуть наклонившись вперед.

– Да, именно так.

– Мне нужен кто-то с честным, цельным, реальным талантом. Мне нужны вы, мисс Страйер. У вас будет свобода действий, чтобы писать независимо оттого, что другие считают правильным. – Дэв пыталась убедить женщину, которая, как она надеялась, будет следующей главой Министерства Здравоохранения и Социальных Услуг. Проклиная бегущее время, она заговорила быстрее. – Я даю вам полный карт-бланш на содержание и редактирование. Только одно ограничение – работать в пределах границ Национальной безопасности. – Дэв рассмеялась. – И не отставать от меня.

Лаура в третий раз посмотрела на телефонную трубку, не веря в то, что она слышала.

Дэв подняла указательный палец, чтобы дать знать Джейн, заглядывающей в комнату, что будет через минуту. Дверь закрылась. Дэв повернулась спиной к гостям и скрестила пальцы.

– Это то, что вы хотели слышать, мисс Страйер?

Лаура молча кивнула. "Полный доступ? Редакционный контроль? И 'объект' который творит историю каждым своим действием?"

– Да. – Она с трудом сглотнула. – Именно это я и хотела услышать.

Глава I

Январь 2021

21 января

В то время как Дэвлин стремилась находиться в центре политических событий, Дэвид был достаточно сдержан, чтобы находиться за сценой, где, как напомнила себе Дэв только наполовину в шутку, находилась реальная власть.

Дэв потянулась и повернула ручку двери, улыбка играла у нее на губах.

– Мы сделали это.

– Да, сделали, мадам Президент.

– Избавь меня от этого. – Дэв насмехалась над таким обращением Дэвида. Они были выше подобных вещей, по крайней мере, в том, что касалось титулов. И Дэвид знал это. И, тем не менее, Дэв не удержалась от насмешки. – Иначе, я заставлю тебя называть меня Wonder Woman.

Высокий рыжеволосый человек почесал подбородок, и его глаза цвета коричневого табака пробежались вокруг:

– Хм-м-м?

– Не бери в голову.

Рассвет еще только занимался, и офисы были пусты, тишину не нарушали практически никакие звуки. Это было решением Дэв: она хотела, чтобы это был первый раз, когда она и Дэвид вступили в Овальный кабинет как Президент и Руководитель штата. Требовались усилия множества людей для того, чтобы она попала сюда. Но, без поддержки ее лучшего друга, ей бы это никогда не удалось. И сейчас был подходящий момент, чтобы побыть здесь наедине.

Дэв открыла дверь, но не вошла внутрь. Дэвид широко улыбнулся и пригласил ее:

– Только после вас, Wonder Woman.

– Очень остроумно.

Дэвлин ступила в офис и глубоко вдохнула, остановившись посреди комнаты, чтобы насладится каждой сумасшедшей эмоцией, впитывая чистые и острые ощущения от всего этого. Почти легкомысленный смех вырвался из ее груди. Дэв огляделась и обнаружила Дэвида стоящим позади 'Кресла'. Он подарил ей усмешку и провел рукой по мягкой коже, которой была обита спинка кресла.

– Иди сюда. Попробуй это.

– Я почти боюсь этого, – призналась она. – Мне кажется, что как только я сяду в него, то сразу проснусь и обнаружу, что это был просто сон.

– Хех. Это реальность. Ты – здесь. И никогда не сможешь стать прежней снова. Вы уже сделали историю, мадам Президент. Теперь давай подарим им четыре года, которые они никогда не забудут.

Пока Дэв шагала к креслу, дыхание ее было прерывистым, и, опустившись на мягкое кожаное сиденье, она неслышно вздохнула. Дэвлин положила руки на стол перед собой, чувствуя прохладную гладкую поверхность под ладонями.

– Я – Президент Соединенных Штатов, – шепнула она, глядя на Руководителя штата.

– Да, ты. – Только теперь Дэвид полностью ощутил мощь момента.

Дэв мигнула и посмотрела вглубь комнаты невидящим взглядом.

– Я потеряла себя.

– Да, это так. – Дэвид прочистил горло. – Теперь я оставлю тебя, чтобы ты могла посмотреть свои личные вещи. – Он показал назад, в сторону двери. – Они в тех двух белых коробках в углу.

– Спасибо Дэвид. – Дэв взглянула на него. – Эй, если мы не возненавидим это слишком сильно, пойдем на второй срок?

– Спроси меня через пару лет. Удачного дня, мадам Президент.

– Дэвид, – окликнула она его.

Он снова показался из-за двери:

– Да?

– Спасибо тебе за то, что я здесь.

– Мы сделали это вместе, Дэв. – Ее друг улыбнулся и покинул офис.

25 января

– У вас встреча с секретарем по энергетике в 3:30, – сказала Лиза Деннис ее новый помощник, вкладывая новую папку ей в руки. Лиза была молода и примерно того же роста, что и Дэв – метр восемьдесят. Она была тонкой, как рельс, с сильно вьющимися каштановыми волосами и скобами, которые было хорошо видно, когда она улыбалась. Лиза сильно экономила время и нервы Дэв, напоминая, где и когда та должна быть.

Дэв рано в своей политической карьере перестала носить часы. Когда человек смотрит на часы – люди могут много чего о нем подумать, а у Марлоу была такая привычка, когда она носила их.

– Сколько сейчас времени? – Дэв посмотрела на дверь в Овальный кабинет, которая становилась все больше и больше с каждым шагом. Она надеялась оказать внутри прежде, чем кто-то объявит войну.

– Час пятнадцать, мадам Президент.

– Напомните мне об этой встрече в 3:15.

– Да, мадам. У вас и сейчас назначена встреча. С Лаурой Страйер.

Президент резко остановилась и развернулась к молодой женщине, которая чуть не врезалась в нее.

– Так это сегодня?

– Да, мадам. Встреча назначена на час.

Дэв вздрогнула и внезапно обратила внимание на свою внешность.

– Проклятье. – Она быстро поправила свой жакет и пригладила длинные эбонитово-черные волосы. – Я выгляжу нормально?

Молодая женщина была сбита с толку внезапной сменой темы.

– Э-э-э… конечно, – она запнулась. – Я хотела сказать… Да, мадам. Вы прекрасно выглядите.

– Хорошо. – Дэв отдала все файлы обратно Лизе и вытерла ладони о брюки, упрекая себя в нервозности. – Сколько должна длиться встреча по расписанию?

– Полчаса, мадам.

Дэв прикусила губу. Это все равно, что вообще не встречаться.

– Отодвиньте все остальное и дайте мне час на это. Он мне нужен.

– Да, мадам. – Лиза открыла записную книжку. Это был только второй ее день на новом рабочем месте, но она уже поняла, что Президент всегда нуждается в ком-нибудь, кто сдвигал бы ее график. – Это значит, что вы вернетесь в свои апартаменты только после 7:30 вечера.

– Если повезет, – проворчала Дэв, стоя перед дверью своего офиса и ожидая, пока безукоризненно одетый молодой человек откроет дверь для нее. Марлоу задавалась вопросом, сможет ли она когда-нибудь привыкнуть к людям, единственной целью которых, кажется, является открытие дверей для нее. "Ладно. Нет причин для волнения. Ты уважаешь свою работу. Хорошо… Ты ЛЮБИШЬ свою работу. Так что же? Ты сталкивалась с обслуживающим персоналом и прежде". Дэв глубоко вздохнула. Она была экспертом по захоронению своих чувств. – Я буду готова идти дальше через час. – Она потянулась и схватила Лизу за рукав. – Прикрой меня и найди мне бутерброд с солониной, ладно? То, что подавали за завтраком, и близко не было съедобным.

– Сразу же. А что относительно… – Лиза покосилась на дверь.

– О, да. – "Где мои манеры?" – Держись рядом. – Дэв повела плечами и вошла в Овальный кабинет, стараясь абстрагироваться от ощущений, которые она испытывала, только заходя в эту комнату. Это тот момент, когда темноволосая женщина получит действительно реальное представление о Лауре Страйер. "Ничего себе. Не просто симпатичная". Дэв мысленно исправила оценку внешности Лауры, основанную на ее фотографиях. "Красивая". Дэв кашлянула, и голова писательницы повернулась в ее сторону, ее серые глаза остановились на лице Дэв. Губы Марлоу немедленно растянулись в улыбке, и она тепло поприветствовала Лауру, оставаясь в дверях. – Привет. Я ждала, когда смогу встретиться с вами. Скоро я присоединюсь к вам, обещаю. Только удостоверюсь в том, что нам доставят достаточно хлеба насущного. – Она остановилась и вздохнула. "Хорошо. Обычно я разговариваю не так быстро". – Вы любите бутерброды?

Лаура практически подпрыгнула от неожиданности. Она даже не услышала, как Президент Марлоу вошла. Ей понадобилось две секунды, чтобы совершить первое нарушение этикета в Белом доме.

– Привет. – "О, Боже. Телевизор не слишком правдиво передает ее внешность".

На Дэвлин были модные широкие шерстяные брюки темно-зеленого цвета. Из-под такого же вида жакета выглядывала гладкая на вид серебристая водолазка, подчеркивающая загорелое лицо и глянцево-черные волосы Дэв. Она была похожа на модель – высокая и стройная, с бесконечными ногами. Глаза Лауры расширились, когда она поняла, что не слышала ни слова, кроме 'Привет'. Она отчаянно соображала. "Черт! Я уверена, что ее губы двигались!"

Дэвлин было интересно, с чем связано замешательство, написанное на лице молодой женщины.

– Бутерброд? – Спросила она нерешительно.

"Точно. Это было оно".

– Нет, спасибо, мадам Президент. Я уже позавтракала. – "Съела пару кусочков – все, что позволили мне бабочки размером с летучую мышь в моем животе".

"Приятный южный акцент".

– Не возражаете, если я немного себя побалую? NRA потерпела неудачу при попытке отравить меня за завтраком. И я…

– Конечно, мадам Президент. – Лаура улыбнулась и заправила прядь светлых волос за ухо. Она сняла очки и начала рассеянно грызть дужку, когда Дэв повернулась, чтобы уйти.

"Так же делает Кристофер", – подумала Президент. Мальчик всегда играл с очками. Дэв снова улыбнулась. Хотела бы она знать, кто еще поступал также. Единицы. Очки уже не были обычным предметом, и она знала, что Крису неприятно ходить в очках, несмотря на то, что они исправят его близорукость и ему больше не придется носить их уже через несколько лет.

– Спасибо, – Дэв вдохнула с облегчением. "Она не сердится, что я опоздала". – Я скоро вернусь, обещаю. – С этими словами Дэв открыла дверь и вышла наружу. – Один бутерброд и один час, – сказала она Лизе, которая как раз передавала новое расписание Джейн Шульц – прежнему секретарю Дэв. Президент подала Джейн знак и получила в ответ сочувствующую улыбку.

– Один бутерброд и пятьдесят шесть минут, – усмехнулась Лиза и показала на большие золотые часы.

Дэв подняла бровь довольная и немного удивленная возросшей непринужденностью при общении молодой женщины с ней. Каждый новичок в администрации сначала был глубоко формален, но вскоре полностью приспосабливался, хотя это и не делало его работу легче.

– Точно. Спасибо. – Дэв снова вернулась в комнату. Она прислонилась к двери, чтобы закрыть ее, закрыла глаза и медленно выдохнула. Выдох превратился в счастливое хихиканье, когда тяжелая дверь щелкнула, надежно отрезая ее от внешнего мира на долгие пятьдесят пять минут.

Лаура стояла позади одного из кожаных стульев, расположенных в центре комнаты, и выглядела довольно забавно. Ее руки беспокойно двигались по покрытию стула, и это выглядело так, будто она с трудом сдерживает смех.

Дэв выпрямилась, пытаясь восстановить хотя бы часть президентского поведения. Но, увидев снисхождение и понимание в глазах напротив, она немедленно отказалась от этого, усмехнулась и снова прислонилась к двери.

– Вот что я скажу, давайте договоримся о деле прямо сейчас. Вы позволяете мне быть собой, когда мы одни, и мы сможем работать следующие несколько лет без того, чтобы сойти с ума. – Она улыбнулась в ответ на пристальный взгляд Лауры. – Кроме того, если я буду Президентом Соединенных Штатов все время, книга будет испорчена, мы обе знаем это.

– Дело. – Усмехнулась Лаура, но теперь ее улыбка быстро исчезла. – Значит 'вы' являющаяся 'вами' равняется 'не для печати'. – "О, черт. Начинается". Биограф отругала себя за то, что не прислушалась к своим инстинктам и не отказалась от этой работы сразу.

Дэв оттолкнулась от двери. Она подошла к кожаному дивану, стоящему рядом с Лаурой и опустилась в него, вздохнув от удовольствия.

– Не-а, – ответила она беспечно, жестом показав Лауре, чтобы та села. – Хорошее, плохое, уродливое в моей жизни – открытая книга для вас, мисс Страйер. – Неожиданно голос Президента стал серьезным, и она в упор посмотрела на биографа; та наклонилась вперед, чтобы лучше слушать. – Мои дети, однако…

– Не беспокойтесь об этом, мадам Президент, – прервала ее Лаура. – Я никогда бы не вторглась в столь личную область. В вашей биографии интересны только те области, которые непосредственно касаются вас.

Дэв с любопытством посмотрела на нее и коротко рассмеялась.

– Хорошо, тогда это будут все области, не так ли?

Лаура не собиралась соглашаться, но остановила себя. "Молчи, Лаура. У нее ведь не такие дети, как у тебя. По крайней мере, они не пьют воду из унитаза. Никаких предположений, помнишь?"

Первая биография, написанная Лаурой, была о Карине Якобс, звезде Олимпийских Игр 2016, рожденной в Гарлеме и склонной к употреблению героина. Она была разрекламирована, как Вильма Рудольф 21 века и выиграла семь золотых медалей, несмотря на врожденные физические расстройства. У нее не было детей.

Вторым был Питер Орлоский, мега-кретин, который уничтожил корпорацию Microsoft своей единственной незапатентованной операционной системой. Она могла работать везде, начиная от персонального компьютера и заканчивая глобальными сетями – это немедленно решило проблему взаимодействия, которая остро стояла в течение многих лет. Мало того, что он не состоял в браке и не имел детей, но, Лаура была уверена в этом, он даже никогда не занимался сексом. В смысле, с другим человеком. Но, в конечном итоге, этот лакомый кусочек не вошел в его биографию, потому что то, что видела она, мог видеть и каждый, кто слушал или смотрел на Питера. Она, конечно, не должна была говорить об этом.

И, наконец, ее последний объект – кардинал О'Роак. Лаура была уверенна, что у него с его секретарем Андрэ Рикардо были очень близкие отношения… насколько Лаура могла сказать, у него никогда не было детей. Так что откуда ей знать, как дети Президента Марлоу воздействовали на нее?

– Позвольте мне перефразировать… – Голос Лауры стал столь же серьезным, как и у Дэвлин, а пристальный взгляд смягчился. – Вы можете доверять мне в том, что касается частной жизни детей… и что могло бы травмировать их. Я обещаю, – поклялась она.

Дэв кивнула:

– Если бы я не была уверенна в этом, вас бы здесь не было, мисс Страйер. Я не дам вам шанса поступить так с моими детками.

Лаура приятно улыбнулась, слегка ошеломленная президентским выбором слов. "'Мои детки'… это так лично. По-матерински. Никогда бы не подумала, что она может быть такой".

– Я была бы рада, если бы вы хотели, чтобы я могла расслабиться и быть собой рядом с вами, несмотря на мою работу.

Лаура игриво подняла бровь, глядя на женщину, которая удобно откинулась на диван с удовольствием, граничащим с чувственным…

– Я вижу, это будет трудно для вас, – мягко поддразнила Лаура.

Дэв рассмеялась довольная тем, что ее подлинная нервозность не была замечена.

– Хорошо. Поскольку это, – Марлоу положила руку себе на живот и зарычала, – заставляет меня чувствовать себя… утомленной и голодной. – Она быстро оглядела часы, висящие на стене, и нашла нужный часовой пояс, – и уже немного поздно.

"Она – болтушка. Слава тебе, Господи".

– Я действительно хотела произвести хорошее впечатление, но опоздание все испортило, не так ли? – Застенчиво спросила Дэв.

"Она хотела произвести впечатление на МЕНЯ?" Лаура недоуменно покачала головой, оценивая Президента со все возрастающим любопытством.

– Некоторые сказали бы так. – "Но я не была бы среди них. Вы создали очаровательное первое впечатление Президент Марлоу. И, держу пари, вы уже знаете это".

– Тогда, полагаю, все что я могу сделать – это сказать, что мне жаль, и надеяться, что вы сможете простить меня. – Вспышка белых зубов вернула лицо Дэв к жизни.

Биограф, тем временем, уже начала прясть гобелен из слов, которые, в конечном итоге, сформируют картину под названием Дэвлин. И было одно слово, которое, как уже заметила Лаура, собиралось появляться там снова и снова, как и в Президенте Марлоу. "Обаяние… лопатой можно грести". Эта фраза появилась из размышлений о высокой женщине. Но это было преуменьшением ее неотразимости и очарования.

– Я думаю, в данных обстоятельствах, я могу простить вас, мадам Президент.

Высокая женщина немного подвинулась на диване и наклонилась вперед, опершись локтями на бедра и переплетя пальцы. Что она действительно хотела сделать, так это спросить Лауру относительно некоторой части ее работы… особенно о нескольких частях, которые были написаны под псевдонимом Лаура Галлагер. Но сейчас не время быть фанатом. Было еще нечто, что Дэв хотела обсудить лицом к лицу. То что, как она надеялась, даст биографу ощущение искренности и близости, чего ей так не хватало во многих других. "Просто спроси ее, Дэв. В худшем случае она ответит 'нет'. Хорошо, не совсем так. Она может засмеяться, обвинить тебя в безумии и желании манипулировать ее работой, а потом ответить 'нет'".

– Вы прибыли в город только сегодня утром? – начала Дэв небрежно.

Лаура покачала головой.

– Вчера вечером. Партия Эмансипации поселила меня в Hay-Adams Hotel.

– У вас хорошая комната? Я имею в виду, она вам нравится?

Губы Лауры дернулись в кривой улыбке, но она чувствовала себя неуютно. "Чего она добивается?"

– Ну, это итальянский ренессанс. Не точная копия Motel-6, но я обойдусь, – сказала она нервно.

– Хорошо… хорошо, – Дэв пропустила шутку. Она была слишком сосредоточена на том, о чем хотела спросить. – Я… Ну, фактически, я имела в виду кое-что другое. То есть, если вы собираетесь следовать за мной постоянно, то должны быть близко. – "Это было блестяще, Дэв".

Светлая бровь приподнялась:

– Hay-Adams – меньше чем в трех кварталах отсюда. Еще немного ближе – и я окажусь в вашем кармане.

– Хм-м-м… на самом деле… – "Замолчи, Дэв. Боже, только не отпугни ее теперь". – Хорошо, возможно это и не мой карман, но как вы смотрите на место жительства со мной и моим семейством?

У Лауры просто челюсть отпала.

– ВНУТРИ Белого дома?

Дэв усмехнулась.

– Мне кажется, что внутри Белый дом гораздо удобнее, чем снаружи. Скамейки в парке возле него довольно жесткие. – Когда Лаура не ответила, Дэв решила немного надавить. – Смотрите, если вы действительно собираетесь узнать меня и разобраться в том, что я делаю, вы окажетесь перед необходимостью ходить за мной по пятам. И вы не сможете хорошо делать это, находясь в Hay-Adams Hotel. У меня точно не найдется достаточно времени для регулярных обсуждений исследования один на один. – И в то время как это было правдой, Дэв знала, что если бы Лаура Страйер попросила, она бы нашла время для нее в любой момент.

– Я, хм-м-м… Мадам Президент, я не знаю, что сказать, – признала Лаура честно. Она была уверена, что так будет гораздо интересней, но в то же время знала, что нуждается в уединении. Биограф не была уверена, что сможет выдержать проживание в огромном аквариуме, это уже было.

– Жить здесь – это единственный способ действительно знать, что я делаю. – Сказала Дэв. – Не обязательно весь срок. Только пока вы хотите держать руку на пульсе моей жизни день за днем.

"Спокойно, Лаура, просто скажи 'да'". Лаура слегка покачала головой и Дэв поняла, что она размышляет над этим. Марлоу продолжила убеждать:

– Мне нужен честный и точный отчет о первом сроке первой женщины – Президента США. Я не считаю свое наследие легким, мисс Страйер. Проще всего для меня предоставить вам полный доступ – это сделать так, чтобы вы находились поблизости. Я не хочу тянуть с этим.

– Вы действительно хотите этого? – Спросила Лаура с любопытством. Предоставление полного редакционного контроля книги было очень рискованно, и она знала это.

Небесно-синие глаза смотрели на Лауру с почти болезненной честностью.

– Да. Я действительно хочу этого.

Лауре казалось почти невозможным не поверить этим словам. "Проклятье, держу пари, это удобно для ее профессии". Но крошечная часть биографа все еще считала такую возможность слишком хорошей, чтобы быть правдой.

– И никто не собирается шептать мне в ухо, что я должна писать?

Президент улыбнулась. "Даже и не думай об этом, Дэв. Держи рот на замке".

– Я обещаю, что не буду никаким образом осуждать вас. И когда книга будет готова, если это не будет касаться Национальной безопасности, я не буду просить вас, вносить какие бы то ни было изменения. Может быть, другие люди будут вам что-то советовать… но вы можете прислушиваться к ним только, если сочтете эти советы пригодными.

– И вы поддержите меня?

– На сто процентов. – Дэвлин опасалась, что Лаура все же не согласиться переехать на новое место жительства. Но она думала об этом. И что-то подсказывало Президенту, что на эту женщину не так-то просто надавить.

Раздался стук в дверь, и Дэвлин отвела пристальный взгляд от гостьи.

– Войдите.

Стол был быстро накрыт для завтрака на двоих.

– Что-нибудь еще, мадам Президент, – спросил молодой белокурый официант, который косился на Лауру все время, пока накрывал на стол.

– Нет. Думаю, все уже как надо. – Дэв посмотрела на Лизу, которая усмехалась. Было очевидно, что помощник заказала завтрак на двоих. Президент улыбнулась ей и подмигнула. Лиза кивнула в ответ, и маленькая группа покинула комнату, оставив двух женщин наедине. – Вы все еще не хотите присоединиться ко мне? Как видите, мое первое правительственное распоряжение об одном бутерброде было проигнорировано. – Она рассмеялась. – Такое изобилие. Я могу питаться этим несколько дней.

Дэв откусила большой кусок от бутерброда и застонала от удовольствия. Лаура торопливо сглотнула.

– Хорошо, если вы настаиваете.

Дэв махнула рукой в сторону других бутербродов и откусила еще кусок. Запах солонины с хреном донесся до ее носа. "Лиза немедленно получит повышение. Я на небесах".

Биограф куснула бутерброд и немедленно повторила реакцию Президента.

– О, Боже, – пробормотала она, облизывая губы. – Это так вкусно.

Внутренний голос Лауры твердо заявил, что ее проживание внутри Белого дома даст ей невероятный доступ к Президенту, но при этом нанесет ущерб ее способности сохранять профессиональное расстояние от объекта. Страйер так же твердо велела ему замолчать. Лаура помахала половинкой бутерброда в воздухе:

– И я получу много таких, если скажу 'да'?

Дэвлин внезапно прекратила жевать и посмотрела на тарелки.

– Столько, сколько захотите, – обещала она серьезно.

Лаура взяла салфетку и положила ее на колени.

– Тогда найдите для меня комнату, мадам Президент. У вас будет гость некоторое время.

– Превосходно! – Честное удовольствие было написано на лице Дэв. – И называйте меня Дэвлин или Дэв, а не мадам Президент.

Внезапно блондинка почувствовала, что румянец залил ее щеки.

– Тогда, пожалуйста, зови меня Лаура.

Дэв протянула руку и, когда Лаура ответила тем же, твердо пожала ладонь биографа, чувствуя ее тепло.

– Я рада встретиться с тобой, Лаура.

– Взаимно, Дэвлин. – Страйер выдохнула и сфокусировалась на бутерброде, чувствуя, как узел в ее животе, о котором она даже и не подозревала, начинает рассасываться. – Так… я полагаю, у тебя почти так же много вопросов ко мне, как и у меня к тебе.

Дэв усмехнулась и подняла хрустящий холодный пикуль с тарелки.

– Да. Как тебе удалось получить одиннадцать штрафов за неправильную парковку за два дня?

Щеки Лауры покраснели.

– Как… как ты узнала? – Пробормотала она в затруднении.

Две темные брови взлетели вверх. Дэв откусила половинку пикуля, наслаждаясь его ароматом.

– Я действительно должна отвечать на этот вопрос?

Брови Лауры также поднялись.

– Нет, я полагаю, не должна. Скажем так, это был действительно плохой день.

– Который закончился двумя днями позже?

Лаура хихикнула.

– Что-то вроде того. – Она подняла бутылку воды, которая отдыхала в ведерке со льдом, и наполнила свой бокал.

– У меня тоже однажды был такой день. Он длился почти неделю. – Дэв потянулась к графину с кофе, который стоял ближе к Лауре, но блондинка немедленно остановила руку Дэв.

– Позволь мне сделать это. – Она подняла графин и наполнила две чашки. – Какой ты предпочитаешь?

– Черный. И, я надеюсь, крепкий. Спасибо, – сказала Дэв, принимая чашку из рук Лауры. – А ты? Какой кофе предпочитаешь? Я хочу знать на случай, если решу сделать тебе чашечку однажды.

– Сливки и два сахара. – Лаура налила себе сливки и стала искать ложечку, которая волшебным образом оказалась у нее перед лицом. – Спасибо. – Улыбнулась она, забирая ложечку из пальцев Дэв. – Но, так или иначе, я не представляю Президента Соединенных Штатов, готовящего мне кофе.

– Хм-м-м… – Задумчиво кивнула Дэв. – Ты права, Президент, вероятно, не будет. Но Дэв Марлоу может.

26 января

На утренней встрече ее штата, уже ближе к концу, Дэв вспомнила нечто очень важное.

– Между прочим, – сказала она, выпрямившись, – я встречалась с Лаурой Страйер вчера днем. С этого момента она будет присутствовать на этих встречах. Для тех из вас, кто об этом еще не знает… – Все глаза были устремлены вниз, и Дэв громко вздохнула, немного раздраженная, но не удивленная. – Ладно, уже каждая собака знает об этом, но я сделаю это объявление, так или иначе. Мисс Страйер собирается вести хронику моих действий при исполнении служебных обязанностей и переедет сюда сегодня. Не так ли, Майкл? – Дэв подняла бровь и посмотрела на Майкла, который покорно кивнул.

Он пробовал говорить об этом с Президентом, но упрямая женщина стояла на своем. Было кое-что, за что он не любил Лауру Страйер. Мало того, что она высокомерно отказалась от сделанного им предложения в штате Теннеси, но она еще и сказала Дэв что-то, из-за чего Президент сильно рассердилась на него и поставила под вопрос его способность к рассуждению. Но, из-за этой фразы Лауры, Дэв еще и настолько рассердилась, что послала агента Секретной службы Фрэнсиса по прозвищу 'Без шеи' подальше от Белого дома. Навсегда.

Дэв допила последний глоток кофе и осторожно поставила чашку на фарфоровое блюдечко.

– Мисс Страйер принимается за работу сегодня. И у нее есть полные права и допуск. Пожалуйста, будьте добры к ней. – Эта последняя фраза была произнесена шуточным тоном, но никто из находящихся в комнате не сомневался в серьезности этой просьбы. Президент оглядела своих людей. – Что-нибудь еще?

Руководитель штата посмотрел на лица людей, сидящих вокруг стола. Некоторые из них были плохо знакомы ему и Дэв, но другие были хорошими друзьями.

– Мы должны сделать объявление относительно мисс Страйер, которая нанята, чтобы писать ваши мемуары, – твердо заявила пресс-секретарь Шэрон Аллен, открывая свою записную книжку и занося в нее пару пометок.

Дэв заметила, что она выглядела взволнованной этой перспективой. Дело было не в том, что Лаура не была достаточно квалифицирована. Видит Бог, она ужасно молода. Тем не менее, ее работы имеют вес. Но это не подразумевает того, что Лаура должна жить в Белом доме. У пресс-секретаря слегка закружилась голова от тех ужасных сцен, которые проносились у нее в голове. Кто-нибудь постарше и помаститей был бы намного более безопасным выбором.

– О-о-о… мне тридцать восемь, а не восемьдесят восемь. Не заставляй это звучать так, будто я стара, как эти холмы. – Дэв поерзала на стуле, сожалея о том, что одела сегодня юбку вместо брюк. – Слово 'биография' выглядит не столь древним, как ты думаешь? – Она просительно посмотрела на пресс-секретаря.

Комната заполнилась легким смехом, и Джейн, которая стояла с другой сторону комнаты, покачала головой. Сейчас Дэв явно в ударе. Храни ее Бог.

– Давайте называть это биографией, Шэрон. Я еще не готова ходить с тросточкой.

Все встали вслед за Президентом и потянулись к выходу из комнаты, готовые к началу своих трудных дней. Дверь закрылась, оставив позади Дэв, Лизу и руководителя штата. Дэвид посмотрел на молодую женщину и тихо попросил оставить их наедине с боссом. Руководитель штата улыбнулся, когда та показала на свои часы. У Дэв была назначена встреча с несколькими членами Демократической и Республиканской партий, включая ультраконсервативного Спикера Дома, этим утром. Дэвид почти жалел ее. Дэв будет иметь беспрецедентное удовольствие столкнуться с двумя партиями, которые были обижены на нее и не доверяли ей. Но это – та цена, которую она платит за то, что присоединилась к третьему лицу. Дэвид думал, что жизнь была бы намного легче, останься Дэв демократом.

Лиза тихо выскользнула из комнаты.

– Мадам Президент.

– Да, Дэвид, – она устало положила голову на руки.

– Я должен сообщить, что полагаю переезд мисс Страйер в Белый дом решением, которое создаст тебе большие проблемы, Дэв. Как только пресса услышит об этом, она станет больше, чем просто служащим, нанятый для написания книги.

– Ты говоришь, как Майкл. И я не собираюсь сообщать прессе, что теперь она живет здесь. Если это станет проблемой, тогда и будем решать.

Дэвид закатил глаза.

– Прессе понадобится день или два, чтобы это вычислить. Если. – Фыркнул он. – Верь мне, это станет проблемой. Единственная Президент, открыто заявляющая о своей нетрадиционной ориентации, переселяет к себе неженатую женщину-биографа.

– Ты забыл добавить 'гетеро' неженатую глубокоуважаемую женщину-биографа.

Дэвид упер руки в бока.

– И как ты узнала, что она гетеро? Спрашивала ее?

– Э-э-э… ну-у-у… а-а-а… – Рот Дэв открывался, но слов не было. – Что?!

– Я читал то сообщение, Дэв. И не припомню какое-либо упоминание об ее ориентации.

– Но она была с мужчиной! – Выпалила Дэв, и закрыла лицо ладонями. Она неистово затрясла головой. – О, Боже, не могу поверить, что я только что сказала это.

Дэвид рассмеялся.

– Дэв, тебе не кажется, что вопрос об ориентации мисс Страйер является спорным вопросом. Ты свободна и у тебя трое детей. Ты знаешь, что сделают консерваторы, когда…

– В жопу консерваторов! – Внезапно сердито зашипела Дэв. Она уже давно устала от их живописания ее, как самой плохой матери, начиная с Джоаны Кроуфорд. – Ты знаешь, я им ничего не сделала.

– А должна была, – настаивал Дэвид. Они спорили об этом уже сто раз, но он не прекращал пробовать. – Они – там, и они не уйдут.

Дэв отодвинулась от стола.

– Кроме того, хоть я и одинока, но я все еще в трауре по убитой супруге.

Карие глаза Дэвида смягчились.

– Я знаю, Дэв. Но мы говорит о восприятии, а не о действительности. – Он сглотнул, спрашивая себя, стоит ли продолжать. – М-м-м… Ты знаешь, Саманта не хотела бы, чтобы ты оплакивала ее вечно.

Плечи Дэв резко опустились, и ее голос упал до шепота:

– Я знаю.

Дэвид подошел к высокой женщине и сел рядом с ней.

– Слушай, я не хочу спорить. Я знаю, как важно для тебя, чтобы эта книга была правдива… Но однажды прошлое вернется и укусит тебя за задницу… Так будет, – он слегка ухмыльнулся. – И я буду рядом, чтобы сказать 'Я же говорил'.

– Как всегда? – Поддразнила его Дэв.

– Точно. – Дэвид похлопал ее по ноге и удивился, почувствовав кожу. "Почему она надела юбку? Она же их ненавидит".

– Что ж, если переезд Лауры в Белый дом, чтобы она могла успешнее работать, будет самой плохой вещью, которая вернется и укусит меня за задницу, я буду считать этот месяц очень успешным.

– Месяца не потребуется.

Дэв проигнорировала пессимизм Дэвида и, оглядевшись вокруг, потянулась к документам, которые Лиза положила перед ней ранее. Она пошарила в карманах своей куртки, и Дэвид ловко вручил ей золотистую металлическую ручку.

– Мы говорим о законной прессе. Скандальные издания не имеют значения, Дэвид.

– Законная пресса подберет все, что угодно, если это достаточно 'горячее'. И все мы знаем, что если хотя бы три издания желтой прессы подхватят скандал о переселении Лауры, это будет считаться правдой. Это – закон… наподобие закона всемирного тяготения или законов Мэрфи.

Дэв рассмеялась и положила ручку Дэвида себе в карман, поглаживая большим пальцем теплый металл.

– Это точно, мистер Ловкие Штаны. Попытаюсь запомнить это.

* * *

Лаура села на свою новую кровать, в своей новой комнате, в своем новом доме… Белый дом.

– Ничего себе.

Она в изумлении покачала головой, вспоминая, где она была и как получила все это.

Начиная с ноября, она постоянно была на виду в связи с этой последней биографией. Это дало большей толчок праздничным продажам, и сделало ее издателя очень счастливым. Но совсем не оставило ей времени даже на то, чтобы хотя бы поверхностно узнать что-нибудь о Дэвлин Марлоу. Что заставляло Лауру чувствовать себя ненадежно и даже слегка смущенно, как студент колледжа, который провалил подготовку к большому экзамену и теперь готовился расплачиваться.

Лаура упрекнула себя за беспокойство. "Это непохоже на тебя, не узнать ничего о ней… Дьявол, ее лицо, эти бесконечные раздражающие кадры по всем каналам телевидения, на протяжении прошлых шести месяцев". Но биограф призналась себе, что Президент была намного приятнее, когда она не стояла костью в горле. "Хорошо, более чем приятна. Просто великолепна".

Она медленно выдохнула. Лаура, наконец-то, была оставлена в одиночестве больше чем на десять секунд от пристальных любопытных взглядов агентов Секретной службы и вездесущего персонала Белого дома. Это дало ей время, чтобы мысленно восстановить картину своей встречи с Дэвлин. Ей, буквально до зуда, хотелось взять в руки свой фотоаппарат.

Острые ощущения, которые она испытывала находясь здесь, были похожи на то, что Лаура чувствовала, когда ей разрешили посетить некоторые из наиболее уединенных святых областей Ватикана во время написания биографии кардинала О'Роака. Ее живот трепетал, а ладони оставались влажными и холодными, даже когда ее острый интеллект начал каталогизировать информацию. Но ее тур по Ватикану был краток и ее постоянно кто-то сопровождал. А здесь она, фактически, собиралась ЖИТЬ. По крайней мере, некоторое время. Лаура не думала, что ее склонность к уединению позволит ей оставаться здесь долго. Но она собиралась максимально использовать все это время.

Пристальный взгляд Лауры скользнул по блестящему вишневому дереву мебели в колониальном стиле, по дорогим масляным портретам предыдущих президентов в тяжелых деревянных рамах, которые украшали стены. Комната была почти такой же большой, как и вся ее квартира в штате Теннеси. И, хотя здесь не было кухни или прачечной, зато была большая спальня, заполненный бар и гостиная с двумя маленькими диванчиками, стоящими по разные стороны изящного кофейного столика.

Кровать была настолько высокой, что ноги Лауры едва касались пола, когда она сидела на краю матраца. Очевидно, она была сделана из того же самого вишневого дерева, которое доминировало в комнате. Лакированное дерево было столь блестящим, что Лаура могла видеть свое искаженное отражение, подмигивающее ей, когда она смотрелась в него. Она немедленно подняла руку и провела ею по сияющей поверхности, чтобы испачкать ее. Лаура сделала это с тем же сверхъестественным восхищением, с которым ребенок, добравшись до нового чистого белого снега, катается по нему, счастливо уничтожая почти неестественное совершенство.

Изящный прикроватный столик с медными ручками и массивная тяжелая кровать. На столике расположена стеклянная ваза с двумя дюжинами желтых роз, и их нежный аромат заполняет комнату, смешиваясь с ароматом полированной древесины. Длинные занавески цвета сливок, придающие комнате более уютный вид, стянуты золотыми лентами на расстоянии сантиметров в тридцать от пола, позволяя лунному свету раннего вечера вливаться в комнату из окна.

Все немногочисленные коробки Лауры были распакованы штатными сотрудниками Белого дома, после чего все было должным образом осмотрено, просвечено рентгеном и обнюхано… Все, включая ее мопса, Гремлина, который сейчас прыгал вокруг, пытаясь забраться на слишком высокую кровать. Лаура была удивлена тем, что маленькая собачка не стала больше из-за этого сейчас.

– Я должна поспать, Гремлин. – "Но, Боже, это так давит на меня". – Надеюсь, я в порядке. – Лаура сдула светлые волосы, падающие на лоб. Недоверчивый смех вырвался из ее груди. – Это абсолютно нереально. – Кончики пальцев одной руки задели атласно-мягкое стеганое одеяло, в то время как Лаура наклонилась и почесала Гремлина за ухом, отчего тот зарычал от удовольствия.

Серые глаза с примесью синего и зеленого расширились, когда биограф посмотрела на часы и обнаружила, что сейчас она должна встретиться с Дэвлин, чтобы быть представленной ее детям. Лаура задалась вопросом, будут ли они построены как солдаты на плацу, ожидающие смотра Главнокомандующего. "Бр-р-р… надеюсь, что нет". Лаура съежилась. "Плюс, я не умею воспевать дрянь".

Лаура немного нервничала. Жизнь единственным ребенком в семье не подготовила ее к тому, чтобы иметь дело с детьми. И если ваш нос постоянно уткнут в книгу, когда вы ребенок, это не поможет вам стать Мисс Популярность. Сейчас она снова была уверенна, что не станет делать что-либо наподобие задирания своей майки для болванов, в обмен на две Hershey-шоколадки и сиденье у окна в школьном автобусе. Снова. Усмешка тронула ее губы… Конечно, это зависело от того, кто просил, и насколько была хороша конфетка. Лаура решила не исключать что-либо подобное сейчас.

Биограф встала и поправила пояс своих каштанового цвета брюк. Лаура старалась не думать о синих джинсах – вряд ли она часто будет видеть их в течение следующих четырех лет. И тут в углу комнаты она увидела это. "Могу ли я?" Она мгновение подумала и кивнула.

– Думаю, у меня есть еще минута, Гремлин. Давай позвоним ему, а? – Лаура хихикнула. – Будем только надеяться, что у Вэйна от волнения не случится сердечный приступ, как пять лет назад. Ведь он просто умрет, когда узнает, где я остановилась.

Верхняя полка ночного столика скользнула вперед, формируя маленькую подставку. Благодаря этому по телефону можно было разговаривать лежа в постели, но он не находился на виду, чтобы не портить обстановку комнаты.

Блондинка открыла рот, чтобы дать команду 'звонить', но остановилась, приглядевшись к устройству. Голосового анализатора не было.

– Ого. – "Должно быть это настоящий старый телефон".

Лаура подняла трубку и посмотрела на шнур, который тянулся от нее и выглядел довольно странно.

– Что за наказание… Ладно, я пройду этот трудный путь.

Лаура осмотрела телефон, но не обнаружила на нем ни одной кнопки. Не было и другого способа вызвать кого-нибудь. Внезапно улыбка осветила лицо Лауры.

– В яблочко, Гремлин. – Собачке, наконец, удалось запрыгнуть на кровать. Он неистово вилял хвостом, радуясь победе, и его черные глаза наблюдали за предметом в руке его хозяйки. – Это – Bat-телефон.

прим. переводчика. Batman – человек-летучая мышь – герой комиксов. Подразумевается, что такой телефон только для того, чтобы на него звонить, но не чтобы с него звонить

Щелкающий звук привлек внимание Лауры и Гремлина к двери.

– Пора идти на встречу с маленькими людьми. Пожелай мне удачи, мальчик. – Лаура погрозила ему пальцем. – Нет… ты не можешь. – Она почти хотела отказать ему в этом одеяле, но вместо этого пожала плечами. Раз она собирается жить здесь, значит это и дом Гремлина тоже. И он был бы на ее постели сегодня вечером, так или иначе. – Только будь осторожней. – Наказала Лаура, поправляя подушку, которую Гремлин в волнении превратил в пюре. – Марта Вашингтон или кто-то подобный, вероятно, сделал это. И я не хочу брать ссуду, чтобы ее заменить.

Собака подскочила к краю кровати, чтобы следовать за Лаурой, но заколебалась, посмотрев на пол. Гремлин заскулил.

– Ага. Теперь ты застрял, не так ли? – Лаура засмеялась и пошла к двери. – Так тебе и надо.

Она открыла дверь и, увидев Майкла Оакса, была слегка разочарована. "Почему я ожидала Дэвлин?" Лаура заглянула за плечо стройного черного мужчины.

– Как? На сей раз без подкрепления?

Майкл напрягся при ее напоминании на его посещение Нэшвилля.

– Агент Секретной службы, отвечающий за это помещение, находится на своем посту, мисс Страйер. Ручаюсь вам в этом. У меня не было причины приводить его к двери. – Он поглубже заправил свой фиолетовый галстук в пиджак. – Как я понимаю, вы готовы?

– Да… э-э-э… нет… Дайте мне минуту. – Лаура помчалась назад к столу, стоящему у стены напротив кровати. Порывшись в своих коробках, она достала фотоаппарат и быстро вставила в него новую пленку. Она дождалась щелчка затвора, прежде чем заговорить. – Теперь я готова.

– Вы не можете… – Майкл указал на фотоаппарат. – Это – не… – Начал бормотать он.

Лаура приподняла бровь.

– ПОЛНЫЙ доступ, мистер Оакс. Они будут только для моих собственных целей, для исследования, а не для публикации. И у меня уже есть разрешение Дэвида МакМиллиана. Вы имеете что-то против? – Спросила она невинно, скрывая внутри смех.

– Ну, э-э-э… Конечно, нет. – Майкл становился все более расстроенным. – Но…

– Будьте выше этого. – Лаура посмотрела на часы. – Мы опаздывает. Так и будем стоять здесь и обсуждать это? – Она знала, насколько раздражала этого помощника, и она смаковала каждую минуту этого процесса.

Майкл кисло улыбнулся. "Сука".

– Что ж, идемте. – Он протянул руку, закрывая дверь за Лаурой.

Ей не удалось сделать и двух шагов, когда длинное громкое завывание раздалось из ее комнаты.

Серые глаза закрылись. "Только не сейчас, Грем!" Лаура поджала губы и развернулась обратно, оказавшись перед Майклом, который выглядел потрясенным.

– Мне жаль, – искренне извинилась биограф. – Он еще не привык ко всему этому. Позвольте мне пойти, успокоить его. Или может, я возьму его с собой? Мы же просто пройдем несколько дверей и посмотрим на детей, так?

– Я закажу клетку и затычку для его пасти немедленно.

Лаура направила ледяные глаза на хорошо одетого молодого человека.

– Вы можете заказать эти вещи, если хотите. Но не для Гремлина, – сказала она резко.

– Он не может продолжать выть так.

Лаура уперла руки в бока.

– На самом деле, может.

– Это недопустимо.

– Точно. Я должна пойти и забрать его.

– Нет, – сказал Майкл категорически.

Лаура вздохнула. Этот человек уже утомил ее, а ведь она здесь еще только три часа!

– Я планировала получить квартиру, где разрешено содержать домашних животных. Гремлин может находиться здесь.

– Это не квартирный комплекс.

– Да, это – нет. У меня нет проблем с вызовом квартирного управляющего и осмотром, если место еще свободно. – Ответила блондинка. – Смотрите, мистер Оакс, у нас не так уж и много выбора здесь. Либо я оставляю его одного, и он воет. Или я беру его с собой, и он тих. Или я посижу с ним немного в комнате, успокою его и он тих. – Лаура вызывающе скрестила руки на груди. – Ваш выбор?

– Вы ожидаете, что… что КАЖДЫЙ РАЗ будете встречаться с Руководителем штата Белого дома?! – Майкл почти кричал, выплеснув гнев наружу.

– Нет, – спокойно ответила Лаура. – Он скоро успокоится. Он привык путешествовать, но он здесь только несколько часов. Гремлина тыкали, его осматривали, толкали. Когда он не стал пить ту ярко-зеленую жидкость, его просветили рентгеном, как будто я прячу атомную бомбу в собаке. Он – просто животное. Он не может терпеть такое и не реагировать. – Сказав это, она вернулась в комнату и села рядом с мопсом.

– Мне казалось, что у нас назначена встреча. – Дэв заглянула в комнату, делая вид, что не слышала гневных голосов. Она долго ждала Лауру и, наконец, отправилась искать ее самостоятельно. Майкл отошел с пути Дэвлин.

Лаура подошла к ней.

– Мы… я… мне жаль…

– Нет проблем, – небрежно сказала высокая женщина, чувствуя себя немного виноватой из-за ее детского нетерпения. Но весь день она думала об этом вечере. Что ж, это время пришло, проклятье. Дэв кивнула в сторону комнаты. – Мы можем войти?

Лаура молча кивнула, глядя как Эшли, Кристофер и Аарон бегут за своей матерью, даже не взглянув на нее. Они побежали сразу к Гремлину, который скакал по полу, привлекая их внимание.

– Подлиза, – пробормотала блондинка.

– Я говорил тебе, что слышал собаку, Эш! – взволнованно воскликнул Аарон. Его руки тем временем, боролись с другими детскими руками за право погладить живот Гремлина, лежащего на спине. Собачка даже стонала.

– Надеюсь, он не помешал вам. – Лаура подошла к Дэв, успокоенная тем, что та не казалась сердитой. – Он только пару часов здесь и не рад тому, что я оставляю его так скоро.

Дэв улыбалась, глядя на детей, и даже не повернула голову, отвечая.

– Почему тогда вы не взяли его с собой? – "О, Боже, я знаю, теперь они захотят иметь собственную собаку. Возможно, я – самая ужасная мать со времен 'Самой Дорогой Мамочки'".

Лаура почти засмеялась. Она посмотрела на Майкла, который все еще торчал в дверном проеме.

– Ну и дела, какая замечательная идея.

Майкл развернулся и ушел в гневе, но на это уже никто не обратил внимания.

– Похоже, вы осваиваетесь, – прокомментировала Дэв. Комната выглядела практически так же как и раньше, не считая нескольких коробок на столе.

Лаура посмотрела вокруг и слегка кивнула.

– Да. – Она показала рукой на диван. – Разве вы не собираетесь садиться?

– Конечно. – Дэв послала Лауре улыбку. – Вы знаете, как я люблю расслабляться. Но, я полагаю, сначала следует представить всех. – Обе женщины посмотрели на детей, которые сидели на полу и хихикали, так как Гремлин облизывал их пальцы.

Не думая, Лаура взяла фотоаппарат, присела и быстро сделала несколько кадров.

– Мне жаль. – Вздохнула Дэв. – Предполагалось, что они будут ждать рядом со мной, пока я их не представлю.

– Ничего. – Лаура махнула свободной рукой и поставила фотоаппарат на кофейный столик. – Если бы я была там, я бы тоже была гораздо больше заинтересована Гремлином.

"Ну не знаю, не знаю. Мне ты кажешься весьма интересной".

– Дети, – Дэв повысила голос, и три пары глаз немедленно уставились на нее.

– Ой, – пробормотала Эшли, подходя к Дэв. Кристофер и Аарон следовали за ней, хотя внимание самого маленького мальчика было разделено между матерью и собакой.

– Мы забыли ждать в дверях, мамочка, – честно призналась Эшли, ковыряя носком туфельки ковер.

– Я знаю, что вы сделали. Мы поработаем над этим позже, – пообещала Дэв со снисходительной улыбкой. – Дети, это – Лаура Страйер. Мисс Страйер собирается писать книгу о моем президентском сроке. Я уже говорила о том, что она собирается остаться с нами на некоторое время.

– Рада встретиться с вами, мисс Страйер, – вежливо сказала Эшли, надеясь исправить свою ошибку. Ее братья только кивали.

Лаура улыбнулась.

– Я тоже рада встрече с вами. – "Она – точная копия своей матери, если не считать карих глаз". Она показала на пол. – И вы уже встретились с Гремлином.

Кристофер улыбался во весь рот. Он машинально потянулся к своим очкам, пристально глядя на очки Лауры. Биограф поймала его взгляд и мягко засмеялась, подойдя к детям. Серые глаза мерцали.

– У тебя такие же, как и у меня, – сказала она Крису.

Мальчик кивнул, как загипнотизированный.

Лаура снова хихикнула и взъерошила волосы Криса, бывшие такого же цвета, что и у нее.

Лицо маленького мальчика покраснело, и он внезапно подбежал к Дэвлин и прижался головой к ее ногам.

Лаура мигнула.

– Что-то не так?..

– Он просто немного застенчив. – Дэв ласково погладила Криса по спине. – Не волнуйся, – сказала она, удивленная пораженным выражением лица Лауры. "Она никогда не имела дело с детьми. Ох, это будет интересным".

Аарон подошел к Лауре и подергал ее за брючину, заставляя блондинку наклониться, чтобы ее глаза были на одном уровне с его ярко-синими глазами.

– У меня есть к вам важный вопрос.

Лаура сглотнула, внезапно начав волноваться.

– Спрашивай.

Он торжественно кивнул.

– Можем мы поиграть с собачкой снова?

Лаура рассмеялась.

– Хм-м-м… – Как только она кивнула, дети, включая Криса, бросились к Гремлину. – Испорченный.

– Я заплатила бы хорошие деньги любой PR-фирме, если бы меня приветствовали так же, – прокомментировала Дэв.

– О, да.

Дэв опустилась на колени рядом с Лаурой и протянула руку к собаке.

– Ну, привет… Иисус Христос! – она отдернула руку, когда Гремлин неожиданно открыл пасть, показывая два ряда крошечных зубов.

– Нет, эта кличка уже была использована. – Лаура помертвела. Когда Гремлин забывал об осторожности, он зевал очень широко. Пасть собаки со щелчком закрылась, и он продолжил играть с детьми. Голос Лауры обрел жесткость, когда она посмотрела на своего четвероногого друга. – Гремлин! – "У тебя большие неприятности. Ты просто в дерьме". – Мне очень жаль, мадам Президент.

– Дэвлин, помните?

Лаура повернула к ней голову.

– Право, мне жаль. Это очень странно. – Светлые брови приподнялись. – Грем всех любит. – Увидев, как Дэв нахмурилась, Лаура поняла, как могла быть воспринята эта фраза. – Но у него был действительно напряженный день. Но он полностью, на сто процентов, безопасен, клянусь. Обычно он боится даже собственной тени.

Дэв внезапно зарычала на собаку, и тот, подскочив, с визгом скрылся под кроватью так быстро, как позволяли его короткие лапки.

– Хорошо, я купилась на это, – дружелюбно согласилась Дэв, весьма довольная собой. "Мысленное замечание: проконсультироваться у Дэвида относительно взяток для собаки, которая больше похожа на цыпленка, чем на собаку, и которая, очевидно, ненавидит меня".

Дэв со стоном поднялась на ноги. Это был длинный день, и ей нужно было расслабиться. Неохотно, она обратилась к детям:

– Думаю, мы должны оставить мисс Страйер одну сейчас.

– Не уходите, – Лаура сама была удивлена приказными нотками в своем голосе. Она почувствовала, что ее щеки становятся горячими.

– Хорошо, – немедленно ответила Дэв, усмехнувшись. – Хотите поболтать, пока дети играют?

Лаура кивнула, и женщины направились к диванам. Блондинка села первой и Дэв с трудом поборола желание плюхнуться рядом с ней. Вместо этого она переместилась на противоположную кушетку.

– Симпатичная юбка, – пристальный взгляд Лауры был направлен на ноги Дэв. "Она должна носить их чаще. Фантастические ноги". Мысль была необычна, но сам факт бесспорен.

Голос Дэв отказал ей, и теперь была ее очередь краснеть. Она нервно провела рукой по ткани.

– Спасибо. – Дэв покопалась в кармане и вскоре вытащила оттуда что-то в обертке из фольги. Приятный запах достиг носа биографа.

– Хотите разделить со мной Hershey-шоколадку? – Дэв отломила половину.

– Конечно! – Счастливо ответила Лаура. "Hershey-шоколад. О, парень. Слава Богу, мы не в автобусе".

Глава II

Февраль 2021

23 февраля

Лаура прекратила писать и немного отодвинулась от стола. Она задумчиво наклонила голову, и ее пальцы рассеянно крутили ручку, пока она перечитывала последнюю запись. Это не был личный дневник, хотя профессиональные наблюдения и сочетались в нем с личными мыслями. Лаура извлекла бы их позже. Или нет. В зависимости от того, имели ли они отношение к тому, что она пыталась передать. Это было собрание замечаний, касающихся ее 'предмета'. И они уже заполнили один сверхпрочный толстый переплет.

Блондинка не могла не признавать, что ее первый месяц в качестве биографа Дэвлин не был похож на кляксу. Это был вихрь движения и деятельности. Залоги и компромиссы. Дела и жертвы.

Лауре потребовались все эти двадцать девять дней, чтобы приучить себя вставать в пять утра, дабы начать день с Дэвлин. Биограф просто застонала, когда узнала, что по понедельникам, средам и пятницам Президент и масса агентов Секретной службы бегают трусцой. Она ухмыльнулась и записала еще несколько мыслей. Они не БЕГАЮТ ТРУСЦОЙ. Они НЕСУТСЯ все эти 4,5 километра вокруг южной лужайки так, будто у них пятки горят. Такой темп сводил участие прессы к минимуму, и Лаура уже достаточно знала Дэв, чтобы понимать, что это не случайно.

Президент занималась спортом с той же целеустремленной интенсивностью, с которой делала и все остальное. Дэв хотела потеть. Она не возражала бы против приятной беседы во время пробежки, но была одна причина, по которой Лаура не могла этого предоставить. Президент Марлоу не собиралась замедляться, чтобы поговорить. ОНА устанавливала темп. И он был определено выше возможностей Лауры. К концу первой недели она перестала желать смерти Дэвлин и теперь желала смерти для себя. Но потом, после дней зависти и ворчания, ее тело начало принимать эти новые требования.

По вторникам, четвергам и субботам Дэв около полутора часов занималась частной гимнастикой Белого дома, которая была гораздо более приемлемой для Лауры. Здесь она даже показала Президенту пару приемов. Воскресенье было 'семейным днем'. И Дэв, 'плохой ленивый щенок' – Лаура подчеркнула эти слова, написанные рядом с рисунком злобно улыбающегося чертика с рожками и языками пламени, вырывающимися из носа – 'официально' не существовала. Но в этот день у Президента было вдвое больше работы, чем обычно, так как она отпускала Эмму и самостоятельно занималась с Эшли, Крисом и Аароном.

Дэв даже спала до 7:30 или 8 часов в воскресенье, если что-нибудь критическое не требовало ее внимания. А так и было все эти четыре воскресенья подряд. Но, к чести сказать, Дэв всегда успевала закончить с делами до того, как дети просыпались, и не возвращалась к делам, пока дети не оказывались в постелях вечером.

Блондинка быстро обнаружила, что Дэвлин всегда работала, даже когда работы вроде никакой и не было. И когда Лаура возвращалась к уединению своей комнаты и падала на постель, у Дэв всегда было еще несколько встреч или только один личный телефонный разговор. Биограф много ночей лежала с открытыми глазами в постели, слушая тихие шаги Дэвлин, когда та медленно возвращалась из офиса в спальню… много позже полуночи. Лаура задавалась вопросом, смог бы кто-нибудь другой поддерживать на высоком уровне блестящий темп, заданный в этот первый месяц. И более того, захотел ли бы?

Но, несмотря на то, что она называла 'размалыванием' было и несколько приятных моментов, которые хорошо запомнились и вызывали улыбку, только лишь стоило вспомнить о них. Лаура заметила, что Дэв была наиболее 'президентской' вдали от Белого дома. Биограф получила на удивление острые ощущения от путешествия с Дэвлин в президентской автоколонне. То есть это не была непосредственно автоколонна. "Ну, ладно", – признала она честно, – "это была просто поездка, чтобы почувствовать, что мир принадлежит только тебе". Но это было даже лучше, ведь тогда Лауре удалось урвать несколько моментов, чтобы побыть наедине с Дэвлин. И, хотя она не была уверенна, но подозревала, что Дэв чувствовала то же самое. Об этом говорила хитрая усмешка женщины, с которой она указывала на ожидающий их автомобиль.

Во время, подобное этому, они с Дэвлин наслаждались лучшими своими беседами. Раньше Лаура всегда записывала вопросы на карточках для других своих 'предметов', заполняя ими карманы, чтобы использовать в нужный момент. Но с Дэвлин об этом не нужно было беспокоиться. Она всегда хотела говорить. Дэв была честна и забавна. Лаура не была уверенна, как это случилось, но однажды, слыша свой смех и рассказ Дэвлин о ее учебе в колледже, она почувствовала давно забытый дух товарищества и настоящую улыбку. Они становились друзьями. Лаура чувствовала это. И в то время как профессионал в ней понимал, что это плохая идея, сама она не могла бороться с мощью эти чувств. Ей нравилась Дэвлин Марлоу. И чем больше Лаура ее узнавала, тем больше хотела узнавать.

Некоторое время она не бегала за Президентом, как привязанная, а составляла генеалогическое дерево Дэвлин, консультируясь со специалистами в данной области. Хотя происхождение Дэв и не должно было стать центром ее биографии, но многие читатели ценят генеалогическое дерево в начале книги. При случае, Лаура перескочила бы с прошлого в настоящее, связывая эти части информации, которые в конечном итоге создадут портрет американского президента и по-настоящему уникальной женщины.

Лаура уже откопала, по крайней мере, один лакомый кусочек, который потребовал значительных усилий. Все факты указывали на то, что прапрапрадедушка Дэвлин был индейцем. Из племени chippewa, если быть точной. И Лаура подозревала, что Дэвлин получила свои темные волосы, смуглую кожу и структуру костей именно от этой части своего семейства. Вероятно, эта информация никогда не вышла бы на свет, так как к началу 1800-х семейство Марлоу вышло из французских трапперов в общество 'голубых кровей'. И в Америке 19-го столетия никакая уважающая себя дочь не призналась бы в любви к индейцу.

прим. переводчика. Траппер – охотник за дикими животными ради их меха. Основной промысел европейцев, которые только начали прибывать на территорию современных США в то время

Лаура перелистнула страницу. Она положила ручку, когда ее глаза наткнулись на кучу самых свежих фотографий. Один снимок сразу захватил внимание биографа, и она вытащила его из кармашка.

Это были Дэв и дети, лежащие на полу в своей гостиной. Дэвлин лежала на спине, держа книгу над головой, дети прильнули к ней и все три маленькие головы расположились на ее теле. Это была сказка, вспомнила Лаура. Она была приглашена провести вечер с семейством, и наслаждалась сказкой почти так же, как и дети. Дэв выглядела моложе, а ее лицо было мягким и счастливым. Темные волосы волнами лежали на светлом ковре, а синие глаза ярко выделялись на фоне теней, создаваемых книгой и камином.

Лаура вздохнула и внимательней посмотрела на фото, задержавшись на лице Дэвлин. "У нее такие интересные глаза и губы. Столь выразительные".

Это была красивая картина. Портрет внутреннего счастья, на котором Лаура выглядела бы столь же чужой, какой она себя и чувствовала. Главным образом потому, что ее детство не было замечательным. Ни большой любви, ни оскорблений, это было скорее безразличие, чем что-либо еще.

Ее родители просто увязли в ролях 'поставщик' и 'хранитель дома', и Лаура всегда видела их именно такими. Они просто стоически принимали свое место в этом мире и были слепы к собственному счастью или счастью людей их окружающих.

Мечты Лауры о путешествии и образовании не поощрялись, но им и не препятствовали. И она с самого начала знала, что у нее будет своя жизнь, не обремененная сентиментальностью и поддержкой семейства. Однако Лаура любила родителей и чувствовала их робкую любовь, даже если она была в форме действий, а не слов. Она выросла, и контакты с родителями сократились для нее до ежемесячных звонков домой и кратких визитов в каникулы. Лаура снова посмотрела на фото и горько-сладкая улыбка пробежала по ее губам, прежде чем полностью исчезнуть. Нет. Лаура покачала головой. Ее детство не было чем-то вроде этого.

Биограф сравнила фотографию в ее руке с другими, на которых Дэвлин была действительно Руководителем, источая мощь, интеллект и непревзойденную решительность. Лаура изумленно усмехнулась. Обе эти фотографии показывали абсолютно различные аспекты индивидуальности Президента. Она не было только 'в' или 'вовне', как многие другие люди. ВСЕ это была Дэвлин. Каждая их них.

Сначала четыре года изучения Дэвлин и ее жизни казались больше тюремным сроком, а не возможностью.

Теперь Лаура задавалась вопросом, будет ли четырех лет достаточно.

19 февраля

– Ну, – Дэвид остановился напротив ее стола, держа в руках толстую пачку газет. – Двадцать четыре дня – это не совсем месяц.

Дэв даже не потрудилась посмотреть на него, а просто вздохнула и протянула руку.

– Какие? – Спросила она голосом, в котором звучало нечто среднее между раздражением и досадой.

– Я, – Дэвид положил 'Washington Post' на стол перед ней. – Же. – Туда же плюхнулся 'New York Times'. – Тебе. – Следующим был 'Los Angeles Times'. – Говорил. – Он бросил остальную пачку газет, имевших самый большой тираж в США.

Дэв перебирала их, пока не раскопала 'Columbus Dispatch'.

– О, смотри, они хотят вычислить, что же взорвалось на пороховом заводе. – Она глубоко вздохнула, поджала губы и наморщила лоб, рассматривая заметку. – Это мог быть… о, я думаю… ПОРОХ?

– На верхней части титульного листа, Мадам Остроумие. – Дэвид развернул газету и пришпилил ее к столу пальцами.

Дэвлин покосилась на страницу.

– Ты имеешь в виду ту тощую маленькую колонку, длиной в пять сантиметров, сообщающую о том, что биографа наняли? – Фыркнула она. – Большое дело.

– Они хорошо относятся к тебе, потому что это твой дом, и ты знаешь это. А New York Post сравнивает тебя с Биллом Клинтоном и хочет знать, развлекаетесь ли вы с Лаурой в Белом доме.

Дэв распутно усмехнулась.

– Нет, но ты можешь позвонить AMA и сказать, что я не против того, чтобы поиграть в доктора. – Дэв немедленно прикусила язык, увидев выпученные глаза Дэвида. – Ты этого не слышал. – Она погрозила мужчине пальцем. – А я этого не говорила!

– О, да, не слышал! И, о, да, не говорила! – Он нервно поправил узел галстука. Это не было хорошо. Нет. На самом деле, это было плохо. – Дээээээээээв, – Дэвид угрожающе растянул ее имя.

– Что случилось с 'мадам Президент'? Дьявол, мне даже Wonder Woman нравится больше, чем Дээээээээээв, – она воспроизвела его взволнованный тон.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Голос Дэвида был низким и строгим. Дэв почувствовала себя ребенком, пойманным с рукой, находящейся в банке с печеньем.

– Ничего, я клянусь. – Дэв положила руку на сердце. – Ничего не происходит, и не будет происходить. – Марлоу нахмурилась, не будучи способной удержаться от выражения своих чувств по поводу такой перспективы. – Она пишет книгу, я – 'предмет' этой книги. Конец истории.

– Мне кажется, протестов слишком много. – Дэвид отодвинул чашку с кофе Дэв и наклонился вперед. – Что-то есть между тобой и Лаурой Страйер, не так ли?

– Нет. – Ответила она, глядя прямо ему в глаза.

Дэвид присмотрелся к ее лицу. Она говорила правду. Пока.

– Ты ХОЧЕШЬ, чтобы что-то было между тобой и Лаурой Страйер? – МакМиллиан тщательно подбирал слова, не давая ей возможности отвертеться.

Глаза Дэв ушли в сторону. Она не ожидала этого. "Черт тебя подери, Дэвид".

– Нет. – Она покачала головой, зная, что это самая настоящая ложь. – Я хотела сказать 'да'. – Но и это тоже не было правдой. – Черт! Я хотела сказать 'возможно'. – "Иисус Христос, я говорю как твердолобый демократ". – Я не знаю, Дэвид.

Глаза МакМиллиана смягчились при виде замешательства на лице друга. Он немного отступил, присел на край стола и положил руки на колени, ожидая, что Дэв продолжит.

– Я знаю, что когда я в одной комнате с ней, я похожа на легкомысленного подростка. Я думаю о ней все время. Удивляюсь тому, что она делает. Что она думает. – "Почему она всегда так приятно пахнет и хорошо выглядит", – добавила Дэвлин про себя. Марлоу встала и развернулась, чтобы посмотреть в окно на темно-серое зимнее небо. – Думаю, я была одна так долго, что возможность проводить время с кем-то новым, заставляет меня чувствовать себя легко… уютно. Лауре ничего не нужно от меня, кроме того, чтобы я говорила и была собой. Я хочу сказать… я знаю, что она просто делает свою работу. – Дэв дернула плечом. – Но я чувствую большее. Как будто ей действительно важны мои мысли и чувства. А не так, будто я у нее под микроскопом

Дэв пыталась успокоить дыхание. Дэвид не хотел видеть, как его другу причиняют боль. А Лаура могла уничтожить и ее карьеру, и ее сердце. Но сейчас Дэв снова начала жить. Саманта была любовью всей ее жизни, но та ее жизнь была завершена. И Дэв начала новую, когда ее жена умерла. Дэвид радовался, узнав, что Марлоу снова начала что-то чувствовать… но время и обстоятельства были весьма отрицательными.

– Чувствуешь себя лучше, не так ли.

Дэв кивнула, не поворачиваясь, но он заметил ее слабую улыбку на отражении в стекле.

– Да, – признала она мягко. Пауза. – Это действительно так.

Дэвид позволил беседе прекратиться. Это не было трудно, когда Дэв о чем-то думала. Высокая женщина была склонна молча застывать на полуслове, если ей что-то приходило в голову. Дэвид пожевал губу и только собрался снова начать разговор, как в дверь постучали и в офис вошла Лиза.

– Мне жаль, что я прерываю вас, мадам Президент, – Лиза показала глазами на часы – без пяти восемь. – Но подошло время вашей пресс-конференции.

– Не заставляйте эту девочку понукать вас как скотину на ферме, – раздался голос Джейн из-за спины Лизы. Помощник задушила улыбку. Джейн постоянно говорила что-то вроде этого.

Дэв закатила глаза.

– Точно. Конечно. – Она встала и сняла жакет с вешалки, вручая его Дэвиду. Согласно их ритуалу, он помог Дэв надеть его, и расправил ткань на плечах, когда она застегнула пуговицы. Это, больше чем что-либо другое, говорило об их привязанности и дружбе. Дэв делала то же самой для него в других случаях.

Президент сбросила мнимую соринку с черной шерстяной ткани.

– Пошлите копии этого Лауре, – она указала на стопку газет. – Я не хочу, чтобы это было неожиданностью для нее. И кто-нибудь… м-м-м… мог бы сообщить ей, что я очень сожалею обо всем этом?

Дэвид кивнул.

– Я уже сделал это. И попросил, чтобы она пришла на пресс-конференцию сегодня. Я сказал ей, что вы захотите поговорить с ней после.

– Хороший человек. Я знала, что держу тебя не просто так.

– Да, ведь у меня очаровательная индивидуальности и симпатичная внешность.

Дэв рассмеялась. Она ударила Дэвида кулаком в живот, заставив его сожалеть о съеденном на завтрак.

– Нет. Потому, что ты лучший проклятый тренер по бизнесу, и мы знаем это. – Дэв взяла карточки с заметками у Лизы и положила их к себе в карман.

– Ты хочешь сказать, что я плохо выгляжу? – Дэвид с негодованием повел плечами и наморщил нос.

Дэвлин усмехнулась.

– Я бы никогда не сказала этого. Твоя жена просто пнула бы меня.

– Мадам Президент, вам, в самом деле, уже пора, – напомнила Лиза, уже идя к двери.

– Рогатый скот затягивает время! – Раздалось откуда-то издалека.

* * *

Когда Лаура открыла следующую газету, ее рот был все еще открыт из-за прошлой статьи, которую она прочла. Ее лицо приобрело еще более темный красный оттенок, когда она прочла заголовок.

– Дом для игр? Маленькая блондинистая игрушка президента?

Лаура смяла газету и бросила ее в кучу других, возвышающуюся возле ее постели.

– Гр-р-р! Вы мерзкие сукины дети! – Увидев подпись под статьей она сердито фыркнула и разорвала газету с ее именем в заголовке и жуткой фотографией из выпускного альбома колледжа. – Ты был жопой в колледже, Марджори. И ты все еще жопа!

Гремлин заскулил и спрятался под подушкой Лауры.

Невыразительный женский голос зазвучал в комнате:

– Время до начала пресс-конференции одна минута. Активизируйте подачу изображения.

– Активировать… м-м-м… э-м… черт… 186… э-м… 1868… тьфу! Приостановить активацию.

Лаура отважно попыталась запомнить код, но он все время вылетал из головы. Майкл Оакс заявил, что последние четыре цифры номера ее социального обеспечения – это недопустимый пароль и настоял, чтобы она придумала что-нибудь другое. Она согласилась только для того, чтобы он отстал и убрался из ее комнаты. С тех пор биограф постоянно жалела об этом.

Лаура схватила Гремлина за задние лапы и принялась вытаскивать его из-под подушки.

– Давай же… – Она снова дернула пса, так как он попытался забраться обратно, – …выходи оттуда, ты, жалкий трус! Я сержусь не на тебя!

Когда Лауре, наконец, удалось извлечь его из-под подушки, она поправила очки и медленно внятно зачитала номер его лицензии:

– Активировать 18686GH89ZDC. – "Пусть кто-нибудь попробует вычислить этот код", подумала она вызывающе.

В комнате появилось изображение Дэвлин в полный рост, которая стояла рядом с пресс-секретарем Аллен, в нескольких метрах от подиума в пресс-центре, и перед столом Лауры. Первой мыслью биографа было, что изображение, столь яркое и интенсивное, все равно бледнело по сравнению с реальной женщиной. "Конечно, я была просто каменной тогда".

Гремлин начал рычать на темноволосую женщину. Хотя, даже при лучших обстоятельствах он не выглядел свирепым.

– Замолчи! – Лаура прикрыла пасть ладонью, положив пса себе на колени. – В последний раз говорю, ты не можешь кусать ее… это вообще просто изображение. – Гремлин обнадежено заскулил, махая хвостом. Лаура закатила глаза. – Реальную тоже нельзя кусать. Начинается… тихо. – Она рассеяно поцеловала макушку Гремлина и села в позу лотоса, пристально глядя на экран. – Дэвлин позаботится об этом. – Лаура кивнула. – Они даже не заметят, что их поразило.

Дэв ходила туда-сюда, ожидая, пока пресс-секретарь ее представит. Она не могла не задаваться вопросом, как Лаура восприняла эти новости. "В конце концов, она – разумная зрелая женщина. Она поймет, что это было неизбежно, и действительно ничего нельзя было сделать".

– Порви их на клочки, Дэв! – Нетерпеливо вскрикнула Лаура.

– Дамы и господа, Президент Марлоу ответит на несколько вопросов на темы, которые были объявлены сегодня утром. – Пресс-секретарь отрегулировала микрофон так, чтобы он был подходящей высоты для Дэвлин.

Когда Президент вышла, все камеры были направлены на нее. Она подняла глаза, и взгляд тут же переместился к тому месту, где обычно стояла Лаура. Дэв с трудом удержалась от вздоха, и, надеясь, что разочарование не отразилось у нее на лице, поприветствовала прессу.

– Доброе утро.

Ответом послужили голоса 'мадам Президент' и 'Доброе утро'.

Дэвлин перетасовала карточки.

– Давайте начнем с акта регистрации ДНК? – Она указала на человека в первом ряду и улыбнулась. – Начнем с вас, Билл. Я знаю, вы просто умираете, как хотите этого.

Лысеющий репортер из Chicago Tribune встал и отрегулировал микрофон, который держал в руке.

– На самом деле, мадам Президент, мы хотели бы услышать от вас о Лауре Страйер.

Лаура почти зарычала.

– Поставь его на место, Дэв.

Выражение лица Дэв немного изменилось, но голос оставался ровным.

– Она – очень талантливый биограф, и я рада, что она согласилась писать мою биографию.

– Что? – Крикнула Лаура в сторону Дэв. Она отпустила Гремлина, который снова спрятался под подушку. – Что за? – Спросила она недоверчиво. – Это все, что ты собираешься сказать?

Дэв сделала жест в сторону женщины, которая сидела в середине зала.

– Кэтлин, уверена, у вас получится лучше.

Корреспондент CNN поднялась на ноги и смахнула волосы со лба.

– Не думаю, мадам Президент. Может быть, вы все же укажете какие-нибудь детали, например, почему мисс Страйер оказалась в Белом доме и почему она вдруг стала особо важной персоной квартала? Почему об ее переселении не было сообщено прессе? Что вы скрываете?

– Ничего, ты идиотка! Мы не скрываем ничего! – Лаура сорвала очки с лица и бросила их на кровать.

Дэв приподняла бровь.

– То, что я не раскрываю каждую деталь моей личной жизни прессе, не значит, что я что-то скрываю, – прорычала она.

– О, мой Бог. – Лаура закрыла лицо руками.

Пресс-секретарь, стоящая в стороне от трибуны, на секунду закрыла глаза, пытаясь успокоить дыхание. Она обратилась к Дэвиду:

– Скажите мне, что она не употребила слово 'личный'.

Дэвид взмахнул руками в воздухе.

– Думаю, она имела в виду, что не любит вмешательства. – Он покачал головой. – Из огня, да в полымя.

Дэв тут же поняла, что совершила ошибку, когда весь зал взорвался вопросами.

– Где вы познакомились с мисс Страйер?

– Как давно вы ее знаете?

– Вы уходите от ответа, как Президент Соединенных Штатов?

– Она действительно блондинка?

Лаура подняла брови.

– Ты не когда не получишь удовольствия выяснить это, парень.

Дэв молча слушала гомон голосов. Она полагала происходящее в ее частном месте жительства своим частным делом, несмотря на то, что Лаура и находилась здесь на профессиональном основании. "И почему я думала, что пресса не ухватится за это? Дерьмо!"

– Как ваши дети относятся к ней и что они чувствуют по поводу вашего совместного проживания?

На этом вопросе кровь прилила к щекам Дэв, и она глубоко вдохнула, успокаивая дыхание, перед тем, как заговорить.

– Дамы и господа, пресс-секретарь Аллен устроила для вас брифинг об очень важных частях законодательства, над которым я работаю. Я пришла сюда, чтобы ответить на ваши вопросов об этих и других важных проблемах, которые стоят перед нашей нацией.

Глаза Лауры остановились на белых костяшках пальцев Дэв, сомкнутых на краях трибуны.

– Я здесь не для того, чтобы отвечать на вопросы, которые не имеют вообще НИКАКОГО ЗНАЧЕНИЯ.

– Никакого значения? – Лаура вскочила на ноги, уронив очки на ковер. – Мое имя треплют во всех главных газетах страны, и это НЕУСУЩЕСТВЕННО?! – Закричала она на голограмму Дэв. – Большое спасибо!

Хор голосов тут же возразил Дэв, но она подняла руки, призывая к тишине.

– Я уверена, что публике гораздо интереснее узнать, как я собираюсь удостовериться, что о здоровье каждого ребенка позаботятся, и действительно ли программа социального обеспечения к концу моего срока будет адекватно работать.

Аллен и Дэвид одновременно посмотрели друг на друга, закатив глаза.

– И когда вы будете готовы спрашивать об этом, дайте знать моему пресс-секретарю, а она сообщит мне. Ваши нынешние вопросы – пустая трата моего времени и, как следствие, народных денег. Приятного дня, дамы и господа. – С этими словами она покинула зал. "Я должна увидеть Лауру".

* * *

Лаура сидела на постели, обняв голову руками. Ее карьера умерла на ее глазах. Насколько хорош биограф, которому нельзя доверять? Ни на грош. "Иисус, я закончу свою жизнь, делая биографию Рикки Мартина. Я знаю это".

Раздался стук в дверь.

– Уходи.

Дэвлин прижала лоб к двери, не заботясь о том, что ее могут увидеть.

– Лаура, пожалуйста, дай мне минуту.

– У тебя была минута и, как я помню, ты сказала 'никаких комментариев'. – Лаура пошла к двери. Когда до нее оставалось несколько шагов, блондинка решила, что все же не готова видеть Дэвлин. Вместо этого она так шлепнулась на кофейный столик, что тот развалился под ее весом.

Дэвлин продолжала стучать в дверь, но отослала агента Секретной службы, который подошел, чтобы помочь ей. Когда он отошел на место, Дэв мягко спросила:

– Эй, ты в порядке? – "Боже, какая она упрямая". – Пожалуйста, впусти меня. Позволь мне, по крайней мере, принести тебе извинения лицом к лицу.

Лаура посмотрела на обломки. "Чудесно. Это мои следующие десять зарплат. Надеюсь, теперь Гремлин научится ценить собачью еду". Она посмотрела на дверь. Голос Дэв звучал достаточно искренне. Лаура отряхнула свои брюки, неохотно пересекла комнату и слегка приоткрыла дверь.

– Да?

Теперь, когда они оказались лицом к лицу, Дэв стала гораздо более косноязычной. Но, взглянув в серые глаза, она быстро совладала с собой.

– Мне жаль.

Лаура почувствовала боль в груди, при виде сожаления на лице Дэв, и боролась с желанием тут же принять извинения. Но, сказанное на пресс-конференции было еще слишком живо в памяти. Лаура развернулась и двинулась вглубь комнаты, оставив Дэв стоять у слегка приоткрытой двери.

– То есть вы сожалеете о крахе такой незначительной вещи, как я и моя карьера, Президент Марлоу?

Дэвлин вздрогнула от ледяного тона Лауры и ее слов. Не стоит упоминать, что ей не особо нравились и ее собственные слова, сказанные биографу. "Терпение".

– Да. – Она вздохнула. – Я знаю, получилось плохо. Я вовсе не это хотела сказать, и я не имела в виду, что вы или ваша карьера незначительны. Я только подразумевала, что публике не нужно это знать. Мне жаль.

Лаура покачала головой. Извинения были все лучше и лучше, но Дэвлин, кажется, не понимала, что это означало для них обоих.

– Я записываю. Я наблюдаю. Я не могу быть предметом спекуляции! – "Как я могла быть настолько слепой, чтобы не видеть предпосылок этого?" – У тебя был шанс пресечь это в зародыше, но ты не сделала этого. Ты обещали прикрывать меня, но не прикрыла. Если мне не верят, я ничего не стою, как твой биограф. – "И как кто бы то ни было еще".

Президент выпрямилась и зашла в комнату Лауры.

– Ты не незначительная, и никогда ею не будешь! Лаура, если я буду теребить эту проблему, она никуда не денется. Лучше позволить всему идти своим чередом, просто позволить ей умереть медленной и тихой смертью. Верь мне. Завтра, – она сделала паузу. – Ладно, может не завтра, а на следующей неделе или в следующем месяце все это станет просто воспоминаниями. А весь мир перейдет на следующую сплетню.

Дэвлин игнорировала опущенные плечи Лауры и заговорила быстрее, почувствовав, что все, чего она действительно сейчас хочет, так это обнять эту женщину.

– Разве ты не обращала на это внимания в течение прошлых недель? Разве не видела, как от выпуска к выпуску они придумывают все больше? Если это так, то, наверное, ты не создана для этой работы. – Дэв быстро выпалила эту фразу и попыталась успокоить дыхание. Она не хотела говорить это, но должна была так поступить. Дэв невидяще смотрела в сторону. – Мы не вместе, и… ну… конечно… ты – не заключенный. Ты можешь уехать отсюда в любое время с самой лучшей рекомендацией, которую я смогу предложить.

Плечи Лауры опустились еще ниже, и Дэвлин почувствовала холод в желудке, поняв, что является причиной этого. Это все ее идея.

– Только знай, что я сожалею о случившемся. Я никогда не хотела причинить тебе боль, Лаура. – "Пожалуйста, поверь мне".

Блондинка закрыла глаза при последних словах Дэвлин. Она никогда не обвиняла Дэв в том, что случилось, только в ее интерпретации. "Или я просто расстроена, что она смотрит на это не так как я?"

– Отпуск? – Прошептала она слабо. Хочет ли она уехать? Нет. Она хотела, чтобы этот день начался снова, но без этих газет, и этой комнаты, полной репортеров, которые подвергали сомнению ее мораль, и здравый смысл и профессионализм Дэв.

Гнев ушел. Когда она огляделась вокруг и посмотрела в обеспокоенные синие глаза, ее собственные заполненный слезами.

– Но мы же не сделали ничего плохого. Это несправедливо! – Лаура знала, как наивно это звучит, но в тот момент это ее не волновало. Это было правдой.

Дэвлин грустно улыбнулась.

– Я знаю, что это правда, и ты знаешь. Это все, что имеет значение сегодня, потому что завтра это будет уже старой новостью. – Она повернула голову в сторону Лауры. – Помнишь? – Дэв наморщила лоб. Она просто не смогла остановить вопрос, сорвавшийся с языка. – Это действительно было бы настолько ужасно? Люди, которые думают, что между нами что-то есть. Если бы не работа, я имею в виду. – "Чудесно, Марлоу. Даже я смущена тем, что только что спросила".

Лаура покачала головой и слезы, стоящие у нее в глазах были пролиты. Она сердито стерла их, ненавидя себя за то, что первой реакцией ее взрывного характера был крик. Но уже через секунду ей хотелось плакать. И, к ее затруднению, Дэв только что обращалась к обеим.

– Я… м-м-м… – Лаура подняла брови. Дэвлин спрашивала, беспокоит ли ее то, что они обе женщины? Лаура не была уверена в этом предположении. – Не то чтобы.

Голос Дэвлин смягчился, и она подошла поближе к Лауре, чтобы тут же поймать взгляд серых глаз, полных слез, подобный удару плетью.

– Трудно постоянно быть как под микроскопом. Верь мне, я знаю это. Я просто хочу, чтобы ты знала, что мне жаль. – Дэв с трудом сглотнула, болезненно подбирая слова. – И если ты хочешь уйти в отставку, я пойму. И удостоверюсь, что Шэрон сделает надлежащее официальное сообщение о причине этого. Ты… м-м-м… просто скажи мне. И если я что-нибудь могу для тебя сделать, тоже просто говори.

Их глаза встретились и Лаура не нашла в себе сил, чтобы отвести глаза.

– Является ли это… я хочу сказать… ты хочешь, чтобы я ушла? – Лаура никогда еще не находилась так близко от Дэв, и она почувствовала, как необъяснимая тоска заполняет ее.

Дэвлин серьезно покачала головой.

– Нет. Это последнее, чего бы я хотела. Чего я хочу – так это, чтобы тебе было хорошо и удобно здесь.

Лаура кивнула. Она не знала, возможно ли это теперь. Но она определенно собиралась попробовать. Лаура подняла подбородок.

– Я не совершенство, Дэвлин. – Она сморгнула, и оставшиеся слезы упали на ее щеки.

Дэв осторожно протянула руку, двигая ее настолько медленно, что Лаура видела слабую дрожь.

– Я знаю. – Дэвлин мягко хихикнула. – Как думаешь, почему я выбрала тебя?

Лаура улыбнулась, когда кончики пальцев коснулись ее щеки, мягко вытирая слезы. Она нервно засмеялась, подсознательно наклоняясь в сторону контакта с Дэв.

– Хочешь поспорить со мной?

Она мотнула головой.

– Хорошо. Потому что я обнаружила, что мне крайне неприятно с тобой спорить. – Дэв улыбнулась, у нее даже голова закружилась от облегчения. Они стояли так долгое неловкое мгновение, после чего Дэв опустила руку от щеки Лауры. – Иногда после объяснения с другом, объятие помогает почувствовать себя действительно хорошо, – осторожно предложила она, все еще не уверенная в ответе биографа.

Лаура не нуждалась в дополнительном приглашении. Она наклонилась вперед, обвив руками твердую стройную талию Дэв, и вздохнула от облегчения, когда та, в свою очередь, обняла ее мягко, но прочно.

Лицо Лауры было напротив рубашки Марлоу, и она ощущала биение сердца Дэв. Биограф глубоко вдохнула, ловя слабый запах духов Президента.

"О, Боже". Дэв спрятала лицо в мягких волнистых волосах Лауры, молясь, чтобы та не почувствовала, что ее сердце готово выпрыгнуть из груди. Она усилила объятье, но затем поняла, что через две-три секунды должна будет освободить Лауру. Дэв собиралась заговорить, когда дверь в комнату распахнулась, и в проеме появились Крис и Аарон, и уставились на них.

Лаура повернулась к двери и, сфокусировав взгляд на наблюдающих за ними мальчиках, забыла о напряженности обстановки в комнате.

– Собака, – шепнула Дэв на ухо Лауре, ее теплое дыхание заставило биографа трепетать. – Они здесь ради него.

Лаура внезапно свистнула, и Гремлин показал голову из своего укрытия под кроватью. Он заметил Дэвлин и немедленно зарычал, обнажив крошечные зубы.

– Гремлин, – счастливо закричали мальчики.

Собака выскочила на середину комнаты, до этого остановившись перед Марлоу и снова зарычав. После этого пес подбежал к детям, которые принялись играть с ним, немедленно забыв о том факте, что Лаура и их мать все еще стоят обнявшись.

Биограф мгновение смотрела на них.

– Удивительно, как Гремлин их гипнотизирует.

– Это точно. Мои дети – рабы культа Гремлина.

Обе женщины рассмеялись и неохотно разорвали объятье.

Дэв заметила сломанный кофейный столик.

– В следующий раз, когда будешь сходить с ума, лучше стукни меня. Я сомневаюсь, что стою столько же, сколько и этот стол.

– Милостивый Иисус, – Лаура растягивала слова, ее южный акцент заработал в полную силу. Она исследовала кусочки древесины, раскиданные по ковру, и сглотнула. – Сколько это стоило? – "Не то, чтобы я действительно хочу узнать. Уверена, что Майкл Оакс выставит мне счет, так что я все равно узнаю об этом".

Дэв скрестила руки на груди.

– Это было сделано для Джэксона Эндрю. Это – часть истории. Полностью незаменимая. – "Я не засмеюсь. Нет".

Глаза Лауры расширились, и голос стал слабым.

– Ох, – произнесла она хмуро. "Мне следовало остаться в постели этим утром. Если бы не это объятие. Ради него я вылезла бы из постели в любой из этих дней".

– Да уж, – посочувствовала Дэв. – Я слышала, они оценивали его в прошлом году и в Christie's, и в Lloyds of London. Он был слишком дорогим, чтобы его страховать.

Лаура услышала улыбку в словах Дэв, и отвернулась от останков столика, чтобы посмотреть в мерцающие глаза.

– Lloyds of London, да? – Ее тон был скептическим.

Дэв засмеялась.

– Ладно, если тебе от этого будет легче, то я купила его на распродаже в колледже, заплатив за него четыре доллара, и самостоятельно отполировала. Он приехал со мной из Огайо.

– Ах, ты! – Лаура сделала сердитое лицо, но все же уточнила. – Это значит, мне не придется продавать свою почку?

– Никаких почек. – Дэв выгнула бровь. – Но ты должна мне четыре доллара.

* * *

– Заходи. – Лаура открыла дверь своей квартиры, и мягкий желтый свет от оставленной включенной лампы полился в прихожую. – Тебе понравится это фото. Я сделала его после завтрака. Она выступала перед Конгрессом.

Брови Дэв приподнялись.

– Эшли? – "Пожалуйста, скажи, что она не была республиканцем".

Женщины остановились перед столом Лауры, и та вручила Дэв фото.

– О, хех. – Дэв хихикнула и подняла фото на уровень глаз. – Так вот почему она была в моей куртке. – Военного вида жакет висел почти до пола на семилетнем ребенке, из-за его широких плеч голова девочки казалась крошечной. – Она такая милая.

– Она выглядит так же, как и ты.

Дэв почувствовала дыхание Лауры на своей шее.

– Пожалуй, это так, – застенчиво признала она, хотя Лаура и чувствовала гордость в ее голосе. – Саманта всегда говорила мне то же самое. – Дэв внезапно остановилась, как будто сказала что-то неправильное. Она почувствовала боль вины, горло перехватило. Она не думала о Саманте все эти дни… Не произносила ее имя неделями. Слезы заполнили ее глаза, пребывая так быстро, что она не могла их остановить.

Лаура положила руку на плечо Дэв.

– Ты сильно тоскуешь без нее. – Она сочувственно улыбнулась за неимением слов.

Ко времени развода Лауры с ее бывшим мужем для нее это не имело значения, не то, что в начале. Она была больше расстроена своей неудачей в браке, чем его уходом. И к концу она была более чем готова покончить с этим и отпустить его. Глядя на Дэвлин, Лаура даже почувствовала стыд за то, что для нее это не было такой потерей, которая была очевидна в лице Дэв. Марлоу слабо кивнула.

– Она была очень особенным человеком. Но мир продолжает стоять. – "Даже если мне потребуется много времени, чтобы действительно поверить в это". Ее глаза остановились на лице Лауры. – Я не думаю, что хочу прожить жизнь в одиночестве. – Задумчивая улыбка коснулась ее лица. – Это намного интереснее, чем что-либо еще.

– Зависит от того, кто рядом. – Серьезно сказала Лаура.

Голос Дэв был так же серьезен:

– Полагаю, это так.

Ровный женский голос разорвал тишину комнаты, и Лаура оторвала взгляд от синих глаз.

– Входящий запрос от (865) 555-9537. Звонок поступил на ваш телефон. Статус: критическое положение.

Лаура глубоко вдохнула. Запросы, обозначенные как критическое положение, не приходили ей до сих пор. Автоматизированная голосовая система отклоняла их. И ее телефон был отключен весь день. До сих пор она звонила домой раз в месяц, и никогда не получала телефонных звонков на такие расстояния от родителей. Не обращая внимания на то, что Дэвлин все еще в комнате, она ответила:

– Принять запрос.

– Лаура? – Глубокий мужской голос с акцентом гораздо большим, чем у биографа.

– Что не так, папа? Что-то с мамой?

Дэв обняла Лауру за талию, подбадривая ее на случай плохих новостей. "Только бы никто не умер", торопливо думала Дэв.

После длинной паузы последовал вздох.

– Она лежит в постели всю неделю. Ты ее знаешь.

Лаура выглядела обеспокоенной и Дэвлин хотела спросить, что это значит, но отец Лауры заговорил раньше.

– Адская дыра, девочка! Я пытался дозвониться до тебя с самого утра. Ты знаешь, который час?

– Я знаю, что уже поздно. Я только что вернулась в свою спальню.

– Что леди Президент не позволяет тебе спать?

"И это говорит человек, который вставал каждое утро в 4:30 на работу".

– Не бери в голову. Пап, что не так?

– Я скажу тебе, что не так. – Он показал 'The Revealer' и обе женщины поежились. Это была бульварная газетенка, которая использовала фразу 'умная сексуальная кошечка'. – Все говорят об этом. Наш телефон просто накалился. Я вынужден был выключить эту проклятую вещь. И теперь кучка репортеров расположилась на нашей лужайке, и они не собираются уезжать!

– О, папа, мне так жаль. Мы никогда не думали, что такое случится. И скажи маме, чтобы перестала читать эту дрянь. – "Не то чтобы 'представительные' газеты были намного лучше", подумала она кисло.

– Мы? – Это слово было произнесено со всей злобой, на которую он был способен. – Кто это – мы?

– Э-м-м… – Лаура помялась, прежде чем ответить. Внезапно она почувствовала себя виноватой, несмотря на то, что они с Дэв не сделали ничего плохого.

– Девочка, ты живешь там? В Белом доме?

– Сюрприз. – Сказала она вяло. – Я собиралась сообщить вам при следующем звонке.

– Ты не сказала им?! – Резко шепнула Дэвлин ей на ухо.

Лаура оборонительно пожала плечами, осадив Дэв. Она была за границей почти два года, когда писала биографию кардинала О'Роака. И родители ни разу не поинтересовались ее точным местонахождением. Им хватало ее номера телефона, который они никогда не использовали. И она не стала звонить специально, чтобы сказать, что находится в Вашингтоне, округ Колумбия.

Повисла пауза, во время которой Говард Страйер прикрыл трубку ладонью.

– Я велел вам убраться от того кустарника, черт возьми!

Лаура в панике посмотрела на Дэв, когда услышала звуки заряжаемого дробовика отца.

– Мистер Страйер, это – Дэвлин Марлоу. – Вставила Дэв. – Пожалуйста, не стреляйте в прессу. Я позабочусь о том, чтобы ваша местная полиция спасла от них вашу лужайку.

Лаура в изумлении посмотрела на Дэв. "Дэвлин, что ты делаешь?"

– Да, точно, – фыркнул мужчина. – А я – король Франции.

Лаура прикрыла рот ладонью, ее душил смех.

– Я хм… но я – Дэвлин Марлоу! – С негодованием упорствовала она.

– Девочка, это не смешно. И перестань делать голос, таким низким и грубым, как у мужчины. Я полагаю, ты слишком стара для такой ерунды.

Две соболиные брови изогнулись. Дэв уперла руки в бока и возмутилась:

– Как у мужчины?

Лаура засмеялась вдвое интенсивней.

– Папа, это действительно – Президент Марлоу. – Писательница, наконец, восстановила дыхание. Она подошла к Дэв. – Говори вместе со мной, а то он так и не поверит.

– Мистер Страйер, это действительно я. – Сказала Дэв, под аккомпанемент смеха.

– Без шуток?

– Без шуток. – Ответила Дэв, улыбаясь сама себе.

– Хорошо, тогда, мадам Президент, у меня только один вопрос к вам.

Дэв наклонила голову к селектору связи.

– Да?

– Какого дьявола вы делаете в комнате моей дочери в 11:30 ВЕЧЕРА?!

Глаза Дэв расширились при звуках гневного родительского голоса. Мог ли какой-нибудь еще отец повысить на нее голос?

– Э-э-э…

"О, парень".

21 февраля

Лаура любила воскресенья. Это четвертое ее воскресенье в Белом доме было тихим – почти таким, которое обычный человек мог бы назвать нормальным. "Почему люди хотят такую работу?" У Дэвлин почти не было времени, чтобы отдохнуть. Даже сегодня ее вызвали на встречу из-за назревающего кризиса на Ближнем Востоке. Это было в то время, которое она оставила для детей. Они собирались все вместе идти играть на пяти сантиметрах снега, который выпал внезапно.

Лаура собиралась остаться и писать. Хотя она и знала, что все равно скоро надо выводить Гремлина на прогулку. Лаура хотела провести некоторое время наедине с собой. Серые глаза скользнули по ее маленькому компаньону, который вился у нее в ногах.

Шум привлек внимание Лауры к виду из окна, находящегося рядом с кроватью. Через него Лаура могла видеть Кристофера и Аарона и приставленных к ним агентов Секретной службы, которые хорошо проводили время и визжали, забрасывая друг друга снежками. Два молодых агента честно играли, наслаждаясь этим почти так же, как и дети. Она заметила и двух других агентов, которые стояли неподалеку, пили горячительные напитки и наблюдали за игрой.

Блондинка встала, чтобы лучше видеть и задалась вопросом, где же в этой схватке Эшли. Светлые брови поднялись, когда она поняла, что маленькой девочки там нет.

– Поднимайся, Гремлин, пойдем гулять.

Пес подпрыгнул, как будто и не храпел только что. Он был готов выйти в любой момент, дико подпрыгивая в ногах Лауры и безумно кружась перед нею, пока она надевала куртку и искала поводок. Она покачала головой, смеясь над его проделками.

– Захваченный стремлением.

Лаура захватила поводок больше по привычке, чем по необходимости. Гремлин в Белом доме и так был лидером.

Можно было бы выйти и более коротким путем, чтобы добраться до лужайки, но Лаура выбрала маршрут, который проходил мимо спален детей и президентской гостиной. Возле гостиной сидела агент Хамлин. Как только Лаура с собакой подошли к комнате, Гремлин рванулся внутрь. Лаура про себя рассмеялась. "Похоже, я буду вынуждена оставить тебя здесь, когда закончу с этим назначением, не так ли Грем?"

Лаура остановилась в дверном проеме, прислонившись к косяку и наблюдая за маленькой темноволосой девочкой, перед которой лежали несколько раскрасок. Ее жакет и кепка покоились на столе рядом с мелками. Гремлин коротко взлаял, и Эшли немедленно встала, отодвинув стул и приседая на пол, чтобы почесать его. Гремлин мурлыкал, как жирный кот. Он явно был на собачьих небесах, и Лаура задавалась вопросом, что она должна сделать, чтобы этот испорченный пес вернулся к ней в следующий раз.

Блондинка сняла очки и положила их в карман жакета, зная, что и так все увидит, а от них все равно не будет пользы. Это были бифокальные очки, и они были действительно нужны Лауре только для чтения и письма, но она могла легко оставаться в них и весь день, не волнуясь об этом. Она оттолкнулась от дверного проема.

– Эй, мы должны прогуляться. Может, пойдешь с нами?

Эшли посмотрела на нее и помотала головой. Грустный взгляд девочки сказал Лауре гораздо больше, чем большинство слов, которые биограф когда-либо изливала на бумагу. Она зашла в комнату и опустилась на колени рядом с Гремлином.

– Ты уверенна? – Спросила она мягко. – Твои братья развлекаются. Почему ты не с ними?

Эшли посмотрела на дверь, но ничего не сказала. Лаура вздохнула.

– Слушай, – начала она. – Я думаю, Гремлин хочет поиграть. А я немного устала. Ты бы очень помогла мне, если бы поиграла с ним вместо меня.

– Действительно? – Заинтересованно спросила Эшли, позволяя собаке облизывать ее руку.

– Точно.

– Но разве там не холодно?

Лаура поджала губы. С каких это пор ребенок беспокоится о температуре, когда ему предлагают проиграть на воздухе?

– Нет, я полагаю. Но ты же не будешь связана, верно? И мы всегда сможем вернуться внутрь, если станет слишком холодно.

– Хорошо, – лицо девочки немедленно прояснилось.

– Договорились, – кивнула Лаура. – Надевай свое пальто, перчатки и… – Она посмотрела на гору одежды на столе. – И что бы там еще не было в этой куче, а я пойду, сообщу агенту Хамлин.

Эшли не ответила, она уже одевала ботинки.

Лаура целеустремленно пошла к двери. Высунувшись, она очень спокойно сказала:

– Оторвите вашу задницу от стула и готовьтесь выходить. Эшли и я выводим Гремлина на прогулку. Сейчас НЕ слишком холодно, чтобы играть на улице. Как вы думаете, что ее братья делают в этот момент?

Боже, неудивительно, что Эшли не пошла с агентом. Эта женщина вела себя как старая леди. Разве Эммы не было достаточно для ведения хозяйства?

– Но… – Агент изучила пару серых глаз, и протест умер у нее на губах.

Блондинка повернулась и увидела Эшли и Гремлина, счастливо идущих к ней. Лаура услышала, как агент Хамлин, стоящая за ее спиной, говорит:

– Принцесса и Могучая Мышь выходят. Мы собираемся выгуливать собаку.

"Могучая Мышь? Могучая Мышь! О-о-о. Дэвлин Марлоу, в твоих интересах, чтобы это прозвище исходило не от тебя". А она еще смеялась над тем, как Дэвид тайно предложил Секретной службе называть Дэвлин. Лаура шла за Эшли и Гремлином и надеялась, что ее прозвище не соответствует ей так, как подходило Дэв то, что предложил Руководитель штата. Кривая улыбка тронула ее губы. "Надеюсь, ваша встреча пройдет хорошо, Wonder Woman".

26 февраля

Они сидели в комнате Дэвлин. Истощенные. Лаура посмотрела на часы. Была почти полночь, а они встали в пять утра. Почти двадцать часов на ногах. Лаура посмотрела на лицо женщины, сидящей наискосок от нее и потягивающей молоко из высокого стакана.

Дэв пододвинула тарелку печенья Лауре. Она вздохнула и положила ноги на кофейный столик. Камин мягко пылал, но Дэв не думала, что это огонь был ответственен за темные круги под глазами Лауры. Это был трудный день, и она сама была высушена до костей.

– Устала? – Спросила она напрасно.

Лаура покосилась на нее так, будто она была сумасшедшей, но, так или иначе, ответила на риторический вопрос.

– Не то слово. Я – труп. – Лаура с отвращением посмотрела на стакан молока. Она не выпила молоко, она уже не маленькая девочка. Что за навязчивая идея у Эммы с этой белой жидкостью? Когда они вошли в гостиную, старая женщина с бигудями в волосах, которые должно быть были антиквариатом, просто вложила холодные стаканы им в руки и молча пошла спать. Сверхъестественно.

– Я не знаю, как ты делаешь это изо дня в день. Я даже не знаю, как я следую за тобой изо дня в день. – Лаура зевнула. – И я не уверена, что мы переживем эти четыре года. – Она взяла несколько печений и положила их на колени, не заботясь о черных крошках на своей кремовой юбке. Именно для этого Бог и изобрел сухую чистку. Она отправила тарелку назад Дэв.

– Сегодня я практически дошла до ручки, и ты знаешь это. – Синие глаза закатились. – Этот Министр Обороны появился слишком неожиданно и полностью ПОЛОМАЛ мой график.

– Этот человек, – Лаура отщипнула кусочек печенья и засунула в рот, наслаждаясь сливочной начинкой, – просто задница.

Дэв пожала плечами, макая свое печенье в молоко и ожидая, пока оно впитается.

– Он ненавидит меня.

– Тогда он – еще большая задница, чем я думала. Почему он ненавидит тебя? – Лаура слегка застонала, потягивая молоко. Это было действительно хорошо. Кто бы мог подумать?

– Поскольку, – Дэв быстро засунула печенье в рот, – и это его слова, не мои, – Дэв перешла на тяжелый бостонский акцент. – 'Она подозрительна, как трехдолларовый законопроект'.

– И все так суетились сегодня потому, что ты лесби?

Дэв фыркнула.

– Многие люди ненавидят меня за то, что я – лесби. – Она пригубила молоко, и злая усмешка тронула ее губы, из-за чего молоко закапало с губ. Дэвлин немного наклонилась вперед и заговорщески прошептала. – Я заставлю Федеральное Казначейство печатать трехдолларовые законопроекты, только чтобы позлить его.

Лаура вспыхнула от смеха и, только закрыв рот ладонью, спасла Дэв от того, чтобы осыпать ее крошками печенья из своего рта. Озорная улыбка появилась на ее губах.

– Ты не можешь сделать что-нибудь столь решительное. Может лучше начать с малого? Например, с почтовой марки с Дэвлин Марлоу? – "Я знаю, я бы купила такую". Лицо Лауры стало серьезным. – Почему ты держишь члена Кабинета Министров, который ненавидит тебя? – Она с завистью посмотрела на ноги Дэв.

Дэвлин напоказ пошевелила пальцами ног.

– Попробовать стоит. Между прочим, я должна сначала умереть, чтобы они поместили меня на марку. Я не хочу доставлять им такое удовольствие.

Несколько нерешительно Лаура оттолкнула свои низкие туфли. Она вздохнула от облегчения, почувствовав прохладный мягкий ковер под ногами.

– Давай, – поощрила ее Дэвлин, вновь пошевелив пальцами ног. – Кофейный столик гораздо лучше.

– Ты уверена?

– О, пожалуйста, он не принадлежал Джорджу Вашингтону. – Она наклонилась и схватила лодыжки Лауры. Блондинка завизжала от неожиданно холодных рук.

– Прости. – Дэв помахала стаканом ледяного молока, который держала в руках. – Обычно мои пальцы не так холодны.

Лаура вспомнила их объятье на прошлой неделе.

– Я знаю.

– Теперь вернемся к твоему вопросу. – Дэв улыбнулась, глядя на две пары ног, рядком стоящих на кофейном столике. "У нее симпатичные ноги".

– Да? – Проснулась Лаура, задаваясь вопросом, почему Дэв смотрела на ее ноги.

– Точно. Почему я держу членов кабинета, которые ненавидят меня? Требовалось много, я имею в виду действительно МНОГО связей, чтобы попасть сюда. Я согласилась дать людям ключевые посты в обмен на поддержку Партии Эмансипации. За это я получили Президентское кресло и необходимость четыре года терпеть задницы, подобные Министру обороны Брендвеллу. Это – политическая игра. И это такое, как оно было сыграно. – Она утопила еще одно печенье.

– Я вижу, – глубокомысленно ответила Лаура. Хотя на самом деле, не видела. По крайней мере, сейчас. – Так ты не только борешься с Демократами и Республиканцами… Ты должна беспокоиться еще и о своих людях?

– Ну, о некоторых из них. Моя партия сейчас поддерживает меня. Было бы глупо для них поступать иначе. Много жертв было принесено на этом пути. У меня намного больше врагов здесь, чем друзей. Друзья, которые у меня есть – ключ. Дэвид, например. Он – Демократ. – Она вздохнула. – Но он – мой человек. Он может пересекаться с несколькими партиями и не выглядеть как фальшивка. И я доверяю ему свою жизнь.

Лаура согласно забормотала. Если бы публика знала, сколько влияния на самом деле было у Дэвида, или даже у Джейн, Америку бы хватил коллективный сердечный приступ. Но Вашингтон ОК был аквариумом с акулами, и Дэвлин нужно было несколько дружественных акул, плавающих в ее воде и следивших, чтобы ее не съели живьем. Лаура наклонила голову, наблюдая, как Президент запихивает в рот то, что, должно быть, было ее двадцатым печеньем. Дэв прервалась на середине жевка.

– Что?

– Ты никогда не следишь за своим весом, не так ли? – Спросила она с завистью. – Думаю, я ненавижу тебя.

Получив такую возможность, Дэв провела полный поверхностный осмотр тела Лауры.

– Не думаю, что у вас есть причина жаловаться на это, мисс Страйер. – Поддразнила она. Но глаза Дэв были серьезны. – Верь мне, с такой жизнью как у нас ты скоро научишься есть все и везде, если оно около тебя. И ты не наберешь ни грамма. Фактически, ты ведь уже сбавила в весе, не так ли?

Лаура мигнула.

– Только полкило. – Она выгнула бровь. – Ты шпионишь за моим весом?

– Нет, – Дэв рассмеялась. "Просто я замечаю все, что касается тебя". – Но это только малая часть данной проблемы. Внезапно все продовольствие станет приятным для тебя. Тебе нужна будет вся дополнительная энергия, которую ты сможешь отыскать, чтобы пройти через такой марафон. – Она засунула следующее печенье в рот, запив его молоком. – Кроме того, я не должна беспокоиться о слежении за своим весом. Вся Америка наблюдает за этим. Триста двадцать миллионов людей, и всем интересно, насколько широкой станет моя задница через четыре года.

Лаура сделала каменное лицо.

– Ну, вся Америка следит за твоей задницей, но никто не следит за моей.

Дэв усмехнулась.

– Я бы на твоем месте не была так в этом уверенна. – Через мгновение Президент поняла, что сказала, покраснела и закрыла лицо руками. – Я… ах… я… – Дэв терла лицо, пытаясь убрать румянец. – Я.. конечно, я не хотела сказать что-нибудь похожее на это. – Она потрясла головой. – Иногда я сама удивляюсь, как мне удается сказать нечто такое. Дэвид прав: открыть рот и засунуть туда ногу. – Дэвлин в волнении посмотрела сквозь пальцы, и увидела снисходительную улыбку Лауры. – Мне жаль. – Сейчас ей действительно хотелось пнуть собственную задницу. "Боже, я не припомню, чтобы когда-нибудь что-то подобное ее смутило!"

Лаура только смеялась, наслаждаясь румянцем на щеках Дэв. Она фактически флиртовала?

– Все нормально, Дэв. Просто сорвалось с языка, верно?

Глаза Дэв слегка расширились, румянец стал четче.

– Да, – просипела она, поднося стакан к губам.

"Как же я могу держаться на профессиональной дистанции от тебя, Дэвлин? Иисус, просто посмотри на нас сейчас!" Они сидели так близко друг к другу, что их бедра почти касались. И мозг Лауры был захвачен на месте, когда она наклонилась немного ближе, охотно теряясь в лазурных глазах. "У меня большие неприятности".

Дэв предложила ей последнее печенье, как знак мира, и Лаура хихикнула:

– Взятка?

– Эй, мы в Вашингтоне. Ты ожидала чего-то другого. – Дэвлин помахала печеньем, задаваясь вопросом, какой маркой духов пользовалась биограф, и действовали ли они так же опьяняюще на кого-нибудь еще. "О, Боже, я не переживу эти четыре года".

Глава III

Март 2021

3 марта

Вашингтон Округ Колумбия был ямой грязи. Снег уступил место глубокой ледяной слякоти, которая, в свою очередь, видоизменилась в жидкую грязную пакость. Но, к счастью, теплый весенний фронт остановился в столице и, наконец, победил последние признаки зверской зимы. Лаура повернула голову к окну, слушая слабое щебетание птиц. "О, да", вздохнула она. "Я так готова к весне".

Биограф улыбнулась вазе желтых роз, которые украшали ее стол. Каждый вечер, возвращаясь в свою комнату, она обнаруживала свежий букет, приветствующий ее. Сначала она подумала, что они расставлены во всех комнатах. Но потом вспомнила, что нигде больше не видела ничего подобного. Лаура спросила об этом у Дэвида МакМиллиана, но он только фыркнул, не отвечая на вопрос.

Этим солнечным утром Президент была на встрече с Советом Национальной Безопасности, и биограф решила, наконец, приняться за ту часть исследования, к которой подбиралась уже несколько недель. Она хотела бы обсудить это непосредственно с Дэвлин. В те моменты, когда в беседе появлялась возможность спросить, Марлоу выглядела напряженной и сердитой. Не будучи способной переносить тень боли в глазах Дэв, Лаура переводила беседу на другие темы, несмотря на тот факт, что у Дэвлин было желание двигаться вперед. К счастью, эта часть президентского прошлого была уже достаточно хорошо разглашена.

Лаура ввела в компьютер ряд команд.

– Доброе утро, мисс Страйер, – мягкий голос компьютера приветствовал ее.

– Доброе утро. – Рассмеялась она. Лаура всегда отвечала на приветствие, даже притом, что это была просто машина. Это, так или иначе, не было невежливым. – Поиск файлов: Марлоу, Дэвлин.

– Поиск. Файлы найдены. Директория?

Лаура откинулась на спинку стула и сняла очки, потирая нос, пока дужка очков не оказалась у нее во рту.

– Поддиректория: Марлоу, Саманта. Источники: все доступные.

– Поиск. Файлы найдены. Директория?

– Открыть все файлы. Сначала самый последний. Текущая директория.

– Имя файла: Слушание приговора Харриса, Теодора, 17 мая 2017.

Появилось видеоизображение и Лаура надела очки, отодвинув стул назад, чтобы лучше видеть. Дэв находилась в обитом деревянными панелями зале суда, от одного ее вида у Лауры перехватило дыхание. Темноволосая женщина стояла рядом с подиумом, лицо ее было осунувшимся, взгляд утомленным, темные круги окружали яркие глаза. Как будто она перешла черту и вернулась назад.

– Если суд так хочет, – она сделала паузы, чтобы выпить глоток воды, – то я сегодня буду стоять здесь не как Губернатор штата Огайо, а как жертва. Я стою перед вами в трауре по моей… моей жене…

Глаза Дэв вспыхнули, и Лаура увидела в них гнев, смешанный с глубокой печалью.

– Я провела почти пятнадцать лет с Самантой и намеревалась провести намного больше. – Ее пристальный взгляд остановился, лицо задеревенело. – Если бы не этот человек. – Дэвлин указала на бородатого человека, лет тридцати, выглядевшего измотанным. – Который решил сесть за руль после того, как пил всю ночь. Как уже было доказано, он уснул за рулем, нажав на газ, когда его автомобиль врезался в авто, на котором ехала Саманта. Знайте, что его автомобиль был оборудован автоматической системой движения. Это предотвратило бы аварию. Если бы он потрудился ее включить.

Лаура наклонилась вперед, наблюдая, как Дэв сделала паузу, чтобы взять свои чувства под контроль. Ее грудь была напряжена и она с трудом дышала.

– Ответчик отделался только царапиной. И в то время, как Саманта Марлоу лежала… ис… истека… истекая кровью… и умирала в автомобиле, он продолжил свой веселый путь в винному магазину, чтобы купить еще выпивки!

Изображение быстро переместилось к ответчику, который сидел, обхватив голову руками. Лаура узнала Джейн в галерее.

– Отделению пожарной охраны потребовался почти час, чтобы разрезать авто и достать ее. И… к тому времени она была уже… – Голос Дэв упал до шепота. – Она была мертва.

Звук плача раздался на заднем плане. Лаура задавалась вопросом, был ли это кто-то из семьи или друзей Саманты, или ответчик.

Дэв отстранилась от подиума. Ее глаза остановились на бумагах, разложенных на наклонной поверхности. Они были исчерканными и изодранными, Дэв внезапно оттолкнула их, как бы не решаясь использовать.

Лаура перевела взгляд от бумаг на Дэвлин. "Слишком личное, чтобы читать на открытом суде, не так ли?"

– У нее осталось трое красивых детей, – крошечная улыбка тронула ее губы, и Лаура печально улыбнулась в ответ. Независимо от обстоятельств Дэв всегда улыбалась, когда говорила о детях. – Наша дочь Эшли. Сын Кристофер. Он еще только делал первые шаги, когда Саманта была убита. – Сопение присоединилось к приглушенному плачу на заднем фоне. – И самый младший – Аарон, которому было четыре недели, когда ее не стало.

Самообладание начало отказывать Дэв, и горячие слезы медленно поползли по щекам, капая на бумаги. Лаура закрыла глаза, ее живот свело. Она не хотела этого больше видеть, но была должна.

– Эти трое ярких замечательных детей никогда не будут знать любви этой женщины, которая заботилась о них и дала жизнь Крису и Аарону. Из-за его небрежности… безрассудства… его безразличия и игнорирования человеческой жизни. – Дэв помолчала. – Из-за его отказа лечиться после ПРЕДЫДУЩИХ ДВУХ DWI, я потеряла моего партнера. Он разрушил мое семейство. – Дэв остановилась, неспособная продолжать.

"Она даже не произнесла его имени", подумала Лаура.

Дэв глубоко вздохнула и повернулась, посмотрев судье в глаза.

– Я прошу, чтобы суд поступил правильно и приговорил этого человека к максимально возможному сроку за совершенное им преступление. Мне никогда не вернуть Саманту. – Ее голос задрожал. – Наши дети потеряли незаменимую часть их жизни. Сообщество потеряло выдающегося члена. Он, – она дернула головой в сторону ответчика, – должен потерять столько же, сколько и мы. – Дэв подала плечами. – Но это невозможно. Так что его свобода – самое меньшее, что он может дать.

Внезапно на изображении появился Дэвид и поддержал за талию Дэв, которая, казалось, готова упасть.

– Остановить показ. – Лаура провела ладонью под стеклом очков, ловя готовую упасть слезу. Этого было достаточно. – Компьютер, вывести только приговор, – она посмотрела на тетрадь, лежащую на коленях, – Тэдди или Теодора Е. Харриса. Обвиненного в непредумышленном убийстве в штате Огайо, 14 мая 2017 года.

– Поиск. Файл найден. Не визуальный.

Лаура посмотрела на замороженное изображение, на котором все еще находилось потрясенное лицо Дэв.

– Открыть, – сказала она спокойно.

– Харрис, Теодор, также известный как Харрис, Тэдди, номер 12843CR17, приговорен 18 мая 2017 года к двум годам Ливанской государственной тюрьмы…

Челюсть Лауры отвисла.

– Два года? – Она в недоверии покачала головой. – Два паршивых года!

Компьютер продолжал, не обеспокоенный ее вспышкой.

– Досрочно освобожден 19 мая 2018 года, после двенадцати месяцев.

– Мой Бог, – прошептала Лаура. Она сняла очки и с отвращением бросила их на стол, протирая влажные глаза.

Телефонный звонок оторвал ее от мыслей.

– Выключить компьютер.

Лаура еще раз протерла глаза и выпрямилась, включая видео на телефоне. Она немедленно поприветствовала Дэв улыбкой.

– Эй, там.

Президент слегка отклонилась назад, и Лаура поняла, что она находится в Овальном кабинете.

– Как ваша встреча?

– Большой секрет. – Дэв улыбнулась, наморщив нос, и Лаура подумала, что ее невозможно не любить.

"Так приятно смотреть, как морщинки образуются возле ее глаз, когда она смеется. Держу пари, Саманте это тоже нравилось ".

– Конечно. Прости.

– Нет проблем. Слушай, так уж получилось, что я собираюсь позавтракать. И, если ты не против, присоединяйся ко мне в офисе. Я могу ставить подписи, говорить с тобой и завтракать одновременно. – Улыбка сползла с лица Дэв, когда она увидела тревожные глаза Лауры, заодно отметив и отсутствие очков. – Ты… м-м-м… ты в порядке, Лаура? Ты выглядишь немного расстроенной.

Лаура мягко улыбнулась, сделав усилие, чтобы скрасить свое мрачное настроение.

– Я в порядке. И ты сможешь делать все эти вещи одновременно? – Ее голос был игрив. – У тебя много талантов.

Дэв замолчала. Она не смогла сдержать очаровательной, слегка вредной усмешки.

– Годы опыта. Так что насчет этого?

– Дай подумать, – поддразнила блондинка. – Я должна посмотреть, нет ли в моем расписании премьер-министра Великобритании…

– Навряд ли.

Лаура хихикнула.

– Я спущусь прямой сейчас.

* * *

– Это не хорошо, черт возьми! – Дэв грохнула кулаком по столу.

Лаура услышала глухой стук и вздрогнула от его интенсивности, спокойно закрывая дверь. Весь Белый дом не должен слышать это. Когда она обернулась Дэв стояла на ногах, прижав трубку к уху.

– Вы что хотите сказать, что они изменили свое мнение? Они только и делают, что не соглашаются… хорошо… со мной! Верните их голоса. Я не потеряю это только потому, что какой-то задница Демократ не может решить, по какую сторону забора он стоит!

Биограф не смогла удержаться. Она подняла фотоаппарат и сделала пару снимков. "Проклятье, Дэв, ну и характер!" Лаура внутренне улыбнулась. "Эта пульсирующая вена у тебя на лбу сделала бы внушительной книжную обложку".

– Найдите их! И не звоните, пока не сделаете это. – Дэв с грохотом опустила трубку на место и нажала на кнопку селекторной связи. Она несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться перед разговором.

– Джейн…

– Руководитель штата уже в пути, мадам Президент. У него была встреча на Холме, но он скоро будет. Я передам, чтобы Руководитель штата позвонил вам, как только приедет.

– Да благословит тебя Бог, Джейн. – Дэв оперлась ладонями о стол. – Спасибо. – Она вздохнула. – Ты все еще хочешь стать Президентом?

Джейн рассмеялась.

– Э, хех… нет уж, спасибо.

Дэвлин выключила селекторную связь и застенчиво посмотрела на Лауру.

– Стойте так! – Скомандовала Лаура, приседая, чтобы сделать снимок под нужным углом.

Дэв покачала головой и вспыхнула смехом. Она обошла вокруг стола и присела на его край, ее длинные шелковые волосы закрыли скрещенные на груди руки.

– Внезапно я стала моделью. – Она встала в позу, заставляя Лауру хихикнуть.

– Ты знаешь, что можешь… стать моделью. Камера любит тебя. – Лаура опустила фотоаппарат. – Я хочу знать, что же тебя так разозлило?

Дэв грустно поджала губы.

– Ох, мой закон о регистрации ДНК встретил неожиданное сопротивление в последнюю минуту.

– Я знала, что это произойдет. – Рассеянно сказала Лаура, закрывая линзу камеры.

Дэв подняла брови.

Лаура пожала плечами.

– На той встрече, на прошлой неделе, ну, в общем, не было похоже, что им это интересно. Я не поверила им, когда они сказали, что поддержат тебя. Ведь это именно те янки из Нью-Джерси отвернулись от тебя, не так ли? – Она скорчила лицо. – Думаю, они приходили только чтобы бесплатно позавтракать.

– Хорошо, я следующий раз не стесняйся предупреждать меня. – Дэв хихикнула. – Разговор за завтраком, это напоминает мне то, что я пропускаю сегодня. Есть несколько двухпартийных свиней, которые нуждаются в ударе ногой. – На этот раз, Партия Эмансипации, кажется, объединилась вокруг этой проблемы. "Это действительно плохая идея для вас, мальчики, чтобы нанести мне удар в спину, подобный этому. Время одиночек прошло".

– Нет проблем, – Лаура помахала свободной рукой, другой поднося фотоаппарат к уху, чтобы убедиться в перемотке. Были и более легкие способы делать снимки. Но она любила эту старую камеру, наслаждаясь тем, что она должна была думать, чтобы работать с ней.

– Хотите знать мнение очевидца? Это было о-о-о… – Она уткнула кончик пальца в подбородок, делая вид, что думает. – По крайней мере, две недели я не видела удара ногой по двухпартийным свиньям. Да, примерно так, как я помню.

– Это большая честь для меня, мадам. – Дэв спрыгнула со стола и слегка поклонилась перед тем, как сесть обратно. – Я могу даже сопровождать вас. – Дэв на мгновение замолчала и пристально посмотрела на Лауру. – Ты голосовала бы за мой законопроект. Ты слышала вполне достаточно, чтобы принять решение.

Лаура покорно вздохнула. "Дэв, почему ты всегда делаешь это?". Она глубоко дышала.

– Ну… м-м-м…

– Лаура. – Нетерпеливый голос Дэв понизился на октаву.

– Нет.

– Нет?! – Дэв оторвалась от стола и подошла к блондинке.

Лаура твердо покачала головой, принимая еще более упрямый вид, когда Дэвлин приблизилась.

– Нет.

– Нет?

– Не-а.

– Это шутка.

Блондинка только ждала.

Дэвлин взмахнула руками в воздухе.

– Но почему? Я отклонила предложение Республиканцев, брать образец ДНК каждого человека при рождении.

Лаура слегка приподняла бровь, давая Дэв знать, что она чувствует по поводу небольшого совета, данного Спикером дома.

– Я предлагаю регистрировать только арестованных. Есть ли ХОТЬ ОДИН Демократ, который будет против?

– Очевидно, нет. И невинные люди арестовываются каждый день. – Разумно сказала Лаура, открывая дверь офиса Дэв. – Это агрессивно и жутко. Похоже на 'Большого брата' или еще что-то подобное.

прим. переводчика. Большой брат – что-то вроде всевидящего ока государства, которое круглосуточно и непрерывно наблюдает за всеми его членами. См. книгу Джорджа Оруэлла "1984"

Дэв активно жестикулировала, пока они шли. Она была явно в режиме 'убеждение'.

– Мы же снимаем отпечатки пальцев людей, когда они арестованы. И в конечном итоге это будет спасать жизнь и поможет предотвратить преступления.

Лаура остановилась.

– Отпечатки пальцев – не… – Голос блондинки дрожал, и она произнесла следующее слово с таким отвращением, что Дэв чуть не рассмеялась. – КРОВЬ. Вы не можете клонировать людей из их отпечатков пальцев. И если кто-то захочет что-то сделать со всеми этими образцами, а? – Она практически передразнивала прошлую фразу. И она знала, что Дэв будет рычать.

– Арррргххх! Я не хочу никого размножать! Боже. – Дэв закатила глаза, когда они повернули за угол, направляясь к коридору, ведущему в Зеленую комнату. – Они ВСЕ ЕЩЕ крутят эти дурацкие "Секретные материалы" по телевизору, не так ли?

Серые глаза смотрели вперед с выражением невинности.

4 марта

– Ну, – спросил от дверей комнаты Лауры Дэв, держащая в руках кружку с кофе. – Так ты поедешь со мной? – Работа или личное? – Блондинка улыбнулась, оторвав взгляд от дневника и посмотрев на Президента.

– Это действительно имеет значение?

– Я буду знать, что брать с собой.

Дэв пожала плечами, свободной рукой расстегивая куртку.

– Работа. Наш специалист по протоколу, мистер Балдридж, поможет тебе собраться. – Она глотнула кофе и поставила рубиново-красную чашку на край второго кофейного столика Лауры. Молча, Дэвлин приземлилась на кушетку.

Лаура одобрительно кивнула, положила стопку почты на стол и последовала примеру Президента.

Дэв расположилась наискосок от Лауры и немного поерзала на эластичной подушке. Она тайно осмотрелась вокруг, выискивая Гремлина, этого Пса из Ада.

– Здесь хорошо пахнет, – прокомментировала она праздно.

– Это – цветы.

– М-м-м, прекрасно… – Дэв полагала, что Гремлин скрывается где-нибудь, чтобы выскочить и зарычать на нее позже. Но пока она сосредоточилась на его хозяйке. – Лаура, я бы хотела, чтобы ты поехала со мной. Но я пойму, если тебе нужен перерыв. – Хотя ей и не нравилась идея о том, чтобы не видеть биографа несколько дней, но Дэв считала, что от скучной ежедневной работы надо отдыхать время от времени. – Мы тут уже почти два месяца. И ты, конечно, уже устала от меня.

– Хех. По сравнению с Супервыродком, который говорил на какой-то компьютерной тарабарщине практически все время, и кардиналом О'Роаком, который спал с 12 дня до 4 вечера каждый день, вы – просто мечта, – поддразнила она.

Дэв почесала щеку.

– Ну и дела, спасибо.

Лаура мягко засмеялась, продолжая сортировать почту. Большая часть была просто барахлом, которое она не распечатывая отправляла в корзину. Но был и толстый конверт от издательства Starlight. Она полагала, что там была копия ее самой последней книги, и ее слегка беспокоило то, что Дэв наблюдала за этой специфической частью ее работы. Лаура подняла глаза от конверта.

– Ты очень особенная. Я ценю это, – искренне прокомментировала Дэв.

Лаура вспыхнула от удовольствия. Искренняя оценка от 'предмета' работы была большим комплементом.

– Так и куда мы едем, мадам Президент?

– Мы едем в американское посольство в ОАЭ. Я должна проследить за торговыми переговорами. Имеются некоторое – будем называть их 'дипломатическими' – проблемы, которые быстро будут решены, если я лично прибуду туда.

Лаура послала Дэв смущенный взгляд, все еще держа конверт в руке.

– Дипломатические проблемы?

Дэв согласно хихикнула.

– В целом 'она – женщина и демон лесбиянка' – вот дипломатическая проблема, – она криво улыбнулась. – В посольстве, технически, мы на территории США. Было бы большим оскорблением отвергнуть мое предложение. Эти люди чтут традиции и не станут оскорблять меня.

– Трусы. – Лаура была впечатлена тем, как Дэв справлялась с ограничениями, связанными с ее родом и сексуальной ориентацией.

Дэв хихикнула.

– Спасибо Дэвиду. Именно за это он получает большие баксы и большую головную боль. – Она указала на конверт в руке Лауры. – Ты собираешься открывать его или хочешь, чтобы я сначала вышла? – Дэв вообще не хотела уходить. Но она не могла дождаться, когда Лаура вскроет пакет. Она уже готова была выхватить его и разорвать самостоятельно. "Но", сдерживала себя Дэв, "это трудно было бы объяснить".

– Нет. – "Хорошо, а теперь не так резко". Лаура неловко кашлянула. – Я хм-м-м… Ты не должна уходить. Я имею в виду, у тебя же нет никакой встречи или еще чего-нибудь, так ведь? – Спросила она обнадеживающе.

– Ни одной до 5:30. Это – чудо.

Лаура встала, сжимая конверт.

– Позвольте мне только убрать это. Я уверена, что ничего…

– Ох, давай, Лаура. – Дэв очаровательно улыбнулась, тыкая пальцем в сторону темно-золотистой обертки. – Я умираю, как хочу увидеть, что же случится с бесстрашным исследователем Адрианной Нэш. Или я должна назвать тебя мисс Галлагер, когда говорю об этом?

Лаура безучастно смотрела на Дэв, думая, что ослышалась. Не могла же она действительно…

– Ты… ты читаешь это? – Блондинка помахала конвертом.

– О, да! Пожираю – это более точное слово. Я читала их все. И ожидание просто сводит меня с ума.

Лаура мягко упала обратно на диван.

– Ты знала, и ВСЕ РАВНО наняла меня? – "Ух, конечно она знала, она ведь Президент Соединенных Долбаных Штатов Америки. Она, вероятно, знает обо мне больше, чем я сама".

Дэв усмехнулась вопросу.

– Твои биографии – лучшее, что я читала. И твои верительные грамоты как биографа и историка безупречны. – Дэвлин снова подняла свою чашку и сделала глоток. – Я никогда и не думала, что можно писать беллетристику и научную литературу, и при этом быть уважаемой в каждой области. К тому же… ну… м-м-м…

– К тому же, я пользуюсь псевдонимом для беллетристики, так что я все еще могу считаться 'представительной', так как об этом никто не знает? – Голос Лауры был отстраненным, с оттенком сарказма.

Дэв напряглась.

– Я управляю многими вещами. Но не я устанавливаю стандарты приемлемости серьезных публикаций.

Лаура опустила взгляд на свои ботинки. "Ведешь себя как сука из-за этого. Не ее вина, что ты не можешь признать, что пишешь это".

– Конечно не ты. Прости. – У писательницы оявилась идея, и она улыбнулась, надеясь загладить эту вспышку гнева. Она протянула конверт Дэв. – Вот, наслаждайся. Подарок от меня тебе; первая копия нового рассказа Лауры Галлаген.

Дэвлин схватила книгу, как ребенок, получающий первый подарок в рождественское утро. Она просто завизжала от восторга.

– О-о-о, какая прелесть!

Лаура рассмеялась, поскольку Дэв тут же разорвала конверт. Высокая женщина посмотрела на выскользнувшую книгу.

– Что? – Робко пожаловалась она. – Ты дала мне это. Не смейся надо мной теперь.

Лаура мигнула, когда Дэв завертела книгу в руках, изучая пальцами солнечное покрытие. После этого Марлоу подняла на нее глаза, заполненные таким незамутненным удовольствием, что они могли бы принадлежать Эшли, если бы не цвет.

Щеки Дэв покраснели.

– Ты не могла бы оставить автограф для меня.

Лаура молча кивнула. "Ничего себе. Не могу поверить".

– С удовольствием. Дай мне ручку. – И прежде, чем она успела пошевелиться, Дэв оказалась рядом, протягивая ей книгу и ручку. – Ого… ничего себе, как быстро. Хорошо, есть какие-нибудь пожелания насчет того, что я должна написать?

– Нет. – Дэв замотала головой. – Престо думай обо мне, как о твоем самом большом поклоннике.

Лаура хихикнула, взяв книгу в руки и аккуратно открывая ее. Она готова была поставить деньги на то, что Дэв никогда не ломала закрепления на книгах. Лаура прикусила кончик языка, раздумывая, а затем быстро сделала надпись и отдала книгу обратно.

– Готово.

Дэв осторожно открыла роман и посмотрела на посвящение.

– Для Wonder Woman: Пожалуйста, наслаждайтесь этим, мой самый большой друг. Лаура Галлагер. – Дэв покачала головой. – Мило. – Она фыркнула. – Ооочень мило. – Но ее светящиеся глаза и порозовевшие щеки показывали, что ей понравилось. – Хорошо, теперь мне будет что почитать в самолете.

– Адская дыра!

Дэв дернулась от неожиданости, вцепившись в книгу, которая пыталась выскочить у нее из рук.

– Что? Что такое? – Она посмотрела в лицо Лауры.

– Мы полетим на Bat-самолете, не так ли?

прим. переводчика. Batman – человек – летучая мышь – герой комиксов. Подразумевается, что такой самолет очень крутая вещь с кучей наворотов

Дэв пыталась успокоить дыхание и удивленно подняла бровь.

– Мне тридцать восемь лет. Еще один такой вопль, и мне никогда не будет тридцать девять. – Для большего эффекта она схватилась за сердце, и Лаура закатила глаза. – И да, мы будем на борту Air Force One, если ты это имела в виду. И, Лаура?

прим. переводчика. Air Force One. Самолет Президента США. Букв. Борт №1

Лаура наклонилась ближе к Президенту.

Опрометчивая усмешка Дэв снова сделала ее похожей на ребенка.

– Это намного лучше, чем Bat-самолет.

5 марта

– Идите сюда, давайте я вас обниму. – Дэв стояла на коленях рядом с детьми.

Разочарование, написанное на их лицах, заставляло Лауру буквально разрываться на части, что она никогда раньше не считала возможным. "О, Иисус, неужели это всегда так? Я никогда не была способна на что-либо подобное!"

– Ты надолго? – Спросил Крис, спрятав лицо в длинных глянцевых волосах Дэв.

– На столько, на сколько понадобится, приятель. И знаешь это. Я вернусь, как только смогу.

– Я буду скучать по тебе, – Аарон поцеловал щеку Дэв, когда она обняла его.

– Я тоже буду скучать по вас, ребята. И, обещаю, когда я вернусь, мы будем есть пиццу и смотреть Диснея все следующее воскресенье, ладно?

– Лаура и Грем тоже будут смотреть кино и есть пиццу? – Спросил Крис, сдвигая очки на нос и робко глядя на Лауру.

Дэв поглядела на биографа и слегка улыбнулась. "Так ты околдовала и моих детей тоже, хех?"

– Если она захочет. – Она остановила взгляд на Лауре и изобразила то же немое обожание, которое было написано на лице Кристофера. – Но вы должны сами ее спросить.

Прежде, чем Крис успел открыть рот, Лаура ответила. Она пристально смотрела в глаза Дэв, когда говорила.

– Я не пропустила бы этого ни за что на свете. Мне нравится проводить время с вами, ребята, – сказала она от всего сердца. "Хех. И это действительно так. Джудд просто упал бы с сердечным приступом, если бы услышал, что я сказала". Лаура посмотрела на Криса и предупреждающе покачала пальцем. – Но никакой пиццы для Грема. У него от этого отрыжка.

Дэв вздрогнула при упоминании о собаке.

– Кстати о Греме, – "мерзкий мешок блох", – Лаура собирается просить кого-нибудь заботиться о нем, пока нас не будет, и мы решили, что вы, парни, можете делать это, если хотите. Что скажете?

Мальчики радостно закричали, но Эшли, стоящая рядом с Эммой, только уклончиво пожала плечами. Дэв поднялась и прошла мимо мальчиков к дочери.

– Теперь ты. – Ее темная голова просительно наклонилась. – Ты самая старшая и тоже должна согласиться.

– Хорошо, – попробовала улыбнуться Эшли, но получилось плохо.

Дэв наклонилась и коснулась носом носа дочери.

– У меня сюрприз для тебя.

Глаза Эшли внезапно с волнением заблестели.

– Да?

– Да. – Дэв свистнула и дверь открылась. В комнату прибыл Гремлин в сопровождении некого БЫВШЕГО государственного полицейского штата Огайо, которого, наконец, уговорили стать агентом Секретной службы.

Глаза Эшли стали огромными, когда она увидела друга.

– Эми! – Она пробежала мимо Дэв, своих братьев и Лауры, чтобы обнять женщину за талию, сжимая так сильно, как только могла.

Дэв была рада, что сумела, наконец, сделать что-то вызвавшее улыбку Эшли. Она знала, что это была трудная зима для девочки.

– Вы уверенны, что сможете заботиться о собаке? – Спросила Дэвлин Эмму.

– Пф-ф-ф. Почему нет? Я же заботилась о вас несколько лет. Собака, по крайней мере, будет слушаться меня. – Она дружески ткнула Президента в ребра.

– Я тоже так думаю, Эмма, – сказала Лаура, восхищенная материнским взаимодействием между Эммой и Дэвлин. – Думаю, он был бы несчастен в конуре после всего того внимания, которое уделяли ему дети. Они любят его.

Эмма улыбнулась.

– Это все весна. – Она махнула рукой в воздухе. – Это витает в воздухе.

Дэв посмотрела на уродливую черно-белую собаку, морда которой выглядела так, будто была расплющена сковородкой. Она знала только, что он Республиканец.

– Эй ты, бестия.

Уши Грема поднялись, он завилял хвостом. Но, увидев, кто его позвал, пес заворчал, обнажая зубы.

Дэв достала из кармана маленькую косточку.

– У меня есть кое-что для тебя, – насмешливо сказала она. Дэв присела и протянула косточку, делая вид, что ест. Она чавкала и рычала с таким удовольствием, что Лаура бессознательно облизнула губы.

Гремлин сделал возбужденный шаг вперед, его глаза остановились на руке Дэв. Та помахала закуской перед мордой собаки, наблюдая, как с интересом дернулись его ноздри.

– Теперь ты подкупаешь мою собаку? – Лаура уперла руки в бедра. – Какой позор, тебе не стыдно?

– Нет. Ничуть. – Дэв слегка пожала плечами. – Я высчитала, что если тебя удалось подкупить печеньем, то для взятия Гремлина потребуется несколько косточек. – "Лучше бы ты не заставил меня выглядеть глупо перед твоей мамочкой, кусая меня, Гремлин! Я слышала, что NASA нужно несколько животных-испытателей для полета на Марс". Дэв осторожно держала косточку кончиками пальцев, пока мопс ее обнюхивал. – О, да, ты хочешь это. – Прищуренные глаза Дэв хищно вспыхнули. – Давай… Бери это.

Лаура как очарованная смотрела как Президент Соединенных Штатов, и ее мопс испытывали силу воли друг друга. Она даже видела разницу. "Не могу поверить, что я вижу это".

Но Грем сломался первым, выхватив косточку из пальцев, и отступая к ногам Эммы. Широкая удовлетворенная улыбка появилась на лице Дэв.

– Ах, прогресс. Жаль, что с Конгрессом не так легко. – Высокая женщина оперлась руками на колени и встала, чтобы вручить Эмме пакетик. – Держи это на случай, если он повернется против тебя.

Эмма кивнула.

– Будь осторожна, Дэвлин Марлоу. Эти дети нуждаются в тебе. – Она крепко обняла Президента.

– Я буду, Эмма. Мы скоро будем дома. – Дэв отодвинулась и снова раскрыла объятья для детей. – Последний шанс. Вы знаете, этого каждый раз недостаточно для меня. – Она вздохнула. – Я должна идти, прежде чем Лизе придется понукать меня, как скотину на ферме.

Все дети обняли мать. Дэв присела, когда Эшли потянула ее за рукав.

– Спасибо, мама. Эми – лучший подарок из всех.

– Я рада, милая. Заботься о ней. Она только что закончила свое обучение в Секретной службе, и я думаю, что она может немного нервничать.

Девочка хихикнула.

– Обещаю.

После этого она бросилась к Лауре и обняла ее. Биограф замерла от неожиданности, но потом мягко, хотя и слегка неловко, погладила Эшли по спине. Она не была уверенна, что нужно говорить и испытала облегчение, когда девочка заговорила первой.

– Я обещаю позаботиться и о Греме тоже.

Лаура расслабилась и энергично обняла Эшли.

– Я знаю, Эш. Развлекайтесь, пока нас не будет.

* * *

Лаура пыталась не позволить волнению отразиться у нее на лице, когда лимузин подъехал к трапу. "Это просто самолет. Ты летала на самолетах и раньше". Ее глаза прикипели к огромному стальному монстру. "О, Боже, за две Hershey-шоколадки и сиденье у окна в этом плохом мальчике, я готова на ребенка Дэв". Ее лицо стало ярко-красным из-за этих мыслей.

– Я приняла меры, чтобы у тебя был свой офис на борту. – Прокомментировала Дэв небрежно, не замечая иногда глубоких, но всегда уникальных умственных махинаций биографа. Она наклонилась к Лауре, задаваясь вопросом, когда они перешли от сидения на противоположных местах к сидению рядом. Не то, чтобы она жаловалась. – Этот офис обычно принадлежит Первой Леди. Я хм-м-м… я надеюсь, тебе он понравится… И самолет тоже. Это действительно хорошо и хм-м-м… быстро. – "Отлично, я говорю, как шестнадцатилетняя пытающаяся впечатлить симпатичную девчонку поездкой на папином корвете".

– О, ну, в общем, я думаю, что обойдусь. Хотя и не уверена, – Лаура растягивала слова, раздуваясь от своей значимости, имитируя горячую южную красотку.

Дэв рассмеялась.

– Хорошо, что тебя устраивает офис Первой Леди на Air Force One, так как ты уже занимаешь ее комнату в Белом доме. – Она достала новый роман Лауры из пакета, стоящего в ногах, и нетерпеливо устроила его на коленях. – Я не намеренна работать больше чем должна в этом полете. Я собираюсь читать.

Лаура просто замурлыкала. Раньше ей не приходилось наслаждаться реакцией реального живого фаната на ее романы.

– Есть какие-нибудь предложения для следующей книги об Адрианне Нэш? Ты же прочитала все книги?

Дэв решительно кивнула.

– О, абсолютно. Ей нужна девушка.

Лаура скрестила руки на груди и отодвинулась от Дэв.

– Да что ты говоришь? – "Это может оказать интересным. Наверное, высокая, красивая с проникновенными синими глазами? Уверенна, некоторые читатели из-за этого просто в петлю полезут".

– О, да! – Усмехнулась Дэв. – Она тогда будет гораздо больше в мире с собой. Более сдержанной. И полностью удовлетворенной.

Светлые брови поднялись.

– И это все – одна адская подруга.

– Угу.

Лаура покосилась на Президента.

– И что заставляет тебя думать, что Адрианна Нэш интересуется женщинами?

Прежде, чем Дэв смогла ответить, автомобиль остановился, и дверь открыли снаружи. Она улыбнулась и вышла из автомобиля, заставив ожидающую прессу оживиться из-за того, что она подала руку Лауре. Небольшим рывком Дэв помогла биографу выбраться из лимузина.

– А что заставляет тебя думать, что нет? – Спросила Дэв, положив руку на спину Лауре и слегка подталкивая в нужном направлении.

– Хороший ответ.

Пресса забросала женщин потоком вопросов, их голоса перекрывали даже гул автомобилей, самолетов и прочие шумы аэропорта. Дэв полностью игнорировала репортеров, но заметила, что спина Лауры стала неестественно прямой, а шаги замедлились, когда в спину ей полетел особенно личный и нескромный вопрос. Президент немного наклонилась и сказала:

– Просто продолжай идти. Игнорируй это.

Блондинка сжала зубы и Дэв почувствовала проблеск волнения. Она бы сказала, что Лаура рассматривала чье-либо действие или высказывание, и Марлоу задрожала, когда представила, что бы это могло быть.

– Ах… Лаура, я уверена, ты не думаешь о том, чтобы сделать что-нибудь чрезвычайное для своего удовлетворения.

Лаура коротко кивнула, пнув камешек, лежащий на бетоне, и ускорила шаг.

– Да, крайне чрезвычайное.

– Ну, пожалуйста, не делай этого. Это только добавит дров в огонь.

Дэв остановилась перед трапом, пропуская Лауру вперед. Она очень хорошо знала, что камеры окружали их, пока они поднимались. На верхней ступени Лаура ненадолго остановилась, чтобы подождать Дэв, но быстро вошла внутрь, как только та подошла достаточно близко.

– Заходи, там они тебя не достанут. – Президент моргнула, затем поднялась на самый верх лестницы и ненадолго развернулась к прессе, после чего вошла внутрь.

Дэвид встретил их в дверях, так же как и Лиза, которая тут же вложила файл в руку Дэв.

– У нас тут для вас запрос, мадам Президент.

Дэв наклонила голову и застонала.

– Конечно, снова. Я буду ждать вас в своем офисе. Дэвид, покажи Лауре ее офис и удостоверься, что ее компьютер и все необходимое доставлено.

Дэвид кивнул и подтолкнул Дэв дальше по коридору.

– Все готово и я с радостью покажу, где ей обосноваться.

Дэвлин послала Лауре огорченный взгляд и последовала за Лизой. Прежде, чем исчезнуть в своем офисе она посмотрела вокруг и, достав роман Лауры, прокричала:

– Я сказала тебе.

– Я подумаю об этом, – усмехнулась биограф.

– Подумаешь о чем? – Дэвид осторожно взял ее под локоть и повел в противоположную сторону прохода.

– О большом количестве вещей, – спокойно ответила блондинка.

Дэвид открыл дверь офиса, жестом пригласив Лауру войти.

– Ничего себе. – Она ненадолго остановилась, чтобы прийти в себя. – Невероятно. Не могу поверить, что я в самолете.

– Хорошо, ведь это называют 'Овальным кабинетом на вылете' не просто так. Это действительно удивительно. Вы знаете, что через этот самолет проходят около 360 километров провода? Это – более чем вдвое больше, нежели в стандартном Боинге 747. Провод защитит самолет от электромагнитного импульса, порожденного термоядерным взрывом. Даже в случае ядерной войны мы сможем получать электронные сигналы, – похвастал он.

Кровь отлила от лица Лауры.

– О. Извини. Но я не ожидаю термоядерную войну, – быстро поправился Дэвид.

– Спасибо, что просветил.

Дэвид расстегнул свой пиджак и взъерошил коротко подстриженные рыжие волосы. Глубоко вдохнув, он сказал:

– Могу я войти ненадолго? Я хотел бы поговорить с вами.

Лаура серьезно посмотрела на него, пожевала губу и задалась вопросом, что она сделала не так. Они с Дэвидом неплохо ладили предыдущие пару месяцев. Лаура подошла к столу и села на мягкий крутящийся стул. Это вынуждало Дэвида говорить через стол и придавало ее положению силу. Это была просто уловка, которую она применила подсознательно, отгораживаясь от возможных неприятных слов.

– Хорошо. Что-то не так?

– На самом деле, – Дэвид закрыл дверь и опустился на кушетку перед столом, – я не уверен.

– Что вы имеете в виду? Проблема с книгой? – Лаура согласилась предоставлять Дэвиду нечеткие заметки, которые впоследствии сформируют вводную часть к биографии Дэв. Это был главным образом фон и информация об ее семействе, независимая оттого, что случится за эти четыре года. Раньше она никогда не показывала незаконченную работу, но она ценила понимание Дэвида, как лучшего друга Президента и Руководителя штата.

– Нет! Все выглядит отлично пока. Дэв это понравится. Ее очень развеселит тот факт, что один из ее предков был осужден за конокрадство. Должно быть, ее талант к политике исходит именно оттуда.

– Тогда что?

– Это – Дэв. – Он посмотрел ей прямо в глаза. – Она, м-м-м, действительно открыта с вами, вы знаете?

Лаура неохотно кивнула, внезапно почувствовав себя неуютно из-за того, к чему все шло. – Точно. Это очень хоршо для биографии, если 'предмет' открыт для автора.

– Я не говорю о книге, Лаура. Я говорю о личном уровне. Это действительно шанс для нее. Я не видел, чтобы она сходилась с кем-нибудь так быстро с того момента, как… – его голос затих, но Лаура поняла.

– Саманта? – В ее голосе сквозило удивление.

Дэвид кивнул.

– Я вижу, вы понимаете. – Он встал и поправил пиджак. – Я доверяю вам и надеюсь, вы не причините ей боль. Вы первый человек за долгое время, который, кажется, делает ее счастливой. – Он сделал паузу. – Только не навредите ей. Пожалуйста. – Мужчина развернулся и спокойно оставил офис.

Ошеломленная Лаура несколько раз быстро моргнула. "Причинить ей вред?" Придя в себя, она вскочила со стула.

– Дэвид, стойте!

Руководитель штата остановился и посмотрел на нее .

– Да?

– Вы верите слухам, не так ли? – Лаура понизила голос, в ее взгляде было волнение. – Относительно Дэвлин и меня.

– Я не уверен в том, что верю им в этом аспекте. – Он оперся рукой о стену самолета, чувствуя, что большая машина начала двигаться к взлетно-посадочной полосе. – Я просто прошу, чтобы вы были осторожны.

– Тогда, так же как и Дэвлин, вы окажетесь перед необходимостью доверять мне. – Она видела колебание в его глазах. – Я признаю, что это был не самый шикарный профессиональных ход, который я сделала. Но за последние два месяца мы стали настоящими друзьями, Дэвид. Пожалуйста, знайте, что я не сделаю ничего, что, как я думаю, может причинить ей боль. И я не причиню ей вреда.

Голос Лауры был просительным, и у Дэвида не было другого выбора, кроме как верить ей. Он ненавидел находиться в окружении честных людей. Это же вашингтонская политика, ради Бога.

– Я доверяю вам, – мягко улыбнулся он. – И я рад, что она нашла в вас друга. Теперь, если вы извините, мне пора идти.

* * *

Записная книжка Лауры лежала у нее на коленях, писательница сидела, ссутулившись на длинном диване в ее офисе на борту 'Овального кабинета на вылете', и писала. Она взглянула на стюарда, который поставил молоко на стол пред нею. После стольких недель с Дэв, биограф тоже полюбила этот напиток. Но она обнаружила, что он должен быть просто ледяным, чтобы он могла наслаждаться. "Стоит ли спрашивать, от кого это?"

– Спасибо.

– Рад служить, мисс Страйер. Могу ли я еще что-нибудь для вас сделать?

– Нет, у меня все есть, спасибо. – Она сняла очки и размяла шею, прежде чем снова одеть их. Лаура была поражена действительно ледяным напитком. "Интересно, они все мои читатели?"

Лаура посмотрела на часы. Они были в воздухе уже два часа, и она не видела Дэвлин с тех пор, как они расстались в коридоре. "Перестань скулить. Ты уже большая девочка, и ты знаешь, что она занята". С беззвучным вздохом она вернулась к своей записной книжке и молоку.

Дэв, наконец, появилась у нее в дверях еще почти через час. Президент легко постучала и услышала в ответ 'войдите'. Ее синие глаза закатились, и она прошла в комнату, вытянув руки перед собой, изображая Франкенштейна. Жесткой походкой она подошла к кушетке и обрушилась на нее.

– Я – ужасная мать, – пробормотала она в подушку.

– Что?! – Лаура фыркнула. – Не глупи.

Дэв перевернулась, прижимая маленькую подушку к груди.

– Я только что поняла, что не успеваю вернуться домой ко дню рождения Кристофера на будущей неделе. – Она обняла подушку и положила на нее подбородок, глядя вниз, на сидящую на кушетке Лауру. – Может быть, я пошлю ему авиапочтой верблюда.

Биограф развернулась и оперлась рукой о край кушетки.

– Хех. Это – массовое убийств. Сначала он получит верблюда, потом захочет слона, и дальше ты знаешь: пуф! И они уже жуют кусты на Розовой лужайке, а на Южной лужайке целый зверинец. – "Давай, Дэв, улыбнись".

Дэв рассмеялась на весь самолет настолько громко, что Лаура задалась вопросом, слышали ли ее эти крысы из прессы, сидящие в хвосте самолета и все остальные, находящиеся на борту №1. Подушка прилетела ей в голову.

– Эй, веди себя хорошо! – Ругнулась Лаура, конфисковав подушку Дэв, и прижавшись лицом к мягкой ткани

– Я всегда веду себя хорошо. – Усмехнулась Дэв, но счастливое выражение ее лица быстро исчезло. – Я найду какой-нибудь способ сделать это для Кристофера. – Она на мгновенье замолчала, задумавшись. Глаза Дэв стали серьезными. – Это будет вещь, которую он никогда не забудет, не так ли?

Лаура почувствовала острую боль в груди. Это же просто день рождения, верно? Он, в конечном итоге понял бы, что у Дэвлин есть неотложные обязательства, которые имеют глобальную важность… и которые не могли волновать маленького мальчика. Лаура печально улыбнулась Президенту.

– Нет, это – не то, что он когда-нибудь сможет забыть

Дэв медленно кивнула и, встав с кушетки, подошла к двери. Она устало вздохнула.

– Это действительно то, что я себе представляла.

9 марта

Они были в Посольстве уже три дня, но у Лауру впервые появилось достаточно времени, чтобы просто насладиться видом с балкона своей комнаты. Она наблюдала за городом, который, казалось, жил своей жизнью, многообразной и красочной. Иностранцы резко выделялись на фоне местных жителей в национальных белых одеждах своими джинсами или пляжными футболками и шортами. Автомобильные гудки смешивались с выкриками недовольных пешеходов и случайно вклинивающимися в эту картину криками осла или лошади. Это любопытное соединение старого и нового мира, разных культур и отношений между людьми, показалось Лаура больше любопытным, чем привлекательным.

Писательница сделала несколько фотографий, а затем вернулась в комнату, прячась от невообразимого смешения запахов жареного мяса, местных сладостей и автомобильных выхлопов, которыми улица, казалось, была пропитана насквозь.

Она была поражена, когда Дэв приказала всем третий день пребывания 'в стране' отдыхать. Как позже обнаружила Лаура, 'всем' было относительным термином. Дэвид продолжал работать как сумасшедший, также как и несколько его помощников и советников по внешней политике. Но большинство сотрудников, включая саму Дэв, предпочитали следовать ее приказу.

Президент проспала весь день, и Лаура подозревала, что темноволосая женщина все еще сражалась с отвратительными последствиями смены часового пояса. Пока она дремала, Дэвид легко взял все заботы на себя, приказав не беспокоить Дэв ни по какому поводу. Он ясно дал понять всем сотрудникам, что ей просто необходимо хорошо отдохнуть перед надвигающимися переговорами.

Лаура также сумела вздремнуть, но проснулась с чувством беспокойства и намного раньше Дэв. Она немного поработала над биографией Дэвлин и посмотрела два фильма, но так и не решилась выйти из президентских помещений. Слишком много странных лиц перемалывали подробности ее жизни и шептались, когда она, или любой другой человек, связанный с Дэвлин, выходили. Ну, уж нет. Лаура предпочитала быть рядом со своими друзьями, особенно с этой красивой женщиной.

Первая встреча была назначена на девять часов завтрашнего утра. Однако Дэв уже сегодня вечером устраивала прием для сановников, приглашенных на завтрашние переговоры. Поэтому посольство буквально кишело огромным количеством людей – от персонала кухни, до агентов безопасности и военных. Лаура стояла на балконе, наслаждаясь сухим жаром и наблюдая за творящимся на улице хаосом, когда стук в дверь отвлек ее.

Оставив фотоаппарат на столе, она открыла дверь, чтобы поприветствовать Дэв, сверкающую тысячеваттной улыбкой. Дэв держала в руках небольшой пакет и выглядела невероятно довольной собой.

– Хм-м-м, – начала Лаура, упирая руки в бока, – я узнала тебя достаточно хорошо, чтобы понимать, что эта улыбка означает неприятности.

Но, несмотря на этот шутливый тон, Лаура обеспокоено оглядела Дэв, удовлетворенно отметив, что вчерашняя усталость и напряженность сошли с ее лица.

– Ах, вот ты как, значит, да? Я приношу тебе подарок, а ты обвиняешь меня в порождении неприятностей? – Дэв невинно пожала плечами и обиженно задрала нос. – Прекрасно. Я забираю это невероятно красивое и безумно дорогое вечернее платье и отдам его другой невысокой симпатичной блондинке. – Она фыркнула с ложным негодованием и развернулась, чтобы Лаура не успела разглядеть довольную усмешку, появившуюся на ее губах.

Лаура схватила Дэв за рубашку.

– Постооооой-ка, Мадам Начальник и Руководитель! – Она затащила женщину в свою комнату и быстро захлопнула за ними дверь. – Во-первых, я не невысокая…

– Но ты меньше ростом, чем я.

– Любой, кто не является слесарем, ниже тебя, мисс Длина, – парировала Лаура.

– Верно, – засмеялась Дэв.

– И, во-вторых… – Лаура подняла вверх два пальца.

Дэв перекинула пакет через согнутую в локте руку. Ее глаза мерцали.

– Ты не собираешься отрицать то, что ты симпатичная, не так ли?

– Я похожа на дуру?

Дэв открыла было рот, собираясь ответить, но Лаура вскинула руку в протесте.

– Нет никакой необходимости отвечать на это, Дэвлин!

Президент вскинула на биографа невинный взгляд, выражающий мысль 'Кто, я?'. Но она разумно решила промолчать.

Лаура довольно ухмыльнулась и опустила руку, переключив свое внимание на пакет в руках Дэв.

– Так ты покажешь, что в нем? Или я должна упрашивать?

Дэв хранила гробовое молчание. Ее злой смешок заставила Лаура покраснеть до корней волос. "Я очень люблю, когда ты так реагируешь", нежно подумала Дэв.

– Ну ладно, Могучая Мышь… ай!

Дэв схватилась за свою руку и нахмурилась.

– У меня легко появляются синяки, знаешь ли!

– Тогда ты не должна называть людей прозвищами, – последовал разумный ответ.

– Знаешь, я уверена, что ударить меня – это федеральное преступление.

Лаура удивленно приподняла бровь, выхватив пакет из рук Дэв, и обнаружив, что он довольно тяжелый для пакета.

– Тогда тебе стоит вызвать полицейского.

Ее взгляд заметался по комнате в поисках места, куда можно было бы повесить пакет, но не успела сделать и шагу, как Дэв забрала его обратно и приподняла, чтобы Лаура спокойно могла его открыть.

Блондинка осторожно расстегнула молнию и задохнулась, когда увидела платье. Дэв не обманула. "Ничего себе!".

– Боже мой… – Она с благоговением указала на черный блестящий материал. – Это… – Она нервно сглотнула. Никогда еще Лаура не получала столь прекрасных подарков. – Это великолепно. Я не могу… Я не могу поверить, что это – для меня, – она резко подняла смущенные глаза и пристально посмотрела на Дэв, из-под светлых бровей. – Спасибо, – сказала она мягко.

Дэв счастливо вздохнула. "Боже, Марлоу, она заглотила крючок, леску и грузило. Я абсолютно и необратимо счастлива".

– Это… Я хочу сказать, это для вечернего приема, – напрасно объяснила Дэв, ее язык потерпел неудачу, недостаточно быстро подчиняясь командам мозга, когда она начала говорить, и женщина замолчала, поняв, что выглядит идиоткой.

Лаура кивнула и милостиво переключила свое пристальное внимание снова на платье. Освободившись из плена этих восхитительных серых глаз, Дэв смогла думать более ясно.

– Просто я подумала, что самая красивая женщина здесь достойна самого красивого платья.

Лаура снова покраснела, не зная, как ей реагировать на эти слова. Дэв заботилась о ней как возлюбленная, но, конечно, она не чувствовала ничего подобного к ней. Просто ни к чему не обязывающий флирт. Дэв никогда не давала Лауре понять, что чувствует к ней нечто большее, чем дружба. Тем не менее, она была польщена, и то, как Марлоу сейчас смотрела на нее, заставило ее живот нервно трепетать, а ладони стать влажными.

Биограф отклонила наиболее очевидное объяснение, что ее чувства вызваны тем, что ей чертовски приятно говорить с хорошо отдохнувшей Дэв, находящейся в отличном настроении и адски очаровательной.

– Ты испортишь меня, если будешь продолжать в том же духе. Я имею в виду все это – прекрасный большой Белый Дом, личный самолет, эти постоянные чертовы няньки, – она усмехнулась, наморщив нос, и морщинки появились в уголках глаз. – Думаю, никто не разрушит меня больше.

С губ Дэв чуть было не слетело: "Твои слова да Богу в уши, Лаура".

– Если бы я не знала тебя лучше, то подумала бы, что ты очень значительный человек.

– Да ладно, я всего лишь потомок индейца, – засмеялась Дэв. – Ладно, у меня назначена встреча, и Лиза с минуту на минуту может зайти и стащить меня, как повинившегося ребенка, за ухо вниз: должна сказать, она слишком многому научилась у Джейн. Но я зайду за тобой около шести, и мы вместе спустимся вниз. Я бы с удовольствием пригласила тебя и на переговоры, но вряд ли это будет хорошо.

– Мне казалось, первая встреча состоится завтра?

– Первая официальная встреча состоится завтра. В этот полдень – встреча с Наследным Принцем. Ничего важного. Фотосессия и кадры для прессы, что-то типа того, – скривилась Дэв, прикидывая, сколько еще она может простоять, держа на вытянутых руках пакет без того, чтобы выглядеть слабаком перед Лаурой. – Это будет дико скучно. И ты уже бывала миллион раз на подобных встречах, поэтому просто продолжай наслаждаться свободным днем. Если бы я не должна была присутствовать, я бы не пошла. Так что расслабься и наслаждайся. Можешь посмотреть на это шоу через камеры слежения, если захочешь.

– Я посмотрю, – она закрыла глаза на мгновение, почесывая лоб. – Только не говори мне, что мне нужен мой пароль, чтобы активировать хоть что-нибудь здесь. Он остался в нескольких тысячах километров отсюда.

– Нет, здесь простая голосовая активация.

– Наконец-то что-то простое, – закатила глаза Лаура. Она изучила лицо Дэв, и ее глаза расширились от внезапного озарения. – Господи, ты все это время держишь эту тяжесть! – Лаура быстро выхватила пакет из рук Дэв. Она хрюкнула, ощутив его вес, и озадаченно заглянула внутрь. На дне находилось несколько пар обуви и коробок с драгоценностями. – Бог мой, Дэвлин, да он весит целую тонну!

– Правда? А я и не заметила, – солгала Дэв. – Мне просто хотелось быть уверенной в том, что у тебя будет достаточный выбор аксессуаров к этому платью. – Дэв подавила усмешку. – Там парочка безделушек, надеюсь, тебе понравится. – Она теребила застежку пакета. – Но я их одолжила, поэтому не теряй их, ладно?

Лаура кивнула, нервно сглатывая.

– Не стоило, Дэвлин. Я могла бы…

– Не глупи, – мягко оборвала ее Дэв. – Я этого хотела. – Она сделала жест в сторону пакета, представляя, как прекрасно Лаура будет выглядеть во всем этом. – Я вернусь через пару часов, чтобы составить тебе компанию. Если только у тебя нет на примете кого-то другого, – добавила она с наигранной непринужденностью. Половина Корпуса Прессы и солидная часть ее собственного штата была влюблена в эту красавицу.

Лаура отрицательно покачала головой.

– Я полностью ваша, мадам Президент.

"Это уже другой разговор". Сердце Дэв пустилось в галоп. Она знала, что эти простые слова не значили того, чего бы ей больше всего хотелось. Но, тем не менее, они сделали свое дело – ей не хватило силы или желания, чтобы бороться со своими чувствами.

– Тогда скоро увидимся.

Когда Дэв ушла, Лаура полностью расстегнула пакет и достала несколько пар обуви. Она прикладывала их к платью и, после небольшого раздумья, выбрала черные туфли на невысоком каблуке с тонким ремешком вокруг лодыжки. Затем она отложила их в сторону и достала несколько бархатных коробок с драгоценностями и золотой гравировкой Cartier на них.

Серые глаза слегка расширились, когда она поняла, что Дэв имела в виду, когда говорила, что 'одолжила' их. Они были взяты по ссуде у одного из лучших ювелиров в мире. Лаура покачала головой в изумлении.

– Боже милостивый, Дэвлин. Никогда не позволяй им говорить, что не знаешь, как дать женщине почувствовать себя особенной. – Она скользнула взглядом по платью и нервно вздохнула. – Я только надеюсь, что действительно соответствую всему этому великолепию.

* * *

Лаура плюхнулась на кровать и дала телевизору команду на включение, выбрав трансляцию на английском языке. Дэв стояла, гордо подняв голову, и выглядела при этом абсолютно невероятно. Глаза всех присутствующих были прикованы к ней одной, словно загипнотизированные силой и властью, исходящей от этой женщины.

Она с чувством легкой обиды перевела свой пристальный взгляд с Дэв на более низкого человека рядом с ней, которым, несомненно, был Наследный Принц Карим Сами Хассан. Он был довольно хорош собой, глубокомысленно отметила она, оценивая его возраст примерно на 25 – 30 лет. У него был крупный рот и аккуратная темная бородка, теряющаяся среди густых волнистых черных волос. Оливковый цвет кожи Принца выдавал в нем скорее уроженца Средиземноморья, нежели Среднего Востока, его темная кожа была выгодно подчеркнута свободным одеянием золотистого цвета с красными прожилками. На его голове был традиционный головной убор его народа.

Совет ОАЭ выбрал его в качестве представителя на этой встрече, поскольку значительную часть образования он получил в Кембридже. Однажды Карим Сами Хассан даже посетил альма-матер Дэвлин – Гарвард. Они надеялись на то, что его молодость и открытость к восприятию новых идей помогут ему в общении с неверными. Наследный Принц не будет вспыхивать так быстро, в отличие от старших членов совета ОАЭ.

Они тихо переговаривались между собой, а затем обменялись рукопожатием, затягивая этот быстрый ритуал для фотографов.

Спустя пару минут, Принц наклонился к Дэвлин и прошептал ей что-то. Когда она отстранилась, то все так же улыбалась, но кое-что изменилось.

Лаура села на постели и притянула к коленям подушку, заменяющую ей в этот момент Гремлина. Она вгляделась в картинку: взгляд Дэвлин, обычно такой живой и яркий, теперь был холодным и застывшим.

– О, парень, похоже, мадам Президент просто в ярости.

* * *

Встреча закончилась, и представители прессы покинули комнату. Дэвид начал пробираться к Дэв, но она отмахнулась от него и повернулась к Принцу, собираясь обсудить с ним кое-что. Она старалась сохранять спокойствие, но уже чувствовала, как усмешка формируется у нее на губах.

– Ваше Высочество. – Она остановилась и прочистила горло. – Я ценю тот факт, что вы видели сегодня мисс Страйер по телевидению. И я так же ценю тот факт, что вы нашли ее привлекательной, очаровательной женщиной. – Ноздри Дэв трепетали. – Но позвольте мне кое-что прояснить для вас. Она НЕ свободна. И уж точно НЕ заинтересована перспективой остаться в вашей прекрасной стране после моего отъезда. – Сердце Дэв сжалось от одной мысли об этом.

Глаза Принца сузились, и он пригладил темную, коротко подстриженную бородку.

– У меня было впечатление, что между вами и мисс Страйер нет романтических отношений, – произнес он на практически идеальном, хоть и с легким акцентом, английском. – Ваши люди уверили моих людей в том, что ваша пресса всего лишь гналась за сенсацией, и что мисс Страйер абсолютно свободна для, скажем так, ухаживаний.

"Когда я узнаю, КТО это сказал, он покатится обратно в США! Ну и что, что это правда!" Дэв в ярости сжала зубы, когда он самодовольно уставился на нее, и решила, что пора говорить по-другому.

– Вы были дезинформированы, – отчеканила она. – Я уверена, вы понимаете, что я вынуждена отрицать нашу связь перед прессой ради приличий. Но я ручаюсь вам, мисс Страйер абсолютно несвободна. Она будет сопровождать меня сегодня вечером на приеме.

Принц смотрел Дэвлин прямо в глаза.

– Значит, она ваша любовница?

– Несомненно, – она фактически прорычала это, пораженная появившимися в ее голосе собственническими нотками.

– Но она – не ваша жена, – добавил Принц самодовольно. Он наклонил голову, ожидая ответа Дэв. Резким движением подбородка он заставил своих сопровождающих отойти подальше.

Дэв сжала челюсть еще сильнее. "До этого козла не доходит".

– Это ничего не меняет. – "Кроме того, что если бы она на самом деле была моей женой, а ты бы говорил все это, я бы свернула твою тощую шею на месте". – Факт остается фактом: мисс Страйер для вас НЕДОСТУПНА, Ваше Высочество. – Она выпрямилась в полный рост и посмотрела на Принца сверху вниз с едва сдерживаемым гневом. "Да как он смеет?!" – Я уверена, что вопрос закрыт, не так ли, Ваше Величество?

– Да, обсуждение закончено, – дружелюбно согласился он, даря Дэв улыбку, говорящую об обратном, – мадам Президент.

Дэв поняла, что Принц привык получать то, что хотел, в любом случае. "Очень жаль, но это не тот случай, малыш". Дэв напряглась, ее тело неосознанно ответило на вызов, светившийся в его глазах. Для него Лаура была трофеем, который он собирается получить, и она только что ухудшила положение, бросив ему вызов. "Боже, Лаура, я надеюсь, ты достаточно доверяешь мне. Поскольку сегодня вечером он будет кружить над нами как ястреб".

* * *

Дэв постучала в дверь Лауры. Она нервно пригладила длинный белый жакет и вытерла руки о белые же шелковые брюки. Это было не то, что она обычно надевала в таких случаях, но все же это было официальное одеяние. Дэв не хотела использовать ничего, что могло бы даже самую малость затмить платье Лауры этим вечером.

Несмотря на распущенные волосы Президента, изысканные драгоценности и скромный костюм, ее наряд должен был помочь принцу Хассану увидеть ее как сопровождающего Лауры и равную ему, а не просто женщину. В этом регионе традиционно доминировал именно мужчина, и брюки Дэв были более чем просто данью моде. "Кроме того, я – Президент Соединенных Штатов, и я буду носить то, что мне нравится, черт возьми".

Дэвлин представила, какие завтра заголовки могут появиться в газетах. Она вздохнула. Теперь выбора нет. Если принц узнает, что она солгала ему об ее отношениях с Лаурой, цель ее приезда будет в опасности. Она поместила свои чувства к Лауре выше, чем работу, к которой шла более десяти лет. Но она не заметила, чтобы Лаура была обеспокоена тем, что стала как бы предметом собственности.

Дверь внезапно распахнулась, и у Дэв просто дыхание перехватило.

– Ошеломительно, – шокировано прошептала она, пока синие глаза нетерпеливо поглощали каждую деталь внешности Лауры.

Ее светлые волосы были собраны в низкий узел, который лежал на шее. Несколько прядей уже высвободились из прически, что придавало юному лицу Лауры спокойное изящество. Черное платье без бретелек открывало стройную шею и слегка мускулистые плечи, сливочно-белая кожа которых была покрыта еле видными веснушками. Ткань плотно облегала каждую линию тела биографа, подчеркивая крепкие груди, стройную талию и женственные изгибы бедер. Дэв хотела бы, чтобы платье было короче – до середины бедра, – но это был вечерний прием, и платье длиной 'в пол' и так находилось на границе уместности из-за открытых плеч.

Дэв перевела дыхание, ощущая жар, разгоревшийся глубоко у нее в животе.

– Должна ли я считать, будто то, что ты смотришь на меня так, словно у меня вырос хвост, является хорошим признаком. – Спросила Лаура с опаской. Она чувствовала, как кровь прилила к щекам. То, как Дэв смотрела на ее тело, заставляло сердце блондинки счастливо трепетать. К сожалению, это заставляло ее нервничать еще сильнее, чем до того. А она уже и так была чертовски взволнована.

– Ничего себе, – пробормотала Дэв. – Ты выглядишь… – Она покачала головой, не будучи способной подобрать слова. "Невероятно", кричала ее душа. "Она выглядит невероятно! Ух. Совершенно невероятно. Принц Как-его-там просто умрет от одного взгляда на нее".

Лаура завела выбившуюся из прически прядь волос за ухо, и серьги заблестели в свете ламп. Ее рука опустилась к горлу.

– Спасибо. Особенно за это. Я выгляжу как принцесса. – Ее пальцы задели алмазное колье, обвивающее шею, и переместились к фигурному браслету на запястье. Лаура тепло улыбнулась. – Я даже немного беспокоюсь относительно превращения в тыкву в полночь. – Проговорила она, не обращая особого внимания на свои слова. Ее пристальный взгляд прикипел к Дэв, и простой наряд Президента грозил полностью захватить ее воображение этим вечером. – Ты м-м-м… – Лаура беспомощно рассмеялась, чувствуя себя косноязычной и борясь с необъяснимым стремлением повести руками по телу Дэв. "И поцеловать ямочку на ее шее? Ладно, это что-то новенькое".

– Надеюсь довольно приятна? – "Нет, ты не можешь наклониться и проверить, настолько ли мягкая у нее кожа, как это выглядит".

– М-м-м… – Согласилась Лаура. – Это – преуменьшение, Дэвлин.

– Могу я?.. – Дэв предложила блондинке согнутую в локте руку.

– О, да.

– Секундочку, – Дэв нахмурилась и указала рукой назад в комнату. – Разве тебе не нужны очки?

– Я должна буду читать или писать?

– Ну, мы все собирались там сидеть и развлекаться. – Дэв хлопнула себя по лбу. – Не так уж и много всего. Что же мы будем делать после употребления спиртного? – "У меня есть несколько предложений. Одно из них включает взбитые сливки и… ПРЕКРАТИ!"

Лаура рассмеялась.

– Не пора ли нам двигаться, Президент Марлоу? – Лаура заметила агентов Секретной службы Дэв, мельтешащих в конце коридора. – Я уверена, Лиза уже вся извелась, ожидая тебя. – Лаура взяла Дэв под руку, и они двинулись по коридору.

– М-м-м… Лаура? – "Время отвечать за свои слова, Марлоу".

– Да?

– Ты веришь мне?

* * *

– Ты сделала ЧТО? – Лаура замерла на месте, когда пара уже вошла в зал приема. Она в недоверии покосилась на Дэв.

Тишина воцарилась в зале, все глаза были устремлены на двух женщин, появившихся в дверях.

– Не заставляй меня говорить это снова. – Дэв перевела дыхание, улыбнулась толпе и помахала рукой. – Поскольку твоя нижняя челюсть упала на ковер – значит, ты слышала меня и в первый раз.

– Дэвлин! – Раздраженно пошипела Лаура сквозь нарисованную на лице улыбку. Она тут же была ослеплена дюжиной вспышек фотоаппаратов прессы. – Эти сплетни только начали утихать. – Она говорила, не шевеля губами. – Если мы устроим представление этим вечером, чтобы убедить принца Хассана, все это будет продолжаться снова и снова.

Дэвид быстро переместился поближе к Дэв, стараясь не показывать свое раздражение. Дэвлин знает, что должна говорить. Почему же она молчит? У нее было ужасное настроение со времени той фотосессии.

– Добрый вечер, мадам Президент, – сказал он.

Дэвлин, однако, была уверенна, что Дэвид имел ввиду 'почему ты до сих пор их не приветствуешь, приятель?!'.

– Извини, Дэвид. Я немного отвлеклась. Кроме того, я уже всем представилась в полдень. Это – просто небольшой прием. Расслабься. – Она покосилась на Руководителя штата и ткнула его локтем в ребро. – Симпатичный смокинг. Кстати, поправь галстук.

– Спасибо. – Он поддернул галстук. – И ты знаешь, что мы должны следовать протоколу, мадам Президент.

Принц Хассан сделал движение рукой в сторону женщин, и Дэв немедленно обняла Лауру за талию и подтащила поближе к себе, адски удивляя и ее, и Дэвида. Яркие вспышки фотоаппаратов тут же осветили зал, и представители начали переговариваться между собой.

– Давай оставим все, что мы не сделали, Дэвид. У меня есть кое-что, о чем я должна позаботиться сейчас, так или иначе. Если ты извинишь нас?

Дэвид посмотрел на Лауру, которая смогла только беспомощно пожать плечами.

– Прекрасно, – пробормотал он. – Я вернусь через несколько минут. Я разберусь с этим.

Дэв рассеяно кивнула и нашла глазами принца Хассана и его советников, которые окружили его как на распродаже. Принц подошел и остановился прямо перед Дэвлин и Лаурой. Его люди остановились в метре позади него.

– Мадам Президент, я рад видеть вас снова.

Дэвлин нисколько ему не поверила. Особенно учитывая то, что он все время смотрел на Лауру.

– Но я еще не был представлен вашему прекрасному биографу.

Дэв упрямо молчала, пока Лаура не толкнула ее.

– Ваше высочество, принц Хасан, могу я представить вам мисс Лауру Страйер?

– Это истинное удовольствие для меня. – Принц низко поклонился. Он поднес руки Лауры к губам и поцеловал их, задержавшись при этом на несколько секунд дольше, чем позволяют приличия.

– Привет, – сердечно ответила Лаура, желая получить свои руки назад.

Дэв закатила глаза. "Интересно, если я придушу его, из-за этого начнется война?" Дэв знала, что она действует не слишком по-президентски. Но она ничего не могла с собой поделать.

– Какое прекрасное украшение, мисс Страйер. – Принц указал на браслет, переливающийся огнями на руке Лауры. Затем он протянул руку, чтобы коснуться их и, воспользовавшись тем, что все еще держал Лауру за руку, подтащил ее поближе к себе.

– Спасибо. – Лаура выдернула свою руку и передвинулась за пределы его досягаемости, пытаясь сделать так, чтобы это движение не выглядело столь резким, каким оно было. "Что ж, теперь я понимаю, почему Дэв не хотела давать ему ни малейшего шанса почувствовать, что за меня можно бороться. Хех". – Это подарок от… мад… Дэвлин. – "Ее любовница называла бы ее по имени", напомнила она себе. Лаура улыбнулась Дэв, которая смотрела на нее с мольбой о прощении в глазах.

Принц Хассан чувствовал себя уязвленным ее действиями, но выглядел спокойным.

– Я полагаю, вы наслаждаетесь всем, что моя прекрасная нация может вам предложить.

– К сожалению, это – просто командировка, Ваше высочество. – Прервала его Дэв. – У нас нет свободного времени для осмотра достопримечательностей. Возможно, в другой раз. – "Например, через десять минут после никогда".

Он нахмурился.

– Возможно. – Но на его лице тут же появилась улыбка, чтобы женщина поняла, что ОН нашел ее очаровательной. – Что ж, тогда я оставлю вас. – Мужчина вручил Дэв бокал шампанского, который она, не думая, приняла. Тогда он обратился к Лауре и широко улыбнулся. – Похоже, мне нужно еще шампанское. Вы не могли бы присоединиться ко мне, мисс Страйер?

Дэв встала между Лаурой и принцем, она была просто в ярости.

– Нет, не могла бы, ты су…

– Да. – Лаура успокаивающе положила руку на спину Дэв, и обошла вокруг нее. – Спасибо, Ваше высочество. С удовольствием.

Принц немедленно выпятил грудь вперед и бросил Дэв тщеславную усмешку.

Никакая женщина, не состоявшая в браке, не отказалась бы от него. И чтобы она предпочла ему другую женщину? Невозможно.

– Минуточку, пожалуйста, Ваше высочество. Я должна поговорить с Дэвлин. – Лаура немедленно схватила Дэв за руку и отошла с ней в сторону. Она понизила голос до шепота. – Позволь мне разобраться с этим, Дэв.

– Ну, уж нет! – Сердито прошептала Дэв. – Он заигрывает с тобой прямо у меня на глазах! Из всех высокомерных…

– Я знаю, – прервала ее Лаура. – Он – свинья. Но у меня такое подозрение, что ты собиралась ударить его кулаком по носу. Это не было бы полезно для отношений между странами. – Светлая бровь поднялась. – Это так?

Выражение лицо Дэв стало сумрачным.

– Я не собиралась бить его. – "Да, собиралась. Черт. Я схожу с ума".

– Ага. – Лаура мягко улыбнулась. – Я знаю, ты просто хотела убедить его оставить меня в покое, когда заявила, что мы – любовники. И на большинство людей, думаю, это бы подействовало. Но принц Хассан – явно принадлежит к тому типу людей, которых нужно убеждать. – Она успокоительно погладила руку Дэв. – Верь мне.

Дэвлин несчастно вздохнула.

– У меня есть выбор?

Лаура притворилась, что задумалась, перед тем, как широко улыбнуться.

– М-м-м… Не думаю.

Синие глаза опасно сверкнули, когда Дэв посмотрела через плечо Лауры на принца.

– Я буду следить за ним. И если он попытается снова тянуть к тебе руки…

– Я знаю. Я знаю. Теперь – иди, поприветствуй других гостей, прежде чем заработаешь репутацию ужасной хозяйки. – Лаура пожала плечами, понимая, что у нее даже нет времени на то, чтобы волноваться. Все происходило слишком быстро. – Я буду в порядке.

Сверкающая улыбка Дэв была полна восхищением и привязанностью. Было в ее голосе что-то, что заставило Дэвлин полностью сосредоточить внимание на блондинке. Она посмотрела в глаза Лауры, и обе женщины замолчали, поскольку весь остальной мир исчез.

– Только не забывай, кто твой сопровождающий этим вечером, – наконец мягко прошептала Дэв, чувствуя, как пульс гремит у нее в ушах. "Это должно быть реальностью. Не глупой уловкой".

Лаура сглотнула.

– Не забуду.

Прошло еще несколько секунд, прежде чем шум окружающего мира снова начал просачиваться в их сознания. Лаура на секунду закрыла глаза, чтобы прочистить голову. "Пора покончить с этим". Биограф целеустремленно двинулась к принцу. Тот, в ожидании, поглядывал на пришедших на прием женщина, размышляя, могла бы его постель быть согрета и кем-то помимо Лауры этим вечером. Блондинка положила ему руку на спину, подталкивая в направлении бара.

– Нам нужно поговорить.

– Я надеялся, что мы останемся наедине.

– Я… м-м-м… я хотела кое-что объяснить вам, Ваше высочество. Я подумала, что будет лучше, если наш разговор будет конфиденциален. Только и всего.

– Но такой прекрасной женщине как вы вовсе нет нужды думать.

"Боже, помоги мне. Или я сама его придушу". Лаура разумно решила идти вперед, игнорируя последнее замечание.

– Я польщена вашим вниманием, Ваше высочество. – "Закрой рот". – Но я совершенно счастлива с Дэвлин.

– Очевидно, Президент Марлоу ценит вас, иначе вы бы не сопровождали ее сегодня. Но вы – просто любовница, не жена, верно? У меня четыре жены и несколько любовниц. И вы – та, в которой я заинтересован этим вечером.

"Будь счастлив и этим".

– И тем ни менее, у меня только одна любовница, и я не заинтересована в ком бы то ни было еще. – Терпение Лауры быстро иссякло. Что этот Ромео о себе возомнил? Ее мнимый статус как любовницы Дэвлин был явно ниже статуса супруги, поэтому принц Гормоны Играют считал возможным попытать удачу. Лаура схватила бокал шампанского с проносимого мимо подноса и, одним глотком, осушила его. – Ваше высочество, я пыталась быть деликатной, но вы не оставили мне другого выбора, кроме как говорить прямо.

Он наклонился поближе, явно чрезвычайно заинтересованный.

– Я ПОЛНОСТЬЮ удовлетворена. – Лаура изогнула брови, ее голос перешел на сексуальное мурлыканье, которое ТОЧНО передавало то, каким образом Дэв удовлетворяла ее. – Я не променяла бы Дэв на десятерых мужчин. – Она медленно облизала губы и попыталась не засмеяться при виде удивления, которое появилось на лице принца. – Без обид.

Принц прочистил горло, будучи обеспокоенным. Его уважение к высокой американке тут же поднялось на несколько пунктов.

– Никаких обид, мисс Страйер. Я рад, что вы так, – он сделал паузу и оценивающе улыбнулся, – удовлетворены. – Лаура была прекрасна. Но он не был настолько глуп, чтобы преследовать ее после всего сказанного.

– Спасибо. Я – очень удачливая женщина. – Облегчение затопило ее. "Наконец-то". В этот момент к ним присоединился Дэвид. "Совершенный выбор момента". – Была рада познакомиться с вами, Ваше высочество. Надеюсь, завтрашние переговоры пройдут гладко.

– Я уверен, что так оно и будет. Кажется, Президент Марлоу – мастер в получении и сохранении того, что она сильно хочет.

Лаура повернула голову и улыбнулась.

– Вы правы. Доброй ночи. – Она обратилась к Дэвиду. – Уверена, кто-то хочет, чтобы ему меня представили?

Дэвид безучастно посмотрел на нее.

– На той стороне зала, – добавила она, указав глазами в направлении, которое, как она надеялась, окажется так далеко от Принца Говнюка, как это только возможно.

Глаза Дэвида расширились при понимании намека.

– О, да, конечно. – Он быстро обернулся и посмотрел на толпу. – Вы извините нас, Ваше высочество?

Принц кивнул, но все же снова поцеловал руку Лауры перед тем, как они с Дэвидом отошли.

– Вы – мой спаситель, Дэвид. – Мягко сказала Лаура, как только они оказались вне пределов слышимости принца Хассана.

Он остановился и с любопытством посмотрел на нее.

– Откуда вы узнали мое кодовое имя для Секретной службы?

* * *

Принц улыбнулся Дэв. Ему удавалось избегать ее предыдущие два часа, но теперь он собирался удалиться и должен был попрощаться.

– Я вижу, ваша мисс Страйер действительно занята, – уступил он.

Дэв, при звуке голоса Принца, развернулась и схватила новый бокал с шампанским.

Когда Лаура с Принцем оставили ее в поисках прислуги или бара, она опрокинула оставленный мужчиной бокал в один глоток. И даже когда она пробовала отвлечься, все равно внимание ее было приковано к Лауре, удаляющейся от нее. Только после того, как блондтнка, наконец, ушла с Дэвидом, она сумела расслабиться достаточно, чтобы начать уделять внимание другим гостям.

– Я говорила это вам еще в полдень, – категорически заявила Дэв. – Что же убедило вас?

Молодой человек рассмеялся.

– Мисс Страйер заявила о своем полном 'удовлетворении' вашим 'расположением'.

Дэв моргнула. "Что? О-о-о… Ну, спасибо, Лаура!" Она распутно ухмыльнулась принцу, который смотрел на нее так, будто уже давно знал.

Он с удовольствием хлопнул ее по плечу. Очевидно, Дэв была принята, как 'свой парень'.

– У меня нет никаких сильных чувств, мадам Президент. – Он слегка приподнял бровь, не совсем понимая, почему это так сильно беспокоило Президента США. Лаура была просто ее любовницей. Президент Марлоу – красивая и сильная женщина, и ее нация, очевидно, принимает ее греховные привычки. Конечно, у нее множество любовниц. – Она – просто женщина, – наконец произнес он, все еще будучи озадаченным. Принц махнул рукой. – Ничто не должно мешать нашим переговорам завтра.

– Тогда, до завтра. – Дэв должна была поспешно попрощаться с ним, пока она не сделала какую-нибудь глупость. "Это просто сведет с ума Лауру, если я сейчас подойду к нему и врежу кулаком по носу".

– Хотите поскорее вернуться к вашей красивой блондинке? – Принц рассмеялся. – Ах… Я не могу обвинять вас. К счастью для меня она может быть легко заменена любой другой красивой блондинкой.

Глаза Дэв потемнели от гнева. Она схватила принца Хассана за руку и наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо:

– Это, Ваше высочество, то, в чем вы абсолютно не правы.

Глава IV

Апрель 2021

4 апреля

– Ты что такая мрачная, подруга? – Дэвид посмотрел на шахматную доску, задаваясь вопросом, почему он каждый раз попадается на этот гамбит.

– Ох, я не знаю, – вздохнула Дэвлин, потягивая бренди. Она откинулась на стуле, задумчиво наблюдая, как Дэвид пытается найти выход из этой ситуации… снова. Он что никогда не научится?

Они находились в запасном офисе, в частной части Белого дома. Это было удобное место, и Дэв превратила его в так называемую семейную игровую комнату. Детям здесь нравилось. Но этой холодной весенней ночью ее детки крепко спали, так же как и все жители Вашингтона ОК, кого не мучила бессонница. Но жена Дэвида уехала из города, навещая каких-то родственников, и ее старый приятель задержался с ней в офисе, не желая возвращаться в пустой дом.

– Ты пьешь только когда у тебя неприятности с женщинами, – небрежно сказал Дэвид, не отрываясь, глядя на доску.

Дэв изучила свой бокал и нахмурилась.

– Ради Бога, это просто бренди. И, конечно, у меня нет неприятностей с женщинами. Никаких женщин – никаких неприятностей.

– Хорошо, я действительно рад это слышать. – "Опять у меня ничего не выйдет". – Потому что, угадай, кто в городе на этой неделе?

– Император Японии?

– Нееееет, – Дэвид передвинул своего коня.

Дэв наклонилась и сделала ход, который позволит игре продолжаться, пока Дэвид не сделает еще какую-нибудь глупость. Она пока не была готовка к тому, чтобы остаться в одиночестве.

– Король Англии?

– Нееееет, – его брови сошлись на переносице. "Почему она просто быстро не поставила мат?" – Думай немного меньше о политике, а больше о, м-м-м, твоем типе.

– Мой тип? – Дэв вытянула свои длинные ноги перед собой. – Дэвид, у меня нет никакого типа.

Он откинулся на стуле, сделав ход, и посмотрел на своего друга.

– Да, я знаю. И это давно пора изменить.

Дэв подняла на него глаза.

– Дэвид, пожалуйста, скажи мне, что ты не сделал какую-нибудь подобную глупость.

– Я назначил за тебя свидание.

Темная голова упала.

– О, Боже! – Дэв сделала глоток и с грохотом поставила тяжелый стакан на стол. Ее мнение изменилась, теперь она сделала сильный ход. – Разве моя жизнь не достаточно сложна, и без твоих попыток уладить ее? Уже половина США и один сексуально озабоченный арабский принц считают, что я сплю с Лаурой.

– И так как это неправда, – заметил Дэвид, – нет никакой причины, по которой ты не можешь пойти на свидание с Кэнди Деланей.

Дэв подавилась спиртным. Она закрыла рот ладонью и попыталась дышать носом.

– Сюрприз.

Когда Дэв, наконец, смогла заговорить, она, задыхаясь, сказала:

– Ты хочешь сказать, что устроил мне свидание с Кэнди 'Хочешь заняться этим' Деланей? Иисус, Дэвид, почему ты просто не сдал меня, как уличную проститутку, и не позвал прессу сделать пару снимков?

Дэвид несчастно пожевал губу. Ему уже начало казаться, что единственный человек, который может удовлетворить Дэв – это Лаура Страйер.

– Я хочу, чтобы ты знала, что Кэнди Деланей УЖЕ ДАВНО Кандиссия Деланей, и она приехала в город на конференцию Общих Хирургов от STDs.

– Ну, она поимела многих из них еще в колледже. Она, должно быть, уже эксперт в этой области.

– Дэээээээв… – Его душил смех.

– Ты знаешь, как я ненавижу такие 'свидания'.

– Но я свел тебя с Самантой, Дэв.

– О, да. – Она нахмурилась, откидываясь на спинку стула. – И ты никогда не будешь столь же удачлив снова. И я все еще не хочу ни с кем сходиться.

– Прекрати! Ты смешна!

– И я не появлюсь в свете с Кэнди 'Соответствующей своей грешной начинке' Деланей! – Она наклонилась вперед и лениво передвинула слона. – Мат.

прим. переводчика. Это игра слов. Имя Candy переводится как конфетка

– Ты права. Ты не хочешь. Но ты – Президент Соединенных Штатов, ради Бога.

Дэв фыркнула.

– Вот именно, не забывай об этом.

– Она прибудет сюда. В пятницу, в семь вечера. Я подумал: ужин у тебя в апартаментах. Возможно, кино после. Или прогулка по…

– Чудесно, Храбрый Энди.

– ОНА даже не будет здесь в пятницу. ОНА идет на свидание, – сказал Дэвид спокойно. Он знал, что эти слова будут жалить. Но Дэв все равно бесполезно печалиться об этом.

Дэв не нужно было спрашивать, кто это 'ОНА'. Лиза сияла из-за этого всю неделю. Персональный помощник Президента разболтала всем и каждому, что Лаура согласилась погулять с ее любимым кузеном, Кейси Дэннисом.

– Спасибо, что напомнил, приятель. – С негодованием посмотрела на него Дэв. – Я почти забыла, – пробормотала она саркастически. "Где это проклятое сообщение от ФБР о кузене Лизы?! Я просила об этом уже несколько часов назад!"

Дэвид посмотрел на доску и поднял ладони в знак поражения.

Дэв думала о Лауре, которая пила вино и обедала, интимно болтая с кем-то другим. Они могут даже держаться за руки или… "Господи, а что если он ее поцелует? Или она поцелует его? И что если это приведет к… Нет. Нет. Нет! Я не буду думать об этом. Не буду!" Ее лицо исказилось гневом, она ударила по королю Дэвида своим слоном. Две пары глаз наблюдали, как белая шахматная фигурка, пролетев через всю комнату, приземлилась в зажженный камин. Огонь немедленно охватил маленький кусочек дерева. Дэвид громко произнес:

– О, да, подруга, ты просто счастливчик, и ты не злишься.

9 апреля

Дэв вздохнула, выходя в коридор. Она посмотрела на агента Секретной службы, который поднялся со стула при виде ее.

– Не мог бы ты пристрелить меня сейчас?

Тот слегка побледнел.

– Мадам Президент?

– Ты когда-нибудь делал что-то, чего тебе совсем не хотелось делать, только из-за своих назойливых счастливых друзей?

Агент расслабился и усмехнулся ей.

– Свидание вслепую, мадам Президент?

– Почти. Я не видела ее с колледжа. – Дэв вздохнула. – Что ж, по крайней мере, я сообщила своему Руководителю штата, чтобы они с женой тоже пришли. – Дэвлин дернула головой, когда дверь Лауры открылась за несколько шагов перед нею. "О, черт. Она выглядит великолепно. Почему она должна выглядеть настолько дьявольски хорошо? Если бы я не знала ее лучше, то подумала бы, что она хочет свести меня с ума".

Они медленно подошли друг к другу. Лаура остановилась возле Дэв и поправила сумочку на плече.

– Так что, готова к большому вечеру? – Она слышала о свидании в слепую от Эммы. И эта мысль не делала ее счастливой. Дэв выглядела утомленной эти несколько дней. "У нее только несколько свободных минут в неделю. Она должна расслабиться, посмотреть ТВ или почитать мою книгу, или еще что-нибудь", думала Лаура раздраженно. "А не делать свою жизнь еще более сложной. Подумаешь, цыпочка получила степень доктора в Гарварде. Большое дело. Я знаю, что я – не штамповка. Университет штата Теннеси – отличная школа!"

Дэв кивнула и попыталась говорить радостно.

– Ну, будет приятно повидать Кэнди… э… Кандиссию… хм-м-м, доктора Деланей. – Крошечная морщинка появилась на лбу Лауры, и Дэвлин с трудом удержалась от того, чтобы наклониться и разгладить ее.

– Ну, мне пора идти. Лиза просила, чтобы я пошла с ней и ее приятелем. Хм-м-м… ее кузен тоже будет там. И… ну…

– Правда? А я и не знала. – Сказала Дэвлин небрежно, надеясь, что никто не догадается раскрыть ее невинную ложь, особенно если Лаура поинтересуется. Потому что иначе она окажется глубоко в заднице.

Лаура неловко сняла очки. Она чувствовала необходимость объяснить все Дэв.

– Я так закрутилась в последнее время. В последние месяцы, если быть точной. И когда она сказала… Лиза, я имею в виду, что ей нужен четвертый человек, чтобы ее кузен не чувствовал себя неудобно. – "Почему я оправдываюсь перед ней? Мы – не пара!"

– О, все понимаю. – "Я отправлюсь прямо в ад". – Никогда не знаешь, где встретишь Мистера Того, Кто Тебе Нужен.

Лаура слабо улыбнулась и пожала плечами. Так или иначе, она не думала, что встретит Мистера Того, Кто Тебе Нужен этим вечером.

– Или Мисс Ту, Которая Тебе Нужна.

Уши Дэв покраснели.

– Хех? – Она практически кричала.

– Кандиссию Деланей. – Пояснила Лаура, озадаченная вспышкой Дэв. – У тебя свидание этим вечером? – Ее щеки стали слегка розовыми. – Хм-м-м… Эмма упоминала об этом пару дней назад. Так, насколько я знаю, ее зовут. – "И я не способна думать ни о чем другом с тех пор".

– О, точно. – Дэв пыталась выглядеть не слишком расстроенной. Она наклонила голову в сторону, противоположную наклону головы Лауры. – Я уже практически иду туда.

Лаура оглядела Дэв, невольно задаваясь вопросом, что больше понравилось бы доктору Деланей – юбка или этот костюм.

– Я вижу. Симпатичный костюм.

– Спасибо. – Небольшая улыбка появилась на лице Дэв. – Аналогично. – Она с неловкостью засунула руки в карманы и начала покачиваться с носка на пятку. – Рада была увидеться. – Но она не сделала ни малейшего усилия, чтобы уйти.

Лаура задумчиво вздохнула. Она уже жалела, что согласилось на предложенное Лизой двойное свидание. Писательница твердо приказала своим ногам двигаться, хотя в действительности она хотела быть здесь с Дэв. "Тьфу. За исключением того, что Дэв собирается провести вечер с Мисс Гарвард. Она все время видит меня. Уверена, я – последний человек, с которым ей хочется проводить побольше времени".

– Да. Рада была повидаться.

* * *

К тому времени, когда такси Лауры остановилось возле Been Gi Palace, она уже была в глубокой депрессии. Она посмотрела на название ресторана и сморщила нос. "И почему я согласилась на корейскую кухню? Я ненавижу быть неуверенной в том, что заказываю. Я из штата Теннеси, черт возьми! Я хочу знать, что буква К в КФК означает 'курица', а не 'кошка'". Эта мысль заставила ее задрожать.

– Жить-то как хочется, – пробормотала она, открывая плечом тяжелую деревянную дверь ресторана и позволяя сильному запаху корейской кухни пробраться на улицу.

Улыбающаяся хозяйка немедленно подбежала, чтобы приветствовать ее. Лаура сняла пальто и повесила его на руку.

– Пивет, пивет, – женщина поприветствовала ее, несколько раз поклонившись. Казалось, она чрезвычайно рада видеть Лауру.

– Привет. – Лаура тоже начала кланяться, пока не поймала себя на этом. Она остановилась и улыбнулась миниатюрной женщине. – Я должна встретиться здесь с Дэннис.

– Встретиться одна? – Прощебетала хозяйка. Ее акцент был столь сильным, что Лаура наклонилась поближе, как будто слова могли бы стать понятнее, будь они громче.

– Нет.

Хозяйка выглядела смущенной:

– Вы не желаете еду?

– Нет… То есть да. Я должна встретиться здесь кое с кем. Встретиться с Деннис. – Попробовала Лаура снова.

– Если вы не хотите есть, тогда идите! Это не веселая шутка. – Маленькая женщина начала подталкивать Лауру назад к двери.

– Нет… Это не так. Я хотела сказать, что да, я хочу есть. – "Только не эту еду". Этот запах уже вызывал недомогание. Лаура нетерпеливо выдохнула и огляделась.

В ресторане было темно, горели только свечи на столах и несколько лампочек над баром. Она прищурилась, пока ее глаза приспосабливались к тусклому свету. Лизы не было ни на одном месте, которое она видела. Тогда Лаура начала искать Кейси, что не было простой задачей, так как она не подозревала, как этот парень выглядит. Статный темноволосый парень в джинсовке и галстуке сидел в конце бара и пил спиртное. Места по сторонам от него были пусты.

Лаура решила рискнуть. Она прошла мимо хозяйки и помахала ему рукой. Несмотря на темноту, парень заметил Лауру и повернул голову в ее сторону. Он широко улыбнулся и помахал ей в ответ. Лаура с облегченьем вздохнула. Лиза с ее приятелем должно быть опаздывали.

Она обратилась к смущенной хозяйке, которая встала перед нею, очевидно, приготовившись лечь у нее на пути, если понадобится.

– Я нашла свою партию. Видите? – Лаура указала на человека, который поднял свой стакан в подтверждении.

Хозяйка неистово закивала, наконец, понимая, что Лаура встречается с человеком в баре.

– Тогда идите, – сказала она счастливо. – Я получу для вас стол, а официант оставит меню.

Лаура просто смотрела на нее, не понимая ни слова.

– Идите! – Сказала хозяйка раздраженно. – Туристы такие глупые, – проворчала она, отступая к своему посту перед дверью, так как в нее уже входила пожилая пара.

Лаура решила взять быка за рога и подошла в мужчине. Он встал и указал на место рядом с собой.

Она протянула руку, и мужчина энергично пожал ее.

– Мне жаль, что я немного опоздала. – Биограф села на табурет рядом с ним. – Я – Лаура.

– Это хорошо, милая, – прервал он ее. Мужчина попытался сосредоточить на ней взгляд, но видимо это был уже пятый его стакан, и вещи перед ним были слегка нечеткими. Однако она видела достаточно, чтобы понять, что это не самый удачный день в его проклятой жизни. – Вы стоили ожидания. – Он торжествующе улыбнулся. Видимо, его друзья не говорили ему, что жевать червяков и запивать их Cuervo – это не удачный выбор. Ха!

Лаура сузила глаза, впервые хорошенько рассматривая человека и замечая его помятую рубашку и съехавший на бок галстук.

– Как вас зовут?

Мужчина внезапно понял важность вопроса и задумался.

– Джон?

Лаура закатила глаза.

– Больше похоже на 'задница'. – Она отошла от бара.

– Билл? – Попробовал он снова. – Дэвид? Сэм? Рик? Стив? Боб? Дэвид?

– Это уже было.

– И это верный ответ?

– Нет.

– Да ладно! Хотя бы намекни.

– Мне жаль, приятель. Но ни одно из них и близко не похоже на Кейси. – "Слава Богу".

Женщина, сидящая за несколько столиков от них и с легким интересом слушавшая перепалку, вскочила на ноги.

– Лаура?

Глаза Лауры повернулись к рыжеволосой женщине.

– Да?

– Я так рада встретиться с вами, наконец. Я – кузена Лизы, Кейси Деннис. – Она протянула руку, и Лаура шокировано посмотрела на нее. – Ваше свидание, – добавила Кейси, когда Лаура продолжила безучастно смотреть на нее. Рука биографа была безвольной, как спагетти.

– Вы – женщина, – глупо сказала Лаура, когда ее челюсть слегка оттаяла. "Я выгляжу как лесби, или что?"

Две брови подскочили вверх.

– Дааа! – Кейси растянула это слово. – По крайней мере, была с утра. Конечно, вы знали это. Я имею в виду, Лиза говорила… – Она замолчала, заметив, что Лаура выглядит слегка ошарашенной. – Эй, вы в порядке?

Лаура почесала подбородок.

– Хороший вопрос. – "Такая идея не полностью нова для тебя, Лаура, и ты знаешь это. Ты думала об этом и прежде. Особенно в последнее время. Так что не думаю, что ты действительно полностью шокирована".

Она была немного заинтересована несколькими женщинами и раньше. Лаура задавалась вопросом, если бы была такая возможность, могли ли эти отношения развиться дальше дружбы. Но время шло, и возможности не было. Ее брак с Джуддом был одним длинным неудачным уроком для них обоих. Так может, пришла пока расширить горизонты? Она была на грани этого уже годы. Лаура вынуждена была признать, что это следствие не недостатка интереса к женщинам, которые окружали ее. Скорее недостатка влечения. Или, по крайней мере, ощущения влечения, которое было бы не мимолетным.

"Влечение должно быть…" она немедленно нашла ответ и вздохнула спокойно "…похоже на то, что я испытываю к Дэв". Делать вид, что то, что ее чувства к Дэвлин, нечто иное, нежели влечение, было бы ложью, и Лаура знала это. Она тянулась к этой высокой женщине, как бабочка к огню. Ее сердце пропускало удар, когда Лаура думала о Дэвлин. И она старалась не думать о том, что в этот момент Дэв, возможно, целует доктора Деланей.

Биограф попыталась отвлечься от своих блуждающих мыслей и посмотрела на Кейси, которая была, надо сказать, симпатичной женщиной. Она сконцентрировалась, на секунду задержав дыхание и пристально глядя глубоко в теплые карие глаза Кейси. Ничего. Ни проблеска интереса. Ни искры желания. Никакого влечения. Никакого притяжения. Это не было похоже на то, что она чувствовала к Дэв даже в самом начале… Лаура выдохнула. "Но она – не Дэв. Так прекрати делать это!"

– Извини. Я в порядке, – наконец, ответила Лаура, вспомнив о своем пристальном взгляде. – Я хотела сказать, что вы женщина… которая кажется действительно знакомой мне. Мы встречались раньше? – "Отлично, это было душераздирающе". Но Кейси, казалось, купилась на ее ответ.

– Нет, уверена, я бы помнила вас. – Кейси последовала к пустому столику, который ждал ее возвращения.

– А где Лиза? – Лаура надеялась, что вопрос выглядел небрежным, несмотря на то, что она уже начала немного волноваться.

– О, она ушла пару минут назад. Что-то случилось в Белом доме, так что они с Артом не смогут сегодня присоединиться к нам. – Кейси улыбнулась и села на место, швыряя свое меню на пустой стул рядом. – Только вы и я целую ночь.

Брови Лауры поднялись выше очков.

– Хм-м-м… Ничего себе. Целую ночь? – "Сколько сейчас времени?" Она боролась с желанием посмотреть на часы. "Дай этой женщине шанс. Если бы Дэв была заинтересована тобой, она не пригласила бы на свидание кого-то еще, верно?" – Это прекрасно, – сказала Лаура со всем энтузиазмом, который смогла в себе найти. "Целая ночь".

* * *

В столовой Белого дома Дэвид и Бэт болтали с Кэнди, в то время как Дэв пыталась не выглядеть абсолютно несчастной. Она улыбалась в нужных местах и симулировала интерес к разговору, размазывая пасту по тарелке.

Дэвлин потеряла аппетит еще до ужина, даже до того, как села за стол. Она полностью справилась с собой лишь между супом и салатом. Дэв чуть не въехала коленом в стол, когда почувствовала руку Кэнди у себя на бедре.

Прежде, чем убрать настойчивую конечность со своей ноги, она посмотрела на женщину, искоса глядящую на нее. Последний раз на нее так смотрели на старшем курсе. Но, полученный от Кэнди, такой взгляд был абсолютно непривлекательным. У нее даже немного живот скрутило. "Уважаемая, уже давно Кандиссия Деланей днем и супершлюха ночью. Некоторые вещи никогда не меняются". Дэв только покачала головой.

Она представила Лауру, смотрящую на нее так, полными страстью серыми глазами, и ее щеки немедленно заалели. "О, Боже". Непроизвольный стон сорвался с ее губ.

Беседа внезапно прервалась, и все вокруг посмотрели на нее.

"Ладно, это была плохая идея".

– Горячая паста, – неубедительно объяснила Дэв, дуя на прохладное блюдо.

После десерта дела пошли все хуже и хуже. В то время как Дэвид с женой беседовали между собой, Кэнди нашептывала Дэв на ухо, как она хотела бы использовать поданный вишневый соус, если бы они остались наедине. Дэв съежилась при одной мысли об этом. "Точно не с тем, кто работает адвокатом"! Ее плечи резко опустились, и она бросила салфетку на стол. "Как я смогу пережить это? Интересно, как дела у Лауры? Вряд ли хуже, чем у меня".

* * *

Лаура покорно кивала головой, роясь вилкой в тарелке и слушая бесконечную болтовню Кейси. Она была просто загипнотизирована 188186 вонючими сгустками жуткого НЕЧТО, лежащими в тарелке перед ней. Были ли это крошечные ноги? Она сглотнула. Или щупальца? "Я не заказывала ничего с ногами!" Мысленная пауза. "Кажется".

– И так я стала медицинским техником в морге.

Лаура чуть не уронила вилку. Ее глаза взмыли вверх.

– Вы – кто?!

– Дежурный в морге, – Кейси пришла в восторг от воодушевления в голосе Лауры, взволнованной от того, кем она была. Возможно, биограф и не столь никчемна, какой кажется. – Это очень интересная работа! Однажды толпы дрались в деловом центре города…

Кровь отлили от лица Лауры. "Она же не собирается рассказывать об этом? О, Боже!"

– Какая ваша любимая книга? – Лаура сменила тему так быстро, как могла. Ноги, смешанные с тем что, как она думала, было лапшей, на ее тарелке были вполне достаточны для того, чтобы ее затошнило. И разговор о трупах, конечно, стал бы последней каплей.

– Вы знаете, люди всегда задают друг другу такой вопрос. – Ответила она мудро. – Но я не такая. Я всегда предпочитала кино. – Она отбарабанила полдюжины названий, ни одно из которых Лаура даже не слышала. – Разве они не великолепны? Это мои любимые.

– Хм-м-м… жаль, но я не видела ни один из них.

– О. – Кейси выглядела смертельно раненой и Лаура не была уверена, стало ли ей от этого хуже или легче. Может, удастся сократить этот вечер.

Женщины молчали несколько долгих секунд.

– А как насчет путешествий? – Подсказала Лаура. – Вы были в каких-нибудь интересных местах? Или хотели бы побывать?

– Нет. Правда, нет.

Тишина стала еще более болезненной.

– О.

Кейси подняла высокий стакан с корейским пивом.

– Астрология – мое хобби. Я – Дева. А вы?

– Рак.

Кейси внезапно очень заинтересовалась содержанием своего стакана.

– О.

Лаура наклонила голову.

– Что о? Это плохо или как?

– Нет. Не очень. Хорошо, только они не слишком-то совместимы с Девами. – Она слегка пожала плечами. – Это – все.

"Истинная правда, Шерлок". Лаура тайно посмотрела на часы. Кто бы мог подумать, что два часа могут быть такими длинными?

– Вы собираетесь есть это? – Не дождавшись ответа, Кейси захватила пальцами что-то зеленое и слизистое с тарелки Лауры и отправила это в рот.

Глаза Лауры сузились, и она расчетливо прицелилась к руке Кейси своей вилкой. Если бы это было мясо по-французски, Кейси рисковала бы получить шрам от вилки сейчас. Но она не слишком огорчилась потере кусочка этой слизистой штуки.

– Ум-м-м… – Кейси счастливо жевала. – Спасибо, это прекрасно. И я не могу поверить, что вы до сих пор все не съели. Я бы ни за что не смогла утерпеть. О-о-о… Я говорила вам, что люблю симфонию? Вы слышали наши местные симфонии? Они невероятны!

Лаура покачала головой.

– Я слышала, что они замечательны, но я не большой поклонник симфоний. Так что я не ходила на них. Я люблю оперы, – попробовала она обнадеживающе.

Лицо Кейси искривилось от отвращения, она категорически ответила:

– Я ненавижу оперу.

Лаура безнадежно посмотрела на свою тарелку. Она зачерпнула побольше этих ног и засунула их в рот. Лаура рассуждала, что скоро ей, вероятно, придется мчаться в туалетную комнату, и тогда она сможет сбежать от этого адского свидания. Или она умрет. Любой вариант сработает.

Лицо Кейси внезапно прояснилось.

– Но у нас было тело в морге на прошлой неделе, которое напоминало этих жирных парней из оперы.

Лаура даже не посмотрела на нее. Она только засунула очередную порцию в рот.

– Он был бледный и раздутый. Полагаю, он ловил рыбу в реке около аэропорта Даллас. Но это еще не самое плохое, что я видела. Совсем нет! Самое плохое было…

* * *

Дэв серьезно рассматривала способы убийства Дэвида, когда они с Бэт попрощались после этого невыносимо длинного обеда, но предложили Президенту прогуляться с Кэнди. Дэв схватила руку Дэвида, когда он уходил.

– Я заставлю тебя заплатить за это! – Зарычала она, зная, что только мужчина находится достаточно близко, чтобы ее слышать.

– Ну, ты знаешь, что говорится в старой песне, – ответил он шепотом. – Если не можешь быть с тем, кого любишь, люби того, с кем ты сейчас.

– Не в этой жизни, Дэвид.

– Доброй ночи, мадам Президент. – Он наклонился и спокойно сказал ей на ухо. – Я не помню, чтобы она была столь навязчивой, Дэв. Это мой небольшой просчет. Прости.

"Небольшой?"

– Доброй ночи, бывший Руководитель штата.

Дэвид и Бэт поспешно направились к выходу, и Дэв повернулась в сторону музыки. "Почему я все еще слышу 'Маленький красный корвет', играющий в моем воображении? Дорогой Бог, обещаю, я сделаю что-нибудь ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хорошее, если ты избавишь меня от этого".

– Ну, – Президент нервно указала назад в холл. – Давай пойдем, посмотрим, чего тут есть стоящего.

– Иди ко мне, Дэв. – Женщина придвинулась ближе, и Дэв шагнула назад. – Я не кусаюсь. – Она усмехнулась. – Если ты спрашиваешь о чем-нибудь действительно интересном. Как насчет прогулки по президентской спальне?

– Говорят, что спальня Линкольна часто посещается, – Дэв обошла вокруг Кэнди, которая успела ухватить ее за задницу.

* * *

– Спасибо за поездку, Кейси. – "Которую ты НАСТОЙЧИВО просила".

– Нет проблем. Я все равно должна была вернуться сюда, чтобы встретить Лизу. – Женщины уже подошли к одному из входов, когда телефон Кейси зазвонил. Это была Лиза. – Ну, что у тебя там? – Кейси фактически закаркала в трубку. – Мы только что оттуда! – Она прикрыла трубку ладонью и повернулась к Лауре, которая спокойно откапывала свой пропуск. Пропуск нужен был для входа, несмотря на то, что охрана прекрасно знала, кто она такая и что она здесь живет.

"Боже, я совсем закрутилась, если потеряла эту вещь". Наконец, Лаура нашла его и уже готова была прислонить к считывающему устройству, когда заметила расстроенное выражение на лице своей спутницы.

– Дай, угадаю, – Лаура вздохнула, – она в Been Gi? – "Пожалуйста, не говори, что это означает, что я должна провести еще какое-то время с тобой".

– Ага. И она спрашивает, не можете ли вы проводить меня туда. – Кейси обнадеживающе посмотрела на нее. – Она не хочет возвращаться. Она живет в противоположной стороне.

– Позвольте мне поговорить с Лизой, – Лаура нетерпеливо протянула руку.

– Хорошо. – Кейси снова поднесла трубку к уху и сказала 'до свидания', но не отдала ее Лауре. – Лиза говорит, что не нужно благодарить ее, вы сможете сделать это и в понедельник. Она, хм-м-м… Она повесила трубку.

Плечи Лауры резко опустились, и она устало вздохнула. Это свидание никогда не закончится?

– Что ж, Кейси, это на самом деле недалеко.

* * *

Дэв задавалась вопросом, сможет ли она все еще быть Президентом после того, как ее мозг взорвется в черепе. Она считала, что раз Форд смог, то и она тоже сможет избежать неприятностей с этим. Огромная дыра появилась в ее мозгу, когда это прибыло в Овальный кабинет. Дэв решила, что если Кэнди не уберет руку с некого элемента ее анатомии, то она просто 'вежливо' выкинет женщину из окна пинком под зад.

– Хм-м-м… В сторону Китайской комнаты, – снова указала Дэвлин.

Благодаря их месторасположению, Дэв прекрасно видела, как Лаура появилась в дверях. Тот факт, что она была с женщиной, был зарегистрирован в ее мозгу только через миллисекунду. "Что за черт? Женщина! Кейси – женщина?"

– Лаура, ты – дома. – Фраза слетела с ее губ прежде, чем Дэв успела подключить мозг. К счастью мозг был абсолютно не нужен для того, чтобы улыбнуться Лауре. Что Дэв с готовностью и сделала, несмотря на то, что она чувствовала себя несчастной. Было ясно, что Лауре нравятся женщины. Только не она. "Кто бы ни готовил рапорт от ФБР, он будет искать новую работу в понедельник".

– Привет, Дэвлин. – Лаура тепло улыбнулась Президенту, но бросила взгляд полный льда на привлекательную женщину, стоящую рядом с ней. – Я не верю, что встретилась с твоим другом.

– О, да. – "И что есть в этой Кейси, чего нет во мне, Лаура Страйер?" – Лаура, позволь представить тебе доктора Кандиссию Деланей. Доктор Деланей, это – мисс Страйер, та самая талантливая молодая женщина, которая пишет мою биографию.

Кэнди плавно убрала руку от Дэв, и высокая женщина тут же отодвинулась. Доктор послала Президенту раздраженный взгляд, затем подала Лауре руку и ехидно улыбнулась, оценивая блондинку.

– Рада видеть вас, мисс Страйер. У меня есть несколько историй о жизни Дэвлин Марлоу в колледже, – ее голос стал ниже, – если они вам нужны.

Ее бостонский акцент действовал Лауре на нервы, как скрежет ногтей по стеклу.

– Я тоже рада видеть вас. И я каждый день вижу Дэвлин. Мне не нужны СТАРЫЕ истории. Она и так рассказывает мне все, что я хочу знать. – Улыбка, которую она послала доктору Деланей, была столь же ехидна. – Я уверена, Дэв довольна тем, как вы выглядите после стольких лет.

Дэв фыркнула, но попыталась скрыть это, симулировав кашель. Она перевела взгляд на женщину, стоящую рядом с Лаурой, чьи глаза были прикованы к лицу Кэнди, как будто она была… ну, куском конфетки.

– О, Лаура, вы не представили нас вашему другу. – Дэв переводила взгляд с одной женщины на другую, надеясь, что писательница, наконец, догадается сделать это.

Но Лаура была слишком занята мысленной каталогизацией причин, по которым Кэнди Деланей не была достаточно хороша для Дэв, чтобы это заметить. Пока Марлоу не повторила свой вопрос.

– Мадам Президент, могу я представить вам Кэнди Деннис, кузину Лизы?

Кейси полностью проигнорировала Дэв, с вожделением глядя на Кэнди.

– Пожалуйста, скажите мне, что вы – не доктор Кандиссия Деланей. – Сказала она с благоговением. – Я читала вашу статью о раке в прошлом году, и я не способна мочиться в публичных уборных с тех пор. – Карие глаза стали серыми, голос задрожал. – Вы… Я хочу сказать, ЭТО было великолепно.

Огромная улыбка появилась на лице Кэнди, и она оценивающе посмотрела на спутницу Лауры.

– Большое спасибо, мисс Деннис. Скажите мне, в какой области вы специализируетесь? – Кэнди отступила от Дэв, и предложила руку Кейси.

– О, ДА! – Лаура сказала это слишком громко. – У Кейси очаровательная работа, и она говорит и говорит о ней.

Кейси с энтузиазмом кивнула.

– Это была бы большая честь для меня обсудить мою страсть с кем-нибудь столь совершенным, как вы.

Лаура использовала свое лучшее южное обаяние на Кейси в первый и последний раз за этот вечер.

– Кейси, дорогая, может быть ты проводишь доктора Деланей в ее гостиницу?

– Это было бы замечательно, – глупо усмехнулась Кейси.

– Хорошо, – Дэвлин хлопнула в ладоши от радости. – Я рада, что это улажено. Джек!

Молодой агент Секретной службы вошел в комнату.

– Да, мадам Президент?

– Пожалуйста, покажите мисс Деннис и доктору Деланей выход.

– Но…

– Не волнуйтесь, Джек. Я вернусь к себе, и не думаю, что мисс Страйер причинит мне вред.

– Да, мадам. Сюда, пожалуйста, леди. – Показал молодой человек.

Две женщины были так заняты разговором, что только поспешно пробормотали 'спокойной ночи' своим прежним партнерам.

Лаура и Дэвлин задерживали дыхание, пока женщины не ушли. Затем они синхронно выдохнули.

– Слава Богу, – пробормотала Дэв.

– И аминь, – согласилась Лаура.

– Чем занимается Кейси?

– Дежурит в морге.

Дэв внезапно отодвинулась от Лауры.

– О, фууууу, – поддразнила она.

* * *

Дэв и Лаура возвращались в свои комнаты. Дэв смотрела на свои ботинки, пока шла. Она ненавидела то, что вид Лауры с другой женщиной причинил ей такую боль. Но это было именно так. Даже больше, на самом деле. Еще был гнев. Она знала, что не имеет права на гнев. Лаура не сделала ничего плохого. Очевидно, она интересовалась Дэв только как другом. "Это моя проблема, не ее". Дэв запихала поглубже разочарование, которое затопило ее сердце и грозило просочиться из глаз. Она прочистила горло, решив попытаться спасти этот вечер, проведя его с… ее другом.

– Хм-м-м, Лаура.

– Хм-м-м? – Лаура остановилась перед Дэв. Она посмотрела в глаза Президента, наполненные печалью… и чем-то еще. Писательница почувствовала боль в груди. – Ты в порядке?

– Да. – Дэвлин мягко улыбнулась. – Я, м-м-м, ну я действительно не очень много съела за ужином. Может, хочешь пойти со мной. Мы могли бы заказать пару бутербродов с солониной и, возможно, посмотреть фильм или… или… что-то еще. – "И затем я буду мучаться всю ночь из-за того, что никогда не смогу получить".

Лаура почувствовала, как настоящая сердечная улыбка тронула ее губы впервые за вечер.

– Мне это нравится. – Она заработала широкую улыбку от Дэв, и обе женщины продолжили движение. – Дэв, не могу поверить, что я покинула Кейси!

– Мне жаль. Тебе действительно так понравилось с ней? – "Проворачивай нож, Дэв".

– Точно, – Лаура с негодованием фыркнула. – Больше, чем мне бы хотелось.

Дэв внутренне вздохнула. Даже если Лаура не заботиться о ней, она будет заботиться о Лауре, она не хотела видеть, что ее друг страдает.

– Да, ну, можешь представить, что я чувствую? – Поддразнила она. – Самая большая шлюха, которую я когда-либо встречала просто бросилась на…

– Президента Соединенных Штатов, – вставила Лаура со смыслом, радуясь, что Дэв говорила это все, шагая.

Темная бровь поднялась, но Дэв продолжила:

– …на дежурную в морге. Не лучший вечер для моего эго.

Лаура хихикнула.

– Нет. Думаю, нет

У Дэв просто руки зачесались, и во время ходьбы, она задавалась вопросом, что будет, если она просто протянет их и сделает это.

– Могу я спросить кое-что? – Сказала Лаура мягко.

Дэв улыбнулась, кладя руку на спину Лауры, пока они поднимались по лестнице.

– Почему ты замолчала? Ты знаешь, что можешь спрашивать меня обо всем.

– Ты не казалась очень удивленной тем фактом, что Кейси женщина. Ты была удивлена? – Она криво улыбнулась. "Так же как и я".

На мгновенье Дэв не знала, что ответить. Так или иначе, она не думала, что стоит сообщать Лауре, что она почти проглотила свой проклятый язык.

– Ну, я полагаю, я была удивлена. – Слова нервно прыгали. – Но что я должна была сказать? 'Ну и дела, Лаура, я не знала, что ты лесбиянка, как и я'.

Лаура сняла очки и положила их в карман блузы.

– Я тоже не знала этого. – Она перевела дыхание, ожидая реакции Дэв.

– Это другой разговор. Было бы невежливо указывать на это перед твоим партнером. – "Что ты имеешь в виду под незнанием?"

Лаура слабо рассмеялась.

– Да, полагаю, это так.

– Так, хм-м-м, это было твое первое свидание с женщиной? – "Пожалуйста, не дай мне окончательно запутаться в этой беседе".

Лаура кивнула, когда Дэв открыла дверь и сопроводила ее внутрь. Синие глаза немного расширились.

– Ничего себе.

– Да, ничего себе. Полагаю, я всегда знала о своем интересе в этой области. – Пояснила Лаура, желая быть честной. – Это было мое первое свидание… которое, хм-м-м… не включало в себя мужчину. – Она была уверена, что Дэв чем-то ошеломлена, но не знала, касается ли это 'что-то' ее.

Дэв удовлетворенно хрюкнула, заходя в комнату, мягко освещенную горящим камином. Она пожевала губу, подойдя к телефону. Она просто умирала, как хотела узнать подробности от Лауры, но это было настолько личным. Дэв скинула ботинки и пиджак.

– Да, поднимите сюда пару бутербродов с солониной и гарнир. – Она сделала паузу и посмотрела на Лауру. – Что будешь пить?

– Пиво. И я смело и прямо спрашиваю, беспокоит ли тебя то, что я люблю женщин? – "Что-то точно беспокоит. Ты всегда так жуешь губу, когда расстроена".

Дэв глубоко вздохнула.

– Поднимите ведерко со льдом и пива. – "Мне это понадобится". Она повесила трубку и уперла руки в бока. – Почему это должно беспокоить меня? Я тоже люблю женщин, если ты не заметила.

Лаура пожала плечами, показывая свое сомнение.

– Я не знаю, Дэвлин. Мы ведь – друзья, верно? – Она посмотрела на высокую женщину с почти болезненной по интенсивности открытостью.

Дэв вздохнула и села на диван рядом с Лаурой.

– Я действительно хотела бы так думать. Я… Ну, ты мне очень нравишься. – Она хотела обнять молодую женщину и держать ее, пока они обе не почувствовали бы себя лучше. – Я всегда хорошо провожу время, когда мы вместе. И, Боже, я была так несчастна этим вечером. Увидев тебя, я хотела… – "Целовать тебя до потери чувств", закончила она про себя. "Конечно, я, вероятно, получила бы сердечный приступ, если бы не сожгла все нервы, еще раньше. Но это все еще хорошая мысль". – Ну, скажем так: я действительно довольна, что ты здесь сейчас.

Лаура с дрожью выдохнула и почувствовала, как напряжение отпускает ее.

– Я тоже чувствую это, Дэвлин. Я просто хотела удостовериться, не изменилось ли твое отношение после того, как ты увидела меня с Кейси. – Лаура скинула туфли и села в позу лотоса. – Так ты хочешь, чтобы я рассказала о своем ужасающем вечере? Или ты хочешь начать? – Она наклонилась вперед, ее глаза мягко мерцали. "Ты такая глупая, Лаури. Вот где ты должна быть всегда".

10 апреля

Будильник замолчал, когда рука Лауры вынырнула из-под одеяла и стукнула по нему. После чего рука присоединилась под теплым одеялом к остальным частям тела. "Интересно, я смогу когда-нибудь провести в кровати хоть одно утро?" Она застонала и отбросила одеяло, поворачиваясь, чтобы посмотреть на часы. "Пять утра субботы. Это становится все более отвратительным".

– Уф-ф-ф, сегодня гимнастика. Слава Богу, мы не бегаем трусцой.

Она посмотрела на потолок и уже собиралась прогулять сегодня утренние мероприятия, когда Грем выполз к ней и положил голову ей на живот.

– Да, да, я знаю, Грем. Если ты хочешь получить горячую еду, то должен быть на кухне. Но, по крайней мере, это – твой любимый день недели. Уже через несколько часов дети будут здесь, чтобы поиграть с тобой, так что они совсем тебя испортят. – Гремлин довольно зарычал, когда его хозяйка почесала ему живот. – И у меня сегодня два телефонных интервью с преподавателями из средней школы, в которой училась Дэвлин. Это должно быть интересно, а?

Лаура представила себе Дэвлин-подростка: все эти неуклюжие руки и ноги, высокая и искрящиеся юные синие глаза. Напрошенная улыбка появилась на ее губах.

Лаура почесала собаку за ухом, пытаясь найти в себе силы, чтобы встать и заставить себя попотеть, чтобы потом пойти и смотреть, как трудится Дэв. Не то, чтобы она этого хотела. Лаура мягко рассмеялась.

Ее внимание привлек громкий шум в коридоре. Ни разу с момента своего переезда сюда Лаура не слышала ничего подобного. Это звучало так, будто наступил конец света. Лаура вскочила с постели и натянула халат на пижаму. Она поправила волосы и, схватив очки с ночного столика, направилась к двери.

В коридоре толпились агенты Секретной службы. Лаура только успела высунуть голову, как чья-то рука остановила ее, пока агент ее не узнал и не пропустил в коридор. Помимо агентов здесь был медицинский персонал. И они тянули и несли охапки оборудования в спальню Дэв. Лаура могла бы поклясться, что на мгновение сердце ее остановилось.

– Что… – Она прочистила горло и попробовала снова. – Что происходит? – Писательница запахнулась в халат, пытаясь успокоить свой желудок. Ее мутило оттого, что видели ее глаза.

– Президент не выйдет сегодня, мисс Страйер. Вы можете вернуться в постель, если хотите.

– Я не спрашивала, выйдет ли она. Я спросила, что случилось.

– Я не могу говорить об этом, мисс Страйер. – Майкл Оакс холодно улыбнулся ей. Они уже давно прекратили претворяться, что хорошо друг к другу относятся. – И даже если бы мог, это вас не касается.

Агент Секретной службы похлопал Майкла по плечу и тот тут же забыл о блондинке.

Лаура попробовала разглядеть что-нибудь, но ей не хватало роста, чтобы увидеть за лесом голов то, что происходит во внешней комнате, которая вела к спальне Дэв. Она схватила другого агента за локоть.

– Что происходит? Что с ней?

Он только пожал плечами и продолжил свой путь.

Она услышала громкие панические голоса со стороны спальни Дэв. Единственное, о чем она могла думать…

Тогда Лаура закричала во всю мощь своих легких:

– Эмма! – Она знала, что если с Дэв что-то не в порядке, няня будет с ней. Люди вокруг посмотрели на нее так, будто она была сумасшедшей. И, взглянув на лицо Лауры, некоторые из них убедились, что так оно и есть. Однако также они знали, что трогать ее не стоит. Ведь за что-нибудь подобное Президент Марлоу, вероятно, переведет их на Северный Полюс, охранять задницу Санты.

Эмма тут же примчалась в коридор.

– В чем, черт возьми, дело? – Спросила она.

Лаура немедленно успокоилась. У нее голова кружилась от крика.

– Что не так с Дэвлин? Никто не может сказать мне эту проклятую вещь!

– Разве вы не сказали ей? – Эмма обратилась к Майклу Оаксу. Тон ее голоса не был довольным.

– Кто-нибудь, скажите мне!

– Пойдем внутрь. – Эмма печально покачала головой. – Ты сама должна это видеть.

Лаура сконцентрировалась, готовясь к самому плохому. Она с трудом сглотнула и в замешательстве последовала за Эммой.

Дэв открыла глаза. "Это голос Лауры?" Она увидела светловолосую голову в толпе за дверью. Хриплым голосом она проскрежетала:

– Дайте дорогу леди.

Движение вокруг кровати прекратилось только на мгновение, доктора и медсестры расступились, чтобы Лаура смогла пройти к постели. Не долго думая, биограф взяла в руки вялую, чуть влажную ладонь Дэв, и мягко сжала ее. Она слышала голоса докторов, обращающихся к Дэв, но не понимала ни слова. Все ее внимание было сосредоточено на больной женщине. Лаура собиралась спросить Дэв, что случилось, когда доктор сказал:

– Мадам Президент, мы собираемся начать с IV, – он запаковал две стеклянные трубочки, заполненные кровью Дэв. – Вы почувствуете укол.

У Лауры живот свело. Мысль о том, что они воткнут в Дэвлин иглу, вызвала такое беспокойство, словно они говорили, что она будет следующей. Задрожав, она отвела глаза от трубочек с кровью.

Доктор шагнул вперед, но был остановлен сварливым голосом Дэв.

– Держите эту проклятую иглу от меня подальше. – "Разве вы не видите, что вы напугали Лауру?" Дэв остановила затуманенный взгляд на одежде Лауры. "Боже, это что – розовые слоники на ее пижаме? Разве она могла бы быть более восхитительной? Интересна, что она подумала бы, пригласи я ее на ночной девичник?"

– Это – пищевое отравление, а не чума. И мне не нужны никакие IV. – Она, слабым жестом, указала на резервуар возле кровати. – Или кислород.

Лаура съежилась при словах 'пищевое отравление', зная как несчастен при этом человек, но, все же, изумляясь толпам медицинского персонала, которые кружились возле Дэв, как будто она была при смерти. Она бы не удивилась, узнав, после всего виденного, что флаг над Белым домом немного опустили. Лаура закрыла лицо руками.

– Пищевое отравление? – Писательница еще дышала нетвердо, заверяя себя, что это не так серьезно. Она заставила свое сердце продолжать биться.

– Доброе утро, Могучая Мышь. Уверенна, ты знаешь, как привлечь к себе внимание, если захочешь.

Лаура слабо улыбнулась и погладила ладонь Дэв кончиками пальцев.

– Ну, я просто устала оттого, что ты постоянно являешься центром внимания. И я сделаю вид, что не заметила комментарий относительно Могучей Мыши, из-за того, что ты больна. Все это, – она обвела рукой комнату, заполненную докторами и агентами Секретной службы, – ужасно напугало меня, знаешь ли.

Дэв закатила глаза. "Боже, люди принимают все это слишком близко к сердцу, если ты – Президент".

– Мне жаль, что так получилось. И, на самом деле, я не больна. Это просто уловка, чтобы получить свободный день. – Но ее бледное лицо ясно говорило об обратном.

Неожиданно смешок вырвался из горла Лауры.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросила она мягко. Но прежде, чем Дэв успела ответить, блондинка поправилась. – И мне нужен честный ответ, Дэвлин.

– Целая ночь поклонения богине фарфора. Как я выгляжу?

– Как мусор.

– Забавно, я и не чувствую себя хорошо.

Лаура в волнении нахмурилась. Дэв выглядела ужасно. Она поглядела на одного из докторов.

– Это – просто пищевое отравление, верно? – Она знала, что была любопытна. Но не могла не волноваться.

Доктор, низенький человек средних лет с большой лысиной и выпирающим животом, выглядел раздраженным тем, что Лаура прервала его, когда она как раз записывал замечания в карте Дэв. Он вытянул два ярлыка из маленькой пачки и разместил их на образцах крови, игнорируя то, что его прервали.

Брови Дэв сошлись на переносице, и она повернула голову.

– Доктор?

– Да, мадам Президент? – Немедленно ответил он, теперь все его внимание была направлено на Дэвлин.

– Мисс Страйер задала вам вопрос. В ваших интересах ответить на него. Прямо сейчас! – Зарычала она. Глаза ее внезапно вспыхнули гневом.

Лаура и доктор подпрыгнули от неожиданности, а человек, который держал поднос с образцами крови, чуть его не уронил.

– У Президента, кажется, серьезный случай сальмонеллеза, который обычно называют 'пищевое отравление'. Мы полагаем, что преступником была креветка со вчерашнего ужина. Исследование крови – только предосторожность.

Лаура медленно кивнула, пытаясь не реагировать на грубость доктора. "Они не обязаны тебе объяснять. Просто пойми это".

– Спасибо. – Она снова повернулась к Дэв, и сочувственно улыбнулась. – Если бы ты видела, что я ела вчера вечером на свидании – ты бы никогда не поверила, что это именно ты лежишь сейчас в кровати и болеешь.

Медсестра снова подошла к Дэв с длинной иглой и жгутом.

– Простите, мадам Президент, но, боюсь, что нам нужен еще один образец крови. Один из ваших докторов только что потребовал проведения еще ряда исследований. – Она беспокойно отодвинулась, замечая отсутствующий взгляд Лауры и ее широко открытые глаза. – Это для другой лаборатории, поэтому и нужен другой образец.

– О, хорошо, – Дэв протянула руку.

Краска сошла со щек Лауры.

– Вы идите… прямо сейчас… – В глазах у нее потемнело, она покачнулась и упала.

Дэв посмотрела на женщину, лежащую у нее на коленях. Она устало усмехнулась доктору:

– Клянусь вам, это – не ее нормальная реакция, на нахождение со мной в одной постели.

Доктор закатил глаза и приказал медсестрам снять блондинку с Президента. Дэв хихикнула и велела положить ее рядом с собой на кровать. Кровать была королевского размера, к тому же она была совершенно не готова к тому, чтобы отпустить руку Лауры. Дэв чувствовала себя лучше, когда знала, что биограф близко.

По распоряжению Дэв, неохотно, один за другим, медики и персонал Белого дома, покидали комнату. Эмма подняла бровь и, слегка кивнув Президенту, вышла из комнаты, оставив дверь немного приоткрытой. После того, как пробы крови унесли, тогда и только тогда, Лауру привели в чувство с помощью капсулы с аммиаком.

Дэвлин провела капсулой несколько раз возле носа блондинки и, через пару секунд, та очнулась. Смущенные глаза открылись, она медленно села и осмотрелась вокруг. Она посмотрела на Дэвлин, потом на себя.

– Мы находимся вместе в кровати?

Дэв кашлянула и засмеялась.

– Да. Но ручаюсь, мисс Страйер, ваша честность осталась неповрежденной. Ты потеряла сознание и упала мне на колени.

– О, Боже. Я сделала это? – Лаура немедленно подняла руки, чтобы поправить перекошенные очки. Но прежде, чем она успела это сделать, Дэв перехватила ее руку, сняла очки и положила их на ночной столик.

– Спасибо… Ты, – Лаура с трудом сглотнула, чувствуя порхание бабочек в животе. Хотя, на сей раз, не только из-за волнения.

Дэв мягко улыбнулась.

– Не могла бы ты немного помочь мне?

– Все, что могу, – искренне ответила Лаура.

Дэв воздержалась от просьбы, которую собиралась озвучить, и предпочла альтернативный вариант:

– Ну, видишь ли, когда я больна – я похожа на самого большого младенца в мире. А Эмма занята с детьми – она не может сидеть здесь и держать меня за руку. Может быть, ты останешься со мной? Мы могли бы работать над книгой, если хочешь.

Лаура кивнула. Конечно, она хочет остаться. Если бы Дэв не попросила, она предложила бы это сама.

– Но… хм-м-м… – она показала на свою пижаму. – Это нормально?

Дэв глубоко вздохнула.

– Ну, я должна быть здесь в таком виде, но м-м-м… – "Не могу поверить, что я сказала это. Она выглядит настолько, проклятье, хорошо с растрепанными волосами и в мятой пижаме. Но я не хочу, чтобы она чувствовала себя неуютно". – Если ты хочешь пойти принять душ и переодеться, то, думаю, я справлюсь без тебя несколько минут.

Непонятно почему, но Лаура чувствовала себя разочарованной, но слова Дэвлин заставили ее смутиться.

– Ты права. Не знаю, о чем я думала, выходя из комнаты в таком виде. Я просто была очень взволнована… и…

Дэв прижала пальцы к губам Лауры.

– Я рада, что ты сделала это. Спасибо, что волнуешься обо мне. – Она неохотно убрала руку, поражаясь мягкости коралловых губ.

– Но это – просто пищевое отравление, верно? – Осторожно спросила Лаура, рассматривая медицинское оборудование, расположенное в комнате. – Ты сказала бы мне, если бы это было серьезно?

– Это – лишь предосторожность. Если бы я не была Президентом, меня бы просто оставили в покое, как и любого другого нормального человека. Они волнуются не обо мне. Они волнуются об их начальнике.

Лаура нахмурилась.

– Это не так. – "Я волнуюсь о тебе".

Глаза Дэв стали тяжелее, и она задавалась вопросом, не добавил ли доктор кое-чего дополнительного в ее лекарства.

– Уверенна что… Но… Ты… Заботишься… – Дэвлин не могла противиться тому факту, что засыпала посреди беседы. Но она не спала всю ночь.

Лаура мягко улыбнулась и шепнула:

– Не борись с этим.

Глаза Дэвлин закрылись, и дыхание стало более глубоким.

Лаура подняла руку, пальцы которой были все еще переплетены с пальцами Дэв, и посмотрела на нее, как будто забыла о том, что она держала Дэвлин за руку. Она подтянул покрывало, расправляя его, затем посмотрела на прикрытую дверь. "Сделай это. Ты знаешь, что хотела этого с тех пор, как вошла в комнату. И даже дольше", – упрямо шептал ее разум.

Сфокусировав взгляд на Дэв, она медленно провела по ее щеке костяшками пальцев и нагнулась, чтобы мягко поцеловать теплую кожу.

– Приятных снов, Дэвлин. Я буду здесь, когда ты проснешься.

Лаура снова легла на место и закрыла глаза. Мир снов поглотил ее.

* * *

Лаура проснулась задолго до Дэв. Она подняла голову и посмотрела на женщину, лежащую рядом с ней. Безотчетно, она подняла руку, чтобы коснуться лба Дэв и проверить, нет ли у нее жара. Лаура облегченно вздохнула, обнаружив, что температура спала. И не только потому, что ей не нравилась мысль о том, что Дэв болеет, но и потому, что она не была действительно уверенна, был ли у нее жар или нет.

Лаура медленно отодвинулась, не желая будить Президента, и взяла свои очки с ночного столика. Она осторожно поднялась с постели и направилась к своей комнате. Лаура ненадолго остановилась, чтобы сказать пару слов агентам Секретной службы и медсестре, стоящим снаружи.

– Я вернусь через несколько минут. Если она проснется, скажите ей об этом, пожалуйста.

Медсестра кивнула.

– Да, мисс Страйер.

Уже уходя, Лаура услышала их комментарии между собой:

– Не спят вместе, ну конечно.

Лаура резко развернулась и направилась обратно. Она уже открыла было рот, чтобы отрицать эти слухи, но вдруг остановилась. Ее рот со щелчком захлопнулся, на губах появилась дьявольская усмешка.

– Вы и половины этого не знаете. – Ее тон был ледяным. – И никогда не узнаете. Так что вместо того, чтобы тратить свое время на сплетни, займитесь работой. Если, конечно, не хотите закончить свою карьеру как охранник и дежурный в морге. – "Не то, чтобы я не знала кого-то, кому это нравится", подумала она.

Гордо выпрямившись, она развернулась и направилась к себе в комнату, все еще не веря в то, что только что сделала. Лаура быстро приняла душ, оделась, вывела Грема на самую быструю прогулку в его небольшой жизни и вернулась в комнату.

Лаура взяла свою записную книжку и лэптоп и, быстро кивнув, направилась обратно в комнату Дэв. Как только ее рука коснулась ручки двери, Грем начал скулить. Лаура ссутулилась и прижалась лбом к двери.

– Боже, Грем. Не сейчас. Не сегодня. Пожалуйста. – Пробормотала она, поворачиваясь к собаке. Я куплю тебе самую большую и пушистую собачью подстилку, которую ты когда-либо видел, если ты будешь хорошо себя вести сегодня.

Пес не был увлечен ее предложением. Он подскочил к хозяйке и тут же упал на спину, подставляя живот для почесывания. Лаура перевела дыхание и посмотрела на часы. Все еще слишком рано для появления детей.

– Ладно, ты можешь идти со мной, но ты должен обещать вести себя хорошо. Дэвлин плохо себя чувствует. Не смей рычать на нее.

Грем встал на латы и неистово замахал хвостом.

– Ты – маленький кривозубый вымогатель, – проворчала Лаура. – Пошли. И я не шучу. Один рык, и ты – история. – Она открыла дверь.

Медсестра как раз выходила из комнаты Дэв, чтобы присоединиться к агенту, стоящему у двери. Лаура посмотрела на них и подняла бровь, прежде чем они с Гремом исчезли внутри. Писательница положила свои вещи на столик и села на кровать, чтобы проверить, как себя чувствует Президент. Дэв слегка застонала, ее голова металась из стороны в сторону. Кажется, у нее были проблемы с дыханием, или она чем-то подавилась, Лаура не была уверенна.

– Дэвлин? – Биограф посмотрела на пепельное лицо Президента.

Глаза мгновенно открылись.

– Эй, – Лаура улыбнулась. – Что-то не так? – Она провела кончиком пальца по сухим губам Дэв. – Ты хочешь пить?

Брюнетка дико помотала головой и жалобно застонала.

– Лаур… ты… ты бы лучше…

Лаура наклонилась поближе, чтобы лучше слышать.

– Что?

Тело Дэв конвульсивно дернулась, она наклонилась вперед, ее лицо оказалось напротив груди Лауры. Глаза биографа широко распахнулись, когда она почувствовала теплую жидкость, стекающую под ее рубашку. Лаура застонала, у нее самой скрутило живот от запаха.

– О, Боже! Фу-у-у! – Она потрогала свою рубашку, когда Дэв снова наклонилась впереди, и Грем выбежал из комнаты. – Нет, не надо! – Лаура схватила миску, стоящую на ночном столике и быстро поставила перед Дэв. Как раз вовремя.

После момента, который длился несколько жизней, Дэв смогла поднять красные замутненные глаза на своего друга.

– Мне так, – она сделала паузу, почувствовав мерзкий привкус во рту, – так жаль.

Лаура держала миску возле подбородка Дэв, пока не убедилась, что рецидивов больше не будет.

– Не могу поверить, что я сделала это.

Кожа блондинки зудела, и она не верила, что ее саму еще не вырвало.

– Ты в порядке? – Справилась она с собой, пытаясь задержать дыхание.

Дэв кивнула, слишком подавленная и слабая, чтобы сделать что-то еще.

– Извини.

– Все нормально. – Лаура встала, стараясь не глядеть вниз на свою рубашку. – Медсестра! – Крикнула она, надеясь, что ее услышат. Лаура облегченно перевела дыхание, когда пышная женщина показалась в дверях. – Пожалуйста, позаботьтесь о Президенте. Мне надо… надо… я вернусь, как только приму душ. Ты будешь в порядке? – Она посмотрела в глаза Дэв. "Пожалуйста, скажи 'да'. Пожалуйста, скажи 'да'".

За отвращением в глазах Лауры виднелось беспокойство. "Ну ты и штучка, Лаура. Я могла бы влюбиться в кого-нибудь похожего на тебя".

– Да, я чувствую себя намного лучше сейчас. – Она слабо улыбнулась. – Ты можешь сэкономить время, воспользовавшись моей ванной. Там есть чистая одежда и полотенца. Бери все, что понравится. За мной должок. – Дэв показала за спину Лауры. – Через ту дверь.

Лаура была уверенна, что Дэв в хороших руках, так как еще две медсестры зашли в комнату и немедленно направились к постели Президента. Они вполне справятся с тем, чтобы умыть и переодеть Дэв. Ее вины не было в том, что произошло. Но Лауре было нужно добраться до ванной… срочно.

Она стояла под душем в ванной комнате Дэв. Если бы не отвратительные обстоятельства, которые привели ее сюда, эта ванна произвела бы на Лауру впечатление. Но сейчас она была слишком увлечена тем, чтобы отмыться. Она просто хотела стать чистой. Очень чистой.

Двадцатью минутами позже, Лаура появилась в комнате, одетая в теплый халат Дэв, рукава которого ей пришлось подвернуть, и с волосами, замотанными в полотенце. Одежда была большой, но удобной и, после недавнего поворота событий она решила, что это – главное.

Лаура остановилась возле двери, наблюдая, как медицинский персонал перекладывает Дэв на кровать. Они положили несколько подушек ей под голову и спину, оставив ее в полусидячем положении. Теперь Президент выглядела гораздо лучше. Даже намек на прежний цвет вернулся к ее бледным щекам. "Слава Богу".

Лаура медленно приблизилась.

Медсестра обратилась к ней.

– Мы прочистили ей желудок.

– Лучше поздно, чем никогда, – проворчала Лаура, зная, что Дэв не может слышать ее. – И спасибо, что позаботились о ней, пока меня не было. – Серьезно добавила она.

Скоро Дэв и Лаура снова остались наедине.

– Значит, так ты заставляешь женщин избавляться от одежды? – Поддразнила Лаура, присаживаясь на кровать рядом с Дэв. – В следующий раз, просто попроси.

Дэв отчаянно покраснела, но быстро справилась с собой.

– Не дразни меня. Я – плохая женщина.

– О, поверь, я знаю. Но, по крайней мере, мы можем утешаться тем, что Кэнди, вероятно, уже заблевала всю Кейси к этому моменту.

Обе женщины широко улыбнулись при этой мысли.

– Я знаю кое-что, что заставит меня чувствовать себя лучше. – Усмешка Дэв стала злой. – Активировать телефон.

Спокойный женский голос произнес:

– Система опознания голоса включена. Назовите код.

– Я – Дэвлин Марлоу. Код: 18758OHIO6236ACA. – Дэв подождала, пока система опознает голос и проверит код.

Светлый брови поехали вверх, когда Дэв произнесла замысловатый код. "Она повторяет его каждый раз, чтобы позвонить?"

– Звонок Дэвиду МакМиллиану.

"И почему мне кажется, что у Дэвида проблемы?"

После шести гудков, Дэвид поднял трубку.

– Дэвид? – Дэв ухмыльнулась, когда единственным услышанным ею звуком стал протяжный стон. – Как ты чувствуешь себя этим утром, приятель?

– Я умираю, Дэв, – простонал он хрипло.

– Да, я тоже, ты – моя заноза в заднице. У нас пищевое отравление от креветок, которые были на вчерашнем ужине. От креветок, которые ты настоял, чтобы приготовил повар, специально для Кэнди 'Шлюхи' Деланей.

– О-о-о, Боже.

Дэв почти могла представить, как Дэвид спрятался под одеялом.

– Доктор говорит, что это пройдет через несколько дней, Дэвид. Но, знаешь что?

Он грустно покачал головой, но потом вспомнил, что его не видят.

– Что?

– Ты будешь в своем офисе рано утром в понедельник.

– Да, мадам Президент, ты сука.

Лаура вспыхнула смехом и прижала свободную подушку к лицу, чтобы заглушить звук. "О, Боже. Только Дэвид мог такое сказать".

Дэв хихикнула.

– И ты спросишь, что я буду делать в понедельник? – Она безжалостно продолжила. – Я возьму выходной и проведу его в постели. Только я и моя подушка. – "И, возможно, я буду достаточно удачливой, чтобы продолжать наслаждаться обществом красивой блондинки биографа, которая находится сейчас в моей комнате. Интересно, смогу ли я придумать достаточно историй обо мне, чтобы заполнить два дня". Тут Дэв опомнилась. "О чем я думаю? Я – политик, ради Бога. Никаких проблем".

Дэвид выпалил еще несколько метких слов, от которых слезы выступили на глазах Лауры.

– Увидимся в понедельник. Ах да, я упомянула о том, что ты можешь захватить Секретную службу на пробежку. Они становятся раздражительными без этого.

В ответ раздался громкий стон.

Дэв злобно рассмеялась.

– Звонок закончен. Код: 18758OHIO6236ACA.

Она посмотрела на Лауру, которая качала головой и улыбалась проделке Дэв. Та несколько виновато пожала плечами:

– Иногда это просто прекрасно – быть Президентом.

Глава V

Май 2021

3 мая

Дэв, насвистывая, зажала газету локтем и взяла в руки две чашки горячего кофе. Лиза следовала за ней, когда она вышла из офиса.

– Мне нужно только десять минут, Лиза.

– Вы сможете уложиться в пять?

– Я соглашусь на семь.

– Заметано.

Дэвид встретил ее в холле.

– Мадам Президент?

– Ней сейчас, Дэвид. У меня очень важная встреча.

МакМиллиан нахмурился.

– С кем? – Он напряженно думал. Он забыл о встрече?

Дэв ухмыльнулась. Мужчина закатил глаза.

– Не бери в голову. Эта глупая улыбка говорит обо всем. Сколько времени это займет, мадам Президент? У тебя встреча с Министром Здравоохранения и…

– Да, я знаю. Лиза предоставила мне освобождение от моих обязанностей Президента на семь минут. Иди, поговори с Джейн. Она заменяет меня, пока я не вернусь.

Дэвид покачал головой.

– Удачно провести время.

– Так и будет, – она ухмыльнулась. "Парень, надеюсь Лаура в хорошем настроении. По крайней мере, было похоже на то, когда я просила ее о встрече".

Дэв быстро двигалась к цели, отмахиваясь от тех, кто пытался привлечь ее внимание. Она открыла дверь, толкнув ее бедром, и благодарно выдохнула. Ранние весенние розы уже цвели в розарии, и их приятный аромат донесся до Дэв.

Лаура сидела на скамье, закинув руки за голову и повернув лицо навстречу солнцу. Хотя, Дэв видела только ее профиль, но она могла с уверенностью сказать, что блондинка бодрствует, несмотря на закрытые глаза. Губы Дэвлин растянулись в усмешке.

– Доброе утро, Могучая Мышь, – Дэв не могла сопротивляться желанию поддразнить биографа этим прозвищем. Реакция была новой каждый раз.

Лаура осталась неподвижной, впитывая солнечные лучи и добродушную насмешку Дэв.

– Это удивительно. Я слышу слова, но знаю, что со мной никто не говорит, – ответила она спокойно, растягивая слова. – Ведь здесь нет никого с таким смешным прозвищем.

Дэв хихикнула и села рядом с Лаурой, слегка задев ее локтем.

– Ты люююбишь меня, Лаура? – Спросила она игривым голосом.

Когда один глаз медленно открылся и посмотрел в сторону Президента, она предложила блондинке чашку горячего кофе, который, совершенно случайно, находился в собственной красной чашке Лауры. Сливки и два сахара, как она любила.

Лаура застенчиво улыбнулась, принимая теплую чашку.

– Спасибо. И я люблю любого, кто приносит мне такой кофе, который мне нравится.

Дэв выхватила аккуратно свернутую газету из-под локтя и напоказ посмотрела на нее.

– Хех. – Она положила газету на скамью и задумчиво почесала подбородок. – Похоже на то, что они правы. Ты дешевая и легкодоступная. – Дэв вручила газету биографу. – И ты обманываешь меня. – Она вытянула несуществующий нож из своей груди. – Почему я узнаю все последней? – Жалобно простонала она.

Лаура посмотрела на газету. Рукой она прикрыла глаза от солнца и взглянула на то место, куда указывала Дэв.

– Живущая по месту работы в Белом доме Лаура Страйер была поймана на свидании в Been Gi в прошлом месяце. – Она пробежала глазами остальную часть короткой статьи, остановившись на маленькой нелестной фотографии Кейси, выходящей из автомобиля. Лаура сморщила нос. – Боже, у меня нет никакого вкуса. Я обманываю тебя с дежурной морга по имени Лейси.

– Это выглядит именно так. Да. – Дэв напряглась в ожидании взрыва. Но его не последовало.

– О, ну, – Лаура небрежно отбросила газету и сделала глоток кофе, скрывая улыбку за чашкой, – если бы ты оставляла свою женщину удовлетворенной, ей не пришлось бы искать романа на стороне.

– Оу! – Сердце Дэв сжалось. – Но и она тоже не должна быть холодна со мной. Ну и дела, я популярна как чума. Я не могу сделать проклятый перерыв. Моя возлюбленная, живущая по месту работы, и та, с кем у меня было свидание, бросили меня, променяв на Кейси/Лейси. Кто бы мог подумать, что морг имеет такую привлекательность. – Дэв покачала головой, и ее темные волосы рассыпались по плечам. – Возможно, мне стоит собрать команду. Я сама – просто ноль без палочки.

Лаура вспыхнула смехом. Она стукнула Дэв кулаком в плечо.

– Только не говори, что кто-то из прессы, наконец, добрался до тебя? Они писали о нас несколько месяцев. И с командой будут те же проблемы. Верь мне.

– Я просто не хотела, чтобы ты увидела это и взорвалась. – Искренне объяснила Дэв. – Это – лишь другая попытка получить реакцию от нас. – Она отклонилась назад и попыталась быть беспечной, передвигая свою руку по спинке скамейки и слегка отпуская ее на плечи Лауры. "Я такааааая жалкая".

Лаура дернулась, ощутив руку Дэв.

– Что это? Жук? – Она начала ударять себя по плечам, где была рука Дэв.

Дэвлин откинула голову и засмеялась.

– Может как раз этим и определяется моя удача в последнее время. – Она вздохнула и, на сей раз, решительно обняла Лауру за плечи, притягивая ее к себе. – Нет, это не жук. – Дэв усмехнулась, и запоздало добавила. – Могучая Мышь. – "Я должна просто собрать мою храбрость и спросить ее. Самое плохое, что она может – ответить 'нет'. И это не будет большой неожиданностью. Мне нечего терять". – Э-э-э… Лаура?

Лаура покраснела, когда поняла, что пыталась сделать Дэв, и каков был ответ. "Прости, Дэвлин. И я рада, что это не была случайность". Она счастливо прижалась ближе. "К чему она ведет? О, Боже". Лаура скрестила пальцы на руках и ногах.

прим. переводчика. Это игра слов. Bug переводится и как жук, и как случайность, ошибка

– Да, Дэвлин? – "Спроси меня прежде, чем я умру!"

– Я хотела спросить… я имею в виду… м-м-м… – "Я – сто восемьдесят сантиметров чистой трусости. Хорошо, что я не управляю правительством так, как управляю любовью всей моей жизни. Если, конечно, у меня ЕСТЬ любовь всей моей жизни".

Дэв прочистила горло и подняла подбородок. Сейчас или никогда.

– Хорошо. То, что я хотела спросить это…

Лиза, открывшая дверь в розарий, выглядела слегка обеспокоенной. Она вздрогнула, ясно видя, что помешала чему-то.

– Мне жаль, мадам Президент…

Лаура почти застонала от разочарования, мысленно разряжаясь вереницей проклятий.

Рот Дэв захлопнулся, голова опустилась. "Еще не прошло семи минут!"

– У нас чрезвычайный телефонный звонок для мисс Страйер.

7 мая

Громкоговоритель потрескивал и школьная аудитория была захвачена волнением, когда директор нервно объявил.

– Леди и джентльмены, студенты, штат и профессорско-преподавательский состав Средней школы Джефферсона, Президент Соединенных Штатов!

Оркестр заиграл 'Hail to the Chief' и Дэв усмехнулась Лизе, которая запихивала карточки с речью в карман ее жакета. Она наклонила голову прислушиваясь:

прим. переводчика. Hail to the Chief букв. Приветствие Руководителю

– Эй, они не плохи.

– Нет, мадам Президент. Для них большая честь быть выбранными, чтобы играть для вас.

Дэв застегнула жакет.

– Ну, для некоторых из этих детей это – грандиозное предприятие. – Она пожала плечами. – Пожалуй, я лучше пойду туда, а?

Это был один из многих Общественных Визитов. Ее задачей было устраивать такие встречи, по крайней мере, раз в месяц. Они были уже дико популярны и заявки от общественных объединений шли сплошным потоком. До сих пор, однако, ни одно из таких посещений не уводило ее далеко от Вашингтона. Но у Дэв были планы изменить это, как только все уляжется.

Визиты проходили в средних школах или общественных центрах и были открыты для посещения, но, по просьбе Дэв, их не передавали по телевидению. Она хотела более тесного общения и чувства сопричастности, и полагала, что это был шанс, чтобы отдавать и быть связанной с людьми.

– Бззззз… – Произнесла Лиза, как будто подгоняя скотину, как ей посоветовала Джейн.

Дэв рассмеялась.

– Я готова, готова. У нас нет ничего после этого, Лиза? Я хочу попытаться добраться до дома пораньше этим вечером.

– Нет, мадам Президент. – Потыкав в кнопки своего электронного органайзера, кивнула Лиза. – Ничего больше на сегодня.

Дэв наклонилась к помощнику.

– Не было ли сообщений от мисс Страйер?

– Мне жаль, мадам Президент. Никаких сообщений. Я могла бы позвонить и спро…

Дэв посмотрела на агента Секретной службы, который собирался сказать ей, что пора выходить на сцену.

– Нет. Все нормально. Она бы позвонила, если бы что-то было нужно. – "Что-то вроде меня, например". Дэв мысленно прокляла утреннее правительственное заседание, которое не позволило ей вылететь в штат Теннеси, чтобы проведать Лауру.

Получив короткий кивок от агента, Президент прошла в аудиторию средней школы. Она улыбнулась и помахала толпе, и вспышки тысячи камер тут же осветили комнату. Дэв научилась давать им минуту или две, прежде чем начинать говорить. На сей раз, она прошлась взад-вперед по сцене, махая рукой и встречаясь глазами со многими людьми в зале.

Во время последнего из таких Общественных Визитов она сошла в зал, заставляя Секретную службу и Дэвида сходить с ума. Но, после громкой лекции от Руководителя штата, Дэв обещала вести себя хорошо.

Как только аудитория успокоилась, Дэв остановилась перед кафедрой. Он улыбнулась толпе и сказала:

– Привет.

Зал взорвался аплодисментами.

* * *

Лаура поерзала на стуле, наблюдая за спящей матерью. Темные круги залегли под глазами старшей женщины, ее светлые волосы выглядели тусклыми. Они были в больнице Святого Андрея в Нэшвилле, в том же самом крыле, в котором Лаура навещала мать и в предыдущие разы. Те же самые коридоры вызывали воспоминания о плохих моментах, которые она хотела бы забыть. Сейчас биограф желала находиться где угодно, только не здесь.

Чуть раньше Говард Страйер спокойно объяснил дочери, что депрессия Анны приняла худший поворот… что, на самом деле, ее матери становилось все хуже и хуже, начиная с Рождества. И она попыталась покончить с собой.

Мать Лауры сходила в бакалейный магазин и накормила кота перед тем, как раздеться и забраться в холодную пустую ванну. Говард не был уверен почему, но Анна не потрудилась заполнить ее водой. С помощью острого ножа для чистки рыбы она разрезала себе оба запястья до костей и закрыла глаза, терпеливо ожидая смерть. Анна сорвалась на мучительные, неподдающиеся контролю, рыдания, когда Говард пришел домой за аспирином и нашел ее все еще живой, хоть и истекающей кровью.

Лаура пристально смотрела на унылую призрачно-белую фигуру матери. Этот вид, в совокупности с запахом больницы и болевшим весь день животом, заставил ее задрожать. Но Лаура не могла бы честно сказать, что была удивлена попыткой самоубийства. Анна боролась с почти изнуряющими депрессиями с совершеннолетия. Это была третья попытка, которую Лаура помнила, другие две прошли через ее детство незамеченными.

Когда Лауре было восемь, она вошла в комнату, когда мать пыталась перерезать себе запястья. Женщина плакала и беспомощно возилась с безопасной бритвой, чье лезвие она как-то сумела освободить от пластиковой оболочки. Лаура пыталась успокоить ее, в конце концов, была вынуждена ждать, пока ее мать практически потеряет сознание, прежде чем девочка смогла подойти и помочь ей.

Второй попыткой было наглотаться снотворного, но Анну вырвало прежде, чем таблетки смогли нанести достаточно много ущерба. Результатом стала головная боль и шесть месяцев госпитализации, прежде чем она смогла нормально действовать. Ее послали домой с кучей антидепрессантов и ироническим рецептом снотворного… на случай, когда ее бессонница снова появиться.

Но те дни казались такими далекими, и боль от этой последней попытки нахлынула новой волной. Говард ушел в кафетерий за большой чашкой кофе, оставив Лауру наедине с матерью.

Весеннее солнце лилось в чистые окна, нагревая комнату, окрашенную в успокаивающие зеленые тона. Веки Лауры потяжелели, но она знала, что слишком напряжена для того, чтобы спать. Вместо этого она спокойно сидела, присматривая за человеком, который, как предполагалось, должен бы был присматривать за ней.

Лаура чувствовала в основном грусть. Но был и гнев и тяжелая вина, так как часть ее задавалась вопросом, не выиграет ли ее мать, перейдя в другой мир, чего она так сильно жаждала. Не было ли эгоизмом заставлять ее продолжать жить, когда она столь ясно хотела обратного? Это не было криком о помощи. Говард не должен был вернуться раньше и, в отличие от других попыток Анны, эта не была окрашена нерешительностью. Она хотела умереть. Это было столь же просто, как и сложно. Кто, доктора, или сама Лаура, или ее отец, должны были сказать ей, что она не может этого сделать?

Анна пошевелилась и медленно повернула голову к Лауре, впервые с начала дня открывая глаза.

– Привет, милая. – Сказала она мягко, когда ее пристальный взгляд остановился на дочери. Выражение лица Анны было воплощенным отчаянием, и Лаура с мукой смотрела, как лицо матери исказилось болью, когда она поняла, что произошло, и каков был результат.

– Привет, мама. – Хрипло ответила Лаура. Ее подбородок слегка дрожал, и она пыталась успокоить дыхание, медленно подходя к кровати матери. Что она могла сказать? 'Я рада, что ты жива, несмотря на то, что ты не рада этому. Папа и доктора спасли тебя, так что теперь ты сможешь провести Бог знает сколько времени, в госпитале или сидя на наркотиках?'

Анна попробовала поднять руки. Ее глаза ошеломленно расширились, при виде ремней, которые прочно привязывали ее к кровати.

– Я не смогла ничего сделать, не так ли? – Прошептала она отрывисто. Затем мать отвернулась от Лауры, смирившись с еще одной неудачей.

Раздался мягкий стук в дверь, и Лаура повернула голову. Анна Страйер попробовала сесть, замешательство было написано у нее на лице. Низкий резкий звук вырвался из ее горла. Почему ее не оставят одну?!

– Ш-ш-ш… Отдыхай, мама. – Спокойно сказала Лаура, стараясь абстрагироваться от почти нечеловеческого звука, который резал уши и заставлял разрываться ее сердце. Она нежно поправила одеяло матери, стараясь не смотреть на ремни, которыми были привязаны к кровати ее руки и ноги, и на белые бинты, обернутые вокруг запястий. – Я пойду, посмотрю, кто это.

Лаура наклонилась и неуклюже поцеловала мать в щеку. Затем она направилась к двери, которую уже открыла крупная чернокожая медсестра.

– Да? – Спросила Лаура, задаваясь вопросом, зачем она вообще стучала.

– Мисс Страйер? – Женщина говорила с сильным акцентом, растягивая слова и добавляя в них лишние слоги.

– Да.

– Телефонный звонок для вас, мадам. Это – из Белого дома, – сказала медсестра, и страх отразился в темно-шоколадных глазах. – Доктор сказал, что вы можете взять трубку в зале заседаний, хотя он и только для персонала. Поторопитесь. Это срочно, мадам.

Лаура медленно кивнула, чувствуя новую волну спазмов в животе. "Что на этот раз?"

– Секундочку. – Она повернулась обратно к матери. – Я должна ответить на этот звонок – он по работе, мама. Я скоро вернусь.

На мгновение она подумала, что ее мать не слышала ее. Но тогда Лаура заметила, что серые глаза, такие же как и у нее, были открыты и смотрели в пространство. Она была в сознании, но не здесь. Лаура попробовала понять, как… попробовала вычислить, когда ее мать настолько ушла внутрь себя. Чтобы попытаться догнать ее и попросить вернуться домой…

Несмотря на все ее усилия, сердцем она понимала, что не было никакой надежды на возвращение ее матери, и никакая ее помощь не будет достаточной, чтобы та смогла найти путь домой. Никогда.

С беззвучным вздохом Лаура вышла из палаты.

– Пойдемте, – сказала она медсестре.

В конце коридора находилась маленькая комнатка с круглым столом и шестью стульями, кофеваркой и телефоном с видеосвязью. Это было все.

– Вы можете принять вызов здесь, мадам. Когда я вернусь в комнату медсестер, то сообщу оператору, чтобы включал.

– Хорошо…

– Мне жаль, – сказала медсестра искренне, – мне больше ничего не известно. – Она покинула помещение. Лаура сцепила пальцы на те тридцать секунд, которые прошли до того, как связь заработала.

Появилось изображение Джейн по пояс над телефоном, стоящим через стол от Лауры. В ее глазах стояли слезы, а лоб прорезали глубокие морщины.

– Лаура?

Блондинка побледнела при виде выражения на лице Джейн. Она облизала внезапно пересохшие губы.

– Да?

– Мне жаль, но я… – Джейн сделала небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями, и Лаура почувствовала, как ее беспокойство все растет. Независимо оттого, что это было, это было плохо. Очень плохо. – Это – Дэв… Был несчастный случай. М-м-м… нет, не так, – Быстро поправилась Джейн. – В нее стреляли, Лаура.

Лаура мигнула, глупо глядя на Джейн. Слова секретаря с трудом проникали в ее мозг.

– Ч… Что?

– В Дэвлин стреляли, Лаура. – На сей раз, голос Джейн был тверд. – Около двадцати минут назад. Дэвид просил, чтобы я позвонила тебе.

Лаура сглотнула, пытаясь избавиться от комка в горле. "Стреляли в Дэвлин? Кто-то стрелял в нее? Иисус". Она почувствовала себя больной.

– Она… она, – слова с трудом вырывались из горла.

Джейн покачала головой.

– Нет, по последним данным, дорогая. Но мы еще не знаем, насколько все плохо.

Лаура закрыла глаза.

– О, слава Богу, – пробормотала Лаура тихо, ее все еще мутило. – Слава Богу. – Она перевела дыхание и провела руками по лицу. – Что случилось?

– У нее было выступление в местной средней школе сегодня. Когда она уходила, кто-то открыл огонь. У нас все еще нет полной информации. – Слезы потекли из глаз Джейн, оставляя мокрые дорожки на щеках. – Дэвид хотел, чтобы я сообщила тебе. Он не хотел, чтобы ты думала… ну, он хотел удостовериться, что ты не узнаешь об этом из новостей.

– Так… Так дети были дома. Они не видели. Они – в порядке, верно? – Резко спросила Лаура, пытаясь обработать полученную информацию. "Мне нужно вернуться. Мне нужно…"

– Дети в безопасности с Эми и Эммой. Им еще не сказали. Мы хотим сначала получить реальные новости. – Джйен заколебалась, зная, что ставит Лауру в ужасное положение этим вопросом. Но она должна была спросить. – Я должна сообщить Дэвиду, что ты возвращаешься? Или…

– Нет. Я буду там сразу же, как только смогу. – Лаура не колебалась ни секунды. Отцу она сможет сообщить по пути из больницы. – Где она?

– Дэвид пошлет кого-нибудь, чтобы встретить тебя в аэропорту. Они отвезут тебя к ней. Ее местонахождение – тайна. Они сделают объявление для прессы примерно через пять минут.

– Тайна? Дерьмо! Прекрасно. Я полагаю, что прилечу в Dulles. Но не уверена, когда. – Лаура потерла виски. – И не уверена, какой авиалинией. Может быть, я смогу заказать частный самолет или… – Она была близка к панике.

– Лаура, успокойся, дорогая. Я сделаю все запросы. Просто двигайся в аэропорт. Мы доставим тебя к ней, так или иначе. Я позвоню по твоему телефону и сообщу подробности.

Лаура резко кивнуала.

– Ладно, ладно. Я выезжаю прямо сейчас.

Она вскочила со стула и пошатнулась, так как ноги отказывались ее держать. Лаура была уже на выходе из комнаты, когда поняла, что даже не попрощалась. Она развернулась к Джейн.

– Скажите Дэвлин… ну… просто… Скажите ей, пусть даже не вздумает сделать какую-нибудь глупость, типа смерти, ладно? Я буду там, как только смогу, Джейн. – И не дожидаясь ответа, Лаура покинула комнату, оставляя Джейн слушать исчезающий звук ее быстрых шагов, эхом раздающийся в пустых коридорах.

* * *

Дэвид стоял возле лимузина, он нервно вынимал руки из карманов и снова засовывал их обратно. Он ждал Лауру. Биограф выехала из больницы Нэшвилля в Вашингтон Округ Колумбия около трех часов назад. Дверь здания резко распахнулась и в проеме появилась Лаура, в руке она держала небольшую сумочку. Писательница неслась эти тридцать или сколько там метров до Руководителя штата так, будто за ней гнались.

Лаура начала задыхаться к тому времени, как добралась до лимузина. "Пожалуйста, пусть не будет слишком поздно. Нет, Дэвид не стоял бы здесь, если бы она…"

– Дэвид! Она…

Мужчина махнул рукой, указывая на прессу, толпившуюся неподалеку с камерами и диктофонами, готовые запечатлеть каждое слово. Все остальные новости были проигнорированы после того, как было сделано официальное заявление. Пресса была повсюду, следила за каждым шагом любого служащего Белого дома.

Дэвид открыл дверь лимузина и затащил Лауру внутрь. Как только дверь захлопнулась, машина двинулась за полицейским эскортом, расчищающим дорогу.

Дэвид сел напротив Лауры. Первыми его словами были:

– Она жива.

Лаура перевела дыхание и повторила молитву. Но прежде, чем она действительно смогла почувствовать облегчение, ее настиг гнев, подавляя разум и руководя ее действиями. Писательница наклонилась вперед и разъяренно ткнула Дэвида пальцем в грудь.

– Где была вся ее служба безопасности, Дэвид?! – Ее голос становился громче с каждым словом. – Они, как предполагалось, должны защищать ее!

Вина омрачила его лицо.

– Лаура в нее стреляли, когда она уже уходила из зала. Они отреагировали быстро, как и были обучены. Они тут же отвезли ее в больницу. Они поймали стрелка. – Дэвид сжал челюсти. – Ты знаешь, так же как и я, что если кто-то действительно решился, его ничто не остановит!

Лаура опустила руку, но не прекратила спорить.

– Это не оправдание. Если бы они делали свою работу, то взяли бы стрелка ДО того, как он начал стрелять в нее! – Она резко опустилась на свое место и скрестила руки на груди. Лаура знала, что это было неблагоразумно. То, что она набросилась на кого-то, кто этого не заслуживал. Но она была разъярена и потеряла контроль над собой из-за разрывающих ее эмоций. Это было слишком – все в одно время. Ее мать. Дэв.

Дэвид рискнул и сел рядом с Лаурой, которая все еще была вне себя. Он видел, что она слегка дрожала, и он обнял ее за плечи, притянув к себе.

– Ты уже плакала?

Лаура яростно пихнула его, неспособная выдержать близость кого-либо и, не желая выпускать эмоции на волю. Но Дэвид не двигался. Он был тверд, как скала. Вскоре попытки Лауры оттолкнуть его сменились тем, что она просто колотила по его плечу, прерывисто дыша и борясь больше с собой, чем с Дэвидом.

– Я… не… нуждаюсь… в… – Она пробовала протискивать слова между сжатыми губами, но речь ее была прервана дрожащим подбородком и гневным сопением, которое, как она с трудом поняла, было ее собственным. Лаура почувствовала, как сильные руки, обнимавшие ее, напряглись, и расслабилась, погружаясь в их теплоту и комфорт. Что-то в ней сломалось и плотину слез прорвало. Лаура спрятала лицо на груди Дэвида и зарыдала всерьез. Из-за всего.

– Вот именно. Просто поплачь. Это – хорошо, – мягко успокаивал он, прекрасно зная, что будет делать то же самое на плече жены этим вечером. – Поплачь до того, как мы доберемся до больницы.

Они проехали несколько километров, прежде чем горячие слезы замедлились и Лаура начала икать. Дэвид перевел дыхание.

– Я собираюсь сообщить кое-что, за что она убьет меня позже, но ты должна знать. В санитарной машине она звала тебя.

– Правда… Правда? – Фыркнула Лаура, вытирая глаза чистым белым носовым платком, который дал ей Дэвид.

Он кивнул, слегка отодвигаясь от блондинки, давая ей время прийти в себя.

– Правда. Она звала тебя. Она расслабилась только после того, как мы все уверили ее, что ты уже едешь.

Лаура еще раз вытерла лицо и слегка вздохнула. "Боже, это то, что мне было нужно".

– Спасибо, Дэвид. – Ее глаза передавали ее истинное сожаление. Лаура потянулась и мягко сжала его предплечье. – Мне так жаль. Я не должна была говорить этого, особенно тебе.

Мужчина рассмеялся.

– Думаешь, это не было первым, что я сам сказал? Только я был не столь тактичен при этом. – Он размял шею и плечи, щелкнув суставами. – Это был длинный день. Ну, хочешь, чтобы я рассказал подробности сейчас, прежде чем доберемся до места или тебе нужно больше времени, чтобы позволить всему этому впитаться?

Лаура покачала головой.

– Нет, расскажи сейчас, чтобы я не развалилась в больнице. – Она слегка улыбнулась ему. – Вместо этого я развалюсь… снова… здесь с тобой, если мне это понадобиться.

Он улыбнулся в ответ.

– Для этого я и здесь. У меня широкие плечи. – Дэвид позволил Лауре опереться на его руку. – Было четыре выстрела, в Дэвлин попали три пули. Одна в бедро, одна в плечо и одна задела голову. – Он остановился, увидев, как краска сходит с лица Лауры. "Бедное дитя. Это была пара адских дней для нее".

Глаза Лауры расширились, и она сглотнула, борясь с тошнотой.

– Три раза? Мой Бог, – выдохнула она. Лаура задрожала и молча обняла себя руками. Она посмотрела в блестящие решительные глаза Дэвида. – Она будет в порядке?

Дэвид кивнул.

– Отдых и помощь ее друзей, и она будет более чем в порядке. Ее привезли из операционной около часа назад, после пары незначительных операций. Они прошли нормально. Дэв – сильная женщина. – Он обнял Лауру, и, на сей раз, она не противилась контакту. – Когда ты увидишь видео, все будет казаться хуже, чем на самом деле – раны скальпа могут сильно кровоточить. Через плечо пуля прошла навылет, рана чистая. И ей достали пулю из бедра. Ей понадобится много нежной любящей заботы и терапии, чтобы подняться на ноги. И если судить по ее встрече с пищевым отравлением, она будет раздражительной. Она не умеет долго бездействовать, и представляю, сколько у нас будет забот.

Лаура вытерла глаза тыльной стороной ладони.

– Пока она – в порядке, она может быть такой раздражительной, какой захочет.

Смех Дэвида прозвучал впервые за весь день.

– Мы говорим об одной и той же Дэвлин Марлоу, не так ли? Ты знаешь, какой она может быть. Думаешь, что готова к этому?

Лаура рассмеялась вместе с Руководителем штата.

– М-м-м… ну, тогда это звучало хорошо. Но ты прав, мы говорим об одной и той же Дэвлин. Так что НИКТО не готов к этому.

Дэвид опустил голову и серьезно посмотрел на нее.

– Она заботится о тебе, Лаура. – Даже более того, и он знал это. Секундой позже он добавил. – Сильно. И ты нужна ей сейчас. Ей нужна твоя дружба. – Дэвид пытался определить ее реакцию.

Серые глаза снова наполнились слезами. Она расправила складки на пиджаке Дэвида и тепло улыбнулась человеку, которого теперь могла рассматривать как друга.

– Не волнуйся, Дэвид. Она это получит. – "И намного больше".

* * *

Ноздри Дэв затрепетали, когда она почувствовала знакомый аромат. Слабый, едва заметный, он легко распознавался ею даже в вынужденном препаратном оцепенении. "Духи Лауры". Дэв заставила себя поднять невозможно тяжелые веки.

– Она… Она?.. – Ее голос был неуклюж, язык был толстым и вялым. Дэв облизала сухие губы. – Лаура уже здесь? – Она попыталась осмотреться, но ее сознание было затуманено болеутоляющим и слабым эффектом анестезии.

Дэв почувствовала легкое движение кровати и тепло другого человека, подошедшего к ней. Ее прохладная вялая рука была поднята двумя более теплыми ладонями.

– Привет, Wonder Woman, – мягкий южный акцент. – Я не могу оставить тебя ни на минуту, не так ли?

Дэв пробовала бороться с глупой усмешкой, наконец, разглядев смутный силуэт Лауры.

– Привет, Могучая Мышь. Знаешь что?

Лаура провела кончиками пальцев по щеке Дэв. "Она – в порядке. Она – здесь".

– Что, Дэвлин?

– Морфий – мой друг. И я люююююблю твой акцент. Ты знаешь, что он намного заметней, когда ты не задумываешься? Это так приятно. – Она хихикнула, по странным причинам найдя это невероятно смешным. – И есть так много вещей… – Дэв сделала паузу, когда ее веки начали закрываться.

Слезы снова наполнили глаза Лауры, и она покраснела.

– Спасибо, – хихикнула она слабо. Кончики ее пальцев подвинулись, чтобы задеть бинты, обмотанные вокруг головы Дэвлин. "Это должно быть чувствительно". Широко раскрытые глаза Дэв, которые столь храбро поддерживали контакт с ее глазами, были замутненными, но оптимистичными. И в них не было ни капли утомленного отчаяния ее матери. Лаура видела резкий контраст между двумя больничными сценами, которые были разделены только несколькими часами.

Глаза Президента открылись, она покосилась на пальцы Лауры на своей щеке.

– Не волнуйся, милая, это слишком сложно – нанести мне какой-нибудь реальный ущерб. – Она облизнула губы и попыталась постучать по своей голове, демонстрируя ее твердость, но ее рука мягко упала на кровать после отважного подъема на несколько сантиметров. Вот и хорошо, решила Дэв, поскольку она уже забыла, что собиралась сделать. Она слегка рассмеялась, а затем начала бормотать, впрочем, достаточно громко, чтобы все могли слышать.

– Я упоминала в последнее время, что считаю тебя красивой? – Мечтательное выражение появилось на ее лице.

Глаза Лауры мерцали, румянец стал глубже.

– О, Боже, – пробормотала она, прижимая руки к щекам и чувствуя их высокую температуру. – Дэвлин, м-м-м… Ты знаешь, что мы не одни сейчас, верно? – Спросила она низким голосом. Но, даже несмотря на ее замешательство, напрошенная улыбка сформировалась на губах Лауры. "Милая? Она думает, что Я красивая? Она почти в обмороке".

Дэв все еще не могла четко сфокусировать глаза, но она могла слышать улыбку в голосе Лауры.

– Да ну? Я никогда не одна. Это – часть моей проблемы. – Она глубоко вздохнула. – Ты знаешь, как ты заставляешь меня волноваться? Я лепечу как идиот, когда ты рядом со мной.

– Нет, это не так. – Лаура лгала. Она ворчала, но в голосе была и нотка игривости. – Ты совершенно очаровательна, и ты знаешь это.

Дэвид, Джейн и несколько агентов Секретной службы вежливо отворачивались, чувствуя себя вторгающимися в личную сферу.

– Как ты чувствуешь себя, Дэвлин? – Лаура нахмурилась при виде большого количества мониторов и механизмов вокруг Дэв, которые контролировали сердечную деятельность, газовый состав крови, дыхание и другие вещи, которые Лаура даже не пыталась понять. Она успела хорошо мысленно подготовиться к тому, что могла увидеть. Но все же писательнице было трудно видеть кого-то, кто ей нравится, раненым.

Когда Президент не ответила, она продолжила.

– Знаешь, ты испугала меня сверх всякой меры. – Лаура наклонила голову в сторону и улыбнулась тщетным попыткам друга держать глаза открытыми. Второй раз она видела Дэв, опутанную больничным оборудованием. – Это становится привычкой, которая мне совсем не нравится. Мы должны поработать над этим.

– Ты же не думаешь… – Дэв хотела извиниться за то, что испугала Лауру. Она совсем не хотела огорчать блондинку, но слова в ее голове вдруг стали затуманиваться. Она заворчала, как раздраженный ребенок, который пытается бороться со сном. Ее сознание начало беспомощно дрейфовать, но она почувствовала себя лучше, когда теплое тело взгромоздилось на ее кровать.

Лаура подбадривающе погладила Дэв по здоровому плечу. Она наклонилась ближе к уху Дэв, и нежно поцеловала ее щеку прежде, чем вполголоса сказать:

– Приятных снов, милая. Я буду здесь, когда ты проснешься.

10 мая

Агент, стоящий за дверью палаты Президент в больнице, послал Лауре легкую слегка раздраженную улыбку, направляясь за чашечкой кофе. Его сменщик уже стоял у двери. Когда Лаура вошла в палату, первое, что она услышала, были раздраженные голоса.

– Я не хочу ждать! – Кричала Дэв.

Прежде чем Лаура увидела Президента, она могла слышать, как та с трудом переводит дыхание.

– Я хочу видеть это, Дэвид!

– Мадам Президент…

– Оставь это 'мадам Президент', черт побери, Дэвид. Закажи это видео для меня, прежде чем я попрошу кого-нибудь другого сделать это!

– Но… – Снова попробовал МакМиллиан.

Лаура обошла Руководителя штата и увидела, как Дэв борется с трубками и проводами, опутывавшими ее, в попытках принять вертикальное положение.

– Иисус, Дэвлин. – Лаура подбежала к постели. – Ты что с ума сошла? У тебя же швы разойдутся!

Дэв стала почти спокойной, как только увидела Лауру.

– Тогда помоги мне.

Лаура немедленно взяла Дэв за руку.

– Я не понимаю. Я чем дело? – Она пыталась распутать клубок трубок и проводов, тихо проклиная беспорядок, устроенный Президентом. Почему она не позвала медсестру, чтобы та помогла ей сесть? Или не попросила Дэвида? Лаура поймала устройство для управления больничной кроватью, которое находилось на съемной панели в стороне от Дэв.

– Я хочу видеть запись стрельбы. – Дэв с трудом вдохнула и яростно посмотрела на Дэвида. – Но некоторые думают, что я еще не готова.

Лаура держала кнопку, чтобы поднять спинку кровати, пока Дэв не кивнула.

– 'Некоторые', вероятно, правы, Дэвлин. Это видео не показывают повсюду. К тому же, прошло только два дня.

Дэв повернула голову и посмотрела на Лауру, щеки которой были розовыми от прохладного весеннего воздуха, а волосы пахли цветами.

– О, ты тоже выступаешь против меня! Я все еще главная здесь!

Лаура с раздражением и трепетом посмотрела на Дэв.

– И ты собираешься настаивать на просмотре, не так ли?

– Мне не придется настаивать, достаточно только попросить. – Она впилась взглядом в Дэвида, который раздраженно взмахнул руками.

– Тогда я тоже останусь, – сказала Лаура тоном, который утверждал, что никому не удастся ее переубедить. Каждая клетка ее тела кричала, что она не хочет видеть, как стреляли в Дэв. Но если Дэв когда-то и нуждалась в дружеском участии… то именно сейчас. И Лаура поклялась себе, что она не подведет. "Но, пожалуйста, пусть это не будет слишком ужасным". Блондинка глубоко вздохнула. "Как это может быть не слишком ужасным? Кто-то стрелял в нее!"

– Прекрасно! Я умываю руки. – Дэвид поднял телефонную трубку и сделал запрос.

Дэв посмотрела на Лауру и рывком притянула ее поближе, усадив на край кровати.

– Я не хочу, чтобы ты это видела. – "Я никогда не хотела бы видеть, как ты грустишь".

Крошечная морщинка появилась на лбу Дэв, и Лауре тут же захотелось разгладить ее. Пристальный взгляд биографа смягчился, когда она посмотрела в глаза Дэвлин.

– Я чувствую то же самое относительно того, чтобы ты это смотрела.

– Да, но я должна увидеть. Хотя бы для того, чтобы знать, чего я не должна делать в следующий раз. – Дэв хихикнула и тут же вздрогнула от вспышки боли в плече и бедре. – Полагаю, ему не удалось бы попасть в меня, если бы я двигалась в другую сторону.

Дэвид пристально изучал носки своих ботинок. Хотя умом он понимал, что сделал все, что мог, но он не мог избавиться от чувства, что подвел Дэв и ее детей. Он вздохнул… "И Лаура, и вся эта проклятая нация".

Лаура сжала руку Дэв.

– Ты знаешь, я все равно это увижу, так или иначе. Давай посмотрим это видео вместе. – "Ты нужна ей, чтобы быть сильной. Не кривись и не начинай плакать снова, как будто какой-то младенец".

Через несколько секунд все было готово и Дэв попросила всех кроме Лауры покинуть комнату. Она наклонилась поближе к писательнице.

– Ты готова?

Лаура кивнула, но казалась неуверенной, и Дэв некоторое время колебалась – не отменить ли просмотр, она сможет увидеть все после того, как Лаура уйдет. Но биограф была права. Она все равно должна была это увидеть, хотя бы для книги. И, по крайней мере, сейчас они были вместе.

– Хм-м-м… Лаура – это нарезка с нескольких камер, которые работали одновременно. Видео было сделано не для телевидения. Секретная служба делает записи всех моих публичных выступлений из соображений безопасности. Там нет никакой редактуры. Ты знаешь это, верно?

Лаура смотрела прямо перед собой, и голос ее был спокоен, хотя в нем и чувствовалось напряжение.

– Я знаю.

Дэв коротко кивнула.

– Видео, старт.

Лаура обнаружила, что задерживает дыхание, выдохнув, как только изображение начало двигаться. Она улыбнулась Дэв, которая стояла на сцене. На ней были темные брюки, коричневая рубашка и жакет из верблюжьей шерсти, на несколько тонов темнее рубашки. Аплодисменты утихли, и Дэв опустилась на стул, чтобы начать разговор со студентами.

– Кто нашел тебя и сообщил, что произошло? – Спокойно спросила Дэв. Ее губы находились около уха Лауры, а глаза не отрывались от изображения.

Лаура облизала губы, вспоминая бледное лицо Джейн и ее дрожащий голос.

– М-м-м… Джейн, – ответила она мягко. – Джейн нашла меня.

Президент кивнула.

– Хороший выбор для такого сообщения. Джейн всегда оказывает поддержку, несмотря ни на что. – Дэв помнила, как ей сказали о несчастном случае с Самантой. Именно Джейн сообщила эту новость.

Лаура кивнула. Ее внимание было рассредоточено между реальным голосом Дэв, звучащим около ее уха, и изображением Дэв в полуметре от кровати.

– Она все сделала прекрасно.

Дэв схватила руку Лауры и сжала ее, так как видео продолжалось. Через несколько мгновения она поняла, что могла слишком сильно сдавить руку, хотя Лаура и не сказала об этом. Она ослабила захват и погладила руку перед тем, как с сожалением вернуть свою ладонь к себе на бедро. Чувство потери было таким сильным, что Дэв сжала руку в кулак.

Лаура была настолько занята эти два дня, что почти совсем не думала о точных обстоятельствах стрельбы. Она провела бесчисленные часы в больнице. И, по просьбе Дэв, удостоверилась, что дети знают о случившемся, но не слишком напуганы. Хотя Лаура и не была убеждена, что полностью справилась со своей задачей. Дети уже потеряли одну мать. И их взгляды, когда она сообщила, что Дэвлин в больнице, просто разрывали ей сердце. Слава Богу, Эмма немедленно вмешалась, когда Лаура совсем растерялась.

Лаура внимательно смотрела видео, пытаясь обнаружить в толпе сумасшедшего мальчика, который хотел убить Дэв. Но никто не выглядел таковым. Все казались счастливыми и заинтересованными тем, что Президент нашла для них время в своем графике.

– Где он? – Прошептала Лаура, коря себя за то, что не смогла сразу его определить. "Убийца ведь должен быть сразу распознаваем, не так ли? Он должен… ну… виноватый взгляд, или зловещий, или что-то еще". Лаура знала, что это смехотворно наивная мысль. Но она не могла не думать, что так было бы гораздо легче. Это сделало бы все намного проще. – Я всегда оставляю какой-то знак в моих книгах, – пробормотала она.

Дэв повернулась к ней.

– Что? Видео, пауза, – громко сказала она. – Что ты сказала?

Лаура нахмурилась.

– Я не вижу его. Камера показывает всю аудиторию, но я не могу его обнаружить

– Ну, если бы это было так просто, Секретная служба взяла бы его до того, как он успел сделать четыре выстрела. Я не знаю точно, кто стрелял. Но выстрелы были произведены из центра зала, когда я собиралась уходить и толпа приветствовала меня. – Дэв махнула рукой в сторону замороженного изображения. – Давай просто пролистаем это скучное место, где я говорю о законодательстве по регистрации ДНК, которое могло бы помочь захватить преступников. – Она хихикнула. – Забавно, что в данном случае, это не имело бы никакого значения. У стрелка еще даже нет удостоверения личности.

Лаура слабо улыбнулась, не будучи способной наслаждаться иронией Дэв. Она чувствовала, что ее живот просто завязался в узел от напряжения, а ладони стали влажными. Ее сердце началось биться чаще в ожидании того, что должно произойти на видео, и она подсознательно наклонилась поближе к Дэв, чтобы удостовериться, что она здесь. И что она жива.

– Видео, перемотка вперед. – Дэв следила за видео передачей, скорость которой увеличилась в пять раз. Она медленно положила свою руку на руку Лауры и мягко погладила ее. – Стоп. Воспроизведение на нормальной скорости.

Они вместе смотрели, как Дэв на видео сделала несколько комментариев и пошутила, вызвав смех и аплодисменты студентов. После этого она помахала рукой и повернулась, чтобы уйти. Не было даже намека на опасность до того, как прилично одетый подросток, который только что улыбался и приветствовал ее, как и вся аудитория, выхватил оружие из-за пояса штанов. Он вытянул руку с пистолетом вперед и закричал: 'Умри, сука!' После этого он четыре раза нажал на курок, сделав небольшую паузу перед последним выстрелом.

Дэв вздрогнула, когда выстрелы прозвучали в тихой больничной палате. Она наблюдала за видео изображением как бы со стороны, кровь начала отливать от лица.

После последнего выстрела, целью которого стала голова, она, наконец, упала. Лаура вздрогнула от громкого звука выстрела. Ее живот скрутило, а сердце подскочило к горлу. Отвратительная боль заполнила ее на несколько секунд. Она знала, что должно было случиться. Но даже это знание не подготовило ее к виду тела Дэв, которое резко дернулось, а потом начало оседать на землю.

– Боже, Дэвлин, – прошептала Лаура. Она закрыла глаза и зажмурилась, когда теплая рука обняла ее за плечи и притянула ее поближе.

Внезапно угол съемки изменился, теперь было видно Дэв крупным планом. Качество звука было немного хуже, аплодисменты и приветственные выкрики зала слились в унылый рев. Но, тем не менее, зритель мог слышать каждый вздох Дэв.

– Боже… – простонала Дэв, пытаясь смахнуть рукой кровь, которая заливала ей глаза.

Три агента немедленно опустились на нее, чтобы прикрыть Президента своими телами, пока еще несколько человек из Секретной службы занялись мальчиком в зале и разоружили его. Угол съемки снова изменился, на этот раз это был вид сверху. Майкл Оакс был первым, кто добрался до Президента.

– Они взяли стрелка. Руководителю штата и вице-президенту Винсенту уже сообщают, мадам Президент, – заботливо объяснил Майкл, пока агент прижимал полу своего пальто к плечу Дэв, чтобы остановить кровь. Дэв задыхалась.

Лаура быстро дышала, наблюдая выражение боли на лице Дэв.

– Дети?.. – Дэв вздрогнула, когда двое агентов перевернули ее на спину.

Майкл оглядел студентов, которые топтались в зале как испуганное стадо.

– Они в порядке, мадам Президент. Никто из них не пострадал.

– Мои дети? – Дэв закрыла глаза, когда попыталась пошевелить левой рукой, но потерпела неудачу.

– Они тоже в порядке. Домой уже сообщили, все меры безопасности принимаются.

Дэвлин открыла глаза и сфокусировалась на агенте, который прижимал кипу бинтов к ее бедру.

– Плохо?

– Нет, мадам Президент. – Он наклонился и прошептал. – Это ничто для Wonder Woman.

Дэв мигнула, и они начали движение. Ее замешательство было очевидно, она выглядела так, будто была в шоке.

– Могучая Мышь…

Лаура разрыдалась, услышав свое кодовое имя.

– Все хорошо, – шептала Дэв. – Это закончилось, и теперь все хорошо. – Люди президента сделали все правильно. Они заслонили ее и справились с этим быстрее, чем она помнила. Хотя, честно говоря, она помнила немногое помимо жгучей боли в бедре и плече, и запаха ее собственной крови.

Видео остановилось на кадре испачканного кровью зала, когда Дэв унесли. Дэв опустила голову и сконцентрировалась на воспоминаниях о том дне.

– Тот мальчик. Я помню его. Он… он продолжал улыбаться мне…

– Ты помнишь его? – Лаура развернулась в свободном объятии, чтобы посмотреть в лицо Дэв. Президент выглядела довольно спокойной, хотя Лаура и заметила, что ее лицо было немного более бледным, чем до просмотра. – Из всей толпы?

– Да. Это точно был он. Улыбался мне. Слушал меня. – Дэв покачала головой. – Дьявол, я думала, что ему интересно то, что я говорю.

Гнев Лауры готов был перехлестнуться через край, когда она представила подростка, который выжидал, чтобы убить Дэв, улыбался, чтобы она пробовала говорить для него, зная, что собирается ее убить. "Маленький ублюдок!" Она отвернулась от Дэв, и снова была поражена видом испачканного кровью зала.

– Иисус… – Она указала на изображение. – Ты можешь?..

– Извини. Видео, выключить. – Дэв посмотрела на Лауру, которая выглядела так, будто собирается сбежать. – Ты в порядке?

– Я… Я…

– Эй, – мягко сказала Дэв, потянувшись, чтобы провести рукой по щеке Лауры. – Я в норме. Я еще пропускаю воду, когда пью, но я – в норме, – пошутила она.

На сей раз, Лаура рассмеялась сквозь слезы.

– Ладно, – фыркнула она. – Ты права. Извини, что я веду себя как ребенок.

– Не извиняйся. – "Боже, Дэв. Ты даже не спросила ее о матери. Паршивый же из тебя друг". – Как твоя мама? – Она почувствовала, как Лаура напряглась. – Ты должна вернуться в штат Теннеси, чтобы быть с ней? – Ее сердце было с блондинкой.

Лаура немного отодвинулась, внезапно почувствовав себя неудобно.

– Что м-м-м… Что точно ты знаешь о моей матери? – Она осторожно посмотрела на Дэв.

– Я знаю, что произошло, Лаура. И я понимаю, что ты не хочешь говорить со мной об это. Я имею в виду, что я же не из твоей семьи. – "Она была здесь, со мной эти несколько дней, хотя ее сердце, вероятно, было в штате Теннеси". – Если ты захочешь поговорить, я – здесь, ладно?

Лаура кивнула, но продолжала отодвигаться. Она не была готова обсуждать это. Особенно сейчас. Не после всего того, что случилось с Дэв. Лаура чувствовала себя между молотом и наковальней – в то время как часть ее требовала поговорить с кем-то об этом, другая часть не была к этому голова.

Отец Лауры не понял, почему она оставила Анну, чтобы вернуться в Вашингтон ОК. Она пробовала объяснить, что Дэв была не только ее работой, но и ее другом, но это не подействовало. У них был ужасный спор в больнице. И, несмотря на то, что Лаура не была особенно близка с родителями, упреки отца задели ее сильнее, чем она могла предположить.

Лаура схватила платок с тумбочки, рядом с постелью.

– Я не должна возвращаться. – Она вытерла слезы. – Нет ничего, что я должна сделать дома.

Дэв молчала, но Лаура чувствовала, что она хочет знать почему, и грудь ее сжалась при мысли об этом. Комната начала становиться все меньше. Воздух. Это – то, что ей нужно. Чистый воздух, без запаха дезинфицирующих средств. Она должна оказаться ВНЕ больницы.

Лаура резко вскочила с кровати, заставив Дэв вздрогнуть.

– Я… м-м-м… Я скажу Дэвиду, что мы закончили. – Не оглядываясь, она пересекла комнату и вылетела за дверь.

– Лаура! Постой! – Дэв беззвучно выругалась, когда дверь закрылась за блондинкой. Она хотела бежать за Лаурой и попытаться принести извинения за то, что причинила ей боль. Она хотела схватить ее и сказать, что все нормально.

Дэв застонала, попытавшись сдвинуться с постели и почувствовав острую боль в бедре. Она задела монитор, и комната наполнилась пронзительным звуком тревоги.

Несколько докторов тут же ворвались в палату вместе с Дэвидом. Глаза МакМиллиана с облегчением закрылись, когда он увидел, что с Дэв все в порядке.

– О, нет, прекрати!

– Дэвид, – Дэв всхлипнула, попытавшись оторвать ногу от постели. Новая волна боли заставила ее почувствовать головокружение.

Джейн присоединилась к Дэвиду возле кровати Дэв, и через несколько секунд они, наконец, остановили паническое движение медицинского персонала.

– Ты не можешь вставать, Дэв!

– Лаура…

– Лаура – большая девочка. – Дэвид уложил Президента на спину и аккуратно устроил ее ногу на постели. – Она вернется, Дэв.

Дэвлин просила Дэвида узнать насчет матери Лауры. Очевидно, все в больнице говорили о споре между биографом и ее отцом. Старик вопил на Лауру из-за того, что она уехала из больницы. И все слышали, что если какая-то женщина, которую она знает только несколько месяцев важнее для нее, чем ее собственная мать, то она может больше не возвращаться домой… никогда. Дэвид печально вздохнул.

– Дэв, ей через многое пришлось пройти, ты знаешь. Дай ей время.

Дэв с сердитым вздохом устроилась на кровати.

– С ней все должно быть хорошо, потому что я собираюсь проследить за этим. – Она посмотрела на своего Руководителя штата, и синие глаза яростно вспыхнули. – Садись, Дэвид. Думаю, у тебя есть что сказать мне.

Глава VI

Июнь 2021

1 июня

Дэв сидела, низко опустив голову и опершись локтями о колени. Она тяжело дышала, в то время как ее физиотерапевт, стоящий у нее за спиной, делал пометки в медицинской карте Президента. Врач был молод, здоров и являлся восходящей звездой физиотерапии, за что и получил рекомендации от врачей Дэвлин. Мужчина вздохнул и почесал в затылке, перед тем как вернуться и встать перед высокой женщиной, сидящей на скамье. Они были примерно в двух третях пути по дороге реабилитации бедра и плеча Дэв, и доктор ясно видел признаки истощения и боли на лице своего пациента. И будет еще хуже.

– Мадам Президент?

– Что? – Прорычала она, даже не попытавшись поднять голову. Пот капал с ее лба и подбородка на покрытую винилом скамью.

– Теперь нам следует приняться за работу над вашей рукой. – Врач заметил, как Лаура тихо проскользнула в комнату.

Писательница закрыла дверь и подошла к скамье так, чтобы Дэв не заметила ее присутствия.

– А я не хочу это делать. – Президент покачала головой, и даже это небольшое движение стало причиной гримасы боли исказившей ее лицо. – Мы уже достаточно сделали сегодня.

– Мадам, курс терапии установлен, и мы должны… – Доктор еле успел увернуться от бутылки с водой, которая пролетела мимо его головы.

– К ЧЕРТУ КУРС! Я СКАЗАЛА – НА СЕГОДНЯ ВСЕ! – Дэв резко опустила плечи еще ниже. – Теперь оставьте меня одну, – прошептала она, пытаясь избавиться от чувства вины, вызванного этой вспышкой.

Лаура кашлянула, и две пары расстроенных глаз обратились в ее сторону.

– Привет. Вы – Юлио, верно? – Она протянула терапевту руку. – Я – Лаура Страйер.

Молодой человек улыбнулся и подошел к Лауре, чтобы пожать ей руку.

– Рад встретиться с вами, мисс Страйер. Я как раз собирался уходить. Я буду снаружи, если вы захотите поговорить.

Лаура смотрела, как врач поспешно идет в двери. Она решила игнорировать настроение Дэв. Лаура давно собиралась прийти на одно из терапевтических занятий Дэв. Но что-то всегда мешало. "Не ври себе, Лаури. Ты не хочешь видеть ее боль. И не знаешь, о чем говорить с ней после той идиотской ссоры последовавшей за просмотром видео стрельбы. Ты просто боишься остаться с ней наедине".

Писательница медленно подошла к скамье и села около Дэв. Она внимательно изучала Президента. После того быстрого взгляда больше ничто не говорило о том, что Дэв заметила ее присутствие. Лицо высокой женщины было красным и усталым. И было ясно, что ей больно. Мысли Лауры вновь вернулись к этому стрелку, Луи Генри. "Маленький ублюдок".

Когда стало ясно, что Президент не собирается ничего говорить, Лаура печально вздохнула.

– Привет, Дэвлин, – она мягко растягивала слова. – Ты уже закончила на сегодня? – Она наклонила голову в сторону. – Лиза сказала, что терапия будет длиться еще примерно полчаса.

– Лиза ошибалась. – Дэв осторожно вытерла лоб тыльной стороной ладони. – В это вся прелесть того, чтобы быть Президентом – я могу послать человека к черту, и он должен туда идти.

При этих словах Дэв спина Лауры стала еще более прямой.

– Я вижу, – серьезно ответила она. – Это касается и меня тоже?

Дэв, извиняясь, посмотрела на Лауру и покачала головой.

– Нет.

Лаура видела, как Президент пытается сжать в кулак больную руку. У нее не получилось.

– Я просто устала. – Признала она. – И это немного больно.

Лауре с большим трудом удалось удержаться от того, чтобы не потянуться к Дэв. Она не была уверенна, что Дэв это понравится, кроме того, она уже и так ступила на опасную почву.

– Я знаю это. Но есть еще кое-что, о чем, держу пари, ты не знаешь.

– Что? – Дэв дотронулась до бинтов, закрывающих рану на голове.

– Ты – самый сильный человек, которого я когда-либо встречала. – Лаура поднялась со скамейки, встала позади Дэв и аккуратно вытащила длинные волосы из-под повязки. – И ты – не сдашься. – "Ладно, теперь она будет проклинать тебя за то, что ты не понимаешь, через что ей приходится проходить". Лаура закрыла глаза и ждала ответа.

– Я не такая сильная, как тебе кажется, Лаура. Я веду себя ужасно, и я чертовски устала. Все чего я хочу – это вернуться в свою палату и лечь спать.

"Ладно, это не сработало".

– И ты можешь вернуться в палату и поспать. – Она подождала, пока Дэв в ответ не дернула головой и твердо добавила. – Но только после того, как закончишь курс терапии на сегодня.

Дэв посмотрела на нее.

– Извини? Что произошло с 'фактором к черту'?

Лаура подняла бровь.

– Он был только что перекрыт 'фактором Лауры'. Действуй. Не заставляй меня быть жестокой с тобой, Дэвлин. Южные женщины безжалостны и ты все равно проиграешь. – Серые глаза мерцали.

Дэв мгновение смотрела на нее. Лаура выглядела серьезно, но ее слова были на грани иронии. Такого не было уже пару недель.

– Я знала, что однажды наткнусь на человека с козырем на руках. Но я всегда полагала, что это будет Джейн или хотя бы Эмма. – Дэв дернула плечом и подняла подбородок. – Полагаю, я должна принести извинения Юлио за свое ужасное поведение, да? – Дэв опустила руку от повязки.

– Это не помешает, мадам Президент. – "Давай же, Дэвлин". – Я пойду, скажу ему, что ты голова продолжать.

– Хорошо. Я никуда не денусь. М-м-м… Спасибо. – Дэв не двигалась, пока Лаура уходила.

Она хотела, чтобы Лаура осталась, но совсем не хотела, чтобы она видела ее в таком состоянии. Слабой. Несчастной. Во взгляде Дэв появилось отвращение. Больше всего она хотела, чтобы этот день, наконец, закончился.

Лаура остановилась в дверном проеме, ожидая, что Дэв попросит ее остаться. Подождав несколько секунд, она с трудом сглотнула и открыла дверь.

– Президент готова продолжать, Юлио. – Она сочувственно улыбнулась доктору. – Спасибо за ваше терпение.

Мужчина покраснел и опустил глаза.

– Не стоит, мисс Страйер. Это – моя работа. – Он бросил на нее быстрый взгляд. – Ей действительно больно.

На лице Лауры появилось выражение страдания.

– Я знаю.

Терапевт склонил голову к плечу.

– Вы останетесь?

– Нет. – Лаура поджала губы и поправила очки. – Она не нуждается во мне. – "И мне жаль, что это так".

* * *

Дэвид вошел в комнату для допросов после того, как видеозапись покушения на Президента закончилась, и изображение было заморожено на кадре пустой окровавленной сцены. Он покачал головой. И почему они всегда останавливают запись на этом месте? Он был зол. Сердитые карие глаза обвели комнату, останавливаясь поочередно на лице каждого мужчины и женщины, которые сидели вокруг стола.

– Как это, черт побери, могло произойти?! – Он указал на видеоизображение. – Кто-нибудь хочет объяснить мне, почему Президент Соединенных Штатов сейчас проходит терапию, чтобы оправиться от трех огнестрельных ранений? – Дэвид пересек комнату и ударил кулаками по столу. – Ну?

Тишина стала оглушительной. Никто из агентов не решался встретиться взглядом с Дэвидом. Он сердито ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

– Устраивайтесь поудобнее, дамы и господа, потому что никто не выйдет из этой комнаты, пока я не получу все ответы, которые мне нужны, – выкрикнул он.

Несколько агентов вздрогнули.

Дэвид снял пиджак и бросил его на диван. Быстрыми сердитыми рывками он закатал рукава рубашки.

– Во-первых, я хочу знать, как пятнадцатилетний подросток заполучил оружие. Как он пронес пистолет в школу. – Красный цвет кожи Дэвида начал приближаться к оттенку алого. – И как он сумел сделать это, и особенно, почему он получил возможность стрелять в Президента Соединенных Штатов! ПРОКЛЯТЬЕ, Я ХОЧУ ЗНАТЬ, ПОЧЕМУ ОН ЭТО СДЕЛАЛ!

Мужчина, сидевший в противоположном конце стола вздохнул и поднялся на ноги.

– Да, агент Ротсберг? – Спросил Дэвид.

– Это было преступление из ненависти, сэр, – начал тот.

– Говорите!

– Преступление из ненависти, сэр. – На сей раз, его голос был более твердым. – Подозреваемый собирался стрелять в Президента, потому что она – женщина и лесбиянка. – Агент толкнул папку, и она поехала по глянцевой поверхности стола в сторону Дэвида.

– Он не собирался, – Дэвид буквально выплевывал слова, – он СТРЕЛЯЛ в Президента. Несколько раз!

Агент быстро кивнул.

– Да, сэр. Вся информация, которая у нас есть, находится там. – Он указал на папку, которую Руководитель штата держал в руках. – Это – самые последние сведения.

Дэвид открыл папку и пролистал несколько страниц.

– И он преуспел в своей стрельбе. – Дэвид внимательно вчитывался в файл, но это не мешало ему продолжать отчитывать агентов. – Кто из вас хочет, чтобы именно в его дежурство убили Президента Соединенных Штатов? Потому что, если мы будет продолжать работать в том же духе, это непременно произойдет!

Дэвид выдернул пустой стул из-за стола и шлепнулся на него, не отрываясь от чтения.

– Дьявол, почти шестьдесят лет прошло со смерти Кеннеди. Полагаю, большинство из тех парней тоже уже мертвы. Хотите оказаться на их месте? Всем вам остается только надеется, что расследование покажет, что этому подростку просто повезло. – Он закрыл папку. – Поскольку, если я обнаружу, что кто-то из вас не выполнил своей обязанности по защите Президента, или что вы каким-либо образом сделали это покушение возможным… – Он недоговорил, но никто не сомневался, что ожидает их в этом случае.

Дэвид снова обвел взглядом всех агентов. И все что он видел – это печаль, затруднение и сожаление, что заставило его чувствовать себя немного лучше. Пока было похоже на то, что подростку просто повезло. Но этого не должно случиться снова. Так или иначе, они обнаружат, где совершили ошибку. У них есть второй шанс.

– Хорошо, ребята, начнем сначала. Мы будем смотреть это видео до тех пор, пока я не узнаю, где находился и что делал каждый из вас, когда в Президента стреляли. Видео, старт.

4 июня

Дэв застонала, опусакясь на постель. Трость она прислонила к стене. Ее бедро все еще адски болело, и Дэв старалась избегать каких-либо движений. Она задавалась вопросом, удивится ли кто-нибудь, если она снимет повязку и придушит ею нескольких людей. "Вероятно, нет", подумала Президент, прекрасно осознавая, насколько мерзкой она могла быть, когда чувствовала себя плохо. Но, с тех пор, как ее физиотерапевт перестал быть с ней столь невозмутимым, она почувствовала, что может справиться со своим настроением. Возможно, она придушила бы только одного человека.

Солнце заливало комнату теплым светом через высокие, от пола до потолка, окна. Дэв вздохнула. Это была ее любимая комната здесь. По иронии судьбы, именно в этом помещении выздоравливал после ранений Президент Рейган, примерно сорок лет назад.

Дэв отвела взгляд от окна. "Ну, я – первый Президент США в этом столетии, на которого было совершено покушение. И самое плохое, что причиной этого стала только ненависть к женщине-лесбиянке. Его даже не интересовала моя политика!" Негодовала она.

Лиза прошла в открытую дверь мимо двух агентов Секретной службы и опустила груду папок на стол перед Дэв.

– Если вы чувствуете себя лучше, мадам Президент, то вы действительно должны просмотреть их и поставить подписи.

Дэв схватила первую папку, радуясь, что может заняться хоть чем-то помимо жалости к самой себе.

– С радостью займусь этим. Я закончу к ужину.

Лиза улыбнулась. Это Джейн настояла на том, чтобы занять чем-то Президента, которая успела уже затерроризировать весь персонал Белого Дома. Как обычно, она была права.

– Лаура пошла забрать детей. Мы собираемся провести несколько минут с ними здесь. – "Или, по крайней мере, я. Я удивлюсь, если Лаура останется. Похоже, с тех пор как в меня стреляли, она боится находиться рядом со мной. Не то, чтобы я винила ее за это. Кто захочет стоять рядом с целью? Я могла бы просто сделать большую красную татуировку с мишенью у себя на заднице. А затем пойти и вмешаться в личные дела ее семейства. Если бы она хотела поговорить со мной о своей матери, то сделала бы это. Все лучше и лучше, идиотка. Черт. Слишком много жалости к себе".

– Это – замечательные новости. – Лиза посмотрела на часы. С тех пор, как она устроила свидание Лауры с Кейси, она избегала писательницы как чумы. От Эммы она узнала, что Лаура отзывалась о ней, как о 'безумной заднице янки'. Лиза не была уверенна в том, что это означает. Но она была уверенна, что это плохо. Очень плохо. Но, по крайней мере, Кейси была счастлива. Они с Кандиссией Деланей собирались играть свадьбу осенью!

Лиза подала Дэв ручку и нервно посмотрела на дверной проем.

– Должна ли я передать звонок от Премьер-министра Англии сюда? – Она двинулась в сторону двери. – Это – не политический, а социальный звонок. Премьер-министр хочет обсудить Государственный обед в честь приезда Его Величества в сентябре.

Дэв рассеяно кивнула.

– Конечно. Остаток дня я, скорее всего, проведу здесь. Так что давай сюда все, что потребует внимания.

– Да, мадам. – Лиза развернулась, чтобы уйти, когда дети вбежали в комнату, c трудом успев затормозить, чтобы не врезаться в кровать их мамочки. Она обошла Эшли, старательно избегая злого и пристального взгляда серых глаз Лауры, которая, не отрываясь, смотрела на нее, пока она не вышла из комнаты. Лиза вздрогнула, услышав рычание. Гремлин или Лаура? А есть разница?

Дети старались быть осторожней, чтобы не причинить боль матери, но они не могли удержаться от восторженных объятий и поцелуев. Только через несколько минут они успокоились, и достали раскраски и карандаши. Эми присоединилась к ним на ковре, давая возможность Лауре и Дэв спокойно поговорить.

– Я хотела поблагодарить тебя за то, что ты проводила с ними столько времени эти недели. – Спокойно сказала Дэв, замечая, что Лаура устроилась посередине дивана, а не с краю – ближе к ее постели.

Лаура неловко поерзала на месте. Дэвлин уже благодарила ее за это. Несколько раз. Они не разу не обсуждали то, что Лаура тогда убежала из комнаты Дэв. И, с тех пор, отношения между ними были… она внутренне вздохнула… напряженными. Дэв сидела как на иголках, когда она была рядом; да и сама Лаура чувствовала себя ненамного лучше. Их краткая беседа на сеансе терапии пару дней назад была самым длительным разговором за прошедшие две недели. Тишина, которая раньше была уютной, теперь становилась неловкой. И сейчас было очевидно, что Дэв завела эту светскую беседу только для того, чтобы избежать тишины. Также очевидно было и то, что ее это напрягает.

Лаура пожевала губу. Это была ее ошибка. Она, извиняющимся взглядом, посмотрела на Дэв.

– Это не просто трата времени, Дэвлин. – Это было правдой. – Это сделает книгу лучше. И я лю… я хочу сказать… твои дети – прекрасны.

Дэв не смогла сдержать усмешку.

– Спасибо. Все они просто без ума от тебя. Кроме Кристофера.

Лаура наклонилась вперед и нахмурилась.

– Правда? – Она пристально посмотрела на мальчика, развалившегося на ковре. Затем беспомощно оглянулась на Дэв, так как ее беспокоило то, что случилось нечто, о чем она не знает. У них всегда были хорошие отношения! – Но… но…

– Он НЕ ПРОСТО без ума от тебя, – разъяснила Дэв. – Он безумно влюблен в тебя. И на днях он спрашивал, нет ли у тебя мужа.

Лаура рассмеялась.

– Ничего себе. Ты заставила меня понервничать! Ты сказала ему, что я буду свободна, когда он подрастет.

"Будь я проклята, если все так и будет". Дэв улыбнулась. Это было лучше того, на что она рассчитывала. Взаимные подколки, которых не было уже несколько недель, похоже, возвращались. Она надеялась.

– Конечно, нет. Я хочу внуков, а к тому времени тебе будет…

– Не намного больше, чем тебе сейчас! – Лаура скрестила руки на груди и сузила глаза

– Да. Пожилая леди! – Дэв подмигнула, и они обе рассмеялись.

Дэв определено начинал нравиться этот разговор.

– Судя по тому, что мне удалось выжать из Дэвида, книга обещает быть прекрасной. И он продолжает угрожать, что расскажет тебе несколько смущающих истории, если я не буду вести себя хорошо и проходить терапию. – Она слегка покраснела, вспомнив их последнюю встречу вдвоем. – Он всегда был шантажистом, и если бы он увидел, как я вела себя тогда с доктором, он бы просто пнул меня.

Лаура сделала серьезное лицо, но не стала отказываться.

– Мне жаль.

– Ты же не хочешь сказать… – Дэв строго посмотрела на нее.

– Извинения приняты, Дэвлин. – Она опустила глаза, прежде чем сменить тему разговора. Лаура выглядела немного возбужденной. Она не была уверена, как Дэв прореагирует на просьбу о тех интервью, которые она хотела бы получить. – Кстати, о книге. Я… м-м-м… мне кажется, я сделала уже все исследования, которые могла, в Белом Доме.

Сердце Дэв пропустило удар, горло перехватило настолько, что она с трудом дышала и вынуждена была глотнуть кофе, чтобы хоть что-то сказать. Она задавалась вопросом, отразилась ли на ее лице та паника, которую она чувствовала. "Боже, она собирается уехать! Хочет оставить Белый Дом. Придумай что-нибудь, быстро!"

– А-а-а… – Целую долгую секунду Дэв не знала, что сказать. – Как насчет возможности встретиться с моими родителями? – Выпалила она быстрее и громче, чем собиралась. Но Дэв не думала, что ее сердце выдержит, если Лаура покинет ее прямой сейчас. "Возможно через несколько недель, когда я почувствую себя лучше, но не сейчас. Пожалуйста, Боже, не сейчас. Я не могу потерять и ее тоже".

Лаура подняла бровь, встала и подошла к постели. Она немного помедлила перед тем, как сесть на край кровати. Писательница хотела погладить ногу Дэв или взять ее за руку. Но не стала. Вместо этого она села на свою руку, чтобы ненароком не сделать этого.

– Что-то не так, Дэвлин? – В ее голосе было беспокойство, и он был мягким и теплым, так что Президенту захотелось разрыдаться.

– Я… Я… м-м-м… Просто подумала, что после всего произошедшего, каникулы были бы кстати. У моих родителей красивая небольшая ферма в штате Огайо, и мы могли бы провести там несколько дней. Дети могли бы повидаться с бабушкой и дедушкой, и мы… я хочу сказать, я… ух… ну, мы могли бы немного отдохнуть в тишине и покое, если ты захочешь поехать с нами. И родители могли бы дать тебе интервью для книги. – Дэв рискнула и позволила себе тыльной стороной ладони слегка задеть ногу Лауры. Если блондинка все-таки уедет – Дэвлин собиралась сохранить память о большом количестве приятных моментов.

При словах 'штат Огайо' Эшли взволнованно вскочила и подбежала к кровати Дэв.

– Бабушка и дедушка! Правда? Пожалуйста, мамочка. Это было бы замечательно. Мы сможем взять с собой Гремлина?

Дэв погладила девочку по спине.

– Да, милая, – она хихикнула. – Мы поедем повидаться с ними. Но Гремлина мы сможем взять, только если Лаура поедет с нами. – Президент улыбалась без тени раскаяния. Хотя она и понимала, в какое положение ставит Лауру, но она собиралась использовать любое преимущество, какое у нее было.

Лаура поджала губы.

– Очень трусливо, Президент Марлоу. Ты знаешь, что твои дети управляют мной почти так же, как Гремлин. – Она пробовала не рассмеяться, когда Кристофер, который теперь стоял в полуметре от кровати вместе с Аароном, нервно стянул очки, ожидая, ее ответа. Лаура мигнула. "Он скопировал мой жест?"

Прежде чем Лаура успела ответить на вопрос Дэв, Аарон подбежал к ней, забрался ей на колени и посмотрел на нее своими синими глазами. Маленький мальчик, как и его приятель Гремлин, не стеснялся никаких действий для того, чтобы управлять Лаурой.

– Пожалуйста, – трогательно попросил он.

Лаура опустила голову, ее плечи дрожали от смеха.

– Да, – счастливо произнесла она. – Мы с Гремлином едем с вами.

Дети радостно закричали. Аарон тут же соскочил с коленей Лауры, чтобы пойти играть с братом. Его работа была выполнена.

Лаура повернулась к Дэв, которая усмехалась как Чеширский кот. Она прикоснулась к пальцам, которые все еще находились возле ее бедра.

– Мне было бы интересно поговорить с твоими родителями. Я собиралась просить Дэвида устроить это интервью. Но видеть тебя рядом с ними, как вы разговариваете и ведете себя – это будет гораздо интересней. – "Ей это нужно. Как и всем нам".

У Дэв были темные круги под глазами, и она похудела за эти недели. Но она все еще была самой красивой женщиной, которою Лаура когда-либо видела.

– Думаю, мы обе могли бы воспользоваться этими каникулами. – Биограф усмехнулась. – Мне хотелось бы вырваться из города на некоторое время. – "С тобой".

Улыбка Дэв заставила ее рассмеяться вслух. Внезапно ее глаза стали глубже, она понизила голос так, чтобы теперь только Президент могла слышать ее. Лаура оглядела комнату.

– Мы должны поговорить вскоре, ладно? – Она наклонила голову, ожидая ответа Дэв.

– Ладно. – Дэв кивнула и добавила с опаской. – Все, что ты захочешь. И когда захочешь. – Она облизала губы. – Лаура, если бы я сделала что-то, чтобы расстроило тебя, ты бы мне сейчас сказала, верно?

– Нет, не сказала бы, – серьезно ответила блондинка. – Я предпочла бы сделать это наедине.

У Дэв живот скрутило.

– Гад… – Дэв остановилась, когда поняла, что дети на расстоянии пары метров от нее. Внезапно зазвонил телефон, и она расстроено вздохнула. – Телефон, ответить.

Над аппаратом появилось видео-изображение премьер-министра Англии.

– Мадам Президент. – Он оглядел комнату и улыбнулся. – Надеюсь, я не отрываю вас от семейства. Я бы хотел поговорить с вами. Как вы себя чувствуете сегодня?

Дэв тут же стала полностью Президентом.

– Хорошо, хотя, честно говоря, премьер-министр Хавкинс, у меня были дни и получше. Но, надеюсь, они скоро вернутся. А как вы и ваше семейство?

11 июня

Дэв, опираясь на трость, медленно шла по коридору. Это был ее первый день в Овальном кабинете, после той стрельбы. Хотя, даже находясь в больнице, она продолжала исполнять свои обязанности, но все же это был первый 'официальный' день снова на работе.

Дэвид и Шэрон провели замечательную работу с прессой, и теперь она наслаждалась 65% поддержки среди населения США. "Проклятье, если бы четвертая пуля тоже попала в цель, то я была бы или мертва, или на 80%!"

– Доброе утро, мадам Президент. – Джейн встала, когда Дэвлин вошла в офис. Ее шествие по залу сопровождал ритмичный стук трости. Джейн улыбнулась и подала Дэв чашку кофе, которая будет первой из шести или семи за сегодня.

В паре метров позади Дэв стояла Лиза, и нос ее просто обосновался в электронном органайзере.

– Доброе утро, Джейн. – Дэв попыталась улыбнуться, несмотря на пульсирующую боль в бедре и плече. – Не могли бы вы войти на минуточку, пожалуйста?

– Конечно.

Три женщины вошли, но Лиза тут же опередила всех, взяв чашку из рук Президента и поставив ее на стол. Она немедленно приступила к работе над расписанием, нажимая на кнопки в органайзере одной рукой, и записывая задания для Дэв в блокнот – другой.

Дэв обернулась к Джейн, когда дверь закрылась. Она двинулась вперед и обняла Джейн.

– Спасибо. Спасибо за то, что ты снова сделала для моего семейства, Джейн. Я не знаю, что бы я делала без тебя.

Джейн, которая никогда не любила эти эмоциональные сцены, тепло обняла Дэв и отодвинулась.

– Ты бы просто потеряла голову, если бы Дэвид, Эмма и я не позаботились об этом.

Дэв закатила глаза, но быстро согласилась.

– Ты абсолютно права.

– И Лиза тоже заработала место в этом списке, Дэвлин. Она получает недостаточно денег, чтобы работать так, как тебе это нравится.

Дэв подняла брови.

– Ты снова права. Я должна послать ей цветы, как ты думаешь? – Спросила она шепотом.

– Потрясающая идея, мадам Президент, – шепотом ответила Джейн с усмешкой. – Я позабочусь об этом.

– Спасибо. – Дэв повернулась к столу, затем немного помолчала. – Да, Джейн?

– Да?

– Почему бы тебе не выбрать и несколько тех уродливых кактусов, которые ты так любишь?

Джейн оскорбилась.

– Я закажу два. И дорогих!

Дэв усмехнулась и покачала головой, слушая, как старая женщина покидает Овальный кабинет. Президент осторожно опустилась на стул. Некоторое время она просматривала свое расписание, попивая кофе.

– Лиза, куда Лаура умчалась этим утром? Ты не знаешь? – Дэв установила трость рядом, но вне поля зрения.

– Да, мадам. – Лиза слегка вздрогнула при упоминании имени блондинки. – У мисс Страйер несколько встреч на Холме сегодня. И интервью относительно книги с конгрессменами и сенаторами штата Огайо, насколько я помню.

– Боже, надеюсь у них будет хорошее настроение этим утром, – пробормотала Дэв, ставя подписи под документами. Она сделала паузу, глядя на бумагу, лежащую перед ней. – Что это, черт возьми? Список для бакалейной лавки?

Лиза посмотрела через плечо Дэв.

– Это – меню для Государственного Обеда, мадам Президент.

– А, ну, отдайте это обратно. Если будут какие-то вопросы, отправьте их к Джейн или даже к Бэт МакМиллиан. Они справятся с делом Первой Леди намного лучше, чем я. Кроме того, пока они не заказывают квашеную капусту, меня не волнует, что я ем.

Глаза Лизы расширились.

– Я немедленно встречусь с Джейн.

Дэв хихикнула.

– Давай, Лиза.

Секретарь взяла листок из руки Дэв, и тут же вручила ей еще полдюжины листов.

Дэв развернулась и впилась в нее взглядом, но вид Лизы был 'сама невинность'. Президент подняла бровь.

– Ты испытываешь извращенное удовольствие, делая это, не так ли?

Лиза улыбнулась.

– Я отказываюсь отвечать на этот вопрос на том основании, что это может быть использовано против меня.

– Да? Ну, по крайней мере, ты не смотрела на часы целых десять секунд.

– Мне не надо смотреть на часы, чтобы знать, что у вас есть четыре минуты до того, как прибудут Руководитель штата и специальный прокурор.

Улыбка сползла с лица Дэв. Она вздохнула и опустила голову на стол.

– Это необходимо?

– Да, мадам, но взгляните на это с другой стороны. Сегодня – пятница. Значит, завтра вы, дети, мисс Страйер и МакМиллианы будете на пути к вам домой, в штат Огайо, на заслуженные каникулы.

– Это точно. Завтра вечером Лаура, несомненно, будет иметь удовольствие попробовать запеченного поросенка в исполнении моей мамочки.

Лиза поддержала улыбку. Сколько раз Президент упомянула Лауру этим утром?

– Это хорошо?

Дэв перечитала документ, перед тем, как ответить.

– Я этого не говорила. – Она ничего не подписывала не читая.

Лиза прекратила смеяться, когда Дэвид и высокий темноволосый мужчина вошли в кабинет. Дэвид подошел к столу Дэв и наклонился вперед, оперевшись руками о край стола.

– Лиза выглядит довольно счастливой. Рад видеть, что ты не потеряла свою способность смешить людей.

– Это – только из жалости, дружище. Она знает, что у нас будет завтра на ужин.

Глаза Дэвида расширились, и он перекрестился. Дважды.

– Твоя мамочка готовит? – Он сглотнул. – Если это так, я должен сообщить Бэт, чтобы она упаковала таблетки для желудка.

– Ну, эта угроза сейчас висит над нашими головами, приятель. Ее всемирно известное жаркое готовится. И даже не думай отступить теперь. Ты знаешь, ее это расстроит. – Дэв закрыла последнюю папку и посмотрела на мужчину, стоящего позади Дэвида. Она попыталась встать, но Дэвид не позволил ей.

Дэв благодарно хмыкнула и сплела пальцы в замок.

– Итак, господа, полагаю, мы должны обсудить судебное расследование против пятнадцатилетнего мальчика.

– Мадам Президент, – начал Дэвид. – Это – специальный прокурор Уильям Миллер.

– Мистер Миллер, – Дэв протянула руку. Они формально поздоровались, и Президент указала на стул. – Садитесь, пожалуйста.

Мужчина расстегнул пиджак и аккуратно опустился в массивный стул перед столом Дэв. Дэвид сел на другой стул.

– Спасибо, мадам Президент.

Дэв нажала кнопку селекторной связи.

– Джейн, ты не могла бы…

– Прислать поднос с кофе? Он уже в пути, мадам Президент.

– Конечно. Мне жаль, что я сомневалась в тебе, Джейн.

Дэвид вздрогнул при словах Дэв. Джейн НИКОГДА не забывала про кофе и печенье.

– Это все болеутоляющее. Не извиняйся, – хихикнула та с другой стороны селекторной связи.

– Большое спасибо. – Дэв посмотрела на Дэвида, который послал ей неодобрительный взгляд. – Что я могу поделать, если я хочу кофе? Все равно Эмма заставляет меня пить стакан молока каждый вечер. Она хочет проделать дырку в моем животе. – Дэв откинулась на спинку стула, серьезно глядя на сидящих напротив мужчин. – Скажите мне, что ожидает этого молодого человека.

– Мы собираемся преследовать его по суду, как взрослого, мадам Президент. – Авторитетно заявил Миллер, доставая папку из портфеля.

– Что-нибудь есть о людях, которые дали ему оружие и объяснили, как его следует использовать? – Дэвид взял один из файлов и просмотрел его. – Мальчик не мог взять пистолет из неоткуда. Он украл его, или купил, или оружие ему кто-то дал. У него был помощник.

Миллер кивнул.

– Мы ищем сообщников, сэр. Но пока ничего нет.

– Хорошо. Поскольку я хочу, чтобы каждого, кто приложил к этому руку, осудили.

Дэв скрестила руки на груди.

– Дэвид?

– Да, мадам Президент?

– Предположим, что он все сделал сам. Нет закона против фанатиков.

– Но есть против покушения на жизнь. – Ответил Дэвид. – И он где-то взял оружие. Его владелец тоже несет ответственность, Дэв.

Специальный прокурор Миллер прервал их.

– Он купил пистолет на улице. Мы проследили его путь к маленькому полицейскому участку в Вайоминге, где он был украден у офицера, которого убили при исполнении обязанностей. Этот путь ведет в тупик.

– Иисус. – Дэв опустила голову. – У оружия интересная история, не так ли?

– Да, мадам.

– Ты знаешь, – сказала Дэв. – У меня есть идея. – Она вытянула руки и набросала замечание в блокноте.

– Твои идеи могут быть опасны, Дэв, – пробормотал Дэвид. – Не забудь, у нас завтра каникулы.

– Не забуду. – Дэв посмотрела на мужчин. – Мистер Миллер, какое наказание может ожидать мальчика?

– Жизнь.

Дэв с отвращением выдохнула и закрыла глаза.

– Такая потеря. – "Он ненамного старше, чем Эш. И вся его жизнь будет закончена".

– Дэв, то, что этот парень хотел сделать с тобой… Ну, это почти то же самое, что Тед Харрис сделал с Сэм. – Дэвид неловко заерзал на стуле. Он знал, что упоминание Саманты было ударом ниже пояса. Но он понимал и то, что Дэв готова сделать какую-то глупость. Как, например, публичное прощение того, что сделал Луи Генри. Это показало бы ее сочувствие родителям мальчика, его братьям и сестрам, и обществу, которое помогало растить его. Но это также показало бы, что она оправдывает его действия, и что такие как он могут быть прощены. Если бы Дэв это сделала, то дала бы такую возможность любому придурку, который захотел бы выстрелить в Президента.

прим. переводчика. США придерживается англосаксонской правовой системы. Основной источник права при этом – юридический прецедент – судебное или административное решение, которому придается сила нормы права

12 июня

Лаура нервно вытерла ладони о штаны, переминаясь с ноги на ногу перед Президентской Канцелярией на Air Force One. Они были в воздухе уже сорок пять минут, и она, наконец, решилась, понимая, что дальше откладывать объяснение с Дэв некуда. Лаура ждала уже месяц, и это было слишком долго.

Их дружба страдала, и она плохо спала из-за этого. Лаура не понимала, что рассчитывала на более близкие отношения между ними, пока не появилась эта неуклюжесть, отнимающая у нее то, что она хотела… Может быть даже то, в чем она нуждалась в жизни. Она чувствовала себя глупой и виноватой. Но их отношения ухудшались, утекали как песок между пальцами, и она позволяла этому происходить. Но больше не будет. "Я должна исправить это".

Глубоко вдохнув, Лаура подняла руку и трижды постучала. Ответа не было. Она постучала снова. Ничего. "Это странно. Я знаю, что она там". Решившись, она спокойно повернула ручку и заглянула внутрь.

– Дэв?

Президент лежала на диване, роман об Адрианне Нэш покоился у нее на груди, легкий храп заполнял комнату. Глаза блондинки смягчились, и сердце наполнилось привязанностью, при виде свернувшейся Дэв, чья грудная клетка медленно поднималась и опускалась.

Лаура начала отступать, когда Дэвлин, не шевелясь, вскрикнула, и ее глаза начали двигаться под закрытыми веками.

– Не надо, – прошептала она. – Пожалуйста.

Биограф колебалась только секунду пред тем, как закрыть дверь офиса позади себя и войти в комнату. Она опустилась на колени рядом с диваном.

– Дэвлин, – успокаивала Лаура, – все хорошо.

Президент махнула рукой, сбив книгу на пол.

– Пожалуйста, не надо, – захныкала Дэв, ее дыхание участилось, и она начала слабо сопротивляться.

Побуждение коснуться Дэвлин было слишком велико, чтобы его игнорировать. Лаура прикоснулась к рукам Дэвлин и большими пальцами погладила мягкую кожу

– Все просто прекрасно, милая. Ты не одна. И это – просто сон.

Дэв практически сразу перестала бороться, дыхание стало таким, как прежде.

Лаура пожевала нижнюю губу, задаваясь вопросом, какой кошмар мучает ее. "Саманта? Стрельба? Или может быть что-то еще?" Она пригладила темные волосы Дэв, осторожно проводя рукой по все еще заживающему розовому шраму, который бежал по левой стороне лба.

Находясь рядом со спящей Дэв в этой тихой полуинтимной обстановке, Лаура почувствовала возможность потакать своим желаниям. Она тщательно изучала смягченное лицо Президента, ее глаза любовно отслеживали каждую линию и контур. "Боже, ты настолько прекрасна". Ее пристальный взгляд опустился на полные красные губы, и она наклонилась ближе. Локон светлых волос упал вперед, и Лаура убрала его за ухо, наклоняясь, и чувствуя слабый запах шампуня и чистой кожи Дэвлин. "Я должна поцеловать ее". Знакомая мысль пришла непрошеной. Но, на сей раз, она была более настойчива. "Если я не поцелую ее, то просто умру".

Неожиданно самолет слегка тряхнуло, лицо Дэвлин дернулось, и она открыла глаза. Она моргала слегка встревожено, пока взгляд не сфокусировался.

Лаура немедленно отодвинулась, сердце колотилось у нее в груди. "О, да. Я собиралась сделать это. Я собиралась поцеловать ее!"

– Привет. – Голос Дэвлин был груб со сна. Она немного наклонилась вперед, привставая на локте и протирая глаза рукой. – Что ты здесь делаешь?

Лаура немедленно поднялась на ноги.

– Прости, – сказала она напряженно. – Я стучала, и никто не ответил, и…

– Лаура, – Дэвлин остановила поток слов. Прежде, чем биограф успела убежать, она поймала ее за руку и крепко сжала. Дэв полностью села, ища глазами книгу. – Я рада, что ты здесь.

Лаура посмотрела вниз и подобрала книгу с пола, вручая ее Дэв. Та в ответ пожала плечами.

– Я просто читала.

Лаура хихикнула, увидев след, который оставило покрытие дивана на правой щеке Дэв. Она решила не упоминать о кошмаре, так как Президент не выглядела задетой этим.

– Я вижу. – Лаура покачала пальцем перед заспанным лицом Дэв. – Надеюсь это не из-за книги.

– О, нет! – Быстро исправилась Дэвлин, слегка вспыхивая. – Она – все еще одна из моих любимых. – С легким стоном она опустила ноги с дивана, освобождая место для Лауры. Дэв приглашающе похлопала по подушке рядом.

Бабочки начали дико трепетать в животе блондинки. "Извинись сейчас же, ты, трус, пока еще не поздно. И затем поцелуй ее".

– Так. – Сказала Дэв, нарочно не отпуская руку Лауры. Ее тело было напряжено, реагируя на писательницу, которая не выглядела счастливой.

– Да. – Лаура медленно выдохнула. – Так.

Дэв почесала подбородок.

– Что я сделала, чтобы расстроить тебя, Лаура? Пожалуйста, скажи мне. Отношения между нами не были прежними с того дня в больнице. – "И это убивает меня".

Плечи Лауры опустились, и она села на диван цвета моря.

– Ты ничего не сделала. Я просто… Я просто…

– Проблема во мне? – Спросила Дэв, готовясь к ответной вспышке гнева.

– Нет! – Брови Лауры поднялись, и она покачала головой. – Дело во мне, не в тебе.

Губы Дэв сошлись в тонкую линию.

– Во мне, не в тебе, – пробормотала она. "Похоже на 'забудь об этом'. Она не может просто порвать со мной! Мы даже не вместе… похоже". – Что это означает… в точности?

Лаура облизала губы, переводя дыхание.

– Это значит, что ты не сделала ничего неправильно. Мне нужно… м-м-м… я должна принести извинения за то, что бросила тебя в больнице. – Лаура почувствовала острую боль в груди, подумав о том, что она сделала. – Тебе нужен был друг, а я просто убежала. – Признала она мягко. – Мне так жаль.

– Эй, – Дэв пододвинулась поближе к собеседнице, хотя между ними и так уже почти не оставалось места. Она вынудила себя не вздрогнуть, поднимая руку и обнимая Лауру за плечи. Ее рука не работала несколько дней, и она должна заниматься терапией еще несколько недель, прежде чем рука придет в норму. – Ты не должна извиняться. Я волновалась о тебе.

Голос Лауры был полон ненависти к себе, и она выскользнула из объятия.

– Но я просто бросила тебя после просмотра этого ужасного видео!

– Это не имеет значения, – Дэв потянулась.

– Это имеет значение, Дэвлин.

– Нет, не имеет. И если бы я знала, что это – все, что беспокоит тебя, то сказала бы об этом еще неделю назад.

Лаура пристально посмотрела на Дэвлин полными слез глазами и нашла только подлинное любопытство и беспокойство в сияющих синих глазах. Но ни грамма гнева. Или жалости – это было худшим, что она боялась найти.

– Я вижу тебя каждый день, и я все еще тоскую по тебе.

При этих приятных словах Дэв с трудом удалось сдержать слезы.

– Я тоже тоскую по тебе.

– В тот день я была растерянной и смущенной, – Лаура сделала паузу и добавила, – и утомленной, и сердитой.

– Сердитой?

Лаура кивнула.

– Когда ты сказала мне, что знаешь о маме, это выглядело так, будто ты шпионишь за мной. Как будто грязное белье моего семейства выставили напоказ перед тобой. И я хочу знать, так ли это было.

Дэв вздрогнула от ее правдивых слов. Она знала, что для Лауры трудно жить как в аквариуме, на виду. И ее действия, у которых были самые благие намерения, не сильно помогли.

– Я… Я… Не хотела, чтобы ты чувствовала себя так. Я волновалась за тебя. Я просто просила Дэвида проверить, не могу ли я чем-то помочь. – Пристальный взгляд Дэв опустился к коленям. – Я не хотела подглядывать. Я только хотела помочь тебе, если бы это было нужно, но… – "Я не могла идти с тобой, когда хотела этого. Я не могла быть там, когда ты действительно нуждалась в друге".

– Я знаю. – "Боже, как это объяснить". – Но это настолько трудно. Мама… моя мама… я хочу сказать… – Лаура расстроено перевела дыхание. – Если бы я прямо просила тебя выяснить, что случилось. – Лаура вздрогнула, представив себя более молодой, лежащей с перерезанными запястьями в темно-красной крови, которая стекала на пол. – То, что она сделала настолько личное и уродливое.

– Это трудно. – Дэв сглотнула. Боль, которая последует за этим, необходима. Она никогда не лгала Лауре и теперь не собиралась. Но это было очень личным. Политик в ней хотел сказать 'не для печати', но она знала, что Лаура не предаст ее доверия, и что недостаток веры сейчас грозил бы ей будущим БЕЗ Лауры.

Лицо Дэв стало мертвенно спокойным, но голос все еще был мягок.

– Некоторые люди не могут бороться с побуждением. Они хотят убежать. Лаура, я собираюсь сказать кое-что, что никогда не сказала бы ни одной живой душе. – Она почувствовала выжидающий взгляд Лауры, и тонкие пальцы переплелись с ее собственными. Дэв посмотрела ей прямо в глаза. – Когда Сэм была убита, я думала об этом. – Дэв нахмурилась. – Я не знала, как быть с потерей. Я не находила выхода для гнева и боли, и это начало подавлять меня. Я не могла дышать без боли. Каждое биение сердца было болезненно. – Слезы в глазах Лауры почти заставили ее остановиться. Но она не стала. – Так или иначе, я, в конце концов, нашла дорогу назад. Через моих детей. Но некоторые люди просто не могут бороться.

Лаура зажмурилась. Было невыносимо видеть сильную женщину возле нее столь подавленной. Но она помнила то видео, с оглашения приговора Теодора Харри. Только одно слово приходило на ум. Сломленная. Она была сломлена. Но, так или иначе, кто-то восстановил ее. Или она восстановила себя.

– Но я не могу помочь маме, – прошептала Лаура с мукой. – Я пробовала! Я целую жизнь пробовала, и ничто не помогает. Меня недостаточно. – "Ничего не достаточно".

"О, Лаура. Не поступай так с собой".

– Милая, ты помогала ей, даже если не знаешь об этом. Ведь ты выросла в такую умную, благородную женщину. Ты была там, когда она нуждалась в тебе, трудно было бы поступить лучше. Иногда люди просто не могут помочь, несмотря на все, что они делают или чувствуют. Если хочешь, мы найдем лучших докторов, чтобы они осмотрели ее. Они могут попробовать помочь ей. Может быть, есть какая-нибудь новая техника или лекарство или…

– У нее лучшие доктора, которых я смогла найти. У меня достаточно денег, чтобы позаботиться об этом. – "Милая?" Она позволила этому слову впитаться в нее, как бальзаму для ее тревог и страхов. "Она не говорила ничего подобного с тех пор, когда попала в больницу". – Я ценю твое предложение. Но не думаю, что найдется что-нибудь, чем ты можешь помочь нам. – Она сжала руку Дэв. – Разве что быть моим другом.

Лаура фыркнула, и улыбнулась, услышав, как Дэв сделала то же самое. Они были настоящей парой.

– После того, как я сбежала из больницы, я чувствовала, что не могу помочь тебе. Все, что ты делала – это была добра ко мне. Все, о чем я могла думать – это побег. – Лаура подняла руку и вытерла слезу, готовую скатиться по щеке Дэв. – Я так сожалею об этом. – Шепнула она. – И особенно о том, что постеснялась сразу извиниться. – "Говори остальное!" – Отношения между нами были неловкими, и мне это не нравилось. Я м-м-м… – Пауза. – Я хочу держать тебя за руку… долго… и не могу делать этого, если мы не будем сидеть рядом друг с другом… – Она перевела дыхание, надеясь, что Дэв чувствует то же самое.

Блестящая улыбка появилась на губах Дэв, и тут же – ее отражение на губах Лауры.

– Так, – Президент слегка пожала плечами, испытывая облегчение и с трудом удерживая себя от того, чтобы не прыгать от радости, как маленький ребенок, – сиди рядом со мной. Я не кусаюсь. – Она игриво взглянула на собеседницу. – Я даже обниму тебя, если хочешь. И мои руки ВСЕГДА свободны для того, чтобы поддержать тебя.

Лаура застенчиво кивнула. Она подняла руку, сплетенную пальцами с рукой Дэв.

– Мы уже на полпути к этому. Но все-таки, как насчет объятья?

– Хорошо. – Свободной рукой Дэв обняла ее за плечи и притянула поближе. – Это не жук, – поддразнила она. – Это я тебя обнимаю. Я не хочу никакой неразберихи. – Она осторожно притянула Лауру к себе. После чего обе женщины перевели дыхание. Щека Дэв касалась светлых волнистых волос. – Я знаю, мы ничего не можем поделать с проблемой уединения. Но, может, иногда мы сможем проводить немного времени наедине?

Согласное бормотание Лауры раздалось из области ключицы Дэв.

– Я не позволю этому снова выйти из-под контроля. Я обещаю. – Она погрузилась в это объятие, не думая о том, что оно означает и к чему приведет. Она просто принимала привязанность и комфорт, которые Дэв предлагала ей. И старалась возвратить то же самое.

– Но, знаешь, что еще?

– М-м-м?

– Нэш все еще нужна девушка.

Лаура тихо рассмеялась.

В это время Дэв почувствовала мягчайшее прикосновение к середине своего горла. Она просто улетела, глаза сами закрылись. "О, Боже, она целует меня!"

Лаура снова прикоснулась к мягкой коже, поражаясь легкому покалыванию, которое пробегало вверх и вниз по ее спине, и чувству, будто теплое вино текло по венам, нагревая ее. Легкие поцелуи были болезненно интимными, и это было так прекрасно, наконец, показать Дэв, что она испытывала и как заботилась о ней, что Лаура не собиралась останавливаться. Она наклонилась вперед, слегка прикасаясь к горлу Дэв губами, чувствуя, как дико стучит в ответ пульс темноволосой женщины.

Самолет снова немного тряхнула и Лаура съехала в сторону, прерывая безупречный момент. Дэв вдохнула, чтобы заговорить, и Лаура, немного отодвинулась, наклонив голову, готовая слушать.

– Нет. – Ее голос был нежен, но настойчив.

Лаура подняла руку, мягко касаясь щеки Дэв, наслаждаясь теплой гладкой кожей под ладонями. Она глубоко заглянула в панические глаза с оттенком желания и привязанности.

– Ничто не прервет нас снова. Хорошо? – Крошечная частица неуверенности в этом вопросе была уничтожена ответом Дэв.

Дэвлин перевела дыхание и коротко кивнула, наклонив голову для более прочного контакте с Лаурой. Она просто утонула в теплых серых глазах, которые были настолько полны честной дружбой и преданностью, что грудь Дэв сдавило от этого.

– Хорошо, – прохрипела она, удивленная тем, что еще может говорить и, чувствуя, что ее сердце, похоже, собирается просто выпрыгнуть из груди. Она уже чувствовала головокружение, а ведь они даже еще не поцеловались по-настоящему. "Пожалуйста, не дай мне потерять сознание сейчас".

Лаура застенчиво улыбнулась и облизнула губы, чтобы увлажнить их. Небольшим усилием руки, она притянула лицо Дэв к своему.

– Я вечность хотела поцеловать тебя. – Тепло выдохнула Дэв, и забыла все, что еще собиралась сказать.

Дэвлин закрыла глаза, когда легко как перышко, невозможно мягкие губы, коснулись ее губ, и прочно обосновались на них. Стон родился в ее горле, когда она запуталась рукой в волосах Лауры, аккуратно придерживая ее на месте, и возвращая поцелуй. Движение мягких любопытных губ Лауры заставляло ее губы гореть. Молодая женщина усилила свое откровенное изучение, и Дэв почувствовала, как уже все ее тело горит в огне.

Это продолжалось долгое приятное мгновение, не прерываясь, пока их языки осторожно не двинулись навстречу друг другу, испытывая то, чего обе желали так долго. Лаура начала отступать, затаив дыхание. Но Дэв двинулась вперед, сжимая губами ее нижнюю губу, из-за чего дыхание Лауры стало прерывистым, а из горла вырвался низкий чувственный стон. Высокая интенсивность момента быстро сменилась резкими дразнящими покусываниями, пока обе женщины не рассмеялись. На этот раз Дэв начала расслаблять пальцы, запутавшиеся в волосах Лауры. Но, прежде чем она смогла отодвинуться, Лаура отомстила, двинувшись вперед и неистово целуя Дэвлин почти до потери сознания. Ее начальные опасения таяли, и теперь она действовала на чистых инстинктах, позволяя чувствам унести их обеих далеко и углубляя поцелуй. Она кружила языком вокруг языка Дэв, пока та не начала всхлипывать. "Да!" Кричал разум Лауры. Это – то, чего она хотела. Это было желание и голод, который скрывался за каждым прикосновением, каждым невинным взглядом и чутким жестом. И теперь она попробовала это.

Лаура чувствовала, что ее тело реагирует на прекрасные прикосновения, которые она получала, так же, как и на те звуки, которые она пробудила в Дэв. Ее живот начал сжиматься из-за комбинации необузданных гормонов и адреналина, которые пели в ее крови.

Когда она разорвали контакт, Президент глубоко дышала, чувствуя легкое ошеломление и совсем не легкое головокружение. Лаура счастливо улыбнулась, и лицо Дэв немедленно вспыхнуло красным. Молодая женщина рассмеялась.

– Это было… м-м-м… – Дэв подыскивала правильные слова, глядя на нее широко открытыми глазами.

– Это было великолепно, Дэвлин, и я жалею, что мы уже давно не сделали этого.

Дэвлин кивнула прежде, чем Лаура закончила предложение. Она вздохнула от облегчения, чувствуя себя еще немного косноязычной из-за этого невероятного поцелуя.

Лаура снова улыбнулась, находя робость Дэв, смешанную с удовольствием и хорошей дозой нервозности, крайне очаровательной.

– Я думала, что, учитывая тот факт, что никогда раньше не была… с женщиной, как предполагается, я должна быть сейчас безумно напугана. – Она протянула руку и провела кончиками пальцев по восхитительным губам, мягкость которых она уже познала.

Дэв усмехнулась.

– Думаешь это так?

Голос пилота по громкоговорителю сообщил пассажирам, что самолет приземляются в аэропорту Columbus International, и посоветовал пристегнуть ремни.

Дэв встала и потянула Лауру за собой. Они бок о бок сели на места и пристегнулись.

– Я думаю, у нас появилась тема для разговоров об этой поездке, Лаура, – Дэв говорила серьезно, но ее мерцающие глаза показывали чрезвычайное восхищение таким поворотом событий.

Лаура не удержалась от сияющей улыбки, устраиваясь на своем месте.

– Я думаю, что это будет изумительный отдых.

* * *

Они ехали к семейству Дэв, и Лаура была поражена семейной обстановкой, царившей в лимузине. Эмма и Эми сидели напротив нее и Дэв. Эш спала, положив голову на колени Эми, Кристофер мягко покачивался в руках Эммы, Лаура посмотрела вниз, на маленького мальчика, расположившегося на ее собственных коленях. Она не удержалась и поцеловала спящего мальчика в лоб. Даже Гремлин, дремавший на полу лимузина, казался довольным. Он только иногда поворачивался, чтобы зарычать. И ждал, когда Дэв зарычит в ответ. Что она всегда и делала.

Дэв достала из кармана маленький пузырек таблеток, вытряхнула одну в ладонь и закрыла крышку. Взяв бутылку воды, она собиралась сделать глоток, когда поймала взгляд Эммы.

– Что?

– Вам это нужно?

– Это – ибупрофен, Эмма. Ничего серьезного. – Она покосилась на Лауру и почувствовала необходимость объясниться. Дэв опустила глаза к бутылке, играя крышечкой. – У меня были небольшие проблемы со снотворным. – Она посмотрела в глаза Лауре, и не увидела никакого осуждения. – Но больше я так не поступаю.

– Я рада, что ты не поступаешь так больше, – сказала Лаура мягко, слегка толкнув Дэв плечом. Биограф усмехнулась, когда Дэвлин взяла ее за руку. Эта женщина отличалась ото всех, с кем ей приходилось когда-либо встречаться. Она была всегда честна в том, что касалось ее. Даже притом, что это была вещь семейная, Лаура знала, что если бы она спросила Дэв, та ответила бы правду.

Но биограф уже обещала себе, что не напечатает ни слова, которое могло навредить бы Дэв или ее семье. Не беда, если она не раскроет чего-нибудь действительно убойного. Она молилась об этом.

Лаура наблюдала, как Дэв закрыла глаза, и осторожно повела плечом. Голова Президента тут же опустилась вперед. На лице Лауры отразилось беспокойство.

– Устала?

– Нет. Молюсь.

Светлые брови подскочили вверх.

– Молишься?

– Да. Молюсь, чтобы папа не позволил маме готовить для нас.

– Аминь, – хром сказали Эмма и Эми. За эти годы обе женщины уже были жертвами Джанет Марлоу. Она была приятна настолько, насколько могла быть. Она любила мужа и Дэв больше жизни, и еще у нее было хобби, которым она наслаждалась с детства. К сожалению, уровень навыков остался тем же, что и в детстве.

Доктор Фрэнк Марлоу, отец Дэв, всегда держал повара. К счастью для Дэв, повар ни разу не сменялся со свадьбы родителей. Но ее мать все еще чувствовала потребность 'помогать' повару время от времени. Особенно, когда приезжали гости.

– О, да ладно, – Лаура закатила глаза, – все не может быть так плохо. – Она обвела глазами лица всех женщин. – Никто не является столь плохим поваром. – "Ладно, я. Но я, по крайней мере, не заставляю других есть это".

– Ну, скажем, я предпочла бы съесть тех креветок с моего свидания с Кандиссией Деланей, чем быть подвергнутой стряпне моей мамочки. Я люблю мамочку, не пойми меня неправильно, но…

– О, мой Бог, – хором закончили Эмма и Эми, дрожа от отвращения.

Лаура засмеялась, заставляя Аарона ворочаться. Она немедленно закрыла рот ладонью и крепче обняла его. Дети не были настолько пугающими, когда спали.

Дэв посмотрела на Лауру и усмехнулась, она подняла мизинец и покачала им перед биографом.

Лаура показала язык в ответ, хотя и знала, что Дэв права. "О, парень, я связана с каждым членом семьи Марлоу или что?"

Двумя часами позже все они стояли у входа в дом семейства Марлоу. Лаура пряталась за Эмой и Эмми, наблюдая, как Фрэнк и Джанет приветствуют свою дочь и внуков дома. Она отчаянно хотела сделать несколько фотографий, но сопротивлялась этому убеждению, не зная, как отреагируют мистер и миссис Марлоу. Лаура с неловкостью наблюдала, как Джанет Марлоу, которая была похожа на более низкую и перечно-волосую копию Дэв, обнимала свою дочь и открыто плакала.

Фрэнк Марлоу стоял чуть позади, на каждой его руке повисли внуки, и он снисходительно улыбался внучке, которая обнимала его за талию. Он был высоким и стройным, с густыми белыми волосами и аккуратно постриженными усами и бородой.

– О, детка! – Джанет Марлоу сжала руками щеки Дэв. – Я так рада, что ты дома. – Она нахмурилась, приглядываясь к шраму на лице дочери. – Ты действительно в порядке?

– Мамочка, я прекрасно себя чувствую. Ты знаешь, я слишком упряма для… – Дэв остановилась, поняв что собирается сказать. Она разумно промолчала, когда мать отстранилась, чтобы осмотреть ее с ног до головы. – Клянусь тебе, мамочка. Я вся целая.

– Я буду судить об этом, юная леди, – сердито ответила женщина. Но ее глаза моментально смягчились. – Ты выглядела такой утомленной, когда звонила. Не знаю, почему ты не позволила мне приехать, чтобы заботиться о тебе.

– У меня целый дом людей, которые…

– ОНИ – не твоя мать, – маленькая женщина раздраженно ткнула пальцем в Президента.

Лаура попробовала заглушить смех, но потерпела неудачу.

Джанет обернулась и посмотрела на нее. "Какой позор, Лаура Страйер". Миссис Марлоу подняла бровь. "Так вот откуда это у Дэвлин". Лаура попробовала выглядеть должным образом пристыженной и опустила глаза.

– Ах, мамочка, папа. Вы помните Эму и Эмми. – Дэв направила родителей к другим гостям. Приветствия были быстрыми, и скоро всеобщее внимание вновь обратилось на Лауру. Молодая женщина явно нервничала под оценивающими взглядами. Она просительно посмотрела на Президента, и взгляд ее кричал 'помоги!'.

Дэв почти улыбнулась панике на лице Лауры.

– А это, – Дэвлин протянула руку и вытащила биографа вперед, – Лаура Страйер. Как вы знаете, она пишет мою биографию. И она собирается брать интервью у вас обоих. Так что попытайтесь не рассказывать ей все смущающие истории обо мне сразу, пожалуйста?

– Но я бы не возражала, – вклинилась Лаура.

– О, я уверен, мы могли бы рассказать историю или две о Вонючке, – сказал Фрэнк, подмигнув блондинке. – Рад видеть вас, мисс Страйер. Добро пожаловать в наш дом.

– Пожалуйста, зовите меня Лаура. И спасибо, мистер Марлоу. – Она просто умирала, как хотела знать, при чем тут Вонючка. Лаура определено собиралась услышать эту историю через некоторое время.

– Тогда вы, юная леди, должны звать меня Фрэнк, – он очаровательно улыбнулся.

Лаура кивнула и улыбнулась в ответ. Его южный акцент еще заметнее, чем у нее.

– Спасибо. – Она перевела дыхание и посмотрела на того, кто действительно имеет значение здесь. – Рада познакомиться с вами, миссис Марлоу. Дэвлин много рассказывала мне о вас.

– Рада познакомиться, Лаура. – Маленькая женщина пожала протянутую руку биографа. Лаура знала, что ее оценивают, и расправила плечи, отвечаяна рукопожатие. – И называйте меня Джанет. Миссис Марлоу была моя свекровь. Видит Бог, это была злобная су…

– Мамочка, – перебила ее Дэв.

Джанет невинно улыбнулась.

– Храни Бог ее душу.

* * *

Дэвид, его жена Бэт и Лаура просто задыхались от смеха. Слезы катились по их щекам, глаза метались от пылающих щек Дэв к дьявольской усмешке Фрэнка. Джанет пробовала не сорваться на смех, разливая кофе по чашкам. Но ее плечи тряслись.

Фрэнк Марлоу выглядел должным образом удовлетворенным, отклонившись на спинку стула. Он выполнял обязанность каждого отца по развлечению гостей. Дэв взяла салфетку со стола, она покосилась на отца и пробормотала что-то из-под салфетки, которой прикрывала рот. Лаура не была уверена, но ей показалось, что она слышала 'рисуется, чтобы произвести впечатление'.

– Так, – Лаура глотнула воды, наконец, прекратив смеяться, – вы расскажете мне о Вонючке?

Глаза Дэв расширились, и она зажала Лауре рот ладонью. Она осторожно посмотрела на отца.

– Ты этого не слышал. Она этого не говорила. Ты этого не слышал.

Лаура облизнула соблазнительную ладонь, и Дэв резко отдернула руку и, с громким 'фффууууу' принялась вытирать ладонь о штаны.

– Нет, я это сказала.

Фрэнк тихо дьявольски засмеялся.

– Ну, Дьяволу было тогда лет пятнадцать, я думаю…

– ОМОЙБОГ. Пристрелите меня, он собирается ей рассказать. – Дэв сползла со стула и начала молить о пощаде.

Фрэнк фыркнул, игнорируя дочь.

– Во всяком случае, она отправилась в поход в кампании друзей. Кажется, наш маленький Дьявол и ее юная подруга решили искупаться нагишом в озере.

Брови Лауры поехали вверх. Она обратилась к Дэвлин:

– Искупаться нагишом? О, мадам Президент. Кто бы мог подумать, что вы такая испорченная?

Дэв впилась взглядом в отца.

– Ну, если это окажется в моей биографии, то станет достоянием всего мира!

Лаура погладило колено Дэв и, посмотрев на Фрэнка, махнула рукой.

– Продолжайте, продолжайте.

– Очевидно, все было нормально, пока одна девушка из их группы не услышала плеск и не решила проверить, что это. Девочки, должно быть, увидели свет фонарика, потому что они выбежали из воды, схватили одежду и рванули к лагерю через лес.

Дэв застонала и сползла еще ниже. Неужели действительно можно умереть от смущения? Дэвид показывал на нее пальцем и истерично смеялся. "Да", решила она, "пожалуй, можно".

Лаура зажала рот рукой. Она попробовала представить мокрую обнаженную Дэв, бегущую через лес. "О-о-о… Сколько бы я заплатила, чтобы увидеть это? Черт, я взяла бы под это ссуду". Ее лицо внезапно покраснело, и она помотала головой, пытаясь вытряхнуть похотливые мысли.

– Понятно. Обнаженная, – слова выскакивали легко, – юная Дэв проносится через лес. – Она с надеждой посмотрела на Фрэнка, не уверенная чем наслаждается больше – этой историей или обиженным выражением на лице Дэв. – Что-то еще?

– О, да. – Кивнул Фрэнк. – Ее подруга вернулась нормально, не попав ни в какие неприятности. – Он поджал губы, глядя на Дэв. – Формально. – Затем мужчина рассмеялся. – Но Дьявол не была настолько удачлива. Ее голая… – Он резко остановился и прочистил горло. – Тыльная часть, я имею в виду, наткнулась на логово. Логово с одной защищающейся мамой-скунсом и четырьмя маленькими скунсиками, которые были испуганы мокрым и глупым человеком, разбудившим их. Ты знаешь, что делают скунсы, когда пугаются, Лаура?

Лаура вспыхнула смехом и наморщила нос, повернувшись к Дэв.

– Фффууууу, Дэвлин.

Дэв уже оправилась достаточно для того, чтобы почесать щеку, слегка ударить Лауру и бросить салфетку в отца.

– Большое спасибо, папа. Я потеряла последние остатки достоинства, которое еще сохраняла в глазах Лауры.

Дэвид и Бэт переглянулись.

– Мы слышали, тебя вырвало на нее, Дэв. Не оставалось никакого достоинства.

Дэв снова закрыла лицо руками.

– Неужели это была моя идея, приехать сюда? – Она застонала.

– Да, – ответили все хором.

Фрэнк продолжал.

– Понадобилось две недели и сто литров томатного сока, прежде чем мы смогли находиться с ней в одной комнате без того, чтобы слезы начали наворачиваться на глаза. ОТСЮДА и взялось прозвище Вонючка.

Лаура внезапно почувствовала сострадание к Дэв, которая все еще закрывала лицо. Как только ей удалось взять смех под контроль, она погладила Дэв по спине. Затем наклонилась и прошептала:

– Если тебе от этого станет легче, я всегда думала, что ты пахнешь прекрасно.

Дэв ответила, не меняя позы, но Лаура почувствовала улыбку в ее словах.

– Мне стало легче.

13 июня

Лаура жевала тосты и потягивала сок, стоя на крыльце дома в лучах утреннего солнца. Это было красивое место, и тот факт, что агенты Секретной службы охраняют весь периметр на несколько сотен метров вокруг, заставлял ее чувствовать себя в безопасности. Биограф могла только задаваться вопросом, на что будут похожи хижины, в которые они направятся ближе к вечеру. Ей действительно нравился главный дом.

Дэв позволила ей поспать этим утром. Хотя, следует признать, что со времени ее ранения, Лаура могла спать до 6:30, в то время как Дэв занималась терапией. Но ее упражнения уже были сокращены до трех в неделю, и Юлио даже дал ей на той неделе отдых 'за хорошее поведение'. Дэв думала, что это терапевтический перерыв для ее мышц, и Лаура не стала ее разубеждать.

Она проснулась от мягкого летнего бриза, дующего в окно, смеха детей и запаха бекона. Добавьте секс, и Лаура поклялась бы, что она на небесах, а не в штате Огайо. Она позволила этим мыслям утвердиться в ее голове, пока не почувствовала тянущую боль в низу живота и даже немного южнее. Лаура представила, как Дэв наклоняется и… Хватит! Она вынудила себя встать с постели и направиться в ванную. "Время для душа. Очень холодного душа".

После душа Лаура высушила волосы полотенцем и причесала, затем почистила зубы, оделась и вышла на большое заднее крыльцо дома. Она прислонилась к стене, наблюдая за родителями Дэв, которые играли с внуками. Гремлин был посередине этого хаоса, громко лаял и бегал за палкой, которую Фрэнк кидал на пышную зеленую лужайку примерно раз в минуту. "Ты, маленький блохастый мешок. Ты никогда не делал этого для меня! Предатель".

Эми и Эмма сидели за столом для пикника и наслаждались завтраком. Лаура ухмыльнулась. Они явно сплетничали. Она подойдет к ним позже.

Лаура увидела Дэвида и Бэт, которые, взявшись за руки, гуляли по лесу. Единственный, кто отсутствовал – это Дэв. Лаура засунула руку в карман шорт и отпила еще глоток кислого свежевыжатого грейпфрутового сока.

Блондинка оглянулась, услышав топот, приближающийся к ней. Воздух со свистом вырвался из легких, когда она увидела источник шума. И того, кто на нем ехал. Дэв сидела на красивой лошади, одетая в джинсы и черные кожаные ковбойские краги поверх них, которые было едва видно на фоне черной же ткани. Рукава свободной ярко-синей, под цвет ее глаз, рубашки, были закатаны, на ногах были ботинки. Ее пышные эбонитовые волосы, перевязанные ремешком, волнами струились по спине. Лаура вздохнула. Этого было достаточно, чтобы любая девчонка из штата Теннеси упала в обморок. Ну, хорошо, может быть не ЛЮБАЯ. Но это было просто изумительно для Лауры. Биографу казалось, что Президент абсолютно восхитительна. "Мне нужен еще один душ".

Дэв медленно подъехала к крыльцу и остановила лошадь.

– Доброе утро, мадам, – Дэв растягивала слова, как ее отец. Лаура не смогла удержать усмешку. Она подняла руку, закрывая глаза от солнца, чтобы лучше рассмотреть Дэв, и пододвинулась к ограждению крыльца.

– Доброе утро.

– Хорошо спала?

Лаура медленно кивнула, не будучи способной оторвать взгляд от Дэв.

– Очень хорошо. А ты?

– О, просто прекрасно, пока не появился папа и не поднял меня, чтобы задать корма лошадям.

Молодая женщина наморщила нос.

– Дай угадаю. В 5:00 утра? Тогда тебя подняли?

– Примерно так.

– Кстати, – Лаура приблизилась к животному. – Ты сидишь на самой высокой лошади, которую я когда-либо видела, с поврежденным бедром. Ты знаешь, что не предполагалось…

Дэв предупреждающе подняла руку.

– Прежде чем ты накинешься на меня, как мамочка, – проворчала она, – я использовала гору сена, и папа помогал мне. Я буду в порядке, обещаю.

– И тебе не больно? – Спросила Лаура скептически.

– Раз я говорю, значит так и есть. Поцелуешь, если от этого станет легче?

Лаура подавилась соком.

– Кто вы и что вы сделали с Президентом? – Она закашлялась.

– О, это – все еще я. Полагаю, я забыла упомянуть, что я гораздо более расслаблена, когда я – дома. – Дэв рассмеялась и сменила тему, сжалившись над другом. – Ты уже позавтракала?

– Хм-м-м… Да у повара фактически каждый раз, когда я прихожу, еда в духовке для меня.

Дэв снова кивнула.

– Да, это – Дотти. Она семейный повар с тех пор, когда я была еще ребенком. И у нее даже получается держать мамочку подальше от кухни. В основном. Никто не голоден в доме Марлоу, пока Дотти рядом. Если мне действительно повезет, она сделает свое специальное печенье для Дьявола, пока я здесь.

Лаура невинно улыбнулась, проводя рукой по грубым деревянным перилам.

– Ты расскажешь мне, как получила прозвище Дьявол, или я должна спросить твоего отца? – Она прижалась головой к столбу и глубоко вдохнула утренний воздух, ловя слабый аромат влажной травы, лошади и шампуня Дэв. Лаура почувствовала, что ее колени стали слабыми.

Дэвлин пожала плечами.

– Это просто производное от Дэв. Ну, знаешь, как разрушительная, – зарычала она сексуальным голосом. Дэвлин наклонилась к Лауре, которая была почти на уровне ее лица, стоя на высоком крыльце, ее глаза озорно сверкали в лучах солнца. – И нежная, и пожирающая… – Она послала Лауре злую усмешку. – Просто врожденное…

Лаура стрельнула глазами на Дэв.

– Не забудь – истощенная.

прим. переводчика. Это игра слов. DEV-astating – разрушительная, DEV-oted – нежная, DEV-our – пожирающая, DEV-astate – истощенная

Лаура пыталась не улыбнуться.

– Эй, это неправда! – Воскликнула Дэв.

Лаура не была напугана:

– Считай это художественным преувеличением.

Дэв мгновение обдумывала это.

– Хех. Хорошо, считай, что я купилась. Но только потому, что ты такая симпатичная.

"Бог мой, мы фактически флиртуем друг с другом. Еще две секунды и я снова поцелую ее. Клянусь!" Лаура оттолкнулась от столба и наклонялась к Дэв, пока не почувствовала тепло этой женщины. Она закрыла глаза, их дыхание смешалось…

– Эй, Дьявол!

Лаура отскочила назад при звуке голоса Фрэнка Марлоу.

– Гадство, – простонала Дэв, выпрямляясь в седле. – Позже, мисс Страйер. – Это было обещание.

Лаура поправила очки и улыбнулась.

– Позже, мадам Президент.

15 июня

Дэв медленно шла к хижине, в которой она, Лаура, Дэвид и Бэт останутся на следующие несколько дней, пока дети будут с бабушкой и дедушкой.

Лаура провела целый день с каждым из родителей Дэв. И высокая женщина подозревала, что теперь они любили Лауру больше, чем ее. Дэв добродушно рассмеялась. "Полагаю, это было неизбежно".

Президент заметила краем глаза агентов Секретной службы. Они кучкой стояли в нескольких метрах от нее. Дэв хотела предложить Лауре хотя бы представление об уединении. После всего, что случилось, все они нуждались в отдыхе. Она посмотрела вниз, почувствовав, как кто-то схватил ее за руку.

– Привет, мамочка.

– Действительно, Дэвлин Марлоу.

Дэв знала этот тон. Он означал 'у тебя большие неприятности'.

– Что я сделала? – Вздохнула она.

Джанет пнула палку, лежащую на дорожке, по которой они шли.

– Что происходит между тобой и Лаурой?

– Ничего.

– Ты лжешь своей матери. – Она дернула Дэв за руку. – Я видела, как вы смотрите друг на друга.

– И как же это?

Джанет резко остановилась. Она подняла руку и погладила загорелую щеку.

– Ты не смотрела так ни на кого, после Саманты. Ты спишь с ней?

– Нет! – Дэв немного отступила. – Ты знаешь, я бы никогда… я имею в виду, я не могу… я хочу сказать…

Синие глаза Джанет мерцали, когда она качала головой. Она повернулась и снова пошла к хижине.

– Я знаю. Ты всегда была ужасно старомодна в том, что касается этого. Ты прочти свела с ума Сэм. Я думала бедная девочка просто вспыхнет.

– Я сводила ее с ума?

– Хех. До того, как вы двое поженились, она позвонила мне и спросила, что она делает не так, и почему ты до сих пор не попробовала затащить ее в постель. Дэвлин, в мое время твои действия выглядели бы ханжескими. Теперь это просто архаично. Ты должна немного расслабиться. Но не так, чтобы это закончилось беременностью, – Джанет засмеялась собственной шутке.

Дэвлин остановилась и уперла руки в бока.

– Ты хочешь, чтобы я затащила Лауру в постель?

– Ты любишь ее, не так ли?

Дэв колебалась.

– Я не знаю.

– Дэвлин Одесса Марлоу, ты не смеешь… – Она покачала пальцем пред лицом дочери. – Я не верю, что ты целуешь меня этими же лживыми губами.

Синие глаза закатились, Дэв топнула ногой.

– Мам!

– Дэв, ты знаешь, я не лезу в твою жизнь, если не думаю, что ты делаешь что-нибудь действительно глупое. – Джанет встала в ту же позу, что и ее дочь. – Я думаю, держаться в стороне от Лауры действительно глупо. Она достойна тебя, милая. Не нужно быть ученым, чтобы видеть это.

– Мам…

– И она сморит на тебя глазами, в которых явно видно поклонение всему, что ты делаешь.

Воспоминания Дэв вернулись к их поцелую на Air Force One.

– Она целовала меня, – призналась она спокойно.

– Я рада за нее! Ее родители, кажется, не вырастили трусишку.

Челюсть Дэв отвисла.

– Ты назвала меня трусишкой.

– Если перья тебе подходят, дорогая.

прим. переводчика. Это игра слов. Chicken переводится и как трус, и как цыпленок

– Как мило.

– Ты поцеловала ее в ответ? – Она завернули за угол хижины и теперь стояли возле небольшого крыльца, рядом с которым располагались дрова для камина.

– Я старомодна, мамочка, а не глупа. Конечно, поцеловала!

– Тогда что случилось?

– Самолет приземлился, мы приехали сюда, и папа рассказал ей эту 'вонючую' историю. Она никогда не сможет поцеловать меня снова после всего, что услышала.

– О, я бы не была столь в этом уверенна, – Джанет ткнула дочь локтем под ребро. – Я думаю, если ты ей хотя бы намекнешь, то получишь гораздо больше, чем просто поцелуй, Дэв.

– Мам! – Президент терла лицо, пытаясь стереть красноту со щек.

– Ты была одна слишком долго, милая. Позволь прошлому оставаться там, где оно есть и смотри в будущее. Тебе нужен кто-то в твоей жизни. Я знаю тебя. Ты не сдаешься быстро и не делаешь ничего необдуманно. Но, проснись, почувствуй запах кофе, Дэв. Ты влюблена в эту девочку. – Джанет помогла Дэв подняться по лестнице. – Не веди себя как ребенок, скажи ей.

– Дерьмо случатся.

Джанет фыркнула.

– Едва ли, дорогая. Если будешь щелкать клювом, – она серьезно посмотрела на дочь, – ты потеряешь ее.

* * *

Жена Дэвида, Бэт, встала с дивана и плюхнулась на твердый деревянный пол, отчего ее коричневые кудряшки запрыгали вокруг головы. Бэт была немного ниже Лауры, с широкими бедрами и длинным носом. У нее было едкое остроумие и быстрая улыбка, и она была профессором Университета Джорждтауна, специализирующимся в ранней американской истории. Бэт и Лаура немедленно поладили, и скоро вечер был заполнен интеллектуальной беседой, шумным смехом и пивом.

– Ну, – сказала Бэт бодро, – почему бы нам не сыграть в игру?

– В какую игру? – Дэвид поднял брови и поудобнее устроился на мягком диване. – Может быть шашки на раздевание?

Бэт рассмеялась и, потянувшись, ударила его по колену.

– Извращенец.

– И ты вышла за него, – напомнила Дэв. – О чем это говорит?

Бэт глотнула пива, обдумывая комментарий Дэв.

– Хорошее замечание, – наконец признала она. И обратилась к Лауре. – Я подумала о том, что могло бы помочь вам получше узнать друг друга.

– Бэт, – сказала Дэв предупреждающим тоном.

Бэт подняла бутылку пива над головой.

– Мы могли бы проиграть в бутылочку, – она снова рассмеялась, когда ее муж внезапно вскинул голову. – Но я не хочу, чтобы у Дэвида случился сердечный приступ. – Бэт радостно улыбнулась мужу. – Он находится в опасном возрасте.

– Я – нет!

– Точно-точно!

– Так о чем это ты? – Спросила Лаура, когда любопытство взяло над ней верх. Она поставила свою третью бутылку пива на пол рядом со стулом и опустилась на ковер, последовав примеру Бэт. Биограф села в позу лотоса, наслаждаясь легким кайфом от алкоголя и ароматом потрескивающих в камине дубовых поленьев.

– Мы могла бы посмотреть, насколько в действительности храбра мадам Президент. – Бэт ухмыльнулась Дэв. – Как насчет игры "Правда или риск"?

– Ради Бога, Бэт! Если я могу общаться с Республиканцами, которые управляют Конгрессом, то смогу справиться и с тремя ничтожными Демократами.

Лаура фыркнула, отчего пиво чуть не попало ей в нос.

– Большое спасибо, Дэвлин, – рассмеялась она. Блондинка мысленно каталогизировала наиболее смущающие моменты в ее жизни и все ее грехи, и решила, что они будут стоить того, чтобы услышать Дэв. – Ладно, Бэт. Я в игре.

Дэвид зевнул.

– Ты знаешь меня, я – в игре.

– Все вы – язычники, но я буду играть. У меня такое чувство, что я самая хорошая девочка здесь.

Бэт закатила глаза.

– Ты забываешь, с кем говоришь, Дьявол. Лаура могла бы поверить тебе, но эти шутки не пройдут со мной или Дэвидом. Мы знаем тебя тааааак долго. – Она сделала еще один глоток и отставила пустую бутылку. Хлопнув в ладоши, Бэт потянулась к ведерку полному льдом и холодными бутылками пива. – Дэв, ты такая самонадеянная сегодня. Я думаю, ты должна быть первой. Правда или риск, мадам Президент?

Три пары глаз выжидающе уставились на Дэв.

– Хорошо, только давайте забудем об этой ерунде с Президентом Соединенных Штатов на эту неделю. И я выбираю правду.

Лаура засмеялась, когда Дэвид издал звук, указывающий на то, что Дэв совершила тактическую ошибку с выбором.

Бэт счастливо спросила:

– Правда: со сколькими людьми ты спала?

– Я полагаю, ты имеешь в виду в сексуальном плане? – Дэв потягивала пиво, бросив на Бэт взгляд, который кричал 'Сука!'. – Одна, – сказала она мягко.

Лаура в шоке опустила бутылку на колени, опомнившись только тогда, когда ледяная жидкость полилась на ее джинсы.

– Иисус… Проклятье, это холодно. – Она посмотрела на Дэв широко открытыми глазами. – Одна?! Как один единственный отдельный человек?! – "Может быть, она имела в виду одна одновременно? Боже, надеюсь, она не заинтересована в больше чем одной одновременно".

Дэвид и Бэт вспыхнули смехом.

– Да! – Раздраженно ответила Дэв. – Что бы это еще могло означать? – Дэв скривилась, когда поняла, что ее голос сейчас звучал, как у ее тетушки Мирти. – Я знаю, это выглядит жалко и печально, но… м-м-м… ну…

– Это совсем не выглядит жалко! Это на самом деле… э-э-э… – Лаура отчаянно искала правильное слово, немедленно отвергнув 'невероятно' и 'удивительно'. – Мило. – "Да, это хорошее слово". "Одна", повторила она про себя, механически доставая другую бутылку пива. "Она – фактически девственница! О, пожалуйста, не позволь им задать мне этот вопрос. Пожалуйста, пожалуйста. По сравнению с 'одной' я похожа на полную шлюху! Пожалуйстапожалуйстапожалуйстапожалуйста".

Дэв выдохнула, выбирая первую жертву. Было бы соблазнительно выбрать Бэт и отомстить ей, но ее гораздо больше интересовала биограф.

– Хорошо, Лаура, правда или риск?

– Риск! – Выпалила Лаура, радуясь, что смогла избежать вопроса Дэв.

Трио вспыхнуло смехом от того, как быстро биограф приняла решение. Они прекрасно понимали, что это означает – ей есть что скрывать. И теперь они могли объединиться, чтобы вычислить это.

– Хорошо, – усмехнулась Дэв. – Дай мне свой лифчик. – Она рассмеялась, небрежно махнув рукой. – Тот, что на тебе.

Лаура просто рот разинула.

Бэт наклонилась и закрыла рукой глаза Дэвида, заставляя его громко возражать.

– Заткнись, Дэвид! – Ругнулась она.

Лаура покачала головой, наблюдая за озорными искорками в синих глазах Дэв.

– Ты пьяна, не так ли?

– Нет. – "Немного выпила". – Я… Счастлива. Если не можешь продолжать игру, Могучая Мышь, просто выйди на крыльцо.

Светлая бровь поднялась и Лаура привстала на колени. Она повернулась к Дэв лицом.

– Мой лифчик, да? – Лаура подняла руку к пуговицам рубашки, и Дэв затаила дыхание.

Внезапная неподвижность в комнате дала понять Дэвиду, что что-то произошло, и он начал крутиться, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь пальцы Бэт. Оба засмеялись, и Бэт ткнула мужа кулаком в живот.

– Даже и не думай!

Лаура медленно расстегнула верхнюю пуговицу, глядя прямо в глаза Дэв. Та наблюдала, как Лаура сделала паузу, а затем потянулась руками к следующей пуговице. "О-о-о, теперь мне остается только остановить ее или молча смотреть. Но если она снимет рубашку – я просто умру. Мой мозг просто вылезет из ушей". Дэв знала, что она усмехалась как полный идиот и вся покраснела, но она не дрогнула, встретив прямой взгляд Лауры.

– Да, это – то, что я сказала. Конечно, ты можешь изменить свое мнение и выбрать правду.

Пальцы Лауры остановились.

– Ты хочешь, чтобы я изменила свое мнение, Дэвлин? – Спросила она мягко.

Дэвид неистово затряс головой, собираясь крикнуть 'Нет!', когда его жена другой рукой закрыла ему рот.

"Опасность! Опасность, Вилли Робинсон!"

– Я хочу, чтобы ты делала то, что хочешь делать, – Президент облизнула губы и глотнула пива, отбивая подачу блондинки.

Лаура медленно кивнула. "Я хочу попросить, чтобы ты подошла ко мне и сделала это для меня. Но это, вероятно, не самая лучшая идея. По крайней мере, этой ночью". Биограф расстегнула вторую и третью пуговицы, и двинулась руками под рубашку, чувствуя теплую кожу. Она расстегнула замочек, и чашечки тут же разошлись в стороны. Рубашка распахнулась, и она прикрылась руками. Лаура усмехнулась, когда Дэв начала обмахиваться, все же не отводя взгляда.

– Поторопись, Лаура, – сказала Бэт. – Она сказала снять лифчик, а не исполнять проклятый стриптиз!

Дэвид захныкал о том, что не может этого видеть. Это было настолько несправедливо.

Дэв, наконец, закусила губу и отвела взгляд, давая Лауре время, чтобы вытащить лифчик из одного из рукавов. Она застегнула третью пуговицу, оставив две верхние расстегнутыми. Достаточно для того, чтобы изрядно волновать, но не достаточно для того, чтобы ее арестовали. Она на корточках подползла к Дэв, и помахала кружевным предметом у нее перед лицом.

– Полагаю, ты просила об этом?

Дэв взяла лифчик и посмотрела на него. Она вытерла им лоб, прежде чем засунуть в карман своих джинсов.

– Да. – Ее голос ломался, как у неполовозрелого мальчишки. – Спасибо.

Бэт, наконец, убрала руки от лица Дэвида.

– Она почти голая! Как вы думаете, долго я смогу продержаться?

– Ну, черт, Бэт, ты держала его 15 лет, можешь подержать его еще 15 минут? Хорошо, Лаура – твоя очередь.

Лаура не вернулась на свое место. Вместо этого она села рядом с Дэв, которая переместилась на пол. Президент подняла бутылку и уже поднесла ее к губам, когда Лаура выхватила у нее пиво и опустошила бутылку одним глотком.

– Ах… – Она отдышалась. – Спасибо. Здесь становилось слишком жарко.

– Я буду говорить! – Бэт прижала бутылку ко лбу.

Дэвид нахмурился и раздраженно пробормотал:

– Не похоже, что я хочу это знать.

Дэв вернула бутылку и посмотрела сквозь нее на свет.

– Ты украла мое пиво. Боже, ты просишь девчонку дать тебе лифчик, и она лишает тебя целой бутылки пива!.. За целую бутылку я должна была получить еще и трусики!

На сей раз, Лаура покраснела. "О, да. Пьяная Дэв. Никогда бы не подумала, что буду играть в подростковую игру с Президентом Соединенных Штатов".

– Твоя очередь, – напомнила Лауре Бэт.

– Хорошо, – Лаура сосредоточенно прикусила кончик языка. Она подвинула очки дальше на нос. – Дэвид…

Рыжий мужчина сел прямо.

– Правда или риск?

– Правда.

Лаура злобно усмехнулась.

– Какое последнее ужасно смущающее действие Дэвлин ты скрыл от прессы?

– Ее свидание с Кэнди Деланей.

– Эй! Так не честно, – немедленно возразила Лаура. – Я уже знала это!

Дэв строго посмотрела на своего Руководителя штата.

– Кроме того, ослиная задница, это была твоя ошибка. Ты устроил это свидание. Лично я думаю, что тот факт, что я перепутала речи, достаточно хорош. Я имею в виду, когда Президент последний раз читала речь, написанную для Кетлеменской Национальной Ассоциации обращаясь к Мировой Вегетерианской Лиге?

Лаура хихикнула.

– Но, Дэвид, действительно не может отвечать за это один. Учитывая то, что я читала это два дня.

– Дэвид! – Отчитала его Бэт. – Предполагается, что ты будешь пресекать таки вещи в зародыше!

– Я знаю, ты думаешь, что я большой и мощный…

– Хочешь сказать, что это не так? – Невинно спросила Бэт. Дэвид наклонился и поцеловал ее, после чего счастливо улыбнулся.

– Хорошо, Дэв. Правда или риск?

– Правда.

Дэвид усмехнулся и захватил пригоршню поп-корна.

– Как ты сломала свой мизинец, Дьявол?

Дэв подавилась пивом и кинула крышку в голову Дэвида.

– Ты знаешь, как я сломала свой мизинец, ты, сволочь.

– Но я не знаю, – Счастливо сказала Лаура. Она усмехнулась Бэт, и та ответила тем же. "О, парень. Это должно быть интересно".

Дэв глубоко вдохнула и глотнула пива.

– Однажды ночью я ударила рукой по окну… – Она снова сделала глоток, надеясь, что этого ответа хватит.

Лаура посмотрела на Президента:

– И-и-и?

– И он сломался, когда рама приземлилась на него.

Дэвид вытер ладони о свои джинсы.

– Почти так, не считая того, что она была голой и металась от страсти, когда сделала это. Она схватилась за нижнюю планку окна и опустила его на собственную руку.

Дэв потянулась и ударила его кулаком по плечу.

– Спасибо, приятель!

Лаура рассмеялась. Она схватила мизинец Дэв, чтобы подвергнуть его тщательному исследованию и, после серьезного осмотра, поцеловать.

– И откуда ты знаешь это, Дэвид?

– Поскольку она баллотировалась на должность в то время, они сначала вызвали меня, чтобы сообщить, что окно упало на ее руку и застряло, и Саманта собирается вызвать отдел пожарной охраны. Они хотели, чтобы я скрыл это от прессы.

Бэт начала задыхаться от смеха. Боже, она любила эту историю! Она ЗНАЛА, что Дэвид будет достаточно жесток, чтобы поднять ее в игре. И, Боже, она любила Дэвида.

Лаура и Дэвид присоединились к ее смеху, пока Дэв сидела, скрестив руки на груди, и дулась.

– Хорошо, прекрасно. Смейтесь над этим, вы, ублюдочные крысы. Правда или риск, Страйер?

Лаура указала на Бэт.

– Сейчас – ее очередь!

– Ничего, – ответила Бэт, – но хоть никто меня и не спросил, я отвечу, что счастлива передать мою очередь. Возьми это, Дэв, и сделай это хорошо.

Лаура показала Бэт язык.

– Прекрасно. Я выбираю риск. – "Ты не задашь мне этот сексуальный вопрос этой ночью, Дэвлин Марлоу".

– Готова спорить на хорошие деньги, что у тебя есть татуировка где-нибудь. Если это так – покажи ее.

– Даже и не думай! Она – не тот тип. Сотню на то, что у нее нет татуировок, – усмехнулся Дэвид.

– Спорим! – Дэв наклонилась, и они обменялись рукопожатиями.

Серые глаза сузились. "Дерьмо!"

– Что заставляет тебя думать, что у меня есть татуировка? – Спросила Лаура со всем негодованием, которое смогла в себе найти. И его не было много, так как у нее была татуировка. Но Дэвид был прав. Она – не тот тип. Это был глупость, которую она рискнула сделать, еще когда училась в колледже. Вроде глупости, которую она делала прямо сейчас.

– Я знаю этот тип, – твердо ответила Дэвлин, – обманчиво симпатичный взгляд, весь такой невинный как у девочки по соседству. Нет, давайте так – 'всеамериканская' девочка по соседству. – Она хихикнула, глядя на бесспорно симпатичное лицо Лауры. – У таких всегда есть татуировка, потому что в какой-то момент своей жизни они связывались с байкерами и либо делали татуировку, либо встречались с байкером. – Дэв глотнула пива. – И ты не выглядишь, как тип, который встречается с байкером.

"Дерьмо, я ненавижу, когда ты права, Дэвлин. И свидания с байкером оставили бы гораздо менее долговременный след!" Лаура нервно взглянула на Дэвида и Бэт, которые пристально смотрели на нее, затаив дыхание в ожидании ответа. Она наклонилась к уху Дэв и зашептала:

– М-м-м… Допустим на мгновение, что у меня действительно есть татуировка. Кому точно я должна ее показать? Не всем, верно? – Намекнула она просительно.

Дэв посмотрела на Дэвида и Бэт, делая неопределенный жест.

– Вы доверите мне проверить это и сообщить вам правду, верно, Бэт?

Бэт усмехнулась.

– Абсолютно, Дьявол. – Дэвид собирался возразить, но жена ударила его. – И Дэвид – тоже. Мы полностью доверяем тебе, Дэв.

Дэвлин направила свой глупый и, несомненно, пьяный взгляд на Лауру и нахмурила брови.

– Тогда, только для меня. Ты должна показать только мне. Давай, Лаура, – напевала она, с трудом сдерживая смех.

Лаура перевела дыхание.

– Только ты?

Дэв кивнула.

– Только для меня. Где она? – Улыбка Дэв стала шире, она не до конца верила, что у блондинки действительно есть тату. Лаура была слишком прямолинейна для татуировки. И кто-то подобрался близко к ней с иглой? – Ты была без сознания, когда сделала это, не так ли?

Лаура кивнула.

– Ты знаешь.

Блондинка посмотрела на Дэвида и Бэт и сделала круговое движение пальцем. МакМиллианы молча развернулись, не считая нескольких чуть слышных протестов Дэвида. Она подняла бровь.

– Обещаешь, что не будешь смеяться?

– Нет, я не буду обещать это. – "Боже, если я не поцелую ее снова в скором времени, то просто умру". – Когда девочка дает вам свой лифчик даже до того, как вы купили ей ужин, она полностью лишается права, по которому вы не должны смеяться над ней. – Поддразнила Дэв.

– Сука, – пробормотала Лаура, вставая на ноги и начиная расстегивать пуговицу на джинсах. – Это находится на моем… – пауза, – бедре. Почти.

Дэв с трудом сглотнула.

– Что ты имеешь в виду под 'почти'. – "Если ты снимешь штаны – я умру".

– Я имею в виду почти. Это… ну, я полагаю, что должна показать. На самом деле, у меня нет слов, чтобы точно описать, где она. Но если ты хочешь, чтобы я остановилась…

– Нет, нет, продолжай. – "Жаль, что я не вспомню этого утром".

Лаура слегка прикусила губу, но кивнула.

– Глупая игра. – Она встала перед Дэвлин и оглянулась через плечо, чтобы обнаружить, что Бэт и Дэвид выясняют отношения на коврике, не обращая никакого внимания на них с Дэв.

Она расстегнула брюки и с агонизирующей медлительностью начала двигать их по бедрам.

Дэв почувствовала, что ее сердце бьется так, будто готово впрыгнуть из груди в любой момент. Она жалобно застонала, увидев кружевные трусики, которые соответствовали кружевному же шелковому лифчику. Внезапно картинка потеряла четкость, и она почувствовала головокружение. Мир стал черным.

Бэт и Дэвид обернулись, услышав глухой звук удара.

Лаура натягивала джинсы, просто глядя на лежащее тело Дэв.

Дэвид подпрыгнул.

– Иисус Христос, Лаура, ты убила ее! Где эта адская вещь?!

Лаура показала на тело Дэвлин.

– Она все еще дышит! Я не убивала ее! Она даже еще ничего не увидела!

* * *

Они разошлись после того, как уложили храпящее тело Дэв на кровать, в ее комнате на втором этаже, рядом с комнатой Лауры. Лаура направилась к себе, а Дэвид и Бэт пошли вниз в спальню, которая досталась им из-за большой кровати. Блондинка надела мягкие короткие шорты и изношенную майку. Она подержала трусики в руке, задаваясь вопросом, вернет ли Дэв ей лифчик, или набор потерян навсегда. "Боже, сколько мне лет? Кроме того, вряд ли она будет помнить сегодняшний вечер. Пиво определенно сыграет с ее головой злую шутку".

Блондинка положила очки на ночной столик и залезла под одеяло, вздохнув от ощущения чистых простыней под нею.

– О, как хорошо. – Лаура закрыла глаза, все еще немного заведенная после этой глупой игры, в которую играли они с Дэв. В ее голове был туман от пива, но она явно выпила недостаточно, чтобы получить похмелье утром. Только достаточно, чтобы чувствовать себя невероятно… расслабленной.

Лаура не была уверенна в том, что именно разбудило ее. Потребовалась пара секунд, чтобы начать воспринимать звуки. Она зажмурила глаза и положила вторую подушку сверху на голову.

– Это совсем не то, что мне нужно, – пробормотала она. Один особенно низкий стон привлек ее внимание и заставил захихикать. Она не была уверенна в том Бэт это или Дэвид. – Кто-то ооооочень счастлив сейчас. – Звуки продолжались, и Лаура посмотрела на отверстие воздуховода, из которого и неслись эротические звуки.

Наконец, когда она больше не смогла терпеть это, Лаура направилась в ванную, надеясь, что МакМиллианы, услышав шаги, ослабят свои постельные эксперименты и стоны – из уважения к не столь удачливым соседям.

Она включила свет и помыла руки. Лаура улыбнулась своему отражению, поняв, что не может слышать их здесь. "Я могу спать в душе!" Но так продолжалось недолго. Душ наполнился таким несчастным стоном, что она быстро разочаровалась в этой идее. Это не могло продолжаться всю ночь. Черт, она была замужем три года. Она могла подтвердить этот факт!

Тут новый звук привлек ее. Это была Дэв. Лаура, не смущаясь, спокойно открыла дверь, которая вела в комнату Дэв, чтобы проверить своего друга.

– Нет… – Голос Президента снова был просительным; очевидно, она была захвачена кошмаром.

Лаура вошла в комнату и присела на край кровати Дэв. Она сразу отметила две вещи. Дэв крутилась на постели и измяла все простыни. И она была голой как в момент своего рождения. От талии, по крайней мере. Верхняя часть ее пижамы скомканной лежала на полу.

– Не надо! – Снова произнесла Дэв. Ее дыхание было резким и прерывистым.

Лаура остро почувствовала свою беспомощность, которая переливалась через край, оставляя ее совсем разбитой. "Новый кошмар? Боже, Дэв, как же часто они мучают тебя?"

– Пожалуйста… Пожалуйста. Не уезжай! – Дэв дернулась на постели, борясь с простынями и только больше запутываясь в них.

Лаура встала на колени рядом с кроватью.

– Дэвлин, – шепнула она. – Это – просто сон, милая.

Лаура тщательно расправила простынь, которая прикрывала Дэв, отчего та сползла с обнаженной груди, оставляя последнюю купаться в серебристом лунном свете.

– Иисус. – Лаура закрыла глаза и потянула сильнее, ругаясь, когда постельное белье даже и не подумало сдвинуться.

Стоны Дэв становились все громче и, когда все остальные способы успокоить ее были перепробованы, Лаура, в плане эксперимента, заползла под одеяло, устроившись рядом с темноволосой женщиной.

Дэв резко выдохнула, немедленно развернувшись к Лауре и обнимая ее за талию. Ее дыхание сразу стало глубже, и вскоре перешло в легкое посапывание.

Лаура опустила щеку рядом с волосами Дэв, и вернула объятье.

– Вот именно. Расслабиться. – Она глубоко вдохнула, ловя запах свежих простыней и кожи Дэв. Лаура довольно выдохнула. Она пробовала не думать о теплой мягкой груди, прижимающейся к ней. "Я не хочу двигаться, даже притом, что мне это нужно. Это чувство слишком прекрасно. Что тебе снится, Дэвлин?"

16 июня

Дэв находилась в том странном состоянии между сном и явью, когда требуется только небольшой толчок для того, чтобы проснуться. Ей снился самый замечательный сон: Лаура спала в ее объятьях, она могла чувствовать ее, обонять ее, и если бы она немного опустила голову, то смогла бы прикоснуться губами к мягкой теплой коже. Дэв чуть сдвинулась, чтобы обнять подушку покрепче. И в следующий момент внезапно проснулась.

Она запаниковала, когда почувствовала нежное дыхание на своей щеке. "Без паники, Марлоу! Слишком поздно! Ладно, ты не помнишь ничего после татуировки. Но это еще ничего не значит. Расслабься". Дэв слышала, как кто-то ходит на нижнем этаже, и видела солнечные лучи, падавшие в комнату через окно. Она могла бы сказать, что была уже середина утра. "Разбуди ее, но не сделай какую-нибудь глупость".

– Лаура?

– Хм-м-м? – Пробормотала Лаура, прижимаясь ближе.

– Лаура? – Все, что Дэв могла делать – это дышать и лежать, согнувшись. – Давай, милая. Самое время вставать.

Лаура покачала головой и пробормотала сварливое 'нет'.

– Отстань, – произнесла она нечленораздельно, прижимаясь поближе, так что ее щека касалась груди Дэв. Она вздохнула, и начала слегка похрапывать.

Дэв печально застонала. Она почувствовала дрожь, пробежавшую вниз по ее спине. Плечи Дэв покрылись гусиной кожей. "Я могу полежать так еще некоторое время. Это ведь не будет неправильным?" Она провела пальцами по волнистым волосам блондинки, чувствуя их шелковистость… Дэв как раз собиралась снова попробовать разбудить Лауру, когда раздался нетерпеливый стук в дверь, за долю секунды до того, как она открылась.

– Дьявол, завтрак уже голов и я… – Джанет Марлоу замерла в дверях, когда Дэв быстро натянула одеяло на себя и спящую в ее объятиях женщину.

– Мам!

Глаза Лауры открылись, но намного светлее от этого не стало. Она чувствовала как что-то, касается ее щеки. Писательница попыталась понять, что происходит.

– О, Боже! Сосок! – Пронзительно закричала она, пытаясь вырваться из держащих ее рук.

Лицо Дэв вспыхнуло красным, когда ее мать начала задыхаться от смеха.

– Ну, дорогая Дьявол, я рада, что она признает все важные части тела! – Она откинула голову назад, снова начав смеяться. Когда Джанет, наконец, сумела остановить себя, то сказала: – Завтрак готов, если вы двое хоть немного в этом заинтересованы. – Женщина продолжала хихикать, даже закрывая за собой дверь. – Фрэнк, засунь пару тарелок в духовку, они могут подождать некоторое время. Слава Богу!

Дэв застонала, выбирая, кого стоит убить первой. Она подозревала, что это будет Лаура. Когда Дэвлин, наконец, отпустила ее, биограф просто выпала из-под одеяла, приземлившись на пол с громким глухим стуком. Она осмотрелась вокруг. Комната Дэв? Она вспомнила события предыдущего вечера.

– Ты… – Начала Лаура. – Ты спала.

Дэв даже не попыталась двинуться с места. Она просто лежала на спине.

– Очевидно. – Немного помолчав, она добавила. – Ты случайно не знаешь, где моя майка?

– Я ее не снимала! – Тут же ответила Лаура. Она остановилась и смогла рассмотреть полуобнаженное тело Дэв, которое, на удивление, выглядело даже лучше в ярком солнечном свете, чем в лунном. Она не могла оторвать взгляда.

– Проклятье, Дэвлин.

Дэв повернулась в ее сторону и натянула одеяло на себя, пробуя скрыть улыбку, появившуюся на ее губах при очевидной оценке ее тела.

– Я не говорила, что ты это делала. Может, посмотришь на тот стул позади тебя и дашь мне футболку. Ты будешь знать, что она моя, потому что на ней президентская печать, – поддразнила она, надеясь заставить Лауру немного расслабиться.

Они приехали сюда, чтобы расслабиться и Дэвлин собиралась расслабляться, и пыталась уладить этот вопрос без того, чтобы создать новые осложнения между ней и Лаурой. Больше поцелуев, меньше проблем. Как насчет большего количества вопросов?

– Почему ты так обеспокоена своей рубашкой, – зашипела Лаура. – Я – тоже девушка, знаешь ли. – Она игнорировала тот факт, что когда она смотрела на обнаженное тело Дэв, она была шестнадцатилетним парнем. – Мы должны волноваться о твоей матери! Она поймала нас… нас… – Лаура махала руками в воздухе. – В кровати вместе!

Дэв глубоко вздохнула и вылезла из постели. Она осмотрелась вокруг и обнаружив майку от пижамы на полу, в метре от кровати, надела ее.

– Во-первых, мне нужна была моя футболка потому что, веришь ты или нет, но я – скромная. – "Когда не пью пиво". – И, во-вторых, разве моя мать казалась расстроенной тем фактом, что обнаружила нас в кровати вместе? – Дэв наклонила голову, наконец, рассматривая Лауру в ее хлопковых шортах и тонкой майке. "Прелестно, просто прелестно".

– Я не знаю. Я не очень хорошо слышала потому, что одно из моих ушей было прижато к… – Она указала на Дэв и покраснела. – Ты знаешь!

– О, да. Я знаю. – Дэв вздохнула и, для пробы, сделала шаг вперед. – Верь мне. Моя мать не была расстроена. И тебе нет причины расстраиваться, если, конечно, тебя не расстраивает то, что ты оказалась в одной постели со мной. – "Из-за чего, вероятно, она и расстроена. Иисус, Дэв, что, черт возьми, ты сделала вчера вечером?" – Я м-м-м… мне жаль, если я сделала что-нибудь не то, Лаура. Я никогда не хотела причинять тебе боль. Честно говоря, я даже не уверена в том, как мы оказались здесь вместе. Но если я причинила тебе боль или расстроила тебя…

Лаура подняла руки, останавливая Дэв.

– Подожди. – "Родители Дэв – не твои родители, Лаури. Расслабься. Она не была расстроена. Ее мать не встревожена. Они не будут сходить с ума из-за этого и никто не придет сюда, чтобы размахивать дробовиком". Усилием воли Лауре удалось немного расслабиться. – Ты ничего не сделала. У тебя был кошмар, и я вошла, чтобы посмотреть, не могу ли я чем-нибудь помочь. – Она одернула майку и подошла к Дэв. – Я волновалась. Ты не просыпалась, когда я трясла тебя, так что я залезла в постель, и ты успокоилась. Я… м-м-м… полагаю, я уснула, – робко призналась она.

Дэв улыбнулась.

– Ты пришла, чтобы помочь мне с кошмаром? Это очень мило с твоей стороны. У меня неприятности со сном в последнее время. Очевидно, ты… ладно, мы спали сном младенца. Спасибо за то, что осталась. Я знаю, это должно быть, трудно для тебя. – "Пожалуйста, скажи, что это не было трудно. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста".

Лаура застенчиво посмотрела на нее.

– Трудно? – Она рассмеялась. – М-м-м… Я бы описала это иначе, Дэвлин. – Она протянула руку и дотронулась до локона темных волос.

Дэв поймала руку Лауры и мягко поцеловала ее. Когда их глаза встретились, улыбка появилась на ее губах.

– Знаешь что, Лаура Страйер?

Лаура покачала головой.

– Нет, – Она пристально посмотрела на Дэв из-под светлой челки. – Что?

– Я действительно хочу поцеловать тебя прямой сейчас. Как думаешь, это будет нормально? Или ты боишься, что моя мамочка вернется? – Она криво усмехнулась и медленно пододвинулась ближе, поглаживая щеку Лауры тыльной стороной ладони.

Веки Лауры слегка затрепетали, когда она почувствовала тепло тела Дэв, стоящей напротив нее. Ее сердце бешено колотилось, и она встала на цыпочки.

– Кто такая мамочка?

Дэв обняла блондинку и прикоснулась губами к ее губам. Затем, импульсивно, она вздохнула и решила точно показать Лауре, что она чувствовала. Поцелуй был медленным, но настойчивым, как любовь, которую она чувствовала.

Лаура слегка всхлипнула, когда Дэв мягко потребовала больше, что она и дала без колебаний.

Блондинка почувствовала пальцы Дэв в своих волосах и ближе придвинулась к ней, делая поцелуй еще глубже. "О, да, это хорошо многими способами". Мысли Лауры медленно переместились от того, насколько был хорош поцелуй, к тому, что еще стоило бы попробовать. "Все, доставляющее удовольствие, о чем я могу попытаться ей сказать", решила она, "как только я смогу вычислить, каково бы это могло быть".

Когда они оторвались друг от друга, Дэв улыбнулась и провела пальцем по губам Лауры.

– Такие мягкие. Теперь у меня есть другой вопрос для тебя.

– Да, – мечтательно выдохнула Лаура, – что бы это ни было, мой ответ 'да'.

Дэв выпрямилась и подарила Лауре яркую улыбку.

– Отлично. Я собираюсь пригласить тебя, и меньшее, что ты можешь сделать – это выбрать место.

Лаура моргнула.

– Ты спрашиваешь о честном и совершенно реальном живом свидании?

– Точно, и ты не можешь отступить теперь, – дразнила Дэв, – ты уже сказала ‘да’.

Игривое выражение появилось на лице Лауры.

– О, я и не собиралась отступать, Дэвлин Марлоу. Я настаиваю на этом предложении. – Она прижала указательный палец к подбородку и притворилась серьезно обдумывающей вопрос Дэв. – И, куда бы мы ни пошли, там будет команда агентов Секретной службы, скрывающихся за каждым углом?

– Да. Но, если у тебя нет каких-нибудь извращенных фантазий, то я не думаю, что нам потребуются агенты.

– Ха! Ты хотела бы знать, – Лаура вернула шутку, украв легкий поцелуй. Она мурлыкала, когда оторвалась от Дэв. – Мне надо идти, одеваться. – Она развернулась и зашагала в сторону ванной. – Ты не должна никуда брать меня, Дэвлин. Мы можем проводить время вместе дома, где находятся все, о ком я волнуюсь.

– Фактически мне хотелось бы знать, – окликнула ее Дэв. – Мы сейчас пойдем вниз, дабы предстать перед семейством. Не считая Дэвида и Бэт. Ты готова к этому? – "Дома? Она только что сказала 'дома'? Иди, спроси ее, дурочка. Нет. Стой. По одной вещи за раз. Спросишь ее позже".

Лаура развернулась. Холодный пол заморозил ее ноги, но она чувствовала тепло внутри. Лаура наклонила голову набок.

– Мы сделаем это вместе, так?

Дэв кивнула.

– Тогда я готова, если готова ты.

Глава VII

Июль 2021

1 июля

Дэв массировала виски. Мужчины и женщины, находящиеся на правительственном заседании ждали, когда она начнет говорить. Наконец, она подняла на них взгляд и улыбнулась. Даже по прошествии нескольких месяцев они прекрасно помнили, что эта улыбка не означает ничего хорошего.

– Прекрасно, – сказала она решительно. – Раз у нас, кажется, не получается ничего хорошего из беседы, давайте испробуем старый добрый способ.

– С большим количеством криков и воплей? – Пошутил Министр Сельского хозяйства Монтгомери, пытаясь уменьшить напряженность, висящую в комнате.

– Это еще одна возможность, – ухмыльнулась Дэв. – Но я думаю о бОльшем количестве докладов о достигнутых результатах. Это должны быть простые резюме о том, над чем вы в настоящее время работаете. И такие же от ваших подкомитетов. Я ясно выразилась? – Дэв пришпилила Министра Транспорта Диованни к стулу раздраженным взглядом. – И перечитайте, что ваши помощники собираются показать мне, ДО того как отсылать сообщения. Я настаиваю на содержимом этих рапортов, леди и джентльмены. Я устала от попыток вырвать из вас информацию, люди. Это все равно, что пытаться чистить зубы тигру. В меня уже стреляли; я не собираюсь еще и руку потерять.

Дэвид ухмыльнулся, почти подавившись соком. Он поднял кулак к губам и откашлялся, когда Дэв посмотрела в его сторону, послав ему 'взгляд'.

Дэв продолжила говорить, посмотрев на повестку дня.

– Теперь, когда, я надеюсь, галёрка все слышала – у вас есть вопросы? – Она посмотрела в лицо каждого, сидящего за столом. – Комментарии, беспокойства? Критику можете передать женщине, которая работает со шредером, – сказала Президент, вставая. – Серьезно, леди и джентльмены, мы хорошо поработали здесь. Но мы должны открыть линии связи немного больше. Я не пытаюсь торпедировать ваши программы. Но, без надлежащей информации, я не могу принимать решения. Полагаю, наша следующая встреча будет более плодотворна? – Она наклонила голову, ожидая, пока все не подтвердили ее слова. После чего немного сварливо пробормотала, – хорошо. – Она застегнула блейзер и вручила свою записную книжку Лизе.

прим. переводчика. Шредер – устройство для разрезания ненужных бумаг в мелкую 'лапшу'

Комната быстро опустела. В ней остались только Президент, Дэвид и Лиза. Дэв покачала головой.

– Клянусь, – пробормотала она, – ты думаешь, что я работала против них вместо того, чтобы работать с ними. Не могу поверить, что я посадила этих людей на их места. – Она обратилась к помощнику. – Как там мой график?

– Вы на пятнадцать минут раньше срока, мадам Президент.

– Ты шутишь? Давайте слетаем в Париж на завтрак!

Дэвид рассмеялся.

– Мадам Президент, вы действительно всегда так саркастичны? – Перевод: ты действительно должна быть столь 'выразительной' каждую секунду?

Дэв приятно улыбнулась.

– Это риторический вопрос? Они так раздражают. – Дэв отодвинула стул и пошла к двери.

Лиза поспешила за ней.

– Подарок, который вы заказали ко дню рождения мисс Страйер, прибыл, мадам Президент. Он – в вашем офисе, если хотите пойти, посмотреть на него.

– О, хорошо! Боже, надеюсь, она хотела бы что-то подобное. – Дэв поправила рукава блейзера. – Не похоже, что у меня есть время, чтобы вернуть это и найти что-то еще.

– Ей это понравится, – подтвердила Лиза. – Это прекрасные тексты. Первые издания Диккенса не так то просто достать в наши дни.

– Ты это мне говоришь. – Дэв закатила глаза. Они завернули за угол и направились вниз по коридору. – Мне понадобилась неделя, чтобы найти качественный источник и собрать их вместе. Давай просто надеяться, что она найдет их приятными.

– Они ей понравятся потому, что они от вас. Не каждый получает подарки от Президента Соединенных Штатов.

– Президент не дарит их ей. – Дэв посмотрела на помощника, пошевелила бровями. – Ты придешь на вечеринку?

Лиза нервно пожевала губу.

– Вы уверены, что мисс Страйер не сбросит меня с балкона?

– Хах. Она ведь не сделала этого с Кейси.

– Правда? – Обнадежено спросила Лиза.

– М-м-м… нет. – Засмеялась Дэв. – Но я буду держать ее занятой. – Она внезапно остановилась и заговорчески огляделась по сторонам. Дэв наклонилась поближе к Лизе. – Почему ты устроила ей свидание с женщиной? Как ты узнала, что она не будет волноваться из-за этого? Насколько я знаю, Лаура никогда не упоминала о своей сексуальной ориентации.

Все, что могла сделать Лиза – это не рассмеяться.

– Вы когда-нибудь замечали, какими глазами она на вас смотрит, мадам Президент?

2 июля

Дэв стояла перед высоким зеркалом и критически изучала свое отражение.

– Ну, что вы об этом думаете? – Она развернулась, четыре пары глаз изучали ее наряд также как и предыдущие три.

Эмма одобрительно цокнула языком.

– Дэвлин, ты выглядишь прекрасно. И ты выглядела прекрасно в блейзере, юбке, свитере и синих джинсах.

– Да, но мне кажется, что брюки – лучше. Не слишком формально, не слишком неофициально. – Она пригладила рукава своей блузы ржавого цвета.

Эмма фыркнула и закатила глаза.

– Вы идете смотреть кино в личном кинотеатре. Ты могла бы надеть купальник, если бы захотела.

Теперь в синих глазах, направленных на нее, читалась привязанность и раздражение.

– Ты не против, если я хочу произвести на нее впечатление?

Эмма отступила назад.

– Мне жаль расстраивать тебя, Дэвлин, но если ты до сих пор не произвела на нее впечатление… что бы ты не одела сегодня, это ровным счетом ничего не изменит.

– Я не должна была слышать это! Предполагалось, что вы должны вдохновлять меня!

– Хорошо, посмотри в зеркало.

Дэв покорно подчинилась.

– Теперь повторяй за мной: я достаточно хороша. Я достаточно шикарна. И, прах побери, я нравлюсь людям!

Дэв резко повернула голову и сузила глаза.

– Почему я снова терплю тебя, Эмма?

– Потому, что ты любишь ее, – дети хором повторили знакомый ответ.

– О, да, – пробормотала Дэв. Она заметила, что Эшли легла на постель, положив голову на руки. Ее поза явно выдавала то, что девочка была расстроена.

Президент подошла и селя рядом с дочерью, погладив ее по спине.

– Эй, родная?

– Да? – Слегка грустные глаза посмотрели на нее.

– В чем дело?

– Ни в чем.

– А-а-ах, брось. Я хорошо знаю мою девочку. – Дэв поправила ярко-синюю футболку дочери. – Что не так?

– Это значит, что ты больше не любишь маму? – Искренне спросила маленькая девочка.

У Дэв сдавило грудь от неожиданного и прямого вопроса. Ей пришлось напомнить себе, что нужно дышать.

– Нет, я… – Она с трудом сглотнули, и снова заговорила. – Ты знаешь, я всегда буду любить маму, невзирая ни на что. Но это не значит, что я не могу очень любить Лауру. И я хочу знать, что она чувствует ко мне.

Кристофер встал рядом с Дэв.

– Ты ей нравишься, мамочка.

– О, правда, хех? – Спросила Дэв, становясь на колени рядом с сыном.

– Ага. – Мальчик кивнул. – Полностью.

– А ты откуда знаешь, приятель?

Он дернул плечом.

– Просто знаю. Она не позволяет Гремлину кусать тебя и улыбается тебе.

Дэв фыркнула.

– Я могу просто съесть его!

– Нееееет! – Закричали дети и рассмеялись, когда их мать начала в предвкушении облизываться.

– Возможно, она считает, что я дурочка. Кроме того, она улыбается и вам тоже, ребята.

Кристофер широко улыбнулся и ударил себя кулаком в грудь.

– Я знаю. Я ей тоже очень нравлюсь.

– Крис прав, мамочка! – Аарон залез на кровать и лег рядом с сестрой, оперевшись подбородком на кулаки. – Ты ей нравишься.

– Ты меня обманываешь, потому что хочешь, чтобы я попросила Лауру разрешить Гремлину спать рядом с тобой? – Дэв ущипнула Аарона за нос.

– Хах! – Рассмеялся мальчик, уворачиваясь от пальцев.

Дэв серьезно посмотрела на Эшли.

– Так, тебе не нравится мысль о том, что мы с Лаурой будем видеться друг с другом? – "Давай, Эш. Пожалуйста, не поступай так. Это достаточно трудно для меня и без того, чтобы пришлось волноваться о том, как вы, ребята, к этому относитесь. Я знаю, вы от нее без ума!"

Эшли уклончиво пожала плечами.

Дэв встала с колен и присела на кровать, рядом с девочкой.

– Не ты ли говорила, что я не должна быть одна?

Эшли вздохнула.

– Да.

– Ну, а что если Лаура сможет спасти меня от одиночества? Это ведь будет хорошо, не так ли?

Девочка задумалась.

– Полагаю, что так.

– Эшли, ваша мама не хотела бы, чтобы я провела всю свою оставшуюся жизнь в одиночестве. Я, правда, думаю, что Лаура понравилась бы ей.

– Правда? – Эшли казалась потрясенной этой новостью.

– О, да. – Дэв с энтузиазмом кивнула, зная, что это так. Сэм определенно одобрила бы Лауру. Писательница умная, красивая, любит ее детей, не боится бросать вызов Дэв или поддерживать ее, в зависимости от того, в чем она нуждается. Разве можно ее не любить? – Не так ли, Эмма? – Дэв вопросительно посмотрела на няню.

Эмма улыбнулась.

– Абсолютно точно. – Она знала, что говорит это не только для Эшли, но и для Дэв.

* * *

Лаура подняла волосы. Она, наконец, остановилась на четвертом примеренном наряде: широких коричневых брюках и кремовой блузе. Биограф надела маленькие серебряные сережки и положила очки на стол. После макияжа пришло время заняться волосами.

– Или вниз? – Она обратилась к Гремлину, лежащему на постели.

При звуке голоса хозяйки пес поднял голову и посмотрел на нее, после чего уронил голову обратно на одеяло и закрыл глаза.

– Большое спасибо за неоценимую помощь, приятель.

Биограф повернулась к зеркалу, позволив волосам свободно упасть ей на плечи.

– Вниз. Определенно вниз. – Пистательница снова подняла волосы и улыбнулась. – Хотя у такой прически тоже есть преимущества. – Лаура развернулась к собаке, показывая шею. – Она говорит – 'я – игрушка, укуси меня'?

Гремлин зевнул.

Лаура опустила волосы и попыталась пригладить непослушные локоны руками.

Она посмотрела на часы – Дэв могла появиться в любой момент. "Интересно, чем мы будем заниматься". Лаура положила руку на живот и хихикнула, чувствуя тысячи порхающих бабочек.

– Почему я волнуюсь? – Спросила она свое отражение. – Это – просто Дэвлин. Я вижу ее каждый день. – Блондинка знала, что они не будут выходить из Белого Дома. Но также она знала, что Дэв – романтик в душе – постарается сделать их первое официальное свидание особенным. – Лучше бы ей появиться сейчас, пока никто не объявил войну.

Стук в дверь заставит ее вздрогнуть. Лаура перевела дыхание. "Успокойся! Ты видела ее каждый день в течение семи месяцев. Ты даже видела ее полуголой". Немного развратная усмешка появилась у нее на губах. "Ладно, это – не то, о чем мне следует думать, если я хочу остаться спокойной".

Лаура поставила флакончик духов на столик и бросила последний взгляд в зеркало, неохотно признавая, что уже поздно что-либо менять.

– Хорошо, – она кивнула своему отражению. "Я готова. Лучше открыть дверь до того, как она уйдет. Не то, чтобы я не смогу пойти за ней. Она ведь живет дальне по коридору".

Лаура открыла дверь, за которой стояла Дэв. Она держала в руке простую чайную розу, которая казалась еще более белой на фоне темной блузы. Дэв протянула цветок Лауре и нежно улыбнулась.

– Мисс Страйер? Я – Дэвлин Марлоу, у нас свидание этим вечером. Между прочим, я НЕ работаю в морге.

Тысячи мыслей пронеслись в голове Лауры, но единственная фраза, которую она смогла придумать в качестве ответа, было:

– Это лучшее проклятое приветствие, которое я когда-либо слышала. – Она взяла розу и поднесла ее к носу, не отрывая взгляда от глаз Дэв. – Привет, – сказала Лаура мягко.

Дэвлин была очарована и улыбнулась в ответ.

– Привет.

Дэв боролась с желанием запихать руки в карманы.

– Полагаю, мы можем оставить вашего пушистого маленького компаньона с моими детьми. Они сказали мне, что посидят с собакой этим вечером. Почему-то они думают, что этот маленький… я имею в виду, Гремлин, часто будет одинок сейчас.

Лаура с пониманием усмехнулась.

– Я думаю, его можно просто официально принять на работу. К сожалению, это вне моей компетенции.

Биограф рассмеялась. Она уже давно смирилась с тем, что Гремлин много времени проводит с детьми. И она не могла винить его. Лаура щелкнула пальцами, и Грем спрыгнул с постели. Но шел он медленно, и когда он посмотрел на Дэв, то не зарычал, а только слегка оскалился. Дэв посмотрела на собаку.

– С ним что-то не так? Я думала, что придется опасаться за мои лодыжки сейчас.

Лаура нахмурилась.

– Не знаю. С тех пор, как мы вернулись из штата Огайо, Грем действительно сам не свой. Такой подавленный. – Она подняла цветок и тепло улыбнулась. – Спасибо. Он красивый. Ты… хм… ты прекрасно выглядишь.

– Спасибо. – Дэв пыталась говорить беспечно, но щеки ее покраснели. – Так, набросила на себя кое-что. Ты выглядишь, – она вздохнула, – абсолютно замечательно. – Дэв подала Лауре руку и почувствовала тепло ее ладони. – Идем?

Гремлин медленно плелся за ними, пока пара двигалась по коридору. Президент посмотрела на собаку и нахмурилась.

– Я почти чувствую себя обманутой из-за того, что он не зарычал на меня. И я не зарычала в ответ. – "Я тренировалась, бестия". – Если ему не станет лучше через неделю, давай вызовем ветеринара. – Она снова оглянулась. – Или, может быть, терапевта для маленьких собак.

– Мгне кажется, лучше ветеринара. Не думаю, что Гремлину понравится терапия. – Она оглянулась на маленькую собачку. – Не так ли, Грем?

Он заворчал в ответ и низко опустил голову.

Когда они вошли в комнату, пес немного оживился. Он бросился к детям, которые играли в настольную игру.

Лаура снова посмотрела на Дэв и, слегка нервно, перевела дыхание. Она задавалась вопросом, будет ли свидание с женщиной похоже на свидание с мужчиной. После встречи с Кейси, она решила, что оба одинаково плохи. Однако свидания с Дэв она ожидала со смесью волнения и тревоги.

– Так, куда мы идем, мадам Президент? Или мы будем играть в настольную игру? – Поддразнила она. – Откровенно говоря, мне понадобится помощь. Даже Аарон смог бы обыграть меня.

Дэв хихикнула.

– Нет, давай оставим детские игры детям, ладно? – Она открыла дверь и сделала приглашающий жест. – Я запланировала для нас кое-что другое.

Они двигались по коридору, и каждые несколько шагов их приветствовали улыбающиеся лица.

– Ничего себе. Я просто не верю. – Лаура немного смущенно улыбалась в ответ. – Я и не знала, что у агентов есть зубы! Все агенты Секретной службы в курсе, что у нас свидание этим вечером?

Дэв выглядела обеспокоенной.

– М-м-м, я, возможно, упомянула это однажды.

– Однажды?

– Может быть дважды.

– Хех, – Лаура скептически растягивала слова. – Дважды?

– Или несколько сот раз.

– Боже.

Дэв увернулась от удара. Они как раз подошли к двери частного кинотеатра. Дэв посмотрела на Лауру и улыбнулась.

– Ты знаешь, что новый фильм выходит на следующей неделе? Того режиссера, от которого ты без ума?

– Да. – Лаура вздохнула. Она знала, что, вероятно, у нее не будет шанса посмотреть его, пока фильм будет идти в кинотеатрах.

Дэв открыла дверь, и освещение включилось автоматически.

– Ну, раз уж так получилось, что у меня дом с кинотеатром, думаю, мы могли бы насладиться просмотром. Но, так как это несколько незаконно, тебе не стоит упоминать об этом в печати. Иначе, режиссер приедет, чтобы самостоятельно убить меня, – пошутила Дэв.

У Лауры просто челюсть упала.

– Ты достала фильм до того, как он был официально выпущен? – Она немедленно подняла руку. – Постой. Ты же – лидер США. Иногда я забываю. – Она пристально с обожанием смотрела на Дэв. – Это так приятно. – Лаура мягко притянула высокую женщину к себе и обняла ее. – Спасибо.

Дэв возвратила объятие, не обращая внимания на свое проклятое плечо. По ее мнению, это была лучшая терапия, которую она могла получить.

– Ну, это меньшее, что я могу сделать, так как я не могу пригласить тебя на нормальное свидание. – Она медленно отстранилась от Лауры и повела ту внутрь. – И что такое фильм – без обеда? – Одеяло было разложено на ковре, а на нем на низеньком столике теснились различные кастрюльки.

Лаура благодарно застонала; у нее уже урчало в животе от запаха горячего тамали, испанского риса и черных бобов.

– Полагаю, я немного голодна, – застенчиво признала она.

Дэв воздержалась от комментария относительно бурчащего живота Лауры.

– Так, мы будем есть и разговаривать, или может быть ты хочешь перейти сразу к делу? – Она закрыла глаза и покачала головой. – Я имею в виду, ты хочешь начать с фильма, или обеда, или… – Она остановилась и глубоко вдохнула. – Я веду себя глупо. Я просто закрою глаза и позволю тебе сказать мне, чего ты хочешь.

Лаура мягко хихикнула и взяла Дэв за руку.

– Я смотрю, мадам Президент, – она растягивала слова, – что вы нервничаете еще сильнее, чем я. – Мгновение она серьезно смотрела на Дэв. – Почему это?

– М-м-м… ну. – Дэв опустилась на одеяло и рассеяно ковырялась в кастрюльках. Она наполнила пару тарелок и приготовила два стакана вина. – Видишь ли, я не очень… Боже, так неуклюже. У меня был только один реальный опыт с настоящим свиданием… – Она протянула стакан с вином, показывая Лауре, чтобы та садилась. – Саманта была единственной женщиной в моей жизни. И с момента ее смерти у меня не было… Я имею в виду, что не было кого-то еще… – Дэв, наконец, остановилась, поняв, что это звучит все более глупо.

"О, Дэвлин". Пристальный взгляд Лауры смягчился. Ее сердце было полностью с ее другом. Они должны были поговорить о Саманте. Но сегодняшний вечер – только для них одних.

– Не волнуйся об этом. Мы могли бы вместе учиться. – Она изучала свой бокал. – У меня не было больших успехов в самостоятельных свиданиях. Но… м-м-м… – Блондинка подняла голову и посмотрела на Дэв. – Я верю, что мы сможем выкарабкаться, если направим все свои мысли на это.

– Я думаю, что мы сможем выкарабкаться, если направим часть своих мыслей на это. – Дэв наклонилась и поцеловала щеку Лауры. Она позволила своим губам задержаться на мгновение, прежде чем отстраниться. – Я думаю, моя нервозность отчасти связана с тем, что я никогда не встречалась с кем-то, кто уже знает все обо мне. – Она глотнула вина из бокала и закрыла глаза. – Включая некоторые вещи, за которые я собираюсь отомстить отцу, когда он будет меньше всего этого ожидать. – Дэв снова посмотрела на блондинку. – Но если эти люди не посылали тебе крик в ночи, то я просто счастливчик. И я действительно рада, что встретилась с тобой.

Лаура подозревала, что она только начала открывать для себя эту сложную, приятную, красивую женщину. Но она не собиралась впустую тратить шанс. Ее пристальный взгляд опустился к губам Дэв, и желание поцеловать ее просто затопило блондинку. Лаура наклонилась вперед, улыбнувшись, когда Дэв тоже немедленно наклонилась к ней.

– Я тоже рада, что встретилась с тобой, – прошептала она, позволив себе коснуться губами губ Президента.

4 июля

Дэв повесила трубку и посмотрела на настенные часы.

– Эти люди что, не понимают, что здесь 3:00 утра? – Она обращалась к Дэвиду, который развалился на стуле напротив ее.

– Со всем моим уважением, мадам Президент, их это не волнует.

– Какая ирония, не находишь? Это – День Независимости Соединенных Штатов, а я посреди ночи улаживаю возможный военный конфликт с Китаем.

– Именно поэтому ты и получаешь большие деньги и классные игрушки.

Дэв фыркнула.

– Да, точно.

– Мы не должны вызвать Министра Обороны?

– Нет, еще нет. Но, полагаю, мы можем притащить сюда задницу китайского посла.

– Дай, угадаю, – Дэвид выгнул бровь и ослабил узел галстука. – Только потому, что ты это можешь?

Дэв подняла трубку.

– В значительной степени. Если я не могу спать – никто не может. – Она села за стол и подняла фото, сделанное в каникулы, на котором были запечатлены Лаура и дети. – И скажи, просто ради смеха, что Министр Обороны тоже вызван.

Дэвид встал со стула.

– Да, мадам. А также я закину последние сведения из Комнаты Обсуждений.

* * *

После нескольких часов напряженных переговоров, Дэв, наконец, сумела найти удовлетворительное решение проблемы, которая могла полететь в тартарары из-за малейшей оплошности.

– Боже, мне нужен душ и сон. У нас барбекью этим вечером и… – Ее глаза широко открылись. – О, черт!

– Что?

– Сегодня – день рождения Лауры. Я заказала завтрак и цветы, которые должны были доставить в ее комнату с сообщением о том, что я присоединюсь к ней, – она снова посмотрела на часы, – полтора часа назад. О-о-о, она убьет меня. – Дэвлин открыла ящик стола и вытащила оттуда коробку в яркой обертке. – Давай надеяться, что ей это понравится. – Дэв буквально вылетела из офиса, направляясь к комнате Лауры, которая, как она была уверена, сейчас в высшей степени раздражена. – Я не должна была заказывать завтрак на такое время! Она ненавидит рано вставать!

– Все в порядке, парни. – Дэвид успокоил встревоженных агентов Секретной службы, которые наблюдали, как Дэв пролетела мимо них. – Она просто… она опаздывает, она опаздывает… – "Арррх… надо идти впереди нее и говорить это". – У нее очень важная встреча.

Несколькими минутами позже Дэв стояла перед дверью Лауры, пытаясь пригладить растрепанные волосы. Она задержала дыхание и постучала в дверь.

– Боже, пожалуйста, пусть она не будет в ярости.

Лаура открыла дверь, и брови ее поехали вверх при виде очень растрепанной Дэв. Она сказала бы что-нибудь, если бы не тот факт, что ее рот был буквально заткнут огромным куском сладкого рулета. Вместо этого она схватила Дэв за рубашку и затащила внутрь, пинком захлопывая дверь.

– Мне тааааак жаль, – быстро начала Дэв. – Я хотела быть здесь, когда они тебя разбудят, но мне пришлось иметь дело с проблемой, решение которой заняло полночи. Если бы у меня было время, я бы позвонила им и велела не делать этого. Или позвонила тебе и сказала, что ты можешь возвращаться в постель, или… м-м-м… просто позвонила бы.

Лаура помахала свободной рукой.

– Все нормально, Дэвлин. Расслабься, я не сержусь. – Она подошла к дивану. – У тебя есть минута? – Она предложила рулет Дэв и та, быстро наклонившись, откусила кусок.

– М-м-м… там их много, так?

Лаура кивнула и подошла к столику, чтобы взять пару тарелок с рулетами и чашку кофе.

– Так что случилось? – Она вернулась, чтобы взять вторую чашку. – Если ты, конечно, можешь говорить об этом.

– Я помогла удержать мир от Третьей Мировой Войны этим утром, и мне нужен перерыв. Вот – что случилось. – Темноволосая женщина со стоном опустилась на диван, вытянув ноги перед собой. – Я смотрю, они принесли тебе отличный завтрак. – Внезапно она вспомнила о подарке. – Счастливого дня рождения!

Лаура побледнела.

– О мой Бог, Дэвлин, ты действительно предотвратила Третью Мировую Войну этим утром?

– Что-то вроде того, – Дэв закрыла глаза и массировала виски. – Фактически я занималась этим всю ночь.

Лаура присоединилась к Дэв на диване и похлопала ее по коленке.

– Мне жаль. – Она посмотрела на подарок, который уже был у нее в руках. – Ничего себе, снова мой день рождения. Клянусь, они наступают все быстрее с каждым годом. – Она потрясла пакетом, пытаясь угадать что внутри, и закинула ногу на ногу. – Можешь хотя бы намекнуть?

Дэв не ответила, вместо этого она встала и схватила очки Лауры с ночного столика.

Лаура взяла их и молча одела. Она смотрела на цветную коробку, пытаясь вспомнить, когда последний раз получала подарок на день рождения. Ее родители всегда присылали открытки. Они прекратили делать подарки, когда ей исполнилось 18, и она стала слишком стара для такой глупости. Джудд всегда дарил ей что-нибудь, но он был единственным. Когда-либо. Лаура абстрагировалась от сладко-горьких воспоминаний и потрясла коробку, поднеся ее к уху.

– Ты хочешь, чтобы я открыла это сейчас?

– Пожалуйста, – Дэв села обратно. – Боюсь, мне нужно пойти поспать перед вечерним барбекью, так что до вечера мы больше не увидимся. Я хотела подарить тебе это наедине. Надеюсь, тебе понравится.

– Ладно, если ты настаиваешь. – Лаура нетерпеливо разорвала бумагу и открыла коробку. Она достала их нее три небольших книги, в коричневом кожаном переплете. – 'Сказка о двух городах', 'Оливер Твист', 'Большие ожидания'! О, это один из моих… – Лаура сделала паузу, изучая книги. – Мой Бог, это первые издания? – Прошептала она почтительно.

Дэв расслабленно выдохнула.

– Да, это они. Тебе нравится?

Лаура посмотрела на нее со слезами на глазах.

– Я… – Она перевела дыхание. – Я просто люблю их. – Писательница улыбалась, ее подбородок немного дрожал. – Спасибо.

– Эй! – Дэв протянула руку и стерла слезу, которая уже готова была сорваться со щеки Лауры. – Предполагалась, что мой подарок не заставит тебя плакать. Никаких слез! – Она усмехнулась. – Подожди, ты еще не видела, что я приготовила на вечер.

Лаура фыркнула, будучи слегка обеспокоенной.

– Это тоже заставит меня плакать?

– Ну и дела, надеюсь, что нет. Но ты должна подождать, чтобы узнать это. – Дэв неожиданно почувствовала резкую головную боль. – Не могу дождаться. У меня просто голова разболелась от всего этого. Пойду, выпью пару таблеток аспирина, получу массаж и попытаюсь немного поспать. – Внезапно она выпрямилась. – Сегодня ведь воскресенье, не так ли?

– Точно, мадам Президент. – Выражение лица Лауры стало спокойным. – Иногда ты слишком много работаешь, Дэвлин. И у тебя слишком часто болит голова. Тебе нужно больше спать.

Дэв хмыкнула, соглашаясь.

– Когда я выбирала эту работу, то знала на что иду. – Она вздохнула. – Полагаю, теперь сон под вопросом. Дети скоро встанут. Тогда только массаж.

Лаура осторожно положила книги на кофейный столик.

– М-м-м. Дэвлин, пожалуй, я могла бы сделать тебе массаж. – Она обошла диван и положила руки на плечи Дэв, начав их массировать. – Или может позвать кого-нибудь для этого? – Предложила она невинно, почти смеясь над стоном удовольствия, который издала Дэв.

– Дааааа. – Дэвлин опустила голову вперед, давая Лауре больше места для работы над ее утомленными мышцами. – Я дам тебе час на это. Ладно, два часа. Но это мое последнее предложение.

Лаура хихикнула, чувствуя, как Дэв расслабляется все сильнее. Ее мышцы начали слабеть, и вскоре голова Президента склонилась на бок и она начала посапывать. Лаура наслаждаясь ощущением теплой кожи еще несколько секунд, прежде чем прекратить массаж. Затем она осторожно помогла истощенной женщине лечь, после чего достала одеяло и укутала ее. Писательница наклонилась, чтобы поцеловать щеку Дэв, после чего рассеяно стерла след помады большим пальцем.

– Сладких снов, милая. Грем и я будем с детьми.

Лаура только вышла из комнаты, когда увидела Эмму в коридоре.

– Если вы ищете Дэвлин, она там, спит на диване. Она…

– Всю ночь. Я знаю. – Эмма покачала головой и улыбнулась. – Я рада, что она сможет немного отдохнуть. Это, – она подала Лауре тяжелый пакет, – пришло по личному каналу Дэвлин, но адресовано тебе. – Напоминает подарок на день рождения.

Лаура внимательно изучила обертку. Обратным адресом был записан 'дом', но на пакете был штемпель Колумбийского почтового отделения штата Огайо.

– Должно быть от родителей Дэв.

Эмма кивнула.

– Я уверена, что это – почерк Джанет. Но единственный способ узнать наверняка – открыть его и посмотреть…

Лаура хихикнула и порвала оберточную бумагу.

– Точно. – Это была книга. И когда Лаура полностью сняла обертку, заголовок заставил ее и Эмму ярко покраснеть.

– О, мой Бог, – прошептала Лаура, чувствуя, как пылают ее щеки.

Эмма начала нервно смеяться и была вынуждена отойти от двери, чтобы не разбудить Дэвлин.

– О, да, – фыркнула она, – это – точно от Джанет Марлоу. Только она могла выбрать что-то подобное, благослови Бог ее либеральную душу. Дэв, конечно, пошла в своего, более традиционного, отца, но, думаю, ты увидишь, что немного Джанет проглядывают в ней время от времени. – Эмма ткнула пальцем в белую обложку, наклоняясь поближе, чтобы разглядеть чуть более темный текст. – По крайней мере, она послала бумагу, а не электронную версию. Я не думаю, что иллюстрации были бы такими же на экране. А ты?

– Откуда мне знать? – Пропищала Лаура.

Эмма закатила глаза.

– Именно поэтому, она и прислала тебе эту книгу, Лаура.

– О, да. – Лаура покачала головой, открывая книгу. Она была подписана.

Лауре:

Ты и Дьявол – красивая пара. Я знаю, вы обе упорно утверждаете, что не спите вместе. Но я все еще думаю, что это произойдет. КОГДА-НИБУДЬ. Так как ты, кажется, уже знаешь, что такое сосок, я уверена, ты можешь сразу перейти ко второй главе.

Счастливого дня рождения,

Джанет

Лаура закрыла книгу. "Какая мать присылает подружке своей дочери книгу 'Радости лесбийского секса'?" Усмешка появилась на ее губах. "Просто дьявольски хорошая".

* * *

Дэв закатала рукава на рубашке так, чтобы они были чуть ниже локтей. Заправляя рубашку в джинсы, она осмотрелась вокруг в поисках теннисных туфель. Она опустилась на колени, чтобы заглянуть под кровать, когда Лаура зашла в комнату.

– Дэвлин, дети и я… о-о-о, какой интересный вид. – Она хихикнула, скрестив руки на груди и оценивая туго обтянутую джинсами филейную часть Дэв. Лаура усмехнулась и сделала несколько снимков. Дэв вытащила туфли из-под кровати и зацепилась головой за край постели, вылезая оттуда.

– Ау, проклятье. – Она сидела на полу, потирая ушибленный затылок. – Эй! США не нуждается в крупном плане моего зада!

– США – нет… – Глаза Лауры озорно светились. – Но это фото войдет в мою частную коллекцию.

– Извращенка.

Лаура только рассмеялась.

– Ну, так чего вы с детьми хотите? – Спросила Дэвлин, когда она вошла в комнату.

– Мы хотели спросить, не посмотришь ли ты с нами кино перед барбекью?

– Почему бы и нет. – Дэв продолжала потирать ушибленную голову. – Она болит, – прохныкала Дэв, надеясь получить немного нежного сочувствия от блондинки.

Лаура должна была поставить Дэв 'А' за усилия. Она надула губы и смотрела жалостливыми глазами маленького щенка. Лаура рассмеялась и погладила Дэв по голове.

прим. переводчика. 'А' – высший школьный балл в США, "пятерка"

– Бедная маленькая деточка, – поддразнила она.

– О, хорошо. Ну, да… Просто прекрасно, – напоказ надулась Дэв, натягивая туфли. – Я надеялась получить больше симпатии, чем это… но нет…

– Я могу позвать сотрудников, чтобы они ворковали с тобой, если хочешь. – Лаура подмигнула Эшли и маленькая девочка засмеялась.

– Нет, нет, все в порядке. Я буду просто сидеть здесь, и быть нелюбимым, – она сделала паузу для мелодраматического сопения. После чего начала петь печальную песенку. – Никто меня не любит. Все меня ненавидят. Я выхожу в сад и ем червей…

Лаура и Эшли рассмеялись. Эшли подошла и забралась на колени к матери, целуя ее в нос.

– Я люблю тебя, Дыхание Червя. – Она обняла мать за шею и получила ответное объятие.

– Я тоже люблю тебя, милая. А теперь, почему бы тебе не вернуться в гостиную к братьям и не выбрать фильм для нас? Мы с Лаурой вернемся через пару минут.

– Хорошо! – Эшли подпрыгнула и убежала. – Мамочка сказала, что я могу выбрать фильм!

– Я этого не говорила! – Проворчала Дэв, поднимаясь на ноги. Она обратилась к Лауре, раскинув руки для объятья. – А как ты? Ты можешь полюбить кого-то с дыханием червя?

Лаура мягко обняла Дэв и принюхалась.

– Эш права, это определенно черви. – "И я думаю, что легко могла бы полюбить кого-то вроде тебя". Лаура шумно выдохнула, когда Дэв сжала ее сильнее после этого комментария. – Ладно, ладно. К счастью для тебя я люблю червей, – пробормотала она придушенно.

– Полагаю, тогда это удачный день для меня. – Дэв обняла Лауру за плечи, слегка вздрогнув при движении. Недавно она перешла от трех дней терапии в неделю к двум, из-за прогресса с рукой и плечом. Боль, однако, была постоянной, и Дэв была вынуждена жить с этим все время. Шум из гостиной стал проникать в комнату. Дэв закрыла глаза и пристроила свой подбородок на голове Лауры.

– Могу я вернуться в постель?

Лаура чуть не ответила 'Только если я смогу присоединиться к тебе!'. Однако она не смогла остановить легкий румянец, который окрасил ее щеки при этой мысли.

– М-м-м… Возможно, нам стоит убедиться, что дети не поубивают друг друга. – Она схватила Дэв за руку и повела в гостиную. – Могу я спросить у тебя кое-что?

– Ты знаешь, что можешь. Моя жизнь – открытая книга для тебя. Никакой игры со словами.

– Никогда не слышала ничего подобного прежде. – Она сделала серьезное лицо. – Даже кардинал О'Роак попадался на эту шутку первые шесть месяцев. – Лаура ущипнула Дэв.

– Эй! – Возмутилась Дэвлин, зная, что любит каждую минуту этих подшучиваний.

– Я только хотела спросить, как ты научилась так общаться с детьми? Твоими детьми, я имею в виду. У тебя же не было ни братьев, ни сестер. – Они подошли к дивану, осторожно обойдя Аарона и Кристофера, которые боролись на ковре. – Половину времени они ужасают меня, а вторую половину я беспокоюсь о них. И они даже не мои.

– Дай подумать. – Дэв хлопнула в ладоши и скрестила руки на груди. Детские визги тут же прекратились. – Что за шум?

– Эшли – глупая голова! – Ответил Кристофер, впиваясь взглядом в сестру, которая объединилась против него с Аароном.

– Нет! – Закричала в ответ девочка.

– Избавьте меня от этого, или трое маленьких людей не пойдут на барбекью сегодня вечером.

– Мамочка! – Хором застонали дети. – Фейерверк!

– Я говорю и об этом. – Дэв не сдавалась. – А теперь договоритесь, какое кино мы будем смотреть вместе, как семья. Иначе, можете расходиться по комнатам и сидеть там остаток дня.

– Да, мэм, – проворчали они с различной степенью искренности. Аарон пошел к шкафу, чтобы достать свой любимый диск и показать его брату и сестре. – Ты что-то спрашивала? – Поинтересовалась Дэв.

Лаура покачала головой.

– Ты решила проблему. – Она показала на детей. – Нет больше борьбы.

– До следующего раза.

– Я сказала, что ты достойно справилась с детьми, а не совершила чудо.

– Точно. – Дэвлин повернулась и встала перед Лаурой. – Полагаю, что это связано с большим количеством практики. – Она усмехнулась. – И то, что ты чувствуешь относительно них очень похоже на типичную реакцию их мамочки. Они и меня тоже ужасают половину времени.

Глаза Лауры расширились.

– Мамочка?

Несомненно, она иногда проводила время с детьми. С Дэв или без нее. Но это было главным образом для книги. Вроде.

"Ох. Я напугала ее".

– Эй, все в порядке. Я не имела в виду… я подразумевала, что… ну, я только думаю, что быть мамочкой естественно для тебя. – Дэв сделала паузу, чувствуя себя слегка неуютно. В глубине души она все еще опасалась, что Лаура планирует уехать отсюда.

Она была искренне удивлена тому, что писательница задержалась тут так надолго. И она предупредила Майкла Оакса. Он и Лаура были как масло и вода, и она знала, что его присутствие в месте, где живет Лаура – еще один раздражающий фактор для блондинки. В конце концов, он был все еще сердит на то, что Дэв пригласила Лауру жить в Белом доме, несмотря на все его возражения. Он взял себе за правило показывать Лауре все инсинуации прессы, касающиеся ее. Однажды он даже приписал падение мнения избирателей тому факту, что Лаура сопровождала Дэв на важную публичную встречу.

– Я не так в этом уверена, Дэвлин. – ответила Лаура, оторвав Дэв от ее мыслей.

– А я уверена. – Дэв успокоительно улыбнулась. – Когда ты будешь готова, ты сможешь любить моих детей без того, чтобы стесняться их или кого-то еще. И когда-нибудь ты сама станешь отличной мамочкой.

Лаура внезапно почувствовала себя смущенной и неуверенной в себе. Она могла слышать разочарование в голосе Дэв.

– М-м-м… Спасибо. Но я сомневаюсь, что у меня будут дети.

Дэв подумала об этом мгновение. Лаура всегда очень тщательно подбирала слова. Она не сказала, что не хочет иметь детей. Только то, что не думает, что будет иметь их непосредственно.

– Ты не можешь быть в этом уверенна. Я авторитетно заявляю, что странные вещи, как это ни удивительно, происходят.

– Вредина.

– Вовсе нет!

– Именно так!

Дэв и Лаура внезапно обнаружили всех троих детей, в шоке глядящих на них.

– Ох, – пробормотала Лаура. – Это плохо?

– Хах, – шепотом ответила Дэв. – Они уже знают, что я – вредина. – Президент подтащила Кристофера поближе за ремень шорт. – Не так ли, приятель?

– Да, – хихикнул он.

Аарон выступил вперед.

– Но она очень, очень сожалеет, Лаура. И она попытается добиться большего успеха в будущем. – Маленький мальчик знал эту речь наизусть, ведь он произносил ее прочти ежедневно.

Дэв самодовольно посмотрела на Лауру.

– Мы – команда.

Серые глаза закатились.

– Команда нарушителей спокойствия!

Дети радостно приветствовали это точное заявление.

Дэв подняла руку на спинку дивана и, осмотрев небольшое пространство между ней и поручнем, предложила Лауре устраиваться.

– Даже если ты не решишь завести детей, можешь брать в аренду одного из моих время от времени.

– Я получу скидку, как служащий?

Дэв на мгновение задумалась.

– Конечно! Я – Президент, который сочувствует тяжелому положению маленьких людей.

Лаура сузила глаза.

– Что это за маленький человек, или это просто шутка? – Потребовала она ответа с ложной яростью.

– Да.

Дети, наконец, остановились.

– Стюарт Литл. – И все втроем шлепнулись на пол, чтобы наслаждаться показом.

Разум Дэв неуклонно вился вокруг того момента, который не оставлял ее уже долгое время.

– Мы действительно скучали бы без тебя, если бы ты уехала. – Шепнула Дэв. Она не могла больше продолжать задаваться этим вопросом. Это просто сводило ее с ума. На самом деле она знала, что Лаура однажды уедет. Но ее сердце требовало опровержения.

Лаура почувствовала острую боль в груди при словах Дэв.

– Я не планирую уезжать в ближайшее время, Дэвлин. У нас ведь еще есть дела, верно?

– Верно. – Она перевела дыхание и улыбнулась. Дэв хотела спрашивать дальше, но Лаура и так уже была напугана ее комментарием насчет 'мамочки'. Сейчас не время давить на нее. – Я действительно рада, что ты собираешься провести здесь еще некоторое время. – Она усмехнулась и игриво ткнула Лауру в бок. – Хорошо иметь кого-то с кем можно спорить.

Лаура улыбнулась Дэв.

– Ты со всеми споришь, мадам Президент. Просто я – одна из немногих, которые будут спорить в ответ.

– Да, точно, и я люблю… это. Иногда это – наиболее интеллектуальная беседа и энергичные дебаты за весь день.

Дэв закричала детям, чтобы они уменьшили громкость телевизора.

– Так, я, э, знаю, что это в последнюю минуту, мисс Страйер. Но не случится ли так, что у вас свидание на барбекью этим вечером?

Серые глаза мерцали.

– Что если я скажу 'да'?

Дэв задумчиво потерла подбородок.

– Ну, тогда я скажу, что с кем бы оно ни было, этот кто-то очень удачлив.

Блондинка похлопала ресницами и продолжила, растягивая слова.

– Ты имеешь в виду, что попросила бы ЦРУ взять его?

– Его?

Лаура ухмыльнулась.

– Или ее.

– Нет. Ты – взрослая. И можешь принимать свои собственные решения. Ходить на свидания с кем захочешь. Даже если бы этот кто-то был НЕ ТОТ человек. ПОЛНОСТЬЮ НЕ ТОТ человек! Конечно, кроме меня. Никто по имени Кейси не звонил тебе?

Лаура сделала каменное лицо.

– Вы, янки, всегда боролись грязно!

– Мадам, должна ли я напоминать, что я – только наполовину янки?

Лаура стукнула Дэв в живот тыльной стороной ладони.

– Янки – есть янки, – сказала она твердо.

– Да, да. Но ты не ответила на мой вопрос. У тебя есть свидание этим вечером? – Дэв хищно посмотрела на Лауру. – Хм-м-м? – Она свела брови, ясно говоря, что если она не получит ответ, Лаура может оказаться защекоченной до смерти.

Лаура хихикнула.

– Ясно. Ясно. У меня нет свидания. Я полностью свободна. – Она слегка толкнула локтем собеседника. – А что относительно тебя, Дэвлин?

Дэв рассмеялась и отступила.

– Нет. У меня есть свидание. Я просто хотела убедиться, есть ли у тебя.

Лаура внезапно растерялась.

– Если Дэвид устроил это снова, я иду…

– Дааааа? Ты идешь куда? – Темная бровь поднялась. "Правда, сейчас? Ну-ну, в тебе проснулись собственнические чувства, мисс Страйер?"

Глаза блондинки сузились.

– Ну, я… – Она сделала паузу, понимая, что над ней просто издеваются. "О-о-о, Дэвлин! Это НЕ смешно". Она сознательно понизила голос, став более беззаботной. – Ну, я стану дефицитом. Теперь, когда я знаю об этом, посмотрю, не найти ли мне тоже сопровождающего. Тот агент, что сидит возле Зеленой комнаты – такой милашка. И я не видела у него обручального кольца.

– Тебе не надо ходить так далеко! – Дэв помахала рукой у нее перед лицом. – Здесь тоже нет кольца. Я была бы рада, если бы ты позволила мне пригласить тебя на свидание этим вечером.

– Я рассчитывала на это.

* * *

Вечером большинство старшего персонала Белого дома присоединились к Президенту и ее семейству на балконе Белого дома. Они могли видеть памятник Вашингтону и Аллею, на которой собрались десятки тысяч человек, чтобы отпраздновать четвертое июля, невзирая на то, какая партия главенствовала в Белом доме.

Лаура наблюдала, как Дэв прогуливается по балкону, обмениваясь рукопожатиями и стараясь не обойти общением ни одного человека. И она совершенно не походила на ту утомленную, слегка измотанную женщину, которая стучала в ее дверь этим утром после ночной работы. Дэв не уставала поражать ее. Чем больше Лаура знала о ней, чем больше она хотела знать. "На днях, клянусь, я переговорю с Бэт МакМиллиан наедине".

Она осматривала красиво выглядевшую и вкусно пахнущую еду на столах, когда почувствовала кого-то высокого, остановившегося позади нее.

– Ух, это хорошо выглядит, – зашептала Дэв ей в ухо. Лаура повела пальцем по цыпленку барбекью, которого она только что положила на свою тарелку. Она поднесла палец к губам и слизнула с него соус.

– М-м-м… так и есть. – Лаура посмотрела через плечо в самые ясные и красивые синие глаза, которые когда-либо видела. Мгновение она пораженно молчала. Затем слегка потрясла головой.

– Ты уже взяла тарелку?

– Я только куснула несколько самых восхитительных вещей.

Светлые брови взлетели вверх.

– Правда? – Она посмотрела на пустые руки Президента.

– Ням-ням, – Дэв наклонилась, приблизив рот почти вплотную к уху Лауры. – Откушу здесь. Откушу там. Ты знаешь, как это бывает. – Она куснула Лауру за мочку уха.

Лаура дернулась. Она развернулась, чтобы встать лицом к Дэв, замечая заинтересованные лица, наблюдающие за ними.

– Ты понимаешь, что делаешь? – Зашептала она резко.

Дэв выпрямилась. Она мысленно обругала себя за создание неудобства для Лауры.

– Прости, – спокойно сказала она. – Я на секунду забыла обо всех этих людях.

Тишина была почти болезненной, и Дэв неловко попыталась заполнить промежуток.

– Ты хорошо проводишь время?

Лаура опустила глаза и успокоила дыхание.

– Прости, Дэвлин. Я только… – Она покачала головой и понизила голос. – Я провела почти месяц, убеждая, что ты и я не больше чем просто друзья, почти каждого человека здесь. Теперь, я полагаю, что я чувствую… я… – Она колебалась. – Я не знаю, что я чувствую. – Лаура сжала руку Дэвлин, надеясь обрести уверенность от контакта, так как ей банально не хватало слов.

– Я знаю. Я не хотела заставлять тебя чувствовать себя неудобно на твоем дне рождения. Но… м-м-м… я хотела удостовериться, что ты оставишь место для десерта. Это – кое-что особенное. И оно будет через десять минут. – Дэв замолчала на некоторое время, чтобы удостовериться, что Лаура выглядит нормально. – Я никогда не хочу делать что-либо, что травмирует или смущает тебя, Лаура. Я имела в виду это. Если ты не готова к тому, чтобы я касалась тебя публично, это – нормально. Только скажи мне, когда или если будешь готова, ладно? Я буду здесь.

Дэв произнесла это спокойно. Но Лаура видела боль в ее глазах.

– Проклятье, мне жаль. – Она снова сжала руку, которую держала. – Я не думала ни о чем таком, Дэвлин, правда. – Лаура рывком потянула Дэв в сторону от большого стола, в угол балкона – наиболее уединенное место, которое она могла найти без того, чтобы идти внутрь. Она поставила тарелку. – Дело не в том, что я не готова. – Зашептала Лаура. – Но это похоже на то, что я просто лгала этим людям и теперь утираю им всем нос.

– Лгала? – Теперь Дэвлин была смущена. – Милая, ты никому не лгала. О чем ты говоришь?

Лаура вздрогнула.

– Это не так. По крайней мере, не полностью. – Она развернулась и положила руки на перила, пристально глядя на толпу стоящую на Аллее в ожидании фейерверка. От этого вида действительно захватывало дух. – Я думала о тебе несколько месяцев, – пробормотала Лаура тихо.

– Думала обо мне что? – Подталкивала ее Дэв, начиная понимать, что Лаура имела в виду. – Думать обо мне, встречаться со мной и спать со мной – это три разные вещи. Все, что мы говорили – это то, что мы не спали вместе, и мы все еще этого не делаем. Мы только начала встречаться. Ты не должна чувствовать себя смущенной или виноватой. И если ты думаешь, что Бэт МакМиллиан не знает об этом или не рассказала об это факте всем, то ты серьезно заблуждаешься. Я нежно люблю Бэт, но если ты посмотришь в словаре слово 'сплетня', там будет фото 8х10 улыбающейся Бэт.

Лаура не могла не рассмеяться.

– Ты права относительно этого. И однажды я загоню Бэт в угол, мадам Президент. И тогда я смогу уволиться с полной информацией для книги. – Она проследила за птицей, летящей высоко в вечернем небе. – Я знаю, это звучит глупо. Но, в течение последних месяцев, каждый раз, отрицая слухи о том, что мы – пара, я чувствовала лживость этих слов. – Писательница дернула плечом. – Полагаю, теперь это все просто догоняет меня. Я еще не могу полностью поверить, что это случилось. – Она повернулась к Дэв. – И с кем. – Ее глаза передавали ее истинное сожаление. – Мне жаль, если я ранила твои чувства. Я не ожидала, что это будет столь, – она искала подходящее слово, – демонстративно. По крайней мере, не публично.

– Нет. Это я должна была учесть это. И я искренне сожалею. Просто я всегда была 'вне'. Я полагаю, что люди знают мои предпочтения, и что я – это просто я. Но ты не совсем 'вне'. Я имею в виду, что ты даже не точно… ты? Подожди, это не имеет значения… я хочу сказать… ладно, я просто собираюсь замолчать сейчас. Позволь мне только сказать, что я тоже думала о тебе эти несколько месяцев. И эти отношения – две стороны улицы. Я сильно забочусь о тебе; даже больше, чем сильно.

Прежде чем Дэв смогла продолжить, на балкон выкатили тележку с десертом, на которой находились два огромных торта. Первый был украшен символикой 4 июля. Второй – сделан специально ко дню рождения Лауры. Блондинка хотела оглянуться, но Дэв закрыла ее глаза рукой.

– Я говорила, что заказала кое-что специальное для тебя. Ты готова?

Лаура взволнованно кивнула.

– Полностью!

– Хорошо. – Дэв осторожно провела Лауру вокруг стола, чтобы она не упала. Когда свечи были зажжены, она убрала руку. Лаура увидела красивый пирог, который был подготовлен специально для нее одним из лучших поваров в мире, который, так уж получилось, работал в Белом доме. По внешней стороне торта было выложено специальное печенье Дьявола, приготовления Дотти.

– Специально из штата Огайо для Могучей Мыши. Счастливого дня рождения.

Лаура усмехнулась, глядя на торт.

– Красиво! Я набираю вес, только глядя на все это печенье Дьявола.

Толпа, собравшаяся вокруг, рассмеялась.

Внезапно глаза Лауры расширились, лицо стало удивленным.

– Пожалуйста, скажи мне, что это – неправильное количество свечей.

11 июля

Лаура направлялась в библиотеку, когда заметила ужасно утомленного Президента, которая медленно брела по коридору в ее сторону. Широкая улыбка осветила ее лицо.

– С возвращением! – Она подбежала к Дэв и заключила ее в сердечное объятие. – Как Кемп Дэвид? – "Боже, я так рада видеть тебя. Это совсем не то же самое, что видеосвязь".

– Отвратительно, потому что там не было тебя, – прошептала Дэв ей на ухо. Она отодвинулась, застонав от усталости. – Я рада вернуться. – Она улыбнулась Лауре устало, но радостно. – Пойдем, я должна добраться до гостиной прежде, чем свалюсь замертво в коридоре. – Дэв схватила Лауру за руку и решительно потащила ее в направлении противоположном Библиотеке Клинтона. – Жаль, что я не могла звонить чаще. Это было просто сумасшествие.

– Ну, ведь это было для того, чтобы предотвратить Третью Мировую Войну, так что не думаю, что я могу жаловаться.

Дэв фыркнула.

– Хорошо, я могу жаловаться. Я скучала по тебе! – "Боже, ненавижу эти отъезды в последний момент. Особенно, когда ты не можешь ехать со мной".

Держась за руки, они свернули за угол и почти столкнулись с двумя агентами.

– Добро пожаловать домой, мадам Президент, – мужчина поправил галстук и выпрямился.

– Спасибо, Джек.

Эми кивнула Лауре и обратилась к Президенту:

– Рада видеть вас снова, мадам Президент.

– Я тоже рада видеть тебя, Эми. Я еще не скоро вернусь к себе в комнату. Как Эшли? Ты сумела удержать ее от неприятностей, пока я была далеко?

– Все дети уже в постелях, мадам. Они выкупались в бассейне в доме вице-президента и были вытерты. И с Эшли едва ли могут быть какие-то неприятности.

– Ты получаешь достаточно, чтобы сообщать ее матери приятную ложь, подобную этой? – Синие глаза мерцали.

– Нет, – уверенно ответила Эми. – Дети будут расстроены, они тосковали без вас этим вечером.

– Не так расстроены, как я. – Дэв нахмурилась. – Спасибо, Эми. – Она снова схватила Лауру за руку и потащила в помещение. Она НУЖДАЛАСЬ в том, чтобы поцеловать Лауру, и хотела сделать это наедине. – Доброй ночи.

Агенты синхронно кивнули.

– Доброй ночи, мадам, – ответили они в сторону отступающих фигур. – Доброй ночи, Лаура.

Лаура улыбнулась и помахала рукой. Дэв ускорилась.

– Ты довольно быстро двигаешься для человека, который находится при смерти! – Лаура должна была делать больше шагов, чем Дэв, чтобы поспевать за ней. – Я вижу, что твои рука и бедро полностью зажили.

Дэв вела ее вокруг маленького столика, на котором стояла ваза с высушенными цветами. На стене рядом висели портреты Теодора Рузвельта и Гувера Кливленда верхом.

– Когда у меня есть мотивация, я могу делать удивительные вещи.

Брови Лауры взмыли вверх.

– Действительно, Wonder Woman? – Промурлыкала она игриво.

Дэв хихикнула.

– О, да. – Она махнула рукой агенту, сидящему возле комнаты, открыла дверь и втянула Лауру внутрь, почти оторвав ее от пола.

– Дэвлин! – Вскрикнула Лаура. "Странно, почему меня это заводит?"

Дэв пинком закрыла дверь и обняла Лауру, вынуждая ее поднять голову, чтобы смотреть ей в лицо. Она не произнесла ни слова. Дэв застала Лауру врасплох, страстно поцеловав ее, отчего у обоих перехватило дыхание.

– Привет, – мягко сказала Дэв, когда поцелуй прервался. Ее сердце билось так громко, что она даже не слышала своих слов. – Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО скучала по тебе.

Лаура глубоко вдохнула и открыла глаза. Она сильнее прижалась к Дэв, смакуя реакцию собственного тела и наслаждаясь ощущением теплого тела рядом с собой. "Ничего себе". Лаура пристально посмотрела в глаза Дэв и мечтательно выдохнула.

– Привет. И я тоже ДЕЙСТВИТЕЛЬНО скучала по тебе.

– Хм… – Кашлянула Эмма, находящаяся в другой стороне комнаты. – Я тоооооже скучала по тебе, Дэв, – дразнила она. Эмма рассмеялась над румянцем, появившимся на щеках Лауры.

– Очень весело, Эмма. Как все?

– Ну, я – прекрасно. И дети – все в своих постелях. Боюсь, они уже уснули из-за слишком большого количества смеха и веселья в доме вице-президента Винсента.

– Давайте позавтракаем все вместе завтра, хорошо? Я удостоверюсь, что Лиза вернет меня в комнату к 8:30 утра.

– Мы будем готовы, – старая женщина прошла мимо Лауры и Президента, – увидимся завтра.

– Доброй ночи, Эмма. – Улыбнулась Лаура.

Дэв сняла жакет и кинула его на ближайший стул. Затем она выдернула подол блузки из-за пояса брюк.

– Доброй ночи.

Лаура приземлилась на диван, нежно глядя на Дэв, которая медленно переместилась к стулу и, удобно устроившись, заказал обед. С кивком головы биографа обед на одного превратился в обед на двоих.

Дэвлин села рядом с Лаурой и закрыла глаза.

– Я так устала. – Она вздохнула, пододвинувшись к пальцам блондинки, которая поглаживала ее по волосам.

– Тогда тебе надо отдохнуть.

– Я голодна.

– Тогда ешь, Дэвлин, – последовал простой ответ.

Дэв улыбнулась.

– Я так рада, что ты сейчас со мной.

– М-м-м… тогда ты определено должна снова меня поцеловать.

Прежде, чем Дэв успела выполнить пожелание, раздался стук в дверь.

– Нет, – застонала она, хватая подушку и прижимая ее к себе. – Это не может быть обед – слишком быстро. Кто бы там ни был – он может уходить! Я не хочу больше быть Президентом этим вечером.

Лаура хихикнула.

– Отдохни. Я позабочусь об этом.

Дэв покачала головой.

– Нет, – она громко вздохнула. – Если они стучат сюда, это – ко мне. Я скажу, чтобы они уходили. – Она встала и чмокнула Лауру в кончик носа. – Займи для меня место. – Дэв размяла плечо, перемещаясь к двери. Оно болело сегодня. – Лучше бы это было что-то хорошее, – пробормотала она, открывая дверь. Дэв удивилась, увидев Майкла Оакса.

– Да, Майкл? – Спросила Дэв скучающим тоном. У него вообще есть хоть какая-то жизнь? Они сошли с борта президентского корабля только час назад. Разве у него нет дома или подружки или любимого места где-нибудь? – Почему ты все еще здесь?

Майкл мигнул.

– Я выполняю свою работу, мадам Президент. Но я здесь не поэтому. Служба Безопасности задержала человека внизу, который хочет говорить с мисс Страйер. Он утверждает, что он – ее муж.

– Что?! – Воскликнула Лаура и пересекла комнату. – Бывший муж!

– Я вижу, что ОНА здесь, а не в своей комнате. – Недовольство Майкла было ясно написано у него на лице.

Лаура встала возле Дэв.

– Джудд – здесь? – Она почувствовала, как у нее живот скрутило от страха. "Почему он здесь?"

– Могу я проводить вашего мужа к вашей комнате, мисс Страйер? – Майкл не мог думать ни о чем кроме того, чего бы он хотел больше всего – расстроить начинающийся роман между Лаурой и Дэвлин. Лаура вызывала его неуправляемое раздражение, с которым он ничего не мог поделать, и было конечно несправедливо, что Президент прислушивалась к ней. Это было глупо, это было небезопасно, и его неприязнь к писательнице граничила с негодованием из-за того, что его мнение на сей счет Президент полностью игнорировала.

– Бывший муж, – прорычала Дэв. Она обратилась к Лауре. – Хочешь, чтобы я выкинула его отсюда? Я могу это сделать, ты знаешь.

– Майкла? – Невинно спросила Лаура, усмехнувшись над выражением лица темнокожего мужчины.

Дэв с трудом удержалась от усмешки.

– Нет. Мистера Рэдисона.

Лаура пожевала губу. Было очень соблазнительно ответить 'да' и провести еще некоторое время наедине с любимым человеком. Но Джудд годами не контактировал с ней. И он бы не пришел просто так.

Биограф положила руку на спину Дэв.

– Лучше будет все-таки поговорить с ним, вдруг это – что-то важное. – Она обратилась к Майклу. – Можешь сказать агенту, чтобы проводил его до моей комнаты?

– Пусть проводит его сюда. – Вставила замечание Дэв. – Если ты не против. – Она посмотрела на Лауру, которая коротко кивнула.

Майкл быстро исчез, давая указания агентам проводить мистера Рэдисона внутрь. Он лично проводит его дальше.

Дэв прикрыла дверь, оставив лишь небольшую щелку.

Лаура скрестила руки на груди.

– Я знаю, как ты устала, Дэвлин. Мы с Джуддом можем поговорить в моей комнате. Уверена, это не займет много времени.

– Я не доверяю ему. – Дэв упрямо сжала челюсти.

– Ты его не знаешь.

Дэв подняла бровь.

– Я знаю, что он женился на тебе и потерял тебя. Значит он – идиот. Я не доверяю идиотам.

– Дэв. – Лаура покачала головой и вздохнула. – Все было не так. Мы с Джуддом просто отдалялись друг от друга. Фактически, – она замолчала, пытаясь собраться с мыслями, – мы никогда не были действительно вместе, если ты понимаешь, о чем я. Я думала, что любила его. Я ошибалась.

Дэвлин похлопала Лауру по плечу и мягко сжала.

– Мне жаль.

Лаура погладила руку Дэв.

– Не стоит сожалеть об этом. Просто так получилось. И я не жалею, – признала она. – Он хотел получить жену. Я хотела карьеру и приятеля. Мы просто не смогли заставить все это работать. Джудд неплохой парень. Мы лишь не подходили друг другу.

Лаура много не учитывала, и она зала об этом. Но те гнев и грусть, которые она испытывала по поводу распада их брака, давно прошли. И, по правде говоря, эти эмоции были направлены большей частью на нее саму. Сейчас не было смысла копаться в прошлом. Блондинка стянула очки, радуясь, что Дэв будет рядом с ней.

– Просто я понятия не имею, почему он – здесь. Джудд – не слишком общительный парень. Он не пришел бы в Белый Дом в восемь вечера в воскресенье только для того, чтобы сказать 'привет'.

– Ты не можешь знать…

Стук в дверь означал, что Майкл и Джудд уже здесь.

– Войдите, – сказала Дэв.

Майкл вошел в комнату за Джуддом Рэдисоном. Он быстро представился Дэвлин, которая пожала мужчине руку, надеясь, что ее откровенно оценивающий взгляд был не столь заметен.

Дэв вынуждена была признать, что он был более красив, чем можно было судить по фотографии. На нем были брюки и куртка военного образца. Короткие вьющиеся каштановые волосы и темно-синие глаза, которые не могли задержаться на чем-либо одном, пока он шел, разглядывая замечательную архитектуру и прекрасную обстановку создающую образ Белого Дома.

Дэв отослала Майкла, попросив оставить двух агентов за дверью комнаты, чтобы Джудда могли проводить на выход, как только он решит уйти. Что, как она надеялась, произойдет в самом ближайшем времени.

– Привет, Лаури, – Джудд слабо улыбнулся бывшей супруге и неловко обнял ее.

Дэв моргнула. Неловкость между ними была ощутима. "И они были ЖЕНАТЫ? Да я более близка со своим парикмахером!"

– Привет, Джудд, – Лаура слегка отодвинулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Пару секунд она молча смотрела на него, и слезы появились в глазах обоих.

Что-то случилось; Дэв видела это. Она чувствовала смущение и беспокойство. "Я полагаю, они знают друг друга".

Лаура, наконец, отошла от Джудда. Знакомый запах его лосьона для бритья витал в воздухе.

– Давай сядем. – Она не убрала свою руку с плеча мужчины, чтобы подвести его к дивану. – И ты расскажешь мне, в чем дело, – мягко сказала она, чувствуя, как живот скрутило. "О, Боже". Что-то явно было не так. Глаза Джудда никогда не лгали. Хотя его губы в этом плане были менее надежны.

Мужчина сел и мгновение смотрел на свои ботинки.

Лаура села на кофейный столик перед диваном и посмотрела на Дэв, протянув ей руку.

Дэв не двигалась бы быстрее, даже если бы у нее пятки горели. Она почувствовала облегчение, взяв Лауру за руку.

Джудд моргал, удивленный этой сценой. Он нахмурился, глядя на сцепленные пальцы двух женщин и их позы. Они сидели вплотную друг к другу.

– Вы двое… м-м-м?.. – Он сделал неопределенный жест рукой. Лаура кивнула. – Ничего себе, – со смятением выдохнул он. – Твоему отцу это не понравится.

Блондинка всегда подозревала, что Джудд и ее отец остались друзьями после ее развода. Но до этого момента подтверждений у нее не было. Ее это интересовало недостаточно для того, чтобы спрашивать.

– Это началось недавно, Джудд. А теперь скажи мне, что случилось. Я вижу, что что-то не так. У тебя неприятности?

– Нет! Не то чтобы. Я… хм… Я переехал в Falls Church, штат Вирджиния, в прошлом месяце. Работаю там в маленькой архитектурной фирме. Полагаю, что нас можно назвать соседями.

– Хорошо, – Лаура растянула это слово, быстро теряя терпение. Она уже забыла о склонности Джудда ходить вокруг да около. – И ты пришел в Белый Дом, чтобы рассказать мне об этом? Давай, Джудд.

– Твой отец звонил мне час назад. И я сразу поехал сюда. – Мужчина посмотрел на Дэв, немного расстроенный ее присутствием. Но тянуть больше не стоило. – Он хотел, чтобы я приехал и лично сказал тебе, Лаура, чтобы ему не пришлось говорить это по телефону. – Глубокий вздох. – Твоя ма…

– Она, наконец, сделала это, верно? – Лаура побледнела, произнося эти слова. – О, Боже, – тихо прошептала она. "Она, наконец, получила то, что хотела". Ее живот скрутило, и она не была уверена, чувствовала ли она себя освобожденной или потрясенной из-за того, что ее мать сделала. Единственное, что она могла чувствовать сейчас – это боль.

Джудд быстро кивнул, чувствуя облегчение оттого, что нет необходимости произносить эти слова. Его лоб блестел от пота, а руки были сжаты в кулаки.

– Мне так жаль, Лаури. Твой отец… хм… он хочет, чтобы ты позвонила ему, как только сможешь. Это случилось пару часов назад. Он не хочет, чтобы ты была одна.

– Она не одна! – Голос Дэв сорвался из-за испытываемый ею эмоций. – Не одна.

Лаура потянула руку, не обращая внимания на то, что Дэв все еще сжимала ее ладонь. Наклонившись вперед, она обняла себя на талию, как бы пытаясь защититься. Грудь Дэв сдавило при виде ее дрожащего подбородка.

– Я не… мне нехорошо…

Лицо Лауры приняло слегка зеленоватый оттенок, глаза наполнились слезами.

– Давай, родная. Думаю, следует отвести тебя в ванную. – Дэв обняла Лауру за талию, помогая ей встать.

– Я в порядке, – неубедительно сказала Лаура, не мешая Дэв ставить ее на ноги. – Я должна позвонить папе. – Она почувствовала новый спазм в животе, согнулась и застонала. – Боже, похоже, меня сейчас стошнит. – Она совсем забыла о Джудде, который все еще сидел на диване, желая оказаться в каком-нибудь другом месте. Ноги Лауры подгибались.

– Я знаю. – Дэв пробовала не думать о том, что она чувствовала, когда Джейн сказала ей о том, что произошло с Самантой. – Позволь мне помочь тебе. – "Я должна помочь тебе". Как только Лаура смогла встать со стола, Дэв покрепче обняла ее за талию и быстро повела к ванной. – Пожалуйста, подожди, – обратилась она к Джудду, даже не оглянувшись на него. – Я скоро вернусь.

Тон ее голоса говорил о том, что будет лучше, если он сделает так, как она сказала. Джудд неохотно кивнул.

Как только дверь ванной открылась, Лаура вбежала в помещение и ее стошнило. Дэв успела схватить ее очки до того, как блондинка потеряла их. Быстро засунув очки в карман, Президент одной рукой придерживала волосы Лауры, а другой – гладила ее по спине, тихо произнося слова утешения.

Через некоторое время, Лаура села на корточки. Она немного дрожала, но чувствовала себя лучше. Дэв подала ей стакан холодной воды, чтобы Лаура могла прополоскать рот и попить.

– Лучше?

Пальцы Дэв массировали ее шею. Лаура благодарно вздохнула, чувствуя прохладные пальцы на липкой от пота коже.

– Да. Намного. – Лаура взяла предложенное полотенце и вытерла лицо. – Спасибо, гораздо лучше. – Она прерывисто вздохнула. – Это… это было бы хуже, если бы я была одна. – Она обернулась и обняла ноги Дэв.

– Ты не должна меня благодарить, милая. Для этого и существуют друзья. – "И тебе никогда не придется проходить через что-либо подобное одной, если я буду в состоянии тебе помочь".

Глава VIII

Август 2021

1 августа

Пальцы Лауры порхали над клавиатурой, пока дети играли на полу с Гремлином. Она отключила голосовой ввод и теперь писала старомодным способом, так как не хотела добавлять еще и свой голос к шуму, царившему в комнате. Одному Богу известно, как отреагирует компьютер на такой шумовой фон, который менялся от тихого хихиканья до рева реактивного самолета, в зависимости от настроения детей и собаки.

Сейчас Гремлин прыгал вокруг них и тявкал – они играли. Кто-то другой мог бы посчитать его по-настоящему счастливым. Но Лаура ясно видела, что это не так. Возможно, ему нужна подружка. "Но, с детьми он, кажется, чувствует себя лучше". Если Лаура и была в чем-то уверенна в этой жизни, так это в том, что Грем просто влюблен в детей Марлоу. Она внутренне фыркнула. "И не ты один, приятель".

С тех пор, как они с Дэв вернулись домой с похорон ее матери, писательница использовала любую возможность, чтобы провести время с детьми, не говоря уж об их матери. Дэв была замечательной. И Лаура была уверена, что если бы не ее постоянная поддержка и утешение… Она покачала головой, заставляя себя не думать об этом. Дэв все время была рядом с ней в эти тяжелые дни, это было гораздо больше, чем Лаура могла ожидать от их дружбы, не говоря уже об их романе.

Дэв отказалась от каких-либо остановок, распорядилась обеспечить, чтобы семейство не было осаждено прессой на похоронах и в течение быстрой панихиды на кладбище. Ведь уже одно только присутствие там Президента Соединенных Штатов могло стать причиной беспорядка. Но Дэв ясно решила, что БУДЕТ поддерживать Лауру в тяжелое для нее время. И сделает так, чтобы никто не 'пострадал' из-за ее присутствия. Лаура почувствовала боль глубоко в груди, когда услышала самобичевание в голосе Дэв. Но пресса, большей частью, отсутствовала, и она удивлялась, как Дэв удалось этого добиться.

Несмотря на это, пока они были в Вашингтоне ОК, репортер поймал Лауры и Дэв на выходе из Белого Дома и спросил относительно причины смерти матери Лауры. К ее ужасу писательница разрыдалась. Дэв прорычала 'Без комментариев', метнув на репортера взгляд, который мог бы расплавить сталь, заставив того стремительно ретироваться, и она не слышала этого вопроса с тех пор.

Даже под постоянным давлением Дэв была неподвижна и прочна как скала. Когда популярность Президента упала на пять пунктов после ее поездки с Лаурой в штат Теннеси, та снисходительно отмахнулась от этого, заявив Лауре, что причиной стал ее новый налог.

Лаура почувствовала, как ее глаза наполняются слезами. Но это были не слезы грусти. На сей раз, это было просто благоговение и признательность по отношению к женщине, которая была так важна для нее и так заботилась о ней. Лаура сняла очки и вытерла слезы пальцами. Горько-сладкая улыбка появилась у нее на губах. Несмотря на все события предыдущих двух недель, она никогда не была более счастливой.

Лаура посмотрела на детей, которые успокоились и теперь обсуждали, какие мультики стоит посмотреть. Дэв беспокоилась о том, чем будут заниматься дети, когда ее самой не будет дома. И телевизор был настроен только на те каналы, которые соответствовали их возрасту.

Также она знала, что Дэв предпочла бы, чтобы дети играли или читали, а не смотрели телевизор. Лаура выключила компьютер и переместилась на пол к детям.

– Эй, ребята.

Они немедленно прекратили суетиться.

– Здорово, Лаура! – Кристофер улыбнулся писательнице и ярко покраснел.

Лаура улыбнулась в ответ. "Ты тоже чертовски симпатичен, Кристофер. Как и твоя мама".

Аарон просто подполз к Лауре и положил голову ей на сгиб локтя. Эшли легла на спину и посмотрела на биографа.

– Как ты себя чувствуешь?

Пару секунд Лаура просто удивленно моргала.

– Ну, я… полагаю, я в порядке.

– Это 'в порядке' какое-то печальное.

– Да, ты права, – спокойно согласилась Лаура, зная, что Эшли неправильно истолковала ее слезы. Она иногда забывала, что дети, даже когда они казались полностью ушедшими в свой мир, замечали все вокруг.

– Да, – маленькая девочка вздохнула. – Я долго грустила, когда моя мама умерла.

Улыбка Лауры стала горько-сладкой.

– Моя мама очень болела. Это было не слишком…

Эш взяла Лауру на руку.

– Но это все еще было очень грустное 'в порядке'. Мамочка была грустной все время. – Лицо Эшли неожиданно прояснилось, и Лаура не могла не заразиться ее энтузиазмом.

– И что же случилось потом?

– Ты приехала, чтобы жить здесь.

– О, да? – Лаура с трудом удержалась от того, чтобы снова не разрыдаться, зная, что этим только напугает детей. Кроме того, она уже устала от рыданий. – Я сразу почувствовала себя лучше, Эш. Спасибо, что сказала мне об этом.

Эшли пожала плечами, не осознавая, какое значение для Лауры имели эти простые слова.

– Это правда.

– Что правда? – Спросила Дэв, входя в комнату. На ее губах сияла широкая усмешка.

Но Эшли уже снова сосредоточилась на телевизоре.

Лаура встала, чтобы поздороваться с Дэв.

– Это не важно. – Она прищурилась. – Почему ты выглядишь такой счастливой и почему у меня такое чувство, что мне это не понравится?

Дэв рассмеялась.

– Мне стоит лучше следить за собой. Ты слишком хорошо знаешь меня, Лаура Страйер.

– Хех. Это не ответ на мой вопрос, мадам Президент. Отвечай.

– Я только что говорила с Юлио, и он дал мне зеленый свет на то, чтобы снова начать бегать по утрам. Мое бедро уже готово к этому. И, фактически, мы уже выходим. Отсюда и мой отличный наряд, – Дэв сделала красноречивый жест рукой. На ней была синяя футболка, серые шорты и кроссовки.

Улыбка сползла с лица Лауры.

– Прекрасно, – сказала она без капли энтузиазма в голосе. – Ты знаешь, насколько я люблю бег.

Дэвлин рассмеялась.

– О, конечно, знаю. Но раз ты так рада, я могу сказать Майклу Оаксу, что тебе не до того.

Лаура подошла достаточно близко для того, чтобы только Дэв могла слышать то, что она сказала.

– Это очень подлый удар, – поддразнила она. – Ты действительно думаешь, что я так легко попадусь на эту уловку?

– Да.

– Конечно.

Дэв опустила глаза.

– Вообще-то я хотела пригласить тебя и агентов, без которых Дэвид меня не выпустит.

Голова Дэв была опущена, но Лаура видела, что та серьезна.

– Эти несколько месяцев… – она говорила о своем бедре и физиотерапии, и Лаура, наконец, поняла, в чем дело.

"Она беспокоится о том, что будет двигаться слишком медленно. Раньше она не отставала от большинства агентов. Я легко смогу помочь тебе, дорогая".

– Знаешь, Дэвлин, последние несколько месяцев, которые мы занимались гимнастикой и гуляли, я практически не бегала. Думаешь, я могу бежать рядом с тобой? Может быть, ты будешь двигаться немного медленнее, чтобы я успевала? Только пока я не приду в форму?

Глаза Дэв засветились.

– Конечно, – согласилась она с энтузиазмом. – Я имею в виду, если ты действительно этого хочешь.

Дэв очень трепетно относилась к некоторым вещам. Например, к своему уровню физической подготовки. Лауре нравилось потакать своему другу, если была такая возможность. И она рада была сделать это сейчас. Однако это не избавило ее от необходимости закусить губу, чтобы удержаться от улыбки.

– Если ты не против, мне действительно поможет, если мы будем двигаться медленнее некоторое время. – Лаура обняла Дэв и шепнула ей на ухо. – Я так рада, что ты поправляешься. – Она крепче обняла Дэв, так как мысль о стрельбе заставила ее сердце сжаться. – Я не знаю, что сделала бы, если бы это было не так. Я…

– Эй, – Дэвлин почувствовала, что Лаура дрожит, и покрепче обняла ее, пытаясь понять, что же было причиной. – Все нормально. – Она прижалась щекой к волосам Лауры, слушая ее дыхание. Дэв молчала некоторое время, давая блондинке возможности прийти в себя. – Ты в порядке? – Наконец, спросила она.

Лаура кивнула.

– Я не хотела делать этого. Думаю, это просто накапливалось все эти дни.

– Бывает, – спокойно сказала Дэв. – Ты держишься просто прекрасно. Лучше, чем могла бы я в подобной ситуации. – "Если бы моя мать повесилась в гостиной… Иисус".

Лаура фыркнула.

– Так или иначе, но я сомневаюсь в этом. – Она подняла голову. – Я тебе футболку вымочила.

– Я это переживу.

Лаура слабо улыбнулась Дэв.

– Спасибо.

– За что?

– За все. За то, что ты была со мной, когда я нуждалась в этом. За то, что дала мне эту работу. За то… за все. – Лаура расстроено вздохнула, не будучи способной ясно сформулировать, что она чувствовала.

"Она благодарит меня? Когда просто мысль о том, что ее нет рядом, делает меня больной?"

– Не глупи, Лаура. Я не сделала ничего, что не сделал бы кто-то другой на моем месте.

Серые глаза вспыхнули.

– Хочешь поспорить?

– Лаура, – Дэв растянула это слово.

– Ты бросила все, чтобы быть со мной там. – Лаура покачала головой. – Нет… Никто…

– Еще не был столь же УДАЧЛИВ, как я, – закончила за нее Дэв. Она подняла подбородок Лауры двумя пальцами. – И я намерена продолжать в том же духе.

Лаура подалась вперед и поцеловала Дэв, желая вложить в этот поцелуй все те эмоции и переживания, которые бушевали в ее сердце. Она отстранилась, только когда дети начали кричать 'фууууу' и Эшли запела песню поцелуев.

– Разве они не романтичны? – Спросила Дэв. – Маленькие демоны. – Она послала детям злой взгляд, который, тем не менее, был еще и самодовольным.

Лаура подмигнула Кристоферу, который поднял бровь и теперь выглядел миниатюрной светловолосой копией своей матери. "О, парень". Она вздрогнула. "Дэв должна получше приглядывать за этим малышом".

– Хорошо, мне надо переодеться, если я собираюсь позволить тебе мучить меня.

– Ты можешь не ходить. – Улыбнулась Дэв. Лаура пойдет, и она, черт возьми, прекрасно знает это. Как только блондинка говорила, что собирается сделать что-то – она никогда не отступала.

– Я знаю. Но все равно пойду. – Писатльница подошла к дивану и забрала свой компьютер.

– Нужно выделить тебе кабинет.

– Мне не нужен кабинет, – настаивала Лаура. Они говорили об этом уже раз десять с тех пор, как биограф переехала в Белый Дом. – Мне нравится вид из окна в моей комнате. Просто сегодня я хотела побыть с детьми. Кроме того вишни цвели просто невероятно этой весной. Я смотрела на них каждый день, в то время как предполагалось, что я должна работать. – Ее глаза мерцали. "Скажи ей. Ты знаешь, что это – правда". – И я уже предвкушаю, как буду смотреть на них в будущем году.

Дэв пробовала скрыть свое облегчение, но непослушные губы сами складывались в улыбку. Она прикусила щеку. Но это помогло только на секунду или две. Ей ужасно хотелось прыгать и кричать от счастья, как будто она была ребенком. "Слава Богу". Вместо этого она подтянула Лауру поближе и чмокнула ее в нос. Облегчение, затопившее ее, было достаточно для того, чтобы упасть. И Дэв должна была за что-то держаться.

– Не так сильно, как я, милая.

12 августа

Дэв локтем постучала в дверь. Она перевела дыхание, с отвращением глядя на тяжелую корзину в своих руках. Она уже собиралась прислонить корзину к стене, чтобы погромче постучать в дверь, но решила не рисковать. Президент поставила груз на пол и пару раз ударила по двери кулаком.

– Давай, Страйер! Я знаю, что ты там. Ты и этот маленький демон, с которым ты живешь, можете бежать, но не можете скрыться! – Она сузила глаза, глядя на проходящего мимо сотрудника, который, она готова была поклясться, смеялся над ней.

Лаура открыла дверь и сняла очки.

– Я разговаривала по телефону с Министром Юстиции и Генеральным Прокурором. Ты знаешь, что она считает тебя привлекательной?

прим. переводчика. Attorney general – в США – Министр Юстиции и Генеральный Прокурор – одна неделимая должность

Дэв ухмыльнулась.

– Я-то привлекательна. А ты не хотела бы посмотреть на кое-что не очень привлекательное? – Она наклонилась и подняла корзину. – Ну? Разве ты не хочешь пригласить меня войти?

– О, конечно. – Лаура отступила в сторону, пропуская Дэв. Она наклонила голову, глядя на корзину. – Что там, Дэвлин?

– Где тот маленький монстр, который живет с тобой?

– Грем? – Она пожала плечами. – Не знаю. Где-то здесь. – Это была ложь, и Лаура знала это. Она видела толстую собачью задницу под кроватью час назад. Она не была уверена на сто процентов, что он до сих пор там. Но и не видела, чтобы пес выползал из-под кровати. Бедняга был таким подавленным в последнее время, что Лаура не думала, будто он захочет 'общаться' с Президентом. – А что? – Осторожно спросила она. "Что ты на этот раз натворил, Грем?!"

– Я собираюсь предъявить ему иск в щенкоденьгах. Или оказать поддержку в щенках! Или, или… арррххх… что-то около того!

"О-о-о, вена на ее лбу снова пульсирует".

– О чем ты говоришь? – Хихикнула Лаура.

Дэв подняла крышку корзины, показывая огромную толстую несчастную беременную собачку породы шпиц. Собачка окинула присутствующих утомленным взором, вздохнула и снова опустила голову на дно корзины.

– Ты помнишь ПРИЗОВУЮ ЧИСТОПОРОДНУЮ ВЫСТАВОЧНУЮ собачку моей мамочки? – Дэв нетерпеливо встала на ноги. – ЭТО – все, что от нее осталось!

Лаура вспыхнула смехом, тоже вставая на ноги.

– Прости! Прости! – Она продолжала смеяться.

– Это – не смешно! У меня неприятности с мамочкой. Если бы она могла добраться до меня с ее деревянной ложкой, я бы была уже ярко-красной от ударов!

Комментарий Дэв отнюдь не смог успокоить Лауру.

– Твоя мама простит тебе все что угодно, и ты это знаешь. Кроме того, почему ты думаешь, что это сделал именно он? – Вызывающе спросила она, прикрывая улыбку рукой. – Он не мог быть единственным псом в округе.

Дэв подняла бровь.

– Посмотри, как она несчастна. – Она указала на собаку, чей огромный живот вынуждал ее лежать на боку, и которая из-за этого выглядела как свинья-мутантка. – Только отношения с Гремом могли сделать взгляд собаки таким патетичным!

Лаура закатила глаза. Но когда она посмотрела на прежнего чемпиона снова, то не могла не вздрогнуть.

– О-о-о… Именно поэтому у меня нет детей. – "Пора отвечать за свои действия, приятель. Но я бы больше боялась столкновения с этим шпицем, чем с Дэвлин". Лаура свистнула. – Гремлин, ну-ка тащи сюда свою маленькую зубастую задницу.

Пес немедленно показался из-под кровати. Внезапно он остановился и принюхался. Грем начал неистово махать хвостом и сорвался на бег. Но пес не был силен в беге и с размаху врезался головой в корзину, заставив Лауру и Дэвлин отскочить от неожиданности. Но морда Гремлина и так уже была плоской, так что ничего не изменилось. Пес дико вилял хвостом, пытаясь забраться в корзину.

Шпиц 'Принцесса' начала скулить и тоже завиляла хвостом.

– Ага! – Обвиняюще воскликнула Дэвлин.

– Это не доказательство! – Лаура съежилась, когда шпиц попыталась сесть, приветствуя Грема. – Ладно, – признала она, – это доказательство.

Писательница сжалилась над Гремом и помогла ему забраться в корзину, устроив рядом с Принцессой. Это было не таким простым делом, учитывая то, что обе собаки дергались, будто в судорогах.

– Ну, ты посмотри!

Собаки немедленно начали обнюхивать друг друга.

– Он выглядит таким счастливым сейчас! Они, должно быть, просто скучали друг без друга. – "Ах ты, маленький романтичный демон, Грем. Ты тосковал без своей подружки все это время". – Не правда ли это мило, Дэвлин?

– Да уж, – категорически ответила Дэв, – очень мило.

– Похоже, Грем скоро станет папой. – Лаура улыбнулась Президенту. – Полагаю, это делает тебя тетей.

– Ну уж нет! Они – все твои. – Дэв чеканила слова. – Грем – твой. И это ОН сделал Принцессе щенков. Развлекайся, 'бабушка'. Моя мать отказалась от маленьких дворняжек, и, конечно, мне они не нужны.

Но искорки в глазах выдавали Дэв. Она не сильно бесилась, и Лаура знала это. Блондинка пододвинулась поближе к Президенту и поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать ее в щеку. Когда писательница отодвинулась, выражение лица Дэв определенно было более мягким.

– Не злись. – Она снова поцеловала Дэв, на сей раз в подбородок. – Как ты можешь злиться на истинную любовь? Пожалуйста.

Дэв пыталась удержать негодование и гнев, но они таяли быстрее, чем снег 4 июля.

– Не приставай, – раздраженно проворчала Дэв. Она сделала еще одно усилие, чтобы удержать последний рубеж раздражения, но потерпела неудачу. Снова.

– Ага. – Лаура нисколько не раскаивалась. Она запустила пальцы в густые волосы Дэв и поцеловала ее всерьез.

На долгий момент обе женщины забыли о собаках. Дэв облизала губы, когда поцелуй прервался.

– Приятно.

Лаура усмехнулась.

– М-м-м хм…

Счастливый стон Грема привлек внимание женщин к корзине. Лаура задумчиво почесала подбородок.

– Ну, подумай об этом с другой стороны, Дэвлин. Дети могут, наконец, получить собственных собак.

– О, нет! – Дэв энергично закачала головой. – Мы не возьмем даже одного от приплода демона из ада. Цербер и его подружка могут найти себе дом в другом месте.

Лаура посмотрела вниз.

– У них будут… э-э-э… уродливые щенки.

– Точная характеристика.

– Я знаю.

– Моя мама говорит, она может разродиться в любой момент, так что я надеюсь, ты знаешь как принимать щенков, Скарлетт. А теперь извини, у меня встреча с Министром Здравоохранения и Социальной защиты населения.

– Просто прекрасно. Ты дашь мне продовольственные талоны?

Дэв рассмеялась и покачала головой.

– Ты говоришь как настоящий Демократ. Нет, не дам. Но я могу оплатить их стерилизацию.

Грем выбрал подходящий момент, чтобы начать выть громче. Принцесса, однако, затихла.

– Тихо, – прикрикнула на пса Лаура. Затем она снова повернулась к Дэв. – Ты говоришь как настоящий Эмансипационист.

– Я предпочитаю термин Эмансипатор.

– О, даже так? – Усмехнулась Лаура и скрестила руки на груди.

– О, абсолютно. Поскольку, любовь моя, – Дэв пододвинулась ближе к Лауре. Она говорила самым глубоким сексуальным голосом, на который была способна, – я могу освободить тебя.

прим. переводчика. Это игра слов. Emancipationist – сторонник эмансипации, emancipator – освободитель

Лаура подалась вперед и уперлась лбом в грудь Дэв. Она глубоко вздохнула.

– Боже, я люблю, когда ты говоришь непристойности.

Обе женщины рассмеялись.

13 августа

Дэв резко отодвинулась от стола и раздраженно бросила ручку. Боже, все это просто сводило ее с ума.

Специальный прокурор Миллер наклонился вперед и оперся локтями о стол. Его глаза хищно вспыхнули.

– Мы должны выступить с обращением к народу.

– Сколько раз я должна повторять. Дело не в народе, дело в пятнадцатилетнем ПОДРОСТКЕ.

– Который пытался убить Президента! – Дэвид закрыл глаза и покачал головой. Он предвидел реакцию Дэвлин. – Мадам Президент, мне жаль, но тут я согласен со специальным прокурором Миллером.

– Осторожней, Дэвид. ACLU может за это забрать твой членский билет.

прим. переводчика. ACLU – Американский Союз Гражданских Свобод

Миллер распрямил плечи.

– Это – серьезная проблема, мадам Президент.

Лицо Дэв окаменело.

– Вы не должны напоминать мне об этом, мистер Миллер.

Дэвид снова заговорил, надеясь предупредить спор.

– Он был достаточно взрослым, чтобы купить оружие на улице, планировать преступление много недель, спрятать оружие так, что ни агенты Службы безопасности, ни кто-либо еще, его не заметили, и всадить в тебя три пули. Это – не действия ребенка, мадам Президент.

– Мы подготовили briefs. Наши позиции сильны. Я уверен, что мы победим. – Уверенно сказал Миллер.

прим. переводчика. Brief – это краткое письменное изложение дела, с привлечением фактов и документов, с которым сторона выступает в суде

– Дело не в победе или поражении. Вы говорите о том, чтобы взять молодого человека, который еще даже не бреется и тратит больше денег на лечение прыщей, чем на бензин, и посадить в федеральную тюрьму строгого режима до конца его жизни.

– Со всем моим уважением, мадам Президент, это моя работа – ОБВИНЯТЬ ЕГО. – Миллер встал, опираясь руками о стол. Он делал все, что мог. И на каждом шагу Президент требовала, чтобы он объяснял не только свои методы расследования, но и свои тактические решения как специального прокурора. Было похоже, что Дэвлин Марлоу собирается давать показания в защиту подсудимого, когда дело будет представлено суду! Он обошел вокруг стола, и Дэв встала на ноги, чтобы встретить его напор. – Моя работа делать НЕ то, что лучше для Луи Генри. У него три адвоката, который очень хорошо защищают его, спасибо.

– Хватит, Билл! – Не то, чтобы Дэвид не был согласен с ним. Но он видел, что Дэв закипает. И обсуждение грозит превратиться черте во что.

– Я согласна, что Луи Генри опасен, и что он должен находится в тюрьме максимально долго. Я вспоминаю об этом каждый раз, когда смотрю в зеркало. – Она провела рукой по затянувшемуся, но все же заметному шраму на левом виске. – Я только думаю, что федеральная тюрьма строгого режима – неправильное место для него. Мы могли бы подыскать что-то другое.

– Извините нас на минуточку? – Дэвид дернул головой в сторону двери. – Я хотел бы поговорить с Президентом.

– Конечно, – мистер Миллер сердито развернулся и покинул кабинет.

Дэв снова опустилась в свое кресло и постучала пальцами по мягкой коже.

– Ты собираешься кричать на меня, верно, Дэвид? Уверенна. Вены на шее вздулись и голос уже близок к этому. Бэт была права – у тебя опасный для сердечного приступа возраст.

Дэвид расстроено хмыкнул, не желая улыбаться шутке друга. Он должен был сказать то, что совсем не хотел говорить. "Иногда моя работа – просто отстой".

– Ты будешь выглядеть слабой, если не пойдешь против него с двустволкой.

Дэв собиралась заговорить.

Руководитель штата поднял руки.

– Придержи лошадей, Дьявол! Дай мне договорить.

Рот Дэв закрылся.

– Все политический ток-шоу нации уже размышляют о том, почему ты до сих пор ничего не сделала. Республиканцы начали ворчать еще три недели назад. Теперь даже большинство консервативных демократов присоединяется к ним. Сейчас ты выдвигаешь законопроект относительно ДНК. Это – не подходящее время для того, чтобы спустить дело о стрельбе на тормозах!

– Дэвид.

– Я еще не закончил. Я знаю, тебе не нравится Миллер. Он агрессивен и высокомерен, и чертовски хорош в его работе. Но, на сей раз, он прав, Дэв. Луи Генри должен сидеть в тюрьме. Никаких поблажек на возраст. И я действительно считаю, что политика тут ни при чем.

Дэв скрестила руки на груди и подняла брови.

– Теперь я могу кое-что сказать?

– О, да, – Дэвид потер заднюю часть шеи ладонью.

– Если это касается только мальчика, и не касается политики, то к чему эта речь?

Дэвид подал плечами.

– Ты платишь мне за то, чтобы я освещал для тебя политические реалии. На сей раз то, что лучше для тебя, также лучше и для политики. Ты должна доверять своим людям.

Дэв не выдержала взгляда карих глаз Дэвида, так что она встала из-за стола и подошла к окну. Пристально глядя на ясное синее небо, она мысленно отругала себя и заговорила:

– Я испытываю от этого просто отвращение, Дэвид. Я не могу не думать о моих детях. Такое чувство, что этот судебный процесс доведет меня до невроза или чего-то подобного. Я могу только представлять, через что должны пройти родители Луи. Нет, постой. Я себе этого даже представить не могу.

– И ты чувствуешь себя виноватой, обвиняя его, потому что это поможет тебе в политике.

– Да, – Дэв повернулась лицом к своему другу, в недоумении от этих слов. Она знала, что, продолжая говорить об этом, смогла бы настоять на своем. Но она никогда не отмахивалась от рекомендаций Дэвида. Они были слишком ценны и почти всегда верны. – Ты считаешь, что я принимаю это слишком близко к сердцу, и это влияет на мои суждения, так?

– Да.

– И что я должна отступить?

– Да.

– И позволить Миллеру продолжать работать, а суду – решить, можно ли судить Луи Генри как взрослого.

– Да.

– И наслаждаться политическими выгодами, не чувствуя никакой вины.

– Да.

Дэв тяжело вздохнула.

– Эти беседы всегда так информативны, Дэвид. Давай вскоре снова повторим.

Дэвид хихикнул.

– Я уверен, так и будет. Ну, – Дэвид хлопнул в ладоши, – полагаю, мне стоит закончить с ним.

– Полагаю, да. – Дэв улыбнулась, когда Дэвид, вместо того, чтобы направится к двери, подошел к ней и положил руку ей на плечо. – Ты понимаешь, что Лиза, вероятно, собирается гудеть на меня секунд через тридцать? Я уже и так опаздываю на следующую встречу.

прим. переводчика. Buzz – гудеть, жужжать, говорить bzzzzz – так погоняют рогатый скот

– Точно.

– Ну, тратить впустую даже несколько секунд, когда ты можешь долбить мне мозги – это не похоже на тебя. Так, что же это за жуткая вещь, которую ты хочешь узнать?

Широкая усмешка появилась на губах Дэвида.

– Где точно у Лауры татуировка?

14 августа

Дэв улыбалась как Чеширский кот, подавая Лауре руку, чтобы помочь выбраться из лимузина.

– Ты понимаешь, что это – официально, не так ли? Пресса примется за нас снова. – Взявшись за руки, женщины излишне медленно начали свой путь к Белому Дому. По дороге они часто останавливались, позволяя вечернему ветерку шевелить их волосы и платья.

Лаура наклонилась к Дэв и взяла ее под руку.

– После такого вечера, мадам Президент, Пресса может идти к черту. Мне все равно, что они напишут о нас.

Дэв рассмеялась над энергичным ответом.

– Не давай им такой свободы, иначе они будут безжалостны.

– И что в этом необычного?

– Хорошее замечание. Когда Шэрон сообщит Прессе о сегодняшнем вечере, она упомянет и о том, что у нас было свидание сегодня. Она больше не будет отрицать это. Действительно ли ты готова к такому повороту событий?

Ответ пришел гораздо легче, чем она думала.

– Абсолютно.

Ее беспристрастность как биографа Дэв и так уже горела огнем. Так какая разница? Дэвлин поддержит ее, и в сердце Лаура знала, что уже сделала свой выбор. То, что она чувствовала к Дэв, и то, как она чувствовала себя, когда они были вместе… Это стоило трудностей.

"Да!" Дэв задавалась вопросом, выдержат ли ее щеки, если усмешка станет еще шире. Она была так горда сейчас, что это было почти болезненным. И она запомнила этот момент, как один из самых важных в своей жизни.

– Ты устала? Может купить тебе ночной колпак? – Дэв пошевелила бровями. – Совершенно случайно, в моей комнате спрятан дорогой бренди.

Лаура посмотрела на небо, полное мерцающими звездами. Но сегодня вечером она не завидовала их месту в небесах. Этим вечером здесь, на Земле, все было просто чертовски волшебно. Они ужинали и были в театре. Ужин был потрясающим, великолепная игра актеров заставила ее плакать, а компания была лучше всего. Секретная Служба была рядом, как всегда, но с тех пор, как в Дэв стреляли, Лаура нашла, что не стоит обижаться на их присутствие. Она про себя рассмеялась. "Возможно, я просто начинаю привыкать к этой сумасшедшей жизни. Нет – не 'начинаю привыкать', а только лучше научилась принимать действительность".

Это был первый случай, когда Лаура и Дэв выступали как пара, но когда на сцене появился давно не выступающий звезда рока то, к радости блондинки, внимание большинства переключилось на него. И теперь писательница задавалась вопросом, была ли это только случайность или происки некой долговязой брюнетки, которая, как известно, сметала все на своем пути, когда действительно чего-то хотела.

– Я чувствую себя просто замечательно, Дэвлин. – Она толкнула высокую женщину бедром. – Я вообще не устала. И я хочу выпить с тобой. Но до этого, я хотела бы сказать тебе кое-что важное.

– И что же это, мисс Страйер? – Дэв сняла свой шелковый шарф, и окутала им плечи Лауры, позволив кончикам пальцев задержаться на теплой коже. – Только не говори мне, что у тебя есть ревнивый парень, который собирается появиться здесь сейчас, и которому я должна буду расквасить нос?

Лаура взяла Дэв за руку и подняла ее, изучая длинные пальцы в лунном свете.

– Тебе, правда, когда-нибудь приходилось делать это? – С любопытством спросила она. – Я имею в виду, бить кого-то кулаком?

– Ну, возможно однажды или дважды… Но, клянусь, те люди заслужили это.

– Ого. – Лаура слегка сжала ладонь Дэв, но не отпустила ее. – Не знаю, верю ли я в это или нет. Я никогда не видела, чтобы ты пыталась поднять руку на детей. И ты даже не врезала тупому Министру Обороны, несмотряна то, что он далеко зашел. – Хотя Дэвлин могла быть истинным Дьяволом, когда это было нужно, под этим характером скрывалась нежная – даже ранимая – женщина. Лаура задавалась вопросом, что же смогло довести Дэв до такого состояния, чтобы она обратилась к насилию.

Писательница глубоко вздохнула, пытаясь отвлечься от этих серьезных мыслей. Поздним летом воздух был теплым и влажным. Вечерний бриз приносил запах живых цветов. Она почти сожалела о том, что они двигались в помещение.

– Я хотела сказать, что я ненавижу бренди. Всегда ненавидела. Но, допустим, что я смогу получить кое-что посложнее, вроде кружки старого доброго ледяного rootbeer?

прим. переводчика. Rootbeer – сладкий газированный напиток, ароматизированный кореньями и корками плодов различных растений

– Хм-м-м… – Дэв сделала вид, что задумалась. Потом кивнула. – Да, думаю, что смогу справится с таким заказом. По крайней мере, персонал кухни сможет. Возможно, они найдут даже два, и тогда я закину в свой немного мороженого.

– О-о-о… Ты, наконец, уловила мою идею декаденса, мадам Президент. – Лаура приветственно улыбнулась нескольким уборщицам, которые вручную полировали перила лестницы и обсуждали мыльные оперы. Она приподняла подол платья, легко поднимаясь по высокой лестнице на каблуках, но все же жалея, что на ней не тапочки. – Пожалуй, мне стоит сначала переодеться.

– Хм-м-м, знаешь что? Ты можешь пойти со мной, и я одолжу тебе что-нибудь вроде президентской домашней одежды, если хочешь. Что-то, что и я одену. – Дэв наклонила голову и прошептала на ухо Лауре. – Есть только один более удобный наряд.

Лаура задрожала, почувствовав горячее дыхание Дэв на щеке.

– Если ты говоришь о чем-то, включающем слово 'голый', – она сделала паузу, чтобы надуть щеки, – я наброшусь на тебя прямо здесь, в коридоре. Клянусь, так и будет, Дэвлин.

– И это – способ напугать меня, так? – Дэв рассмеялась, сжав руку Лауры. – У тебя такие грязные мысли. Так, я должна удостоверится, что не скажу ГОЛЫЙ, пока мы не окажемся у меня в комнате. Не хотелось бы, чтобы все это увидели.

– Лжец.

– Ну-ну, мисс Страйер. – Поддразнила Дэв с торжеством в голосе. – Я сделала что-то, заставляющее тебя думать, что я кто угодно, только не очень конфиденциальный и очень страстный любовник? – Она ждала, пока румянец появится на щеках Лауры, приветствуя ее слова. "Проклятье, она восхитительна. Хотела бы я знать, о чем она подумала".

Лаура с трудом сглотнула. "Хорошо, ты это начала. Не смей трусить теперь".

– На самом деле, Дэвлин, я не уверена. Ты не давала мне никакого ясного сигнала, который появляется… – Она прикусила язык, затем прошептала. – Ты знаешь. – "Там. Это было ясно, как божий день".

За прошлые два месяца женщины целовались. Много. Кучу раз. Но, кроме этого, никакого прогресса. В основном, Лаура была благодарна. Это дало ей время, чтобы прийти в согласие с собой и с тем, что романтические отношения с Дэв ей действительно понравятся. Президент была изумительно терпелива. Или абсолютно испугана. Лаура не знала, что вернее. Но она совсем не спешила. Абсолютно не спешила дальше. Проблема была в том, что Лаура не была столь терпелива, как Дэв. И, поскольку ее тревога относительно близких физических отношений с высокой женщиной уменьшилась, ее либидо начало протестовать. Громко.

А еще была эта треклятая книга! Она много раз прочла 'Радости лесбийского секса', до того, как ЗАХОТЕЛА попробовать кое-что из изложенного. Попытка представить, как она и Дэв делают то, о чем говорилось на 212 странице, чуть не заставила ее мозг взорваться. О, да. Она особенно хотела попробовать именно это.

– Что значит 'ты знаешь'? – Дэв продолжала мучения. – Нет-нет, я не думаю, что это касается чего-то общего. – Она злобно хихикнула, когда они повернули в следующий коридор. – Лыжный спорт, вязание… – Дэв открыла дверь, ведущую в ее личные комнаты, и включила одну лампу. Это не развеяло сумрак, но было достаточно для того, чтобы не упасть в темноте.

– Сука.

– И это было адресовано Президенту Соединенных Штатов? Так-так, юная леди. Вероятно, мне придется отшлепать тебя за это. – Дверь еще не успела закрыться, когда Дэв скинула туфли на каблуках. Одна из них пересекла всю комнату, с унылым стуком ударившись о противоположную стену. – Уф-ф-ф. Неудивительно, что я никогда не ношу их. Даже не знаю, как ты терпишь эти низкие каблуки. Ааах, так намнооооого лучше.

Стон Дэв, вид ее черного платья, запрокинутой головы и закрытых глаз – всего этого было более чем достаточно, чтобы вся кровь в теле Лауры устремилась на юг.

– Милостивый Иисус, – пробормотала она, облизывая внезапно пересохшие губы. – Похоже, ты действительно хочешь моей смерти, не так ли?

Дэв открыла глаза и посмотрела на писательницу, которая уже сидела на ручке дивана. Она наклонилась и прикоснулась губами к губам Лауры, дразня чуткую кожу, кусая ее и касаясь языком. Когда дыхание обеих участилось, Дэв отодвинулась и с трудом сглотнула, почти уничтоженная собственной игрой.

– Не-а. Я вообще не дразню тебя. – Сказала Дэв, продвигаясь к комоду на слегка дрожащих ногах.

Лаура застонала.

– Я повторяю: лжец. – Она улыбалась ответу Дэв. – Мне крайне неприятно делать это, Мисс Дразнилка. Но боюсь, что мне понадобится чья-то помощь с этими пуговицами. Когда я одевалась, Эмма была рядом. – Лаура развернулась, чтобы показать Дэв ряд крошечных жемчужных пуговиц, которые располагались от середины спины до верха ягодиц. – Я могу дотянуться до всех, но они ужасно крошечные и это просто игра на моих нервах. Ты не могла бы мне помочь?

"С огромным удовольствием!"

– Ну и кто кого теперь дразнит? – Дэв подошла к Лауре и очень медленно начала расстегивать платье. – Но помни, моя дорогая, – она отодвинула волосы Лауры и наклонилась, чтобы оставить поцелуй на высокой шее, – я не теряю изящества. – Она нежно расстегивала пуговицы, действуя медленнее, чем это было необходимо, позволяя тыльной стороне пальцев касаться мягкой кожи.

– Дэвлин, – Лаура прикрыла глаза и застонала. Ее кровь быстрее побежала по венам, даже несмотря на то, что она знала, что это была месть Дэв в ответ на ее просьбу помочь с платьем. К сожалению, ее тело сей факт, казалось, не волнует. – Будь хорошей, – с трудом выдавила она, – ты говорила что-то о домашней одежде.

– Точно, говорила. – Дэв несколько секунд вдыхала аромат волос писательницы, прежде чем расправиться с последней пуговицей. Она провела рукой по обнаженной спине Лауры перед тем, как развернуться и направиться к ванной. – Ты знаешь, где я ее держу. Выбери себе что-нибудь. – "О, Боже, мне нужен стакан холодной воды… опрокинутый на голову".

Лаура вздохнула. Она открыла глаза и наблюдала, как Дэв исчезает в ванной.

– Зло. Просто абсолютное зло, – прошептала она.

Лаура хотела проследовать за Дэв в ванную. Она подозревала, что небольшой толчок в этом направлении – и они закончат этот вечер в постели вместе. Но Дэв казалась довольной играми и поддразниванием, идя вперед уверенно, но медленно. Лаура тоже могла справиться с этим. По крайней мере, она надеялась. После минутных сомнений, она рассмеялась над собой, будучи уверенной, что как только поток крови направится обратно к ее мозгу, все будет в порядке.

Блондинка закатывала рукава на одной из рубашек Дэв, когда Президент вышла из ванной, одетая в синий халат из овечьей шерсти. Платье, макияж и драгоценности остались в прошлом. Волосы, обрамляющие ее лицо, были слегка влажными, и она выглядела расслабленной и довольной.

Пока Дэв была в ванной, температура Лауры успела понизиться до нормальной. Фактически, благодаря мощному кондиционированию воздуха в Белом Доме, Лаура, с удивлением, обнаружила, что дрожит от холода. Она оделась, улыбаясь приятным ощущениям теплой материи. По правде говоря, ей ужасно нравилось носить вещи Дэв. Во-первых, они принадлежали Дэв и пахли совсем не так, как ее одежда, несмотря на то, что она, как Эмма и семейство Марлоу, пользовалась услугами служб Белого Дома. Второй причиной была реакция Майкла Оакса, когда она видел на ней вещи Президента. Она внутренне ухмыльнулась. "Ну что, съел, ты, надоедливая заноза в заднице".

Дэв посмотрела на Лауру и жестом попросила ее отвернуться, вытаскивая вещи из шкафа. Писательница покорно повернулась лицом к торону двери, не забыв обернуться через плечо, чтобы оценить тело Дэв.

– Смотри вперед, Страйер, – проворчала Дэв, натягивая штаны.

Лаура вздохнула, отворачиваясь. Но она уже успела увидеть абсолютно изумительную спину. Мысленно она вернулась к их ночи в комнате Марлоу в штате Огайо. "О-о-о… Это напоминает сексуальную головоломку, которую я собираю кусочек за кусочком. И в конце… о, мой Бог". Широкая улыбка появилась у нее на лице при этой восхитительной мысли.

Сильные руки на плечах вырвали ее из мира грез.

– Все еще хочешь rootbeer?

– Ух, да, – Лаура кивнула перед тем, как обернуться. "В шестой главе рассказывалось о том, как использовать продовольствие… Стоп! Просто остановись! Ты сведешь себя с ума".

Спальня Дэв была большой и просторной, они в обнимку сидели на диване. Как сидели много раз и до этого, особенно, когда Дэв хотела с поговорить. Обеим женщинам это нравилось, это говорило о росте их духа товарищества и их близости как друзей. Лаура вытянула ноги и положила голову на плечо Дэв. Она вздохнула, почувствовав знакомую тяжесть руки Президента на своем плече.

– Пьеса была замечательной. Спасибо за то, что устроила для меня этот вечер.

– О, это было удовольствие для меня. Верь мне. Я рада, что мы подошли к точке, когда можем публично появляться вместе. Пресса сойдет с ума. Но, я надеюсь, это ненадолго. Консерваторы возьмут в руки оружие. У нас будут горячие денечки и много оскорбительных высказываний. Но, если мы опустим головы и затаимся, шторм быстро утихнет.

– Я верю тебе, Дэвлин.

– Рада слышать это, Могучая Мышь.

Лаура посмотрела на каминную полку, где стояла фотография детей Марлоу. Она улыбнулась. Дети были так милы, пытаясь ободрить ее после самоубийства ее матери. Особенно Эшли.

Они делали для нее открытки и рисунки для ее комнаты. Но в душе Лаура не думала, что было справедливо то, что они приравнивали свою потерю к ее. У нее был 31 год, чтобы узнать мать, и она потерпела неудачу. У этих милых детей шанс отняли слишком скоро.

– Расскажи мне о Саманте, Дэвлин. – Лаура сама удивилась своему вопросу. – Ты не много говорила о ней.

Дэв слегка напряглась и подсознательно притянула Лауру ближе к себе.

– Она специализировалась по политологии, когда мы встретились в колледже. И она была на три года старше меня. Дэвид и Бэт свели нас, и мы сразу влюбились друг в друга. Мы встречались около года, прежде чем я сделала ей предложение. Вскоре мы поженились. – Дэв начала поглаживать рук Лауры кончиками пальцев.

Она посмотрела на Лауру; блондинка выглядела искренне заинтересованной, так что Дэв неохотно продолжила.

– Через восемь лет после этого, как только это стало юридически законным в штате Огайо, мы официально оформили отношения. Но мы были уже женаты в наших сердцах. У нас было трое детей, и я очень любила ее. – Сладко-горькая улыбка появилась на ее губах. – Вы с ней стали бы хорошими друзьями. – Она пожала плечами. – Я не знаю, что тут можно еще добавить.

Лаура нахмурилась и повернулась в объятиях Дэв, чтобы встретиться с ней глазами, перед тем, как начать говорить.

– Я думаю, ты не права. Я думаю, можно еще много чего сказать о человеке, который, очевидно, так важен для тебя.

Дэв снова пожала плечами, темные брови сошлись на переносице.

– Полагаю, что так. Просто я не знаю, что еще сказать.

Дэв молча, невидяще смотрела на противоположную стену так долго, что Лаура решила сменить тему. Она открыла было рот, чтобы начать говорить, когда низкий голос Дэв разорвал тишину комнаты.

– Сэм была единственным человеком, которому я доверяла настолько, чтобы отдавать себя полностью. Она держала в руках мое сердце. Она заинтриговала мой разум, бросила вызов моей душе, и успокоила мое тело и дух. Когда она умерла, я была уверена, что потеряла это все навсегда. – Дэв посмотрела на женщину в своих объятиях и мягко улыбнулась. – Но, думаю, возможно, я нашла их снова.

"Успокоила тело и дух? Иисус. Я думала, ты не знаешь, что сказать!" Лаура попыталась унять ревность, вспыхнувшую в ней при этих словах. "Ты сама спросила ее, Лаури. Теперь смирись с этим и живи с ее ответом. Ты знала, как она любит Саманту". Но знать это и слышать такие слова от Дэв – это было совсем не одно и то же.

Блондинка подсознательно отодвинулась от Дэв.

– О, Боже, мне так жаль. – Президент закрыла глаза. "Чудесно, идиотка! Это было просто чудесно!" – Я не имела в виду… я имела в виду… я не хотела тебя ранить или огорчить. – "Черт! Черт! Черт!" Дэв пододвинулась к Лауре, не желая находится вдали от нее. – Как я могу все исправить, Лаура? Я не хочу, чтобы ты ревновала к Сэм. Она была частью моей жизни, да. Но эта часть уже закончена и давно, – она остановилась, чувствую подступающие слезы, – мертва. – Она провела руками по лицу. – Я знаю, что жизнь продолжается, и я хочу, чтобы моя жизнь продолжалась рядом с твоей.

Лаура нежно стерла слезы с лица Дэв.

– Я не хотела расстраивать тебя. Это я должна сожалеть, не ты. Я хотела знать о ней. – Лаура внимательно посмотрела на своего друга. – Просто мне было немного трудно слышать это. Твои слова застали меня врасплох. Но это было так красиво, и я рада, что у тебя есть такая любовь… и дети. – Она слабо улыбнулась, проведя рукой по щеке Дэв. – Это ведь я спросила тебя о ней, верно? Так что – все в порядке. Честно, – прошептала она. Лаура наклонилась вперед, чтобы целовать щеки Дэв, чувствуя соленые дорожки, оставленные слезами.

"Слава Богу".

– Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя менее важным человеком в моей жизни. И конечно я не хочу, чтобы ты считала ее своей конкуренткой, потому что это не так. – Дэв глубоко вздохнула. "Будь что будет… Раз уж мы говорим о Саманте, я могу идти до конца. И если она решит, что я полная идиотка, то у нее на руках должны быть все факты". – Хорошо, я собираюсь признаться в чем-то, что очень немногие люди знают обо мне. Помнишь тот сексуальный вопрос, который задала Бэт в игре?

Лаура моргнула, пытаясь успеть за мыслями Дэв. Она медленно кивнула.

– Конечно.

Дэв, немного смущенно, пожала плечами.

– Ну, я говорила, что была только с одним человеком. Естественно, это была Саманта.

Лаура снова кивнула, все еще не понимая, куда она клонит.

– Я поняла это.

– Ну, она не просто была единственной для меня. М-м-м… мы ждали.

Писательница вопросительно посмотрела на Дэв.

– Разрешения? – Она сделала попытку угадать, не понимая, о чем говорит Дэв.

Президент нахмурилась.

– Разрешение? Зачем нам нужно было чье-то разрешение? Мы обе были взрослыми женщинами. Нет, мы ждали свадьбы. Ладно, я ждала; она жаловалась мамочке, – попыталась пошутить Дэв. "В жизни еще не чувствовала себя такой невероятно нелепой". Она вытерла ладони о штаны, желая, чтобы это звучало не столь отстало. Столь старомодно. Лаура была нетерпеливой и активной. Не было никакой проклятой возможности, что она найдет это интересным в потенциальном партнере. – Я не знаю, почему. Я была молода и чего я не делала – и все еще не делаю – не действую слегка. – Дэв замолчала и обняла себя за талию, молясь о том, чтобы Лаура не стала смеяться.

Она не стала. Вместо этого она открыла рот.

– Ничего себе, – наконец пробормотала блондинка.

Дэв только что многое прояснила для Лауры, хотя она все еще нуждалась в освещении некоторых моментов.

– Так это что-то вроде религии или морали? Я…

– Нет. Просто 'Дэв – твердый орешек'. Я хочу не просто секса, Лаура. Я хочу все. Я хочу заниматься любовью и быть влюбленной в человека, который рядом со мной. Я не думаю, что смогу полностью наслаждаться физической стороной, если не будет чего-то большего.

Лаура внезапно выпрямилась.

– И это то, что ты чувствуешь ко мне? – Она глупо моргнула. – Как будто нет ничего большего?

– Нет! – Дэв выпалила это немного громче, чем собиралась. – Совсем не так. Я лишь хотела объяснить. Ты знаешь, что я люблю подначки и игру, и все такое. И мне нравится, что мы можем так развлекаться без нервов и эксцессов. Но это не значит, что нет ничего большего. Особенно, когда это касается тебя, Лаура.

Лаура улыбнулась, наслаждаясь огнем в словах Дэв.

– Моя мать, конечно, думает, что я совсем разум потеряла. Она почти приказала мне схватить тебя и изнасиловать. – Она нервно улыбнулась Лауре. – И не надо считать, что я не думала об этом. – Дэв застонала. – Поскольку я думала. Часто. Больше чем часто. – Она с трудом сглотнула. – Я не пыталась действовать только потому, что мои чувства так глубоки, что мне невыносима мысль об использовании преимущества перед тобой. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

Брови Лауры поехали на лоб.

– Нет! О чем, ради Бога, ты говоришь? Использование преимущества передо мной?

Дэв вздохнула. "Кончено, нет".

– Милая, я просто хотела, чтобы ты знала, что ты значишь для меня так много, что я хочу быть действительно осторожной в отношениях. Ты и дети – наиболее важные люди для меня, и я не собираюсь торопиться и гнать события ни с кем из вас. – Она опустила руки на колени. – Мамочка считает, что я должна быть проще. – Дэв самоуничижительно улыбнулась. – Вот только я не уверена, что знаю как. Я хочу двигаться медленно. Я хочу быть осторожной. Ты слишком дорога мне, чтобы гнать лошадей. Я всегда была такой.

– В этом нет ничего неправильного, Дэвлин. – Лаура сжала ладонь Дэв. – Это действительно очень мило. – "И я безнадежно влюблена в тебя".

– Взглянем правде в лицо. Я – старомодна, и я знаю, что выгляжу полной дурой. Но я хочу, чтобы ты знала, как много ты значишь для меня. – Дэв собрала всю свою смелость, чтобы посмотреть Лауре в глаза. Она сделала глубокий вдох. – Лаура, я говорю тебе об этом, потому что хочу, чтобы ты знала, какое место занимаешь в моей жизни. – Дэв с трудом сглотнула. – Ты мне очень, очень небезразлична. За последние несколько месяцев я определено поняла, что я полностью влю…

Сигнал тревоги заставил обеих женщин подпрыгнуть.

– Мадам Президент, – быстро произнес незнакомый мужской голос по редко используемой селекторной связи Белого Дома, – вы нужны нам в Комнате Обсуждений. Код один.

– Проклятье! – Дэв наклонилась и быстро поцеловала Лауру. – Я должна идти. Мы закончим это, как только я смогу, обещаю. – Дэв встала с дивана и добралась до двери прежде, чем Лаура успела сказать хоть слово. Перед тем, как дверь закрылась за Президентом, она успела увидеть консультантов и услышать слово 'взрывы'.

* * *

Комната Обсуждений гудела как улей, когда Дэв открыла тяжелую дверь. Одежда мужчин и женщин, находящихся в комнате варьировалась от официальных костюмов до штанов цвета хаки и рубашки-поло Майкла Оакса, и майки с шортами для бега директора ФБР. Все, находящиеся в помещения, немедленно встали.

– Вольно.

Боже, это особенно раздражало, когда она знала, что дело серьезно.

– Последние новости? – Синие глаза были обращены на большой экран с картой США, на которой пять областей были выделены ярко-красным. Слева от карты были пять голографических изображений участков города с названиями.

Министр Обороны и Советник по Национальной Безопасности вошли в комнату сразу вслед за Дэвидом. Дэв повернулась к нему.

– Крепитесь, дамы и господа, это будет дикая ночь. – Она покачала головой и посмотрела на карту. – Пять взрывов от побережья до побережья, все в пределах последнего часа.

– Военные или террористические?

– Полагаю, террористические, – встал Министр Обороны Брендвелл. – Пока все военные проверки отрицательные, но мы не получили еще около 20% ответов.

Дэвид пригладил рукой растрепанные волосы.

– Иностранные или внутренние?

– Мы пока не знаем.

Дэвид оглядел комнату.

– Как и почему? – Он бросил портфель на стол и начал закатывать рукава рубашки. Когда никто не ответил на его вопрос, он пролаял. – Ну же, кто-нибудь?

Директор ФБР откашлялся.

– Мы не знаем, сэр, никто не взял на себя ответственность.

– Еще, – разъяснил Дэвид. – Вы ЕЩЕ не знаете.

– Да, сэр.

Дэв вздрогнула, когда на экране несколько пожарных вбежали прямо в огонь одного из зданий.

– Вытащите пресс-секретаря Аллен из постели и привезите сюда. Нам понадобится определить ущерб от всего этого. И где, черт побери, Директора DEA и ATF и Министр Финансов? – Завопила Дэв, когда ей вручили бумагу с точным указанием времени и места каждого взрыва. – И, кто-нибудь, найдите для меня пару носков или еще что-то!

прим. переводчика. DEA – Управления по борьбе с наркотиками, ATF – Бюро по контролю над распространением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ, табака и алкоголя

– Все уже в пути, мадам Президент, – раздался ответ из дальней части комнаты.

– Хорошо, что у нас здесь? – Дэв показывала на экран, но смотрела на молодого человека слева от нее в форме армии США.

– В обратном порядке: почтовое отделение в Нью-Йорке, здание Информационной Поисковой Системы в Атланте, здание федерального суда в Далласе, младшая школа в Портленде и торговый центр в Сан-Диего.

Президент оглядела часы, висящие на стене, пока не нашла те, что показывают время на западном побережье – 11:00 вечера. Она мысленно выругалась: магазин только закрывался когда произошел взрыв.

– Что в торговом центре?

– Мы только сейчас начинаем получать сообщения о потерях, мадам. Но уже есть сведения о погибших и раненых на каждом из пораженных объектов или в смежных зданиях. – Рядом с ним зазвонил телефон, и молодой человек поднял трубку.

– Дэвид! – Дэв огляделась, пытаясь найти в толпе своего Руководителя штата. – Этого недостаточно! Нам нужна информация сейчас!

– Мы работаем над этим, Дэв! – Ответил голос из глубины комнаты, хотя Дэвида все еще не было видно.

– Разбудите каждого проклятого штатного сотрудника, если потребуется. Мне нужна вся доступная информация. Вызвони для меня мэров пострадавших городов и губернаторов штатов.

Дэв направилась к маленькой комнате в стороне, где был ее личный командный центр. Перед тем, как войти, она почувствовала, как ей что-то вложили в руку. Она опустила глаза и посмотрела на свежую пару белых носок. Прежде чем Дэв успела поблагодарить человека, который вручил их, он был поглощен переполненной комнатой.

16 августа

Президент потерла виски и глотнула кофе из чашки. Она смотрела на омлет, стоящий перед нею на столе. Дэв не была голодна, но она буквально слышала сварливый голос Эммы у себя в мозгу: 'Ешьте! Если бы не будете есть, то не будете никому нравится'. Она подняла вилку с маленьким кусочком омлета, засунула его в рот и стала медленно пережевывать, просматривая документы, лежащие перед нею.

Дэв не была уверена на сто процентов, но полагала, что прошло, по крайней мере, тридцать шесть часов с тех пор, как она вошла в Комнату Обсуждений. За все это время она покидала комнату только однажды, чтобы прочитать краткое заявление для Прессы. С тех пор она сидела за столом, работая как вол, убеждая весь мир, что Соединенные Штаты все еще безопасны, и что она, конечно, отдаст под суд ублюдков, которые поставили национальную безопасность под вопрос.

Среди миллионов прочих вещей это были бесконечные телефонные разговоры, видеоконференций, заседания по выработке стратегии с советниками и главами департаментов, и выполнение обычных ее обязанностей, насколько это возможно. "Боже, в сутках явно маловато часов". Она была рада, по крайней мере, что Эмма и Лаура будут с детьми, когда у нее нет времени. Об этом она могла не волноваться.

– Не нужно, – проворчала она сотруднику, который собирался поставить перед ней стакан апельсинового сока. – Пожалуйста. Я ненавижу эту дрянь. У меня от него изжога. Молоко. Большой стакан молока.

Молодой человек быстро кивнул.

– Да, мадам Президент.

Пока удача была на их стороне. Если конечно слово 'удача' было применимо в данной ситуации. Пять бомб, и только шестеро убитых и двадцать раненых. "Только. Не 'только', если один из них – кто-то, кого ты любишь". По общему мнению, хуже всего должна была быть ситуация в Сан-Диего, но часть взрывного устройства не сработала. Младшую школу в Портленде просто сровняло с землей, но даже вспомогательный персонал уже ушел домой, когда бомба взорвалась. Общественность, однако, нервничала.

Не оправдывая действий террористов, Дэв, все же, могла еще понять причину взрывов в Нью-Йорке, Атланте и Далласе. Все это были правительственные здания – всегдашняя цель террористов. Но два гражданских объекта взрывать не имело смысла, и это бесило Дэв больше всего.

Дверь снова открылась и в комнату вошла Министр Юстиции и Генеральный Прокурор. Она выглядела столь же утомленной, как Дэв себя чувствовала.

– Свежий кофе? – Дэв показала на графин.

– Если я выпью еще кофе, он начнет просачиваться из меня через поры, и мой муж неделями не будет ко мне подходить.

Дэв хихикнула и подперла подбородок кулаком.

– Хех, это – просто слухи, распространяемые людьми, которые продают чай. – Ее хорошее настроение быстро исчезло, и Дэв расстроено перевела дыхание. – Мне нужны хорошие новости. Пожалуйста, скажи мне, что ты принесла хорошие новости.

– Мало чего хорошего может быть в такой ситуации. Но мы отправили своих лучших людей на каждое место.

Дэв кивнула.

– Мы хоть что-нибудь знаем? Они уже вышли на связь? Если ты захочешь солгать только для того, чтобы я почувствовала себя лучше, я не обижусь.

– Ну, есть, по крайней мере, кое-что, о чем мы знаем наверняка. Предварительные экспертизы показывают, что взрывные устройства в Атланте, Сан-Диего и Нью-Йорке почти идентичны. Все еще нет информации из двух других городов. Но это сильно напоминает действия одного человека или группировки.

– И это – хорошие новости?

– Определенно. В этом случае легче найти закономерности, чем если бы групп было две или три.

Дэв откинулась на спинку кресла и тяжело вздохнула.

– Да уж. По крайней мере, хоть какой-то прогресс.

– Да, мадам. Мы доберемся до них.

Дэв пристально посмотрела на Министра Юстиции и Генерального Прокурора.

– Да. Разберемся. – Она положила ладони на стол. – На ваш профессиональный взгляд, это – удачное время для меня, чтобы выйти отсюда, принять душ и увидеть мое семейство?

– Да, мадам Президент. Это – удачное время. – Женщина послала Дэв горько-сладкую улыбку. – За первые ваши восемь месяцев случилось столько происшествий, сколько у многих Президентов не было за все четыре года. И то, как вы выстояли, заставляет меня гордиться тем, что я гражданин США, женщина и член вашей команды. Многие люди считают вас героем. Я просто хотела сообщить вам, что я – одна из них. Это большая честь для меня – работать с вами, мадам Президент.

Мгновение Дэв потрясенно молчала.

– Ничего себе, – наконец, пробормотала она. – Чертовски приятная речь. Няня моих детей могла бы поучиться у вас. – Выражение лицо Дэв стало серьезным. – Ты знаешь, что я чувствую относительно тебя то же самое, Эвелин.

Эвелин гордо расправила плечи, ее щеки слегка порозовели.

– Это только потому, что я надираю задницы и называю вещи своими именами.

Дэв хихикнула.

– А почему ты думаешь, я тебя назначила? Это мой способ надирания задниц.

Эвелин понизила голос.

– Мы возьмем их, Дэв. Я знаю.

Дэв кивнула, поднимаясь на ноги. Она потянулась, размяла затекшие мышцы шеи.

– Я вернусь через несколько часов. – Дэв сделала вид что принюхивается. – Думаю, я смогу учуять нарушителей.

Министр Юстиции и Генеральный Прокурор фыркнула.

– Ты еще не видела, что творится в Комнате Обсуждений. Почему, черт возьми, ты думаешь, я – здесь, с тобой.

* * *

Возвращаясь к своим комнатам, первое, что услышала Дэв, были далекие повизгивания двух детей. Она подняла бровь, задаваясь вопросом, что случилось с самым младшим – Аароном – голоса которого она не слышала.

Пройдя дальше по коридору, Дэв обнаружила, что голоса доносятся из комнаты Лауры. Она остановилась возле приоткрытой двери и прислушалась.

– Она в порядке? – Взволнованно спросила Эшли.

– Я думаю, с ней все хорошо. – Уверенно ответила Лаура, хотя на самом деле такой уверенности не испытывала.

Дэв постучала в дверь.

– Есть кто-нибудь дома? – Она вошла в комнату. – Это частная вечеринка или любой может присоединиться к веселью?

– Мамочка! – Кристофер вскочил на ноги и подбежал к матери.

– Давай, приятель. – Она слегка застонала, поднимая его на руки. "Проклятое плечо". Синие глаза быстро осмотрели комнату, остановившись на Аароне, который крепко спал на кровати Лауры.

Она обратилась к Эшли и Кристоферу.

– Так из-за чего весь этот шум? Вас слышно за километр.

– Щенки! – Усмехнулась Эш. – У Принцессы щенки!

Высокая женщина остановила взгляд на Лауре, которая выглядела вполне довольной, хотя ее лицо и приобрело зеленоватый оттенок.

– О, весело. Сколько пока?

Лаура отодвинулась, чтобы показать Дэв корзинку Принцессы. Прислушавшись, Президент заметила повизгивания щенков-мутантов.

– Вам, ребята, нужен ветеринар?

– Не думаю. Кроме того, Принцесса довольно спокойна. – Писательница подошла поближе к Дэв, оставив Кристофера и Эшли наблюдать за корзиной, в которой лежала Принцесса.

Дети ворковали над щенками и осторожно гладили их.

Принцесса издала протяжный несчастный стон.

– Двое пока. – Лаура вздрогнула. – Но я не думаю, что она закончила.

Дэв не могла не согласиться. Судя по звукам, доносящимся из коробки, у Принцессы было еще кое-что в запасе.

– Фигово быть Принцессой в наше время.

– О, да. – Блондинка сморщила нос. – Но с другой стороны, меня не стошнило и я не упала в обморок.

Губы Дэв растянулись в усмешке.

– Ничего себе. Производит впечатление.

– Так и должно быть, – ответила Лаура, усмехнувшись в ответ.

Дэв посмотрела через плечо Лауры на щенков.

– О, мой Бог, – пробормотала она.

– Я знаю, – хихикнула Лаура. – Бедняжки. Они не унаследовали симпатичную внешность всего Грема. Они немного похожи на шпицев. – Она задумалась над своими словами, а затем поправилась. – Или, может быть, на пришельцев. Одно из двух.

– Симпатичную внешность Грема? – Президент с отвращением посмотрела на блондинку, но хихикнула, когда та в ответ показала язык.

Лаура обняла Дэв за талию и нежно поцеловала в губы.

– Как там дела?

– Не очень, – спокойно призналась Дэв. – Но мы работаем над этим, и уже намечается прогресс.

– Еще бы. – Лаура погладила ладонью щеку Дэв, и Президент закрыла глаза, наслаждаясь успокаивающим прикосновением. – Могу я чем-нибудь помочь?

Дэв посмотрела на Аарона, который счастливо посапывал, накрытый одеялом.

– Ты уже делаешь это, милая. Спасибо.

Взгляд серых глаз стал нарочито невинным.

– Ну, я подумала, что они должны быть здесь, когда появляются щенки.

Дэв хихикнула и подняла бровь.

– Очень трусливо. Но мы не возьмем даже одного-единственного щенка Грема. Кстати, раз уж речь зашла о моем возмездии… – Дэв оглядела комнату.

Лаура рассмеялась.

– Он прячется под кроватью. Я пыталась заставить его выйти, но он не двинулся с места.

Принцесса жалобно застонала, когда рядом с ней появился еще один щенок. Дэв покачала головой, съежившись при жалобном звуке.

– Возможно он умнее, чем я думала. – Дэв схватила руку писательницы и поцеловала ладонь. – Я как раз собиралась принять душ и переодеться. Вернусь через пару минут. У меня не так много времени, но я хотела бы провести его со всеми вами. Как насчет перекуса в столовой, минут через двадцать?

Лаура провела пальцем по шее Дэв, ненадолго задержавшись на пульсирующей вене, затем спустилась на ключицу.

– Чего бы ты хотела? – Она внимательно посмотрела на Дэв.

Президент с трудом сглотнула, чувствуя горячую волну желания, прокатившуюся по ее телу. "Проклятье, она еще может флиртовать". Она зарычала и воспользовалась замешательством Лауры, чтобы снова поцеловать ее.

– Есть много вещей, которые бы я хотела. Но, полагаю, мне стоит согласиться на еду и хорошую кампанию. – Она подмигнула Лауре перед тем, как вернуться к детям.

Дэв поцеловала Эшли и Кристофера в макушки, передвигаясь так, чтобы корзина не попала в ее поле зрения. Разве не все щенки должны быть милыми?

– Увидимся через несколько минут, ребята.

* * *

Перекусив свежими фруктами и молоком, они вернулись в комнату Лауры, чтобы проверить щенков. Дэв была в смятении, обнаружив, что щенков уже четверо.

– Святая корова! – Воскликнула она, отражая шутливые удары Лауры. – Они такие, такие… – Дэв никак не могла подобрать подходящее слово.

– Симпатичные! – Услужливо подсказал Аарон, который все еще выглядел немного заспанным. Он сел на колени матери, чтобы вместе с ней наблюдать за щенками. – Теперь у каждого из нас может быть собственный!

"Началось".

– Аарон, мы не оставим этих щенков.

Малыш немедленно надулся.

– О-о-о, мам…

– О-о-о, мам… – Повторила Лаура.

– Нет. – Дэв впилась взглядом в писательницу. Она сняла Аарона с коленей, пытаясь показать, как твердо ее решение. – Нет. И это мое последнее слово. – Дэв игнорировала приглушенное фырканье Лауры.

Гремлин, наконец, нашел силы, чтобы заглянуть в корзину на рост его семейства. Он посмотрел на Дэв и предупреждающе зарычал, оскалив зубы.

Президент только рассмеялась.

– О, не волнуйся об это, приятель. Они – ВСЕ твои. – Дэв собиралась отвести детей подальше от Принцессы и щенков, чтобы начать процесс отдаления. Дети со стонами стали подниматься на ноги.

Когда Дэв начала терять контроль над своим семейством, в дверь заглянула Эмма. Нянька тут же взяла процесс в свои руки, и вскоре дети покинули комнату Лауры.

– Спасибо, Эмма! – Возглас Дэв достался уже закрывающейся двери.

Когда они остались одни, Дэв распахнула руки, и Лаура тут же оказалась в ее объятьях. Некоторой время они стояли в тишине. Дэвлин нуждалась в молчаливой поддержке, и Лаура с удовольствием давала ей это.

– Как думаешь, мы можем провести так весь день? – Наконец выдохнула Дэв.

– Я – в игре, если ты за, дорогая.

Дэв улыбнулась, наслаждаясь ароматом шампуня Лауры, близостью ее тела и теплом дружбы.

– Мне пора возвращаться.

Лаура печально вздохнула.

– Я знаю. Но тут тоже так много всего случилось. Это было сумасшествие – щенки и дети. Я пыталась удержать их от просмотра телевизора, пока мы были вместе. – Она пожала плечами. – Эшли слышала разговор, и у нее появились вопросы, на которые, я думаю, ты сама захочешь ответить. – Лаура замолчала и потерлась щекой о плечо Дэв. – Много раненых и убитых?

– Один – уже слишком много. Но, да, несколько человек были убиты. Я проверяла цифры, перед тем, как выйти из Комнаты Обсуждений – было десять убитых и сорок шесть раненых. В начале цифры были не столь большими, как мы подозревали, но потом поступили новые сведения. Некоторые раненые не говорили об этом сразу. – Дэв задумалась, невидяще глядя на стену. – Я буду довольно сильно занята следующие пару недель. Разъезды и встречи с губернаторами, мэрами и общественными организациями.

– Я знаю. – Лаура перешла на деловой тон. – Я поеду с тобой. Это важно для меня, Дэвлин. Ты ведь была со мной на похоронах. Не говоря уж о том, что это важно для книги.

Тишина.

Лаура нахмурилась.

– Дэв?

Дэв мысленно выругалась и вздохнула.

– Мне жаль, милая. Но эта поезда небезопасна для тебя.

– О, нет! Ты не можешь! – Лаура пыталась отодвинуться, но Дэв крепко держала ее.

– Нет. – Она сжала челюсти. – Я хочу сказать, что нет смысла спорить со мной об этом. – "Даже притом, что обычно ты выигрываешь наши споры". – Я не пущу тебя в эту поездку, Лаура. Сейчас это слишком опасно. Многие люди испуганы и расстроены, и могут сделать какую-нибудь глупость. Я не хочу рисковать тобой.

Лаура начала злиться.

– Не надо нянчиться со мной! Если это опасно для меня, то и для тебя тем более.

– У меня нет выбора. Я должна появиться на публике, иначе они решат, что я боюсь. В частности, люди должны видеть, что правительство не запугано. – Глаза Дэв засветились гневом. – Что Я не запугана. Это – моя работа.

– А как насчет моей работы? – Раздраженно ответила Лаура. – Книга…

– Я не хочу рисковать тобой! – Дэв понизила голос, пытаясь сдержать эмоции. Она знала, что была чрезмерно осторожна. Но она не могла не думать о том, что она уже потеряла и чем не хотела рисковать. Ее разум говорил о том, что Секретная Служба может обезопасить Лауру так же, как и ее. Но, все же, в нее стреляли.

– Что случилось с неограниченным доступом? – Лаура не оставляла попыток.

– Вопрос не в этом, и ты это знаешь.

Лаура, наконец, вырвалась из объятий Дэв. Это было слишком приятно, и она не могла беситься, когда высокая женщина обнимала ее. Лаура нуждалась в расстоянии. Даже если это будет только десять сантиметров. Она скрестила руки на груди и вызывающе вздернула подбородок.

– После той попытки убийства мы уже выходили на публику вместе. Что изменилось?

– На этот раз будет шумиха в Прессе, и люди будут волноваться. А половина из них безумна даже в хорошие дни! Но когда случается что-то подобное, сумасшедшие становятся еще боле сумасшедшими, а экстремисты полностью сходят с ума. И весь этот гнев направлен на несчастное правительство, которое они и до этого не любили. Народ протестует, народ бунтует. Еще вчера было несколько угроз в мой адрес, в адрес Вице-президента и Air Force One. – Дэв всплеснула руками. – Сейчас – плохое время для выхода на публику! Но это – не навсегда, Лаура. Я обещаю. Боже, со всем, что сейчас происходит, как я могу не волноваться о тебе? Я не выдержу, если потеряю и тебя тоже. Пожалуйста.

Лаура все еще оставалась отстраненной.

– Насколько это вероятно?

– Даже Дэвид взволнован.

– Тогда ты должна остаться.

– Я не могу. Но ты – можешь. – Глаза Дэв умоляли ее согласиться.

Слова Президента были мягкими, но жесткими, и биограф почувствовала себя виноватой. "Ради Бога, только не 'печальные глаза'. Это не честно!"

– Пожалуйста, только один раз. Для меня. Пожалуйста. – Шептала Дэв. Она играла на привязанности Лаура и знала об этом. Но это было слишком серьезно, так что, если она должна была бороться грязно, чтобы выиграть, она делала это.

Писательница видела настоящее беспокойство в глазах Дэв. Она расстроено выдохнула и нервно провела рукой по волосам. Она отвела взгляд от Дэв и прикусила язык, чтобы перестать спорить. "Проклятье, это грязные приемы". Некоторое время Лаура напряженно думала, затем она так пристально посмотрела в глаза Дэв, что та удивленно выдохнула.

– Поклянись мне, что сделаешь все, о чем скажет Дэвид, для своей безопасности.

Дэв несколько раз моргнула. Она не ожидала этого.

– Хм…

– Обещай, Дэвлин! Или я последую за тобой на коммерческом самолете, как проклятая фанатка!

Дэв кивнула, вздохнув с облегчением. "Да. Спасибо".

– Я обещаю.

– Я не верю, что позволяю тебе так просто уехать. – Лаура покачала головой, поправила очки на носу. – Но я буду волноваться о тебе все время, пока тебя не будет.

Дэв сделала шаг вперед и, не видя отторжения на лице блондинки, вновь обняла ее.

– Спасибо, Лаура. Я знаю, ты считаешь, что это глупо. Но я клянусь – это не так.

Светлая бровь поднялась.

– Ладно, – уступила Дэв, – не совсем глупо.

– Только один раз, Дэвлин, – вздохнула Лаура. – В следующий раз я не позволю тебе отделаться так легко. Это наша судьба – постоянно спорить об этом.

Дэв прижала руку к сердцу.

– В следующий раз ты можешь спорить так долго, как захочешь… и только потом сдаться.

– Даже и не надейся. – Но Лаура не могла не улыбнуться.

Дэв улыбнулась в ответ и подняла подбородок блондинки, чтобы посмотреть ей в глаза. Она не могла не думать о том, что только что сказала, и о том, что никогда не говорила этого Лауре прежде.

– Я люблю тебя так сильно, что это даже больно, – пылко прошептала она. Слова легко сорвались с губ. И в тот момент она задавалась вопросом, почему, черт подери, она ждала так долго, прежде чем сказать их.

Лаура закрыла глаза и спрятала лицо на плече Дэв. Горячие слезы полились из глаз блондинки, но она не пыталась сдерживать их. Руки Дэв крепко сжимали ее, и писательница наслаждалась приятным моментом.

– Ты… – Лаура остановилась и с трудом сглотнула, собираясь со словами. – Ты бесстыжая и скажешь что угодно, лишь бы выиграть спор, – поддразнила она слабо. Лаура сильно сжала Дэв в объятьях и поцеловала ее шею. Она отодвинулась, чтобы посмотреть в синие глаза. Сердце блондинки просто разрывалось от переполнявших ее чувств, и она произнесла.

– Я тоже люблю тебя.

* * *

Как только Дэв вошла в комнату, Дэвид подал ей сообщение.

– Они у нас в руках, мадам Президент. – Торжествующе улыбнулся он. – Милицейская группа из штата Орегон. Они взяли на себя ответственность около двадцати минут назад. И кое-какие особенности взрывов, уточненные ими, подтверждают, что это действительно так. Мы уже получили данные об их местонахождении. Они были под минимальным наблюдением несколько месяцев. Хотя мы и не подозревали, что готовится нечто подобное.

– Всех, кто принимает решения, в Овальный Кабинет, немедленно, – Дэв произнесла это, уже направляясь к офису. Она хотела быть спокойной, когда будет говорить. Президент уже сидела за столом, когда люди начали заполнять комнату. Все стояли, ожидая Дэвида, который сел справа от Дэв. Следующие двадцать минут были потрачены на обсуждение этой группы милиции и плана ФБР ‘войти туда и нейтрализовать их’. Дэв задавала вопросы и впитывала информацию, как губка. Было несколько незначительных столкновений между агентствами о точном месте 'нейтрализации', но это лишь помогло детальнее рассмотреть различные возможности.

Когда все вопросы были разрешены, Дэв несколько секунд молчала, обдумывая сказанное и прокручивая в голове предложенные сценарии. Наконец, она глубоко вздохнула.

– Дамы и господа, не могли бы вы выйти ненадолго, мне надо переговорить со своим руководителем Штата.

Просьба была встречена возгласами одобрения, и вскоре в комнате остались только два человека.

Дэвид внимательно посмотрел на Президента

– Ты знаешь, что надо делать, Дэв. – Он вздохнул и опустил взгляд. – Мы должны захватить их до того, как они нанесут еще больше ущерба.

– Женщины и дети?

Рыжеволосый человек пожевал губу.

– Да. – Дэвид снова опустил глаза. – Директор ФБР подтвердил, что, вероятно, с ними будут женщины и дети. Они перевезли их несколько месяцев назад, как 'кукиш' для тебя. Их семьи должны стать живыми щитами против правительственной операции.

– Мы были только детьми, Дэвид, но ты помнишь Waco?

прим. переводчика. 19 апреля 1993 года в Waco, Texas, ФБР при штурме сожгли живьем культиста Давида Корриша и 86 членов его секты (ветвь Давидова – branch Davidian). Культисты Корриша жили на своем собственном ранчо в Техасе, а поскольку были уверены в скором наступлении гражданской войны в Америке, то закупали оружие и боеприпасы. Никого не трогали и даже не владели запрещенными видами оружия. То, что культисты закупали оружие незаконно, никем не было доказано

– Да, мадам Президент, но это совсем другое дело. – Он мысленно вернулся в тот день. Телевизор в родительской комнате. Огонь, взрывы и мешки с телами. – Эти люди выступили против нации в целом. Они УЖЕ убивали. Их много и они организованы. Нам просто повезло, что мы обнаружили их лагерь в Орегоне. Они могли скрыться в любом месте страны.

Дэв потерла лицо руками.

– Иисус Христос. – Она на мгновение закрыла глаза ладонями, потом положила руки на стол. – Можешь позвать их?

Дэвид кинул и быстро подошел к двери, открыв ее, чтобы группа вошла в комнату.

Дэв с мрачным выражением лица ждала, пока все не войдут в комнату. Когда дверь за последним человеком закрылась, она заговорила:

– Так, мы работаем, согласно теории, что если отрубить голову змее, то все тело умрет?

Министр Юстиции и Генеральный Прокурор положила новый документ перед Дэв.

– Да, мадам.

Дэв отодвинулась от стола и дернула плечом, чтобы облегчить боль, которая снова вернулась. Она обвела взглядом комнату и произнесла:

– Кто-нибудь здесь изучал греческую мифологию? Слово гидра что-нибудь значит для вас?

Директор ФБР кивнул.

– Да, мадам Президент. Мифическое существо с девятью головами. Проблема была в том, что как только ты отрубаешь одну, на ее месте вырастает две новых.

– Точно. – Дэв немного помолчала, давая всем время обдумать это заявление. – Минуточку, пожалуйста. – Она переключила внимание на новый документ и внимательно прочитала его. Было ясно, что будет лучшим выбором. Но, все равно, ее от этого мутило. Дэв закрыла папку и бросила ее на стол.

Все взгляды в комнате были устремлены на Президента.

– Идите, возьмите их, дамы и господа. Первый план подходит лучше всего. Используйте его, но сначала включите изменения, предложенные ATF. И давайте молиться, что мы достанем до всех голов этой 'гидры', и что нам не придется волноваться насчет роста новых голов.

– Вот именно! – Быстро подхватил Дэвид, поднимаясь на ноги. – Мне нужен новый план со всеми изменениями, готовый для рассмотрения Президента через пятнадцать минут. Давайте назовем это, – он посмотрел на Дэв, затем на аудиторию, – Операция Гидра.

Комната быстро опустела, в ней остались только Дэв и Дэвид.

– Ты в порядке? – Обеспокоено спросил мужчина.

– Возможно, я только что подписала смертный приговор для невинных женщин и детей. Нет, я не в порядке, – резко ответила Дэв. Она встала и собирала обзорные документы со стола. – Но я должна была дать сигнал к действиям, и я сделала это. Триста десять миллионов людей ждут, что я буду защищать их. У меня нет выбора. Мы должны начать прямой сейчас, пока эти задницы не зарылись поглубже или не взорвали что-то еще.

Дэвид молчал. Он знал этот тон. Это был ее тон я-ненавижу-каждую-минуту-этого-но-я-сделала-то-что-должна-была-сделать. Ее речь была быстрой и грубой. Горькая пилюля для его друга, которую она должна проглотить. И он знал ее достаточно хорошо, чтобы быть уверенным, что она сделает все как надо. Теперь Дэв просто должна жить с этим решением. Правильное оно или нет.

– Скажи, чтобы готовили Air Force One к вылету, Дэвид. И позвони Бэт и…

– Сказать ей, чтобы не ждала меня к ужину?

– Да, вероятно, следующие несколько недель. Сначала мы едем в штат Орегон: я хочу быть там, на случай неприятных последствий. Потом к местам взрывов. У Джейн и Лизы будет коллективный сердечный приступ из-за того, что я решилась на эту поездку в последний момент. – Дэв пожала плечами. – Но, право же, они выживут. Кстати, о тех рапортах, что ты предал мне утром, только ключевые фигуры летят с нами на этот раз. Я не хочу рисковать безопасностью людей. – Дэвлин пошла к двери, но обернулась назад через плечо, перед тем, как открыть ее. – Кстати, поздравляю.

– С чем?

– Ты – счастливый владелец самого уродливого щенка, которого ты когда-либо видел.

* * *

– Дамы и господа, представители Прессы, Президент Соединенных Штатов.

Они работали над речью на Air Force One. И, когда самолет приземлился в штате Орегон, и операция Гидра была завершена, пришло время выступить перед нацией. Пока Дэв медленно шла к подиуму, тишина стояла такая, что можно было бы услышать, как на дальнем конце зала упала булавка. Президент посмотрела прямо в камеру и напомнила себе о том, что надо оставаться спокойной.

– Дамы и господа, спасибо, что пришли сюда сегодня. Как и сказала пресс-секретарь Аллен, я дам краткое заявление о тех действиях, которые были предприняты несколько часов назад. Все вопросы вы сможете задать позже.

Дэв ненадолго остановилась, чтобы глотнуть воды из стакана. Она выглядела взволнованной, но сдержанной. Только те, кто хорошо знали Дэв, могли бы сказать, что она встревожена.

– Сегодня рано утром специальные тактические подразделения DEA, ФБР и ATF вместе с правоохранительными агентствами города и штата вошли в укрепленные здания группы милиции 'Братья Свободы' – группы, которая находилась под наблюдением.

Дэв смотрела на лица перед нею, прямо в глаза людям, убеждая их, что ей нечего скрывать.

– Они вошли быстро и решительно. Все было запланировано и рассчитано так, чтобы наименьшее количество людей были активны и перемещались. Планируя операцию на ранее утро, мы надеялись ограничить количество потенциальных пострадавших как со стороны людей, укрывающихся внутри лагеря, так и среди наших людей, выполняющих свой долг.

Дэвлин коротко глянула на документы, не желая терять то доверие, которое она заработала своим заявлением и уверенным поведением.

– В то время как в целом операция прошла успешно, и многие члены организации арестованы, были и пострадавшие с обоих сторон. Двадцать два члена группы милиции были убиты и четырнадцать – ранены. Наши агенства потеряли десять человек убитыми и пять ранеными.

Дэв схватилась за край трибуны и увеличила интенсивность голоса, чтобы закончить на сильной ноте.

– Люди, ответственные за пять террористических актов, которые стали причиной смерти невинных граждан и ущерба на миллионы долларов, арестованы и будут призваны к ответу. Расследование продолжается, и я ручаюсь, что все причастные будут привлечены к суду. Все, что произошло в процессе операции, случилось после того, как я была проинформирована и дала свое полное согласие. Я – единственный человек, который ответственен за решение вопросов, проистекающих из сегодняшних действий, принятых под моим руководством. Один из Президентов сказал 'вся ответственность лежит на мне', я – ваш Президент и я буду отвечать за все.

прим. переводчика. Табличка с надписью 'вся ответственность лежит на мне' стояла на столе Гарри Трумена

Дэв знала, что последняя часть ее выступления не приведет для нее ни к чему хорошему. Это не было частью первоначальной речи, но она не хотела давать повод для сомнений относительно того, кто принял решение, и кто будет нести вину за любые оплошности.

– Спасибо, дамы и господа.

Она расстегнула блейзер, собрала документа и направилась к выходу. Дэвид и Шэрон ждали ее с открытыми ртами.

– Ни слова сейчас. Вы можете поорать на меня позже.

Дэв следовала за агентами, которые вели ее назад в гостиничный номер. Она шла тихо, перечитывая список мертвых и раненых на операции. Дэв выдвинула на первый план два имени, стоящие в списке под номерами четыре и пять: Лиза Линдси, восемь лет и Брайен Линдси, шесть лет. Вид этих строк сделал ее просто больной. Эти два имени они никогда не забудет.

"Помоги мне Бог, я убила их. И теперь я должна жить с этим всю оставшуюся жизнь".

Глава IX

Сентябрь 2021

1 сентября

Лаура посмотрела на часы и снова шлепнулась на постель, рассыпав при этом стопку лежащих на ней конвертов. Дэв, как предполагалось, должна была позвонить больше полутора часов назад, и ей нужно было что-то делать, чтобы не так заморачиваться ожиданием. Так что, она решила разобрать почту за последние несколько дней, которая уже начала формировать огромную груду на ее столе.

– Давай, Дэв, – проворчала она себе под нос. – Поторопись. У меня встреча через час. – Лаура сразу отлжила несколько писем, решив начать с просмотра документов от ее издателя. Она рассмеялась. Вэйн всегда смешивал персональную корреспонденцию с деловыми документами. Он был 'старой школы', и настаивал, чтобы его авторы получали бумажные копии книг и контрактов. Он ненавидел все эти новомодные технические штучки. Это значило, что Лаура будет иногда получать бумажное письмо. Написанное от руки! Кому сказать – не поверят.

Вэйн никогда не считал, что они с Дэв просто друзья. Даже в самом начале, когда это было правдой. Но как только она призналась ему, что они встречаются, этот человек стал непреклонным, пытаясь развести Лауру на пикантные подробности отношений и подталкивая ее вперед сообщениями о том, что она слишком долго была одна.

– Будь ты проклят за это, Вэйн. – Писательница посмотрела на часы и снова нахмурилась.

Она собиралась выкинуть письмо от Вэйна в мусорку, но вдруг почувствовала, что-то в конверте. Диск.

– О-о-о, подарок! Мог бы и предупредить, Вэйн, – пробормотала она, – я чуть его не выкинула.

Лаура встала с кровати, последний раз посмотрев на часы. Она пожала плечами.

– Можно убить несколько минут на это, пока я жду звонка от Wonder Woman. Если она все-таки позвонит.

Лаура подошла к антикварному комоду вишневого дерева, в котором была скрыта современная техника. Она вставила диск и задумалась, что бы это могло быть. Не то, чтобы она жаловалась. Лаура посмотрела только один фильм за весь год, и то он был специально заказан Дэв на их первое свидание более двух месяцев назад.

Лаура забралась обратно на кровать, пройдя мимо корзины, в которой спали Грем, Принцесса и щенки.

Появилось трехмерное изображение красивой женщины средних лет в белом махровом халате, сидящей в кресле, ее приятный голос заполнил комнату.

– Издательство 'Звездный свет' представляет электронную версию книги – лидера продаж 'Лесбийская любовь: Шаг за шагом к удовлетворению'.

У Лаура нижняя челюсть отвисла.

– Почему все посылают мне инструкции? Я что, выгляжу полностью неподходящей для этого?!

– Я – Анжела Пиккард. А это – мой прекрасный партнер Фрэнсайн. – Она сделала жест, и в кадре появилась высокая хорошо сложенная брюнетка.

– О, Боже, Вэйн! Ты такой дурной, – Лаура рассмеялась и закрыла глаза.

– Идите со мной и Фрэнсайн в путешествие само-исследование, посвященное сексуальному удовлетворению.

Лаура открыла глаза и усмехнулась.

– Но вы будете голыми?

– Глава первая: узнавание органов тела друг друга.

– О, мой… – Серые глаза расширились. – Точно голыми.

* * *

Дэв посмотрела на Лизу, которая постукивала по своим часам. Президент была в таком настроении в последнее время, что ее помощник ненавидела обращаться к ней. Хотя это была ее работа.

– Мадам Президент, вы невероятно опаздываете.

– И что в этом необычного? – Капризно ответила Дэв, кружа по комнате в поисках телефона. Она нетерпеливо махнула на Лизу рукой. – Знаю. Знаю. Мне нужно только пять минут. Пожалуйста? Я – уже опоздала. Пять минут погоды не сделают.

Лиза вздохнула.

– Мадам…

– Я отдам тебе штат Аризона.

Лиза улыбнулась.

– Не думаю, что вы можете сделать это, мадам.

– Ладно, я не буду заставлять тебя брать себя одного из уродливых щенков. – Дэв скрестила руки на груди и ждала.

– Вы только что купили себе пять минут, мадам Президент.

– Замечательно! – Дэв почти прыгнула к телефону, который стоял на тумбочке у кровати. Президент всегда путешествовала с собственным коммуникационным оборудованием, и персонал знал, где должны находится устройства. К сожалению, электроника в гостиничном номере не отвечало вкусам Дэв.

Лиза фыркнула и оставила Президента.

Но прежде чем Дэвлин успела набрать номер, в дверь без стука вошел Дэвид.

– Дэв…

– Убирайся! – Она схватила подушку с дивана и бросила в него. – Я звоню своей девушке. – Эти слова были такими странными и волнующими, что Дэв улыбнулась, впервые за весь день.

Дэвид снисходительно улыбнулся. Влюбленная Дэв.

– Лиза сказала, что ты не собираешься заставлять ее брать одну из этих отвратительных собак. – Он бросил подушку назад, и попал прямо в голову Дэв, заработав яростный взгляд Президента.

– Убирайся! – Прошипела она. – У меня только несколько минут, и я опаздываю уже почти на два часа. Хотя, Лаура, наверное, смирилась, что звонка не будет, годы назад.

– Ах… – Дэвид потянул себя за нижнюю губу. – Ты хочешь остаться одна, чтобы лежать на постели и ворковать, как влюбленный подросток?

– Нет, – защищалась Дэв, – я буду сидеть прямо и стараться выглядеть неотразимой. Майкл убедился, что здесь есть видеосвязь, прежде чем мы заказали этот номер. Я ненавижу обходиться без нее.

Дэвид закатил глаза, затем стал серьезным.

– Слушай, Дэв, я знаю, как ты хочешь поговорить с Лаурой, но мы должны быть в особняке губернатора через пятнадцать минут, а до него только ехать тридцать пять минут.

Дэв впилась взглядом в своего друга и начала вручную набирать коды доступа и номер Лауры. Она ПОЗВОНИТ Лауре. Она должна была услышать ее голос. Увидеть ее улыбку. На сей раз, весь остальной мир может подождать.

– Скажи мне, Дэвид, что сделает губернатор Джорджии, если я опоздаю? Кинет в меня гнилым помидором?

Дэвид открыл рот, чтобы ответить, но Дэв подняла руку, предупреждая его фразу.

– Если ты не дашь мне пять минут поговорить с Лаурой, я пересеку эту комнату и сверну твою тощую шею.

– Тощую!

– Дэвид, – застонала Дэв. – Вон! Или ты получишь двух щенков Грема!

Глаза Дэвида расширились. Он поднял руки, признавая поражение.

– Не надо быть такой жестокой. Я просто позвоню губернатору и сообщу ему, что мы немного выбились из графика. – Он не стал дожидаться ответа, а просто покинул комнату, под звук гудков вызова.

* * *

Голова Лауры дернулась при звуке телефонного звонка.

– Иисус, – она с трудом дышала из-за того, что ее прервали в такой интересный момент.

Анжела Пиккард широко улыбнулась.

– Вы сделаете это чудесно. Я знаю. – Поощряла она. – И теперь время идти дальше. Глава четыре: Многократные оргазмы – воплощение мечты.

Писательница вскочила с постели и стала лихорадочно искать пульт. Не обнаружив его, она направилась к проигрывателю дисков. Лаура открыла дверцу и нажала на кнопку выключения, как раз когда телефон снова зазвонил. Ничего не произошло. Она снова нажала на кнопку. Ничего.

– Черт! – Лаура с силой надавила на кнопку. Раздался щелчок, и кнопка провалилась внутрь механизма. Мгновение Лаура смотрела на отверстие в корпусе, после чего разразилась проклятиями. Ее глаза отчаянно искали кнопку управления звуком, она запоздало вспомнила, что звук контролируется только с пульта.

Лаура закричала от разочарования. Телефон зазвонил в третий раз.

– Иду! – Бесполезно закричала Лауры, пытаясь отыскать пульт на кровати.

Еще звонок.

– Иду!

– О, да, детка! – Фрэнсайн в экстазе откинула голову назад, когда Анжела начала массировать ее грудь.

– Я говорила о себе. Куда ВЫ идете, я и так слышу, – зарычала Лаура. Она снова стучала по кнопке выключения, хотя толку от этого не было, когда телефон зазвонил в пятый раз. Она попробовала выдернуть вилку из розетки, но не смогла просунуть руку в узкое отверстие за корпусом. Не желая пропускать звонок Дэв, Лаура, наконец, назвала код доступа и бросилась к комоду, пытаясь дотянуться до розетки. По любому другому телефону она могла бы просто говорить. Но не в Белом доме.

Телефон обработал код Лауры и немедленно ответил:

– Запрос на видеосвязь.

Лаура вытянулась в струнку, но смогла только дотронуться до штепселя кончиками пальцев.

– Да! О, Анжела! Да, делай это! Я хочу это! – Кричала Фрэнсайн.

Глаза Лауры расширились, когда она осознала, каким был ответ. Она немедленно отодвинулась от комода и закричала на телефон.

– Нет. Никакой видеосвязи. Только звук. Нет! Нет! НЕТ! – Но было уже слишком поздно. Изображение Дэв начало появляться перед нею.

Лаура обернулась и ее челюсть упала при виде двух женщин, который были голыми и целовались, лаская друг друга. Мгновение она только смотрела, открыв рот.

Анжела оторвалась от своей партнерши и посмотрела на Лауру.

– Я рекомендую прямую стимуляцию.

– О, да, – счастливо мурлыкнула Фрэнсайн.

– Хм, Лаура?

Блондинка резко обернулась при звуке знакомого голоса и обнаружила прямо перед собой синие глаза.

– Привет, Дэвлин, – пропищала она, слабо махнув рукой.

Бровь Дэв поднялась на лоб и осталась там.

– Я знаю, что мы двигаемся слишком медленно…

– Еще! Еще! Еще! – Кричала Фрэнсайн, пока ее любовница спокойно описывала, что она делает, чтобы достичь такого результата.

Лаура закрыла лицо руками.

– Иисус, дай мне сил, – пробормотала она в ладони. – Пожалуйста. Прямо сейчас. Мне нужна помощь.

Дэв смело продолжала.

– Но, милая, неужели действительно было необходимо начинать без меня? Я чувствую себя задетой, – дразнила она, оценивая слегка искаженную сцену на заднем плане. Очень интересное видео. Кто бы мог подумать, что Лаура такая испорченная?

– О, Анжела! Снова? – Фрэнсайн была восхищена перспективой. – Но я не могу. – Пауза. – Ох… я могу! Я могу!

Вторая бровь Дэв присоединилась в первой на лбу.

– Задетой, но увлеченной. Очень увлеченной.

Лаура раздвинула пальцы и посмотрела на Дэв, усмешка которой была слегка смущенной. Блондинка зарылась пальцами в волосы, сформировав на голове ирокез.

– Я не могу остановить это, Дэвлин!

– Ты снова потеряла пульт, не так ли? – Спросила Дэв.

– Снова, Анжела? Нет, я не могу, – она почти рыдала.

– Фрэнсайн, любовь моя, ты можешь, детка. Я знаю, ты можешь.

– Да! – Снова закричала Фрэнсайн. – Я могу!

Лаура могла только хныкать и молиться, чтобы молния чудесным образом ударила ее в лоб и положила конец этой ужасной пытке.

Дэв покачала головой и хихикнула. Лицо Лауры было ярко-красным, так что брови на его фоне казались почти белыми.

– Ты смотрела на столике?

Серые глаза обратились в ту сторону.

– Там нет.

– Кровать?

Кивок головы.

– Уже пробовала.

Обе женщины посмотрели вниз, услышав стук когтей по полу.

– Щенки! – Закричали они хором. И довольно быстро пожеванная игрушка обнаружилась под кроватью.

Лаура вытерла пульт, бормоча благодарности, и быстрым нажатием кнопки заставила Анжелу и Фрэнсайн исчезнуть.

Дэв ухмылялась, глядя на ее покрасневшее лицо. "Боже, как она прелестна".

– Итак, Лаура…

– Не спрашивай.

– Но…

– Если ты любишь меня, забудь об этом.

Дэвлин начала дуться.

– Пожааааалуйста. – Она похлопала длинными ресницами.

Лаура взмахнула руками в воздухе и обратилась к потолку.

– Что я сделала, чтобы заслужить это?

3 сентября

– Бабушка! Дедушка! – Закричала Эшли. Маленькая девочка бросилась к Фрэнку Марлоу, вцепилась в него руками и ногами, как виноградная лоза, обвившая старое дерево. Мужчина наклонился и расцеловал ее в обе щеки, щекоча бородой.

Фрэнк перевел взгляд на Криса и Аарона.

– Привет, парни. Мы скучали без вас. Вы растете, как чер…

Острый взгляд Джанет заставил его замолчать.

– Как сорняки, – смущенно закончил он.

– Мы тоже скучали без вас! – Сказал Аарон, обнимая бабушку. Крис кивал, соглашаясь с братом.

Отпустив Эшли, Фрэнк посмотрел на Лауру, которая стояла рядом, наслаждаясь видом воссоединения семейства, и улыбнулся.

– Рад снова видеть тебя, Лаура, – он растягивал слова, глядя на молодую женщину.

– Я тоже рада видеть вас. – Она посмотрела на Джанет. "Я не буду думать о книге, которую она прислала. Не буду!" – Вы хорошо долетели? – Она нервно сняла очки.

Джанет только закатила глаза.

– Ладно, иди сюда! Я говорила с Дэв по телефону перед этими ужасными взрывами. Ты не можешь больше притворяться, что вы не пара, – твердо сказала она. Джанет гневно взглянула на Лауру, когда та попыталась возразить. – И это значит, что ты должна обнять меня.

Лаура рассмеялась и присоединилась к Крису и Аарону, которые все еще не отпустили свою бабушку.

Эмма и Эми на заднем плане направляли швейцаров с багажом старших Марлоу в спальне Линкольна.

– Ну, а теперь, – Фрэнк быстро подошел поздороваться, – Дьявол, к сожалению, не может быть с нами, но как насчет обеда в МакДональдсе.

Дети радостно закричали, и Эмма, смеясь, подняла трубку, уже зная, кто что будет заказывать. Это был единственный дом в США, имеющий экстренную связь с местным МакДональдсом.

Джанет оглядела комнату и медленно покачала головой. Она все еще не могла поверить, что ее маленькая дочка была Президентом. Иногда это было просто непостижимо. Она с нежностью смотрела, как мальчики тащат дедушку в свою комнату, чтобы показать ему рисунки. А Эшли идет за ними и требует пообещать, что потом он пойдет с ней и посмотрит на новую Барби, которую бабушка прислала ей и новую прическу куклы, которую она сама сделала.

Вскоре в комнате остались только Лаура и Джанет. Блондинка чувствовала себя несколько неловко. Дэв должна была вернуться через несколько дней, и Лаура умирала, как хотела использовать это время, чтобы лучше узнать ее родителей. Дэв любит их, и для нее будет важно, чтобы Лаура установила с ними хоть какие-то отношения. Она качнулась с пятки на носок, нервничая все сильнее. Ей не удалось достичь успеха даже с собственными родителями.

– Ну, полагаю, теперь я должна оставить тебя…

– О Боже, иди сюда и скажи 'привет'. Я не кусаюсь, дорогая. Несмотря на то, что мог бы наговорить Фрэнк после нескольких бутылок пива.

Лаура хихикнула. Затем до нее дошло, что сказала Джанет. "Фууу".

– Нет проблем, – пробормотала Лаура, присаживаясь рядом с Джанет на диване. – Но давайте не будем заходить так далеко.

– Ты подумала 'фууу', не так ли? – Обвиняюще сказала Джанет. – Знаешь, что я скажу. – Она выглядела уязвленной. – Я не стара!

– О, нет, – Лаура быстро поправилась. "Ой-ей-ей". – Не то, чтобы. – Она качала головой, пытаясь подобрать слова. – Это просто… просто… Вот черт! Вы – чья-то мать!

Джанет была ошеломлена.

– И что, матери – не сексуальные существа? – Она фыркнула и в недоверии посмотрела на Лауру. – Возможно, мне стоило начать с более общей книги, дорогая. Я и не думала, что у нынешних молодых людей такое представление.

– Я не это имела в виду, и ты это знаешь! – Лаура застонала в затруднении, но скоро стон перешел в смех, к которому присоединилась и Джанет. Напряженность была забыта. Трудно оставаться формальной, даже совсем немного, рядом с нахальной и свободной матерью Дэв.

– Только помни, что Дэв – мать троих детей. – Джанет подняла бровь, и Лаура увидела Дэвлин в этом жесте. – И я держу пари, что ты думала о ней, когда читала восьмую главу.

– Чи… Чи… – Беспомощно бормотала Лаура. Ее глаза расширились. – Ты ЧИТАЛА 'Радости лесбийского секса' перед тем, как послать книгу мне?!

Джанет махнула рукой.

– Для целей исследования, конечно. – Она моргнула. – Потому что, если бы я показала эту вещь Фрэнку, мы бы никогда не вылезли из постели. Ну, ты знаешь, ты ведь была замужем. Фактически, одно время…

– О, мой Бог. – Лаура захныкала и закрыла уши руками. – Это – просто неправильно. Неправильно. Неправильно. Неправильно.

Джанет громко рассмеялась.

Лаура посмотрела на мать Дэв.

– Теперь я знаю, откуда у твоей дочери такой дьявольский характер.

Джанет только пожала плечами.

– Об этом тебе мог бы и Фрэнк сказать, дорогая.

8 сентября

Дэв быстро шла вниз по коридору к своему семейству и Лауре. Ее не было дома уже почти месяц из-за посещения мест взрывов, участия в бесконечных собраниях и встреч с лидерами сообществ. Она была так рада, когда Air Force One, наконец, приземлился в родном аэропорту, что чуть не закричала.

Родители и Эшли встречали Дэв в прихожей сердечными объятиями. Кроме того, мать отругала Дэв за то, что та похудела. Она не должна была терять вес.

– Я в порядке, мамочка. Клянусь. Просто я была занята. – Дэв снисходительно улыбнулась. – Ты должна заставить Дотти готовить специальное печенье для Дьявола почаще. Я не пробовала его со дня рождения Лауры.

Дэв обвела глазами зал и удивленно подняла бровь.

– Кстати о Лауре… где она? И мальчики? – Она не говорила об этом, но явно была разочарована тем, что Лаура не вышла поприветствовать ее наряду с родителями и Эшли. Дэвлин так много думала о писательнице в последнее время и так хотела видеть ее, что у нее просто живот сводило.

Маленькая группа тут же замолчала и Дэв насторожилась. Она выпрямилась, посмотрев в сторону комнат Лауры и мальчиков.

– Где они?

– Милая, сейчас можно не волноваться об этом. – Фрэнк положил руку на плечо дочери. – Они будут в порядке через несколько дней.

Дэв немедленно побледнела.

– О Господи, Фрэнк! Ты напугал ее до смерти. А еще доктор, – вспылила Джанет. Она посмотрела на дочь. – У них ветрянка, милая. И все. Первые пятна обнаружили вчера. Ничего серьезного, поэтому тебе и не позвонили.

Дэв закрыла глаза и попыталась успокоить сердцебиение.

– Ветрянка? – С сомнением спросила она. "Стоп. Ветрянка? Это не может быть правдой". – Но я думала, что никто не…

– Ты думала, что мы уже справились с мерзким вирусом? – Прервал ее Фрэнк. Он пригладил рукой бороду, почесал подбородок. – Нет, Дьявол. Не совсем так, во всяком случае. Это – штамм, стойкий к стандартной прививке. Не такой как прежний. Его выявляли в различных местах по всей стране пару лет назад, и теперь он, кажется, решил посетить столицу. – Он фыркнул. – Очевидно, некоторые дети, которые учатся с мальчиками, тоже заболели.

Дэв нахмурилась, все еще не будучи успокоенной. Она пошла в сторону своих комнат.

– Но с ними все будет в порядке, верно, папа? – Президент держала за руки мать и дочь, кивая на приветствия агентов, остающихся позади.

– Абсолютно, – уверенно ответил Фрэнк. – Они несчастны, но это не опасно для жизни.

– Они все в пятнах, как уроды. – С энтузиазмом добавила Эшли.

Дэв подняла бровь.

– И как тебе удалось избежать этого, когда твои братья и Лаура…

– И Эмма, – Добавила Джанет, вздрагивая.

– О-о-о… И Эмма, – поправилась Дэв, – не были столь удачливы?

– Дедушка сказал, что это – как дерьмо. И они вляпались прямо в большую кучу…

– Хм, – остановил ее Фрэнк, – я уверен, твоя мама поняла идею. – Он сделал вид, что не замечает злого взгляда Дэв, направленного на него.

Сначала они пошли к комнате мальчиков, и Дэвлин уже взялась за ручку, когда ее личный врач вышел из комнаты Лауры. Президент быстро пересекла разделяющее их расстояние и поймала доктора прежде, чем он повернул за угол.

– Постойте, доктор!

Врач повернулся, укладывая стетоскоп в карман халата.

– Мадам Президент, добро пожаловать домой. Как плечо? – Он коснулся упомянутого органа Дэв, и та раздраженно отступила. Она не хотела говорить об этом проклятом плече.

– Как все?

– У них ветрянка, мадам Президент. Я только что проверял мальчиков. Они спят и, кажется, уже почти здоровы.

– А Лаура? – Дэв немного наклонилась вперед, ожидая ответа.

Доктор неловко помялся, соблазн сказать, что Лаура почти столь же большая 'заноза в заднице' в качестве пациента, как и Дэв, был велик. Но мужчина не был идиотом.

– Ветрянка всегда труднее для взрослых, чем для детей, мадам Президент. И это особенно верно для нового штамма. Но я уверен, что мисс Страйер оценит вашу обеспокоенность. Я позабочусь о том, чтобы ей передали, что вы спрашивали о ней.

– Не надо, в этом не будет необходимости. Я зайду повидать ее, как только переоденусь. Мне понадобится пять минут.

Доктор выглядел ошеломленным.

– О, нет, мадам Президент, вы не можете зайти туда. – Авторитетно заверил доктор. Она все еще заразна, и будет в течение нескольких дней.

Дэв уперла руки в бока.

– Мне это не волнует, доктор. Я ВОЙДУ туда, – Она схватила его за запястье, чтобы посмотреть на Rolex, – примерно в 4:35.

– Вопреки моему совету, как вашего главного лечащего врача? Вы просто не може…

Синие глаза вспыхнули.

– Если вы попробуете не впустить меня, – сказала она, отпуская его руку, – я вызову морских пехотинцев, чтобы расчистить дорогу.

Мужчина с трудом сглотнул, пот выступил у него на лысине. Боже, она была самым трудный пациентом из всех, которые у него когда-либо были!

– Это – моя обязанность, сообщить вам, что не в ваших интересах, если вы не желаете заразиться, находиться около ваших сыновей, мисс Страйер или мисс Дрисдайл еще несколько дней. – Пропыхтел он. – Боюсь, я должен настоять. Уверен, что мистер МакМиллиан поддержал бы…

– Настаивайте хоть до посинения, доктор! И Дэвид МакМиллиан – не Президент. Президент здесь – я. И я не намерена прятаться от своего семейства, когда они нуждаются во мне больше всего. Мой отец – компетентный и уважаемый врач – говорит, что ветрянка, это как дерьмо. Думаю, я уже достаточно вляпывалась в этом году, не так ли? Маловероятно, что я подхвачу инфекцию. Но если вам от этого легче, я буду носить одну из этих глупых масок. – Дэв показала на марлевую повязку, висящую на шее доктора.

– Ну, хм, да. – Врач кивнул. – Это уменьшит вероятность заражения. – Он снова кивнул, жалея, что сразу это не предложил. – Лучше было бы, чтобы вы держались от них подальше, но так как вы все равно не будете этого делать, – он заговорил быстрее, пока Дэв не успела перебить его, – маска будет лучше всего, мадам Президент. – Доктор немного успокоился, по крайней мере, теперь Президент вняла доводам разума. – Я позабочусь о том, чтобы вы немедленно ее получили.

– Позаботьтесь, – ответила Дэв, возвращаясь к своим комнатам. – Я собираюсь переодеться. – "И затем посетить трех мужественных блондинов, с которыми, несмотря на мое отсутствие, было мое сердце".

* * *

Как она и обещала, через пять минут Дэв уже сменила костюм на джинсы, кеды и хлопчатобумажную рубашку с коротким рукавом. Ее мать уговорила Фрэнка и Эшли посетить розарий, соблазняя их матчем по шашкам и мороженым. Джанет снисходительно улыбнулась дочери, зная, что та хочет побыть наедине с Лаурой, сказать ей 'привет'. Кроме того, что за радость оставаться в закрытом помещении, когда на улице такой чудесный день?

Медсестра мальчиков сидела у двери их спальни, читая журнал, когда Дэв подошла. Девушка быстро объяснила, что доктор поставил им уколы, которые сбили жар и избавили детей от зуда. Единственной причиной, по которой они сейчас спали, было то, что как только мальчики начинали чувствовать себя лучше, они тут же принимались бороться друг с другом. Они просто вымотались.

Несколько минут назад медсестру нашел раздраженный доктор и передал ей маску для Президента. Медсестра вручила Дэв бирюзового цвета маску и хихикнула, когда Президент закатила глаза, но все же покорно ее надела.

Дэвлин поблагодарила медсестру и тихо вошла в комнату мальчиков. Они лежали вместе на кровати Аарона в одном белье. Одеяло было скинуто, подушки валялись на полу и оба мальчика пускали слюни. Боже, Дэв пожалела, что Лауры нет сейчас здесь с ее камерой. Дэв подошла и присела на край постели. Эшли была права, они определенно уродцы. Но это ее уродцы. Огромная разница. Она мягко погладила светловолосые головы и хорошенько закутала мальчиков в одеяло.

– Хорошего отдыха, парни. Увидимся за ужином.

Дэв сказала медсестре, чтобы когда мальчики проснутся, та передала им, что их мать дома. Затем она пошла к комнате Лауры. "Я должна была захватить цветы. Или конфеты. Ей нравится шоколад. Проклятье! Почему я не захватила шоколад? Я намного более очаровательна вместе с шоколадом". Дэв мялась перед дверью Лауры. Агент Секретной службы, проходящий мимо, странно посмотрел на нее, но ничего не сказал.

Дэв нахмурилась и послала ему такой же взгляд.

– Что не так? – Тут она поняла, что, наверное, в этой маске выглядит немного странно. – Ох, ну, – пробормотала она и слегка постучала в дверь.

За этим стуком последовал громкий удар чем-то по двери изнутри и вопль Лауры:

– Я велела вам уходить! И даже не думайте о том, чтобы подойти ко мне с тем гарпуном, который вы называете иглой! Не заставляйте меня натравливать на вас Грема и его маленьких демонов. Они опаснее, чем выглядят!

Дэв закатила глаза.

– О, Боже. – "Держу пари, она устроила доктору ад. Хех. Хорошая девочка". – Лау… – Дэв сделала паузу, чтобы снять маску и положить ее в карман. – Лаура, это я.

– Дэв?

– Точно. Я могу войти? – Дэвлин уже начала поворачивать ручку двери, когда голос Лауры остановил ее.

– Нет.

Темные брови поехали вверх.

– Что значит 'нет'? – Нетерпеливо спросила Дэв. – Я хочу видеть тебя!

– Нет. Уходи! – Голос Лауры немного смягчился. – Я не в том виде, чтобы смотреть на меня, дорогая. И ты могла бы сама об этом догадаться.

Дэв сузила глаза и смотрела на дверь, жалея, что у нее нет рентгеновского зрения.

– Проклятье, мне все равно, на что ты сейчас похожа, я хочу войти! – Она прислонилась лбом к двери. – Не заставляй меня вызывать авиацию.

Лаура хихикнула, но быстро успокоилась. Что, если это уловка?

– И рядом с тобой нет иголок, не так ли?

Дэв закатила глаза.

– Ну и дела, я знала, что что-то забыла. С тех пор, как я справилась с этой привычкой, я чувствую себя гораздо лучше.

– Очень смешно. Ладно.

"Слава Богу", подумала Дэв, поворачивая ручку двери.

– Ты можешь быть здесь только пока не засмеешься.

Дэв остановилась и прикусила губу. "Я не засмеюсь. Я не засмеюсь". Президент открыла дверь, бросила один взгляд на Лауру и тут же вспыхнула смехом.

– О, Боже, прости.

Волосы Лауры торчали во все стороны. На ней были безразмерные шорты и футболка, в которых она походила на маленькую девочку. Кожа была бледной, и чуть ли не каждый ее квадратный сантиметр покрывали ярко-красные точки. Одна рука Лауры блуждала по телу, яростно расчесывая кожу. И у нее была наиболее трогательное выражение лица, которое Дэв когда-либо видела. То есть, оно было трогательным, когда Дэв вошла. С тех пор, как она рассмеялась, Лаура смотрела яростно.

– Убей ее, Грем! – Закричала она. – Фас! Съешь ее!

Гремлин сидел на полу, возле постели Лауры. К его чести, он посмотрел на Президента в ответ на команду хозяйки. Но все, что он смог сделать – слабое рычание, перешедшее в зевок. Отцовство сильно сказалось на нем.

Дэв некоторое время с отвращением смотрела на пса, прежде чем сочувственно улыбнуться своему больному другу.

– Извини, милая. Ты выглядишь настолько восхитительной, что я не могла не засмеяться. – Взгляд Лауры сказал ей, что та не купилась на лесть. Дэв сели на край кровати, достаточно близко к блондинке, но не касаясь ее. – Я скучала по тебе. Я люблю тебя, – мягко сказала она.

Взгляд Лауры немного смягчился, она вздохнула.

– Я тоже люблю тебя. – Она печально покачала головой. – Ты говоришь это, чтобы я не сердилась на тебя, не так ли?

Довольная улыбка появилась на губах Дэв.

– В основном. – Она уже почти дотронулась до волос Лауры, когда блондинка отдернула голову.

– Дэвлин! Ты не можешь касаться меня!

– Хочешь поспорить?

Лаура сердито вздохнула.

– Я не хочу, чтобы ты заболела.

Дэв дернула плечом.

– Я не могу не касаться тебя. Больше не могу.

Сердце Лауры растаяло при этих словах. Она посмотрела в честные глаза и почувствовала себя еще более влюбленной в эту потрясающую женщину.

– Я так рада, что ты дома, – прошептала она.

– Я тоже.

Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Лаура заметила что-то странное в глазах Дэв. Она знала, что Президент расстроена из-за тех людей, которые были убиты при задержании группы милиции Братья Свободы. Дэвид сказал ей, что особенно трудно для Дэв было узнать, что погибли и дети, Лаура не удивилась этому. Ужасная потеря. За эти месяцы она успела узнать и полюбить детей Марлоу.

Пресса мусолила тему гибели людей все время тура Дэв по пострадавшим городам с огромным рвением. Они винили Дэв, Министра Юстиции и Генерального Прокурора и всю нацию, которая выбрала их. Президент, казалось, не обращает на это внимания, терпеливо отвечая на все вопросы относительно деталей захвата и каждого принятого ею решения. Но Лаура даже по телевизору видела напряжение в обычно открытом лице Дэв, и слышала осмотрительность в ее обычно беспечном голосе. Особенно, когда репортеры упоминали Лизу и Брайена Линдси.

– Ты в порядке? – Хором спросили обе женщины. На их лицах появились улыбки.

– Я в норме, Лаура. Поездка не была веселой. Но это нужно было сделать. Я просто рада, что все закончилось.

Лаура так хотела обнять друга, что чувствовала боль от невозможности этого сделать. Тогда ей в голову пришла идея. Лаура согнала Гремлина с одеяла, упавшего с кровати. Развернув одеяло, она несколько раз встряхнула его.

– Что? Тьфу! Тьфу! – Лаура набросила одеяло на Дэв, не давая ей возможности говорить. Марлоу почувствовала, как блондинка обняла ее. Дэв закрыла глаза, с удовольствием возвращая объятье. – Проклятье, мне это было нужно.

– Я думала о том же.

Дэв нахмурилась, почувствовав тепло, исходящее от Лауры.

– У тебя температура, – категорично заявила она.

– Небольшая. – Лаура переместилась в руках Дэв так, чтобы пальцы той задевали ее спину. "О-о-о. Иисус, как хорошо!" Она снова подвинулась, прижимаясь плечом к Дэв и двигая им.

Марлоу выглядела немного встревоженной.

– Хм, Лаура?

Лаура откинула голову назад.

– О-о-о, да.

Президент резко вдохнула, услышав низкий стон Лауры. Когда движения блондинки стали более интенсивными, до нее дошло.

– О, нет, ты не можешь! Я – не столб для чесания. – Дэв отодвинула Лауру.

– Пожааааалуйста, – попросила биограф. – У меня все чешется!

– Нет. – Дэв покачала головой. Затем сняла с себя одеяло. – Я не могу.

– Да, Дэвлин. – Серьезно сказала Лаура. Она неотрывно смотрела на Президента. – Можешь. Ради Бога, почеши мне спину. Мне это НУЖНО.

Дэв пробовала не думать о том, какой сексуальной и симпатичной выглядела Лаура, когда просила. Она любила ее; она могла не обращать внимания на красные точки.

– Я не стану. – "И я просто умру раньше, чем дотронусь до ее прекрасной кожи. Ну, обычно прекрасной".

– Пооожааалуйстааа, – трогательно проскулила Лаура. С громким стоном она упала на спину и принялась извиваться на кровати как рыба, выброшенная на берег, пытаясь добраться до места между лопатками.

– Нет. – Дэв встала. – Если тебе сделают укол, такой же как и мальчикам, ты почувствуешь себя лучше. – Объяснила она.

– Укол? Втыкание иглы в мою плоть и введение посторонней жидкости в организм? – Лаура скривилась. – Ты спятила?

– Возможно. Но вопрос не в этом. – Пожалуй, безопасно было находиться около Лауры, но не на одной кровати с ней. Дэв встала на колени около кровати. – Я просто хочу, чтобы ты почувствовала себя лучше, милая.

– Я тоже хочу этого, Дэвлин. Но ты знаешь, как я отношусь к иглам.

Дэв нежно улыбнулась.

– Я знаю, но эта будет маленькой.

Лаура была настроена скептически.

– Насколько маленькой?

– Крошечной. Едва заметной.

– И это остановит зуд?

– Или мы вернем ваши деньги.

Лаура покачала головой, рассматривая все возможности. Еще три дня зуда, пока она не сойдет с ума. Или укол. Действительно сложный выбор.

– Знаешь, – хитро добавила Дэв, – как только ты почувствуешь себя лучше, я смогу унять желание ДРУГОГОnote 1 рода.

Мертвая тишина.

– Позови доктора.

12 сентября

– Так что? – Дэв опустилась на скамейку в саду скульптур Белого Дома. День был солнечным и свежим. Нежный бриз принес с лужайки запах мокрой травы. Дэв привычно подняла руку, приглашая Лауру устраиваться рядом. Движение все еще причиняло ей боль, но Президент считала, что близость Лауры стоит небольшого дискомфорта. – Как ты себя чувствуешь? – Ее глаза остановились на металлической мельнице, 'крылья' которой вращались от ветра. – Ты выглядишь прекрасно, Лаура. Я бы и не догадалась, что ты больна.

Лаура, не обращая внимания на то, что они были вне комнаты и их могли увидеть, опустилась рядом с высокой женщиной и положила голову на колени Дэв, растянувшись на скамейке.

– Я чувствую себя намнооооого лучше. И доктор утром сказал, что я поправляюсь. Нет больше лихорадки, нет больше зуда. Я рада, что согласилась на укол, – застенчиво признала она, – это сделало последние пять дней терпимыми.

Дэв провела пальцами по волосам Лауры.

– Я рада, что ты чувствуешь себя лучше. – Она нахмурилась. – Я обнаружила, что ненавижу, когда ты болеешь, и я ничего не могу с этим поделать.

– Ничего не можешь поделать с этим? – Лаура фыркнула, наслаждаясь теплым солнцем и заинтересованным взглядом Дэв. – Да, точно. Наверное, для каждого вызывают лучших докторов на дом из-за ветрянки.

– Ну, я… – Дэв покраснела и посмотрела вдаль. – Я лишь хотела, чтобы ты была в порядке.

– Ты прелесть. – Писательница сжала в ладони свободную руку Дэв. – Ну… Теперь, когда я чувствую себя лучше, мы можем поговорить о более трудных вещах. Как ты, на самом деле, чувствуешь себя, Дэвлин?

Дэв некоторое время молчала, потом слегка подала плечами.

– Я в порядке.

Лаура подняла бровь.

– Не надо, Дэвлин, – тихо сказала она, – за эти месяцы я успела неплохо тебя узнать.

Президент серьезно посмотрела на Лауру. И встретила столь же серьезный взгляд.

– Успела, да?

– Да. – Небольшая улыбка появилась на губах блондинки. Она начала растягивать слова. – Скажи мне. Как ты?

Дэв вздохнула так глубоко, что это было похоже на стон.

– А что, как предполагается, я должна чувствовать? – Резко выплюнула она. – Я убила невинных женщин и детей. Мне больно, черт возьми.

Лаура тщательно подбирала слова.

– Ты никого не убивала.

– Убивала! – Настаивала Дэв. – Я дала задание ФБР. Я подписала приказ. – Она с трудом сглотнула. – Я знала, что они были там. Я знала, что эти ублюдки взяли с собой женщин и детей. И, помоги мне Бог, я сделала это, так или иначе. Двое детей умерли тем утром. Маленький мальчик, Брайена, был пойман на прицел и застрелен. Маленькая девочка, Лиза, задохнулась в дыму, когда загорелось западное крыло здания.

Подбородок Дэв начал дрожать и сердце Лауры пропустило удар. Блондинка села и внимательно посмотрела на Президента, чьи глаза были полны слезами. Писательница взяла лицо Дэв в ладони и мягко поцеловала ее в губы, подождав секунду, прежде чем медленно отодвинуться.

Дэв снова сглотнула, почти разбитая нежностью Лауры.

– Они обнаружили, что девочка пряталась под кроватью со своими куклами и рюкзаком. – Дэв коротко рассмеялась, без следа юмора в голосе. – Очевидно, она скрывалась от большого плохого правительственного вторжения.

– Иисус. – Лаура закрыла глаза и сжала руку Дэв. Точные причины смерти членов милиции и их семейств в Прессу еще не попали, расследование продолжалось.

– Им было почти столько же лет, как… – Дэв остановилась, почувствовав спазм в животе.

– Это не твоя ошибка, дорогая. – Прошептала Лаура. – Прекрати обвинять себя. Ты не ешь. – Ее пальцы коснулись темных кругов под глазами Дэв, которые не пропадали все эти несколько недель. – Не спишь.

– Но…

– Нет! – Лаура понизила голос. – Нет. Их нужно было остановить. Мы знаем это. Ты сделала то, что должна была сделать. Это не делает тебя ответственной за детские смерти. Виноваты только их родители. Не ты.

Дэв несчастно кивнула.

– Дэвид говорит то же самое. Но, проклятье, я все равно чувствую себя ответственной за все это. И буду чувствовать. Это часть работы. – Она устало выдохнула. – В глубине души я знаю, что ежедневно случаются ужасные вещи, с которыми я ничего не могу поделать, несмотря на все свое желание. Но это… Как мне жить с этим? – Ее глаза умоляли Лауру ответить, но биограф молчала, позволяя Дэв закончить. – Я виновата в смерти каждого из них. С обоих сторон. Но имена этих двух детей в моем сердце, понимание, что если бы я не сказала 'войдите туда', они были бы живы… – Дэв посмотрела вдаль. – Это трудно.

– Я знаю, – спокойно пробормотала Лаура, мягко проведя ладонью по лицу Дэв. Она погладила скулу большим пальцем и слегка наклонила голову в сторону, отчего прядь светлых волос упала на плечо. – Мне так жаль, что это ранит тебя. Но ты – заботливая женщина, Дэвлин. Я и не ожидала меньшего от тебя. – Лаура мягко улыбнулась. – И ты сделала лучший выбор при сложных обстоятельствах. Ты сама говорила мне об этом. Теперь поздно отступать. Ты все сделала правильно. – Она раскинула руки. – Похоже, что ты можешь использовать объятье.

Дэв улыбнулась, обнимая Лауру.

– С тобой? Всегда. Никаких сомнений. – Дэв почувствовала, как напряжение прошлых недель тает под успокаивающей близостью Лауры. Она закрыла глаза и разрешила себе расслабиться. – Ты просто удивительная. – Пробормотала она, глубже погружаясь в объятие. "Успокоила мою душу". – Я люблю тебя.

Лаура прижалась щекой к щеке Дэвлин, чувствуя ее мягкость и тепло. Она сильно сжала высокую женщину, молясь, чтобы та почувствовала хотя бы часть той любви и заботы, что ощущала блондинка.

– В любое время, Дэвлин. Я тоже люблю тебя.

Дэв отдыхала, слушала пение птиц и чувствуя огромное количество утешения и мира. Она медленно дышала, пытаясь позволить заботам и вине уйти. Конечно, на это потребуется больше времени. Но оно у Дэв было. И она была не одна.

Когда Дэв, наконец, отодвинулась, она была уже готова к тому, чтобы сменить тему.

– А теперь я хочу, чтобы ты кое-что рассказала мне. – Она игриво подняла бровь, указывая, что серьезная часть беседы закончена.

– Что бы это ни было, я тут не при чем. – Лаура очаровательно усмехнулась, довольная тем, что помогла Дэв с грузом ее забот.

Президент хихикнула.

– О, я уверена, что ты тут не при чем. Ты полностью невиновна, верно?

– О, да. – Покорно ответила Лаура, накручивая прядь волос на палец.

Дэв кивнула.

– Я вижу. Так, скажи мне, милая, что за видео ты смотришь, пока я далеко? – "Ладно, в значительной степени я знаю, что это было. Но это все еще забавно – наблюдать, как ты смущаешься". Синие глаза мерцали. – И что еще важнее, какие именно книги тебе послала моя мама?

Лицо Лауры немедленно стало ярко-красным. Это был последний вопрос, который она ожидала услышать. Мгновение она искала подходящий ответ.

– С чего ты взяла? – Пропищала она. "О, да, я просто гений в выборе подходящих слов". Она мысленно закатила глаза.

– Поскольку перед тем, как мои родители уехали, мамочка сказала, что она послала тебе книгу, которая поможет тебе идентифицировать все части, несмотря на хорошее начало. – Дэв усмехнулась и ткнула кулаком в плечо блондинки. – Она послала тебе книгу о содержании и уходе за твоей собственной лесбиянкой или что?

Лаура вспыхнула смехом, чувствуя небольшое головокружение.

– Хм… что-то вроде того. – Она изогнула бровь. – С картинками.

Усмешка Дэв стала шире. Она пропустила это с Лаурой, и теперь нуждалась в этом так же, как и в разговоре. Ей нравилось дразнить своего друга. Дэв слегка ткнула Лауру локтем.

– Какие картинки?

– Ты хотела бы знать? – "И теперь, когда я чувствую себя лучше, думаю, самое время показать их тебе".

17 сентября

Это был еще один волшебный вечер для Лауры. Даже в своих самых диких мечтах она и представить не могла, что может чувствовать себя так замечательно и эмоционально, и физически. Отчасти волшебство ситуации создавалось обстановкой: Белый Дом, чьи стены полны тайн и чьи комнаты столь же интересны и уникальны, как и красивы. Даже после девяти месяцев проживания здесь, Лаура все еще была очарована. Ну и, конечно, ее компаньон на ужин. Не самый убогий человек. Но главным фактором была непосредственно Дэв – не ее влияние или положение, а женщина, которую Лаура обожала.

– Не могу поверить, что я только что ужинала с королем Англии. – Она рассмеялась. Женщины прогуливались по саду, держась за руки.

Президент отодвинулась, имитируя раздражение.

– Есть ли в моей жизни хоть одна женщина, на которую ПРОИЗВОДИТ ВПЕЧАТЛЕНИЕ то, что я – Президент Соединенных Штатов?

– Да, – Лаура закатила глаза и рассмеялась. "Только ты могла сказать такое, дорогая". – Я была ужасно увлечена тобой, лишь только увидела. – Она сделала паузу и снова начала смеяться. – Нет, не совсем так. Когда я впервые увидела тебя ЛИЧНО, я просто чуть не умерла на месте. Но до этого я видела тебя по телевидению миллион раз.

– Миллион?

Лаура кивнула.

– По крайней мере.

– Ничего себе. PR не дремлет. – Они пошли дальше и вскоре вышли из тени хвойных деревьев под свет полной луны.

– Я не была ДЕЙСТВИТЕЛЬНО увлечена тобой, пока не увидела тебя вне телевизора. Но как только это произошло… ничего себе! – Лаура игриво улыбнулась. – Или, может быть, дело в том, что я была не в себе в то время.

Дэв чуть не споткнулась.

– Прости?

Лаура посмотрела на ее лицо и рассмеялась.

– Не то, о чем ты подумала.

Дэв фыркнула. Пнула камень с дорожки.

– Так, почему ты не голосовала за меня? Потому что я слишком часто мелькала на телевидении?

Лаура замерла на месте при этих словах.

– Откуда ты знаешь, что я за тебя не голосовала? – Она автоматически уперла руки в бока и со значением посмотрела на Дэв.

Дэвлин почесала щеку и виновато улыбнулась.

– О, это. – Она внутренне вздрогнула. "Будь проклят длинный мой язык".

– Да, это, – потребовала Лаура.

– Ну, м-м-м… Майкл Оакс был немного излишне фанатичен при проверке. – В глазах Дэв было сожаление и затруднение. – Это частная информация. Готова поклясться. Но все же об этом можно узнать, если спрашивать правильных людей. Прости.

– Ублюдок.

– Ты злишься на меня? – Дэв сконцентрировалась на этом.

– Да.

– Действительно злишься? – Дэв наклонила голову, глядя в глаза Лауры, которые выглядели почти прозрачными в лунном свете.

Лаура опустила руки.

– Должна бы. – Она поправила очки и вздохнула. – Но – нет, полагаю.

Дэв улыбнулась.

– Спасибо. – Но улыбка быстро пропала. – Почему ты не голосовала за меня?!

– О, Боже, – Лаура закатила глаза. Женщины продолжили прогулку.

– Что? – Дэв расстроено взмахнула рукой в воздухе. – Я хочу знать.

Лаура засмеялась.

– Я знаю, что хочешь.

Дэв показно зарычала.

– Почему ты мучаешь меня?!

– Потому что это – весело.

– Ну, в этом нет ничего необычного.

Дэв обняла Лауру за талию и они медленно пошли дальше.

"Так вот, что значит быть влюбленной", – думала Лаура со смесью страха и благодарности. "Боже, какой глупой я была раньше. Если бы я только знала…". Теперь она поняла, что Дэв имела в виду. Значит, это действительно… Это было правдой. Она покосилась на волосы Дэв, купающиеся в лунном свете. И в ту же минуту Лаура поняла, что еще никогда в жизни она не чувствовала себя так правильно.

Она по-своему любила Джудда, но в их отношениях всегда чего-то не хватало. Отсутствовала та особая связь. Лаура никогда не чувствовала, будто часть ее отсутствовала, когда его не было рядом. Даже в лучшие времена, она не хотела, чтобы он прикоснулся к ней или улыбнулся. Она никогда не страдала, когда он был далеко. Это все настолько отличалась от того, что она чувствовала к Дэв. Если, по какой-то причине, они не могли поговорить, как делали это почти каждый вечер, когда Дэв разбиралась с делами за день, то Лаура с открытыми глазами лежала в своей постели и ждала, чтобы услышать звук шагов Президента и скрип двери в ее комнаты.

Независимо от того, что она делала или говорила, ее глаза или мысли всегда были сосредоточены на Дэвлин. И когда их разделяло расстояние, Лаура чувствовала себя действительно одинокой.

Они шли молча. Но это была уютная тишина.

Дэв остановилась и повернулась, чтобы заключить блондинку в объятие.

– Я так люблю тебя, Лаура. Ты понятия не имеешь…

– Нет. – Лаура решительно покачала головой. – Ты не права. Я понимаю. Впервые в жизни я, в самом деле, понимаю. Более того, я, наконец, поняла, о чем ты говорила в твоей комнате той ночью. Относительно того, что должно быть. – Она подняла руку, чтобы погладить Дэв по щеке, глядя в ее сияющие в лунном свете глаза.

– Я думаю, мы обе понимаем это. – Дэв медленно наклонилась и мягко поцеловала писательницу. Их губы разделились только, когда обеим стало не хватать воздуха. Дэвлин прошептала. – Это стоит того, не так ли? – "Поверь в это как я, Лаура. Всем своим сердцем".

– О, да, – вздохнула Лаура, чувствуя потерю из-за того, что Дэв отступила подальше, чтобы заглянуть ей в глаза, наблюдая за реакцией.

Внезапно что-то сдвинулось в сознании Лауры. Она вспомнила о свежесрезанных розах, которые приносили к ней в комнату каждое утро, начиная с первого ее дня в Белом Доме. Она улыбнулась, крайне заинтригованная.

– Ты ухаживала со мной с самого начала, Дэвлин Марлоу?

Дэв почувствовала, как ее щеки покраснели. Но румянец остался незамеченным в лунном свете. Пока Лаура не заметила этого, Дэв поспешила наклониться к ней и прошептать на ухо:

– В это суть ухаживания, Лаура. Ты влюбляешься настолько медленно, что сама этого не замечаешь. – Она прикоснулась губами к уху Лауры и почувствовала, как та вздрогнула от контакта. – Ты понимаешь, что в этот момент за нами, вероятно, наблюдают стрелки с крыши? – Немного поддразнила Дэв. – Разве то маленькое сексуальное видео не сообщило тебе, что это возбуждает большинство мужчин?

Лаура застонала.

– Видео целиком игнорировало тех людей, которые носят штаны. И ты всю жизнь собираешься напоминать мне об этом, не так ли?

– Это не тебе пришлось объяснять Руководителю штата, почему из спальни раздавались такие эротические звуки, когда я звонила тебе. Он решил, что мы занимались сексом по телефону, ради Бога!

Ветер швырнул Лауре в лицо прядь волос, и она подняла руку, чтобы убрать ее за ухо.

– Прости. Это было неожиданностью и для меня тоже. Шутка от Вэйна, полагаю. Или не шутка. Я точно не уверенна. – Она прислонилась к Дэв, когда они снова направились к Белому Дому. Порыв ветра заставил ее задрожать и поближе прижаться к теплому телу своей спутницы.

– Замерзла, милая?

– М-м-м… Немного.

– Как насчет камина и двух чашек какао с нашими именами на них.

– Зефир?

Дэв поцеловала макушку Лауры.

– Сколько угодно.

* * *

Лаура вытянула ноги поближе к огню и пошевелила пальцами, она усмехнулась из-за чашки с какао, глядя, как Дэв натягивает шлепанцы.

– Глупость, – пробормотала она. Дэв в ответ только показала язык. – Это – просто рай. Сними тапки и позволь огню сделать свою работу.

– Хех, – Дэв взяла свою чашку и присоединилась к Лауре на полу. – Ненавижу быть без обувки. Еще с детства.

– И тому есть причина? – Лаура отклонилась назад, глядя на горящие в камине дрова.

Дэв на мгновение задумалась, глотнула какао.

– Пожалуй, нет. Но, возможно, был какой-то инцидент в детстве.

– Возможно, подсознательно ты боишься, что тебе придется бежать голой через лес, – усмехнулась Лаура.

Любое другое оправдание, которое смогла бы придумать Дэв, выглядело бы гораздо лучше.

– Допускаю, что это был не лучший мой день. Царапины в нежных местах зудели еще несколько недель.

Лаура фыркнула, зажав рот, чтобы не потерять какао.

– Без комментариев. – "О-о-о, постой-ка. Разве не ты говорила о том, чтобы унять некое специфическое желание, когда я выздоровею? Боже, я жажду этого".

Дэв протянула руку, чтобы заправить непослушный локон Лауры за ухо.

– Это – моя реплика.

Лаура выглядела смущенной.

– Боже, у меня начинается зуд?

– Хм?

Лаура покачала головой, внезапно начиная понимать, о чем говорила Дэв.

– Не бери в голову.

– Ты в порядке? – С сомнением спросила Дэв. – Ты выглядишь немного растерянной.

Когда Лаура застенчиво кивнула, что было нехарактерно для нее, и улыбнулась Дэв, та немедленно так же улыбнулась в ответ. Она была рада знать, что она не единственная, испытывает волнение из-за самых простых взглядов, касаний или фраз. Дэв протянула руку и коснулась светлых шелковистых волос. Прикосновение было мягким и очень личным, призванным привлечь внимание писательницы.

Что оно и сделало.

Лаура, сама не зная почему, затаила дыхание.

Дэв, не в силах оторвать взгляд от прекрасных глаз, поставила свою чашку и ловко освободила Лауру от ее чашки. Другой рукой Президент провела по щеке блондинки и мягко притянула ее к себе. Она не останавливалась, пока их лица почти не соприкоснулись.

– Думаю, тебе надо знать, мадам Президент, что если ты немедленно не поцелуешь меня, я умру. – Голос Лауры был на октаву ниже нормального, и от этого дрожь прошла по телу Дэв.

– Я тоже, – выдохнула Марлоу.

Их губы медленно и мягко встретились, это прикосновение было взрывом эмоций, заставившим обеих женщин застонать и пославшим дрожь по их телам. С Дэвлин это никогда не было стремительным или торопливым. И Лаура не была уверенна, пела ли она хвалу или вызывала проклятья на голову Президента. Но, как бы то ни было, все это будет позже. Сейчас ее тело было занято другим. Она почувствовала приятный огонь, когда поцелуй углубился, и теплые влажные языки начали осторожное исследование и дегустацию.

Дэв стонала почти в изнеможении, когда их губы нетерпеливо касались друг друга снова и снова. В саду, в лунном свете, околдованная парой серых глаз, Дэв решила, что этим вечером она не остановится, если конечно Лаура не попросит ее. Нежное прикосновение блондинки, аромат ее волос и кожи, только усиливали решение Марлоу. Она адски нервничала, но ее тело не разделяло трепета духа, отвечая горячими вспышками на прикосновения Лауры, вкус и силу момента.

– О, Боже, – Лаура задыхалась, когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха.

Дэв застонала, ее глаза медленно открылись.

– Это было м-м-м…

– Замечательно.

– О, да, – быстро согласилась Президент. – Как всегда с тобой. – Она старалась не выглядеть столь нервничающей, какой себя чувствовала.

– Может быть… – Лаура сделала паузу, чтобы облизать губы. – Может быть, сделаем это снова? – Спокойно спросила она, посылая Дэв улыбку, которая, как она знала, была абсолютно непреодолима для высокой женщины.

Дэв нервно кивнула.

– Собственно, а почему бы нам не переместиться на более удобное место?

Блондинка посмотрела вниз, немного удивленная предложением. Ей было чертовски удобно и здесь.

– Например?

– Диван?

Посмотрев на диван, находящийся в десятке сантиметров от них, Лаура не нашли причины для возражения.

– Диван – звучит неплохо. – Она перевела дыхание и скользнула вверх, присев на край дивана. Лаура посмотрела вниз на Дэв, которая поднялась на колени.

Дэвлин положила руки на бедра Лауры и блондинка передвинула ноги так, чтобы Дэв встала на колени между ними. Это было необычно. Она разглядела в глазах своего друга хорошую дозу опасения, смешанную с желанием. Лаура смогла придумать только одну причину, по которой Дэв может чего-то опасаться сейчас, в противоположность всем другим моментам, когда они целовались перед камином… После замечательного вечера вместе, сидя так близко друг к другу, что могли чувствовать жар кожи друг друга через одежду. "О, Боже". Лаура внезапно осознала, как бьется ее сердце, и насколько чувствительной стала кожа.

Дэвлин с трудом сглотнула и взяла руки блондинки в свои.

– Ты знаешь, я так нервничаю сейчас. Я не пытаюсь… я хочу сказать, – она снова остановилась и нахмурилась, не будучи способной ясно сформулировать то, что хотела сказать. – Я просто… я…

Лаура прижала кончики пальцев к губам Дэв, чувствуя их невероятную мягкость.

– Я понимаю. – Она убрала пальцы и заменила их губами, подарив Дэв нежный, почти целомудренный поцелуй. – Не переживай, – прошептала она, чуть отодвинувшись ото рта Дэв. – Не ты одна это чувствуешь.

Синие глаза немного расширились.

– Правда? Ты не выглядишь…

– Да.

Дэв облизала губы.

– Хорошо. Просто я не хотела, чтобы ты думала, что я не волнуюсь. Потому что я ужасно волнуюсь, – признала она.

Лаура слегка пожала плечами.

– Но мы пройдем этот путь вместе, верно? – Она искала глаза Дэв, чтобы быть уверенной в том, что та согласна с данным утверждением, и была немедленно вознаграждена глупой влюбленной усмешкой, которая чуть не заставила ее растаять на месте.

Президент глубоко вдохнула, и позволили своим рукам медленно двигаться по бедрам Лауры. Ее ладони нашли путь под блузку блондинки, остановившись на горячей коже.

Лаура судорожно вздохнула и вздрогнула, когда руки Дэв коснулись ее тела.

Дэвлин почти отдернула руки, но писательница удержала их на месте. Марлоу вопросительно подняла глаза на лицо Лауры и была поймана пристальным взглядом широко открытых серых глаз, в которых читалось громкое 'да'.

Блондинка закрыла глаза, наслаждаясь чувством рук Дэв на ее голой коже. Эти руки были столь же прекрасными, как она представляла себе: теплые, мягкие, сильные.

Дэв пододвинулась ближе и припала ртом к шее Лауры, вдыхая запах разгоряченной кожи и лаская ее губами и языком. Ее руки медленно проследовали к спине блондинки и начали нежный массаж.

– О, это так приятно… – Лаура застонала и обняла Дэв, прижав ее поближе к себе. – Очень приятно. – Она наклонила голову в сторону.

Дэв немедленно отреагировала на приглашающий жест, поднявшись от шеи Лауры к мочке уха, слегка покусывая кожу при движении.

Лаура задохнулась, когда Дэвлин задела особенно чувствительное место.

Марлоу по опыту была уверенна, что это доконает ее еще до того, как вечер закончится. "Но какая разница?" Лаура была так прекрасна, и эти чувства столь сильно затронули Дэв, что она даже думать не могла о том, чтобы остановиться. Не сейчас.

– Я думаю, – прошептала Дэв, нежно посасывая мочку уха Лауры, – как насчет… постели?

– Да, – выдохнула блондинка. Лаура была уверенна, что если эта пытка сейчас не закончится, она окажется обвиняемой по делу о причинении вреда Президенту Соединенных Штатов.

Они поднялись и на слегка дрожащих ногах пошли к большой кровати. В полуметре от кровати Дэв остановилась. Она прикоснулась к подбородку Лауры и слегка приподняла ее голову, чтобы посмотреть прямо в серые глаза. Несмотря на бабочки в животе, Дэв улыбнулась и тихо уверенно произнесла:

– Если ты хочешь остановиться, только скажи.

Лаура быстро кивнула, отчаянно пытаясь вспомнить, как сформировать устный ответ. Наконец, она остановилась на:

– Хорошо. – "Как будто это может произойти!" Мысленно фыркнула она. Ничто, за исключением ЯДЕРНОЙ БОМБАРДИРОВКИ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ, не сможет остановить то, что случится в этой спальне сегодня вечером. Дыхание Лауры стало прерывистым, когда она почувствовала, как чужие руки начинают медленно поднимать подол блузки. "Да. Слишком много одежды". Идея была тут же принята и Лаура подняла руки, чтобы помочь Дэв. Ее джинсы и трусики были следующими. И когда Дэв, стягивая с нее одежду, касалась пальцами бедер, Лаура чувствовала, что сейчас упадет в обморок. Лямки лифчика были опущены по одному, и на месте каждого был оставлен поцелуй. Лаура прикрыла глаза и тихо застонала.

Дэвлин оглядела открывшийся перед нею вид и облизала внезапно пересохшие губы. Лифчик Лауры выпал из ее ослабевших пальцев.

– Великолепно, – благоговейно прошептала она. – Абсолютно великолепно. – Дэв разрешила своим пальцам прикоснуться к гладкой коже, которая мягко пылала в слабом свете камина.

Взгляд Дэв, обращенный на Лауру, заставил ее кровь устремиться к животу и стал причиной вспышки высокой температуры между ног. Она чувствовала себя объектом поклонения этих синих глаз, и не была столь озабочена своей наготой, как ей казалось это будет. Остатки беспокойство тут же исчезли, сметенные реакцией Дэв на ее тело. Лаура видела, как быстро вздымается и опадает грудь высокой женщины, и как раздуваются ее ноздри.

Дэв задержала дыхание, медленно скользнув руками по мягкой коже. Она наклонилась и поцеловала Лауру в щеку.

– Я люблю тебя.

Лаура повернула голову и захватила губы Дэв в приятном поцелуе. Она положила руки на бедра высокой женщины и рывком прижалась к ней всем телом. Когда их губы разъединились, Лаура немного отодвинулась и улыбнулась.

– Я тоже люблю тебя, Дэвлин. Очень, – мягко сказала она. – Всем сердцем. – Ее пристальный взгляд опустился к полным губам, по которым она уже успела соскучиться.

Лаура запустила пальцы в темные волосы, предлагая себя этим страстным откровенным поцелуем. Она была вознаграждена глубоким стоном и прерывистым дыханием.

Горячий ответ тела партнерши сейчас почти притупился ожиданием и страстью. Руки Дэв двигались вверх-вниз по спине, ногти кололи кожу. Дрожь страсти пронзила тело Лауры, когда желание стало настолько сильным, что ноги отказались ее держать.

Руки писательницы нашли путь под блузку Дэв, лаская шелковистую кожу. Марлоу отстранилась, когда Лаура потянула материю с ее плеч. Дэв почувствовала, как блузка соскользнула на пол, а волосы разметались по плечам.

Пристальный взгляд Лауры прожег тропинку от лица Дэв до ее обнаженной груди. Блондинка широко усмехнулась, оценивая открывшийся вид.

– Определенно сосок. – Хихикнула Лаура, когда Дэв опустила руки.

Темная бровь поднялась.

– Мамочка была права. Ты признаешь важные части тела.

– Хм, Дэв? – Спросила Лаура, не отрывая глаз от груди Дэв. Блондинка облизнула губы и сглотнула.

– Да, милая?

– Мы ведь собираемся заниматься любовью, верно?

– Боже, надеюсь, что так, – выдохнула Дэв. – Я совсем не хочу идти окунаться в Potomac.

прим. переводчика. Potomac – река, на которой стоит Вашингтон ОК

– Тогда давай на время забудем о твоей матери.

– Договорились, – рассмеялась Дэв. Она тут же замолчала, когда пальцы Лауры занялись пуговицами на ее джинсах.

Блондинка немедленно опустилась на колени и начала стягивать с Дэв джинсы и трусики. Пальцы высокой брюнетки двинулись вниз по ее бедрам, когда Лаура использовала губы, чтобы нежно воздать должное каждому дюйму только что открытой кожи. Она сняла с Дэв тапки, затем настал черед джинсов и трусиков. К тому времени, как Лаура достигла бедер брюнетки, обе женщины заметно дрожали. Писательница последний раз поцеловала бархатную кожу перед тем, как встать на ноги.

Дэв чувствовала, будто огонь пробежал по ее венам, а сердце так и норовило выскочить из груди. Она обняла Лауру и начала медленно наклоняться спиной к кровати. Обе женщины громко застонали при первом прикосновении кожи к коже, когда их тела, наконец, встретились. Дэв молилась о том, чтобы ничто не прервало их. Она была уверена, что если они будут вынуждены остановиться сейчас, то она просто умрет.

– О, Боже… – простонала Дэв, когда Лаура легла на нее, прижавшись мягкой грудью к груди. Их ноги сплелись, разжигая огонь в ее душе.

Для Дэв это было выражением абсолютной любви и преданности женщине, которая лежала в ее руках в ее постели. Касаться ее так, как сейчас, добавить физическую составляющую к их глубокой любви, это заставило ее дух взмыть ввысь, а тело – гореть в огне.

Дэв смаковала неуверенные прикосновения Лауры, которые становились все более смелыми. Это было то место, где она хотела быть. Всегда. Для Дэв было нелегко отдать свое сердце, но когда она делала это, ничто не могло ее остановить. Все, что у нее было, и все, чем была она, было брошено на штурм Лауры. "Я хочу, чтобы мы всегда были вместе". На секунду эта мысль удивила ее, но потом она почувствовала дыхание Лауры на шее и горячие следы нежных поцелуев, обжигающих кожу.

– Лаура…

Блондинка улыбнулась, услышав, КАК Дэв произнесла ее имя. Она никогда не слышала, такой страсти и настойчивости в голосе прежде. Тело Лауры с энтузиазмом ответила на призыв. "Боже, это никогда не было таким раньше. Таким прекрасным. Таким правильным", ее душа трепетала. Потрясающая комбинация мягкой кожи, движений мышц и женственных линий под нею. Лаура допустила, что она должна была дать волю любопытству годы назад. Но, когда Дэв прошептала ее имя, и уверенные руки двинулись вниз по ее спине, притянув женщин еще ближе друг к другу, она знала, что это – больше чем просто реакция на женщину. Это реакция на Дэв. Вот и вся разница. Не было даже малейшей возможности, что Кейси вызовет подобные чувства. Это была личность. И Лаура была безнадежно влюблена в эту личность.

Вспомнив, что она была единственной, кто делал это раньше, Дэв перевернулась и начала прокладывать дорожку поцелуев вниз по телу Лауры, стоны которой убеждали ее продолжать. Каждый мускул блондинки дрожал от удовольствия. Она услышала свой стон, когда чувствительный сосок был окутан горячим влажным ртом. Ее руки запутались в волосах Дэв, Лаура задыхалась, сильнее притягивая голову брюнетки к груди, отчаянно желая стать еще ближе к ней.

– Боже, да… – Простонала писательница.

Тело Дэв пульсировало в такт движениям ее губ и языка. Она знала, что не пройдет много времени, прежде чем она просто взорвется от удовольствия, которое она чувствовала, даря и получая наслаждение.

Они достигли пика вместе как пара, и еще раз как индивидуумы. Когда тела обоих, наконец, расслабились, комната была заполнена тихими стонами и прерывистым дыханием. Они лежали в обнимку на влажных смятых простынях.

Лаура прижималась к Дэв и тихо мурлыкала от счастья. Она поцеловала шею Президента, чувствуя, как расширились ребра ее возлюбленной, когда она глубоко вдохнула. Дэв поцеловала писательницу в лоб.

– Я люблю тебя и забочусь о тебе, Могучая Мышь.

Лаура рассмеялась и дружески ткнула Дэв в ребра, вызвав приглушенный крик.

– Я тоже люблю тебя. И сегодня ты придала новое значение словам Wonder Woman.

Теперь была очередь Дэв рассмеяться.

– А я уж боялась, что потеряла свои приемы.

– О, нет, дорогая, твои приемы прекрасны. – Лаура закрыла глаза, чувствуя, как сон обволакивает ее. – Верь мне, это прооооосто прекрасно.

18 сентября

Дэв по привычке проснулась в 4:30 утра, но на сей раз, теплое тело, свернувшееся рядом с ней, давало веский довод в пользу того, чтобы не вставать с постели. Она повернулась на бок и обняла Лауру за талию, притянув поближе к себе. Блондинка, не просыпаясь, положила руку поверх руки Марлоу. Дэв счастливо вздохнула. "Да. Я останусь здесь. Больше никаких движений. Кроме того, сегодня – суббота, и Лаура просто убьет меня, если я встану в такую рань".

Еще несколько секунд Дэв пыталась устоять перед искушением. Потом она улыбнулась и сдвинула волосы Лауры, чтобы поцеловать ее шею. Ответом стало рычание, которое, она была уверена, не принадлежало Грему.

– Доброе утро, милая.

– Спать. – Лаура сжала руку Дэв. – Темно. Ночь. Спать.

Дэв хихикнула.

– Ты такая милая, когда говоришь односложно.

– В слове темно два слога, ты проклятая янки. Спи, давай, – пробормотала Лауры. Она перевернулась и уютно расположилась в кольце теплых рук.

– Да, мэм. Как скажешь. – Дэв поцеловала Лауру в лоб.

– Но, когда все же оторвешь задницу от кровати, – Лаура подняла голову, чтобы поцеловать ключицу Дэв, – я хочу получить два яйца-пашот, тост, кофе со сливками и двумя кусочками сахара и стакан молока.

Брови Дэв подскочили.

– Да что ты говоришь? Ты что думаешь, это – такая странная гостиница или как? – Президент не могла стереть глупую усмешку с лица. Черт, она не могла найти силы воли даже для того, чтобы попробовать. Дэв много раз задавалась вопросом, каким будет 'утро после' с Лаурой, и она была восхищена тем, что это было даже интереснее, чем она ожидала.

Лаура застонала, раздраженная тем, что она чувствовала себя более проснувшейся, чем хотела.

– Ну, прошлым вечером ты пыталась впечатлить меня. Приглашение, покупка rootbeer. – Она вздохнула и царапнула ногтем сосок, который был слишком близко, чтобы его игнорировать. Дэв слегка подскочила и взвизгнула, заставив Лауру рассмеяться. Немедленно раскаявшись, блондинка накрыла место нападения ладонью. – Просто я хотела бы получить еще и завтрак.

– То есть ты хочешь, чтобы я приготовила его для тебя? – Дэв схватила руку Лауры и поднесла ее к губам, чтобы поцеловать.

– О, это было бы замечательно. – Мягко произнесла Лауры, спрятав лицо между плечом Дэв и подушкой.

– Ладно, тогда я пойду. – Дэв вырвалась на свободу из объятия смеющейся блондинки.

– Куда ты собралась?

Дэв пересекла комнату, будучи обнаженной, как в момент рождения.

Лауры притянула подушку Дэвлин к лицу и вдыхала ее запах, пока Президент натягивала одежду.

– Собираюсь на кухню, сделать тебе завтрак.

– Ты? Нет! – Лаура вскочила так быстро, что еще несколько мгновений у нее перед глазами плясали звездочки.

– Да, я, – Дэв засунула ноги в шлепанцы.

– Президент Соединенных Штатов не может пойти на кухню, готовить мне завтрак.

Дэв наклонилась и поцеловала ее в нос.

– Ты права, Президент – не может, но Дэв Марлоу – сделает это.

– Ты даже знаешь, где здесь кухня? – Лаура подошла к Дэв и ухватилась за пояс ее халата.

– Нет, но я уверена, что кто-нибудь здесь направит меня, – Дэвлин положила руки на плечи Лауры и мягко пододвинула ее к кровати. – Просто оставайся здесь. Я пойду, займусь завтраком.

– Боже, я люблю тебя, – Лаура опустилась на одеяло и покосилась в сторону Дэвлин.

– Ты не такая уж и безнравственная, – подмигнула Президент.

– Когда ты оставишь попытки найти кухню, я пошлю Гремлина, чтобы найти тебя. – Лаура слышала, как Дэв пробормотала несколько уничижительных комментариев относительно ее собаки, пересекая комнату. – Но не в течение пары часов, – мягко добавила блондинка, и ее глаза закрылись.

Глава X

Октябрь 2021

4 октября

– Идите сюда, вы, маленькие… – Дэв стояла на коленях возле кровати, пытаясь вытащить из-под нее еще нескольких щенков. – Ваше время здесь вышло, вы, маленькие бестии. Теперь вы будете терроризировать другие части мира.

Лаура вышла из ванной, где ей пришлось запереть Гремлина и Принцессу, прежде чем Дэв могла заняться щенками. Блондинка заткнула уши, чтобы не слышать завываний из-за закрытой двери.

– Боже, я чувствую себя киднеппером.

– Не думай об этом, как о киднеппинге, милая. – Предложила Дэв. Она лежала на животе, проклиная щенков, которые забрались в самый дальний угол. Президент поднялась на колени и посмотрела на Лауру. – Думай об этом, как о дне освобождения. – Дэв указала на кровать. – Я могу использовать руку, чтобы вытащить их.

Лаура вздрогнула, когда два щенка высунули мордочки из-под одеяла, свешивающегося с кровати, и, обнажив зубы, зарычали на Президента.

– Не забудь пересчитать свои пальцы, когда закончишь, Дэвлин. Поскольку, похоже что, они не хотят уезжать. – Писательница осторожно подняла двух наиболее послушных щенков; они почти спали, несмотря на шум, который устроили их братья и сестры.

– О, конечно, займись самыми сонными. Я надеялась, что ты сможешь уговорить тех, которые рычали на меня. – Дэв указала на двоих щенков, которых Лауры уже положила в коробку. – Я могла бы сделать это. И если меня укусят, ты должна будешь поцеловать меня, чтобы успокоить боль.

Похотливая усмешка появилась на губах Лауры.

– Я, так или иначе, сделаю это, дорогая.

Дэв подняла бровь.

– У тебя грязные мысли. Как и у моей матери. Неудивительно, что она любит тебя. – Она снова посмотрела под кровать, куда успели скрыться щенки.

– Будь осторожна, Дэвлин. Я обнаружила, что у меня есть подход к зрелым женщинам.

– Ты… – Дэв снова попыталась дотянуться до щенков, – не смогла бы управлять моей матерью. Она убила бы тебя. – Дэв опрометчиво рассмеялась, ожидая ответа. Но до этого один из щенков успел цапнуть ее за палец. – Ай! Черт побери! – Щенки тут же принялись лаять и скулить.

– Эй. Тихо! – При звуке голоса Лауры щенки затихли. Блондинка опустилась на колени, чтобы исследовать палец Дэв. "Пожалуйста, пусть крови не будет".

– Я в порядке. У него не вышло. В основном. – Прежде чем Лаура успела что-то разглядеть, Дэв выдернула руку и помахала ею перед лицом писательницы. – Все десять на месте, ни переломов, ни кровотечения. – Она улыбнулась облегченному вздоху Лауры. – Ты знаешь, почему они не хотят уезжать, не так ли?

– Ты уверенна, что все в порядке? Тебе не нужен пластырь или еще что-то? – Лаура хотела лично убедиться. Она схватила Дэв за руку и тщательно изучила палец. На нем была только маленькая красная царапина, которая немедленно была поцелована. – Им просто нравится спать под моей кроватью, потому что там приятно и спокойно.

Сексуальная улыбка появилась на лице Дэв.

– Я могу изменить это прямо сейчас, милая.

Лаура закатила глаза и рассмеялась, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

– Прости, Дьявол. У меня встреча с Вэйном через пятнадцать минут. А у тебя – с Министром Транспорта через десять. Странно, что Лиза еще не стоит под дверью. Не то, чтобы мне не нравится это предложение. Совсем наоборот. – "Больше, чем ты думаешь, дорогая". Ее глаза мерцали.

Дэв улыбнулась, когда Лаура наклонилась для поцелуя.

– Но, – Лаура увернулась от губ Дэв и игриво поцеловала ее в щеку, – разве я могу остановить дождь? – Она снова рассмеялась над потрясенным выражением лица любимой.

– Вредина.

– И кто бы говорил, – она обернулась к щенкам, которые унаследовали от Гремлина ненависть к Президенту. – Давай закончим с этим, а то я начинаю чувствовать себя Cruella DeVille.

прим. переводчика. Cruella DeVille – мерзкая тетка из мультфильма "101 далматинец", которая собиралась сделать из собак пальто

– Ну, тогда действуй, Могучая Мышь, вытащи этих бестий из-под кровати. Думаю, у тебя это получится лучше, чем у меня. – Президент села на корточки. – Тогда я смогу сделать их них пальто.

– Это не смешно, Дэвлин, – хихикнула Лаура, забираясь под кровать и вытаскивая оттуда двух упирающихся щенков. – Привет, мои маленькие демоны. – Она поцеловала обоих и получило в ответ восторженное облизывание.

– О, фууууу! – Дэв скорчила лицо, наблюдая за этой сценой. – Поторопись и засунь их в коробку, и я заберу щенков к их новым жерт… я имею в виду к их новым владельцам. Хех, еще один плюс президентства. Можно отдавать действительно уродливых щенков, и люди будут их брать. – Дэвлин наморщила нос, глядя на Лауру. – И если ты думаешь получить от меня еще один поцелуй, то должна сначала как минимум почистить зубы. Тщательно.

Лаура дернула подбородком в сторону двери.

– Вон! Пока я не решила оставить их ВСЕХ, – она растягивала слова, с удовольствием наблюдая, как расширились синие глаза.

– Уже иду, – Дэв потащила коробку к двери, пытаясь не дать щенкам выбраться наружу или укусить ее.

Лаура оглядела комнату, прежде чем звонить Вэйну. Она положила перед собой несколько заметок, пока секретарь вызывал е агента на линию.

– Эй, милая, – нежно сказал он.

Лаура улыбнулась.

– Привет, Вэйн. Как жизнь в Большом Яблоке?

– Ну, – он сделал неопределенно движение рукой. – Могло быть и хуже. Это мог быть Кливленд. Как ты? – Он приподнял брови. – Сделала что-нибудь в последнее время, о чем хотела бы сообщить своему старому приятелю Вэйну? – Он послал Лауре свой лучший взгляд.

Который никогда не срабатывал.

– Боже, Вэйн, почему я все еще работаю с тобой? – Лаура внутренне кипела от смеха, когда мужчина начал перечислять свои достоинства. – Ладно. Ладно. – Писательница подняла руки, признавая поражение. – Я уже все поняла.

Вэйн остался безучастным.

– И когда ты покончишь с мезальянсом с Президентом Соединенных Штатов, – он хрюкнул, – можешь позвонить МНЕ. Некоторые люди все еще находят очаровательными крепких мужчин.

– Ничего себе. Крепкий и очаровательный? – Лаура скрестила руки на груди и попыталась не рассмеяться, обе ее брови поехали на лоб. – О хех. Я уверенна, что позвоню тебе, Вэйн. – Она растягивала слова.

Вэйн испустил печальный вздох.

– Нет, не позвонишь. – Он прижал руку к сердцу. – Но я все равно буду любить тебя. – Его лицо стало серьезным. – Даже когда ты небрежно обращаешься с формулой победы.

Лаура прикусила губу. Она подозревала, в чем дело.

– Тебе это не понравилось?

– О, мне это понравилось, – он взмахнул руками в воздухе. – Черт, я просто полюбил это. Но это – плохая идея, Лаура.

Ее глаза расширились.

– Что – плохая идея?

– Лаура, – он произнес ее имя низким хрипящим голосом.

– Ты должен перестать курить.

– Не меняй тему. – Мужчина с сожалением покачал головой. – Это – опасное место. Твои книги об Адрианне Нэш – бестселлеры, ради Бога. Почему ты подвергаешь все опасности теперь – для меня загадка. Ну? Я прочитал проект. Я не выдержу это, я должен знать!

Глаза Лауры немного расширились. "Уф-ф-ф".

– Ну, я не думаю, что это точно должен быть леопард…

– Нет. Нет. – Раздраженно сказал Вэйн. – Я не об этом. – Он положил подбородок на кулак. – Они вместе или как?

"Ооххх…"

– Адрианна Нэш и ее новый партнер – друзья, – ответила Лаура немного вызывающе.

– Это очевидно. Но я хочу знать, является ли новая подружка Адрианны ее любовницей. Иногда я думаю, что да, а иногда – что нет.

– Удивительно, что ты вообще об этом думаешь, – пробормотала Лаура.

– Ну? – Настаивал Вэйн.

Лаура вздохнула.

– Я не уверена, – ее лицо стало задумчивым. – Давай просто скажем, что я настойчиво думаю об этом.

– Даже и не думай, – категорически заявил мужчина. – У меня тут есть несколько опросов, и выгода не стоит риска.

– Я послала тебе первый грубый черновик пять дней назад. И ты уже провел рыночное исследование?! – Недоверчиво спросила блондинка, сняв очки и положив их на колени.

– Пожалуйста, – он закатил глаза, – больше веры. Когда после второго романа Адрианна осталась без приятеля, я провел опрос. – Вэйн поднял кипу распечаток со стола и помахал ими в воздухе. – 89% твоих читателей – женщины. Треть из них начали бы молиться за твою бессмертную душу и перестали читать твои книги, если бы у Адрианны появилась любовница.

– Они могут идти к черту, – фыркнула Лаура.

Вэйн бросил бумаги на стол, проклиная близорукость блондинки.

– Но только ПОСЛЕ покупки книги. – Он указал на распечатки. – Треть говорит, что им все равно, с кем она спит, пока занимается делами. Но они также говорят, что если узнают, что Адрианна – лесбиянка, то не уверены, что станут впредь читать о ней. Между прочим, они хотят вернуть того плохого парня из первой книги.

– Вернуть? – Лаура нахмурилась. – Я утопила его. Он мертв! Он не может вернуться!

– Беллетристикаnote 2, – напел Вэйн.

Лаура откинулась на спинку стула. Она выглядела изумленной.

– Мои читатели – идиоты?

– Хм! – Вэйн стрельнул в нее взглядом, и Лаура неохотно замолчала. – Последняя треть одобряет идею, но они настаивают на описании сексуальных сцен. Исследование показывает, что внимание этих читателей ослабевает, если они не получают их, по крайней мере, каждый 63,4 страницы.

Лаура опустила лицо на руки. Она закрыла глаза и застонала.

– О, Боже!

– Хорошее начало, милая! – Похвалил Вэйн. – Как насчет добавить 'Возьми меня, сейчас!'?

10 октября

Три пары ног на цыпочках пересекли этаж; они двигались тихо и не были обнаружены. Секретная Служба могла бы поучиться у детей Марлоу. Этим утром план игры состоял в том, чтобы атаковать их ни о чем не подозревающую мать до того, как она проснется. Это было традицией в тех редких случаях, когда дети вставали раньше Дэв. И обычно после этого они вместе лежали в кровати, рассказывая истории или обсуждая планы на день. Это было веселое время, которым мать и дети наслаждались.

Эш сразу заметила: этим утром кое-что отличалось от обычного порядка вещей. Она привлекла внимание братьев, указывая им на дополнительное тело в постели. Эшли остановилась и некоторое время изучала свою мамочку, которая слегка похрапывала. Затем она обошла кровать и обнаружила с другой стороны постели Лауру. Озорная усмешка появилась на губах маленькой девочки, когда она опустилась на колени. Эш положила руки на край кровати, оперлась о них подбородком и поцеловала Лауру в нос, слегка дотронувшись до кожи.

Ее братья с трудом сдерживали душивший их смех.

Лаура сморщила нос, она медленно выныривала из блаженства глубокого сна. Еще поцелуй, и блондинка нахмурилась. Бледные ресницы затрепетали, глаза медленно открылись, чтобы обнаружить пару карих глаз в миллиметре от нее.

– Святой!.. – Глаза Лауры широко распахнулись, она села в постели, отчего одеяло упало до талии. Ее сердце билось как бешеное, и она удивленно осмотрела на улыбающуюся Эшли.

Все еще наполовину спящая Дэв, перевернулась на другой бок, чтобы посмотреть, что за шум.

– Лаура? Милая? – Она убрала с лица локон темных волос, закрывающий обзор, пытаясь сосредоточиться. – Что не так?

Лаура схватила одеяло, чтобы прикрыться. Этот маневр был только наполовину успешен, но ее одурманенный разум не мог разобраться, почему дети Марлоу, стоящие перед ней, истерично смеялись.

– Я… Я не знаю. Я проснулась, и эти глаза были прямо передо мной! – Лаура в замешательстве протерла глаза. Ее голос был все еще хриплым со сна.

– Ага. – Дэв поднялась на локте и заглянула за Лауру. Она быстро вычислила, что произошло, не купившись на взгляд детей, которые говорила 'Это не я'. – Ой. Утренний набег. – Она вздохнула. – Наверное, мне стоило упомянуть об этом заранее. – Извинилась она, глядя на Лауру. Дэв помогла блондинке передвинуть одеяло так, чтобы оно закрывало все критические области. – Ладно, вы, маленькие монстры. – Президент впилась взглядом в детей. – Все отвернулись и посмотрели на стену. Нам с Лаурой нужно пару минут, чтобы проснуться.

– Ну-у-у, мамочка! – Хором проскулили три тонких голоса.

– Никаких 'ну-у-у, мамочка'. Выполняйте. – Она сделала красноречивый жест рукой, затем дотронулась до плеча Лауры, как только дети отвернулись. – Ты в порядке? – Спокойно спросила она.

– Вроде как. – Внезапно Лаура поняла, что дети только что поймали ее голой в кровати в их матерью. Она тут же покраснела с ног до головы. – О, Боже, Дэв, это плохо, верно? – Прошептала она, расстроено прижимая к себе одеяло. – Это плохо. Плохо. Ужасно плохо. – Лепетала она. – Я должна была вернуться к себе в комнату вчера вечером. Я заснула…

– Милая, это не плохо. По крайней мере, не для них. Я знаю. На самом деле, мы должны найти для тебя какую-нибудь…

– Пижаму.

– Точно. – Дэв кивнула. – Но они в порядке. Они обожают тебя, и это их не убьет. – Президент хотела обнять Лауру, но подумала, что сейчас не слишком-то удачное для этого время. – Они приходят время от времени, будят меня и мы вместе валяемся и болтаем. С этого времени я удостоверюсь, что они будут стучаться.

– Но, Дэвлин…

– Никаких 'но', – серьезно сказала Дэв. – Я люблю тебя и не собираюсь скрываться, чтобы быть вместе. Я поговорю с детьми. – Ее голос смягчился. – Ты знаешь, я люблю, когда ты остаешься со мной на ночь. – Дэв больше не могла сдерживаться, она погладила плечо Лауры тыльной стороной ладони. Вздох сорвался с ее губ при ощущении мягкой теплой кожи. – Мы внесем некоторые изменения, чтобы такого больше не случалось, ладно? Они тоже должны научиться уважать наше уединение.

Лаура оглянулась на детей, которые беседовали между собой. Они хихикали и периодически ударяли друг друга кулаками, и блондинке показалось, что она слышала слова 'сиськи' и 'голая'. "О, Боже". Она внутренне застонала. Она резко повернулась к Дэв.

– Разве не из-за таких воспоминаний дети становятся серийными убийцами и наркоманами? – Она немного дразнила, но получалось ужасно неуклюже. И Лаура была вынуждена бороться с желанием спрятаться под одеялом или сбежать из комнаты. Все лучше и лучше. Проклятье, казалось бы, что могло быть хуже матери Дэв, которая ворвалась к ним в комнату? Это был просто невинно. Джанет все понимает. Но это… совсем другое дело. Они лишь дети!

Дэв прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Она переместилась на кровати, чтобы подобраться к одежде.

– Нет. – Она подала вещи Лауре. – Недостаток честности в подобного рода вещах – вот что делает из детей серийных убийц. Лаура, они видели меня голой до этого. – Дэв решила поддразнить Эшли, и стала говорить немного громче. – Я была голой в плавательном бассейне, когда я родила Эш, ради всего святого. – Она усмехнулась, когда маленькая девочка повернулась к ней и сузила глаза. Дэв послала ей взгляд 'это для твоей же пользы'. Затем она разрешила детям развернуться и принести извинения Лауре.

– Извини. – Хором пробормотали они, глядя на Дэв, а не на Лауру.

Дэв наклонила голову, глядя на свою возлюбленную, заставив ее покраснеть снова.

– Что это было, дети? Перед Лаурой, не передо мной.

– Прости, Лаура. – На сей раз, слова были более четкими, и сожаление было написано на лицах, обращенных к блондинке.

Кристофер смело сказал.

– Мы не хотели напугать тебя.

– Все нормально, дети. – Лаура улыбнулась, чтобы показать им, что она не сердится на них. Ответом стали три вздоха облегчения. – Просто мне было нужно несколько минут, чтобы проснуться. – Она посмотрела на Дэв. – И давайте не будем сейчас говорить о рождениях, ладно? – Ее бросало в дрожь при мысли о чем угодно, связанном с кровью. – Я все еще не отошла от зрелища появления щенков Принцессы.

– И Эш, наверное, была так же уродлива! – Воскликнул Крис к восхищению его брата. Оба мальчика рассмеялись.

– Нет! – Закричала маленькая девочка, ударив брата по руке.

– Ай!

– Ладно, ребята, хватит. – Резко сказала Дэв. – Идите в гостиную, дайте нам с Лаурой пару минут. Мы выйдем к вам.

– Хорошо. – Эшли шикнула на братьев, но сама подбежала поближе к Лауре, перед тем, как уйти. – Я действительно не хотела тебя пугать. Прости. – Она усмехнулась. – Мы рады, что ты здесь. Можешь спать тут столько, сколько хочешь.

Лаура не могла не улыбнуться. Она пригладила встрепанные волосы Эшли.

– Спасибо, родная. Я буду помнить это. – Она подняла подбородок девочки, чтобы заглянуть той в глаза. – И я уверена, что ты была гораздо более симпатичным младенцем, чем щенки Грема. – Она показала язык и добавила: – Это точно.

Эшли хихикнула и обняла Лауру.

– Мамочка говорит, что я была самой красивой девочкой. А она никогда не лжет.

Лаура нежно посмотрела на Эшли.

– Я знаю, милая.

Эшли отодвинулась от писательницы, когда Дэв кашлянула и показала пальцем на дверь, напоминая ей о необходимости покинуть комнату.

– Ладно, ухожу. – Хихикнула Эшли, выбегая из комнаты. – Ты был уродливей, чем я, Крис! Есть фотографии, чтобы доказать это.

Лаура рассмеялась и покачала головой, думая о том, что она должна была предполагать, что у Дэв такая развитая дочь.

– О, да. – Вздохнула Дэв, прислонившись спиной к спинке кровати и приглашающе раскинув руки. – И такое бывает.

– Что бывает, дорогая? – Лаура погрузилась в объятия Дэв, удовлетворенно выдохнув. Удивительно, но она чувствовала себя гораздо менее обеспокоенной. Она удостоверилась, что такое не повторится снова – Дэв позаботится об этом. Дети рассматривали произошедшую сцену как забавную, а не травмирующую. Конечно, ОНА была немного смущена и напугана, но Лаура справится с этим не хуже детей.

– Ты превращаешься в мамочку, – вынесла вердикт Дэв. Она провела пальцами по волосам Лауры. – Ты узнаешь, что процесс завершен, когда будешь чистить чумазое личико салфеткой, смоченной твоей слюной.

– Фууууу! – Простонала Лаура. Она прижалась лицом к теплой коже Дэв, затем рассмеялась. – Этот специфический аспект материнства – то, что я никогда не испытаю, мадам Президент.

– А как насчет других аспектов? – Сердце Дэв забилось сильнее. – Это что-то вроде комплексной сделки. – Она задержала дыхание и ждала ответа.

Лаура отодвинулась, чтобы посмотреть на лицо Дэв.

– Я знаю, милая. – Она успокоительно улыбнулась и прижала руку к груди Дэв, напротив сердца. Она почувствовала боль в груди оттого, как быстро билось сердце высокой брюнетки. – На все остальное я готова прямо сейчас.

– Это адски пугает тебя, не так ли?

– В значительной степени. Но не так, как раньше. – Ее пристальный взгляд смягчился, она почувствовала, что жаждет поцеловать Дэв. Лаура наклонилась вперед, мягко коснувшись губами губ Дэвлин, смакуя их теплоту и чуткий ответ любимой. Темноволосая женщина ответила на поцелуй всем сердцем.

– Все будет прекрасно, Лаура. – Мягко пробормотала она, куснув напоследок губу Лауры, прежде чем отстраниться. – Вот увидишь.

Лаура облизнула губы и счастливо усмехнулась.

– Все уже прекрасно.

* * *

Дэв опустилась на колени, чтобы застегнуть молнию на курточке Аарона. Он собирался возразить, но его мать подняла палец, призывая к тишине.

– Сегодня холодно. И ты пойдешь в куртке.

– Но…

– Или ты можешь оставаться дома, пока мы с Лаурой и твоими братом и сестрой будем в зоопарке. Выбор за тобой, сын.

Мальчик на мгновение опустил голову, потом поднял ее и согласился.

– Да, мэм. Я пойду в куртке.

– Я так и подумала. – Дэв кивнула ему и быстро поцеловала в щеку. Она посмотрела на Лауру, на губах которой играла усмешка. – А где твоя куртка, барышня? – Она игриво подняла бровь. – Я буду счастлива проводить тебя в комнату за ней, если хочешь.

Когда Дэв встала, Лаура обняла ее за талию. Она снизила голос до шепота.

– Ты просто хочешь оказаться со мной в комнате наедине. – Но мысленно она счастливо признала: "Я просто мечтаю оказаться с тобой в комнате наедине".

– Это обвинение? Мы всегда там здорово развлекаемся. Кроме того, ты тоже этого хочешь. – Подмигнула она. "О, да. Я прочитала твои мысли". – Не хотелось бы тебя разочаровывать, но сейчас у меня несколько иной повод. Я хочу удостовериться, что ты не замерзнешь. Ты ведь только что выздоровела. – Она взяла блондинку за руку, предупреждая протестующий возглас. – Да, я знаю, что это было в прошлом месяце. Но ты видишь, я могу быть и мамочкой и подружкой время от времени, так что будем считать, что 'ты только что выздоровела'. Считай, что это мой каприз.

Лаура закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку.

– Хорошо, мамочка. – Дразнила она. – Я захвачу куртку по дороге… Я все равно собиралась это сделать. – Лаура поднялась на цыпочки и мягко поцеловала Дэв в губы. – Но мне приятно, что ты заботишься об этом. – Еще один чуткий поцелуй. – Ты такая милая. – "И это заставляет мое сердце разрываться от нежности".

– Я тебе покажу 'мамочку'. – Дэв игриво шлепнула Лауру пониже спины, и весь отряд направился к ожидающей их автоколонне. – Я напомню тебе об этой небольшой шутке, когда сегодня вечером ты захочешь залезть ко мне в постель. – Она хихикнула.

– Фууууу… – Лаура сморщилась. – Почему ты продолжаешь делать это? Тебе нужна помощь, Дэвлин.

– Ох, должно быть так. – С раскаянием согласилась Дэв. – Это все работа. Я думаю, клетки моего мозга сейчас умирают быстрее. – Она указала на дверь, когда дети засмеялись и начали скакать вокруг них. – Давай. Иди, возьми теплую куртку.

Лаура зашла к себе в комнату, чтобы захватить куртку из шкафа и фотоаппарат со стола.

– Это тебя устроит? – Одной рукой она показывала куртку Дэв, а другой пыталась повесить камеру на шею.

Дэв одобрительно кивнула и помогла Лауре справиться с ремешком. Через пару секунд блондинка была уже полностью одета для выхода на улицу. Дэв удивленно моргнула, когда Эшли и Кристофер взяли писательницу за руки и повели ее к выходу, даже не оглянувшись. Президент посмотрела на младшего мальчика.

– А ты пойдешь со мной, приятель. Я правильно понимаю?

Он кивнул и улыбнулся, протягивая к ней руки, чтобы Дэв было легче поднять его. Та с сомнением посмотрела на сына.

– Ты думаешь, что я смогу понять что-то вроде тебя, а?

Усмешка Аарона стала шире, отчего на щеках появились ямочки.

– Точно.

Дэв поджала губы.

– К счастью для тебя, я работала над этим. – Она со стоном подняла сына, прижимая его к здоровому плечу, и пошла к двери.

Как обычно, Пресса ожидала там выхода Первого Семейства. Дэв заслонила лицо Аарона и была рада увидеть, что Лаура прикрывает собой Эшли и Кристофера. Несколько членов Корпуса Прессы были приглашены с ними в зоопарк, чтобы сделать фотографии. Однако они не были столь навязчивы. Дэв была очень щедра с доступом для Прессы. И никто из них не собирался вредить таким отношениям. Когда все расселись в автомобиле, Дэв наклонилась к Лауре и прошептала:

– Спасибо.

– Всегда, пожалуйста, – шепотом ответила Лаура, выражение ее лица было кислым. – Не знаю, как ты терпишь это год за годом, Дэвлин. Иногда мне кажется, что если я должна буду иметь дело с еще одним из этих сво… – Рука Дэв тут же прочно зажала ей рот.

Президент покачала головой и усмехнулась.

– Осторожней, Могучая Мышь. Ты почти допустила промах перед моими невинными, – она скорчила самую глупую гримасу, которую могла придумать, – впечатлительными детьми.

Дети, продолжая смеяться и смотреть на Лауру, произнесли в унисон:

– Но она очень-очень сожалеет, мамочка. И она попытается добиться большего успеха в будущем.

Широко открыв глаза, Лаура кивнула и прижала руку к сердцу.

– Я попытаюсь добиться большего успеха в будущем, – покорно повторила она, когда Дэв убрала руку.

– Хорошая девочка. Плохого влияния моего отца вполне достаточно. Но, тем не менее, я люблю тебя. – Нежно сказала Дэв, игнорируя протестующие детские стоны. Она решила взглянуть на примечания, которые ей дала Лиза перед отъездом. – Ты знаешь, что у меня сегодня речь в зоопарке – в обезьяньем питомнике? Я его официально открываю. Как ты думаешь, кто-нибудь попытается что-нибудь сказать мне о моем управлении страной?

– Надеюсь, что нет. – Лаура старалась говорить уверенно, тщательно изучая лицо своей возлюбленной. Она знала, что Дэв опасается этого. Это было ее первое публичное выступление с тех пор, как в нее стреляли. Лаура сжала руку Дэв, почувствовав холод ее ладони. – Эй, – мягко прошептала она, поглядев, что дети полностью заняты игрой, которую Эмма оставила для них. Затем она снова посмотрела на Дэв. – Ты в порядке?

– Хм-м-м… Ну… – "О, давай, Марлоу, твой выход". – Я действительно немного нервничаю. Ничего не могу с этим поделать.

Лаура наклонилась ближе к Президенту, взволнованная ее тоном.

– И есть причины для тревоги? Больше, чем обычно, я имею в виду? – Она знала, что на самом деле Дэв не считает, что есть реальная опасность. Иначе дети бы не поехали. Однако когда Президент упомянула о речи, у нее на лбу появилась морщинка.

– Нет, конечно нет. Сегодня зоопарк открыт только для правительственных служащих. И хотя это не значит, что меня все там любят, но это безопаснее, чем обычно. – Она провела рукой по щеке Лауры. – Кроме того, ты знаешь, я никогда не позволила бы тебе или детям ехать, если бы это было опасно. Просто я нервничаю. – Дэв сглотнула и облизала внезапно пересохшие губы. Ее голос стал еще тише, чтобы дети точно ничего не услышали. – Иногда я все еще слышу выстрелы. – Она пристально смотрела в окно. – Видимо мне потребуется больше времени, чем я полагала, чтобы справиться с этим.

Лаура еще раз сжала ее руку. Часть ее хотела быть с Дэвлин в тот день, чтобы поддержать ее, но другая часть была рада, что это было не так. "Я бы с ума сошла, увидев что-то подобное". Писательница отстранилась от темных мыслей и мягко улыбнулась. – Мы можем говорить об этом всегда, когда ты захочешь.

Дэв кивнула, но ничего не сказала.

Лаура медленно выдохнула. "Позже, Дэвлин". Она улыбнулась, ища глазами глаза Дэв.

– Ты будешь великолепна, дорогая. Как всегда. И я знаю, Дэвид держит всю Службу Безопасности в напряжении. – Улыбка переросла в усмешку. – И после своей речи ты сможешь быть с нами и есть всякую ерунду целый день.

Дэв не могла оставаться мрачной, поставленная перед такой восхитительной перспективой.

– О-о-о, женщина с планом. Я люблю это. – Она наклонилась к блондинке для быстрого поцелуя, и тут же услышала смех троих детей. Дэв медленно повернулась к ним и улыбнулась. – И, конечно, они понимают, что если будут вести себя как три маленькие обезьянки в зоопарке, то я с удовольствием сделаю пожертвование.

* * *

Автоколонна остановилась возле бокового входа в зоопарк. Дэв с трудом удалось сдержать безумный натиск детей на дверь.

– Полегче, ребята, – рассмеялась она. – Двери этого автомобиля толщиной в двадцать сантиметров. Давайте позволим парням снаружи открыть их, пока вы что-нибудь не сломали.

Эшли со вздохом опустилась обратно на колени матери. Она повернулась в Дэв, и они потерлись носами.

– Что-то не так, детка?

– Мы увидим пингвинов?

– Точно. Мы хорошо проведем время и увидим всех животных сегодня. У меня только небольшая речь вначале, а затем я – ваша на весь день.

Лаура не могла не улыбнуться, когда лимузин заполнился громкими восторженными криками. Ведь дети могли провести целый день с Дэв. Хотя она, Эмма и Эми старались проводить больше времени с ребятами, но это было совсем не одно и то же, что проводить время с мамочкой.

Кристофер шлепнулся Лауре на колени и обнял ее за шею. Аарон стоял рядом с ними.

– А какое животное ты хочешь увидеть? – Спросил Крис.

– Да. – Дэв медленно повернулась к ней и насмешливо подняла бровь. – Какое животное ты хочешь увидеть, Лаура?

– Ну, – блондинка посмотрела по очереди на каждого их детей, – я каждый день вижу бабуина, гиену и осла. Как насчет чего-нибудь отличного от этого?

Дети закричали хором, когда поняли, что Лаура говорит о них:

– Эй!

Эшли повернулась в матери и с негодованием зашептала.

– И ты позволишь ей так говорить о нас?

– Почему нет? Ведь это – правда. Я только не понимаю, почему она не назвала ни одного из вас огромным вонючим бородавочником.

– Мам!

– Ведите себя хорошо сегодня. Иначе я притворюсь, что не знаю вас, – сказала Президент, когда дверь, наконец, открылась.

Дэв помогла детям выбраться из автомобиля, передав их на попечение агентам Секретной Службы. Затем она наклонилась и искоса посмотрела на Лауру.

– И если тебе интересно, что я хотела бы видеть больше всего, то это, конечно, чрезвычайно прекрасная татуировка-леприкон прямо на твоей…

– О, Боже. – Лаура покраснела до кончиков ушей и спрятала лицо на груди Дэв. – Лучше бы тебе замолчать, мадам Президент. Или я за себя не отвечаю. Хоть у меня и есть татуировка, но у тебя есть самая симпатичная ямочка прямо на прекрасной…

– Ну, мисс Страйер, – Дэв закатила глаза. – Не понимаю, когда ты успела инвентаризовать все мои ямочки. – Она усмехнулась. – У меня их три, как ты знаешь. – Дэв вышла из автомобиля и помогла выбраться Лауре.

Блондинка прикрыла глаза рукой от яркого солнца. Она заметила, что Дэв гораздо более расслаблена сейчас, и писательница была немного ошарашена тем, насколько ее тревожило постоянное беспокойство Дэв. Лаура наклонилась к Президенту и зашептала.

– Верь мне, дорогая, теперь я знаю каждый квадратный сантиметр твоего тела.

Дэв удовлетворенно вздохнула и застегнула куртку.

– Да, это точно. И мое тело благодарно тебе. – Она пошевелила бровями и усмехнулась Лауре.

* * *

Дэв пошла искать Лизу, в то время кк Лаура осталась с детьми. Президент повела плечами, жалея, что блондинки нет рядом, чтобы массировать их. Только Лаура знала, что нужно делать, чтобы избавить Дэв от боли, которая была ее частой гостьей в последнее время. Президент задавалась вопросом, было ли это из-за стрельбы или из-за работы.

Кто-то дотронулся до ее руки; повернувшись она увидела Лизу, которая тут же поместила бумаги с речью ей в карман.

– Спасибо. – Дэв прочистила горло, задаваясь вопросом, выглядит ли она столь же обеспокоенной, какой себя чувствует. Это было серьезным испытанием для нее. Некоторые из этих людей были в зале, когда в нее стреляли. Они видели ее лежащей на полу в луже крови. Они видели как Президент упала, как она рухнула будто простой смертный.

Дэвлин Марлоу чувствовала себя как никогда близкой к панике. Она посмотрела на свои руки и обнаружила, что они дрожат. Дэв потерла ладони друг о друга, глубоко вздохнула и вышла на трибуну.

Лаура остановилась в конце зала, разрешила детям посмотреть на животных, а сама обернулась, чтобы наблюдать за своей возлюбленной. Писательница выбрала удобный наблюдательный пост, отсюда казалось, что Дэв просто парит над всей толпой. Конечно, так и было. Но Президент была взволнована, черт возьми. Лаура подняла фотокамеру, навела объектив на Дэв и приблизила изображение. "Иисус. Она дрожит". Писательница готова была оставить детей на Секретную Службу и бежать туда. Но, прежде чем она успела двинуться с места, Дэв пошла к трибуне.

Президент улыбнулась и нервно облизала пересохшие губы. Ее глаза скользнули поверх толпы. Аплодисменты слушателей были едва слышны в ее мире, центром которого были глаза Лауры. И писательница будет знать, что улыбка, появившаяся на лице Дэв – только для нее. "Соберись с силами, Марлоу. Разделяй и властвуй".

– Доброе утро всем. Мне сказали, что я должна говорить об обезьянах, но, так как я не люблю рассказывать истории о моем руководителе штата, думаю, стоит поговорить о более важных вещах…

* * *

В отличие от большинства людей у Дэв никогда не было проблемы с тем, чтобы обнаружить свое семейство. Одним из плюсов наличия Секретной Службы было то, что она всегда точно знала, где находится каждый член ее семьи. И сейчас Президент проходила мимо скопления журналистов. Она ненадолго задержалась, чтобы пожать несколько рук и дать пару автографов, надеясь, что к ней не будут приставать с этим позже, и она сможет провести время с семьей.

Дэв замедлила темп и широкая улыбка осветила ее лицо, когда она заметила четверых своих любимых людей. Она огляделась, чтобы удостоверится, что поблизости нет фонтанчика или еще чего-нибудь с водой. Ничего похожего. Дэв засунула руки в карманы и, неторопясь, подошла к своему семейству. Она остановилась возле Лауры, которая стояла на коленях перед Аароном. Казалось, что они увлечены беседой. Дэв с трудом удалось сдержать усмешку, глядя, как Лаура счищает что-то с лица ее сына, даже не замечая ее.

– М-м-м, Лаура?

Блондинка посмотрела на нее.

– О, привет. Ты уже закончила. – Она нежно улыбнулась. – Мы скучали без тебя. И почему ты смотришь на меня так, будто пока тебя не было, у меня усы выросли? У меня что-то между зубов застряло? – Лаура немедленно провела пальцем по жемчужно-белым зубам.

Дэв все-таки не смогла сдержать смех.

– Нет. Твои зубы прекрасны. – Президент многозначительно посмотрела на руку Лауры. – Мне просто интересно, как ты намочила эту салфетку, чтобы очистить его, – она посмотрела на сына, – грязное лицо.

– А? – Лаура посмотрела вниз на салфетку, измазанную шоколадным мороженым, зажатую в ее руке. Она зажмурилась. – Ладно, не было никакого фонтанчика или ванной поблизости, а мороженое было размазано по всему его лицу, и я не выдержала. Так что я… – Серые глаза широко распахнулись. – О, мой Бог.

На лице блондинки читался настоящий шок, и теперь Дэв уже смеялась не останавливаясь. Наконец, она вытерла слезы с глаз и протянула Лауре руку.

Блондинка не смогла сделать и шага, как вдруг оказалась в сердечных объятиях Дэв. Она была прижата к груди Президента и могла слышать тихий смех высокой женщины.

– Очень смешно. – Она щипнула Дэв, отчего громкий вопль взъерошил ее волосы.

– Добро пожаловать в клуб, милая. – Наконец сказала Дэв. – Это был дикий год для тебя, не так ли?

Аарон посмотрел на женщин.

– Какой клуб?

– Тот, где они чистят твое липкое лицо салфеткой, смоченной их слюной, дурья башка, – услужливо ответил Кристофер.

– О. – Аарон подал плечами. О чем тут волноваться?

– Я… Я… – Лаура еще немного заикалась. – Я даже не подумала об этом.

Дэв небрежно пожала плечами, внимательно разглядывая свои ужасно интересные ботинки.

– Да, для тебя естественно быть мамочкой.

Лаура потрясенно молчала, и Дэв дала ей время прийти в себя. Президент заметила поблизости агента Секретной Службы, который был с Аароном. Она быстро подошла к молодому человеку.

– Отведите Аарона в мужскую комнату и умойте его, пожалуйста. Хоть клинические исследования и доказали, что 'мамочкина слюна' и соляная кислота – это одно и то же, но думаю, немного мыла ему не помешает. – Она подняла подбородок сына, чтобы рассмотреть его лицо. – Фууууу… Теперь мне придется пойти, вымыть руки. Ты – просто поросенок, приятель.

Аарон покраснел.

Эшли, которая, наконец, оторвалась от железной дороги, присоединилась к братьям. Она сказала менторским тоном:

– Дедушка говорит, что если это не находится у вас на лице, то вы не наслаждаетесь им как следует.

Услышав эту феноменальную мысль, Дэв широко открыла глаза. Внезапно она почувствовала, как пылают ее щеки.

Лаура насмешливо посмотрела на Дэв.

– Почему… – Она резко закрыла рот, так и не закончив фразу, и тоже ярко покраснела. Лаура закрыла глаза руками. – Ты – такая извращенная, Дэвлин Марлоу.

– Что? – Удивилась Эшли. – Почему вы такие красные? – Она ненавидела такие загадки.

Лаура сузила глаза и взглянула на Дэв, которая смотрела на нее с обескураживающей невинностью.

– Неудивительно, что твои родители называют тебя Дьяволом.

Дэв только подняла брови.

Эшли уперла руки в бока и ждала.

Лаура посмотрела на девочку.

– Ничего, о чем бы стоило волноваться, милая. – Пристальный взгляд блондинки снова обратился к Дэв, которая ответила ей усмешкой. – Твоя мамочка просто пошутила.

Лаура взяла Дэв за руку.

– Идем, оставим детей с их агентами на пять минут, я куплю тебе мороженое. – И она добавила немного тише, но все тем же дразнящим голосом. – И мы спасем твоих детей от травмирования твоими злыми шутками.

Лаура быстро потащила Дэв в сторону палатки с мороженым. Президент успела только помахать рукой Эшли, которая с Эмой уже шла к бассейну с аллигатором, и крикнуть:

– Следи за своими братьями, мы вернемся через минуту. Будь хорошей девочкой, не вовлекай Эму в неприятности.

Девочка всплеснула руками в воздухе.

– Разве я когда-нибудь так делала?

– Да. У меня ФБР'овский файл на тебя, толщиной в три сантиметра. Веди себя хорошо, пока мы не вернемся.

– Да, мэм.

Как только женщины отошли на расстояние пары метров, Лаура сбавила темп. Она наклонилась поближе к Дэв и спокойно, стараясь скрыть волнение, сказала:

– Твоя речь была замечательной, Дэвлин. – Она пыталась подобрать подходящее тактичное слово, но, казалось, такого не существовало. Лаура опустила руку и погладила Дэв по спине. – Ты в порядке?

Президент медленно кивнула.

– Да, я в норме. Мне нужно было просто подняться туда и сделать это. Это как впервые упасть с лошади. Надо просто подняться и снова забраться на нее. – Она криво улыбнулась. – Забавно, за весь этот тур, я ни разу не чувствовала чего-либо подобного. Но здесь, дома, где это случилось – воспоминания снова вернулись. – Дэв почувствовала спазм в животе, вспомнив о том, как в нее стреляли. Она быстро вытолкнула эти мысли в подсознание, сосредотачиваясь на данном моменте. – Я не могу это осмыслить, но я это пережила – вот и все, что имеет значение сейчас.

Неожиданно слезы появились в глазах Лауры, ее горло сдавило.

– Эй. – Дэв остановилась, чтобы обнять писательницу за талию. – Даже не думай об этом. – Она просительно наклонила голову. – Этот день должен был быть веселым.

Лаура кивнула и перевела дыхание.

– Ты права. Прости. – Блондинка слабо улыбнулась, и они пошли дальше.

– То, что ты была здесь сейчас, очень помогло мне. Ты внимательно смотрела, Могучая Мышь?

Лаура усмехнулась.

– Ты знаешь это, Wonder Woman. Кто-то ведь должен был удержать тебя от неприятностей.

– Сделала хорошие снимки?

– Хм. Точно. Несколько снимков детей и несколько твоих крупных планов. Хотя, по сравнению с реальной тобой, любая картинка маленькая.

– Точно, – фыркнула Дэв.

Лаура закатила глаза.

– Верь мне, Дэвлин. Ты и камера продолжаете любовную интригу, и я просто зеленею от ревности. Ты великолепна, и ты, черт возьми, прекрасно это знаешь.

Дэв открыла рот, но промолчала.

Лаура рассмеялась, взяв возлюбленную за руку. Она хотела бы больше говорить о чувствах Дэв относительно стрельбы. Президент нуждалась в этом. Но Лаура чувствовала, что Дэв еще не готова. Ей нужно было больше времени. Лаура могла быть терпелива, когда это было нужно. И она не собиралась ни в чем торопиться в ближайшем времени.

Женщины подошли к палатке с мороженым.

– Выбери себе яд, мадам Президент, – важно сказала она. – Я угощаю.

Дэв счастливо вздохнула. "Она просто прекрасна. Я так люблю ее". Переведя дыхание, она обняла Лауру и положила подбородок ей на плечо, рассматривая меню. Губы Дэв находились рядом с ухом блондинки и она сексуально мурлыкнула:

– Сливочное.

О-о-о… Лаура чуть не упала в обморок, где стояла. Она показала два пальца продавцу, который, открыв рот, смотрел на своего самого известного клиента.

– Два, пожалуйста.

13 октября

– Похоже, что она нервничает. – Дэв толкнула локтем Дэвида, который взгромоздился на ее стол в Овальном кабинете. – Тебе не кажется, что она волнуется?

Дэвид кивнул.

– О, да. Она взволнованна. – Мужчина вздрогнул. – И это только заставка.

Лаура собиралась давать интервью первому каналу национального телевидения в прямом эфире в утреннем ток-шоу 'Проснись Америка'. Это была программа, которая помогала расслабиться миллионам жителей США каждый день. Звезда эфира, безупречная и черезвычайно-приятная-до-завтрака Дебби Чарльз была личным другом Дэв, брала у нее несколько интервью и как у губернатора штата Огайо, и как у Избранного Президента. Женщина была справедлива и мила, она умела избегать неуместные темы, позволяя разговору уйти от слишком личных областей и сплетен.

Лицо Дэв стало задумчивым.

– Лаура ведь будет в порядке, верно? – Она покосилась на Дэвида, когда место заставки на экране заняла реклама кофе. – Я хочу сказать, она ведь уйму раз появлялась на публике, представляя свои биографии. Она говорила мне об этом, так что это – точно.

– И их передавали по телевидению? – Рассеяно спросил Дэвид, мечтая только об огромной чашке кофе, как у того невероятно счастливого человека из телевизора.

Дэв задумчиво пожевала губу.

– М-м-м… Теперь, когда ты спросил об этом, я не могу вспомнить ничего подобного. В ее дело не было включено никаких пленок. Если бы она выступала по ТВ, ФБР бы этого не упустило. – Дэв мысленно отчитывала себя за то, что была так занята эти дни, что не потрудилась выяснить у Лауры, что она думала об этом интервью. – Но она ведь казалась довольной этим, верно? – Кроме одного упоминания об этом неделей раньше, Лаура больше не говорила о выступлении.

– Ну, она сначала отказывалась, когда узнала, что весь разговор будет передан по национальному телевидению. Тем более, в прямом эфире. – Дэвид нахмурился, вернувшись мыслями к действительности, в которой его не ждала чашка кофе. – Но, как только я объяснил ей, какая это будет хорошая реклама, которая покажет ее не только с профессиональной, но и с личной стороны – и что это поможет прикрыть ваши спину от спущенных с поводка собак партии, – он пожал плечами, – она, казалось, сразу успокоилась.

Дэв вскочила на ноги, смахнув со стола папку с повесткой дня.

– Ты сказал ей что?!

Дэвид вздрогнул от неожиданности.

– Что? – Его глаза расширились при виде лица Дэв. – Это – правда, Дэв. Лаура – большая девочка. Она спросила меня, поможет ли это тебе, и я сказал 'да'.

– Мне все равно, правда это или нет. – Взгляд Дэв стал еще более жестким. – Я не хочу, чтобы ты давил на нее.

– Я и не давил! – Защищался Дэвид.

Джейн и Лиза, которые сидели на диване, поставленого сбоку от стола Дэв, чтобы было лучше видно экран, сознательно не смотрели на разыгрывающуюся сцену. Если у Дэвида и Дэв не было хотя бы трех хороших разногласий в день, мир бы рухнул.

Реклама закончилась и зазвучала музыкальная заставка программы.

Лаура и ведущий показа, молодой человек в вязаном свитере, сидели бок о бок на стульях и спокойно беседовали за чашкой кофе.

– Иисус Христос. – Дэв показала пальцем в сторону экрана. – Это чертова компания что, скупила весь мир? – Она подняла свою чашку кофе той же марки и вдохнула приятный аромат. Они с Лаурой сделали глоток одновременно.

Дэвид с завистью сузил глаза при виде огромной кружки высококачественного кофе в руках Лауры. "Я хочу такой же. После показа позвоню Бэт". Бэт знала в каком магазине продается все, что может понадобиться.

– Ничего себе. Она так чудесно выглядит на экране. – Прокомментировала Джейн. – Даже не верится, что люди говорят о пресловутых дополнительных пяти килограммах.

Лиза покосилась на нее.

– У меня та же беда.

– Шшшшш! – Дэв нетерпеливо наклонилась вперед.

Человек, сидящий рядом с Лаурой, посмотрел в камеру и широко улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

– А теперь Трэйси Корбин заменит Дебби Чарльз, которая позвонила, чтобы сказать, что у нее… можете ли вы поверить… ветрянка! Наш специальный гость этим утром – Лаура Страйер, биограф Президента.

В Овальном Кабинете раздался стук четырех челюстей, упавших на пол.

– Но сначала, – продолжал молодой человек, – о погоде. – На экране появилась большая карта США и бессменный ведущий прогноза погоды.

– Дэвид! – Прорычала Дэв, ее трясло от злости.

– Я уже занимаюсь этим! – Лиза быстро сунула телефон Руководителю Штата, и тот уже набирал номер, чтобы выяснить, чья голова покатится с плеч, и смогут ли они остановить интервью до того, как ведущий дойдет до Калифорнии.

Лаура неловко дернулась на стуле, проведя рукой по волосам.

Трэйси Корбин пронеслась мимо ведущего показа, который направлялся к гримером, чтобы его подготовили до интервью с quarterback Вашингтонских Краснокожих, которое состоится после выступления Лауры. Трэйси села напротив писательницы и протянула той руку.

прим. переводчика. Quarterback – название одной из ролей в бейсболе

– Я – Трэйси. Жаль, что мы не были представлены раньше.

Лаура пожала протянутую ладонь.

– Лаура Страйер. Рада познакомиться с вами.

Трэйси выглядела слегка измотанной.

– Меня вызвали только час назад, и я совершила марш-бросок в студию. – Сорока-с-чем-то-летняя женщина явно нуждалась в косметике. – Я бы хотела сказать вам кое-что, пока они поправят мою прическу. – Она улыбнулась. – Надеюсь, вы не возражаете, если мои вопросы будут немного грубоваты?

Дружественно поведение женщины немедленно успокоило Лауру.

– Нет… Я… – Она слегка покраснела и, наконец, усилием воли, заставила свои руки перестать дрожать. – Это прекрасно. Пока вы не возражаете против слегка нервничающего гостя. Я раньше не давала интервью для телевидения, так что это будет впервые.

Трэйси кивнула и сочувственно сжала руку Лауры.

– Прямой эфир – всегда нервотрепка. Но вы справитесь.

Внезапно около них встал мужчина, олицетворяя собой скорое включение камер. Он показал пять пальцев. Четыре, три, два, один. Трэйси улыбнулась.

– Доброе утро всем, с вами 'Проснись, Америка'. Я – Трэйси Корбин, заменяю сегодня Дебби Чарльз, которая заболела и сидит дома. И этим утром с нами биограф Президента, Лаура Страйер. – Она повернулась к Лауре. – Доброе утро.

– Утро доброе.

– Это – настоящая работа, мисс Страйер! Постоянно быть рядом с Президентом Марлоу. Это столь же захватывающе на деле, как и звучит?

Лаура улыбнулась, немного расслабившись после простого первого вопроса.

– Конечно. Иногда. Белый Дом – просто вихрь деятельности. И иногда это – лишь много трудной работы. Я нахожусь большую часть времени с Президентом, в течение ее рабочего дня, а все остальное время провожу исследования и раскладываю по полочкам то, что узнала, чтобы, в конце концов, дистиллировать все четыре года в одну-единственную книгу – точный портрет Президента Марлоу.

– Интересно, – Трэйси задумчиво погладила подбородок, как бы обдумывая следующий вопрос. – Так вы создаете, – она сделала неопределенный жест рукой в воздухе, ее глаза хищно блеснули, – 'точный портрет', когда спите с вашим предметом?

Дэв опустила голову, спрятав лицо в ладонях, и застонала.

– О, мой Бог.

Стоны Президента были заглушены другими стонами, эхом раздавшимися в комнате. Дэв раздвинула пальцы, чтобы продолжать наблюдать за интервью.

– Давай, Могучая Мышь; не позволяй этой суке расстраивать тебя. Ты выше этого, милая.

Лаура растерянно моргнула, ошеломленная прямолинейным вопросом.

Трэйси посмотрела на Лауру и крошечная, почти незаметная, улыбка дернулась у нее на губах. "Я только что получила квоту у Associated Press. К черту 'Проснись, Америка'! Я хочу свое собственное шоу. И Марлоу может поцеловать меня в задницу".

Дэв отвергла все просьбы Трэйси об интервью 'с глазу на глаз'. Репортер продолжала настаивать. Фактически, слишком сильно. И она получила приглашение от Секретной Службы, где ее не слишком вежливо попросили ослабить напор, пока не последовало судебное преследование по закону о защите Президента. Они даже отменили ее журналистское аккредитование на некоторое время, установив испытательный срок. Ее! Трэйси Корбин!

– Мисс Страйер? – Напомнила Трэйси после нескольких секунд ошеломленной тишины.

Долю секунды Лаура чувствовала смущение. Ей обещали, что интервью будет касаться только ее работы, и никаких личных вопросов относительно того, с чем она спит. И тут она заметила улыбочку Трэйси. Лаура сузила глаза, проблеск понимания пробежал между женщинами.

Дэв побледнела.

– Ого. Она разозлилась.

Дэвид закончил вопить в телефон. Он бросил трубку на пол. Ударил ее ногой. Дважды.

– 'Проснись, Америка' утверждают, что они не знали об ее проблемах с аккредитацией в этом году. Видимо, другие корреспонденты просто отказались от интервью с Лаурой. Они не хотели выглядеть неподготовленными. Трэйси работала в шоу раньше, и это лучшее, что они смогли найти за час. – Он впился взглядом в телефон так, как будто во всем этом была только его вина. И снова пнул трубку.

Лаура поудобнее устроилась на стуле, прямо встречая взгляд Трэйси.

– Это – хороший вопрос, мисс Корбин. И, чтобы быть правдивой – я не думаю, что могу быть полностью объективной.

Трэйси торжественно улыбнулась.

– Не можете?

Дэв, Дэвид, Лиза и Джейн скривились.

– Нет. Но кажите, какой писатель может быть на сто процентов объективен? – Лаура подхватила эстафету вопросов. – Каждый вносит свой собственный жизненный опыт в то, что пишет, несмотря на все благие намерения. Мы – просто люди, в конце концов. – "В отличие от членов некоторых профессий!" Лаура заговорила более горячо. – Я думаю, ключом к точности и честности, насколько это возможно, служит хорошая редакционная поддержка, дотошное исследование и желание вызвать интерес читателя.

Улыбка соскользнула с лица Трэйси.

– И вы можете использовать все эти возможности, независимо от своих отношений с ПРЕДМЕТОМ, – Лаура растянула последнее слово с очевидным отвращением. Не то, чтобы она не действовала так в прошлом. Всякое бывало. Но биограф была уверенна, что никогда не сделала ничего предательского по отношению к людям, о которых писала… как если бы они были ее лабораторными крысами. Лаура мило улыбнулась. – Я ответила на ваш вопрос, мисс Корбин? – Невинно спросила она, отлично понимая, что только что поставила крест на личном шоу репортера. "Сука".

– Это – моя девочка! – Ликующе закричала Дэв.

– Давай, сделай ее, Могучая Мышь! Спроси об ее тупой работе по вынюхиванию!

Все три женщины посмотрели на Дэвида.

– Что? Я – Руководитель штата. Я знаю эту кухню!

Трэйси посмотрела вниз, на свои заметки.

– Хм… Да, пожалуй, ответили. – Она взглянула в камеру и улыбнулась.

Дэв задрожала от ярости.

– Ах, да… Теперь, Лаура…

Лауре пришлось прикусить губу, чтобы воздержаться от склоки на тему 'кто, черт возьми, сказал, что вы можете называть меня по имени?'. Вместо этого она пыталась выглядеть заинтересованной, задаваясь вопросом, как долго может длиться трехминутное интервью.

– Президент Марлоу – первая женщина Президент.

Лаура кивнула, с трудом борясь с желанием закатить глаза. "И вы говорите, что у вас не было времени на подготовку".

– Она также и очень привлекательная женщина, вы согласны?

Бровь Лауры дернулась.

– Любой, у кого есть глаза, согласится с вами, ТРЭЙСИ.

– О, да, уверена! Вы могли бы сказать Америке, что Президент Марлоу думает по поводу своего титула 'The World's Most ELIGIBLE Woman'?

прим. переводчика. The World's Most ELIGIBLE Woman – что-то вроде 'самая желанная СВОБОДНАЯ женщина в мире'

Температура в студии понизилась на десяток градусов. "Что? Она не свободна, и ты знаешь это!"

– Я не уверена в том, что Дэвлин думает по этому поводу. – Руки Лауры сжались в кулаки, но лицо оставалось бесстрастным.

– Не трогай приманку, Лаура, – Дэв разговаривала с изображением перед ней. – Я НЕ свободна!

Джейн кивнула.

– Без вопросов.

– Полностью поддерживаю, – пылко согласилась Лиза.

Лаура наклонилась вперед на стуле, поднимая журнал, который Трэйси внезапно бросила перед ней на стол. На обложке была изображена Дэв, обнимающая за талию новую молодую звездочку Голливуда, Такешу Васкиз. Было ясно, что картинка сфабрикована с одной лишь целью – показать, как хорошо эти женщины смотрятся вместе. Что, как неохотно признала Лаура, было правдой.

– Это полное и абсолютное дерьмо, – решительно заявила она, кидая журнал обратно на стол.

Глаза Дэв расширились, она резко втянула воздух.

– Не убивай ее в прямом эфире.

– Я смогу это замять, – уверенно заявил Дэвид.

Вся Америка, затаив дыхание ждала, когда же Лаура набьет репортеру морду. Вместо этого она очаровательно улыбнулась и сказала с мягким южным акцентом.

– Так уж получилось, что я знаю – Президент Марлоу предпочитает блондинок.

Несколько членов съемочной группы захихикали. И Трэйси неохотно присоединилась к ним.

Мужчина, стоящий возле камеры, подняла руку и начал загибать пальцы.

Трэйси покорно начала читать текст видео-суфлера.

– Спасибо, Лаура. Смотрите дальше – интервью со звездой Краснокожих, Элвисом Симпсоном.

Изображение Трэйси и Лауры сменили кадры рекламы.

Дэв обратилась к Дэвиду.

– Она ведь все сделала хорошо, верно? – "Никакого кровопролития. Пока. Я бы на вашем месте торопилась добежать до канадской границы, мисс Корбин".

– О, да, очень профессионально. – "Слава Богу". – Она была великолепна. Было похоже, что она просто размажет Трэйси по стулу через минуту.

– Жаль, что она никогда не услышит этих поздравлений, приятель. – Криво улыбнулась Дэв.

Лиза и Джейн сочувственно посмотрели на Дэвида.

Рыжеволосый человек нахмурился, но потом его лицо стало серьезным.

– Она убьет меня, не так ли?

Дэв кивнула и хлопнула друга по спине.

– Мне жаль, что у тебя лишь одна жизнь, чтобы отдать ее своей стране… и что моя девушка собирается уничтожить ее, когда вернется домой.

* * *

Трэйси была зла и расстроена оттого, что она не получила большей реакции от Лауры. То, что могло сделать ее главной ведущей новостей, было уменьшено до бессмысленного кадра дня, который не был сколь-либо сенсационным. Она замерла на месте при металлическом звуке голоса из-за спины.

– Это было не очень хорошо. – Лаура стояла на три шага позади журналистки, мышцы ее лица дергались от с трудом сдерживаемого гнева. На нее вылили достаточно дерьма в Прессе за эти девять месяцев. Но теперь… Теперь она видела перед собой лицо, причастный к этой злобе большой рот.

Трэйси медленно развернулась лицом к Лауре.

– Я – корреспондент новостей, мисс Страйер. Мне платят за историю, а не за то, чтобы я 'была хорошей'. Если бы я хотела 'быть хорошей', то была бы биографом.

Лаура сделала угрожающий шаг вперед.

– Я не думаю, что вы вообще пытались получить историю. Вы пытались получить реакцию. – "И вам это почти удалось". – Это были не более чем дешевые трюки. Этого я могла бы ждать от бульварных газет, но никак не от 'корреспондента новостей'. – Новый шаг вперед. – Чтобы быть писателем нужен навык и талант, мисс Корбин. Чего у вас нет. Несоответствие – вот причина, по которой вы не можете делать этого.

– О-о-о, черт! – Репортер послала Лаура неискреннюю улыбку. – Теперь я могу умереть счастливой. Подружка Президента отчитала меня. Вы закончили эту небольшую истерику, мисс Страйер? Потому что мне пора домой. Кроме того, я уверена, что вам нужно вернуться в Белый Дом, чтобы чесать зад маленькому Chief Executivenote 3.

Лицо Лауры приняло фиолетовый оттенок. Она спокойно сняла очки и аккуратно положила их в карман пиджака.

– О, я собираюсь царапатьnote 4. – Глаза писательницы блеснули гневом. – Но я больше думаю о кровавых полосах поперек вашего лица. – Лаура холодно улыбнулась, наслаждаясь шокированным взглядом и плохо замаскированной тревогой на лице Трэйси Корбин. – Хотя я, несомненно, передам Дэвлин ваши пожелания этим вечером.

– Привет, Лаура! – Нервный и очень знакомый голос прервал их беседу.

Лаура даже не повернула голову, продолжая жечь Трэйси яростным и многообещающим взглядом.

"О, черт. Дэвид был прав. Слава Богу, что я была так близко к студии". Ужасный звонок Дэвида настиг его жену, когда она была за два квартала от студии, по пути к центру города. Она могла быть на месте быстрее, чем кто-либо еще, и, судя по тону Дэвида, нужно было поторопиться. Бэт заняла то небольшое пространство, которое еще оставалось между двумя женщинами.

– Привет, я – Бэм МакМиллиан. – Она схватила руку Трэйси и энергично пожала ее. – И на вашем месте, я бы уехала отсюда, пока моя подруга – Лаура – не выцарапала вам глаза, и моему мужу не пришлось искать, где спрятать вашу никчемную, – ее взгляд опустился к груди Трэйси, – силиконовую шкуру.

– О, кавалерия! – Трэйси наклонилась к Бэт и говорила нарочито-громким шепотом. Теперь, когда ее жизни ничего не грозило, ее бравада вернулась. – И как раз вовремя. Мне было бы крайне неприятно, если бы я была вынуждена сломать нос этой блондинке. – Она вздохнула и посмотрела через плечо Бэт на Лауру. – Передайте Президенту мои наилучшие пожелания. – Трэйси усмехнулась.

Лаура резко дернулась вперед, но Бэт развернулась быстрее, чем можно было ожидать от женщины, которая ведет сидячий образ жизни профессора истории. Она использовала свое преимущество в весе, чтобы удержать биографа на месте. Блондинка выглядела так, будто сейчас взорвется, если не убьет кого-то.

– Дай. Мне. ПРОЙТИ! – Лаура сердито наблюдала, как Трэйси начала удаляться значительно быстрее, услышав эту фразу.

– Лаура, не делай этого. – Успокаивала ее Бэт. – Законная Пресса будет рвать вас с Дэв на части. Глубоко вдохни и подумай о Дэв и детях. – Она могла видеть, как эти слова мгновенно произвели нужный эффект. – Вот именно. Она того не стоит.

Лаура перевела дыхание и попыталась успокоиться.

– Сука, – яростно прошептала она, чувствуя горячие слезы, подступающие к глазам. – Вечно какая-то дрянь. Они следят, и лгут, и искажают факты. И никогда не останавливаются, даже если вы пытаетесь играть в их игру!

– Нет, не останавливаются. – Бэт вздохнула, радуясь, что инцидент произошел вдалеке от Белого Дома. Она видела это здание в новостях много раз за последние несколько недель. Популярность Дэв в опросах падала все ниже. В дополнение к негодованию по поводу взрывов и последующей операции ФБР, собственная партия Дэв, вместе с Республиканцами и несколькими консервативными Демократами, начали подвергать сомнению мораль Президента. В конце концов, она жила со своей подругой в месте, которое большинство людей рассматривали как общественное заведение.

– Если ты собираешься поддерживать хоть какие-то отношения с Дэв, тебе придется научиться просто игнорировать это.

– Легче сказать, чем сделать, – признала Лаура. Она поднесла руки к глазам, чтобы стереть слезы, затем к вискам, где начиналась головная боль. 'Боже, что со мной не так?' Она перевела дыхание, больше расстроенная тем, что потеряла контроль, чем действиями Трэйси Корбин.

– Ты права, Бэт. Давай пойдем отсюда. – Женщины направились к выходу. – Я даже не буду спрашивать, как, черт побери, ты оказалась здесь через тридцать секунд после окончания этого проклятого интервью.

Бэт рассмеялась.

– Мой любимый муженек позвонил мне. – Она пожала плечами. – Просто я была ближе всех. Он сказал, что если я не приеду к студии A.S.A.P. как можно быстрее, то он никогда не вернется домой, потому что будет пытаться объяснить, как простое интервью превратилось в убийство.

Лаура кивнула.

– Дэвид – толковый мужчина. Жаль, что он должен умереть, когда будет пытаться объясниться со мной. – Небольшая улыбка появилась на лице Лауры. – Он знает, что рано утром я как никогда близка к убийству.

Бэт хихикнула, беря Лауру под руку.

– Думаю, лучше позволить ему жить, чтобы мучить его до конца наших дней. Это гораздо веселее. Никогда не позволяй им видеть, что ты волнуешься, и никогда не позволяй им забыть, если они сделали какую-то глупость. А сейчас, как насчет завтрака?

Лаура положила руку на живот. Она слишком волновалась, чтобы съесть хоть что-нибудь, хотя встала еще четыре часа назад.

– Там будет алкоголь?

– Обязательно. Нет ничего странного в бокале Кровавой Мэри в, – Бэт посмотрела на часы, – 7:30 утра.

– М-м-м… Или Мимозы.

– Или Отвертки.

– Или пива, – сказали они хором и рассмеялись, чувствуя, как отпускает напряженность. Они вышли на улицу. Бэт внезапно замерла на месте и уставилась на дорогу, заполненную лужами от дождя и автомобилями.

– Хм… Ты должна будешь сесть за руль.

– Конечно. – Лаура пожала плечами и проследила за взглядом Бэт. – На что ты смотришь?

– На пустое место на дороге, позади того зеленого авто, со значком стоянки для инвалидов. – Ее плечи резко упали. – На котором стоял мой автомобиль.

– О. – Лаура обняла Бэт за плечи, ведя к своей машине. – Мне жаль. – Она нахмурилась, обдумывая что-то. Потом Лаура посмотрела на Бэт. – Как ты думаешь, Дэвлин могла бы депортировать Трэйси Корбин?

Бэт рассмеялась.

– Я уверена, Дэвид рассматривает эту возможность как раз в данный момент.

15 октября

– Джентльмены. – Дэв отклонилась назад на стуле, прошлась взглядом по лицам каждого члена партии Эмансипации. Она на секунду закрыла глаза, чтобы успокоиться. – Я ни черта не понимаю, почему вы считаете это проблемой. Это – вмешательство в мою личную жизнь!

Председатель партии Эмансипации Брюс Джордан ослабил галстук. Он был только на несколько лет старше Дэв, но его волосы уже были седыми, а лицо покрывали глубокие морщины.

– Никакого вмешательства, мадам Президент. Но когда партия согласилась нанять Лауру Страйер, чтобы она написала вашу биографию, мы не думали, что вы станете… – Он на мгновение смешался, не зная, какие слова лучше использовать. – Хм… мы… м-м-м… мы никогда серьезно не рассматривали физические отношения между вами.

– Хорошо. – Дэв скрестила руки на груди. – Потому что их не было. – Она посмотрела на Дэвида, но тот только пожал плечами. Дэв лично присутствовала здесь. И должна была сообщить обо всем сама. "Большое спасибо, приятель". Дэв сфокусировала взгляд на председателе партии Джордане. – То, что произошло между мной и Лаурой случилось также, как могло случиться у любой другой пары. Несколько месяцев мы работали вместе, помогали друг другу в трудные времена, развивали дружбу, которая, в конце концов, переросла в любовь.

Она остановилась и глубоко вдохнула. Дэв возмущала каждая секунда этих оправданий. Она нацелилась на основной источник противоречий.

– Это не вы, Брюс, были в больнице и держали меня за руку, после ранения. И я не помню, чтобы вы помогали мне, успокоить детей, которые волновались, что их мать могла умереть. – Ей хотелось кричать, что она не должна оправдывать свои действия ни партии, ни любому другому ублюдку на земле. Но это не было полностью правдой, и Дэв знала об этом.

– Дэв… – Мужчина выпрямился на стуле. – Смотрите, вы знаете, что я вас уважаю. У меня нет никаких проблем с вашим… образом жизни. С чем у меня проблема, так это с Национальным Журналом Новостей, который собирается выпустить историю о вас и Лауре на двадцати страницах. У них есть фотографии вас вместе.

– Естественно, так как мы бывали вместе на публике. И в чем тут проблема?!

Председатель Джордан резко ударил ладонями по столу, заставив всех в комнате вздрогнуть. Дэв не пошевелилась.

– Не надо вилять, Дэв. Вы прекрасно, черт возьми, знаете, что электорат не волнует ваша ориентация, но только пока вы не водите народ за нос. Саманта…

Лицо Дэв окаменело, голос стал опасным.

– Не смей вмешивать ее. Ни одного проклятого слова о ней! – Закричала Президент.

Упоминание имени Саманты было табу, и все в партии это знали. После ее смерти они хотели эксплуатировать общественную симпатию к губернатору Марлоу, и чуть не потеряли Дэв из-за этого. Если бы не спокойствие Дэвида, Дэв порвала бы с партией Эмансипации там и тогда. С тех пор, однако, им всегда удавалось побороть свои различия. До сих пор. Брюс Джордан взмахнул руками в воздухе и с отвращением выдохнул.

– Не в этот раз. – Он вызывающе выпятил челюсть. – Дате мне секунду! У нас проблемы, которые никуда не денутся, если их игнорировать. Половина Вашингтона ставит под вопрос вашу этику. У них БОЛЬШИЕ проблемы с тем фактом, что она живет в Белом Доме, под одной крышей с вами и вашими детьми, в то же время, работая на вас. Они полагают, что ваши дети подвергаются действию чего-то меньшего, чем мораль. И, продолжая оплачивать ее работу, партия Эмансипации поддерживает ваше аморальное поведение.

– И партия предпочла бы не быть разрекламированной таким образом?

– Точно.

– И все же, у партии нет проблем с тем, что некий гадский бульварный листок называет меня 'The World's Most Eligible Woman'?

Мистер Джордан выглядел смущенным.

– Дэв, это правда. – "И это – хорошая реклама. Есть разница".

– Черта с два! Первое, я не свободна. Второе, статья в Национальном Журнале Новостей точна. Я видела копию на прошлой неделе, и у меня к ним никаких претензий. Третье, если уж говорить о моей этике, то давайте вспомним, что до Лауры я была одна последние четыре года. Это все хорошо и замечательно, ведь тогда я не 'водила народа нос' ни в чем, – глумилась Дэв. – Но никого не было в моей жизни. НИКОГО. Я закончила свой губернаторский срок и выдвинулась на президентские выбору, В ОДИНОЧЕСТВЕ. – Голос, которым она произнесла последние слова, дал всем понять, что она чувствовала тогда. – Ради Бога, Брюс, ты был с Ольгой более чем двадцать лет, и теперь смеешь критиковать меня за то, что я наконец-то нашла человека, который делает меня счастливым?

– Я говорю не об этом.

– Гадство. Я влюблена в женщину, которая любит меня и обожает моих детей, и, внезапно, я становлюсь безнравственной? Я чувствую, что возвращаюсь к жизни! Не порти все.

– Если бы вы были женаты, это было бы другое дело. – Председатель поерзал на стуле. – Но это совместное проживание…

– Неправильно! – Дэв вскочила на ноги. – Ты, кажется, забыл, что однополые браки еще не во всех штатах юридически разрешены! Мы делаем успехи, да. Но…

– Но! – Председатель тоже вскочил с места. – Это юридически законно в вашем домашнем штате. – Вся его поза выдавала желание накинуться на Дэв. – Или она – просто мимолетное увлечение и способ согреть постель, и у вас нет по отношению к ней серьезных намерений? Потому что если это так…

– Ты, сукин сын! – Дэв двинулась к мужчине, сжимая руку в кулак. Дэвид быстро встал между ними и положил руку на плечо Президента. "Да что такое с Лаурой и Дэв в этом месяце?! Им срочно нужны новые каникулы!"

– Не делай этого. Оно того не стоит. – Он повернулся к Дэв, их глаза встретились. – Ты и я, мы знаем, что ты влюблена в Лауру. Он просто напуган. – Дэвид просительно понизил голос, он знал, что не сможет остановить Дэв, если она действительно решит расквасить Брюсу нос. – Не позволяй ему достать тебя. – Дэвид бросил взгляд через плечо. – Мистер председатель, думаю, в ваших интересах уехать прямой сейчас. Мы можем продолжить эту беседу позднее, когда все остынут и успокоятся. Позвольте нам сделать некоторые расчеты…

– В задницу расчеты, Дэвид! Я НЕ позволю проклятому опросу решать, кого мне любить и кого приглашать к себе домой. – Дэв оттолкнула руку Дэвида, все еще пытаясь добраться до председателя Джордана, в то время как остальные лидеры партии спешно покидали офис.

Дэв и Дэвид остались одни, глядя на расставленные по столу кофейные чашки и разложенные повестки дня, оставленные членами партии, бежавшими из комнаты. Оба взяли себе стулья и спокойно сели, задаваясь вопросом, как, черт возьми, все так быстро покатилось под откос.

16 октября

– Этот, последний – от меня, – Крис вручил пакет сестре. – Счастливого дня рождения, Эш.

– Спасибо, Крис, – Эшли взяла коробку и разорвала обертку. – Ничего себе! Ученая Барби с ее лабораторией! Спасибо, Крис!

Маленький мальчик широко улыбнулся и поправил очки.

– Не стоит благодарности. – Он наклонился к ней и зашептал, прекрасно понимая, что Лаура, мамочка и Эмма слушают его. – А можем мы с Аароном тоже в это играть? Пусть это и девчачьи игрушки. Мы могли бы взорвать лабораторию и похитить Барби!

Эшли собиралась сказать брату, чтобы даже не мечтал, но получила выразительный взгляд от Дэв. Она немного смягчилась.

– Конечно, Крис. Валяй. – Эшли взяла диск 'Тайны Нэнси Дрю', полученный от Лауры, билеты на 'Щелкунчика' от мамочки, свитер, связанный Эммой и ожерелье, которое подарил ей Аарон. Она повернулась, чтобы пойти за братьями, которые уже покинули комнату, но была остановлена голосом Дэв.

– Ты ничего не забыла? – Напомнила мать мягко. Эшли уже благодарила Лауру и Эмму. Но не мешало бы сказать 'спасибо' еще раз.

– Спасибо, Лаура и Эмма, – покорно повторила девочка. Затем настоящая улыбка появилась на ее губах. – Мне нравятся истории и свитер. Я покажу их своим друзьям в школе!

Лаура хихикнула.

– Я рада, что тебе это нравится, Эшли. Я была в твоем возрасте, когда начала увлекаться чтением. Только я читала бумажные книги.

Эшли сделала задумчивое лицо.

– Ничего себе. Ты действительно старая.

Дэв и Эмма громко рассмеялись.

– Ну и дела, спасибо, малышка. – Серые глаза мерцали.

– Не за что, – искренне ответила Эшли, уже убегая к двери.

Дэв еще раз пожелала 'счастливого дня рождения', и Эшли остановилась. Она подбежала к матери и крепко обняла ее.

– И тебе тоже счастливого дня рождения, мамочка. Это так классно, разделять день рождения. Мы, правда, пойдем на балет только вдвоем?

Дэвлин закрыла глаза и крепко обняла девочку, чувствуя свою вину за то, что она не могла уделять много времени детям.

– Я обещаю, милая. Только ты и я. Специальный полдень для нас двоих. – Дэв почувствовала, как ее грудь сжало, как будто она собирается заплакать. – Каково это – чувствовать себя настолько большой? Уже восемь лет! – Она задумчиво вздохнула. – Я едва могу в это поверить.

Эшли сияла.

– Это прекрасно! Пока. – И она быстро выбежала их комнаты.

– Ну, а теперь, Дэвлин, – сказала Эмма, – я думаю, мне пора пойти, позвонить моему сыну, Томми. – Пышная женщина устало улыбнулась. – Это был беспокойный день. – Да уж. К Эшли приходили несколько девочек из класса, которые провели полдня в Белом Доме, затем был небольшой семейный праздник, который только что завершился.

– Кончено, Эмма. И большое спасибо за все. – Дэв криво улыбнулась. – Я не плачу тебе достаточно.

Эмма фыркнула.

– Ты заметила? – Она медленно направилась к двери. – Доброй ночи, дамы.

– Доброй ночи, Эмма, – хором ответили Лаура и Дэвлин.

– Ничего себе. – Лаура в восхищении покачала головой. – Она проделала большую работу сегодня. Я слышала, как кричали эти второклассники даже в моей комнате. За закрытой дверью. С надетыми наушниками. И с головой, спрятанной под подушку.

Дэв закатила глаза.

– Жуть.

– Точно, – Лаура хихикнула. Она любила тишину, но жизнь в Белом Доме никогда не была такой. По крайней мере, не рядом с Марлоу. – Так… – Лаура подошла к Дэв и прижалась к ней всем телом. Она поцеловала шею высокой женщины. – А что большая девочка хочет на свой день рождения?

Дэв зарычала, захватив губы Лауры с страстном поцелуе. Услышав стон блондинки, она углубила поцелуй, смакуя вкус и аромат партнера. Когда она отстранилась, Лаура медленно облизала губы, выглядя немного ошеломленной.

– Намек понят?

Лаура сглотнула.

– О, да. – Она схватила Дэв за руку и потащила ее из гостиной. – Мы пойдет ко мне. И я не отпущу тебя до утра.

Дэв охотно сделала несколько шагов к двери. Потом остановила Лауру.

– Что? – Раздраженно спросила писательница. – Я ждала своей очереди весь день!

Дэв улыбнулась.

– Я знаю, любимая. Но разве мы не можем остаться здесь? Что если детям что-то понадобится, или Дэвид решит…

– Нет. Я все устроила. – Лаура снова потянула Дэв за руку, чуть ее не оторвав.

– Но…

– Боже. – Лаура закатила глаза, рассмеявшись, когда Дэв не использовала свой шанс закрыть дверь до того, как ее вытащили в коридор. – Эмма знает. Дэвид знает. И, вероятно, весь обслуживающий персонал Белого Дома знает, что я собираюсь, – она открыла свою дверь и провела Дэв внутрь, – быть сверху этой ночью.

– Ты что, так им и сказала? – Хихикнула Дэв, высматривая на полу собак. Она всегда ожидала нападения. Начиная с прибытия сюда, Принцесса была неприятно расположена к Грему. Ну, ладно, неприятно для Дэв. Все, кроме Майкла Оакса, который, как подозревала Президент, ненавидел Санта-Клауса и свою собственную мать, казалось, обожали обоих собак.

– Ага. Это – именно то, что я им и сказала. – Лаура, наконец, остановила движение перед диваном. Она поднесла руку Дэв к губам и мягко поцеловала. – Садись. Самое время, чтобы вручить тебе мой настоящий подарок.

– Хех. – Развратная усмешка появилась на лице Дэв. – Могу я его развернуть? – Она скользнула руками под свитер с эмблемой Университета штата Теннеси, положив ладони на теплый живот.

Лаура смаковала чувство сильных рук Дэв, уронивших ее на диван, и сделала паузу, чтобы крепко поцеловать ее.

– Да, можешь. Но позже.

Дэв оттопырила нижнюю губу, и Лаура не могла не рассмеяться.

– Посиди тут секундочку, чтобы я могла вручить тебе презент, ладно?

Дэв снисходительно кивнула.

– Да, мэм.

– Спасибо. – Лаура погладила плечо Дэв, направляясь к столу, стоящему позади дивана. Она подняла конверт со столика, удивляясь собственной нервозности. "Расслабься. Это была хорошая идея. Она не подумает, что это глупо". Лаура внутренне вздрогнула. "Я надеюсь".

Блондинка опустилась на диван рядом с Дэв, садясь в позу лотоса.

Пристальный взгляд Дэв опустился к руками Лауры. Она ждала еще несколько секунд, прежде чем любопытство взяло верх над нею.

– Разве ты не собираешься дать это мне? – Напомнила она.

– Ух… Кончено. – Лаура покачала головой в тревоге, внезапно сожалея, что она не решила сделать Дэв более традиционный подарок. Но менять что-либо было слишком поздно, она собрала всю свою смелость и медленно подала Президенту толстый конверт. – Счастливого дня рождения, Дэвлин.

Дэв широко улыбнулась.

– Спасибо. – Она открыла конверт и недоуменно моргнула, обнаружив в нем контракт с издательством 'Звездный свет'. Она посмотрела на Лауру, которая только указала на бумаги в ее руках.

– Прочитай. – Глаза писательницы мерцали. – Я знаю, ты разберешься с обычным контрактом между Лаурй Галлагер и ее неназванным соавтором. Соавтором ее следующего романа об Адрианне Нэш.

– Я… – Лицо Дэв стало задумчивым. – Я не понимаю.

– Я знаю, как тебе нравятся мои романы об Адрианне. Я думала, что тебе бы захотелось помочь мне со следующим. – Она взволнованно прикусила губу. – Я начинаю думать о следующем романе, когда на три четверти закончила предыдущий. – Лаура дернула одним плечом. – Что сейчас и происходит. Контракт включает разделение платы 50/50 между мной и моим неназванным соавтором. Никто и никогда не должен знать об этом кроме меня, тебя и IRS. – Она усмехнулась.

Синие глаза расширились.

– Ты хочешь, чтобы я работала над твоей книгой? – Прошептала Дэв.

Лаура медленно кивнула, не будучи уверенной, как следует расценивать реакцию Дэв.

– Только если ты хочешь, – быстро пояснила она. – Я… Я… О, черт. Это была глупая идея, да? Я должна была подарить тебе свитер или что-то подобное. Я хочу сказать, ты ведь – самый занятый человек на земле и нет ника… – Ее словесный поток был прерван зажигательным поцелуем.

– Это прекрасно, – пробормотала Дэв, не отодвигаясь далеко от губ Лауры. – После появления на свет Эш, это самый лучший подарок, который я когда-либо получала на день рождения. И это еще один замечательный повод для того, чтобы проводить с тобой время. – Дэв сделала паузу, медленно проведя языком по верхней губе Лауры, заработав низкое рычание от своей возлюбленной, которое послало дрожь по ее спине. – Даже притом, что моя влюбленность уже является более чем достаточной причиной.

Дэв прижала Лауру поближе к себе и вместе с нею опустилась на пол, мягко застонав, когда руки Лауры проникли под рубашку и начали дразнить чувствительную кожу между лопаток.

– Лаура?

Писательница уже потерялась в тумане чувств, и слова Дэв прошли мимо ее сознания. Она притянула Дэв к себе, зарывшись руками в ее густые темные волосы, чувствуя, как тело Президента удобно располагается на ней.

– Лаура?

– М-м-м? – Слабо выдохнула она.

– Теперь я могу развернуть другой свой подарок?

– О, да. – Лаура медленно закрыла глаза, почувствовав, как сильные руки начали стягивать с нее свитер. – Боже, я люблю твой день рождения.

Глава XI

Ноябрь 2021

4 ноября

– Почему они так долго? – простонала Дэв.

– Не волнуйся ты так. Чем бы там не закончилось, с нами все будет прекрасно. – "Так ведь?"

– Но…

– Дорогая, прошло еще только полчаса. – Напомнила Лаура. Она скрестила ноги, потом выпрямила их, снова скрестила.

– О, вижу, ты совсем не волнуешься.

– Очень смешно.

Женщины сидели на стульях бок о бок, сжимая в руках подушки с вышитыми на них президентским печатями. Они находились в одной из гостиных комнат Дэв, с тревогой ожидая результата, от которого зависело, будет ли Лаура к концу дня все еще президентским биографом.

Все началось в прошлом месяце, когда партия Эмансипации официально потребовала отставки Лауры. Конфиденциально же Дэв сообщили, что если ее подружка не уйдет в отставку до дня Благодарения, то ее открыто уволят. Ответ Дэв о том, что если они уволят Лауру, то она разорвет отношения с ублюдками навсегда, могли слышать даже на другом конце Белого Дома. Это был столь грандиозный вопль, что даже Дэвид не смог сгладить последствия.

Вэйн и два адвоката из издательства Звездный Свет прибыли в Вашингтон О.К. вчера. Сейчас они были на встрече с председателем партии Эмансипации Джорданом, адвокатом партии и Дэвидом, который с большим трудом уговорил Лауру и Дэвлин ждать в комнате и предоставить ведение переговоров адвокатам.

– Знаешь, что, – начала Дэв, кинув подушку через всю комнату и вскакивая на ноги, – они не могут заставить тебя уехать. Они не могут!

Лаура устало вздохнула.

– Дэвлин, задумайся об этом на мгновение. Моя честность как биографа и так под угрозой. Они имеют полное право расстраиваться. Независимо ни от чего, они не собираются оплачивать биографию для себя.

– Гадство! Но ты можешь остаться здесь, независимо от того, пишешь ты книгу или нет.

Лаура покрепче сжала подушку, чувствуя боль в душе.

– Не думаю, что это – хорошая идея, – мягко сказала она.

– Что? – Дэв подошла к Лауре и опустилась на колени. Она была просто в панике. – Что… что ты сказала? – "Нет! Я этого не слышала. Не может быть!"

Взглянув в глаза Дэв, Лаура почувствовала острую боль в груди, она не смогла повторить эти слова.

– Это мешает тебе, – наконец прошептала Лаура, сопротивляясь слезам. – Опросы…

Дэв положила ладони на колени Лауры, ее глаза вспыхнули.

– Плевала я на эти опросы! Это – все еще мой дом, Лаура. Никто не смеет указывать мне, кто может остаться со мной, а кто не может. Я люблю тебя, и не хочу, чтобы ты переезжала куда-либо.

– Я тоже люблю тебя, – настаивала Лаура. – Но если мое пребывание здесь разрушает твою карьеру, то я должна уехать. – Это было последнее, чего бы она хотела, но будь она проклята, если позволит Дэв уничтожить свою карьеру из-за нее.

– Опросы колеблются туда-сюда. Сейчас у меня больше пунктов, чем в прошлом месяце, и становится все лучше. Взрывы – вот что в действительности было плохо в глазах общественности, милая. Не ты. И, несмотря на все стоны партии по этому поводу, большинству людей все равно, кого я люблю, и где этот кто-то живет. Просто ублюдское крыло консерваторов играет мускулами. И главный ублюдок, Брюс Джордан, встал в позу и пытается упрочить свои позиции в партии. Если они заставят меня просить о том, чтобы ты осталась в Белом Доме, это будет показ силы. Если я откажусь, то они кинут свою 'огромную мораль' в лицо США и будут винить в каждой неудаче в парламенте наши отношения. ЭТО – изнанка политики, Лаура.

– А есть и привлекательная сторона? – Легкая улыбка появилась на губах блондинки.

Дэв удивленно покачала головой.

– Я, как бы, неравнодушна к власти, используя которую я помогаю человечеству, формирую будущее… – Она пожала плечами. – Что-то вроде того.

– Ты, в самом деле Wonder Woman.

Дэв немного расслабилась. Лаура дразнила ее. Это – хороший признак.

– По некоторым причинам я не понимаю, почему они не могут осознать, что я никогда не попрошу тебя уехать. НИКОГДА.

Лаура открыла было рот, чтобы ответить, но Дэв прижала пальцы к ее губам, предупреждая слова. Она должна была выяснить это раз и навсегда. Президент знала, что не сможет жить с сомнениями. Свободной рукой Дэв прогладила светлые волосы, лежащие на плечах блондинки.

– Ты хочешь уехать?

Лаура энергично трясла головой.

"Слава Богу".

– Ты счастлива, живя с нами здесь?

В течение секундного колебания Лаура вспоминала все произошедшее за последний год. Сражения с Прессой. Ранение Дэв. Утрата большого количества личной свободы. Никогда нельзя было остаться по настоящему одной, но и никогда она не была одинока. Столкновения с идиотами, вроде Майкла Оакса. Большая ответственность и опасения из-за любви Дэв и ее детей. Она быстро кивнула. Никогда еще Лаура не была такой счастливой.

Дэв перевела дыхание и облизала сухие губы. Секунда еще никогда не была такой длинной.

– Тогда ладно, – пробормотала она. – Хорошо. – Президент отодвинула свои пальцы и мягко поцеловала Лауру в губы. – Тогда, независимо от того, чем это все закончится, ты останешься, верно? – Она просительно подняла брови. – Обещаешь?

Лаура улыбнулась, признавая, что она действительно этого хочет. Она поверила, что Дэв способна отразить любое политическое нападение, связанное с ее присутствием в Белом Доме. И Лаура решилась принять предложение.

– Я обещаю. Они должны будут уничтожить Белый Дом, чтобы заставить меня покинуть тебя.

Сердце Дэв вновь начало биться.

– Самое время, чтобы разочароваться во всем этом и начать строить планы, Могучая Мышь.

Обе рассмеялись, но звук туту же затих, когда раздался стук в дверь. Дэвид приоткрыл створку и просунул внутрь голову.

– Готовы?

Дэв встала на ноги и подала руку Лауре, помогая подняться. Когда обе были на ногах, Дэв кивнула Дэвиду, и тот открыл дверь, позволяя группе войти в комнату.

Лаура задержала дыхание и бросила взгляд на Вэйна. Он послал ей самодовольную улыбку, и женщина чуть не упала на пол, когда напряжение покинуло ее. Дэвид первым начал говорить.

– Мадам Президент, думаю, мы нашли решение, которое удовлетворит всех.

Дэв скрестила руки на груди и впилась взглядом в Брюса Джордана.

– Она уволена? – Президент небрежно обняла Лаура за плечи и притянула к себе, с вызовом подняв бровь.

Седой мужчина скрестил руки на груди и выпятил подбородок.

– Так или иначе, но партия Эмансипации больше не нуждается в услугах мисс Страйер. – Вызов в его голосе был очевиден, и Дэв почувствовала, что закипает.

Президент убрала руку с плеч Лауры и пошла в сторону председателя Джордана. Ее руки дернулись, сжимаясь в кулаки.

– Да чтоб те…

Дэвид хлопнул ее по спине так, что Дэв закашлялась и прервалась на середине предложения.

– Вы действительно должны что-то сделать с этим кашлем, мадам Президент.

Дэв направила убийственный взгляд на своего лучшего друга.

Дэвид прочистил горло, полагая, что он доберется только до середины вопроса, прежде чем Дэв убьет его. Или их обоих.

– Как я хотел сказать, с согласия мисс Страйер, мы должны разобраться со всем немедленно. Адвокаты от партии и издательства согласились, что дело движется к судебной тяжбе, так как существует вероятность, что романтические отношения Лауры с вами, мадам Президент, существенно влияют на ее возможность выполнять свою часть договора в установленные сроки. Другими словами, договор может быть нарушен. Все стороны сошлись в том, что следует избегать тяжбы.

Лаура всплеснула руками и закатила глаза.

– Что, черт возьми, это значит?! – Проревела Дэв. – Говори по-английски, а не по-адвокатски.

Дэвид поджал губы.

– Это значит, мадам Президент, – он посмотрел на Лауру, – что издательство Звездный Свет выкупило остаток контракта у партии Эмансипации. В дополнение к жалованию мисс Страйер на следующие три года, они выплачивают компенсацию партии Эмансипации. Также издательство заплатит разумную цену за биографическую информацию, которую мисс Страйер успела собрать, работая на партию.

– Если вы можете назвать два миллиона долларов разумной ценой, – фыркнул Вэйн.

Дэвид проигнорировал его.

– В дальнейшем мисс Страйер будет работать, как и было запланировано. Однако все права на прибыль она передает издательству Звездный свет.

Лаура, наконец, присоединилась к дискуссии.

– Так я могу продолжать делать мою работу, писать книгу, жить здесь, и все что изменится – это то, что я разорву все связи с партией Эмансипации и буду работать на издательство?

Вэйн подмигнул Лауре.

– Точно, милая. Можешь поблагодарить меня позже.

– Что мне подписать?

Раздался стук в дверь.

– Мадам Президент, у меня контракт, который требовал Руководитель штата МакМиллан, – раздался голос Лизы.

– Входи, Лиза, и спасибо, – ответил Дэвид. Помощник Президента появилась в дверях с тремя копиями нового контракта.

Вэйн вручил Лауре ручку.

– Думаю, подписать надо это.

Все поверенные поставили свои подписи под документами, но выглядело это так, будто они обмениваются ударами.

Сначала поставил подпись Брюс Джордан, потом Вэйн и, наконец, Лаура, которая тут же бросилась на шею Вэйну и поцеловала его за все приложенные им усилия. Когда тот, наконец, понял, что произошло, то рассмеялся и обняла Лауру, которая в ответ сжала его так, что стало трудно дышать.

– Спасибо, Вэйн, – прошептала блондинка на ухо коренастому мужчине. – Ты не представляешь, что это значит для меня.

– Ты не должна благодарить меня, милая. Бестселлера будет достаточно.

Лаура рассмеялась и обняла Дэвида.

– Я знаю, главным образом это твои усилия, Дэвид, – произнесла она мягко, только голос выдавал всю степень ее благодарности.

Руководитель штата слегка покраснел и пожал плечами.

– Я просто делаю свою работу. – Но его карие глаза блестели от гордости за хорошо выполненное дело.

Лаура подняла бровь.

– О, хех.

– Как насчет обнять меня? – Игриво произнесла Дэв. – Я последняя в списке?

Лаура взяла Президента за руку.

– Вы получите более полные восторги, мадам Президент. Лиза, – сказала она, продолжая смотреть в глаза Дэв, – сколько времени до следующей встречи Президента?

– Двадцать три, почти двадцать четыре минуты, – ответила Лиза без колебаний, заставляя Вэйна в изумлении поднять брови. Эта женщина была живым органайзером и часами. Он задался вопросом, был ли у нее приятель.

– Хорошо. – Лаура улыбнулась Дэв. – Хочешь прогуляться со мной?

Лицо Марлоу немедленно озарила счастливая усмешка. День становился все лучше.

– Показывай дорогу.

Лаура и Дэв направились к двери, взявшись за руки. Писательница открыла дверь для Марлоу, которая уже собиралась выйти из комнаты, но остановилась, когда блондинка отпустила ее руку.

Лаура развернулась и подошла к Брюсу Джордану.

– Мистер Джордан, – Лаура выпрямила плечи, – вы – задница самого высокого порядка. И я с огромным удовольствием укажу этот факт в биографии Президента ДЛЯ ИЗДАТЕЛЬСТВА «ЗВЕЗДНЫЙ СВЕТ». – Она неискренне улыбнулась и произнесла, растягивая слова. – Хорошего дня.

Лаура прошла мимо Дэв к двери.

Дэв с ухмылкой оглянулась на председателя партии, и Дэвиду было ужасно жать, что у него сейчас нет фотоаппарата, чтобы запечатлеть лицо Президента.

– Полностью с ней согласна.

Дэв вышла из комнаты, чтобы догнать Лауру, которая была уже на середине коридора.

7 ноября

– Давай, папа. Возьми трубку. Ты ВСЕГДА дома после ужина. – Лаура ударила по телефону кулаком, затем нажала кнопку 'повтор' и принялась снова ждать, надеясь, что этим вечером он все-таки ответит. Она покорно звонила отцу раз в месяц, начиная со смерти матери, также как и все эти тринадцать лет, с тех пор, как она покинула дом. Только после самоубийства Анны Страйер, отца Лауры никогда не оказывалось дома, когда она звонила.

Обычно флегматичный водопроводчик на пенсии, недвусмысленно заявил дочери, что раз она вернулась в Вашингтон ОК после того, как стреляли в Дэв, хотя Анна была еще в больнице – значит она предпочла Дэв собственной матери.

Лаура не могла не согласиться с отцом. И хотя дело обстояло не совсем так, как он пытался это представить, в глубине души Лаура знала, что если бы ей действительно пришлось выбирать, она бы выбрала Дэвлин.

Его отношение немного смягчилось сразу после смерти жены, и когда Лаура вернулась домой с похорон, он встретил ее с распростертыми объятиями. Но потребовалось только несколько часов, чтобы недовольство снова вышло наружу, и Говард обвинил в своей потере Лауру. Если бы она осталась, чтобы помочь… Отец давил на нее из-за того, что его дочь имела дело с Президентом, и это давление было больше, нежели могла вынести хрупкая женщина. Если бы она показала Анну различным докторам. Если бы она не оставила штат Теннеси так быстро… Список был бесконечен.

Но это было четыре месяца назад, и хотя они с тех пор не встречались, Лаура не собиралась вообще прерывать отношения с отцом. И хотя женщина и была уверена, что у нее никогда не будет таких тесных отношений с родителями, как у Дэв с Джанет и Фрэнком Марлоу, она любила своего отца и хотела знать, что с ним все в порядке.

Лаура уже собиралась дать телефону команду прекратить вызов, когда отец снял трубку. Сигнальная лампочка показывала, что видеосвязь не активирована. Отец всегда ненавидел это нововведение и поставил его только по просьбе матери. Теперь, когда Анны не стало, он, должно быть, вовсе выкинул видео-модуль.

– Алло.

– Папа?

Щелчок.

Лаура недоуменно моргнула при звуках гудка.

– О, просто чудесно. Похоже, ты все-таки обнаружил, как отключить звонящего. Все еще злишься на меня? – Саркастически пробормотала она. Но Лаура была задета, хоть и пыталась этого не показать. Писательница согнала Гремлина и Принцессу с кровати. Обе собаки волшебным образом появлялись из неоткуда, стоило ей только решить выгулять их.

– И как вы это делаете? – Спросила она у собак, чувствуя, как настроение становится все хуже и хуже. Она наклонилась, чтобы прицепить к ошейникам Грема и Принцесы поводки и захватила пальто с вешалки возле двери.

Когда Лаура открыла дверь, то обнаружила стоящую за ней Эшли.

– Привет, Эшли. – Лаура оглядела коридор, но не обнаружила там больше никого. – Я собиралась вывести собак на прогулку. Чем я могу тебе помочь?

Эшли ковыряла ботинком ковер.

– Я не знаю. – Она наклонилась, чтобы погладить собак, которые просто тряслись от радости при виде своего приятеля.

– Хорошо. – Растянула Лаура. – Ну, мы могли бы поговорить, когда я вернусь, или ты можешь присоединиться ко мне. Грему нравится, когда ты ходишь с нами.

Эшли улыбнулась и взяла поводок.

– Я пришла, чтобы посмотреть, хотят ли он или Принцесса поиграть. Мне скучно.

– А-а-а… Понятно. – Серьезно ответила писательница, пытаясь вспомнить, как она развлекалась, когда была в возрасте Эшли. Лаура посмотрела на часы – 7:30 вечера. Так или иначе, она не думала, что кидание камней в заброшенный дом в конце улицы, вкладывание монетки на рельсы железной дороги, чтобы ее расплющил поезд или бездумный просмотр телевизора, попали бы в список времяпрепровождений, одобренный Дэв.

– Хочешь позаимствовать мою куртку?

Эшли явно обрадовалась.

– Конечно!

Лаура тихо хихикнула.

– Ладно, ты можешь взять эту. – Она сняла с вешалки свою поношенную куртку. – Или, – Лаура зажала поводок Принцессы зубами, чтобы освободить вторую руку. – Фот этху.

Эшли выбрала желтую замшевую куртку и надела ее. На маленькой девочке короткая куртка напоминала балахон и Лаура закатала рукава, прежде чем выйти из комнаты. Писательница обратилась к первому агенту, которого они встретили в коридоре:

– Мы собираемся выгуливать собак на южной лужайке.

Через несколько секунд агент, который обычно сопровождал Криса, присоединился к ним, двигаясь на несколько шагов позади. Лаура посмотрела на Эшли.

– Сегодня вечером Эми не будет?

– Ага.

Гремлин решил, что они слишком надолго застряли около двери и потянул девочку к выходу. Эшли пробовала немного задержать его, но не преуспела в этом.

– Гремлин! – Прикрикнула Лаура.

Пес на мгновение замедлился, но вскоре снова натянул поводок.

Эшли рассмеялась; Грем просто тащил ее за собой.

– Он действительно хочет прогуляться!

– Да уж. – Лаура покачала головой. – Давай поменяемся. – Она взяла поводок Грема, дернув за него, чтобы немного остановить пса, и передала Эшли поводок Принцессы. Собачка, привыкшая к выступлению на выставках, шла медленно и чинно. Просто идеал поведения.

– Почему вместо того, чтобы учиться чему-то хорошему, ты предпочитаешь учить плохому Принцессу? – Спросила Лаура у Грема, больше для того, чтобы услышать смех Эшли.

Осенний вечер встретил их порывом холодного ветра и запахом мокрых листьев и земли.

– Бр-р-р! – Лаура задрожала и засунула руки в карманы. – Обойдемся короткой прогулкой.

– Ладно, – согласилась Эшли, потеплее закутываясь в мягкую ткань.

– Расскажешь мне, что тебя тревожит? – Небрежно спросила Лаура. Эшли была болтливым энергичным ребенком, все эмоции которого всегда были на виду. Не нужно быть ученым, чтобы понять, что девочка обеспокоена. – Ты не выглядела счастливой, когда стояла возле моей двери.

– Ты тоже не выглядела счастливой, – парировала девочка.

– И как ты все замечаешь. – Фыркнула Лаура. – Прямо как твоя мама. – Она повернула налево, чтобы обойти большую лужу. – Ну, так ты расскажешь мне?

– Сначала ты.

Эшли подняла бровь, но Лаура не стала отказываться.

– Я собиралась поговорить с папой по телефону, а он повесил трубку.

Эшли нахмурилась.

– Это не слишком хорошо.

– Нет. – Лаура вздохнула и подняла воротник пальто. – Не слишком.

– Он, правда, так зол на тебя?

Лаура кивнула.

– Думаю что так. Зол и разочарован, я полагаю.

Эшли сделала несчастное лицо. Что может быть хуже, когда родители разочаровываются в нас.

– Почему?

Лаура устало вздохнула и посмотрела на Эшли, решая, что стоит ей говорить. Пожалуй, она уже достаточно большая девочка, чтобы понять правду.

– Он разочарован, потому что я не осталась в штате Теннеси, чтобы помочь моей маме этим летом. – Пауза. – Когда она заболела.

Они подошли к скамейке, и Лаура предложила Эшли сесть.

– Давай дадим им немного побегать. – Сказала Лаура, отстегивая поводки собак от ошейников. – Им все равно понадобится ванна.

– А почему ты не осталась дома, когда она заболела?

Лаура вздрогнула от простого вопроса ребенка.

– Давай, – писательница обняла девочку, которая поближе прижалась к ней. – Я не осталась дома, потому что в душе не думала, что могу еще что-либо сделать для мамы. Но ТВОЯ мама нуждалась во мне, я думала, что ей будет легче, если я буду рядом. – Она пожала плечами. – Так что я решила уехать из дома… в этот дом.

– Когда в нее стреляли, – вспомнила Эш.

– Ага. Поэтому папа зол на меня.

– Это выглядит несправедливым. – Эшли обняла Лауру. – Мне жаль.

Блондинка наклонилась и поцеловала девочку в макушку.

– Я буду в порядке, милая. Просто это грустно. Но, в конечном итоге, все образуется. – "Или нет".

Мгновение они сидели тихо, глядя, как Гремлин и Принцесса носятся по лужам.

– Мамочка не пришла домой на ужин этим вечером, – тихо сказала Эшли. – Она работает допоздна.

"Ах… Точно".

– Я знаю. Сегодня вечером у нее встреча с людьми из Мексики.

– Она не смогла пойти со мной на 'Щелкунчика' на той неделе. Ведь это был подарок на мой день рождения и мы хотели пойти только вдвоем. Эмма пошла со мной, но это – совсем не то же самое.

– О, милая. – Лаура закрыла глаза и сжала Эшли в объятиях. – Она хотела пойти с тобой. Твоя мама чувствовала себя ужасно из-за этого. – "У нее слезы стояли в глазах той ночью, когда она рассказывала об этом мне". – Но это было критическое положение и…

– И она работала допоздна, – хмуро закончила Эшли. – Как всегда.

Лаура грустно вздохнула. Не было смысла пытаться ответить. Эшли плевать на мировую экономику.

– Ты знаешь, у нее важная работа, которая занимает много времени, верно? – Риторически начала блондинка.

– Да. – Кивнула Эшли. – Я знаю.

– Но, когда она вынуждена отсутствовать дома, она вовсе не думает, что ты или твои братья менее важны, чем ее работа.

Глаза Эшли расширились, когда она посмотрела на Лауру, чтобы понять, говорит ли та правду.

– Серьезно?

– Никоим образом, Эш. Ничто для вашей мамы не важнее вас, ребята. – Твердо заявила писательница. Она погладила щеку Эшли. – Но то, что она делает – очень важно, и она знает, что люди, которые любят ее, не станут любить ее меньше, только из-за того, что у нее недостаточно часов в сутках, чтобы сделать все дела. Никто, кроме семьи не поступает так.

– Никто?

Лаура серьезно покачала головой.

– Нет.

Лицо Эшли стало задумчивым.

– Я этого не знала.

– Я знаю. Это трудно понять. Но она делает все, что может, Эшли. И если бы она могла, то проводила бы все свое время с вами, ребята.

Широкая усмешка появилась на губах Эшли.

– Все время? Действительно?

– Конечно! – Лаура снова обняла ее. – Она очень гордиться вами, и любит вас как сумасшедшая. Кроме того, – она прижалась лбом ко лбу Эшли, – я случайно знаю, что она снова купила билеты, так что на этой неделе вы идете на балет.

– Я знаю. И это все еще только для нас двоих. – Эшли дернула Лауру за пальто. – Ты не против, верно?

Лаура тепло улыбнулась.

– Конечно. Вы обе отлично проведете время, и ты сможешь рассказать мне об этом. И, если вдруг что-то случиться, и твоя мама абсолютно не сможет сделать это… даже притом, что она хочет этого больше всего на свете… может быть, мы пойдем вместе?

– Кончено! – Выпалила Эшли. – Если мамочка не сможет. Это все равно было бы весело. – Эшли импульсивно поцеловала Лауру в щеку. – Спасибо, Лаура.

– Не за что, милая.

– Я люблю тебя.

Лаура с трудом сглотнула.

– Я тоже люблю тебя.

9 ноября

– Закончим на сегодня, ладно? – Дэв беспокойно ерзала на диване.

– Конечно, – немедленно ответила Лаура, – если ты хочешь. – Она положила ноутбук на кофейный столик, немного удивленная тем, что Дэв хочет закончить интервью так скоро. Этого часа она ждала всю неделю. "Похоже на то, что мы никогда не закончим". Это были полчаса чистого расстройства, когда Лауре приходилось буквально вырывать каждое слово из ее обычно болтливого друга. Дэв нервничала и дергалась, ее пристальный взгляд то и дело скользил к старым дедушкиным часам, которые в октябре были установлены в комнате Лауры. Внезапное нетерпение Дэв поставило блондинку в тупик.

Лаура сняла очки и начала грызть дужку.

– У тебя что, свидание этим вечером. – Попыталась поддразнить она. Но фраза звучала раздраженно и неуверенно.

– Нет. Нет. – Президент замахала руками. – Больше ничего на сегодня. – Дэв внутренне застонала. "Дерьмо. Потрясающе убедительно".

Через пять минут после того, как они начали работать, Дэв подумала о том, как же она любит Лауру и хочет, чтобы они поженились. И внезапно вспомнила, что у нее назначена встреча с ювелиром для выбора кольца. С тех пор она ужасно нервничала и думала только о том, как бы закончить пораньше их встречу, не возбудив подозрения у Лауры. "Боже, без Лизы и Джейн я неспособна выполнить свое расписание".

Ювелир также просил узнать примерный размер кольца, недвусмысленно заявляя, что это – жизненно важная информация, если Дэвлин хочет выбрать действительно потрясающую драгоценность. Лично Дэв считала, что это все – чушь собачья, но в том, что касалось счастья Лауры, она была голова использовать любой шанс.

– Ничего на сегодня. – Повторила она, когда обнаружила, что Лаура выглядит так, будто ожидает от нее подробностей. Дэв протянула руку к блондинке, но та отодвинулась.

– Я вижу. – Лаура встала на ноги, легко обнаружив ложь Дэв. Она подняла ноутбук и пошли к столу. Часы пробили семь, и Лаура подумала, что, возможно, Дэв голодна. Она положила очки на стол рядом с компьютером и, не оборачиваясь, спросила.

– Может быть, ты хочешь поужинать со мной? Я уверена, что дети уже поели.

"Аррххх".

– Вообще-то я не голодна.

– Хорошо. – У Лауры тут же пропал аппетит. "Перестань вести себя как ребенок. Она не должна проводить все вечера с тобой. Возможно, ей нужно больше времени бывать одной". Лаура старалась не выдать свое разочарование голосом. – Тогда увидимся завтра утром.

Дэв мгновенно встала на ноги и подошла к Лауре.

– Как насчет позднего ужина? Я уверена, что захочу есть в… скажем… часа через два?

– Ты в порядке, Дэвлин? – Лаура пыталась заглянуть ей в глаза. – Сегодня ты на себя не похожа

– Я в норме, – выпалила Дэв резче, чем собиралась. Она приглушенно выругалась и посмотрела на часы. – Я просто не голодна, вот и все. – И это было правдой. Дэв просто не могла думать о еде сейчас. Неосознанно, она снова протянула руку к Лауре, но была отвергнута. Дэв снова выругалась.

– Что с тобой не так? И не смей говорить мне, что все в порядке. – Тонкая светлая бровь поднялась. – Ты ведешь себя так, будто беспокоишься. И почему ты пытаешься схватить меня?

– Я не пытаюсь схватить тебя, я хочу взять тебя за руки и поговорить с тобой. – Тон голоса Дэв стал таким, который она обычно использовала, если что-то шло не так на встрече.

– Ты пыталась схватить меня! – Вспыхнула Лаура. Она помахала рукой перед носом Дэв, отдернув ее, когда та снова попыталась схватить руку. – Видишь! – Гневный румянец начал заливать ее щеки. – И ты не 'говоришь' со мной. Ты лжешь мне.

– Я не лгу тебе! Я никогда тебе не лгала! – Это было похоже на удар по лицу. Дэв отшатнулась, задетая обвинением, которое было технически верно, но она знала, что это был не тот вид лжи, который имела в виду Лауры. Она пожевала губу, когда ее крутой нрав поднял голову. – Большое спасибо за то, что ты такого высокого мнения обо мне. Я – НЕ лжец.

– Тогда почему ты смотришь на часы каждые десять секунд, продолжая утверждать, что не должна никуда спешить?! – Резко ответила Лаура. Она подошла к Дэв и ткнула пальцем ей в плечо, чтобы привлечь внимание. – Ты не должна проводить каждую минуту со мной, Дэвлин Марлоу. Но не говори мне, что не должна быть в другом месте, когда это – неправда. Я – большая девочка. Если у тебя другие планы, так и скажи!

– Хорошо, прекрасно, – Дэв, защищаясь, подняла руки. – Ты права! Есть место, где я должна быть. У меня встреча этим вечером. Здесь. Теперь ты счастлива? – Она скрестила руки на груди и ждала ответа.

Большая часть гнева Лауры сейчас сменилась настоящей болью.

– Нет, я не счастлива. Все, что ты должна была сделать – это просто сразу сказать. – Она повернулась спиной к Президенту, ее голос упал до шепота. – Джудд лгал мне всякий раз, когда ему что-то было нужно. Я не вынесу этого снова, Дэвлин. – "Не от того, кого я люблю".

– Просто прекрасно. – Дэв проигнорировала то, как резко опустились плечи Лауры. – Спасибо. Спасибо за то, что сравниваешь меня с этим слизняком, своим лживым бывшим мужем, который спал со своей подружкой и лгал тебе об этом. Извини, что так уж получилось, у меня есть встреча, которую я действительно не могу обсуждать. – Она замолчала, схватила с дивана свой жакет и надела его.

Лаура резко обернулась, ее серые глаза сверкали.

– Как ты узнала об этом? – Прошипела она. – Я уверена, что ничего тебе не говорила.

– Как, черт побери, ты думаешь, я узнала это? – Раздраженно ответила Дэв, застегивая жакет. – Я вспомнила математику, когда ФБР положило твое досье мне на стол. – Лаура открыла было рот, но Дэв продолжила. – И прежде чем ты выльешь на меня все это, ты что, действительно думаешь, что партия Эмансипации наняла бы тебя, не выяснив предварительно всю подноготную? Или я пригласила бы тебя в свой дом, где живут мои дети, не сделав этого?! Проклятье, Лаура! Я всегда была честна с тобой. Сейчас у меня есть дело, о котором я не могу говорить, и ты ведешь себя так, будто это – конец света. Так вот, это не так. Это просто то, о чем я не могу говорить.

Лицо Лауры было искажено гневом, когда она выдавила:

– Убирайся!

– Прекрасно! – Дэв развернулась и пошла к двери. – Ты знаешь, где меня найти, когда придешь в себя.

– Почему я должна пытаться тебя искать? Уверена, твои шпионы наблюдают за каждым моим шагом. Ты можешь прийти ко мне! – Лаура промчалась вслед за Дэв и хлопнула дверью, которую та открыла, чтобы выйти. Удар был такой, что со стены в коридоре упала картина.

Дэв глубоко вздохнула и спокойно вышла из комнаты. Она подняла картину и повесила ее обратно на стену. Затем Дэв оглянулась на Лауру.

– Нет никаких шпионов, наблюдающих за тобой. Я люблю тебя. Но не позволю обращаться так со мной. Я не хочу причинять тебе боль. И ты знаешь это. – Она почувствовала слезы, подступающие к глазам, и попыталась сдержать их. – Но, очевидно, ты не можешь ответить мне той же любезностью. – Дэв глубоко вздохнула. – Доброй ночи, Лаура. Приятных снов. Я люблю тебя. – Некоторое время она ждала ответа, потом повернулась и медленно ушла.

Грудь Лауры болезненно сжалась при словах Дэв. Она чуть не побежала за Марлоу, но упрямство и гнев пересилили, намертво приковав ее к полу. В конце концов, это не она лгала. Почему она должна бежать за Дэв и приносить свои извинения, если она не сделала ничего плохого? Лаура насмешливо фыркнула, почувствовав отвращение к себе. Она знала, что единственный взгляд в эти синие глаза заставит ее сказать, что ей жаль, хотела она этого или нет.

– Черт. Черт. Черт. – Пробормотала она себе под нос перед тем, как спокойно закрыть дверь.

Гремлин и Принцесса высунулись из-под кровати Лауры, когда шумная неприятная леди ушла. Они наблюдали, как блондинка, закрыв дверь, прижалась к ней спиной и долгую секунду стояла с закрытыми глазами.

– Можете уже выходить, вы, трусы. – Лаура подавленно вздохнула, задаваясь вопросом, когда все это успело выйти из-под контроля. – Она ушла. – Лаура плюхнулась на кровать и обняла подушку. Она быстро моргала, посылая горячий каскад слез вниз по щекам.

Гремлин запрыгнул на постель и прижался к хозяйке, которая притянула его и поцеловала в макушку.

– Спасибо, приятель, – прошептала она псу. – Ты прав. Мне определенно было нужно объятие.

* * *

Улыбки Дэвида и ювелира приветствовали Дэв, вошедшую в свой офис. Ее челюсти были сжаты как стальной капкан, в попытке скрыть свою боль и гнев. Женщина сняла свой мятый жакет и повесила на вешалку у двери. Как только Дэв отпустила пиджак, он соскользнул с крючка и упал на пол. Но она не обратила на это внимания. Пару секунд Президент продолжала смотреть на стену, затем глубоко вдохнула и развернулась, чтобы поприветствовать гостя.

– Добрый вечер, – сказала Дэв, все еще стоя у двери. – Я, – она замолчала и прочистила горло, – Мне жаль, что я опоздала. Это была неизбежная задержка.

Взглянув на лицо Дэв, Дэвид пересек комнату так быстро, как мог сделать это, не напугав ювелира.

– Ты в порядке? – Он наклонился и поднял жакет, чтобы повесить его на место.

– Возможно, мы должны подождать с этим, Дэвид. – Просипела она. – Может быть еще не время.

Дэвид моргнул, его рот несколько раз открылся и закрылся, прежде чем он смог произнести:

– Что ты имеешь в виду, говоря 'не время'. – Он говорил так, чтобы только Дэв могла его слышать.

– У нас с Лаурой только что был неприятный спор. – Она прикусила губу. – Возможно, я не права. Возможно, я тороплю события.

– Что? – Прошипел Дэвид, хватая Дэв на предплечье и выводя из комнаты. Он оглянулся на ожидающего их Элвина Картье. – Дайте нам минуту. Садитесь, пожалуйста. – Как только они оказались в другой комнате, и дверь была закрыта, Дэвид упер руки в бедра. – Что случилось?

Дэв пару секунд топталась на месте, затем шагнула к своему другу.

– Я забыла об это встрече. А когда вспомнила, то так волновалась, что это заметила Лаура. И она спросила, что не так, а потом все так быстро поехало. – Она перевела дыхание и вдохнула. – У нас был спор; она обвинила меня в том, что я веду себя как ее бывший муж, и… – Дэв потела виски. – Я – совсем не он. Я знаю, что она была расстроена, и это глупый спор, но…

Дэв почувствовала себя смущенно и ужасно уставшей. Все, что она сейчас хотела – это пойти в свою спальню, принять душ и лечь спать. Она знала, что завтра, вероятно, все будет выглядеть иначе, но сейчас ей было больно.

– Но ты, на самом деле, думаешь, что торопишь события? Потому что, если это так, то я прямо сейчас пойду туда и передам ювелиру, что он может идти домой и должен держать рот на замке. – Дэвид успокаивающе сжал плечо Президента. – Это ваш выбор, мадам Президент. – Пару секунд он молча стоял, ожидая ответа Дэв. Так или иначе, но 'Руководство для Лучшего Друга и Руководителя Штата' говорило ему, что он должен был попытаться.

Дэв закрыла глаза и глубоко вдохнула.

– Боже, я должно быть просто вне себя. Нет. Давай посмотрим. Я слишком сильно люблю ее, чтобы позволить ей уйти. Она не покинет меня так легко. Я еще покажу ей, из чего сделан этот янки. – Она усмехнулась. – И затем, используя чувство вины, я заставлю ее приносить мне молоко первые два года после свадьбы.

Дэвид шумно перевел дыхание.

– Ты заставила меня поволноваться, Дьявол. Я уж было подумал, что ты собираешься сделать какую-нибудь глупость из-за одного спора. – Он ухмыльнулся. – Не то, чтобы это было в первый раз. – Его лицо стало серьезным. – И что, черт возьми, ты такое сделала, чтобы заслужить от Лауры подобное сравнение? Я никогда не слышал, чтобы она даже упоминала его.

– Ты знаешь, – она покачала головой, – я не уверена. Она сказала, что я похожа на него, потому что он лгал ей. Но я знаю, что в глубине души она в это не верит. По крайней мере, я на это надеюсь. Она была просто взбешена, потому что я – идиотка. Я так волновалась из-за этого, что не следила за тем, какое впечатление произвожу прямо сейчас. Надо будет выяснить способ помириться с ней.

Дэвид закатил глаза и покачал головой, зная, что Дэв будет Дьяволом, пока не помирится с Лаурой.

– Как насчет пойти туда и выбрать для нее что-нибудь особенное? Ты можешь унижаться перед ней позже. Я давно выяснил, что это наиболее эффективно для Бэт.

Дэв рассмеялась, чувствуя себя немного лучше.

– Хорошо, тогда я смогу взять несколько уроков унижения у эксперта. – Она хлопнула своего друга по спине. – Теперь позволь мне пойти и выбрать совершенное кольцо для моей леди.

10 ноября

– Похоже, она действительно зла на меня.

– Мэм? – Джек, ее компаньон по бегу и агент, который особенно нравился Дэв, поднял бровь. – Вы в порядке?

Она шумно выдохнула, растрепав челку.

– Да, я просто прекрасна для идиота. Давай. Зададим мальчикам и девочкам хороший урок этим утром.

После покушения плечо продолжало создавать ей проблемы. Но бедро полностью зажило, и теперь она бегала как прежде. Несмотря на это, именно бедро ныло всякий раз в непогоду. Как раз такую, как этим мерзким ноябрьским утром. Дэв была сердита… на себя и на Лауру. Она вымещала весь гнев на агентах, бежавших рядом с ней. Заданный темп заставил двоих из них, задыхаясь, упасть на дорожку.

Джек бежал наравне с Дэв, но это было нелегко. Он мог бы сказать, что Дэв размышляет над чем-то, и агент надеялся, что она найдет ответ прежде, чем все агенты повалятся на пол. Хотя он и должен был признать: это здорово подстегивало – знать, что твой Президент может дать фору лучшим агентам.

К тому времени, как Дэв завершила тренировку, почти через час, она слегка хромала и ее волосы, футболка и шорты были мокрыми от пота. Она еще некоторое время прогуливалась, чтобы остыть, перед тем, как взять полотенце и вытереть лицо. Когда Дэв опустила полотенце, в зал входила Лиза.

– Доброе утро, мадам Президент.

– В чем я лично сомневаюсь, Лиза, – простонала Дэв, помахав на прощанье людям, которые бегали вместе с ней. Она кинула полотенце в корзину, когда агенты вышли из зала. Дэв, наконец, приняла решение. – Но я надеюсь, что смогу все исправить.

– Мэм?

– Не обращай внимания. Что сегодня на повестке дня?

– Ну, поскольку сегодня суббота – все довольно просто. И у меня есть несколько хороших новостей.

Дэв благодарно улыбнулась.

– Замечательно. Это как раз то, что мне сейчас нужно.

– Генеральный секретарь ООН звонил утром. Он с сожалением сообщил, что не сможет позавтракать с вами сегодня. У них там снег и жуткий ураган, штормовое предупреждение, так что все полеты отменены. – Лиза слегка усмехнулась, глядя в органайзер. – Я уверила его, что мы можем перенести встречу на следующую неделю. И мне удалось перенести вашу встречу с секретарем Вайскрофтом с полудня на утро. Так что после встречи с пресс-секретарем Аллен у вас завтрак с секретарем Вайскрофтом, а затем вы свободны до вечера.

– Ты знаешь, – улыбка Дэв стала шире, – ты – хорошая молодая леди, Лиза. Пожалуй, мне придется удочерить тебя.

Лиза довольно улыбнулась, радуясь, что сделала своего босса счастливой.

– Мои родители будут против, но я оценила вашу мысль, мэм.

– Хорошо, тогда, – начала Дэв, выйдя из зала, и направляясь к своим комнатам, преследуемая Лизой, – мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, и тоже можешь быть свободна.

* * *

Пропустив обычную утреннюю пробежку, чтобы не столкнуться с Дэв прежде, чем она была голов к этому, Лаура провела день в Джорджтауне, совершая покупки и пытаясь не думать о том, что произошло прошлым вечером. Но сегодня она уже немного остыла. Лаура чувствовала, что если она немного абстрагируется от всего этого, то сможет взглянуть на их спор со стороны. "Лучше поздно, чем никогда". Лаура все еще была поставлена в тупик тем фактом, что Дэв была вынуждена солгать ей. Но теперь, когда она чувствовала себя гораздо спокойнее, похоже, они могли бы поговорить об этом. Она надеялась.

Лаура обнаружила, что ей нужно было уйти подальше от Белого Дома, Секретной службы и, особенно, Прессы, больше чем она полагала. Раньше она никогда не понимала, какое значение имеет для нее личная свобода, пока не оказалась в клетке.

Когда тот факт, что они с Дэв – пара, стал достоянием общественности, у них с Марлоу был большой спор из-за того, что Лаура отказывалась от защиты Секретной службы, за которую Президент собиралась платить из своего кармана. Дело было не только в деньгах. Дэв и ее семья были людьми обеспеченными, и это бы нисколько на них не сказалось. Это было больше, чем просто плата. Лаура даже думать не могла о том, чтобы оказаться под замком.

Конечно, она обманывала себя. Лауру дважды узнали за сегодняшний день. Первый раз – строительный рабочий средних лет, который работал на здании, рядом с которым она припарковалась. Он тут же начал кричать что-то о налогах, алиментах и Президенте Марлоу. Лаура не стала задерживаться, чтобы объясниться с ним. Вместо этого она прибавила шаг. Второй раз – клерк в магазине игрушек, где она покупала ярко-розовые мячики для Дэвида, Лизы и Дэв. Лаура была удивлена, когда подросток попросила у нее автограф. Она уже собиралась спросить девочку, какую из ее биографий она читала, когда та засыпала ее вопросами об отношениях между нею и Дэв. Какой шампунь использует Дэв? Нравится ли ей жить в Белом Доме? Были ли глаза Президента действительно такими синими, как они выглядели по телевидению? Лаура по секрету ответила, рассмеявшись вслух, когда девочка чуть не упала в обморок, что в жизни, хотя это и кажется невозможным, ее глаза еще лучше.

Лаура вынуждена была признать горькую правду. В то время как она достигла успеха в своей работе, ее личная жизнь никогда не подвергалась рассмотрению. Не так, как сейчас. Но даже притом, что ее терпение подходило к концу снова и снова, с тех пор как она переехала в Белый Дом, в глубине души она считала, что Дэв стоит каждого момента этого.

Теперь, когда ее сумки были заполнены рождественскими подарками для детей Марлоу, Лаура была готова вернуться, найти Дэв и попробовать разобраться в их отношениях до того, как они окончательно выйдут из-под контроля. Брови писательницы сошлись на переносице, когда она обнаружила письмо, приклеенное к ее двери. Ей с трудом удалось оторвать бумагу, открыть дверь и войти в комнату, не уронив ни одну из покупок.

– Хорошо, в следующий раз, когда швейцар спросит, нужна ли мне помощь, я отвечу 'да', – пробормотала она.

Гремлин выполз из-под дивана и принялся радостно прыгать вокруг Лауры. Она рассмеялась.

– Я тоже люблю тебя. Дай мне секунду, и можешь обслюнявить меня, как хочешь.

Лаура опустила пакеты на кровать и присела на краешек. Гремлин запрыгнул на постель и положил ей голову на колени, чтобы она почесала его за ушами.

– Получи, подлиза. – В ответ хвост Гремлина начал неистово колотиться по кровати. – Да, да, я выгуляю тебя. Дай мне только отдохнуть пару минут, ладно? Мы же хотим узнать, что там в конверте?

Лаура открыла конверт и вытащила из него записку. Ее лицо осветила яркая улыбка еще до того, как она начала читать. "Почерк Дэв". К записке был приложен кусочек молочного шоколада, завернутый в серебряную фольгу.

– М-м-м… – Лаура застонала от запаха шоколада, немедленно разорвав обертку и засунув сладкую плитку в рот.

Гремлин жалобно заскулил.

– Прости. Никакого шоколада. – Сочувственно сказала она. – Вот почему я бы не смогла быть собакой.

Лаура наслаждалась приятным вкусом, читая письмо.

Милая,

Мне так жаль.

Я не хотела причинять тебе боль или лгать тебе. Я немного волновалась из-за одного ОЧЕНЬ важного дела прошлые несколько недель, и у меня была встреча вчера вечером, которая должна была приблизить меня к цели еще на шаг. Боюсь, что я не могу рассказать тебе об этом сейчас. Только позже, верь мне.

Я не подумала и сделала неверный выбор. Я знаю, тебе от этого не легче. Но я смогу объясниться лучше, если ты мне позволишь. Просто знай, что я люблю тебя и не люблю, когда мы спорим. Я думала о тебе весь день.

Есть кое-что, что я хотела бы разделить с тобой. Иди по следу – и найдешь меня.

Со всей моей любовью,

Вонючка.

Она рассмеялась над подписью Дэв. "Как всегда очаровательно, Дэвлин. Я не должна была выгонять тебя из комнаты до того, как мы смогли бы разобраться в этом". Это была глупость, и Лаура знала, что она просто позволила гневу взять верх над собой. Теперь, однако, она была готова говорить. "Найти тебя по следу?" Она почесала подбородок и спрыгнула с постели. "След?"

Лаура открыла дверь и выглянула в коридор. На полу лежало несколько шоколадных конфет, которые вели в направлении противоположном тому, откуда она пришла. "Я просто должна смотреть вниз время от времени".

Закрыв дверь, Лаура прошла несколько шагов вниз по коридору и подобрала шоколадку. Еще через несколько шагов лежал леденец. Так Лаура продолжала идти, поднимая конфеты, пока не уперлась в дверь официальной президентской столовой. Писательница сделала паузу, чтобы дожевать и проглотить запиханные в рот конфеты. Она вытерла уголки рта пальцами, обнаружив, что немного нервничает.

– Расслабься. Это просто Дэвлин, – шепнула она себе. Они иногда спорили за прошедшие одиннадцать месяцев. Но это никогда не приводило к ссорам. И ни разу не доводило ни одну из них до слез. А, на сей раз, довело обоих.

Лаура глубоко вдохнула и собрала свою храбрость, игнорируя внезапно сжавшийся желудок. Она подняла руку, чтобы постучать, но заметила, что дверь приоткрыта. Блондинка некоторое время колебалась, не будучи уверенной, является ли открытая дверь приглашением или оплошностью Президента. Решив, что Дэв редко ошибается, Лаура толкнула дверь и прошла внутрь.

Президентская столовая была одним из ее любимых мест в этом великолепном доме. Она создавала светлое воздушное ощущение, которому способствовали высокие потолки и доходящие до пола шторы цвета мяты. Хрупкая на вид металлическая люстра висела над темным деревянным столом и доской белого мрамора, опоясывающей камин. Стулья были обиты тканью с рисунком зеленых, бледно желтых и розовых цветов, которые были повторены букетами в вазах, украшающими стол и каминную полку. Изящно и не чрезмерно.

Дэв оглянулась со своего места за обеденным столом, накрытым на двоих. На столе горели несколько свечей. Занавеси были открыты, позволяя последним лучам солнца проникать в комнату. Дэв быстро встала на ноги. Она ждала уже более часа, надеясь, что Лаура, возможно, не выбросит ее записку в мусор. Пытаясь найти подходящие слова, она показала на стол.

– Ты бы хотела поужинать со мной?

Лаура перевела дыхание и быстро кивнула. Она пересекла комнату, чтобы встать рядом с любимой.

– Абсолютно, – мягко сказала Лаура. Она подняла руку и нежно провела пальцами по встрепанным волосам. "Боже, думаю, я могу простить ей все что угодно". – Я бы… я бы этого хотела.

Дэв улыбнулась. Она хотела взять Лауру за руку, но остановила себя. Президент не собиралась вторгаться в ее личное пространство без разрешения, несмотря на то, что блондинка все еще рассеянно поглаживала пальцами темные волосы.

– Я так сожалею. – Искренне сказала она, пододвигая стул для Лауры.

Блондинка молчала. Нерешительность на лице Дэв, когда она протянула было руку, но тут же отдернула ее, задела сердце писательницы. Она взяла Марлоу за руку, притянула ее к себе и обняла, спрятав лицо на плече высокой женщины. Лаура улыбнулась, когда Дэв немедленно вернула объятие.

– Я тоже очень сожалею. – Сказала Лаура, ее дыхание было рваным.

– Я ненавижу, когда мы спорим, – прошептала Дэв. Она покрепче сжала Лауру. – Давай не будет снова делать это, по крайней мере, в скором времен, ладно?

Лаура кивнула.

– Дело.

Дэв слегка ослабила объятие, мысленно произнеся благодарственную молитву, ведь она, наконец, могла расслабиться.

Лаура жадно вдохнула теплый запах чистой кожи Дэв. Это так успокаивало, что ей не хотелось шевелиться. Но блондинка понимала, что они еще не закончили. Извинения – это, конечно, хорошо, но после этого спора ей нужны объяснения. Она облизнула губы и слегка отстранилась, чтобы видеть лицо Дэв.

– Мы можем поговорить о том, что произошло?

– Я думаю, что два разумных взрослых человека могут сидеть за прекрасным ужином и говорить об этом, если ты хочешь. – Дэв пошла было к телефон, но Лаура перехватила ее.

– Позже, ладно?

Дэв с трудом сглотнула, повернувшись обратно к Лауре.

– Хорошо. Я… но я должна знать, действительно ли ты думаешь, что я когда-либо преднамеренно лгала тебе? – Дэв села на стул и жестом пригласила Лауру тоже садиться. Затем ледяная мысль застигла ее. "О, Боже, а что если она скажет 'да'?"

– Нет, дорогая, – быстро заверила Лаура, видя вопрос в глазах Дэв. Она села и подтащила стул поближе к Марлоу, не останавливаясь, пока их колени не соприкоснулись. – Не думаю. По крайней мере, это не было запланировано.

Дэв опустила глаза.

– Я могу понять наличие частной встречи, – Лаура сделала паузу, подбирая слова. Задумавшись, она взяла со стола вилку и провела пальцем по зубчикам. – У тебя было множество частных встреч из-за проблем безопасности и еще чего-то подобного. И я пыталась не обращать на это внимания. – На губах Лауры появилась кривая улыбка. – Это было не слишком легкой задачей, принимая во внимание тот факт, что я схожу с ума уже через пару часов после того, как ты уходишь.

Дэв осмелилась поднять глаза и встретить пристальный взгляд Лауры. На ее лице расползлась глупая счастливая усмешка.

– Ты не представляешь, на скольких из этих встреч ты была единственным, о чем я думала. Я не просто скучаю по тебе, когда мы не вместе. Черт, я начинаю скучать еще до того, как ты ушла. – Дэв рассмеялась. – Я фактически ПРЕДВАРИТЕЛЬНО скучаю.

Лаура слегка покраснела, но продолжила:

– Я была расстроена не из-за того, что ты должна была уйти. Я была расстроена потому, что когда я спросила о том, есть ли у тебя какие-то планы, ты ответила 'нет', хотя это было неправдой. – Она открыто посмотрела на Дэв. – Почему ты так поступила, Дэвлин? – Спокойно спросила Лаура.

Дэв нервно мяла в руках салфетку, пока Лаура говорила.

– По многим причинам, полагаю. – "И все они идиотские". – Я сейчас имею дело кое с чем, что сильно волнует меня. У меня была важная встреча вчера вечером, которую я чуть не пропустила из-за того, что назначила для нас то же самое время, чтобы поработать над биографией. Я вспомнила об этом через пару минут после того, как уже пришла к тебе. – Дэв дернула плечом. – Когда часы попались мне на глаза, я запаниковала. Я беспокоилась из-за этой ошибки, и не хотела заставлять тебя чувствовать себя плохо или… – она вздрогнула, признаваясь в этом не только Лауре, но и себе, – выглядеть по-дурацки из-за необходимости отменить нашу встречу. Так что я попыталась закончить ее так быстро, как это было возможно. И затем сделала еще хуже, попытавшись прикрыть этот вопрос.

Лаура перевела дыхание.

– И все?

Кода Дэв немедленно кивнула, она не могла не закатить глаза. Она успела вообразить себе все виды проблем, которые только могли быть. Простое объяснение Дэв нравилось ей намного больше. Блондинка положила вилку на стол и коснулась нервно комкающих салфетку рук Дэв.

– Все нормально, – заверила она.

Волна облегчения затопила Дэв. Лаура подняла руку Марлоу и поднесла к губам, нежно целуя чувствительную ладонь.

– Полагаю, мы просто не поняли друг друга вчера, да?

Дэв кивнула и глотнула ледяной воды из стакана.

– Ты действительно сильно задела меня, сравнив с Джуддом. Я говорила тебе все обо мне, даже то, чего никто кроме тебя и меня не знает. И я верила, что ты не выдашь меня. Я была честна с тобой, даже когда легче было бы промолчать или приукрасить правду. И когда ты сравнила меня со своим бывшим мужем, который, как я знала, обманывал тебя… – Вдох. – Меня это сильно задело.

У Лауры живот скрутило при мысли о том, что она причинила боль Дэв.

– Это – не то, что я имела в виду. По крайней мере, не полностью. Я пыталась сказать, что когда ты солгала мне, это заставило меня чувствовать себя так же, как и когда Джудд делал это – довольно мерзко. – Писательница изучала их сплетенные руки. "Время, чтобы немного открыться самой, Лаури. Теперь твоя очередь". – К тому времени наш брак уже был, фактически, завершен. Я не волновалась из-за наших отношений, даже завидовала его поиску счастья… или секса, что вернее, в другом месте. Но даже притом, что мы больше не были любовниками, я все еще считала его своим хорошим другом. – Голос Лауры был мягок, но Дэв чувствовала в нем нотки грусти. – Когда я прямо спросила его, встречается ли он с кем-нибудь, он все отрицал. И делала так много раз. – Лаура покачала головой, все еще не понимая этого. – Я знаю, это звучит забавно, но в моем понимании именно ЭТО, а не его измены, были действительно предательством. – Лаура почувствовала, как Дэв успокаивающе сжала ее руку. Ее лицо стало слегка потерянным. – Боже, Дэвлин, мысль о том, что мы можем разойтись также, даже не заботясь о том… и… – Она остановилась и с трудом сглотнула глыбу, образовавшуюся в горле.

– С нами этого не произойдет, и знаешь, почему? – Голос Дэв был жестоким, и это странно успокоило Лауру. – Потому что мы можем делать все это после спора. Мы можем сесть и обсудить проблему. – Дэв погладила щеку Лауры большим пальцем и улыбнулась. – Я хочу, чтобы ты знала. То, над чем я сейчас работаю… Это самая важная вещь, которую я когда-либо делала. И когда я смогу свободно говорить об этом, ты будешь первой, кто узнает.

На губах Лауры появилась широкая улыбка, первая за весь день.

– Это все, что мне было нужно. – Она наклонилась вперед, остановившись буквально в миллиметре от губ Дэв. – Спасибо за приглашение на ужин, – прошептала она, целуя Марлоу. – Я люблю тебя. Внезапно я обнаружила, что невероятно голодна.

Ответом был мягкий стон Дэв.

13 ноября

Это начинало выглядеть как каникулы в Белом Доме. Ежедневно Дэв видела все новые и новые украшения, оформлявшие помещения к Рождеству. Это напоминало поездку в Диснейлэнд ребенком. Она вздрогнула, понимая, что скоро ее дети будут слишком большими для такой семейной поездки. "Может быть, в следующем августе, перед школой".

Сейчас, однако, она собиралась поговорить с Лаурой об одной из наиболее лелеемых традиций семейства Марлоу. Дэв молилась, чтобы ее планы относительно включения писательницы в эту традицию были приняты ею благосклонно. Она прижала коробку, которую держала в руках, к боку, чтобы постучать в дверь Лауры.

Дверь открылась и оттуда вынырнула рука, которая, схватив Дэв за воротник рубашки, втащила Президента внутрь. Затем последовал поцелуй. "Ничего себе!" Дэвлин усмехнулась, когда писательница, все-таки, оторвалась от нее.

– Привет.

– Привет. Я скучала по тебе сегодня. – Лаура улыбалась, заметив легкий румянец на щеках Дэв, и чувствуя тепло в груди.

– Я тоже. – Дэв развернулась и закрыла дверь. – Как прошел день?

Лаура завела непослушную прядь волос за ухо и сняла очки.

– Хорошо. Я многое сделала. – Она усмехнулась Дэв. – Нашла пару ежегодников твоей высшей школы.

Улыбка Дэв немедленно сменилась раздражением, Президент нахмурилась.

Лаура оттянула рукой нижнюю губу и стояла так, пока Дэв не улыбнулась и не хлопнула ее по руке.

– А еще Джейн принесла пару коробок своих личных сувениров. – Блондинка подмигнула Дэв. – Я уверена, что ты понятия не имеешь об этих вещах. Я и не знала, что вы были знакомы, еще когда ты училась в колледже. У нее есть фотографии, чтобы доказать это.

Дэв закрыла глаза.

– О, Боже. И этим мой секретарь занимается в свободное время? – Президент застонала, усаживаясь на диван Лауры и вытягивая руку вдоль спинки, чтобы блондинка могла присоединиться к ней. – Галерея фотографий нового биографа, похоже, расширяется?

– Ты сама знаешь. – Лаура усмехнулась, садясь на диван рядом с Дэв. – Твоя мамочка уже пожертвовала несколько детских фотографий. Между прочим, Вэйн просто спятил, услышав о голенькой малышке Дэвлин на медвежьей шкуре.

Дэв опустила голову, но Лаура могла видеть, что ее плечи трясутся от смеха.

– Я убью свою мать.

– Вэйн предложил мне дополнительно 5% к оплате, если мне удастся приложить современную фотографию в той же самой позе, для сравнения.

– В его мечтах, – зарычала Дэв.

– И в моих, – Лаура подняла бровь. – Ладно, что случилось? Я не ждала тебя раньше вечера.

Дэв стала серьезной.

– Нам нужно поговорить. У тебя есть минутка?

Лаура нахмурилась, ей не нравился внезапно посерьезневший взгляд Дэв.

– Я ведь открыла дверь, не так ли? Валяй.

– Ладно. Каждый год, в день Благодарения, Марлоу зажигают свечи, которые горят все выходные для нашей семьи и друзей. Белые свечи для тех, кто с нами. Синие – для тех, кого с нами нет. Мы ставим их на каминную полку. – Дэв покосилась на Лауру, которая внимательно слушала. – Есть две причины, почему я говорю тебе об этом. Во-первых, там присутствуют свечи для Саманты и ее родителей. – Пристальный взгляд Дэв смягчился. – Если тебе от этого некомфортно, я не буду ставить их.

Лаура положила руку на колено Дэв и мягко сжала. Она нежно улыбнулась своему другу. Ее отношение к Саманте было противоречиво. Отчасти она восхищалась женой Дэвлин. Судя по всему, это была сильная, веселая, интересная женщина. Замечательный, любящий партнер молодого и честолюбивого политика, Дэвлин Марлоу. С другой сторону, Лаура чувствовала себя беспомощной и сердитой. Не было никакой возможности конкурировать с памятью о первой любви Дэв и женщине, которая родила Кристофера и Аарона. Но Лаура понимала, что это были ее личные опасения, которые существовали независимо от того факта, что Дэв ни разу не сделала ничего такого, чтобы поощрить их.

Блондинка сглотнула.

– Дэвлин, дорогая, в этом нет нужды. – Лаура выдавила из себя улыбку. – Саманта не исчезнет только потому, что теперь в твоей жизни есть я. Ни для тебя, ни для детей. Не пойми меня неправильно, – она фыркнула, готовая признать свои недостатки, – я не выше мелкой ревности. Но это – красивая традиция, которая важна для тебя и детей. Я не вижу причины изменять что-либо.

Дэв немного расслабилась.

– Спасибо. – Она наклонилась и нежно поцеловала Лауру, позволив себе задержаться и сделать поцелуй глубже. Дэв отодвинулась только почувствовав, что дыхание Лауры стало прерывистым, впрочем, как и ее собственное.

Лаура тихо застонала, когда столь приятные губы покинули ее.

– Я когда-нибудь говорила тебе, что ты прекрасно целуешься?

Дэв плутовато улыбнулась.

– Нет. Но не стесняйся делать это. С большим количеством деталей. Ты ведь писательница, в конце концов.

Брови Лауры исчезли за светлой челкой.

– Нет, спасибо. Я просто поинтересовалась.

– Вредина. – Дэв показала язык.

Лаура хихикнула, потом ткнула пальцем в коробку.

– И что у нас тут? Кое-что для меня? – Намекнула она.

Дэв поставила коробку к себе на колени.

– Ну, фактически, получив твое разрешение, я планировала сделать некое дополнение к традиции, и это вторая вещь, о которой я собиралась спросить. Это – для тебя. – Дэв вручила коробку своей возлюбленной. – Это что-то вроде неофициального приглашения в семью.

– Стоп. – Челюсть Лауры упала, когда женщина обнаружила, насколько тяжела коробка. – Ты не должна… – Она замолчала, когда подняла крышку, выпустив наружу запах ванили. Внутри коробки были две белых и одна синяя свеча, каждая около десяти сантиметров в диаметре и около двадцати пяти сантиметров в длину. Лаура осторожно выложила свечи на диван, чтобы найти источник веса: три массивных серебряных подсвечника. – Красивые, – прошептала Лаура, поднимая один из подсвечников. 'Анна Галлагер Страйер' было выгравировано на табличке в верхней части подсвечника. Писательница удивленно вздохнула, слезы появились у нее на глазах слишком быстро, чтобы она успела остановить их.

Дэв пододвинулась к Лауре и медленно обняла ее.

– Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты стала частью жизни моей семьи. Ты не против?

Лаура погрузилась в объятие Дэв.

– Я тоже люблю тебя, – мягко выдохнула она. Затем фыркнула. Лаура дотронулась до щеки Дэв, нежно проведя пальцами по четко вычерченной скуле. – Ты уверена, милая? – Шепнула она с чувством. – Я действительно не…

Президент прижала палец к губам Лауры, предупреждая протест.

– Нет, это – традиция чтить жизни людей, которые коснулись нас. Людей, которые любят нас. И людей, которых мы хотим помнить. Ты теперь часть нас. Как Дэвид и Бэт, или Эма, или Эми. Мы добавим и Лизу в этом году.

Блондинка кивнула.

– Спасибо, – прошептала она, когда Дэв убрала палец от ее губ. Лаура нежно улыбнулась Президенту, жалея, что не может выразить словами, что заставила ее почувствовать эта фраза, принадлежность к клану Дэв, которую она любила больше, чем когда-либо считала возможным. Она снова фыркнула. – Я… Я не знаю, что сказать.

Дэв крепко обняла Лауру, устроившись поудобнее и намереваясь провести еще некоторое время со своей возлюбленной.

– Ты могла бы сказать, что заберешь ту детскую фотографию у Вэйна, – поддразнила она, касаясь губами мягких волос.

Лаура рассмеялась, ущипнув Дэв.

– Ага. Она слишком милая, чтобы с кем-то делиться. Страдай, мадам Президент.

22 ноября

– Доброе утро, мадам Президент. Доброе утро, Лаура, – Лиза вручила Дэв папку и чашку кофе. Они были в Овальном кабинете: Дэв сидела за своим массивным столом, а в нескольких шагах от нее – Лаура на высоком, обитом кожей, стуле. Они были вместе, но каждая занималась своей работой. Лаура готовила вопросы для интервью, которое было назначено на полдень, Дэв мысленно проговаривала короткую речь, которую должна будет произнести, о новых реформах здравоохранения на 2022 год.

– Сегодня легкий день, мадам Президент, – продолжила Лиза, – сначала вы должны помилвать индейку.

Дэв оторвала взгляд от бумаг, и Лаура хихикнула, заметив удивление на лице Президента.

– Прости? – На сей раз, она была более внимательной слушательницей. – Мне показалось, что ты говорила о помиловании и об индейке?

Негромкий щелчок и приглушенное хихиканье ознаменовало появление в коллекции Лауры свежего снимка.

Лиза усмехнулась, но воздержалась от того, чтобы сказать Дэв, что ей стоило бы обратить больше внимания на действия предыдущих Президентов. Она не думала, что это будет мудрым решением для ее карьеры.

– Да, мэм, это – традиция на День Благодарения, – терпеливо пояснила Лиза, занося что-то в свой органайзер. – Президенты каждый год устраивает помилование индейки; и ее живой отправляют в зоопарк.

Дэв бросила карандаш на стол и взяла ручку, открывая папку, которую принесла ей Лиза.

– Лиза, если я помилую индейку, то что я получу на ужин в день Благодарения?

– Индейку, конечно; только не ту, которую вы помиловали. – Лиза с трудом подбирала слова, пытаясь объяснить этот причудливый ритуал. Наконец, она остановилась на высказывании: – Это – просто традиция. Вегетарианцам и детям это нравится.

– Не моим детям, – фыркнула Дэв. – Они – плотоядные животные и не стесняются признавать это.

– Особенно Аарон, – добавила Лаура. – Этот парень мог бы в одиночку съесть индейку. Клянусь, он будет борцом сумо, когда вырастет.

Дэв вздохнула и глотнула кофе, продолжая просматривать повестку дня.

– Так это традиция для Президента, чтобы дать всей стране птицу на Благодарение?

прим. переводчика. Это игра слов. Give the country the bird можно перевести и как дать всей стране птицу, и как показывать всей стране кукиш

Лаура с Лизой закатили глаз, все же усмехнувшись неудачной шутке Дэв, пока Президент что-то искала на столе.

Лиза пришла в себя первой и посмотрела на Лауру, которая только пожала плечами.

– Возможно, вы могли бы сказать это.

– Но не в прямом эфире, мадам Президент. – Уточнила Лаура, делая еще несколько снимков Дэв и Лизы, что-то ищущих на столе.

– Придирайся, придирайся. – Фыркнула Дэв, даже не посмотрев на нее. – Ты начинаешь говорить как Дэвид.

– Дэвид – очень мудрый человек. – Поддразнила Лаура.

– Сколько он заплатил тебе за эти слова?

– Ничего. Но он вошел в мое положение и пожертвовал фотографию вашей комнаты в общежитии в колледже. Теперь я знаю, в кого Аарон такой поросенок.

– Очень смешно. – Дэв оторвалась от документа. – Заметь, что эта комната – место проживания ДВУХ людей, и одна ее половина опрятна и чиста, в то время как вторая – мерзкий свинарник. А потом пойди, загляни в кабинет Дэвида и ответь мне, какая половина моя. Это его носки валяются на полу на фото.

Лаура встала и уперла руки в бока. Она сузила глаза.

– Откуда ты знаешь, что на полу на фото лежат носки?

– Потому что все время, пока я жила в комнате с Дэвидом, на полу лежали носки. И, что действительно страшно, какая-то часть меня полагает, что это была одна и та же пара.

Лиза и Лаура отреагировали хором:

– Фууууу.

Дэв задрожала.

– Я знаю.

Дэвид быстро вошел в комнату, читая какой-то документ, из-за чего чуть было не налетел на Лауру.

– О, прости. – Он закрыл папку и посмотрел на ухмыляющихся женщин. Дэвид начал нервно жевать усы. – Ого. Эти улыбки предвещают неприятности. Я видел своих жену, тещу и невестку вместе в одной комнате, и они улыбались точно так же. На следующий день наша берлога была окрашена в лавандовый цвет.

– Ты прав, Дэвид, ты должен бояться нас. – Дэв не позволила смешку Лауры остановить ее. – Но, в данном случае, – она положила ручку на стол, – мы обсуждали индейку, и твое имя просто случайно всплыло в разговоре.

Дэвид шумно рассмеялся и поднял папку над головой.

– Раз ты так плохо ко мне относишься, я не скажу, что Санта приготовил тебе на Рождество.

– Я уже знаю, что Санта приготовил мне на Рождество, – удовлетворенная усмешка появилась на губах Дэв, – то же самое, что я получила и на свой день рождения, – небрежно сообщила она Дэвиду, глядя на Лауру, которая ярко покраснела.

Некоторое время Дэвид переводил взгляд с одной женщины на другую, но от вопросов воздержался.

– Да, хорошо. Но его эльфы прнесли поправки Демократов и Республиканцев к твоему закону о регистрации ДНК.

Дэв вскочила с места и быстро подошла к Дэвиду, глядя на папку.

– Чего мне это стоило?

– Только для уже однажды осужденных. И… – Дэвид сделал паузу. Он выглядел настолько довольным собой, что Дэв думала, его сейчас просто разорвет изнутри. Мужчина шумно выдохнула. – Мы сумели подать это так, чтобы получить полную поддержку NRAnote 5 и всех основных групп обеспечения правопорядка. Ты, мадам Президент, становишься очень популярной. Последние опросы говорят о том, что народ уже забыл о взрывах. Рождество будет хорошим. Многие люди хотят выехать наверх ухватившись за полы твоего пиджака.

Дэв нахмурилась.

– Я думала, что полы моего пиджака коротки и непопулярны.

Дэвид запрокинул голову и воскликнул:

– Ха!

Дэв отпрыгнула назад, ее глаза округлились.

– Именно для этого я здесь. Я делаю их ДЛИННЫМИ и ПОПУЛЯРНЫМИ.

Лаура оценивающе посмотрела на Дэвида.

– Что Бэт подмешала в твой завтрак, Дэвид?

Дэв закатила глаза.

– Не обращай внимания. Он всегда такой самовлюбленный, когда хорошо делает свою работу. – Президент подмигнула своему Руководителю штата.

Лиза посмотрела на часы.

– Мы собираемся идти на помилование индейки, мэм?

Дэв взяла пиджак. Дэвид привычно помог Президенту его одеть и разгладил все складки.

– Отличная работа, Дэвид. – Мягко сказала Дэв, без тени иронии в голосе.

Высокий мужчина поправил лацканы синего пиджака.

– Ты заслужила это, Дэв. – Ответил тот. – Это – хорошая часть твоей работы.

Дэв кивнула и негромко кашлянула.

– Как бы то ни было, пойдем, спасем жизнь индейке. – Она посмотрела на Лизу и Лауру, чьи лица были нарочито-бесстрастными. – О, давайте, это заслуживает хотя бы небольшого одобрительного возгласа. – Она размахивала руками, пока они не сдались. – Спасибо. Видите, это было просто, не так ли?

* * *

Лаура нашла Дэв в музыкальной комнате, которая была создана и украшена во время президентства Билла Клинтона. Там хранились инструменты, пожертвованные некоторыми их наиболее почитаемых музыкантов США. Стены были украшены эклектичной комбинацией золотых пластинок, нот, написанных великими композиторами Бродвея, фотографий музыкантов, которые посещали Белый Дом за эти годы, и портретами певцов и музыкантов начиная с Луи Армстронга до Джона Дэнвера и Кэтлин Баттл. Дэв оснастила комнату самым современным электронным оборудованием, и сейчас она выглядела как комната любителя музыки, сдвинутого на техно.

Писательница вошла тихо, наслаждаясь звуками музыки Вивальди, которые наполняли комнату. Только подойдя почти вплотную к Дэв, она поняла, что та спит в удобном кресле.

– Насыщенный день, не так ли, милая? – Тихо сказала Лаура, нежно проведя пальцами по волосам Дэв. Президент старалась сделать как можно больше и как можно лучше, и была близка к истощению.

Лаура улыбнулась своей возлюбленной, провела рукой по лбу Дэв.

– Дэвлин? – Проворковала она тихим голосом. – Дорогая?

– Хм-м-м?

– Твои мама и папа появятся уже через час.

Глаза Дэв остались закрытыми, но руки проворно схватили Лауру и усадили к ней на колени. Президент обняла блондинку и вдохнула запах ее волос и кожи.

– Я не разговариваю с матерью, – сказала она тихо, хотя голос и был груб со сна. – Она дала тебе ту противную фотографию.

– Это совершенно очаровательная фотография голенького младенца. Она мне нравится.

– Моя мать – нарушитель спокойствия.

Лаура погрозила Дэв пальцем.

– Твоя мама – добрая приятная замечательная женщина.

Дэв открыла один глаз, чтобы изучить бесконечно прекрасное улыбающееся лицо.

– У тебя лихорадка? Ты бредишь?

– Вроде нет; возможно, тебе стоит проверить.

Руки Дэв нашли путь под футболку Лауры.

– О-о-о, приятно и тепло.

Лаура обняла Дэв за шею, и начался мини-сеанс, который ни одна из них не хотела бы прекратить в скором времени. Дэв застонала и запустила пальцы в волосы Лауры, прижавшись губами к губам напротив.

– О, да, у них отлично получается, Фрэнк. – Джанет хлопнула в ладоши. – Я знала, что книга была хорошей идеей!

Лаура резко дернулась от неожиданности и, внезапно лишившись опоры, свалилась назад. Темноволосая женщина пыталась удержать ее, но было слишком поздно. Лаура приземлилась аккурат пятой точкой на пол с великолепным ударом, который сопровождался менее великолепным:

– Черт!

Дэв болезненно скривилась и наклонилась, чтобы помочь писательнице встать.

– Прости, милая.

Лаура потирала ушибленное место, бормоча нечто нелицеприятное относительно Джанет, которая никак не научится стучаться.

– Ничего, все нормально.

Дэв с удовольствием погладила ушибленную часть Лауры.

– Не ты ли пару минут назад называла ее доброй приятной замечательной женщиной.

– Как это мила с твоей стороны, дорогая. – Джанет Марлоу распахнула руки, призывая Лауру обнять ее. Я знала, что есть причина, по которой ты так мне нравишься.

Лаура обняла Джанет.

– С возвращением, Джанет. Дэв только что говорила о том, как она взволнована тем, что ты обнаружила те старые фотографии. – Серые глаза озорно сверкнули. – Я надуюсь, ты принесла другие, о которых мы говорили.

Джанет подмигнула.

– И даже больше.

– О, блин. – Простонала Дэв, наблюдая, как Лаура обнимает ее отца. Президент обняла обоих родителей. Она ткнула отца локтем в бок. – Я обречена?

– Будь уверена, Дьявол. Но это хороший вид обреченности. – Она наклонился и зашептал на ухо Дэв. – Это – самая прекрасная молодая женщина, которую ты могла выбрать. Иначе твоя мать не думала бы о ней так хорошо.

Дэв отодвинулась и внимательно посмотрела на отца.

– Это много значит для меня, папа, знать, что вы так относитесь к ней.

– Она замечательная и твоя мать обожает ее.

– Хорошо. – Дэвлин покосилась на Лауру и свою маму, которые о чем-то шептались в сторонке. Затем снова посмотрела на отца. – Я хочу сделать ей предложение в Сочельник. – Дэв предупреждающе подняла палец. – И ты должен скрыть это от мамочки, – нервно прошептала она. – Нет ни малейшего шанса, что она сохранит это в тайне. Мне с Дэвидом и так достаточно сложно пытаться скрыть это от Бэт. И даже тот факт, что я так нервничаю, что готова проглотить язык, не помогает.

– Дэвлин, это замечательно. И я обещаю – ни слова твоей матери. – Фрэнк обняла дочь за плечи и повел ее к двери. У него были еще и внуки, в конце концов.

Лаура и Джанет с удивлением обнаружили, что остались в комнате одни. После нескольких секунд недоуменного молчания, женщины переместились на диван и, смеясь, продолжили беседу.

Фрэнк ткнул дочь локтем.

– У твоей мамочки будет замечательное время, когда она станет планировать свадьбу. Слава Богу, твой портфель акций еще цел.

– Даже более чем, и ты это знаешь, – фыркнула Дэв. – Но я уверена, мамочка обязательно придумает что-нибудь, на что у меня совершенно не будет времени. – Она снова вздохнула. – Если бы я должна была заниматься подготовкой к сватьбе, мы закончили бы только к Судному Дню. Эй, – она обернулась к отцу, – вы не должны были появиться раньше чем через час, и как вы нас нашли? – Дэв оглянулась, только сейчас заметив, что родителей не сопровождали агенты Секретной Службы.

– Боже, ты же знаешь свою мать. Она сообщила молодому агенту, который собирался провести нас по залам, чтобы он шел охранять кого-нибудь другого, так как она не собирается украсть фарфор.

Дэв тихо рассмеялась.

– Уверена, что Лаура сказала бы точно так же. – Она покачала головой. – Неудивительно, что они так сошлись.

Фрэнк почесал бороду.

– Может быть. Я заметил некоторое сходство. – Он подмигнул дочери. – Ты счастливчик. Но, чтобы ответить на твой вопрос – мы поймали попутный ветер, поэтому прибыли раньше. Я лично думаю, что это было божественное вмешательство.

Дэв остановилась.

– Что?

– Я уверен, что другие пассажиры молились, чтобы рейс закончился раньше, чем твоя мать заговорит их до смерти.

На сей раз, Президент рассмеялась. Она обернулась и с удивлением обнаружила, что ни Лауры, ни мамы позади них нет.

– Может нам…

– Дьявол, давай не будем спешить. Они заметят, что мы ушли. В конечном итоге. – Фрэнк сжал ее руку. – Кроме того, не забывай, что я тоже был на том самолете.

Глава XII

Декабрь 2021

3 декабря

Лаура даже не потрудилась снять куртку или ботинки, прежде чем обрушиться на кровать. Гремлин и Принцесса прыгали по постели, облизывая ее уши, когда раздался стук в дверь.

– Вы входите сюда на собственный страх и риск, – Лаура оторвала голову от кровати только на время достаточное, чтобы произнести эти слова. Затем она снова упала лицом на мягкое одеяло.

Дэв вошла внутрь и посмотрела на свою возлюбленную, сострадательная улыбка немедленно появилась на ее губах.

– Бедное дитя, – искренне произнесла она, опускаясь на колени около постели.

Принцесса уже скрылась под кроватью, где она тут же стала очень смелой и принялась рычать на Президента.

Дэв только фыркнула.

Гремлин был более смел. Он остался на постели, только спрятал свой упитанный зад за головой Лауры, чтобы охранять свою хозяйку и высказываться против Президента… сидя.

Лаура слишком устала, чтобы шевелиться, но она все же приподняла голову, только для того, чтобы разглядеть и убрать хвост, который щекотал ее.

Гремлин удивленно завизжал, но затем пересилил себя, обнажив зубы. Он залаял.

Дэв гавкнула в ответ, и Грем отскочил от Лауры, чтобы скатиться с кровати и присоединиться к своей подружке на полу. Президент закатила глаза, когда собачий лай стал злее и громче, как только он оказался в недосягаемости от нее.

– Цыпленок, – усмехнулась она.

Вновь обратив свое внимание на Лауру, Президент мягко погладила волосы блондинки, пытаясь убедить их владелицу посмотреть на нее. Она старалась не думать о том, что еще недавно рядом была филейная часть Грема.

– Милая?

– Что? – Последовал приглушенный ответ.

– Как прошел день?

Лаура со стоном перевернулась, раскинув руки в стороны. Ее голос был тихим и жалобным.

– Это было ужасно. Просто ужасно.

– О. – Дэв встала и обошла вокруг кровати. Она подняла блондинку, придав ей вертикальное положение. Лаура была полностью расслаблена и выглядела как тряпичная кукла, пока Дэв снимала с нее спортивную куртку, а затем и блузку, оставив на писательнице только шелковый темно-красный лифчик.

Небольшая усмешка появилась на губах Лауры, когда она, на конец, упала назад на одеяло и вздохнула. Она любила каждую секунду внимания, которую Дэв уделяла ей, и Лаура охотно позволяла Президенту такие вольности.

– Тогда расскажи мне об этом, – попросила Дэв. Она вынула сережку из одного уха Лауры, потом из другого, слегка помассировав мочки перед тем, как положить серьги на столик.

– Хм-м-м? – Писательница застонала, почувствовав холодный воздух комнаты, щекочущий пальцы ног, когда ботинки были сняты. Затем сильные руки начали осторожный массаж ступней. Она уже забыла о вопросе Дэв, и закрыла глаза, наслаждаясь приятными ощущениями. – О, Боже, как хорошо.

Дэв ухмыльнулась.

– Твой день? Ты собиралась рассказать мне.

– О, точно. – Лаура удовлетворенно выдохнула. – Ну, я знала, что это будет один из ТАКИХ дней, когда будильник не сработал. Надо его заменить. Но не одним из тех, с противным зуммом. Я их ненавижу.

– И именно поэтому ты пропустила нашу утреннюю разминку. – Дэв устроилась на полу, продолжая массаж. Она заметила два черных носа, выглядывающих из-под свисающего с постели одеяла. Собаки зарычали, и она зарычала в ответ. Дэв осталось только самодовольно наблюдать, как псы скрылись в темноте.

Лаура собиралась отругать Дэв за то, что та дразнит собак. Но эта мысль быстро покинула ее сознание, вытесненная удовольствием от прикосновения сильных рук, разминающих усталые мышцы.

– Милостивый Иисус, я чувствую себя все лучше.

Дэвлин ждала, когда Лаура продолжит рассказ. Но писательница замолчала надолго.

– Лаура?

– Да, – голос блондинки был мечтательным.

Дэв душил смех.

– Ты собиралась рассказать мне о твоем дне.

Лаура пошевелила пальцами ног перед тем, как продолжить.

– Разве? – Она подняла голову, заставила себя открыть глаза и оглянулась, удивленно подняв бровь. Потом ее голова снова упала на диван. – О, точно. Да, именно поэтому я пропустила разминку. Итак, я пыталась не опоздать, и случайно уничтожила свою лучшую пару чулок.

– Черт, ненавижу, когда так случается.

– Ага. Так, я жутко торопилась на встречу этим утром. И я проколола шину в Джорджтауне. К счастью, первая встреча была с Бэт. И она простила мне опоздание на сорок пять минут, хотя и назвала ходячим несчастьем.

– А почему ты ей не позвонила?

– Потому что я уронила свой телефон на тротуар и печально смотрела, как он разлетелся на миллион кусочков. – Недоверие в игривых синих глазах заставило ее исправиться. – Ну, ладно, только на три кусочка, – со вздохом исправилась писательница. – Но он все равно сломался!

Вторая темная бровь присоединилась к первой на лбу.

– Продолжай, милая.

Лаура вздохнула и вытянула одну ногу из пальцев Дэв, чтобы тут же заменить ее другой.

– После завтрака с Бэт, где они неправильно записали мой заказ, но я прибежала слишком поздно, чтобы ждать исправления, я все-таки успела к офису генерала Брендвелла, за пару минут до срока. Но этот сукин сын опоздал.

– Сколько ты его ждала.

– Полчаса.

– Вот ублюдок.

– Точно. ЗАТЕМ, он еще и злился из-за того, что я была вынуждена сократить интервью, чтобы уложиться в свой график. Ты знаешь, он – полный урод.

– Согласна. Но его уважают и у него блестящее военное мышление. – Дэв улыбнулась, когда Лаура застонала от удовольствия, доставляемого ей массажем.

– После этого, я закрыла свои ключи в автомобиле и забыла код. Немного сильнее. Аррх… да, тут. Затем я попала в ловушку на кольце Дюпонт. – Лаура подняла голову, чтобы, сузив глаза, посмотреть на Президента. – Конечно, ты можешь с этим что-нибудь сделать.

Дэв послала писательнице грустный взгляд.

– Прости. Я не в комиссии по зонированию и планированию улиц, но я пошлю им записку.

Светлая голова упала на кровать.

– Сделай это.

Дэв встала, выслушивая жалобные возражения Лауры по поводу окончания массажа. Президент расстегнула юбку блондинки.

– Подъем.

Писательница подняла бедра, и Дэв стянула с нее юбку и чулки одним ловким движением.

Открыв один глаз, блондинка наблюдала, как Президент пересекла комнату и открыла второй ящик комода.

– Ага! – Дэв резко развернулась и обвиняюще указала пальцем на Лауру. – А я то не могла понять, куда деваются мои вещи.

Дэв начала рыться в ящике.

– И мои носки здесь же! Ты – маленький вор. – Рассмеялась она. – Разве ты не могла просто украсть полотенца, как все?

Президент вернулась к кровати, чтобы надеть носки на Лауру. Она обнаружила, что забыла кое-что из костюма писательницы, она провела пальцами по бедрам блондинки, ущипнув ее за задницу.

– Это что еще такое?

– Ой, нет трусиков? – Она слабо пожала плечами. – Конечно. Живем только раз.

– Это моя девочка, – пробормотала Дэв, натягивая брюки на Лауру.

– Дэвлин, дорогая, я не хочу критиковать. Но ты все делаешь неправильно.

– Никакой критики.

– Разве не предполагалось, что ты РАЗДЕВАЕШЬ меня?

– Позже.

Лаура хотела было возразить, но это действительно не имеет значения, если Дэв касается ее. Пока она это делает. Кроме того, 'позже' тоже звучало хорошо.

– Хорошо.

– Подъем.

Лаура еще раз приподняла бедра от постели и почувствовала мягкие брюки, которые тут же согрели ее ноги. Затем сильные руки легли на ее запястья, подняв в вертикальное положение.

– Лифчик оставить или убрать?

Блондинка подняла бровь.

– И ты еще спрашиваешь?

Дэв хихикнула и нежно удалила указанный предмет.

Лаура тихо застонала.

– Позже?

– Точно. Позже. – Дэв бросила лифчик на остальную груду одежды. Затем помогла Лауре надеть футболку. Дэв не смогла сопротивляться желанию позволить своим рукам проникнуть под одежду и прикоснуться к теплой коже.

Лаура удивленно вздохнула, когда Президент коснулась суставами пальцев нижней части ее груди. Прежде чем блондинка успела произнести хоть слово, большие пальцы Дэв легко коснулись ее сосков, отчего те немедленно превратились в маленькие столбики.

– Дэвлин, – Лаура ответила на приятные действия низким рычанием, – будь хорошей.

Синие глаза невинно округлились.

– Это было хорошо. Подлостью было бы, если бы я подняла твою футболку… – Что она тут же и сделала. – И опустила свой рот…

– Стоп! – Лаура отодвинулась, укоризненно покачав указательным пальцем перед лицом Дэв. – Ты одела меня снова по какой-то причине. И раз 'после' еще не наступило, не начинай то, что мы не сможем закончить. – Она одернула футболку. – Какой у нас план?

Дэв нахмурилась, но быстро справилась с собой.

– Ты, я, дети, Монополия в гостиной? Эмма испекла печенье и сделала какао.

– Замечательно. – Лаура удовлетворенно вздохнула, чувствуя себя намного лучше, чем несколько десятков минут назад. Она наклонилась к высокой женщине и сердечно поцеловала ее, с трудом сопротивляясь желанию продолжить. – Как прошел твой день? – Она вытерла крошечное пятнышко помады в уголке губ Дэвлин.

Дэв подала плечами. Она поставила Лауру на ноги и обняла за талию, после чего обе начали медленную прогулку к двери.

– Слетала утром в Нью-Йорк, чтобы выступить с речью перед ООН.

– Хвастайся.

18 декабря

Дэв посмотрела на настенные часы, опустила взгляд на повестку дня, лежащую на столе рядом с блокнотом. Она мысленно закатила глаза, слушая молодого человека, стоящего у противоположного края стола, который как раз перешел к сороковому голографическому наглядному пособию, объясняющему причину гибели урожая.

Президент знала, что должна обращать внимание на его слова, но это было выше ее сил. Дэв уже решила, что поддержит просьбу о помощи фермеров, детище которых – озимые культуры пшеницы, пали жертвой необычайно ранних и резких зимних бурь. Для Дэв этот молодой человек был 'проповедником перед церковным хором', как сказал бы ее отец. Ей не нужны были его убеждения.

Кроме того, сегодня суббота, у Дэв важная встреча, а он говорил уже НАМНОГО дольше, чем было запланировано. Ее мысли вновь отправились к новому роману Лауры об Адрианне Нэш. Хотя ее псевдоним и значился как соавтор, Дэв оставила непосредственное написание блондинке, ограничив свой вклад сюжетом и идеями по развитию характера. Что она не могла понять, так это почему Лаура решила ввести мускулистого персонажа по имени Дирк. И, хуже всего, почему Дирк должен пользоваться успехом у Адрианны!

Дэв нахмурилась и зачеркнула круг, которым было обведено имя Дирка на повестке дня.

– Проклятый радикал будет глотать пыль прежде, чем он успеет добраться до Адрианны! – Пробормотала она, невинно посмотрев в потолок, когда поняла, что сказала это вслух.

– Мадам Президент? – Заместитель Министра по сельскому хозяйству, тот самый занудный молодой человек, смотрел на нее круглыми глазами, в ужасе оттого, что у нее мог быть вопрос.

Дэв слегка смущено улыбнулась и махнула рукой.

– Мне жаль. Я отвлеклась ненадолго. Пожалуйста, продолжайте.

Он кивнул и дал голосовую команду на смену голограммы. На новой картинке было два колоса пшеницы. Один из них был явно поврежден, в то время как другой был цел.

Дэв оглядела лица других людей, находящихся в комнате и, убедившись, что большинство еще бодрствует, позволила себе вернуться обратно к блокноту. "Ты собираешься ввернуть просто прекрасный подтекст, Лаура. Боже, это будет столь же шокирующе, как было в 'Зене'". Прошло двадцать лет после завершения показа, но она все еще бесилась из-за того, что авторы навсегда вставили бойфренда недели. Зена и Габриель любили друг друга. Конец истории.

Дэв мысленно вернулась к страницам, которые они закончили прошлым вечером. Ее НЕ радовал вариант, которым Лаура завершила ту главу. Дэв нарисовала в блокноте 'Дирка' с петлей на шее.

– Я убью этого крысиного ублюдка! – Прорычала она, внимание всех присутствующих тут же переключилось на нее.

Секретарь стоял с выпученными глазами, он громко сглотнул.

– Ладно, дамы и господа. – Дэвид похлопал Дэв по руке, плавно беря управление встречей на себя. – Я думаю, мы все выяснили. У Президента сейчас другая встреча, на которую она опаздывает, так что…

Министр сельского хозяйства первым встал на ноги. На его лице читалось такое же облегчение, которое Дэв чувствовала. Министр не был уверен, почему Президент собирается совершить убийство, но он точно не хотел быть жертвой. К тому же, он не хотел потерять свего зама, хотя тот и бывал временами излишне зануден.

– Спасибо за то, что уделили нам время, мадам Президент. Мы можем рассчитывать на поддержку Белого Дома?

Дэвид толкнул в бок Дэв, которая как раз занималась тем, что пририсовывала что-то вроде оружия, приставленного к голове Дирка.

– Абсолютно! – Сказала она, захлопывая записную книжку и поднимаясь на ноги. – Вы получите все, что вам нужно в моем офисе утром в понедельник. Не так ли, Дэвид?

– Да, мадам Президент. – Мужчина встал и застегнул пиджак. – Я могу закончить здесь, мадам, если вы хотите немедленно отправиться на следующую встречу. – Он подтолкнул Дэв к дверям.

– Точно. Спасибо, Дэвид. Увидимся в понедельник.

Дэв удалось сдержать смех до того времени, пока она не добралась до комнаты Лауры. Встав перед дверью, она лбом несколько раз стукнула по ней. Когда дверь открылась, она улыбнулась своей возлюбленной, которая держала в одной руке свои очки, а в другой фотоаппарат.

– Мы должна поговорить о Дирке.

– Дирк? – Лаура была удивлена. – Из моих книг?

– О, да. Из-за Дирка Заместитель Министра по сельскому хозяйству теперь думает, что я хочу его убить.

* * *

Лаура на животе лежит на своей постели. Вокруг нее раскидано множество бумаг, черновиков, справочников и даже несколько географических карт. Одной рукой она подпирает голову. В другой руке – ручка, колпачок которой она грызет, время от времени отрываясь, чтобы записать еще несколько предложений.

Она уже умылась и почистила зубы перед сном, переоделась в высшей степени удобные футболку университета штата Теннеси и потертые темно-серые штаны.

Дэв сидит рядом с нею, оперевшись о прислоненные к спинке кровати подушки. Она не создает вокруг себя беспорядок, хотя Лаура уже успела заполнить всю кровать своими материалами. У нее в руках единственный блокнот и карандаш, который она грызет, иногда отрываясь, чтобы беспокойно постучать им по бумаге.

Волосы Дэв еще слегка влажные после душа, который она приняла час назад. На ней мягкая красная фланелевая пижама и теплые носки.

Хотя температура внутри Белого Дома редко меняется больше чем на градус или два, но остальная часть Вашингтона ОК находится в объятиях снежной бури. Относительная тишина комнаты изредка нарушается воем ветра, который бросает снег в высокие окна спальни.

Гремлин и Принцесса нашли убежище на разных концах дивана. Лаура решила, что собаки, должно быть, поссорились, так как обычно Принцесса спит прямо на Гремлине, против чего тот, казалась, не возражал.

Тук. Тук. Тук… Тук. Тук.

Лаура повернула голову и раздраженно посмотрела поверх очков на Дэв, которая снова нервно постукивает карандашом по блокноту. Президент, казалось, не замечает своих действий, поэтому писательница воздерживается от того, чтобы сказать что-нибудь невежливое. Она медленно вдыхает, выдыхает, и переводит взгляд на свою работу. Лаура как раз придумала, как Адрианна Нэш, бесстрашный исследователь, могла бы вырваться из плена, когда услышала 'Тук. Тук. Тук… Тук. Тук.'. Она на секунду закрыла глаза, напомнив себе о терпении, перед тем, как повернуть и впиться взглядом в Дэв, которая была поглощена своими мыслями.

– Ты издеваешься?

Голова Дэв дернулась.

– А?

Лаура немного подвинулась, чтобы положить руку поверх кисти Дэв, и остановить этот стук.

– Ты сводишь меня с ума.

Дэв изумлено смотрела на нее.

– О чем ты говоришь? Я пытаюсь придумать какие-нибудь идеи для Адрианны Нэш. Я ничего тебе не делаю!

Лаура внутренне застонала. Дэв привыкла работать в обстановке постоянного шума ее бесконечных встреч. В то время как писательница с подобных встреч исчезала, возвращаясь в тишину своей комнаты, чтобы действительно работать.

– Ладно. Ты права. Прости. Просто это нарушило мою концентрацию. Продолжай размышлять. – Лаура погладила бедро Дэв, прежде чем убрать руку, по пути усилив беспорядок, чтобы вернуться к листу бумаги и записать идею, которая внезапно пришла ей в голову.

Дэв посмотрела на Лауру и нахмурилась.

– Нам нужно больше света.

– Нет, не нужно.

Дэв положила блокнот на колени.

– Конечно, нужно. Работа при таком слабом освещении вредна для твоих глаз.

Лаура положила ручку и снова обернулась.

– Это не так. Не в том случае, когда мне не приходится напрягаться, чтобы что-то разглядеть. Я все время работаю ночью. Здесь нормальное освещение. Я все прекрасно вижу.

Дэв фыркнула.

– Не говори ничего плохого о моих очках, Дэвлин. Моя 'проблема' со зрением не имеет никакого отношения к слабому освещению. И прежде чем ты начнешь снова, я НЕ хочу, чтобы кто-нибудь тыкал мне в глаза иголками или лазерами, независимо от того, что они используют, – раздраженно ответила она, возвращаясь к работе, теперь полностью отвлекшись от нее. Через пару секунд мертвой тишины, она добавила. – И это окончательный ответ. Нет. Ни коим образом.

– Ребенок, – Дэв показала язык и раздраженно пнула бумаги, раскиданные вокруг ее ног. – Боже, ты просто неряха. – Она подняла лист бумаги, содержащий заметки Лауры и быстро скомкала его. Прицелившись в мусорное ведро в углу комнаты, Дэв кинула в его сторону получившийся мяч. Который приземлился в полуметре от цели.

Лаура посмотрела в ту сторону.

– Дэв, – расстроено простонала она, – что если это было нечто важное?

– Не было. – Твердо заявила Президент, мысленно напомнив себе, позже понять этот листок на случай, если Лаура права. Лучше перестрахоывться. – Кровать – просто свинарник. – Дэв пнула бумаги более энергично. – Как ты можешь работать в такой обстановке?

Лаура уже собиралась резко ответить, но бросила взгляд на карты, бумаги и справочники, ровным слоем покрывающие кровать. Она угрюмо перевела дыхание, внутренне признавая правоту Дэв. Хорошо, возможно она чуть-чуть неряшлива. Лаура приподняла ногу Дэв, чтобы выгрести из-под нее свои бумаги.

– Эй! – С негодованием завопила Дэв, возмущенная таким произволом.

– Тише. – Лаура разжала пальцы, отчего нога Дэв с глухим стуком упала на кровать, подпрыгнув пару раз. После чего писательница вернулась к своим бумагам.

– Схватила меня за ногу… – Дальнейшее бормотание Дэв слышно не было.

Лаура, в задумчивости, начала ритмично покачивать ногой. "Адрианна могла бы сбежать верхом. О, да, людям это понравится". Блондинка обратилась к картам, чтобы определить особенности этого острова. "Завтра проверю это в Интернете". Подсознательно она продолжала покачивать ногой.

Дэв впилась глазами в эту раздражающую часть тела, пытаясь игнорировать раскачивание кровати. Внезапно нога Лауры прекратила движение, и Президент с облегчением выдохнула, сосредотачиваясь на своей работе. "Дирк сопляк. Дирк гаденыш. Дирк должен умереть. Он только мешается под ногами. Почему Лаура не видит, что Адрианне будет гораздо лучше с ее страстной рыжеволосой напарницей? Что Лаура имеет в виду, когда говорит, что она 'думает' о том, чтобы они были вместе? О чем тут 'думать'? Они просто созданы друг для друга. Не волнуйся, Адрианна. Я улажу этот вопрос". Дэв ухмыляется. "Так-то вот".

Кровать снова начинает качаться из-за того, что Лаура качает ногой. Дэв оторвалась от своих планов, устремив пристальный взгляд на источник раздражения, который продолжал нервно дергаться, и дергаться, и дергаться, и дергаться.

– Прекрати раскачивать кровать! – Выпалила Дэв, когда терпение подошло к концу.

– Конечно, милая. – Рассеяно ответила Лаура, погладив руку Дэв. Она была так захвачена новой идеей, что даже не потрудилась повернуть голову, когда говорила.

Дэв закатила глаза, когда движение, остановившись всего на две секунды, вновь продолжилось, хотя уже и медленнее. Пытаясь устроится поудобнее Президент случайно задела локоть Лауры, из-за чего та прочертила линию поперек только что написанного текста.

– О, прости, – спокойно сказала Дэв. Но ногу не убрала. – Может быть ты…

– Да?! – Лаура немного подвинулась, освободив для Дэв около полуметра. – Так лучше? – Пробормотала она.

– Немного.

Через несколько минут Лаура услышала 'Тук. Тук. Тук… Тук. Тук. Тук' снова.

– Аааррррр! – Блондинка опустила голову, ударившись лбом о кровать. Заскрипела зубами.

'Тук. Тук. Тук… Тук. Тук'. Пауза. 'Тук. Тук. Тук… Тук. Тук'.

Лаура торопливо села и пододвинулась к Дэв. Она вырвала карандаш из пальцев Президента и швырнула его через всю комнату.

Дэв в шоке посмотрела на нее, когда карандаш ударился об экран компьютера и покатился по полу.

Лаура мило улыбнулась.

– Так НАМНОГО лучше. Спасибо.

– Ты, – Дэв сердито размахивала руками, – ты… Ты просто не можешь так поступать!

Лаура поджала губы и резко кивнула.

– О… О, да, я могу, мадам Президент!

– Прекрасно, – синие глаза сузились. – Значит, вот что ты чувствуешь.

Лаура скрестила руки на груди.

– О, да, – прорычала она. – Это – то, что я чувствую.

Глаза Лауры расширились при виде хищной усмешки, появившейся на губах Дэв. Президент небрежно встала с кровати. Лаура нахмурилась.

– Дэвлин, что…

Дэв наклонилась и схватилась за свисающее с кровати одеяло. Она резко дернула одеяло вверх и отпустила, запустив большинство бумаг писательницы в воздух. Пару секунд они плавали в воздухе вокруг Лауры, а затем опустились на одеяло, как большие прямоугольные хлопья снега.

– Это, – Дэв аккуратно расправила одеяло, – то, что Я чувствую. – "Получи, ты, противная… противная… ар-р-р… махательница ногами!"

– Ооооо! – Лицо Лауры стало ярко-красным, она накинулась на свою возлюбленную, схватила ее за талию и, с громким мычанием, повалила спиной на кровать. – Я не могу поверить… уф-ф-ф… что ты… сделала это!

Дэв немедленно перевернулась, придавив Лауру своим телом к постели.

– Уж поверь!

Ноздри Лауры вспыхнули.

– Слезь с меня!

– Нет! Ты сводишь меня с ума!

– Я? Ха! – Лаура стала извиваться под Дэв, пытаясь сдвинуть ее. – Это ты сводишь меня с ума! – Писательница начала задыхаться от злости, ее лицо стало еще более красным.

Вены на горле и лбу Дэв вздулись, когда она толкнула Лауру назад, отказываясь освободить пленника.

– Я не позволю тебе! Ты просто устроишь еще больший беспорядок и опять начнешь раскачивать кровать, и опять, и опять, и опять. – Дэв слегка подпрыгивала, заставляя спинку кровати хлопать по стене.

Лаура резко выдохнула и собрала все силы на еще одну попытку освободиться.

– И ты снова будешь придираться, – Дэв хрюкнула, впервые понимая, какая сила заключена в небольшом теле Лауры, ведь ей почти удалось освободиться.

– Придираться? Не думаю, Королева Придирок! – Лауре, наконец, удалось освободить руки, зажатые между их телами, но Дэв тут же схватила ее запястья, прижав их к подушкам за ее головой. – Черт возьми! Слезь с меня, чтобы я смогла тебя убить!

– Никогда! Никогда! Никогда!

Некоторое время они пристально смотрели друг другу в глаза, затем рассмеялись. Дэв отпустила руки Лауры, и теперь кровать качалась уже от смеха.

Лаура перевела дыхание, подвинувшись, чтобы Дэв не так сильно давила на ее грудную клетку. Она обняла своего партнера, чувствуя каскад темных волос под пальцами.

– Я думаю, формально, мы обе сошли с ума. Напряженность, наконец, вырвалась на свободу. – Но она улыбалась, пока говорила, и не могла не думать о том, что это – лучшее место на земле, из тех, где она была.

– Уф, пожалуй, – согласилась Дэв. Она наклонилась вперед к мягким губам Лауры и подарила ей глубокий страстный поцелуй.

Лаура тихо застонала, она закинула ногу на ноги Дэв, теснее прижимая ее к себе. Обе женщины тяжело дышали, пораженные неожиданной интенсивностью поцелуя.

– Мы придираемся и ссоримся, как старая женатая пара, – пробормотала Дэв, перед тем, как поцеловать уголок губы Лауры. Ей ужасно нравилось то, как их тела были сплетены вместе.

Лаура кивнула. Она подняла голову, обдумывая слова Дэв.

– Мы разговариваем, как женатые, верно?

Дэв рассмеялась.

– О, да. – Тело писательницы было разгоряченным, и это посылало огонь по ее коже. Не в силах сопротивляться импульсу, Дэв вдыхала запах горячей кожи Лауры.

Блондинка задохнулась, когда заботливые губы нашли чувствительное место на ее коже.

– Так почему же тогда мы не сделаем это?

– Почему мы не сделаем что? – Дэв продолжала целовать шею Лауры, заставляя блондинку изгибаться от страсти.

– Не поженимся. – Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела остановиться, или просто подумать о том, что говорила.

Дэв замерла на середине поцелуя. На пару секунд она закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями. Затем открыла их и медленно отодвинулась.

– Ты действительно делаешь мне предложение?

Лаура моргнула. "О, мой Бог. Это – именно то, что я сделала! Но я не хотела этого, не так ли?" Она почувствовала панику, но была и успокаивающая близость ее возлюбленной, которая была уникальна во многих отношениях. И с каждым вдохом она чувствовала запах Дэв. Ее волнение прошло так же быстро, как и появилось, на смену ему пришла всепоглощающая уверенность, о которой блондинка раньше даже и не подозревала. Хотя Лаура и не собиралась говорить это, эти слова были тем, чего она хотела в глубине души.

– Я… – Она облизала губы, не будучи способной определить чувство, с которым Дэв смотрела на нее. – Полагаю, что так. – Лаура решилась на… она еще не была уверена на что. – Да, да, именно это я и сделала. – На сей раз, слова были более уверенными.

Дэв не могла сдержать улыбку. Часть ее хотела задушить Лауру за то, что она полностью разрушила все эти недели подготовки и планирования. Все ее волнения и страхи были ничем! Но большей частью она была взволнована до беспамятства. Столь глупую, что даже забыла ответить на вопрос Лауры, пока не почувствовала как часто бьется сердце блондинки напротив ее собственного.

– Да. – Она улыбнулась и подняла бровь.

Лаура внимательно изучала лицо Дэв; робкая улыбка появилась у нее на губах, и она перевела дыхание. Но Президент так долго ждала, прежде чем ответить, что она не была уверена, что они говорили об одной и той же вещи.

– 'Да', что? – Лаура задержала дыхание, ее сердце готово было выскочить из груди.

Взгляд Дэв стал сердитым.

– А ты что думаешь? Да, я согласна на свадьбу, что за странный вопрос?

Лаура молчала.

– Ничего себе, – наконец выдохнула она, обнимая Дэв со всей страстью. – Это так прекрасно. – Лаура спрятала лицо в волосах Дэв. – Я так сильно люблю тебя.

Дэвлин покрепче сжала Лауру в объятьях.

– Я тоже люблю тебя, милая.

Светлые брови сошлись на переносице.

– Мы даже сможем пожениться здесь? – "Боже, Лаури, ты могла бы проверить, прежде чем спрашивать".

Дэв улыбнулась внезапному волнению в голосе Лауры. Она повернулась на бок, оперевшись на локоть и провела рукой по щеке блондинки.

– Каждый штат, включая ОК, признает брак, заключенный в другом штате. Но не в каждом штате можно провести церемонию. – Глаза Дэв передавали ее сожаление. – Не в штате Теннеси. Мне жаль, милая.

Лаура пожала плечами. Это не имело значения.

– Но, держу пари, в штате Огайо это возможно, верно? – Невинно спросила она, хлопая ресницам в ожидании ответа.

Широкая улыбка осветила лицо Дэв, отчего небольшие морщинки появились в уголках глаз.

"О, да. Это была очень верная фраза".

– Уверена что так, черт возьми! – Счастливо ответила Дэв, перекатываясь на спину. – Мои родители будут взволнованы. – Она повернула голову, любовно глядя на писательницу. – Я взволнована, – прошептала Дэв, дрожащим голосом.

Лаура пододвинулась поближе к ней. Ее улыбка была отражением улыбки темноволосой женщины.

– Я тоже, дорогая. – Она сняла очки и, не глядя, положила их на ночной столик.

– Ты просто не хочешь быть частью представления под названием свадьба в Белом Доме, – поддразнила Дэв.

Лаура мягко хихикнула и легла сверху на Дэв.

– Я лишь хочу, чтобы ты была счастлива. – Светлая бровь изогнулась. – И если при этом мы, случайно, сведем с ума Прессу… – Лаура почувствовала тихий смех Дэв.

– Неудивительно, что я люблю тебя. Ты – злая. Разве можно сопротивляться этому?

– О, да. – Согласилась Лаура, наклоняясь поближе, чтобы насладиться мягкой кожей Дэв. Она расстегнула верхнюю пуговицу пижамы Президента, позволяя своим губам двигаться ниже. – Действительно, злая. – Мягко согласилась она, не способная сопротивляться тому, чтобы расстегнуть еще одну пуговицу, вдыхая аромат чистой кожи Дэв.

Президент тихо вздохнула и двинулась руками под футболку Лауры, лаская голую спину.

Писательница одобрительно забормотала, почувствовав движение Дэв. Третья и четвертая пуговицы тоже были расстегнуты, и Лаура двигалась все ниже, лаская губами и языком теплую, чуть солоноватую кожу высокой женщины. Когда последняя пуговица была расстегнута, блондинка распахнула пижаму, освобождая из-под ткани грудь Дэв.

– М-м-м… Боже, Дэвлин, – застонала она, ее язык оставлял влажную дорожку на коже, двигаясь от нижней части груди Дэв к соску, – ты такая мягкая.

Дэв задыхалась, ее глаза медленно закрылись, теплая волна устремилась вниз от живота, утвердившись между ног при чувственной ласке Лауры. Она резко села, обнимая блондинку, и накрыла ее губы страстным поцелуем.

Лаура стянула пижаму с сильных плеч Дэв, сквозь туман желания поражаясь комбинации тугих мышц и гладкой кожи под ее руками, пока Президент продолжала исступленно целовать ее. Пальцы блондинки запутались в густых черных волосах.

Она углубила поцелуй, поглощая стоны своей возлюбленной.

Неохотно, Дэв отодвинулась.

– Ты тоже, – ее дыхание было прерывистым.

Лаура медленно открыла глаза, несколько мгновений безучастно глядя на Дэв, пока слова той не проникли в мозг блондинки.

– Ты тоже. Я должна коснуться тебя. – Дэв начала стягивать с Лауры футболку.

Писательница подняла руки и уже через мгновение ее футболка валялась на полу возле кровати. Движения двух женщин замедлились. Они обменивались поцелуями и нежными словами. Вскоре вся их одежда очутилась на полу, и комната наполнилась стонами, от безупречного контакта кожи с кожей.

– Я хочу целовать всю тебя целиком, – бормотала Дэв напротив груди Лауры. Ответом на ее слова стал восторженный стон, и брюнетка повернула голову, чтобы слегка прикусить и облизать чувствительный сосок.

– О, Дэв, – Лаура не смогла сдержать восторженного возгласа, подавшшись навстречу мягким губам. – Ты любишь дразнить меня, не так ли? – Она почувствовала, что ей не хватает воздуха, когда язык Дэвлин продолжил свой путь по ее коже, оставляя на ней горячие влажные дорожки. Марлоу передвигалась от колен до плеч для того, чтобы снова начать все сначала, впитывая чувство мягкой кожи под ее руками и губами.

Лаура обхватила Дэв руками, вцепившись ногтями в ее спину и плечи, послав дрожь страсти по телу Дэв, и заставив ее застонать. Президент даже представить не могла, насколько она жаждала прикосновений этой женщины, пока не заполучила их. Лаура извлекала из Дэв все эмоции, на которые та была способна.

Они занимались любовью медленно и страстно. У них было время на то, чтобы наслаждаться друг другом, испытывая и даря ласки и поцелуи. Чувственное мурлыканье сменялось низкими хриплыми стонами.

Улыбка поселилась на губах Дэв, когда ее ушей достигли чуть слышные непрерывные стоны Лауры и она почувствовала, как блондинка пытается прижаться еще ближе к ней. Это были сигналы надвигающейся кульминации. Дэв теснее обняла Лауру, чувствуя, как ее тело реагирует на прикосновения, запахи и звуки. Марлоу шептала слова любви и преданности, их тела инстинктивно нашли ритм, который заставить их обоих испытать все удовольствие, что они могли принести друг другу.

И когда Лаура откинула голову назад и тихо вскрикнула, Дэв последовала прямо за ней. Видеть лицо ее возлюбленной в этот момент, чувствовать напряженное, скользкое от пота тело под ней, пальцы, ногтями впившиеся в ее лопатки – всего этого было более чем достаточно, для того, чтобы подвести ее саму к пропасти и дальше.

Дыхание замедлились, пульс начал успокаиваться, когда два тела расслабились, почти растаяв вместе. Лаура медленно провела рукой вниз по спине Дэв и устало натянула одеяло. Она поцеловала влажное плечо, скорее почувствовав, чем услышав ответное мурлыканье Марлоу, и пробормотала: "Я люблю тебя".

Лаура не могла чувствовать себя более удовлетворенной, чем сейчас, слыша дыхание Дэв и чувствуя, как успокаивается ее сердцебиение, и сон настигает ее партнера.

– Я тоже люблю тебя, – мягко прошептала Дэв.

Серые глаза медленно закрылись, она медленно улыбнулась, проваливаясь в сон и чувствуя сильные руки Дэв, обнимающие ее талию.

25 декабря

– Лаура?

Тишина.

– Лаура, – шепот стал более настойчивым.

– Уходите, – пробормотала писательница, закрывая голову подушкой.

Трехголосое хихиканье подтолкнуло Лауру к пробуждению.

– Пора вставать, – настаивал Аарон, – Санта прилетел!

Лаура жалобно застонала, но все же вытащила голову из-под подушки. Она лежала в кровати Дэвлин, но Президента рядом не было.

– Санта прилетел; мы идем открывать подарки. Пошли! – Кристофер и Эшли схватили Лауру за руки и начали буквально вытаскивать ее из постели.

– Ладно, ладно, иду, – рассмеялась Лаура. Она взглянула на часы. 3:30 утра. "Боже, неудивительно, что я чувствую себя такой уставшей. Я легла только три часа назад". – Вы всегда встаете посреди ночи в Рождество? – Спросила она Аарона, надевая очки.

– Ага. Как только прилетает Санта, мы можем открывать подарки. Это – дело, – взволнованно ответил он, дергая Лауру за футболку, пока женщина, зевая, выбиралась из-под одеяла.

– А где ваша мама? – Голос Лауры был еще хриплым со сна. Она сонно протирала глаза.

– Она в гостиной. Пойдем, мы покажем!

Лаура задумчиво посмотрела на дверь ванной, мимо которой ее протащили в сторону гостиной комнаты.

– Она там, – объявила Эшли, все еще шепотом. В комнате было совсем темно, и если бы не огни рождественской елки, Лауре ни за что не удалось бы разглядеть фигуру спящей Дэв. Она лежала на полу под елкой, рядом с собранным велосипедом Эшли, и кучей запчастей в коробках, которые должны были стать велосипедами для Кристофера и Аарона. Она все еще сжимала в одной руке отвертку. Лаура прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Именно здесь она оставила Президента три часа назад, когда та объявила что скоро придет в кровать и что помощь ей не нужна, ведь это займет только пару минут. "Вот беда, Дэвлин. Что же мне с тобой делать?"

Кристофер с любопытством посмотрел на мать.

– А почему эльфы, которые ездят с Сантой не собрали велосипеды? Разве это не их работа?

Лаура подняла брови, пытаясь придумать подходящий ответ.

Эшли нетерпеливо посмотрела на брата.

– Ты такой глупый, Крис. Секретная Служба, наверняка, заставила эльфов оставить пакеты внизу. А собрать велосипеды еще на Северном полюсе эльфы не могли, так как они бы заняли слишком много места в санях.

Лаура, широко открыв глаза, слушала объяснения Эшли. "С таким воображением, похоже у нас в семействе будет еще один писатель".

– Поэтому мама должна была сделать это здесь. – Спокойно продолжила Эшли.

– О. – Крис кивнул, принимая объяснения сестры. – Конечно.

Аарон подергал Лауру за руку, и она посмотрела вниз на маленького белокурого мальчика.

– Мы можем разбудить ее? Ведь это Рождество!

Лаура улыбнулась.

– Конечно, милый. Иди, разбуди ее.

Эти слова еще висели в воздухе, когда все трое детей уже подлетели к матери и начали теребить ее.

Лаура со смехом наблюдала, как несколько секунд Дэв пыталась увернуться от них, пока не проснулась достаточно для того, чтобы начать понимать, что происходит. Президент воскликнула 'Веселого Рождества' и заключила всех троих в объятие.

– Хорошо, маленькие монстры, – Дэвлин освободила своих пленников. – Разбирайте подарки. И помогите Аарону прочитать имена на пакетах.

Три пронзительных вопля заставили Дэв немного отодвинуться назад. Эшли быстро схватила Аарона за руку, и они побежали к висящим над камином носкам, преследуемые Крисом. Каждый схватил свой носок и шлепнулся на пол перед холодным камином, чтобы исследовать свою добычу.

Дэв встала и подошла к Лауре, которая все еще с усмешкой наблюдала за ней.

– Доброе утро, вроде как, – прошептала Дэв, мягко целуя губы Лауры и обнимая блондинку за талию.

– Доброе утро, дорогая, – Лаура обвила руками Дэвлин, погружаясь в теплое объятье.

– Я заснула.

Лаура рассмеялась.

– Я заметила. Мне жаль. Я потерпела неудачу, пытаясь придумать, почему ты здесь.

– Дети спрашивали…

Лаура покачала головой, подтолкнув Дэв к дивану, на который они и опустились с громкими стонами.

– Эшли возложила вину за твой обморок под елкой, будто старого пьяницы, на Секретную Службу.

Дэвлин улыбнулась и игриво чмокнула руку Лауры.

– Я спала, – громко прошептала она. – Это совсем не то же самое, что обморок!

Лаура прикусила язык.

– Мне нужен кофе, – жалобно проскулила Дэв.

– Мне тоже. Пойду, найду для нас немного кофе и что-нибудь вроде сока для детей.

– Ты не должна это делать, – протест Дэвлин был нерешительным. – Мы только сели. Я могу подождать.

– Прекрати, – Лаура закатила глаза. – Ты – самый большой кофейный наркоман, какого я только знаю. И, кроме того, если я не получу немного кофеина сейчас, то просто умру. И я слышала, что это одна из тех вещей, в которых люди действительно нуждаются Рождественским утром.

– Спасибо, – Дэв обняла Лауру за плечи, когда обе женщины встали. – Я люблю тебя.

– Лаура толкнула Дэв бедром.

– Я тоже тебя люблю.

– Отсутствие Эммы кажется таким странным, – прокомментировала Дэв, которая была еще не готова к тому, чтобы позволить Лауре выйти.

– Точно, – Лаура улыбнулась, когда Эшли завизжала от восхищения, обнаружив у себя лак для ногтей. – Но она заслужила каникулы. Не могу поверить, что ты послала ее с сестрой в круиз. Она была так рада. Эта тема – единственное, о чем Эмма говорила все две недели.

Дэв пожала плечами и смущенно опустила взгляд в пол.

– Она заслужила это.

– Я знаю. – Лаура снисходительно улыбнулась. – Давай, сделай пару фотографий и начинай открывать подарки. Я скоро вернусь с парой кружек кофе. Возможно, мне удастся подкупить пару агентов Секретной Службы, чтобы они выгуляли Гремлина и Принцессу.

– Пару? Почему не одного?

– Они все еще не разговаривают.

Дэв выглядела смущенной.

– Агенты?

– Нет, Грем и Принцесса.

Президент с отвращением фыркнула.

Лаура пристально посмотрела на свою возлюбленную и провела рукой по длинным черным волосам, слегка пригладив их.

– А потом мы сможем узнать, зачем Санта оставил тебя под елкой.

Дэв покосилась на блондинку и подняла бровь. Она прижала губы к самому уху Лауры, голос Президента понизился до сексуального мурлыканья.

– Я думала, что уже получила свой подарок вчера вечером.

Лаура покраснела и немного нервно рассмеялась. Она покосилась на детей, которые были поглощены разворачиванием подарков. "Что могло быть лучше?"

– Ну, полагаю, этот подарок еще не закончен.

– Если я буду столь удачлива.

Биограф усадила Дэв на диван и развернулась в сторону двери.

– Верь мне, Дэвлин, – сказала она, обернувшись через плечо, – нам обеим сопутствует удача.

* * *

Дэвид уже в третий раз стучал в дверь Дэв. Было уже почти 11:00 утра, их приглашали к этому времени. Агент, стоящий возле двери только пожал плечами. Он слышал какой-то шум рано утром, но с тех пор, как Гремлина выгуляли и вернули на место, ничего слышно не было.

– О Господи, Дэвид, просто открой дверь! – Простонала Бэт. У нее были полные руки подарков и щенок, которого они получили от Дэв в качестве 'подарка' скакал под ногами. – Там дети; значит, мы не застанем Лауру и Дэв голыми на диване или еще что-то подобное.

– Кончено, нет! – Фыркнул Дэвид. После чего ненадолго замолчал, рассматривая предположение жены.

Бэт закатила глаза и отодвинула Дэвида с дороги.

– Продолжай мечтать, извращенец. Но этого никогда не случится. – Она поудобнее перехватила пакеты и нажала на ручку двери. Затем осторожно заглянула в комнату. – Аххххх… Мы должны были захватить фотоаппарат.

Весь пол в комнате был усыпан разноцветной оберточной бумагой, Бинг Кросби тихо напевал 'Белое Рождество'. Свет был выключен, горели только лампочки на елке, в воздухе витал аромат горящей сосны и дуба, а также шоколада.

Дэвид и Бэт вошли в комнату, после чего Дэвид отстегнул поводок от ошейника щенка. Песик тут же заковылял к елке, осторожно обходя листы бумаги и темные груды открытых коробок. Он шлепнулся на пол рядом с большим плюшевым медведем и закрыл глаза. Щенок видел Дэв и даже зарычал на нее, но это не спасло его от дремоты.

МакМиллианы переглянулись с широкими улыбками на лицах. Дэв спала на диване, на ней были одеты шапка Санты и свитер с еще несрезанными магазинными бирками. Лаура удобно устроилась в ее объятиях и тихо похрапывала, одетая в изношенную футболку, пижамные штаны и новые зимние ботинки.

Все трое детей спали в разных частях комнаты. Аарон лежал под елкой, и Бэт должна была наклониться, чтобы увидеть его лицо. Он спал в груде оберток от конфет, и все лицо мальчика было вымазано шоколадом.

Кристофер спал на стуле, на его коленях лежала наполовину разгаданная головоломка, а в ногах стоял гоночный автомобильчик. Поверх синей пижамы была накинута гавайская рубашка.

Маленькая девочка лежала возле камина, подтянув колени к животу. Эшли храпела громче Лауры, на ней были темные очки и белая бейсболка с надписью 'Добровольцы штата Теннеси'. В одной руке она держала Барби, а в другой расческу. Волосы Барби стояли дыбом.

Гремлин и Принцесса лежали с разных сторон от маленькой девочки. Казалось, что они в ссоре.

Синие глаза устало открылись, и Дэв осторожно, чтобы не разбудить Лауру, помахала им рукой.

– Веселого Рождества, – шепотом сказала она, покрепче сжав женщину, спящую в ее объятиях, прежде чем закрыть глаза.

Бэт и Дэвид положили пакеты с подарками под елку. Мужчина подал руку жене, и они подошли к пустому дивану. Они сели рядышком и закрыли глаза. Это был трудный месяц, полный официальных встреч, посещений сановников, смокингов, банкетов, шампанского, платьев и речей. И Бэт, и Дэвид удовлетворенно вздохнули. Им всегда нравилась идея Марлоу, насчет тихого семейного праздника.

27 декабря

Дэвид из-за кулис наблюдал за брифингом для Прессы, который проводила Шэрон. Он полагал, что уже через каких-то тридцать секунд весь зал вспыхнет от удивления. Дэвид посмотрел на часы, задаваясь вопросом, как Дэв ухитрялась обходиться без них. "Впрочем, у меня нет Лизы, которая постоянно крутится рядом и сообщает мне о повестке дня каждый пять минут".

– И, наконец, Белый Дом счастлив объявить помолвку Президента Марлоу и мисс Страйер, Нэшвилль, штат Теннеси. Президент и мисс Страйер были помолвлены до Рождества, и будут сочетаться браком в президентском доме в штате Огайо в следующем году. Официальная дата свадьбы пока не назначена.

Дэвид улыбнулся коллективному удушью, которое напало на всех представителей Прессы. Он внимательно наблюдал, сколько времени им потребуется на то, чтобы осознать слова Шэрон. Затем зал взорвался потоком вопросов.

– Кто сделал предложение? – Новый корреспондент CNN опомнился первым.

– Одна из двух сторон. – Ответила Шэрон, лицо ее оставалось невозмутимым. Половина зала застонала, в то время, как другая – разразилась смехом. Когда Шэрон так отвечала… они знали, что другого ответа из нее не вытянуть.

Следующий вопрос.

– Где это произошло?

Шэрон внутренне вздохнула, желая, чтобы Дэв сообщила больше деталей.

– Президент и мисс Страйер были дома все Рождество. – Она подняла руки, чтобы предупредить новые вопросы. – Я знаю… Я знаю. Возможно, я смогу сообщить больше деталей на следующей пресс-конференции.

Репортер 'Washington Post' вежливо поднял руку, и Шэрон указала на него.

– Когда ТОЧНО это случилось? – Спросил он.

Шэрон посмотрела на репортера, сопротивляясь желанию выдать грубый ответ.

– За несколько дней до Рождества. Возможно, я смогу сообщить больше деталей на следующей пресс-конференции. – Снова сказала пресс-секретарь. "Ах… Это моя новая мантра".

– В каких обстоятельствах это произошло? – Человек из 'Times' поднял свой микрофон повыше.

– Точные обстоятельства – личный вопрос счастливой пары. – Еще один стон от репортеров со стажем. Это был голос 'вы никогда этого не узнаете'.

Улыбка Дэвида стала более едкой. Он любил то, как Шэрон обрабатывала Прессу. "Вот именно, Шэрон; дай им твои известные 'укуси меня' ответы".

Репортер из 'Boston Globe':

– Это – пожелание Президентам других стран легализовать однополые браки?

"Ахххх… Интеллектуальный неуместный вопрос".

– Абсолютно нет. Это – просто объявление, сделанное Белым Домом, чтобы держать публику в курсе. – Шэрон вздохнула и опустила глаза, она знала это, хотя никаких указаний на сей счет не было. Дэвид сказал ей буквально за минуту до начала пресс-конференции, объяснив это тем, что Дэв была, так ее разтак, от счастья готова кричать об этом с крыш, так что лучше сделать официальное объявление до того, как информация просочится. Шэрон кивнула высокому чернокожему мужчине на последнем ряду.

– Мисс Страйер будет выполнять традиционные обязанности Первой Леди? И продолжит ли она работу над биографией Президента?

Шэрон засунула руки в карманы куртки и отошла от кафедры.

– Мисс Страйер продолжит писать биографию Президента. Вопрос обязанностей мисс Страйер должна решить для себя сама.

– Пресса будет приглашена на свадьбу?

– Я знаю, что это очень интересно, и прошло почти сто лет с последней президентской свадьбы, но это – просто объявление о помолвке. Никакие планы на свадьбу пока не известны, список гостей не определен.

– Мисс Страйер продолжит жить в Белом Доме? Она переедет в комнату Президента Марлоу?

– Мисс Страйер продолжит жить в своей комнате до свадьбы. Как это и было, начиная с ее переезда сюда в начале этого года.

Дэвид усмехнулся, наблюдая, как Шэрон завершает брифинг заявлением, что следующий вопрос будет последним.

– Будет ли у Президента медовый месяц?

– Пока ничего не решено. Как только Президент и мисс Страйер решат рассказать больше информации об их планах, я сообщу. Давайте не будем бежать впереди паровоза. – Шэрон собрала бумаги. – Доброго дня, дамы и господа; встретимся в пять часов на брифинге.

С этими словами Шэрон спустилась с подиума и присоединилась к Дэвиду. Она слегка подтолкнула мужчину, и они начали свою прогулку к Западному крылу.

– Разве она не могла просто объявить кому-нибудь войну? Тогда я была бы лучше подготовлена к ответам на их вопросы.

Дэвид хихикнул.

– Ах, Шэрон, разве ты не понимаешь? Зная склонность Дэв, а тем более Лауры, к секретности…

Пресс-секретарь застонала, представляя себе бесконечные вопросы, на которые Дэв и Лаура никогда не ответят просто назло.

– Дэвид?

– Да?

– Я хочу повышение.

31 декабря

Было уже поздно, когда Лаура и Дэв, уложив детей спать, вернулись в гостиную. Дэв засунула руку в карман, сжав в кулаке коробочку с кольцом. Она уже в сотый раз спрашивала себя, стоит ли сделать шаг вперед и отдать его Лауре. Но если она не попробует, то никогда не узнает. Она все-таки сделала это для Лауры. И Дэв была достаточно старомодна, чтобы надеяться, что ее жена будет носить свадебное кольцо. К сожалению, она не была уверена, что чувствует по этому поводу Лаура.

Дэв была полностью повержена, когда Лаура сделала ей предложение. Взволнованна, но повержена. Все эти недели волнений и планирования превратились в один большой пшик из-за склонности Лауры быстро принимать решения. Это была черта характера, которую Дэв обожала. Но, в данном случае, из-за этого она не знала, что делать с собой и с кольцом в ее кармане.

Губы писательницы изогнулись в улыбке, и она глубоко вдохнула пахнущий сосной воздух. Подарки уже лежали под деревом, но Дэв утверждала, что разбирать их до Нового Года значит рисковать тем, что неудачи будут преследовать тебя весь год. Лаура покачала головой, удивляясь такой суеверной традиции такого разумного и прагматичного семейства.

Президент перевела дыхание, чтобы успокоиться и вернуть свою смелость. Только то, что Лаура хотела свадьбу, не означало, что она будет носить кольцо. Она вздохнула и сжала коробочку в руке.

– Лаура?

Прошло много лет с тех пор, как у Лауры в последний раз была новогодняя елка, и она была несколько смущена, насколько хорошо она чувствовала себя из-за этой простой традиции.

– М-м-м… Хорошо. – Она повернулась к Дэв, взяла ее за руку, удивляясь тому, что, несмотря на тепло от камина, кожа Президента была холодной, и потянула к себе, чтобы та присоединилась к блондинке на ковре перед елкой. – Что такое?

– Аххххх. – На мгновение Дэв забыла, о чем хотела сказать, мышцы ее лица нервно дернулись. Она знала, что это было глупо, ведь она уже ответила 'да'. Но все же… Это был тупик, в который она надеялась никогда снова не попадать. Она облизала губы и прочистила горло. – Ты помнишь, я говорила, что работаю над самой важной вещью, которую я когда-либо делала, и что как только я смогу говорить об этом, ты узнаешь первой?

– Конечно. – Лаура наклонилась вперед, ее переполняло любопытство. Но воспоминания о том вечере и об их глупом споре заставили ее внутренне вздрогнуть. Прямо сейчас, несмотря на то, что было еще несколько часов до полуночи, Лаура приняла свое новогоднее решение. Ну, допустила она мысленно, это была больше клятва, чем решение, но она это сделает. Ей дали потрясающий шанс быть счастливой с Дэвлин и ее детьми, и она будет счастливой, независимо от того, что для этого потребуется. У нее еще никогда не было возможности получить так много и в то же время так много потерять. И она обещала себе, что когда все будет ужасно, а она знала, что такие моменты будут, она выстоит и пройдет через любую бурю, хранимая знанием о том, что в дальнейшем ее ожидают вещи, которые более чем стоят такой жертвы. "Ничего себе. Кто знал, что влюбленность сделает меня такой мудрой?"

Дэв положила коробочку на ладонь Лауры и сжала пальцев блондинки вокруг нее.

– Ну… Я люблю тебя. И вот – оно. – Дэв не была уверена, что говорить, поэтому она просто невнятно бормотала себе под нос, пока взгляд Лауру метался от ее лица к коробочке и обратно. – Я сделала это для тебя. – Она прикусила губу, когда писательница открыла черную бархатную крышку. – Это – то, что занимало мое время… Я… хм… Я надеюсь, оно тебе понравится.

Лаура глупо моргала, глядя на подарок, слишком потрясенная, чтобы действительно осознать, что символизирует кольцо. "Самая важная вещь, которую она когда-либо делала. О, Боже". Она перевела взгляд на Дэв, которая выглядела очень серьезной.

– Ты собиралась сделать предложение?

Дэв кивнула.

– Да, – спокойно ответила она.

Лаура почувствовала, как у нее сжался желудок.

– И в тот вечер мы поссорились, и ты ушла на встречу, о которой не могла сказать мне?

Президент положила руку на ногу Лауры.

– О, милая, это не важно. – Она подбородком показала на кольцо и спросила, с надеждой в глазах: – Я могу одеть его тебе на палец? – Когда блондинка не ответила, Президент потянулась к коробке.

Лаура схватила руку Дэв, остановив ее движение. Президент была поражена низким и резким звуком ее голоса.

– Я так, так сожалею.

Дэв нахмурилась, пытаясь понять по лицу Лауры, принимает ли она ее кольцо. Сердце высокой женщины начало глухо стучать в груди, когда она увидела слезы в глазах писательницы. Дэв немедленно стерла их нежным движением. "Проклятье! Она так легко от меня не отделается. Если бы она хотела обменять кольцо, она бы сказала, так ведь?" Дэв попыталась отогнать разочарование.

– Сожалеешь о чем?

– О споре. Это было так глупо. Если бы я только знала…

– Прекрати, – оборвала ее Президент, которой потребовалось несколько секунд, чтобы выдохнуть. Дэв почувствовала почти головокружительное облегчение. "Она не отвергает кольцо. По крайней мере, пока". Она улыбнулась и аккуратно достала кольцо из коробки, которою Лаура все еще сжимала в руке. – Милая, если бы ты знала, – она взяла левую руку Лауры и надела кольцо ей на палец, – разве ты была бы так удивлена теперь? – Дэв задержала дыхание, ожидая реакцию блондинки.

Лаура задохнулась, взглянув на кольцо. Тяжелая платиновая полоса была такой широкой, что почти касалась второго сустава. В центре кольца был расположен плоский прямоугольный изумруд с четырьмя маленькими алмазами по углам. Мерцающий жар рождественских огней отражается от темной поверхности зеленого камня.

– О, Дэвлин. – Лаура сжала руку в кулак и повернула, чтобы поймать свет, отчего алмазы мягко заискрились. – Оно такое красивое, – сказала она почтительно, проведя по кольцу кончиками пальцев.

– Я рада, что тебе понравилось. Я хотела сделать что-то столь же красивое и особенное, как ты. – Дэв усмехнулась, когда на лице Лауры появилось выражение чистой радости, зная, что ее лицо выглядит сейчас также. – И оно похоже на тебя. – Она сделала паузу. – Ух… это хорошо? Я не была уверена, что ты захочешь его носить?

Лаура пристально смотрела на нее с таким обожанием, что Дэв почувствовала, как кровь приливает к ее щекам.

– Да, я буду носить его. – Лаура убрала прядь волос за ухо, рассматривая красивую драгоценность. – Я никогда не делала этого прежде. – Она взглянула на Дэв. – Я сказала Джудду, что просто не люблю кольца. Но это была ложь. – Лаура дернула плечом, перевела взгляд на елку. – Наверное, я не была уверена, что это – навсегда. И я не была готова.

– А теперь? – Мягко уточнила Дэв.

Лаура задумчиво улыбнулась.

– Я все еще не могу предсказывать будущее, как и прежде. – Она схватила руку Дэв, и прижала ее к груди напротив сердца. – Но я не могу представить, чтобы я могла любить тебя, – она тепло улыбнулась, – или твоих детей больше чем сейчас. Если о чем-то и можно сказать, что это – навсегда, Дэвлин, то это о нас.

Синие глаза мерцали, темная бровь поднялась на лоб.

– Да. Это – в точности то, что я собиралась сказать. Ты просто убиваешь меня.

Лаура вспыхнула смехом.

Президент слегка дернула кольцо.

– Оно хорошо сидит? Я была вынуждена приблизительно определять размер. Можно переделать, если понадобится.

Лаура собиралась стереть слезы, которые снова появились у нее на глазах. Но, на сей раз, это были слезы счастья, редкое и замечательное явление, и она позволила им упасть. Лаура подергала кольцо. Немного свободно, но не свалится.

– Немного велико. – Она посмотрела на Дэв. – Но это хорошо, верно? Я слышала, что пальцы становятся больше с возрастом. – Сопение. – Так что это, должно быть, прекрасно, так как я не собираюсь снимать его, оставим как есть.

– Хорошо, но…

Глаза Лауры внезапно расширились.

– Черт! – Громко воскликнула она, заставив Дэв подскочить от неожиданности.

– Что?!

– Предполагается ведь, что я тоже должна дать тебе кольцо, не так ли? – Лаура с отвращением всплеснула руками. – Я даже не… О, Боже, у меня даже мысли…

Дэв хихикнула, взяв ее руки в ладони.

– Милая, кольцо – не главная часть предложения. Главное – слова. И у тебя достало храбрости, чтобы сказать их. Это – все что важно. И что важно для меня, чтобы, когда в марте я пойду к алтарю, ты была там.

Лаура схватила Дэвлин за рубашку и резко притянула к себе, чтобы подарить ей обжигающий поцелуй. Когда поцелуй прекратился, Лаура счастливо рассмеялась. Она прикоснулась к щеке Дэв, и заглянула в прекрасные синие глаза, от которых у нее захватывало дух.

– Это – одна их тех вещей, о которых ты не должна волноваться, дорогая. Я буду там.

КОНЕЦ

Note1

прим. переводчика. Это игра слов. Itch переводится и как зуд, чесотка, и как сильное непреодолимое желание

Note2

прим. переводчика. Это игра слов. Fiction переводится и как фикция, выдумка, и как беллетристика

Note3

прим. переводчика. Chief Executive – глава исполнительной власти, которым является президент США

Note4

прим. переводчика. Scratching – можно перевести и как чесать, и как царапать

Note5

прим. переводчика. NRA – национальная стрелковая ассоциация

Content

Cooper Blayne и др Мадам Президент

Пролог

6 ноября

8 ноября

Глава I

21 января

25 января

26 января

Глава II

23 февраля

19 февраля

21 февраля

26 февраля

Глава III

3 марта

4 марта

5 марта

9 марта

Глава IV

4 апреля

9 апреля

10 апреля

Глава V

3 мая

7 мая

10 мая

Глава VI

1 июня

4 июня

11 июня

12 июня

13 июня

15 июня

16 июня

Глава VII

1 июля

2 июля

4 июля

11 июля

Глава VIII

1 августа

12 августа

13 августа

14 августа

16 августа

Глава IX

1 сентября

3 сентября

8 сентября

12 сентября

17 сентября

18 сентября

Глава X

4 октября

10 октября

13 октября

15 октября

16 октября

Глава XI

4 ноября

7 ноября

9 ноября

10 ноября

13 ноября

22 ноября

Глава XII

3 декабря

18 декабря

25 декабря

27 декабря

31 декабря

Note1