Эксперт Эксперт Журнал

Эксперт № 17 (2014)

Вот вам и пояс безопасности

Редакционная статья

section class="box-today"

Сюжеты

Кризис на Украине:

Фиксация подозрений

"Может, не такая уж она и мохнатая, эта российская лапа?"

Славянский пасьянс

/section section class="tags"

Теги

Кризис на Украине

Россия vs США

Россия и Европа

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

Принятие Крыма в РФ

Крым

/section

Принимать всерьез высказывания ветерана холодной войны Збигнева Бжезинского сегодня как бы уже и не принято, однако и игнорировать высказывания вроде недавнего тоже как-то не годится. Уж больно хорошо он сказал в прямом эфире телеканала CNN насчет того, что неплохо бы Украину превратить в новый российский Вьетнам. Из этой замечательной откровенности много чего можно почерпнуть. Особенно если вспомнить некоторые подробности.

Самая пикантная деталь, конечно, в том, что последние три года известный «друг России» Бжезинский стал активным агитатором за ее интеграцию (вместе с Турцией) в некий расширенный Запад с поясом безопасности от Ванкувера до Владивостока. Предложение, что и говорить, замечательное, однако в связи с «вьетнамским» виражом вызывающее вопросы. Вот ведь серьезный человек не один год рассказывал, как нам хорошо будет в едином пространстве безопасности, и тут вдруг кризис. Всякое бывает. От человека, наверное, следовало ожидать, что он попытается вникнуть, а что, собственно, произошло, какова была предыстория кризиса, как-то с разных сторон на ситуацию посмотрит, проведет какой-то анализ, приблизились мы к этой зоне общей безопасности или отдалились от нее (кризис-то в самом деле непростой, может, в ходе его преодоления мы как раз и приблизимся к заветной цели), ан нет — получите новый Вьетнам. Невольно возникают сомнения, что всякий раз, когда нам предлагают дружить, нам всего лишь предлагают по дружбе согласиться на нечто нам невыгодное.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Потому спасибо Збигневу Бжезинскому, чья стремительная метаморфоза лишний раз выявила смысл и предназначение бесед о дружбе. Это первый вывод, который можно сделать исходя из заявления Бжезинского. Вывод второй. Очень интересно они там, в США, представляют чаяния простых и не очень жителей Украины. Пожалуй, те очень бы обрадовались, если бы премьер Яценюк вместо очередной байки о миллиардной помощи Запада или о непременно грядущем вступлении Украины в ЕС (после того, как она «выполнит» евроассоциацию) рассказал бы украинцам, что США подумывают, а не превратить ли Украину во Вьетнам. Да и в других европейских странах таким планам, наверное, сильно обрадуются.

Конечно, это просто Бжезинский, чего на него обращать внимание. Но тут вспоминаешь: Клинтон — Югославия, Буш — Ирак, Обама — Ливия. И отчего-то благодушие сразу пропадает. Отчего-то сразу хочется внимательнее поизучать план, который в последнее время продвигает основатель и директор влиятельной частной разведывательно-аналитической организации Stratfor Джордж Фридман, а именно создание блока активно недружественных России соседних стран, которым США будут продавать оружие и прикрывать. Понятно, что Фридман тоже тот еще оригинал. И после того, как США подставили и кинули сначала Грузию, а затем Украину, желающие повоевать с Россией ради интересов США выстроятся в очередь. Однако в любом случае стоит принять во внимание, например, что этот план в определенном смысле наследует антироссийскому проекту ГУУАМ (Грузия—Украина—Узбекистан—Азербайджан—Молдавия) все того же Бжезинского. Сегодня сюда же хотят записать страны Прибалтики, Польшу, Болгарию, Румынию (в идеале еще и Турцию). В общем, всех тех, кем можно и пожертвовать.

Понятно, что выглядит это все довольно жалко. (Тот же ГУУАМ в свое время развалился и без чрезмерных усилий со стороны гораздо более слабой тогда России.) Просто надо отдавать себе отчет, с кем мы имеем дело. Не поддаваться излишним иллюзиям на тему партнерства с Западом; спокойно заниматься своими делами. Ну и готовиться к войне, раз уж мы хотим мира.

Попробуйте ее сохранить

По результатам переговоров в Женеве у украинских политиков появился шанс сохранить единую страну. Впрочем, вне зависимости от результата их попыток соглашение в Женеве — большое достижение России, благодаря которому внешнеполитические риски для нашей страны заметно снизились

section class="box-today"

Сюжеты

Кризис на Украине:

Фиксация подозрений

"Может, не такая уж она и мохнатая, эта российская лапа?"

Славянский пасьянс

/section section class="tags"

Теги

Кризис на Украине

Украина и ЕС

Украина

Принятие Крыма в РФ

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

/section

Заключенное в Женеве соглашение о деэскалации украинского кризиса соответствует интересам России. Будучи довольно общим, оно дает нашей стране значительную свободу для политического и дипломатического маневра и при этом позволяет решить целый ряд важных задач.

Во-первых, оно переводит украинский кризис из формата противостояния в формат некоего политического процесса. Это, в частности, снимает риски эскалации напряженности между Россией и Европой. В этом смысле соглашение можно сравнить с планом Медведева—Саркози, заключенным по итогам российско-грузинской войны августа 2008 года. Напомним, что тогда, как и сегодня, Соединенные Штаты не только были готовы жестко выступить единым фронтом против России, но и активно добивались этого от своих европейских союзников по НАТО. Однако активность французского президента перевела конфронтацию исключительно в дипломатическое поле, где она после некоторых довольно непродолжительных взаимных препирательств окончательно затухла. Сегодня, учитывая возросший российский потенциал влияния, уже самим США приходится признавать необходимость перевести тлеющий конфликт в политико-дипломатическое русло.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Во-вторых, характер включенных в соглашение условий не позволяет использовать его исключительно для давления на юг и восток Украины. Как большинство подобных документов, женевское заявление предполагает двусмысленность трактовок в зависимости от интересов той или иной стороны. Запад может требовать от России способствовать разоружению «донецких сепаратистов», а Россия — указывать на необходимость разоружения боевиков «Правого сектора» и т. д. Как обычно бывает в таких случаях, значение имеет не столько то, что написано в соглашении, сколько то, как и кем написанное прочитано. Прав оказывается тот, у кого больше ресурс влияния на ситуацию и крепче политическая воля. Собственно, так было, например, во время войны НАТО против Югославии, когда формальная юридическая правота России оказывалась бессмысленной в отсутствие возможностей эту правоту реализовать (отдельные шаги вроде «броска на Приштину» в итоге лишь демонстрировали ограниченность российского влияния). И наоборот, военная победа России в войне 2008 года полностью девальвировала любые попытки западного крючкотворства, с помощью которого США и ЕС пытались добиться вывода российских войск на исходные позиции до политического урегулирования, обеспечивающего безопасность Южной Осетии и Абхазии. А поскольку сегодня реальных рычагов влияния на ситуацию на Украине у Запада не так много, то женевское заявление оставляет достаточно места для дипломатического маневрирования. Так, Россия не признается стороной конфликта и потому к ней нет конкретных требований.

В-третьих, и это, пожалуй, самое важное, соглашение оставляет перспективу сохранения единой Украины. И это даже несмотря на то, что в соглашении нет ритуально обязательного для подобных документов упоминания принципа территориальной целостности, но есть указание на необходимость «конституционного процесса». В рамках сложившейся в последние десятилетия международно-правовой практики это ясно показывает, что стороны не просто не гарантируют территориальной целостности Украины, но и прямо допускают возможность появления на ее месте нескольких государств. Так что сохранится ли единая Украина, теперь зависит от двух факторов: во-первых, сможет ли нынешняя киевская власть обуздать национал-радикалов и, во-вторых, сможет ли Киев договориться о новом формате отношений с профедеративно настроенными регионами юга и востока страны.

Об этом, в частности, довольно прозрачно сказал глава МИД России Сергей Лавров по итогам переговоров в Женеве: «Мы исходим из того, что главная концептуальная основа сегодняшней встречи заключалась в том, что все участники приехали с пониманием необходимости послать сигнал всем украинским сторонам, что на них лежит ответственность за выход из нынешнего кризиса. Если они сядут и договорятся о количестве полномочий, которые будут оставлены регионам и которые будут переданы центру, о том, как каждый регион может защитить свою культуру, историю и язык, как на территории каждого региона могут быть обеспечены равные права для меньшинств, тогда Украина будет сильным государством, которое мы все хотим видеть, будет тем связующим звеном, мостом между Западом и Востоком, который поможет существенно оздоровить атмосферу во всей Евро-Атлантике на основе уважения законных интересов всех расположенных в этом регионе государств».

Видимо, надо понимать, что если не договорятся, то и не будет…

Расплывчатость формулировок соглашения, которая многими в России была воспринята как сдача позиций, в действительности является значительной внешнеполитической победой Москвы. В пользу этого говорят и некоторые детали выступления президента Владимира Путина во время его очередной «прямой линии» (подробнее см. «Миру — мир, России — Крым, любимый фильм — ‘‘Чапаев’’» на стр. 52). Путин, во-первых, недвусмысленно заявил, что при необходимости Россия введет войска на Украину; во-вторых, потребовал немедленно снять блокаду Приднестровья (и заявил, что люди там должны сами решать свою судьбу, то есть фактически указал на возможность отделения Приднестровья от Молдавии). Да, оба тезиса были высказаны спокойно, без нажима, но, зная стиль Путина, можно утверждать, что в целом умиротворяющая интонация его выступления на «прямой линии» никого не должна вводить в заблуждение. Оба заявления по смыслу исключительно сильны, и контуры новой внешней политики, которые мы увидели в последние месяцы, судя по всему, действительно суть свидетельство перехода к новой стратегии.

Возможно, внешне эта стратегия выглядит довольно мягко, однако важнее не как выглядит, а как реализуется. И тут весьма показательно участие в «прямой линии» Эдварда Сноудена . Не секрет, что американцы страстно желают, чтобы Москва выдала беглого секретного агента, однако российская сторона отказывается, и телебеседа Сноудена с Путиным — лучшая демонстрация того, что выдавать его не собираются, несмотря на возможные встречные шаги Вашингтона. Сноуден как символ, как медиафеномен очень сильный инструмент давления на США, и отказываться от него Россия, похоже, не намерена, что также демонстрирует в целом весьма жесткий настрой Москвы.

Пожалуй, уместно вспомнить и эпизод двухмесячной давности: когда в феврале в Киев договариваться с Виктором Януковичем и тремя европейскими высокопоставленными дипломатами был отправлен бывший уполномоченный по правам человека Владимир Лукин , это тоже было воспринято многими как свидетельство нашей грядущей капитуляции на украинском направлении. Однако сегодня мы видим, что соглашения от 21 февраля были очень точным (хотя совсем не громким) дипломатическим ходом, а то, что последовало за ним (присоединение Крыма), и вовсе не может быть названо иначе как исторической победой.

Сложный выбор

В общем-то, успех женевских переговоров — это сюрприз, большинство комментаторов не рассчитывали на какой-либо результат. О том, что соглашение было достигнуто с огромным трудом, говорит и тот факт, что переговоры между главами дипломатии России, Украины, США и ЕС шли семь часов. В какой-то момент западные СМИ стали писать, что успеха от встречи ждать не стоит: позиции сторон слишком далеки друг от друга. Однако в итоге министры, по словам Сергея Лаврова, «согласились с необходимостью предпринять первоначальные, конкретные шаги по деэскалации напряженности, установлению безопасности для всех граждан Украины» и вышли к прессе с итоговым коммюнике.

В тексте коммюнике указана необходимость начала широкого переговорного процесса с участием регионов Украины по вопросу о конституционной реформе. «Мы… приняли очень важный призыв, который заключается в необходимости немедленного начала широкого национального диалога в рамках конституционного процесса, который должен быть инклюзивным и подотчетным», — заявил Лавров. Кроме того, «все незаконные вооруженные формирования должны быть разоружены, все административные здания возвращены законным владельцам. Должна быть осуществлена амнистия всех протестующим, за исключением тех, кто совершил тяжкие преступления». Наконец, «в Женеве договорились, что все стороны должны воздерживаться от любого насилия, от любого запугивания, от провокационных действий, и мы решительно осудили и отвергли любые проявления экстремизма, расизма, религиозной нетерпимости, включая антисемитизм». Контроль за соблюдением всех договоренностей возложен на специальную миссию ОБСЕ, которая уже действует на Украине.

Эксперты сомневаются, что все семь часов стороны обсуждали лишь эти пункты: существует мнение, что наряду с коммюнике было заключено тайное соглашение. Однако анализ даже открытой части соглашений показывает, насколько непросто теперь придется нынешним киевским властям. Так, Москва вынудила Киев подписаться под обязательством заняться разоружением «Правого сектора». И тем самым поставила назначенного президентом Украины Александра Турчинова и премьер-министра Арсения Яценюка в ситуацию, когда те должны выбирать между плохим и плохим вариантами. Если Киев начнет по-настоящему разоружать боевиков, то нынешняя холодная война, которая идет между группировкой Дмитрия Яроша и киевской властью, может перерасти в горячую.

Именно «Правый сектор» сделал украинскую революцию, и его лидеры считали, что по праву должны получить свои трофеи. Однако во власть их не пустили, из штаб-квартиры в оккупированной части гостиницы «Днепр» выгнали, руководителя группировки на Западной Украине убили. Поэтому не исключено, что исполнение Киевом условий женевского коммюнике может стать для Яроша последней каплей — «Правому сектору» не хочется возвращаться в маргинальную нишу, лишаться остатков власти и доступа к финансовым ресурсам (прежде всего возможности фактически легального рэкета). Так что при определенных обстоятельствах боевики могут попытаться устроить государственный переворот. В поводах для свержения новой власти недостатка не будет: начиная с того, что «из-за нерешительности Турчинова» Украина потеряла Крым, а сейчас теряет и Донбасс, и заканчивая социально-экономическими потрясениями, которые грозят Украине в случае исполнения (и неисполнения) условий МВФ.

Смогут ли договориться?

Впрочем, многие на Украине считают, что разоружение «Правого сектора» не настолько сложная проблема, как может показаться на первый взгляд. «“Сектор” возник на Майдане как конфедерация националистических группировок, и теперь он переструктурируется. Организация разделилась на части, которые стали заниматься различными вещами, в частности крышеванием бизнеса. Ярош же пошел в политику и как кандидат в президенты вынужден был публично смягчать свои позиции, — рассказывает директор украинского филиала Института стран СНГ Денис Денисов . — Все, что нужно для разоружения “Правого сектора”, — политическая воля. У нынешнего руководства этой воли нет, даже у министра внутренних дел Авакова, который работает не в реальности, а в фейсбуке. Но если бы сейчас реальным руководителем страны была Юлия Тимошенко, вопрос был бы решен за один день. Если бы даже милиция отказалась вступать в прямой конфликт с боевиками, то она, скорее всего, нашла бы какие-то частные структуры и закрыла бы эту проблему. Ни один здравомыслящий политик не будет терпеть под боком сотни вооруженных людей, которые, хоть и разобщены, по кличу могут собраться и пойти решать какие-то вопросы. Особенно на фоне тех социально-экономических проблем, которые в Украине есть сейчас и которые к лету еще больше обострятся».

Однако же если Киев по каким-то причинам не станет выполнять условия коммюнике и не разоружит «Правый сектор» (а назначенный Верховной радой глава украинского МИД Андрей Дещица уже успел заявить, что договоренности по урегулированию конфликта на Украине, достигнутые в Женеве, не касаются протестующих на Майдане), то это даст России все основания для неисполнения своей части соглашения, в частности по содействию разоружению федералистов. («Если выпустят политзаключенных, прекратят преследования, если “Правый сектор” сложит оружие и пойдет работа над изменением устройства Украины путем референдума, то, конечно, будут освобождаться админздания и будет сложено оружие», — заявил словно бы в ходе заочной дискуссии с Дещицей заместитель руководителя народного ополчения Донбасса Сергей Цыплаков .)

При этом надо понимать, что в целом задача разоружения федералистов востока — это вопрос прежде всего не политической воли, а политической договоренности между регионами и центром. «Пару недель назад я был в захваченной донецкой ОГА, и там нет ни оружия, ни “зеленых человечков”. Все там прекрасно понимают, что если “Альфе” будет дан приказ, то через двадцать пять минут здание будет очищено. Но центральная власть не готова на это пойти. И дело не только в воле. В руководстве силовых ведомств юго-восточных регионов есть консенсус: они не готовы, не собираются и не будут действовать против народа и отдавать приказ о штурме. Напомню, что взятием харьковской ОГА занимался не харьковский, а полтавский “Беркут” — одно из самых националистических, если так можно сказать, среди всех спецподразделений милиции Центральной Украины», — говорит Денис Денисов. То есть опять-таки получается, что если украинские регионы и центр договорятся между собой о разделении полномочий, то проблем с восстановлением порядка и сохранением территориальной целостности быть не должно. Вопрос в том, есть ли желание договариваться. «Восточные регионы согласятся на федерализацию Украины лишь при условии, что федеральным единицам будет позволено проводить внутренние референдумы о выходе из состава единой страны. После всего, что было, восточные элиты не верят Киеву и понимают, что те права, которые будут предоставлены регионам в рамках конституции, могут быть затем легко попраны, и Украина вернется к централизации, — продолжает рассуждать Денис Денисов. — А если пункт о референдумах и праве выхода будет включен в конституцию, то они смогут действовать по принципу “если что-то не нравится — голосуем и уходим”».

Восточные регионы согласятся на федерализацию Украины лишь при условии, что федеральным единицам будет позволено проводить внутренние референдумы о выходе из состава единой страны

Фото предоставлено организацией «Донецкая Республика»

Вашингтон их теряет

Американцы прекрасно понимают, что предоставленные украинцам женевским заявлением возможности способны привести к тому, что в рамках реального демократического процесса США могут потерять рычаги давления на Украину в целом. Поэтому они стремятся максимально избавить Киев от необходимости договариваться с регионами (потому что в рамках такого договора будут подавлены подконтрольные США национал-радикалы, а сравнительно пророссийские регионы получат большие полномочия). Причем «упростить» диалог Киева и регионов, по мысли США, должна Москва. Так, госсекретарь Джон Керри заявил, что ожидает скорейшего разоружения именно федералистов на востоке, и ни словом не обмолвился о «Правом секторе». При этом американский чиновник добавил, что если восточные регионы Украины не разоружатся, то отвечать будет Москва. «Я дал понять министру Лаврову, что, если мы не увидим немедленного прогресса, не увидим выполнения достигнутых договоренностей, у нас не останется выбора, кроме как ввести дополнительные санкции против России», — пригрозил Керри.

Однако Россия давно привыкла к двойным стандартам Вашингтона, и звучащие по двадцать раз на дню угрозы «ужесточить санкции» ее вряд ли испугают. Для России здесь куда важнее позиция Европы. Если США будут пытаться навязать свой сценарий, Москва, вынудив именно Киев сорвать соглашение, даст убедительные аргументы в руки влиятельным силам в ЕС, выступающим против ввода «третьего пакета санкций». Более того, многое указывает на то, что соглашение было достигнуто в столь, мягко говоря, неудобном для нынешних украинских властей и их американских покровителей виде из-за того, что Вашингтону нужно было продемонстрировать сохраняющееся трансатлантическое единство.

Другим важным моментом соглашения стало обязательство Киева отпустить ряд задержанных активистов. Конечно, украинская сторона может заявить, что они причастны к тяжелым преступлениям, однако доказать это будет непросто. К тому же Москва получит возможность требовать освобождения и бойцов «Беркута», на который официальный Киев бездоказательно повесил расстрелы всех активистов на Майдане.

Наконец, еще один (и немаловажный) плюс этого коммюнике — выигрыш Москвой времени. Сейчас все понимают, что время работает на федералистов. Украинская армия на юго-востоке страны разлагается, слабая власть в Киеве теряет легитимность в глазах населения, а Украина бодро идет к экономическому коллапсу. Поэтому чем дальше, тем яснее перед Киевом будет вставать дилемма: сохранять лояльность Вашингтону любой ценой и в итоге потерять страну — или начинать договариваться с регионами и Москвой.

Сила — ключ к пониманию

Что касается отношений России и Запада, то последний изгиб украинского кризиса — обострение ситуации на востоке и переговоры в Женеве — позволяет сделать два основных вывода.

Вывод первый. России наконец удалось «объяснить» Западу — и не только Европе, но и США, — что вести себя в регионе, затрагивающем основные жизненные интересы России, так, словно нашей страны не существует, более невозможно. Иллюзию, что у России не может быть особых интересов в сопредельных странах, на Западе лелеяли давно. При этом если в вопросах военно-политических (расширение НАТО) какие-то приличия еще соблюдались (тема сама по себе довольно взрывоопасная, а потому побуждает к сдержанности), то в сфере, скажем так, политэкономической на это не было и намека. Причем в этой области наиболее усердствовали европейцы — просто в силу того, что американцам экономически интегрировать постсоветское пространство как-то не с руки.

Первые признаки нового подхода к восточному направлению политики в ЕС проявились в 2002 году, формально из-за вопроса транзитных виз для россиян, добирающихся наземным транспортом в Калининградскую область. В действительности же именно тогда ЕС попытался реализовать схему поэтапного, регион за регионом, «освоения России». В ходе выяснения отношений России пришлось уступить, как, впрочем, и по вопросу о вступлении в НАТО бывших советских республик — Литвы, Латвии и Эстонии.

Четырехсторонние переговоры в Женеве фактически свелись к поиску договоренностей между США и Россией. Слева — госсекретарь США Джон Керри, справа — глава МИД России Сергей Лавров

Фото: РИА Новости

Но дальше стало еще интереснее. Страны Прибалтики были приняты в НАТО в марте 2004 года (в том же году эти страны вступили в ЕС), а уже в ноябре на Украине случилась оранжевая революция, в ходе которой никто особенно и не скрывал трансатлантических целей нового руководства. Тогда же, в 2004-м, Евросоюз отказался от переговоров с Россией о новом соглашении о партнерстве и сотрудничестве по причине того, что Россия не соглашалась, например, на прямые контакты Брюсселя и российских регионов. С тех пор отношения между РФ и ЕС фактически заморожены, а основным приоритетом ЕС на Востоке стала политика отрыва оставшихся неохваченными евро и евроатлантическими структурами постсоветских стран. Попытки же России достучаться до руководства ЕС и ключевых европейских стран — мол, надо бы как-то согласовать интересы — успеха не имели.

В политике по отношению к РФ со стороны что США, что Европы утвердился такой подход: Россия — угасающая держава, которая рано или поздно развалится, у нее нет альтернативы фактически бесправной интеграции в общеевропейское пространство и она ничем не может помешать политике расширения Западом своего влияния. Украинский кризис разрушил эту удобную картину мира, причем разрушил, как говорится, с особым цинизмом. Отсюда такие растерянность, недоумение и даже замешательство наших западных партнеров: все, что они делали последние десять лет, оказалось страшной ошибкой. Тем более неприятной, что за эти годы Россия худо-бедно выстроила альтернативную систему союзов — Таможенный союз с перспективой вырасти в Евразийский, стратегические (не только политические, но и экономические) отношения с Китаем, а также союз наиболее мощных развивающихся стран БРИКС.

Поэтому когда в ходе украинского кризиса Россия фактически заявила, что не видит более какой-либо особой ценности в отношениях с Западом, обозначив при этом свои довольно значительные возможности, это стало для США и ЕС не просто ударом, это повергло их в настоящий шок.

Вывод второй. При всей важности так называемой мягкой силы фундаментальное значение все же имеет сила «жесткая». «Мягкая сила» работает тогда, когда необходимо провести какие-то корректировки, когда элита страны в основном лояльна оператору «мягкой силы»; пример — бархатные революции в Грузии и на Украине, где происходила именно коррекция и без того прозападного курса в странах с однозначно прозападными элитами. Там же, где элиты сравнительно независимы, «мягкая сила» сама по себе имеет крайне ограниченный потенциал воздействия. Даже в Югославии «мягкая сила» сработала не до бомбардировок, а лишь после — то есть когда Слободан Милошевич уже фактически сдался, а элиты были сломлены и дезориентированы.

Украинский же кризис показывает как пределы мягкости «мягкой силы» (это «Правый сектор», что ли, «мягкий»?), так и значение «жесткой силы» для появления и эффективного действия силы «мягкой» (Крым, Донбасс). И то, что это было продемонстрировано всему миру с такой наглядностью, тоже стало для Запада крайне неприятным сюрпризом. А для нас хорошим опытом.

Мы заслужили право быть с Россией

О событиях на юго-востоке Украины «Эксперт» на условиях анонимности побеседовал с одним из руководителей организации «Донецкая республика».

section class="box-today"

Сюжеты

Кризис на Украине:

Фиксация подозрений

"Может, не такая уж она и мохнатая, эта российская лапа?"

Славянский пасьянс

/section section class="tags"

Теги

Кризис на Украине

Ситуация в Донецке

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

Украина

Политика

/section

— Что у вас за организация? Какое участие вы принимали в нынешних протестных акциях?

— «Донецкая республика» действует с 2005 года и выступает за вхождение Донецкой и Луганской областей в состав России. В мирное время в нашей организации состояло 30 человек очень активных, 30 не очень активных и около 100 пассивных (кто выходил на акции лишь раз в полгода). Однако события в Киеве мобилизовали население Донбасса. 23 февраля во время шествия к Донецкой облгосадминистрации только одна наша колонна состояла из 200 человек. За март—апрель число активных представителей нашей организации выросло в несколько раз, это уже не менее тысячи человек только из Донецка, Макеевки, Горловки и других близлежащих городов густонаселенной Донецкой области. Наконец, именно флаг нашей организации (запрещенный с 2010 года) стал наряду с российским триколором главным символом антибандеровского сопротивления в Донбассе (Донецкой и Луганской областях).

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

— Какие цели вы декларируете?

— Наши требования с 2005 года заключались в федерализации Украины с образованием в ее составе Донецкой (Донецко-Криворожской) республики в тех границах, в каких была ДКР в 1918–1919 годах в составе РСФСР. Тогда в нее входили нынешние Донецкая, Луганская, Днепропетровская, Запорожская, Харьковская, Херсонская области Украины, а также ряд территорий нынешней Российской Федерации (часть Воронежской, Курской, Белгородской и Ростовской областей), на которые мы, естественно, не претендуем. Мы также выступали за придание русскому языку статуса государственного на территориях, входивших в состав ДКР в 1918–1919 годах, и, естественно, против насильственной украинизации вузов, школ, сферы образования, телерадиовещания, против переписывания истории на бандеровский лад, за сохранение памяти о Победе в Великой Отечественной войне.

7 апреля в здании Донецкой облгосадминистрации депутатами облсовета и представителями общественных организаций всех райцентров Донецкой области провозглашен Акт о государственном суверенитете Донецкой Народной Республики. Мы боремся за признание Донецкой Народной Республики как суверенного государства в границах (пока) Донецкой области. Далее, надеемся, подключится и Луганская область, а также Харьковская, где протесты идут с переменным успехом. А далее слово за народом. Они могут как выбрать создание независимого государства с вхождением в Таможенный союз, так и проголосовать за вхождение Донецкой Народной Республики в состав России. Лично я и большинство активистов — за второй вариант. В Москве много говорят об исправлении исторической несправедливости в связи с Крымом, однако в случае с Донбассом произошла такая же несправедливость. Нас в 1922 году Украинской ССР подарили большевики с формулировкой «для повышения доли пролетариата в населении братской республики».

— Почему основные боевые действия разворачиваются вокруг Славянска, Краматорска и Мариуполя?

— Это стратегические точки, и,  будь я на месте хунты, занимал бы именно их. Через первые два города (расположенные рядом друг с другом) идут важнейшие автомобильные и железнодорожные магистрали, а в Мариуполе расположен порт. Экономика Украины держится на ее горно-металлургическом комплексе. Одно предприятие ГМК дает работу десятку смежников. Большая часть предприятий украинского ГМК находится в Донбассе, а также в Днепропетровской и Запорожской областях. Продукция ГМК идет на экспорт, и ее вывозят в основном через мариупольский порт. Кроме того, в Мариуполе есть важный аэродром, три стратегических завода («Азовсталь», «Азовмаш», а также Мариупольский металлургический комбинат им. Ильича). Наконец, недалеко от города проходит граница с Россией.

— Что вообще произошло в Мариуполе в середине прошлой недели? Информация поступает крайне противоречивая.

— Шестнадцатого апреля в двадцать ноль-ноль неизвестные лица на площади возле горисполкома призывали людей в мегафон идти к воинской части. Многие не поддались на провокацию, но некоторые пошли. Одновременно на улице Апатова начали стягиваться молодые люди в масках, с битами и желтыми повязками на руках (такие носит «Правый сектор»). Примечательно, что, когда в воинской части вдруг упали ворота, которые сразу заблокировали автозаками, там уже было телевидение. Затем, со слов вэвэшников, в их сторону кто-то выстрелил, они тоже стали стрелять в воздух. Однако, по нашей информации, солдаты внутренних войск стреляли первыми, и прямо во время блокирования ворот. Провокаторы стали кидать «Молотова», тогда военные открыли огонь на поражение, пули попали в автомобиль, в стены подъезда, в газовую колонку в квартире. Из людей, которые стали съезжаться на выстрелы, было убито два человека, двенадцать раненых. «Скорые» туда не пускали. Одновременно стали сразу летать самолеты, а журналисты начали снимать хорошую «картинку» для хунты и ее сторонников. Затем по ТВ объявили, что штурм военной части сепаратистами был провален… Хотя его никто и не собирался проводить, потому что пару дней назад активисты и эта военная часть заключили «мировую о ненападении».

— Кто со стороны киевской власти участвует в операции в Донбассе?

— Тут много людей в форме украинской армии, однако многие из них без погон и отличительных знаков. Есть и наемники. Если считать ими тех, кто был экипирован в черную форму и англоговорящих, пойманных ранее у Доноблвоенкомата, а также базирующихся в здании воинской части внутренних войск, то наемников, по-моему, половина от общего контингента, прибывшего сюда за последнюю неделю. Недавно мы поймали в Краматорске боевиков из Камбоджи. Украинских призывников на первый взгляд около 20 процентов от контингента. По «Правому сектору» и Нацгвардии данных нет.

— Каково отношение в Донбассе к так называемым кандидатам в президенты от юго-востока — Олегу Цареву и Михаилу Добкину?

— Они мошенники, как и большинство представителей Партии регионов. Участие Добкина и Царева в президентских выборах лишь легитимирует хунту. Регионалы никогда не поддерживали пророссийские организации в своей вотчине Донбассе. Парадоксально, но нам здесь всегда было тяжелее всего сражаться. Местная СБУ прикормлена регионалами, и только на нас с 2007 года возбуждалось четыре уголовных дела из 11 томов. СМИ тоже контролировались регионалами. Поэтому, например, россиянам кажется, что тот же назначенный народом губернатором Донецкой области Павел Губарев возник ниоткуда, а я его знаю как активного пророссийского активиста уже шесть лет. Отчасти Россия сама виновата в своем незнании: в отличие от тех же американцев Москва всегда предпочитала работать с местными чиновниками, а не с народом. В ином случае Донбасс и Крым могли отделиться еще в 2004 году, сразу же после оранжевого переворота в Киеве.

— Чего вы хотите от России?

— Прежде всего содействия в проведении референдума и ввода миротворческого контингента в Донбасс. Сергей Тарута (назначенный Киевом глава Донецкой области. — «Эксперт»), Ринат Ахметов и хунта не дадут нам его провести. У них колоссальные деньги. А мы нищие и не имеем своих СМИ. Но считаем, что РФ должна помогать тем, кто борется и хочет быть в составе России. А это только Крым и Донбасс, которые жертвами и борьбой заслужили это право. Остальные регионы юго-востока еще не готовы к воссоединению: они слабо действуют и там много нацистов.

Геворг Мирзаян при содействии аналитического агентства «Внешняя политика»

О крымском варианте налогообложения

section class="box-today"

Сюжеты

Законодательные инициативы:

Сплотить ряды

Не тормозите локомотив модернизации

/section section class="tags"

Теги

Законодательные инициативы

Вокруг идеологии

Налоги

Экономика

Крым

Ситуация в Крыму

/section

Единственное, что в этой куче проблем было вполне очевидно, — так это невозможность и ненужность для новых властей взыскивать налоговые задолженности, штрафы и прочие санкции, наложенные на крымских налогоплательщиков властью прежней. Это очевидное уже, считай, сделано — законопроект почти готов. А дальше всё менее понятно. Официальные лица, успевшие высказаться по этому поводу, согласно утверждают, что налоги в Крыму должны быть полегче обычного, — например, в рамках особой экономической зоны вроде Калининградской. Мысль с двойным дном: Калининградскую-то ОЭЗ вскоре придётся упразднить в соответствии с требованиями ВТО, а чтобы предъявить претензии по зоне крымской, участникам ВТО придётся сначала признать вхождение Крыма в состав РФ. Какие именно поблажки будут особостью намечаемой зоны, пока не решено, но поблажки требуются большие.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Бизнес в Крыму чрезвычайно слаб. Мало того что подушевой региональный продукт там меньше, чем в любом из регионов России, кроме Ингушетии; там и динамика отрицательная. В ходе недавнего опроса почти половина тамошних предпринимателей сообщила о падении выручки за последние пять лет. Из двух возможных объяснений — спад и нарастающий уход в тень — верны оба. Говорить в таких условиях о немедленном введении российского налогового режима в полном объёме просто бессмысленно. Бизнес-омбудсмен Титов, подготовивший для президента доклад о проблемах тамошнего бизнеса, предлагает ввести налоговые каникулы на первые 10–50 млн рублей налогов для производственных, инновационных и социальных предприятий, а также освободить малые предприятия от уплаты первых 10 млн рублей налогов. Минэкономики в своём проекте готово пойти гораздо дальше: нулевая ставка страховых взносов, а равно и налогов на прибыль, имущество, землю, транспорт — на десятилетний период. Через десять лет региональная часть налога на прибыль должна будет вырасти до 10%, федеральная же доля останется нулевой. (И Титов, и МЭР предлагают дать крымчанам и другие благостыни, но здесь мы говорим только о налогах.) Столь щедрые намерения кажутся просто невероятными на фоне привычной налоговой политики, но заметный успех в Крыму очень нужен; поэтому вполне вероятно, что не всё, так большую часть предложенного в самом деле утвердят.

Но тогда не очень понятно, как объяснять другим регионам, почему же ничего подобного не полагается им. Разве экономический успех нужен нам только на вновь присоединённом полуострове? Разумеется, проблемы перехода из одной налоговой среды в другую, перехода непростого даже для специалистов и каторжно трудного для всех прочих, есть только там, но во всём-то остальном — чем ситуация в Вологодской или, там, Курганской области так уж сильно отличается? Заметное отличие лишь в том, что в Крыму малые и средние предприятия дают более 80 процентов ВРП, что в разы больше, чем в обычае у нас, но это и значит, что тут смягчение убийственно жестокой с малым бизнесом налоговой политики требуется ещё настоятельнее. Тот же бизнес-омбудсмен, только уже в готовящемся для президента ежегодном докладе о проблемах бизнеса всей России, указывает, например, что нагрузка на отечественный бизнес примерно на четверть выше среднемировой и по уровню налоговой нагрузки наша страна на 143-м месте из 189. Почти половина отечественных бизнесменов указывает на высокие налоги как на главное препятствие для развития своих компаний. Число предпринимателей в стране с каждым годом сокращается — прежде всего из-за растущего налогового давления на малые и средние компании. Если прибавить к этому, что стоимость кредитов у нас в два-три раза выше, чем в развитых странах, и малый и средний бизнес фактически лишены доступа к длинным деньгам, то не скажешь, что бизнес в остальных регионах России нуждается в налоговых послаблениях меньше, чем бизнес в Крыму.

Получить их, притворившись крымчанами, вряд ли удастся. В упомянутом проекте Минэкономики предусмотрен, правда, режим «портфельных инвесторов», в котором «российские и иностранные компании, непосредственно не осуществляющие деятельность на территории ОЭЗ» смогут пользоваться почти всеми льготами зоны, если выразят «готовность уплатить регистрационный сбор в размере не менее 150 млн рублей в течение трёх лет». Но это, по-видимому, рассчитано скорее на крупняк, сегодня работающий из офшоров; среднему же бизнесу из других регионов вряд ли тут что-нибудь светит — во всяком случае, в Думе уже говорят вполне определённо, что Крым не должен стать внутренним офшором, куда, прячась от налогов, побегут регистрироваться компании из других частей страны. Но и не притворяясь крымчанами, льгот не получишь: министр финансов Силуанов как раз теперь счёл необходимым потребовать моратория — не на ужесточение налогообложения, как хотел бы бизнес, а на введение новых налоговых льгот. Очевидно, в Минфине понимают, что от введения льгот в Крыму им не отбиться, и заранее оговаривают, что больше — ни-ни.

Зря, по-моему. В обсуждаемом сейчас сценарном прогнозе развития экономики до 2017 года привычные «консервативный» и «базовый» сценарии МЭР дополнило сценарием «ультраоптимистическим». В этом сценарии, по данным «Коммерсанта», для выхода на траекторию развития, позволяющую реализовать майские указы Путина, намечается в 2014–2015 годах увеличить инвестиции на 6 трлн рублей. А поскольку частным инвестициям расти вроде не с чего, для этого потребуется почти полностью израсходовать оба суверенных фонда. Предельная неубедительность такого сценария (не говоря ни о чём другом, реальных госпроектов на такие суммы просто нет) должна, по-видимому, доказать, что надо по одёжке протягивать ножки и удовлетворяться темпами роста в пределах статистической погрешности. Почему в таком случае нельзя дать хотя бы теоретическую возможность для нарастания частных инвестиций — пусть хотя бы в некоторых, наиболее сейчас придавленных, категориях бизнеса, вклад которых в бюджет всё равно мал и продолжает уменьшаться, — понять может только безоговорочный фанатик бюджетной консолидации.

Слишком много стали

Кризис перепроизводства в массовых сегментах глобального рынка стали заставляет российских металлургов осваивать выпуск продукции с высокой добавленной стоимостью

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное производство:

Пельмени на Москву

Оригами сложилось

Из лучших побуждений

/section section class="tags"

Теги

Эффективное производство

Металлургия

Черная металлургия

Конкуренция и монополии

Долгосрочные прогнозы

Русский бизнес

/section

Прошедший год для отечественной черной металлургии выдался тяжелым. Выплавка стали в стране сократилась на 2,3%, до 68,8 млн тонн, главным образом из-за сильного падения производства у «Мечела». Снизились объемы выручки и показатели прибыли крупнейших металлургических компаний (см. график 1). Несмотря на некоторое сокращение долговой нагрузки у большинства игроков отрасли (см. график 2), включая самую закредитованную компанию — «Мечел», отношение чистого долга к EBITDA по итогам года выросло (см. график 3).

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Источником проблем для отрасли, на которую в России приходится 10% промышленного производства и 660 тыс. рабочих мест, стала внешнеэкономическая конъюнктура, а именно существенный избыток мощностей, обусловивший нисходящий ценовой тренд. По оценке World Steel Association, в 2013 году в мире было произведено 1612 млн тонн стали. Эти показатели были достигнуты при загрузке существующих производственных мощностей всего на 76%. Но даже этого оказалось слишком много — уровень потребления в 2013 году составил лишь 1452 млн тонн (см. график 4).

В России ситуация чуть лучше. Загрузка мощностей для производства стали в нашей стране в 2013 году составила в среднем неплохие 85%. Однако рынок стали неоднороден. «Можно говорить о том, что давление на экспортный рынок тем слабее, чем выше добавленная стоимость продукции, — объясняет начальник управления корпоративной стратегии “Северстали” Андрей Лаптев . — Так, экспорт холоднокатаного листа из Китая на порядок ниже, чем горячекатаного. Некоторые виды узкоспециализированной продукции Китай даже импортирует. Проблема избыточных мощностей на мировом рынке касается в первую очередь массовой продукции: полуфабрикатов, горячекатаного проката». Именно такую номенклатуру экспортируют в основном наши металлурги, а потому они находятся в самом неприятном рыночном сегменте. «На экспорт сегодня идут фактически полуфабрикаты и рядовой прокат — горячекатаный лист. Фактически эти виды продукции не приносят прибыли отечественным производителям стали и выполняют лишь функцию загрузки производственных мощностей», — констатирует главный эксперт Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Максим Худалов .

Эхо докризисного бума

Избыток предложения в отрасли образовался не вчера. Еще в 2012 году ОЭСР опубликовала отчет, в котором указала на переизбыток мощностей в мировой черной металлургии. Размер этих избыточных мощностей был оценен в 542 млн тонн, или в 20% глобальной установленной мощности. За прошедшие два года ситуация не улучшилась. Имеющиеся оценки избытка мощностей в мире по-прежнему варьируются вокруг отметки 500 млн тонн. По данным World Steel Dynamics, в мире каждый седьмой завод (за исключением Китая) неконкурентоспособен и несет убытки. Если в 1980–2007 годах средняя загрузка сталелитейных мощностей в мире составляла 86%, то в 2007–2012-м — лишь 77%. Были даже массовые закрытия. В США, например, в 2012–2013 годах были закрыты мощности для производства примерно 8 млн тонн листового проката.

Причиной оказался переоцененный потенциал рынка. До кризиса 2008 года потребление металлов росло быстрыми темпами, и металлурги вкладывали средства в наращивание мощностей. Особенно тут преуспел Китай (см. график 5). За последнее десятилетие в мире было введено около 1 млрд тонн новых мощностей, из которых 76% — в Китае.

Металлургическая отрасль капиталоемка, при этом строительство производственных объектов занимает пять лет и более. Так что новые мощности, строительство которых было начато в ожидании бурного докризисного роста, вступили в эксплуатацию уже в 2010–2012 годах, когда темпы роста спроса на сталь замедлились.

Некоторое время островком стабильного роста потребления стали в море кризиса был Китай. Но, похоже, период бурного роста, связанного с подъемом Китая, завершился. За счет большой (до 46%) доли КНР (см. график 6) в мировом потреблении этот период характеризовался сравнительно высокими ценами на сталь и сырье для нее, а также высокой рентабельностью для производителей. Тогда, в 2001–2011 годах, средний рост темпов потребления стали в Китае составлял 16%. Для сравнения: сейчас этот показатель находится на уровне 2–3%. А металлурги продолжали по инерции вкладывать средства в расширение мощностей.

«Сложившаяся за последние годы модель ведения бизнеса, которой придерживается большинство игроков мировой сталелитейной отрасли, нацелена на активное расширение мощностей и в долгосрочной перспективе неконкурентоспособна, — рассуждает Андрей Лаптев. — Уровень задолженности в отрасли весьма высок, но, несмотря на это, игроки в 2010–2013 годах продолжали много вкладывать в основные средства. В условиях низкой и падающей прибыльности и отрицательного денежного потока для большинства компаний это означает необходимость занимать деньги у банков и акционеров, то есть брать взаймы у будущего. При этом проблема отрасли не в спросе. Темпы роста потребления стали в мире неплохие, и перспективы у рынка хорошие. Спрос на сталь растет примерно теми же темпами, что и ВВП, даже немного выше, причем сейчас уже начали активно расти не только развивающиеся, но и развитые рынки, такие как США, Европа, Япония, где до недавнего времени отмечалась стагнация. Проблема в избыточном предложении, которого слишком много даже для существующего неплохого спроса».

Смена курса

Как рассказал «Эксперту» заместитель генерального директора по продажам Магнитогорского металлургического комбината (ММК) Николай Лядов , «в условиях сохранения “рынка покупателя” компании-производители и трейдеры борются за каждого клиента. По сути, поставщики конкурируют по издержкам. Поэтому уровень цен на рынке главным образом определяется уровнем цен на железорудное сырье. В последние месяцы мы наблюдаем снижение цен на основные сырьевые ресурсы и, как следствие, некоторое снижение цен на сталь. По прогнозам, эта тенденция сохранится в течение всего 2014 года».

В целом в мире производители могут какое-то время избегать ловушки низких цен за счет снижения издержек. Как отметили в «Евразе», прогнозируемый избыток предложения на рынке железорудного сырья из-за большого объема вновь вводимых мощностей приведет к устойчиво низкому уровню цен на это сырье в перспективе до 2017 года, что снизит издержки производителей стали (в том числе китайских). Однако для российских производителей куда важнее автономный рост таких составляющих затрат, как энергоресурсы и транспорт. В «Евразе» указали, что за последние шесть лет, с 2008-го по 2013-й, цены на природный газ для промышленных потребителей выросли в рублевом выражении в 2,6 раза, на электроэнергию — в 2,3 раза, тарифы на железнодорожные перевозки — в 1,75 раза.

В новых условиях о наращивании мощностей или о приобретении новых активов за рубежом придется забыть. Если в 2008–2013 годах ведущие отечественные металлургические компании вкладывали в производство по 1–1,5 млрд долларов в год, то теперь им придется пересмотреть инвестпрограммы в сторону сокращения. В российской черной металлургии на настоящий момент есть неудачный пример развития, когда чрезмерные амбиции фактически раздавили компанию. Это «Мечел». Компания набрала долгов почти на 10 млрд долларов, что сопоставимо с ее общей выручкой в лучшие времена. При этом у «Мечела» довольно низкая рентабельность бизнеса, а три четверти прибыли генерируется неметаллургическим, горнорудным сегментом.

В этой ситуации «Мечел» сделал логичный шаг: приступил к распродаже зарубежных активов. В прошлом году компания продала свои металлургические заводы в Румынии, Болгарии и Великобритании.

Аналогичные действия совершает «Евраз». В начале этого месяца была закрыта сделка по продаже чешского металлургического завода Vitkovice из-за убыточности предприятия. Ранее, в марте 2013 года, компания продала южноафриканскую Highveld Steel.

По словам Максима Худалова, «основную маржу российские производители стали зарабатывают на российском рынке. Свои североамериканские и европейские мощности российские металлурги частично оптимизировали. Те же компании, которые сохранились, демонстрируют достаточно сильные показатели. Так, американский рынок плоского и оцинкованного проката заметно оживился в 2013 году в связи с ростом строительного рынка и автопрома. При этом на руку заводам, расположенным в США, играют таможенные тарифы, которые позволяют держать цену на горячекатаные рулоны в США на 50–100 долларов за тонну выше цен на рынках ЕС».

Наконец, конъюнктурная встряска — отличный повод взять курс на освоение новых продуктовых ниш с большей добавленной стоимостью. К таковым относятся холоднокатаный прокат, лист с покрытием, метизы, трубы и т. п. В Минэкономразвития РФ считают, что триггером роста в отечественной металлургии до 2016 года будет именно продукция высоких переделов. Это было заметно уже в 2013-м: при общем падении объема выплавки стали производство товаров с высокой добавленной стоимостью росло. Металлургическим компаниям такая переориентация позволит увеличить маржу. И они это прекрасно понимают. В России только за последние три года доля продукции с высокой добавленной стоимостью в натуральном измерении выросла у «Северстали» с 44 до 49%, у ММК — с 36 до 49% (введен стан 2000 для холоднокатаного проката), у НЛМК — с 36 до 39%.

Максим Худалов полагает, что компаниям также нужно подумать о более узкой специализации и более тесной работе с потребителями стали на пути импортозамещения: «Сегодня нужна концентрация на определенных сегментах рынка. Известно, что частая переналадка стана с целью выпускать как можно более широкий спектр продукции существенно снижает производительность агрегатов, а значит, повышает себестоимость. Производители должны определить для себя те сегменты рынка, где они присутствуют, и концентрироваться исключительно на них. Кроме того, в России по-прежнему довольно высок объем скрытого импорта стали. Требуется теснее работать с производителями бытовой техники и автомобилестроителями с целью замены иностранной стали в узлах и агрегатах поставляемой на российский рынок техники».

Возможным подспорьем в развитии отечественной металлургии могло бы быть вмешательство государства. Как считают в «Евразе», было бы неплохо чтобы государство приняло такие меры, как предоставление льгот по НДПИ при освоении труднодоступных месторождений полезных ископаемых, совершенствование системы торговой защиты российских производителей, поддержка отечественного машиностроения, совершенствование природоохранного законодательства, улучшение обеспеченности отрасли ломом черных металлов.

Николай Лядов из ММК отметил, что у государства есть возможности поддержать внутренних производителей. Это могут быть меры таможенно-тарифного регулирования, чем, например, активно пользуются США. Напомним, что в США с 1999 года по инициативе американских металлургов практикуется обложение пошлинами импортной стальной продукции.

Такие пошлины могут достигать огромных размеров. Так, в 2003 году была назначена 185-процентная пошлина на горячекатаный прокат ММК, сейчас действует 99-процентная пошлина в отношении китайских труб для нефтегазовой промышленности. Это могут быть и меры правового регулирования — лицензии, квоты, локализация. Например, в США в 1999 году российские металлурги избежали обложения «данью» импорта своего холоднокатаного проката, только приняв обязательства ограничить размер поставок на местный рынок и снизив их до размеров установленной США квоты 373 тыс. тонн в год на всех.

Пятилетка до нормы

Начальник управления корпоративной стратегии «Северстали» Андрей Лаптев.

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное производство:

Пельмени на Москву

Оригами сложилось

Из лучших побуждений

/section section class="tags"

Теги

Эффективное производство

Металлургия

Черная металлургия

Промышленность

Северсталь

Русский бизнес

/section

— Можем ли мы говорить, что в нормальной ситуации избыточных мощностей быть не должно и загрузка должна быть на технологически максимальном уровне 93 процента? Конечно, это было бы очень хорошо для металлургов, но пока это выглядит весьма нереалистично. Дело в том, что исторически уровень загрузки мощностей очень редко превышал даже 85 процентов — только в 2004, 2005 и 2006 годах. В 1980–2000 годах средний уровень вообще был чуть выше 75 процентов. Таким образом, в некотором объеме избыточные мощности существовали всегда. Чем он определяется? Помимо конъюнктурных обстоятельств есть важная причина для того, чтобы существовали избыточные мощности. Это необходимость в удовлетворении неожиданного роста спроса.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Инвестиционный цикл в металлургии занимает несколько лет, а спрос может значительно вырасти буквально в течение одного года. Если бы избыточных мощностей не существовало, то металлопотребляющие отрасли могли бы столкнуться с дефицитом стали в случае ускорения своего роста. Поэтому разумно поддерживать некий резерв мощностей. Его сложно однозначно оценить количественно, но, по нашем оценкам, нормальная загрузка мощностей в мире должна быть на уровне 85 процентов.

Такая загрузка обеспечивает в металлургии нормальный уровень рентабельности. Этот уровень определяется исходя из условия, что отрасль должна генерировать минимальный достаточный денежный поток собственникам капитала, а также инвестировать в поддержание и развитие мощностей и новых продуктов, ведь требования к прочности и весу стали со стороны потребителей, особенно автомобилестроителей, постоянно растут. В среднем это 14–15 процентов рентабельности по EBITDA.

В настоящее время средняя рентабельность металлургов в мире составляет 7 процентов, то есть она ниже нормального уровня, что является следствием низкой загрузки мощностей.

Экспорт проката из Китая в 2013 году вырос на 12 процентов. Традиционные страны-импортеры после кризиса снизили внутреннее потребление, и, соответственно, объем рынка для экспортеров сжался. Нерациональный рост мощностей в Китае привел к тому, что страна, которая, в общем-то, не имеет фундаментальных конкурентных преимуществ в металлургии, из нетто-импортера металлургической продукции превратилась в нетто-экспортера. При этом объем китайского экспорта сопоставим по размерам с общим объемом производства в России. Китайский экспорт буквально захватил рынки Юго-Восточной Азии.

В итоге мы видим, с одной стороны, серьезное падение и слабое восстановление мирового потребления, а с другой — непрекращающийся ввод новых мощностей, строительство которых было инициировано в сверхприбыльные докризисные годы. Действие этих двух факторов и привело к образованию избыточных мощностей. Причем на создание этих невостребованных рынком мощностей были потрачены колоссальные финансовые, производственные и финансовые ресурсы.

В нашем базовом сценарии мы не ожидаем, что загрузка мировых мощностей выйдет на «нормальный» уровень в ближайшие два-три года. Впрочем, загрузка все же будет постепенно расти, примерно на один процентный пункт ежегодно, как в результате роста мирового спроса на 3 процента в год, так и за счет наблюдаемого сокращения инвестиций в строительство новых мощностей. Особенно показателен и важен пример Китая, где правительство в октябре 2013 года объявило запрет на новые проекты строительства заводов, а также собирается пустить на металлолом около 80 миллионов тонн существующих мощностей к 2017 году. Мы считаем, что если отрасль будет действовать в соответствии с рыночными сигналами, то есть потенциал для выхода загрузки на достаточно высокий и устойчивый в долгосрочной перспективе уровень через четыре-пять лет.

Отдать хозяйство в хорошие руки

На рынке аутсорсинговых услуг идет освоение сегмента B2G — услуг для государства. Привлекая частный бизнес, оно сможет снизить расходы на содержание социальных учреждений, а предприниматели получат возможность выйти на новые рынки с многомиллиардным финансированием

section class="box-today"

Сюжеты

Бизнес и власть:

Из лучших побуждений

Новые претензии к олимпийским строителям

Не тормозите локомотив модернизации

/section section class="tags"

Теги

Бизнес и власть

Госкапитализм

Эффективное управление

Консалтинг

Аудит

/section

Период экономического спада не лучший момент для развития малого и среднего предпринимательства на любом рынке. Как видно на примере нашей страны, более или менее активны и живы сегодня те, кто имеет отношение к госфинансированию, госзаказам или может работать на аутсорсинге для крупных корпораций. Поэтому расширение перечня услуг этих корпораций и государства, передаваемых частному бизнесу, может открыть новые перспективы для поддержки предпринимательства.

В частности, речь может идти о так называемом секторе В2G (business to government), то есть об услугах для государственных социальных учреждений: школ, детских садов, больниц и т. п. В мире это многомиллиардный рынок (только сегмент корпоративного питания, по оценкам, составляет порядка 700 млрд долларов), который в развитых странах целиком обслуживается частным сектором. У нас же пока предпринимаются лишь первые попытки его освоения. Передача функций обслуживания соцучреждений частникам вполне вписывается в стремление государства расширить практику государственно-частного партнерства. Кроме того, это означает возможность либо существенно снизить расходы на обслуживание учреждения — с минимальных 5–10 до нескольких десятков процентов, либо повысить качество его работы. На примере историй развития двух компаний из разных сегментов услуг, «КорпусГрупп» (организация питания и клининг) и Cotton Way (текстиль любого типа напрокат с дальнейшим обслуживанием), видно, как можно работать на этом рынке сегодня. Компании находятся на разных этапах своего развития, а потому для них актуальны разные проблемы. Так, «КорпусГрупп», которая присутствует на рынке уже более двадцати лет и работает в очень конкурентном сегменте с низкой маржей, сегодня все силы прикладывает к тому, чтобы нарастить эффективность, повысить производительность. Тогда как Cotton Way, по сути, формирует новый рыночный сегмент, предлагая непривычную для рынка услугу аренды текстиля, нарабатывая компетенции, расширяя экспансию, получая высокую маржу, которая пока позволяет не выносить производительность на первый план.

Пример развития этих компаний показывает, какие возможности открываются для динамичных и технологичных фирм, нацеленных не просто на освоение бюджетных средств, а на формирование новых ниш, технологий и стандартов.

«КорпусГрупп»: борьба за эффективность

Компания «КорпусГрупп» — один из пионеров российского капитализма, на рынке она появилась еще в начале 1990-х. Ее учредитель и основной владелец Олег Лобанов , вернувшись в конце 1980-х из армии, где он был поваром на погранзаставе, устроился подрабатывать поваром в один из первых кооперативных ресторанов Москвы, продолжая учиться в авиационном институте. От повара до шеф-повара, а там и до собственного ресторана дорога не длинная, особенно в тот период: частная инициатива в стране бурлила. Потом, в 1993–1994-м годах, возник новый сегмент, корпоративный, «ресторанно-выездное обслуживание», как это называли в компании, а по сути — кейтеринг. Первые корпоративы заказывали иностранные компании — L`Oreal, Mitsubishi и другие. От разовых корпоративов перешли к организации регулярного питания для сотрудников иностранных компаний. «Чем были ценны иностранные клиенты? Тем, что это замечательная школа, где можно было почерпнуть первое понимание международных стандартов, требований, форм и норм взаимоотношений между клиентом и заказчиком», — вспоминает Олег Лобанов. Это был период накопления знаний, понимания перспектив. Хотя в тот момент, вспоминает Лобанов, он даже представить себе не мог возможных масштабов этого бизнеса: «Пару лет назад в каком-то западном банковском отчете я увидел цифру: 685 миллиардов долларов — это объем мирового рынка корпоративного питания, куда входит питание детей, больных, нефтяников, беженцев ООН и многое-многое другое».

Олег Лобанов, генеральный директор и основной владелец компании «КорпусГрупп», больше 20 лет занимается корпоративным питанием

Фото предоставлено архивом пресс-службы

В нашей стране потенциальную емкость рынка питания, клининга и технической эксплуатации «КорпусГрупп» оценивает в 535 млрд рублей. Но реальные его объемы гораздо меньше, поскольку почти вся социалка обслуживается собственными силами, да и корпоративный сегмент далеко не полностью пользуется услугами аутсорсеров, продолжая вести натуральное хозяйство. Подавляющая часть рынка в любом случае приходится на питание. Клининг и прочие услуги обычно возникают как сопутствующие для компаний, организующих питание, — это мировая практика. Так произошло и с «КорпусГрупп»: услуги клининга она включила в свой портфель после кризиса 1998 года по инициативе петербургских клиентов — фабрик Philip Morris, Gillet и Dirol, переносивших западные модели работы по аутсорсингу на российскую почву. Сегодня этот сегмент приносит компании около 25% выручки.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Накопление опыта и понимание принципов аутсорсинга происходили постепенно, по мере развития компании. Сначала создавали предприятия питания в бизнес-центрах Москвы и Санкт-Петербурга, потом организовывали кухни и весь процесс питания непосредственно на предприятиях заказчиков для рабочего персонала. В 2000-х, когда появились заказы от нефтегазовых компаний, открыли для себя понятие remote site (удаленные объекты и их обслуживание), учились работать с такими объектами. В этот период компания развивалась очень быстро: ежегодно открывалось по 10–15 филиалов в разных регионах. Зачастую шли за своими федеральными клиентами, имевшими развитую филиальную сеть. Например, с компанией «Сибнефть» заключили контракты по всей их сети, от Москвы до Чукотки. В 2006 году у «КорпусГрупп» было уже около 50 филиалов — отдельных юридических лиц с разными контрактами.

Перед компанией встала новая задача: перейти от бурного развития к тонкой настройке системы — огромная структура перестала быть управляемой. К тому же, увлекшись идеей развития, часто заключались контракты с доходностью, близкой к нулю. Началась перестройка компании и системы ее управления. Из 50 юрлиц осталось 10, с собственными филиалами. По сути, вся основная задача компании с того момента и по сей день заключается в налаживании управленческих процессов, а также в работе над эффективностью. В условиях нынешней высокой конкурентности на этом рынке (за прошедшие годы в сегмент питания вышли десятки компаний) это важно. Сегодня на рынке есть еще как минимум четыре крупных оператора федерального масштаба: глобальные холдинги Sodexo и Compass, российские «Конкорд», ОМС. Пятерка лидеров, включая «КорпусГрупп», контролирует меньше половины сегмента корпоративного питания, клининга и эксплуатации. Существует также масса компаний поменьше, работающих лишь в одном городе, одном регионе, ну и бесчисленное количество ИП и ООО, обслуживающих лишь одну компанию, чаще всего аффилированную с кем-то из руководства. Передача контрактов подобным компаниям — основной риск на рынке корпоративного питания, считают в «КорпусГрупп». После того как профессиональный оператор поработает год-другой, отработает меню с учетом сезонности, запросов коллектива, наладит процессы, сформировав коллектив работников кухни с четко прописанными обязанностями, возникает большой соблазн взять все это в свои руки, попрощавшись с оператором: он уже все сделал, теперь мы можем сами, а маржу можно положить в карман. Снижение затрат на такую услугу, если оно и случается в дальнейшем, происходит только за счет перехода в серую зону, сокращения налоговой базы.

В любом случае эффективность, снижение расходов для операторов корпоративного рынка актуальны не только из-за нарастания конкуренции, но и в связи с кризисом, который, по ощущениям представителей «КорпусГрупп», далек от завершения. «К моменту кризиса 2008 года мы уже активно перешли к этапу управленческих упражнений, а кризис еще сильнее подстегнул — это как получить степень МВА, только не просто за деньги, а за огромные собственные деньги, когда на кону не просто оценка на экзамене, а существование собственной компании», — рассказывает Олег Лобанов.

Упрощение системы управления позволило быстрее вводить новшества, которые были призваны обеспечить эффективность бизнеса. Так, в кризис клиенты резко сжали бюджеты: «Я смогу платить вам минус 20 процентов от текущего объема». Значит, нужно быстро менять все подходы, потому что маржа к этому времени уже скатилась до среднемировых значений 4–5,5%. Изучили зарубежный опыт — на одной из фабрик в Восточном Берлине с 10 тыс. работников, персонал кухни — 160 человек. В «Корпусе» на самом передовом предприятии работает в четыре раза больше. За счет чего такой разброс? Во-первых, число рецептур чрезмерно завышено, в десятки раз в сравнении с западным опытом. «Мы провели исследование своих меню за три года и выявили, что в рамках одного календарного года используется в среднем 18 сезонных меню с учетом появления или отсутствия тех или иных продуктов, — рассказывает Олег Лобанов. — В итоге мы создали единое годовое меню, то есть уже сегодня знаем, чем будем кормить людей через год. Так сокращаются расходы на различные фантазии, которые могут применять повара на местах».

На лучших фабриках-кухнях «Корпуса» один повар обслуживает 200 клиентов

Фото предоставлено архивом пресс-службы

Второе отличие западного подхода — высочайшая степень переработки продуктов, поступающих от поставщиков. Они привозят не просто картофель, а почищенный и порезанный под конкретные блюда, не просто рыбу в тушке (понятия «тушка» там уже давно нет), а порционное филе под соусом. Да еще в той таре, которую нужно просто взять подъемником с машины и вставить сначала в холодильник, а потом той же машиной из холодильника отправить в печь — в этом вся функция повара и заключается, повара там фактически просто операторы. «Нам до полного перехода на такую систему еще далеко, но работу с поставщиками мы также активно проводим, — говорит Лобанов. — Стали централизовывать закупки, работая с федеральными поставщиками, имеющими систему дистрибуции. В штаб-квартире определяются цены по всей стране, это позволило серьезно сократить расходы. Сейчас у нас по стране 545 поставщиков, и я могу поставить своему директору по логистике конкретную тактическую задачу сократить их число на пять процентов, либо переводя кого-то в статус федеральных, либо договариваясь об увеличении ассортиментной линейки у оставшихся, и тому подобное».

Один из важнейших моментов — модернизация кухонного оборудования, которая позволяет сократить и число поваров, и число операций, максимально повысив производительность труда. Сегодня все предприятия компании разделяются по производительности на три категории: 110–130 клиентов на одного повара, 60–70 или 30–50 для удаленных объектов (там просто объективно нельзя послать одного повара на 100 клиентов, приходится посылать двух). Впрочем, есть и наиболее передовая фабрика-кухня на металлургическом заводе в Нижнем Тагиле, где один повар обслуживает уже 200 человек. Для этого пришлось убедить предприятие сделать серьезные инвестиции в новое оборудование, закупленное по рекомендации «Корпуса» как оператора. В итоге все принятые меры позволили серьезно сократить персонал — полторы тысячи человек из 13 тысяч.

Государство — незрелый заказчик

Именно из-за кризиса в «КорпусГрупп» задумались о секторе В2G, в первую очередь о школьном и больничном питании. Этот сегмент привлекателен тем, что, имея стабильное финансирование, придает большую финансовую устойчивость подрядчику, и это особенно важно в кризисные моменты, поясняет Олег Лобанов. «В 2008 году я был одним из инициаторов создания проекта “Школьное питание”, — рассказывает Лобанов. — В какой-то момент он даже обрел статус нацпроекта, но мы из него вышли, потому что, когда в мероприятие вовлекаются 11 министерств и каждое пытается на что-то влиять, становится ясно, что ничего хорошего не выйдет. Так и получилось, этот проект можно считать провальным: кроме частичной модернизации некоторых школьных кухонь, руководству которых удалось выиграть лоты на допфинансирование, принципиально ничего не изменилось. Очевидно, государство все еще незрелый заказчик, не понимает, что именно оно в итоге хочет получить. Начинать ведь надо далеко не с оборудования, а с модернизации меню: что и как готовить детям, чтобы они это еще и ели. Потом определять оператора для каждого объекта, и только потом оператор должен проследить, где и какое оборудование нужно поменять — зачастую оно даже не должно быть самым современным, самым дорогим, это будет избыточно, с излишними функциями».

Госструктуры и госкомпании, по опыту «КорпусГрупп», — вообще очень трудный заказчик, слишком консервативный и неповоротливый, и часто это не позволяет достигать максимальной эффективности. Так, в компании приводят пример организации питания в женском военном училище. В норму питания военных (без различия пола и возраста) входит довольно большое количество хлеба, которое девочки-подростки просто не съедают. Предложение «Корпуса» о снижении этой нормы и замены хлеба другими продуктами принято не было. Другой пример — уборка части станций московского метро. Все предложения о модернизации оборудования, дающего лучшую производительность и окупающегося за несколько лет, остаются без ответа. Ветошь и опилки — вот основные материалы, используемые сегодня при уборке метро. И это вполне устраивает его руководство.

Во многом проще оказалась работа с больницами. Здесь дело приходится иметь непосредственно с главными врачами, которым легче объяснить привлекательность аутсорсинга и принципы его работы, нежели сборной команде из 11 министерств. На сегодня компания осуществила два проекта по больничному питанию — в Ярославской психоневрологической больнице и Новокузнецкой областной клинической больнице. Сейчас готовится еще несколько аналогичных в разных регионах. Вся проделанная предварительно работа по повышению эффективности позволяет быстро и квалифицированно организовать качественное питание больных за небольшие бюджетные деньги. «Диетическое питание является частью лечебного процесса, поэтому мы работаем с пятнадцатью диетами, предлагаемыми Минздравом, — они называют их столами, — рассказывает Константин Балабанов , начальник отдела специальных проектов “КорпусГрупп”. — Преимущества клиники в том, что, оставляя на питание своих больных ту же сумму, которая выделяется государством, клиника серьезно экономит на сопровождении этой услуги. Разгружаются как минимум два бухгалтера, которые вели это направление, иные управленцы, уменьшается число работников кухни. Кроме того, за счет более прогрессивной организации труда высвобождаются площади, которые можно вернуть в коечный фонд и получать дополнительное финансирование от ФОМС. Так, в одной из больниц мы из семи пищеблоков высвободили пять.

В одном из помещений был поставлен новый аппарат для гемодиализа, в другом — организован кабинет для платных медуслуг, остальные превратились в палаты для больных. И таких помещений, используемых нерационально, сотни квадратных метров».

Пока в обороте компании доходы от этого сегмента незначительны, но потенциал его «КорпусГрупп» оценивает очень высоко, прилагая массу усилий для развития в этом направлении. На сегодня главная задача — научиться разговаривать с главными врачами, поясняя выгоды и преимущества аутсорсинга. «Мы пытаемся, — поясняет Константин Балабанов, — найти здоровый баланс между выгодами клиники как предприятия и личными выгодами главного врача карьерного свойства. Важно наглядно показать, что грамотная организация питания напрямую влияет на производственные показатели труда главврача: снижается количество рецидивов из-за плохого питания, увеличивается оборот койко-места, становится меньше нареканий от контролирующих органов».

В голубом океане: как создать рынок под себя

У компании Cotton Way, в отличие от «Корпуса», путь в сегмент обслуживания госструктур был совсем иным. Не с рынка, а как раз наоборот, через контракт с «Российскими железными дорогами». Прародитель холдинга фирма «Мастер Клининг» была создана Александром Уткиным специально под проект обслуживания РЖД. В 2007 году в РЖД было принято решение передать на аутсорсинг стирку и закупку постельных принадлежностей и прочего текстиля, отдав в аренду существующие прачечные. На конкурс было подано с десяток заявок от различных компаний, пять из них выиграли конкурс, заключив контракты на 15 лет на обслуживание разных региональных подразделений железной дороги. Как писали в прессе, случайных людей среди владельцев компаний-победителей не было, впрочем, Александр Уткин о тонкостях своих взаимоотношений с РЖД не рассказывает. По его словам, информация о конкурсе была открытой, в РЖД он никогда не работал, но был совладельцем сервисной компании «Транссервисгрупп», которая поставляла продукцию в том числе и для РЖД. Из пяти компаний, получивших контракты, лишь «Мастер Клининг» принялась активно развиваться и на внешнем рынке, обслуживая частные предприятия: гостиничные сети, фитнес-клубы и т. п. Через два года компания купила одного из прочих подрядчиков РЖД — петербургскую «Немецкую марку» и превратилась в холдинг Cotton Way. Имея в аренде 11 производственных прачечных от РЖД, компания практически все переоснастила новым оборудованием, в процессе закрыв три комплекса за ненадобностью. По планам, старые арендованные помещения рано или поздно будут освобождены, поскольку эти площадки не позволяют развиваться. Сегодня для обслуживания Московской области и ряда соседних регионов компания строит новый комплекс в калужском кластере, совершенно новый комплекс выстроен в Сочи — под нужды Олимпиады, а в дальнейшем и курортно-гостиничного сегмента. Оборудование и расходные материалы для этих прачечных — европейские, в основном немецкие. «Правильно подобранное оборудование, рассчитанное на обработку большого количества белья, позволяет существенно ускорить процесс, давая серьезную экономию на электроэнергии, расходных материалах и обеспечивая при этом хорошее качество очистки, — рассказывает Екатерина Баранова , заместитель генерального директора Cotton Way по операционной деятельности. — Это одна из причин, почему передача функций стирки на аутсорсинг всегда выгоднее: на объемах стирки можно хорошо сэкономить».

Свои промышленные прачечные Cotton Way оборудует машинами ведущих европейских производителей

Фото предоставлено архивом пресс-службы

Экономить можно не только на объемах. В пресс-службе Федеральной пассажирской компании (ФПК, входит в РЖД) отмечают, что помимо прямой экономии средств (по некоторым оценкам, расходы сократились примерно с 14 млрд рублей в год до 10 млрд) ФПК получила возможность не вкладывать собственные средства в обеспечение компании текстилем, а брать его в аренду, что также отражается на экономической эффективности. Кроме того, владельцы больших компаний, привлекающих аутсорсеров, часто получают экономию там, где не ждали: за счет уменьшения приписок со стороны руководства предприятия. «Были случаи, когда после нашего прихода менялись целые команды менеджеров, поскольку выявлялась система их воровства, — отмечает Александр Уткин. — Зачастую против перехода на аутсорсинг выступает как раз руководство компаний, поэтому важно вести переговоры с владельцем, лицом, заинтересованным в экономии».

Обработка белья — лишь одна из услуг компании, основная же особенность холдинга — совершенно новая услуга для нашего рынка: прокат текстиля разного назначения. Это постельные принадлежности, включая матрасы, подушки, одеяла, полотенца, халаты, занавески, скатерти, спецодежда для нужд самых разных предприятий — гостиниц, фитнес-клубов, ресторанов. Все это компания закупает самостоятельно и, сдавая в аренду, берет на себя функцию дальнейшего обслуживания: хранение, доставку, стирку, глажку и т. п. Объединение этих функций позволяет формировать цепочку стоимости, наиболее выгодную для заказчика. В частности, в Cotton Way отмечают, что сегодня их компания — крупнейший покупатель текстиля в стране, а это означает для них самые низкие цены на рынке, что транслируется потом и на заказчиков.

Генеральный директор и основной владелецкомпании Cotton Way Александр Уткин считает свою команду основателями рынка аренды и обработки текстиля в России

Фото предоставлено архивом пресс-службы

Этот сегмент и на западных рынках появился не так давно, около 50 лет назад. У нас Cotton Way была первой компанией, предложившей подобную услугу практически сразу после того, как произошла полная передача им хозяйства РЖД (что-то брали в аренду, что-то выкупали). Остальные компании, работающие с РЖД, на «внешний» рынок практически не выходят. Но в Москве года два назад в сегмент проката вышла Blesk InCare (промышленная прачечная со специализацией на грязезащитных коврах).

Рынок аренды текстиля в нашей стране Cotton Way оценивает примерно в 100 млрд рублей в год с потенциалом дальнейшего роста до 150 — ориентируясь на формирование этого рынка в развитых странах.

Для холдинга это направление сегодня — точка приложения основных сил. «Закупка текстиля требует гораздо больших инвестиций, чем даже оборудование для прачечных-комплексов, — рассказывает Александр Уткин. — Но самая главная проблема — наработка компетенций в этой области. Мы первопроходцы на этом рынке в нашей стране, научиться можно только у иностранцев. Кто-то из них готов нам помогать бесплатно — это крупные компании, планирующие экспансию и заинтересованные в том, чтобы этот рынок в принципе появился, чтобы был сформирован запрос на подобные услуги. У других приходится приобретать лицензии на их ноу-хау, чтобы эти знания получить. Самостоятельная наработка компетенций заняла бы лет пять, не меньше. И если с текстилем для постельного белья справиться легче, то, когда речь идет о специальных тканях для нужд медицины, обязательно нужны консультации профессионалов, потому что тут часто необходимы уникальные знания».

Обслуживание медицинских клиник — стратегически важный сегмент для компании Cotton Way и для рынка в целом. На Западе этот сегмент составляет примерно треть рынка проката и обработки текстиля, у нас он потенциально может составлять половину, и самое главное — он совершенно свободен.

О стремлении отдать на аутсорсинг такие функции, как питание и обработка текстиля, заявляла и министр здравоохранения Вероника Скворцова . Заинтересованы в этом и главврачи клиник, и без того чрезмерно загруженные административными вопросами. «Для нас был неожиданным высокий уровень интереса со стороны главных врачей, — замечает Александр Уткин. — Оказалось, что количество накопленных проблем в этом хозяйстве крайне велико и отнимает много времени и сил, отрываемых от основной деятельности».

С прошлого года Cotton Way начала большой проект по обслуживанию всех медклиник Татарстана. До этого по прямой договоренности с президентом республики Рустамом Миннихановым там провели полугодовой пилотный проект, обслуживая две крупнейшие республиканские клиники — детскую и взрослую. Эффективность использования аутсорсинга была доказана: за полгода клиникам удалось только расходы на обслуживание текстиля сократить на 15%, притом что качество выросло в разы: это и качество самого текстиля, и качество сервиса, удобного для персонала. В результате было решено распространить эту практику на все клиники страны. Провели конкурс, в котором также участвовали другие промышленные прачечные, но полноценных конкурентов у Cotton Way на федеральном рынке нет, считают в компании, поэтому конкурс был больше формальностью. «Я первый не рад, что нет реальной конкуренции, — это очень расслабляет команду, — отмечает Александр Уткин. — Все равно выиграем, считают менеджеры, и могут что-то недоделать, недодумать — нет стимула. Вот в Москве, где Blesk InCare вышла в наш сегмент и тоже работает и с больницами, и с частным сектором, выкладываться приходится гораздо больше». Существующие в Татарстане мощности прачечных (арендованных у РЖД) с потоком едва справляются, а потому сейчас компания создает новую фабрику-прачечную, арендуя помещение в индустриальном парке «Химград». То, что в Татарстане есть такой индустриальный парк — с хорошей инфраструктурой, позволяющей не строить производство с нуля и сократить объем необходимых инвестиций с 1,2 до 0,5 млрд рублей, — стало очень важным фактором для Cotton Way при выборе региона для освоения.

Параллельно в компании разрабатывают проект по обслуживанию медучреждений в Новосибирской области, изучается возможность работы и в других регионах.

Большие объемы стирки позволяют существенно сэкономить на энергии, расходных материалах, затратах на персонал

Фото предоставлено архивом пресс-службы

Основной риск, с которым сталкивается компания, в том, что подобные проекты весьма капиталоемки, долго окупаются, а контракты с госструктурами заключаются не более чем на три года. Уткин рассказывает, что на крупный регион требуется разовая инвестиция в 1–1,5 млрд рублей, а на ежегодное поддержание хозяйства в текущем состоянии — 100–200 млн. Основные расходы — как раз закупка текстиля. Средний срок окупаемости проекта — от семи лет. Если через три года контракт не будет продлен, то компании придется быстро перестраиваться, чтобы не потерять вложенное. «Мы, крупная компания с большим оборотом, способны справиться с такими рисками, — уверен Уткин. — В конце концов, текстиль можно перенаправить в другой регион, оборудование тоже можно перевезти». Трехлетние контракты — уже большой прорыв, еще недавно контракты заключались на год, что делало их совсем неинтересными для капиталоемкого производства. «Одно время мы пытались заниматься лоббизмом, чтобы изменить контрактное законодательство, которое у нас очень тяжелое, не позволяет работать с государством вдлинную, — рассказывает Уткин. — Поняли, что это невероятно сложная и долгая история, требующая гигантских ресурсов, она не под силу одному игроку, требуются коллективные усилия рынка. Мы отказались от этого пути, стали работать с тем, что есть. Начали работать с регионами, где наиболее активные и вменяемые управленческие команды. А в Москве и в Питере просто идем и забираем больницу за больницей, главврачи даже спорят между собой, кто первый попадет к нам на обслуживание».

По итогам прошлого года оборот Cotton Way составил более 4 млрд рублей. 85% этого потока обеспечивает контракт с РЖД, но в планах через пять-шесть лет размыть долю РЖД до 30%, даже при условии покупки других операторов, обслуживающих железную дорогу. О рентабельности Александр Уткин не говорит, хотя не скрывает, что пока его компания «в голубом океане». Ей не приходится биться с конкурентами в ценовых войнах, а значит, зарабатывает она сегодня очень неплохо. Впрочем, капитальных вложений у компании тоже много, потенциал развития на кредитные ресурсы сегодня практически исчерпан, отмечает Уткин: уровень закредитованности в соотношении долг/EBIDTA равен 3. Это одна из причин того, что в конце прошлого года Cotton Way привлекла двух институциональных инвесторов — ЕБРР и Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ), уступив им долю в 30% акций за 3,6 млрд рублей, вложенных двумя инвесторами в равных долях. «Привлечение ЕБРР как инвестора демонстрирует, что потенциал отрасли аренды текстиля в нашей стране оценивается высоко, — говорит Уткин. — А наличие среди инвесторов РФПИ, по сути государственной структуры, позволит легче общаться с государственным сегментом».

Фотографии предоставлены архивом пресс-службы

В поисках идеала для клонирования

Дайте совет: что, по-вашему, нужно, чтобы выйти на рынок? - Знание рынка, поддержание качества, цены не выше, чем у конкурентов.

figure

/figure

Основатель:

Анна Азарова, 26, образование - РГАУ—МСХА им. К.А. Тимирязева; Костантин Шестибратов, 38, образование - Кубанский государственный университет; Вадим Лебедев, 42, образование - РГАУ—МСХА им. К.А. Тимирязева

Сфера деятельности:

Сельское хозяйство. Производство посадочного материала

Стартовые вложения:

7,7 млн руб.

Срок окупаемости:

не указан

section class="box-today"

Сюжеты

Малый бизнес:

Малый бизнес поиграет в монополию

Малый бизнес поиграет в монополию

/section section class="tags"

Теги

Малый бизнес

Эффективное производство

Инвестиции

Русский бизнес

/section

Куст сирени — точно такой же, как пышный соседский, — в своем саду. А лучше не один, а целых пять, абсолютно идентичных. Еще заманчивее — превратить лучшее из созданных природой растений в свой собственный сорт и начать бизнес. Уникальная орхидея, растение из Красной книги; фруктовое дерево, все плоды которого как на подбор. А может, и целый лес идеальных деревьев… В борьбе за быстрый выход на промышленные объемы, за повышение урожайности, устойчивость к вирусам и одновременно за снижение себестоимости при сохранении генотипа растения биотехнологи усовершенствовали известный способ вегетативного клонирования и довели до абсолюта идею основоположника растениеводства Климента Аркадьевича Тимирязева, считавшего, что «все искусство земледелия лежит в одной точке — точке питания».

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

«На то, чтобы самостоятельно вывести тысячи одинаковых растений, садоводу потребуются годы. Семенами далеко не все растения размножаются, да и не получить точного результата. Как и у людей: дети похожи на родителей, но не точные их копии. А у нас за сезон все культуры выходят на промышленный объем около 10 тысяч растений, причем стандартизированный посадочный материал мы можем производить круглогодично», — объясняет один из основателей НПП «Микроклон» Анна Азарова . Биотехнологи этого научно-производственного предприятия, созданного на базе научного института, коммерциализировали технологию микроклонирования — разведения посадочного материала in vitro — в 2011 году. Оборот в 2013-м составил порядка 4 млн рублей, удвоившись по сравнению с 2012-м. За спросом уже не поспевают.

Российский рынок

В мире промышленный метод размножения растений путем микроклонирования получил коммерческое распространение довольно давно. Тысячи вариантов идеальных образцов растений предлагают биокомплексы Канады, Новой Зеландии. В России больше пишут научных работ на эту тему, чем занимаются практикой. Порядка 70% растений привозят из Европы. Пользуясь фактически полным отсутствием системы сертификации, питомники, селекционеры, садоводы размножают их дедовскими методами. Но это уместно, когда речь идет о нескольких десятках экземпляров. А вот несколько тысяч идентичных растений таким способом не получить. В случае, например, с госзаказом на озеленение не стоит даже вопрос цены. Нужны объемы.

Технология

Костантин Шестибратов

С клонированием животных или человека все не так просто, а для точной копии целого растения достаточно одной клетки. Самый хороший образец для размножения — точка роста, например почка или черенок, поскольку, чем моложе ткань, тем меньше в ней вирусов и тем больше потенциала к регенерации и размножению.

Элемент стерилизуется и помещается в ламинарный шкаф с питательной средой. Для каждого вида она своя. Любая новинка для лаборатории означает расчет с нуля всех параметров: температура, свет, питание, для которого надо закупать определенный расходный материал. При этом все равно, произвести три клона или 100 тысяч: дорого стоит только первый экземпляр.

«Спустя месяц мы уже получаем в этой системе растение. Мы его разрезаем скальпелем по точкам роста и вновь сажаем в питательную среду. Каждое из них вновь вырастает. И спустя 30 дней операция по разрезанию повторяется. И так до нужного количества клонов», — рассказывает Анна. Процесс круглогодичный и почти механический, но автоматизировать его довольно сложно, прежде всего из-за узкой специализации каждой серийной установки. Поэтому все делается вручную. За смену одному сотруднику удается провести 1,5–3 тыс. таких операций. И именно это звено цепи определяет цену посадочного материала.

Вадим Лебедев

«Чем растение в эволюции моложе, тем быстрее оно размножается. Хвойные растения появились намного раньше — с ними много проблем. Яблоня, вишня — с ними уже проще. Далее кустарники, травки. Травки разгоняются очень быстро. У них высокий коэффициент размножения и укоренения. Если посадили одну клетку, а из нее через месяц получается три — значит, коэффициент размножения три. У травы он может быть и двадцать » , — объясняет Анна Азарова. В зависимости от вида в год можно получить от 5 до 40 млн микроклонов-саженцев.

Казалось бы, для такого масштабного тиражирования биологам нужны большие площади. Однако процесс не зря называется микроклонированием — через один квадратный метр ламинарного стеллажа за год проходит до 20 тыс. микрорастений. В зависимости от количества ярусов оборудования с метра полезной площади их можно получить и 100–150 тыс. «У нас лаборатория размещается на 50 квадратных метрах, и мы производим тысячи растений», — подтверждает Анна.

Доращивают образцы уже в питомниках. Напрямую конечному потребителю лаборатория образцы не продает, поскольку новорожденное растение нуждается в особом уходе. Если у травы показатель укоренения почти 100%, то у других видов — 50–70%. «Отдаем мы их в маленьких коробочках. Тысячи растений компактны и весят немного — около десяти килограммов. Можно легко транспортировать по всей стране. А питомники их уже доращивают: через пару месяцев фруктовое дерево, например, может вырасти до метра-полутора. Их можно уже выносить на рынок, высаживать в поля», — рассказывает Азарова.

Вышли из науки

Сверхприбыли деятельность «Микроклона» не приносит. Но создать питомник дороже, чем лабораторию, в первую очередь из-за необходимых территорий под разведение, большого количества удобрений, стоимости времени и рабочих рук. При этом маржа подобных предприятий довольно большая. Логично, что такие компании заинтересовались передачей этапа размножения на аутсорсинг. Сотрудничая с лабораторией, они существенно снижают себестоимость, увеличивая маржу до 100–150%. При цене, с учетом всех скидок, от лаборатории 10–20 рублей за одно растение питомник продает его конечному пользователю за 50–100 рублей, хотя собственные затраты на доращивание составляют всего 10 рублей сверх цены лаборатории.

Фактически бизнес «Микроклона» начался с заказчика. Частникам и питомникам понадобилось много здорового посадочного материала. И в 2011 году, увидев потенциал рынка, коммерческая фирма отпочковалась от научного института. За три года три партнера: Анна Азарова, Константин Шестибратов и Вадим Лебедев — вложили порядка 5 млн рублей. Поддержал их Фонд содействия инновациям (Фонд Бортника). По программам «Старт» и «Умник» три новоявленных бизнесмена получили на конец апреля 2014 года в общей сложности около 2,7 млн рублей, подписан контракт еще на 2,9 млн. И в 2012–2013 годах около 2 млн рублей в бизнес вложили инвесторы. Основные вложения пошли на разработку технологии микроклонального размножения и закупку оборудования. «Мы создали стерильное помещение, закупили оборудование: фильтры, ламинарные шкафы, ламинарные системы, сухожары — шкафы с высокой температурой, в которых стерилизуется стекло. Автоклавы, устройства, которые дают давление температуры, — для стерилизации жидкостей», — вспоминает Анна.

До сих пор фирма работает под клиента, но в планах — перейти на формирование собственного предложения. «Каждый заказчик хочет что-то свое. И весь ассортимент, который у нас копится, приходит от них. Сейчас есть идея самим развиваться в сторону поиска новых культур, которые могут стать популярными, — рассказывает Анна. — Российский покупатель осторожно относится к новинкам. У нас есть ходовые лесные культуры: ива, осина, ясень. Плодовые культуры: слива, алыча, вишня, черешня. Кустарники. При этом, оказывается, есть большой спрос на аквариумные растения. Мы их не производим, а сегмент интересный, поскольку они размножаются очень просто, но стоят дорого». Есть идея наладить систему паспортизации сортов. Пока российский рынок практически не регулируется, и сертифицировать сорт, конечно, можно, но в таких условиях процесс это дорогой и бессмысленный.

Что касается стратегии развития бизнеса, то предприниматели решили действовать постепенно, шаг за шагом. «Пока мы покрываем питомники Московской области. Их очень много, но покупатели они осторожные. Много сразу не берут. Каждый смотрит, сколько выпада. Много вопросов. Очень важно иметь образцы, которые уже живут в полевых условиях. Поэтому это тоже процесс постепенный. Но нас уже узнают. И заказов больше, чем мы можем изготовить. Мы не покрываем пик заказов. Они же обычно приходят в последний момент — весной. Возможно, если бы несколько лет назад мы взяли большой кредит, мы бы могли сильно “выстрелить”», — добавляет Азарова.

Однако пока перед биологами-бизнесменами стоят более насущные, почти бытовые вопросы: «Как выстроить систему маркетинга? Что нужнее — раскрутка сайта или обзвон? Как решить проблему с транспортом? Как работать с менеджерами? Найти хорошего очень трудно. У нас у всех образование биологическое. Мы многих вещей из области коммерции не знаем, а приходящие специалисты не всегда понимают технологию. Хотя она абсолютно прозрачна. Вот ты берешь. Клонируешь. Что тут сложного? Но вопросы заказчиков зачастую в итоге все равно замыкаются на нас».

Калькулятор

В расчете себестоимости продукции НПП «Микроклон» порядка 60% занимает ФОТ. В штате 17 человек: биологи, операторы, программисты, менеджеры и контролеры качества. Зарплата — 20–25 тыс. рублей. Электричество, вода, питательные вещества для создания сред, контейнеры для перевозки — на всё до 17%. Себестоимость зависит и от объема заказа. В итоге маржа колеблется от 40 до 20%.

Розничная цена одного микрорастения для теплицы или питомника — 15–25 рублей в зависимости от сорта. Но действует довольно гибкая система скидок — от 3 до 25% в зависимости от объема заказа и времени размещения.

Точку безубыточности предприятие надеется пройти в этом году, когда, по расчетам предпринимателей, годовой объем производства достигнет миллиона клонов. Судя по тому что, как рассказывают предприниматели, клиентская база выросла с 30 крупных заказчиков в первый год почти до ста во второй, «Микроклону» удастся этого достичь. «Опытную продукцию — микрорастения in vitro — мы производим уже второй год. Оборот в 2013 году составил порядка четырех миллионов. По сравнению с 2012 годом он удвоился», — рассказывает Анна. Показатели позволяют предпринимателям строить и среднесрочные планы: «На перспективу пять лет рассчитываем наработать объемную клиентскую базу, на десять лет — построить собственные производственные площади».

Ликвидность снялась с якоря

Вывоз капитала из страны в первом квартале превысил все разумные прогнозы. Отчаиваться не стоит: девальвация рубля и вялый внутренний спрос подлечили платежный баланс, что снижает шансы на новый раунд обесценивания нашей валюты до конца года

section class="box-today"

Сюжеты

Экспансия российского капитала:

Бросок на Ближний Восток

Спиной к санкциям

/section section class="tags"

Теги

Экспансия российского капитала

Финансовая система России

Финансовые инструменты

Долгосрочные прогнозы

Расчеты и платежи

/section

Отток капитала из России в первом квартале 2014 года составил без малого 64 млрд долларов. Это больше, чем в среднем за год в 2012–2013-м. Усиление вывоза капитала на фоне вовлечения России в украинский кризис и очередного раунда обесценивания рубля в январе–феврале было вполне ожидаемым, однако масштабы оттока превысили все обсуждавшиеся прогнозы.

Долларизация (если оценивать ее как прирост активов на зарубежных счетах российских банков в сумме с приростом их валютных активов по своп-сделкам с Центробанком и на корсчетах в нем, а также покупки наличной валюты) составила за первый квартал 2014 года 53,7 млрд долларов, или около 1,9 трлн рублей, это примерно 12% рублевых срочных и сберегательных депозитов. Бо́льшая квартальная величина бегства от рубля к доллару наблюдалась лишь однажды — в четвертом квартале 2008-го. Тогда рублей в наличном и безналичном виде было конвертировано на 81,8 млрд долларов (в сопоставимой методологии оценки). Запасы наличной иностранной валюты россияне в январе–марте 2014-го пополнили на внушительные 19,6 млрд долларов. Правда, рекорд последнего квартала 2008-го (27 млрд долларов) устоял.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Впрочем, есть и хорошие новости. Мини-девальвация позволила заметно улучшить платежный баланс страны. На поправку пошел текущий счет. Собственно, еще до всяких внешнеполитических событий было очевидно, что движение курса рубля надо быстро приводить в соответствие с «новой нормальностью». Сырьевые цены больше не растут, а значит, 12-летний период, когда номинальный курс национальной валюты мог оставаться более или менее постоянным, невзирая на значительное превосходство в рублевой инфляции, остался в прошлом.

Улучшение торгового баланса, вызванное ослаблением рубля, наблюдается третий квартал подряд за счет как торговых, так и «невидимых» статей текущего счета. Торговый баланс первого квартала оказался, по предварительной оценке, максимальным за последние два года в сезонно нескорректированном виде и близким к такой оценке в показателях с учетом сезонной коррекции. Это следствие сжавшегося импорта — как из-за реального ослабления рубля (к первому кварталу прошлого года — на 8,5%), так и из-за значительного замедления роста внутреннего спроса и даже сжатия его инвестиционной части.

Стабилизировался и еще недавно столь бурный рост по всему спектру «невидимых» позиций текущего счета. Замедление роста доходов и ослабевший рубль остановили наиболее динамичную статью валютных расходов, а упавшие корпоративные траты — соответственно рост оттока инвестиционных доходов (это если считать с исключением сезонного фактора, хотя в годовом сопоставлении расход по обеим этим позициям был все еще выше, чем в первом квартале прошлого года).

Бегство капитала через сомнительные операции за прошлый год заметно пошло на убыль, составив 30,4 млрд долларов за последние четыре квартала, против цифр, приближавшихся к 50 млрд долларов в предыдущие годы по сумме сомнительных операций и чистых пропусков платежного баланса, также обычно относимых на серый вывоз капитала. Возможно, дала свои результаты атака ЦБ против специализировавшихся на сомнительных переводах банков — или, по крайней мере, заставила «налоговых безбилетников» применять более изощренные и дорогостоящие схемы вывода денег.

Будет ли произошедшее ослабление рубля достаточным, чтобы удержать по крайней мере до конца года платежный баланс в равновесии? Сальдо текущего счета, вероятно, уже и при произошедшем ослаблении реального эффективного курса (на 8,5% — первый квартал 2014-го к тому же кварталу 2013-го; на 10,9% — март 2014-го к марту 2013-го; это больше, чем максимальное годовое ослабление реального курса рубля в период кризиса 2008–2009-го) продолжит расти, даже если реально рубль немного укрепится за счет инфляции.

С учетом вялого внутреннего спроса, значимого роста которого до конца года не прогнозирует никто, и исторической эластичности импорта аналитики VTB Capital прогнозируют увеличение сальдо текущего счета за год на 30–40 млрд долларов против прошлогодних 32,8 млрд.

Это означало бы, что при чистом годовом оттоке капитала в пределах 100 млрд долларов сальдо интервенций ЦБ в эти три квартала было бы близко к нулю, а курс рубля к валютной корзине колебался бы примерно в нынешнем нейтральном диапазоне. При курсе евро 1,37 доллара он соответствует значениям курса доллара к рублю в интервале 32,8–35,4, то есть скорее ближе к верхней границе. Слабым звеном в этой цепочке рассуждений остается величина оттока капитала (долларизации), предсказать которую невозможно.

Рантье довольны

Российские компании направляют на дивиденды все большую часть прибыли. В совокупности с резким падением котировок это сделало их акции классическими дивидендными бумагами

section class="box-today"

Сюжеты

Фондовый рынок:

Alibaba и двести миллиардов

Не так быстро

/section section class="tags"

Теги

Фондовый рынок

Финансовые инструменты

Практика инвестирования

Экономика

/section

На российском рынке акций приближается сезон дивидендов. В этом году его значение вырастет. Во-первых, с января 2014 года вступили в силу некоторые изменения в законодательстве относительно дивидендных выплат, что сделает покупку акций под них удобнее. Во-вторых, на рынке все больше бумаг, дивидендная доходность по которым превышает 7–8 и даже 15%. В условиях, когда никто не отваживается предсказать российскому рынку рост, покупка акций под дивиденды — отличная возможность заработать, причем всего за несколько дней (достаточно купить акцию перед закрытием реестра, а сразу после закрытия продать ее). Наконец, сравнительно высокие дивиденды — признак зрелости фондового рынка, основа для того, чтобы на нем появлялись долгосрочные инвесторы.

Другие правила

До сих пор, чтобы получить право на дивиденды, нужно было попасть в реестр для годового общего собрания акционеров. На собрании одобрялся размер дивидендов, после чего они выплачивались в течение двух месяцев. С этого года будут две разные даты закрытия реестра: сначала будет определяться список имеющих право на участие в годовом общем собрании акционеров (ГОСА), а уже потом — список имеющих право на дивиденды. Реестр по дивидендам должен закрываться после того, как на собрании будет принято решение об их выплате, но не позднее 20 дней со дня ГОСА. Для компаний, чьи акции торгуются на бирже, дата закрытия реестра под дивиденды не может наступить раньше 10 дней до собрания акционеров и 20 дней после него.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Еще одно важное изменение коснется сроков выплаты дивидендов. Раньше их выплачивали не позднее 60 дней после решения собрания акционеров (а фактически эти сроки были больше). Теперь максимальный срок выплаты дивидендов номинальному держателю и доверительному управляющему не должен превышать 10 рабочих дней, а другим зарегистрированным в реестре акционеров лицам — 25 рабочих дней с даты отсечки (закрытия реестра). Данные об отсечках публикуются эмитентами в открытых источниках заранее, так что у инвесторов всегда есть время решить, участвовать в дивидендных выплатах или нет. При этом, покупая акции под отсечку, трейдерам надо помнить о режиме Т+2 — то есть закладывать два дня на то, чтобы акции дошли до вашего счета депо и вы точно стали акционером.

Новые правила закрытия реестра и выплаты дивидендов, безусловно, на руку инвесторам и рынку. Во-первых, сокращается срок, который нужно «провести в бумаге», чтобы получить право на дивиденды, и срок самого получения дивидендов — у игроков станет больше денег для других операций. Во-вторых, сглаживается сезонность российского рынка: традиционно майские пики на нем и последующие провалы были связаны именно с покупками под дивиденды. Да и предсказуемость выплат в целом становится выше.

Таблица:

Самые лучшие акции дивидендного сезона—2014

Причины щедрости

Несколько лет назад считалось, что покупка акций под дивиденды и стратегия рантье за небольшими исключениями не имеют никакого отношения к российскому рынку. Но постепенно ситуация изменилась. Компании росли, их прибыль становилась все больше, и все чаще они были готовы делиться частью этой прибыли с акционерами. Как отмечают аналитики ИХ «Финам», ряд эмитентов в этом году продемонстрирует позитивную динамику по валовой выплате из-за роста масштабов бизнеса. Например, у «Газпрома» дивиденды за 2013 год будут на 20% выше, чем за 2012-й, у «Роснефти» — выше примерно на 50%. Традиционно «дивидендная» компания МТС год назад объявила о новой дивидендной политике: теперь минимальная сумма выплаты дивидендов будет определяться как большая из двух величин — 75% свободного денежного потока за истекший финансовый год, или 40 млрд рублей. Похожие принципы у «Мегафона»: 70% свободного денежного потока, или 50% чистой прибыли. Строительная компания ЛСР направляет на дивиденды 40–50% чистой прибыли — сильный денежный поток позволяет не скупиться. В итоге на наших глазах российский рынок стал вполне достойным по части дивидендов. Согласно подсчетам GHP Group, в среднем дивидендная доходность на российском рынке в прошлом году составляла 4,41%, что является одним из самых высоких показателей в мире.

Кроме того, нельзя забывать, что выплата щедрых дивидендов — отличный способ аккумулировать наличность для каких-либо сделок, которые могут быть запланированы основными акционерами компании.

Отдельный разговор о госкомпаниях, которых много среди голубых фишек. Их дивиденды должны составлять 25% чистой прибыли по РСБУ, а в будущем это требование может быть изменено на 25% чистой прибыли по МСФО (не секрет, что у части компаний разница между этими двумя показателями довольно велика — например, у «Транснефти» чистая прибыль по итогам 2013 года соответственно 11,26 млрд рублей по РСБУ и 158 млрд рублей по МСФО, а дивиденды платятся от показателя РСБУ). Компании сопротивляются требованиям регулятора как могут, но все же общий тренд на повышение объема дивидендов и их доли в доходах компаний налицо.

Самые популярные дивидендные бумаги представлены в таблице. Игрокам, заинтересованным в получении дивидендов, следует сосредоточить свое внимание на бумагах «второго эшелона», в частности на акциях компаний нефтегазового сектора. По оценкам ИХ «Финам», высокие дивиденды могут быть выплачены компаниями «Удмуртнефть», «Башнефть», «Славнефть-Мегионнефтегаз», «Саратовский НПЗ», «Смоленскнефтепродукт», «Сургутнефтегаз» и «Татнефть».

Помимо нефтегазового сектора интересна с точки зрения дивидендов электроэнергетика. Лидером на этот раз стала «Э.Он Россия»: руководствуясь какими-то внутренними соображениями, компания решила выплатить в виде дивидендов 100% (!) своей чистой прибыли за 2013 год, да еще и прибавить к этому так называемый специальный дивиденд в размере 5 млрд рублей (всего акционеры компании получат около 24 млрд рублей). По мнению GHP Group, причиной является отсутствие необходимости тратить прибыль на инвестиционные программы. Автопроизводитель «Соллерс» тоже заплатит хорошие дивиденды, хотя прибыль компании по сравнению с 2012 годом упала. Причины щедрости «Соллерс» те же — инвестиционные планы невелики, а когда нет инвестпроектов, деньги выводятся через дивиденды.

Отдельный разговор о «Россетях»: финансовые результаты компании пока неизвестны, и есть риск, что «Россети» покажут убыток, а значит, дивидендов по итогам 2013 года их акционеры могут не увидеть. Но сами «Россети» активно собирают дивиденды со своих «дочек» — МРСК Центра и Приволжья, МРСК Волги и МОЭСК.

Первый среди равных

В России заработал беспрецедентный по функционалу и возможностям научный фонд. Узость отечественной экспертной базы заставляет новый институт пользоваться предыдущими наработками

section class="box-today"

Сюжеты

Большая наука:

Миллион долларов за хаос

2 апреля в Москве состоится торжественная церемония вручения Национальной премии по прикладной экономике

/section section class="tags"

Теги

Большая наука

Реформа науки

Вокруг идеологии

Инвестиции

Долгосрочные прогнозы

Наука

/section

В конце прошлого года приняла окончательные черты конфигурация системы управления российской фундаментальной наукой. Судя по всему, она будет покоиться на трех столпах: Федеральное агентство научных организаций (ФАНО), Российская академия наук (РАН) и Российский научный фонд (РНФ). ФАНО управляет научными учреждениями и их базовым финансированием; Академия наук определяет в самом общем виде направления развития фундаментальной науки (по крайней мере это предусмотрено законом о РАН); Российский научный фонд распределяет основные гранты на поддержку самых перспективных исследований, научных коллективов и научных организаций.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

В запале борьбы против реформы Академии наук мало кто обратил внимание на подготовку и рассмотрение закона о Российском научном фонде, который получил беспрецедентные полномочия не только по распределению средств на фундаментальную науку, но и по управлению ими. Фонд вправе осуществлять предпринимательскую деятельность, создавать хозяйственные общества и (или) участвовать в таких обществах, создавать некоммерческие организации. Мало того, как сказано в законе, «на Фонд не распространяются положения пунктов 3, 5, 7, 10 и 14 статьи 32 Федерального закона от 12 января 1996 года № 7-ФЗ “О некоммерческих организациях”, регламентирующие порядок осуществления контроля за деятельностью некоммерческих организаций». А это, ни много ни мало, означает, что федеральные органы государственного финансового и налогового контроля не имеют права устанавливать соответствие расходования денежных средств и использования иного имущества целям, предусмотренным учредительными документами фонда. Более того, никакие органы не имеют права: запрашивать распорядительные документы фонда; запрашивать и получать информацию о его финансово-хозяйственной деятельности; направлять своих представителей для участия в проводимых мероприятиях; проводить проверки соответствия деятельности по расходованию денежных средств и использованию иного имущества целям, предусмотренным учредительными документами. Иными словами, фонд практически никому не подотчетен, кроме президента России. Пожалуй, в России нет никакой другой организации, обладающей такими возможностями. Достаточно сравнить их и тот контрольный прессинг, под который попала Академия наук со стороны Минобра и прокуратуры.

Закон об основах функционирования РНФ был принят в конце октября — начале ноября прошлого года, председателем его попечительского совета стал помощник президента Андрей Фурсенко (см. «Научные нужды страны» в № 11 от 10 марта 2014 года. — «Эксперт» ), генеральным директором — Александр Хлунов , а председателем экспертного совета — научный руководитель Научно-технического инновационного центра энергосберегающей техники и технологий МЭИ, член-корреспондент РАН Александр Клименко . К настоящему времени сформирован экспертный совет.

Надо отдать должное руководителям РНФ: практически сразу фонд приступил к работе. Уже в феврале был объявлен конкурс на финансирование проектов отдельных научных групп, прием заявок на участие в нем уже закончен. Размер гранта — до 5 млн рублей ежегодно. Конкурс вызвал ажиотаж в научной среде, на него было подано почти 12 тыс. заявок.

Сейчас начат прием заявок на участие еще в двух конкурсах: на финансирование проектов существующих научных лабораторий и кафедр (размер гранта до 20 млн рублей ежегодно) и на финансирование научных исследований вновь создаваемыми научной организацией и вузом совместными научными лабораториями (размер гранта до 25 млн рублей ежегодно). Впереди конкурс на финансирование научных организаций с грантами до 100 млн рублей.

Требования, предъявляемые к соискателям грантов, весьма жесткие. Например, руководитель проекта в области физики и химии за пять лет, предшествующих конкурсу, должен иметь не менее 16 публикаций в изданиях, индексируемых в базах данных «Сеть науки» (Web of Science) или «Скопус» (Scopus), а также не менее 24 публикаций, учитываемых РИНЦ. Многие выдающиеся ученые такого количества публикаций не имеют.

В условиях такого ажиотажа и с учетом весьма высоких требований к заявителям резко возрастают и требования к качеству экспертизы, которой будут подвергаться в фонде проекты. Принципы формирования экспертного совета и его состав во многом определят степень доверия ученых к работе РНФ и его решениям о выделении грантов. Чтобы прояснить эти вопросы, мы встретились с председателем экспертного совета фонда Александром Клименко.

— В известном смысле ваш экспертный совет становится главным и образцовым для всей страны. Ведь РНФ будет одним из главных распределителей средств на науку.

— Не хотел бы, чтобы наш экспертный совет считался главным. Это не так. А если уж говорить о деньгах, да, действительно, в Российском научном фонде очень приличные деньги. На этот год там 11 миллиардов, но, если мне память не изменяет, в РФФИ — девять миллиардов. Суммы сопоставимые. Но что действительно отличает наш экспертный совет, так это принцип его формирования, о чем можно написать целую статью.

— Это самое интересное.

— Вначале попечительский совет — это высшее руководство фонда во главе с помощником президента Андреем Александровичем Фурсенко — попросил шестерых действительных членов Российской академии наук, которые входят в состав попечительского совета, подобрать первую очередь экспертного совета. По задумке, весь экспертный совет должен был насчитывать 50–60 человек. Сейчас, уже после утверждения, он по факту насчитывает 63 человека. А в качестве первой очереди были после длительного обсуждения назначены 17 человек. Хотя список претендентов был значительно шире.

И экспертный совет сразу начал работать в таком несколько усеченном составе, потому что по закону он должен был принять ряд документов, необходимых для запуска конкурсов. Задача, которая стояла перед фондом (и надо сказать, что фонд пока успешно с ней справляется), — максимально быстро раскрутиться, максимально быстро объявить конкурсы. Третьего ноября прошлого года был подписан закон. А первый конкурс объявлен уже в феврале.

Дальше надо было сформировать оставшуюся, бо́льшую часть экспертного совета. Было четко определено, что экспертный совет должен состоять из ученых, которые имеют докторскую степень и, главное, могут подтвердить свою состоятельность, свой авторитет публикациями, у них должна быть серьезная публикационная активность, их публикации должны входить в индексы цитирования Web of Science, Scopus, наш отечественный РИНЦ. Поэтому формирование проходило следующим образом. На первом этапе эти три базы прошерстили и выбрали кандидатов, имеющих наилучшие показатели, примерно по десять человек в каждой из девяти областей знаний, по которым фонд собирается поддерживать проекты.

Эта выборка была первым этапом. Дальше она поступила в экспертный совет, точнее, в экспертный совет первого созыва, члены которого имели возможность дополнить ее на основе своих знаний и опыта, но с обязательным соблюдением условия высоких показателей публикационной активности кандидатов.

На следующем этапе всем, попавшим в этот список, было разослано от имени фонда предложение войти в состав экспертного совета, а если они по тем или иным причинам не могли или не хотели принять это предложение, им предоставлялась возможность назвать две-три кандидатуры.

После этого экспертный совет первого созыва все это посмотрел, при прочих равных условиях учел представительство различных организаций и регионов, широту охвата кандидатами направлений исследований и составил определенный рейтинг кандидатов. Этот рейтинг был вынесен на попечительский совет, который в конце концов сделал выбор и утвердил вторую очередь экспертного совета, где представлены ученые каждой области знаний. Теперь у нас в экспертном совете образовано девять секций в соответствии с числом областей знаний, в каждой из них по семь членов совета, за исключением области сельскохозяйственных наук, где пять человек.

Заметьте, что при формировании экспертного совета был четкий алгоритм и никакого произвола. Во главу угла была поставлена квалификация кандидатов. От этого мы не отошли ни на одном этапе формирования совета. Единственный представитель аппарата фонда в совете — его ответственный секретарь Андрей Николаевич Блинов. Все остальные, повторю, — известные, признанные ученые, каждый в своей области. И сейчас, хотя я, скажем так, с сомнением отношусь к этому, принято решение обнародовать состав экспертного совета.

— А почему вы с сомнением к этому относитесь?

— Потому что с тех пор, как в январе стала известна моя фамилия как председателя экспертного совета, моя популярность выросла в разы.

Я напомню одну историю. Вы, наверное, знаете, я одно время был госслужащим в Роснауке. И тогда тоже были дебаты вокруг экспертизы. В том числе было много вопросов: а как готовится тематика конкурсов, а кто ее делает? Мы отвечали: делают рабочие группы. В рабочих группах авторитетные ученые, там нет бюрократов. Тогда стали требовать, чтобы списки этих рабочих групп были опубликованы. Когда об этом узнали члены рабочих групп, они чуть ли не взбунтовались. Вы что, говорят, хотите? Чтобы нас замучили? Мы работать не сможем.

— Но все равно рано или поздно список станет известен.

— Да, и первые 17 уже известны, хотя список и не был обнародован. Но я думаю, что, когда ученый люд, научное сообщество увидит полный состав совета, все согласятся, что туда действительно попали серьезные ученые. И по этому поводу претензий быть не должно*.

— Вы не успели приступить к работе, а уже вал заявок. В следующем году, когда средств станет больше, заявок тоже будет больше. У экспертного совета, я так понимаю, должно быть еще какое-то экспертное окружение. Как вообще предполагается организовать экспертизу заявок?

— Во-первых, есть некий входной контроль по формальным признакам: у вас заявка не будет принята, пока вы не заполните все нужные позиции. И кроме того, сейчас при огромном количестве заявок около тысячи не попали в конкурс, в том числе потому, что не поступили бумажные подтверждения.

— А нужно ли дублировать? Многие из наших ученых, работавших в иностранных вузах или научных учреждениях, а сейчас вернувшихся, говорят: а зачем нас заставляют еще и на бумаге все дублировать? Иностранцы вообще в недоумении.

— Я думаю, со временем мы, наверное, откажемся от бумажных копий. Но здесь многие вещи чисто формальные. У нас так и не заработал закон об электронной подписи. А в заявке обязательна подпись руководителя организации с печатью — как подтверждение, что он тоже берет на себя определенные обязательства. Проверяющие органы до сих пор предпочитают иметь дело с бумагами. Поэтому полностью отказаться от бумажных версий пока не удается.

Но продолжу про конкурс. Дальше подключается экспертный совет. В нем есть должности координаторов секции, они назначены попечительским советом из числа членов экспертного совета. Координатор через информационно-аналитическую систему подбирает экспертов, которые должны по утвержденной форме подготовить экспертное заключение по каждой заявке. В первом конкурсе фонда на поддержку проектов отдельных научных групп по каждой заявке независимо работают три эксперта. Это первый уровень экспертизы. Дальше, после того как все экспертные заключения получены, они проходят еще один уровень — заседание секции. Члены секции определяют рейтинг каждой заявки и готовят свои рекомендации относительно победителей конкурса. Мнение секций выносится на общее заседание экспертного совета, принимается решение, которое передается правлению фонда для окончательного утверждения.

— А вот эти трое, которые пишут экспертные заключения, они как подбираются?

— Здесь была проблема. Потому что нужна база специалистов, как вы понимаете, по очень широкой номенклатуре специальностей. При этом времени на формирование такой базы просто нет. Поэтому фонд пошел, мне кажется, самым разумным путем. Есть база Российского фонда фундаментальных исследований. Есть база Российского гуманитарного научного фонда. Вот к этим двум фондам РНФ обратился как к старшим товарищам: помогите. И их базы экспертов были переданы нам. Дальше Российский научный фонд обратился к каждому эксперту с вопросом: не хотите ли стать экспертом Российского научного фонда? Практически сто процентов тех и других согласились. И именно эти эксперты будут у нас трудиться.

К слову, у нас давно бытует такое мнение, что в РФФИ лучшая экспертиза. Мне кажется, здесь есть определенная переоценка. Поймите меня правильно, я ничего против РФФИ не имею, не раз получал гранты оттуда. Замечательный фонд, уже двадцать лет отметил, и слава богу, что он существует. Но мне всегда немножко не по себе, когда начинают превозносить достоинства экспертизы РФФИ, она вполне сопоставима с другими. Я уже как-то приводил один пример. Была такая федеральная программа «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России». Еще в прошлой ее редакции были конкурсы, на которые привлекались одновременно эксперты из РФФИ, РГНФ и те эксперты, услугами которых обычно пользуется Минобрнауки, — из Российского исследовательского научно-консультационного центра экспертизы (РИНКЦЭ). Таким образом, появилась редкая возможность сравнить результаты экспертизы РФФИ и РИНКЦЭ.

Выяснилось, что между ними существует корреляция, не могу сказать, что стопроцентная, но вполне разумная. Это первое. А второе — ни для кого не секрет, что в базах РФФИ и РИНКЦЭ по большей части фигурируют одни и те же эксперты. Просто в РИНКЦЭ никогда не было достаточно математиков, потому что в основном рассматривались прикладные, технические задачи. Гуманитариев там тоже особенно не было. А все остальные — одни и те же люди. И это неудивительно, потому что других людей у нас в стране не найдешь, она у нас хоть и большая, но, когда заходит речь о специалистах в тех или иных вопросах, они все известны наперечет.

Уверен, что никаких лавров по итогам конкурсов экспертный совет не получит, — обиженных будет в десять раз больше, чем довольных. Но на традиционный вопрос обиженных заявителей «Откуда вы взяли таких экспертов?» у нас будет предельно ясный и четкий ответ: из лучшей экспертной базы страны.

— И тем не менее какое-то обновление этого экспертного сообщества предполагается? Ведь приходят новые люди…

— Да, обязательно. Хотим это делать. Но вы понимаете, к чему бы это привело, если бы мы занялись этим сейчас? Мы бы катастрофически затянули объявление конкурсов. Принятое решение позволило максимально быстро объявить конкурсы РНФ и, кроме того, использовать богатый опыт РФФИ и РГНФ.

— А экспертные заключения будут обнародованы?

— По каждой заявке будут обнародованы экспертные заключения: достоинства, недостатки. Руководитель заявки, которой отказали, имеет право, это прописано в документах, обратиться со своими неудовольствиями в фонд.

Дискуссий не будет, фонд не будет вступать в переписку, но он оставляет за собой право посмотреть, кто давал заключение. И, если необходимо, просить квалифицированных людей разобраться. Если мы придем к выводу, что эксперты действительно были не совсем на высоте, соответствующие оргвыводы будут делаться. И конечно, у нас появляются молодые талантливые люди, будем их подтягивать к экспертизе. Кроме того, планируется привлекать зарубежных экспертов. Но это будет на более крупных конкурсах.

— То есть?

— Сейчас по результатам конкурса на получение грантов отдельными научными группами победители получат до пяти миллионов в год. При численности группы где-то три-четыре человека это позволяет совершенно самостоятельно выполнить проект и ни от кого не зависеть. А по результатам конкурса на получение грантов коллективами существующих научных лабораторий и кафедр победители могут получить по 20 миллионов в год на три года, то есть 60 миллионов. В этом году пройдет конкурс на получение грантов научными организациями и вузами, там цифры еще более впечатляющие — до 150 миллионов. Предполагается еще конкурс международных проектов, требования по которому уточняются, и конкурс по поддержке проектов создания новых лабораторий, как правило, совместных: вуз — научно-исследовательская организация. Вот пять видов конкурсов, которые Российский научный фонд анонсировал на этот год и которые в этом году будут проведены.

— Была программа «1000 лабораторий»**, она как-то пересекается с вашими конкурсами или вообще сейчас закрывается?

— Вы, наверное, имеете в виду мероприятие в программе «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России», которая должна была быть запущена с этого года. О судьбе этой программы лучше справиться в Минобрнауки. Те конкурсы, которые собирается проводить в этом году РНФ, известны, они представлены на сайте фонда. Среди них есть и такие, которые направлены на поддержку существующих научных подразделений, а также на создание новых лабораторий.

— Вы, наверное, слышали о проекте «Корпус экспертов», который осуществляет группа ученых на общественных началах. Вы как-то предполагаете использовать эту инициативу при формировании своих списков экспертов?

— Я уже подчеркивал, что поначалу мы были в ужасном цейтноте. Ситуация осложнялась и тем, что 2014 год начался для российской науки фактически без бюджетных денег. Две основные «программы-кормилицы» научного сообщества — «Исследования и разработки» и «Кадры» — закончились, никаких переходных проектов не было. А РНФ сумел объявить уже в феврале первый конкурс, чтобы запустить финансирование разработок. И дальше мы будем, конечно, использовать все интересные наработки, касающиеся экспертизы, все, что по этому поводу есть. Но с чего-то надо было начать. Вот мы и начали с того, что взяли хотя и готовую, но, без сомнения, очень авторитетную базу экспертов.

— У вас нелегкая миссия. Научная общественность будет весьма ревниво следить за итогами конкурса…

— Надеюсь, что нам удастся заслужить ее хорошую оценку, несмотря на то что заявки большинства участников не будут поддержаны.

Миру — мир, России — Крым, любимый фильм — «Чапаев»

Президент Владимир Путин в ходе прямой линии с россиянами зафиксировал основные тезисы международной политики России, притушил перегибы внутренней дискуссии по Украине, не забыл про социалку, а вопросы экономического роста обошел вниманием

section class="box-today"

Сюжеты

Прямая линия Путина:

Миру — мир, России — Крым, любимый фильм — «Чапаев»

Всем все доказал

/section section class="tags"

Теги

Прямая линия Путина

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

Принятие Крыма в РФ

Кризис на Украине

Россия vs США

Россия и Европа

/section

Прямую линию с президентом в этом году можно характеризовать как будничное мероприятие, особенно для зрителей, плотно погруженных в информационное пространство (а мало ли таких сегодня на фоне украинских событий?). Никаких неожиданных вопросов, минимум эмоциональных высказываний, никаких свойственных президенту шуток на грани политического фола и емких просторечных фраз, мгновенно уходящих в народ. Наконец, никаких новых рекордов — после достигнутых формальных «вершин» в прошлогодней прямой линии по количеству вопросов и общего времени конференции рано или поздно нужно было остановиться.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

С другой стороны, если вы привыкли сверять часы именно по таким диалогам президента с народом, лучшего способа понять ритм государственной политики не найти. Из 2,5 млн поступивших вопросов Владимир Путин ответил на 85, посвятив больше половины эфира подробному изложению своей позиции по Украине и геополитическим раскладам, а в оставшееся время дал понять, что никакие внешние угрозы не отвлекают власть от решения насущных социальных проблем россиян.

Владимир Путин был спокоен, уверен в себе и проводимой государственной линии, в целом соответствовал образу лидера, который консолидировал нацию и пользуется огромной популярностью в народе. Вместе с тем президент последовательно исполнял роль психотерапевта, стараясь умиротворить и примирить самые разнообразные силы внутри и вовне: патриотов и либералов, оппозиционеров и государственников, сторонников федеральной и унитарной Украины, дружественно просигналил и европейцам, и американцам, потрафил и китайцам, и саудитам. В общем, ошиблись те, кто полагал, что президент четко детерминирует нынешнюю российскую ситуацию с точки зрения противостояния внутренних и внешних сил.

Об Украине

Взвешенные и дипломатичные формулировки Владимира Путина в отношении ситуации на Украине для многих оказались сюрпризом, особенно на фоне первых жертв на Юго-Востоке этой страны. Собственно, единственным эмоциональным выпадом всей конференции и стала реакция на действия Киева: «Совсем с ума сошли?! Танки, бронетранспортеры, пушки тянут! Против кого пушки-то тянут? Совсем обалдели, что ли?! Системы залпового огня, самолеты летают боевые, “Сушки” летают! Совсем сбрендили, что ли?!» Президент подчеркнул, что у него остается «право использовать вооруженные силы на Украине», но он надеется, что воспользоваться им все же не придется. А вот обвинение в присутствии российских военных на Украине — «чушь полная».

В остальном — спокойная уверенная позиция «на экспорт», которая, надо думать, эхом отзывалась в устах министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова на четырехсторонних переговорах в Женеве, проходивших одновременно с президентской прямой линией. Путин наверняка держал в уме возможность столь знаковым мероприятием пробиться сквозь «бетонную стену цензуры» (по выражению пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова ) к уху западного зрителя, и агрессивная риторика была не к месту.

Владимир Путин подчеркнул, что Россия оказалась вынужденно втянута в украинский конфликт и никогда «не планировала аннексий и военных действий в Крыму», «все делалось с колес»: «Когда возникла ситуация с угрозами и притеснениями, когда народ Крыма начал говорить, что он стремится к самоопределению, тогда мы задумались, что нам делать. И именно тогда, а не пять, десять, двадцать лет назад было принято решение, чтобы поддержать крымчан». Президент до последнего ждал результатов референдума, и, когда получил убедительные результаты, «в этих условиях поступить иначе мы не могли». Владимир Путин признал, что «за спиной сил самообороны Крыма, конечно, встали наши военнослужащие, и действовали они очень корректно, но решительно и профессионально». Впрочем, активного участия российских военных в обеспечении безопасности на полуострове и раньше никто не отрицал, тем более что их количество соответствовало рамкам соглашения с Украиной по Черноморскому флоту.

Объяснил президент и геополитические опасения: «Были соображения такого порядка, что если мы ничего не сделаем, то они втащат в НАТО Украину, скажут: “Вас это не касается”, и натовские корабли окажутся в городе русской военно-морской славы — в Севастополе. Если туда зайдут войска НАТО — а они же там поставят ударные средства, — тогда для нас это имеет уже геополитическое значение: тогда Россия окажется практически выдавленной из Причерноморья. И это реальное выдавливание России из этого очень важного для нас региона мира, за который сколько косточек русских положено в течение всех предыдущих веков».

Что касается сегодняшних отношений с киевскими властями, Владимир Путин отметил: «В рамках межгосударственных отношений, уверен, мы найдем взаимопонимание», а если «россияне и украинцы любят и уважают друг друга», то они обязаны найти взаимопонимание. Вместе с тем Россия по-прежнему не считает киевских правителей легитимными, хотя и не отказывается от контактов с кем бы то ни было. Под вопросом и признание грядущих президентских выборов, поскольку избирательная гонка проходит «в абсолютно неприемлемых формах», а, «строго говоря, по Конституции Украины, если ее не поменять, новые президентские выборы при наличии юридически действующего президента Виктора Януковича проводить невозможно». Путин подчеркнул позицию, которая на сегодняшний день для России остается принципиальной: «Если на Украине хотят, чтобы выборы были легитимными, нужно изменить Конституцию, говорить о федерализме, децентрализации и т. д.».

Российский президент упомянул и ряд украинских политиков: представителей Востока «Царева и харьковского губернатора ( Михаила Добкина . — “Эксперт” ) — в целом мы представляем, что это за люди», электорального лидера Петра Порошенко — «он производит у нас конфеты и карамель» и традиционно тепло — Юлию Тимошенко : «У нас в свое время с ней были достаточно добрые деловые отношения». К слову, на Украине гадают, чем вызван такой пассаж в отношении «оранжевой принцессы». С одной стороны, доброе отношение российского «ворога» способно убить и без того невысокий рейтинг «политика с косой», с другой — Путин явно дал понять, что готов понять и простить (а значит, продолжить партнерскую работу) ряд радикальных высказываний Тимошенко: «Она хоть и призывает там “расстреливать русских из атомного оружия”, я думаю, что это сделано, скорее всего, в ходе какого-то эмоционального срыва».

О геополитике

В контексте украинских событий президент достаточно много времени уделил геополитике, одновременно посылая флюиды миролюбия и бесстрашия по поводу санкций. «Мы сами всех задушим, что вы так боитесь? — отреагировал Путин на “удушающий” жест главы международного агентства “Россия сегодня” Дмитрия Киселева , характеризующий агрессивную политику НАТО. — Страха у нас нет — ни у меня нет, ни у кого не должно быть». Сигнал и рядовым гражданам, и национальным элитам.

В посылах президента западным партнерам неявно, но прослеживалась определенная дефиниция. Стараются «поссорить Россию и Украину, разделить, растащить единый, по сути, народ» так, как это «с Югославией сделали», — характеристика в большей степени политики Вашингтона, отповедь тем силам, которые «побаиваются нашей мощи, как один из наших государей говорил, нашей огромности». Вопрос шестилетней Альбины о том, спасет ли Барак Обама Путина, если тот тонуть будет, вряд ли случайно попал на прямую линию. И хотя «личных отношений» у президентов не сложилось, хотелось бы надеяться на «порядочность и мужественность» американского лидера, отреагировал российский коллега.

«Мы все люди одной цивилизации. Да, у нас есть свои особенности, но глубинные ценности у нас одни» — это уже сигнал европейским партнерам, ведь «было бы прекрасно, чтобы Европа была от Лиссабона до Владивостока», иначе «если будем заниматься сепаратизмом, то мы все будем малозначимыми неинтересными игроками». И это несмотря на «другое звучание консервативных ценностей» в Европе, которое характеризуется «стремлением к повышению своего суверенитета», а также на то, что «блоковая система мира давно себя изжила».

Картина мира, по Путину, такова: если западные партнеры включают архаичный блоковый статус, активируют элемент противостояния, то «у этого единого полюса возникает иллюзия, что все можно решить только с помощью силы», в ином случае складывается силовой баланс и «появляется желание договариваться». «Доверие — ключевой вопрос на межличностном и межгосударственном уровне», — уверен российский президент, но пока что страны НАТО обманывают Россию, вопреки обещаниям расширяясь на восток, а генсек альянса и вовсе приходит на встречу с Путиным с диктофоном, а после выкладывает разговор в прессу.

Россия пока не собирается строить антизападные альянсы, подчеркнул президент, предпочитая реализовывать интересы внешней политики в двусторонних межгосударственных отношениях. Например, с Китаем, с которым мы «естественные соседи, а в этом смысле и в известной степени и естественные союзники»; кроме того, «у нас никогда не было таких доверительных отношений в военной сфере». Или с Саудовской Аравией: «Я с огромным уважением отношусь к хранителю двух мусульманских святынь королю Саудовской Аравии, он очень умный, взвешенный человек. И не думаю, что наши саудовские друзья пойдут на какие-то резкие изменения во вред себе и экономике России». Это пассаж из весьма подробного ответа на вопрос о санкциях в отношении российского нефтегазового сектора. По мнению Владимира Путина, реальных возможностей усилить давление на мировые цены на энергоносители у Запада нет. Иных же санкций, по всей видимости, России бояться пока не стоит. О них в прямой линии ни слова.

О внутренней политике

Жесткое отстаивание национальных интересов не должно приводить к «шельмованию людей», придерживающихся отличной от государственной трактовки событий в Крыму и на Украине, отметил президент. Обеспокоенность властей перегибами в дискуссиях по этому вопросу внутри российского общества обозначилась в составе персон, приглашенных на прямую линию. Константин Ремчуков , Ирина Прохорова , Ирина Хакамада , Андрей Норкин — условно оппозиционные, либеральные деятели — в режиме свободной дискуссии поделились с президентом опасениями в связи с «идеологическими гонениями», преследованием деятелей культуры по политическим мотивам, отказом людям, придерживающимся иных точек зрения, «в звании патриота».

Владимир Путин признался, что не чувствует «особого изменения ситуации, особого накала даже в связи с событиями в Крыму и Севастополе»: «Есть борьба мотивов, борьба точек зрения, но за это не хватают и не упекают в лагеря, как было в тридцать седьмом году. Люди, которые высказывают свою точку зрения, они, слава богу, живы, здоровы, занимаются своей профессиональной деятельностью». При этом «то, что они встречают отпор, то, что они встречают другую позицию и неприятие их собственной позиции, — вы знаете, у нас часть интеллигенции не привыкла просто к этому. Некоторые люди считают, что то, что они говорят, — это истина в последней инстанции и по-другому быть не может, и, когда они что-то видят в ответ и слышат в ответ, это вызывает такую бурную эмоциональную реакцию», — констатировал президент. Более того, «некоторые желают поражения своей стране», в чем Путин рассмотрел некую историческую преемственность: «Большевики, как известно, в ходе Первой мировой войны тоже призывали к поражению своего правительства, своей страны — ну довели до революции».

Однако в итоге президент согласился, что «мы ни в коем случае не должны скатиться в какие-то крайние формы борьбы, ни в коем случае не должны шельмовать людей за их позицию. И я постараюсь сделать все, чтобы этого не было».

Прокомментировал Путин и ситуацию с коллективным письмом деятелей культуры в поддержку воссоединения Крыма. Подобные инициативы, конечно, имеют право на жизнь, однако должны идти «по наитию, по зову сердца и души»: «Это ни в коем случае не должно кем-то организовываться, вот этого я не могу поддержать. Это, мне кажется, ни к чему», — подчеркнул президент.

Интересен нюанс, связанный с выступлением Ирины Хакамады. Прямая трансляция в эфире американского информационного агентства Associated Press прервалась в тот момент, когда оппозиционер интересовалась возможным компромиссом между двумя государствами, с учетом того что США выделяют Украине 1 млрд долларов на проведение президентских выборов. Стала причиной сбоя техническая проблема или внутренняя цензура, неясно. Но последний вариант весьма вероятен, особенно на фоне отстранения от работы на радио «Свобода» журналиста Андрея Бабицкого за пост в поддержку позиции России по Крыму. Отметим, что это СМИ вещает на деньги американских налогоплательщиков, а сам Бабицкий является последовательным критиком Владимира Путина.

О стране

Социальная и экономическая повестка оказалась капитально вытеснена украинским кризисом на периферию прямой линии. Создалось впечатление, что президент особенно и не готовился к внутрироссийской тематике — не поражал привычным потоком цифр и показателей, приводимых по памяти, не объявлял о новых направлениях работы, не открывал неизведанные сферы и точки приложения государственной политики. Более того, за всю прямую линию в эфир не поступило ни одного вопроса об экономических проблемах страны, которые очевидно беспокоят сограждан не меньше, чем внешнеполитическая нестабильность. Думается, это не случайно — у президента пока еще нет на руках готового плана по выходу из кризиса, дефицит экспертных предложений очевиден, хотя дискуссии и продолжаются. А потому настораживать россиян неуверенной экономической риторикой было бы неверно.

В итоге в центре внимания президента оказалась социальная сфера. Индивидуальные проблемы жителей страны — квартиры, дороги, условия жизни — по традиции решались, кажется, еще до реакции главы государства на сами просьбы. В остальном — ежегодный управленческий триллер: как чиновники на местах непрофессионально исполняют государственные заветы. Завышенные тарифы ЖКХ, исчезающие сельские ФАПы — фельдшерско-акушерские пункты, сокращение зарплат из-за крымских затрат, восстановление Дальнего Востока после наводнений, государственные и частные инвестиции в Крым — вот, пожалуй, и весь круг социальных вопросов прямой линии.

Непременный сигнал коррупционерам: «Если вы публично, как в Китае, расстреляете 350 крупных воров, то народ будет с вами?» — «У нас никогда за воровство не расстреливали. Но надо говорить не о тяжести наказания, а о его неотвратимости. Вот к этому мы и будем стремиться. Но я специально прочитал этот вопрос, чтобы чиновники разного уровня видели настроение народа».

Довольно неуклюжей оказалась реакция на вопрос про новую первую леди: «Мне сначала бывшую супругу замуж надо выдать, а потом я уж о себе подумаю». Позиция, в общем-то, благородная, но для публичного пространства грубоватая.

Любимый фильм — «Чапаев», шесть часов на сон, жить хотел бы в Санкт-Петербурге, никакого пожизненного президентства и железного занавеса.

Завершил прямую линию Владимир Путин философским эссе о русском народе.

О русских

Заключительное выступление президента об особенностях русского человека большинство комментаторов посчитало незначительным, чересчур артистичным и даже несколько затянутым. Хотя, если присмотреться, Владимир Путин последовательно активизирует общественную дискуссию о национальной политике во многих официальных выступлениях — и на валдайском форуме, и на большой пресс-конференции с журналистским сообществом, и в послании Федеральному собранию, закладывая фундамент широкого обсуждения этого острого вопроса.

«Русский человек, или, сказать пошире, человек русского мира» — важная оговорка, семантический вакуум — что есть русский? Национальность как ядро российской общности или же сама общность, скрепленная единой территорией, историей или культурой? Вопрос открытый. Притом что генетический код всего «русского мира» — «мощный, гибкий, устойчивый», так как создан на основе тысячелетнего обмена генами внутри страны, которая «как пылесос, втягивала в себя представителей различных этносов, наций, национальностей».

В ответе на основной вопрос об особенностях русского народа Владимир Путин дает, по сути, ценностную дефиницию различия между западным и русским мирами: «Человек русского мира прежде всего думает о том, что есть какое-то высшее моральное предназначение самого человека, какое-то высшее моральное начало. И поэтому русский человек, человек русского мира, он обращен больше не в себя, любимого. Хотя, конечно, в бытовой жизни мы все думаем о том, как жить богаче, лучше, быть здоровее, помочь семье, но все-таки не здесь главные ценности, он развернут вовне. Вот западные ценности заключаются как раз в том, что человек в себе сам, внутри, и мерило успеха — это личный успех, и общество это признает. Чем успешнее сам человек, тем он лучше».

«Мне кажется, ведь только у нашего народа могла родиться известная поговорка “На миру и смерть красна”, — продолжает Владимир Путин. — Как это так? Смерть — это что такое? Это ужас. Нет, оказывается, на миру и смерть красна. Что такое “на миру”? Это значит, смерть за други своя, за свой народ; говоря современным языком, за Отечество. Вот в этом и есть глубокие корни нашего патриотизма. Вот отсюда и массовый героизм во время военных конфликтов и войн и даже самопожертвование в мирное время. Отсюда чувство локтя, наши семейные ценности. Конечно, мы менее прагматичны, менее расчетливы, чем представители других народов, но зато мы пошире душой. Может быть, в этом отражается и величие нашей страны, ее необозримые размеры. Мы пощедрее душой».

Миссия: репортаж

17 апреля состоялось награждение лауреатов национальной премии «Искра» в области прессы. Входящий в медиахолдинг «Эксперт» еженедельник «Русский репортер» неожиданно для себя победил в номинации «Фельетон». При этом журнал остается ведущим российским печатным изданием, специализирующимся на репортажах

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное производство:

Пельмени на Москву

Оригами сложилось

Из лучших побуждений

/section section class="tags"

Теги

СМИ

Искра

Эффективное производство

Культура

/section

«Русский репортер» возник как проект, призванный удовлетворить спрос на новую социальную реальность. Общественная ситуация, а вместе с ней и ценности российского среднего класса стали меняться уже в начале 2000-х. Собственная страна, до сих пор воспринимавшаяся как неудавшийся проект, вдруг стала вызывать у наиболее активной и влиятельной части общества повышенный интерес. На смену долгие годы переживаемому «комплексу неполноценности» пришло острое желание отрефлексировать то, что происходит здесь и сейчас. Кто-то должен был это сделать.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Именно в этот момент журналистика начала переживать метаморфозы, вызванные глобальными технологическими изменениями.

Во-первых, аудитория прямо на глазах разучивалась концентрироваться на больших объемах информации. Предельный временной отрезок, в течение которого пользователи электронных медиа могли удерживать свое внимание на том или ином спикере, перестал превышать 20 секунд. Чтение печатных материалов сокращалась до заголовков. Больше никаких вступительных слов, никаких экспозиций — всегда с места в карьер, и чем короче текст, тем лучше.

Во-вторых, пишущих авторов стало больше, чем в любой из периодов истории печатного слова. Вначале были блоги. Затем появились социальные сети, где каждый получил право на вербальную версию реальности.

Идея «Русского репортера» возникла в 2006 году, когда стало понятно, что в стране есть спрос на массовый журнал нового типа. До конца года собиралась команда, накапливался материал, прорабатывалась концепция. Первый номер вышел 17 мая 2007 года. Произошло это не в Москве и не в Санкт-Петербурге, а в Новосибирске, Ростове-на-Дону, Самаре и Екатеринбурге. По словам главного редактора «Русского репортера» Виталия Лейбина , в Екатеринбурге журнал сразу поняли и полюбили — у издания там по-прежнему самая лояльная аудитория, а в Новосибирске его долгое время принимали за сибирский журнал, издающийся в Москве.

Виталий Лейбин возглавляет «Русский репортер» с 2006 года — с момента основания

Фото Олега Сердечникова

Какое-то время ушло на отработку формата, а уже осенью того же года РР стал таким, каким мы его знаем сейчас. У него не было и до сих пор нет никаких шаблонов — в этом принципиальное отличие от западных аналогов. «Журнал, ориентированный на реальность» искал не шаблоны, а язык, на котором можно говорить с читателем. При этом авторам пришлось также приложить усилия и научиться рассказывать человеческие драмы, не сгущая краски и не впадая в истерику. Виталий Лейбин объясняет это так: «Если в истории нет надежды, это плохая журналистская работа. Значит, ты производишь не информацию, а депрессию». И эта концепция сработала. Журнал за очень короткий срок получил аудиторию, которая позволяла продавать рекламу.

«Русский репортер» стал едва ли не единственным журналом, который позволял и позволяет себе публиковать большие фотографии и большие тексты. Он начал писать о тех, кто не пытался заявить о себе даже в интернете и в результате катастрофически выпадал из картины мира тех, кто привык воссоздавать ее в соответствии с медийной реальностью. Российские регионы, которые до сих пор могли привлечь внимание федеральных медиа только чрезвычайными происшествиями, оказались местами, где живут люди, не чувствующие себя обделенными из-за того, что им не выпало жить в столице. «Русскому репортеру» пришлось исправлять ситуацию, когда отечественная наука стала исчезать из информационного поля, а ее место заняли «британские ученые» — только потому, что информационные агентства, наполняя свои научные разделы, шли по пути наименьшего сопротивления и цитировали коллег из Reuters.

Именно в РР впервые, и это было частью его концепции, фотография перестала быть просто иллюстрацией и превратилась в самостоятельную историю. Фактически журнал сформировал рынок российской репортажной фотографии. Уже на второй год существования он принял участие в международном фестивале фотожурналистики во французском Перпиньяне. Там в отдельном павильоне РР представил выставку американского фотографа, лауреата пяти премий World Press Photo Стэнли Грина об афганском наркотрафике. И это еще один вклад журнала в новейшую историю русских медиа. Он начал регулярно публиковать на своих страницах работы ведущих мировых фотографов. До «Русского репортера» ни один из отечественных журналов на это не решался. С тех пор фотослужба и фотографы РР котируются на всех международных конкурсах и выставках фотоиндустрии.

Александр Ивантер получает приз за статью «Мы ничего не производим», написанную для журнала «Эксперт» совместно с Татьяной Гуровой, — номинация «Аналитическая статья»

Фото Олега Сердечникова

«Русский репортер» задумывался как журнал мирового уровня. Реализовать этот статус в полной мере ему удалось в 2010 году, когда еженедельник стал единственным в России партнером «портала утечек» WikiLeaks по публикации уникального собрания дипломатических депеш и документов и таким образом встал в один ряд с Guardian и New York Times. Это была журналистская удача, которой помог журналист Йоханнес Вальстрем (через него удалось выйти на основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа ), и в то же время своевременно проявленная решительность. Виталий Лейбин так комментирует возникшую в тот момент ситуацию выбора: «Это позволило нам занять жесткую позицию: мы не стоим на линии фронта, мы выступаем на стороне общественных интересов. Если ты делаешь репортаж, то ты в любом случае следуешь реальности, даже если у тебя есть позиция, а она у нас есть».

В конце концов «Русский репортер» оказался, может быть, не во всем, но очень во многом прав. Безусловно, они пошли против течения. Им удалось сделать то, что, казалось, уже никогда не будет возможным. Но самое важное, что РР превратился в едва ли не основной печатный бастион, где журналисты отстаивают право журналов быть местом, где рассказываются истории. Истории, через которые транслируется смысловая часть реальности. Одной из своих миссий «Русский репортер» видит противостояние информационному шуму, который неизбежно возникает в ситуации, когда происходящее в мире может интерпретироваться до бесконечности. Авторы журнала оказываются в тех местах, где решается история, как это произошло с Игорем Найденовым , который оказался в том самом месте в тот самый переломный момент киевских событий, видел их своими глазами и свидетельствовал о них на страницах журнала. Прошедшая огонь и воду специальный корреспондент РР Марина Ахмедова стала писателем с международным статусом. Саша Денисова , много лет писавшая на страницах «Русского репортера» о буме документального театра, сейчас сама пишет пьесы и ставит модные спектакли.

Редактор отдела науки журнала «Русский репортер» Григорий Тарасевич победил в номинации «Фельетон»

Фото Олега Сердечникова

По словам Виталия Лейбина, в журнале назревает перезагрузка дизайна и рубрик, но ключевым жанром останется репортаж. «Русский репортер» рассчитывает расширить свою аудиторию: несмотря на российский успех, она еще не достигла предельных значений, особенно по сравнению с аналогичными проектами в Великобритании, Германии и США. Но для этого предстоит решить задачу, которая, по мнению главного редактора журнала, заключается в том, чтобы средний класс обрел свой голос: «Это означает, что страна должна заново научиться читать периодическую прессу. Это амбициозная цель, которой должны достичь мы и коллеги, работающие на этом же рынке».

Hi-End

section class="box-today"

Сюжеты

Культовая вещь:

Чайник на все времена

Базельская феерия

/section section class="tags"

Теги

Культовая вещь

Гаджет

Часы

Русский бизнес

/section

Catene («цепи»), новые часы Bvlgari, — идеальный образец итальянского гламурного стиля. Именно так в Риме, Флоренции и Милане и ходят местные синьоры, часто добавляя к такого рода часам увесистый браслет со старинными золотыми монетами. На самом деле это вовсе не так экстравагантно, как может показаться на первый взгляд. Более того, если носить такие часы с минималистскими вещами, то вещи эти лишаются свойственной им иногда унылости, а весь образ становится живым и завершенным. Корпус часов и их браслет-цепь выполены из розового золота с 60 бриллиантами примерно на два с половиной карата. Еще 12 бриллиантов — это часовые метки, а на заводной коронке находится розовый рубеллит. Внутри кварцевый механизм, чтобы содержание никак не обременяло хозяйку и все ее внимание было сосредоточено только на форме.

Нынешний сезон уже пятый для Levi’s Commuter. Данная технологичная линия разработана для велосипедистов, но на самом деле это очень удобная одежда для города, которая классно выглядит и обладает целым рядом особых свойств, чрезвычайно полезных в мегаполисах вроде Москвы. В Levi’s Commuter использованы специальные дышащие и теплоизолирующие ткани, то есть такие, которые не промокают и не пропускают ветер, но при этом не создают парникового эффекта. На вас могут вылить коктейль в баре, или обдать водой с грязью из-под колес лихо проехавшей по луже машины, или, в конце концов, вы можете банально попасть под дождь, — но ваши штаны, свитшот и куртка не промокнут. При этом выглядят эти вещи вполне модно. В Москве, где уровень осадков, грязи и пыли заметно выше, чем в Европе, подобная экипировка просто находка. Кроме того, все вещи скроены особым, очень функциональным, образом — со специальными вытачками, шаговыми вставками и двойными карманами. В Москве коллекцию можно найти в магазине Fott.

Масло для волос — вещь незаменимая, причем не только для женщин. Такое масло, легкое и нелипкое, помогает убрать сухие концы, которые топорщатся и придают голове не очень опрятный вид. Оно помогает любым волосам выглядеть блестящими и здоровыми. Aveda недавно сделала именно такое масло — Dry Remedy. Оно не оставляет масляной пленки (потому и называется сухим), радикально увлажняет волосы и более чем на 90% состоит из органических компонентов, самый интересный и редкий из которых — масло бурити, которое получают из плодов бразильской пальмы морике. При этом в Dry Remedy нет силикона, который быстро склеивает волосяные чешуйки, делает волосы гладкими, но при этом лишает их влаги и высушивает. Этот в высшей степени прогрессивный продукт — часть системы Aveda Dry Remedy (шампунь, кондиционер и маска), которую можно купить в салоне «Aveda Профиль Professional» и там же провести экспресс-процедуру, оживляющую высушенные за зиму морозами и центральным отоплением волосы.

Компания Mateo выпустила коллекцию цветных бокалов Sera-Irida. Это хрусталь, сделанный вручную, по традиционным технологиям стеклодувов. Цветной хрусталь — вещь очень редкая и непростая, за его изготовление сегодня мало кто берется. Для окрашивания хрусталя используют оксиды металлов, а весь процесс производства довольно сложный и трудоемкий. Шесть ярких оттенков (сердолик, дымчатый, травяной, желтый топаз, лазурит и лайм), сложная алмазная огранка — и в результате получаются прекрасные и веселые интерьерные вещи. Помимо бокалов для красного и белого вина в коллекции есть и бокалы для воды.

На недавнем Миланском мебельном салоне дизайнеры Maserati и дизайнеры мебельной марки Zanotta Роберто и Людовика Паломба показали капсульную коллекцию мебели, которая получилась красивой и вполне функциональной. Это пуф, стул и стол, которые дополнят уже существующее кресло, также придуманное Maserati и Zanotta. Хромированная сталь, никель, полиуретан, черный глянец, кожа серых и коричневых оттенков — эстетика автомобилей Maserati тут вполне угадывается. Ну и, конечно, специальные технологии обработки всех этих материалов, которые используются при изготовлении знаменитых машин.

Теряем темп

Уже в 2014 году факторы столкнутся с серьезным вызовом: замедление экономического роста и напряженность в банковском секторе негативно скажутся на качестве активов и доступности фондирования. Пока же ухудшение рыночной конъюнктуры привело лишь к замедлению темпов прироста рынка факторинга до 30%

section class="box-today"

Сюжеты

Факторинг:

Ставка на госзаказ

Неизбежный фактор

/section section class="tags"

Теги

Факторинг

Финансовые инструменты

Финансовая система России

Долгосрочные прогнозы

Банковская система

Банки

Русский бизнес

/section

Рост макроэкономической напряженности не позволил рынку факторинга достигнуть 2 трлн рублей по итогам 2013 года. При этом замедление рынка сопровождалось ухудшением качества факторинговых активов: доля резервов в портфеле факторов увеличилась впервые с кризисного 2009 года, и вероятность дальнейшего ухудшения платежной дисциплины российских предприятий, по мнению участников рынка, достаточно высока. Помимо роста проблемных долгов ключевыми вызовами для факторингового бизнеса в 2014 году станут нестабильность курса рубля, снижение доступности банковского фондирования и общая нервозность среди потребителей факторинга.

Замедлились вдвое

Оборот рынка факторинга в 2013 году составил 1,89 трлн рублей. Темпы прироста относительно предыдущего года составили 30%, снизившись с 65%, показанных по итогам 2012-го (см. график 1). Участники рынка отмечают, что наиболее серьезно замедление ощущалось во втором полугодии. Это подтверждает и статистика: во второй половине 2013 года оборот рынка составил около 1,05 трлн рублей, что соответствует приросту на 25% по сравнению с данными за второе полугодие 2012-го. При этом прирост за первую половину года составил 38%. «Ощутимо повысили градус скептицизма негативные ожидания бизнеса, особенно во втором полугодии прошлого года. Во время встреч с клиентами я постоянно замечал, что информационная среда, наполненная прогнозами развития негативного сценария, отбивает у большинства компаний желание расти», — рассказывает Роман Огоньков , председатель правления банка НФК.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Отсутствие доступа к новым рынкам (например, к рынку госзаказов) приводят к тому, что факторы вынуждены переманивать к себе на обслуживание клиентов других компаний, предлагая более привлекательные ценовые условия. «Еще год назад все в один голос твердили, что ценовая конкуренция закончилась, а на первое место вышло качество обслуживания. Ничего подобного, эта конкуренция по-прежнему существует», — делится Виктор Носов , вице-президент, управляющий директор по факторингу Промсвязьбанка. На фоне ограниченности клиентской базы и высокой конкуренции в факторабельных сегментах участники рынка вынуждены искать дополнительные возможности для заработка. Так, долгое время факторинговые компании и банки предоставляли клиентам так называемый период ожидания, за который не взималась дополнительная комиссия. Этот период начинался сразу же после истечения отсрочки платежа и мог достигать 45 дней. «Сейчас большинство факторов либо существенно сократили этот период, либо вообще отказались от него, понимая, что такая льгота делает дебиторов, да и самого клиента, менее дисциплинированными, что в итоге сказывается на рисках», — комментирует Елена Гладких , генеральный директор Русской факторинговой компании.

Рост в обмен на качество

Впервые с 2009 года развитие рынка сопровождалось ростом уровня резервов на возможные потери в совокупном портфеле его участников (см. график 2), причем сами факторы отмечают высокую вероятность дальнейшего усиления этой тенденции как за счет снижения платежеспособности дебиторов, так и за счет потенциального увеличения доли мошенничества. «С точки зрения дальнейшего развития ситуации в экономике все больше факторов играет в пользу ухудшения платежной дисциплины», — прогнозирует Роман Огоньков. Согласен с ним Кирилл Покровский , советник главного исполнительного директора банка «Петрокоммерц»: «Основные опасения факторов могут быть связаны с так называемым непреднамеренным мошенничеством действующих клиентов, которых временные сложности могут толкнуть на подделку документов». Стоит отметить, что, по оценкам отдельных компаний, на мошеннические операции приходится до половины потерь факторов, поэтому активизация предпринимателей, пытающихся решить проблемы своего бизнеса обманным путем, потребует от факторов сохранения взвешенного подхода к оценке рисков, особенно при начале работы с новыми сегментами. «Мы попробовали сделать шаг в сторону, где факторы склонны к большему риску, но нам не понравились последствия таких экспериментов», — рассказывает Михаил Окунев , начальник банковского управления Металлинвестбанка.

Тем не менее, несмотря на неблагоприятную макроэкономическую обстановку, доходы опрошенных «Эксперт РА» факторов в 2013 году показали прирост более чем на 30% даже без учета лидера рынка — компании «ВТБ Факторинг».

Таблица 1:

Ренкинг российских факторов по объему уступленных им денежных требований по итогам 2013 года

Половина на троих

В 2012–2013 годах сложилась тенденция опережающего роста объемов сделок специализированных факторинговых компаний. Но если в 2012-м он происходил в основном благодаря эффекту низкой базы 2011 года, то в 2013-м активизировали свои усилия сразу несколько факторов-небанков из топ-15 («ГПБ-факторинг», «Росбанк факторинг», ПОЛИТЕКС). Стабильный доступ к банковскому фондированию позволяет им финансировать клиентов в том объеме, который требуется для постоянной подпитки бизнеса. Более того, эти специализированные факторы могут использовать в целях оценки кредитных рисков инфраструктуру дружественных банков и расширять масштабы деятельности за счет их клиентской базы (так, в 2013 году «ГПБ-факторинг» и ПОЛИТЕКС увеличили число обслуженных клиентов в два и три раза соответственно). «Прошедший год ознаменовался для нашей компании высокими темпами роста. Второй год подряд мы стали лидерами на рынке по этому показателю. Достигнуто это было благодаря расширению клиентской базы и росту бизнеса наших уже работающих клиентов в таких отраслях, как торговля электроникой, бытовой техникой, продуктами питания и издательская деятельность», — комментирует Владимир Емельянов , генеральный директор компании ПОЛИТЕКС.

Наибольшие темпы прироста объема уступленных денежных требований показали следующие факторы из топ-15: ПОЛИТЕКС (в 3,6 раза), «ГПБ-факторинг» / ГПБ (в 2,3 раза), Номос-банк (в 2,1 раза) и «Росбанк Факторинг» (в 1,8 раза). Последний при этом поднялся на четвертое место ренкинга, сместив на одну позицию вниз Сетелем Банк, показавший отрицательные темпы прироста по сравнению с результатами годовой давности (см. таблицу 1). В то же время, несмотря на агрессивное наращивание объемов бизнеса отдельных крупных игроков, тройка лидеров не только не изменилась, но и укрепила свои позиции: их доля по итогам 2013 года составила порядка 54%, прибавив около процентного пункта по сравнению с данными годичной давности.

Обращают на себя внимание результаты новичка рынка, ФК «Рост». Основанная только в середине 2013 года, компания уже занимает в ренкинге 22-ю строчку.

Из прежних драйверов рынка — безрегрессного и международного факторинга — растет темпами, заметно опережающими рынок, только второй: его доля в обороте увеличилась за год с 1,1 до 2,5% (см. график 3). Доля же безрегресса стабилизировалась на уровне 34%.

Таблица 2:

Ренкинг российских факторов по числу обслуженных компаний в 2013 году

Макроэкономика против

В 2014 году рынок факторинга столкнется с рядом серьезных вызовов. Во-первых, угроза роста плохих долгов приведет к более строгому отбору малых и средних предприятий, в адрес которых осуществляются поставки. Кроме того, существует вероятность перехода ряда поставщиков на работу по предоплате.

Ограничением станет и снижение доступности банковского фондирования для факторов как в результате повышения ключевой ставки Банка России, состоявшегося в марте 2014 года, так и по причине общего снижения маржинальности банковского бизнеса: по итогам 2013 года прибыль банков сократилась на 2% даже с учетом хороших результатов Сбербанка. При росте дефолтности это обстоятельство способно привести к увеличению стоимости факторинга для конечных потребителей. «Я думаю, что в 2014 году мы будем наблюдать увеличение комиссий по факторингу во всех сегментах», — делится своими соображениями Михаил Окунев.

Дополнительное давление на показатели рынка окажет нестабильность курса национальной валюты в конце 2013-го — начале 2014 года. Конечно, ослабление рубля в некоторой мере подстегнуло потребителей к покупке импортных товаров длительного пользования (например, электротехники и автомобилей) с целью не допустить обесценения своих сбережений. Однако уже в марте были скорректированы не только цены на дорогостоящую технику, но и стоимость отдельных товаров повседневного спроса, что чревато провалом рынка уже во втором квартале. В свою очередь, удорожание импортной продукции открывает возможности наращивания объемов сбыта отечественными производителями, что в некоторой мере отыграет падение спроса на товары их иностранных конкурентов и, как следствие, смягчит просадку этого сегмента.

Точкой поддержки рынка останется международный факторинг, но эта ниша открыта далеко не для всех факторов, к тому же растущая геополитическая напряженность может привести к сложностям в расширении объемов трансграничной деятельности на Запад. Поэтому в 2014 году доля финансирования международных сделок не превысит 4% рынка. Доля безрегресса в общем обороте рынка составит 34–36% при условии, что подход факторов к оценке малых и средних дебиторов не будет подвергаться существенной корректировке. В противном случае она снизится до 30–32%.

В отсутствие доступа факторов к рынку факторинга госзаказов, а также при сохранении динамики реального ВВП на уровне 1–2% темпы прироста в 2014 году составят 15–20%. Это позволит рынку достичь 2,2–2,3 трлн рублей. В случае снижения темпов прироста реального ВВП по итогам года до нуля или ниже, а также при замедлении потребительской активности прирост может оказаться и того меньше — порядка 5–10%. При таком сценарии объем рынка, по оценкам «Эксперт РА», составит 2,0–2,1 трлн рублей.

Консультанты в штатском

Очередной ежегодный рейтинг консалтинговых групп от агентства «Эксперт РА» показал стабилизацию роста рынка консультаций. Импульс этому сектору услуг могут придать активизация производственного и инженерного консалтинга, обусловленная модернизацией оборонной промышленности, а также новации в сфере госзакупок

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное управление:

Глубина долговых ям

Из лучших побуждений

Коммунальный рычаг для таганрогского мэра

/section section class="tags"

Теги

Эффективное управление

Эксперт РА

Статистика знает все

Аудит

Консалтинг

Русский бизнес

/section

Суммарная выручка 150 крупнейших консалтинговых групп, вошедших в ренкинг, подготовленный «Эксперт РА» по итогам 2013 года, достигла 137,4 млрд рублей — это на 15% больше показателя предыдущего ренкинга (14%). Рост наблюдался почти по всем направлениям консалтинга (см. график 1).

Не было бы счастья, да несчастье помогло

Демонстрируемый рынком консалтинга рост на первый взгляд кажется неожиданным, если учесть противоположную динамику общеэкономических процессов. По данным Росстата, инвестиции в нефинансовые активы за 2013 год снизились на 108,4 млрд рублей (с 9,77 трлн в 2012-м до 9,66 трлн рублей). «Инерционный сценарий развития экономики, наблюдаемый на фоне не самой лучшей конъюнктуры, просто не способен породить значимый спрос на консалтинг и на новые ИТ-инструменты и технологии», — считает Алексей Ананьин , президент консалтинговой группы «Борлас». Тем не менее лидеры рынка смогли воспользоваться и таким развитием событий. «Одним из существенных факторов, стимулировавших рынок в прошлом году, стало замедление роста экономики и предкризисные ожидания участников рынка. В такой ситуации бизнес нуждается в детальном финансовом планировании и объективной информации», — поясняет Дионис Васильев , вице-президент консалтинговой группы «НЭО Центр».

Таблица 1:

Список крупнейших консалтинговых групп России по итогам 2013 года

Потребность в планах развития или на случай кризиса обусловливает повышенный спрос на разработку стратегий и маркетинг . И хотя общий доход участников ренкинга в этих секторах не столь велик (около 5,3 млрд рублей за 2013 год), сегмент показал наиболее заметную динамику по сравнению с другими видами консалтинговых услуг. За прошлый год прирост выручки участников ренкинга здесь составил 41% (против 33% годом ранее). «Сегодня маркетинговый анализ не ограничивается стандартными методами и дает потребителю широкий инструментарий для удовлетворения его потребностей. Например, ранее популярные маркетинговые исследования потребительских предпочтений теперь актуальны в комплексе с формированием товарной, сбытовой, ценовой политики, разработкой PR-активностей. Мы отмечаем спрос на маркетинговые исследования рынков и продуктов, разработку бизнес-планов. Наметившийся тренд — интерес предприятий в непрерывном самостоятельном мониторинге окружения, контрагентов, потребителей, в связи с чем востребована разработка методик, адаптированных под определенного клиента и учитывающих специфику его деятельности, — говорит Армен Даниелян , директор по маркетингу и внешним связям АКГ «Деловой профиль» (GGI).

В целом планирование в целях повышения эффективности становится активным драйвером и для других консалтинговых практик, и, судя по всему, в ближайшее время эта тема у консультантов будет наиболее популярной.

Таблица 2:

Топ-20: стратегический консалтинг

ИT и т. д.

Традиционно наибольший объем выручки участников ренкинга приходится на ИТ-консультации — системную интеграцию и управленческий консалтинг . Сумма доходов в этих двух сегментах за 2013 год превысила 82 млрд рублей — это 67% общей выручки по ренкингу (см. график 2). В прошлом списке доля этих услуг составляла 60%. Прирост выручки по направлениям составил 24 и 7% соответственно против 15 и 5% годом ранее.

Росту доходов в сегменте ИТ-консалтинга способствовала интеграция в 2012 году «Энвижн Груп» с активами «Ситроникс» и последовавшее объединение их консалтинговых бизнесов, совокупную выручку от которых группа отразила только сейчас, по итогам 2013 года. Среди крупнейших проектов года, обусловивших масштаб консалтинговых доходов, — исследовательская работа для департамента информационных технологий Москвы, создание системы работы с клиентами в розничном блоке Сбербанка; системы мониторинга и управления затратами для группы ВТБ; консалтинг и интеграция всех бизнес-процессов блока добычи в единое информационное пространство для компании «Башнефть-Добыча». «В проекте для “Башнефти” была проделана большая работа по трансформации и распределению операционных и учетных функций, что в результате обеспечило группе прозрачный учет и сокращение операционных затрат. Мы также оптимизировали управление розничным кредитованием в одном из крупнейших банков: провели аудит механизмов принятия и рассмотрения заявок, разработали решение их оптимизации и автоматизации. Клиенты всегда имели потребность в консалтинговых услугах, а в связи с тенденциями мирового кризиса эти потребности стали острее. Ведь прежде, чем компания приступит к оптимизации бизнеса или повышению его эффективности, она должна определить, за счет чего это можно сделать, выявить уязвимости, просчитать риски», — рассказывает Вячеслав Смирнов , генеральный директор «Энвижн Груп».

Таблица 3:

Топ-20: финансовый консалтинг

Рост за счет клиентуры, стремящейся к оптимизации, ощутили практически все компании сегмента (см. таблицу 1). Причем некоторым удалось заметно перегнать рынок. «Прирост доходов от консалтинговых услуг был в основном обусловлен успехом направлений бизнес-аналитики и консалтинга, связанного с созданием центров обработки данных. Основной рост пришелся на госсектор, энергетику и телекоммуникации. Кроме того, в 2013 году наша группа выиграла ряд конкурсов по консалтингу, среди которых, например, крупные проекты, связанные с автоматизацией в Минздраве, ФСС и МОЭК», — поясняет Павел Егорихин , директор по маркетингу ГК «Компьюлинк».

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Среди факторов, поддерживающих спрос, лидеры рынка отмечают повышение интереса к обновлению ИТ-стратегий. «Сейчас для компаний инвестиции в ИТ — антикризисная мера. В условиях рецессии экономики бизнесу нужно реально оценивать слабые места, чтобы вовремя реагировать на изменение конъюнктуры. К автоматизации вернулись те, кто раньше активно наращивал объемы бизнеса для конкурентоспособности, но откладывал вопросы ИТ-стратегии», — говорит Вячеслав Солопов , директор департамента консалтинга компании ЛАНИТ.

Таблица 4:

Топ-20: налоговый консалтинг

Другим стимулом для ИТ-консалтинговых проектов можно назвать увеличение доходности бизнеса клиента, что повышает интерес к системам бизнес-аналитики. По словам Ольги Рубцовой , заместителя генерального директора компании «Техносерв Консалтинг», раньше, к примеру,  BI-системы служили для формирования отчетности, а сегодня чаще применяются при поиске возможностей и барьеров для бизнеса. «Вдобавок клиент хочет получить новые возможности от используемых платформ. Например, раньше CRM собирала информацию по клиентам в целом, а теперь позволяет увеличить прибыльность каждого из них, сделав нужное предложение в нужный момент. Поэтому в лидерах остаются ИТ-системы, поддерживающие критические области: в ритейле это логистика и складской учет, в финансах — работа с клиентом или с просроченной задолженностью, автоматизация кредитования и так далее», — констатирует Ольга Рубцова.

Интерес заказчика к бизнес-аналитике отмечает и Дмитрий Черных , председатель правления корпорации «Галактика», объясняя его потребностями клиента более оперативно, структурированно и адекватно понимать бизнес с целью последующей оптимизации. «Зачастую результат собственных коррекций бизнеса виден не сразу, иногда искаженно, в связи с чем трудно провести изменения и понять, насколько они верны. Поэтому системы оперативной и стратегической бизнес-аналитики очень важны, они позволяют правильно смотреть на собственный бизнес», — говорит он.

Таблица 5:

Топ-20: консалтинг в области управления персоналом

Интеграция и интеллектуализация ИТ востребована и на производстве. «Для одного из клиентов мы внедрили интегрированную модель нефтегазового месторождения. Эффект от нее — повышение эффективности процесса разработки месторождения, сокращение сроков выявления потерь и точек ограничения, повышение качества учета и так далее», — делится опытом Леонид Тихомиров , генеральный директор компании «Парма-Телеком» (ITPS Group).

«Компании постепенно приобретают опыт использования разных облачных конфигураций (частных, публичных или гибридных), перестраивают инфраструктуру и процессы для лучшего использования новых ресурсов и преимуществ. Растет интерес и к мобильным решениям — при правильном использовании они могут серьезно менять как ландшафт самого бизнеса, так и практику его взаимодействия с клиентами», — говорит Павел Егорихин.

Таблица 6:

Топ-15: консалтинг в области производства товаров и услуг

Все остается людям

Вопросы эффективности пока не сильно затрагивают сегмент услуг по управлению персоналом . По итогам 2013 года он продемонстрировал снижение суммарных доходов: по сопоставимым данным, прирост составил –2%, да и объем выручки по-прежнему наименьший (3,3 млрд рублей).

Впрочем, у этого направления консалтинга есть предпосылки для роста, связанные с общим (и у власти, и у бизнеса) стремлением к повышению производительности труда. «Растет число проектов по созданию профессиональных компетенций, их оценки и развитию, а также по оценке потенциала и ценностного профиля кандидатов для отбора и продвижения», — рассказывает Павел Безручко , генеральный директор «ЭКОПСИ Консалтинг». Наряду с этим усиливается внимание бизнеса к сложным проектам по совершенствованию системы управления эффективностью деятельности. «Цель таких проектов — усилить мотивацию на результат и, соответственно, доход сотрудника. Пример: для крупного проектного института мы разработали систему квалификационных грейдов (привязка базовой зарплаты к квалификации), внедрили систему оценки вклада сотрудника в финансовый результат проектов и премирование, привязанное к вкладу. Такая система делает предельно ясной ценность сотрудника для организации и обеспечивает связь его дохода с результатами», — рассказывает Павел Безручко.

Таблица 7:

Топ-15: консалтинг в области маркетинга и связей с общественностью

Отдельно стоит отметить повышение производительности с помощью ИТ-решений. По словам Михаила Панченко , генерального директора MOLGA Consulting, сегодня речь идет о специализированных решениях по управлению талантами (SAP Talent Management, Taleo), аналитических системах, позволяющих в считаные часы формировать отчетность, мобильных технологиях и облачных решениях (например, Success Factors).

«Решения SAP HCM по ведению персональных данных сотрудников исключают двойной ввод информации и содержат массу проверок на корректность вводимой информации, что значительно повышает результативность работы административного персонала. В системе также есть инструменты, которые отслеживают компетенции, требования к должностям, анализируют и сравнивают эти характеристики. Подобные решения позволяют оптимизировать распределение персонала, в том числе на производстве, и повысить производительность и качество труда», — говорит Андрей Сергеев , генеральный директор «Миго-групп».

Таблица 8:

Топ-20: ИТ: управленческий консалтинг

Заблаговременная подготовка

Стремление к оптимизации и росту эффективности стало одним из трендов и в сегментах финансового управления и оценки, налогового и юридического консалтинга.

Финансовый консалтинг и оценка. Емкими сегментами остаются услуги финансового управления и оценочная деятельность: суммарно в 2013 году на их долю пришлось 13% общей выручки участников ренкинга — 15,9 млрд рублей. Выручка от финансового консалтинга составила по итогам прошлого года 8,3 млрд рублей, а ее прирост, по сопоставимым данным, — 14%. Доходы от оценки росли в 2013 году медленнее: сопоставимые данные о приросте показали неизменные с прошлого года 4%; выручка от оценочных работ составила 7,7 млрд рублей.

Таблица 9:

Топ-20: ИТ: разработка и системная интеграция

«Для многих заказчиков необходима актуализация бизнес-планов. У клиентов была востребована подготовка ТЭО и бизнес-планов в связи с требованиями ВЭБа, Россельхозбанка и ВТБ по финансированию крупных инфраструктурных проектов, а также их сопровождение в процессе реализации, актуализация бизнес-планов с учетом меняющихся условий», — рассказывает Тамара Касьянова , генеральный директор компании «2К Аудит — Деловые консультации / Морисон интернешнл».

Не снижается спрос на услуги финансового консалтинга и в связи с текущим применением МСФО, а также перспективой перехода на них целого ряда категорий организаций. «Рост числа компаний, отчитывающихся по МСФО, и сокращение сроков подготовки отчетности требуют мобилизации всех участников процесса. Поправки к закону № 208-ФЗ “О консолидированной финансовой отчетности” предполагают первое составление отчетности за 2013 год с сопоставимыми данными за 2012-й для клиринговых организаций, УК, ПИФов, инвестфондов, ряда ФГУПов; первую отчетность за 2014 год с сопоставимыми данными за 2013-й для компаний с котирующимися долговыми бумагами, имевших ранее отсрочку до 2015 года; отчетность за 2015 год с сопоставимыми данными за 2014-й для компаний, ранее готовивших US GAAP», — уточняет Аскольд Бирин , председатель совета по стандартам финансовой отчетности Фонда НСФО.

Таблица 10:

Топ-20: юридические услуги

Что касается оценки, то ее стабильность поддерживается целями кредитования и купли-продажи активов и объектов, а также целями составления отчетности по МСФО. Но стоимость ее все также испытывает давление в связи с конкуренцией и демпингом (подробнее см. ренкинг оценочных фирм в будущих выпусках журнала).

Налоговый и юридический консалтинг. Выручка от налогового консалтинга составила у участников ренкинга по итогам 2013 года 7,8 млрд рублей, +8% за год. А выручка от юридических услуг по итогам 2013 года составила 5 млрд рублей, продемонстрировав рост на 9%. «Повышение качества и интенсивности налогового контроля над средним и крупным бизнесом, постоянно меняющееся законодательство и судебная практика — сейчас это одни из главных факторов, стимулирующих спрос на услуги налогового и юридического консалтинга», — уточняет Виктория Смирнова , руководитель департамента налогового консалтинга компании «МЭФ-Аудит».

Таблица 11:

Топ-20: оценочная деятельность

Государство зациклилось

По словам участников рынка, в связи с растущими госинвестициями в промышленность (ОПК, машиностроение, космос и авиастроение) следует ожидать активного роста производственного и инженерного консалтинга: актуальными станут «цифровизация» изделий, конструкторской и технологической документации, методы и инструменты системного инжиниринга для снижения себестоимости продукции, а также создание интегрированных систем планирования и управления производством. «Эти направления станут одним из приоритетов развития ОПК, в который вкладываются существенные средства. Например, только на модернизацию Уралвагонзавода до 2020 года планируется направить около 100 миллиардов рублей.

Таблица 12:

Список крупнейших компаний в области аутсорсинга учетных функций по итогам 2013 года

Важную роль может сыграть и активно внедряемый государством переход к контрактам полного жизненного цикла, когда поставщик не ограничивается разовым выполнением заказа, а отвечает за свою продукцию в течение всего времени ее эксплуатации. Примерами такого подхода могут служить решения Военно-промышленной комиссии при правительстве РФ о контрактах жизненного цикла при поставке самолетов Су-34 и вертолетов Ка-226. А в гражданской сфере — контракты на закупку московским метрополитеном 248 вагонов с обязательством по обслуживанию этой техники в течение тридцати лет. Веяния времени требуют серьезной перестройки процессов работы промышленных предприятий, обязательного использования инструментов управления жизненным циклом изделия (PLM) и систем интегрированной логистической поддержки», — заключает Алексей Ананьин из «Борласа».

Меняется твоя таинственная карта

section class="box-today"

Сюжеты

Кризис на Украине:

Фиксация подозрений

"Может, не такая уж она и мохнатая, эта российская лапа?"

Славянский пасьянс

/section section class="tags"

Теги

Кризис на Украине

Принятие Крыма в РФ

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

Россия и Европа

Крым

/section

В употреблении популярных сегодня слов «аннексия» и «аншлюс» наблюдается ряд тонкостей, делающих эти вроде бы термины в действительности весьма неоднозначными, что явно противоречит квалифицирующему качеству терминологической лексики, заключающемуся в ясности и одномерности значения.

Оба слова (разница только в происхождении, одно из латинского, второе — из немецкого) буквально означают «присоединение» и в языке международных отношений соответственно призваны обозначать акт присоединения к государству ранее не принадлежавших к нему земель. Обязательно насильственный характер аннексии прямо не вытекает из исходного значения, между тем в современном употреблении если аннексия, то обязательно насильственная. Возможно, это связано с тем, что, говоря о насильственном присоединении (а равно и отторжении), не принято уточнять, насильственным (вар.: недобровольным) по отношению к кому. Притом что всегда найдутся люди, недовольные присоединением. И в нынешнем Крыму не 100% граждан желали присоединения к России, были и не желавшие этого, тем более были не желавшие в Киеве, Брюсселе, Вашингтоне, Варшаве etc. Стало быть, недобровольное и насильственное. Как, впрочем, и в случае с воссоединением Германии в 1990 г. — что, этого желали 100% жителей ГДР и 100% мирового сообщества? — и в случае, допустим, с присоединением Триеста к Италии в 1954 г. Недовольные всегда имеются.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Однако в одних случаях «аннексия» и «аншлюс», что подразумевает осуждение со стороны говорящего, в других случаях — нейтральное «присоединение». А «воссоединение» — так и совсем хорошо. Терминология столь тонкая и изысканная, что даже ею уже и не являющаяся.

Тем, впрочем, тонкость словоупотребления не исчерпывается. Границы стран и владений были подвижны с времен Ромула и Рема и даже раньше; очевидно, и стародавнее сдвигание границ тоже следует именовать аннексией. Но нет. Не принято говорить ни про аннексию Россией Киева с городками по Вечному миру 1686 г., ни про аннексию Крыма при Екатерине, ни про аншлюс Папской области при Викторе-Эммануиле, ни про аншлюс Прирейнской Германии при Людовике XIV, ни про аннексию Вифинии Римом после смерти царя Никомеда. Все эти события описываются словом «завоевание», чаще же — и вовсе нейтральным «присоединение». Смысл такого различения — еще в XIX в. не было аннексии как явления природы, а затем вдруг она появилась — кто бы объяснил.

Единственное приходящее на ум объяснение — что в современном сознании разделяются стародавние движения границы: что было, то было, чего теперь об этом спорить — и движения границы более или менее современные. Тут произошел такой прогресс, что деяния некогда обычные и приемлемые теперь стали неприемлемыми. Что, как мы знаем, не только с границами бывает. Вспомним хоть эволюцию отношения к гомосексуализму, точнее, к гомофобии. А равно к рабовладению, смертной казни etc. Одни табу исчезают, а другие, напротив, возникают. Вот и аннексию теперь табуировали.

Это произошло в результате квазиузаконивания весьма длительной фактической практики. После 1945 г., когда таинственная карта изменилась, и весьма, в течение почти полувека европейские границы были неизменны, вплоть до 1990 г. Что породило желание, чтобы и впредь так было. Границы и впредь должны быть нерушимы, аннексия и аншлюс есть восстание против универсального международного порядка. Если, конечно, это не аншлюс ГДР, но, впрочем, это совсем другое дело.

Такой подход имеет право на существование, более того, он весьма благонамеренный. Зададимся лишь вопросом: что обеспечивало с 1945 по 1990 г. генеральную тишину в Европе, когда ни одной пушке не позволялось стрелять и ни одной границе — двигаться? Отчасти — улучшение нравов, отчасти — память о бедствиях мировых войн («никогда больше»), отчасти — продавленный советской дипломатией в Хельсинки в 1975 г. принцип нерушимости границ, но главная причина в другом, и она называется словом «Ялта».

В 1945 г. на Ялтинской и Потсдамской конференциях победители договорились о разделе Европы. Результатом была почти полувековая генеральная тишина. Разумеется, было еще много всего другого, не слишком приятного. Железный занавес, разделительные линии, колючая проволока на границах, запрещение или во всяком случае очень сильное ограничение свободного обмена людьми и идеями. Но при этом ни одна пушка не стреляла и границы были нерушимы. В 1990 г. было торжественно объявлено об окончании холодной войны, ялтинская система приказала долго жить, после чего границы пришли в движение. Заморозка кончилась, и в те самые дни, когда провозглашали «конец истории», муза Клио изрядно, должно быть, потешалась над Фукуямами. Ибо главный механизм тишины и заморозки, т. е. межблоковый клинч, более не существовал.

При ялтинской системе родилась и концепция трех миров. Первый мир — капиталистический, а равно свободный, второй мир — коммунистический, т. е. СССР и сателлиты, третий мир — все остальное. В рамках равновесия страха было условлено, что первый и второй не воюют между собой, а свою агрессию выплескивают на просторы третьего, где старый империализм с передвижением границ вполне остается в силе: «Восточнее Суэца десять заповедей не действуют».

С крахом ялтинской системы и исчезновением понятия «второй мир» страны, к нему принадлежащие, провалились в мир третий — тот, который восточнее Суэца, с полной необязательностью заповедей. Когда заповедей больше нет, разделительных линий тоже нет, равновесие страха довольно разболтанно, остаются прежние, доялтинские, способы державного противостояния. Среди которых аннексия, а равно аншлюс занимают свое место, ибо в хаосе и чересполосице старого мира без них не обойтись. Порукой чему вся многовековая европейская история. Пока не будет новой мирной конференции с установлением жестких разграничительных линий, история продолжит бурное течение свое. Заклинаниями такой поток не останавливается.

Content

Эксперт Эксперт Журнал Эксперт № 17 (2014)

Вот вам и пояс безопасности

Попробуйте ее сохранить

Мы заслужили право быть с Россией

О крымском варианте налогообложения

Слишком много стали

Пятилетка до нормы

Отдать хозяйство в хорошие руки

В поисках идеала для клонирования

Ликвидность снялась с якоря

Рантье довольны

Первый среди равных

Миру — мир, России — Крым, любимый фильм — «Чапаев»

Миссия: репортаж

Hi-End

Теряем темп

Консультанты в штатском

Меняется твоя таинственная карта