Блох Роберт Альберт

Настоящий друг

Роберт Блох

Настоящий друг

Эта идея возникла у Родерика.

Джордж Фостер Пендлтон никогда бы не додумался до такой глупости. Он бы просто не смог — для этого Пендлтон был слишком ленив и порядочен. Джордж Фостер Пендлтон, сорокатрехлетний коммивояжер фирмы по продаже пылесосов, просто не принадлежал к тем, у кого могут возникнуть подобные мысли, особенно после четырнадцати лет, прожитых в одном уютном домике с первой и единственной женой. Ему уже приходилось надевать очки, когда он выписывал заказы. Пендлгона абсолютно не волновала ни его редеющая шевелюра, ни талия, которая постоянно увеличивалась.

Когда умер дядя жены и оставил Элле Пендлтон около восьмидесяти пяти тысяч долларов, Джордж не строил больших планов по поводу наследства.

О, конечно, как и всякий другой коммивояжер, зарабатывающий в год пять тысяч, он очень обрадовался. Они с Эллой решили сделать еще одну ванную комнату на первом этаже, купить новый "бьюик", а старую машину будет водить Элла. Остальные деньги можно будет положить в банк. Проценты с вклада дадут возможность время от времени удовлетворять маленькие капризы. У Пендлтонов не было ни детей, ни родственников, которые нуждались в помощи. Каждый месяц Джордж проводил несколько дней в деловых поездках, да и дома нередко работал допоздна. Так что Пендлтоны вели совсем не светский образ жизни. Сейчас у них уже не было причин начинать роскошную жизнь. С другой стороны денег явно не хватало, чтобы Джордж мог бросить работу.

Они все обдумали. После первых радостных дней, когда возбужденные супруги строили планы на будущее, а на Джорджа Фостера Пендлтона со всех сторон сыпались поздравления,

постепенно все забыли о наследстве. Жизнь Пендлтонов не претерпела никаких перемен. Джордж не любил обсуждать с кем-либо свои личные дела. К тому же и обсуждать-то было особенно нечего.

В этот момент у Родерика и возникла неожиданная идея.

— Почему бы не свести Эллу с ума?

Сначала Джордж не мог поверить своим ушам.

— Это ты сошел с ума! — воскликнул он. — Никогда не слышал ничего глупее и смешнее.

Родерик молча улыбнулся и медленно покачал головой, словно жалея Джорджа. Конечно, он действительно жалел Джорджа, и, может, поэтому Джордж Пендлтон считал его своим лучшим другом. Похоже, до Родерика никому не было дела, да и он сам, очевидно, плевал на все и всех. Единственным человеком, которому симпатизировал Родерик, был Джордж. Пендл-тон не сомневался, что Родерик искренне заботится о нем и часто думает о будущем Джорджа.

— Ты просто слишком порядочный человек, чтобы говорить на такую тему, — уверенно заявил Родерик. Как всегда, он говорил тихим и спокойным голосом, и ему часто удавалось убедить собеседника в своей правоте. Джордж обладал высоким и пронзительным голосом. Родерик говорил иногда так тихо, что Пендлтон порой с трудом мог разобрать, что он говорит. Как настоящий актер, Родерик знал, где нужно поставить ударение, а где — сделать паузу. К тому же обычно он говорил достаточно здраво.

Джордж Фостер Пендлтон лежал на кровати в пятидолларовом номере отеля "Лемойн" и слушал Родерика. Тот зашел в контору Пендлтона как раз перед отъездом Джорджа в ежемесячную деловую поездку и решил отправиться с ним. Маясь от безделья, Родерик нередко ездил с Джорджем. Так что Пендлтон не увидел в его желании ничего необычного. В этот раз, однако, Родерик поехал не развлекаться.

— Если кто-то и ведет себя глупо и смешно, — продолжил Родерик, — так это ты. Ты продаешь свои дрянные пылесосы с сорок шестого года. Тебе нравится эта работа? Может, надеешься подняться по служебной лестнице? Неужели ты хочешь влачить это жалкое существование еще двадцать лет?

Джордж открыл рот, чтобы ответить, но Родерик не дал ему сказать ни слова.

Молчи. Я знаю все твои возражения. Кстати, раз мы коснулись этой темы, давай выясним еще кое-что. Ты на самом деле любишь Эллу?

Джордж смотрел в потрескавшееся зеркало, висящее над комодом. Сейчас ему не хотелось видеть ни Родерика, ни себя, и он уставился на стену.

— Ну, она всегда была хорошей женой, даже больше, чем женой — почти матерью.

— Конечно, конечно. Ты рассказывал мне об этом. Поэтому ты и женился на ней, так ведь? Твоя мать тогда только что умерла, и Элла напоминала тебе ее. Ты боялся женщин, но нуждался в человеке, который бы заботился о тебе.

Черт бы побрал этого Родерика! Джордж понял, что ему не следовало рассказывать так много о своем прошлом даже лучшему и возможно единственному другу. Они встретились еще в сорок четвертом. Джордж тогда служил в армии и попал в критическое положение.

Даже сейчас, по прошествии десяти с лишним лет, он не мог без отвращения думать о том времени. Джордж Фостер Пендлтон с содроганием вспоминал службу на острове, как он потерял голову, чуть не задушил сержанта и очутился в гарнизонной тюрьме. Джорджа посадили в одиночку, и если бы он не встретился с Родериком, все могло бы закончиться для него плачевно. Самое смешное заключалось в том, что Родерик стал его близким другом и узнал все о Джордже еще до того, как Пендлтон увидел его. Родерик тоже сидел в одиночке. Первый месяц он являлся для Джорджа лишь безликим голосом, с которым Джордж Фостер Пендлтон разговаривал по ночам. Едва ли можно считать задушевные беседы в кромешной тьме подходящим обстоятельством для зарождения тесной дружбы. Джорджу удалось сохранить ясность ума только благодаря Родерику. Наконец-то, у него появился человек, которому можно излить душу, поведать о своих бедах и тревогах. Очень скоро Родерик знал о Джордже Фостере Пендлтоне все, даже то, чего сам Джордж раньше не подозревал.

О, Родерик знал всю подноготную Пендлтона. Он знал самое тайное и сокровенное, что Джордж так тщательно скрывал от всех — от друзей по школе, от товарищей по армии, от коллег на работе, от партнеров по покеру, соседей и даже от Эллы. Особенно от Эллы. Джордж Фостер Пендлтон обладал множеством секретов, о существовании которых Элла и не догадывалась. Он даже боялся подумать о том, чтобы раскрыть их жене. Точно так же давным-давно, в детстве, Джордж многое скрывал от матери.

Родерик был прав. Элла напоминала Джорджу его мать. Когда мать умерла, Джордж Фостер Пендлтон женился на Элле, потому что она была сильной, заботилась о нем и часто брала на себя ответственность и принимала решения. В детстве из Джорджа сделали пай-мальчика. Сейчас он стал хорошим мелким продавцом пылесосов, хорошим мелким домовладельцем с животиком, хорошо подстригал лужайку перед домом, отлично мыл посуду и убирал мусор. Уже целых двенадцать лет после окончания войны он вел жалкую, примерную жизнь. И если бы не поддержка Родерика, он бы давно уже сломался. Выдержит ли он еще двенадцать лет такой жизни? Или двадцать, а может, и того больше?

— Знаешь, а ведь ты вовсе не должен мириться со всем этим, — прошептал Родерик, словно прочитав мысли Джорджа. — Ты уже не маменькин сынок. Джордж, тебе представилась отличная возможность. Если продать дом, у тебя будет более девяноста тысяч наличными. Предположим, ты поселишься на одном из островов в Карибском море. Если верить туристскому буклету, который я сегодня видел у тебя на столе, их там десятки.

— Но Элла не захочет там жить, — запротестовал Джордж. — Она терпеть не может жару. Мы поэтому и не ездим отдыхать на юг. Кроме того, что, черт побери, она станет делать на этом острове?

— Она не поедет, — терпеливо объяснил Родерик. — Она останется здесь. В этом-то все дело, Джордж. За несколько сотен в месяц ты бы мог там жить, как король. Большой дом, слуги, сколько угодно питья и девочки, Джордж! Ты слышишь? Девочки любого цвета. Ты даже сможешь покупать их там, как в старину южные плантаторы покупали рабов. Квартеронки, октеронки, мулатки, все, что душа пожелает. Пусть они совсем не говорят по-английски. Это не должно тебя беспокоить. От них будет требоваться только покорность, а для этого достаточно иметь кнут. Они будут делать все, что ты захочешь, потому что ты их хозяин. Ты сможешь даже убивать их. Так же, как хочешь убить Эллу.

— Но я не хочу убивать Эллу! — быстро и пронзительно выкрикнул Пендлтон.

Родерик мягко рассмеялся.

— Тебе не удастся обмануть меня, — сказал он. — Я тебя знаю. Ты хочешь убить се так же, как хотел убить того сержанта на острове, помнишь? Но не можешь, потому что ты трус. Впрочем, я согласен, это непрактично. Убийство жены не разрешит твоих проблем, Джордж. Спасти тебя может только мой план. Сведи Эллу с ума.

Отвратительное предложение.

Что же в нем отвратительного? Ты ведь хочешь избавиться от жены, от нудной работы, от вечных приказов Эллы, босса и каждого вонючего покупателя, который считает, что за девяносто баксов ты обязан стоять перед ним на задних лапках. У тебя есть шанс. Такая возможность приходит лишь раз в жизни, Джордж.

— Но я не могу свести Эллу с ума.

— Почему? Оглянись вокруг, дружище. Такие фокусы проделываются каждый день. Ты что, не знаешь, как дети прячут в психиатрические лечебницы родителей, у которых есть деньги. Если все продумать, то можно свести с ума кого угодно, Джордж.

— Элла не такой человек, продолжал упрямиться Джордж Фостер Пендлтон. — Кстати, тебе не кажется, что она сразу все поймет? Даже если бы я попробовал, ничего бы не вышло.

— Разве я говорил о том, чтобы ты пробовал, — растягивая слова, произнес Родерик, который с каждой минутой держался все увереннее. — Это моя забота, Джордж. Позволь действовать мне.

— Ты? Но…

— Не стану тебя обманывать. Это не простой дружеский жест с моей стороны. Я тоже хочу в Вест-Индию. Мы можем поехать вместе. Ты ведь хочешь этого, Джордж? Представляешь, как мы заживем там вдвоем! Не нужно будет бояться того, что мы сделали, что скажут или подумают люди. Я бы смог помочь тебе, Джордж. Я бы смог помочь тебе и с девочками, Джордж. Помнишь, ты когда-то читал о римском императоре Тиберии, у которого была вилла на каком-то острове и как он проводил дикие оргии? Ты рассказывал мне о них, Джордж. Мы могли бы с тобой делать то же самое.

Джордж Фостср Пендлтон почувствовал, как по всему телу струится пот. Он сел.

— Я не хочу даже думать об этом, — заявил Пендлтон. — Кстати, что будет, если тебя поймают?

Не поймают, — спокойно заверил Родерик. — Не забывай, что Элла даже не знает меня. Все эти годы я находился в тени. Меня никто не знает, Джордж, и это наш козырь. Ты всегда обращался со мной, как с бедным родственником, никогда ни с кем не знакомил, даже не упоминал моего имени. О, я не жалуюсь. Я понимаю. Сейчас все это окажется нам только на руку. Я все продумаю и сам разработаю план.

— Элла очень уравновешенная женщина, — произнес Джордж, закусив верхнюю губу. — Ты никогда не сумеешь вывести ее из душевного равновесия.

Родерик тихо засмеялся.

— "Уравновешенных" людей нет, Джордж. Вся их уравновешенность лишь фальшивый фасад. Точно такой же, какой соорудил ты, — после маленькой паузы Родерик серьезно продолжил: — Подумай об этом. Как, по-твоему, кто-нибудь поверит, что ты можешь хотя бы просто обсуждать такую идею? Твой босс поверит? А Элла? Конечно, нет. Для всего мира ты средних лет продавец пылесосов. Безвольный, бесхарактерный трус, маменькин сынок, неженка…

— Заткнись! — не выдержал Джордж. Он вскочил с кровати, сжал в кулаки потные руки, готовый крушить, ломать, калечить…

Хрипло дыша, Джордж Фостер Пендлтон опять сел на кровать, а Родерик только беззвучно смеялся.

— Видишь? Я знаю, что нужно говорить. За одну минуту я превратил тебя в потенциального убийцу. И это тебя-то, респектабельного служащего, который ни разу в жизни не совершил ни одного дурного поступка, за исключением того давнего эпизода с сержантом.

Для всех людей существуют такие слова, Джордж. Слова, фразы, идеи, которые могут разжечь гнев или вызвать панический страх. Элла ничем не отличается от остальных представителей рода человеческого, следовательно, существует множество вещей, которых она должна бояться. Мы найдем их, Джордж. Мы будем нажимать на необходимые кнопки, пока на колокольне не зазвенит колокол…

— Убирайся отсюда! — прохрипел Джордж Фостер Пендлтон.

— Хорошо. Но ты подумай над тем, что я сказал. Это твой шанс, наш большой шанс. Я не намерен безучастно наблюдать над тем, как ты им воспользуешься. — И он вышел из комнаты.

Оставшись в номере один, Джордж выключил свет и лег в постель. Ему показалось, что в последних словах Родерика таилась угроза. Всю жизнь Пендлтон боялся других людей из-за их агрессивности, жестокости и любви к насилию. Порой он чувствовал те же отталкивающие качества в себе, но ему всегда удавалось подавить эти низменные инстинкты. Мать воспитывала Джорджа, как маленького джентльмена. И за исключением того ужасного эпизода во время службы в армии, Джордж Фостер Пендлтон всегда вел себя, как маленький джентльмен. Он старался держаться подальше от неприятностей и людей, которые могли их причинить.

Тогда в армии ему помог Родерик. Они демобилизовались э одно время и поселились в одном городе. Конечно, было бы преувеличением сказать о Родерике, что он "поселился", потому что у него не было ни жены, ни семьи, ни постоянной работы. И все же он не жаловался па жизнь. Несмотря на тяжелое финансовое положение, Родерик одевался не хуже Джорджа. Он был выше, стройнее и выглядел на добрый десяток лет моложе Пендлтона. Джордж думал, что Родерик живет за счет женщин — он сильно смахивал на людей подобного типа, постоянно намекая на свои сексуальные победы. Но в то же время Родерик никогда не рассказывал о себе. "Меньше будешь знать — дольше проживешь", любил говорить он.

У Джорджа не было причин жаловаться на сложившиеся между ними отношения, потому что, благодаря скрытности Родерика, у него появилась возможность изливать душу. Родерик стал отдушиной, губкой, поглощающей все беды и невзгоды Джорджа Пендлтона, единственным человеком, который мог по-настоящему понять его.

Время от времени, когда Джорджу нечего было делать, Родерик заглядывал к нему в контору. Иногда он ездил с Пендлтоном на день-два в командировки. Несколько раз Джордж хотел познакомить Родерика с Эллой, но Родерик наотрез отказывался. Поэтому Пендлтон никогда не говорил жене о своем единственном друге, главным образом потому, что они вместе сидели в тюрьме. Джордж никогда не рассказывал Элле об этом эпизоде своей жизни. Элла Пендлтон не знала о существовании Родерика, и это делало дружбу между ними особенно пикантной. Однажды, когда Элла уехала в Мемфис на похороны матери, Родерик согласился провести несколько дней в доме Джорджа. Они напились, как сапожники, в первый же день. То же самое повторилось и на второй день, а следующим утром Родерик ушел.

Джордж и Родерик встречались тайком, как любовники. Да, их отношения напоминали любовную связь, только без секса. Джордж Фостер Пендлтон никогда не любил заниматься сексом. Хотя кто знает? Может, это ему и понравилось бы, если бы они жили на острове, где их никто не видит, никто не может остановить и где им принадлежат женские тела и души. Тогда он мог бы взять длинный черный кнут с маленькими серебряными шипами на конце, которые бы рвали нежную девичью плоть. Девушки бы извивались в танце, а на их обнаженных телах появлялись красные полосы и затем…

Но этого же и хотел Родерик — заставить его думать о своем диком предложении. Внезапно Джордж понял, что он боится Родерика, всегда такого спокойного, отзывчивого, с тихим голосом, всегда готового выслушать и дать совет и ничего не требующего взамен. До сегодняшнего вечера Пендлтон не понимал, что Родерик ничем не отличается от остальных — он такой же жестокий и агрессивный.

Джордж Фостер Пендлтон даже удивился, как все эти годы он не видел истинного лица своего друга. Родерик тоже сидел в гарнизонной тюрьме за какое-то преступление. Но между ними существовала разница. Она заключалась в том, что Родерик не исправился. В нем не было раскаяния — только вызов, ненависть и страшная сила, которыми нередко обладают нераскаявшиеся преступники. Казалось, ничто не может его расстроить или причинить боль. Он не подчинялся никаким правилам морали — всегда шел, куда хотел, делал, что хотел. Очевидно, в Нем скрывалась какая-то извращенность. Несомненно, по непонятной причине Родерик ненавидел Эллу, и хотел, чтобы Джордж избавился от нее. Если бы Джордж сегодня послушал бы его…

Маленький продавец пылесосов заснул на продавленной гостиничной кровати, твердо решив порвать с Родериком. Он не будет больше с ним встречаться, выслушивать его дикие идеи. Он не хочет принимать участие в его бредовых замыслах. С завтрашнего дня Джордж будет жить один. Теперь они с Эллой заживут счастливо…

В течение следующих нескольких дней Джордж Фостер Пендлтон часто думал о том, что он скажет Родерику при встрече, но тот не показывался. Может, он сам понял, что зашел слишком далеко?

Джордж вернулся домой, поцеловал Эллу и отправился в контору писать отчет. После поездок он всегда сильно уставал. Однако временами накапливалось много работы. Вот и сейчас Пендлтону пришлось отправиться к клиентам в городе. Наверное, из-за усталости он и нарушив одно из своих правил и заехал в бар. Джорджу удалось всучить пылесос первому же покупателю. На радостях он еще раз заглянул в бар. Пендлтон знал, что не умеет пить, но что при сильной усталости от небольшого количества спиртного будет только польза. Последних клиентов он уже объезжал в состоянии приятного алкогольного опьянения. После последнего визита Джордж задержался в баре недалеко от дома, где выпил еще пару коктейлей. Когда он ставил машину в гараж, то не чувствовал никакой усталости.

Наверное, Элла закатит скандал, подумал Джордж. Она не любила, когда он пил. А может, она уже спит? Вставляя в замок ключ, Джордж Пендлтон надеялся на лучшее.

Не успел он открыть дверь, как Элла бросилась к нему на грудь.

— Слава богу, ты, наконец, вернулся! — закричала жена сквозь слезы. Только сейчас Пендлтон заметил, что везде горит свет.

— В чем дело? Что случилось?

— Лицо в окне… — булькающим голосом ответила она.

Алкоголь часто вытворяет забавные фокусы. Несколько

секунд Джордж боролся с приступом смеха. Какой-то надрыв в словах, подергивание уголков рта едва не вызвали у него смех. Но Элла не шутила. Она сильно перепугалась и дрожала, как большой кусок желе.

— У меня ужасно разболелась голова. Я выключила свет и смотрела в гостиной телевизор. Наверное, слегка задремала. Неожиданно мне показалось, что на меня кто-то смотрит. В окне я увидела зеленое лицо с ужасной улыбкой. Оно было похоже на отвратительную резиновую маску, которую дети надевают на Хэллоуин. По стеклу скользили и царапали пальцы, пытаясь открыть окно.

— Не волнуйся, — попытался успокоить жену Джордж.

— Что было потом?

Постепенно он все выяснил, Элла закричала, включила свет, и лицо исчезло. Она зажгла ла свет во всех комнатах, заперла двери и окна и стала ждать мужа.

— Может, позвонить в полицию? озабоченно спросила она. — Я подумала, что сначала нужно рассказать тебе.

— Разумная мысль, — кивнул Джордж. К этому времени он полностью протрезвел. Вероятно, это был какой-нибудь мальчишка. В каком окне ты его видела? В том? Схожу в гараж за фонарем. Может, остались следы.

Он принес фонарь и, когда Элла отказалась выходить из дома, отправился на лужайку перед коттеджем один. Недавно прошел дождь, и цветочная клумба под окном была влажной. Однако Джордж не нагнел на земле никаких следов.

Когда он рассказал об этом жене, она задумалась.

•— Ничего не понимаю. Как это может быть? — растерянно призналась Элла.

— Я тоже ничего не понимаю, — согласился Джордж.

— Если это был мальчишка, то он бы убежал, когда ты закричала, а не стал уничтожать следы. С другой стороны, если ты заметила вора, он бы, несомненно, уничтожил следы, но не показался бы тебе. Ты уверена, что видела это лицо? — после небольшой паузы добавил Джордж Пендлтон.

— Ну… — нахмурилась Элла. — Все длилось какую-то секунду. В комнате было очень темно. К окну прижалось большое ужасное лицо зеленого цвета с длинными зубами.

Она испуганно замолчала.

— Никто не пытался открыть дверь? Ты что-нибудь слышала?

— Нет. Только увидела лицо, — Элла растерянно моргала.

— Я же говорила, что разболелась голова, я задремала, пока смотрела фильм. Все произошло, как в кошмаре.

— Ясно, — кивнул Джордж. — Может, это и был кошмарный сон?

Элла не ответила.

— Как голова? Все еще болит? Прими две таблетки аспирина и отправляйся спать. Тебе, наверное, приснился кошмарный сон, дорогая. Пойдем спать. Давай забудем об этом* ладно?

Пендлтоны поднялись в спальню.

Может, Элла и забыла зеленое лицо, но Джордж Фостер Пендлтон запомнил. Он знал, что это Родерик начал приводить в действие свой план. И это только начало…

Да, зеленая маска оказалась только началом. После того вечера события начали развиваться с калейдоскопической быстротой. На следующий день Джордж сидел в конторе один, когда Элла позвонила из дома. Срывающимся от волнения голосом она спросила:

— Джордж, ты вызывал водопроводчиков?

— Конечно, нет, дорогая.

— Приехал мистер Торнтон. Он сказал, что им позвонили и велели все разобрать. Ничего не понимаю. Я пыталась объяснить, что вышла какая-то ошибка, и…

Элла очень расстроилась, и Джордж попытался ее успокоить.

— Дай ему трубку, дорогая. Я с ним поговорю.

Пендлтон сказал мистеру Торнтону, что произошло недоразумение. Однако Торнтон рассердился, заявил, что никакого недоразумения не произошло и что он сам принял вызов. Джордж прервал Торнтона и попросил передать трубку Элле.

— Все в порядке, — успокоил он жену. — Не беспокойся. Сегодня я приеду домой пораньше.

— Может, тебе лучше поесть в городе, — предложила Элла.

— У меня такая ужасная головная боль, что я, наверное, прилягу.

— Ничего страшного — поем в городе, — пообещал Джордж.

Пендлтон поужинал в ресторане. Если Элла и легла отдохнуть, то отдых не принес большого облегчения. Джордж понял это, когда вернулся домой. Жена дрожала сильнее, чем ее голос.

— Кто-то глупо шутит над нами. После обеда дверной звонок не умолкал. Сначала приехал грузовик от Гимбела с холодильниками.

— Я не заказывал холодильник, — заявил Джордж.

— Я тоже. — Элла боролась со слезами. — Но кто-то позвонил им и заказал не один, а целых четыре!

— Четыре???

— Это не самое худшее, Джордж. От Келли позвонили, чтобы узнать, когда я собираюсь съезжать. Они получили заказ на фургон для мебели.

— Я во всем разберусь, — уверенно сказал Джордж. — Как сделали заказ?

— По телефону. Так же, как мистеру Торнтону. Поэтому я сначала подумала, что это ты…

— Подожди, подожди, — удивился Джордж. — Мистер Торнтон сам разговаривал по телефону. Он считает, что звонила женщина.

— Женщина?

— Да. — Джордж сел рядом с женой и взял ее за руку.

— Он утверждает, что узнал твой голос.

— Но, Джордж, это невозможно! Я сегодня никуда не звонила. Лежала с головной болью и…

— Я верю тебе, дорогая, — покачал головой Джордж Фостер Пендлтон. — Но кто бы это мог быть? Какая женщина могла знать, что Торнтон делал нам ванную? Ты кому-нибудь рассказывала об этом?

— Нет, конечно, нет. По крайней мере, я не помню. — Элла побледнела. — Я так расстроена, что ни о чем не могу думать. Она прижала ко лбу руки. — Кажется, голова вот-вот расколется. О господи, я не вынесу этого! Куда ты?

— Позвоню доктору Винсону.

— Но я здорова. Мне не нужен доктор.

— Он даст тебе успокоительное, чтобы прошла головная боль. А пока успокойся и постарайся расслабиться.

Приехал доктор Винсон и дал Элле успокоительное. Элла Пендлтон ничего не сказала о телефонных звонках. Поэтому доктор только поверхностно осмотрелся.

Когда жена заснула, Джордж все рассказал доктору Винсону и о лице в окне тоже.

— Что вы думаете об этом, док? — поинтересовался он.

— Я слышал, что, когда женщины меняют образ жизни, такое иногда происходит. Может…

— Пусть она заедет ко мне в конце недели, — кивнул доктор Винсон. — Я проведу полный осмотр. Не расстраивайтесь. Все, что случилось, вполне может оказаться чьей-нибудь шуткой.

Хотя слова доктора Винсона и не успокоили Джорджа Пендлтона, он согласился с предложением доктора.

Джорджа беспокоило то, что Торнтон узнал голос Эллы.

На следующий день, рано утром Джордж Фостер Пендлтон уехал на работу. Элла еще спала. Из конторы он позвонил Гимбелу и Келли. После долгих поисков удалось выяснить имена клерков, принявших заказы. Оба утверждали, что говорили с женщиной.

Джордж позвонил доктору Винсону и все рассказал.

Не успел он положить трубку, как позвонила Элла. От волнения она едва могла говорить.

Из "Общества спасения утопающих" приехал человек с датским догом. Меховщик из Вест-Сайда, о котором Элла никогда не слышала, привез образцы меховых шуб это в июле-то! Позвонили из туристского агентства и утверждали, что она хотела узнать о кругосветном путешествии на самолете.

У Эллы разламывалась голова. Она не знала, что делать, хотела, чтобы Джордж позвонил в полицию и…

Внезапно Элла остановилась на полуслове. Джордж торопливо спросил, что случилось. Через несколько секунд он понял, что можно было и не спрашивать. В трубке ясно слышался противный вой сирены.

— Пожарные машины, — изумленно пробормотала Элла.

— Кто-то вызвал пожарников.

— Сейчас приеду, — и Джордж быстро положил трубку.

Когда Джордж Фостер Пендлтон примчался домой, пожар¬ные машины уже уехали. В доме остался только лейтенант-пожарник и полицейский детектив. Элла пыталась объяснить, что произошла какая-то ошибка. Джордж Пендлтон отвел жену наверх и уложил в постель. Затем спустился и все рассказал.

— Не выдвигайте против нее никаких обвинений, пожалуйста, — попросил он. — Я с радостью оплачу любой штраф. На этой неделе доктор тщательно обследует мою жену. Конечно, все сложилось очень неудачно, но я уверен, что мы сумеем договориться…

Представители властей оказались отзывчивыми и понимающими людьми. Они пообещали сообщить сумму штрафа. Детектив дал Джорджу карточку и попросил позвонить, если что-нибудь потребуется.

Затем Джордж извинился по телефону перед "Обществом", меховщиком и туристским агентством и поднялся наверх. Элла опустила жалюзи, и в спальне царил полумрак. Джордж предложил жене поесть, но она сказал, что не голодна.

— Что-то происходит, — задумчиво сказала Элла.

— Кто-то пытается причинить нам вред. Я боюсь.

— Ерунда, — Джордж через силу улыбнулся. — Кроме того, мы сейчас защищены. — Чтобы подбодрить жену, он рассказал, что детектив обещал взять дом под наблюдение и прослушивать телефон. — Если кто-нибудь попытается еще пошутить, мы поймаем этого шутника, — уверенно заявил Джордж Фостер Пендлтон. — Тебе нужно отдохнуть. Между прочим, доктор Винсон сказал, что будет неплохо, если ты зайдешь к нему на прием?

— Ты все рассказал ему? — Элла села на кровати.

— Я был вынужден, дорогая. Ведь он твой врач. Он может помочь, если…

— Если что?

— Ничего.

— Джордж, посмотри на меня. — Джордж продолжал смотреть в сторону. Жена спросила: — Ты думаешь, что это я звонила? Ты это думаешь?

— Я этого никогда не говорил. Просто Торнтон утверждает, что узнал твой голос. Зачем ему лгать?

— Не знаю. Но он лжет. Он должен лгать! Я ему никогда не звонила, Джордж. Клянусь! Я никому не звонила сегодня утром. Я провалялась в постели почти до обеда. От успокоительного я стала такой сонной, что ни о чем не могла даже подумать.

Джордж молчал.

— Почему ты молчишь?

— Я верю тебе, дорогая. Попытайся хорошенько отдохнуть.

— Но я не хочу сейчас отдыхать — я не устала. Мне надо поговорить с тобой.

— Извини, мне нужно на работу — дела. Не забудь, я завтра уезжаю.

— Но ты не можешь уехать сейчас! — испуганно воскликнула Элла. — Ты не можешь оставить меня одну в такое время!

— Меня не будет только три дня. Ты же знаешь, я должен съездить в Питтсвиль и Бейкертон. В субботу вернусь, — Джордж попытался говорить веселым тоном. — Полиция будет постоянно наблюдать за домом. Так что можно не бояться воров.

— Джордж, я…

— Мы поговорим обо всем вечером. Сейчас мне надо на работу.

Когда Джордж Пендлтон выходил из спальни, Элла лежала на кровати и тихо плакала.

В конторе Джорджа Фостера Пендлтона ждал Родерик.

Остальные служащие разошлись по делам, и они с Родериком сидели одни. Родерик, как всегда, говорил очень тихо. Джордж сейчас даже был этому рад, потому что, по крайней мере, никто не услышит, что говорит Родерик.

— Значит, это был ты! увидев Родерика, вскричал Джордж.

— Кто же еще? — пожал плечами Родерик.

— Но я ведь сказал, что не хочу этого!

— Ерунда, Джордж. Ты не знаешь, чего ты на самом деле хочешь. — Родерик улыбнулся и откинулся на спинку стула. — Ты говорил с доктором Винсоном и детективом и ничего обо мне не сказал.

— Да, но…

— Неужели тебе требуются еще доказательства? Ты знал, кто все это делает, но промолчал. Ты хотел, чтобы мой план сработал. И он действует, не так ли? Я все отлично продумал.

— Как тебе удалось говорить ее голосом? — сам не зная зачем, спросил Джордж Пендлтон.

— Очень просто. Несколько раз я ей звонил. Говорил, что ошибся номером, или выдумывал что-то другое. Я хорошо запомнил, как Элла разговаривает. У нее плаксивый голос, Джордж. "Наверное, я прилягу. У меня раскалывается голова".

Сердце Пендлтона учащенно забилось, когда Родерик заговорил голосом его жены.

— Ты… ты сказал, что у тебя есть план, — прошептал он.

— Верно, — кивнул Родерик. — Кажется, ты собрался на несколько дней уехать?

— Да, завтра.

— Отлично. Я все устрою.

— Что ты собираешься делать? — спросил Джордж.

— Наверное, тебе лучше не спрашивать, Джордж. Держись от всего этого подальше. Оставь свою грязную работу мне.

— Родерик слегка наклонил голову. — Помни: "Меньше знаешь

— дольше проживешь".

Джордж сел, но сразу же вскочил.

Родерик, я хочу, чтобы ты прекратил все это! Оставь мою жену в покое, слышишь?

Родерик в ответ лишь улыбнулся.

— Ты слышал меня? — весь дрожа, повторил Пендлтон.

— Слышал. Но сейчас ты перевозбудился, Джордж, и плохо соображаешь. Не беспокойся об Элле. С ней не случится ничего плохого. О ней хорошо позаботятся там, куда она попадет. А мы будем хорошо заботиться о себе там, куда попадем мы. Лучше об этом думай, Джордж. Представь — девяносто тысяч долларов в кармане, небольшой катер и длинные лунные тропические ночи. Подумай о девочках, Джордж — о красивых, стройных девушках. Они не толстые, не ноют, не жалуются на головную боль и не запрещают прикасаться к себе. Наоборот, им нравится, когда к ним прикасаются, Джордж. Они любят, когда их ласкают, и…

— Замолчи. Все бесполезно я передумал!

— Слишком поздно, Джордж. Уже поздно останавливаться, — спокойно, но твердо проговорил Родерик. — Да ты и не хочешь, если честно, останавливаться. Ты просто трусишь. Не бойся. Обещаю, ты будешь абсолютно ни при чем. Дай мне только три дня, три дня, когда будешь в командировке — больше от тебя ничего не требуется.

— Я останусь дома! — закричал Джордж Фостер Пендлтон. — Я не оставлю ее одну! Я пойду в полицию!

— И что ты им скажешь? — Родерик на несколько секунд замолчал, чтобы вопрос лучше дошел до Пендлтона. — Отличная идея — обратиться в полицию. Ничего подобного, Джордж. Ты не сделаешь этого. Ты завтра уедешь, как примерный пай-мальчик. Потому что это работа для плохого мальчика, такого, как я.

Он смеялся над Джорджем, и Джордж знал это. Протестовать бесполезно. Все же он попытался бы как-нибудь остановить Родерика, если бы в контору не вошел босс. Родерик бесшумно выскользнул через вторую дверь. Джордж смотрел ему вслед, понимая, что упущен последний шанс.

Вечером, похоже, обстановка немного улучшилась. После обеда Элле никто не мешал отдыхать, и она стала значительно спокойнее. Когда Пендлтоны закончили ужинать, они согласились, что три дня не такой уж большой срок и ничего плохого не случится.

Элла сказала, что записалась на прием к доктору Винсону на пятницу. Джордж со своей стороны обещал звонить каждый вечер.

— Если буду нужен, немедленно вернусь, — пообещал он.

— За эти три дня я ни разу не удалюсь больше чем на 100 миль от дома. Сейчас закончу собираться, и мы пойдем спать.

На следующее утро Джордж" уехал рано, когда Элла еще спала.

В Питтсвиле работы оказалось немного. Он вернулся в отель раньше, чем предполагал. Наверное, потому, что мозг освободился от мыслей о работе, он начал беспокоиться о жене.

Как это говорил Родерик: "Меньше знаешь — дольше проживешь"?

Неправда. Незнание — самое худшее. Незнание и дурные предчувствия. Родерик сказал, что он все спланировал. Джордж поверил. Еще Родерик сказал, что с Эллой не случится ничего плохого. А в этом он сомневался. Он не знал, можно ли доверять Родерику. Пожалуй, нет. Та легкость, с которой Родерик нарушил данное слово, доказывала, что ему ничего не стоит нарушить и еще одно обещание. Он мог сделать все, что угодно. Что вообще Джордж знал об этом человеке? В прошлом Родерик мог совершать и не такие преступления!

Джордж представил своего единственного друга с ножом, пистолетом или даже безоружного… Он представил, как эти руки срывают платья и вонзаются, как голодные, жадные рты, в обнаженное тело. Джордж Пендлтон представил его лицо, сейчас очень похожее на лицо дьявола из "Потерянного рая", старой книги его матери с иллюстрациями Доре.

От этих мыслей руки Джорджа Фостсра Пендлтона задрожали. Он заставил себя успокоиться и попросил телефонистку соединить его с домом.

Когда Джордж услышал голос жены, он понял, что все в порядке.

Да, она хорошо его слышит. Нет, ничего не случилось. Абсолютно ничего. Наверное, тот, кто проделывал все эти фокусы, решил остановиться. Она целый день убирала в доме. А как дела у него?

— Прекрасно, — искренне ответил Джордж. Он испытал огромное облегчение. Когда Пендлтон положил трубку, у него значительно улучшилось настроение. Раз у Эллы все в порядке, значит, Родерик испугался.

Джордж спустился в бар. Хотя было еще рано, он подумал, что есть повод выпить. Разговорился с продавцом кожаных изделий из Дес-Мойнса. Позже его собеседник познакомился с какой-то женщиной, и они ушли. Джордж долго сидел один и пил, время от времени отключаясь, но не теряя над собой контроль. Ему нравилось это чувство — он будет всегда контролировать свое поведение и всегда будет вести себя, как маленький джентльмен. Он одержал победу. Чем не повод выпить?

Родерик сказал правду — некоторое время, поначалу Джордж действительно не возражал против его дикой идеи. Но он вовремя одумался. Родерик, очевидно, понял, что решение Пендлтона непреклонно. Теперь Элла в безопасности, и они будут счастливы вместе. Девяносто тысяч долларов и остров в Вест-Индии — что за бредовая мечта! Джордж Фостер Пендлтон не относится к сумасшедшим фантазерам.

В конце концов, Джордж поднялся в номер и лег спать.

На следующее утро он страдал от сильного похмелья. Джордж кое-как добрался до Бсйкертона, еще до обеда сделал несколько безрезультатных визитов и решил отдохнуть — впереди была целая пятница.

Вернувшись в гостиницу, Джордж Пендлтон захотел вздремнуть. Однако проснулся лишь следующим утром, так и не поужинав и не позвонив Элле. Он спал так крепко, что звонок Эллы, наверное, не смог разбудить его. Зато хорошо отдохнул, и в девять часов Джордж Пендлтон отправился по делам.

Сразу после ужина он позвонил жене.

— Была у доктора?

Да, она ходила к доктору Винсону, спокойным голосом ответила жена. Все прекрасно. Она прошла полный осмотр — кардиограмму, анализ крови и даже рентген. Все в порядке. Винсон дал несколько таблеток от головной боли и все.

— Ничего не случилось? — спросил Джордж.

— Нет, все спокойно. Когда ты завтра приедешь?

— Надеюсь, в середине дня. Выеду сразу после ланча.

— После ланча, — повторила Элла. — До встречи.

— Спокойной ночи, — попрощался Пендлтон и положил трубку.

Несмотря на отличное настроение, что-то его беспокоило. Он не знал, что. Просто Джордж Фостер Пендлтон ощущал какое-то неприятное чувство, словно забыл о чем-то важном. Как в детстве, когда мать посылала его в магазин, а он забывал что-то купить.

Услышав стук в дверь, Джордж нервно вскочил.

В комнату вошел весело улыбающийся Родерик.

— Всегда останавливаешься в лучшем отеле, похвалил он. — Я не сомневался, что найду тебя здесь.

— Но что?..

— Просто подумал, что должен отчитаться, — прервал его Родерик. — Ты возвращаешься завтра утром, и я подумал, что тебе лучше быть готовым.

— К чему?

Наклонив голову, Родерик стоял перед зеркалом.

— Эти дни я напряженно работал, — заявил он. — Но все труды оплатятся с лихвой. Помнишь, я говорил, что мне нужны только три дня?

Джордж открыл рот, но Родерик не дал себя прервать.

— Пока ты нежился в постели, я бодрствовал и вкалывал, — рассмеялся он. — Ты же знаешь, злые люди никогда не

отдыхают. Сейчас я все тебе быстро расскажу. В среду, после твоего отъезда я несколько раз звонил вечером. Сначала в банк — по средам они работают до девяти. Я предупредил голосом Эллы, что мне могут понадобиться все деньги. Говорил с самим стариком Хиггинсом. Когда он спросил, почему, я ответил, что собираюсь развестись с тобой и уехать на Кубу.

Родерик с довольным видом кивнул и продолжил:

— Затем я приехал к тебе домой и еще раз проделал фокус с маской. Перед сном Элла спустилась на кухню выпить молока. Когда твоя жена увидела меня, я думал, она умрет со страха. Но вместо этого она бросилась к телефону. Я понял, что Элла собирается звонить в полицию, и мгновенно исчез.

Вчера я решил, что лучше держаться от дома подальше, и опять засел за телефон. Еще раз позвонил Хиггинсу и сказал, что мне срочно нужны все деньги, потому что ты смертельно болен и нуждаешься в операции мозга. Здорово придумано, да?

Затем я позвонил в пару магазинов, чтобы они привезли сегодня утром всякую ерунду — пианино и два тромбона из музыкального магазина и семьдесят пять дюжин роз — из цветочного. Ах да! Чуть не забыл самый гениальный ход — я позвонил в "Фелпс Бразерс" и сказал, что заеду выбрать гроб, так как у меня скоро умрет муж.

Родерик по-мальчишески рассмеялся. Однако его глаза при этом оставались серьезными.

— Наконец, я позвонил этому старому козлу доктору Винсону и отменил запись. Он не мог понять причину, пока я не сказал, что ночью улетаю в Европу. Випсон спросил, летишь ли ты со мной, и я ответил, что нет, что это для тебя большой сюрприз, так как я собираюсь там рожать, а отец ребенка не ты.

После этого я поехал к твоему дому. Сам понимаешь, я вел себя очень осторожно. Ждала засада. Кроме патрульной машины на улице, в доме находился детектив. Так что пришлось срочно уйти. Но я успел увидеть, что сделано уже достаточно — Элла была похожа на привидение. Уверен, что за последние две ночи она ни на секунду не сомкнула глаз. Сегодня начали распространяться слухи. Начнет, по-моему, старик Хиггинс, за ним доктор Винсон и все остальные. Твоя жена, конечно, будет продолжать настаивать, что видела зеленое лицо. Я сделал всю грязную работу. Тебе остается вернуться и нанести последний мазок.

— Что ты имеешь в виду? не понял Джордж.

— Думаю, они все будут звонить. Твоя задача будет заключаться в том, чтобы давать правильные ответы. Скажешь, что Элла часто говорила о безумных путешествиях, что она хочет спрятать в доме деньги. Скажи доктору Винсону, что твоя жена боится, будто доктор отравит или изнасилует ее. Слышал когда-нибудь о параноидальном состоянии? Когда больному кажется, что его все преследуют. Придумай что-нибудь в этом роде. Ты знаешь, что сказать Элле. Она сейчас в таком состоянии, что сделает все, что ты захочешь. Добавь еще немного перца. Спроси ее о том, что она тебе говорила. Например, о замене "бьюика" на "кадиллак". Она, конечно, будет все отрицать, а ты сразу поменяй тему разговора. Через денек-другой, когда Элла еще несколько раз увидит зеленую маску, ты убедишь ее, что она спрятала. Это самое главное. Затем отправишься к Винсону, разрыдаешься у него на плече и попросишь проверить жену, пока она не пришла в себя, — Родерик рассмеялся. — Если бы ты видел ее лицо…

Джордж изумленно покачал головой. Почему Родерик лжет? Он говорил с женой и в среду вечером, и сегодня, и она разговаривала вполне спокойно. У нее ничего не случилось. Но не может же Родерик отправиться за сто миль, чтобы просто соврать?..

Внезапно Джордж Пендлтон понял. Все сходится. Надо же придумать безумный план, чтобы свести человека с ума. Да Родерик сам спятил! Ответ очень прост. Родерик — псих, опасный безумец. Все, о чем он только что рассказал, лишь его очередная дикая фантазия. Да, он начал осуществлять свой бредовый план, но все остальное только плод его больного воображения.

Джордж не хотел ни видеть, ни слышать своего единственного друга. Он хотел выгнать Родерика, сказать, что он только что разговаривал с Эллой по телефону, что у нее все о'кей и что ничего не случилось.

Но Пендлтон понимал, что он должен молчать. Он не мог рассказать все другу. Родерик никогда не согласится с очевидными фактами. Он стал опасным сумасшедшим, с которым нужно обращаться очень осторожно.

Внезапно Джорджа осенило. Он нашел очень простое решение.

— Я здесь уже сделал все дела, — объявил он. — Пожалуй, можно вернуться домой и сегодня. Хочешь я тебя отвезу?

— Почему бы и нет? — кивнул Родерик и опять по-детски засмеялся. — Я понял. Ты не можешь ждать, не можешь дождаться завтра. Ты хочешь сейчас увидеть ее глупое толстое лицо. Поехали. Знаешь, что замечательно? Тебе не придется долго смотреть на ее физиономию. Ее надежно упрячут в лечебницу для умалишенных, а мы поедем греться на солнышке. У нас будет и солнце, и луна, и все остальное. Тропики — замечательная штука, Джордж. Знаю, ты не любишь насекомых, но даже они могут пригодиться. Предположим, одна из девчонок заупрямится. Мы привяжем ее к дереву, правильно? Разденем догола и всю вымажем медом. Прибегут муравьи и…

Родерик говорил об этом всю дорогу. Он то шептал, то хихикал. У Джорджа Пендлтона адски разболелась голова, так сильно, как Элле, которая часто жаловалась на головные боли, и не снилось. Но Родерик и не думал умолкать. Он продолжал болтать. Он упрячет Эллу в психиатрическую больницу. Он отвезет Джорджа на остров. Джорджу казалось, что Родерик говорит об острове, на котором они сидели в гарнизонной тюрьме. Родерик рассказывал, что собирается делать с девушками. Это странным образом напоминало, как охранники в той тюрьме обращались с заключенными. От всех этих безумных разговоров голова у Джорджа, казалось, вот-вот расколется.

Пендлтона заставляла выслушивать ахинею Родерика лишь мысль, что тот сразу заподозрит неладное, если Джордж велит ему замолчать. Он должен довезти Родерика до города, оставить его одного под каким-нибудь предлогом и позвонить в полицию. Конечно, Родерик попытается свалить всю вину на Джорджа, но едва ли ему это удастся. Оглядываясь назад, Джордж Фостер Пендлтон не видел, где он мог ошибиться. Он ни разу не сказал и не сделал ничего, что можно было бы поставить ему в вину. Нет, во всем, конечно же, виноват Родерик. В этом и заключается спасение Джорджа.

Несмотря на уверенность в своей невиновности, когда машина подъезжала к дому, лоб Джорджа Фостера Пендлтона покрывал холодный пот. Время приближалось к полуночи, однако в гостиной все еще горел свет. Отлично. Значит, Элла не спит.

— Подожди здесь, — сказал Джордж Родерику. — Я только скажу, что вернулся и поставлю машину в гараж.

Родерик, похоже, что-то заподозрил.

— Я не намерен сидеть в машине, — заявил он. Вдруг копы устроили засаду.

— Я проверю, — пообещал Джордж. У меня возникла неплохая идея. Если все чисто, ты сможешь еще раз воспользоваться резиновой маской, а я буду отрицать, что видел ее. Понял?

— Да, — Родерик улыбнулся. Нагонец-то, ты начинаешь мне помогать, Джордж. Иди.

Джордж Пендлтон подошел к дому н открыл дверь.

Элла выглядела усталой. Когда она увидела мужа, то вздрогнула от испуга, но во всем остальном с ней было все в порядке. Слава богу, у нее все о'кей. Сейчас он расскажет о Родерике.

— Тихо, — прошептал Джордж, закрывая дверь. У меня в машине сидит псих.

— Повторите, пожалуйста, что вы сказали? — раздался мужской голос.

Пендлтон оглянулся и увидел детектива, с которым он беседовал после ложной пожарной тревоги.

— Что вы здесь делаете в такое время? — удивился Джордж.

— Заехал проверить, все ли в порядке, — ответил полицейский. — Что вы сейчас сказали о психе?

Джордж рассказал про Родерика. Детектив и Элла выслушали его спокойно. Пендлтон говорил быстро. Он не хотел, чтобы Родерик что-нибудь заподозрил, и поэтому в спешке глотал некоторые слова. Затем он попросил детектива незаметно выйти с ним к машине, пока Родерик не убежал. Когда полицейский согласился, Джордж предупредил, что Родерик опасен, и спросил, есть ли у него оружие. Услышав, что детектив вооружен, Джордж Фостер Пендлтон немного успокоился.

Они подошли к машине. Пендлтон рывком распахнул дверцу, но Родерик исчез.

Сначала Джордж не мог ничего понять. Затем до него дошло, что раз Родерик псих, то может, не дожидаясь Джорджа, надеть маску. Джордж рассказал обо всем детективу, но полицейский оказался туповат и не сразу все понял. Поэтому Джорджу Пендлтону пришлось показать, как можно стоять под окном на доске, взятой в машине, и не оставить при этом следов на клумбе. Детектив начал расспрашивать, как выглядит маска, но Джордж не сумел описать ее. Когда они вернулись к машине, полицейский вытащил что-то из бардачка и спросил, не об этой ли маске Джордж говорил.

Конечно, об этой. Пендлтон объяснил, что Родерик, наверное, забыл се в машине. Мужчины вернулись в дом. Элла почему-то плакала. Джордж хотел успокоить жену и сказал, что бояться нечего, потому что Родерик исчез. И она больше не должна пугаться, если кто-нибудь будет говорить по телефону ее голосом, потому что это легко может сделать любой человек.

Детектив поинтересовался, может ли Пендлтон тоже говорить голосом жены. Конечно, это очень легко. Он мог говорить голосом Эллы гак же хорошо, как и Родерик. Вот только эта ужасная головная боль…

Наверное, поэтому и пришел доктор, правда не доктор Винсон, а полицейский доктор. Он попросил Джорджа рассказать еще раз. Пендлтон рассердился и закричал, почему они расспрашивают его, а не ищут Родерика.

Они вели себя безумнее Родерика. Приехали еще полицейские. Детектив пытался втолковать Джорджу, что это он сам звонил по телефону и надевал маску. Это он-то, Джордж Пендлтон! Какая чушь! Джордж объяснил, как он познакомился с Родериком в тюрьме на острове, и что Родерик похож на дьявола Доре, и что он был плохим мальчишкой, капризным и злобным.

Полицейский объяснил, как босс Джорджа как-то услышал, как мистер Пендлтон разговаривает сам с собой. Он сообщил Элле, а она позвонила в полицию. Когда Джордж отправился в деловую поездку, полиция выяснила, что он возвращался вечером, когда напился, как сапожник, и следующей ночью, когда якобы крепко спал в номере. Все сделал Джордж, а не Родерик.

Конечно, они рассказали ему эту чушь не дома, а в полицейском участке. Там с Пендлтоном беседовали доктора, адвокаты, судья. Очень быстро Джордж перестал обращать на них внимание. Они несли какую-то ахинею о шизофрении и раздвоенности личности. У Джорджа Форстера Пендлтона разламывалась голова. Он хотел, чтобы поскорее нашли Родерика. Это он виноват во всем. Это Родерик сошел с ума. Как они это не могут понять!

Но они так ничего и не поняли. В лечебницу заперли Джорджа Фостера Пендлтона, а не Джорджа Родерика, капризного, плохого мальчишку.

И все же Джордж в конце концов провел всех. Он опять нашел Родерика. Несмотря на то, что его заперли, он нашел Родерика. Вернее, Родерик нашел его и начал посещать Джорджа.

Родерик приходил довольно часто, как всегда двигаясь бесшумно. Он приходил, когда его никто не мог видеть, и говорил своим мягким, почти неслышным голосом. Джордж больше не злился на него. Он понял, что Родерик его лучший друг и хочет помочь ему.

Родерик по-прежнему мечтает наложить лапу на все деньги Пендлтонов и поехать с Джорджем в Вест-Индию. У него есть план. Только на этот раз не будет никаких осечек. Родерик вытащит отсюда Джорджа, даже если для этого придется убить санитара или сторожа. И еще Родерик убьет Эллу.

Затем они вдвоем отправятся на какой-нибудь вест-индийский остров, где будут девочки и сверкающие под лунным светом кнуты…

О, сейчас Джордж полностью доверяет Родерику. Родерик его единственный, настоящий друг. Джордж часто спрашивает себя, что бы он делал без Родерика.

1956

Content

Блох Роберт Альберт Настоящий друг