Артем Антибиотик Чуприн

Пепел забытых легенд (сборник)

От автора

Здравствуйте, дорогие читатели. Я с огромной радостью представляю вашему вниманию свой первый авторский сборник рассказов, которые посвящены довольно интересному и популярному жанру – постапокалипсис. Этот сборник по объему очень маленький, в нем всего шесть рассказов, но, я считаю, для начала этого вполне хватит. Естественно, первый блин комом, но, поверьте мне – я старался. В дальнейшем будут еще подобные собрания сочинений, с каждым выпуском все больше и больше совершенствуясь. Так что качайте, читайте и оставляйте свои отклики. Спасибо.

Тяжелая ноша

(Рассказ по вселенной «S.T.A.L.K.E.R.)

Часть 1: Находка

1

Удача в Зоне – это нечто мифическое… Действительно, не каждому счастливчику удается пригреться у ее мягкого крылышка, почувствовать всю теплоту ее поцелуя и мимолетность защиты, но те, кому она все-таки сочла нужным улыбнуться, стали легендами среди вольных – и не только – бродяг.

Сталкер по кличке Нос за всю свою жизнь по «ту» сторону периметра ни разу не ощутил на своей шкуре, что такое быть везучим. На его голову постоянно сыпались шишки, но он никогда не расстраивался и не злился. Нет. Бродяга относился к этому смиренно, принимал как должное и искренне верил, что когда-нибудь Зона вознаградит его за безграничное терпение.

Шло время. Нос терпел одну неудачу за другой. Каждая его ходка заканчивалась либо ранением, либо мелким хабаром, на который многие здешние обитатели уже и смотреть бы не стали, а иногда так и вообще с пустыми руками приходил.

Вот и последняя ходка оказалась полным провалом. За несколько часов рыскания по отравленным территориям Нос не нашел даже самого вшивенького артефакта! Какая досада…

Мелкий дождь успокаивающе барабанил по металлической крыше старого амбара, унося прочь все неудачи дня. Сталкер сидел на земляном полу, прислонившись спиной к холодной стене. Автомат лежал у правой руки так, чтобы в случае опасности можно было легко дотянуться. Черный плащ насквозь пропитался влагой. Носа это нисколько не заботило, он даже не чувствовал, как мокрая одежда липла к телу: был слишком увлечен потоком мыслей, беспардонно лезших в его бедную голову.

«Почему? Почему, Зона? – крутилась мысль у него в голове. – Что я делаю не так?»

Ответа, естественно, не последовало. Ни из головы, ни из окружающего пространства.

«Это какое-то проклятье, – продолжал размышлять Нос. – За три ходки – чистый ноль. И сейчас…»

Дождь прекратился. Сталкер, находясь в раздумьях, даже не сразу заметил это.

Встав с земли, Нос поднял автомат, повесил его на плечо и достал из нагрудного кармана пару гаек да горсть прочего металлического мусора. Спустя пару бросков он, удостоверившись в «чистоте» выхода, двинулся вперед.

2

Под ногами противно хлюпала грязь. Хоть дождь и закончился, природа и тут нашла, как насолить идущему человеку. Кирзовые сапоги по щиколотку тонули в пучине приставучего чернозема, отчего идти с каждым шагом становилось все тяжелее. Тихий ветерок едва слышно колыхал кроны мертвого леса, по которому пробирался неудачливый сталкер.

Ходка была окончательно провалена. Нос уже смирился с тем, что и на пути к периметру удача-злодейка окажется к нему равнодушна.

До блокпоста военных, что охраняли все проходы через «колючку», пара километров пути, что в сухую погоду занимает не больше часа. Сейчас – совсем другая ситуация.

Нос остановился и прислушался. Ветер доносил до слуха что-то странное. Со злобным рычанием сквозь толстые ветви кустарника навстречу сталкеру продиралась стая слепых псов. Раньше, до второй катастрофы, эти мутанты, будучи тогда еще обычными собаками, считались лучшими друзьями человека, но после адаптации к здешним условиям, бывшие домашние любимцы забыли о былой преданности. Теперь они стали кусками гниющей плоти, которая спокойно может сожрать заживо небольшой взвод опытных и хорошо вооруженных сталкеров.

Нос мысленно показал средний палец своей «удаче» и, стянув автомат с плеча, дал деру. Сталкер убегал туда, откуда пришел, что, безусловно, противоречило здешним правилам, но когда по-настоящему хочется жить, закон можно нарушить. Правда цена этому очень велика…

Бежать быстро по влажной земле непросто, но Нос изо всех сил ускорял темп. Жаль, что тщетно.

Бродяга с каждой секундой чувствовал, как кровожадные твари все ближе и ближе. Он не оборачивался, стараясь сохранить как можно больше энергии, чтобы поскорее унести от псов ноги.

Снова пошел дождь. Холодные капли осеннего беспокойства падали на лицо бегущему сталкеру. Пытаясь смахнуть с ресниц осевшую влагу, Нос не заметил главного – впереди был крутой овраг. В лесу темно и он бежал практически наугад.

В черном угрюмом небе клинком сверкнула молния, и в этот миг Нос оторвался от твердой поверхности земли. Но нет, он не полетел, а покатился по наклонной оврага в самое его сердце.

Собаки остановились у края обрыва. Спускаться вниз они явно не хотели – их что-то беспокоило. Бесчисленное количество раз ударившись, Нос достиг конца оврага, но и тут удача решила его не баловать: приземлился он в грязную лужу. Хотя… стало ли хуже? Он ведь и так мокрый.

Кое-как выбравшись на более-менее сухую поверхность, Нос потерял сознание…

3

Первым, что он увидел, было серое небо Зоны. Скорее всего, уже день. Нос провалялся в отключке около пяти часов.

Все тело болело, как после хорошей драки. Собственно, так и есть, вот только жаль, что камни победили хрупкое тело человека.

Страшно болела голова. Дотронувшись до того участка, где больше всего саднило, Нос нащупал уже успевшую поджить рану.

После нескольких попыток встать, бродяга так и остался лежать в земле. Ноги его, по ощущениям, напоминали вареную лапшу.

Поразмяв избитое тело, Нос с большим трудом «выковырял» себя из грязи. Рядом с ним валялся покореженный автомат.

Когда головная боль потихоньку стала стихать, сталкер оглядел место, где он находился. Неутешительно. Овраг был довольно глубоким, по форме напоминал круг, поэтому, чтобы вылезти, придется карабкаться – а в нынешнем состоянии сталкера это будет нелегко.

Внимательно осматривая место своего заточения, Нос заметил в десяти метрах от себя аномалию. Достав из кармана последнюю гайку, он бросил ее прямо в центр новообразования. Ничего не произошло.

Аномалия выглядела необычайно зловеще и… красиво. Да, именно красиво. В Зоне это встречается очень редко, почти никогда. Безусловно, это же ЗОНА! Территория опасности и неминуемой смерти, поэтому «красивому» здесь взяться неоткуда. Значит, это приманка.

Крутящаяся дымовая воронка словно гипнотизировала сталкера. Нос смотрел на нее не отрываясь минут пять, после чего в голове словно сработал предохранитель. Он отвлекся.

Спустя несколько секунд аномалия вдруг начала вибрировать. Бродяга чувствовал это всем телом. М-да, ощущения не из приятных. К счастью, длились они недолго. Все закончилось так же внезапно, как и началось. Только вот аномалия была уже не одна. С ребенком, если можно так выразиться…

В метре от смертельной ловушки появился голубой шар, около десяти сантиметров в диаметре. Он слегка поблескивал и манил к себе неведомой силой. Сталкер решил было не сопротивляться, но в голове снова резко сработал предохранитель, призывая бродягу к придельной осторожности.

Нос понял и, подобрав с земли пару маленьких камешков, бросил в новоявленный артефакт. Ничего. Еще пара бросков – и сталкер удостоверился в безопасности хабара.

Несколько осторожных движений – и счастье Носа было в его руках!

«Боже… Боже.… Это же…, – сталкер сглотнул, – белая смерть… Редчайший артефакт Зоны… Боже…»

Руки задрожали и чуть не выронили дорогую вещь. Схватив ее покрепче, Нос зло оглянулся по сторонам. На такой хабар могут пожаловать серьезные люди. Лучше перестраховаться.

Сняв с плеч полупустой рюкзак, бродяга бережно положил артефакт внутрь, застегнул молнию и, как собственного сына, прижал к груди.

Еще раз оглянувшись по сторонам, Нос побежал к груде камней, по которым вполне можно было выбраться из ямы. Казалось, сама Зона дает ему выход.

Удача?

Часть 2: Побочный эффект

1

Сталкера настигла новая беда. Он совершенно не знал, где находится. Перед взором расстилался густой лес, в котором то тут, то там стояли старые дома. Похоже, что раньше здесь была деревня и теперь, спустя столько лет, она, без руки человека, заросла хвойными деревьями.

По небу, как обычно, тянулись серые тучи, готовые в любой момент разразиться новым дождем, где-то вдалеке уныло завывал слепой пес, взывая всех послушать его заунывную историю о тяжкой доле инвалида.

Нос шел настороженно: эти места были совершенно незнакомы ему, поэтому любое неверное движение могло стать роковым. Голову не покидали мысли о найденном артефакте. Сталкер все больше думал о том, куда потратить деньги, куда переехать жить, не замечая того, что рюкзак становится с каждым мгновением все тяжелее. Бродяге то и дело чудились опасности, преследования и угрозы со стороны неизвестных. Он все чаще ускорял шаг и сам не заметил, как оказался в деревне, среди разрушенных домов.

С того момента, как сталкер прижал артефакт к груди, он ни разу его не отпустил. Все движения становились дергаными, пугливыми и отрывистыми. Глаза приобрели алчный блеск и чуть ли не хлещущую через край агрессию. На спине едва заметно стал появляться горб. Выйдя в поле, Нос уже шагал как бы подпрыгивая.

Первый привал он решил сделать на опушке нового леса. Он, подобно обезьяне, неуклюже сел на пень срубленного дерева и поспешно открыл рюкзак. Но потянулся он, конечно, не за едой.

Достав скрюченными пальцами идеально ровный шар голубого цвета, Нос издал нечто вроде «э-э-э», как бы выражая радость.

Разглядывал он его долго и, возможно, просидел бы так до смерти, если бы не тихий писк, раздавшийся из-за спины. Поворот туловища назад занял куда больше времени, чем разглядывание артефакта.

За спиной у бродяги сидела обыкновенная полевая мышь. У Носа неожиданно потекли слюни. Зверек, абсолютно ничего не подозревая, подбежал к сталкеру. Почему-то бродяге захотелось съесть его, несмотря на то, что в рюкзаке лежали три банки тушенки.

Поднеся ладонь к зверьку, Нос внимательно следил за его действиями. Когда мышь, не учуяв опасности, залезла на руку сталкеру, бродяга резким движением сжал кулак и убил несчастное создание, после чего поспешно засунул в рот. Только длинный мышиный хвост торчал из пасти чудовища, некогда считавшегося невезучим сталкером…

2

Выстрелы раздались внезапно. Метрах в двадцати от Носа кто-то усердно долбил из пистолета одиночными хлопками. Спустя мгновение все стихло. Затем снова небольшая канонада и рычание вперемежку с грозным лаем.

Похоже, стая диких и голодных псов гонит прямо на идущего сталкера бедного бродягу. Количество выстрелов сократились почти на половину, они раздавались скупо и принужденно, звонко переливаясь эхом: у парня явно кончаются патроны.

Еще какое-то время громко рычали свирепые псы, после чего из густого кустарника, в десятке метров от Носа, который все так же по-дурацки держал в руках рюкзак, выскочил мужчина с обычным пистолетом Макарова.

Что-то странное было в госте. Неизвестный на ходу повернул голову и взглянул на Носа, тот в свою очередь пристально рассматривал лицо сталкера. В голове бродяги что-то щёлкнуло.

«Не может быть… – пронеслось в голове у чудовища, когда он увидел, что в темный лес убегает его абсолютная копия. – Что это еще за хрень…»

Нос стоял как вкопанный не в силах шевельнуть и пальцем. Его двойник уже скрылся в соседних кустах, загадочно улыбнувшись, словно ничего особого и не произошло. Слепые псы пронеслись так же быстро, как и сам сталкер, не обращая никакого внимания на оторопевшего Носа, который усиленно работал мозгами, силясь понять, что же произошло. Его взгляд случайно остановился на руках. Обе кисти были изъедены язвами, казалось, что с рук слезает кожа; он только сейчас заметил, что тело начинает жестко чесаться. Сталкер испугался не на шутку и, смахивая со лба капли пота, с ужасом заметил, что лицо покрыто волдырями.

В возникшей суматохе Нос обнаружил справа от себя лужу. Подковыляв к ней, бедный бродяга увидел свое отражение в воде.

Морщинистое лицо, гноящиеся глаза, кровоточащая дыра вместо носа – вот, чем наградила его Зона со своей верной подругой удачей. Артефакт был, как оказалось, далеко не безопасным.

Страх начал грызть несчастного изнутри. Бродяга посмотрел на рюкзак, окровавленной рукой достал артефакт и, ни секунды не колеблясь, с ненавистью отбросил его в сторону.

«Это ты, это ты, сволочь, сделал меня таким! – ругал он в мыслях злосчастный артефакт. – Но нет, – он повесил снова полупустой рюкзак за спину, – больше я на твои фокусы не куплюсь.»

Нос как можно скорее заковылял прочь и скрылся в серой пелене невесть откуда взявшегося тумана.

Мгла окутала все окружающие предметы леса и, казалось, что сталкер находится в совершенно неизвестном мире без вкуса, цвета и запаха.

Спустя долгое время Нос впервые услышал звук. Кто-то шел ему на встречу и, судя по тихим, приглушенным голосам, их было двое.

Небольшой луч фонарика рассекал густой туман и выхватывал куски мертвого леса.

– Опять эта чертова серость! – ругался один из идущих. – Кнопка! Что там с детектором?

– Молчит пока, – с нескольким раздражением ответил другой. – Ты, Морфий, свети лучше.

– А что ты мне указываешь? – недовольно отозвался первый.

Луч фонаря наткнулся на фигуру Носа.

– Это еще кто? – спросил Кнопка Морфия. – Эй, парень! Ты чего это там? С тобой все нормально?

Нос обрадовался, что его заметили, и радостно заковылял к сталкерам, но они, получше разглядев незнакомца, достали оружие.

– Это еще что за черт?! – прикрикнул бродяга с фонариком и направил пистолет на Носа.

– П-п-п-арн-и-и-и-и, – из горла чудовища выскользнул лишь малопонятный хрип, – п-п-п-омогите…

– Боже, что за урод! – с брезгливостью бросил Кнопка, глядя на квадратное лицо с черными дырами вместо глаз, и сплюнул на землю.

Когда Нос стал подходить ближе, невзирая на предупреждения, сталкеры открыли огонь. Ели унеся ноги, неудачливый бродяга впервые почувствовал себя настоящим изгоем.

3

Депрессия сменилась паникой спустя несколько часов ходьбы в неизвестном направлении. После встречи со сталкерами видеть кого-либо он не желал.

Куда идти, было совершенно не ясно, и Носа это беспокоило больше всего. Он уже отшагал много километров, миновал брошенные деревни, заводы, неизвестного рода сооружения…

Когда совсем отчаялся, он принял решение, что стоит немного отдохнуть и трезво все обдумать.

После того, как Нос выкинул артефакт, состояние немного улучшилось, но чувствовал он себя все равно паршиво: ему пришлось так просто расстаться с богатством, которое было у него в руках.

Перевести дух сталкер решил возле небольшого ручья. Тихо журчала на удивление чистая вода, мрачные тучи, наконец, прекратили свое путешествие по небосводу, осталась серная мгла без единого облачка.

Сталкер неуклюже сел на пожухлую траву, снимая с плеч потрепанный рюкзак. Бродяга открыл сумку, чтобы достать еды. Но его ожидал сюрприз…

«Что это за хрень… – в который раз подумал сталкер, вытаскивая из чрева рюкзака голубой шар, – этого просто не может быть».

С пару секунд сталкер приходил в себя, пытаясь понять, что в его руках делает выброшенный много километров назад проклятый артефакт. Странно, но он издавал тихие и непонятные звуки. Он мурчал, словно в руках у чудовища находился не артефакт, а маленький котёнок. Нос отшвырнул его в сторону с не поддельной брезгливостью. Порождение Зоны издало новый звук, отдаленно напоминающий шипение.

«Наваждение какое-то, – крутилось в голове у Носа, – Зона решила пошутить, ага».

Бросив напоследок в сторону артефакта полный ненависти взгляд, бродяга быстро зашагал прочь, оставив рюкзак с последним провиантом.

* * *

Отшагав несколько часов, Нос в изнеможении прилег у забавно торчащего корня высокого дерева. Ног сталкер почти не чувствовал, руки гудели и кровоточили от неизвестной проказы.

Вокруг сплошная темнота. Нос не видел своего собственного тела.

Сталкер пролежал под деревом, не закрывая глаз и почти не двигаясь, очень долго. Недалеко от его ложа несколько раз доносилось злое рычание, которое тут же сменялось жалобным визгом.

Внимание Носа привлекло странное голубое поблёскивание в нескольких метрах от него. Бродяга догадывался, что это, и давно проклял тот час, когда нашел артефакт, который будет преследовать его до конца дней.

* * *

Никто не знает, чем закончилась эта история. Носа видели многие сталкеры, и, конечно, первыми были Кнопка и Морфий. Кто-то говорит, что ему все-таки удалось вырваться из лап алчности и навсегда уйти из Зоны, кто-то говорит, что он остался на зараженной территории и стал одним из опаснейших мутантов. Слухов бродит немало, но факт остается фактом – даже не имея на своем плече теплой руки удачи, сталкер по кличке Нос смог навсегда стать легендой отчужденных земель…

Ненависть

(Рассказ по вселенной «S.T.A.L.K.E.R.»)

Сталкера Угла я знаю довольно давно. Знакомы друг с другом года уже эдак три. Конечно, в «нормальной» жизни, которая неумолимо быстро течет на Большой Земле, этот срок ничто, но здесь – в Зоне, где на счету каждая секунда, где ты можешь умереть абсолютно в любой момент, три года – это словно целая жизнь…

Познакомились мы с ним при весьма банальных, для здешних мест, обстоятельствах: я, по своей тогда еще малоопытности, откровенно спровоцировал стаю Слепых псов. За что, конечно, получил хороший, но горький урок. Патроны после долгого отстреливания в гниющие тела мутантов уже были на исходе, и меня, будь я не ладен, скорее всего, съели бы вместе с потрохами, но Зона решила, что не пробил еще мой час – на помощь пришел Угол.

Вдвоем мы быстро отбились от стаи мохнатых убийц и даже неплохо обогатились на их хвостах, которые были успешно проданы Бармену.

В общем, с этим сталкером мы все равно, что родные братья, готовые расстаться с жизнью за жизнь другого…

* * *

Не знаю, как меня угораздило так вляпаться! Я же своими глазами видел эту чертову аномалию! Видел и границы ее! Проклятье… Зона сыграла со мной злую шутку, да вот только я юмора не понял…

Аномалия под названием «Пузырь» представляла собой обширный участок пространства, из которого выбраться живым практически невозможно.

Спустя час после попадания в ее чрево несчастной жертвы, будь то мутант или человек, «пузырь» начинает «сдуваться», медленно расплющивая попаданца в кровавую кашу.

Вот в таком хреновом положении оказалась, как говорится, моя задница. Диаметр шара был уже около двух метров, ловушка с каждой секундой становилась все меньше и я просто нутром чувствовал скорую смерть, которая сейчас нагло дышит мне в затылок.

Но больше всего меня выводило из себя то, что меня предал – бежал, как трус с поля боя – мой бывший некогда верный товарищ – Угол. Я хочу найти его, взглянуть в глаза и задать один простой, на первый взгляд вопрос: почему?

Что могло толкнуть его бросить меня на верную гибель? Ответа я не знал, но заставлю его, силой заставлю, дать его мне…

Я любой ценой выберусь из этого треклятого «пузыря»! Клянусь…

Ненависть вырвалась на свободу…

* * *

Казалось, сама Зона сегодня на моей стороне. Когда «пузырь» уже начал сдавливать меня, ломая кости, в голове пронеслась лишь одна мысль – вот и все. Но, видимо, моя ненависть оказалась сильнее – Зона дала мне шанс.

Под сильным давлением аномалии я уже начал складываться пополам, как вдруг раздался звук – «пузырь» лопнул.

Лежа на мокрой траве и жадно глотая воздух, я растил внутри себя огромный ком ненависти и обиды, ждал, когда смогу выплеснуть всю горечь на виновного. Ждал и верил…

Когда пришел в себя не помню, просто в какой-то момент времени встал с земли и пошел в одном единственном направлении. Туда, куда ушел Угол…

Ненависть просто кипела во мне, но я удерживал ее и не давал вырваться наружу раньше времени…

* * *

– Быстрее, парни! – Кричал Угол на ходу. – Каждая секунда на счету! Быстрее!

Он и еще трое неизвестных сталкеров быстрым шагом продирались сквозь густой лес. Угол шел впереди, проверяя детектором аномалий дорогу.

– Мы уже почти на месте! – Он с остервенением раздвинул ветви кустарника, за которым располагалось место, где Ручка угодил в «пузырь».

Поляна была пуста, только на мятой траве видны следы пребывания сталкера, которого спасла сама Зона…

– Он выбрался, – тихо произнес Угол, – выбрался! – И счастливо улыбнулся.

* * *

Четверо сталкеров, узнав, что Ручка самостоятельно смог выбраться из коварной аномалии, решили немного передохнуть от недавней спешки.

– А все-таки молодец твой друг, из такой ловушки выбрался! – Восхищённо сказал один из бродяг.

– Ага! – Откликнулся Угол. – Он..

Его прервал шипящий звук, который раздался со всех сторон.

– Пузырь! – Только и смог крикнуть Угол, да было уже поздно.

Эта аномалия отличалась от предыдущей именно про временному признаку. Если прошлой ловушке требовалось несколько часов, чтобы убить жертву, то новообразованию хватило и нескольких секунд. От сталкеров осталось лишь обширное кровавое пятно…

* * *

Об этом событии я узнал только спустя несколько дней. Мне было ужасно плохо. Душевная рана, образовавшаяся глубоко внутри, казалось, никогда уже не затянется.

Я потерял не просто человека, я потерял друга, настоящего друга…

Моя ненависть спасла меня, но убила нечто большее – любовь…

Тишина моего сердца…

(Без вселенной)

Часть 1

В комнате было темно, только сквозь неплотно заколоченное окно едва-едва проникал дневной свет и, слепя, падал мне на глаза. Я пошевелился. Вставать с мягкого дивана не было абсолютно никакого желания, хотя, все равно придется это сделать рано или поздно. Собравшись с силами, сбросил со своего тела теплый, колючий плед и уселся на край кровати, наступив ногами на холодный пол. Неприятно.

Посидел минут пять, прислушиваясь, затем поднялся и сделал несколько разминочных упражнений. Тело после сна напрочь отказывалось слушаться, поэтому зарядка пришлась мне не в радость и удовольствие, но в пользу всему организму.

Сделав ряд полагающихся упражнений, я не спеша подошел к окну и сквозь небольшую щелку между подгнившими досками выглянул на улицу.

Снаружи было абсолютно пусто, ни души. Напротив дома, в котором укрылся я, стояло несколько ржавых машин и соседнее здание, покрытое каким-то плющом с красивыми, но, безусловно, очень опасными цветами. Дорога местами потрескалась или вовсе провалилась, фонари, что когда-то давно освещали еще «живую» улицу, превратились в гнутые ржавые палки. Земля… Мертвая земля.… Из сухой почвы слабо пробивается желтая трава. Перспективы, мягко говоря, удручающие…

Но это еще не самое страшное. То, что по-настоящему бросало меня в дрожь – это царящая вокруг тишина. Она просто сводила с ума, высасывала все живительные соки из тела, мешала сосредоточиться и, вообще, вела себя по-хамски. Даже звук, искусственно созданный мной, не смог разрушить этой душевной боли, засевшей глубоко внутри моего больного сознания.

Не заметив снаружи ничего подозрительного, я переместился в соседнюю комнату – кухню. Перед рейдом, который мне сегодня предстоял, нужно обязательно как следует подкрепиться, а то неизвестно, на какой промежуток времени может затянуться поход.

Рацион стандартный: кружка кофе, яичница, пара бутербродов. Прием пищи занимает обычно немного времени – минут двадцать от силы, но и за это время я могу сделать еще кучу полезных вещей.

Вот именно сейчас, потягивая мелкими глоточками горячий кофе, я внимательно изучал карту сводных мест и намечал приблизительный маршрут сегодняшней вылазки.

Ходка предстояла долгая. Мне придется за день пересечь весь город и выйти на опушку леса. Цель сама по себе не реальная, но я все же попробую.

Покончив с трапезой, начал собирать вещи, необходимые для похода. Достав черный рюкзак, первым делом сложил туда провиант – самое необходимое, мало ли, как могут развернуться сегодняшние действия, и было бы весьма неприятно оказаться голодным среди пустынного города. Далее: патроны, походная аптечка, спички и прочая мелочёвка, необходимая для элементарного выживания в диких условиях. Упаковав вещи в сумку, я принялся за одежду. Накинув кожаную куртку, положил мятую карту во внутренний карман. Застегнул молнию до горла, повесил сумку на плечи, взял заряженный пистолет со стола. Я плохо умел обращаться с огнестрельным оружием, но нынешние обстоятельства требовали от меня владения, по меньшей мере, теоретическими знаниями. В душе пацифист и не переношу насилия, именно поэтому искренне верю, что использовать это опасное для жизни оружие сегодня, да и никогда вообще, не придется.

Постоял несколько минут, обращая внимание на свои собственные ощущения, снял пистолет с предохранителя и, толкнув ветхую дверь, ведущую наружу, я вышел в совершенно новый, неизвестный и оттого более опасный мир…

* * *

Как описать то чувство, когда после стольких лет жизни бок о бок с людьми, вдруг оказываешься совершенно один? Я не знаю.… Это ощущение довольно двояко: оно граничит со страхом и полным умиротворением. Такое чувство, будто я живу вовсе не на Земле, а абсолютно на другой, чужой мне планете. Страх одиночества, страх того, что тебе не к кому обратиться, не с кем поговорить, но этот абстрактный страх со временем притупляется, а затем исчезает вовсе.

Я шел по разбитому шоссе. По бокам от меня стояли ржавые машины разных моделей, дырявые мусорные баки и тому подобные стандартные атрибуты улицы. Когда-то тут жили люди и даже не думали о том, что вообще может случиться такое… Беззаботное существование, радость при виде восходящего солнца, семья, светлое будущее – все это давно в прошлом. Теперь здесь главенствует тишина и человек – это лишь пятно грязи, совершенно никчемное и ненужное…

Холодный ветер погнал по ветхой дороге опавшие листья, не смотря на то, что сейчас на дворе весна и деревья должны цвести и «кипеть жизнью». Черные тучи медленно и угрюмо плыли по серому, безжизненному небу, грозясь пролиться на бренный город неприятным дождем.

Тишина… Такое ощущение, будто я оглох. Неприятное чувство. Теребил пальцем ухо, надеясь на то, что просто забилась серой раковина. Но нет,… остановился на мгновение, приводя в порядок свои чувства. В голове стоял звон, но я держался из последних сил. Казалось, еще секунда и я сойду с ума.

Отпустило, сам не знаю как, но душераздирающий звон исчез так же резко, как и появился. Я вздохнул с облегчением.

Держа пистолет наготове, я повернул на перпендикулярную улицу. Пейзаж был все тот же: старое многоэтажное здание, частично покрытое зеленым мхом, все та же «убитая» дорога, резко переходящая в огромную впадину. Все та же пустота, ни души вокруг. Тишина…

Подойдя к краю обрыва и взглянув вниз, задумался о том, как мне перебраться на другую сторону. Разлом был велик. До целого участка дороги около десяти метров. Не повезло. Можно, конечно, вернуться назад и обогнуть это недоразумение по дуге, но неизвестно, сколько может это занять времени и, самое главное, что может меня там ждать? Сильно сомневаюсь в безопасности огибающего маршрута.

Рассуждая в данном ключе, я не заметил сразу, что с глубины пропасти раздался едва заметный рык. Я с удивлением опустил глаза, но было уже поздно.

Неведомое существо, невероятно быстрое, проворное и сильное, моментально выскочило из разлома и сбило меня с ног так, что я, падая на непростительно твердый асфальт, выронил пистолет. От удивления я потерял дар речи. Вид этого существа совершенно не укладывался в моей и без того бедной голове.

Осторожно поднявшись с земли, потянулся за пистолетом и в этот момент вновь раздался предупреждающий рык. Мне пришлось прекратить действие.

Совершенно непропорциональная тварь смотрела на меня красными глазами, красными, полными ненависти глазами, и отчаянно искала выход. На первый взгляд это существо напоминало человека, но это не так.

Длинные, тонкие руки висели вдоль треугольного туловища почти до пола. Морщинистая грудь нервно вздымалась при каждом вдохе хозяина. Монстр долго следил за моими действиями, не давая поднять оружие.

Что произошло дальше, я совершенно не понял. В одно мгновение существо исчезло из моего поля зрения, окончательно сбив меня с толку. Отчаянно замотав головой из стороны в сторону, я нигде не мог обнаружить это чудовище. Оно словно испарилось. Будто его и не было вовсе!

Воспользовавшись выпавшей форой, я ловко поднял пистолет и принялся выцеливать врага. Но его нигде не было…

Расслабляться в опасной ситуации нельзя ни при каких обстоятельствах. Если ты сделал это – жди беды. Именно за это я сейчас и поплатился.

Решив, что опасности больше нет, опустил пистолет и, развернувшись к обрыву, стал снова перебирать в голове все варианты безопасной переправы на другую сторону.

Тварь стояла на крыше и с интересом наблюдала за моими действиями. Маленькие глазки жадно изучали мою фигуру, но я по-прежнему не чувствовал угрозы, которая было столь близка. Спустя несколько минут томительного любопытства, чудовище, разведя свои длинные руки в стороны, спрыгнуло вниз…

Часть 2

Грузовой вертолет с выжившими людьми тяжело поднялся в небо и, немного пикируя, улетел прочь от умирающего, побежденного неизвестной проказой, города. На борту было около двадцати человек – вот и все, что осталось от многомиллионного населения. Люди напуганы. Вжимаясь в казённые одеяла, они смотрят в мутное стекло летательного аппарата. За ним – их бывший дом, но сюда они уже вряд ли вернутся. Болезнь неизлечима…

Вертолет плавно летел над ровной и спокойной гладью пока еще не зараженного моря. Что случилось несколько дней назад – никто толком не знает, но слухи ходят самые разные. Один из самых распространенных – это то, что на невинный город была сброшена химическая бомба с какой-то ядовитой гадостью, которая уничтожает все живое на своем пути, а тех, кто смог адаптироваться превращает в ужасных монстров. Впрочем, это всего лишь догадки. Официальной информации от правительства еще не было, да, скорее всего, и не будет. Это такой инстинкт самосохранения: как только в стране случается явно неизбежная беда, которую власти не могут разрешить, они сваливают из страны первыми.

Люди внутри вертолета о чем-то тихо переговаривались и печально вздыхали, видимо, понимая, что их спокойная и беззаботная жизнь рухнула в одночасье. Чтобы все вновь вернулось в привычное русло, должно пройти много времени – годы, десятилетия. Не каждый сможет выдержать такое испытание.

Некогда водная гладь резко перешла сперва в огромные горы, а затем в густой лес. Похоже, что пилот по мерам безопасности сменил направление. Мы летели к ближайшему пункту для выживших. Он находился в нескольких сотнях километрах от пункта отправки. По словам очевидцев, там имелось все, что необходимо для поддержания жизнедеятельности и безопасности пострадавших от «чумы двадцать первого века». К слову говоря, это убежище организовали вовсе не власти, а обычные, «смертные» люди. Какая ирония…

Спустя несколько дней после возникновения этой неизвестной болезни, стали «умирать» и другие города, соседи соседних поселений и так далее. Положение становилось критическим… Кругом царила паника, но не смотря на ужасное положение люди думали не только о себе и в спешке успевали помогать другим пострадавшим. Беда и вправду объединяет.

Вертолет достиг цели примерно через час с момента отправки, но людей, в которых уже закралась частичка надежды, ждала очень неприятная новость: единственный опорный пункт для выживших под действием неведомой силы превратился в груду дымящихся обломков. Кое-где бушевало пламя, царил хаос и полный беспредел. Повсюду разбросаны изуродованные трупы людей. Некоторые из них разорваны на части или погрызены неизвестно кем.

Из уцелевшей части бункера, раскачиваясь из стороны в сторону, начали выходить неведомые твари – ходячие полутрупы. Они издавали какие-то не членораздельные звуки, иногда сопровождающиеся угрожающим мычанием. Пилот вертолета, решив помочь уцелевшим, начал снижение машины, но видя такое положение дел, все же поспешил убраться отсюда подальше, в целях собственной безопасности. Здесь живых быть уже не могло…

Ходячих трупов было несметное количество. Казалось, они будут выходить из развалин бункера, некогда безопасного убежища, целую вечность. Вскоре, спустя всего пару минут, все окружающее пространство бункера было заполнено тупым мычащим стадом зомби. Они безмозгло пялились на замерший в воздухе летательный аппарат и силились понять, что же им делать дальше.

Вертолет покружил над безобразной толпой ходячих мертвецов и, круто развернувшись, улетел туда, где на пылающем горизонте медленно, но неумолимо садилось солнце. Мир гряз во тьме…

Люди, которые были на борту вертолета, которые надеялись, мечтали найти тихий уголок в этом океане безумия, потеряли робкую надежду…

* * *

Эта неведомая сила, взявшаяся практически из ниоткуда, была похожа на небольшой шар светло-голубого цвета. Она хаотично перемещалась в воздушном пространстве прямо у самого носа вертолета. Пилот, обладая хорошими навыками управления аппаратом, умело облетал появляющуюся то тут, то там неизвестную аномалию.

Такие вот соревнования продолжались длительное время, и пилот, уже не чувствуя подвоха, притупил свою осторожность. Люди словно оказались в цирке: они смотрели на это летающее чудо выпученными глазами, не подозревая, что эта аномалия вскоре станет их последним спутником. Как опрометчиво…

Синий шар совершенно не собирался быть покладистым и выступать на радость людям, как клоун. Спустя короткий промежуток времени аномалия резко поменяла окраску с синей на темно-серую, но и это беспечных людишек ничуть не насторожило. Они лишь думали о том, что все идет своим чередом и хуже быть уже не могло.

Все так же открыв рот, пассажиры смотрели на творение нового мира.

Абсолютно непонятно, что случилось с этими людьми. Казалось, вся эта ситуация должна вызывать хотя бы подозрения, не говоря уже о страхе.

Шар летел наравне с вертолетом еще какое-то время, после чего резко увеличил скорость и устремился на обгон летательного аппарата.

Это действие непонятной штуки вызвало удивление у пассажиров, но не более того.

Пилот смотрел на серый шар с большим равнодушием, но то, что произошло в следующий момент, заставило его глубоко пожалеть об этом…

Шар держался от вертолета в нескольких метрах, после чего, прямо на ходу, начал стремительно увеличиваться в размерах.

Пилот, естественно, это заметил, но сделать что-либо было уже поздно. Вертолет влетел в прозрачное поле, и спустя долю секунды он вылетел с другой стороны.

Покорёженный кусок металлолома неуклюже падал вниз, лопасти не крутились. Время словно остановилось в это мгновение. На лицах людей паника – они еще живы, но им явно недолго осталось… Вертолет падал на мертвый, опустевший от человеческого фактора, город…

Это были последствия неосторожности.

Беспечные люди поплатились за это.… Сполна…

Часть 3

Что произошло после того, как монстр прыгнул на меня с высоты пятиэтажного дома, я совершенно не помнил. Голова гудела, как после недельной пьянки. С трудом открыв глаза, понял, что в неизвестном мне месте абсолютно темно. Немного придя в себя, я попытался встать с довольно холодного пола, но понял, что сделать это будет не просто: все тело болело, на голове чувствовались шишки и открытая рана. Ноги, как будто пригвождённые, при любом, даже не значительном движении причиняли мне адскую боль. Что же со мной произошло?

Пролежал на холодной поверхности еще неопределенный промежуток времени и вновь попытался подняться. Боль немного унялась, ноги уже сгибались и разгибались, в голове начались прояснения. Пока я лежал, глядя вверх, увидел, что высоко-высоко надо мной синее небо, а по бокам – две огромные стены, и тут на меня снизошло озарение – я упал в ту самую пропасть.

Как я вообще выжил после такого ужасного падения – не понимал, а просто благодарил всех Богов за милость. Правда, увечья на теле были жесткие, но и на том спасибо.

Поднявшись с земли, меня все еще немного покачивало, но я хоть немного стал ориентироваться в новом месте. К сожалению, подняться наверх было практически невозможно: скалы у самого начала обрыва были отвесные, поэтому выбраться из западни таким способом себе дороже. А падать еще раз с такой большой высоты, нет уж, увольте.

Я огляделся. Идти можно было всего лишь в одном направлении – на север. Разлом был большой и я не знал, что может меня ждать в кромешной тьме.

Проверив свой инвентарь, с удивлением заметил, что кое-чего не хватает, а именно пистолета. Как не шарил на ощупь по камням, я не смог его отыскать. Конечно, он мог остаться и наверху. Скорее всего, так и есть.

Мне это совершенно не нравилось. После того чудовища, которого я встретил на поверхности, идти без оружия – это равносильно самоубийству! Но сидеть на месте и ждать, пока тебя заживо сожрут чудовища – это тоже не лучший вариант.

Подобрав с земли сумку с провиантом, я заглянул внутрь. Еда была, к счастью, цела, неизвестно, сколько я здесь пробуду, поэтому, чем больше еды, тем лучше.

Повесив рюкзак на плечи, двинулся в путь.

Шел долго, несколько часов. Разлом оказался куда больше, чем я мог себе представить. Но мне снова повезло – эта пропасть была как туннель, то есть в один ход. Без всяких ветвлений и перпендикулярных коридоров.

Все было относительно спокойно. Тихо. Лишь только мои шаги жестоко разрывают царящую тишину. Никого вокруг. Ни людей, ни зверей – все исчезло после того случая. Ничего не осталось, только тишина…

Еще через час пути коридор стал расширяться и, в конце концов, вывел меня на обширную каменную поляну. Ее хорошо освещало еще не севшее солнце, и поэтому мне было отлично видно, что здесь находится.

Грузовой вертолет, полностью разбитый, лежал в дальнем углу мертвее мертвого. Я с опаской приблизился к его двери и с удивлением заметил, что ее кто-то из последних сил пытается открыть.

Подойдя ближе, я едва слышно ударил костяшкой пальца по покорёженному металлу.

– Кто здесь?! – Раздался испуганный женский голос.

Это был человек…

* * *

Выслушав сбивчивый рассказ молодой барышни о том, что случилось с ней и вертолетом, я пришел к выводу, что мир вокруг нас меняется, что вместо людей, которые раньше заселяли нашу планету, здесь живут кровожадные и невообразимые монстры и совершенно необъяснимые аномалии. Люди вымерли. Я знал – это должно было когда-то случиться, но не так внезапно.

Правда, трудно до конца осознать тот факт, что ты остался один. Или не совсем…

Я посмотрел на девушку. Она была приятной внешности. Русская. Со светлыми и длинными, как в рекламе, волосами. Тонкие черты лица подчеркивали интеллигентную личность, и от этого мне она нравилась все больше. Просто я с детства ненавидел неадекватное быдло с сигаретой и пивом. Фу, какая мерзость…

Закончив свою невероятную сагу про кованую аномалию, которая, собственно и погубила вертолет вместе с его экипажем, она поднялась с небольшого валуна, что располагался близ вертолета.

– Ты куда? – Спросил я, видя, что девица не собирается здесь более оставаться.

– Выбираться отсюда, конечно же!

Не собираясь терять свою единственную спутницу, я приступил к сборам.

Обыск вертолета ничего не дал. На его борту было абсолютно пусто, за исключением гниющей горы трупов. Скорее всего, девушка находилась в заточении долго, ибо припасов не было вообще.

Когда я закончил обыск и вернулся на место, спутница меня уже ждала и поглядывала на часы.

– К закату успеваем? – ехидно спросил я, как-бы пытаясь разрядить обстановку, но девушка то ли не поняла шутку, то ли просто решила проигнорировать ее.

– Время – сейчас наш единственный друг и помощник.

Я остановился, недоумевая.

– Поясни, – попросил я.

Девушка с пару секунд смотрела на меня, после чего сказала:

– Этот разлом тянется до самого цента города, то есть до его площади. Площадь – это точка эвакуации. Там, – она указала изящным жестом наверх, – нас ждет вертолет, который унесет нас отсюда далеко, далеко! Понимаешь?

Зачем же разговаривать со мной, как с недоумком? Я все абсолютно понимал. Оказывается, есть еще выжившие, и я здесь не один. Какое облегчение…

– И куда мы полетим? – Задал новый вопрос я.

Девушка искренне удивилась. Это было видно по гримасе, которая, из-за притаившейся на лице улыбки, получилась довольно забавной.

– К единственному порту выживших – на Еирус! – девушка все же не сдержалась и улыбнулась.

Об этом я совершенно ничего не знал, но сделал вид, будто просто запамятовал.

Решив все вопросы, мы двинулись вперед. Навстречу спасению. Тишина вновь обрушилась на мои уши, но она уже не обладала такой силой, как раньше…

Я был не один…

Часть 4

Всю дорогу девушка постоянно смотрела на свои наручные часы. Время ее заботило больше, чем все окружающее вокруг, поэтому за обстановкой в пещере пришлось следить мне. Всякий раз я предупреждал ее об опасности, а она ойкала, просила прощения, и вновь смотрела на часы. Однажды я не выдержал и спросил.

– Ну, сколько нам времени осталось?

Вздохнув, она повернулась ко мне и ответила:

– Около получаса. Можно еще, конечно, рассчитывать на пилота, но он предупредил меня, что если на него нападут, то он сразу же улетит, – Девушка взглянула мне в глаза, – я боюсь опоздать, у меня родственники в Еирусе, понимаешь?

Я утвердительно покачал головой. Хорошо, когда у тебя есть семья, друзья и товарищи, есть куда пойти в случае невзгод, есть человек, который тебя выслушает и всегда бескорыстно поможет. У меня нет таких людей – я совершенно одинок…

– Да ты не переживай! – поспешил утешить ее я. – Успеем! Времени вагон еще! – И, положив руку ей на плечо, уверенным шагом двинулся вперед.

Девушка еще с минуту постояла, затем круто развернулась в мою сторону и воодушевленно зашагала вслед за мной.

Времени действительно было мало. Хоть я и утешил эту девушка, но сам своей уверенности я не разделял. К тому же скоро нас ждало полное разочарование.

Спустя каких-то несколько минут мы вышли в довольно обширное пространство, естественно обнесенное четырьмя высокими стенами.

– Что это такое?! – вскрикнула в отчаянии девушка, ведя рукой по ровной стене, которая уходила вверх на несколько метров. Это был тупик.

– Нужно быстрее возвращаться назад! – сказала уверено девушка и двинулась назад.

Я, смотря ей в лицо, приложил палец к губам. Только что до моих ушей донесся некий звук. Подозрительный…

Девушка замолчала и стала опасливо озираться по сторонам.

Вскоре источник звука был обнаружен. В самом конце каменной клетки сидел человек. Да, самый настоящий человек, но почему-то меня не отпускало чувство тревоги. Я едва заметным жестом указал девушке на чужака и осторожным шагом двинулся к нему.

Под ногой что-то предательски хрустнуло, и человек обернулся (он сидел лицом к стене) на звук.

Странно, но это был самый настоящий человек, клянусь, я ожидал увидеть все, что угодно…

Вид у него, конечно, был еще тот. Грязный, весь в лохмотьях, он сидел на небольшом камне и смотрел на то, как мы приближаемся к нему. Похоже, он был не слишком удивлен.

– Брат! – закричала девушка, когда мы почти вплотную приблизились к гостю. – Я думала, ты мертв!

– Лида? – человек резко поднялся с места. – Это правда, ты?

Воссоединение близких – самый трогательный момент. На миг я даже прослезился, если бы не подозрительное действие со стороны братца. Но я счел, что мне просто показалось.

– Ты не знаешь, как отсюда выбраться?

– Выхода нет. Я сам уже тут долгое время сижу. Как вас угораздило сюда попасть?

– Долгая история, – вмешался я, – нам нужен выход. Время идет.

Что-то не нравился мне этот новенький. Больно он какой-то подозрительный. Или я страдаю паранойей?

– Я же сказал, выхода нет, – совершенно другим голосом ответил мне брат, – не понимаешь?

Его лицо побагровело. Глаза начали прямо вываливаться из орбит, а тело, которое было покрыто жалкими лохмотьями, начало покрываться темно красными пятнами.

– Брат! – истерично крикнула Лида. – Что происходит?!

На глазах у девушки начали проступать слезы, и я поспешил сообщить ей, что это вообще не ее брат, а некий монстр, который имеет возможность поглощать людей, перевоплощаться в них, оставляя в голове все знания бывшего владельца.

Теперь вопрос состоял в другом: как нам отсюда выбраться.

Монстр был похож на собаку, только в пять раз больше стандартной овчарки. По острым клыкам стекала вязкая слюна. И что мне прикажете делать без оружия?!

Грозный рык зверя прервал нарастающий гул мотора. Что-то приближалось, и даже это тупоголовое животное на миг перестало рычать, всматриваясь в серое небо.

Я не верил своим глазам, но там, в серой пелене показался… вертолет. Это был наш счастливый билет. Пилот дал понять, что собирается открыть огонь на поражение и мы, что было сил, ринулись назад. Через несколько секунд в каменной клетке, где раздавались лишь отчаянные вопли горевшего заживо чудовища, все пылало огнем, но я был счастлив – мы спасены.

Через несколько мгновений после удачной канонады, вертолёт замер в воздухе над пропастью и нам была скинута лестница, по которой мы благополучно взобрались на борт летательного аппарата.

Спустя несколько минут, мы уже были в безопасности. Вертолёт летел над тихой гладью синего моря навстречу заходящему солнцу, а вокруг была лишь тишина…

Люди снова смогли выжить, даже в самых тяжелейших условиях. Действительно, они заслужили свое право на существование…

Цепь единства

(Рассказ по вселенной «Метро 2033»)

Война – одно из самых низких проявлений человеческой натуры. За всю свою длинную историю существования мы только и делали, что воевали. И причины на то были самые разные: начиная от захвата территорий и заканчивая обыкновенной расовой неприязнью, без особых на то причин. Лицемерие, жадность, мания величия или элементарная неприязнь толкает людей на бессмысленные военные конфликты. Жить в мире стало не модно. Страх, боль, слезы и страдания сотрясают Землю ежедневно во время войны. Сотни тысяч убитых, разрушенные судьбы, поломанные семьи – все это цена за первенство на этой планете. Не слишком ли она велика?

Говорят, что цель всегда оправдывает средства. Это далеко не так. Вопреки своему низменному желанию, в первую, очередь нельзя забывать о том, кем ты на самом деле являешься в этом мире, и поддаваться искушению, якобы великой мечте, которая, как поводырь, ведет тебя через тернии к звездам.

Испокон веков человек всегда был одержим манией величия. По своей природе он считает себя лучшим, но таковым в реалии не является.

Борьба за первенство – жестокая война, которую породили людские страсти и сказки о том, что человек – это крайняя ступень эволюции всего земного на нашей планете. Оттого и происходят конфликты: первым себя считает каждый из нас…

1

Победа уже была у нас в руках. Толпы оставшихся солдат врага редко отстреливались, отступая все дальше и дальше. Неподалеку от выхода из метро располагалась телевизионная башня – некогда штаб Красных. Наш небольшой отряд партизан, названный в честь бывшего капитана Дектера, долбил короткими очередями из «ублюдков» по небольшим кучкам оккупантов. Они были совершенно растерянны. Враг никак не мог ожидать, что почти уничтоженная станция без чьей либо помощи сможет встать с колен и вести равный бой с хорошо экипированными бойцами Красного Знамени.

Недруга, конечно, еще было довольно много, но западня и резко хлынувшая паника солдат сыграла нашему маленькому отряду на руку. Одновременно открыв огонь со всех стволов, мы крошили Красных в капусту. Туннель разом превратился в одну сплошную мясорубку. Их становилось все меньше. В этом туннеле состоялась наша первая крупная победа над оккупантами, и я не мог этому не радоваться, не смотря на то, что вокруг лежали одни только трупы погибших солдат.

Естественно, туннель не мог быть бесконечным, и все понимали, что часть врага уцелеет и разбежится по станции, поэтому нашей задачей сейчас было: уничтожить как можно больше этих уже беспомощных зверей. И я с большим удовольствием исполнял эту боевую цель.

С целью экономии патронов мы решили применить другой метод. Откуда-то сзади нашего отряда полетела граната. Радиус поражения осколком около тридцати метров, но этого вполне хватит, чтобы не задеть нас и уничтожить часть врага. Лимонка выбила из оккупантов последнюю надежду на победу и они, развернувшись к нам спиной, ринулись к выходу из метро.

Мы не стеснялись. Как говорится, в бою все средства хороши. С кровожадными ухмылками на лицах мы с превеликим удовольствием стреляли им в спины. Солдаты, визжа, как резаные свиньи, падали на землю.

Рванула граната. Пыль и раздробленные в пыль камни сыпались мне на голову, но я на это не обращал никакого внимания. Впереди лишь была цель – убей. Восстанови порядок. Верни станцию в руки былого владельца. Убей, убей, убей…

Из этой бойни выжило всего на всего человек пять Красных. Спасенные должны сказать спасибо своим мертвым товарищам, ибо это именно они прикрыли их спины, когда бежали сзади. Впрочем, мертвецы лишь отсрочили неизбежное – мы их все равно убьем.

Выжившие счастливчики выбежали из туннеля и, как мы и предполагали, бросились врассыпную, скрываясь в развалинах мертвой Москвы.

Искать оккупантов, сбежавших с поля боя, нет никакого смысла и желания. Бой выдался хоть и не сложным, но утомительным, поэтому мы решили немного перевести дух и отсидеться в соседнем от туннеля здании когда-то жилого дома.

Обстановка была, конечно, удручающая. Брошенные пожитки людей, старый хлам сталкеров, которые тут раньше так же, как и мы, перекантовывались, несколько трупов мутантов – все это вырисовывалось в одну противную картину.

Для большей безопасности мы решили обосноваться на первом этаже. Выставили караул, полупустые рюкзаки вместе с лишней амуницией скинули в угол комнаты и уселись кто где. Все было тихо. Только где-то вдалеке пустынного города раздавались короткие автоматные очереди. Видимо, второй партизанский отряд Кулия вышел на охоту. Не завидую я оккупантам. Этот человек – настоящий фанатик, убивает врагов, как мух! Без жалости и тени сомнения. Как же нам повезло, что мы одного поля ягоды, иначе бы нам туго пришлось – он настоящий маньяк.

После трапезы была изучена будущая стратегия разгрома Красных. По ней выходило, что мы, кроша врага в щепки, должны любой ценой прорваться в его штаб – телевизионную станцию. Там были сосредоточены все основные силы противника – двигательный центр, иначе говоря. Если он будет захвачен нами – победа гарантирована.

В отряде одиннадцать человек. Все хорошо обученные бойцы без страха и упрека, готовые убивать всех и вся по приказу главного. Капитан – опытнейший человек, которому верят все до единого. Думаю, достигнуть намеченной цели мы сумеем.

После часового отдыха наш военный караван двинулся в путь. Освобождать оккупированную станцию, захваченную Красной заразой. Если ты слаб, это не значит, что ты слабее своего врага…

2

Пробиться к станции оказалось не так просто, как мы предполагали. Прячась от мощного огня врага за брошенными автомобилями, выжидали момент, при котором прорваться в центр оккупантов станет возможным. Нам не давали шанса даже поднять голову. Крупнокалиберные автоматы плевались свинцом, который рикошетом отскакивал от асфальта буквально рядом со мной и другими бойцами.

Лоб вспотел. Я одним глазом наблюдал за телебашней и толком не мог понять, откуда стреляют Красные – слишком много их было. По моей баррикаде яростно застрочил пулемёт, и мне пришлось вжаться в холодный бетон опустевшей улицы. Нельзя рано праздновать и быть слишком самоуверенным, иначе это обернется против тебя. Этот урок я усвоил навсегда. Жаль, что поздно.

Смотря по сторонам, краем глаза наблюдал остальных членов отряда. Правда, не всех. Я лежал впереди остальных, поэтому кое-кто остался вне моего поля зрения. Большинство ребят цело – хоть сейчас начинай штурм, да вот запара вышла с этими Красными. Что же делать?

Подтянув к себе автомат, я решился поднять голову и оценить ситуацию. Канонада, продолжавшаяся около десяти минут, стихла так же резко, как и началась. Может, они решили, что прикончили нас? Возможно. Тогда, скорее всего, они должны послать своих бойцов проверить действительность нашей кончины, а заодно и обыскать нас. Стервятники. Мародёрством здесь промышляют все и ничего постыдного, как это казалось раньше, еще до катастрофы, нет. Выжить любой ценой – вот главный закон здешнего метро.

Я дал сигнал рукой остальным бойцам. Из-за противогазов на лицах, не видел выражения их лиц, но зато услышал звук передергивающегося затвора. Предстояла сложная задача: убить проверяющих, при этом не попасться на глаза пасущих и прорваться в здание. М-да, сейчас любой спецназовец с десантником нам позавидует.

Стеклянная дверь здания открылась так аккуратно, что я даже не сразу это заметил. На улицу вышло трое бойцов. Первый пробежал по асфальту несколько метров, после чего присел, вскинув оружие, и наблюдал за обстановкой. Второй вышел спокойно, с опущенным оружием – сразу видно, что капитан или кто-то близкий к этому званию. Он остановился возле первого вышедшего солдата и обвел взглядом нашу «мертвую» компанию, после чего развернулся назад ко входу. Третий солдат остался караулить выход, водя стволом «калаша» из стороны в сторону.

Видимо, их капитан, спокойно потягивая папиросу, был абсолютно уверен в том, что мы мертвы, поэтому и послал на обыск одного человека – первенца. Безусловно – это было нам на руку.

Так как я лежал лицом вниз к нему ближе всех, мародёрство он начнет с меня, значит, и ликвидировать его без шума придется мне. Весело.

К моему лицу приблизилась пара ног в черных, грязных сапогах. Едва заметным движением я взял из чехла на бедре острый, как бритва, нож, и приготовился к атаке. Когда Красный нагнулся ко мне, я ловким движением перекатился на спину и со всей силы вогнал ему холодное оружие прямо под нижнюю челюсть. Удивленные глаза смотрели на меня, в то время как человек не мог произнести ни слова. Его труп тихо упал на землю. Я вынул нож и несколько раз обтер об камуфляжный комбинезон оккупанта. Огляделся.

Оказывается, не сильно «тихо» я его прикончил, как хотелось. Курящий капитан уже спустя пару секунд заметил пропажу своего товарища и приказал третьему обойти стоянку машин справа, в то время как сам обходил ее слева. Слабенькая ловушка для отряда из одиннадцати человек.

Пока капитан смотрел себе под ноги, видимо опасаясь задеть предполагаемую растяжку, был уничтожен караульный. Убил его наш главнокомандующий Драк, действуя по моей методе. Я польщен. Жаль только то, что он сработал не очень аккуратно, и мы были замечены сверху. По нам снова открыли огонь.

Больше прятаться не было смысла. Я резким движением вскочил с земли и всадил смачную пулю вражескому капитану в голову. Обезображенное тело рухнуло навзничь.

У каждого, кто стреляет сверху, есть слепая зона – это три четыре метра от начала здания. Стрелять тупо вниз под развернутым углом просто не реально. Наш капитан тоже это понял. Оперативно раздав команду, мы ринулись под градом пуль к зданию телебашни. В самое сердце врага.

Наша невыполнимая цель была достигнута…

3

Первый этаж здания был полностью завален разнородным мусором, служившим, как я понимаю, одной сплошной баррикадой. Чего здесь только не было. Всякие гнилые шкафы, двери, бетонные плиты – все это таскали с места на место Красные солдаты. Не поленились даже остов старой машины внутрь затащить. Кудесники.

Мы рассредоточились по первому этажу. Наша нынешняя цель – это поимка лидера Красных, который именовал себя Райдером. Редкостная сволочь. Все время прячется за спинами своих солдат и командует, как крыса, из-за угла. Пристрели такого, и рука не дрогнет. Но мы приготовили ему смерть похуже. Даже не просто убийство, а самую настоящую казнь.

Я зло сплюнул на пол, покрытый белой плиткой. По нашим, возможно и не таким достоверным данным, лидер оккупантов располагался на втором этаже здания. Однозначно, его уже известили о том, что в центр проникли партизаны, то есть мы, значит, он удвоил охрану и приказал своим бойцам спуститься вниз и любой ценой постараться остановить нас.

Время еще было. Нам сильно повезло с тем, что со второго этажа был всего лишь один выход. Ладан – наш подрывник – за несколько десятков секунд установил довольно мощную, на мой неопытный взгляд, растяжку. Мы отошли на безопасное расстояние и в это время с лестницы послышались едва заметные звуки. Конечно, уничтожить всех врагов одной ловушкой мы не рассчитывали, но уравнять наши силы – это, пожалуй, то, что надо.

В дверном проеме показалось двое мужчин в камуфляжной форме и противогазах. Они были либо беспечными, либо просто дураками, ибо под ноги они не смотрели вовсе. Теперь я радовался нагромождению хлама в здании, так как мы вновь спрятались за ним. Конспирация – наше все.

Так как дверной проем был узкий, проходить Красным пришлось по одному. Тяжелый ботинок солдата зацепил незаметную проволоку, чека с легким щелчком отлетела в сторону, и спустя момент раздался оглушительный взрыв – это был сигнал к началу атаки.

Двоих «наживок» убило мгновенно. В радиусе пары метров от места бывшей ловушки валялись оторванные части тела.

Мы открыли яростный огонь по врагу. Похоже, в этот раз мы их недооценили. Они искусно обращались с огнестрельным оружием и в этой кровавой каше мы умудрились потерять двоих бойцов. Однако это не помешало нам разбить этот небольшой отряд Красных. Ребята, пусть земля вам будет пухом.

Проделав небольшой ритуал прощания с павшими воинами, мы двинулась на второй этаж, не теряя при этом голову от жажды мести. Теперь нас осталось девять…

Вопреки опасениям, на лестничном пролете, что вел на второй этаж, никаких признаков растяжки или тому подобной ловушки обнаружено не было. Полагаю, что эта мразь Райдер был абсолютно уверен, что его десять молокососов смогут нас остановить. Как опрометчиво…

В его кабинет мы ворвались эффектно. Граната, пущенная Ладаном, повергла всех, кто там стоял, в шок. Пошла паника, и в возникшей суматохе наши бравые парни смогли перебить всю его охрану из нескольких человек, почти не напрягаясь. В это время главнокомандующий Красных сидел за ветхим столом и, открыв рот, наблюдал за тем, как к нему подходят два парня в камуфляже. Выйдя из ступора, он открыл ящик и непослушными от страха пальцами пытался достать оттуда пистолет, но ему помешали.

Спустя несколько минут он уже сидел на полу со связанными руками, ногами и рыдал. Пока мы готовились к казни, Райдер вдруг перестал ныть и каким-то истеричным голосом спросил: «А вы знаете, что вам конец?». И вдруг зашелся в безудержном хохоте. Естественно, мы решили, что это лишь просто запугивание, жалкая провокация со стороны Красного и хладнокровно отрезали ему голову, поставив ее на спину казнённому.

Вот тут как раз и произошло нечто странное. Здание вдруг затряслось, я чуть не полетел на залитый кровью пол, отрезанная голова, упав со спины, покатилась по белой плитке. Это было вовсе не землетрясение, как подумали мы в первый раз, это было нечто гораздо страшнее.

Весь отряд держался, за что попало, здание продолжало шатать, и в моей голове висела мысль, что это просто столкнулись литосферные плиты. Однако дикий рев поставил все на свои места…

Появилось «оно»…

4

Когда тряска более-менее утряслась, я осторожно шагнул к разбитому от землетрясения окну и аккуратно выглянул на улицу – мало ли. То, что я увидел, потрясло меня до глубины души. Прямо по улице мертвой Москвы, от телебашни, в которой мы сейчас находились, ползло нечто. Оно было похоже на гигантского осьминога красного цвета. Быстро перебирая огромными щупальцами по асфальту, оно двигалось по направлению к туннелю, что вел в соседнюю станцию. Вокруг меня собралась толпа из отряда. Все, разинув рты, смотрели на неведомое существо. Откуда оно взялось было совершено не ясно, но ничего хорошего оно в себе не несет – это точно. Вскоре мои предположения оказались верны. Осьминог, подминая под себя огромным весом все атрибуты улицы, стал расти прямо у нас на глазах. Еще через пару минут в самом центре этого красного чудовища появилась небольшая дыра диаметром около десяти сантиметров. Осьминог, подобно морскому киту, издал звук, отдаленно напоминавший мычание коровы, напрягся и выплеснул наружу какую-то зеленую жижу.

Она поднялась вверх метров на пять и облепила все в радиусе около пятнадцати метров. Каша оказалось кислотой. Попав на твердый бетон, она разъедала его, оставляя глубокую воронку. Да, попали.

Такими темпами, если эту штуку не остановить, все жилое метро превратится в настоящее кладбище. Надо что-то делать, а верее – попытаться любыми способами остановить эту штуку.

Коротко посовещавшись, мы спустились вниз. С первого этажа хорошо было видно, как с наружи бегали целые толпы Красных, охваченные паникой. Неприятное зрелище. Еще бы: видеть, как человека разъедает заживо какая-то гадость и спокойно это переварить может только психически больной недочеловек. Но мы же не такие, хоть и прошли не одну войну в Метро.

Я отчётливо видел, как красное чудовище уже начало вползать в туннель, который вел в другие жилые станции Москвы. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы из-за этой штуки пострадали невинные люди. Нужно что-то предпринять.

План в моей голове созрел быстро. Необходимо было просто завалить вход в метро и погрести заживо этого монстра. Я посоветовался с нашим капитаном, он дал добро и сказал, что взрывчатка должна находиться в центральном штабе Красных. На поиски были посланы два человека, а остальной отряд двинулся на перехват красному чудовищу.

Догнать его оказалось не так-то просто. Хоть монстр и имел колоссальные размеры, скорость передвижения у него тоже была не слабая, поэтому с тяжелой амуницией нагнать эту штуку практически не представлялось возможным. Но мы смогли.

Когда монстр уже на двадцать метров заполз вглубь туннеля, мы только подошли к метро. Стрелять в него из обычных автоматов просто бесполезно – ему пуля, что слону дробина. Только боеприпасы переведем. Остается только взрывчатка.

Туннель до соседней станции не очень длинный, примерно в километр, а скорость у чудовища становится все больше. Время уходит, счет на минуты.

Когда подоспели два члена отряда, которые ходили за минами или чем-то подобным, монстр уже дополз практически до половины, но тут нас ждала печальная новость – взрывчатки не было. Посыльные утверждали, что во всем здании телебашни они не нашли даже петарды, не говоря уже о серьезной мине. Естественно, наш капитан Драк не поверил этому, сочтя, что посыльные просто схалтурили. Но сейчас было не время ссориться, и мы вновь сконцентрировались на плане по остановке монстра-осьминога.

Как еще можно было остановить эту штуку, я не знал. Трезвых мыслей не было вообще. Один из пришедших протянул мне рацию. Сначала я не понял, зачем он ее притащил, но уже через секунду меня осенило.

Я взял рацию и вызвал соседнюю станцию. На том конце провода отозвались. Я вкратце рассказал о том, что происходит, они сказали, что их патруль уже заметил странное движение со стороны Варшавской и их отряд подрывников уже вовсю работает над большой растяжкой для незваного гостя.

Спустя пять минут в туннеле послышались звуки приближающейся дрезины, короткие автоматные очереди и удивленные выкрики людей. Я заметил, как чудовище замедлило шаг, и напрягло спину, готовясь атаковать. Быстро предупредил о готовящейся атаке соседнюю станцию по рации и снова прислушался.

Какой-то солдат крикнул готово, и в этот момент рация приняла сигнал. Я ответил. Главный станции сказал, чтобы мы отошли на безопасное расстояние и что скоро будет большой бабах. Как выяснилось, он не соврал. Успев отбежать на сотню метров, мы синхронно упали на бетон, не жалея тела. Рвануло так, что оставшиеся стекла поломало в радиусе километра от эпицентра, а у нас заложило уши.

Я посмотрел на туннель. Точнее на его останки. Огромные монолитные плиты неумолимо давили под собой монстра. Он взревел и попытался отбить внезапную атаку своей кислотой, но ее оказалось не достаточно. Чудовище было похоронено.… Заживо…

Эпилог

После уничтожения монстра, соседняя станция прислала нам в подмогу несколько десятков своих бойцов для полного освобождения Варшавской от полчищ Красных. Через несколько дней изнурительных боев оккупанты были окончательно перебиты, а чудом выжившие бежали восвояси. Как позже выяснилось, монстр был создан неким ученым-оккупантом по имени Хороль в подвале здания телебашни. Каковы были его предназначения до сих пор не ясно.

Радует лишь то, что станция вновь в руках своего законного владельца. Этот бой войдет в историю Метро. Может быть, именно он научит жалких обывателей, что не стоит недооценивать слабых и беззащитных…

Странник

(Проект «Diaries of a Stalker»)

Ярко-желтый, солнечный диск медленно, но неумолимо спускался за призрачную даль бесконечного горизонта в свою сонную обитель до следующего утра. Старушка ночь, получив, наконец, свои права на собственность, начала мелкими шагами погружать этот бренный мир – мир Периметра – во тьму. Промозглый ветер шутливо гонял по свежему воздуху палую листу, игриво закручивая ее в подобие небольшого торнадо. Обычный осенний вечер на территории охраняемой зоны. Где-то вдалеке уныло завыл дикий волк, видимо призывая стаю собраться вместе, дабы вновь пережить темное время суток. Даже животные, обладая низким интеллектом, понимают, чтобы выжить – надо держаться вместе и действовать сообща! Один только человек постоянно воюет, убивая себеподобных, и старается быть одиночкой.

Это неправильно!

В небе недовольно каркнула ворона и, пикируя, расправив черные крылья, приземлилась на скрюченную винтом ветку высохшего дерева. Вся эта картина оставляет в душе неизгладимые чувства, которые попросту врезаются в память человека и остаются там навсегда.… До смерти.… Так случилось и со мной. Я пленник этих мест и больше не могу жить без этой тишины, покоя. Утопия…

Я сидел на небольшой поляне, по бокам от которой рос густой лес. Короткие, зеленые колоски здешней растительности при порыве ветра щекотали мои оголенные по локоть руки, от чего на душе становилось все спокойнее и спокойнее. Тихо здесь, однако. Ни одного лишнего шума – все естественно, как и должно быть. На миг даже показалось, будто иду в ногу с экосистемой природы. Я с детства ценил тишину, но в нашем современном обществе остаться наедине со своими мыслями практически невозможно. Поэтому мне суждено быть здесь, в месте, где каждый находиться на одном ладу с окружающей природой. И это поистине моя мечта…

Солнце уже окончательно скрылось за горизонтом, но все же еще было довольно светло, не смотря на то, что ночь упорно сопротивлялась. По серому небу плыли такого же цвета облака, и со стороны казалось, что они представляют собой единое целое. Лежа на спине, я поднял правую руку вверх и попытался схватить одно из тонких, перьевых облаков. Конечно, это выглядело глупо, но довольно забавно…

Перевернувшись на правый бок, устремил свой взор на темно-зеленую стену леса, которая устремлялась, словно стрела, в обе стороны. Полностью увидеть картину мешает трава, которая всячески норовит влезть в лицо при небольшом дуновении ветерка.

Я здесь нахожусь уже около трех часов и совершенно не жалею о потраченном времени. Если подумать, то там, за колючей проволокой Периметра, человек весь в своих делах и вечно куда-то спешит. У него нет времени остановиться, оглянуться и посмотреть на прекрасный мир, который его окружает. Нынешнего обывателя волнуют лишь деньги и их количество, а также собственное положение в обществе. Но я ни в коем случае их не осуждаю, так как сам ничего не могу сказать об истинном смысле жизни. Никто даже и представления не имеет, какую судьбу каждому уготовил Бог. И бежать от нее вовсе нет смысла…

Цель моего существования – путешествовать по Периметру в поисках покоя и тишины. Скажу прямо: пока мне это удается. Примером может служить и эта неприметная поляна. Но, оставаясь здравомыслящим человеком, я понимал, что пролежать здесь вечно, жуя во рту травинку, я не смогу. В любом случае, нужно двигаться дальше.

Поднявшись с земли, я привел себя в порядок. Опустил закатанные рукава своей камуфляжной куртки, отряхнулся и напоследок взглянул туда, где несколько минут назад еще сияло солнце. Грустно покидать такое место, но тут ничего не поделаешь – труба зовет.

Подняв с земли свой старенький автомат, я повесил его за спину и сел на мотоцикл. Он – мой единственный спутник здесь, другого такого не найти. Заведя двигатель, обождал несколько секунд пока мотор придет в привычный ритм и на всех порах устремился вдогонку уходящему солнцу…

* * *

В езде по ночному лесу, который полон смертельных аномалий и мутантов, есть свой определенный, но явно не здоровый кайф. Вот и сейчас, рассекая на мотоцикле по «убитой» проселочной дороге, я почему-то чувствовал себя более-менее спокойно. Ни страха, ни упрека. Был словно в астрале, на сто процентов зная, что мне не причинят вреда. Возможно, я просто был уверен, что моя судьба предрешена заранее, и беспокоиться по пустякам о смерти не стоит вовсе…

Стрелка спидометра перевалила за восемьдесят километров в час, но мне лишь от этого стало задорнее. Я сильнее наклонился и вжался в руль своего стального коня.

Мимо меня одно за другим пролетали деревья, с каждой секундой оставаясь далеко, далеко позади. Я держал свой курс на север – в самый центр охраняемой зоны. В тех местах бываю довольно редко, да и подобраться в самое жерло не всегда удается, поэтому интересно посмотреть, что сталось с ними после моего последнего визита. Уверен – там все по старому, ведь это не современное постиндустриальное общество, здесь все постоянно или, во всяком случае, умеренно. Время словно остановилось в этом мире Периметра и это то, что мне поистине необходимо…

Дорога была просто ужасна. На моем пути то и дело встречались разного рода препятствия: воронки, дыры, бугры, а позже добавился хлам, начиная от бутылок и кончая огромными бетонными блоками, которые часто занимали половину дороги. Готов поспорить, что раньше неподалеку отсюда был блокпост или что-то типа того.

Вокруг становилось все темнее, и моим единственным источником света был фонарь мотоцикла, который добротно освещал мне дорогу на несколько метров вперед.

Легкий порыв ветерка приятно подул мне в лицо, и я на миг от наступившего блаженства прикрыл глаза. В тот же момент на душе почувствовалась такая перьевая легкость, что на секунду я решил, будто сплю – так уж хорошо мне было.

В тоскливую реальность меня вернул отчаянный, но в то же время злобный вой какого-то животного. Открыв глаза, я с удивлением и ужасом заметил, что лечу на огромной скорости прямо в неведомое существо, с виду напоминавшее кролика, но раза в четыре больше нашего домашнего питомца.

В голове словно сработал выключатель, и я резко повернул руль мотоцикла вправо, чтобы обогнуть и не создать аварии с не в чем неповинным созданием. По своим идеологическим соображениям и устоям я вовсе не считаю мутантов Периметра порождением зла или Ада. Главный враг планеты – это сам человек. Именно из-за него происходят все военные конфликты, которые потихоньку уничтожают нашу планету. А где мы будем жить дальше, когда Земли, нашего родного дома, не станет? Будем дальше воевать? Тогда мне жаль нас… Другого места для житья в космосе пока нет. Да и будет ли? Даже если подумать, то гомо сапиенс и сотворил этих самых мутантов, ведь зона Периметра образовалась опять-таки непосредственно от человеческого фактора. Техногенная катастрофа, не больше, не меньше…

Мы с животным разминулись и оно, радостно похрюкивая, быстро ринулось в кусты. Но вот мне повезло меньше. Из-за большой скорости мотоцикл круто занесло. Последнее, что я почувствовал, перед тем как отключиться – это острая боль во всем теле. Разум затуманился, серая пелена опустилась на веки, делая их просто невыносимо тяжелыми. Я потерял сознание, оставшись совершенно один в ночном лесу… Везунчик, однако…

* * *

Проснулся от неимоверного холода. Открыв глаза, увидел, что кругом темно, не единого источника света и оттого решил, будто все еще нахожусь в ночном лесу, где произошло злосчастное ДТП. Сильно гудела голова. При любой попытке повернуться в сторону боль резко возникала в области шеи и волной отдавала в мозг. Очень неприятное ощущение.

Лежал я на холодном полу, спина попросту уже окоченела и, как мне показалось, вовсе отнялась. Из этого сделал вывод, что лежу здесь не один час. Бедное здоровье.… Когда боль в голове немного унялась, я перевернулся на правый бок. В голове что-то резко начало пульсировать и я зажмурился. Все эти мучения продолжались минут двадцать и я, скорее всего, свихнулся бы, если не внезапный вопрос, который раздался сзади меня:

– Кто здесь?! – Спросил женский испуганный голосок. – Оставьте меня в покое!

Я молчал и, мгновенно забыв о своей боли, начал вслушиваться в голос, стараясь как можно больше не шуметь.

– Нет смысла прятаться – я точно знаю, что вы здесь!

«Что делать. Показаться? А вдруг это мой враг? И вообще, мы же в лесу, она, что сидит на дороге и говорит сама с собой? М-да…» – Эта мысль пронеслась в моей голове так же быстро, как я ехал недавно на мотоцикле. Но ответ я все равно не смогу найти самостоятельно. Придется отозваться. Была, не была…

– Девушка, вы чего так кричите? Все в порядке! – Я постарался произнести это как можно с большей уверенностью.

– Так здесь все-таки кто-то есть. Из-за темноты совершенно нечего не видно. – Она обращалась ко мне, но было такое чувство, будто она вновь говорит сама с собой. – Кто вы? Я вас не вижу, поэтому познакомимся так, вслепую.

– Я – я сталкер. Звать Клаус. Что происходит? Где мы?

– Очень приятно. Меня Настей. А вы, правда, не знаете где мы или притворяетесь?

– Да, правда. С сего это мне клоуна из себя строить? – Я, наконец, решился перевернуться на другой бок, лицом к голосу.

– Значит, вы не Абориген?

– Кто? Я? – Совершенно искренне удивился. Принять обычного человека за фанатика это уже слишком даже для меня. И с чего это вдруг она про них заговорила? Странно все это. – Нет, с чего вы вязли? – Все так же спокойно ответил я, стараясь не выказывать признаков потихоньку зреющей паники.

– Нас поймали сектанты…, – сказала девушка с небольшим надрывом в голосе. Казалось, она была не пределе.

Эти слова прозвучали, как выстрел. Я, мягко сказать, прибалдел. Теперь все сходиться! А я думаю, чего звезд на небе нет? А еще и лицом вверх лежал. Значит, мы в помещении. А земля не может быть такой холодной, на улице днем до тридцати градусов бывает. Потрогав гладкую поверхность, убедился, что лежу на бетоне. Твою же мать! Попасться в лапы к Аборигенам – это самое худшее, что может быть! Они реальные психи, буквально не контролируют свои действия! Примерно полгода назад весь Периметр потрясла жестокая казнь невинных сталкеров. Обезглавленные трупы нашли недалеко от Темного Леса, а рядом была кровью написано – «Во имя Богов…». Я видел все это.… Вспоминаю, как страшный сон… Бедные ребята. Одного я знал. Славный малый. Кочкой звать. Романтик был пацан, романтика его и забрала. И кто бы мог подумать, что я когда-то сам окажусь в лапах этих душегубов. Конечно, Аборигены – это их не настоящие имя. Прозвище им дали мы – обычные сталкеры. Уж больно их методы напоминали доисторическое время…

– Эй, вы чего молчите? – Вновь подала голос девушка.

А что я мог ей сказать. Мы в полной жопе. Нас поймали, кинули в какую-то темную камеру, где даже собственных рук в упор не разглядеть, и теперь готовятся к какому-то жертвоприношению. О, да.

– А как вы здесь оказались?

– Долгая история. – Ответила девушка. – Вы же сталкер, лучше придумайте, как нам выбраться! Умоляю вас!

– Не волнуйтесь! Я…

Меня нагло оборвали. В этот момент раздался звук, отдаленно напоминающий щелчок замка. Позже заскрежетала железная дверь, и в нашу маленькую камеру робко заглянул дневной свет с уважаемым гостем…

* * *

Нас посетил человек. И, вопреки моим надеждам и молитвам, это все-таки оказался Абориген. Членов этой зловещей группировки или, скорее всего, секты, можно было легко отличить от обычных сталкеров по экипировке. Все, вступившие к Аборигенам, ну или как там они себя зовут, обязаны носить однотипную камуфляжную форму, на шее обязательно капюшон. Раньше вообще думал, что это их как бы отличительный знак что ли. Высокие, черные берцы, кожаные перчатки и, самое основное, то, что, пожалуй, повергает жертву в шок, это черные маски, почти как у доблестного спецназа, только совершенно без дыр, которые предназначены для глаз и рта. Фактически и не человек. Существо без лица.… Для неподготовленного или психически неустойчивого сталкера – это сильный шок, когда ты не видишь, кто тебя убивает. Почему-то сразу задаешься вопросом: а человек ли это вовсе?

У нашего гостя на бедре неуклюже болтыхался нож. Насколько я могу судить и насколько позволяет слабенькое освещение, оружие у него было не простое – самодельное, но с ножнами, как полагается, поэтому мне была видна лишь довольно короткая для такого, судя по чехлу, ножа, рукоять. Она была из черной резины с какими-то символами, понятные только членам этой секты.

Именно такой персонаж заглянул сейчас к нам в камеру. Сделав пару шагов ко мне, я все еще лежал на полу, он остановился и окинул нас взглядом. Ну, наверное окинул. Ведь из-за маски лица-то не видно. Забыл отметить, что с собой он еще принес какую-то сумку – разглядеть подетальнее в полумраке, тем более глаза еще не совсем привыкли к свету, было практически не реально. Да я и не горел особо желанием. Меня, как заключенного, больше интересовал вопрос: зачем он пришел? Неужто уже казнь?

Молчание и бездействие пришлого длилось отнюдь не долго. Секунд десять, а то и меньше, после чего он попросту разжал кисть руки и сумка, издав негромкий хлопок, плюхнулась на землю.

Сектант резко развернулся и, выйдя из камеры, закрыл дверь на замок. Раздались щелчки механизма и топот удаляющихся ног.

Между собой не говорили еще долго и к сумке притрагиваться не хотели вовсе. И кто знает, сколько бы это все продлилось, если не снова прозвучавший вопрос от барышни, которую я до сих пор не видел:

– Как думаете, что там?

Вопрос был риторический, поэтому я просто ответил, что не знаю.

– Так может, проверим? Вдруг там что-то важное или полезное.

– Ага, – насмешливо ответил я, – ключи оставил. Добрый Абориген!

Сарказм был так себе, конечно, но девушка хихикнула. Это хорошо, что она не падает духом. Скорее всего, барышня испуганна лишь тем, что ее держат взаперти, она даже и не догадывается, что они делают с теми, кого поймали. Хотя, девушка же знает кто они… Возможно ей и известны их методы борьбы с, так казать, неверующими.

– Хорошо, – сдался я, – проверю сумку, но вы будете отвечать на мои вопросы. Договорились?

После некоторого молчания девушка ответила:

– Я попробую. Надеюсь это не личное?

Она пыталась поднять дух и это мне нравилось. С таким настроем можно и спастись…

Я встал на четвереньки и пополз туда, где еще недавно стоял сектант. Нащупал сумку, затем молнию. Открыл. Нечего подозрительного. Ни запаха, ничего не выпрыгнуло. Странно. Что же там?

– Так что с вами случилось? – Спросил я дабы не чувствовать себя одиноким.

– Я не помню…

– То есть как? – Я гипнотизировал то место, где предположительно лежала сумка, никак не решаясь залезть туда рукой.

– Ну, вот так. Помню, только как шла по Темному лесу, потом все закружилось, завертелось, почувствовала боль, потеряла сознание. Очнулась уже здесь. Тут вы. Все.

Я не особо ее слушал – концентрировал внимание на сумке и прикидывал, что там могло быть. Но через несколько минут я уже плюнул на все и, задержав дыхание, опустил руку внутрь. Ничего не произошло. Лишь только моя правая конечность нащупала какую-то пластиковую чашку. Даже не одну, несколько. Теперь, предо мной стояла новая задача – узнать, что внутри. Тем временем девушка прекратила вещать свою историю и вновь задала вопрос:

– Что там?

Нащупав в полной темноте крышку на чашке, я резким движением сорвал ее и принюхался.

– Ну что же там? Не томите! – Девушка все не унималась.

Я про себя счастливо улыбнулся и ответил:

– Еда!

* * *

Наше заключение длилось довольно долго. От этого я даже потерял счет времени. Еще бы! Постоянно находиться в темноте. Так и свихнуться недолго, не то, что во времени потеряться. Сектант с сумкой проведывал нас регулярно, оставляя в камере еду на двоих. Жаловаться на пищу не буду. В сравнении с тюремной баландой эти, скажем так, угощения были просто восхитительны. Но одного я все же никак не мог понять: зачем? Зачем они кормят нас? Нельзя что ли просто взять и убить? Принести в жертву или что они там делают? Хотя, если вдуматься, то прежде чем принести жертву Богам, узников сперва откармливали, давали привести в божеский вид и уже тогда…. Ладно, хватит об этом.

Все шло своим чередом. Мы ели, спали, ходили в туалет, но прежде чем покинуть камеру нам завязывали глаза, в общем – не жизнь, а сказка. И в один прекрасный момент все изменилось.

Раздался хорошо знакомый мне скрип открывающейся двери, и я подумал, будто господа из секты вновь принесли нам знатный ужин. Как бы ни так…

Вошедший ни слова не говоря подошел ко мне и, грубо схватив за руку, рывком поднял с пола. Теперь мы стояли лицом, точнее лицом и маской, друг к другу и я начал питать психологическое воздействие. Сектант дал мне черную повязку, и я завязал глаза. Насколько понял, та же процедура происходила и с девушкой, чье лицо до сих пор не видел, только вынос сопровождался нецензурными криками и явным сопротивлением. Но у бойца были стальные нервы – за все это время он не проворонил ни слова.

Дальше что-либо описывать лишено смысла. Предо мной была сплошная темнота. Выйдя из камеры меня кто-то жестко схватил за плечо и, как бы толкая, вел меня вперед, силой давая понять, где следует повернуть или остановиться.

Я постоянно спотыкался, под ногами на каждом шагу что-то валялось, но сектанта это не раздражало и мне даже на миг подумалось: а вдруг он реально вовсе не человек? Что? Такие случаи известны на стороне Периметра и неоднократно.… Разве можно иметь такую выдержку? Обычные бандиты уже давно бы стали пантоваться, размахивать стволами, угрожать и все такое. А эти нет… Кто они, черт подери?

Идти пришлось не очень долго. За все время пешего шага мы повернули раза три то вправо, то влево. Несколько раз открывались двери и мы снова шли и шли. Большая база…

Рука на моем плече резко сжалась, приказывая мне остановиться. Я повиновался. Снова раздался скрип открывающейся двери, но сейчас вдобавок к ним добавились звуки передергивания затворной рамы автомата.… Уже казнь?

В лицо подул свежий ветер. Ого, значит мы уже почти снаружи. Как же я давно не дышал чистым воздухом. На время, забыв о казни, я полной грудью вдыхал кислород и неукротимо радовался этому выпавшему шансу. К сожалению, длилось это не долго. Могучая рука толкнула меня в плечо, и я пошел вперед, повинуясь силе.

Теперь мы шли, как я понял, по лесу. Под ногами шелестела опавшая листва, гадкие вороны, сидя на ветках что-то каркали, глядя на узников, мелкий дождь начал свою барабанную дробь по моей голове и меня вдруг посетило удрученное состояние скорой кончины.

В этот раз шли долго. Около получаса. Ноги гудели, во рту пересохло, и я уже попросту не мог передвигаться.

Рука, казалось, что это единственный мой спутник, вновь остановила меня и развернула к себе. Я понимал, стаю сейчас прямо перед сектантом, но хоть убей в упор нечего не вижу!

Мы стояли друг напротив друга несколько секунд, чувствуя биение сердец, после чего рука, взяв меня за голову, сняла повязку…

* * *

Как я догадывался раньше – мы находились в лесу. Кругом голые деревья, кусты, палая листва – осень, одним словом. На ветке тонким голоском заливалась некая пичуга из-за веток которую совершенно не было видно. Девушка стояла рядом со мной. Ей так же развязали глаза и, как представителю слабого пола, разрешили сесть на землю. Может и осталось в этих фанатиках что-то человеческое? Я впервые за все время пребывания в этой до безобразия смутной ситуации взглянул на девушку. Она была очень красивая. Тонкие черты лица подчеркивали изящество натуры, длинные, светлые волосы развивались при слабом порыве ветра, и всю эту картину замыкала идеальная женская фигура. Одета девушка была в белый топик с какой-то надписью на нерусском языку, светло-синие, узкие джинсы и подростковые кеды. Да ей и самой на вид было лет двадцать от силы.

Всего нас сопровождало трое сектантов. Все одинаковые, как две капли воды – в камуфляже, черных масках. Отличались разве что телосложением. Тот, что был с ножом, который постоянно проведывал нас, был значительно крупнее остальных. С этим фактом в голову сразу пришел его статус. Однозначно, он здесь самый главный.

Так как кроме ножей у убийц больше нечего не наблюдалось, я отпустил свою надежду на легкую и более-менее человечную смерть. Нас, скорее всего, покромсают на части, как и тех бедняг у Темного Леса. Все бойцы были тщательно «законсервированы». Ни одного кусочка голого тела не выглядывало из-под одежды. На шее аккуратно собран капюшон, который скрывает ее и конец маски, рукава подвязаны, на кистях рук кожаные перчатки. Прекрасная экипировка. Они не похожи на обычных хулиганов или бандитов, которые переполнены пафосом, они профи, настоящие профи. И от этого осознания мне становилось страшно. А сможем ли мы выбраться?

Внимательно изучив каждого бойца, взялся за местность. Мы находились на небольшой поляне, которая окружена насаждением разнообразных деревьев и кустов. Бежать туда со связанными руками равносильно самоубийству. Да и сектанты, похоже, в отличной физической форме… Догонят беглеца в раз.

Глянув себе за спину, увидел на двух деревьях подвешенный за углы плакат. На белой ткани был нарисован какой-то символ. Мне его, конечно, было не понять, но то, что сейчас случиться именно жертвоприношение я понимал отчётливо.

Увлекшись всем этим, я не заметил, как ко мне подошел главарь. Он передвигался словно приведение, буквально парил над землей, несмотря на тяжелые берцы, которые должны были пригвоздить его к земле.

Он встал напротив меня, и я увидел в его руке нож, довольно странной, волнистой формы. Сверху располагалась пила, догадываюсь для чего…

Он взял мои руки и, закатав правый рукав комбеза, провел остриём ножа по коже. Адская боль. Кровь полилась ручьем, я стиснул зубы, чтобы не заорать. Сделав порез вдоль вплоть до кисти руки, сектант убрал нож и отошел от меня.

Похоже, они собираются нас еще и по мучать, прежде чем принести в жертву своим Богам. Я вновь взглянул на символ и стиснул рану на руке. Было невероятно больно, порез не глубок, но увечье начало жестко печь.

Сектанты собрались в круг слева от меня. В центре находился нож с моей кровью, он был воткнут почти до рукояти в податливую землю. Фанатики взялись за руки и спустя мгновение все вокруг завибрировало.… Подул холодный ветер, разгоняя опавшую листву и чуть ли не ломая высокие кроны растущих деревьев.

После этого появился звук. Непонятный, словно тысячи маленьких молний били в одно и тоже место снова и снова. Я посмотрел на девушку. Она была явно напугана. Сидя на земле, закрыла глаза и подобрала ноги. Больше всего в этой ситуации мне было жаль ее. Красивая девушка, ей еще жить и жить. Тут и врагу такой смерти не пожелаешь.… Не то, что ей.

В центре круга сектантов начало что-то проявляться. Сперва появились контуры, слабые очертания, затем все начало материализовываться и через несколько секунд упорного ментального труда фанатиков предстало перед нами во всей своей красе. С первого взгляда «ноу-хау» напоминало просто крутящийся шар в воздухе, но я понимал, что это не так…

Это была аномалия…

* * *

Такого вида ловушек я за все время пребывания на Периметре ни разу не видел. Но сейчас меня больше заботил не этот факт, а то, что эти отморозки смогли, ну призвать ее что ли. Мои глаза еще в жизни такого не видели. Да и вряд ли кому-то на охраняемой зоне доводилось наблюдать такой феномен. Девушка открыла глаза и развернулась в сторону гудящего шара и, остолбенев, наблюдала за ним. Сектанты держали круг еще пару секунд, после чего сделали шаг назад и разошлись.

Аномалия, после ухода фанатиков, продолжала работать в том ритме, который задали сектанты, издавая звук тысяч молний. Похоже, сейчас настал момент казни. Главарь подошел ко мне и, схватив меня свой огромной рукой за шею, повел к аномалии. Нам, конечно, повезло, что эти бойцы отказались от традиционного жертвоприношения, но и такое положение дел мне совершенно не нравилось.

Теперь я стоял на коленях в полуметре от аномалии и смотрел в самый ее центр – в глаза смерти. Хорошо хоть руки развязали. Видимо, подумали, будто мой боевой дух совсем иссяк и они попали в точку. Мне стало совершенно все равно, что со мной будет. Сейчас я главным образом переживал за жизнь моей новой знакомой.

Оглянувшись назад, увидел, что девушка смотрит прямо мне в глаза. Ее лицо все в слезах и от этого мне становилось больно. Я развернулся к аномалии, чтобы не видеть печальной картины и вдруг увидел прямо перед собой нож, который задействовал ловушку. Это был мой шанс. Но как его схватить? Не могу же я просто так упасть на землю…

В голове как-то сразу созрел план.

– Эй вы! Тупые животные! – Я развернулся в поисках сектантов они стояли позади меня, немного рассредоточившись. – Нравится людей кромсать? Ублюдки!

Так я орал несколько секунд, после чего фанатик, что стоял справа от главного, подошел ко мне и толкнул ногой в спину. Удар был так себе, но я доиграл до конца: упал так, что нож был на расстоянии почти вытянутой руки. Осталось только не подкачать…

– Уроды, мрази! Маньяки! – Продолжал говорить я уже в пол голоса, чтобы не вызвать подозрений.

В это время фанатики построились треугольником. Двое по бокам от меня, один за аномалией. Сделали какой-то жест, отдаленно напоминающий нацистское приветствие, и замерли в этом положении. Ловушка стала вибрировать еще сильнее, видимо предвкушая скорую жертву, но я сдаваться просто так не собирался. Если я и умру, то уж точно должен спасти девушку. Иначе нельзя…

Тянуть было некуда. Я все еще лежал на земле, незаметно протягивая вперед руку, и актерски постанывал от боли. Головы сектантов устремлены вверх. Похоже, они и не догадываются, что сейчас выкинет жертва.

Моя рука, наконец, стиснула рукоять. Я напряг мышцы левой руки, правая была никудышная, и, вытащив оружие, со всей силы воткнул его в ногу правостоящиму фанатику. После чего с ревом прокрутил его в бедре убийцы. Тот упал, но вопреки моему удивлению не издал ни звука. Поразительно. Да кто они такие?

Аномалия без ножа отказалась работать и спустя мгновение исчезла. Так я убил сразу двух зайцев одновременно…

Остальные двое ринулись кто куда. Один помогать раненому, а главарь ко мне. Я резким движением встал на ноги и, пригрозив ему его же оружием, стал отступать к девушке. Та сидела на месте и не двигалась. Пристально смотря на фанатика, я перерезал веревки на ее руках и сказал убегать. Она понимала, что будет мне мешать, поэтому сразу удалилась вглубь леса подальше от злосчастной поляны. Возможно, что у нее был план. Кто знает?

Тот, кто помогал раненому, теперь был позади головореза и наплевательски шел ко мне, но главарь его остановил. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, после чего он достал нож из-за пазухи своего товарища и приготовился к бою. Везет мне сегодня…

* * *

Пятеро сталкеров во главе с девушкой продирались сквозь густые заросли леса. Все они были вооружены до зубов. Видимо, предстояла какая-то серьезная схватка. Десять ног беспощадно топтали землю, стремясь найти свою цель…

Вскоре они вышли на поляну, где их ожидала страшная картина. Обезглавленный труп мужчины лежит в самом ее центре, голова на спине, лицом к ним, лужа крови и больше нечего.

Одного сталкера стошнило, другие просто отвернулись.

– Мы опоздали. – Еле сдерживая слезы, сказала девушка. – Они убили Клауса, а сами скрылись.… Даже раненого забрали, не поленились…

– Но ведь ты знаешь, где их база, правда? – Спросил один сталкер с короткой стрижкой.

– Нет, – сказала девушка, шмыгнув носом, – у меня все это время были закрыты глаза.

– Неуловимый клан фанатиков-убийц. – Сталкер с противогазом на плече подошел к обезображенному трупу. – Сколько это еще будет продолжаться? Сколько еще бравых парней погибнет от рук этих чертей?

Все молчали…

Клаус был похоронен на том же месте. Почти весь Периметр знает об этом страшном событии. Там, где произошла трагедия, по сей день висит плакат со знаком таинственной организации, чтобы люди, увидев его, растили в своей душе ненависть ко всему злому и бесчеловечному…

Таков закон Периметра…

Крен

(Рассказ по вселенной «S.E.K.T.O.R.)

1

Трое мародеров сидели на опушке леса и оживленно беседовали. Погода в Секторе была сегодня особенно хороша, несмотря на то, что на дворе поздняя осень. Легкие серые тучки совершенно непринужденно ползли по чарующему небу, а сквозь них на землю падали лучи утреннего солнца. Светило в этих местах очень редкий гость и если оно удостоило нас вниманием, значит, день просто обязан быть хорошим и по-своему удачным.

Один из мародеров достал из рюкзака бутылочку «прозрачной» и пластиковые стаканчики. Сегодня у них был праздник – грохнули честного следопыта, разжились хабаром. Вот это жизнь! Совсем не то, что зарабатывать на существование честным трудом, искать, рискуя шкурой, сувениры, они предпочитают готовое.

– Давай, Мишаня, разливай по стопарику! Сегодня денек хороший! Есть что спрыснуть! – мародеры сидели кругом и, получалось так, что каждый из них видел, что твориться у другого за спиной.

Тот, кого назвали Мишаней, открыл бутылку и разлил прозрачную жидкость по пластиковым стаканам. Бандиты чокнулись и произнесли: «Ну, чтобы все сувениры были наши!..»

Что-то неуловимо изменилось на опушке. Тихий вибрирующий звук разорвал утреннюю тишину. Возникло ощущение, что участок леса, где пировали бандюги, оказался в королевстве кривых зеркал. Пространство сжималось, раздувалось, искажалось, и с каждой секундой звук становился все сильнее, сводя с ума местную живность. Ворона, пробудившись от сладкого сна, недовольно каркнула и рванулась в серое небо с ветки дерева.

– Это что за хрень?! – сказал один из мародеров, – посмотрите туда!

Палец бандита указал за спину Мишане.

Пространство вокруг мародеров напряглось, словно раздувшийся до предела пузырь, готовый в любой момент лопнуть. Но этого не случилось. Пузырь начал резко сдуваться, стягиваясь посередине в черную дыру. Вибрирующий звук усилился в несколько сотен раз, превратился в сводящий с ума визг.

В дыре посередине пространственного пузыря показалось какое-то движение. Через несколько секунд из него вышло странное существо, отдаленно напоминавшее человека. Вернее, оно когда-то считалось человеком, но теперь от прежнего облика мало чего осталось. Как только обе ступни пришельца оказались на земле, пузырь с тихим шипением исчез. Существо с виду напоминало закоренелого бомжа. Весь грязный, с прядями слипшихся волос, в беспорядке свисающими с удлиненной головы, в рваных лохмотьях, он напоминал первобытного человека, который только начал осваивать азы цивилизованной жизни. Его глаза были совершенно черные, при взгляде в них казалось, что смотришь в бездну и понимаешь, что ты обречен и что спастись невозможно. Крупные надбровные дуги нависли над глазами, и те как будто таращились из глубины черепа. Вместо человеческого носа над губой красовалась небольшая дыра.

– Это еще кто?! – спросил неизвестно кого мародер, хватаясь за обрез, который висел за спиной.

Остальные последовали его примеру, и через пару секунд, в неизвестное существо летели три заряда картечи. Правый глаз существа дернулся, оно издало тот самый вибрирующий звук, и… дробь замерла в воздухе! Удивлению мародеров просто не было предела! Опустив оружие, они во все глаза смотрели на зависшие в воздухе шарики. В Секторе, конечно, много чего странного происходит, но чтобы такое…

Переведя взгляд на первого мародера, что стоял слева от незнакомца, существо глубоко вздохнуло. Перед грудью в бандита возник сгусток черноты, словно прореха в пространстве, которая медленно начала затягивать человека. Мародер попытался отмахиваться от нее руками, его ладони попали в дыру и вмиг оказались оторванными. Опушку леса пронзил крик. Кровь хлестала из двух огрызков фонтанами, мародер рыдал от адской боли, а черная дыра продолжала поглощать несчастного человека. Раздался хруст ломающихся костей, и от бандита осталась только лужа крови.

Один из оставшихся мародеров рванулся с места, как сумасшедший, прямо в чащу леса. Раздался шелест, и беглец скрылся в зарослях.

Последний мародер так и замер косясь на лужу крови, потом, наконец, сообразив, что случилось, схватился за обрез. Выстрелить он не успел. Существо еще раз моргнула правым глазом и застывшая в воздухе дробь с огромной скоростью полетела в бандита. Изрешеченный картечью человек упал навзничь.

Появился пространственный пузырь, открылась черная дыра, и существо исчезло так же внезапно, как и появилось…

2

Сбежавший мародер несся по лесу, как сумасшедший. По его лицу хлестали ветки, но бандиту это было безразлично. В его глазах читался лютый страх, который жёг мозг и заставлял все дальше бежать от места, где погибли его товарищи. Больше всего поражало, с какой быстротой с ними расправилось неведомое существо. И черная дыра, засосавшая человека! Такое не то, что трудно понять, а даже представить невозможно. Перед мародером снова и снова вставала картина: невесть откуда взявшейся черная дыра засасывает друга, ломая кости. И мерещились черные, как сама ночь, глаза, отчего все больше боялся мародер и быстрее, не жалея сил, бежал.

В Секторе день. Солнце, которое так приветливо глядело на землю сверху утром, пропало. Теперь по небесному покрывалу плыли унылые серые тучи, ветер гнал их за горизонт. Местная живность проявила активность. В кустах зашелестело, и из них вылез кролик. Облезлый, с красными глазами, он излучал агрессию. Повертев безволосой головой, он нырнул в соседние кусты.

Мародер, охваченный первобытным страхом, напрочь забыл об элементарных мерах предосторожности. Сейчас очень легко влететь в гравитационный выкрутас, особенно если ты летишь на всех порах сломя голову и не видишь ничего, кроме своего страха. Бандит был именно в так состоянии. Пробираясь сквозь заросли, он наделал шума, а в Секторе нужно быть осторожным и тихим. Стоит хоть на секунду отвлечься, как тебя тут же грохнут. Да и не только хищные твари, как хамелеон или другое загадочное существо, ты можешь погибнуть от пули так называемого «друга» и причины для всех почти одинаковы – жадность.

Если что-то плохое не случается сразу, это можно назвать везением, но длится оно отнюдь не бесконечно. Мародер, за все свое долгое странствие по лесу, чудом не влетел в искажение и даже не напоролся на тварей, но лимит удачи был исчерпан.

Из кустов справа раздалась короткая очередь. Автоматчик бил с упреждением. Пули, взрыхлив землю, подбросили в воздух кусочки чернозема и прелой листвы. Бандит, спохватившись, упал на землю, прижимая руки к груди.

Из низкого кустарника, откуда стреляли, вышел человек. Он одет в полевую камуфляжную форму, в бронежилете. Крупного телосложения, гладко выбритый, да и вообще представитель власти имел довольно внушительную внешность.

– Сержант Ковальчук, – военный качнул стволом автомата, приветствуя бандита, – что делаем на охраняемой территории?

Мародер приподнялся с земли и посмотрел на сержанта. Бандит дышал тяжело, смотрел затравленно и словно не понял вопроса. Военному это не понравилось.

– Я задал вопрос! – сержант приблизился и лежащему.

Мародер резко поднялся с земли и бросился к военному с криками «помогите».

Сержант опешил и, чтобы остановить безумного бандита, выстрелил в воздух. Мародер тут же остановился. Сержант заметил, как на лице человека явственно оставил отпечаток пережитый страх. На щеках красовались следы от недавних слез вперемешку с кровью из-за порезов ветками.

– Слышь, начальник, там такое произошло! – истеричным голосом сказал бандит.

– Говори.

Мародер перевел дух и потупил взгляд. Он никак не мог собраться с мыслями – убийство на опушке потрясло его.

– Мы типа сидели в лесу, – продолжал бандит, – тут в натуре резко за нами появилось какое-то странное чучело, реально, как из-под земли выросло!

Сержант внимательно слушал.

– Он похож на человека, но не он! – стрекотал мародер, – Табло овальное! Зенки черные! Мы испугались с пацанами, и давай по нему из обрезов шмолять, но тут случилось…, – бандит замолчал, видимо что-то вспоминая или подбирая нужное слово.

– Случилось что? – подгонял его сержант.

Мародер немного помялся и выдал:

– Дробь застыла в воздухе! В натуре!

Военный поднял левую бровь.

– Да начальник! Мамой клянусь!

Глаза бандита стали совсем безумными и военный непринужденно, как-бы случайно, направил на человека ствол автомата.

– Дальше что?

– Дальше?! А дальше – больше! Это чучело начало моргать правым глазом!

Военного пробило на смех, но он сдержался, понимая, что человек явно тронулся рассудком.

– Давай, рассказывай, не останавливайся, – потребовал сержант.

– Вот оно моргнуло зенькой своей, и тут же какая-то фиговина на моем кореше появилась. Черная дыра что ли? Я в этом не рублю, начальник.

– Что, прям черная? – ухмыльнулся сержант, но мародер не заметил насмешки, а продолжал рассказывать свою невероятную сагу.

– Она начала затягивать моего друга, и от него осталась только лужа крови в натуре.

Военному стало не по себе. Он положил руку на цевье автомата. Какие-то отзвуки приближающейся тревоги грызли его изнутри, но вида он не подал, а продолжил беседу с психически больным.

– Так сколько вас было?

– Трое, – ответил мародер.

– А почему этот монстр тебя не убил?

– Так сбежал я…

– Место показать сможешь? – сержант, конечно, понимал что это полная ерунда, но мало ли. В Секторе и не такое случается.

– А то! – ответил мародер, – Тут не далеко.

Военный вытащил рацию и, щелкнув кнопкой, произнес:

– Самолов, заканчивай с проверкой квадрата, включай «жука» и бегом ко мне, – сержант убрал рацию. – Идем?

До места добрались относительно быстро. Мародер шел впереди, военные следом. Оказавшись на опушке леса, представители власти поняли всю серьезность происходящего. Труп мародера лежал на земле с запрокинутой назад головой. На его теле красовались дырки от картечи. Слева от мертвеца находилась лужа крови, это то, что осталось от третьего мародера.

Хорошенько осмотрев кровь, которая начала сворачиваться, и изрешеченный труп, сержант спросил:

– Что ты говоришь, с третьим случилось?

Мародер ответил:

– Так засосало в черную дыру его!

– Надо сообщить об этом в МАС, – сказал сержант, – Самолов, займись.

– Есть! – боец достал рацию.

3

Машина, посланная из МАС, добралась до места назначения довольно быстро. Хотя военные не особо охотно служат на границах Сектора – им на все плевать. Даже если НЛО упадет перед их носом, они не удивятся, и не будут напрягаться, чтобы куда-то там идти и что-то смотреть. И по неучтенным лицам – следопытам – они только для «кайфа» стреляют. Так сказать, доказывают себе, что они парни хоть куда, и отлично стерегут нашу великую родину от опасностей Сектора. Но прибывшие люди не относились к таким солдафонам. Это специальный отряд особого назначения, его прислал лично уполномоченный МАС, поскольку загадочная гибель двух мародеров это их профиль.

Противно скрипнув и слегка качнувшись, машина остановилась. Это был УАЗик, покрашенный в темно-зеленый цвет. Из кабины спрыгнул человек не похожий на военного. На нем красовался черный комбинезон, рукава которого закатаны по локоть, на ногах берцы с высокой шнуровкой. Лицо суровое, нос со следами перелома. Когда он закурил, сержант разглядел на левой руке три креста. На татуировку не похоже – скорее, кресты выжженные, и, по всей видимости, приезжий их не прятал, а совсем наоборот.

За первым из УАЗа выбрался лысый, с серьгой в правом ухе, такой же черный комбинезон только с красными стрелочками на ребрах. Выйдя из УАЗика, он огляделся и тут же начал тщательно изучать опушку, принюхивался и чуть ли не пробовал на вкус землю. Последним выбрался из машины щупленький человек с каким-то прибором – ученый. Так же, как и все, он был одет в черный комбинезон. Вылезая из автомобиля, он умудрился споткнуться о подножку из-за громоздкого прибора, который прижимал к себе обеими руками.

Подойдя к приезжим, сержант пожал каждому руку, кроме лысого, тот был занят обследованием свернувшийся крови и ничего вокруг не замечал.

– Капитан Сагапов, – представился человек в черном комбинезоне, – можно просто Крест.

Взгляд сержанта скользнул по правой руке и остановился на ожогах. Ровно три креста. Они так явственно отпечатались на светлой коже капитана, что казались явно лишними в общей картине.

– Дмитрий Гашь, – ученый протянул руку, – очень приятно.

– Сержант Ковальчук, вот взгляните, – он провел новоприбывших поближе к месту событий.

Внимательно, со всей серьезностью осмотрев труп и лужу крови, немного подумав и поразмыслив мозгами, капитан сказал:

– Да, наш тип поработал. У трупов знакомый характер повреждений, особенно у парня, которого расстреляли, это любимый фокус нашего клиента.

– Я вот до сих пор не пойму, почему вы считаете, что этих мародеров убила какая-то неведомая тварь? – спросил сержант.

– Насчет расстрелянного мародера могли быть сомнения, но насчет этой лужи крови нет. Этого человека точно затянуло в искажение.

– С чего вы взяли?

– По дороге сюда, на обочине валялись внутренние органы человека, а сверху две целёхонькие ладошки, – капитан улыбнулся, – а вы доложили в МАС со слов выжившего мародера, что первыми в черную дыру попали руки человека. Вам все понятно?

– Кажется, да.

Сагапов подошел к трупу, сел и отковырнул дробь.

– Жаль, что обрезы у бандитов были, теперь невозможно определить, кто убил этого человека. – Капитан встал, – Мародер не сказал, как исчезло это существо?

– Нет, он же сбежал.

– Ах да, влетело из головы. Кстати, а где он?

– Рядовой Самолов отвел его на ближайший КПП.

– Гашь! – крикнул капитан и ученый, вместе со своим прибором очутился рядом, – точка свертки пространства еще свежая?

Дмитрий забегал пальцами по прибору.

– Нет, но вычислить, куда он направляется, можно.

– Тогда работай! Клок!

Молчаливый лысый чудак отозвался и вопросительно смотрел на Сагапова.

– Следы есть?

Клок покачал головой.

– Точно наш. Из этого можно сделать вывод, что он пришёл из портала и ушел так же через него.

– Есть координаты его передвижения! – говорил ученный, – Они несколько спонтанные, но мне удалось уловить конечную точку – это Глубь.

– Отлично, Гашь, держи меня в курсе его передвижений. Мы отправляемся в самый Ад, парни. Может, совсем скоро нам удастся поймать этого существо. Сержант, идешь с нами, понадобится некоторая информация. Ты понял?

Ковальчук кивнул:

– Так точно!

4

Путники шли по грунтовой дороге, по сторонам которой рос густой лес. Вечерело. Солнце красным пятном медленно уползало за горизонт, оставляя сержанта и сотрудников МАС, наедине с темнотой. С приходом сумерек следопыты достали фонарики. Все, кроме сержанта. У него фонаря не было, он же патрулирует в светлое время суток, а сейчас должен быть на КПП и докладывать начальству о сегодняшних происшествиях в Секторе. Ковальчук не понимал поведения капитана с крестами. Почему он решил, что мародеров убила неведомая тварь? Ведь веских доказательств сего факта нет. Ну, валяется труп с кучей дырок, ну, кровь на траве, что с того то? Не, какой-то он странный, не похоже, что его прислали из МАС, там работают спецы, а этот, от силы, тянет только на следопыта.

Занятый раздумьями, сержант пропустил начало разговора Креста с ученым.

– Гашь, что показывает прибор?

– Цель направляется в Глубь, это точно, – ответил ученый, лицо которого подсвечивалось тем самым прибором.

– Раньше он туда так не рвался, – заметил капитан, – Что его вдруг туда поманило?

– Простите, капитан, можно спросить?

– Ну? – Сагапов бросил короткий взгляд через плечо.

– Кто этот ваш неизвестный?

– Это длинная история, сержант, – решил было закрыть тему Крест, – ты, наверное, сперва решил, что никакие мы не военные из МАС, верно?

Ковальчук кивнул.

– Мы специальное подразделение, – говорил капитан, он шел впереди и иногда оборачивался к сержанту, который шел за ним, – наша задача поймать этого мутанта любой ценой.

– А зачем? – спросил неугомонный военный.

– Ну, вы же сами видели, какими способностями он обладает! – выкрикнул Гашь.

– Дмитрий, ты лучше в свой прибор смотри, – сказал капитан, – я человека сам просвещу.

– А откуда вообще это существо взялось? – задал новый вопрос сержант.

Крест замолчал. Скорее всего, он подбирал нужные слова или просто не решался сказать.

– Из НИИ Акустика.

– Что?! Из Центра?!

– Именно, поэтому он представляет для МАС особую ценность. Мы не просто военные, точнее мы вообще не военные.

– Тогда кто?

– Я следопыт. Меня наняло Министерство. Гашь ученый. Он из МАС, кстати. Мы с ним давно знакомы. Дмитрий, когда впервые появилось это существо, для его поимки посоветовал меня. Клок, – капитан замялся, – ну, он и есть Клок.

Теперь все стало на свои места. Это все объясняет. И их вид, и метод работы. Наступило молчание. Все переваривали этот диалог, и каждый размышлял, чем обернется для него эта ходка? Но, похоже, ответа не будет до самого конца.

Первым тишину нарушил Гашь сказав:

– Капитан! Странное явление к северу от нас! Кажется не закрывшийся пространственный пузырь!

– Расстояние?

– Пара километров.

– Странно, – Сагапов задумался, – впервые такое, но время терять не стоит, это наш шанс! Боевое построение! Клок впереди, я и сержант парой сзади. Гашь, держись между нами и следи за этим порталом – он не должен закрыться!

– Как будто это от меня зависит, – недовольно буркнул ученый.

Через лес пробираться было тяжело. Сухие ветки деревьев так и норовили кольнуть в глаз. Клок шел уверенно, в отличие от Креста и остальных. Под его берцами жалобно хрустели упавшие ветки и шелестели листья. Пахло в ночном лесу на удивление приятно. Но все эти «чудеса» длились не долго. Через несколько минут подал голос Гашь, не отрывавший глаз от прибора.

– Портал открыт, находится в этом направлении, – ученый показал строго на север.

Дмитрий не обманул. Вскоре раздался вибрирующий звук, и за кустами воздух сгустился. Туда уставились четыре луча света.

– Какой он черный, – сказал ученый, оторвавшись от прибора.

– Меня интересует другое: это существо специально портал не закрыло? – задал вопрос сержант.

– Вот мы его сейчас и спросим, – загадочно ответил Крест и шагнул к порталу.

– Эй! Вы чего, капитан! – крикнул Гашь, – Нельзя в него идти!

Капитан обернулся.

– А ты прикинь, если мы все через него пройдем, то через минуту выйдем на этого монстра!

– Но, это же опасно! – не унимался Дмитрий.

– Я его на протяжении нескольких лет ловлю! Так что теперь отступить когда он перед носом?! Нет уж!

Не секунды не мешкая, глава команды прыгнул в портал. Вибрирующий звук усилился и капитан исчез. За ним, без тени сомнения бросился Клок. Гашь, немного помешкав, тоже покинул этот мир через портал. Остался только сержант. Быстро перекрестившись, Ковальчук с разбега сиганул в портал. Раздался вибрирующий звук и резко оборвался, наступила тишина…

5

Проход через портал был ужасным, у всех мутилось в голове, подташнивало. Вокруг было только бескрайнее серое пространство и больше ничего. Никаких признаков леса, из которого они сюда переместились, ни признаков жизни – ничего, что позволило бы определить, что они еще на планете Земля. Только сплошная и совершенно непроглядная серая пелена застелила обзор на триста шестьдесят градусов. Звуки! Нет звуков! Абсолютная тишина, но это не так хорошо, как могло казаться на первый взгляд. Тишина давила в уши, сводила с ума, высасывала разум, оставляя в голове вязкую серую кашу.

Разом все прекратилось, тишина ослабила свое давление. Раздался первый, за долгое время пребывания в этом пространственном пузыре, звук. Это Гашь ползал по такому же, как и все остальное, серому полу и громко кашлял, пытаясь отхаркаться после приступа рвоты.

– Что произошло? – капитан выглядел совершенно невозмутимо, как будто ничего не случилось, – почему мы все еще в пузыре?

Ученый, утерев губы сложенным вчетверо платочком, ответил:

– Тут единственное объяснение – мутант просто не хочет нас выпускать.

– Как это?! – опешил Ковальчук, – не пойму, то он удирает от вас, то вдруг не выпускает!

– Да брось, – сказал капитан, – тут-то как раз просто. Он хочет расправиться с нами, а здесь – подходящее место.

Напряжённое молчание. Каждый переваривал слова капитана. Все понимали, что придется сражаться с сильным врагом, но не думали, что это может произойти так скоро. Молчание длилось около двух минут, после чего его нарушил знакомый вибрирующий звук. Откуда он исходил, совершенно неясно. Перед Гашем появилась небольшая черная точка, это именно она издавала вибрирующий звук. Ученый отпрыгнул в сторону. Точка становилась все больше и вскоре превратилась в полноценный портал.

– Портал внутри портала?! – вскрикнул Гашь. – Не может этого быть!

Прямо из чрева новообразовавшегося пузыря мощным потоком вырвалась струя воздуха, насыщенного энергией. Она обжигала, и людям пришлось прикрыть свои лица кто, чем мог.

– Может, – раздался из портала басистый голос, – ты даже не представляешь себе, какими возможностями я обладаю.

Из портала появился человек, лысый, одетый в больничный халат – когда-то белый, а сейчас изрядно выпачканный. На лице красовалась счастливая улыбка. Лысый смерил каждого взглядом и, остановившись на капитане, произнес:

– Какие люди, а я тебя помню, э-э-э-э, – человек замялся, – Крест, правильно?

Все посмотрели на капитана. На его лице читалось неподдельное изумление. Лоб покрылся потом.

– Ну, что же ты молчишь? Нечего сказать старому товарищу?

– Профессор Лобб?! Это вы?!

– А ты что, забыл уже? Я-то все помню, урод. Помню, как ты бросил меня там умирать!!!

Лицо человека из портала побагровело, глаза налились кровью. Это был столь резкий переход, что стало не понятно, с чего он взбесился.

– Теперь ты, Крест, поплатишься за это!

Капитан стоял, как вкопанный, не в силах пошевелиться. Скорее всего, это призрак из прошлого и, судя по их общению между собой, они на ножах. И чем Крест мог так насолить?

Человек выставил обе руки перед собой. В ладонях тот час появились небольшие черные шары. Снова вибрирующий звук. Круглые субстанции, в руках человека из портала, сыпали вспышками крошечных молний.

Выражения лица незнакомца стало совсем безумное. Его глаза жадно бегали по капитану, он не мог определиться, куда выстрелить.

Вибрирующий звук усилился, и тотчас шары рванулись к Кресту. Капитан даже сейчас стоял, как вкопанный, а черные дыры летели прямо в него, сокращая дистанцию.

Клок, что стоял позади Креста, в последний момент уложил его на серый пол резкой подсечкой. Капитан издал стон. Два шара пролетели мимо и испарились. Упав на Креста, Клок перекатился в сторону и, выхватив из кобуры «Вальтер», открыл огонь.

Стреляные гильзы выскакивали из затвора мощного пистолета, а пули натыкались на невидимую преграду, так и не достигнув цели.

– Твои попытки тщетны, щенок, – вокруг человека все это время было силовое поле, – пришло время умирать.

Граната упала рядом с незнакомцем, издав глухой стук. Взрыв сотряс пространство, ударная волна отбросила Гаша. Бедняга, видимо, не имел физической подготовки, поэтому, не сгруппировавшись при падении, упал на спину, выдавив из себя сдавленный стон.

Через несколько секунд все успокоилось. Человек в халате стоял, как ни в чем не бывало, энергетическая защита ярким отсверком давала понять, что цела.

Возле головы капитана, который все еще лежал на сером полу, упала чека от гранаты. Подняв взгляд, Крест увидел сержанта, тот недовольно гаркнул:

– Ну, что, капитан, так и будем лежать?! Или ты все же нам поможешь? Давай, поднимайся!

Капитан перевел взгляд на серый пол и сжал кулаки.

– Да, ты прав, сержант. Я дал слабину, но это, Лобб, в первый и последний раз! Ты слышал!

Громкий голос капитана созвучным эхом отражался от серых стен, переливаясь с внезапно саркастичным голосом человека из портала.

– Ой, как страшно, – заливался тоненьким голоском незнакомец, – ты, для начала, мою защиту сломай, а потом про слабину тверди.

– Гашь, ты цел? – капитан подошел к ученому и помог встать.

– Все в порядке, я просто…

– Не оправдывайся, ты молодец, – похвалил его Крест, – Клок, ты тоже, оперативно сработано. Сержант…, – капитан уставился в, как он только сейчас заметил, голубые глаза военного, – тебе отдельная благодарность.

– Не за что! Теперь нужно решить, как убить этого чудика, – говорил сержант, – или как пробить его защиту.

– У меня есть идейка, – капитан сделал хитрое лицо, – подойдите ближе.

Когда все сбились в плотный круг, капитан продолжал:

– Такая мощная защита, как у Лобба, не может быть бесконечной, она требует энергии, а откуда она берется? От профессора! Бьюсь об заклад, он тратит кучу сил на поддержку поля! Да еще и эти два шара, которые он метнул в меня, точно забрали кучу энергии.

– Так, что ты предлагаешь? – недоуменно спросил сержант.

– Мы должны беспрерывно его атаковать! Сержант, ты должен будешь зашвырять его гранатами, потребуется не менее трех, Клок, а ты, как только он откроется, пали в него как можно жёстче!

– А нам патронов хватит? – снова спросил сержант.

– Других идей нет, – Крест пожал плечами, – все разошлись.

Человек в халате стоял, не двигаясь, немного разведя руки в стороны. Похоже, он копил энергию для нового удара.

«Что они там задумали, – думал он про себя, – затевают что-то, гады!»

В этот раз сержант бросил сразу две гранаты. Мощные взрывы снова сотрясли пространство.

– Такими темпами пузырь может не выдержать! – кричал, перекрывая залп огня, ученый – аккуратнее! Иначе, лопнув, он забросит нас в другое измерение!

Клок садил короткими очередями по три патрона. Пули ровно натыкались на силовую преграду.

– Клок! Прикрой меня! – крикнул сержант.

Тот кивнул, а капитан бросил уже убегающему товарищу:

– Стой! Нельзя подходить ближе!

Но сержант его не слышал. Клок стал стрелять длинными очередями, отвлекая противника, в то время, как военный заходил справа.

– Это бесполезно, муравей, – Клок и человек из портала сверлили друг друга глазами, – у тебя нет шансов с этой пукалкой!

Сержант атаковал почти из-за спины. Прыгнув, последние два метра он долетал до незнакомца с вытянутой рукой, в которой была зажата граната без чеки. Рука военного прошла через поле, как будто там ничего и не было. Незнакомец ошарашенно смотрел на сержанта.

– Ну, что, тварь, допрыгался? Думал, не поймем, что твоя защита не работает на живой органике?! – сказал военный и, отпустив гранату, резко метнулся назад.

Взрыв оказался сильнее остальных. Волна настигла сержанта, отбросив его так же, как и Гаша, назад.

К всеобщему удивлению, человек пострадал не очень сильно. Он стоял на четвереньках и откашливался, лица видно не было.

– Отличная работа, сержант, – сказал капитан с улыбкой, помогая встать военному, – ты не перестаешь меня удивлять!

– Как?! Как вы смогли?! – бормотал человек, поворачиваясь к Кресту и остальным, – моя защита идеальна!

Картина была ужасна. Лицо незнакомца разделилась пополам. Теперь в левой части красовалась большая надбровная дуга и черный, как безлунная ночь, глаз.

– Вот он, – говорил ученый, – этот тот за кем мы охотились. Эта тварь сидит внутри профессора Лобба.

– Ничего, ничего, – бормотало существо, – это еще не конец!

Резко поднявшись, он метнулся к порталу.

– Быстро! За ним! Пока он не закрыл портал! Иначе застрянем тут навсегда! – крикнул капитан и первый рванулся к дыре.

За ним тут же побежал, немного прихрамывая, сержант, ученый и Клок.

Гашь, по-прежнему не расстававшийся со своим прибором, споткнулся. Клок, вовремя увидев, ухватил его под мышку и силой затолкал в портал, после чего нырнул туда сам.

Раздался вибрирующий звук, который с каждой секундой становился все сильнее и сильнее – портал закрывался, и вскоре в пространстве пузыря осталась только гнетущая тишина, и трудно было поверить, что тут шел бой не на жизнь, а на смерть…

6

Монстру удалось уйти. Гашь объяснял, что по сути его способности за гранью понимания человеческого мозга. Он может перемещаться со скорость света, делать пространственные дыры и много тому подобных вещей. Чего говорить об умении быстро смыться от преследователей…

Утро застало команду грустно и безмолвно сидящей на обочине проселочной дороги. Никто не проявлял активности, только Гашь монотонно тыкал в сенсорный экран своего прибора, хмурил брови, качал головой и снова тыкал по дисплею.

Настроение было ни к черту. Клок, капитан и сержант уныло смотрели на пожелтевшую траву и прокручивали в голове бой с монстром. Перед глазами капитана стоял ухмыляющийся профессор в белом халате, картинка меняется и вот на него смотрит черный глаз, излучающий неистовую жажду крови.

Капитан вздрогнул, окружающие это заметили.

– Что-то не так? – сержант пытался не выдать голосом тревогу.

Посмотрев на военного, Крест немного замялся, потом ответил:

– Я знаю того человека из портала.

– Это мой первый вопрос к тебе, откуда?

– Долгая история, – начал Крест, но сержант его прервал.

– Я уже слышал эту фразу! Еще в начале нашего знакомства! Выкладывай!

Теперь на капитана смотрели почти все, только ученный продолжал мучить свой прибор, но можно было не сомневаться – он слушает.

– Когда-то давно, еще до возникновения Сектора, в его центре была лаборатория. Ну, я там работал – был мальчиком на побегушках. Сбегай туда, принеси то… Там же работал профессор Лобб, который и устроил меня в эту лабораторию. Блестящий ученый, занимался квантовой физикой, но судьба у него не сложилась.

Все слушали капитана и внимали каждое слово, стараясь не перебивать.

– Мало кто знал об подпольных делах этой самой лаборатории в Дубне, – продолжал Крест, – там ставили эксперименты на животных, в их мозг закачивали некое вещество – биотин. Теперь хамелеоны – это и есть то существо, над которыми тогда ставили эксперименты. Естественно все это было под контролем правительства, все засекречено. Но Лобб узнал. Он человек чести и не мог допускать такого безумства, невзирая на слова «Все это ради науки».

Капитан остановил свое повествование. Было видно, что ему тяжело говорить, да и вспоминать, о старой дружбе с профессором.

– Поэтому Лобба решили убрать, причем не просто убить, а поставить эксперимент. Не упускать же такой шанс! На следующий день, после эксперимента, мне сообщили, что профессор покинул НИИ. Поверив в эту ложь, ушел и я. Жил в Твери, подрабатывал, пока не появился Сектор. Это случилось внезапно, пред моими глазами до сих пор стоит та кошмарная ночь. Молнии ежесекундно били по земле, черные тучи клубились над Дубной, потом резкий всплеск и тишина. Поначалу все думали, что это просто погода… ну, буря, а через пару дней стало ясно, что все гораздо хуже. Стали появляется мутанты, Сектор обнесли Барьером… да вы знаете.

Гашь продолжал стучать по прибору, и это раздражало сержанта. Он несколько раз бросал на ученого недовольный взгляд, но молчал, боясь отвлечь капитана.

– Так я и стал следопытом. Постоянной работы у меня не было, а на редких тогда сувенирах можно изрядно разбогатеть. Со временем я и забыл про историю с профессором, и даже не пытался его отыскать и узнать, что с ним. Вскоре меня заметили в МАС, так как я нашел первым довольно ценный сувенир под названием «паранойка», попросили работать на них и выполнять заказы на сувениры. Вскоре объявилось странное существо, и на его поиски отправили меня с командой. Поиски длились несколько лет, пока мародеры не наткнулись на него. И вот совершенно неожиданно для меня, этим монстром оказывается профессор Лобб, который утверждает, что я бросил его в ту роковую ночь, – капитан поднял глаза наверх, по небу ползли серые тучи, накрапывал мелкий дождь.

Вот капля дождя упало на лицо капитана, мутная вода скатилась по щеке, оставляя за собой мокрый след.

– Это все объясняет, но почему ты раньше не знал про эти эксперименты? И почему об этом не знал Лобб, если он, по твоим словам был такой важной шишкой?

– Я занимался мелкой работой – «принеси» «унеси», поэтому меня даже вводить в тонкости не стали, а профессора держали в неведении, потому что боялись бунта с его стороны.

Тишина. Каждый обмозговывал слова капитана и делал выводы. Скоро состоится финальная схватка, в этом никто не сомневался, команда знала, что монстр где-то рядом и поджидает их, встреча с ним это только вопрос времени.

Стало тихо, раздавался лишь треск прибора. Все как один уставились на ученого. Видимо почувствовав взгляды, Гашь поднял глаза.

– Вы чего?

– Нам вот просто интересно, – начал капитан, к нему постепенно возвращалась прежняя невозмутимость. Время ностальгии закончилось, он собрался перед боем, – пока я рассказывал, ты в приборе ковырялся. Вот и интересно – что там?

– Тут, капитан, скорее всего место нашего решительного сражения, – с серьезным видом сказал ученый.

– Поясни-ка, – сказал сержант.

– Ну, да. Место нашего решительного боя с монстром, – повторил Гашь, – смотрите: когда этот мутант от нас убегал, он просто открыл портал и спокойно переместился, а я не мог понять почему, ведь он мог легко нас порешить с такой-то силищей. А все просто! Он нас заманил, дал понять, что не шутит, и в последний момент переместился в развалины НИИ Акустики!

– Он хочет что-то показать, – зачарованно произнес капитан, приподнимаясь с пыльной обочины проселочной дороги.

– Стой, стой, стой! С чего ты взял, что он отправился в центр? – задал вопрос Ковальчук.

– Портал, через который он уходил, не рассасывается мгновенно, а этот аппарат по остаточным следам вычисляет координаты точки высадки.

Все были просто поражены. Только капитан продолжал бормотать себе под нос, что-то про знаки.

Дождь не усиливался, а продолжал моросить маленькими капельками.

– Нужно идти в Акустику, – хриплым голосом выдавил капитан, глядя в одну точку перед собой, – там все ответы. Гашь, где мы?

– Как ни странно, но портал этого чудика-мутанта выбросил нас возле центра.

За все долгую историю сектора ни следопытам, ни военным, ни кому-либо еще не удавалось так близко подбираться к его сердцу. В небе разрядились первые молнии, грянул гром.

– Нужно покончить с этим, – с вызовом сказал сержант, – вперед!

Военный взял командование на себя.

7

Центр Сектора, о котором ходило множество легенд, представлял собой большое многоэтажное здание, окруженное бетонным забором. Местами в ограде виднелись дыры, скорее всего, это вырвались звери, над которыми ставили чудовищные эксперименты.

Дождь над Сектором прекратился, но тучи все так же бежали по небу. НИИ Акустика выглядело мрачно, эти старые обшарпанные стены говорили команде о многом; о загадочных экспериментах над животными, об ужасном превращении профессора в неведомого мутанта, и, самое главное, о появлении Сектора – главной загадки человечества.

Во двор института команда зашла через первую же попавшуюся дыру. Сержант шел первым, за ним Гашь, капитан, а замыкал Клок. Он водил автоматом, из стороны в сторону, выискивая врага. Пока все было относительно спокойно. Во дворе находились старые, давно поржавевшие машины, брошенные здесь в связи с катастрофой. Ветер чуть слышно колыхал кроны дальнего леса, оттуда доносился вой, вроде собачьего – Сектор жил своей жизнью.

Внутрь здания попасть было совсем не просто. Главный вход оказался полностью заварен виртуозным сварщиком, который умудрился сварить два листа железа по старому шву.

Пришлось лезть через вентиляцию. Первым туда забрался военный, Клок его подсадил, и теперь делал то же самое для капитана и ученого, который то и дело заглядывал в свой прибор. Клок смог залезть сам, ловко подтянулся, Ковальчук протянул ему руку. Наконец все оказались в здании.

Плутали по брошенным комнатам и коридорам, пока Гашь не сообщил, что его прибор зафиксировал мощное излучение. Сержант удивленно присвистнул, дескать «Вот какой прибор у тебя универсальный!»

Ученый сообщил, что энергия исходит из-под земли, источник на глубине около двадцати метров. Крест сказал, что там должны находиться лаборатории.

Следуя указаниям прибора, ученый привел команду в комнату, уставленную разнообразной аппаратурой. Здесь были большие и малые приборы, некоторые подвешены к потолку, для других по полу были проложены рельсы.

Кое-где виднелись давно высохшие черные потеки, похожие на кровь. Гашь жестом указал на дверь. Сержант, с оружием наизготовку, занял выжидательную позицию слева от входа, Клок справа. Капитан мощным ударом ноги вынес трухлявую дверь, взлетели клубы пыли и заволокли вход.

За дверью никого не оказалось – пустой коридор, с множеством ответвлений.

Каждый в команде знал, что делать, поэтому все происходило в полной тишине, слова были не нужны. За столь короткий промежуток времени все четверо успели сработаться и теперь являлись безупречной командой.

Тишину нарушали только щелчки прибора Гаша и шоркающая поступь команды. Ученый снова хмурил брови, и время от времени, что-то неразборчиво бормотал. Потом заявил:

– Прибор засек огромный всплеск энергии.

– Где? – тут же спросил капитан.

– Прямо под нами – в подвале, – ученый посмотрел на Креста, – кто-то пытается открыть портал.

– Ну, тут и к гадалке не ходи! – засмеялся Ковальчук. Смех звучал слегка истерично, – и как нам туда попасть? Тут и заблудиться не долго.

– Нужно идти прямо по этому коридору, после чего будет лестница вниз, и мы в подвале, – ответил капитан, – только подвал там огромный!

Весь путь к лестнице команда преодолела рывками – от точки до точки. Всякого мусора здесь было навалом. Начиная от старых тележек, и кончая ржавыми банками и пожелтевшими выцветшими бумагами. Время от времени в коридоре раздавались звуки – сквозняк шуршал бумагой и перекатывал пустые бочонки.

Первому спускаться пришлось сержанту. Железные ступени винтовой лестницы противно скрипели под весом большого человека. Сразу за военным ровным шагом спускался Клок, не забывая водить автоматом из стороны в сторону, за ним остальные – капитан замыкающий.

Темнота наваливалась осязаемыми пластами, становилось тяжело смотреть, и ноги сами собой начинали заплетаться. Фонарики, тускло посветив и часто заморгав, погасли. Сержант несколько раз споткнулся. Только слабенькое свечение прибора ученого не давало, затеряется в этой тьме.

Но вскоре и он оказался бесполезен…

Подвал старого НИИ был просто огромным. Шоркающие звуки шагов отдавались эхом, которое катилось по подземелью. Шли на ощупь. В рюкзаке Креста был фонарь, но надолго его не хватила – сдох, как и все.

Дорога по подвалу казалась бесконечной, наконец, появилось что-то, кроме темноты. Это был звук, и раздался он так отчётливо и ясно, что все остановились. Послышался клацающий звук затворной рамы, Клок готовился к обороне. Кто-то впереди, примерно в метрах десяти, щелкал рычагами и бегал туда-сюда. Еще через несколько минут появился свет. Ослепительный свет. Когда глаза привыкли, команда осмотрелась.

Подвал действительно огромный, больше чем представляли его следопыты. Он полностью заставлен оборудованием лабораторной мебелью, кое-где виднелись уже знакомые черные потеки. Вдоль стен тянулись закрытые решетками вольеры. В нескольких местах решетки были выгнуты, их выдавили изнутри. На некоторых кушетках лежали давно прогнившие тела людей и животных. Вонь стояла невыносимая. Ужасная картина…

Но самым удивительным было не это. В самом центре зала стояла большая, в четыре человеческих роста, дугообразная установка непонятного назначения.

Хозяин громким кашлем дал о себе знать. Это был профессор Лобб, все в том же белом лабораторном халате. Он окинул пришельцев взглядом и, как при первой встрече, остановил свой взгляд на капитане, который оказался позади остальных.

– Вижу, ты никак не хочешь оставить меня в покое, – веселым голосом сказал Лобб, – да только знай – ты меня не остановишь!

Он стоял напротив пульта управления. Нажав на одну из кнопок, профессор легким движением сбросил с себя халат, обнажая мускулистый торс.

– Лобб! Что ты собираешься делать?! – крикнул Крест.

Установка медленно начала вращаться по часовой стрелке, постепенно ускоряясь.

– Хороший вопрос, – профессор мрачно глянул на капитана, – хочу поглотить Сектор. Одному мне это, конечно, не удалось бы, но я же не один – в мне есть ОН.

– Ты собираешься поглотить Сектор?! – тут же встрял Гашь, – это не возможно!

– Все возможно! Если ты обладаешь способностью открывать порталы в другие измерения! Просто стойте и смотрите…

Ощутимо качнулась земля и в ту же секунду мощный взрыв полностью смел здание НИИ Акустики. Стены и перекрытия исчезли. Серое небо Сектора уныло смотрело на следопытов, тучи ползли над ними, безразличные к тому, что творится на земле.

Установка вращалась на бешеной скорости, продолжая набирать обороты. Еще раз, щелкнув тумблерами, профессор стал напротив дугообразной машины. Разведя руки в стороны, он злобно улыбнулся, обнажив зубы.

– Он ставит силовое поле, как в первой нашей битве, – уверенно сказал сержант.

С неба, прямо на вращающуюся дугу упал красный поток света, испускающий молнии.

– Все идет по плану! По плану! – орал Лобб.

Было видно, как с него потихоньку слезает человеческая кожа.

– Так вот что такое Всплеск! – удивленно крикнул Гашь.

– Именно, – сказал Лобб, услышав слова ученого, – только то, что вы видите сейчас, это обратное действие! Если тот Всплеск, который вы знаете, подпитывал Сектор, то этот его высасывает! И когда процесс закончится я стану всемогущим! Богом! Богом нового мира! И в этом мире буду править я!

Лобб зашелся безумным хохотом.

– Что делать? – отчаянно спросил капитан.

– Вы не в силах остановить его, – спокойно сказал сержант, – мы даже не сможем пробить его поле.

Лобб полностью превратился в существо, убившее мародеров. Черные пряди волос свисали с удлиненной головы, монстр поднял руки и уставился на них. Сомкнув ладони в замок, он издало вибрирующий звук, и в его груди образовался портал.

Существо издало громогласный рев.

Команда стояла на месте не в силах что-либо предпринять.

Поток красного свечения, насыщенного энергией, прекратился, существо в последний раз щелкнуло тумблером, развернув дугообразное чудо, и нажало на кнопку. Красная лавина, исторгающая молнии, понеслась в портал.

Снова качнулась земля, и все стихло…

8

Однако тишина не была долгой. Существо залилось смехом и заговорило: «Я Бог!.. Я Бог!..» Слова звучали снова и снова. Пришельцы стояли, не двигаясь, они просто не знали, что делать. Капитан хмурился и не сводил злого взгляда с существа, которое больше не было Лоббом. Когда он моргнул, существо исчезло.

Клок судорожно схватил автомат и водил им из стороны в сторону.

– Эй, я тут, – раздался голос сзади.

Все развернулись.

Лобб стоял позади остальных и мускулистой, правой рукой держал за горло Гаша. Тот рыпался, брыкался, колотил кулаком по овальной голове существа, но все бесполезно – мощная хватка была слишком сильна. Клок выстрелил, но безрезультатно – вокруг существа, схватившего Гаша, было силовое поле.

Резко сжав руку в кулак, Лобб сдавил шею ученого, брызнула кровь, профессор снова исчез. Пока изувеченное тело Гаша падало на землю, существо три раза появлялась в разных местах подвала. Сзади, спереди, слева, справа.

Лобб хладнокровно убил мозг команды – ученого Гаша – я его друзья просто смотрели.

Выхватив из рук Клока автомат, Крест начал палить по существу, стоило ему появиться. Тот совершенно не сопротивлялся, ибо знал, что этот ливень свинца ничего ему не сделает.

– Что, капитан, злишься на меня? А это только начало! Я убью вас всех! А потом…

Договорить существу не дали. Черный дым заволок собой все пространство подвала. Дымовая шашка, брошенная сержантом, оказалась очень кстати.

Когда дым немного рассеялся, Лобб никого не обнаружил.

– Уроды, – прошипел он, озираясь.

Трое его противников укрылись за ящиками в стороне от дугообразной установки.

– Мы должны покончить с ним, – тихо произнес сержант.

– Я убью его! – так же тихо произнес Крест, перезаряжая автомат.

– Стой! – военный схватил цевье, – так ты его не убьешь! Есть у меня идейка!

Дым от шашки не рассеивался долго, и это начало действовать Лоббу не нервы. Выставим обе руки перед собой, он взревел оглушительным криком. В ладонях возникло слабое свечение, которое постепенно становилось ярче, и через несколько секунд огромная волна той самой красной энергии прошлась по подвалу от края до края.

Действие существа помогла мало, зато оборудования вокруг дугообразной установки было разбито, и пол усеяли обломки.

План действий команды прост. Необходимо было изменить направление энергии существа, то есть вырвать ее из Лобба и выпустить на свободу. Это можно сделать только с помощью дугообразной машины, предварительно дав «задний ход».

Лобб вглядывался в густой дым, выискивая свои жертвы, но, похоже, он не ожидал, что «жертва» сама его найдет.

Капитан стоял в пяти метрах от профессора, перекошенное лицо давало понять, что Крестом движет месть за товарища. Дрожащая рука сжимала пистолет, автомат висел позади – магазина нет. Без малейшего колебания подняв ствол, капитан открыл огонь – все пули были потрачены зря, существо как всегда окружало силовое поле.

Лобб зло посмотрел на Креста, и в тот же миг капитан поднялся в воздух.

– Что, капитан, месть затмила разум? Ты казался мне способным бойцом… – Крест просто висел в воздухе, не в силах пошевелиться.

Правый глаз профессора задергался и в туже секунду кто-то отчётливо произнес:

– А ты казался нам борцом за справедливость! – Ковальчук стоял за пультом управления машиной, – Который гордо восстал против дьявольских экспериментов!

С эти словами военный потянулся к рубильнику. Существо развернулось и вновь выставило перед собой руки. Красный поток энергии, как шквал огня, обрушился на сержанта. Амуниция стала облетать клочьями, кожа потрескалась, но на удивление живучий человек продолжал тянуться к реостату.

На помощь внезапно пришел Клок. Так же, как и военный, он встал в зону поражения, оттягивая часть энергии на себя.

Капитан продолжал висеть в воздухе. Он не мог пошевелиться, он мог лишь смотреть. По его лицу медленно прокатилась слеза…

Собрав остаток сил, сержант нажал рубильник, установка пришла в действие и стала набирать обороты. На груди существа возник портал, стал разворачиваться все шире и шире, а поток красной энергии ударил вверх. Сержант и Клок упали замертво, полностью обезвоженные и высохшие…

Капитан, как мешок с картошкой, упал на спину, при падении даже не пытался сгруппироваться. Он остался один. Один. Один…

Сагапов просто не мог в это поверить. Все его бойцы, которых знал вот уже на протяжении нескольких лет, погибли. Подвал пронзил горестный крик.

Крест пришел в себя через несколько минут. Оцепенение прошло, и он трезво оценивал ситуацию. Монстр, которого он искал много лет, был повержен ценой трех жизней. Воистину, дорогая цена.

Шорох привлек его внимание. Да это же Лобб пытается встать! Неужели! Он жив?! Капитан направил на него пистолет, позабыв, что оружие не заряжено. Профессор тяжело ворочался, он больше не был мускулистым и подвижным, большой живот колыхался при движении.

– Повернись! – грозно приказал капитан, – медленно и без фокусов! А то башку разнесу!!!

Профессор подчинился. Повернувшись, он вдруг радостно крикнул:

– Костя?! Костя, это ты?! Костя, это правда, ты?! – профессор вдруг бросился на капитана, разведя руками, а Крест ничего не мог поделать – магазин пуст.

Лобб повис у капитана на шее и буквально зарыдал.

– Десять! Десять лет, как в тумане! – с надрывом в голосе и резкими всхлипываниями говорил профессор, – и вот… – Лобб посмотрел на Креста, – свобода!

Он улыбнулся блаженной улыбкой, от чего капитану стало легко и спокойно – его старый друг вернулся…

Эпилог

По возвращении из Глуби капитан Сагапов Константин Сергеевич был представлен к награде за успешное выполнение задания, за смелость и доблесть, мужество и отвагу. Остальных членов команды наградили посмертно…

После гибели старых товарищей и, хоть мало знакомого, но все же близкого друга – сержанта Андрея Тарасовича Ковальчука – капитан ушел в отставку и сменил экстремальную работу на тихую жизнь в глуши.

С профессором Дмитрием Ивановичем Лоббом работали специалисты, обследовали, стимулировали память, пытались выяснить, что с ним случилось, но безрезультатно. Профессор живет счастливо, у него семья.

Сбежавшего бандита посадили в исправительную колонию строгого режима. Там быстро прошел слух о его трусости, о том, что сбежал и бросил корешей умирать. Таких нигде не уважают, и житуха у мародера пошла совсем кислая.

Сектор – великая загадка человечества. С чем мы столкнулись? С чем нам предстоит столкнуться – ответа не знает никто…

Послесловие

Хочу поблагодарить всех тех, кто не побрезговал скачать и прочесть мой сборник рассказов. Огромное вам спасибо. На этом я отнюдь не заканчиваю, а совсем наоборот – начинаю. В следующем году выйдет еще один сборник моих рассказов. С жанром и темой я еще пока не определился, но то, что он получиться в разы лучше и интереснее данного – это точно.

На создание этого чуда ушло полгода и, можете мне не говорить, он получился очень «сырой» в основном из-за того, что я еще неопытный писатель, но, думаю, с годами, навык придет ко мне.

Всем удачи и еще раз спасибо за то, что прочитали мои работы!

АнтиБиотиК в Соц. Сетях:

АнтиБиотиК в «Вконтакте» – http://vk.com/anti_beao

Группа АнтиБиотиКа в «Вконтакте» – http://vk.com/antibeao

АнтиБиотиК в «Твиттере» – https://twitter.com/newpisaka

АнтиБиотиК на «Facebook» – http://www.facebook.com/antibeao

Всем спасибо от чистого сердца! До новых встреч!!!

Content

Артем Антибиотик Чуприн
Пепел забытых легенд (сборник)

От автора

Тяжелая ноша (Рассказ по вселенной «S.T.A.L.K.E.R.)

Часть 1: Находка

1

2

3

Часть 2: Побочный эффект

1

2

3

Ненависть (Рассказ по вселенной «S.T.A.L.K.E.R.»)

Тишина моего сердца… (Без вселенной)

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Цепь единства (Рассказ по вселенной «Метро 2033»)

1

2

3

4

Эпилог

Странник (Проект «Diaries of a Stalker»)

Крен (Рассказ по вселенной «S.E.K.T.O.R.)

1

2

3

4

5

6

7

8

Эпилог

Послесловие