Никитин Юрий Александрович

Контакт откладывается

Был поздний вечер, когда я попрощался с коллегами и спустился на Журавлёвку.

Дремучая окраина... Одноэтажные домики лепятся друг к другу, и как-то странно видеть посредине булыжной мостовой трамвайные рельсы. Впрочем, улица узка, а потому по ней проложена лишь одна линия. Трамваи здесь ходят с солидными интервалами, подолгу простаивают на разъездах в ожидании встречного. Да и ходят ли они сейчас, вечером, вообще?! Не мудрствуя лукаво, я отправился пешком, благо до дому мне всего две остановки, хотя и по-журавлёвски длинных.

Огромная пульсирующая звезда давно закатилась за горизонт и теперь освещала противоположную сторону нашей планеты. Здесь же, на Журавлёвке, было темно: отцы города, по-видимому, включились в кампанию по сохранению электроэнергии. Приходилось тщательно всматриваться вперед. Вдруг споткнешься не о булыжник, а о спящего сфинкса? Это же — верная гибель. А что они здесь водятся — уж это точно. Вон, из-за кустов выглядывают снеки и свиссы, на деревьях сидят, приготовившись к прыжку, пудли, да и сами деревья как-то нелепо приседают, словно вот-вот сорвутся с места и набросятся на меня...

Упругой походкой первопроходца я уверенно продвигался вперед. За заборами, колеблемые ветром, раскачивались триффиды. Это они, я знаю, хоть они и маскируются под подсолнухи. Меня триффиды провожают хмурыми взглядами, — явно сожалеют, что я держусь вне пределов досягаемости. Но я знаю длину их жал и благоразумно сохраняю дистанцию.

По небу, притворяясь безобидными облаками, плывут летающие блюдца, и чье-то гигантское лицо с высоким лбом и бездонными глазами, в которых светится бесконечная мудрость, внимательно всматривается в ночной город...

Откуда-то выскочила собака. Обнюхала мои ноги, потом отбежала к забору и деловито подняла заднюю лапу.

— Брось, — сказал я. — Так я и поверил, что ты собака!

Собака внимательно посмотрела на меня, улыбнулась и побежала дальше. Что ж, беги...

А вот — люди. Оказывается, не только я бодрствую в это позднее для Журавлёвки время... На траве, отбросив в сторону пустую бутылку из-под «Столичной», расположились трое мужчин. Один из них что-то горячо доказывает, размахивая руками, второй дремлет, а третий — я уверен, что это Пришелец, жадно впитывающий в себя информацию о нашей планете.

Я попытался подняться в воздух и по кратчайшей прямой пролететь к своему дому, но что-то не получилось. Не смог сосредоточиться, что ли? Впрочем, с левитацией у меня и раньше было плохо. Ничего удивительного, если это не удается даже Вите Новикову, который назубок знает Упанишады и всего Шивонанду, а в левитации тренируется, между прочим, каждый день.

На тротуаре возле почты были начерчены мелом классы и непонятные символы, которыми, очевидно, Пришельцы обмениваются со своим резидентом. Я нацарапал рядом: 2X2 = 4 и теорему Пифагора. Ведь именно так должен начинаться Первый Контакт.

Странные знаки были нарисованы и на соседнем заборе. Я попробовал добавить к ним теорему Ферма, но с той стороны на забор с отчаянным лаем кинулась собака, которая, возможно, была вовсе не собакой, а биологическим роботом Пришельцев, охранявшим их записи.

— Молодой человек! — раздался за моей спиной металлический голос. — Не пора ли спать? Может, вас проводить? Вытрезвитель тут рядом, в бане с обратной стороны.

Сзади стоял Пришелец, одетый в милицейскую форму. Ноздри его расширялись, жадно улавливая и мгновенно анализируя мое дыхание.

— О нет, туда не надо, — тонко улыбнулся я. — А вот если в отдел по Галактическим Контактам, то я готов. Ведь, адсорбируя и абсорбируя информацию и экстраполируя достижения человечества в будущее, разве вы не пришли к мысли о неизбежности встречи наших цивилизаций?

Пришелец сделал вид, что ошарашен.

— Вы, наверное, физик?

— Физик, — подтвердил я. — А вы хороший ольфактроник. Определить по запаху профессию!..

— Идите домой, — сердито сказал Пришелец.

— Значит, вы считаете, что время Контакта не наступило, — с сожалением сказал я. — Ну, что ж...

Я помахал ему рукой и двинулся дальше, а Пришелец внимательно всматривался в мою походку, и на лице его ясно читались противоречивые желания: он боролся с могучим соблазном вступить со мною в Контакт. Я уже хотел было вернуться и помочь ему преодолеть сомнения, но подумал, что вдруг осторожность возьмет в нем верх и он, не желая выдавать свое инопланетное происхождение, вынужден будет отвести меня не к мудрым Сапиенсам, а в это самое... в баню с обратной стороны.

Но вот, наконец, и мой дом. Перед ним — трансформаторная будка, откуда по ночам нередко доносятся непонятная возня и лязг. Вероятно, роботы Пришельцев приноровились заправляться в ней энергией... Сейчас возле будки на длинной веревке паслась коза. Она глянула на меня человечьим глазом и ухмыльнулась.

— И ты тоже, — сказал я горько, — не признаешься...

Коза отрицательно мотнула головой.

— Но разве мы такие уж дикари? Разве мы не следуем идеалам гуманности и справедливости?

Коза мотнула головой утвердительно.

— А я сразу догадался, кто ты...

Коза презрительно фыркнула.

— Но когда же, когда, наконец, вы решите, что время Контакта пришло? — с надеждой в голосе спросил я.

Коза сделала вид, что ее данный вопрос не интересует.

— Ну и нализался же ты, парень!.. — откуда-то сбоку, должно быть, из параллельного мира или сгустка времени, вынырнул сморщенный старикашка. — А я слышу во дворе — с козой кто-то разговаривает...

— Я не пью, — сказал я сердито. — А что насчет козы, то знаем, какая это коза. Да и вы тоже... А иду я с собрания любителей фантастики...

Рисунки Е. Стерлиговой

Content

Никитин Юрий Александрович Контакт откладывается