Чарльз Бернард Гилфорд

Если у вас жена — ведьма…

По общему мнению подавляющей части женского населения Миддлборо, Том Паркс — высокий и широкоплечий молодец со спортивной фигурой и непокорной прядкой каштановых волос, вечно спадавшей на левую бровь и придававшей ему «мальчишеский вид», — был дьявольски привлекательным мужчиной. Именно «дьявольски», потому что врожденная способность влюблять в себя с первого взгляда рано или поздно приносит ее обладателю либо неслыханное счастье, либо… беду. Увы, в случае с Томом вышло второе.

Местные дамы толпились у него в магазине с утра до вечера — не считая часового перерыва на ленч. А, собственно, почему бы и нет? По статистике, женщины составляют основной контингент покупателей, а в «Эльдорадо» можно было приобрести практически все, в чем нуждались и модницы, и домохозяйки. Кое-кто из горожан недоумевал, чего ради такой видный парень выбрал карьеру обыкновенного мелкого лавочника. Между тем, тому было целых две причины. Во-первых, магазин достался Тому в наследство от дяди. Во-вторых, это давало ему возможность шесть дней в неделю находиться в окружении представительниц прекрасного пола.

Дела у Тома шли лучше некуда, ибо от покупательниц не было отбоя, причем каждая старалась задержаться у прилавка как можно дольше и привлечь внимание хозяина.

Короче говоря, жизнь Тома Паркса была бы прекрасна, если бы не одно «но»: он был женат. Мэг обладала весьма впечатляющей внешностью, солидным счетом в банке и, что самое главное, — некой таинственной властью над Томом! Во всяком случае, некоторые поговаривали, что в тот день, когда она повела его под венец, у него на лице было какое-то странное и даже растерянное выражение.

Впрочем, несмотря на рыжий цвет волос, говоривший о ее пылком нраве, Мэг удавалось не только сохранять мир в семье, но и держать Тома в ежовых рукавицах. Разумеется, она догадывалась о «мелких шалостях» своего супруга, происходивших в кладовой «Эльдорадо», однако прекрасно отдавала себе отчет в том, что это лишь способствует процветанию семейного бизнеса, а посему, имея на Тома все законные права, не слишком по этому поводу переживала.

Пока не появилась Одри Мэнс, точнее, не то чтобы появилась, а… просто подросла. Еще школьницей она частенько заглядывала в «Эльдорадо» за разными мелочами, лишь иногда решаясь робко обратиться к Тому, но всем и так было ясно: эта тоже втрескалась в него по уши. И вдруг однажды, словно в сказке, неуклюжая девочка-подросток превратилась в восхитительную красавицу брюнетку с ясными глазками, безупречной кожей и самой потрясающей фигуркой из всех, что когда-либо доводилось видеть Тому.

Одри страстно хотела его заполучить — и отнюдь не ради нескольких торопливых поцелуев в кладовой! Он был нужен ей весь, без остатка. И судя по тому, какими глазами на нее смотрел Том, стоило ей только войти в магазин, вскоре весь город понял, что назревает беда.

Весь город, кроме самого Тома. Точно так же он не понял, откуда у него в «Эльдорадо» завелась… крыса.

Не крысы, нет, это не было массовым нашествием. Это была одна-единственная крыса, однако не просто бродячая, а из той подлой породы, которая отлично знает, что и зачем ей здесь понадобилось.

Поначалу Том удивился, и только. Поскольку продуктами он не торговал, поживиться в «Эльдорадо» ей было нечем. Тем не менее крыса спокойно шастала по магазину средь бела дня — настолько уверенно и нахально, что даже до него дошло, что она какая-то… не совсем обычная.

Первая встреча состоялась так: проникнув в магазин через какую-то лазейку, незваная гостья уселась на полу прямо в центре торгового зала и в упор уставилась на Тома. Тот в ответ тоже уставился на нее, слишком пораженный, чтобы что-либо предпринять, например, схватить швабру или дробовик. Некоторое время они разглядывали друг друга, пока Том не почувствовал, что у него по спине ползут мурашки.

В этой крысе было нечто неестественное. Возможно, все дело в ее расцветке — не серой, не черной, не белой и даже не коричневой. Шерсть грызуна была рыжей, причем оттенка, точь-в-точь напомнившего Тому… нет, этого просто не могло быть!

Наверное, они могли бы простоять так целую вечность, если бы не звонок колокольчика над дверью, возвестивший о появлении очередной покупательницы и заставивший крысу пуститься наутек. Пока миссис Харрингтон, время от времени кокетливо поглядывая на Тома, полчаса выбирала себе туфли, он молил Бога, чтобы маленькая негодяйка не появилась вновь, иначе визга и истерики не миновать. Если на свете и существует что-либо, чего женщина вынести не в силах, так это крысы. Таким образом, одна-единственная тварь могла разрушить весь его бизнес!

К счастью, все обошлось благополучно, и, едва за миссис Харрингтон закрылась дверь, Том бросился осматривать помещение торгового зала. Крысы нигде не было. Наверное, удрала, с надеждой подумал он.

Ближе к двум, когда весь город сидел за ланчем, к нему заскочила Одри. В тот момент Том стоял спиной к двери и не видел, как она вошла. Тихонько подкравшись к нему сзади, Одри приподнялась на цыпочки и ласково куснула за правое ухо.

— Милая, — укоризненно покачал головой Том, при виде ее тут же позабывший обо всех крысах на свете, — нам не стоит делать этого в открытую.

— Все равно здесь никого нет, — рассмеялась та и поцеловала его.

Поцелуй был долгим, и, когда девушка наконец отвела губы, ее темные глаза сверкали.

— Как же я люблю тебя, Том! — жарко прошептала она. — Когда ты меня обнимаешь, у меня дух захватывает! Перед тобой не устоит ни одна красотка.

Внезапно выражение ее лица резко изменилось, и она, побледнев как мел, взвизгнула:

— Крыса!!!

Том стремительно обернулся. Прямо у него за спиной, на полке с электрическими чайниками, сидела крыса — та самая, рыжая — и, оскалив острые зубы, пристально разглядывала их с Одри своими черными глазками-бусинками.

Схватив стоявшее на прилавке стеклянное пресс-папье, Том метнул его в негодницу. С такого близкого расстояния промахнуться было просто невозможно, и крыса, пища от боли и прихрамывая на правую переднюю лапку, юркнула за упаковку бумажных салфеток.

Том буквально взлетел на стремянку и принялся шарить по полке, намереваясь с ней расправиться, но, услышав, как Одри рыдает от испуга, бережно подхватил девушку на руки и перенес в кладовую.

Одри не могла успокоиться так долго, что если раньше у Тома какие-то сомнения относительно реакции женщин на крыс и оставались, то теперь они рассыпались в прах.

— Откуда она взялась?! — дрожащим голосом пролепетала она.

— Понятия не имею. Раньше у меня никогда крыс не было.

— Умоляю, избавься от нее!

— Разумеется. Обещаю.

— Это было ужасно! Я так перепугалась!

— Ну, на самом-то деле бояться нечего, — сказал Том, успокаивающе поглаживая ее по голове. — На людей они не нападают.

И тут же подумал, что может и ошибаться. Обычные крысы и впрямь боятся человека. Эта же не боялась ни капельки.

— Забудь о ней, я обо всем позабочусь, — заверил он Одри, притягивая ее к себе.

Однако в тот день поцелуи в кладовой уже не были такими жаркими, как раньше.

— Это не обычная крыса, — сказала Одри, немного придя в себя.

— В каком смысле? — подозрительно спросил Том.

— Она заколдованная.

Как Том ни пытался ее разубедить, Одри была непреклонна. Когда она наконец выскользнула на улицу через черный ход, он вернулся в торговый зал и тщательно его обыскал, методично переставляя товары на стеллажах и проверяя все темные углы. Ничего.

В тот вечер Том отправился домой в полной уверенности, что крыса, получив достойный отпор, сбежала, и по дороге даже заглянул в бар отметить победу парой пинт пива. Вернувшись в свой коттедж, он сразу заглянул на кухню, чтобы подарить Мэг традиционный дежурный поцелуй, и… застыл от изумления. Правая рука жены была перевязана бинтом.

— Ты поранилась?! — Том потянулся к ней, собираясь осмотреть рану, но Мэг отдернула руку. — Что случилось?

— Ничего страшного. Полезла в шкаф с фруктами, и на меня свалилась стеклянная банка.

Стеклянная?! Пресс-папье тоже было стеклянным!

— Когда?

— Я готовила себе ленч.

То есть около полудня — в обычное время для визитов Одри! Для сугубо практичного и где-то даже приземленного человека вроде Тома это казалось невероятным. Он не верил ни в какие колдовство или магию, однако случившееся убедительно доказывало, что Мэг и впрямь могла оказаться одновременно в двух местах: дома в своем собственном теле и… в «Эльдорадо» в облике крысы. Стало быть, он и в самом деле женат на колдунье! Да что там колдунья — на ведьме!

Весь ужин он мрачно таращился в свою тарелку, прикидывая, догадывается ли Мэг, о чем он думает. У него в магазине завелась нахальная рыжая крыса, которую, похоже, весьма раздражало то, что он регулярно целуется с Одри Мэнс. Точь-в-точь как раздражало бы и Мэг, знай она об этом. И если она действительно ведьма, то вполне могла бы… Однако теперь Том не сомневался — то, что он сделает с крысой, наверняка произойдет и с Мэг.

Придя к этой мысли, он почувствовал облегчение. И сказал себе, что ему не нужны крысы, какими бы они ни были — обычными, заколдованными, рыжими, серыми или какими-либо еще. Одни ничуть не лучше других, а раз так, то он должен избавиться от своей любой ценой.

Когда на следующее утро Том явился в «Эльдорадо», крыса ничем не выдавала своего присутствия, но рисковать он не хотел. Первым делом решил разложить в укромных местах отравленные приманки — в конце концов, даже заколдованные крысы должны чем-то питаться. Неподалеку от кассы он поставил тяжелую швабру, а под прилавок положил заряженный дробовик. И, наконец, «одолжил» у миссис Макферсон Фиделя — здоровенного серого котяру, один вид которого должен был напугать целое полчище крыс.

Затея с Фиделем закончилась полным провалом. Едва Том выпустил его в центре торгового зала, кот выгнул спину дугой и с кровожадным урчанием устремился к прилавку с кухонной посудой. Однако не успел Фидель сделать и нескольких шагов, как его шерсть встала дыбом, а затем он, громко и испуганно мяукая, стрелой вылетел из магазина.

Тому Парксу стало ясно, что с его крысой не сладит ни одна кошка.

— Но должен же я что-то сделать! — сказал он себе вслух.

Том старался как мог. Раскладывал отравленные приманки — они оставались нетронутыми. Часами подкарауливал крысу с дробовиком наготове, в любой момент готовый в нее пальнуть, — тщетно. И тем не менее он не сомневался, что мстительный грызун скрывается где-то поблизости.

Одри не появлялась в «Эльдорадо» целую неделю. От тоски по ней Том не находил себе места, но, понимая ее чувства, решил запастись терпением.

Наконец, в следующий понедельник Одри, набравшись смелости, тихонько постучала в дверь черного хода. И Том, услышав знакомый звук, тут же впустил ее.

Влюбленные кинулись в объятия друг друга.

— О, Том! — страстно прошептала Одри. — Как я по тебе скучала!

— Я тоже! — шептал Том, покрывая ее лицо поцелуями.

Некоторое время они обменивались нежностями, а затем Одри, отступив на шаг, спросила:

— Надеюсь, ты от нее избавился?

— От кого? — переспросил Том, лихорадочно соображая, что ответить.

— От крысы, конечно.

— Сам толком не знаю.

— Том, — тихо произнесла Одри, вновь начиная дрожать, — ты должен это сделать. И сам знаешь, почему. Она хочет меня покусать!

— Послушай, милая…

— Особенно мое лицо!

— С какой стати ей тебя кусать?! Да еще в лицо?!

— Неужели непонятно?! Чтобы изуродовать меня своими острыми зубами, и ты больше не захотел бы меня видеть. Это все твоя жена!

Что ж, с точки зрения Тома, это имело смысл, поскольку Мэг, зная о его слабости по отношению к хорошеньким женщинам, была вполне способна на такое.

О том, что это не «крыса, заколдованная Мэг», а сама Мэг и есть, он предпочел умолчать — Одри и так была напугана дальше некуда.

— Ты ее так и не убил?

— Милая, я пытался. Чего только не перепробовал: крысиную отраву, ружье, кота… Может, она все-таки ушла?

Одри в отчаянии замотала головой.

— Нет, она по-прежнему здесь! И сейчас наблюдает за нами из какой-нибудь дыры. А я не хочу потерять свое лицо! Том, мы больше не сможем видеться!

В этот момент она закричала — так же испуганно, как и в прошлый раз. Обернувшись, Том успел заметить рыжий комок с длинным хвостом, поспешно шмыгнувший за бочку.

Он рванулся следом за крысой, готовый придушить ее голыми руками, но, когда расшвырял во все стороны бочки и ящики, та бесследно исчезла.

Как и Одри, оставившая дверь черного хода распахнутой настежь.

Тому Парксу оставалось лишь взглянуть правде в глаза — никуда уходить крыса не собиралась. А пока она торчит здесь, надежды увидеться с Одри не будет ни малейшей.

И тогда он понял, что до этого все делал неправильно! А поняв, превратился в человека действия. Заперев дверь черного хода, он отыскал в кладовой мешок из грубой плотной материи и моток веревки и прошел в торговый зал. У выхода из магазина задержался, на мгновение оглянулся.

И почувствовал, что крыса все еще здесь — где-то среди штабелей коробок, ящиков и тюков, расставленных по стеллажам. Может, она уже устраивает себе гнездо. Или, затаившись, наблюдает за ним, удивляясь, что он такое задумал?

Том улыбнулся. Скоро узнаешь, мерзкая рыжая тварь, только меня дождись. Повесив на дверь табличку с надписью «Закрыто», он вышел из магазина и, закинув мешок на плечо, торопливо зашагал по главной улице Миддлборо. Через полчаса Том уже был в лесу.

Теперь он превратился в охотника и медленно крался, тщательно обшаривая глазами густой подлесок. В поисках время летело незаметно, солнце опускалось все ниже, однако сдаваться Том не собирался.

Вытянув перед собой палку с веревочной петлей на конце, он мелкими шажками двинулся к своей добыче. Та отчаянно сопротивлялась, но победил Том и, запихнув ее в мешок, быстро затянул его горловину веревкой.

Дождавшись наступления темноты, он пустился в обратный путь, стараясь не попадаться на глаза запоздалым прохожим. Ему повезло — он проскользнул в «Эльдорадо» незамеченным. Развязал веревку, перевернул мешок, вывалил его содержимое на пол и, пулей вылетев на улицу, запер за собой дверь.

Отдышавшись, Том улыбнулся, крайне довольный собой, и, приложив ухо к двери, прислушался. Изнутри не доносилось ни звука. Это его ничуть не обеспокоило, и он легкой походкой зашагал домой — к Мэг.

Ее нигде не оказалось — ни на кухне, ни в гостиной, ни в спальне… Том даже вышел во двор и позвал ее, правда, тихо, чтобы не услышали соседи, но ответа так и не получил. Мэг исчезла, словно испарилась. Если только не…

— Есть! — вскричал он, и, не в силах сдерживать радостное возбуждение, вскочил и закружился по комнате, а затем выбежал из дома и помчался в «Эльдорадо».

Открыть дверь удалось не сразу — от волнения его руки дрожали так, что он несколько раз ронял ключ, прежде чем сумел вставить его в замок. Оказавшись внутри, Том торопливо включил свет, заморгал, и, оступившись, едва не упал на то, что искал.

В длину змея достигала как минимум семи футов. В тусклом свете плафона ее толстое черное тело поблескивало, словно металлический кабель. Почувствовав шаги Тома, она лениво приподняла голову и с вызовом уставилась на него, покачивая красным раздвоенным языком.

Внешний вид чудовища слегка изменился: в середине его длинного тела появилось небольшое утолщение — примерно такого же размера, что и крыса…

Исчезновение Мэг Паркс вызвало в Миддлборо множество сплетен и пересудов, однако большинство горожан склонялось к тому, что она, устав от «фокусов» Тома, в одну прекрасную ночь просто-напросто от него сбежала.

Разумеется, поначалу Том усердно притворялся, что убит горем, однако вскоре постепенно осмелел и в открытую приударил за Одри Мэнс. Через полгода он обратился к своему адвокату и, хотя в силу отсутствия доказательств Мэг так и не была официально признана умершей, получил право на развод. По местным меркам, это выглядело довольно скандально, но, поскольку у Тома была репутация «своего парня», его бизнес продолжал процветать, как и прежде. В июле он женился на Одри.

Однако Том совсем не изменился — такие вообще меняются редко. Одри сидела дома, наслаждаясь новым для нее статусом жены и домохозяйки, а он продолжал вести дела в «Эльдорадо», где по-прежнему было не протолкнуться от городских модниц. Понятно, что рано или поздно среди них должна была появиться особа, которая заинтересовала бы его не только как потенциальная покупательница.

Ею оказалась прелестная молодая блондинка по имени Эллен Харди, как и многие другие, влюбившаяся в Тома с первого взгляда. Как-то раз она явилась к нему в магазин днем, когда в торговле было затишье.

— Мистер Паркс…

— Здравствуйте, Эллен.

— Я присмотрела себе вон то жемчужное ожерелье. Нельзя ли его примерить?

— Конечно. Позвольте вам помочь… Знаете, Эллен, у вас такая нежная и изящная шейка, что я…

Но едва он наклонился, чтобы ее поцеловать, девушка, пронзительно вскрикнув, застыла как вкопанная, неотрывно глядя на полку… где между двумя шляпными коробками извивалась огромная черная блестящая змея.

— Эллен!

Девушка сорвалась с места и, визжа от ужаса и спотыкаясь, выскочила за дверь.

Некоторое время Том смотрел на змею — прямо в ее крошечные застывшие глазки, а потом горестно покачал головой и едва слышно прошептал:

— Ах, Одри, Одри… Что же ты наделала!

Затем вышел из «Эльдорадо» и… исчез из Миддлборо навсегда.

Content

Чарльз Бернард Гилфорд
Если у вас жена — ведьма…