Эксперт Эксперт Журнал

Эксперт № 20 (2014)

Размышления о будущем трибунале

Редакционная статья

section class="box-today"

Сюжеты

Вокруг идеологии:

Народная истина Донецкой области

Не хватает идейности

Модель эволюции

/section section class="tags"

Теги

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

Молодые демократии

Политика

Украина и ЕС

Украина

Происшествия и катастрофы

/section

Массовое убийство людей в Одессе стало поворотной точкой в украинском кризисе, сделав практически осязаемыми такие варианты развития событий, которые еще недавно рассматривались преимущественно как гипотетические. И в связи с этим возникает несколько вопросов, которые хотелось бы проговорить четко и без недосказанности.

Прежде всего, к сожалению, придется вернуться к призыву Збигнева Бжезинского устроить России на Украине ее собственный Вьетнам. Поскольку от массового сожжения людей в центре расслабленного приморского города-миллионника до напалма и вырезания населения целых деревень уже совсем близко, стоит напомнить некоторые подробности вьетнамской трагедии.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Согласно Женевским соглашениям (!) 1954 года, Вьетнам был временно разделен на две части — северную и южную. Соединенные Штаты поддерживали Южный Вьетнам, однако этот патронат над насквозь коррумпированным и недееспособным режимом в Сайгоне привел к тому, что Вашингтон все глубже втягивался как в управление, так и в ведение боевых действий. В итоге это вылилось в полномасштабное участие в войне, которое обернулось для США внешне- и внутриполитической катастрофой.

Вероятно, в Вашингтоне еще есть люди, которые помнят, как именно это происходило, и они могут в красках описать этот процесс президенту Бараку Обаме, а также наиболее креативным сотрудникам его администрации. Поэтому американцам на всякий случай стоит иметь в виду, что на Украине «новый Вьетнам» могут получить Соединенные Штаты, а не Россия. Проведение американским вице-президентом Джо Байденом заседаний украинского кабинета министров, «тайный» визит в Киев директора ЦРУ Джона Бреннана, а также массированное участие оперативников ЦРУ и ФБР в организации карательных операций на востоке Украины — это все отличное начало именно для такого, вьетнамского, развития событий. Вот только Вьетнам этот случится в Европе, со всеми вытекающими отсюда для США последствиями. Если Вашингтону любой ценой хочется насолить Москве, то, как говорится: доброе утро, Вьетнам…

Впрочем, с американцами все давно ясно; у украинского же кризиса есть куда более неожиданная и неприятная особенность — поведение Германии. А именно готовность нынешнего немецкого политического руководства пусть косвенно, но принимать участие в розыгрыше неофашистского фактора на территории других европейских стран. Понятно, что канцлер Ангела Меркель решает свои задачи — удержать управляемость Евросоюза и при этом переформатировать его под однозначное немецкое лидерство (раз уж экономически лишь Германия способна нести это бремя). Для этого ей необходимо не только американское «добро», но и американская помощь — где-то поддержать, где-то надавить, — чтобы процесс «реорганизации» ЕС не выглядел уж совсем откровенно как новое немецкое доминирование над Европой. А ради этого приходится встраиваться в американскую политику в отношении Украины и России.

Это встраивание выглядит несколько пугающе, поскольку немцы оказываются не просто прямо вовлечены в разыгрывание неофашистского фактора. Они делают это на территории, наиболее пострадавшей в результате немецко-фашистского вторжения. И де-факто — с опорой на прямых идейных наследников гитлеровских сподручных из числа выходцев из стран Восточной Европы в целом и с Украины в частности, которые нашли прибежище в США после Второй мировой и активно использовались американцами против СССР в ходе холодной войны. И потому особенно возмутительно звучит недавнее (и совсем не случайное) высказывание Меркель о том, что России не стоило бы проводить Парад Победы в Крыму (уж кому и указывать России, где проводить парад 9 мая, а где нет, так только не канцлеру Германии).

В Берлине не понимают, в какую игру Меркель, возможно не до конца осознавая последствия, втягивает страну? В других европейских странах не видят, чем грозит наблюдаемая на примере Украины трансформация внешней политики Германии? Или все всё видят и понимают, но рассчитывают, что пострадают от этого исключительно какие-то непонятные люди на задворках Восточной Европы? Если так, их ждет большое разочарование.

Выход из украинского Зазеркалья

Соединенные Штаты не оставляют попыток радикализовать украинский кризис и тем самым разрушить российско-европейские отношения. Однако недееспособность киевского режима делает эту политику все менее перспективной

section class="box-today"

Сюжеты

Украина и ЕС:

Размышления о будущем трибунале

Попробуйте ее сохранить

/section section class="tags"

Теги

Украина и ЕС

Украина

Молодые демократии

Вокруг идеологии

Политика

США

Последняя империя

/section

Новый раунд деэскалации украинского кризиса — после визита в Москву главы ОБСЕ президента Швейцарии Дидье Буркхальтера — завершился столь же стремительно, как и предыдущий, после соглашения в Женеве. В принципе, совместное заявление главы ОБСЕ и президента Владимира Путина давало Украине все шансы на нормализацию ситуации. Путин сенсационно попросил жителей Юго-Востока не проводить референдум, поддержал выборы президента на Украине 25 мая и заявил об отводе войск. Однако вопреки первой реакции это не оказалось ни сдачей российских позиций, ни началом процесса стабилизации.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Уже на следующий день киевские власти сделали все, чтобы полностью девальвировать усилия Буркхальтера. Премьер-министр Арсений Яценюк заявил, что Путин «торгует воздухом»: дескать, поскольку, по мнению «официальных» киевских властей, никакого референдума на 11 мая назначено не было, то и переносить нечего. И. о. президента же Александр Турчинов заявил, что готов вести переговоры с регионами (пункт, который содержался в московском заявлении), но только с «законными» представителями, а не с ополченцами, против которых «антитеррористическая операция» будет продолжена (что опять-таки противоречит согласованной с ОБСЕ позиции о необходимости прекращения боевых действий). Ответ Донецкой народной республики на эти демарши Киева последовал незамедлительно: Донбасс заявил, что «просьбу» Путина перенести референдум выполнять не будет.

Напомним, что российский президент хотя и попросил Донецкую и Луганскую области отказаться от референдума (провести его по объективным причинам будет непросто, ведь если не брать ситуацию в крупных городах, то в целом обстановка на Донбассе крайне туманная, не говоря уже о продвижении международной легитимности референдума в нынешних условиях), но жестко привязал необходимость подобного отказа к политическим уступкам со стороны Киева. От Киева требуется «безусловное прекращение всяческого насилия — как с использованием вооруженных сил, что абсолютно недопустимо в современном мире, так и с использованием незаконных вооруженных формирований».

Таким образом, как и в случае с женевским соглашением, вина за срыв дипломатической инициативы ложится на «киевскую хунту». И не только потому, что требование России прекратить антитеррористическую операцию и начать переговоры (что фиксирует украинские регионы как необходимый для дальнейших переговоров субъект) официально поддержали ООН и ОБСЕ. Поскольку президент России обратился к жителям Юго-Востока, ему уже нельзя вменять в вину нарушение женевского меморандума, однако при этом все понимают, что луганские и донецкие федералисты не обязаны выполнять просьбу Путина. А российский президент не брал на себя обязательств не признавать итоги референдума, в случае если его просьба не будет услышана.

Стимулом для Киева начать деэскалацию мог бы стать еще один пункт заявления Владимира Путина — о признании выборов 25 мая, которые тот назвал «движением в правильном направлении». Как и в случае с референдумом, Путин фактически привязал их признание к выполнению предварительного условия. По его словам, выборы «ничего не решат, если все граждане Украины не будут понимать, как будут гарантированы их права после проведения этих президентских выборов… мы считаем, что прямой диалог между киевскими властями и представителями Юго-Востока Украины является ключевым элементом урегулирования». Однако и это не помогло — видимо, по двум причинам. Во-первых, политическое будущее и Турчинова, и Яценюка после выборов 25 мая неясно (поэтому, как ни странно, чем ближе выборы, тем меньше они могут быть заинтересованы в их проведении). Во-вторых, и Турчинов, и Яценюк являются фактически полными политическими марионетками Вашингтона, который, судя по всему, совершенно не заинтересован в деэскалации и лишь пытается использовать украинский кризис для максимального ухудшения российско-европейских отношений.

Курс на коллапс

Взяв курс на эскалацию ситуации, киевские власти продолжают терять контроль над ситуацией в стране. На сегодняшний день у правящей хунты нет ни экономических ресурсов, ни легитимности, ни силовой поддержки. Однако чем больше власть в Киеве слабеет, тем упорнее идет по выбранному деструктивному пути.

Так, много вопросов вызывает экономическая политика украинских властей — большинство экспертов даже сходятся во мнении, что ее попросту нет. По некоторым данным, падение промышленного производства составляет несколько процентов в месяц, МВФ прогнозирует падение ВВП по итогам года на 5%, а также инфляцию в 16% — и это еще очень неплохие показатели. В такой ситуации все усилия по улучшению экономической ситуации в стране состоят в пассивном ожидании денег из-за рубежа. Украина уже получила от МВФ первый транш в 3 млрд долларов, однако этого явно недостаточно. (Кроме того, выделение этих средств в форме SDR, которые можно использовать лишь в сравнительно небольшом количестве операций, например по взаиморасчету между странами, заставляет подозревать коррупционную подоплеку: по какому курсу удастся Киеву конвертировать SDR в доллары или евро?) Один лишь долг Москве за газ составляет 3,5 млрд долларов, и «Газпром» уже перевел Украину на предоплату по будущим поставкам. При этом МВФ зарезервировал за собой право не перечислять Украине дополнительные транши кредита — решение о них будет приниматься исходя из дальнейшего развития ситуации в стране. И главным условием тут является как раз сохранение контроля Киева над юго-восточными регионами страны. То есть фактически МВФ совершенно в открытую шантажирует Киев, предлагая деньги в обмен на продолжение «карательной операции» в «мятежных регионах».

Между тем эти регионы практически потеряны: переговоры с федералистами Киев вести отказывается, а антитеррористическую операцию на Юго-Востоке можно считать проваленной. Собранная по сусекам из лояльных киевской власти подразделений боевая группа в течение нескольких недель не может взять городок Славянск с населением 120 тыс. человек, в то время как федералисты расширяют зону контроля. В середине прошлой недели флаг Донецкой республики подняли над городом Дебальцево — важным транспортным узлом Донбасса. На сторону федералистов переходит все больше сотрудников местных правоохранительных органов — заявление министра внутренних дел страны Арсена Авакова о необходимости тотальных чисток в донецком и луганском областных управлениях МВД стало для милиционеров отличным стимулом встать на сторону соседей и родственников, находящихся на баррикадах. Наконец, через созданные коридоры на границе в Донецкую и Луганскую области отправились вооруженные российские добровольцы, в частности донские казаки.

В результате Киев оказался перед необходимостью выбрать одно из двух плохих решений. Он может продолжить бессмысленную операцию, расходуя на нее и без того скудные бюджетные средства, однако дальнейшие военные неудачи вызовут новые вопросы относительно легитимности и дееспособности киевских чиновников. Отказ же от военной операции может повлечь за собой обвинения в предательстве со стороны украинских радикалов, прежде всего «Правого сектора» и продолжающих оккупировать центр Киева вооруженных сотен Евромайдана. Что в итоге может привести к новому перевороту.

Пока что Киев пытается избежать выбора. Переведя военную операцию в имитационную фазу и де-факто смирившись с потерей Донбасса, хунта занялась мерами по недопущению «крымского сценария» в других областях Украины, прежде всего в Одессе.

Однако тут же выяснилось, что необходимых ресурсов для поддержания порядка в регионах у Киева нет. Местная милиция ненадежна, а все лояльные хунте воинские подразделения стоят в Донбассе. В этой ситуации власти решили сделать ставку на иррегулярные подразделения: в Одесскую область перебрасываются сотни Евромайдана и вооруженные промайдановские боевики. Такая стратегия, вероятно, позволит в краткосрочной перспективе подавить местных федералистов, однако она несет в себе серьезные риски. Террор, который устроят боевики, лишь усилит антиправительственные настроения в области. Не говоря уже о том, что сам факт делегирования государством права на насилие иррегулярным военизированным структурам ставит под сомнение украинскую государственность.

Трагедия в Одессе стала поворотным пунктов в отношении многих европейских стран к украинскому кризису — даже если это пока не признается публично

Фото: Legion-Media

Свои и чужие

Самым же серьезным провалом Киева стала неспособность достичь общественного согласия в стране. Говоря о необходимости сохранения единства Украины, хунта намеренно отказывает в гражданских правах половине ее населения.

Путчисты изначально взяли курс на деление украинских граждан на «своих» (к которым относились русофобы и сторонники переворота из центральных и западных регионов страны) и «чужих» — русскоязычных граждан Украины, а также всех тех, кто выступал против Евромайдана и правых радикалов. С этим связан и отказ от включения в «Небесную сотню» (список мучеников новой Украины, которые, по мнению хунты, должны стать архетипом нации) сотрудников правоохранительных структур, погибших на Майдане, и репрессивные законы против интересов русскоязычных жителей страны, и позиционирование восставших жителей Востока как террористов, хотя в большинстве своем эти люди не подвергают сомнению территориальную целостность Украины, а хотят лишь установления простейшего федерального устройства, характерного для многих европейских стран.

Как и ожидалось, подобное деление привело лишь к обострению гражданского противостояния. У политологов возникла надежда на то, что власть проведет работу над ошибками и пересмотрит свои подходы, однако кровавые события в Одессе и реакция на них «оранжевых» продемонстрировали обратное. Ликованием по поводу «сожженных колорадов» отметились не только нацисты и гражданские активисты Евромайдана, но и представители действующей власти. Тогдашний глава Одессы назвал действия боевиков «оправданными». Фактически на сторону погромщиков встал и президент Александр Турчинов. Он заявил о необходимости наказать виновных — но не тех, кто сжег людей живьем, а тех, кто «виновен в организации и провокации событий». Трагедия же, по его словам, произошла не из-за того, что здание одесского Дома профсоюзов закидали коктейлями Молотова, а из-за «внешней провокации» при попустительстве одесской милиции. (Любому, кто хоть немного представляет себе работу правоохранительных органов, ясно, что организовать подобного масштаба провокацию, которая требовала, например, вполне определенного поведения работников милиции, извне нереально.) Причем власти уже «назначили» провокаторов: по данным СБУ, беспорядки были профинансированы бывшим первым вице-премьером Украины Сергеем Арбузовым и экс-министром доходов и сборов Украины Александром Клименко . Кроме того, в числе провокаторов местное милицейское начальство, ряд представителей которого уже арестован (подставлять милицию во всех конфликтах и провокациях — это уже фирменный стиль украинских властей).

Наиболее глубоко идеи о люстрации половины населения страны укоренились, по всей видимости, в Верховной раде. Депутаты не только отказываются идти на уступки жителям Юго-Востока, но и фактически отрицают их право на репрезентативность. Так, на прошлой неделе Рада нанесла еще один удар по основам украинской парламентской демократии: за «сепаратистские заявления» депутаты удалили из зала всю фракцию Компартии. «Историческое событие. Надеюсь, что очень скоро мы запретим эту предательскую партию», — заявил депутат Олег Ляшко , который и поднял вопрос об удалении коммунистов.

Главным же решением Рады на прошлой неделе стала фактическая денонсация обещаний Арсения Яценюка жителям Юго-Востока. В то время как Запад и Киев убеждают Донбасс в том, что, выражаясь словами госсекретаря США Джона Керри , «правительство Украины предложило больше полномочий людям на Востоке и Юге Украины в вопросах ежедневного управления, чем Россия дает любой автономной республике или области в России», Верховная рада отказалась от предложения правительства провести 25 мая референдум о децентрализации. Предложение «набрало немногим более 150 голосов. Основная аргументация была связана с тем, что любой референдум нужно проводить, когда есть уверенность, что волеизъявление граждан происходит не под дулами автоматов», — пояснил народный депутат от «Батькивщины» Андрей Сенченко . При этом он не уточнил, почему под дулами автоматов можно проводить другое народное волеизъявление — выборы президента.

Опасное партнерство

По мере нарастания насилия в украинском противостоянии становится все более очевидно, насколько убийственную для себя позицию занял в этом конфликте Евросоюз, прежде всего Германия. Сейчас сложно установить, кто именно — США или ЕС — внес больший вклад в раскачивание внутриполитической ситуации на Украине в последние месяцы пребывания у власти Виктора Януковича (скорее всего, США взяли инициативу на себя, после того как поняли, что ЕС провалил дело). Но в любом случае очевидно, что отказ подписывать соглашение об ассоциации с ЕС в ноябре 2013 года стал неким водоразделом, после которого на Западе было принято решение об отколе Украины от России насильственным путем — свержением действующего президента.

Технически сделать это было сравнительно нетрудно. Население, разогретое масштабной агитацией за ассоциацию с Евросоюзом, за которой, как обещали, непременно должно было последовать и вступление в ЕС, а также популистскими обещаниями Януковича (до сих пор невозможно доподлинно установить, что именно им двигало; говорят, что Янукович поверил на слово своим европейским коллегам, впоследствии его обманувшим), почувствовало себя обманутым — и вышло на улицы. Степень интегрированности западных спецслужб во все эшелоны украинской власти, службы безопасности и армии позволяла управлять этими процессами практически незримо и даже совершать шаги от имени самой власти (ведь до сих пор не установлено, кто осенью отдал распоряжение о первом вооруженном разгоне тогда еще мирного Майдана. А ведь это могло бы дать ключ и к пониманию истоков более поздних провокаций — к тому, кто командовал «киевскими снайперами», а возможно, и к одесской трагедии).

Иначе говоря, Запад осознанно запустил маховик насилия на Украине. Способность США не думать о таких мелочах, как человеческие жертвы, на которые они идут, делая ставки в своих геополитических играх, новостью не является. В сущности, для США что Сирия, что Украина — это равноудаленные полумифические территории, и гражданская война в этих странах и их тотальная экономическая деградация не оказывают практически никакого влияния на жизнь в Штатах. Более того, население Америки не имеет и исторической памяти о разрушительных европейских войнах ХХ века, поэтому для него эскалация вооруженного противостояния в этих странах скорее похожа на компьютерную игру.

Однако не может не удивлять роль ЕС в этой истории, ведь гражданская война на Украине происходит практически на его границах и при дальнейшей эскалации непременно скажется на жизни сопредельных государств. В то же время совершенно очевидно, что американские попытки экономической изоляции России нанесут серьезный удар по экономике и политической самостоятельности Евросоюза. Например, США настаивают на прекращении поставок российского газа в Европу и замораживании торговли.

Чтобы понять истинные мотивы США, нужно обратиться ко временам холодной войны, когда Европа в 70-е годы ХХ века, стремясь к экономической независимости от США и импорта нефти, вопреки недовольству Вашингтона договорилась о поставках газа из СССР (а позднее сумела выстроить надежную систему партнерских взаимоотношений с Россией и «Газпромом»). С другой стороны, промышленные товары, экспортируемые сегодня из ЕС в Россию, очень важны для европейской и особенно германской экономики, балансирующей на грани отрицательного экономического роста. Утрата надежных и, что бы там ни говорили, более дешевых по сравнению с возможными альтернативами энергопоставок из России, а также российского рынка могут стать для Евросоюза тем триггером, который запустит цепную реакцию банкротств стран еврозоны. Европейские стратеги не могут не замечать очевидных рисков полного разрыва с Россией и чрезмерной зацикленности на своем заокеанском патроне. Ощущение этой опасности побудило немецкий и французский бизнес обратиться к правительствам своих стран с просьбой не принимать участия в навязываемой Америкой игре.

Киевским властям — нынешним или будущим — в любом случае придется договариваться с регионами об условиях переучреждения украинского государства. Проект унитарной, жестко националистической Украины с треском провалился

Фото: Legion-Media

Девальвация Европы

Почему же канцлер Ангела Меркель (говорить об адекватности позиции президента Франсуа Олланда не имеет смысла, так как ее не могут воспринимать всерьез даже сами французы) не отказывается поддерживать американскую игру, а лишь лавирует? Причин несколько, но главная — политическая несамостоятельность нынешней Европы. Поразительным образом США удалось добиться того, что не только главами большинства восточноевропейских стран, но и лидерами Старой Европы становятся лишь те фигуры, которые готовы выступать исключительно в русле американской внешней политики. И если в 2003 году, когда американцы начинали военную операцию в Ираке, президент Франции Жак Ширак и канцлер Германии Герхард Шредер могли публично осудить США, то сейчас подобное поведение европейских лидеров представить себе невозможно.

Можно много рассуждать о том, как США удалось добиться от Европы такого послушания. Одним из очевидных факторов, играющих на руку США, стала неспособность ЕС создать единые вооруженные силы и внешнюю политику (несмотря на надувание щек и бесконечные разговоры о необходимости таких шагов). В отношении Германии довольно правдоподобной выглядит версия, что в обмен на немецкую поддержку и послушание США обещают не педалировать тему германского превосходства в ЕС. (Если бы США захотели, они бы могли легко начать германофобскую кампанию внутри ЕС, активировав своих восточно-европейских вассалов — Польшу, страны Балтии и т. д.) Показательно, что рупор англо-американской элиты, еженедельник The Economist, регулярно печатает интригующие статьи-размышления о том, что Германии стоило бы играть более активную роль в международной политике (читай: проамериканской), если она хочет добиться положения реального лидера, с которого сняты ограничения как с проигравшего агрессора в последней мировой войне. Ведь ни для кого не секрет, что Франция больше не в состоянии быть противовесом для набирающей все больший вес Германии. За этим процессом с ужасом наблюдают страны, опасающиеся последствий чрезмерного немецкого доминирования. Для многих стран внутри ЕС Соединенные Штаты в значительной степени защита не только от России, но и от чрезмерного германского доминирования.

Другой важной причиной участия Германии в украинской кампании является, видимо, ставка, сделанная в этой игре самой Меркель. По всей вероятности, анализ состояния украинского политического истеблишмента и российской политики в отношении Украины, проведенный немецкими экспертами в конце 2013 года, создали у Меркель впечатление, что вывести Украину из зоны российского влияния будет довольно легко, если проявить решительность и жесткость. Перспектива получить Украину и ослабить Россию выглядела настолько привлекательной, что Германия сочла риски незначительными. Интересно, что Россия с самого начала предупреждала своих западных коллег, что ставка на раскол любой ценой может привести к гражданской войне и дестабилизации целого региона. Однако те из всего двадцатилетнего опыта российских отношений с Украиной сделали ложные выводы.

Ведь Россию действительно не устраивал ни один из украинских лидеров за всю историю независимости Украины — многих из них, даже Виктор Янукович, проводили политику шантажа в отношении России и не считались с ее интересами. Однако Россия никогда не рассматривала возможность сыграть на внутренних противоречиях соседнего государства и разыграть карту дестабилизации. Западные политики оценили подобное поведение России как слабость, неспособность влиять на ситуацию. Однако в реальности Россию от достижения желаемого любым путем (как это обычно делают США) удерживало главным образом понимание того, что любая дестабилизация выпустит на волю демона насилия, что будет стоить нашему братскому народу человеческих жизней и страданий…

Однако когда вопрос, как говорится, встал ребром, Москва пошла на обострение — чего от нее в принципе не ожидали, традиционно рассматривая Россию как державу, которая из последних сил будет цепляться за статус-кво, даже если он уже фактически уничтожен. Именно поэтому блицкриг Запада не удался.

Украина же втягивается в отвратительное кровавое противостояние. И сегодня Германия оказывается в более чем неприятной ситуации, поддерживая марионеточное киевское правительство, выдвигающее танки для подчинения несогласного населения на Востоке и покрывающее бесчеловечную расправу в стиле гестапо над протестующими в Одессе.

Как и предупреждала Запад Россия, заставить все население Украины принять над собой власть, замешанную на «западенском» нацизме, не удастся. Попытки осуществить это силой втянут страну в кровопролитную гражданскую войну, в которой уровень насилия будет возрастать с невероятной скоростью. Более того, такая стихийная дезинтеграция Украины говорит о том, что возможный масштаб бедствия может значительно превысить югославский. При разделе Югославии были изначально ясны этнические границы этого раздела (достаточно было предоставить независимость этническим республикам, и конфликт был решен), у сторон существовали более или менее сложившиеся границы национальной идентичности. На Украине границы не определены, а деление будет происходить спонтанно и на непонятных основаниях. Остановить начавшееся насилие и упорядочить все новоявленные субъекты будет крайне трудно, а риск для сопредельных государств и всего региона окажется огромным.

Впрочем, с момента заключения соглашений в Женеве (и еще заметнее — с момента их невыполнения Киевом) стали появляться признаки того, что европейские политики начали понимать, что происходит. Огромную роль здесь, конечно, сыграла трагедия в Одессе, даже если публично это не признается. Визит главы ОБСЕ показал, что европейцы начали сближать свою позицию с российской, что наращивает давление на Киев, чей курс на радикализацию кризиса становится все более очевидным и все более отталкивающим.

О мате по поводу промышленной политики

section class="box-today"

Сюжеты

Промышленность:

Энергоэффективные ключи к модернизации

Неликвид не продается

/section section class="tags"

Теги

Промышленность

Эффективное производство

Бизнес и власть

Законодательные инициативы

Долгосрочные прогнозы

Украина

Крым

/section

В ленте новостей за межпраздничное 6 мая, в основном занятой сообщениями об украинском кризисе, мелькнуло вдруг и внутреннее известие. Минпромторг опубликовал на едином портале проектов нормативных правовых актов законопроект «О промышленной политике в РФ» для общественного обсуждения. Новость важная. Сам термин промышленная политика на многие годы изгонялся из официального оборота; совсем ещё недавно за одно произнесение таких слов людей зачисляли в невежды и обскуранты — и вдруг федеральное министерство готовит и предлагает обсудить целый законопроект! Дело будет непростое: за время едва ли не полной абстиненции по части промполитики не мог не сложиться страшный дефицит обкатанных в дискуссиях идей. Но восполнять этот дефицит нужно безотлагательно.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Потому что поменялось время. Можно расходиться во мнениях о причинах перемен, но совершенно бесспорно, что послекрымская жизнь идёт в граничных условиях, кардинально изменившихся по сравнению с жизнью докрымской. Перемена случилась надолго, переждать её зажмурившись нельзя. И самые разные политики, от бюджетной до образовательной, что сложились в той жизни, на глазах теряют всякий смысл в жизни этой . И политики эти надо менять — что, в общем-то, и начало происходить, и появление закона о политике промышленной в этом смысле очевидно необходимо.

Сейчас законопроект проходит антикоррупционную экспертизу. Не возьмусь предсказывать её результат, но вряд ли он окажется нетривиальным — впрочем, антикоррупционный анализ проектов вообще так и не стал серьёзным этапом нормотворчества. Общественное обсуждение текста законопроекта может оказаться гораздо более драматичным. Оно едва ли даст заметные постатейные результаты, и сердиться за это (в данном именно случае) не стоит, потому что закон — рамочный. Там сказано, что промышленная деятельность — это то-то и то-то, а промышленная политика — то-то и то-то; что цели и принципы у неё такие-то (сплошь хорошие), а полномочия в ней у таких органов такие, а у сяких — сякие… Когда дело дойдёт до практики, может оказаться, что и тот «рамочный» принцип лучше было сформулировать иначе, и другой, и третий; но пока-то до практики не дошло. Поэтому острых споров можно ожидать не по деталям, а по сути: далеко не все даже и в правительстве согласны с тем, что табу на промполитику пора снимать. Тем более что в проекте имеются и содержательные вещи: и создаваемый на бюджетные деньги фонд поддержки российской промышленности, и дедушкина оговорка для инвесторов (здесь она называется «инвестиционный контракт»), и приоритет отечественной продукции при госзакупках. Всё это тоже в предельно обобщённом виде, требующем дальнейшего нормативного толкования, но и до всякого толкования понятно, что такие меры — как и любая на свете политика — требуют денег, а потому едва ли Минфин не станет этим новшествам жёстко оппонировать. Во всяком случае, этот закон — повторим, рамочный, не порождающий прямых последствий, — министр Мантуров надеется принять разве что «до конца 2014 года». Кто бы спорил, именно рамочный закон более чем уместен для начала разговора о промышленной политике, только уж очень это начало запаздывает. А шлейф конкретизирующих норм когда будет? Тут на охоту ехать — даже не собак кормить , а размечать фундамент фабрики собачьего корма. Я не к тому, что надо скорей-скорей принимать непрожёванные законы, — я к тому, что в нынешнем положении хорошо бы законодателю сосредоточиться на действительно насущном, сократить долю пара, направляемого в любимый свисток.

Вот события последних дней. Опубликован закон, запретивший нецензурную лексику в произведениях литературы и искусства, на публичных мероприятиях и в СМИ. В УК введена статья «Реабилитация нацизма», сделавшая уголовно наказуемым «отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала для суда… а равно распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны». Мне такого рода запреты кажутся малоосмысленными, если не вредными. Есть сферы, регулируемые писаным законом, — и сферы, где действен лишь закон неписаный. Формальным актом нельзя определить, что стыдно, а что нет, — как нельзя общественным мнением регулировать, например, нотариат. В медиа матерщина и впрямь недопустима, но какое Думе дело до лексики Венички Ерофеева? Распорядившись ставить на книгах и афишах «18+», Дума исчерпала свои полномочия, дальше люди разберутся сами. Как статья УК сделает дурные речи о Великой Победе непристойными? Покуда она скорее добавила им сладости запретного плода: моднейшие песни момента (о том, что Бандеру нельзя называть преступником, поскольку он не осуждён в Нюрнберге, — и о том, что георгиевская ленточка не имеет к Победе никакого отношения) то и дело снабжаются весёлой припиской, что статья 354-прим тут бессильна. И кто поручится, что следующие запреты не окажутся уже просто дикими? Только что пришла новость: «В ГД внесён закон, запрещающий распространение информации, отрицающей патриотизм». Я надеюсь, конечно, что не примут, но чёрт его знает. Вот и придётся всё время гадать, какая информация патриотизм отрицает , а какая нет.

Граничные условия стали жёстче прежних; чтобы жить и развиваться в них, стране, её гражданам и её компаниям нужно не размножение запретов, а расширение возможностей. Есть же в стране люди, занимающиеся конкретными делами, а потому видящие перед собой конкретные препятствия. Люди это самые разные: отраслевые бизнес-объединения, региональные сообщества, благотворительные организации и так далее. Если их внимательно выслушивать и мешающие им преграды по мере сил убирать, то и начнут складываться столь необходимые новые промышленная, образовательная, социальная и всякая другая политика. А с запретами нецензурных высказываний можно не спешить — всё равно проку будет мало. Вон, за мат в общественных местах уж невесть сколько лет штрафуют (или должны штрафовать), а его всё больше.

Куда поплывет рыба

Новый рыбопромышленный кластер в Приморье обещает стать главным рыбным центром в стране с портовыми, холодильными мощностями и площадкой для аукционной торговли. Однако его эффективность для бизнеса пока остается под вопросом

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное производство:

Пенсионные накопления

«Донинвест» уходит в ласковые руки

НЭВЗ отцепляет Украину

/section section class="tags"

Теги

Эффективное производство

рыболовство

Пищевая отрасль

Инвестиции

Долгосрочные прогнозы

Русский бизнес

/section

Дальний Восток — главный регион по вылову рыбы в нашей стране, однако сейчас большая часть рыбы в сыром виде уходит в Китай и Южную Корею. Попытка изменить ситуацию административными мерами ни к чему не привела: вступившие в силу поправки в Закон № 166-ФЗ об обязательности доставки улова в порты не дали результата: рыбаки декларируют продукцию на родном берегу, а потом без выгрузки направляются в крупнейшие современные мировые рыбопромышленные центры. Сегодня мы должны создать условия для рыбаков, чтобы и на нашей территории были выгодны хранение, переработка и реализация рыбопродукции. Для этого мы намерены взять лучшие технологии в мире и внедрить их у себя. Так мы не только увеличим прибыль российской рыбной отрасли, но и сможем быть на шаг впереди стран-конкурентов», — говорит директор департамента рыбного хозяйства и водных биологических ресурсов Приморского края Александр Передня , представляя корреспонденту журнала «Эксперт» новый проект рыбопромышленного кластера во Владивостоке. Проект близится к финальному завершению концепции — до лета должны быть разработаны его финансовая и бизнес-модели.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Выбор места для создания самого масштабного рыбного комплекса в стране не случаен — на Дальнем Востоке вылавливается порядка 70% всей российской рыбы и морепродуктов (в 2013 году — 2,2 млн тонн). Владивосток, где и планируется создать кластер, — самый большой портовый город на Тихоокеанском побережье; он находится на юге Приморья и удачно расположен по отношению к странам ЮВА. Когда российские рыбаки вылавливают рыбу в Беринговом, Японском и Охотском морях и отправляют ее на экспорт, то обязательно проходят мимо этого порта.

В настоящее время стоимость нового проекта оценивается в 39 млрд рублей, из которых на долю бизнеса планируется 25 млрд рублей инвестиций. Строительство запланировано в три очереди, в перспективе комплекс сможет обслуживать практически весь оборот рыбопродукции Дальнего Востока: переработка составит от 80 до 200 тыс. тонн, перевалка, логистика, хранение — от 320 до 800 тыс. тонн, торговля без перевалки на комплексе добавит еще 1 млн тонн. На обслуживание такого рыбного кластера потребуется 1,5–2 тыс. человек. По экспертным оценкам местной администрации, при обсуждаемых сегодня льготах и преференциях, которые могут быть введены на данной территории, частные инвестиции окупятся через 12 лет.

Бутылочное горло

Необходимость создания рыбного кластера, по мнению администрации Приморского края, вызвана несоответствием существующих в рыбной отрасли инфраструктуры и логистики, доставшихся рыбакам с советских времен, сегодняшнему рынку. Основные фонды рыбной отрасли вписывались в четко выстроенные цепочки планово-распределительной системы: судно еще не успевало выйти в рейс, а все уже знали, сколько будет выловлено рыбы, когда должен подойти железнодорожный состав, на какой перерабатывающий завод поступит сырье и куда отправится готовая продукция. Под эту логистику и выстраивали инфраструктуру — например, холодильные терминалы в портах были лишь элементом поддержания грузооборота, а крупные складские мощности находились не в местах вылова, а в пунктах с наибольшим количеством потребителей, в основных крупных городах.

Александр Передня уверен, что развитие конкуренции позволит снизить цены на хранение и перевалку рыбы

Фото: Олеся Тарасова

При современной структуре рынка, когда рыбакам приходится самим задумываться о сбыте продукции, оказалось, что холодильных мощностей в портах не хватает — сегодня совокупные холодильные мощности портов Приморского края не превышают 60 тыс. тонн, чего для годового оборота продукции дальневосточного бассейна, составляющего около 2 млн тонн, явно недостаточно. Особенно остро ситуация проявляется в периоды массовых путин — минтаевой, лососевой, сельдевой. Во время этих всплесков хорошо видны «бутылочные горла»: продукция поставляется, а сбыта нет. За этим сразу следует реакция других участников рынка: из-за дефицита мощностей портовики устанавливают прогрессивную ставку за хранение продукции — от 23 до 60 руб. за тонну в сутки (в разгар путины дороже), перевозчики увеличивают стоимость рефсекций (контейнеры с холодильным оборудованием) с 900 тыс. до 2,2 млн рублей.

Узкие места российской рыбной логистики хорошо известны соседним странам. Только в портах Южной Кореи холодильные мощности составляют порядка 1,5 млн тонн, и уже давно не секрет, что отчасти они выстроены под нужды наших рыбаков. Такие производственные комплексы не только позволяют обеспечивать длительное хранение продукции по приемлемым ценам, но и предоставляют рыбакам весь спектр сопутствующих услуг: снабжение судов, ремонт, смену экипажей, аукционные площадки рыбопродукции для покупателей всего мира. «Если у наших рыбаков объемы вылова большие и требуют хранения, то им приходится играть в рулетку. К примеру, цена на палтуса в России бывает выше, чем в странах Азии, но рынок у нас короткий, наполняется буквально за две недели, а потом можно несколько месяцев ждать оптимальной цены. Вернуть рыбу, которая уже вывезена на склады других стран, по российскому законодательству невозможно. Если же рыбаки будут хранить продукцию в новом рыбопромышленном кластере в Приморье, то они спокойно смогут решать, когда им отправлять свою продукцию на внутренний рынок, а когда — на экспорт», — объясняет Александр Передня.

В качестве консультантов, занимающихся разработкой нового кластера, была выбрана японская проектная организация Nomura Research Institute. Изначально к проекту привлекались и другие организации — из Китая и Южной Кореи, а также компания Ernst & Young, но в итоге решили остановиться на японских специалистах. «У японцев другой менталитет, они чувствуют рыбу сердцем и очень технологичны. Во-первых, нам не придется изобретать велосипед, и мы получим возможность пользоваться последними достижениями в области логистики, оперирования грузов и проч. Во-вторых, как только стало известно, что наш кластер консультирует японский проектный институт, мы почувствовали активность иностранных инвесторов», — говорит Александр Передня.

Прежде всего привлекать инвесторов в рыбопромышленный кластер будут специальными льготными условиями. Новая площадка станет работать по типу портовой особой экономической зоны (ОЭЗ). На данном этапе рассматриваются варианты оказания государственной поддержки в виде субсидирования части затрат на уплату процентов по кредитам и части затрат на уплату лизинговых платежей при проектировании и строительстве объектов комплекса. Если говорить о российских инвесторах, то кластером уже заинтересовались камчатские рыбаки, они хотят поставить там собственные холодильные мощности.

Александр Ефремов считает, что первым делом нужно восстановить принадлежащие государству причальные стенки в портах

Фото: Олеся Тарасова

Кроме того, администрация Приморского края предлагает рассматривать новый кластер как часть плана по стратегическому развитию территории. «Мы хотим создать крупнейший проект в нашем регионе, в рамках которого и будет развиваться рыбопромышленный кластер, — поясняет Александр Передня. — На этой территории планируется не только заниматься рыбным хозяйством, но и развивать другие направления, например выращивать крупный рогатый скот, сеять зерно. Все это даст нам синергетический эффект».

На данном этапе консультанты Nomura уже разработали концепцию строительства рыбохозяйственного кластера и выбрали, на их взгляд, наиболее подходящую площадку в районе бухты Суходол. В числе основных ее преимуществ — расположение вблизи агломерации Владивосток—Артем, наименьшие затраты на строительство инфраструктуры (по сравнению с другими площадками), возможность организации марикультурной (выращивание рыб и молюсков) деятельности и проч.

Модернизировать старое или построить новое

Впрочем, участники рынка к появлению нового рыбопромышленного кластера в Приморье относятся неоднозначно. Прежде всего они критикуют финансовый размах будущего проекта: громадные государственные вложения в строительство порта, автомобильной и железной дорог могут не окупиться. Говорят, что в том же южнокорейском городе Пусан, где построен крупнейший в мире рыбопромышленный комплекс, местная мэрия вот уже шесть-восемь лет пытается продать его инвесторам, но безуспешно, предприятие существенно недозагружено. При не до конца проработанной идее с кластером во Владивостоке может произойти то же самое.

Сомневаются игроки рынка и в выборе площадки для будущего кластера. Приглянувшаяся японцам бухта Суходол находится примерно в 100 км от Владивостока, рядом с неблагоприятным соседом — угольным терминалом. При этом в 30-километровой зоне от города существуют свободные площадки в промзоне, которые уже соединены с рыбными терминалами морских портов железнодорожными путями и удобными автомобильными трассами, построенными к недавно прошедшему саммиту АТЭС.

Непонятны предпринимателям и масштабы выбранной площадки. «Для производства 200 тысяч тонн рыбопродукции в Приморье почему-то требуется 200 гектаров, тогда как крупнейшие мировые рыбоперерабатывающие комплексы производят аналогичные объемы на гораздо меньших площадях, — комментирует исполнительный директор Ассоциации добытчиков минтая Алексей Буглак . — Например, датская рыбоперебатывающая фабрика Royal Greenland выпускает 60 тысяч тонн готовой рыбопродукции (сейчас весь Приморский край производит такой объем) на площади 2,6 гектара. Крупнейшая китайская фабрика в Циндао с 300 тысячами тонн готовой рыбопродукции расположена на 15 гектарах. Если следовать этой логике далее, то появляются и другие вопросы: например, зачем нужна энергетическая мощность 50 мегаватт, если весь город Владивосток с населением около 700 тысяч человек и промышленными объектами потребляет менее 200 мегаватт».

В целом же аналитики оценивают появление нового кластера позитивно. «Идея создания кластера зрела давно, потому что мы сейчас на своем сырье зарабатываем всего 15% от того, что могли бы, остальное дарим загранице. Эту ситуацию можно разрешить лишь единственным способом — развивать на территории РФ производства с глубокой переработкой, повышать эффективность логистики и торговли. Но при появлении столь масштабного проекта важно понимать, что мы можем снизить затраты, задействовав уже имеющиеся мощности, доставшиеся с советских времен», — уверен генеральный директор компании Engineering & Development Антон Сухоруких . По его мнению, в строительстве нового порта нет явной необходимости — действующие порты в Приморье уже переваливают свыше 650 тыс. тонн рыбопродукции и при весьма экономной модернизации смогут переваливать свыше миллиона тонн.

Задача нового рыбопромышленного кластера — выпуск продукции с высокой добавленной стоимостью

Фото: Олеся Тарасова

Действительно, если взять Владивостокский морской рыбный порт (ВМРП), то в настоящее время его акционеры разрабатывают проект стоимостью 7 млрд рублей по модернизации порта — сооружению нового холодильника, расширению контейнерного терминала и оборудованию «сухого порта». «Наш проект комфортного хаба на Дальнем Востоке уже начинает свою работу. Если раньше у нас был только морской терминал, все грузы шли напрямую в порт и у нас была сильная загруженность подвижного состава, то сейчас мы расширяемся за счет сухого терминала — это своего рода большой складской и диспетчерский пункт распределения грузов, который находится вдали от моря, но рядом с железнодорожной станцией. Мы можем отправить контейнеры на хранение в сухой терминал, а затем за сутки до отправления груза на машинах быстро перевезти их в морской порт. За счет такой оптимизации мы уже в самое ближайшее время удвоим, а то и утроим наши объемы», — рассказывает член совета директоров ВМРП Дмитрий Дорошенко .

Что касается большинства рыбаков, опрошенных нами, то они готовы участвовать в новом проекте, если это будет экономически оправданно. «Идея кластера нам нравится, но из того, что сейчас заявлено, непонятна его конкретная бизнес-идея. С кем мы можем объединиться, на какой почве и что будет являться ключевым фактором? Нашей компании нужны холодильные мощности, и если они появятся в кластере, то мы будем хранить там рыбу. Сейчас в правительстве много говорят о помощи рыбакам, но вот уже пять лет мы ожидаем субсидий для строительства холодильников под рыбопордукцию, а их до сих пор нет. В моем понимании более ценным было бы восстановить ту причальную структуру, которая сегодня работает в критическом состоянии», — говорит генеральный директор компании «Южморрыбфлот» Александр Ефремов .

На претензии рыбаков у местных властей есть свои возражения. «Работающий сегодня во Владивостоке рыбный порт расположен в центре города, рядом с театрами и парками. А это неправильно. Мы должны вывести холодильники и переработку в промзону, которая находится в часовой доступности от аэропорта», — говорит Александр Передня.

Кроме того, в администрации края говорят, что старые предприятия должны находиться в конкурентных условиях, чтобы они не устанавливали спекулятивных цен. «Наша задача — чтобы и старые, и новые предприятия могли конкурировать на равных», — поясняет господин Передня.

Безусловно, местным властям легче создать новый комплекс с нуля в чистом поле, чем разработать проект частно-государственного партнерства с уже состоявшимся в регионе бизнесом и направить бюджетные инвестиции на модернизацию существующих объектов.

Слияние с Тавридой

Крымская экономика впервые за весь постсоветский период получила надежду на решение своих застарелых проблем — с оборонкой, коммуникациями, инфраструктурой

section class="box-today"

Сюжеты

Принятие Крыма в РФ:

Поддержка курортного сезона

Сочи или Крым: высокий сезон

/section section class="tags"

Теги

Принятие Крыма в РФ

Ситуация в Крыму

Крым

Экономический потенциал регионов

Долгосрочные прогнозы

Бизнес и власть

Политика в регионах

/section

Российская федеральная власть, которую в Крыму теперь представляет бывший «олимпийский» вице-премьер Дмитрий Козак , пока не определилась с объемами вложений в новый регион. Обсуждается сумма порядка триллиона рублей и широкий набор инструментов: госгарантии, особая экономическая зона (ОЭЗ), игорная зона, федеральная целевая программа (ФЦП), государственные институты развития — но что именно и в каких пропорциях будет использоваться, еще неясно. В любом случае это будут инвестиции и изменения, которых Крым не видел десятилетиями. Нефтянку и оборонку ждут госкорпорации и госзаказы, курортную сферу — стандартизация и передел собственности, сельское хозяйство — модернизация и консолидация, финансовый сектор — формирование почти с нуля, малый и средний бизнес — серьезное испытание на прочность в новых конкурентных условиях. А от вложений в инфраструктуру выиграют все.

Туристы как бонус переходного периода

Самый быстрый результат крымская экономика получит в сфере малого и среднего бизнеса (МСБ). Его доля в Крыму сравнительно высока и доходит до 30%, более того, правительство ставит задачу ее повышения до 40–45%. Основная его часть сконцентрирована в туристической отрасли и вокруг нее.

В начале мая Крым объявил о начале туристического сезона. Федеральные СМИ соревнуются в прогнозах объема трафика российских туристов — называются цифры от 3 до 8 млн человек. Для сравнения: по данным министерства курортов и туризма Крыма, в 2013 году на полуострове отдохнули 6 млн человек, 65% из них — жители Украины. В нынешнем сезоне ожидается более или менее масштабная замена украинских туристов российскими, которые считаются более состоятельными. Особенно если учесть вполне сносные крымские цены на еду и аренду курортного жилья в частном секторе. Правда, ценовой рай, похоже, уходит в прошлое. Уже в апреле первые магазины, которые начали указывать цены только в рублях, фактически повышали их на 20–40%.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

«Мы ждем большого потока туристов, отдыхающих, гостей, — признается Виталий Нахлупин , председатель комиссии по экономической, бюджетно-финансовой и инвестиционной политике Госсовета Крыма. — Рынок России все-таки значительно больше, чем рынок Украины. Мы понимаем, что Россия нас принимает как территорию с более слабой экономикой: уровень жизни, показатель ВВП на душу населения, социальные стандарты — все это в России выше, чем на Украине. И платежеспособность граждан с материка выше. Поэтому мы ждем развития наших малых предприятий, сферы обслуживания, а также заполнения наших санаториев, которые на протяжении многих лет работали в полную силу около четырех месяцев в году».

Главное ограничение для потока туристов — пропускная способность аэропорта и паромной переправы. Для России Крым пока все-таки остров. В середине апреля аэропорт Симферополя принимал и выпускал шесть рейсов из Москвы и Санкт-Петербурга в день, к концу апреля их стало 19, добавились прямые рейсы с Ростовом-на-Дону, Белгородом, Краснодаром. К июню Минтранс планировал начать продажу так называемых единых билетов на поезд, паром и автобус до Крыма (по маршруту Москва — Анапа — порт Кавказ — порт Керчь — Симферополь), однако продавать их начали уже с 1 мая, причем по вполне умеренным ценам — три с небольшим тысячи рублей. В конце апреля из Новороссийска в Феодосию начал ходить большой паром, предназначенный для грузовиков. А Минобороны России взялось за возведение дополнительной паромной переправы, которая должна помочь сократить очередь на паромы. Следующим прорывным пунктом в сфере сообщения должен стать мост через Керченский пролив. Сроки обозначены: три года, включая проектирование.

Алексей Баталин считает, что на российском рынке у крымской промышленности гораздо больше перспектив

Фото: Владимир Козлов

В Крыму сейчас пик делового туризма — посланцы с материка сняли все что можно. Нынешний вал посетителей временно разогреет потребительскую активность и позволит заработать малому и среднему бизнесу Крыма. Но пройдет сезон, волна схлынет — и на первый план выйдут системные проблемы сферы гостеприимства. Ведь вряд ли очень уж многие россияне захотят отдыхать в условиях ненавязчивого сервиса позднесоветской эпохи.

«Правительством Крыма прошлых лет была выработана стратегия, в которой были обозначены приоритеты, и первый из них — курорты, — говорит Александр Баталин , председатель правления ПАО «Завод “Фиолент”» и руководитель общественной организации промышленников, предпринимателей и работодателей Крыма. — Самые большие вливания должны, по идее, быть в инфраструктуру Крыма как курорта. Это позволит и получать максимальную прибыль, и решать проблемы со здоровьем и отдыхом россиян. Вообще, у Крыма незавидная судьба: по целому ряду показателей — газификация, водообеспечение, канализация — он развивался хуже, чем материковая часть Украины. Решением проблем в этих сферах занимались эпизодически, во время избирательных кампаний. Сейчас мы видим совсем другой, плановый, подход к решению проблем территории».

Назначение куратором Крыма Дмитрия Козака, конечно, сразу вызвало ассоциации с олимпийским Сочи. К тому же на первой же встрече по Крыму президент Владимир Путин , поручая Козаку курировать новый российский регион, сказал, что Крым должен развиваться на таком же уровне, как и сочинские курорты. На полуострове это услышали. Сочи для Крыма — удобная для сопоставления территория. Крымская курортная зона гораздо живописнее, но все активы здесь несоизмеримо дешевле. И Сочи сейчас представляет тот уровень капитализации, к которому курорты Крыма могут и хотели бы стремиться.

Очевидный прирост в нефтегазе

Растущая добыча углеводородов — самое масштабное приобретение российского государства в Крыму. Компания ГАО «Черноморнефтегаз» (ЧНГ), ранее входившая в состав госхолдинга НАК «Нафтогаз Украины», ежегодно добывает порядка 1–1,65 млн кубометров газа (4,3–5% всей украинской добычи), 67 тыс. тонн конденсата и 8–9 тыс. тонн нефти. После присоединения к России компания стала собственностью Республики Крым. Предприятие владеет шестью шельфовыми газовыми и газоконденсатными месторождениями на Черном и Азовском морях, а также тремя сухопутными. Общий объем запасов оценивается на уровне 66 млрд кубометров газа и 22 млн тонн нефти, перспективных — 73 млрд кубометров газа и 51 млн тонн нефти.

«Газа, который добывает на шельфе Черного моря ЧНГ, вполне хватает на обеспечение всей территории Крыма, а также на поставки в Украину, — сообщил “Эксперту” Александр Москаленко , президент группы компаний “Городской центр экспертиз”. — Поэтому огромные инвестиции не требуются, уже существует инфраструктура и есть обученные опытные люди. Для России это серьезный плюс».

До начала событий на Майдане руководство ЧНГ с запуском новых месторождений планировало к 2015 году выйти на уровень добычи в размере 3–5 млрд кубометров в год. Для этого предполагалось привлечь к сотрудничеству крупных международных операторов. В частности, в конце прошлого года было заключено соглашение о разделе продукции по проекту разработки углеводородов мелководной части Прикерченского участка, согласно которому итальянская Eni получила в проекте 50%, французская EdF — 5%, остальное приходилось на украинские госкомпании. Параллельно шли переговоры с англо-голландской Royal Dutch/Shell о СРП в проекте разработки глубоководной Скифской площади.

Главный производитель колбасных изделий в Крыму Виталий Полищук потерял рынок Украины, но еще не обрел рынка России

Фото: Владимир Козлов

Министерство финансов США внесло ЧНГ в черный список, переговоры с Royal Dutch/Shell свернуты. Но уже есть два очевидных претендента из числа российских государственных вертикально интегрированных компаний — «Газпром» и «Роснефть». Участки недр на шельфе Крыма, вероятнее всего, получат статус федеральных, и иностранным компаниям придется договариваться о сотрудничестве именно с ними. Вице-премьер Крыма Рустам Темиргалиев сообщил, что Фонд имущества Крыма в кратчайшие сроки начнет разработку условий конкурса по приватизации ЧНГ, основным претендентом на который, по его мнению, является «Газпром». Это подтверждает и бывший зампред правления ЧНГ Владимир Плечун , по словам которого, уже есть договоренность, что компания войдет в «Газпром» в качестве структурного подразделения, увеличив его капитализацию на 50 млрд долларов.

Впрочем, вряд ли с этим сценарием согласятся в «Роснефти», у которой есть не только опыт добычи на черноморском шельфе, но и конкретные договоренности о сотрудничестве с Eni (совместная разработка Вала Шатского) и ExxonMobil (Туапсинский участок). Тем более что у нефтехолдинга поблизости находятся и перерабатывающие мощности — Туапсинский НПЗ.

Фрагмент Европы в крымской энергетике

Минэкономики Крыма в своем отчете за 2013 год сообщает, что по результатам десяти месяцев в сфере электроэнергетики 32% генерации пришлось на альтернативные источники энергии. Цифра эта впечатляет: она свидетельствует, что энергетика здесь жила в реальности, сильно отличающейся от российской. В России доля электроэнергии, полученной из альтернативных источников, несколько лет колеблется вокруг 1,5%.

С точки зрения обеспечения электроэнергией Крым был самым энергодефицитным регионом Украины. И местная энергетика последние годы развивалась по европейской модели. В прошлом году предприятия Крыма закупили более чем на полмиллиарда долларов оборудования для выработки электроэнергии из солнечного излучения. Крупный проект, например, реализует австрийская компания Activ Solar, главный украинский офис которой работает в Киеве. В августе прошлого года компания начала пусконаладочные работы на солнечной электростанции «Николаевка» в Симферопольском районе. Мощность станции 67,9 мегаватт-пик (МВт-п). Всего у австрийцев шесть солнечных электростанций в Крыму, из них четыре подключены к сети (их общая установленная мощность 227,3 МВт-п). На территории полуострова также работают четыре предприятия ветроэнергетики, в общей сложности они располагают 522 ветроагрегатами мощностью 59 МВт. «Сейчас только в ветроэнергетике заявлено инвестиций примерно на 16 миллиардов долларов, — рассказывает Виталий Нахлупин. — Если бы все заявленные проекты осуществились, то Крым из энергодефицитного региона превратился бы в территорию, которая экспортирует электроэнергию».

Секрет привлекательности Крыма для альтернативной энергетики прост. С 2009 года на Украине действуют «зеленые» тарифы на электрическую и тепловую энергию. Оптовый рынок Украины обязан покупать по «зеленому» тарифу электрическую энергию, произведенную на объектах электроэнергетики, которые используют альтернативные источники. Величина тарифа определялась с помощью коэффициента, помноженного на конечную цену энергии для юрлиц. Например, за энергию, выработанную солнечными электростанциями, в 2013 году украинское государство было готово давать в три с половиной раза большую цену. Вписаться в российские экономические реалии компаниям, которые вложились в альтернативную энергетику в Крыму, будет непросто.

На совещании 23 апреля Министерство энергетики РФ утвердило план мероприятий по энергоснабжению Крымского полуострова. Принято решение о строительстве тепловых электростанций (ТЭС) на газовом топливе суммарной мощностью не менее 700 МВт, капвложения в развитие энергосистемы Крыма оцениваются на уровне 71 млрд рублей.

Очереди в работающее отделение банка в Симферополе. В апреле такой поток сохранялся с момента открытия до закрытия

Фото: Владимир Козлов

Зона орошаемого земледелия

Исторически сложилось, что Крым не имел крупных инвесторов в сфере АПК — агрохолдингов и перерабатывающих предприятий, основной прирост давали личные подсобные хозяйства. И тем не менее нам удалось найти современного модернизированного агрария.

«Мы тратили на продвижение своей торговой марки в Крыму и Украине до двух-трех миллионов гривен ежегодно — сегодня все эти инвестиции перечеркнуты, — рассказывает Виталий Полищук , генеральный директор группы компаний “Скворцово”. — Сейчас мы изучаем российский рынок. Ситуация тяжелая: сети Украины нам сегодня деньги не отдают, поставщики товара просят предоплату, банки уходят и просят с ними рассчитаться. Реально не хватает ресурсов. Для многих предприятий сейчас решается вопрос жизни и смерти. Это касается даже крупного бизнеса, не говоря уже о малом и среднем. У нас при этом была принципиальная позиция: развиваться за счет собственных средств. Нас банки умоляли взять кредит. Но у нас кредитный портфель никогда не был больше 30 процентов от оборота. И даже мы чувствуем напряжение — перестали инвестировать, стали четко выбирать приоритеты».

«Скворцово» — довольно крупный бизнес, выручка группы в прошлом году составила около 500 млн гривен. Примерно 65% продаж — колбасные изделия. Но при этом компания выращивает зерно, фрукты, овощи, имеет 40 тыс. голов свиней, производит свинину, занимается селекцией в животноводстве и растениеводстве. Это один из немногих в Крыму вертикально интегрированных холдингов в сфере АПК. Половина колбасной продукции компании продавалась на рынке Украины. Теперь этот рынок закрыт, а российский рынок для крымских колбас еще не открыт.

«Сейчас к нам есть какая-то лояльность. Если мы не зайдем на московский рынок сейчас, такой почвы уже не будет, — говорит Виталий Полищук. — Сейчас у нас пойдет майская черешня, слива, морковь. В прошлом году нас просто не пропускал в Россию фитосанитарный контроль. В этом году мы сможем делать поставки на российский рынок. Но у нас нет пока документов, которые позволяли бы нам продавать колбасу, мясо в российские сети. Первое, что мы сделаем после перерегистрации, — попытаемся сделать предложение сетям. Уже сделали запрос на участие в продовольственных ярмарках в Москве. Мы готовы цепляться и доказывать, что у нас достойный продукт и по качеству, и по себестоимости».

Все федеральные каналы облетела картинка с перекрытым Северокрымским каналом, по которому на полуостров шла питьевая вода из Днепра. Стоит напомнить, что летом, в июле-августе, температура здесь может превышать 40 градусов. Обеспечение водой сейчас не проблема безопасности — для населения воды хватает, а вопрос спасения местного сельского хозяйства. Это зона орошаемого земледелия, которая даст плоды, только если создать современную систему орошения. В России таких систем пока очень немного.

Возрождение советского промышленного комплекса

Уже в конце апреля предприятия ВПК Феодосии получили кредиты под российские госгарантии. Самый большой кредит — 400 млн рублей — выдан судостроительной корпорации «Море».

«Хозяйственная система Крыма советского образца была ориентирована на оборонный и судоремонтный комплексы, — говорит Виталий Нахлупин. — Здесь нет базовых предприятий полного хозяйственного цикла, которые могли бы стать самостоятельными точками роста. Если, например, предприятия Феодосии не получат заказов, связанных с российской оборонкой, то это, скажем очень мягко, не будет способствовать их развитию».

«За исключением химии крымская промышленность большей частью встроена в Россию, — рассказывает Александр Баталин. — Исторически вся крымская промышленность была кровно связана с российскими предприятиями и институтами. Например, керченский завод “Залив”, который был выкуплен украинским олигархом Константином Жеваго. Недавно вице-премьер Дмитрий Рогозин дал поручение создать на базе этого завода центр гражданского судостроения. Сейчас идут переговоры с собственником. “Залив” когда-то строил танкеры, но все эти годы он занимался только изготовлением заготовок для судов. А сейчас речь идет о том, чтобы он для России строил суда полной комплектации. А в Феодосии целый куст оборонных предприятий — их около десятка. Они все были связаны с Россией. Но пуповина была обрезана, и ни новых разработок, ни кадров, ни заказов. Слава богу, что они вообще остались!»

Сам Александр Баталин уже 29 лет возглавляет завод «Фиолент». По российским меркам это предприятие среднего бизнеса, 70% продаж которого составляют системы корабельной автоматики и элементная база — от электродвигателей до датчиков, еще 30% приходится на электроинструмент. Последний крупный заказ предприятия — оснастка нового украинского корвета, который строился на Николаевском заводе. Предприятие уникально тем, что на нем сохранилась советская производственная база, позволяющая все комплектующие производить на месте. Это залог устойчивости завода. На «Фиоленте» свое КБ, металлургическое производство, литье, штамповка, работа с пластмассами, обработка, контроль, испытания. Контрольный пакет предприятия принадлежал государству, остальное — трудовому коллективу. Сейчас возникла трудность: акций на руках нет — остались в киевском депозитарии, отдадут ли их, пока неизвестно. Но плюсы от присоединения Крыма к России на заводе видят хорошо.

«Были времена прохладных отношений между Украиной и Россией, — признает Баталин. — Там, где у нас была монополия, с нами работали, но там, где в России были предложения, которые в тендерах проигрывали нашим, нам говорили, что загружать будут свои предприятия. Это нормально, так и Европа действует. А сейчас российский рынок снова открылся. Сейчас мы получаем возможность спокойно выходить на рынок и побеждать в тендерах. Мы имели в последние годы темпы роста 8–10 процентов, но сейчас видим, что они могут быть увеличены. И мощности для этого на предприятии есть».

Средняя зарплата на «Фиоленте» — 400 долларов, у российских конкурентов, по подсчетам Баталина, — 800–1200 долларов. Руководителю предприятия уже понятно, что зарплата на его заводе будет повышаться. На предприятии ежеквартальный контроль за себестоимостью, идеология которого проста: любое колебание вверх должно компенсироваться за счет повышения эффективности труда или инновационного решения. По оценкам, промышленность сейчас занимает только 12–15% ВРП Крыма, но есть все основания для того, чтобы в ближайшие годы эта доля росла.

Авангард финансистов ведет разведку

«Расходная часть любого проекта сейчас в Крыму считается легко, а доходную подсчитать невозможно, — рассуждает управляющий Южным филиалом банка “Уралсиб” Эдуард Колесников . — Вся инвестиционная активность пока приходится на федеральные ведомства и ВПК. В Крыму сейчас формируется правовая среда другого государства, и люди еще не вполне понимают, с чем они столкнутся».

Действительно, даже заявлений о намерениях реализовать проекты в Крыму еще очень мало, не говоря уже о самих проектах. Сейчас там формируется среда. Наиболее активны в ней финансовые организации. В Крыму уже открыли подразделения краснодарские Крайинвестбанк, «Кубань-Кредит», банк «Первомайский». Наиболее активен на полуострове Российский национальный коммерческий банк — с марта он открыл в Крыму два филиала, около 25 дополнительных офисов и более 140 операционных офисов. Спешка эта оправданна. Исторически только два украинских банка — Черноморский банк реконструкции и развития и «Морской» — имели главные офисы в Крыму. А в туристический сезон полуострову нужно около 250 допофисов. В мае туристический сезон начался, фронт работ еще имеется.

Остальной бизнес пока — под видом туристов или с общественными акциями — ездит в Крым на разведку. Если бы это был не «остров», туда бы сразу зашли розничные сети, но никто не торопится. Все будут ждать результатов сезона — на их основе можно будет хоть что-то рассчитать.

Поддержка курортного сезона

Туристическая отрасль Крыма в 2013 году обеспечивала 73% его валового продукта, и полуострову крайне важно сохранить этот денежный поток. Для этого необходимо обеспечить приезд в Крым 5,8 млн туристов за сезон. Российское правительство с потрясающим усердием взялось за решение курортной проблемы, избрав стратегию ценового демпинга.

section class="box-today"

Сюжеты

Принятие Крыма в РФ:

Слияние с Тавридой

Сочи или Крым: высокий сезон

/section section class="tags"

Теги

Принятие Крыма в РФ

Туристическая отрасль

Статистика знает все

Долгосрочные прогнозы

Бизнес и власть

Русский бизнес

/section

Проведя широкую экспертную дискуссию, в Москве пришли к выводу, что главное препятствие для турпотока — транспортная блокада со стороны Киева. По данным Министерства туризма Украины, за последние пять лет львиная доля (69%) туристов из России добиралась до Крыма по железной дороге. Второе место занимали автомобилисты (22,4%). Самолеты использовали лишь 6,2% отдыхающих, остальные 2,4% — паромы и иное водное сообщение. Сегодня два транспортно-туристических канала фактически заблокированы. Остаются паромы на Керченской переправе и авиаперелеты, за развитие которых и взялось правительство России.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Первый путь крайне неудобен из-за множества пересадок и длительности: сначала поезд до Анапы, оттуда автобус до порта Кавказ, далее паром до Керчи, затем снова автобус, уже до места назначения на полуострове. Даже если эта транспортная модель будет наилучшим образом оптимизирована, путь туриста из Москвы, к примеру, займет не менее 37 часов и мало кто захочет им воспользоваться. При оперативном расширении судовых возможностей переправы (постановки на маршрут большого количества скоростных автопаромов) можно увеличить и автомобильный поток по этому маршруту. Сейчас на линии действуют два устаревших тихоходных парома и один новый. Их максимальная пропускная способность — 800 пассажиров и 36 малогабаритных автомобилей в сутки, то есть не более 200 тыс. туристов за сезон. Уже 1 мая, в день открытия сезона-2014, в порту Кавказ к десяти утра скопилась огромная очередь желающих пересечь пролив. Средний показатель ожидания составил рекордные 5,2 часа, максимум — 9 часов. При этом суточное количество пассажиров, по оценкам администрации переправы, составляет сейчас в среднем 1100 человек и около 50 автомобилей в сутки.

Таблица:

Как добраться до Крыма

После экстренного совещания в Кремле с участием представителей силовых ведомств было решено задействовать грузовую инфраструктуру речного флота и подразделений ВМФ России. С 15 мая начнет действовать дополнительная переправа, организованная силами Минобороны: четыре большегрузных парома, каждый из которых способен перевозить по 20 легковых автомобилей и 50 человек за рейс. В общей сложности это обеспечит перевозку около 380 тыс. туристов за сезон. Кроме того, на крымский маршрут поставлен пассажирский катамаран вместимостью 300 человек, способный совершать до восьми рейсов в сутки, — это еще 2400 туристов в день, или 360 тыс. в сезон. Кроме того, в Греции удалось на месяц зафрахтовать паром, берущий на борт 169 легковых автомобилей и 600 человек, что примерно соответствует емкости всех трех паромов, курсирующих сегодня на Керченской переправе. За весь сезон он сможет перевезти около 550 тыс. пассажиров. Возможно организовать дополнительные рейсы с помощью малых пассажирских катеров. Однако береговые терминальные мощности, по данным дирекции Керченской переправы, позволяют поставить на маршрут дополнительно к действующим паромам не более 12 катеров, что добавит лишь 330 тыс. пассажиров в сезон. Таким образом, максимальная пропускная способность Керченской переправы не превысит 1,6 млн человек.

Остается авиасообщение — на пути в Крым из России территорию Украины можно облететь, так что маршрутная сеть практически не ограничена. Однако даже после срочной модернизации аэровокзального комплекса в Симферополе, которая должна была завершиться 10 мая, он сможет принимать лишь до 2,5 тыс. пассажиров в сутки. То есть до 15 октября, когда завершится крымский курортный сезон, аэропорт обслужит чуть более 800 тыс. авиапассажиров. Аэропорт Севастополя имеет двойное назначение, и его максимальная пропускная способность составляет лишь 350 человек в сутки. Иных гражданских аэропортовых мощностей, способных принимать современные самолеты, в Крыму нет. Министр транспорта России Максим Соколов на наш вопрос, каким образом ведомство планирует обеспечить готовность крымских аэропортов к росту пассажиропотока, сказал, что в аэропортах Крыма «обслуживаются 1,2 миллиона авиапассажиров в год, 90 процентов из них — в летний сезон. Будем считать, что 1–1,1 миллиона в летний туристический сезон пропускаем, именно до этой планки. Может быть, еще на 300–400 тысяч мы планируем поднять пассажиропоток за счет авиасообщения».

Если допустить, что удастся довести аэропортовые мощности полуострова до 1,5 млн пассажиров за сезон, то общее количество туристов, которое может обеспечить Россия (с учетом паромной составляющей), составит 3,1 млн. Стратегические планы, прописанные в обновленной Федеральной программе развития воздушного транспорта, предусматривают комплексную реконструкцию обоих крымских аэропортов и увеличение их совокупной ежегодной пропускной способности до 3,2 млн пассажиров к началу сезона 2015 года и до 5 млн — к сезону 2016-го. А к 2018 году, согласно проекту Минтранса, уже отправленному на утверждение в российское правительство, будет построен Керченский мост, соединяющий полуостров с материковой Россией и открывающий путь традиционным для Крыма видам сообщения — железнодорожному и автомобильному. Но пока это лишь перспективы.

Надо отдать должное российским властям: анонсированные ими меры действительно эффективны. Это административная поддержка во всех регионах России (делегация крымского Минтуризма вместе с представителями отельного и туроператорского бизнеса посетила с яркой презентацией уже 43 российских города), максимально возможное субсидирование авиабилетов (авиакомпаниям компенсируют из бюджета РФ 50% стоимости билетов по утвержденной программе полетов из 32 городов; такие же демпинговые субсидии уже используются для паромного маршрута), масштабная рекламная кампания в 64 российских регионах. Во всех субъектах федерации, где побывала делегация Минтуризма Крыма, основательно подготовились к встрече: оперативно согласовали с федеральными ведомствами программу субсидий авиаперелетов и развесили в городах креативную наружную рекламу, призывающую ехать отдыхать в Крым. 4–5 апреля крымская делегация посетила Екатеринбург, 10 апреля — Новосибирск, а 11–12 апреля — Казань. Последним пунктом этого турне стала Якутия. 23 мая стартуют субсидированные полеты из Якутска в Симферополь за 8 тыс. рублей в одну сторону (раньше улететь из Якутии в Крым можно было только через Москву при цене билета в один конец не ниже 17,5 тыс. рублей). Представитель министерства предпринимательства и развития туризма Якутии Ольга Уварова сказала, что до июня действует акция, по которой дети до шести лет проходят курс лечения бесплатно, а стоимость пребывания в санаторно-курортном учреждении взрослого человека составляет полторы тысячи рублей в сутки.

«Аэрофлот», не дожидаясь субсидий от государства, объявил о введении дополнительных рейсов и снижении стоимости билетов в Крым. Общее количество рейсов группы «Аэрофлот» в Крым составит 77 в неделю. Минимальная цена билета Москва—Симферополь—Москва —7,5 тыс. рублей (ранее — 13 тыс. рублей). Росавиация опубликовала проект перечня 16 российских городов, из аэропортов которых летом 2013-го возможны субсидируемые перелеты в Крым. В него вошли Архангельск, Екатеринбург, Иркутск, Казань, Кемерово, Киров, Красноярск, Нижневартовск, Нижний Новгород, Новосибирск, Самара, Сургут, Томск, Тюмень, Уфа и Челябинск. После совещания у премьер-министра России перечень удвоился. Отдельно Минтранс определил размер субсидий для перелетов в Крым с Дальнего Востока и из Калининграда. Средняя стоимость полета в одну сторону составит 2–7 тыс. рублей. Билет из Якутска и Хабаровска будет стоить 8 тыс., из Норильска — 6,8 тыс., из Калининграда — 4,5 тыс. рублей.

Стоит отметить, что в составе Украины Крым как место отдыха находился в нисходящем тренде: количество отдохнувших там в 2013 году снизилось по сравнению с показателями предыдущих годов. При этом спад происходил только за счет граждан Украины: вследствие экономических проблем сокращение украинского туррынка в 2013 году составило 13,4%, а в 2014-м прогнозировался еще более глубокий спад — 16%. Что же касается соседей, то по сравнению с 2009 годом поток российских туристов в Крым вырос на 60%, до 1,5 млн человек, а отдыхающих из Белоруссии — вдвое, до 233 тыс. в год.

Рекорды маслом

В этом году Россия экспортирует рекордное количество подсолнечного масла и шрота. Это стало возможным благодаря хорошему урожаю подсолнечника прошлой осенью и девальвации рубля, позволившей предложить мировому рынку конкурентную цену

section class="box-today"

Сюжеты

Экспансия российского капитала:

Ликвидность снялась с якоря

Бросок на Ближний Восток

/section section class="tags"

Теги

Экспансия российского капитала

экспорт

Пищевая отрасль

Русский бизнес

/section

Экспорт подсолнечного масла и шрота идет на рекорд. Уже сейчас темпы вывоза выше, чем в предыдущий рекордный сезон, в 2011/12-м сельскохозяйственном году, а по итогам сезона экспорт масла прогнозируется на уровне 1,5 млн тонн — это на 100 тыс. тонн больше. Вывоз шрота превысит 2 млн тонн против предыдущего рекорда 1,7 млн тонн. Объем экспортной выручки индустрии в сезоне может составить около 2 млрд долларов, а это уже почти треть выручки от экспорта зерна, отмечают в аналитическом центре «СовЭкон». На хорошую рыночную конъюнктуру уже отреагировали сельхозпроизводители: посевные площади под масличными этой весной опять увеличиваются. В случае благоприятной погоды в следующем сезоне мы можем ожидать нового максимума.

Много собрали — много переработали

Прошлой осенью сборы урожая маслосемян подсолнечника составили 10,2 млн тонн, на 27,7% превысив уровень предыдущего года (7,99 млн тонн) и почти на 10% — последний максимальный сбор в 2011 году (9,69 млн тонн). Такие высокие сборы последних лет обусловлены расширением посевных площадей под подсолнечник и ростом урожайности. Директор аналитического центра «СовЭкон» Андрей Сизов отмечает, что внимание сельхозпроизводителей к этой культуре культуре связано с относительно высокой рентабельностью ее выращивания: в текущем сезоне она начинается с 50%, в то время как более традиционные культуры вроде пшеницы и ячменя дают рентабельность 20–30%. . Кроме того, массово переориентируются на подсолнечник крестьяне Поволжья, поскольку он наиболее устойчив к недостатку влаги, который все последние годы испытывает этот регион.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Интерес крестьян к подсолнечнику подогревается и ростом спроса на сырье со стороны маслопереработчиков. Мощности масложировой промышленности постоянно наращиваются и всегда остаются профицитными в отношении сырья. Общие мощности по переработке семян подсолнечника в стране уже превышают 14 млн тонн семян, тогда как общий объем производства масличных составляет около 11 млн тонн.

Производство подсолнечного масла в стране тоже растет, увеличившись за последнюю пятилетку почти вдвое. Сегодня оно составляет около 4 млн тонн, импорт незначителен. Но потенциал роста внутреннего рынка не очень велик — потребление подсолнечного масла населением (около 1,2 млн тонн по стране) растет незначительно, на 1–2% в год. Гораздо быстрее растут другие сегменты рынка растительного масла (около 0,8 млн тонн) — оливкового, льняного, рапсового, горчичного, кукурузного. А потому основным драйвером роста отрасли, перерабатывающей подсолнечник, все последние годы является экспорт продукции — нерафинированного сырого подсолнечного масла (фасованное масло составляет менее 20% экспорта и поставляется в основном в страны СНГ).

Много произвели — много вывезли

Мировой рынок подсолнечного масла сравнительно невелик, он составляет менее 10 млн тонн в год, тогда как зерновой рынок — около 100 млн тонн. Но для российских производителей он важен — Россия занимает на нем второе место после Украины, поставляя сырое масло, в основном в Турцию и Египет. В текущем сельхозгоду объем вывоза подсолнечного масла с Украины оценивается на уровне 3,7–3,8 млн тонн — в два с лишним раза больше даже нашего рекордного экспорта в 1,7 млн тонн. Замыкает тройку лидеров в торговле подсолнечным маслом Аргентина, поставляя за рубежи своей страны около 1 млн тонн масла. В этом году, несмотря на политическую нестабильность, Украина не сократила поставки, но российские экспортеры получили другое конкурентное преимущество — ценовое. Маркетолог одной из ведущих компаний — производителей подсолнечного масла в разговоре с «Экспертом» отметил, что благодаря обвалу рублевого курса российские производители, продающие продукцию на экспорт, смогли увеличить свою маржу: при сохраняющихся на мировом рынке долларовых ценах (порядка 850 долларов за тонну с погрузкой в Новороссийском порту) внутренние рублевые издержки на производство увеличились не так сильно, как курс рубля. Впрочем, расходы на обеспечение производственного цикла тоже начали расти, поскольку все оборудование и запчасти к нему импортные. Кроме того, примерно половина семян подсолнечника, высеваемого в России, — это импортные гибриды, существенно подорожавшие в этом году. Чрезмерно высокую зависимость отрасли от импортных гибридов и аналитики рынка, и сами производители считают фактором риска, способным оказать негативное влияние на отрасль в случае неблагоприятной политической обстановки. И поэтому развитие собственного семеноводства и выведение российских гибридов жизненно важно для масложировой отрасли, считают участники рынка.

Поступательное развитие отрасли ожидается и в следующем сезоне. Сейчас посевная в разгаре, но уже понятно, что идет она более высокими темпами, чем прошлой весной. По оценкам, посевные площади под подсолнечником превысят прошлогодние на 200–300 тыс. га (в прошлом году было засеяно около 7 млн га). Если погода не подведет, то в следующем году можно будет ждать новых рекордов.

Как сделать российский станок

Инвестиционная компания «Группа МТЕ» строит станкостроительное предприятие. Это первый проект в отрасли, нацеленный на развитие национальной технологической базы

section class="box-today"

Сюжеты

Эффективное производство:

Пенсионные накопления

«Донинвест» уходит в ласковые руки

НЭВЗ отцепляет Украину

/section section class="tags"

Теги

Эффективное производство

Эффективное управление

Машиностроение

Станкостроение

Инвестиции

Долгосрочные прогнозы

Русский бизнес

/section

— Я хочу понять, кто вы…

— Кто «мы»?

— Вы и ваша команда либо авантюристы, либо большие стратеги. Ведь то, что вы предлагаете, противоречит господствующему взгляду на развитие станкостроения в России.

— Да, мы однозначно вне тренда.

Денис Волков , генеральный директор «Группы МТЕ», явно удовлетворен и вопросом, и тем, что может дать на него такой ответ. Но это лишь подогревает интригу: с чем мы имеем дело — с перспективным бизнесом, построенным на твердой почве, или с самозванством «эффективного менеджера», слабо разбирающегося в существе дела, но волею судеб поставленного у кормила станкостроительного производства и готового теперь учить всех жить?

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

К последнему варианту, казалось бы, располагают факты биографии Волкова. Молодой московский коммерсант и финансист, специализирующийся на лизинге станков, в 2003 году пришел на Стерлитамакский станкостроительный завод заместителем гендиректора, чтобы наладить продажи и спасти предприятие от неминуемой гибели. Но долго там не задержался — возник острый конфликт с гендиректором, представителем старого поколения станкостроителей, вылившийся в судебную тяжбу. После чего в 2012 году Волков создал СП с другим своим партнером — чешским производителем станков Kovosvit Mas. В ноябре прошлого года было запущено их совместное сборочное производство на площадке бывшего завода «Донпрессмаш» в Азове Ростовской области. Это событие представили публике как начало создания ни много ни мало станкостроительного кластера в регионе и «реально нового станкостроения в стране за последние 25–30 лет».

Ветераны отрасли считают все это несерьезным. Бывший министр станкостроительной и инструментальной промышленности СССР Николай Паничев так просто обвинил «МТЕ Ковосвит Мас» в том, что они завозят сюда чешские станки, прибивают шильдик «Сделано в России» и под видом отечественного оборудования встраиваются в цепочку госзаказа. Вот, дескать, и весь бизнес. И вообще, о каком новом станкостроении в отдельно взятой компании можно говорить? Есть консолидированное мнение профессионалов: развивать такую высокотехнологичную и капиталоемкую отрасль можно лишь в условиях комплексного, государственного подхода. Государство должно взять на себя основную планирующую, координирующую и инвестиционную функцию во всей цепочке — от разработки технологий и производства станков до их продажи конечному потребителю, а также подготовки кадров.

Правительство в принципе уже взяло под козырек. В 2008–2011 годах Минпромторг в рамках федеральной целевой программы «Национальная технологическая база» выделил на финансирование только НИОКР в машиностроении 9,5 млрд рублей. На этом фоне 500 млн рублей, инвестированных «МТЕ Ковосвит Мас» в сборку, выглядят не очень убедительно.

— Чем вам не нравится стратегия других игроков отрасли?

— Наших коллег по отрасли можно разделить на несколько категорий. Есть государственная компания ОАО «Станкопром» — скорее наш партнер, чем конкурент. Есть несколько старых станкостроительных предприятий, которые уже не являются технологическими компаниями, потому что ничего нового не придумывают и, откровенно говоря, уже не придумают, поскольку компетенции, которыми они когда-то располагали, утрачиваются в силу естественных причин. Носители компетенций — это люди, и они стареют, к сожалению, умирают, то есть для отрасли пропадают. Есть торговые компании — провайдеры зарубежных образцов технологического оборудования, идущего на российский рынок. Это тоже разнородная группа. Помимо чисто коммерческих организаций есть такие, которые являются коммерческой инфраструктурой крупных зарубежных производителей, у них есть какая-то стратегия, и, наверное, они приносят в Россию какие-то полезные технологические решения. Но случись что, вроде рефлексии в результате присоединения Крыма, и эти компании могут уйти с нашего рынка вместе с технологическими решениями, и никакие компетенции здесь не задержатся, потому что в их офисах в основном сосредоточены продажи, а все технологические решения разрабатываются за рубежом.

— Это большая проблема — трансфер технологий. Но ведь и вы до недавнего времени занимались только коммерцией?

— Наша компания возникла как площадка антикризисного менеджмента Стерлитамакского станкостроительного завода — предприятия, которое сейчас объявлено банкротом. Мы с 2003 до конца 2006 года были интегрированы с этим заводом и продвигали его продукты, делали на его базе технологические решения, причем хорошие. Не могу сказать, что они были прорывными, но они были адекватны потребностям машиностроительных лидеров вроде НПО «Сатурн». Мы поставили ему более 20 станков для лопаточного производства, и они успешно работают, по соотношению цена—качество — наравне с лопаточными станками Starrag, Hermle и других мировых лидеров. Более полусотни станков мы поставили корпорации «Уралвагонзавод», а у них и специальное производство, и обслуживание вагоносборочного конвейера — это очень сложная технологическая задача. Так что мы изначально станкостроители.

— Все-таки ваша первая компания называлась «МТЕ Финанс»…

— Миссия «МТЕ Финанс» состояла, собственно, в организации продаж и их финансирования. А лизинговая схема была выбрана не столько как схема получения прибыли, сколько как средство продвижения российского продукта, который стоит дорого и выглядит для заказчика котом в мешке с точки зрения технологических рисков. Например, средняя стоимость станка Стерлитамакского завода — 10–15 миллионов рублей, и у заказчика при такой цене должны быть гарантии. Если он получил от нас станок, который обеспечил ему изготовление в единицу времени нужного количества деталей в нужном качестве, тогда мы получаем лизинговый платеж; если же нет, то не получаем. Это нас тоже мотивировало, чтобы все работало как нужно. За несколько месяцев 2003 года, когда мы приступили к этой работе, и в 2004–2006 годах объем продаж завода вырос с двухсот с небольшим миллионов рублей до 700 миллионов, а в натуральном выражении — с 20 станков с ЧПУ почти до сотни. Это беспрецедентный случай в истории российского станкостроения. Это действительно было бизнесом. Мы с той группой акционеров были единственными людьми, которые добились такой динамики развития станкостроительного предприятия и заработали заметные деньги в отрасли.

— А почему другие предприятия не получали такой прибыли?

— Уже в Стерлитамаке мы поняли, что в России наблюдается дефицит видения развития продукта, конструкторский дефицит… У нас там было конструкторское бюро, но все кадры вышли из СССР и несли в себе соответствующие изъяны. Главный изъян этой отрасли в том, что она всегда была дефицитной: за каждым руководителем станкостроительного предприятия все бегали с разнарядками на получение этих самых станков, которые он не успевал производить. Никто из станкостроителей никогда не занимался изучением рынка и развитием продукта исходя из потребностей клиентов. А так как рынок изменился до неузнаваемости, причем моментально, они стали никому не нужны. И до сих пор директора, они же собственники предприятий, искренне не понимают, какие задачи стоят перед их отраслью, не знают своих заказчиков, не работают с цехами заказчика, с менеджментом по подготовке производства так, как нужно работать.

— Что значит «не работают с цехами заказчика»?

— Чтобы создавать передовые технологии, нужно работать с заказчиком на стадии формирования его продукта. Предположим, машиностроительная компания, например Объединенная авиастроительная корпорация, ОАК, проектирует самолет МС-21. Чтобы при его изготовлении использовались передовые российские технологии, производители этих технологий сегодня должны сотрудничать с ОАК в разработке ее продукта и, соответственно, технологических решений, а затем — станков. Станок ведь не самоценен, это все-таки инструмент для реализации какой-то технологической задачи. А задача простая: ОАК нужен самолет с заданными технологическими и экономическими параметрами, чтобы он был конкурентоспособен на мировом рынке. Если мы хотим, чтобы это был российский самолет, то есть с высоким уровнем добавленной стоимости, корнями находящейся в России, то сегодня мы все должны этим заниматься. Иначе МС-21 будет не нужен на мировом рынке и никакого бизнеса не получится. И в Стерлитамаке мы видели и чувствовали это. Хотя мы поставляли станки НПО «Сатурн», с глобальной точки зрения мы, мягко выражаясь, неконкурентоспособны. Из всех лопаточных станков, поставленных в России на двигателестроительные предприятия за десять лет, российских наберется дай бог 50–70 штук, то есть пять-семь станков в год. А ведь их в России ежегодно закупают десятки и сотни. Лопатка — это пример востребованной серийной детали с понятной и просчитываемой экономикой производства, даже если брать только внутренний рынок.

— А каков объем спроса на внутреннем рынке в целом?

— В нулевые годы, если посмотреть на статистику, в России никогда не покупали металлообрабатывающего оборудования меньше чем на миллиард долларов в год. Даже в кризисные времена. Взять хотя бы федеральные целевые программы, касающиеся оборонно-промышленного комплекса (ОПК), — они всегда финансировались, и банки под них давали и дают кредиты. Но наши поставщики, все вместе взятые, включая ручное оборудование, занимают всего десять процентов этого рынка. Неужели не понятно, что эту долю нужно и можно увеличивать? Если бы не было такой возможности, то у нас не получилось бы взрывного роста продаж в Стерлитамаке.

Таблица:

Инвестиционная программа MTE Kovosvit Mas

— Тогда на чем основано мнение о необходимости плотной государственной опеки над станкостроением?

— Сейчас объясню. В 2008 году появилась программа Минпромторга, которая называется «Национальная технологическая база», в ней выделялись деньги на НИОКР, в том числе в машиностроении. Участники отрасли, старые станкостроительные предприятия, стали конкурировать за эти денежные средства. В результате Минпромторг выделил сколько-то денег кому-то на разработку какого-то продукта.

— Продукта, который нужен?

— Который якобы нужен.

— Якобы?

— Да, якобы нужен. То есть Минпромторг, отрасль каким-то образом пришли к этому выводу, потом инвестировали. Это было до 2011 года. Участники отрасли освоили эти средства. Поскольку у них у всех с продажами дела сейчас обстоят не очень хорошо, я как бизнесмен делаю вывод: наверное, созданные продукты оказались не очень востребованны. Кроме того, чтобы производить эти новые продукты, а потом предлагать заказчику, очевидно, предприятиям нужно инвестировать в модернизацию собственного производства. Они говорят: в отрасли нет денег, банки нам не дают кредитов. Поэтому снова обращаются в Минпромторг: вы эти деньги нам дайте. Но и этого мало. Они говорят: еще вы, государство, будьте-ка любезны, примите постановления, а также директивы на уровне советов директоров госкорпораций, то есть наших покупателей, чтобы у нашего продукта были преференции по цене и техническим характеристикам относительно мировых конкурентов. Что получается? Предприниматель, который должен оценивать все риски, решать вопросы инвестиций, окупаемости и прочее, говорит государству: дай мне денег на создание продукта, дай мне денег на создание производства этого продукта, а потом все гарантированно у меня купи, и чтобы сроки окупаемости были пять-семь, максимум восемь лет. Но при этом я, предприниматель, хочу остаться акционером, собственником этих активов. Это все лукавство, здесь от бизнеса нет ничего. Поэтому если нас сравнивать с этой парадигмой, то мы диаметрально противоположны. А с точки зрения наращивания национальной технологической базы такой подход содержит в себе серьезные риски. По существу, «традиционные станкостроители» хотят, чтобы был организован государственный спрос на то, что они в состоянии произвести, но на самом деле никому не нужно.

— То есть вы считаете, что Минпромторг вообще не должен помогать развитию отрасли?

— Конечно, министерство должно заниматься отраслью, но концентрировать свои усилия лучше на формировании и проведении внятной отраслевой политики. Те инструменты отраслевой поддержки, которые реализовывались до сих пор, — это распределение бюджетных средств без очевидной результативности. Применяемые сейчас инструменты — проектный подход, намеченный к реализации через ОАО «Станкопром», решают задачу повышения управляемости, прозрачности этих государственных инвестиций. И даже позволяют надеяться на существенно большую результативность. Однако при этом формируется ряд «конфликтов». Например, такой подход противоречит приоритету на снижение государственного участия в экономике; совершенно очевиден конфликт в части защиты конкуренции и так далее. В мире станкостроительные предприятия в массе своей — малые и средние компании. У нас же увидели панацею для отрасли в выращивании мегакорпорации, что противоречит постоянной риторике о приоритетности развития малого и среднего бизнеса.

Минпромторг вынужден это делать в режиме «ручного управления», потому что отрасли фактически нет. Однако нужно понимать: чтобы развивалась действительно отрасль, а не отдельная корпорация, нужно развивать рынок.

И у Минпромторга есть простые инструменты влияния на рынок — представительство в советах директоров машиностроительных корпораций. Это очень простой и одновременно очень эффективный способ защиты рынка от иностранного оборудования и его расширения для отечественного. Можно же отрегулировать инвестпрограммы корпораций таким образом, чтобы квота в конкретной инвестпрограмме на закупку оборудования национального производства увеличивалась, например, каждый год на десять процентов. Эта ясность траектории развития рынка привлечет и предпринимателей, и инвесторов, и «длинные» деньги. Это сформирует растущий спрос, за удовлетворение которого нужно будет конкурировать не в «кабинетах», решая вопросы продаж административными методами, а на рынке — развивая продукт.

В Чехию за учителями

— Что нового привносит на рынок ваше СП с чехами?

— Вместе с Kovosvit Mas мы строим станкостроительное предприятие, не ориентируясь при этом ни на какие ожидания роста рынка в пять—десять раз — они пока иллюзорны, ни на какие программы развития, модернизации ОПК и прочее, а исходя из того рынка, который есть. Этот рынок нам понятен, мы видим собственную востребованность на нем и понимаем, что Kovosvit с его продукцией здесь конкурентоспособен. Особенно с учетом уровня технологической команды.

— Вас уже уличили в том, что вы чешские станки продаете под видом российских…

— Не уличили, а оговорили. Компания не продала до сих пор ни одного станка ни в рамках постановления № 56, ни в рамках пришедшего ему на смену постановления № 1224 (постановления правительства РФ 2011 и 2013 года соответственно, ограничивающие импорт ряда товаров. — «Эксперт» ), которые налагали запрет на покупку за рубежом тех или иных технологий, типов оборудования, технологических решений.

— Партнерство МТЕ с Kovosvit Mas подразумевает перенос в Россию технологий или все останется на уровне сборки?

— Подразумевается перенос передовых технологий, и Kovosvit Mas — единственная компания, согласившаяся на это. Мы пытались договориться со многими из тех, с кем работали в качестве торгового партнера: с группой Starrag, WFL Millturn, EMAG — это все мировые лидеры. С DMG мы разговаривали очень долго. Они сейчас строят свой завод в Ульяновске, где будут проводить исключительно сборку нескольких моделей в начальной линейке — Ecoline; это обычное дешевое универсальное оборудование, средняя стоимость около 100 тысяч евро, и это точно не национальная технологическая база, не компетенция.

Что касается нас, то в определенный момент у нас возникло четкое понимание, по пунктам, что нам нужно. Во-первых, нам надо, чтобы эта совместная компания была как минимум паритетной, а желательно, чтобы контроль был за нами. Во-вторых, первым лицом должен быть россиянин, потому что нужно принимать быстрые решения, чтобы успевать за рынком. В-третьих, изначально должна быть оформлена документально договоренность о передаче технологических решений. В-четвертых, чтобы иностранный партнер понимал, как это оформляется в хозяйственных договорах. Потому что передача технологического решения — это не один документ, где, условно, Джон обещает Ивану, что передаст ему свое сакральное знание о какой-то технологии. Это пакет хозяйственных договоров, включая большой договор о многолетнем сотрудничестве, когда владелец технологии посылает в соответствующие подразделения российской компании нескольких сотрудников, и те в режиме каждодневной работы в общем офисе потихоньку передают свои знания. Возьмите двигатель SaM-146 для самолетов Sukhoi Superjet 100 — продукт совместного производства НПО «Сатурн» и французской компании Snecma. Когда говорят, что двигатель в значительной степени французский, и рассуждают, кто делал «горячую» часть, кто «холодную» и прочее, так это на самом деле не важно. Важно то, что французские и российские специалисты в Рыбинске занимаются производством SaM-146. Не за один год, не за два, а в течение многих лет, но технологические знания в России обязательно закрепятся. И конечно, ошибочно думать, что, как только открыли предприятие, собрали первый двигатель, мы сразу стали владельцами технологических решений. Это не так. Нужны пять—десять лет присутствия продукта на рынке, совместная постановка сервиса, как в мире это принято, работа с заказчиками, очень нервная. И создание сразу же конструкторского бюро, с первого дня, — 40–50 человек, которые будут развивать этот продукт здесь, проектировать и развивать его под российского заказчика. Вот об этом мы договорились с чехами и создали СП.

— Что проектируют ваши конструкторы?

— Они, естественно, не могут с первого дня начать проектировать оборудование. Они начинают участвовать в командах, разрабатывающих те или иные узлы. Вообще-то, все идет от продукта — от технологического решения, необходимого заказчику. Сначала продукт, то есть продажи, потом его сборка, строить надо в первую очередь сборочное производство, затем — углубление и локализация на производственных участках. Ну и, конечно, постоянное развитие персонала. Сейчас мы находимся на стадии, когда у нас есть внушительный портфель продаж, серьезная группа технологов, лучшее в стране сборочное производство. Мы из остова здания старого и разбитого советского цеха построили термоконстантный цех площадью несколько тысяч квадратных метров. И тут же наняли 20 сборщиков, которым сделали шенгенские визы и отправили в Чехию учиться продукту — собирать его, влюбляться в него, с уважением относиться к инструменту, комплектующим и так далее. Сейчас идет реконструкция следующих 29 тысяч квадратных метров этого корпуса. Чтобы был понятен объем: под его крышей можно разместить всю производственную площадку Стерлитамакского станкостроительного завода.

— То есть русские контактируют с чехами сверху донизу — от конструкторов до рабочих?

— У нас такая структура компании: первое лицо — россиянин, второе лицо — чех и дальше почти по всем отделам так же. Везде люди работают вместе, обмениваются знаниями, эмоциями. Чехи ставят нам процессы, в том числе логистические. Они учат нас работать с поставщиками, потому что мы сами не в состоянии, например, взять десять российских поставщиков комплектующих и оценить качество их продукта и влияние на наш конечный продукт. У нас этих прикладных знаний на нужном уровне нет. Мало того, технология производства ставится с заданными экономическими критериями эффективности. Продукт, который локализуется в России, должен быть дешевле того продукта, который мы покупаем в Чехии, и чешские партнеры в соответствии с договором о производственном сотрудничестве обязаны это обеспечивать. И опять же — совместная работа над подготовкой кадров для всех уровней.

— Наши вузы с этим не справляются?

—Образовательный партнер у нас есть: Азовский технологический институт, это бывшее ПТУ, а сейчас филиал Донского государственного технического университета (ДГТУ). Мы подписали соглашение с ДГТУ, что будем инвестировать в развитие Азовского филиала, полностью обновили там материальную базу обучения. А они под нас сделали кафедру машиностроения. Проблема в том, что методическая база утрачена, а если осталась, то это такие желтые учебники, от которых несет нафталином. И мы организовали взаимодействие преподавателей с Kovosvit Mas и его домашним вузом. То есть наш партнер на уровне своих соглашений в Чехии мотивирует чешский вуз на передачу методической базы обучения.

«В подавляющем большинстве случаев предложение российских поставщиков оборудования оказывается в верхнем ценовом сегменте — с какого перепугу?»

Фото: Олег Сердечников

Добавить стоимости из ума

— Какой продукт вы планируете выпускать и будет ли он отличаться от продукта Kovosvit Mas?

— Мы работаем в сегменте токарно-фрезерного оборудования — базовом и самом многочисленном, наиболее агрессивном с точки зрения конкурентной среды. Во время открытия нашего производства, кстати, писали, что у нас якобы технологии прошлого века, которые не будут пользоваться спросом. Но я просто перечислю наших заказчиков с твердыми контрактами: несколько предприятий НПК «Уралвагонзавод», Объединенная двигателестроительная корпорация — НПО «Сатурн», Пермский моторный завод, концерн ПВО «Алмаз-Антей», Коломенский КБМ. Несколько частных предприятий — «Союз-01», производящий трубопроводную арматуру, «Трансформер», выпускающий трансформаторы, и другие.

— Этим компаниям, наверное, разное оборудование нужно. Что именно они покупают у вас?

— «МТЕ Ковосвит Мас» выиграло, к примеру, тендер на создание комплексного участка по обработке деталей из магниевых сплавов для «Алмаза-Антея». В России нет предприятий, которые могут выпускать оборудование для обработки магниевых сплавов. Почему? Не только потому, что это сложно технологически. Магний — взрывоопасный материал: если напортачить в технологии, то он воспламеняется и сгорает, потушить его водой невозможно, поэтому в станок должна быть интегрирована система пожаротушения. А вообще, комплексный участок — это и основное технологическое оборудование, 17 станков, и вспомогательное, например печка термостабилизации, всякие краны, приспособления (кстати, очень непростые), то есть вся технологическая цепочка. Весь техпроцесс реализован российско-чешской сборной, и в ряде случаев российские технологи являются лидерами, например пишут «математику» для чешских станков.

— То есть номенклатура продуктов у вас широкая?

— В портфолио у Kovosvit Mas есть так называемая начальная линейка — маленькие станочки, такие же как DMG Ecoline, которые предполагается выпускать в Ульяновске. Эту линейку мы стремимся передать в Россию полностью, сняв ее с производства в Чехии. Мы не хотим этот продукт развивать, хотя это примерно четверть объема продаж. Мы говорим на эту тему со «Станкопромом», чтобы с ним СП сделать и не быть единственным инвестором. Наши инвестиционные ресурсы не безграничны и мы технологическая компания — вот наш подход. Поэтому нас больше интересует линейка Multicut — станки размером с трамвай, если говорить о токарном направлении. Еще пример: станки поменьше, уже локализуемые в Азове, подходящие для обработки жаропрочных сталей. Участок из четырех таких станочков мы недавно сдали в эксплуатацию на Пермском моторном заводе. В результате там сократилась трудоемкость изготовления детали по времени с 25 часов до менее чем шести часов. Причем это наша технология: пермяки отдали заготовку, а мы придумали весь техпроцесс вместе с инструментальщиками. Кстати, и те станки, что попроще, в России никто не производит. «Саста», предприятие в Сасове Рязанской области, заявляет, что в состоянии произвести станок типа Multicut. Но это не так, потому что пока нет ни одного проданного станка — его нет как продукта.

— Чем большие по размеру станки лучше маленьких с точки зрения бизнеса?

— Что такое большой станок? Это возможность обрабатывать большую заготовку. Возьмите токарный станок, обрабатывающий стальную заготовку, например для турбины или генератора для электростанции. Она длиной десять метров и стоит сотни тысяч, а то и миллионы долларов, причем цикл ее изготовления занимает до полугода. Скажем, «Силовые машины» отковывают заготовки за рубежом, и, если станок испортит заготовку, они потеряют полгода в исполнении какого-то контракта. Естественно, поставщик технологий перезакладывается в этих рисках, и стоимость технологии очень высока — от половины до двух третей цены станка. А в маленьких станках это почти недостижимо, потому что маленьких и сверхдорогих деталей очень мало — как правило, они серийные и потому дешевые. Маленькие станки используются везде, это как хлеб или фаст-фуд. А мы тяготеем, так сказать, к высокой кухне, где более высокая добавленная стоимость именно интеллектуального труда, потому что мы сильны в инжиниринге и у нас классная технологическая команда. С другой стороны, в этом сегменте и риски выше. Такой станок стоит десятки, сотни миллионов рублей, и заказчиков единицы, а проектов — пара десятков в стране. Мы над таким проектом работаем больше года. Скажем, контракт с «Алмазом-Антеем» подписан в феврале этого года, а станки мы начали производить в прошлом году. Но до этого мы уже вкладывались, платили зарплату технологам, которые разрабатывали эти станки. Это бешеные предпринимательские риски, и мой партнер Франтишек Комарек принимал риски на меня, а я принимал риски на него.

Рынок больших возможностей

— Возвращаясь к началу разговора: ваша стратегия, наверное, хороша с точки зрения отдельного бизнеса, но, если брать отрасль в целом, как ее построить, вы же не в состоянии это сделать?

— Нет. Чтобы создать отрасль, все ее участники должны использовать и тиражировать успешные созидательные практики.

— Вы займете свою маленькую нишу?

— А что такое маленькая ниша? Сейчас объем рынка 50 миллиардов рублей. Контрактное портфолио нашего станкостроительного проекта — 3,5–3,7 миллиарда рублей. Такую же долю в совокупности занимают остальные российские производители. Если мы и дальше будем столь же эффективны в продажах, как сегодня, то у нас к концу года контрактный портфель достигнет 4,5 миллиарда рублей. А к 2017 году, согласно бизнес-плану, мы должны производить в Азове 300–340 станков в год. Средняя стоимость продажи каждого станка с технологическим оснащением — миллион долларов. Вот объем выручки. Мы, конечно, не отрасль, но мы очень заметны для отрасли. И если говорить о нашей корреляции с задачами Минпромторга, то мы стремимся быть реально полезными хотя бы тем, что на примере своего проекта показываем: есть альтернативная представлениям «традиционных станкостроителей» идеология отраслевого развития. И она работает! Дело не в деньгах, и я не понимаю, когда решение всех проблем стремятся свести к вопросу финансирования. Вот наш проект с учетом всех курсовых разниц, девальваций, поскольку используется иностранное оборудование, будет стоить чуть более трех миллиардов рублей. До 2017 года мы еще миллионов сто инвестируем в активы ДГТУ и организуем весь процесс подготовки кадров. В результате получится современное станкостроительное предприятие, создастся компетенция, жизнеспособная в течение десятилетий, потому что создана она на правильной экономической основе, а не на лозунгах.

— Как это дело не в деньгах? А откуда у вас длинные кредиты?

— Что касается инвестпрограммы, то ее финансируют как минимум три банка: Международный финансовый клуб — пятилетний кредит, Чешско-российский банк — заем на три года и его «дочка» — Европейский российский банк.

— То есть благодаря вашему партнерству с чехами чешские банки этот проект и финансируют?

— В том числе, естественно. Но это финансирование вписано в финансовую модель, основанную на продажах, на экономике. Почему сейчас станкостроительным предприятиям длинные деньги недоступны? Потому что любой кредитор, будь то частный банк или ВЭБ, первым делом просит: «Дайте нам финмодель». А руководители предприятий понимают, что у них нет продукта, который в состоянии обеспечить такой объем продаж. При этом если проанализировать сегодняшние тендеры, российские и иностранные предложения, то в подавляющем большинстве случаев предложение российских поставщиков оборудования оказывается в верхнем ценовом сегменте — с какого перепугу? Даже если эти станки хорошие, почему они должны быть на 10–20 процентов дороже продукции иностранного конкурента? Потому что предприятия неэффективны внутри?

— Наши предприятия должны брать кредиты под 15 процентов, а иностранные — под два процента.

— Ресурс дорогой, это правда, — 10–15 процентов годовых с учетом страхования и прочего. Но это фактически означает, что если вы реализуете проект стоимостью один миллиард рублей, то ваша годовая рентабельность продаж должна быть 30 процентов. То есть вы 15 процентов, или 150 миллионов рублей, отдаете кредитору, а на 150 миллионов содержите инфраструктуру компании. Но не только в этом проблема. Откровенно говоря, рентабельность продаж на российском рынке оборудования выше, чем, например, в Европе. Кроме того, чтобы окупать серьезные проекты, нужно обеспечивать большие объемы продаж, а следовательно, мы снова упираемся в неумение наших производителей продавать.

— В каком ценовом сегменте вы работаете?

— Как обыватель обывателю скажу: есть марки BMW, Mercedes, Audi, Volkswagen, Škoda и так далее. Мы изначально думали, что будем на российском рынке позиционироваться примерно между Škoda и Volkswagen, тяготея к Volkswagen. Но сейчас мы себя ощущаем как Audi в начале нулевых, когда им захотелось стать членом «большой тройки» и они стали менять модельный ряд и прочее. Почему? Мы увидели в нескольких тендерах, что конкурентоспособны по отношению к таким станкостроительным брендам, как Mazak, DMG, Okuma, и, естественно, внутренне «пересчитались». Но это пока еще не отразилось на цене, поскольку мы ориентированы на объем, хотя с технологической точки зрения видим себя бутиком.

— То есть на рынке есть возможности и для перехода из одной ценовой категории в другую?

— На сегодняшнем рынке есть куча возможностей. Вот корпорация строит, например, цех для производства трансмиссии и хочет приобрести российские станки. Нет в России зубообрабатывающих станков. Есть образцы, но никто не в состоянии произвести в течение года больше пары десятков зубообрабатывающих станков, а станков мирового уровня — просто ноль. Или взять карусельные станки, простые. Есть предприятие «Седин» в Краснодаре, однако оно не может производить оборудование мирового уровня в промышленных масштабах. Мы у них заказывали станок для «Уралвагонзавода» как лизингодатель, и они нам этот станок, предоплаченный на 90 процентов, делали пять лет. Мы, кстати, смотрим вместе с чешским партнером: может, куда-то двинуться, чтобы расширить свое отраслевое присутствие? Разговариваем с иностранными производителями шлифовального, карусельного оборудования. Но я это говорю не к тому, чтобы похвастаться нашей стратегией развития, а к тому, что на самом деле рынок пустой. На него сейчас можно выходить и начинать заниматься чем угодно. Только не нужно ждать быстрого успеха — работать надо, каждый день.

Есть что заместить

Инвестиционная активность в России постепенно затухает по сравнению с 2011–2012 годами. Чтобы встряхнуть экономику и запустить рост, нужно развернуть целый комплекс программ по импортозамещению в самых разных отраслях промышленности, начиная с металлургии и заканчивая машиностроением и фармацевтикой

section class="box-today"

Сюжеты

Инвестиции:

С экономикой проектов придется снова разбираться

«Донинвест» уходит в ласковые руки

НЭВЗ отцепляет Украину

/section section class="tags"

Теги

Инвестиции

Финансовые инструменты

Статистика знает все

Вокруг идеологии

Бизнес и власть

Долгосрочные прогнозы

Финансовая система России

/section

Инвестиции в основной капитал в России падают. Это, как говорится, медицинский факт. Росстат зафиксировал снижение инвестиций по итогам 2013 года на 0,2% (см. график 1). Небольшое, в рамках погрешности вычисления, но все же снижение. Это данные по экономике в целом, а если смотреть цифры только по крупным и средним предприятиям, то результат еще более удручающий — минус 5,5% по сравнению с прошлым годом. Такое с инвестициями за последние 15 лет было всего один раз, в кризисном 2009-м. Полгода назад мы выяснили, чем вызвано это падение (см. «Инвестиционный бум откладывается» в № 37 «Эксперта» за 2013 год): сильным сокращением инвестиционной программы «Газпрома» и сворачиванием модернизационных проектов угольщиков, электроэнергетиков и металлургов (см. графики 2, 3) на фоне не самой благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры. Кардинально за прошедшее время ничего не поменялось, негативные тенденции только усиливаются.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Более того, по нашим собственным наблюдениям, инвестиционная активность в стране постепенно сворачивается в сравнении с 2011–2012 годами — количество заявлений о намерениях и количество реально начатых проектов падает (см. график 4). Это означает, что в ближайшие полтора-два года инвестиции продолжат сокращаться, если уже в самое ближайшее время в стране не произойдет какой-то мощной позитивной встряски вроде сильного сокращения налогового бремени на ведение бизнеса либо организации длинных и/или дешевых кредитов на развитие производственного бизнеса, которую лоббирует Минпромторг. Правда, есть еще один вариант, при котором инвестиции в основной капитал стабилизируются или даже начнут расти: если государство увеличит свои капвложения, в том числе посредством госкомпаний. Но в нынешней непростой внешнеполитической обстановке совершенно неясно, пойдут ли на это президент и правительство или будут и дальше блюсти пресловутое «бюджетное правило» и повышать социальные расходы.

Самый простой и эффективный путь развивать промышленность для страны уровня сегодняшней России — импортозамещение. Чтобы запустить рост, нужно развернуть целый комплекс программ по импортозамещению в самых разных отраслях промышленности, начиная с металлургии и заканчивая машиностроением и фармацевтикой. Роль лидера должно взять на себя государство. Кроме него, никто не сможет установить приоритеты промышленной политики и взять на себя политические риски. В прошлом инвестиционном обзоре мы подробно рассмотрели импортозамещение в сфере продовольствия (см. «Съедобный клондайк» в №50 «Эксперта» за 2013 год). На этот раз нам показалось интересным посмотреть на этот процесс еще в одной важной сфере — металлургии, ключевом поставщике металла для строительной отрасли и машиностроения.

Металлургия наряду с деревообработкой и целлюзно-бумажной промышленностью образуют интересную группу отраслей, у которых экспорт превышает импорт, но при этом импорт весьма велик по объему. Так, в 2013 году Россия экспортировала металлов и изделий из них на общую сумму 40,8 млрд долларов, а импортировала их же на 22 млрд долларов. Сложно поверить, что страна с хорошо развитым металлургическим комплексом, экспортируя продукции на десятки миллиардов долларов в десятки стран, не может полностью удовлетворить свои собственные потребности в металле. Посмотрим детальнее, что же мы импортируем на кругленькую сумму 22 млрд долларов.

Львиную часть (общей массой 9,7 млн тонн) импорта составляют черные металлы и изделия из них — мы их завозим на 14,1 млрд долларов (см. график 5). Ключевыми торговыми партнерами России в данной сфере являются Украина (3,1 млрд долларов, 3,9 млн тонн) и Китай (2,5 млрд долларов, 1,7 млн тонн) — см. график 6. Украина — наш основной поставщик сортового и фасонного проката (прутки, уголки и т. п.), а также труб. Из Китая мы импортируем крепежные элементы (винты, болты, гайки, заклепки и т. п.), двери, окна и пороги из металла, трубы бесшовные для бурения скважин, а также прокат с гальваническим покрытием, используемый в основном в строительстве.

В целом простор для импортозамещения в металлургии достаточно большой. Но основную лакуну отечественного рынка черных металлов в части поставок строительного проката наши металлурги в скором времени закроют, в этом уже можно не сомневаться. В 2013–2014 годах были введены в эксплуатацию сортопрокатные заводы: НЛМК в Калужской области мощностью 1,5 млн тонн, «УГМК-Холдинг» в Тюменской области мощностью 0,55 млн тонн, «Северсталь» в Саратовской области мощностью 1 млн тонн. Строительство этих трех совершенно новых меткомбинатов общей мощностью 3 млн тонн проката обошлось нашим металлургам в 2,5 млрд долларов. Помимо этого есть интересные и вполне реализуемые проекты Evraz plc по строительству «Южного стана» в Ростовской области мощностью 0,45 млн тонн мелкосортного проката и группы «Кокс» в Тульской области мощностью 2 млн тонн сортового проката (подробнее об этом проекте см. ниже), которые еще больше насытят внутренний рынок отечественной металлопродукцией. Если эти проекты будут реализованы, как запланировано, то уже через три года отечественные металлурги заместят до 40–50% импорта черных металлов и изделий из них. Для замещения остального объема импорта черных металлов придется серьезно потрудиться, так как там речь будет идти уже о более дорогом, качественном и специализированном прокате, например о прокате для автопрома и прочего машиностроения.

Транспорт

Один-единственный транспортный инвестиционный проект стоимостью 4,4 млрд долларов обеспечил почти 40% общего объема инвестиций (11,3 млрд долларов) по обнаруженным нами в ленте агентства «Интерфакс» проектам за период с ноября 2013 года по январь 2014-го включительно. И это не очередной трубопровод, как могли бы подумать наши постоянные читатели!

Речь идет о строительстве самого протяженного участка новой платной скоростной автомобильной дороги М11 Москва — Санкт-Петербург длиной 209 километров в Тверской и Новгородской областях. Так называемый контракт жизненного цикла на строительство, содержание, ремонт и эксплуатацию шестого участка трассы (334–543-й километры) выиграла компания «Мостотрест», основными акционерами которой являются Аркадий и Игорь Ротенберги , топ-менеджеры транспортной группы «Н-Транс» Константин Николаев , Никита Мишин и Андрей Филатов (на всех — 38,6% акций), а также управляющие компании НПФ «Благосостояние» (29,4% акций). Строительство этого участка уже началось и должно быть завершено весной 2018 года, к началу чемпионата мира по футболу. На всем протяжении участок предполагается сделать четырехполосным и соответствующим категории IA, которая позволяет обеспечить расчетную скорость движения 150 км/ч.

«Мостотрест» выиграл этот контракт в борьбе с УСК «Мост» (входит в группу СК «Мост», блокпакет принадлежит Геннадию Тимченко ), предложив построить участок трассы за 144,6 млрд рублей (с НДС), в то время как предложение УСК «Мост» составило 148,8 млрд рублей (стартовая цена контракта была 152,8 млрд рублей, из которых 149,1 млрд предполагалось направить непосредственно на строительство дороги). Серьезное снижение стартовой цены «Мостотрестом» объясняется тем, что компания уже ведет строительство смежного участка автомагистрали — обхода Вышнего Волочка, а в будущем это существенно упростит и удешевит передислокацию производственных мощностей компании к новому участку строительства.

Стоимость же всей трассы Москва — Санкт-Петербург можно оценить примерно в 500 млрд рублей. Большая часть этих средств вкладывается государством либо напрямую, через Инвестиционный фонд, либо опосредованно — через ВЭБ и гарантии банкам от Минфина РФ.

Таблица:

Инвестиционные проекты на территории России (с 1 ноября 2013 года по 31 января 2014 года)

Электроэнергетика

В другой инфраструктурной отрасли, электроэнергетике, на этот раз тоже доминируют инвестиционные проекты, осуществляемые государством, точнее государственными компаниями. Это строительство новых линий электропередачи, электроподстанций, новых ТЭЦ и энергоблоков — словом, здесь все традиционно. Всего мы обнаружили десять проектов на разных стадиях на 3,4 млрд долларов. Отметим один из них, самый капиталоемкий.

Госкомпания «Интер РАО ЕЭС» готовится запустить в 2014 году два новых энергоблока на Черепетской ГРЭС, которая находится в городке Суворове Тульской области. Как известно, основная функция Черепетской ГРЭС — обеспечение надежного функционирования энергосистемы Центра России, а именно несение пиковых нагрузок в пределах Московской, Тульской, Орловской, Брянской и Калужской областей. Поэтому строительство двух новых пылеугольных блоков общей мощностью 450 МВт и стоимостью 875 млн долларов считается одним из приоритетов всей инвестиционной программы «Интер РАО ЕЭС». Важный момент: основное оборудование новых энергоблоков будет отечественного производства. Паровые турбины поставляет компания «Силовые машины», а энергетические котлы — Таганрогский котлостроительный завод «Красный котельщик», входящий в состав «Силовых машин» с февраля 2012 года.

Металлургия и машиностроение

Эти смежные отрасли сгенерировали девять инвестпроектов суммарной стоимостью 1,4 млрд долларов.

Самый крупный из них тянет на 0,9 млрд долларов. Это проект строительства литейно-прокатного комплекса, который планирует возвести в непосредственной близости от завода «Тулачермет» его владелец группа «Кокс», принадлежащая семье Зубицких . Завод «Тулачермет» — один из крупнейших в мире производителей и экспортеров товарного чугуна, в том числе особо чистого. Ежегодное производство чугуна на заводе составляет чуть больше 2 млн тонн. Разумеется, отечественные металлургические комбинаты типа Магнитки или «Северстали» производят чугуна в разы больше, но при этом они сами его используют для дальнейшей выплавки стали, а для «Тулачермета» чугун — товарный продукт, что нетипично для мировой металлургии.

И вот, похоже, Зубицкие решили уйти от этой уникальности своего завода, создав на нем надстройку в виде сталеплавильных и прокатных мощностей. Естественно, основным сырьем для комплекса будет чугун, выпускаемый «Тулачерметом». Планируется, что новый комплекс будет выпускать сортовой прокат для автомобильных, машиностроительных и строительных предприятий Центральной России. Мощность двух прокатных станов составит от 1,5 до 2 млн тонн. Подчеркнем, что проект нацелен на импортозамещение. Мотивация у инвесторов довольно простая: диверсификация рынков сбыта и повышение прибыльности бизнеса. В зависимости от конъюнктуры можно будет выбирать, чем торговать: чугуном или прокатом. В любом случае поход семьи Зубицких вверх по цепочке добавленной стоимости металлургии, от железной руды и угля к чугуну и коксу и далее, к стали и прокату, можно лишь приветствовать.

Вертикальная интеграция бизнеса беспокоит не только металлургов, но и машиностроителей. Так, НПК «Уралвагонзавод» (УВЗ), крупнейший в России производитель железнодорожных вагонов и танков, вложился совместно с энгельсским Заводом металлоконструкций (ЗМК, также производит грузовые железнодорожные вагоны) в создание нового литейного производства в Балакове Саратовской области. На совместном предприятии «Балаково-Центролит» идут пусконаладочные работы, и уже в скором времени оно начнет выпускать отливки для грузового железнодорожного транспорта, а именно балку надрессорную и раму боковую общим объемом выпуска 18 тыс. тонн стального литья в год. Основные потребители продукции нового завода, они же акционеры СП, — УВЗ и ЗМК. Решение о строительстве литейного завода стоимостью 120 млн долларов было принято в 2011 году на фоне дефицита крупного вагонного литья на внутреннем рынке, когда его приходилось импортировать из Украины. Сейчас же спрос на грузовые железнодорожные вагоны заметно спал, вместе с ним уменьшился и спрос на вагонное литье, но балаковский проект не потерял своей актуальности, так как изначально был нацелен на импортозамещение. Уместно вспомнить, что «Балаково-Центролит» уже второй завод металлургического профиля, построенный в Балакове за последние годы (совсем недавно был запущен электрометаллургический завод «Северстали»). Металлургов в Балакове привлекает дешевая электроэнергия от местной АЭС.

Рыбохозяйственный комплекс Сахалинской области прирос новым консервным заводом, построенным местной группой компаний «Гидрострой»

Предоставлено ЗАО «Гидрострой»

А вот в расширении калужского СП «Северстали» и испанской Gonvarri ключевую роль сыграла близость к рынку сбыта. СП, инвестировав 15 млн долларов, увеличило мощности по выпуску заготовок для штамповки автодеталей на 42% — до 242 тыс. тонн в год. Увеличение мощности предприятия позволит обеспечить растущий спрос со стороны автомобильного сектора, в частности завода по производству штампованных компонентов, также являющегося СП «Северстали», но уже с испанской компанией Gestamp. Создание таких совместных предприятий — вдвойне верный шаг российской металлургической компании. Во-первых, «Северсталь» расширяет рынок сбыта своей основной продукции внутри страны. Во-вторых, получает возможность постоянно взаимодействовать с мировыми технологическими лидерами в своих сферах, что позволяет накапливать опыт для дальнейшей экспансии в этих сегментах бизнеса.

Привлечение иностранных компаний в качестве технологических партнеров — весьма распространенная практика в России сегодня. И если даже богатые и успешные металлурги не могут самостоятельно и напрямую поставлять свой металл мировым автомобильным концернам, работающим в России, и для этого им требуются иностранные технологические партнеры, то что уж говорить о российских станкостроителях, которых многие считают исчезнувшим или в лучшем случае «краснокнижным» видом отечественной промышленности.

Тем не менее они существуют и пытаются развиваться — естественно, за счет трансфера технологий из-за рубежа. В Азове Ростовской области российская многопрофильная группа МТЕ и чешская Kovosvit MAS, один из ведущих европейских производителей токарных и фрезерных станков, а также многооперационных обрабатывающих центров, возводят станкостроительное производство стоимостью 70 млн долларов. Как обычно бывает при полном импорте технологии, сначала на новом производстве будет осуществляться простая сборка станков, но затем планируется углубить локализацию производства за счет металлообработки и изготовления компонентов станков уже на месте, в России. В ходе недавнего всероссийского форума «Вернуть лидерство», организованного медиахолдингом «Эксперт», генеральный директор и основной владелец группы МТЕ Денис Волков заявил, что СП группы МТЕ и Kovosvit MAS «активно развивает партнерство с предприятиями оборонно-промышленного комплекса и ракетно-космического машиностроения России, нарастив портфель заказов до четырех миллиардов рублей». Это весьма приличные деньги для станкостроения, а если принять во внимание, что среди заказчиков сплошь предприятия ОПК, в обновление технологической базы которого правительство пообещало в 2011–2020 годах вложить около 3 трлн рублей по ФЦП «Развитие оборонно-промышленного комплекса до 2020 года», то за будущее нового предприятия беспокоиться не приходится.

Химпром

В химической промышленности, в отличие от машиностроения, преобладает частный капитал, и развивает он свои активы не за счет бюджетных средств, поступающих по ФЦП, а за счет кредитов и прибыли.

Так, например, работает компания «Фосагро», один из ведущих мировых производителей фосфорсодержащих удобрений, которая в ноябре 2013 года объявила о начале строительства нового агрегата аммиака мощностью 760 тыс. тонн и стоимостью 757 млн долларов на своем заводе в Череповце. Реализация проекта позволит «Фосагро» увеличить мощности по выпуску аммиака на 70%, выйти на полную обеспеченность этим видом сырья и создать необходимый задел для дальнейшего развития своего череповецкого химического комплекса. Часть произведенного аммиака будет поставляться на рынок. В компании также подчеркивают, что новое производство по своим технико-экономическим показателям будет соответствовать лучшим мировым аналогам по потреблению сырья и энергоресурсов, производительности труда. В частности, удельный расход природного газа на новом агрегате аммиака будет примерно на 20% меньше среднеотраслевого показателя в России (945 куб. м/т). Этот параметр важен для сохранения низкой себестоимости производимых удобрений и одновременно для сохранения конкурентоспособности компании на мировом рынке, куда идет основная часть продукции «Фосагро».

В отличие от ориентированных на экспорт производителей удобрений изготовители шин, наоборот, занимаются импортозамещением. Российский шинный холдинг «Кордиант» завершил свой ключевой инвестиционный проект последнего времени — создание нового цеха по производству цельнометаллокордных (ЦМК) шин мощностью 650 тыс. штук и стоимостью 300 млн долларов на Ярославском шинном заводе. Этот проект полностью вписывается в важнейший тренд развития отечественного рынка шин — постоянный рост спроса на ЦМК-шины. С 2003 года продажи грузовых цельнометаллокордных шин в России выросли в десять раз. Более того, по мнению аналитиков «Кордианта», рост рынка ЦМК-шин продолжится до 2020 года со среднегодовым темпом 5% и приблизится к уровню 5,7 млн штук в год. Таким образом, запуск производства позволит холдингу «Кордиант» прочно закрепить свои позиции в сегменте грузовых ЦМК-шин.

На ниве импортозамещения ищут себя и иностранные инвесторы. Две итальянские компании, Burgo Group и Serioplast, заявили о намерениях построить небольшие упаковочные заводы — соответственно в Калужской и Ленинградской областях. Предполагается, что калужский завод Burgo Group стоимостью 13 млн долларов будет выпускать упаковку для фармацевтической и косметической продукции, производимой в регионе, а тосненский завод Serioplast стоимостью 11 млн долларов — пластиковую упаковку и бутылки для продукции компании Unilever.

Стройматериалы

Производители строительных материалов принесли в общую копилку восемь проектов на 300 млн долларов. В этот раз их спектр необычайно широк.

Здесь есть и небольшой цементный завод, который саратовская группа WDB предпринимателей Шмидтов построила в районе Вольска, известного своим цементом на всю Россию уже более ста лет. Шмидты потратили на завод мощностью 1 млн тонн всего 120 млн долларов, что по сегодняшним меркам не так уж много для нового цементного производства. Возможно, объяснение кроется в том, что завод начали строить довольно давно, в 2007 году, когда цены на оборудование были ниже.

Помимо традиционного стройматериала, цемента, в нынешний инвестобзор попали и инновационные материалы, например пеностекольный щебень. Завод по производству такого щебня стоимостью 54 млн долларов был недавно запущен в Калужской области. Разумеется, такого инновационного производства не появилось бы без содействия повсеместно продвигающей нанотехнологии компании «Роснано», которая обеспечила софинансирование двух третей стоимости проекта, реализованного ГК СТИС. Исходным сырьем для производства пеностекольного щебня служит обычное битое стекло. Сначала стеклобой измельчают до состояния порошка, а затем запекают при температуре 950 °С. В результате стекломасса вспенивается и покидает печь в виде пеностекла, после чего ее резко охлаждают и превращают в пеностекольный щебень. Готовый пеностекольный щебень содержит множество закрытых воздушных ячеек. Именно они обеспечивают щебню его основные полезные свойства: хорошую изоляцию и очень маленький вес. Пеностекольный щебень используется как универсальная сыпучая теплоизоляция практически во всех видах строительства — промышленном, гражданском и дорожном, а также в ЖКХ и сельском хозяйстве. Применяется он также как несущий и дренирующий материал при строительстве дорожных и агропромышленных объектов на слабых, подвижных и заболоченных грунтах. Для ГК СТИС создание производства пеностекольного щебня — это не только выход на новый рынок, но и возможность эффективной утилизации стеклобоя, которого у компании очень много: СТИС — крупнейший в России и СНГ производитель стеклопакетов.

Еще один необычный для нашего обзора инвестпроект реализует краснодарская «Выбор-С». Она строит в подмосковном Богатищево завод по производству тротуарной плитки стоимостью 30 млн долларов. По сообщению компании, завод станет самым крупным подобным производством в России.

В Красноярске запущена новая крупная мебельная фабрика, которая готовится вытеснить импортную продукцию из наших домов, офисов и гостиниц. Инвестор — компания«Мекран»

Предоставлено ООО «УК “Мекран”»

Розничная торговля

Привычный для жителей Москвы, Санкт-Петербурга и городов-миллионников формат торгово-развлекательных центров (ТРЦ) продолжает постепенно проникать в города поменьше.

В 250-тысячном Таганроге Ростовской области в декабре 2013 года открылся крупнейший в городе ТРЦ «Мармелад» общей площадью 52 тыс. кв. м. В городе уже работают торговые центры, но куда меньшего масштаба: ТЦ «Парус» и ТРЦ «Арбуз» площадью 10 и 7 тыс. кв. м соответственно. ТРЦ «Мармелад» за 45 млн долларов возвела компания «Инпром Эстейт» местного предпринимателя Игоря Коновалова . «Инпром Эстейт» имеет общие корни с известной в недавнем прошлом металлосервисной и металлоторговой компанией «Инпром», которая в декабре 2010 года была выкуплена Evraz и переименована в «Евраз Металл Инпром».

В 200-тысячном Пскове местная ГК ЛУГ строит за 60 млн долларов ТРЦ «Акваполис» общей площадью 56 тыс. кв. м с аквапарком. Этот объект планируется ввести в эксплуатацию в 2015 году, и он обещает стать крупнейшим ТРЦ в городе. Причем в ГК ЛУГ рассчитывают, что новый «Акваполис» будет пользоваться успехом не только у жителей Пскова, но и у туристов.

Отличники и неудачники

В этой рубрике инвестиционного обзора мы рассказываем о том, в каком состоянии сейчас пребывают заявленные или начатые три года назад крупные и примечательные инвестиционные проекты.

section class="box-today"

Сюжеты

Инвестиционный подъем:

Недвижимость-рекордсмен

Торможение!

/section section class="tags"

Теги

Инвестиционный подъем

Инвестиции

Финансовые инструменты

Бизнес и власть

Долгосрочные прогнозы

Русский бизнес

/section

Инвесторы: «Лидер», Alpine Bau (Австрия), FCC (Испания), Brisa (Португалия), «Стройгазконсалтинг», Газпромбанк.

Проект: платная автомобильная дорога.

Регион: Московская область.

Инвестиции: 32,4 млрд рублей (факт).

Период реализации: 2010–2013 гг. (факт).

Статус: автодорога сдана в эксплуатацию.

Краткое описание. С ноября 2013 года заработала платная 18,5-километровая автомобильная дорога в обход подмосковного города Одинцово, соединяющая МКАД и 33-й километр федеральной автомобильной дороги М1 «Беларусь». Стоимость проезда для легкового автомобиля в одну сторону довольно высока — 150 рублей, но при этом новая дорога позволяет автомобилистам избежать пробок на Минском шоссе. В целом Северный обход Одинцова призван существенно — на 30–40% — разгрузить Минское, Можайское и Рублевское шоссе.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Помимо высокой стоимости строительства и проезда, огромного количества преференций со стороны государства и других небезынтересных деталей проекта обратим внимание еще на одну отличительную особенность: эта дорога — первый в современной России пример успешно реализованного концессионного соглашения (хотя, конечно, мы немного забегаем вперед, ведь действовать оно будет еще без малого тридцать лет) о финансировании, строительстве и эксплуатации платной автомобильной дороги.

Инвестор: УГМК-холдинг.

Проект: электрометаллургический завод.

Регион: Тюменская область.

Инвестиции: 22 млрд рублей (факт).

Период реализации: 2008–2013 гг. (факт).

Статус: производство запущено.

Краткое описание. В июле 2013 года в Тюмени был запущен новый металлургический завод, производящий сортовой прокат по технологии мини-завода. Объем инвестиций составил 22 млрд рублей, из которых более 1,5 млрд — господдержка из Инвестфонда РФ и бюджета Тюменской области. Завод состоит из двух основных цехов: электросталеплавильного (сырье — лом черных металлов) и прокатного. Мощность предприятия — 550 тыс. тонн сортового проката (арматура, швеллер, уголок и т. д.). Продукция ориентирована в основном на удовлетворение потребностей стройиндустрии Тюменской области и прилегающих регионов. Уже в 2014 году планируется выпустить и реализовать более 400 тыс. тонн проката на 8–10 млрд рублей.

Для УГМК-холдинга, известного прежде всего в качестве производителя меди, создание завода в Тюмени означает диверсификацию бизнеса, усиление направления черной металлургии (вместе с Металлургическим заводом им. А. К. Серова это направление может выдавать свыше 1 млн тонн стального проката в год). Кроме того, сортопрокатный завод, находящийся в глубине страны, явно ориентирован на внутренний рынок сбыта в отличие от основных медных активов УГМК-холдинга, продукция которых преимущественно экспортируется.

Инвестор: «Мекран».

Проект: мебельная фабрика.

Регион: Красноярский край.

Инвестиции: 5,2 млрд рублей (факт).

Период реализации: 2010–2013 гг. (факт).

Статус: производство запущено.

Краткое описание. Компания «Мекран» запустила в Красноярске новую крупную мебельную фабрику. Это уже второе предприятие компании в родном городе, первая была построена более двадцати лет назад и недавно модернизирована. Проект стоимостью более 5 млрд рублей был реализован благодаря поддержке Внешэкономбанка, предоставившего кредит на 4,5 млрд рублей.

«Мекран» производит мебель, двери и окна категории премиум из мебельного щита массива ангарской сосны. На новой фабрике планируется выпускать мебель для дома, специзделия для гостиниц, ресторанов, кафе, офисов из столярной плиты, облицованной шпоном ценных пород древесины. На открытии новой фабрики гендиректор и основной владелец «Мекрана» Алексей Метелкин рассказал, что у его компании уже налажено сотрудничество с мировыми отельными сетями Radisson, Starwood, Rezidor, Hilton. В целом нужно сказать, что проект «Мекрана» будет работать не только на замещение премиальной импортной мебельной продукции, которой на российском рынке достаточно, но и на экспорт, что весьма актуально, так как внутренний рынок таких объемов премиальной мебели (мощность фабрики — 15 тыс. куб. м готовой продукции в год) не переварит.

Инвестор: Polyus Gold International.

Проект: золоторудный ГОК (первая очередь).

Регион: Магаданская область.

Инвестиции: 31,5 млрд рублей (план).

Период реализации: 2011–2014 гг. (план).

Статус: идет строительство, запуск производства отложен до середины 2015 года.

Краткое описание. Решение о строительстве золотоизвлекательной фабрики на одном из крупнейших золоторудных месторождений России — Наталкинском — было принято советом директоров Polyus Gold в самом конце 2010 года. Стройка стартовала в 2011-м, запуск фабрики планировался на конец 2013-го. То есть проект предполагалось реализовать всего за три года, что с самого начала казалось непростой задачей, учитывая масштаб проекта, его удаленность от крупных строительных баз, неготовность энергетической инфраструктуры в районе непосредственного создания фабрики, а также тяжелые климатические условия Магаданской области. Именно природа нанесла первый удар по проекту, затормозив его реализацию примерно на полгода. Зимой 2012/13 года в Магаданской области были аномальные морозы, когда температура опускалась ниже –55 градусов, а суточные минимумы температуры воздуха обновлялись многократно. По словам очевидцев, работать было невозможно: в машинах замерзало дизельное топливо. Второй удар нанесла не самая благоприятная конъюнктура рынка золота, наблюдающаяся со второй половины 2013 года (см. график 1), из-за чего сроки запуска производства было решено сдвинуть с лета 2014-го на лето 2015-го. Таким образом, постфактум становится очевидным, что Polyus Gold, начав реализацию Наталкинского проекта лишь в 2011 году, проморгал пиковые цены 2011-го — первой половины 2013 года и вместе с ними быструю окупаемость этого сложнейшего инвестиционного проекта. Этот пример еще раз подтверждает простую истину: инвестировать лучше «на дне», а продавать (в нашем случае выводить продукцию на рынок) — «на пике».

Инвестор: UC Rusal plc.

Проект: алюминиевый завод.

Регион: Иркутская область.

Инвестиции: около 53 млрд рублей (план).

Период реализации: 2007–2013 гг. (план).

Статус: идет вялотекущее строительство, сроки запуска производства неясны.

Краткое описание. После запуска в 2006 году возведенного с нуля Хакасского алюминиевого завода (ХАЗ), первого предприятия по производству алюминия, построенного в России после двадцатилетнего перерыва, основной владелец алюминиевого гиганта Олег Дерипаска вознамерился построить еще два крупных завода суммарной мощностью 1,3 млн тонн первичного алюминия (мощность всех алюминиевых заводов компании на тот момент едва превышала 4 млн тонн). Тогда удача благоволила ему: алюминиевая отрасль переживала период высоких цен (см. график 2), готовилась масштабная сделка по слиянию «Русала», СУАЛа и алюминиевого бизнеса Glencore, сулившая Дерипаске статус алюминиевого короля мира, а потребление алюминия в Азии росло быстрыми темпами, обещая огромные рынки сбыта. Как раз на восточные рынки и были ориентированы все новые проекты российской алюминиевой индустрии — и Хакасский, и Тайшетский (ТАЗ), и Богучанский (БоАЗ) алюминиевые заводы.

Построив ХАЗ в рекордно короткий срок, всего за два года, Дерипаска готовился запустить ТАЗ и БоАЗ уже в 2009-м. Но реализоваться этим планам было не суждено. В 2008 году случился мировой экономический кризис, цены на алюминий рухнули, а компания UC Rusal к тому времени успела обзавестись огромными долгами из-за приобретения крупного пакета акций «Норильского никеля». С тех пор строительство ТАЗа идет ни шатко ни валко, а сроки запуска завода неоднократно сдвигались.

По состоянию на конец 2013 года, согласно годовой отчетности UC Rusal, компания инвестировала в строительство ТАЗа 748 из необходимых 1772 млн долларов (42%). Нынешняя конъюнктура на рынке алюминия не позволяет сделать обнадеживающих выводов относительно скорого запуска этого завода.

Что касается БоАЗа, то там ситуация лучше. Первая очередь завода готова на 70%, но ввод в строй откладывается из-за той же неблагоприятной конъюнктуры. В прошлом году UC Rusal сократил выпуск первичного алюминия на своих заводах на 316 тыс. тонн, в 2014-м сокращения продолжатся, и в этих условиях активно достраивать новые заводы не имеет смысла.

Инвесторы: «Роснано», Plastic Logic (Великобритания).

Проект: завод по производству монохромных экранов для ридеров.

Регион: Москва.

Инвестиции: 21 млрд рублей (план).

Период реализации: 2011–2014 гг. (план).

Статус: проект отменен.

Краткое описание. В ноябре 2011 года глава «Роснано» Анатолий Чубайс с помпой представил Владимиру Путину , тогда премьер-министру России, ридер Plastic Logic 100 в качестве перспективного электронного учебника для российских школ. Предполагалось, что на основе технологий бескремниевой электроники британской компании Plastic Logic, в капитал которой вошла госкорпорация «Роснано», будет создан суперсовременный завод в Зеленограде по производству гибких дисплеев. После его запуска в 2013–2014 годах ридерами Plastic Logic 100 с дисплеями зеленоградского производства предполагалось за несколько лет оснастить все российские школы и вузы. Эта новость всколыхнула активную общественность, которая начала задаваться вопросом о целесообразности массовой замены бумажных книг электронными.

Но спустя всего полгода опасения обывателей были развеяны. Стало известно о коренной смене стратегии Plastic Logic — отказе от выпуска собственных ридеров и планшетов и переносе на неопределенный срок начала строительства завода в Зеленограде; фактически же речь шла об отмене проекта. Как оказалось, ключевая ошибка всего проекта была маркетинговой: компания — производитель гибких экранов пыталась выйти на высококонкурентный рынок планшетов и собиралась там бороться с мировыми грандами Apple, Samsung, Sony и другими. В итоге было объявлено, что Plastic Logic не будет выпускать собственные устройства и сосредоточится на производстве пластиковых дисплеев и других компонентов пластиковой электроники под заказы мировых гигантов электронной индустрии.

Пауза затянулась

У чиновников все еще нет четкого плана стимулирования экономики. Бороться с Минфином за снижение налогов и обуздывать Центробанк им, похоже, не хочется, а другие меры вряд ли дадут желаемый эффект

section class="box-today"

Сюжеты

Налоги:

Собственники жилья помогут бюджету

«Малышам» дадут налоговую передышку

/section section class="tags"

Теги

Налоги

Бизнес и власть

Политика в регионах

Эффективное управление

Экономический потенциал регионов

Долгосрочные прогнозы

Экономика и финансы

/section

Правительство думает о том, чтобы стимулировать экономический рост, — соответствующие меры должны были обсуждаться 7 мая на совещании у президента РФ Владимира Путина . По итогам совещания известно лишь, что Минэкономразвития (МЭР) готовит план повышения производительности труда к 2018 году. В промышленности она должна к этому моменту вырасти на 50%, в том числе в обрабатывающих производствах — на 77%, а в машиностроении — на 90%. Добиться этого МЭР предполагает стимулированием инвестиций в модернизацию и обновление фондов, увязкой господдержки предприятий с внедрением ими новых технологий, расширением применения механизмов проектного финансирования. В принципе эти предложения имеют много общего с мерами, которые ранее перечислялись в СМИ как варианты стимулирования экономического роста.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Экономический спад все больше беспокоит не только чиновников, но и сам бизнес. В конце мая должен быть представлен президенту доклад уполномоченного по правам предпринимателей Бориса Титова о состоянии российского бизнеса. В докладе, в частности, содержатся предложения по «разогреву» экономики — они сводятся к созданию новых стимулов для ведения бизнеса. Так, бизнес-омбудсмен предлагает провести налоговую оптимизацию: установить ставку 15% по НДФЛ (для тех, чьи доходы превышают 300 тыс. рублей в месяц; сейчас ставка составляет 13%), 15% по налогу на прибыль (сейчас 20%) и 15% для всех страховых взносов (сейчас 30%). Из принципиально новых идей бизнес-омбудсмена — предложение создать специальную администрацию развития, которая будет отвечать за реализацию новых инвестиционных проектов. Руководить такой администрацией должен специально назначенный вице-премьер — высокий пост поможет ему отстаивать интересы бизнеса в правительстве.

Все падает

В прошлом году рост российской экономики замедлился до 1,3% по сравнению с 3,4% роста в 2012-м. Прогноз на текущий год — рост на 0,5%. Еще полгода назад замминистра экономического развития Андрей Клепач предупреждал, что выполнение только лишь социальной части указов президента, изданных в мае 2012 года, требует, чтобы рост экономики России был не ниже 4% в год. А чтобы выполнить все майские указы Владимира Путина, российская экономика должна расти на 7% в год. Но и вне контекста указов, требующих существенных бюджетных трат, понятно, что рост в 0,5% — это катастрофически мало.

В экономике есть системные проблемы, о чем красноречиво свидетельствует состояние бизнеса. Так, число предприятий постоянно снижается, а убытки растут: только в прошлом году убытки российского бизнеса увеличились в 1,3 раза. Рост ВВП почти на 7%, который наблюдался десять лет назад, складывался из роста бизнеса большого числа средних компаний с оборотом 200–300 млн долларов. Но таких предприятий становится все меньше. В 2012 году совокупная прибыль субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП), по данным Росстата, была сопоставима с прибылью «Газпрома».

«Если говорить о числе предприятий, то на протяжении последних лет происходит формальный его рост, — говорит заместитель руководителя аналитического центра МСП банка Александр Шамрай . — Так, по итогам 2010 года в стране насчитывалось около 1670 тысяч МСП — юридических лиц, а на конец 2012-го — уже 2017 тысяч. Однако рост происходил за счет сегмента микробизнеса, а число, например, средних компаний снизилось за 2011–2012 годы с 25,2 тысячи до 13,8 тысячи».

За 2013 год пока доступны лишь данные по сегменту малого бизнеса. Их динамика говорит сама за себя: число малых компаний (включая микропредприятия) и число занятых в них сотрудников показали незначительный рост (3 и 1,4% соответственно). При этом суммарный оборот в реальном выражении снизился на 0,3, инвестиции — на 0,5%. «Если говорить об индивидуальном предпринимательстве, то здесь все еще менее оптимистично, — констатирует Александр Шамрай. — Сильное влияние на этот сегмент оказало повышение страховых взносов с начала 2013 года. В результате наблюдалась большая волна снятия ИП с регистрации: они либо прекращали деятельность, либо уходили в теневой сектор. На начало 2014 года в базе ФНС содержатся сведения о 3382 тысячах действующих индивидуальных предпринимателей (минус 12,9% за 2013 год)». Подавляющее большинство руководителей компаний МСП жалуются на высокую налоговую нагрузку. Существенным ограничением для МСП выступает низкая доступность финансовых ресурсов как в плане получения заемного финансирования в принципе, так и в плане его высокой стоимости.

В таких условиях большие опасения вызывает решение Центробанка, недавно поднявшего ставку с 7 до 7,5%. Сделано это для обуздания инфляции, но, так как инфляция уже показала на начало мая 7,4% в годовом выражении и совершенно не собирается замедляться, есть риск, что ЦБ продолжит давить на денежное предложение, вновь и вновь повышая ставку. Это грозит окончательно столкнуть экономику в спад. «Текущее ускорение инфляции во многом вызвано девальвацией рубля, — напоминает ведущий эксперт Центра структурных исследований ИЭП им. Е. Т. Гайдара Михаил Хромов . — Кроме того, рост цен у нас тесно связан с динамикой физического объема выпуска. На протяжении достаточно продолжительного времени рост номинального спроса в российской экономике в большей степени покрывается ростом цен и лишь в меньшей степени — ростом выпуска». Так, в 2013 году, по расчетам ИЭП, увеличение расходов на конечное потребление домашних хозяйств на 58% было обусловлено ростом цен, потребление органов госуправления — на 95%. А объем инвестиций в прошлом году сократился в реальном выражении при сохранении положительной динамики индекса-дефлятора. «Исходя из этого существуют вполне обоснованные опасения, что в сегодняшней ситуации снижение инфляции любой ценой приведет к ограничению потенциально возможного экономического роста, — предупреждает Михаил Хромов. — При дополнительном ограничении роста цен, в том числе за счет увеличения процентных ставок, снижаются возможности для восстановления экономики».

Старые фонды на новый лад

То, что российские предприятия не инвестируют, — факт; в прошлом году рост инвестиций в основные фонды сменился спадом (см. график). Однако можно ли заставить предприятия инвестировать в новое оборудование, если повысить ставку налога на оборудование старое (такие предложения звучат в правительстве), — вопрос, на который нет однозначного ответа. Председатель комитета по учету и налоговому администрированию «Опоры России» Михаил Орлов настроен скептически: «Не думаю, что увеличение налогового бремени для владельцев старого оборудования создаст стимулы для его обновления. Очевидно, что эти владельцы не могут осуществить техническое перевооружение из-за своего финансового состояния. И дополнительный налог на старое оборудование их просто погубит». По мнению представителя «Опоры России», следует создавать стимулы для обновления техники путем снижения налогового бремени для нового оборудования — так, например, с 2013 года организации уже не платят налог с движимого имущества, принятого на учет после 1 января 2013 года. «Это хорошо, но недостаточно. Пришло время вернуть льготу по капитальным вложениям, существовавшим в прежнем Законе РФ о налоге на прибыль организаций. То есть разрешить уменьшать прибыль на стоимость капитальных вложений помимо существующей амортизации — допустить “двойной” вычет затрат на оборудование из налоговой базы по налогу на прибыль. Это создаст реальные условия для обновления фондов», — предлагает Михаил Орлов.

Отдельный вопрос, как будет сочетаться цель обновления фондов промышленностью с целью импортозамещения. «В предложениях по стимулированию экономики заложено противоречие: с одной стороны, правительство хочет стимулировать инвестиционный спрос, с другой — ставит задачу импортозамещения. Но у нас большая часть инвестиций в машины и оборудование приходится как раз на импорт, — говорит Михаил Хромов. — В 2013 году, например, импорт инвестиционных товаров составил около 80 процентов от объема инвестиций в машины и оборудование. Таким образом, жизненно необходимо стимулирование ускоренного развития внутреннего производства, которое на первом этапе будет не замещать, а дополнять импорт оборудования».

Стоит сказать и о предложениях Бориса Титова по налоговой оптимизации. Данная налоговая стратегия разработана общественной организацией «Деловая Россия» для развития российского несырьевого бизнеса. По словам председателя комитета по налогам «Деловой России» Марины Зайковой , основная цель этих предложений — перенос акцентов с производства на потребление и гармонизация налогообложения со странами Таможенного союза. Российской экономике, считают в «Деловой России», это даст возможность выйти из стагнации. «Наша организация предлагала также понизить до 15 процентов ставку НДС. Поскольку с 2015 года все организации будут вместе с налоговыми декларациями представлять в ФНС книги покупок-продаж, дав возможность проверки НДС фактически в режиме онлайн, хотелось бы, чтобы эта мера сопровождалась некоторым снижением ставки НДС. Такая совокупность мер позволит предпринимателям с удовольствием отказаться от “серых” схем ухода от уплаты НДС», — объясняет Марина Зайкова. Самое же важное предложение для трудоемких производств — снижение ставок социальных взносов. «Сегодня теневые заработные платы составляют около 50 процентов всех доходов населения, и никакие карательные меры не приводят к обелению теневых доходов. Существенное снижение ставок социальных взносов, их единообразное регулирование в рамках Налогового кодекса и единое администрирование, по нашему мнению, должны привести к массовому выходу зарплат из тени, что приведет к росту собираемости взносов в абсолютном выражении. Эта же мера позволит предпринимателям создавать новые рабочие места и модернизировать производство, набирая высокооплачиваемых сотрудников для работы на новом оборудовании», — считает представитель «Деловой России». Правда, тут предприниматели, скорее всего, потерпят неудачу: правительство буквально полгода назад перетряхнуло всю пенсионную систему, отказавшись от накопительной части пенсии. На понижение социальных взносов, когда пенсионная система и без того разбалансирована, никто не пойдет.

Искусственное дыхание для МСП

В попытках оживить экономику все больше внимания чиновники обращают на малый бизнес. Так, на прошлой неделе премьер-министр Дмитрий Медведев подписал распоряжение о создании Агентства кредитных гарантий. Оно призвано выдавать гарантии для поддержки малого и среднего бизнеса, в плане — выдача гарантий на 880 млрд рублей в ближайшие пять лет. Премьер выразил надежду, что этот механизм поможет смягчить последствия различного рода кризисов и реально повлияет на эффективную кредитную ставку для предприятий. Минэкономразвития предложило нарастить долю МСП в закупках госкомпаний, доведя ее за два года с нынешних 10 до 25%. Это позволит субъектам МСП дополнительно заработать 1 трлн рублей, считают в МЭР. А Минфин готов обнулить налоги для вновь зарегистрированных индивидуальных предпринимателей, работающих в производственной, социальной или научной сфере.

Александр Шамрай, говоря об объемах поддержки МСП, приводит такую цифру: за 2013 год российскому малому и среднему бизнесу было выдано кредитов на общую сумму 8,06 трлн рублей. Если исходить из консервативного прогноза, подразумевающего, что объем выдаваемых кредитов не будет расти очень высокими темпами, в течение ближайших пяти лет может быть выдано порядка 50–55 трлн рублей кредитов. Таким образом, гарантиями агентства будет обеспечено примерно 1,5% этих займов. «Разумеется, важно понимать, что этот механизм должен быть нацелен не на весь рынок, а лишь на приоритетные его сегменты. В настоящее время речь идет о первоочередной гарантийной поддержке инвестиционных проектов МСП, занятых в неторговых видах деятельности», — добавляет представитель МСП мбанка.

Межмуниципальное сотрудничество: уроки французской модели

Муниципальные образования в России фактически лишены возможности кооперироваться друг с другом в решении общих задач развития территорий. Поэтому полезно изучить и заимствовать некоторые юридические и политические новации западных стран в этом вопросе

section class="box-today"

Сюжеты

Политика в регионах:

КТК расширяет трубу

В ожидании поликарбоната

Миллиард для моногорода

/section section class="tags"

Теги

Политика в регионах

Экономический потенциал регионов

Бизнес и власть

Долгосрочные прогнозы

Эффективное управление

Экономика и финансы

/section

Объектом законотворческой деятельности авторов реформы местного самоуправления (МСУ) в первую очередь должны стать задачи хозяйственно-экономического характера. На поверхности лежат проблемы наполнения местных бюджетов и синхронизации объема полномочий органов МСУ с объемом финансирования. Однако не менее важным видится создание стимулов для чиновников развивать локальные территории, необходимость оторвать их от дотаций и директив сверху, побудить делать ставку на малый и средний бизнес, научить кооперироваться и договариваться друг с другом в интересах населения. Хозяйственно-экономическая инициатива на местах — пока еще скрытый фактор роста национальной экономики, противовес затратных и не всегда работающих на локальном уровне федеральных целевых программ и других централизованных макроинструментов «поддержки» всего и вся, на практике порождающих массу негативных эффектов — от нерационального растрачивания госфинансов до коррупции. Микроуровень требует тонкой, гибкой настройки, им невозможно управлять из Москвы и даже из столицы субъекта федерации.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Недавно мы писали о необходимости передать на муниципальный уровень часть поступлений от налогов на бизнес, чтобы тем самым заинтересовать местных управленцев в развитии локальной экономики («Это все мое, родное», «Эксперт» № 18–19 за 2014 год). В дополнение к этим мерам в новую реформу МСУ целесообразно заложить обладающий большим потенциалом экономический механизм, практически не использовавшийся в России ранее и, более того, фактически замороженный действующим Федеральным законом о местном самоуправлении № 131.

Речь идет о межмуниципальной кооперации, когда, к примеру, два-три поселения или района объединяют усилия, чтобы создать общую инфраструктуру — дорогу или рынок (допустим, для облегчения сбыта производимой местным бизнесом продукции) или единые органы управления — с целью сэкономить на чиновничьем аппарате.

Правовые дыры

Межмуниципальная кооперация в России формально законом не запрещена. Более того, в 131-м законе есть нормы, которые закрепляют возможности ее существования.

Так, согласно статье 8 закона, в целях объединения финансовых средств, материальных и иных ресурсов муниципальных образований для решения вопросов местного значения органы местного самоуправления могут заключать договоры и соглашения. Соглашения эти, по идее, могут быть как «вертикальными» (муниципальный район — входящее в него сельское или городское поселение), так и «горизонтальными» (район—район, поселение—поселение). Но в связи с существованием в стране межбюджетной уравнительно-распределительной системы (имени Алексея Кудрина), в рамках которой допустимо только вертикальное движение ресурсов, указанные соглашения в России бывают в 99,9% случаев «вертикальными». Имеют они не кооперационный, а сугубо технический характер — в рамках исполнения предписанного и жестко контролируемого сверху бюджета. Передал наверх полномочия, получил вниз полномочия, перераспределил ресурсы согласно указанию вышестоящего бухгалтера. Никакого развития, инициативы самоуправления здесь и близко нет. Соглашение становится формой бюрократического нормативного акта, необходимого для оформления централизованных потоков в рамках единого бюджетного механизма.

«Горизонтальные» форматы не запрещены, но по факту не разрешены. Если вдруг какое-то поселение решится заключить соглашение с другим поселением и передать ему какие-либо свои полномочия или ресурсы (либо создать единую дирекцию какой-нибудь общей программы и т. п.), то оно тут же получит втык сверху и предписание за нецелевое использование средств.

Не лучше положение и в случае с совместной хозяйственной деятельностью. Действующим законодательством предусмотрено создание межмуниципальных хозяйственных обществ в форме ЗАО и ООО. Но на деле и здесь много правовых дыр и неясностей. Как у нас часто бывает, один федеральный закон не стыкуется с другим. Из-за не до конца урегулированного статуса муниципальной собственности возникает масса вопросов, крайне затрудняющих создание органами МСУ совместных обществ. Как при такой правовой форме сохранять право на передаваемое муниципальное имущество, устанавливать механизмы контроля, решать вопрос с прибылью и убытками, ориентироваться на цели общественного, а не частного характера?

Неудивительно, что чиновники на местах опасаются связываться с таким «черным» правовым полем. Сегодня в стране создано лишь 114 межмуниципальных хозяйственных обществ. Невозможно себе представить, чтобы два или более городка либо поселка создали общее предприятие, которое занималось бы, скажем, водоснабжением домов или орошением полей, — они тут же наткнутся на массу препон в бюджетном и отраслевом законодательстве, и дело кончится предписанием прокурора (при этом главу муниципалитета могут и посадить, такие случаи были). Издержки этой ситуации значительны: вместо коллективного сокращения затрат и усилий каждое образование изыскивает собственные скудные средства для решения одной и той же задачи на граничащих территориях.

Составители 131-ФЗ подразумевали, что подобной кооперацией будет заниматься муниципальный район, то есть муниципалитет второго уровня, объединяющий несколько сельских или городских поселений первого уровня. Ему постарались придать функции дирижера поселковой активности, но из этого ничего не вышло. Как уже говорилось выше, прокрустово ложе межбюджетной системы, в рамках которой распределяются средства по федеральным программам, дотации и т. д., оставляет весьма мало места для проявления локальной инициативы. Это все то же советское, отдающее гигантоманией бюрократическое регулирование, сохранившееся в публичном секторе и в бюджетном процессе. Механизм управления территориями централизован и выстроен вертикально. Главный распределяющий уровень — федерация, здесь принимаются практически все решения, чуть ли не до списка школ и детсадов, которые нужно отремонтировать. Далее — куда в более ограниченном формате — ресурсы распределяет регион. На нижние этажи спускаются решения и целевые денежные средства. Район в этой системе выполняет функцию диспетчера этих потоков. О какой кооперации, совместном инициативном решении задач может идти речь на этом уровне «самоуправления»? Здесь и самоуправления-то как такового нет.

Несколько больше возможностей у городских округов, МСУ второго уровня, обладающих по закону функционалом и правами районов. Межмуниципальное сотрудничество чаще всего проявляется в отношениях между крупным городом-миллионником и несколькими сателлитами, мелкими сельскими спутниками, например в вопросе прокладки инфраструктуры или строительства жилья.

Между тем, как показывает и наша, и зарубежная практика, перспективы межмуниципального сотрудничества огромны. Эксперты настаивают: если передать на уровень поселений не только дополнительные полномочия и финансы, но и разрешить им кооперироваться в осуществлении проектов на своей территории, это станет важным шагом к взращиванию нового экономического и кадрового потенциала МСУ. И главное для России — такая практика станет залогом создания совершенно нового качества жизнедеятельности и настоящего самоуправления в провинциальных городках и на сельских территориях.

Для примера рассмотрим, как функционирует межмуниципальное сотрудничество во Франции.

Во Франции действуют 18 000 межкоммунальных синдикатов, в России — 114

Фото: Алексей Андреев

Сильная коммуна

Французская модель местного самоуправления институционально мало напоминает российскую. Территория страны разделена на 27 регионов, 101 департамент и свыше 36 тысяч коммун. Органы власти департаментов и регионов представляют государство. Местным самоуправлением является только нижний уровень — коммуны.

Вместе с тем фактически на каждом уровне французской модели управление территорией осуществляют как избранные депутаты (региональный совет, генеральный совет, совет коммуны), так и чиновники, назначаемые правительством, — префекты. Эта модель МСУ — одноуровневая, в то время как в России функционирует двухуровневая система: первый уровень — городские и сельские поселения, второй уровень — муниципальные районы и городские округа. Оба уровня у нас управляются избранными населением чиновниками при отсутствии де-юре делегатов от государственной власти.

Франция уверенно сохраняет одноуровневую модель МСУ, компенсируя отсутствие второго уровня активным сотрудничеством территорий. В этом русле идут и дальнейшие реформы. Так, вскоре ожидается замена непосредственно избираемых региональных советов совместным собранием представителей генеральных советов разных департаментов, входящих в один регион.

Коммуна — это община жителей населенного пункта. Это может быть и городок, и небольшая деревня. Большинство таких образований насчитывает менее 2000 жителей. В каждом есть мэр и муниципальный совет; их полномочия одинаковы во всех коммунах независимо от численности их населения. Французским законодательством предусмотрены широчайшие возможности межмуниципального сотрудничества или объединения коммун в рамках «надмуниципальных» структур.

Чем объяснить популярность и развитие таких механизмов? Прежде всего — задачей эффективности. Большинство коммун имеют малую территорию и небольшое население, а потому не могут самостоятельно решать ряд вопросов (например, водоснабжение или строительство дороги). Объединение позволяет совместно реализовывать более масштабные проекты.

Для решения одной или нескольких задач любое количество коммун на добровольной основе могут создать отдельную межмуниципальную структуру (подробнее см. ниже) и наделить ее средствами и полномочиями в самых различных областях: обработка отходов, жилищная политика, водоснабжение, транспорт, спортивные сооружения, развитие территории, объекты культурной сферы, водоотведение, дорожная сеть.

Для передачи полномочий от коммун структурам межмуниципального сотрудничества необходимо пройти несколько этапов: определение объемов передаваемого полномочия (осуществляется представительными органами — муниципальными советами); оценка расходов (иногда и доходов) на реализацию переданных полномочий для расчета количества передаваемых средств; выбор механизма финансирования расходов: прямое финансирование или передача части налогов коммуны структуре межмуниципального сотрудничества; выбор единого механизма управления услугами, полномочия по которым переданы межмуниципальному объединению; согласование финансовых механизмов (тарифов или сборов) и уровня оказания услуги (унификация качества услуги).

Виды кооперации

Во французском законодательстве предусмотрено несколько юридических форм межмуниципального сотрудничества.

Межкоммунальные синдикаты. Это ассоциативные формы межмуниципального сотрудничества, которые дают возможность коммунам — членам таких синдикатов совместно реализовывать проекты или оказывать услуги. Коммуны самостоятельно решают, будут ли они объединяться с другими коммунами для работы в одной или нескольких сферах. При этом одна и та же коммуна может взаимодействовать с другими коммунами в рамках нескольких межкоммунальных синдикатов, созданных для реализации разных полномочий. Соответственно, синдикаты могут быть одноцелевыми (объект их деятельности ограничен реализацией одной задачи или оказанием одной услуги местного значения: например, синдикат по сбору бытовых отходов) и многоцелевыми (объект их деятельности не ограничен реализацией одной задачи или оказанием одной услуги местного значения; при этом коммуны — члены такого синдиката самостоятельно принимают решение либо о совместной реализации всех полномочий, либо о совместной реализации части полномочий синдиката).

Публично-правовые структуры межмуниципального сотрудничества с собственным налоговым режимом. Это форма муниципального сотрудничества с большей степенью интегрированности коммун и более жесткими условиями функционирования. Предусматривается территориальная целостность таких образований (входящие в них коммуны должны находиться на смежной территории) и отсутствие анклавов. Коммуна может быть членом только одного такого образования. В соответствии с законом Шевенмана 1999 года публично-правовые структуры межмуниципального сотрудничества с собственным налоговым режимом могут быть трех типов.

Сообщество коммун (communautés de communes) , объединяющее сельские коммуны и предполагающее их совместную ответственность за результаты деятельности в рамках общего проекта в сфере развития и обустройства территории. Этот тип представляет собой сообщество с наименьшей степенью интеграции и имеет наименьшее количество обязательных полномочий: образуя сообщество, коммуны должны передать межмуниципальному объединению два обязательных полномочия, связанных с экономическим развитием территории, и одно факультативное полномочие из шести, в которые входят, например, водоотведение или дорожная сеть.

Сообщество агломерации (communautés d’agglomération), объединяющее городские коммуны и предполагающее их совместную ответственность за результаты деятельности в рамках общего проекта в сфере городского развития и обустройства территории. Этот тип объединяет в сообщество средние города: имеется условие, что на территории такого сообщества должно проживать не менее 50 тыс. жителей, а центральный город должен насчитывать не менее 15 тыс. жителей. Сообщество агломерации характеризуют большая степень интеграции по сравнению с сообществом коммун и наличие дополнительных обязательных полномочий в сфере политики развития города, предупреждения преступности и т. д.

Городское сообщество (communautés urbaines), объединяющее коммуны, общее число жителей которых составляет не менее 500 тыс. человек, и предполагающее их совместную ответственность за результаты деятельности в рамках общего проекта в сфере городского развития и обустройства территории. Эти структуры предназначены для двадцати самых крупных французских агломераций. В данном случае предполагается высшая степень интеграции и наибольшее количество обязательных полномочий.

Каждой структурой межмуниципального сотрудничества руководит коллегиальный орган, ответственный за принятие решений и состоящий из депутатов синдиката или сообщества, бюро (комитет, объединяющий, как правило, мэров коммун) и президента.

Финансовые ресурсы

Для реализации своих задач структуры межмуниципального сотрудничества получают финансовые ресурсы из различных источников. Прежде всего это средства, получаемые от оказания определенных коммунальных услуг, которые оплачивают граждане (тарифы и сборы за воду, вывоз мусора и т. п.). Межкоммунальные синдикаты получают взносы от коммун — членов синдиката (это как раз то, что в России в настоящий момент фактически невозможно в рамках бюджетной системы). Публично-правовые структуры межмуниципального сотрудничества с собственным налоговым режимом не взимают взносы с коммун-членов, а получают часть налогов коммун (в России это тоже невозможно в силу централизации налоговой системы). Это может быть как часть от четырех местных налогов (налог на профессиональную деятельность, жилищный, земельный и налог на недвижимое имущество), так и полностью перечисляемый налог на профессиональную деятельность в некоторых сообществах с наиболее высокой степенью интеграции (городских сообществах).

Кроме этих налоговых поступлений структуры межмуниципального сотрудничества с собственным режимом налогообложения получают фиксированную дотацию государства — на текущее функционирование. Таким образом, государство поощряет межмуниципальное сотрудничество и передачу полномочий в полном объеме.

Опыт для России

В межмуниципальное сотрудничество вовлечено абсолютное большинство коммун Франции. Образовано более 18 тыс. межкоммунальных синдикатов (сравните с нашими 114 предприятиями); публично-правовые структуры межмуниципального сотрудничества с собственным налоговым режимом существуют практически на всей территории страны.

В целом в области межмуниципального сотрудничества реализуются сетевые методы взаимодействия, применяется полицентричная модель управления, где значительную роль играют механизмы соглашений, совместной деятельности на основе локальной инициативы.

Идея межмуниципального сотрудничества интересна применительно к России. В частности, на этапе активного внедрения такой практики можно было бы использовать модель, аналогичную межмуниципальным синдикатам. Однако существует несколько особенностей российской системы, препятствующих использованию французской модели. Во-первых, это различия в объемах полномочий: задачи, решаемые французскими коммунами путем кооперации, в России либо составляют прерогативу государственной (региональной) власти, либо централизованно регулируются и финансируются сверху. Во-вторых, бюджетно-налоговая система, не оставляющая свободы для местной инициативы. В-третьих, традиции иерархического, командного администрирования, в которые не вписываются сетевые, децентрализованные и полицентричные форматы.

Кооперация территорий и органов МСУ позволяет снять многие издержки бюрократической модели централизованного управления, в частности, более рационально расходовать (вкладывать) средства, определять направления развития.

Освоение новых моделей, построенных на сетевом принципе, гибком регулировании и полицентричном взаимодействии, включая модели межмуниципальной, межтерриториальной кооперации, позволит высвободить неиспользуемый потенциал роста на микроэкономическом уровне, что в перспективе может дать больший эффект, чем государственные мегапрограммы и крупные инвестпроекты.

Четвертая пандемическая

Надежды на скорую победу над инфекциями пока не оправдались. Мы продолжаем погибать от бактерий и вирусов, их число и коварство только растет. Во многом причиной этому наше нежелание реализовывать очевидные всем меры

section class="box-today"

Сюжеты

Здравоохранение:

Турист по жизненным показаниям

Геном расскажет все

/section section class="tags"

Теги

Здравоохранение

Статистика знает все

Долгосрочные прогнозы

Медицина

Наука

/section

…Заболевая ежедневно тысячами, не получая ни ухода, ни помощи ни в чем, они умирали почти без изъятия. Многие кончались днем или ночью на улице; иные, хотя и умирали в домах, давали о том знать соседям не иначе как запахом своих разлагавшихся тел. И теми и другими умиравшими повсюду все было полно… При этом им не оказывали почета ни слезами, ни свечой, ни сопутствием, наоборот, дело дошло до того, что об умерших людях думали столько же, сколько теперь об околевшей козе… В стенах города Флоренции умерло, как полагают, около ста тысяч человек, тогда как до этой смертности, вероятно, и не предполагали, что в городе было столько жителей.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Описание чумы 1348 года во Флоренции. Джованни Боккаччо. «Декамерон»

На прошлой неделе впервые за пять лет Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) объявила чрезвычайную ситуацию международного значения. В десяти странах за последние полгода были зафиксированы случаи заболевания полиомиелитом. Хотя еще в 2013 году ВОЗ представила план полной ликвидации этой инфекции и рапортовала, что с 1988 года число случаев заболевания уменьшилось более чем на 99%. А в апреле 2014-го позаимствованный, как предполагается, у одногорбых верблюдов коронавирус в течение нескольких недель унес в Саудовской Аравии жизни более ста человек. Еще несколько десятков лет назад победа над всеми эпидемиями казалась достижимой. Но человечество вновь начинает проигрывать.

Страшные эпидемии, опустошавшие целые континенты, — дело не столь уж древнее. Только во время эпидемии гриппа в 1918–1919 годах, знаменитой испанки, умерло от 50 до 100 млн человек. На фоне эпидемий даже наиболее кровопролитная война в истории, Вторая мировая, — не столь уж значительное происшествие. По оценке историков, в результате всех войн XX века погибло около 111 млн человек — в среднем 1,1 млн человек ежегодно, что в десять раз меньше современной смертности от инфекций.

С изобретением антибиотиков и созданием вакцин от многих болезней у человечества появилась надежда на окончательную победу над инфекциями. В течение прошлого века почти полностью были побеждены проказа, чума, брюшной тиф, холера, сыпной тиф, дифтерия, полиомиелит, корь, коклюш, эпидемический паротит. В конце 1970-х путем массовой вакцинации была окончательно побеждена натуральная оспа. Благодаря современным лекарствам летальность при особо опасных инфекциях снизилась на порядок.

Однако надежда оказалась обманчивой. В последние десятилетия отмечается активизация известных и появление все новых инфекционных возбудителей. За три десятка лет после ликвидации оспы зарегистрировано более 35 новых эпидемиологически опасных болезней. Среди них ВИЧ, гепатиты C, Е и F, атипичная пневмония, птичий грипп, вирус Нипах, легионеллез, вирус Хендра, лихорадки Эбола, Марбург и Ласса, хантавирусный легочный синдром, циклоспориаз, криптоспоридиоз.

Кроме того, вернулись уже, казалось, навек оставшиеся в прошлом чума, малярия, туберкулез, золотистый стафилококк, холера, лихорадки денге, Западного Нила и Рифт-Валли, болезнь Лайма, желтая лихорадка, брюшной тиф, дифтерия, обезьянья оспа.

По данным ВОЗ, на долю инфекций сейчас приходится четверть всех смертей в мире — около 13 млн человек ежегодно, а в развивающихся странах их доля достигает 45%. Массовое использование антибиотиков приводит к появлению устойчивых к ним штаммов бактерий, а попытки создания новых вакцин пока не дают существенных результатов: за последние полтора десятка лет их удалось разработать только для вирусов гепатита В и папилломы. На данный момент человечество располагает вакцинами только против 34 патогенов, хотя известно более 400 инфекционных заболеваний. «По скорости распространения в мире лидируют ВИЧ, малярия и туберкулез. Вакцина от туберкулеза недостаточно эффективна. До сих пор не удается создать вакцины от ВИЧ и малярии. ВОЗ прогнозирует, что если в ближайшее время не будет найден эффективный способ борьбы с ВИЧ-инфекцией, то пандемия приведет к быстрому снижению численности населения Земли, — объясняет Фируз Гариб, профессор кафедры иммунологии биологического факультета МГУ. — Параллельно развиваются пандемии гепатитов В и С, “на подходе” Т-клеточный лейкоз. Это качественно новые патогены. Они препятствуют формированию иммунитета, поэтому нет периода угасания клинических проявлений болезни и выздоровления больного. Время течения инфекционной болезни начинает соответствовать продолжительности жизни человека. А длительность пандемического процесса — сроку его существования как вида».

Эволюционирующие вместе

Борьба человечества с инфекциями изначально неравна. Мы точно не сможем победить патогены, а они нас — вполне. Более 400 млн тонн живого веса человечества — слишком лакомый кусок биомассы, чтобы на нем не возникали всполохи глобальных эпидемий.

Но не стоит воспринимать бактерии и вирусы только как врагов. Человек — это уникальный симбиоз множества форм жизни. На нас и в нас живет огромное количество микробов, простейших, членистоногих, червей и грибов. В теле здорового человека обитают сотни видов микроорганизмов общим весом несколько килограммов. А число бактериальных клеток в человеке вообще на порядок больше, чем его собственных. Микрофлора критически важна для нас, она обеспечивает наше пищеварение и иммунитет. Для ее нормализации используют не только пре- и пробиотики, но и такую сложную операцию, как пересадка кала.

Инфекции сосуществуют с человеком с момента его появления. Некоторые из них, такие как Helicobacter pylori, вызывающая язву, присущи только нам как виду; другие мы позаимствовали или приручили в ходе своего распространения по Земле. Расширяя ареал своего обитания, увеличивая разнообразие хозяйственной деятельности, человек встречал все новых паразитов. Часть из них «освоила» человечество благодаря специфическим для него способам их передачи: аспирационному (в процессе речи) и парентеральному — за счет развития медицины и роста популярности внутривенных наркотиков.

Человечество пережило четыре волны распространения эпидемий. Первая связана с аграрной эволюцией, произошедшей около 10 тыс. лет назад. Одомашнивание животных, как принято считать, принесло нам значительную часть современных патогенов. Хотя последние исследования заставляют переоценить вклад братьев наших съедобных в эпидемическую картину: «Исследования возбудителей проказы, туберкулеза и желудочного патогена Helicobacter pylori показали, что карта распространения их генетической изменчивости совпадает с географией генетической изменчивости людей. Из этого можно сделать вывод, что, например, скорее человек заразил крупный рогатый скот туберкулезом, а не наоборот», — рассказывает Константин Северинов , профессор Университета Ратгерса и Сколковского института науки и технологий.

Вторая волна прошла около 2,5 тыс. лет назад, вместе с ростом городов: высокая плотность населения вкупе с неидеальными санитарными условиями сделали города прекрасными источниками эпидемий, а развитие торговли и войны способствовали распространению инфекций.

Третья волна связана с эпохой великих географических открытий: обмен микрофлорой между жителями разных континентов приводил к неприятным последствиям. Страшные эпидемии экспортированных из Европы инфекций во многом послужили причиной исчезновения империй ацтеков и инков и опустошения американского континента. Особенно преуспели христианские миссионеры: добираясь до самых отдаленных уголков Америки, они несли аборигенам не только Слово Божье, но и оспу, корь, тиф, грипп, холеру и чуму. В ответ европейцы получили сифилис.

Последняя волна эпидемий началась с середины XX века. Демографический взрыв обеспечил инфекции материалом для размножения, а увеличение плотности населения и повышение его мобильности привели к взрывному росту скорости распространения. Теперь патогены могут путешествовать со скоростью авиасообщения.

Качественный состав патогенов во многом зависит от нашей хозяйственной деятельности. Это можно легко проследить на наиболее свежих примерах эпидемий. Причиной пандемического гриппа считают сельскохозяйственное разведение уток и свиней, которое облегчает пересортировку генов птичьих вирусов и вирусов млекопитающих. Аргентинская и боливийская лихорадки появились за счет изменений в сельском хозяйстве, способствующих увеличению числа грызунов. Лихорадку долины Рифт принесло строительство дамб и ирригация. Желтая лихорадка распространяется в новых регионах за счет появления благоприятных условий для москитов — переносчиков возбудителя заболевания. Легионеллез появился с ростом популярности охлаждающих и водопроводных систем. Синдром токсического шока — с ультраабсорбирующими тампонами. А гемолитический уремический синдром — с промышленными пищевыми технологиями.

ВИЧ — «шедевр природы», самый совершенныйубийца человека

Legion-Media

Человечеству угрожает не только рост числа патогенов, но и их качественные изменения. Например, из выявленных недавно инфекций вирус Эбола убивает свыше 90% своих жертв, а прионные болезни и ВИЧ — 100%. При этом патогены наращивают свою вирулентность — способность заражать. Успехи в исследовании наших вечных соседей открывают удивительные примеры их изобретательности и коварства. Они способны не только ускользать от распознавания, но и управлять нашей иммунной системой, использовать ее против нас, входя через нее в организм.

Гонка микровооружений

Аборигены высокогорных районов Новой Гвинеи издавна страдали болезнью куру — судороги и головные боли сменялись неостановимой дрожью и мучительной смертью. Бедные жертвы и представить себе не могли, что причиной тому их рацион. Только с приходом европейских исследователей удалось выяснить, насколько опасно питаться плохо прожаренными мозгами своих родственников. Культурная традиция местных племен предполагала запекание деликатеса в бамбуковой посуде, что не обеспечивало достаточной температуры для уничтожения инфекционного агента. Впрочем, убить источник инфекции — прионы — было невозможно: они и так неживые.

Прионы — это белковые молекулы, не содержащие нуклеиновых кислот, поэтому отнести их к форме жизни сложно. Однако, попадая в наш организм, они способны размножаться — перестраивать здоровые белки в аналогичные себе, которые, накапливаясь в тканях мозга, вызывают их отмирание. Мозг жертвы медленно превращается в пористую массу, зарастая белковыми бляшками, замещающими нервную ткань. У животных это вызывает различные виды губчатых энцефалопатий, самые известные из которых — коровье бешенство, в 1980-е годы вызвавшее в Великобритании гибель около 200 тыс. голов крупного рогатого скота, и овечья трясучка. У людей прионы помимо болезни куру вызывают целый класс нейродегенеративных заболеваний, от болезни Крейтцфельдта—Якоба до фатальной семейной бессонницы — наследственной болезни, поражающей таламус.

Забавная шутка природы: прионы не чужие нам, это лишь аномальная третичная структура циркадных белков. Их здоровая форма отвечает за суточные ритмы — работу наших внутренних часов. А те же самые белки, по-другому уложенные в пространстве, неспешно превращают наш мозг в губку, отсчитывая время до мучительной смерти. Летальность прионных болезней — 100%. И хотя уже в 2006 году была создана генно-модифицированная корова, не содержащая уязвимых к прионам белков, лекарств для человека нет до сих пор. Их создание крайне затрудняет идентичность химического состава прионов здоровым белкам нашего мозга.

Прионы — яркий пример того, насколько оригинальными могут быть инфекционные агенты. Но и более массовые инфекции не менее изобретательны. Ведь им надо научиться проходить через многоэшелонную оборону нашей иммунной системы. При попадании патогена в организм первой срабатывает система врожденного иммунитета. Начавшееся воспаление обеспечивает приток крови к месту поражения, высвобождающиеся интерфероны угнетают вирусы, система комплемента разрушает бактериальные клетки и привлекает иммунные: лейкоциты, фагоциты, тучные клетки, базофилы, эозинофилы и естественные клетки-киллеры. Их задача — захватить, уничтожить и переварить чужаков. Особую роль играют клетки, отвечающие за приобретенный иммунитет: лимфоциты. После перенесенной инфекции они запоминают «в лицо» отъявленные патогены и обеспечивают при повторном инфицировании более быстрый и точный ответ.

Туберкулезная палочка успешно создает формы, устойчивые к лекарствам

Legion-Media

В ответ бактерии учатся маскироваться. Некоторые наловчились закутываться в углеводную капсулу, прячущую их от контакта с рецепторами клеток хозяина. Так, например, действуют бактерии, вызывающие менингит. Другой вариант маскировки — постоянная смена «имиджа». Многим знакомая Neisseria gonorrhoeae, вызывающая гонорею, несет на своей наружной мембране 10 различных антигенов, за которые отвечают независимо переключающиеся гены. Во время заражения хозяина антигены экспрессируются в многочисленных комбинациях, запутывая иммунную систему.

Если же замаскироваться не удалось, приходится противостоять фагоцитозу — поглощению и перевариванию чуждых клеток. Оказалось, что успешные патогены выработали меры противодействия всем шести этапам фагоцитоза. Например, сальмонелла просверливает специальным шприцем стенку клетки хозяина и впрыскивает в нее вещества, нейтрализующие клеточный иммунитет.

Адаптации бактерий к фагоцитозу способствует их тренировка на эволюционных предках макрофагов. Миллиарды лет соседства с протозойными хищниками — амебами помогли бактериям отработать навыки защиты. А свободноживущие амебы в эпидемических процессах среди людей играют роль «троянского коня», позволяющего микроорганизмам преодолеть первую линию обороны нового хозяина.

Многие бактерии, например стафилококки, стрептококки и другие, напрямую инактивируют компоненты сложной системы комплемента, предназначенной для их растворения.

Другие патогены освоили управление цитокинами — сигнальными белками иммунной системы. Например, легионеллы отключают систему тревоги, чтобы остаться незамеченными. А некоторые кишечные патогены, напротив, «вызывают огонь на себя» — провоцируемая этим диарея способствует их распространению в окружающей среде.

В наших клетках существует механизм самоочистки, аутофагия: ненужное вкрапление отделяется от остальной цитоплазмы двойной мембраной, аутофагосомой, и транспортируется в лизосомы на переработку. Таким образом из клеток удаляется целый ряд патогенов: возбудители туберкулеза и туляремии, сальмонелла, стрептококки. Однако, например, листерия и другие бактерии научились растворять ловящую их мембрану. А возбудитель пневмонии Legionella pneumophila сама формирует вокруг себя аутофагосому, но блокирует ее слияние с лизосомой.

Бактерии способны управлять жизнью и смертью клеток, беря на себя контроль апоптоза — программируемой клеточной смерти. Так, подавление самоликвидации зараженных клеток позволяет хламидиям сохранить свое пристанище. А сальмонелла сначала провоцирует апоптоз, чтобы привлечь макрофаги, но затем, попав в них, его приостанавливает, чтобы обеспечить внутриклеточное выживание и размножение. Когда же резервы клеток-хозяев заканчиваются, паразиты снова включают механизм апоптоза, чтобы быть захваченными следующими макрофагами и разнестись по всему организму. Использует клетки нашей иммунной системы в своих целях и наиболее опасный источник эпидемической угрозы — ВИЧ.

Творцы супербактерий

В мае 1796 года английский доктор Эдвард Дженнер намеренно заразил восьмилетнего мальчика коровьей оспой. А несколько позже ему же привил возбудитель натуральной оспы. Ею мальчик уже не заболел. Так была изобретена вакцинация. Именно смелый эксперимент спас жизни сотен миллионов людей. И поныне вакцины вносят главный вклад в борьбу с инфекциями.

Хотя с момента появления вакцинации у нее возникли противники. Уже во второй половине XIX века стали появляться первые антипрививочные организации. Невежество и поныне мешает борьбе с эпидемиями, несмотря на то что массовый отказ от вакцинации уже не раз приводил к серьезным вспышкам оспы, коклюша, кори, дифтерии, печальные результаты которых возвращали интерес к прививкам.

Впрочем, у противников прививок есть рациональные аргументы. «В результате заболеваний, вызванных вакцинациями, отдельные люди могут погибнуть или стать инвалидами. У значительно большего числа привитых отмечаются стойкие нарушения здоровья, и чем меньше возраст прививаемых, тем осложнений больше», — поясняет Фируз Гариб. Однако это необходимая плата за безопасность общества. Не пожертвовав небольшим процентом популяции ради создания коллективного иммунитета, можно потерять бо́льшую ее часть. «Нужно вакцинировать примерно 95 процентов населения, чтобы у 80 процентов популяции сформировать иммунитет против конкретного возбудителя», — объясняет Фируз Гариб.

Грипп — неутомимый и вечно новый спутникчеловека

Legion-Media

В экономике эта ситуация называется «эффект безбилетника». Каждый не хочет нести риски вакцинации, но если число хитрецов превысит определенный процент, то они поставят под угрозу эпидемии не только себя, но и всю популяцию. Непривитые особи способствуют не только размножению инфекционных агентов, но и их эволюции — появлению новых штаммов, угрожающих и тем, кто добросовестно привился. Впрочем, если верить данным Центра по контролю и профилактике заболеваний США, серьезные последствия от наиболее популярных прививок наступают реже чем раз на миллион доз. При этом врачи оговариваются: проблемы настолько редки, что трудно сказать, вызваны ли они вакцинами.

Вторым ключевым моментом в борьбе с инфекциями стало улучшение санитарных условий. Реки нечистот, еще не так давно разливавшиеся по улицам европейских городов, сменились современной канализацией. Обеззараживание воды сделало безопасной ежедневную гигиену. А банальный призыв «мойте руки перед едой» спас миллионы жизней. Но поведение наших современников все еще далеко от санитарных идеалов. До сих пор 30% населения Земли не имеет доступа к нормальной канализации. В Гималаях и в наши дни купаются и стирают в той же реке, в которую чуть выше по течению кидают покойников.

Третьим прорывом в борьбе с инфекциями стало изобретение антибиотиков, промышленное производство которых было организовано в начале 1940-х. Простота излечения смертельных ранее болезней казалась почти чудом. Однако в последние годы специалисты вовсю бьют тревогу. Появляется все больше лекарственно устойчивых штаммов, а новых антибиотиков практически не создается. В конце апреля ВОЗ выпустила доклад, посвященный серьезности проблемы устойчивости к антибиотикам. «В связи с отсутствием оперативных и согласованных действий многих заинтересованных сторон наш мир вступает в эпоху, когда антибиотики теряют эффективность и обычные инфекции и небольшие травмы, которые можно было излечивать в течение многих десятилетий, сейчас могут снова убивать, — заявил помощник генерального директора ВОЗ по безопасности здравоохранения Кейдзи Фукуда , считающий возможные последствия бездействия катастрофическими.

ВОЗ обращает особое внимание на устойчивость к антибиотикам семи бактерий, которые вызывают широко распространенные и серьезные болезни: заражение крови, диарею, пневмонию, инфекции мочевыводящих путей и гонорею. Эти бактерии во всех регионах мира показывают устойчивость даже к резервным антибиотикам, назначаемым в качестве крайней меры. То есть лекарств от этих штаммов не существует. Ежегодно только в странах Европейского союза свыше 25 тыс. человек умирают от инфекций, обусловленных резистентными бактериями.

Еще немного, и человечество будет отброшено в эпоху бессилия перед микробами. Причиной тому сами люди. Каждый, кто принимает антибиотики для самолечения, является ходячей лабораторией по производству новых лекарственно-устойчивых штаммов и представляет собой угрозу для окружающих.

Во многих странах для ускорения роста сельскохозяйственных животных добавляют в их корм антибиотики в субтерапевтических концентрациях. Например, в США использование антибиотиков в качестве стимуляторов роста в период с 1951 по 1978 год возросло в 50 раз (со 110 до 5580 тонн), в то время как масштабы применения антибиотиков для лечения заболеваний у людей и животных увеличились только в 10 раз. За это время многие штаммы бактерий, ранее чувствительные к антибиотикам, стали лекарственно-устойчивыми. Доказано, что резистентность сальмонеллы и кампилобактер, вызывающих инфекции у людей, связана с применением антибиотиков у сельскохозяйственных животных.

Но фармацевты не спешат выпускать новые антибиотики. «Количество известных антибиотиков — веществ биологической природы, подавляющих рост организмов, — исчисляется тысячами. Количество антибиотиков, используемых в медицинской практике, не превышает сотни. Ведь лекарство должно быть нетоксичным для человека, хорошо усвояемым, относительно стабильным, способным достигнуть патоген в месте его локализации, быть приемлемым по цене. Искать новые антибиотики, отвечающие всем этим требованиям, фармацевтическим компаниям не очень выгодно, по крайней мере по сравнению с деятельностью, направленной на получение лекарств против онкологических и других “модных” заболеваний», — объясняет Константин Северинов.

Делайте, что должно

Человек — поле конкуренции между различными видами микроорганизмов при активном вмешательстве иммунной системы. Но инфекциям невыгодно убивать людей, ведь с уничтожением нас как питательного субстрата они и сами исчезнут. Однако эволюция движима не целесообразностью, а случайностью мутаций, и какая-то из них вполне может создать патоген достаточно губительный, чтобы уничтожить человечество. В нашей истории это не впервые, Homo sapiens уже несколько раз переживали катастрофические уменьшения популяции. А некоторые виды исчезали вовсе. Например, недавно было выяснено, что мастодонты пали жертвой туберкулеза. При этом микроорганизмы способны на куда большее, чем уничтожение одного вида. Согласно одной из версий, именно одноклеточные организмы — археи — вызвали вымирание более 90% видов, случившееся в конце Пермского периода, 300–250 млн лет назад. Позаимствовав у бактерий пару генов, дающих способность питаться ацетатами, до этого в огромном количестве накопившимися в океанских отложениях, археи пережили взрывной рост и заполонили атмосферу метаном, вызвав резкое потепление.

У человека нет надежды окончательно победить патогены. За временную победу над инфекциями приходится расплачиваться. Выжившие поколения людей со слабым иммунитетом — прекрасный субстрат для эволюционирования все новых видов патогенов. Локальные победы при помощи антибиотиков лишь привели к росту доли вирусных эпидемий, занявших экологическую нишу бактерий. Но это не повод для бездействия. У нас есть способы противостоять самому страшному врагу. Большинство из них банальны: вакцинация, соблюдение санитарных норм, разработка новых лекарств и их доступность в бедных странах, следование медицинским стандартам. Несмотря на очевидность этих мер, отступление от них обходится нам в миллионы жизней каждый год.

Насколько эффективно биологическое оружие

Человечество издавна пытается использовать бактерии и вирусы для самоуничтожения.

section class="box-today"

Сюжеты

Глобальные угрозы:

Шесть последствий новой «холодной войны»

Пришло время делиться

/section section class="tags"

Теги

Глобальные угрозы

Здравоохранение

Медицина

Изобретатели

Наука

/section

Трупы умерших от инфекций животных и людей использовались турками и монголами для заражения источников воды и систем водоснабжения. Требушеты — метательные орудия — в Средневековье применяли для закидывания осажденных городов трупами, отрубленными головами и экскрементами. Самый известный пример — осада татаро-монголами крымской Кафы, нынешней Феодосии, в 1346 году. Среди войска Золотой Орды вспыхнула эпидемия чумы. Хан Джанибек решил, забрасывая чумными трупами крепость, и от источников заразы избавиться, и городу нанести урон. В крепости действительно началась эпидемия, и она пала. Генуэзцы, которым принадлежала Кафа, бежали к себе на родину. Считается, что именно это способствовало проникновению «черной смерти» в Европу, где она унесла около трети населения. Впрочем, Джанибеку не удалось насладиться плодами победы, он тоже был вынужден бежать от крепости, дабы спасти свое войско.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

На территории нынешних США прославился британский генерал Джеффри Амхерст, предложивший дарить восставшим в 1763 году индейцам одеяла больных оспой.

Сибирскую язву и сап пытались применять в Первую мировую. А с ее окончанием многие правительства, воодушевленные перспективой получения дешевого и эффективного инструмента уничтожения живой силы противника, развернули программы создания бактериологического оружия.

Наибольшую известность приобрела японская программа, подробности которой были раскрыты в материалах судебного процесса над ее участниками и документальных книгах Моримура Сэйити, Михаила и Надежды Супотницких. В 1935–1936 годах в Маньчжурии по приказу императора Хирохиту были развернуты два секретных формирования, получивших кодовые наименования «отряд 731» и «отряд 100». Параллельно с ними в Центральном и Южном Китае работали аналогичные отряды «Нами» и «Эй». Только в отряде 731 было более 3 тыс. сотрудников, включая виднейших бактериологов Японии. Их задачей было создание бактериологического оружия для борьбы с СССР, Китаем и Монголией. Спецформирование получило серьезную производственную базу, позволявшую по показаниям сотрудников ежемесячно изготавливать до 300 кг бактерий чумы, и солидное финансирование.

Японцы вели работы над использованием возбудителей чумы, холеры, газовой гангрены, сибирской язвы, брюшного тифа. Опыты проводились не только на животных, но и на советских и китайских пленных, именуемых «бревнами», для которых была организована внутренняя тюрьма на 300–400 человек. Расход «бревен» составлял не менее 600 штук в год. В отряде 731 было 4,5 тыс. питомников для разведения блох, позволявших получать десятки миллионов паразитов. Для этого использовались десятки тысяч крыс и мышей, заготовляемых Квантунской армией.

Но вопреки радужным ожиданиям японцы столкнулись с множеством проблем. Они сделали ставку на чуму. Страх перед ее былыми эпидемиями заставил европейские страны в начале 1930-х годов исключить чумную палочку из разработок бактериологического оружия. Руководитель программы, талантливый ученый Исии Сиро, решил: поскольку бактерии чумы не являются объектом исследований в Европе, то европейцы в принципе не могут иметь надежных средств защиты от них. Однако чумная палочка в лабораторных условиях быстро теряла свои вирулентные свойства. Приходилось культивировать ее на «бревнах». Японцам удалось снизить инфицирующую дозу возбудителя чумы для людей примерно в 60 раз. Но платой за рост вирулентности стала нестабильность: бактерии могли терять свои свойства при производстве, хранении и применении.

«Вирулентность возбудителя чумы надо было сохранять до момента его проникновения в организм жертвы. И по мере решения этой задачи в технологической цепочке создания запасов биологического оружия “мощное оружие бедных” стало стремительно дорожать, а его мощность — вызывать сомнения у “низших чинов” отряда. Первоначальная идея распыления бактерий с самолетов не сработала — люди не заражались. Пришлось использовать зараженных блох в керамических авиабомбах. Но заразить блоху можно только от чумной крысы на непродолжительной стадии сепсиса. А для активности насекомых нужны были определенная температура и влажность. Зараженные блохи долго не жили, требовались все новые партии насекомых и крыс. Блохи задыхались в боеприпасах, при их подрыве в большинстве своем погибали, при падении на цель оставшиеся в живых ломали лапки. Для продолжения работ требовалось все больше “бревен”, экспериментальных животных, научных сотрудников и других ресурсов, дефицитных во время войны. В итоге Исии так и не успел ни получить боеприпасы, пригодные для массового поражения войск и населения противника, ни разработать эффективную вакцину, защищающую от чумы, — рассказывает Михаил Супотницкий , военный микробиолог, полковник медслужбы запаса. — При этом советские микробиологи опередили японцев. Еще за год до Великой Отечественной у нас была запущена в массовое производство живая чумная сухая вакцина. Когда в 1945 году началось советское наступление в Маньчжурии, 99,9 процента личного состава было привито ею. Наши войска проходили по районам, где в это время свирепствовали эпидемии легочной и бубонной чумы, но ни один советский солдат ими не заболел».

Однако деятельность японских спецотрядов принесла свою пользу. Помимо обширных бактериологических опытов они наработали большое число данных по экстремальным состояниям. «Бревна» испытывали на выживаемость в центрифуге, под рентгеновским излучением, проводилось большое число экспериментов по обморожениям, замене человеческой крови кровью обезьян и лошадей, устойчивости к ядам и электротоку, удалению отдельных органов. Это во многом послужило прогрессу послевоенной японской медицины. А результаты бактериологической программы ее руководители передали американцам в обмен на свою неприкосновенность.

Новую волну энтузиазма в создании бактериологического оружия вызвало сделанное после войны открытие. Успешность ингаляционного заражения зависит не от количества бактерий, которое вдохнул человек, а от дисперсности аэрозоля поражающего агента. Наибольшую эффективность дают аэрозоли с частицами менее 5 микрон, только они могут достигнуть альвеол. Для сравнения: длина чумной палочки колеблется от 1 до 3 микрон. «Эксперименты по созданию биологического оружия пришлось начать заново. Разработка биологического оружия получила огромное финансирование, одновременно появилось множество его разновидностей. Многие из них были испытаны американцами во время войны на Корейском полуострове. Но их результативность оказалась ниже ожидаемой. Получить мелкодисперсный аэрозоль было сложно, при росте давления в распылителе бактерии погибали. Аэрозоль вел себя в атмосфере непредсказуемо, а атмосферные примеси губительно действовали на бактерии. Получить мелкодисперсный лиофильно-высушенный препарат также сложно, и, кроме того, он слеживается при хранении и укрупняется при распылении. Бактериологическое оружие оказалось слишком дорогим. В результате с конца 1950-х стали сокращаться наступательные программы по биологическому оружию», — объясняет Михаил Супотницкий.

Сложности работы с бактериями объясняют и их малую успешность в биотерактах. Организация «Аум Синрикё» безрезультатно распыляла споры сибирской язвы в центре Токио. Несмотря на всю заманчивость дешевого и пугающего способа массового убийства, успехов было не так много. В 1984 году религиозной секте раджнишистов удалось заразить сальмонеллой 751 жителя Далласа. А в 2001 году много шума в США наделали письма с сибирской язвой. «Основная особенность этого биотеракта — его профессиональное исполнение. Нескольким СМИ и политикам были отправлены конверты со специальной рецептурой, предназначенной для снаряжения американских биологических боеприпасов, — мелкодисперсным порошком возбудителя сибирской язвы штамма Ames, выделенного от больной коровы в 1981 году. Этот штамм очень удобен для боевого применения в России и странах третьего мира: он устойчив к пенициллинам и цефалоспоринам, обычно используемым в нашей стране для лечения сибирской язвы, а также способен преодолевать действие вакцин. Всего в результате теракта было 22 пораженных, из них погибло пять человек, — рассказывает Михаил Супотницкий. — Тему биологического оружия и биотерроризма западные страны используют для политического и военного шантажа своих противников. Государственный секретарь США Колин Пауэлл размахивал в ООН пробиркой с каким-то порошком, называя его биологическим оружием Саддама, что является нонсенсом для специалистов. Биологическое оружие — это специальные боеприпасы и средства их доставки, а не микроорганизмы в пробирке. В самих же США до настоящего времени не был закрыт ни один научно-исследовательский полигон, где испытывают биологические боеприпасы, ни один НИИ, где его разрабатывают. При этом еще в 2001 году США вышли из режима контроля над биологическим оружием».

Вносят свой вклад и гражданские ученые. В конце 2011 года переполох устроили голландские исследователи, сумевшие доработать штамм птичьего гриппа H5N1. Оригинальный вирус, несмотря на высокую летальность и вирулентность, убил всего лишь несколько сотен человек, поскольку редко передавался от человека к человеку. Ученые на деньги Национального института здравоохранения США сумели всего за пять мутаций получить форму вируса, легко распространяющуюся воздушно-капельным путем. Обсуждалось, что ее попадание в открытую среду могло бы привести к гибели миллионов людей. Наиболее ожесточенные споры вызвал вопрос о праве на публикацию методики получения смертельного вируса, которой могли бы воспользоваться не только с сугубо благими намерениями.

Опасения публики вызывают работы по созданию синтетической жизни. Еще в 2010 году была получена бактерия с полностью искусственным геномом. Однако специалисты не считают, что результаты генной инженерии и «синтетическая жизнь» могут представлять более серьезную угрозу, чем природные патогены. «Естественные формы жизни, отобранные в ходе эволюции в течение многих миллионов лет, хорошо приспособлены к окружающей среде и “сбалансированны” — активность отдельных генов скоординирована. Введение дополнительных генов, как правило, нарушает этот баланс и в целом снижает приспособленность организма, за исключением очень специальных условий, как, например, постоянное присутствие антибиотика. Это справедливо не только для бактерий, но и для всех генно-модифицированных организмов. Все они, попав в естественную среду обитания, будут хуже приспособлены, чем предковые формы. А в области “синтетической жизни” наука делает только первые шаги, и до специально сконструированных монстров, если они вообще возможны, очень далеко», — считает Константин Северинов.

В поисках утраченного военного времени

Отечественное военное кино переживает ренессанс. После длительных поисков кинематографистам удалось найти концепцию, которая отвечает сегодняшним запросам зрителей. Она предусматривает наличие персонажей, ни в чем не уступающих героям голливудских блокбастеров

section class="box-today"

Сюжеты

Кино:

7 вопросов Яну Харлану, продюсеру Стэнли Кубрика

Без тормозов

Фильмы

/section section class="tags"

Теги

Кино

Кинобизнес

Вокруг идеологии

Долгосрочные прогнозы

Культура

/section

Смерть Татьяны Самойловой — актрисы, сыгравшей главную роль в «Летят журавли» (1958), одной из самых знаменитых советских лент о войне, единственном русскоязычном фильме, получившем «Золотую пальмовую ветвь» на Каннском кинофестивале, — стала еще одним напоминанием о безвозвратно уходящем поколении кинематографистов, для которых тема войны была самой важной. Большинство из них рассказывали о событиях, которым сами были свидетелями: прототипы героев — люди, прошедшие войну, — входили в круг их повседневного общения. Не будет преувеличением сказать, что именно фронтовики становились главными судьями, оценивающими уровень работы по воссозданию реалий военного времени.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Тем не менее если смотреть один за другим фильмы о войне, то становится очевидным, что единой концепции у них нет. Ракурс восприятия военных событий мог меняться в зависимости как от исторических обстоятельств, в которых создавалось то или иное произведение, так и от личного опыта авторов. Кроме того, Вторая мировая война — настолько масштабное явление, что в его рамках могло уместиться все многообразие человеческой жизни. Экстремальные условия лишь до предела обостряли ее восприятие. Но в чем кинофильмы о войне второй половины XX века так или иначе сходятся, так это в том, что постоянное существование на границе жизни и смерти рано или поздно заставляло задаваться сущностными вопросами.

Война вторгалась в жизнь людей как жестокий рок и разрушала их личные судьбы, которые при других исторических обстоятельствах могли бы сложиться иначе. Тогда казалось, что непременно счастливо. Тема несостоявшейся жизни и недополученного счастья почти сразу стала превалировать над всеми остальными. Она всегда вызывала и продолжает вызывать самые сильные эмоции. Через нее кино превращалось в обвинительный акт тем, кто развязал войну и обрек миллионы людей на смерть. Фашизм интерпретировался как иррациональное зло, ненавистная чудовищная машина, созданная для уничтожения одних и порабощения других. Но даже в рамках этой жесткой идеологической схемы появлялись такие общепризнанные шедевры, как «Иваново детство» (1962) — фильм, получивший «Золотого льва» на Венецианском кинофестивале и открывший миру Андрея Тарковского.

Человек с автоматом

Во второй половине 1960-х режиссеры стали воссоздавать ту реальность, которая существовала параллельно фронтовой. Жизнь во время войны, даже вблизи передовой, продолжала идти своим чередом. Люди оставались самими собой: они влюблялись, рожали детей, попадали в нелепые ситуации, строили планы на будущее, но война неизбежно настигала их, счастливый финал был невозможен по определению. С этой темой в кинематограф вошел режиссер Владимир Мотыль, снявший фильм «Женя, Женечка и Катюша...» (1967) по сценарию Булата Окуджавы.

Другая важная тема — как вели себя люди под давлением трагических обстоятельств. Здесь уже все было не так однозначно: настоящим героям противостояли не только враги, с которыми и так все было понятно, но и предатели. Поведение последних трактовать было намного сложнее: требовалось признать, что даже в совершенном обществе, каковым считал себя Советский Союз, могли появляться люди, ставившие свои мелкие эгоистические интересы выше общественных. Впрочем, они лишь оттеняли героизм тех, кто не щадил ни себя, ни даже самой жизни в схватке с захватчиками.

Алексей Герман в своем фильме «Проверка на дорогах» еще в 1971-м попытался раздвинуть рамки представлений о сложности ситуации, в которой оказались люди, и о неоднозначности принимаемых ими решений. Но фильм о коллаборационисте, который ценой жизни искупает предательство, попал под цензурный запрет и вышел только в 1985 году. В «Двадцати днях без войны» (1976) Герман приложил максимум усилий, чтобы воссоздать быт военных лет без прикрас, и представил публике резко выпадающего из общепринятых представлений героя в исполнении Юрия Никулина. Судьба этого фильма оказалась намного благополучнее благодаря поддержке влиятельного Константина Симонова, автора сценария ленты.

В том же году Лариса Шепитько сделала по повести Василя Быкова «Восхождение» — картину с очевидными евангельскими аллюзиями. Попавший в плен партизан — бывший школьный учитель Сотников — стойко переносит пытки и, подобно Христу, жертвует собой, тогда как его напарник, в прошлом кадровый военный, в критический момент оказывается готов спасти свою жизнь любой ценой, вслед за Иудой, совершает предательство и даже с готовностью выступает в роли палача Сотникова, после чего безуспешно пытается повеситься. «Восхождение» — первый фильм, получивший «Золотого медведя» на Берлинском кинофестивале.

Смещение акцентов

Почти всю свою историю советские кинематографисты успешно двигались в сторону демифологизации и все большего усложнения реальности военных лет. Эпоху советского военного кино завершил фильм «Иди и смотри» (1985) Элема Климова. Трудно представить, но этот, по нынешним меркам почти артхаусный, фильм посмотрело в кинотеатрах почти 30 млн человек (для сравнения: «Сталинград» Федора Бондарчука в России и на Украине посмотрело менее 7 млн человек). По опросам, проведенным журналом «Советский экран», «Иди и смотри» был признан лучшим фильмом года.

Когда годом позже в информационном пространстве всплыл архипелаг ГУЛАГ, снимать кино про войну по привычным идеологическим схемам стало невозможно. Теперь фронтовики могли принимать последний бой через много лет после окончания войны на своей территории, будучи в политической ссылке, и противником их выступали не немецкие солдаты, а уголовники, о чем идет речь в фильме «Холодное лето 1953-го» (1987), который вышел в прокат всего через два года после премьеры «Иди и смотри» и также был признан лучшим фильмом года. Но «Холодное лето», вышедшее на волне захлестнувших общество исторических открытий, стало едва ли не единственным кинопроизведением, которое, совместив две реальности — войны и ГУЛАГа, получило всеобщее признание. Даже спустя четверть века фильмы, которые пытаются отобразить многослойное историческое пространство тех лет, по-прежнему вызывают острые общественные дискуссии, а иногда даже и скандалы, как, например, фильм «Сволочи» (2006), которому Владимир Меньшов отказался вручать приз «MTV Россия» со словами: «Я не собираюсь вручать приз фильму, который позорит мою страну».

Даже такой маститый кинорежиссер, как Никита Михалков, который, имея в своем распоряжении неограниченный бюджет, попытался в «Утомленных солнцем-2» (2010) перезагрузить военную тему в русском кино и угодить сразу всем, включая членов жюри Каннского фестиваля (на фестиваль поехала первая часть фильма — «Предстояние») и американских киноакадемиков (вторая часть фильма, «Цитадель», была выдвинута на «Оскара»), не только пережил оказавшиеся болезненными нападки отечественных блогеров и критиков, но и был проигнорирован — и массовым зрителем (фильм провалился в прокате), и мировой киноэлитой.

Вслед за ним потерпел неудачу еще один знаковый в отечественном кинематографе режиссер — Карен Шахназаров, впервые в своей творческой биографии обратившийся к военной теме в фильме «Белый тигр» (2011). Действующий директор «Мосфильма», добившийся наивысшего кассового успеха с фильмом «Курьер» (1986), попытался привнести в канонический образ военных лет долю мистики. Как главный персонаж фильма обладает качествами мифологического героя — особым слухом, улавливающим движение танков, и тайно молится некоему танковому богу, так и его противник, неуязвимый немецкий танк «Тигр», не столько бронированная боевая машина, сколько древнее хтоническое чудовище, безжалостно уничтожающее советских солдат. Мистический тон усиливает финальная исповедь Гитлера таинственному незнакомцу (в нем без особого труда угадывается сам Люцифер), в которой фюрер пытается оправдать свои действия потаенными мечтами европейских обывателей. Фильм имел не слишком удачную прокатную судьбу — сборы не превысили уровня затраченных средств — и вслед за «Цитаделью» не попал в пятерку лучших иностранных фильмов года по версии кинопремии «Оскар», но «Золотого орла» все-таки получил.

Работая над сценарием сериала «Жизнь и судьба», Эдуард Володарский просто выбрасывал те места, в отношении которых его позиция не совпадала с позицией автораромана

Фото: «Россия»

Критерии успеха

Вообще, кинопремия «Золотой орел» расположена к военным фильмам особым образом. В этом году «Орла» получил сериал «Жизнь и судьба» Сергея Урсуляка, снятый по роману Василия Гроссмана в сценарной обработке Эдуарда Володарского (одна из последних работ мастера). Фильм также попал в число номинантов премии «Эмми» — очевидный международный успех. Сериал собрал весомую долю аудитории телеканала «Россия», но вызвал упреки знатоков и поклонников литературного первоисточника в несоответствии духу романа, где в одной из ключевых сцен коммунизм сопоставляется с нацизмом. Сергей Урсуляк заявил, что отказался от нее по принципиальным соображениям, и на то у него есть авторское право. Режиссер, на счету которого сверхуспешные телесериалы «Ликвидация» и «Исаев», и правда может себе это позволить. «Жизнь и судьба», в которой советским людям как на линии фронта, так и в тылу приходится противостоять одновременно и противнику, и бюрократической системе, как ни странно, сделан по лучшим канонам именно советской кинематографической школы. Возможно, Сергей Урсуляк является самым сильным и самым ярким ее представителем, и не исключено, что единственным.

Все остальные режиссеры давно отряхнули пыль прошлого и обратили свои взоры в сторону Голливуда. Одним из первых, кто понял, что исследование реальности средствами кинематографа  слишком большая роскошь, к тому же не соответствующая ожиданиям зрителя, был теперь уже заслуженный хитмейкер Николай Лебедев («Легенда № 17», «Волкодав»), который в ходе работы над фильмом «Звезда» (2002) отказался от детального следования историческим свидетельствам в пользу эффектности действия. Аудитория это оценила. Также она была благосклонна к военному фильму Андрея Малюкова «Мы из будущего» (2008), и вовсе построенному на фантастическом допущении: молодые люди из одной эпохи перемещаются в другую и таким образом оказываются на передовой.

Но самый главный успех, конечно, принадлежит «Сталинграду» Федора Бондарчука. В его фильме экшен важнее всего остального. Впрочем, победителей не судят: «Сталинград» не только установил новый российский кассовый рекорд, но и попал в североамериканский и китайский кинопрокат, что само по себе достижение.

Скорее всего, это лишь один из этапов осмысления главного исторического события современной российской истории. В конце концов, в русской литературе ведь тоже до сих пор не появился общепризнанный шедевр, который бы, подобно «Войне и миру» Льва Толстого или «Тихому Дону» Михаила Шолохова, отражал суть произошедшего, «Живые и мертвые» Симонова и уже упоминавшаяся «Жизнь и судьба» Гроссмана, увы, эту нишу заполняют лишь отчасти. Не исключено, что время еще не пришло и мы находимся на подступах к художественному произведению, способному стать настоящим культурным прорывом, ни с чем не сопоставимым по своей значимости.

Hi-End

section class="box-today"

Сюжеты

Культовая вещь:

Hi-End

Hi-End

/section section class="tags"

Теги

Гаджет

Культовая вещь

Бизнес

/section

Компания Urwerk относится к молодым часовым предприятиям, основанным прогрессивными часовщиками примерно за последние десять лет и делающим часы для фанатов, которые хотят чего-то особенного в плане как дизайна, так и технологий. Мартин Фрай, креативный директор, и известный часовщик Феликс Баумгартнер — основатели компании — недавно показали новую модель UR-105M: корпус из титана и стали, фирменный сателлитный указатель часа, указатель oil change, который показывает момент, когда часам нужен профилактический ремонт, указатель запаса хода (а его хватает на 42 часа) и регулировочный винт, который позволяет выверять хронометрическую точность механизма. При этом общая концепция этих довольно футуристического вида часов отсылает к рыцарским доспехам, и винты на лицевой стороне — это не просто украшение. Они закрепляют на титановом корпусе стальную пластину, которая защищает довольно хрупкий механизм.

UR-105M представлена в двух модификациях: Iron Knight (стальной рыцарь) с корпусом из титана и стальным безелем и Dark Knight (темный рыцарь) с корпусом из титана и стальным безелем, обработанным покрытием AlTiN.

Коллекции Nike Free исполнилось десять лет, и это одна из самых главных, действительно культовых коллекций кроссовок современности. Ее слоган «Главное — ноги, а не кроссовки» полностью отражает идеологию компании. Спортивная обувь должна быть максимально органичной, она должна ощущаться естественным продолжением вашего тела. За эти годы Nike Free нашли способ добиться максимальной свободы движения. Тут использована технология Flyknit — кроссовка фактически представляет собой сшитый из специальных нитей носок, который идеально поддерживает ногу и позволяет ей дышать. Последнее, что придумали в Nike для коллекции Free, — это подошва, состоящая из сложенных в мозаику шестиугольников, которые помогают достигнуть максимальной подвижности стопы, при этом защищая ее во время бега. К первому юбилею Nike Free было представлено сразу три новые модели: Nike Free 3.0 Flyknit, Nike Free 4.0 Flyknit и Nike Free 5.0. Выбирая кроссовки, в которых вы собираетесь бегать, смотрите на числа 3.0, 4.0 и 5.0: чем число выше, тем жестче подошва. Тем, кто только начинает, нужны более жесткие «пятерки», а тем, у кого есть уже опыт бега, вполне подойдут максимально гибкие «тройки».

Коллекция Possession Piaget существует уже 25 лет, то есть это самая что ни на есть ювелирная классика новейшего времени. Коллекция выстроена вокруг идеи бесконечности, воплощенной кольцом в кольце: два переплетающихся кольца, одно в другом, из белого, желтого или розового золота, с бриллиантами или без. Это такое пленительное сочетание минималистического концепта и мастерства, изящных традиций и эстетики старого французского ювелирного дома, которое подходит на все случаи жизни. Это украшения, которые носят всю жизнь, а потом передают дочерям и внучкам, то есть они остаются в семье и с каждым поколением набирают все больше символической и сентиментальной ценности. И в этом их сверхъювелирный смысл, который далеко не всегда можно найти в сочетании золота и бриллиантов.

В 2014 году в коллекции Possession появились новые украшения, и они по-прежнему вневременные.

Дизайнерская студия Otis & Eleanor любит использовать природные формы и натуральные материалы, а также придавать своим вещам немного винтажный вид — все вместе получается эффектно. Свой портативный bluetooth-динамик Bongo они сделали из бамбука, а в качестве мембран использовали куски натуральной ткани. Не использовать современные технологичные материалы — их сознательный выбор, по этому поводу создатели Bongo говорят: «Одним из самых замечательных периодов технической революции мы считаем середину прошлого века, когда в 1940-е годы в мире производилась самая красивая и функциональная потребительская электроника. Это время и стало нашим вдохновением». При этом динамик, разумеется, обладает всеми современными функциями, и в этом контрасте вся его прелесть. Стоит он 125 долларов, а получить его можно, поддержав проект на знаменитой краудфандинговой платформе Kickstarter.

Electra делает не просто современные, но еще и очень красивые велосипеды. Только что в их коллекции Amsterdam появилась женская версия модели Royal 8i, а так как велосипедами сейчас все повально увлечены не только в Амстердаме, где их больше, чем машин, но даже и в мало приспособленной для этого Москве, то новость эта для нас тоже вполне актуальна. У Royal 8i легковесный алюминиевый корпус, восьмискоростная система Shimano Nexus, плавные передние и задние тормоза, а также долговечные шины со специальной защитой от проколов. Рама сделана по технологии Flat Foot, которая дает больше комфорта при езде (расслабленное положение рук и отсутствие нагрузки на спину) и позволяет в любой момент прочно встать на ногу, не приподнимаясь с сиденья. Для этой модели есть два цвета: бирюзовый (Aquamarine) и цвет слоновой кости (Pearl White).

Крылатый пузырь

Феноменальный рост пассажирских авиаперевозок, наблюдавшийся в России последние несколько лет, не имеет прочной базы, а потому уже в ближайшее время сойдет на нет

section class="box-today"

Сюжеты

Статистика знает все:

Народная истина Донецкой области

Есть что заместить

/section section class="tags"

Теги

Статистика знает все

Транспорт и логистика

РЖД

Долгосрочные прогнозы

Русский бизнес

/section

Мировая гражданская авиация вопреки прогнозам скептиков продолжает демонстрировать уверенный рост. По итогам прошлого года пассажиропоток на авиалиниях всего мира увеличился на 5,2% и впервые в истории превысил 3 млрд человек. А вот авиаперевозки грузов выросли всего на 1,5%. Но это тоже можно считать хорошим результатом, так как еще годом ранее они ровно на столько же снижались. «Несмотря на очень сложную экономическую обстановку, мы видим фундаментально здоровый подъем, — говорит гендиректор IATA Энтони Тайлер . — И хотя на развивающихся рынках спрос замедлился, загруженность рейсов остается на высоком уровне — 79,5 процента. Это говорит о том, что авиакомпании успешно наращивают эффективность своего бизнеса». Суммарная прибыль авиаперевозчиков всего мира в прошлом году увеличилась почти вдвое и составила 11,7 млрд долларов. И, судя по всему, это далеко не предел. Уже в этом году прибыль авиакомпаний, по прогнозам IATA, вырастет до 18,7 млрд долларов. «Наблюдаемый сейчас рост мировой экономики так или иначе подстегнет и рост спроса на авиаперевозки, — говорит Энтони Тайлер. — Даже несмотря на дорожающее топливо и геополитическую нестабильность, на Украине пассажиропоток в 2014 году, по нашим текущим прогнозам, вырастет на 5,8 процента, а грузовые авиаперевозки увеличатся на 4 процента». Главные бенефициары этого подъема — авиакомпании Северной Америки. Их прибыль в этом году может составить рекордные 8,6 млрд долларов. И это при том, что темпы роста авиаперевозок здесь существенно ниже среднего по миру — всего около 3% в год. А вот прежние лидеры рынка — авиаперевозчики стран АТР — заработают лишь около 3,7 млрд долларов. Падение доходности авиакомпаний в этом регионе вызвано главным образом резким торможением экономики Китая, Индии и Индонезии. Это обстоятельство просто не могло не сказаться на темпах роста международного пассажиропотока из этих стран: де-факто они оказались нулевыми. Впрочем, как считают в IATA, благодаря сильному внутреннему рынку того же Китая, где внутренний пассажиропоток растет на 12% каждый год, местные авиакомпании еще очень долго смогут сохранить прибыль на текущем уровне. Более того, благодаря росту спроса на грузовые перевозки авиакомпании стран АТР имеют все шансы увеличить свои доходы, так как именно на этот регион с недавних пор приходится наибольшая доля мирового рынка авиаперевозок грузов. В Европе, где темпы роста авиаперевозок неуклонно сокращаются уже несколько лет подряд, местные авиакомпании в нынешнем году, как ожидается, получат около 3,1 млрд долларов прибыли — почти вдвое больше, чем в прошлом. Похожий прогноз специалисты IATA делают и для Ближнего Востока. Здесь местные авиакомпании смогут увеличить прибыль почти в три раза, до 2,2 млрд долларов. В два с половиной раза вырастет и прибыль латиноамериканских авиакомпаний, с 0,4 до 1 млрд долларов. И только в Африке прибыль авиаперевозчиков останется на прежнем уровне — около 100 млн долларов. Но это легко объяснимо. Пассажирские перевозки в Африке практически не растут, а коэффициент загрузки кресел один из самых низких в мире — менее 64%. А что же Россия?

Плохой рост

На первый взгляд у нас все складывается очень даже неплохо. Уже несколько лет подряд наша гражданская авиация ставит рекорд за рекордом. За прошлый год пассажиропоток на авиалиниях в России вырос на 14,2%, до 84,6 млн человек. Еще больше увеличился пассажирооборот — на 15%, до 225 млрд пассажиро-километров. Такого не было даже в СССР. В пиковый 1990 год пассажирооборот у нас недотягивал и до 160 млрд пкм. Более того, сейчас по темпам роста рынка наша страна и вовсе занимает первое место среди всех более или менее крупных развитых и развивающихся государств. При этом нынешний рост вроде бы имеет под собой веские основания. Российские авиаперевозчики в прошлом году получили несколько десятков новых самолетов и открыли более 200 новых рейсов. В результате количество провозных емкостей выросло на 13%, одновременно увеличился и коэффициент занятости кресел, с 78,3 до 79,5%. Все эти успехи IATA объясняет в том числе тем, что в нашей стране наконец-то эффективно заработала программа субсидирования региональных и местных перевозок, что просто не могло не сказаться на общем росте пассажиропотока. Правда, суммарная прибыль пяти наших ведущих авиационных холдингов, которые контролируют в общей сложности две трети рынка, в 2013 году недотянула и до 300 млн долларов. Но на этапе бурного роста такие показатели вполне допустимы. Беспокойство вызывает другое: с начала года темпы роста пассажирских перевозок сократились почти вдвое. За январь–март авиационный пассажиропоток у нас вырос всего на 10%, тогда как еще год назад он в это же время увеличился почти на 20%. И это несмотря на Олимпиаду в Сочи и резко подешевевшие авиабилеты. С начала года авиационные тарифы на маршрутах внутри России упали в среднем на четверть, а на зарубежных направлениях — на 3%. Но самое печальное, что у нас впервые за долгое время начали сокращаться авиаперевозки грузов и почты. В первом квартале они упали почти на 2% к аналогичному прошлогоднему показателю. При этом грузооборот сократился на 6,5%. Больше всего пострадали перевозки грузов между Россией и странами СНГ — здесь падение составило около 10%. Это обстоятельство уже негативно сказалось на бизнесе нашей крупнейшей грузовой авиакомпании — «Волга-Днепр». Ее руководство приняло решение перевести с 1 июня часть своих сотрудников на трехдневную рабочую неделю. Предполагается, что такой режим работы будет действовать не более пяти месяцев. Впрочем, зарубежных офисов продаж это новшество не коснется. Жесткие меры объясняются тем, что спрос на услуги авиакомпании по перевозке сверхтяжелых и крупногабаритных грузов на «Русланах» за первые два месяца этого года сократился более чем вдвое. В январе–феврале «Волга-Днепр» перевезла лишь 44,5% от тоннажа такого же периода прошлого года. А вот перевозки обычных грузов, которыми занимается входящая в «Волгу-Днепр» авиакомпания AirBridgeCargo, все еще растут — на 13% к аналогичному прошлогоднему показателю. «Снизился потребительский спрос, идет стагнация в отраслях, товары не покупаются, а поэтому нет смысла их возить, — сообщил источник в компании. — Но мы по-прежнему перевозим спутники и оборудование для нефтегазовой промышленности».

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Тем не менее уже ясно, что падение авиаперевозок грузов, зафиксированное в начале года, есть не что иное, как начало мощной негативной тенденции, которая очень скоро может проявиться и на рынке перевозок пассажиров. Во всех странах мира в периоды стагнации экономики первым делом падают именно авиаперевозки грузов и только потом, с лагом в два-три квартала, начинает сокращаться пассажиропоток. В нашем же случае ситуация усугубляется тем, что бурный рост авиаперевозок пассажиров, который мы наблюдали последние несколько лет, на самом деле не имеет прочной базы. А раз так, то и падать нам будет намного больнее.

Готовимся к снижению

Дело в том, что во всем мире уже давно выявлена четкая зависимость пассажиропотока от ВВП страны. Как правило, перевозки пассажиров растут или падают вдвое быстрее ВВП. Исключений всего два — войны и крупные теракты наподобие 11 сентября. Есть, правда, и еще один момент — целенаправленная политика властей ряда стран по развитию на своей территории крупных авиационных хабов, оттягивающих на себя транзитные потоки пассажиров с других континентов. В этом случае никакой корреляции с ВВП не просматривается. Именно так обстоит дело, например, в Дубае. Аэропорт этого эмирата до недавнего времени ежегодно увеличивал пассажиропоток на 15–17%, тогда как ВВП рос всего на 2–4%. В результате сейчас Дубай обслуживает около 58 млн пассажиров в год (больше, чем лондонский Хитроу), тогда как в самом эмирате проживают около 2,5 млн человек, а во всем близлежащем регионе, включая Абу-Даби, Шарджу, Катар и Бахрейн, — около 5 млн человек.

Таким образом, если ВВП России в прошлом году увеличился на 1,4%, то пассажиропоток на наших авиалиниях должен был вырасти максимум на 3%, а не на 14%, как это произошло на самом деле. Так откуда же взялась такая диспропорция?

Все дело в том, что структура российского пассажиропотока очень сильно отличается от той, что существует в Америке, Китае и Европе. Если в США и ЕС преобладают внутренние авиаперевозки, то у нас — международные. Так, в 2013 году в России на внутренних линиях было перевезено всего 39,3 млн человек, тогда как на международных — 45,3 млн. При этом темпы роста пассажиропотока на международных линиях составляют 17%, а на внутренних всего 11%. И понятно почему. Уровень мобильности населения России все еще остается одним из самых низких среди развитых стран и большинства развивающихся. Услугами авиаперевозчиков у нас пользуется всего около 8% населения, то есть самые обеспеченные граждане (а 80% населения России вообще ни разу не летали за последние три года). По этому показателю мы уступаем не только Западу, но и прибалтийским государствам, и даже Армении, не говоря уже об СССР. По данным Минтранса, коэффициент авиационной мобильности российского населения составляет всего 0,5. Это примерно в три раза ниже, чем в континентальной Европе, в четыре раза ниже, чем в США, и почти в семь раз ниже, чем в Великобритании. Поэтому неудивительно, что мы хоть и превысили пиковые показатели СССР по пассажирообороту, но так и не достигли советского уровня пассажиропотока (в 1991 году он превышал 92 млн человек). Иными словами, те наши граждане, которые могут позволить себе летать на самолетах, выбирают рейсы в дальнее зарубежье и неохотно летают по своей стране. Но это еще не все. В структуре перевозок российских авиакомпаний за рубеж самую большую долю — 38% — занимают рейсы на всевозможные курорты в Южной Европе и Турции. Это говорит только об одном: частный спрос на международные авиаперевозки у нас очень сильно преобладает над корпоративным. То есть за рубеж мы летаем главным образом не по делам, а на отдых. Практически все новые регулярные направления из российских аэропортов в Европу (Марсель, Неаполь, Салоники, Малага, Тенерифе и проч.) имеют ярко выраженный туристический акцент. Так, по данным специалистов АТО, в марте нынешнего года сразу четыре российские авиакомпании начали выполнять полеты в Верону — небольшой, но очень популярный у туристов итальянский городок. А на рейсы в крошечный Зальцбург авиакомпания «Трансаэро» поставила гигантский Boeing-747, вмещающий 522 пассажира. То, что наши крупнейшие авиакомпании делают ставку не на бизнесменов, а на туристов, подтверждают и их заказы на новые лайнеры. В этом году S7 и «ЮТэйр» одновременно ввели в строй на регулярных рейсах лайнеры Airbus A321, рассчитанные исключительно на экономкласс. Резко сократил количество мест в бизнес-классе на своих новых A320 и «Аэрофлот». Если раньше такие лайнеры у нашего национального авиаперевозчика были рассчитаны на 20 мест в бизнес-классе и 120 мест в экономическом, то теперь это соотношение изменилось на 8 к 150.

Но если еще год назад ставка на часто летающих туристов была оправданна, то теперь она может сыграть с нашими авиакомпаниями злую шутку. Не секрет, что главные факторы, спровоцировавшие необычно высокий уровень спроса на авиаперевозки, — это рост заработной платы и обменного курса рубля. В 2010–2013 годах, по данным Росстата, зарплата у нас росла в среднем на 13% в год. Всего же с конца 2009-го по середину 2013 года средняя зарплата выросла в России почти в полтора раза. А курс рубля к евро за это же время укрепился на 14%. «В итоге доступность отдыха за рубежом для российских потребителей увеличилась более чем на 70 процентов, что и обеспечило расширение платежеспособного сегмента потребителей, которые могут позволить себе часто летать на отдых», — говорят специалисты АТО. Но теперь ситуация резко изменилась. Уже в январе этого года доходы населения, по данным того же Росстата, у нас снизились на 1,5% по сравнению с прошлым январем. А курс рубля к евро с начала года упал почти на 10%. При таком раскладе падение объемов авиаперевозок просто неминуемо — это лишь вопрос времени.

Большинство опрошенных нами экспертов полагают, что спад спроса на рынке будет ощущаться уже нынешней осенью. Но вот его глубину предсказывать пока никто не берется. Тем не менее очень многие сходятся во мнении, что корреляция пассажиропотока с ВВП так или иначе должна восстановиться. Первыми почувствуют на себе надвигающийся спад чартерные авиакомпании. Из-за девальвации рубля прежде всего сократится спрос на дешевый массовый отдых в Турции, Греции, Болгарии, Черногории и Египте. А чуть позже та же участь постигнет и перелеты в страны вроде Таиланда, Индонезии, Испании. И некоторые наши авиакомпании, судя по всему, это отлично понимают. Во всяком случае, если раньше они осуществляли безудержную экспансию на все рынки подряд, то теперь начали активно проводить оптимизацию своих маршрутных сетей и сокращать издержки. Например, «Аэрофлот» в апреле отказался от рейсов по ряду маршрутов из Москвы, Санкт-Петербурга и Екатеринбурга. При этом наш национальный авиаперевозчик полностью прекратил выполнять грузовые рейсы на всех своих лайнерах MD-11, вывел из эксплуатации пассажирские Ил-96 и начал распродавать ненужное имущество за рубежом. В частности, на торги были выставлены гостиница для эстафетных экипажей в Японии, офисы и квартиры в Лиссабоне, Мадриде, Никосии, нежилые помещения в Касабланке. От лишних маршрутов отказалась и вторая по величине российская авиакомпания — «Трансаэро». По словам ее гендиректора Ольги Плешаковой , нынешняя стратегия «Трансаэро» не предусматривает экспансии за счет расширения маршрутной сети, так как этап интенсивного роста завершен. В итоге «Трансаэро» отозвала допуск на рейсы по некоторым маршрутам из Москвы, Санкт-Петербурга, Уфы и Новосибирска и при этом решила не выполнять грузовые рейсы в Вену, Осаку, Токио и Сарагосу.

Контейнерный клин

Окончательное формирование глобального альянса Р3 обеспечит Западу почти монопольный контроль над морскими торговыми коммуникациями и будет работать на сдерживание экономики Китая через снижение привлекательности его товарного экспорта

section class="box-today"

Сюжеты

Международный бизнес:

Подходят друг другу

Между двух огней

/section section class="tags"

Теги

Международный бизнес

Рост Китая

Транспорт и логистика

порты

Инвестиции

Долгосрочные прогнозы

Русский бизнес

/section

Евросоюз предпринял решительный шаг к консолидации национальных активов в области глобального морского транспорта, фактически обеспечив европейцам контроль над половиной мирового рынка морских грузоперевозок. Три крупнейшие в мире компании-судовладельца, совокупно владеющие почти 1500 судами-контейнеровозами, объединились, чтобы перекроить рынки, обслуживающие мировые цепочки поставок. Датская Maersk Lines заключила союз с двумя крупнейшими конкурентами — швейцарской Mediterranean Shipping Company и французской CMA CGM. Альянс под названием Р3 Network уже в мае запустил единый операционный центр совместного движения судов и сразу же поднял ставки фрахта на маршрутах из Китая в ЕС и США, показав истинную цель объединения — сдерживание экспортного потенциала КНР. Эксперты отмечают, что компаниям из Америки и Азии будет крайне трудно выдержать конкуренцию с возникшим гигантом, который владеет 42% всех крупнотоннажных контейнерных судов мира. Кроме того, теперь именно европейский капитал будет определять, какой должна быть мировая карта торговых путей: не попавшие в единую маршрутную сеть Р3 порты фактически будут выведены из глобального трафика и останутся логистическими узлами локального значения. Если Россия не договорится с владельцами европейского супероператора, то новым портовым проектам, таким как Усть-Луга, призванным вывести страну на уровень глобального торгового хаба Восток—Запад, придется пересматривать стратегию.

Мир на троих

История развития мирового торгового флота сложилась таким образом, что три ведущие позиции в рейтинге крупнейших операторов контейнеровозов занимают европейские компании: датская Maersk Line (около 500 судов, в том числе 213 суперкрупнотоннажных, 14,7% мирового рынка), швейцарская Mediterranean Shipping Company (486 судов, 13,3% рынка) и французская CMA CGM (410 судов, 8,5% рынка). Дело в том, что именно эти компании в конце XIX — начале XX века первыми вышли на международный рынок перевозки генеральных грузов, предложив миру глобальную маршрутную сеть, охватывающую три океана и 16 морей. До мая прошлого года эти три гиганта были конкурентами, контролировавшимися различными «бизнес-семьями» — датской Меллер, итальянской Апонте и французской Сааде. Хотя разговоры об огромном потенциале совместного бизнеса в случае консолидации усилий велись на различных уровнях уже давно, до конкретных шагов у «контейнерных кланов» дело не доходило. Периодически между ними даже возникали корпоративные споры, включая разбирательства в международных арбитражах. Однако в мае 2013 года, после смерти Меллера-старшего, знаменующей собой окончательную смену поколений контролирующих акционеров трех компаний, новые руководители — Винсент Клерк из Maersk Line, Диего Апонте из MSC и Родольф Сааде из CMA CGM (всем им около сорока) решили реализовать свои партнерские устремления. Они встретились в Ницце и договорились о стратегическом альянсе, который способен вывести их компании на новый глобальный уровень почти монопольного контроля над морскими транспортными коммуникациями в ключевом торговом сегменте — контейнерном. Решение о создании альянса фактически выводило бизнес трех семей на геополитический уровень.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

За год были созданы юридическая и финансовая конструкция альянса, а также вся необходимая управляющая инфраструктура, охватывающая все ключевые торговые пути планеты. Помимо того уникального для глобальных рынков обстоятельства, что одна компания де-факто стала контролировать почти половину мирового рынка контейнерных перевозок (фактически всех товаров с высокой добавленной стоимостью), она получила еще целый ряд немаловажных конкурентных преимуществ, борьба с которыми представляется бесперспективной.

Главная особенность деятельности альянса — координация судов с помощью сетевого центра (Network Centre), который будет располагаться в Лондоне, и крупнейшего в мире инновационного спутникового терминала контроля за коммуникациями, построенного в Сингапуре. Кроме того, участники P3 заявляют о переходе на большие контейнеровозы, в частности на суда класса Triple E вместимостью до 19 200 TEU (условная единица измерения, эквивалентная объему стандартного 20-футового контейнера). Уже в текущем году Maersk Line планирует поставить на маршруты между Азией и Европой девять судов Triple E-Class, а в 2015-м — еще семь. Подобная стратегия, как прогнозирует глава аналитической компании SeaIntel Maritime Analysis Ларс Йенсен , позволит альянсу добиться хороших результатов в наращивании флота, поскольку участники Р3 будут оперировать судами вместимостью как минимум на 2–3 тыс. TEU больше, чем у конкурентов. Когда новоявленный гигант получит все необходимые разрешения от антимонопольных органов стран-партнеров и завершит формирование единой системы логистики, он обретет способность диктовать условия поставок важнейших групп товаров между странами и континентами. По сути, речь идет о создании своего рода аналога «Газпрома» в России, только в роли газопроводной сети здесь выступают маршруты межконтинентальной торговли.

Таблица 1:

Крупнейшие контейнерные операторы мира по состоянию на декабрь 2013 года

Эксперты с момента обнародования европейским «контейнерным трио» планов слияния практически в один голос утверждали, что национальные правительства крупнейших государств, претендующих на роль центров экономического развития, прежде всего США и Китая, никогда не дадут добро на создание такого монопольного монстра. Однако в Штатах лишь разыграли спектакль по поводу «обеспокоенности за конкурентную среду и национальную безопасность», проведя несколько дискуссий на уровне экспертных конференций в Вашингтоне и Бостоне. В итоге 20 марта текущего года компании все же получили разрешение Федеральной морской комиссии США (FMC) на создание альянса P3 Network. Обосновывая свое решение, FMC заявила, что ознакомилась с мнением участников рынка по поводу влияния P3 на ситуацию в отрасли, и большинство поддерживает создание альянса. В отчете американского регулятора приведены заключения портов, железнодорожных операторов, экспресс-перевозчиков, больших логистических компаний, а также ряда крупных американских грузовладельцев. В числе аргументов в пользу альянса указывается улучшение качества услуг на океанских маршрутах, включая больший охват портов, рост стабильности на рынке, увеличение количества отправок и приемов судов, а также стабильный поток транзитных грузов. Чтобы успокоить общественность, FMC подчеркнула, что в кооперации на начальном этапе разрешено участвовать лишь 255 судам из почти полуторатысячной флотилии гиганта. Однако, если внимательно присмотреться к резолюции FMC, можно увидеть, что это весь крупнотоннажный контейнеровозный флот компаний — участников P3; остальные суда менее конкурентоспособны по издержкам и не играют ключевой роли в трансконтинентальном сегменте рынка. Кроме того, ясно, что это только начало и в скором времени (тайно или явно) к единой системе логистики подключатся и остальные транспортные мощности участников альянса.

Разрешение от Европейского союза немного запаздывает (скорее всего, из-за украинского кризиса, формирующего политическую доминанту), однако сомнений в положительном ответе антимонопольного ведомства ЕС быть не должно. Мнение Брюсселя по поводу альянса Р3 уже высказал в интервью журналу ShippingWatch советник Еврокомиссии по транспорту Сийм Каллас . Раскрывая истинные мотивы объединения, он заявил: «В глобальном контексте Р3 — очень хорошая идея… Р3 — это европейский ответ растущему влиянию Китая на мировой транспортный сектор». Редакция журнала в свою очередь с гордостью отмечает, что проект реструктуризации мировой логистики должен усилить позиции ЕС в системе мирового разделения труда.

Азия против

Восток реагировал на планы создания P3 с куда меньшим оптимизмом. Протест сразу же выразили некоторые объединения грузовладельцев, прежде всего те, чей бизнес завязан на Китай, в том числе Global Shippers Forum и Asian ShippersCouncil. Кроме того, против высказались крупные морские линии и мелкие экспедиторские посреднические компании. Они опасаются негативных последствий, поскольку крупные игроки, объединившись, вытеснят всех с рынка, где в итоге останутся два-три суперальянса. По оценке Fashion Accessories Shippers Association, если создание P3 будет одобрено, общее количество судов трех компаний достигнет 1400 единиц совокупной вместимостью 10 600 000 TEU, а Р3 станет контролировать более 50% морских грузоперевозок на маршрутах Азия—Европа и примерно 30% — на тихоокеанских маршрутах. Решение FMC вступило в силу 24 марта и применяется только к сделкам в США. Чтобы альянс заработал в полную силу, отдельные разрешения должны быть получены от остальных глобальных «товарных терминалов» планеты — ЕС и Китая.

Таблица 2:

Сравнительные показатели компаний альянса Р3 на мировом рынке морских контейнерных перевозок по состоянию на 1 июля 2013 года

Антимонопольные власти Южной Кореи уже заявили, что намерены защитить интересы мелких и средних судоходных компаний в преддверии намечающегося альянса трех контейнерных перевозчиков. Официальные представители Южнокорейской комиссии по справедливой торговле (FTC) заявили, что на сегодняшний день их цель — остановить образование Р3. «Мы направили письмо в адрес китайских антимонопольных властей с просьбой присоединиться к принимаемым нами в этом отношении мерам», — отметили в FTC. Южнокорейские и азиатские судоходные компании всерьез обеспокоены тем, что одобрение образования крупнейшего союза ударит по их прибыли. «Начиная с 2008 года, когда разразился экономический кризис, мелкие и средние судоходные компании начали страдать от более низких фрахтовых ставок и высоких расходов, — прокомментировал ситуацию официальный представитель Ассоциации корейских судовладельцев (KSA). — Такие корейские компании, как Hanjin Shipping, Hyundai Merchant Marine и STX Pan Ocean, обратились в FTC с просьбой принять меры по обеспечению справедливой конкуренции между крупными и мелкими судоходными компаниями».

Международная федерация транспортников (ITF) по инициативе своих азиатских членов призвала тройку судоходных гигантов к проведению ряда консультаций по возможному объединению. «В случае одобрения крупнейшего в своем роде соглашения без обсуждения всех возможных последствий слияния подобный альянс может представлять собой огромный риск для антиконкурентной практики в глобальном масштабе, — сказал президент ITF Пэдди Крамлин . — Как правило, подобные союзы достигают преимущества в экономии за счет масштаба, однако не демонстрируют реальной пользы для экономики. Решение о создании альянса должно быть взвешенным. Кроме того, должны быть обеспечены гарантии занятости трудящихся».

Общее замедление мировой экономики влечет за собой сокращение спроса на грузоперевозки. В этих условиях у более мелких конкурентов Р3 просто нет шансов противостоять гиганту, способному более системно оптимизировать расходы на перевозку грузов и таким образом снижать себестоимость. Согласно оценкам Drewry Maritime Equity Research, по итогам 2013 года общий тоннаж контейнеровозов вырос на 7,5%, тогда как спрос увеличился лишь на 4,5%. По данным Alphaliner, из-за сделанных до кризиса заказов дисбаланс предложения над спросом в размере 3% (от 500 тыс. до 1 млн TEU) сохраняется на протяжении последних пяти лет. Эксперты отмечают, что основными пострадавшими от создания глобального альянса станут его азиатские конкуренты: по данным морской аналитической службы Sea Intel Maritime Intelligence, зажатыми в тиски дисбаланса спроса и предложения окажутся такие компании, как CSCL и Hanjin. Они оказываются в ловушке: стремясь угнаться за долей рынка, наращивают мощности, что в условиях стагнации рынка приведет к падению фрахтовых ставок.

Олигополия наступает

Предстоящий передел рынка морских контейнерных перевозок отразится и на конкурентоспособности российских торговых портов. Если Р3 по каким-либо причинам не включит их в свою глобальную маршрутную сеть, планы российского правительства по созданию грузотерминального хаба международного значения по вектору Запад—Восток, который фигурирует в Транспортной стратегии РФ до 2030 года, осуществить будет крайне сложно. Например, в Балтийском бассейне польский порт Гданьск, в отличие от российской Усть-Луги, уже вписан в основные запланированные P3 маршруты и оборудован глубоководными причалами для приема гигантских контейнеровозов Мaersk и его партнеров.

Вызывает удивление и тот факт, что сразу после получения разрешения от американских ведомств и объявления о заключении финишного соглашения маркетинговые подразделения компаний нового альянса повысили ставки морского фрахта на ключевых маршрутах из портов Азии в Северную Европу и США. Изменения расценок вступили в силу 1 мая 2014 года. В официальном пресс-релизе компании Maersk Line для клиентов говорится, что ставки возрастут до 550 долларов США за TEU и до 1100 долларов за 40-футовый контейнер. Согласно данным Shanghai Containerized Freight Index, ставки транспортировки из Азии в Европу на прошлой неделе составляли в среднем 1156 долларов за 40-футовый контейнер, увеличившись всего за месяц на 17%.

У участников рынка, не состоящих в картеле, прежде всего из стран Азии и Ближнего Востока, появились сомнения в истинности заявленных мотивов создания глобального альянса Р3 — они усматривают в этом решении «большую политику». Председатель Ассоциации торгового флота КНР Янцзы Хойнай в интервью «Эксперту» высказался предельно конкретно: «Сейчас стало очевидно, что это тонкая игра в русле политики торгово-экономического сдерживания Китая. Общеизвестно, что китайская экономика крайне экспортно ориентированная, страна очень зависит от доступа к глобальным торговым путям, прежде всего трансконтинентальным. Получив рыночный контроль над морской системой транспортных коммуникаций, Запад пытается втихую ограничить трафик его экспортных каналов сбыта и таким образом снизить конкурентоспособность китайских товаров, попутно обеспечив постепенную реиндустриализацию в своих странах».

Отметим, что по итогам 2013 года Китай впервые обогнал США по объему внешней торговли, став мировым лидером в товарном экспорте. Судя по прогнозам МВФ, потребуется всего четыре года для того, чтобы китайский ВВП вплотную приблизился к американскому по паритету покупательной способности и по доле в мировом валовом продукте. Как следует из статистических сводок Главного таможенного управления КНР, по итогам 2013 года объем внешней торговли страны достиг почти 4,2 трлн долларов, что на 7,6% больше, чем в 2012-м. Китайский экспорт по итогам прошлого года вырос почти на 8% по сравнению с 2012-м, составив около 2,2 трлн долларов; импорт за указанный период вырос на 7,3% — до 1,95 трлн долларов. Доля внешней торговли в ВВП страны достигла рекордных 56,7%, что значительно выше аналогичных показателей США, Японии и стран ЕС. При этом львиную долю (почти две трети) в китайском экспортном трафике занимает именно морской контейнерный транспорт.

Тобой не устрашен испанец

section class="box-today"

Сюжеты

Вокруг идеологии:

Народная истина Донецкой области

Не хватает идейности

Модель эволюции

/section section class="tags"

Теги

Вокруг идеологии

История

Общество

/section

Навязав свою волю австрийскому императору и прусскому королю и принудив их к полной покорности, подписав с русским императором позорный для России Тильзитский мир, император Наполеон, казалось, мог почивать на лаврах. Вся континентальная Европа лежала у его ног, и сподвижники императора желали спокойно наслаждаться немалыми плодами побед. Но они были обмануты в своих стремлениях к тихой неге.

Уже в октябре 1807 г. началась испанская кампания. Сперва французские части, пройдя транзитом через испанскую территорию, заняли Португалию, а в 1808 г. пришел черед и самой Испании. Причем вопрос об испанской короне был решен посредством европейской, она же северная, хитрости. Воспользовавшись дрязгами между испанским королем Карлом IV и наследником престола, затем провозгласившим себя при живом родителе новым королем Фердинандом VII, Бонапарт решил произвести честное посредничество между тяжущимися сторонами — примерно как в феврале 2014 г. в Киеве европейские державы столь же честно выступили в качестве гарантов договоренности между В. Ф. Януковичем и Майданом. Благо по своим психофизическим, а равно и политическим качествам Янукович сильно походил на Его Католическое Величество.

figure class="banner-right"

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Для удобства посредничества испанские Бурбоны были приглашены во Францию. «Наполеон, прибывший в Байонну одновременно с испанской королевской семьей, после бурной сцены в его присутствии, когда Карл IV замахнулся палкой на Фердинанда, вдруг объявил свою волю: он потребовал, чтобы как Карл IV, так и Фердинанд отказались от испанского престола и формально предоставили ему, Наполеону, право распорядиться Испанией по своему произволу. Наполеон объявил им, что, радея об их личном благоденствии и спокойствии, он их уже не отпустит назад в Испанию, а отошлет короля и королеву в Фонтенбло, а Фердинанда и других принцев — в Валансэ, в замок князя Талейрана. Это и было тотчас исполнено. А спустя несколько дней, 10 мая 1808 г., Наполеон приказал своему брату Жозефу, королю неаполитанскому, переехать в Мадрид и быть отныне королем испанским».

Все прошло не просто гладко — одуряюще гладко. Испанию оккупировали французские войска, король Жозеф-Иосиф въехал в Мадрид, Бурбонов постигла судьба Януковича. «И вдруг совершенно неожиданно не только для Наполеона, но для всей Европы, безмолвно и боязливо следившей за новыми насилиями завоевателя, в Испании вспыхнул пожар лютой, непримиримой крестьянской партизанской борьбы против французских завоевателей». Борьбы, прошедшей через разные стадии, знавшей и поражения, и победы над французами. Герилья началась без всякой внешней помощи, затем англичане стали снабжать восставших современным оружием, на юге Испании была образована Донецкая народная республика, и закончилось яростное сопротивление только с окончательным уходом французов с Пиренейского полуострова.

«Его императорское величество быстро приведет к разуму дикую испанскую чернь», — почтительно писали в европейских газетах. «Кажется, разбойник наконец сам наткнулся на нож», — шептали меж собой потихоньку многие читатели этих газет. В более вольнодумной и более удаленной от Парижа России даже ставили патриотические пасторали с пением куплетов «Разбойник злой, о корсиканец, // Тобой не устрашен испанец!».

Великий император был крайне раздражен: впервые его воля столь беспардонно попиралась (Б. Обама с В. Нуланд тоже сегодня рвут и мечут) — и называл герильерос разными негодными словами. «Оборванцы», «нищие канальи» etc. Несомненно, назвал бы также «ватниками», «быдлом» и «биомассой», но французский язык о ту пору был недостаточно развит. Бесспорно, герильерос были людьми непросвещенными и довольно жестокими — как жестока вообще всякая партизанская война. Но одним канальством вряд ли можно объяснить отчаянность герильи, готовность противостоять лучшей армии мира.

Известную роль сыграла исконная неприязнь испанских ватников к «афранчесадос»: «офранцуженные» были любимы в народе примерно как стиляги и креаклы, но самое убедительное объяснение в том, что евроинтеграция 1808 г. означала для и без того небогатой Испании крах целых областей экономики. «Для скотоводов, для шерстобитов, для суконщиков, для всех вообще промышленников Испании, для всего крестьянства, так или иначе, прямо или косвенно связанного с добычей шерсти и производством сукон, для всего землевладельческого дворянства, связанного с Англией и с колониальным, плантаторским хозяйством, подчинение Наполеону означало почти полное разорение. Все эти экономические интересы разных классов страны, грубейшим образом нарушенные вторжением Наполеона, были той экономической почвой, на которой возник пожар национально-освободительного движения против всемогущего завоевателя».

С другой стороны, именно желанием гарантировать евроинтеграцию были продиктованы меры Бонапарта по замене старых династий на смотрящих от Парижа. Испанские Бурбоны и португальские Браганца пресмыкались перед императором (примерно как донецкие Януковичи перед ЕС и США) до полной утраты человеческого достоинства, но пойти на уничтожение хозяйства своих стран они не были в полной мере готовы, и ясно было, что исподтишка они будут всемерно саботировать евроинтеграцию. Здесь нужен был прямой императорский наместник, а не какой-нибудь двуличный Янукович.

Отсюда и эффект, вполне наблюдаемый и ныне в Славянске и Краматорске: «Перед ним стоял озлобленный астурийский крестьянин, вооруженный ножом, сьерраморенский пастух в лохмотьях, со ржавым ружьем, каталонский ремесленник-рабочий, с железным жгутом и длинным кинжалом». Евроинтеграция и подчинение прямой воле властелина мира во что бы то ни стало приводит к срыву резьбы и появлению сепаратизма, народных мэров и всего такого прочего.

Если Бонапарт, гениальность которого признана всеми, совершил в Испании роковую ошибку, то странно ожидать безошибочной политики на Украине от нынешних властелинов мира, чьи качества далеки не то что от гениальности, но и от самых снисходительных понятий о норме.

Content

Эксперт Эксперт Журнал Эксперт № 20 (2014)

Размышления о будущем трибунале

Выход из украинского Зазеркалья

О мате по поводу промышленной политики

Куда поплывет рыба

Слияние с Тавридой

Поддержка курортного сезона

Рекорды маслом

Как сделать российский станок

Есть что заместить

Отличники и неудачники

Пауза затянулась

Межмуниципальное сотрудничество: уроки французской модели

Четвертая пандемическая

Насколько эффективно биологическое оружие

В поисках утраченного военного времени

Hi-End

Крылатый пузырь

Контейнерный клин

Тобой не устрашен испанец