Олег Юрьевич Козинкин

Мировой заговор против России

Вместо предисловия

(о «теории мирового заговора» против России, и нужно ли России мировое господство)

Хороший вопрос и убойный аргумент выдают в спорах антисталинисты и просто разоблачители сталинизма против неосталинистов: «У вас нет главного — МОТИВА Запада в его якобы войне против России, и особенно в 20 веке». Не мог Запад строить козни против России в 20 веке! Нет у Запада мотива для того, чтобы пакостить России.

Честно говоря, несколько лет назад сам с трудом осваивал некоторые книги сталинистов и тех, кто пытался защищать Сталина (хотя ни в чьей защите он не нуждается).

Имея в голове заложенную антисталинской пропагандой во времена Горбачева-Яковлева некую схему о Сталине, о его страшных репрессиях, трудно было сразу понять, что все эти байки о сталинизме не более чем результат зомбирования. В умных журналах «перестройки» я пытался читать тогдашнюю антисоветчину, в том числе «Архипелаг ГУЛАГ» (правда, надолго не хватило терпения на эту откровенную некрофилию) и книжку с рассказами Шаламова. Тогда и в моей голове не укладывалось, что кто-то мог желать зла моей стране.

Впрочем, даже служа в армии, я всегда отличался упрямством и желанием отстоять свое мнение перед авторитетом старшего начальника-командира (за что имел частенько проблемы в виде выговоров и лишений премий) по вопросам службы. И возможно, поэтому весь разгул помоев на сталинские преступления у меня вызывал больше отторжение, чем слепую веру.

Хотя в это же время и с дедом-фронтовиком спорил, защищая Солженицына. Я искренне верил, что тот, служа в артиллерийской разведке и находясь постоянно на нейтралке, корректируя огонь нашей артиллерии, не мог (офицер!) врать про пережитое им лично в «ГУЛАГе». Я только спустя годы узнал, что на «нейтралку» он не особенно и ползал, а точнее, совсем там не был, а как в ГУЛАГ попал — отдельная история, у нормального человека ничего, кроме презрения к низости человеческой, вызвать не может. Кроме этого, я доставал родную бабушку каверзными вопросами — почему побежденные ею фашисты посещают Москву как туристы, а она не может себе этого позволить? И почему они все, побежденные, через пару лет после войны на «Мерседесах» ездили, а деды и бабки в землянках ютились?

Бог миловал, Резуна и ему подобных разоблачителей сталинизма до последнего времени не читал, т. к., служа в армии, когда страну захлестнул вал подобных разоблачений, в наряды и караул брал только детективы и фантастику, чтобы не уснуть. Но, прочитав в последние годы пару десятков книг «сталинистов» и тех же историков-разоблачителей, кое-что стал понимать (как мне кажется) в истории сталинских репрессий и 37-го года и пытался сам выдавать свои догадки в Интернет в виде текстов на сайты сталинистов. После чего на свет появилось несколько книг в основном по проблеме трагедии 22 июня.

Эти книги — «Кто проспал начало войны?», «Адвокаты Гитлера», «Сталин. Кто проспал начало войны?», «Почему не расстреляли Жукова? В защиту маршала Победы», «Два плана маршала Жукова» и большая книга по ответам генералов на вопросы Покровского о событиях, связанных с началом войны, были попыткой показать ситуацию предвоенных дней.

Я хотел показать, что делалось в западных округах в предвоенные дни: приводились ли войска в боевую готовность, какие планы войны были в НКО и Генштабе и как это повлияло на начало войны и трагедию 22 июня. Также я излагал, как отдельные генералы выполняли предвоенные приказы и директивы, как срывали вывод войск по планам прикрытия перед 22 июня подобные факты разоружения целых дивизий к 21 июня.

Из Москвы от начальника Генштаба Г.К. Жукова вечером 21 июня шли предупреждения о возможном нападении в ночь на 22 июня, но после этого некоторые генералы, командующие округами и армиями шли в театры отдыхать. Жуков в полночь давал команду командующим округами «быстрее передавать директиву о приведении в боевую готовность в войска», а они игнорировали эти указания. Получив и расшифровав «Директиву № 1» от 22.00 21 июня для войск ПВО и ВВС по приведению их в полную боевую готовность к 1.30, одни командующие округами игнорировали ее, и их войска будили в момент нападения немецкие снаряды и бомбы. А потом эти же командующие округами продолжали запрещать приводить свои войска в боевую готовность и не разрешали своим подчиненным применять оружие чуть не до обеда 22 июня. Некоторые оставшиеся за командующих начальники штабов округов, получив «Директиву № 1» к 1 часу ночи, также не поднимали войска по тревоге, хотя обязаны были это делать в отсутствие старшего начальника за него.

Хотя другие начштаба в том же ОдВО это делать. Другие командующие около 1.30 ночи 22 июня обзванивали своих командармов, но они не поднимали свои армии. Например, три дивизии в Бресте. До момента нападения Германии там дали команду за неделю изъять патроны в казармах Бреста и сдать их на склады.

А командующие ВВС приграничных округов, получив с 19 июня прямые приказы о приведении в повышенную боевую готовность своих авиадивизий, умудрялись своей властью отменить готовность «№ 2» 21 июня, распуская летчиков по домам (хотя от начальника генштаба Жукова пришло предупреждение о возможном нападении в эту ночь), разоружая наиболее боеспособные истребительные полки вечером 21 июня.

Все эти страшные факты измены и саботажа минимум приводились и разбирались в перечисленных книгах, однако, похоже, пришло время попытаться разобраться с мотивацией странного поведения отдельных генералов и прочей антисталинской оппозиции…

Если не заниматься ерундой и обойтись без теорий заговоров, чтобы понять, почему произошла трагедия 22 июня, надо разбираться, что происходило в те годы 20 века в самой России и вокруг нее.

Тут можно сделать один интересный вывод: нам просто повезло жить в важнейшее историческое время, когда одна экономическая и политическая модель мировой цивилизации меняется на другую. Происходит это не сегодня, а более чем 100 последних лет. Но, в отличие от предыдущих смен эпох, у нас есть возможность ее наблюдать и изучать. Идет смена переродившегося в капитализм рабовладельческого строя (можете называть современную модель неоколониализмом, но по сути это рабовладельческий строй) в следующую, более развитую экономическую и политическую модель. Можно назвать ее так, как называли при Советской власти — коммунизм, а можно — справедливое общество, в котором нет господ и холуев. Эта смена эпох развития человеческого общества началась в начале прошлого века, даже при том что коммунизм вроде как побежден капитализмом, она не закончилась — все еще только начинается.

При смене эпох всегда и во все времена человеческого существования идет борьба старого и нового. И бойня может быть жуткой. Пример — революции и войны в России в течение 20 века. Привнесенные извне, да наложенные на российские условия, подготовленные безмозглым правлением предыдущих правителей из эпохи средневекового феодализма, новые революционные идеи переродились в совершенно оригинальные формы.

Задуманные как средство уничтожения («Можно, конечно, построить «социализм» в отдельной стране — надо только выбрать страну, которую не жалко» — Бисмарк), эти идеи создали первое в мире общество, в котором ни один человек не мог эксплуатировать другого человека, а представитель любого слоя общества имел возможность достичь таких высот в обществе (сын крестьянина — стать маршалом), которых в западном мире до сих пор не могут осуществить даже при всей их пропаганде — «каждый может стать миллионером или президентом».

Россия — это ведь не страна как таковая. Это и есть отдельная мировая цивилизация, отличная от западной испокон веков (надеюсь, дурацкого пафоса не нашли в моих словах). Россия сама может и порождать идеи, и перерабатывать чужие до неузнаваемости.

Мы действительно живем по другим правилам. Всегда. Это сложилось исторически. И мы способны быть (всегда) патологической угрозой для Запада. По крайней мере, они нас так воспринимают изначально. Мы им Чуждые. Как сказал один деятель на Западе, вы, русские, тем и раздражаете Запад, что вы — БЕЛЫЕ. Были бы или неграми, или китайцами, или в крапинку… Но вы похожи вроде бы на западных «:белых людей», но, если подойдешь поближе, — ДРУГИЕ. А все, что страшно и непонятно, пещерный человек всегда уничтожал. Сначала стреляй, потом спрашивай фамилию и «как пройти в библиотеку».

А самое страшное для них, что нас много — почти под 200 млн человек — русских, малороссов и белорусов. Мы — самая большая белая нация на планете. А если еще вечно мечущиеся между Русью и Западом братья-славяне подтянутся, то. В общем, Западу становится страшно. Но вся проблема их страха перед Россией, что они судят по себе о нас.

Ведь нам до одного места «мировое господство». Территория русских и прочих братских нам по духу народов, которые они вместе с нами занимают тысячи лет, настолько большая и богатая, что способна прокормить еще столько же народа. И думать о расширении территорий, тем более за счет других народов, нам просто нет смысла.

При этом русский человек в массе своей всегда был чужд наживы как таковой. Он всегда умудрялся довольствоваться элементарным и необходимым. При этом и в нищету особо не впадал, но и утробу тупо не набивал. Конечно, были и есть людишки с отклонениями, но в основной массе народ, проживающий на Руси, всегда был умерен в своих аппетитах. Но на Руси никогда не было ни колоний, ни рабов. Хотя с насаждением Византийского христианства, которое переродилось, в отличное от западного, «ортодоксальное» учение (как на Западе нас называют), смесь старой веры с новой, на Русь после гибели Рюриковичей с появлением Романовых появилось крепостное право, заимствованное на Западе.

А на Западе не могут жить без того, чтоб не думать о деньгах каждый божий день. При этом элита западная, привыкшая жить в роскоши, никогда не будет жить, как все. Но делать в своих странах евроремонт они могут только с помощью «нигеров». И жить сытой жизнью они могут, только если вместо них кто-то другой будет голодать. Но никогда западный человек не станет жить по средствам, особенно если он принадлежит к элите.

Отношение Запада даже к своим гражданам, а не к рабам в колониях, хорошо видно по одному историческому факту. При русском царе Иване Грозном за достаточно долгие годы (около 30 лет) его правления было казнено по приговорам около 4 тысяч человек. И это достаточно немного для позднего Средневековья. Особенно если сравнивать с просвещенной Францией или парламентской Англией тех лет, где счет шел на десятки(!) тысяч людей чуть не за неделю. Но при этом о страшном Иване долдонят до сих пор, а заваленная трупами Европа вроде как в порядке вещей. А вся хитрость в том, что Иван частенько казнил дворянство (что вызывает праведный гнев на Западе), а там жертвами резни тех лет чаще всего были простые граждане — крестьяне и горожане, которых за людей не считали никогда.

Можно перейти от Средневековья к 19 и 20 веку. Сколько собственных (и, тем более, чужих) солдат уничтожали Англия и Франция на полях Первой мировой, бессмысленной, с точки зрения русского человека, бойни? Сколько раз готова западная цивилизация, особенно те же англосаксы, подставить мирных людей под убой для того, чтобы развязать очередную войну за передел мира?

Можно назвать самые известные факты: Перл Харбор, Хиросима, Вьетнам, Башни-Близнецы, Афганистан и Ирак, из которых удобно гадить всем в округе с помощью наркотиков или контролировать нефтяные месторождения — пример сегодняшних дней. Наркотики практически отсутствовали до появления НАТО и США в Афганистане. Теперь они самолетами освободителей транспортируются на оккупированные территории. А сколько там гибнет местных мирных жителей и собственных солдат, им, тем более, не важно. В конце концов, можно послать идиотов из новых демократий типа Прибалтики или Грузии, рвущихся в НАТО, повоевать за Запад. А что говорить о развязанной Западом бойне в арабских странах, вгоняющей их в дикое религиозное средневековье…

Этот порядок вещей будет существовать еще долго. Ведь и сегодняшняя западная цивилизация существует только за счет все тех же колоний. Можете это назвать неоколониализмом, но по сути это рабовладельческий строй. Они по-другому не умеют.

Не прокормит планета человечество так, чтобы все ездили на новеньких машинах. На всех не хватит ни ресурсов, ни еды. В то же время общее количество людей в мире продолжает расти. Не прокормит, если будет существовать именно западная цивилизация с ее ценностями. Ведь сытно кушать должна только «белая раса», желательно англосакская. Ведь больших расистов, чем они, не существует. Гитлеровские нацисты — всего лишь жалкое и тупое подобие англичан и их учеников американцев, которые вместе вырезали гораздо больше народов и племен с их «общечеловеческими ценностями» за последние 200 лет.

А Сталин создал впервые на планете в истории человечества общество по-настоящему равных возможностей. И он использовал западные инструкции от К. Маркса и прочих коммунистов (коими те устраивали «оранжевые революции» в неугодных странах в последние сто лет), пришедшие в Россию с Запада для уничтожения империи Романовых.

Сталин смог, применяя идеи коммунизма, построить в России, собранной им снова в единую и неделимую, общество равных людей. И эта страна такие экономические показатели стала выдавать, что Западу могло быть очень грустно. Поэтому они еще при его жизни и начали критиковать и войны нам навязывать. Одних блокад и железных занавесов сколько было. Но «теория заговоров» тут совершенно ни при чем. На Западе то же самое делают и внутри страны, если надо победить конкурента. А Сталин создал целую страну — политического и экономического конкурента западной цивилизации. Вот и пытаются завалить Россию. Ничего личного, только бизнес.

«Ми-6», «ЦРУ» и т. п. — всего лишь инструменты для достижения экономических целей в конкурентной борьбе. На планете на всех еды никогда не хватит, тем более сегодня. Кто-то должен и поголодать, чтоб сытно жил «золотой миллиард» (как он понимает это для себя и своей утробы). А по-другому никак. И России в этом «миллиарде» место никак не предусмотрено. Там будут другие «белые люди», те же англосаксы. Ведь на их языках славяне — это рабы.

Нас, славян, во главе которых стоят русы — около 300 млн человек. Германцев тоже много (около 100 миллионов наберется). А англосаксов, которые представляют третью мировую цивилизацию, тоже пока достаточно много, и им хочется быть больше всех в шоколаде. Но для этого им надо ограбить третьи страны. И Россия для них именно «третья страна». Китай — пока еще не цивилизация. великие цивилизации всегда вели войны. А он этим не славен.

Короче, читайте книги разные, может, вопросов станет еще больше… А пока поговорим о нашей «пятой колонне» при Сталине. О тех, кто и как боролся с новой страной и эпохой. О том, кто из оппозиции к режиму скатывался к «оппозиции к стране», как замечательно и образно говаривал А.С. Пушкин, а эти его слова повторял и нынешний правитель Руси.

«Разгул доносительства»

(о «великом физике» Ландау и прочих Туполевых, Королевых и «Катюшах»)

Среди распространенных мифов о тиране-Сталине есть миф о том, как Сталин ни за что сажал талантливых ученых. В пятитомнике А.Б. Мартиросяна «200 мифов о Сталине» рассматриваются подобные случаи. Там затронута интересная особенность сталинской эпохи — доносительство в среде самих ученых. Приводятся слова сотрудника личной охраны Сталина А. Рыбина: «Осмысливая в разведывательном отделе следственные дела на репрессированных в тридцатые годы, мы пришли к печальному выводу, что в создании этих злосчастных дел участвовали миллионы людей. Психоз буквально охватил всех. Почти каждый усердствовал в поисках врагов народа. Доносами о вражеских происках или пособниках различных разведок люди сами топили друг друга».

Ю.И. Мухин в статье в газете «Дуэль», № 50 за 2006-й год привел протокол допроса «великого физика» Ландау Л. Д., о котором регулярно показывают передачи на телевидении. Он запустил крылатую фразу: «Хорошее дело браком не назовут!», жена его называла «мой Дау». Юморной был товарищ. И в этом протоколе вполне видно, чем занимался физик перед арестом. В статье приведена листовка, за которую и был арестован Ландау, написанную 23 апреля 1938 года (выделено мною — КО.):

«Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Товарищи! Великое дело Октябрьской революции подло предано. Страна затоплена потоками крови и грязи. Миллионы невинных людей брошены в тюрьмы, и никто не может знать, когда придет его очередь. Хозяйство разваливается. Надвигается голод. Разве вы не видите, товарищи, что сталинская клика совершила фашистский переворот.

Социализм остался только на страницах окончательно изолгавшихся газет. В своей бешеной ненависти к настоящему социализму Сталин сравнился с Гитлером и Муссолини. Разрушая ради сохранения своей власти страну, Сталин превращает ее в легкую добычу озверелого немецкого фашизма. Единственный выход для рабочего класса и всех трудящихся нашей страны — это решительная борьба против сталинского и гитлеровского фашизма, борьба за социализм.

Товарищи, организуйтесь! Не бойтесь палачей из НКВД. Они способны избивать только беззащитных заключенных, ловить ни о чем не подозревающих невинных людей, разворовывать народное имущество и выдумывать нелепые судебные процессы о несуществующих заговорах.

Товарищи, вступайте в Антифашистскую Рабочую Партию. Налаживайте связь с ее Московским Комитетом.

Организуйте на предприятиях группы АРП. Налаживайте подпольную технику. Агитацией и пропагандой подготавливайте массовое движение за социализм. Сталинский фашизм держится только на нашей неорганизованности. Пролетариат нашей страны, сбросивший власть царя и капиталистов, сумеет сбросить фашистского диктатора и его клику.

Да здравствует 1 Мая — день борьбы за социализм! Московский комитет Антифашистской Рабочей Партии».

На основании данной «революционной листовки» молодого карбонария, «борца с кровавым режимом», Ландау арестовали, в результате чего появился на свет протокол его допроса. Судя по листовке, в СССР уже существует некая «Антифашистская Рабочая Партия», у которой есть и «Московский комитет», т. е. руководство. И данная партия открыто призывает к свержению существующей «фашистской диктатуры» Сталина. Налицо призыв к экстремистской деятельности и насильственному свержению власти в стране, что в любой стране вызывает, как минимум, интерес у прокуратуры и т. п. органов власти к таким «партиям» и людям, которые распространяет листовки подобного рода.

Ландау, который занимался и изготовлением, и распространением таких листовок, участвовал не в невинных играх интеллигенции — поголосить на площади с плакатом в защиту «демократии и свобод», а участвовал именно в антигосударственных и террористических деяниях (сегодня власть, слава Богу, не побоялась и «борцов за природу» назвать пиратами, нарушающими государственные границы).

Но обратите внимание — никогда в рассказах про «невинно» арестованного великого физика не говорят про эту листовку и причинах его ареста. Рассказывается в многочисленных передачах и документальных фильмах коротко — арестован, и все. Получается, тиран в параноидальном угаре надумал в это время вырезать наших замечательных советских ученых.

Однако при аресте следователь составил протокол допроса Ландау, в котором можно увидеть, в чем он обвинялся и за что арестован.

Изучая данный протокол допроса, замените «вредительскую, антисоветскую деятельность» на «антигосударственную», а потом сами решите, чем занимался великий физик. И может быть, станет понятно, за что арестован «невинный физик» и почему Сталин впоследствии разработку и изготовление атомной бомбы (по американским чертежам) поручил не таким «теоретикам», а Курчатову. А заодно станет понятно, почему именно при Сталине процветало доносительство в среде научной и творческой интеллигенции. И почему при других правителях СССР такого разгула доносительства не было. И почему с уходом из науки и жизни сталинских выдвиженцев начала хиреть и сама советская (российская) наука к концу 80-х.

А вся проблема была в том, что от ученых, помимо прочего, требовалась практическая отдача для экономики и промышленности. При этом никто не покушался на чистую науку. Творите, дорогие ученые, дерзайте. Но гадить-то зачем? Но если есть возможность, вести себя, как скотина, то человек и ведет себя так. Ведь как здорово — ничего не делать и деньги получать. Да, в общем, многие об этом мечтают. А тут какой-то семинарист-недоучка хочет заставить великих теоретиков работать. Да еще и статьи УК за умышленное разбазаривание госсредств (воровство) в результате такой иллюзии бурной деятельности применял по полной программе. А когда они начинают призывать к государственному перевороту, то тиран (такой негодяй) еще и арестовывает, отлучая их от изучения «звездного лучеиспускания»…

Одни «иллюзионисты» писали на коллег, чтоб самим удержаться у кормушки. А другие, действительно, просто гадили. Кто-то в интересах иностранных спецслужб, и не бесплатно. Разве мало сегодня желающих подзаработать, продав хоть что-то кому-нибудь, хоть китайцам? А были и идейные, обиженные новой властью.

В итоге 90 процентов подобных «ученых — просто бездельники, протирающие штаны на кафедрах, защитившие кучу никому не нужных диссертаций. Ведь не НКВД заставляло писать доносы именно на Королева его бывших начальников — «опричники» из НКВД просто не разбирались в том, чем занимались ученые. Но раз власть требует практической отдачи и спрашивает строго с бездельников, то наша интеллигенция всегда готова ткнуть пальцем в самого большого бездельника и вредителя в своей среде, чтобы самой остаться у кормушки. А при случае можно покричать о фашистской диктатуре в СССР-России, если прижмут самих бездельников и доносчиков с ворами.

И если в истории Королева видно, что на него писали донос именно потому, что он на тот момент был ведущим ракетчиком СССР, такого надо было убрать для нанесения ущерба стране Советов, то в истории с Ландау видно, что именно такие люди уничтожали Королевых вокруг себя. И делали это не из-за должностей и привилегий, а специально.

Посмотрите, с какой легкостью великий Ландау признается даже в том, о чем его и не спрашивают. Он рассказывает об эпизодах дела в терминах, до которых вряд ли бы додумался его следователь, сержант госбезопасности (а то ведь скажут, что Ландау долго пытали, зажимая гениталии дверным косяком, а потом он, обессиленный, писал под диктовку палачей-изуверов).

После смерти Сталина, когда Хрущеву понадобилось, оплевывая тирана, самому как-то утвердиться, стали вчерашние «жертвы сталинских невинных репрессий» «борцами с кровавым режимом». И пропуском в среду артистов и писателей при Хрущеве стало клеймо «дитя врага народа». Поглядите на биографии многих артистов-сценаристов старшего поколения, — обязательно кто-то из их родственников сидел при «тиране всех времени и народов». Но, слава богу, не все из них этим хвастают — многие умно отмалчиваются и сегодня, не выпячиваясь своими родственниками, сидевшими чаще всего за банальные экономические преступления…

Итак, Ландау был арестован, как и положено, для разбирательства за антигосударственную деятельность, что практикуется во всех странах мира. После чего его учитель (отказавшийся во время войны даже пытаться заниматься созданием атомной бомбы для защиты страны), физик П.Л. Капица написал письмо тирану.

П.Л. Капица — И.В. Сталину 28 апреля 1938 г.:

«Товарищ Сталин, сегодня утром арестовали научного сотрудника Института Л. Д. Ландау. Несмотря на свои 29 лет, он вместе с Фоком — самые крупные физики-теоретики у нас в Союзе. Его работы по магнетизму и по квантовой теории часто цитируются как в нашей, так и в заграничной научной литературе. Только в прошлом году он опубликовал одну замечательную работу, где первый указал на новый источник энергии звездного лучеиспускания .

…У нас в институте с ним было нелегко, хотя он поддавался уговорам и становился лучше . Я прощал ему его выходки ввиду его исключительной даровитости. Но при всех своих недостатках в характере, мне очень трудно поверить, что Ландау был способен на что-то нечестное. Ландау молод, ему представляется еще многое сделать в науке. Никто, как другой ученый, обо всем этом написать не может, поэтому я и пишу Вам. П. Капица».

По уверению Капицы, Ландау не враг страны СССР-России, а просто витающий в облаках интеллигент со вздорным характером. О чем нам все годы и рассказывали «разоблачители сталинизма» постоянно, доказывая, что никакой оппозиции «тирану» не было, заговоров с попыткой уничтожить «эту власть» в СССР не было, и власть выдумывала «нелепые судебные процессы о несуществующих заговорах», а Сталин сажал невинных в «параноидальных припадках».

После этого письма и прочих «униженных просьб» за Ландау тот был через год выпущен «параноиком и тираном» на свободу.

Но теперь посмотрим протокол допроса невинной жертвы. Разоблачители как раз не любят приводить такие протоколы: что их приводить, если они писались «под пытками». (сокращено и выделено мною — К.О.):

«Протокол допроса Ландау Льва Давидовича от 3 августа 1938 года.

ЛАНДАУ, Л.Д., 1908 г. рожд., уроженец г. Баку, сын инженера, служащий,

беспартийный, еврей, гр-н СССР; до ареста профессор физики, ст. научный сотрудник Ин-та физических проблем Академии Наук СССР.

Вопрос: Вы обвиняетесь в антисоветской деятельности. За что вас арестовали?

Ответ: Это какое-то недоразумение. Ни с какими контрреволюционными организациями я не связывался и антисоветской работы не вел.

Вопрос: Ландау, ваше запирательство бесполезно. Мы вас предупреждаем, что при дальнейших с вашей стороны попытках стать на путь ложных или не до конца искренних показаний мы вас изобличим очными ставками с вашими единомышленниками.

Ответ: Меня не в чем изобличать, антисоветской работы я не вел, и никаких единомышленников в этом смысле у меня не было.

Вопрос: Мы еще раз предлагаем вам дать правдивые показания относительно вашей антисоветской деятельности.

Ответ: Мне нечего показывать.

Вопрос: Предъявляем вам документ — текст антисоветской листовки за подписью «Московский комитет антифашистской рабочей партии». Вам знаком этот почерк? Чьей рукой написана листовка?

Ответ: Да, знаком. Это почерк физика М.А. Кореца, которого я хорошо знаю.

Вопрос: Корец показывает, что контрреволюционная листовка написана им, и утверждает, что вы являетесь одним из авторов этого антисоветского документа. Вы и теперь будете отрицать предъявленное вам обвинение?

Ответ: Я вижу бессмысленность дальнейшего отрицания своей причастности к составлению предъявленного мне контрреволюционного документа. Пытался я отрицать свою вину, будучи уверенным, что следствию этот документ неизвестен. Предъявленная мне антисоветская листовка, действительно, была составлена мною, и Корец М.А. - участник контрреволюционной организации, к которой принадлежал и я. Эту листовку мы намеревались размножить и распространить в дни первомайских торжеств в Москве среди демонстрантов.

Вопрос: К вопросу о подготовке контрреволюционной листовки мы вернемся впоследствии. Сейчас расскажите, когда впервые вы стали на путь борьбы против советской власти?

Ответ: Мне трудно прямо ответить на этот вопрос. Прошу разрешить мне рассказать подробно, как я постепенно, начав с антимарксистских позиций в области науки, дошел до контрреволюционной подпольной деятельности.

В 1929 году я закончил высшее образование и, как способный физик, был командирован Наркомпросом за границу для научного усовершенствования. За границей я работал, главным образом, у известного физика Бора (Дания) и у ряда физиков его школы в Берлине, Цюрихе,

Лейпциге и Кембридже…

… Должен сказать, что за границу я поехал уже с известной идеалистической настроенностью. В результате пребывания за границей и тесного сближения с школой Бора и лично с ним (моя командировка субсидировалась первые 6 месяцев Наркомпросом, а остальное время получал рокфеллеровскую стипендию, устроенную мне Бором) мои воззрения окончательно сформировались. Я вернулся в СССР убежденным сторонником буржуазных позиций «Копенгагенской школы» и открыто выступал против материалистической философии, против «допущения» марксизма в науку. Я заявлял, что наука сама по себе, без марксовой философии, которую мы считали псевдонаучной, разрешит свои проблемы.

Вопрос: Вы говорите: «Мы считали». Кто это «мы»?

Ответ: На почве антимарксистских взглядов я в 1931 году, работая в Ленинграде, тесно сошелся с группой антисоветски настроенных физиков-теоретиков. Это были: Гамов Г.А. (в 1934 году уехал в командировку в Данию и не вернулся в СССР), Иваненко Д.Д. (в 1935 г. осужден за антисоветскую деятельность), Бронштейн М.П., Френкель Я.Н. Известную роль тут сыграло и мое личное настроение недовольства и озлобленности, вызванное арестом моего отца Д.Л. Ландау. До революции отец служил инженером в одной из нефтяных компаний в Баку. В 1930 г., когда я находился за границей, отец был арестован и вскоре осужден за вредительство в нефтяной промышленности к 10 годам концлагеря. Это обстоятельство также толкало меня на сближение с антисоветской группой физиков.

Вопрос: Расскажите, в чем практически выражалась антисоветская деятельность этой группы?

Ответ: Это была группа единомышленников с общей антисоветской позицией сначала в области науки (отрицание марксизма). Но, борясь против марксистского метода в науке, считая марксистскую философию ненаучной, мы боролись и против мероприятий советской власти в этой области, считая гибельным для науки стремление советской власти подвести под науку марксистский фундамент. (Проще говоря, советская власть при Сталине требовала от людей, занимающихся «наукой», практической отдачи для народного хозяйства, а не бестолкового просиживания штанов в разных НИИ с умным видом. — К.0 .)

Всячески охаивая марксизм, защищая буржуазные концепции, мы эти взгляды пропагандировали как в своем окружении, так и в докладах и лекциях в вузах Ленинграда. Мы открыто объявляли материалистическую философию лженаукой и насаждали буржуазную науку в советских вузах, в научных институтах и в популярной литературе по физике. Наши выступления, естественно, наталкивались на отпор со стороны советской научной общественности и расценивались как антисоветские (так, в частности, было после одного публичного выступления Френкеля против марксизма). В связи с этим мы переносили нашу критику и недовольство на отношение советской власти к науке вообще и клеветнически утверждали, что советская власть не обеспечивает ученым соответствующих условий работы. В результате моего общения и совместной с Гамовым, Иваненко, Френкелем и Бронштейном по существу антисоветской деятельности я к середине 1932 г., когда переехал из Ленинграда в Харьков, был уже не только антимарксистом в вопросах науки, но и антисоветски настроенным человеком. В Харькове я работал в качестве руководителя теоретического отдела Украинского физико-технического института. Здесь мои антисоветские настроения активизировались, я стал искать в своем новом окружении единомышленников…

…Вскоре я близко сошелся с научными работниками института Розенкевич Л.В. и Корец М.А., которых я знал до Харькова. Впоследствии на почве общности антисоветских взглядов мы близко сошлись с руководящими работниками института Шубниковым Л.В. и Вайсбергом А.С. Антисоветская деятельность этой нашей группы первое время сводилась, как и в Ленинграде, к борьбе против марксистских принципов в науке, против диалектического материализма, к пропаганде в лекциях буржуазных идей и положений и воспитанию в этом духебудущих научных кадров (мозги пудрилистудентам — К.О.).

Новым моментом был вопрос о взаимоотношениях «чистой» и прикладной науки. Вопрос этот очень остро встал в 1934 г. в связи с определением планов и направления работ института — крупнейшего в стране научно-исследовательского учреждения в области физики. Мы выступали решительными противниками слияния, органической взаимосвязи теории и практики, чистой и прикладной физики, отстаивая полную независимость «чистой» науки. И в дальнейшем, когда наша группа перешла к активным контрреволюционным, вредительским действиям, эти действия прикрывались флагом борьбы за «чистую науку». Прикрываясь борьбой за «чистую науку», наша антисоветская группа всячески добивалась отрыва теории от практики, что не только тормозило развитие советской науки, но и влекло за собой, учитывая огромное прикладное значение физики, задержку развития производительных сил СССР.

Пропагандируя под флагом «чистой науки» буржуазные антисоветские взгляды среди студенческой молодежи, мы считали, что наша пропаганда вызовет непосредственное стремление учащейся молодежи к активной антисоветской деятельности.

Вопрос: Когда произошел этот переход группы к активным контрреволюционным действиям?

Ответ: В 1935 году. К этому времени в институте уже вполне сформировалась антисоветская группа физиков в составе меня — Ландау Л.Д., Розенкевича Льва Викторовича — сына личного дворянина, Кореца Моисея Абрамовича — дважды исключавшегося из рядов ВЛКСМ, Вайсберга Александра Семеновича — иностранного специалиста, Шубникова Льва Васильевича — профессора Украинского физико-технического института и Обреимова Ивана Васильевича (последний был вовлечен в группу ШУБНИКОВЫМ). Собираясь периодически друг у друга на квартире, а также в институте в моем кабинете, мы обсуждали с контрреволюционных позиций положение в стране, политику советской власти. Последовавшие вскоре после убийства С.М. Кирова аресты и расстрелы вызвали в нашей среде озлобление и стремления более активно бороться против советской власти. Обсуждая положение в стране, мы клеветнически утверждали, что ВКП(б) переродилась, что советская власть действует в интересах узкой правящей группы (мы называли «клики») и что нашей задачей — задачей высшей научной интеллигенции — является активное включение в борьбу за свержение советской системы и установление государства буржуазно-демократического типа. Эти выводы мы делали, в частности, из того, что Советская власть, как я доказывал на совещаниях группы, репрессирует невинных людей, не имеющих никакого отношения к убийству Кирова.

(Следователь попался молодец — он стал задавать вопросы не о болтовне на кухне, а о конкретной деятельности «ученых» — КО.)

Вопрос: Следствие интересует не злопыхательская клевета участников вашей группы, а их практическая подрывная деятельность.

Ответ: Я ничего не намерен скрыть от следствия. В борьбе против советской власти мы использовали все доступные нам возможности, начиная от антисоветской пропаганды в лекциях, докладах, научных трудах и кончая вредительским срывом важнейших научных работ, имеющих народнохозяйственное и оборонное значение.

Вопрос: Вот о конкретных фактах этой вашей преступной деятельности вам и придется рассказать.

Ответ: Вся наша вредительская деятельность была направлена на то, чтобы подорвать, свести на нет огромное практическое, прикладное значение теоретических работ, проводимых в институте. Прикрывалось это, как я уже говорил, борьбой за «чистую» науку. Наша линия дезорганизовывала, разваливала институт, являющийся крупнейшим центром экспериментальной физики, срывала его наиболее актуальные для промышленности и обороны работы. Участники нашей группы душили инициативу тех сотрудников института, которые пытались ставить на практические рельсы технические и оборонные работы. Научные сотрудники, отстаивавшие необходимость заниматься не только абстрактной теорией, но и практическими проблемами, всяческими путями выживались нами из института. В этих целях талантливых советских научных работников, разрабатывающих актуальные для хозяйства и обороны темы, мы травили, как якобы бездарных, неработоспособных работников, создавая им таким образом невозможную обстановку для работы.

Так мы поступили с научным работником института Рябининым, который успешно вел многообещающую работу по применению жидкого метана как горючего для авиационного двигателя. Я, Шубников, Вайсберг и Розенкевич организовали вокруг Рябинина склоку и довели его до такого отчаяния, что он избил меня. Воспользовавшись этим, мы добились его ухода — сначала из лаборатории, а затем и из института. Таким же образом из института был выжит инженер Стрельников, разработавший конструкцию рентгеновской трубки, мощность которой примерно в 10 раз превышала существующие в СССР. Эта трубка могла быть использована в промышленности для устранения дефектов в металлах и рентгеновского исследования структур. Стрельников был нами удален из института под предлогом несоответствия его узко-прикладных работ задачам института.

(Ведь Стрельников не занимался звездным лучеиспусканием — К.О.)

Подобными же путями мы добились ухода из института научных работников Желеховского, Помазанова и др. Противодействие, которое наша вредительная линия встречала со стороны партийной организации института, мы старались сломить, привлекая к себе рядовых сотрудников института, воздействуя на них своим научным авторитетом. Некоторых научных сотрудников — Руэмана Мартына Зигфридовича (иноспециалист), Лифшица, Померанчука и Ахиезера — нам удалось привлечь на свою сторону, не посвящая их в существование нашей антисоветской группы.

Вопрос: Говоря об антисоветской деятельности ваших соучастников, вы умалчиваете о вашей роли в этой вражеской деятельности.

Ответ: Я — физик-теоретик, и от экспериментальной работы по прикладным темам стоял дальше других участников организации.

Мое вредительство заключалось в том, что, являясь руководителем теоретического отдела института, я из этого отдела изгнал всякую возможность содействия актуальным техническим, а следовательно, и оборонным темам.

В своих работах по вопросам, могущим иметь техническое приложение, я всегда вытравлял ту основу, за которую можно было бы ухватиться для технической реализации. Так я поступил при разработке вопроса о свойствах ионного и электронного газа в плазме — проблема, практическое направление которой могло бы содействовать развитию техники ультракоротких волн, имеющих оборонное значение.

… Шубников, Вайсберг, Розенкевич, Корец имели прямое отношение к лабораториям института. Мне известно, что в результате их вредительской деятельности работа лаборатории атомного ядра была совершенно оторвана от разрешения каких-либо задач, имеющих практическое, прикладное значение. Возможности разрешения ряда технических проблем огромного значения не реализовывались: например, темы, связанные с высокими напряжениями, с измерительной аппаратурой. Лаборатория, расходуя миллионные средства, работала без какой-либо ориентации на технические и оборонного характера выводы.

Лаборатория низких температур, руководимая Шубниковым, имела все возможности для разработки очень важной для промышленности и обороны страны проблемы рационального использования газов коксовых печей (выделение гелия) путем применения глубокого охлаждения газовой смеси. Шубников, прикрываясь нашим излюбленным флагом борьбы за «чистую науку», не допускал работы лаборатории в этом направлении.

Лаборатория ионных преобразований была доведена участниками нашей группы до окончательного развала, а способные научные сотрудники Желеховский, Помазанов и др. уволены из института.

До такого же состояния была доведена и лаборатория фотоэффекта.

Это — то, что успела провести наша антисоветская группа в 1935-36 годах. Вскоре после этого я и Корец переехали в Москву.

Вопрос: Ваш переезд в Москву был вызван начавшимся разоблачением ваших вредительских действии в институте?

Ответ: Да. К концу 1935 года наша вредительская линия стала настолько очевидной для окружающих, что партийная организация и советская общественность института поставила более решительно вопрос о вражеской работе в институте. В этих условиях оставаться мне дальше в Харькове было небезопасно. Первый удар был нанесен нам арестом Кореца М. А. в ноябре 1935 г. Правда, в тот момент обстановка вокруг нас еще не была настолько обострена, а научный авторитет наш был достаточно высок. Так что мы даже смогли принять ряд мер к освобождению Кореца, точнее, к отмене приговора суда по его делу. Я в числе прочих был также допрошен следствием по делу Кореца. Скрыв, понятно, нашу антисоветскую деятельность, я дал следствию ложные показания о Кореце как о честном советском гражданине. Апеллируя этой же характеристикой «советского» ученого, мы организовали ходатайство перед соответствующими советскими органами (я послал письмо о Кореце Балицкому) и в результате добились отмены приговора суда (заключение в концлагерь) и освобождения из-под стражи Кореца. Однако положение нашей группы все более осложнялось. Начавшееся в 1936 г. решительное вскрытие контрреволюционного подполья («антигосударственной оппозиции») в стране грозило и нам провалом. Кореца уволили из института. Меня в конце 1936 г. уволили из университета за протаскивание буржуазных установок в лекциях.

По решению участников группы был организован протест против моего увольнения. Ряд научных сотрудников — Лифшиц, Ахиезер, Померанчук, Бриллиантов — подали коллективное заявление, в котором, угрожая уходом из института, потребовали моего восстановления на кафедре. Однако, несмотря на формальное мое восстановление, я и Корец политически были серьезно скомпрометированы. Это обстоятельство заставило нас принять решение, в интересах сохранения наших кадров, да и личного благополучия, мне и КОРЕЦУ немедленно уехать с Украины. Первым уехал я (в начале 1937 года). Устроившись на работу, я вызвал в Москву и обеспечил устройство на работу Кореца, а затем Лифшица и Померанчука (участников организованного протеста против моего увольнения в Харькове). Последних я устроил на кафедру физики Кожевенного института, которой руководил мой близкий знакомый профессор физики Румер Ю.Б.

Вопрос: А вы сами где стали работать в Москве?

Ответ: В институте физических проблем Академии наук. С директором этого института профессором Капицей я был знаком раньше. Я приехал к нему, рассказал о тяжелой обстановке, создавшейся для меня на Украине, и просил принять меня на работу в возглавляемый им институт. Капица это устроил.

Вопрос: Какие антисоветские связи вы установили в Москве?

Ответ: Хотя мы, в частности я, и были дезорганизованы начавшимися в Харькове арестами наших людей (вскоре после нашего отъезда были арестованы Шубников, Вайсберг и Розенкевич), однако это же обстоятельство одновременно нас озлобляло и толкало на поиски новых антисоветских связей и более активных форм борьбы с ненавистным нам советским строем. Поэтому вскоре же после приезда в Москву я и Корец приступили к вербовке новых единомышленников. Первым был мною привлечен к антисоветской деятельности Румер.

Вопрос: Кто такой Румер?

Ответ: Юрий Борисович Румер, профессор физики. Познакомился я с ним в 1935 г. на Менделеевском съезде. Встречался я с ним в Москве и в 1936 г.

После моего переезда в Москву я сошелся с ним ближе. Обработку его в антисоветском направлении я вел постепенно, убеждая его сперва в неправильности линии советской власти по отношению к науке, говорил, что аресты научных работников ничем не оправдываются и наносят вред науке, что такое положение мы, люди науки, терпеть не можем. В дальнейших разговорах я более откровенно изложил ему свою точку зрения на положение в стране, на необходимость действовать всеми путями для изменения режима в стране. Я сообщил Румеру, что это не только моя точка зрения, а многих связанных со мной лиц. В результате Румер согласился с моими доводами о необходимости организованной борьбы с советским режимом. В дальнейшем он был связан и со мною, и с Корецом.

Следующими лицами, на которых я рассчитывал как на антисоветский актив, были профессор Капица П.Л. и академик Семенов Н.Н., которые не скрывали от меня своих антисоветских настроений . Главной темой их бесед со мной являлись аресты научных работников. И Капица, и Семенов рассматривали эти аресты как произвол и расправу с невинными людьми, как результат гибельной политики советских верхов. Капица и Семенов утверждали, что политика партии ведет не к прогрессу науки, а к упадку и гибели ее .

(Кто же потом спутники выводил на орбиту? Впрочем, ответ известен — не Капицы и Семеновы. — КО.)

Вопрос: Вы сообщили Капице и Семенову о существовании вашей антисоветской группы физиков, о ее деятельности вХаръкове и Москве?

Ответ: Нет, этого я им не говорил. На такую откровенность я не решался, т. к. Капица и Семенов не были еще мною достаточно изучены, а отношения зависимости моей от Капицы не позволяли рисковатъ.

Вопрос: Кто еще, кроме Румера, был привлечен вами в контрреволюционную организацию?

Ответ: Мною никто больше. Со слов КОРЕЦА мне известно, что им окончательно была подготовлена к активным контрреволюционным действиям его давнишняя знакомая, проживающая в Москве, журналистка Марголис Л.С., отчим и мать которой осуждены и высланы. На квартире Марголис часто собирались журналисты и научные работники, среди которых Корец вел антисоветскую пропаганду. Корец познакомил меня с Марголис, и я сам убедился, что она полностью разделяет наши контрреволюционные позиции. Вторым лицом, обработанным Корец для вовлечения в контрреволюционную организацию, был упоминавшийся мною ленинградский профессор физики Бронштейн Матвей Петрович (в конце 1937 года арестован в Ленинграде). Корец встретился и установил связь с Бронштейном на квартире уже завербованного мною Румера Ю. Б. Подготавливали мы к активной антисоветской деятельности и упомянутых мною выше прибывших из Харькова Лифшица и Померанчука, моих учеников.

Вопрос: Лифшиц и Померанчук были завербованы вами в организацию?

Ответ: О наличии организованной группы Лифшиц и Померанчук не были осведомлены. Я, так же как и Корец, настойчиво и небезуспешно прививал им еще в харьковский период антисоветские взгляды, разжигал в них злобу против советской власти. В их обществе мы открыто высказывали свои антисоветские взгляды, в частности, в отношении прошедших политических процессов, которые мы рассматривали как инсценировку — расправу правящих верхов над неугодными им лицами.

Вопрос: Вернемся к вопросу подготовки антисоветской листовки. Как возник план выпуска листовки?

Ответ: Я уже говорил, что соображения крайней озлобленности в связи с все более острыми ударами, наносимыми по антисоветским силам, толкали нас на поиски какого-нибудь более прямого, более эффективного контрреволюционного действия. Было бы слишком наивным ограничиваться в антисоветской деятельности только насаждением буржуазных теорий в науке, вредительством и разжиганием антисоветских настроений у десятка-другого окружавших нас людей. Результатом этих наших стремлений активно действовать и явилась попытка выпустить контрреволюционную листовку, попытка, пресеченная нашим арестом.

Вопрос: Расскажите все обстоятельства, при которых была составлена контрреволюционная листовка?

Ответ: В одну из встреч с Корецом у меня на квартире, это было в середине апреля 1938 года, мы вновь толковали о возможных путях активных действий против советской власти. Корец сказал, что большой политический резонанс дало бы открытое выступление с призывом к населению против «режима террора, проводимого властью», и что такое выступление в форме листовки удобно было бы приурочить к первомайским дням. Я сперва отрицательно отнесся к этому предложению и высказал опасение, что такая форма антисоветской деятельности чересчур рискованна. Однако при этом я согласился с Корецом, что подобная политическая диверсия произвела бы большое впечатление и могла бы дать немалый практический результат. Корец защищал свое предложение, мотивируя его целесообразность тем, что выпуск листовки помог бы объединению антисоветских сил, ибо показал, что, несмотря на массовые репрессии, существует и действует организованная сила, готовящая свержение советской власти. Договорившись принципиально о том, что листовку будем выпускать, мы приступили к выполнению этого замысла…

Вопрос: Когда, где, в какой обстановке был написан текст листовки?

Ответ: Составляли текст листовки Корец и я, 23 апреля, у меня на квартире. Когда мы приступили к составлению текста, перед нами встал вопрос: из каких политических позиций исходить, от имени какого политического направления обращаться к населению? Корец развил следующую точку зрения, с которой я согласился: выступать с открыто контрреволюционных позиций, ратовать прямо «за капиталистический строй» было бы глупо и бессмысленно. Такая агитация не может рассчитывать хотя бы на малейший успех в стране.

(Видимо, не очень хотелось народу возвращаться в капиталистический рай? — К.О.)

Нет также смысла писать листовку от имени правой или троцкистской организации: и правые, и троцкисты разоблачены и вконец дискредитированы в народе как агенты фашизма, как шпионы. Однако совершенно необходимо, чтобы листовка вышла от имени какой-то организованной силы, противопоставляющей себя «слева» советскому режиму.

Выгоднее всего придать листовке внешне антифашистский тон, расценивая события, происходящие в стране, разгром контрреволюционного подполья — как фашистские методы управления, как результат фашистского перерождения советских верхов. Отсюда лозунг свержения советской власти мог выглядеть как лозунг спасения страны от фашистской опасности.

Исходя из этих предпосылок, Корец и составил текст листовки, а я ее отредактировал. Из тех же соображений, изложенных выше, мы решили выпустить эту листовку от имени «Московского комитета антифашистской рабочей партии». Корец объявил мне, что он берет на себя и сумеет обеспечить технику размножения и распространения листовки среди демонстрантов Первого мая. Корец спросил, нужно ли мне знать имена технических исполнителей этого дела? Я ответил, что в целях конспирации лучше будет, если я не буду знать имен исполнителей. Корец согласился с этим и никаких имен мне не называл. Таким образом, я никого из других участников этой политической диверсии не знал.

Вопрос: А членам вашей организации Румеру, Бронштейну было известно о подготовке этой листовки?

Ответ: Я никого не информировал об этом, и от Кореца не слышал, чтобы он сообщал о нашем замысле Румеру или Бронштейну. 28 апреля я был арестован и здесь уже узнал, что размножить листовку Корец не сумел или, точнее, не успел, т. к. тоже был арестован.

Вопрос: Вы умалчиваете о ряде существенных обстоятельств, связанных с выпуском антисоветской листовки, и скрываете лиц, по поручению которых Корец внес предложение о выпуске листовки. Требуем от вас полной откровенности.

Ответ: Таких людей я не знал. Корец говорил со мной о листовке как о его личной идее, никаких других соучастников этого дела он не называл.

Вопрос: Установлено, что поручение выпустить листовку и содержание ее, включая внешне антифашистскую направленность и подпись, были даны Корецу представителем немецкой разведки, агентом которой являлся Корец. Вы об этом не могли не знать.

Ответ: Этого я не знал и даже не предполагал. Никогда Корец не только не говорил мне, но и не намекал на возможность какой-то связи с немецкой разведкой. Я согласился с выпуском листовки, руководствуясь контрреволюционными намерениями — организовать всех недовольных в стране для активной борьбы против ВКП(б) и советской власти. Я признаю, что объективно наша листовка могла быть на руку фашистской Германии, но, повторяю, ни о каком задании со стороны германской разведки Корец мне не говорил.

Записано с моих слов правильно и мной прочитано. Л. Ландау

Допросил: опер. уполном. 6 отд. 4 отдела — сержант государств. безопасности Г. Ефименко.

Итак, будущее «светило мировой науки» не более чем пытался своей «борьбой с кровавым фашистским режимом» в СССР уничтожить советскую власть, но самое важное — социалистический экономический строй, заменив его на капитализм. Ландау хотел «организовать всех недовольных в стране для активной борьбы против ВКП(б) и советской власти». Не много и не мало. «Зажимали ли ему гениталии дверным косяком», чтобы он написал и признал такое? Увы, поклонники и обожатели Ландау никогда ничего такого не заявляли — что Ландау пытали в кровавых застенках Лубянки. Никогда.

Итак, Ландау собирался восстановить капитализм в России-СССР. Правда, народ, похоже, в капиталистический рай не особо рвался. Поэтому Ландау и ему подобные использовали для свержения экономической модели аргументы из серии — руководители СССР «переродились в фашистов», они руководят в СССР фашистскими методами.

И в данной листовке шли призывы бороться именно за «правильный» социализм — «сталинская клика совершила фашистский переворот . Социализм остался только на страницах окончательно изолгавшихся газет». И далее идет призыв бороться за «настоящий» социализм — «Единственный выход для рабочего класса и всех трудящихся нашей страны — это решительная борьба против сталинского и гитлеровского фашизма, борьба за социализм». Ведь Сталин строит в СССР-России фашизм.

Примерно так же кричали подобные Ландау и при «Горби» — пора строить социализм с человеческим лицом, пора вернуться к идеалам Ленина и т. д. Под подобные вопли они капитализм в России и возродили.

Ландау пробыл год под следствием, и после того как в НКВД был назначен «кровавый палач» Лаврентий Берия, с контрреволюционной деятельностью этого реального вредителя разобрались и выяснили, что он не более чем «звездный лучеиспускатель». Скорее всего тот написал расписку, что больше так не будет, и был освобожден.

П.Л. Капица — Л.П. Берия 26 апреля 1939 г.:

«Прошу освободить из-под стражи арестованного профессора физики Льва Давидовича ЛАНДАУ под мое личное поручительство. Ручаюсь перед НКВД в том, что Ландау не будет вести какой-либо контрреволюционной деятельности против Советской власти в моем институте, и я приму все зависящие от меня меры к тому, чтобы он и вне института никакой контрреволюционной работы не вел. В случае если я замечу со стороны Ландау какие-либо высказывания, направленные во вред Советской власти, то немедленно сообщу об этом органам НКВД. П. Капица».

«Постановление. Москва, 1939 года апреля 28 дня, я, начальник 6 Отделения 2 Отдела ГУГБ НКВД СССР, капитан государственной безопасности — Визель, рассмотрев материалы следственного дела № 18747 по обвинению Ландау Льва Давыдовича в преступлениях, предусмотренных ст. 58 — 7, 10 и 11 УК РСФСР.

На основании изложенного: Ландау Лев Давыдович, 1908 года рождения, уроженец гор. Баку, до ареста профессор физики, б/п, гр-н СССР, достаточно изобличен в участии в антисоветской группе, вредительской деятельности и попытке выпустить и распространить антисоветскую листовку.

Однако, принимая во внимание, что:

1. Ландау Л. Д. является крупнейшим специалистом в области теоретической физики и в дальнейшем может быть полезен советской науке;

2. академик Капица П.Л. изъявил согласие взять Ландау Л.Д. на поруки;

3. руководствуясь приказанием Народного Комиссара Внутренних Дел Союза ССР, комиссара Государственной Безопасности I ранга тов. Л.П. Берия об освобождении Ландау на поруки академика КАПИЦЫ,

ПОСТАНОВИЛ: Арестованного Ландау Л.Д. из-под стражи освободить, следствие в отношении его прекратить и дело сдать в архив.

Начальник 6 отд-ния 2 отдела ГУГБ НКВД СССР капитан государственной безопасности Визель».

Далее в своей статье Ю. Мухин пишет:

«В этом «деле Ландау» интересно, как одни и те же действия могут расцениваться разными людьми по-разному. Для сержанта государственной безопасности Ландау был безусловный враг Советского Союза, поскольку, вступив в преступную группу евреев-антисоветчиков, не давал заниматься исследованиями и приносить практическую пользу Родине ученым остальных национальностей. И Ландау, припертому фактами и признаниями соучастников, было нечего делать — приходилось признаваться именно в этом, поскольку итог истинного признания был бы тем же, но Ландау, признаваясь в антисоветской деятельности, имел возможность сохранить видимость ученого и тем сохранить себе жизнь.

Между тем, вряд ли кто так любил СССР и Советскую власть, как Ландау. По воспоминаниям его жены, (нежно называющей его Дау), он и не думал переезжать на Запад, трезво оценивая, что на Западе он будет нищим. В разгар войны будущий академик Лифшиц, наживший золотишко на спекуляции продуктами питания, уговаривал его бежать из СССР через Иран, но Ландау отказался. В какой еще стране он мог как сыр в масле кататься, занимаясь «чистой наукой», т. е. ничего не давая этой стране даже во время войны? Они-то и русских выталкивали из института не потому, что те были русскими (сподвижник Т.Д. Лысенко И.И. Презент был евреем — сильно ему это помогло?), а потому, что те пытались дать народу СССР то, чего Ландау с подельниками не мог — нужные научные результаты. И пока такие были в науке, болтливая бездеятельность Ландау и его группы бросалась в глаза, и ее ничем нельзя было объяснить, кроме как его научной импотенцией. Эти «ученые» давили конкурентов по расходованию средств бюджета СССР, — они требовали, чтобы эти средства шли только им, бездельникам.

Конечно, Ландау не любил Сталина, поскольку тот был слишком умен и поддерживал настоящих ученых, а не теоретических болтунов. Конечно, Ландау хотел, чтобы СССР возглавлял кто-то малограмотный и не понимающий того, что от науки требуется, такой, которому можно «запудрить мозги» разговорами об огромной полезности «чистой», то есть бесплодной, науки. Ландау любил СССР, как вошь любит чистое после бани тело — ей не нужно проталкивать хоботок через грязь, чтобы добраться до кровеносных сосудов.

Но как об этом скажешь сержанту госбезопасности? Вот Ландау и приходилось признаваться в антисоветчине по «идейным» соображениям, надеясь на то, что Капица его из тюрьмы вытащит для исследования «звездного лучеиспускания». Вывернулся. И всю жизнь занимал в науке место того, кто на его месте сделал бы для Родины неизмеримо больше уже тем, что работал бы на Родину, а не просто обжирал ее.»

Если кто-то хочет выступить адвокатом великого физика-теоретика, жертве сталинизма, — флаг в руки! Не знаю, насколько велик этот «ученый» и какую пользу стране и «человечеству» он принес, но вред СССР он принес однозначный — тем, что уничтожал вокруг себя настоящих ученых и исследователей. Но, слава Богу, больше он не лез в игры в карбонариев и занимался только «физикой» да подсчетом, скольких студенток-двоечниц он осчастливил своим вниманием преподавателя. Кстати, об этих «подвигах» Ландау передачи показывают на телевидении и с умилением рассказывают, как тот прятал беременную жену в шкаф, приводя в дом «аспиранток», которые «согласны были ему отдаваться» в этот день, что на языке любой религии и морали называется моральным уродством.

Есть еще одна причина того разгула доносительства. Она заложена в природе человека, в инстинкте выживания. Власть осознанно или не осознанно спровоцировала этот гнилой инстинкт, когда в ответ на действительное засилье в СССР агентуры Запада и выходок подобных «физиков» устроила вполне нормальную борьбу с ними. Но только у простых работяг этот инстинкт проявлялся меньше, чем у «великих физиков». А подлость из человека всегда быстрее вылезет, чем что-то хорошее.

Боролись ли реально подобные Ландау против «фашистского режима» Сталина? Конечно. Они и сегодня борются с современным режимом, называя его и кровавым, и фашистским. Наши «борцы» с режимом чаще всего становятся в оппозицию не власти, а стране.

Но представьте, что будет твориться в стране, если нынешний глава государства объявит курс полной и настоящей независимости России? На что пойдет наша холуйствующая перед

Западом интеллигенция, чтоб сорвать это? Что будет твориться в стране, если за растрату государственных средств, за нецелевое использование денег чиновников начнут сажать в тюрьму просто согласно УК РФ? Что будет, если будут наказывать лишением свободы за конкретные преступления против государства и народа и это станет нормой в стране? Вот тут и начнется разгул доносительства. Эту «норму» гниль человеческая тут же станет применять против своего соседа по подъезду. Вот вам и ответ на вопрос: «Кто устроил террор 37-го?»

Не «закон о доносах» спровоцирует интеллигенцию (и не только ее) на проявление своей гнилой сущности. Спровоцирует как раз неотвратимость наказания. Если подонок будет твердо уверен, что можно наверняка посадить в тюрьму своего обидчика, то он обязательно это сделает. Таким образом, оппозиция вполне умело использовала против страны и власти то оружие, что власть использовала против них. Ведь закон-то работает! Значит, любой оклеветанный может оказаться в СИЗО.

Выйдет ли он потом оттуда, пойдет в лагеря и погибнет — не важно. Главное, что работа конкретного человека, особенно если он работает на пользу государства, будет сорвана. Ведь сколько людей действительно попали в лагеря по ложным доносам.

Перед тем же наркомом боеприпасов Ванниковым Сталин лично извинился, признав, что тот был посажен «подлецами». То есть государство было вынужденно четко применять ЗАКОН в силу того, что страна после прихода Гитлера к власти в Германии фактически находилась на осадном положении в ожидании неизбежной войны, и любые поблажки в приговорах по преступлениям против государства могли привести к развалу тех реформ, что проводились в СССР (при царях за разворовывание государевой казны просто на кол сажали). Но и оппозиция также использовала четкость исполнения закона для того, чтобы нагадить сталинской власти и стране руками самой же власти.

А с этими учеными-интеллигентами вечно какая-нибудь незадача. Не нравится тебе советская власть — так и борись с ней самой! Пиши прокламации, листовки про «фашистский режим» в стране, что душит интеллигентов. Но зачем гадить своей стране (если она, конечно, своя, а не «эта»)? Зачем подрывать ее обороноспособность, срывать разработку важных для экономики и промышленности разработки других ученых?

Но когда в НКВД пришел Берия, он нашел способ использовать таких вот Лландау с пользой для страны. Раз уж они так любят писать друг на друга доносы, когда их самих за их грешки берут за одно место, то лучше определять этот контингент в «шарашки». И пусть, пока идет разбирательство, кто и как кому из них нагадил друг дружке и стране, работают на пользу стране под чутким присмотром «кровавой гэбни». В их же конструкторских бюро.

Есть такая замечательная страшилка у современных борцов со сталинизмом — «кровавый тиран» так ненавидел всех ученых или конструкторов, что загонял их в «шарашки», если не получалось сгноить их в лагерях ГУЛАГа. И для убедительности обязательно приведут историю КБ Туполева, пытаясь убедить зрителя, слушателя или читателя, что в «шарашках» сидели ВСЕ конструкторы или ученые СССР. Поголовно. Кстати, слово «шарашка» — «шарашкина контора», насколько помню из детских впечатлений, данное выражение почему-то связывалось с кучей бездельников.

При этом были такие конструкторы, как Яковлев, нарком авиастроения перед войной, Лавочкин, Ильюшин, Микоян не сидели при Сталине. Хотя Микоян — отдельная песня. Ему отдали по блату новую разработку Поликарпова с практически всеми сотрудниками КБ Поликарпова — МиГ-1, и был он братом наркома А.И. Микояна. Но также не сидели ни одного дня конструкторы танков, кораблей, пушек, стрелкового оружия и прочие Курчатовы.

Еще в конце 1980-х, на пике разоблачений сталинизма и призывов построить социализм с человечьим лицом в одном из технических журналов довелось почитать воспоминания одного из заместителей Туполева в конце 30-х Л.Л. Кербера о том, как они все сидели в «шарашке» и как туда попали. (Кербер Л.Л. «А дело шло к войне», журнал «Изобретатель и рационализатор», 1988, № 3–9).

Сам Кербер Леонид Львович (1903–1993 гг.) до ареста в 1938 году работал в системе РККА, занимался системами связи для различных родов войск и видов военной техники, в том числе и для авиации. В 1930-е годы занимался аппаратурой радионавигации для туполевских бомбардировщиков ТБ-3 и рекордного АНТ-25 в плане подготовки перелета в США через Северный полюс. С 1939 года Кербер оказался в ОТБ НКВД («шарашке» под началом Туполева), где работал над самолетом «100» (прототип Пе-2), «102» (ДВБ-102, М-2) и у А.Н. Туполева по «103» (прототип Ту-2). Кербер — автор многих научно-технических и научно-мемуарных книг («Ту — человек и самолет», «Туполевская шарага» и т. д.), из-за издания последней книги за рубежом ему пришлось в 70-е годы покинуть ОКБ.

Кербер в книге «А дело шло к войне» описывает интересные подробности: как Туполев пересажал сотни своих сотрудников, помощников и прочих работников своего КБ. Точнее, он писал примерно так: когда Туполева посадили «ни за что», то ему предложили назвать всех его подельников, и тот, чтобы не обидеть никого (чтобы не ошибиться и зря кого не оклеветать) написал пару сотен фамилий — всех, кого знал по своему КБ, и не только. Как оказалось, все эти люди уже сидели по лагерям ГУЛАГа. Благодаря Туполеву их собрали в Москву из тех страшных лагерей и, поставив решетки на окнах КБ и авиазавода Туполева, вместе с Туполевым дали задание создавать новые самолеты. Все эти Мясищевы-Петляковы до ареста у него были сотрудниками КБ.

Как назвал их сам Кербер — «находим: А.Н. Туполева, В.М. Петлякова, В.М. Мясищева, И.Г. Немана, С.П. Королева, А.Н. Путилова, В.А. Чижевского, А.М. Черемухина, Д.С. Маркова, Н.И. Базенкова — одним словом, весь цвет русской национальной авиационной мысли. Сотни дружеских глаз смотрят в нашу сторону, как бы успокаивая, теперь все будет хорошо. А меня берет оторопь — значит, это правда, значит, все они арестованы. Но ведь это катастрофа!»

Видимо, Яковлевы, Ильюшины и прочие Лавочкины «цветом национальной авиационной мысли» не являются…

Туполев, когда сам уже был во главе своего закрытого на решетки КБ, подавал списки на конструкторов, которые ему были нужны…

«А.Н. Туполев рассказывает: уже много времени, как мы вас включаем в списки специалистов, нужных нам для работы над проектом 103, но все безрезультатно: главное управление лагерей НКВД, ГУЛАГ тщетно разыскивало вас в своих кладовых от Минска и до Колымы, от Джезказгана и до Норильска. «Слава Аллаху, что нашли живыми, могло быть и иначе, — с грустью говорит Старик, — ведь многих, ох, очень многих так и не нашли»…»

Данное КБ Туполева было переименовано в ЦКБ-29, состоящего их трех «самостоятельных бюро: В.М. Петлякова, которое проектирует высотный истребитель — проект 100, В.М. Мясищева, конструирующее дальний высотный бомбардировщик — проект 102, и Туполева, разрабатывающее пикирующий бомбардировщик — 103. Кроме того, в стадии формирования четвертое бюро — Д.Л. Томашевича, которое будет работать над истребителем 110».

Когда Кербер и те, кто прибыл с ним, освоились в КБ, к нему пришел сам Туполев и стал рассказывать, как он сам оказался тут.

«А.Н. Туполев, зайдя ко мне вечером, когда я засиделся в пустом зале над решением очередного технического вопроса, рассказал:

«В эмбриональной фазе нас отвезли в Болшево, помнишь ту коммуну из фильма «Путевка в жизнь»? Кого там только не было: корабелы, танкисты, артиллеристы, химики… Так вот, через пару дней после приезда в Болшево меня вызвали к тамошнему начальству, и я получил первое задание — составить список известных мне арестованных авиаспециалистов. Откровенно говоря, я был крайне озадачен. Всех арестованных до меня я знал, а после? Не выйдет ли так, что по моему списку посадят еще Бог знает сколько народу? Поразмыслив, я решил переписать всех, кого знаю, а знал-то я всех. Не может же быть, что пересажали всю авиапромышленность? Такая позиция показалась мне разумной, и я написал список человек на 200. И что же ты думаешь, оказалось, что за редким исключением все они уже за решеткой. Да, знаешь, размах грандиозный!..»

Спрашивается, с чего это сам Туполев рассказывает всем прибывшим, как он писал те списки? Туполев уверяет, что сразу после ареста его отправили в бывшую коммуну для малолетних, в которой и собирали арестованных конструкторов. Туполев уверяет, что там были и другие конструкторы — танковых, корабельных, артиллерии и прочих КБ.

Но, насколько сегодня известно, знаковых фамилий среди конструкторов других профилей в лагерях не сидело. Туполев уверяет вновь прибывшего, что его заставили писать списки на всех «известных мне арестованных авиаспециалистов». Но не рассказывает зачем. По сюжету — для того чтобы Туполев с ними начал работать в закрытом КБ. В итоге, Туполев пробалтывается, что вписал в эти списки не только арестованных, но и тех, кто, по его информации, должен был быть на свободе. Зачем он так сделал?? Да кто его знает. Туполев тут же уверяет Кербера, что данные люди на этот момент уже были арестованы, но, честно говоря, не совсем понятно — зачем он, Туполев, вообще вписал людей, об аресте которых он еще не знал?!

Зная на сегодня больше подробностей о нашей тогдашней интеллигенции, можно предположить несколько другой сюжет.

Туполева арестовали за его личные прегрешения как ведущего конструктора и определили в коммуну, а не в СИЗО, стали допрашивать по его делу, и там он начал писать списки всех своих «подельников», о которых мог и должен был спрашивать следователь. После чего Туполев, в общем, просто оговорил десятки человек, которые, как он точно знал, не были еще арестованы. Но так как он знал, что будет создано закрытое КБ под его руководством, то ему для работы эти люди просто были нужны — все чертежники, копировальщики и прочие сотрудники его же КБ.

А дальше, когда КБ как ЦКБ-29 было создано (после ареста Туполева им руководил брат Кагановича, которого с должности директора авиазавода перевели командовать авиаКБ), составление списков продолжилось — их писали уже все, кто был в этом ЦКБ. Но начал это дело Туполев, когда, по сути, оговорил десятки невинных людей.

«Списки эти непрерывно расширялись. Приехал кто-либо новенький, садись и пиши, кого ты там видел из авиации. В конце концов ГУЛАГ извлек из своих кладовых около двухсот само летчиков (похожие цифры были и по другим областям военной техники), и встал вопрос: куда их девать? В условиях тех лет никаких счетных машин не существовало, чертежи размножались копировкой, следовательно, на каждого инженера приходилось до десяти техников, деталировщиков, копировщиков и т. д. Выходило, что для конструкторского бюро № 29 нужно помещение человек на 800-1000».

Итак, Туполев собрал себе в новое КБ под тысячу человек. После чего НКВД поступило мудро — поставили решетки на окна бывшего КБ Туполева, выставили охрану, поставили сотрудникам ЦКБ-29 кровати, и пока с каждым из них шло следствие по их личному делу, люди сидели бы в этом конструкторском бюро. При этом сотни человек были вполне вольнонаемными работниками…

«Единственным бюро такого масштаба в Москве было туполевское. Лишенное своих руководителей, оно влачило жалкое существование. Чтобы создать хотя бы иллюзию опытного самолетостроения, тогдашний нарком М. М. Каганович (вскоре настал и его черед, и после неприятного разговора с Молотовым, так говорили в авиакругах, — убедившись, что Каганович № 1 принес его в жертву, он застрелился) перевел туда группу второстепенных главных конструкторов — Беляева, Шевченко, Гудкова, Горбунова и других. Возможно, они и были способными людьми, но, к сожалению, ничего путного не создали. Этого следовало ожидать, ибо в тех условиях помимо способностей требовалось иметь дьявольскую пробивную силу, чтобы проникнуть в верха и завоевать там авторитет. Государственная система предпочитала стабильные авторитеты».

Каганович Лазарь Моисеевич — это Каганович № 1 и нарком путей сообщения в СССР тех лет. Метро в Москве первоначально было его имени. Каганович «№ 2» — брат Лазаря Моисеевича и нарком авиапромышленности.

Были ли Гудковы и Горбуновы второстепенными конструкторами? Эти двое были соавторами Лавочкина по лучшему истребителю той войны — Ла-5. По Керберу, они ничего «путного не создали» не потому, что их проекты были плохие, а потому что они сами «проникнуть в верха» не могли.

«Второстепенных главных конструкторов кого выгнали, кого потеснили, сотню «врагов народа» перевезли из Болшева на улицу Радио, подчинили им несколько сот вольнонаемных сотрудников, разыскали Кутепова, и вновь созданная гомерическая организация ЦКБ — 29 — НКВД приступила к творческой деятельности».

Арестован сам Туполев был в 1938-м. Арестованный Кербер попал к нему по его спискам зимой в начале 39-го. При этом Кербер работал с Туполевым над системой навигации для ранних машин Туполева — бомбардировщика ТБ-3, АНТ-25 для перелета в Америку. Кербер мог вполне попасть под арест и с подачи Туполева, по его первым спискам. Поэтому, возможно, Туполев и приходил оправдываться перед Керберами, когда их привозили в его новое КБ.

За что был арестован сам Туполев? Дело на Туполева никто не публиковал в полном объеме. Скорее всего во времена Хрущева его дело было или подчищено, или уничтожено.

Но арестованный за свои личные грешки перед страной, Туполев, как и все тогдашние «борцы с режимом», начал оговаривать невинных людей. Его попросили составить списки из арестованных и известных ему сотрудников и специалистов (по его словам, конечно же), кого он точно знает, что они арестованы. А он вписал туда десятки невинных бывших сотрудников, которые ему нужны были в КБ.

Т.е. Туполева арестовали, и он, зная, что его определят в закрытое КБ, оговорил десятки и сотни известных ему людей под свое новое КБ. Повторюсь, что это не более чем моя версия. И опровергнуть ее можно, только опубликовав все дела по делу Туполева, сопоставив протоколы и даты арестов его сослуживцев, с показаниями друг на друга.

Спустя некоторое время, когда были закончены дела на всех фигурантов списков Туполева, выяснили, кто на кого и зачем писал доносы, кто в чем виноват перед страной, решетки с окон КБ были сняты, охрана оставлена только на проходных (как в обычных учреждениях закрытого типа в те годы), а бывшим арестантам были вручены государственные награды и воинские звания (сам Туполев носил часто потом форму генерала).

Реально в сталинских шарагах перед войной сидели только сотрудники проштрафившегося А.Н. Туполева, его КБ, которое он, похоже, сам и посадил. Но и сегодня вопли разоблачителей сталинизма не утихают — в СССР сидели «все поголовно» ученые, конструкторы техники, и вооружения.

У Туполева сидел и будущий великий С.П. Королев, который не был авиационным конструктором и попал к Туполеву после того, как КБ Туполева получило решетки на окнах.

В книге «Мифы и откровенная ложь.» (М., 2012 г.) история ареста и возвращения Королева уже рассматривалась, и также приводилась история создания «Катюши». Сама статья о создании «Катюши» появилась достаточно давно, в 2008 году. С некоторыми изменениями она вошла и в книгу «Мифы и откровенная ложь о русской истории.», вышедшую в 2012 году. Однако в апреле 2013 года автору повезло пообщаться с Александром Валентиновичем Глушко — одним из ведущих специалистов по истории пилотируемой космонавтики и ракетной техники в России, биографом одного из авторов «Катюши» Г.Э. Лангемака. И после его замечаний хотелось бы немного вернуться к вопросу и о Королеве-Глушко и о том, как создавалась «Катюша».

А.В. Глушко готовит книгу-исследование «Разгром Реактивного института», в которой покажет на основании следственных дел на В.П. Глушко, С.П. Королева, Г.Э. Лангемака и И.Т. Клейенова и прочих конструкторов ракетной техники, подвергшихся арестам в 1937–1938 годах, подлинные причины тех арестов. В связи с этим мне, как автору, представилась замечательная возможность внести поправки и примечания в вопрос о том, кто на самом деле гадил развитию ракетных технололгий в СССР.

Еще в 1935 году проводились первые испытания 82 мм «РС-82» для стрельбы с истребителей И-15. Летчиком-испытателем был Г.Я. Бахчиванджи, который зимой 42-го испытывал еще и первый советский ракетный истребитель БИ-1. В декабре 1937 г. РС-82 были приняты на вооружение истребители И-15, И-16 с применением как по наземным целям, так и против воздушных целей (испытания проводила эскадрилья Героя Советского Союза майора П.В. Рычагова). В июле 1938 года приняли на вооружение 132 мм «РС-132» для установки на скоростные бомбардировщики «СБ». Весной 1939 года собирались проводить расширенные испытания ракетного авиационного вооружения. Но провели их летом, 1939-го года, 20 августа, на Халхин-Голе. После успешных испытаний РС-82 стали ставить не только на истребители, но и на штурмовики Ил-2 в мотогондолах. А РС-132 — на СБ и на Ил-2 в навесном варианте, под крыльями.

(Примечание: Как пишет в своей работе по этому вопросу «Разгром Реактивного института», которая готовится к печати, А.В. Глушко:

«К 1937 году был готов проект и изготовлен один экземпляр установки для стрельбы химическими снарядами. Он полностью повторял тот вариант, который потом под видом конкурса был вытащен Костиковым и на который была подана заявка. Все работы были закончены еще до ареста И.Т. Клейменова и Г.Э. Лангемака. Испытаний она не проходила именно по причине ареста руководства. Поэтому и не было ясно, что данное расположение направляющих не очень выгодно и их нужно переделывать. Это стало понятно только после начала испытаний, проводившихся уже после того, как Костиков обратил внимание на это оружие, показавшее себя по время боев с японцами на Халхин-Голе. А с момента ареста руководства и до этого Костиков этого оружия не видел и занимался совсем другими делами — борьбой с «врагами народа». За что в 1939 году был награжден орденом Красной Звезды, правда, с более красивой формулировкой. Якобы за создание этих самых снарядов, к которым он не имел никакого отношения. Причина, по которой Костиков придумал этот конкурс, проста: увидев то, какие возможности дает это оружие, понял, что, став его автором, он может прославиться и получить по максимуму все, что только возможно. Никаких иных мотивов у него не было.»)

В начале все того же 1937 года ГАУ поручило РНИИ разработать наземный вариант установки массированного залпового огня для стрельбы РС-132. В октябре 1938 года был готов проект первой машины на базе ЗИС-5 на 24 снаряда. Уже в декабре 38-го была изготовлена опытная установка. Для нее разработали зажигательные РСы («термитные»), по баллистическим характеристикам аналогичные авиационным РС-132. Весной 1939 года провели испытания в присутствии наркома обороны К.Е. Ворошилова. Но из-за «непонимания» всех преимуществ этой системы и из-за конструктивных недостатков было принято решение «держать новое оружие в строгом секрете, быстро совершенствовать его, но на массовое производство поставить лишь в предвидении войны. Но мне тогда казалось, что доведение опытных образцов установок займет много времени. Безусловно, я недооценил этого оружия», — так писал позднее маршал артиллерии Н.Н. Воронов, тогда начальник артиллерии РККА.

К новому виду оружия подходили с мерками от артиллерии — и рассеивание большое при стрельбе, и дальность стрельбы небольшая, и дыму-пыли на огневой позиции много, демаскирует. Да и вес боевой части был небольшой, и поражающее действие слабое, и дальность полета у авиационного РС-132, используемого в наземной установке, невелика.

Первые опытные образцы этих установок вели огонь не вдоль оси машины, а поперек, и из-за постоянных доводок принятие их на вооружение откладывалось. Но в том же 39-м, в апреле, была предложена и другая установка, с 16 направляющими, которые размещались и вели стрельбу вдоль оси машины. Это позволяло не разрушать саму машину (струи газов снарядов меньше били по установке), давало устойчивость при стрельбе и повышало кучность стрельбы.

Эту установку и назвали БМ-13/16 — будущая «Катюша». Для нее разработали новый ОФ снаряд М-13 с более мощным пороховым зарядом («длиннее» авиационных РС-132 на 48 см), с дальностью полета — 8470 м и более мощной БЧ — 4,9 кг. Уже через полгода, осенью 1939 года, новая БМ-13 с новым ОФ снарядом М-13 после испытаний была одобрена ГАУ. РНИИ было дано задание на изготовление пяти установок, четыре для испытаний в войсках и одна для испытаний в системе береговой обороны в Севастополе. И тут происходит «заминка» в истории «Катюши».

Только через год(!), осенью 1940 — го, эти пять установок были изготовлены в РНИИ и отправлены на войсковые испытания . Т. е. целый год понадобился на то, чтобы изготовить даже не ракеты, на доводку которых и уходит у создателей много месяцев испытаний, а машины со швеллерами направляющих балок, которые надо было изготовить по одобренному образцу осенью 39-го, а нарисовали в апреле 39-го.

В феврале 1941 года чертежи установок поступили наконец на завод для производства. И только к середине июня заводу удалось изготовить аж две(!) БМ-13. 17 июня 1941 года они провели показательные стрельбы для наркома обороны С.К. Тимошенко, начальника ГШ Г.К. Жукова, наркома вооружений Д.Ф. Устинова.

В конце концов из-за решения запустить их в серию только с «началом войны» (?) приняты они были на вооружение только 21 июня 1941 года и первые залпы давали, проходя войсковые испытания, только в июле 41-го.

Кстати, интересный получается факт. Во время испытаний 1939 года было решено запускать БМ-13 в производство «лишь в предвидении войны». Решение о серийном производстве было принято правительством (Сталиным) за несколько часов до начала войны. Но сама подготовка решения в форме документа-постановления не отрабатывается за пару часов. Не писал проект решения лично глава правительства Сталин. Т. е. фактически решение о начале производства БМ-13 принималось несколько раньше. И именно «в предвидении войны »!

Получается, что принимали решение о производстве «Катюш», именно зная о более-менее точном времени нападения немцев? А теперь представьте, что уже на границе колонны немецких войск встречали бы залпы БМ-13/16 «Катюш», которые стали усиленно разрабатывать еще в 1938 году, но не принимались на вооружение военными-артиллеристами из-за «малой дальности полета снаряда, плохой кучности и отсутствия какой бы то ни было точности стрельбы» (даже на военной хронике видно, что эти снаряды летели иной раз куда попало). Но эти установки накрывали площадь гектарами, были просты в изготовлении снарядов и самих пусковых установок . Целый год был потерян на то, чтобы достаточно простую конструкцию пусковой установки (по крайней мере, по сравнению с тем же Т-34) подготовить к войсковым испытаниям. И это в преддверии войны.

Все-таки в истории и «Катюши», и Т-34 есть много забавного — везде маршал Т.П. Кулик отметился как зам. наркома обороны по вооружению и начальник Главного Артиллерийского управления до июня 41-го. Его расстреляли в 1950 году, когда началось разбирательство причин разгрома РККА в 1941 году среди генералов, которым задавались те самые пять вопросов Покровского.

И в чем, интересно, его обвиняли? Также за прием вооружений отвечал генерал Д.Г. Павлов, начальник Автобронетанкового управления до осени 1940 года. Тот самый командующий ЗапОВО, что сдал Минск на 6-й день войны и который в начале следствия, в июле 41-го, признавал факт заговора среди военных с целью поражения в войне с Германией. Это уже потом ему поменяли статью «предательство» на «халатное исполнение своих обязанностей». Не захотел тиран Сталин устраивать в армии во время войны разборки с генералами. А после войны и смерти Сталина генералы победили своего Верховного главнокомандующего. Он их заставил стать героями великой войны, а они его победили.

А теперь о С.П. Королеве, занимавшемся реактивной ракетной техникой, на которого писали доносы сослуживцы и начальники (проходившие так или иначе по делу Тухачевского).

Тут надо немного пояснить, что означает «проходившие по делу Тухачевского». Дело в том, что аресты в деле ракетчиков вышли из разборок по делу о военном заговоре и попытке военного переворота Тухачевским и его подельниками.

Как пишет в своих исследованиях А.В. Глушко: «Из всех тех, кто имел отношение к ГДЛ и РНИИ по делу Тухачевского, проходил один только Н.Я.Ильин, бывший начальником ГДЛ в 1931–1932 годах, а до этого тесно сотрудничавший с ним с 1928 года, как сначала состоящий для особых поручений при командующем ЛВО, а затем как уполномоченный УВИ ТШ НВ РККА». Из трех протоколов его допросов два посвящены его работе с Тухачевским, а в первом он рассказывает о том, какое из его коллекции оружия, где, как и когда было им приобретено.

Что касается всех остальных, то (а это тогда соблюдалось очень строго) в их делах нет и намека на дело Тухачевского. Поскольку единственным доказательством вины «врага народа» считались показания его «подельников», то следствие старалось собрать их как можно больше и подшить к делу даже в том случае, если они кардинально противоречили друг другу. Это не имело никакого значения, главное, чтобы в них было подписано, что тот или иной — участники заговора.

Но в делах Клейменова, Лангемака и Глушко нет ни одной выписки из протокола допроса Тухачевского, а сами они по делу Тухачевского не допрашивались. Клейменов допрашивался по его работе в Берлинском торгпредстве и в ГДЛ, а потом в РНИИ. И то, по его работе в СССР было задано два или три вопроса, тогда как основная масса вопросов задавалась по его работе в Германии.

Что касается Лангемака, то он насильно подписал протокол допроса, написанный на основании информации, присланной Костиковым из НИИ-3. Там были вопросы только по его работе в РНИИ-НИИ-3, и ничего более. Глушко допрашивался тоже только по работе в ГДЛ, а потом в РНИИ-НИИ-3. Поэтому никакого отношения к делу Тухачевского они не имели, и считать, что они были арестованы именно по этому делу, ошибочно.

Это же относится и к Королеву. В его деле нет выписок ни из протоколов допросов Тухачевского, ни из протоколов допросов Эйдемана, которого тоже ошибочно считают виновником ареста Королева, как нет в протоколе допроса Королева ни одного вопроса о его работе с ними. Все связано только с РНИИ-НИИ-3. Это говорит только о том, что причина всех этих арестов находится в НИИ-3».

Действительно, формально дело ракетчиков не очень как будто связано с делом Тухачевского. Однако именно волна, поднятая тем делом и выявлением «врагов народа» (поиском будущей «пятой колонны» в скорой войне с Германией) и породила таких, как Костиковы.

«Что же касается того, что они писали доносы друг на друга, то это тоже неверно. Донос — это бумага, написанная на свободе, имеющая своей целью убрать человека с дороги путем клеветы и потом занять его место. Ни директору НИИ-3, ни его заместителю, ни главному конструктору ЖРД смысла в этом не было. Зачем писать доносы на человека, который им не только не мешает, но и спокойно и, что самое главное, прекрасно делает свое дело?

Смысл писать доносы был только у Костикова, еще с 1933 г. желавшего занять место директора РНИИ-НИИ-3, воспользовавшегося ситуаций, чтобы на горе другим сделать себе карьеру, что у него прекрасно и получилось. Считать же доносами вынужденные показания — это значит не знать истории и не понимать то, как они выбивались.

Дело в том, что порог чувствительности у людей разный. Одни могут выдержать подобные пытки и издевательства, другие нет. (Я, например, точно знаю, что оказавшись там, постарался бы как можно скорее покончить с собой, понимая, что пытки эти я не выдержу, но оговаривать никого не стал бы либо придумал бы несуществующих персонажей и валил бы все на них, как это сделал один знакомый Клейменова, получивший 8 лет ИТЛ за шпионскую связь с Сирано де Бержераком).

Из показаний следователя НКВД М.Н. Шестакова, который вел дела Лангемака, Глушко и Королева, данных им в 1955 г., во время реабилитации сильнее всех досталось Лангемаку, он держался до последнего, и только пробитая голова и полуобморочное состояние позволили Шестакову обманом получить его подписи под протоколом допроса. Надеюсь, что в ближайшем будущем этот протокол допроса станет достоянием общественности. Мне это известно от дочери Г.Э. Лангемака, М.Г. Беляниной, которая ходила вместе с матерью и сестрой в прокуратуру во время реабилитации и сама читала эти показания следователя. Таким же образом были выбиты показания и из Клейменова, и из Глушко, и из Королева».

А тут хотелось бы несколько усомниться в одном вопросе: как бывший следователь Шестаков (и ему подобные) при Хрущеве с легкостью рассказывали, как они били подследственных. То, что Королеву сломали челюсти следователи, рассказывал он сам, но без особой охоты. А когда бывшие следователи во время волны «разоблачений кровавого сталинизма», поднятой Хрущевым, такое с легкостью рассказывают, это вызывает некое сомнение.

Жаль, родственники Лангемака ссылаются не на рассказ самого Лангемака о тех преступлениях следователей, а на результаты реабилитации. Хотя, как считает А.В. Глушко, «если бы Лангемак вышел живым на свободу, тогда бы он наверняка рассказал бы обо всем. Но его расстреляли. А свиданий его жене и детям не дали. Поэтому при всем желании это было невозможно».

А.В. Глушко: «Что касается подробностей происходивших в РНИИ событий, со ссылками на документы, цитатами протоколов и описанием происходившего, есть моя работа, называется «История ареста С.П.Королева». На форуме «Российская Армия» http://russianarmy.mybb.ru/viewtopic.php?id=824. А также она ранее опубликована: Глушко А.В. «Дело С.П. Королева» («Космический альманах» (историко-художественное приложение к журналу «Авиакосмическая и экологическая медицина», № 11, 2007, с. 21–38), ее сокращенный вариант: Глушко А.В. «Враг народа» С.П.Королев», начало — «Российский космос», № 2 (26), 2008, стр. 46–49, продолжение — «Российский космос», № 3 (27), 2008, стр. 58–62, окончание — «Российский космос», № 4 (28), 2008, стр. 68–72.

Наверное, не совсем корректно называть доносом в чистом виде показания на сослуживца, данные на следствии — тут, скорее, вопрос в терминологии. Хотя, как считает А.В. Глушко, «не только в терминологии, а, в первую очередь, в порядочности и понимании происходивших событий, а не огульного и безнаказанного обвинения в клевете и доносительстве тех, кого это вынудили сделать под жесточайшими пытками и прессингом. Иначе, в таком случае, любого попавшего в плен во время войны можно посчитать трусом, предателем и дезертиром — он же сдался в плен, и неважно, как именно. И тот факт, что он при этом был тяжело ранен, контужен или дрался до последнего патрона, а потом и кулаками с вдесятеро превосходящим его противником в расчет не идет. Оказался в плену — значит, предатель! И как бы он там потом себя ни вел, он все равно «враг народа». Поэтому называть «доносом» показания, вынужденно подписанные на следствии о шпионаже, вредительстве, заговорах и попытках покушений — это не донос».

Впрочем, каждый волен свои термины использовать в таких делах. Но если показания заведомая клевета, то это все же, скорее, именно донос и оговор. Если это делалось такими, которые считали «доблестью» нести чушь следователю, называя фамилии невинных людей без всякого на них давления. Были и такие, и немало. Или «вынужденными показаниями», если такие показания давались действительно под принуждением. Но возвращаемся к Королеву.

Конечно, ракетопланы Королева оказались тупиком и «растратой народных денег» (хотя та самая ФАУ-1 и есть беспилотный ракетоплан). Любил С.П. самолеты, был классным планеристом и мечтал скрестить самолет и реактивный двигатель. Но тот, кто писал донос на Королева, лучше «палачей из НКВД» знал цену его работе. На его ракету можно поставить и приличную бомбу, и послать ее далее чем на 8 км.

Были и «газодинамические орудия», предшественники современных безоткатных орудий (станковых гранатометов), которые сегодня занимают скромное место в боевых порядках пехоты. Их при Тухачевском хотели сделать чудо-оружием, способным заменить ствольную артиллерию. А в итоге затормозили производство обычных пушек и успели потратить кучу денег, изготовив несколько тысяч штук таких орудий.

Так что у каждого образца оружия тех лет своя собственная история, и каждую надо рассматривать отдельно. Все знают про противотанковые ружья — ПТР. Еще в 1939 году, когда зам. наркома обороны по вооружению был генерал Кулик Г.И., на вооружение было принято 12,7 мм пятизарядное ружье конструктора Рукавишникова, победившее на конкурсной основе другие образцы. Их успели изготовить несколько тысяч штук. Это ружье обслуживалось расчетом из четырех человек и стояло на лафете с мотоциклетными колесами, имело сошки для стрельбы, но из-за большого веса самого ружья было неудобно. При этом его эффективность при стрельбе по бронированной технике была крайне низкой по сравнению с сорокапяткой . И имело достаточно высокий процент отказа при стрельбе .

В 1940 году ПТР Рукавишникова сняли с производства. С началом войны пришлось спешно ставить задачу конструкторам-оружейникам на разработку нового ПТР для борьбы с немецкими танками, которые не имели особо толстой брони.

Всего за месяц были разработаны пятизарядное ПТРС (Симонова) и однозарядное ПТРД (Дегтярева), имеющие перед ПТР Рукавишникова ряд существенных преимуществ. Они были намного дешевле в производстве и легче по весу, вполне переносимы двумя бойцами. А в ходе проведенных испытаний на полигоне проявилось еще одно важное преимущество — малый процент отказов новых образцов по сравнению с ПТР Рукавишникова.

После окончания проведенных сравнительных испытаний и доклада об их результатах Сталину ПТР Рукавишникова было окончательно забраковано, а пехоту стали спешно вооружать достаточно дешевыми и простыми ружьями Симонова и Дегтярева. Но эти ружья могли бы и не понадобиться армии, если бы в боях лета 41-го не «потеряли» в боях и при отступлениях сорокапятки. Приняты ПТР были на вооружение ОТиЗ «от нищеты» и использовались массово в первые годы войны. С насыщением армии нормальными средствами борьбы с бронетехникой немцев количество ПТР в войсках уменьшилось.

Таких передовых идей у Тухачевского было много. Но на истребители рации не заказывали. Вот и летали весь 41-й на «ишаках», «чайках» и даже МиГах с сурдопереводом «сталинские соколы». А ведь вопрос об установке раций на самолеты Сталин ставил еще в 31-м году. Для гражданской авиации будущий командующий АДД Голованов рации просто закупил в США. Для армии, наверное, стеснялись закупать рации у буржуинов «жертвы репрессий» Рычаговы и Смушкевичи. Но нам все эти годы втирали о диком отставании в вооружении РККА от немцев по вине «великих конников» Ворошилова К.Е. - наркома обороны, и С.М. Буденного, подразумевая при этом И.В. Сталина. А на самом деле просто у немцев не было такого количества «пятой колонны» в промышленности, науке и в армии, принимающих на вооружение хлам.

При внимательном рассмотрении истории советского оружия можно заметить одну закономерность. Очень много было репрессировано конструкторов и инженеров, занимавшихся по-настоящему нужными разработками для страны и армии. Этих людей просто затирали или выживали с работы.

Почитайте еще раз протокол допроса «великого физика Ландау». Он и его компания в середине 1930-х годов сорвали несколько важных разработок в их институте в Харькове: «Вся наша вредительская деятельность была направлена на то, чтобы подорвать, свести на нет огромное практическое, прикладное значение теоретических работ, проводимых в институте. Прикрывалось это, как я уже говорил, борьбой за «чистую» науку. Научные сотрудники, отстаивавшие необходимость заниматься не только абстрактной теорией, но и практическими проблемами, всяческими путями выживались нами из института. В этих целях талантливых советских научных работников, разрабатывающих актуальные для хозяйства и обороны темы, мы травили, как якобы бездарных, неработоспособных работников, создавая им таким образом невозможную обстановку для работы.

Так мы поступили с научным работником института Рябининым, который успешно вел многообещающую работу по применению жидкого метана как горючего для авиационного двигателя. Таким же образом из института был выжит инженер

Стрельников, разработавший конструкцию рентгеновской трубки, мощность которой примерно в 10 раз превышала существующие в СССР. Эта трубка могла быть использована в промышленности для устранения дефектов в металлах и рентгеновского исследования структур… Мое вредительство заключалось в том, что, являясь руководителем теоретического отдела института, я из этого отдела изгнал всякую возможность содействия актуальным техническим, а следовательно, и оборонным темам.

В своих работах по вопросам, могущим иметь техническое приложение, я всегда вытравлял ту основу, за которую можно было бы ухватиться для технической реализации. Так я поступил при разработке вопроса о свойствах ионного и электронного газа в плазме — проблема, практическое направление которой могло бы содействовать развитию техники ультракоротких волн, имеющих оборонное значение в результате вредительской деятельности работа лаборатории атомного ядра была совершенно оторвана от разрешения каких-либо задач, имеющих практическое, прикладное значение. Возможности разрешения ряда технических проблем огромного значения не реализовывались: например, темы, связанные с высокими напряжениями, с измерительной аппаратурой. Лаборатория, расходуя миллионные средства, работала без какой-либо ориентации на технические и оборонного характера выводы.

Лаборатория низких температур, руководимая Шубниковым, имела все возможности для разработки очень важной для промышленности и обороны страны проблемы рационального использования газов коксовых печей (выделение гелия) путем применения глубокого охлаждения газовой смеси. Шубников, прикрываясь нашим излюбленным флагом борьбы за «чистую науку», не допускал работы лаборатории в этом направлении. Лаборатория ионных преобразований была доведена участниками нашей группы до окончательного развала, а способные научные сотрудники Желеховский, Помазанов и др. уволены из института. До такого же состояния была доведена и лаборатория фотоэффекта. Это — то, что успела провести наша антисоветская группа в 1935-36 годах. Вскоре после этого я и Корец переехали в Москву».

Как только Сталин объявил в декабре 1925 г. на XIV съезде ВКП(б) о реформе промышленности («индустриализацию») и сельского хозяйства («коллективизацию»), заявив, что «мы должны приложить все силы к тому, чтобы сделать нашу страну страной самостоятельной, независимой, базирующейся на внутреннем рынке.», должны «превратить нашу страну из аграрной в индустриальную, способную производить своими силами необходимое оборудование.», то практически вся партийно-чиновничья «элита», пришедшая к власти после гражданской войны и тем более «соратники-соплеменники» Бронштейна-Троцкого, отнеслась к этому не просто без восторга, но и в большинстве своем враждебно. С одной стороны, чиновники вообще больше любят «стабильность» (прежде всего своего положения), а не всякие там реформы. С другой — вся эта братия-«троцкисты» не для того насаждались в органах власти в России, чтобы допустить какие-то там мифические реформы. Троцкий, имевший мощную поддержку в партии в лице своих соплеменников из бывшей еврейской коммунистической партии и из чисто националистической сионистской «Бунды», влившихся в полном составе, чохом, в ряды ВКП(б), вполне обоснованно рассчитывал на власть в СССР после смерти Ленина, но в итоге потерял все, да еще и был отправлен к своим хозяевам на запад. Но его «гвардия» вся осталась на своих местах. «Хитрый Сталин», не развенчивая Ленина, объявил 25 тысячный «ленинский набор» в партию, который стал его опорой в противостоянии с людьми Троцкого.

Чтобы сорвать планы Сталина на реформы в стране, «оппозиционеры» шли на все что угодно. Реформа в сельском хозяйстве дискредитировалась организованным голодом на селе.

А это должно было ударить и по промышленности. В промышленности же шли даже на примитивное засыпание песка в механизмы. Все эти процессы над «промпартиями» и по «шахтинским делам» всего лишь попытка Сталина защитить страну от откровенного саботажа.

Что будет со страной, в которой нет единых ГОСТов на тот же металлопрокат? В общем-то, ничего особенного. Вот только трубы того же отопления и водопровода вместо желаемых 20 лет полежат в земле лет пять. И ЖКХ будет усердно закапывать металл в землю (миллионы рублей), а вся тяжелая промышленность вместо выпуска новой продукции будет тратиться на все те же некачественные трубы. А страна вместо развития будет тупо топтаться на месте.

Спросите у тех, кто сегодня работает в нашем ЖКХ, в чем разница между советскими трубами (60-х гг.) и теми, что выпускают для наших коммуникаций сегодня. А в начале 90-х эти ГОСТы и похерили «реформаторы» от ЕБН. Такая же история происходила и в начале 30-х. Что будет, если положить «холодный» асфальт, да еще в лужу или снег? Тоже ничего особенного. Просто «народные» деньги зароются в эту лужу. «Фирма» на следующий год снова получит заказ на «ремонт дорог» от городских властей, и все будут довольны. Только страна будет тупо топтаться на месте, проматывая деньги на прокорм дармоедов. Но стоит только нынешнему руководителю страны не только провозгласить, но и на деле осуществлять «Развитие России», то он уже не столкнется с тем саботажем, что устраивался против сталинского плана развития СССР. Сегодняшнего просто убьют.

Сталину верили и доверяли. Промышленность была не в руках ворья-олигархов, мечтающих о рабочих на своих предприятиях, чтобы, как китайцы, работали, за баланду.

Сталина не обвиняли в неких миллиардах в зарубежных банках. Поэтому он мог рассчитывать на поддержку народа в стране, а не на «рейтинг».

Но противники планов Сталина на одной промышленности не останавливались. Подобную деятельность они проводили в «оборонке» и армии, заказывая для РККА сомнительные образцы вооружений. Или не заказывали те, что были нужны армии, а потом срывали принятие на вооружение некоторых образцов, которыми потом брали Берлин.

А потом нам усердно вдалбливали в голову, что это «красные конники» Ворошилов и Буденный за кавалерию ратовали, а гениальные Тухачевские ими преследовались за передовые идеи.

Минометное КБ Шавырина было закрыто именно при руководстве Тухачевских. Уже после устранения этих стратегов из РККА, целый год (!) не могли изготовить для войсковых испытаний целых пять пусковых машин БМ-13 («Катюша»).

Впрочем, это потом объяснялось тем, что военные просто «не оценили по достоинству некоторые виды вооружений». Немцы «оценили» реактивные установки и использовали их уже при штурме «Брестской крепости», разведка наша об этих установках перед войной доложила, а наши великие полководцы «не смогли оценить вовремя». А красноармейцы своими жизнями расплачивались за недальновидность своих командиров. Но когда с этих стратегов начинали спрашивать за их просчеты, то тут же начиналась истерика, — «невинно репрессировали жертв сталинского произвола».

Великий Королев работал над ракетами для страны и его поддерживал Тухачевский. Но после ареста Тухачевского сразу же посадили и Королева (и всех тех, кого поддерживал «великий стратег»). Хотя в этой истории был и фактор простой конкуренции — выживание одних, чтобы занять их место.

Доносы на Королева писали подельники и товарищи Тухачевского, а не НКВД .

Говоря о «подельниках», я имею в виду тех, кто пошел по «делу ракетчиков». И «товарищами» Тухачевского они были в том смысле, что Тухачевский по неким «легендам» активно курировал этот институт.

Но как пишет в своих работах биограф Г.Э. Лангемака А.В. Глушко, разобравшийся в том, кто и как начал писать первые доносы на сослуживцев и в каких целях:

«Доносы на Королева написали Костиков, Тихонравов и С.С. Смирнов. У меня есть эти доносы. Потом, когда его посадили, был акт техэкспертизы, подписанный тем же Костиковым и еще несколькими товарищами. Но ни Глушко, ни Лангемак, ни Клейменов этого не делали. Более того, как я уже писал ранее, нужно иметь эти доносы на руках, чтобы обвинять людей в этом, а доносы и показания на следствии — это разные вещи. Более того, давайте будем помнить, что и Королев тоже оговорил их всех, причем в более сильной степени, чем они его. Но это считается нормальным, хотя и в этом нет ничего хорошего. И давайте еще будем помнить о том, что Глушко не считал Королева виновным в этом, а Королев Глушко, и никто из них потом второму никаких претензий не предъявлял. Королев даже Тихонравову простил его донос, на котором (он потом ездил в НКВД) он переправлял дату, делая ее на год позже».

Уважаемый А.В. Глушко не считает «доносом» в чистом виде оговор на следствии. В принципе, можно согласиться с тем, что оговор под пытками — это не донос. Но почитайте воспоминания генерала Горбатова. Он показывает, как подследственные, которых пальцем не трогали, диктовали следователям чушь про тоннели в Турцию или Японию, которые они рыли, про работу на разведки марсиан и гондурасов, чем больше людей оговоришь, тем быстрее в НКВД поймут, что «обвинения абсурдны», и либо всех выпустят, либо тюрьмы захлебнутся от количества посаженных, и всех выпустят.

Одного такого умника Горбатов пристыдил, и тот через несколько дней повесился, осознав, что творит. А вот те, у кого совесть не просыпалась, выйдя на свободу, чаще всего начинали больше всех орать, что они свои показания на случайных людей давали «под пытками кровавой гэбни». В конце концов, ведь не станешь же потом рассказывать и хвастать тем, что оговаривал невинных людей просто так. Проще врать, что тебя «пытали, зажимая гениталии дверным косяком». Почитайте «шансон» от Солженицыных — там в подробностях показано, как «пытали» таких узников. Смакуются такие подробности, как следователи-женщины «раздевали догола подследственных и давили им каблучками мужские достоинства». Представили себе такую картину воочию? Интересно, женщины-следователи прокуратур приходили на работу в изящных туфельках на шпильках или это были туфли «прощай, молодость»?..

А.В. Глушко: «Я написал про тех, про кого точно знаю, что они были жестоко избиты, а не по собственной воле давали эти показания. Что касается остальных, было разное. Только более умные люди, попавшие туда, старались довести все до полного абсурда и, называя имена своих «соучастников», пользовались зарубежной классической литературой, которую следователи НКВД точно не читали и не знали. Что же касается моей уверенности, то она основана на 20-летнем изучении этого периода истории и многолетней работе с документами архива ФСБ РФ».

Уважаемый А.В. Глушко считает тех, кто оговаривал сослуживцев, запутывая следствие умными людьми — его право. Однако итогом этих доносов стало отставание СССР от мирового ракетостроения. А ведь на тот момент разработки королевских ракет не уступали зарубежным аналогам. Королев долбил кайлом золото на Колыме, а на его планер в 1939 году уже ставили ЖРД и в феврале 1940-го испытывали в полете. После этого стали разрабатывать первый истребитель-перехватчик «БИ-1», который поднялся в воздух в мае 1942 года.

Сегодня мы знаем, какой пробивной силой обладал С.П. Королев. И именно этот человек был устранен от работ над ракетами. Потом его перевели в шарашку к Туполеву, бывшему руководителю дипломного проекта студента Королева. А через несколько лет он уже в звании подполковника собирал остатки немецких ФАУ в поверженной Германии.

Но самое интересное в истории с С.П. Королевым в том, что арестован он был по доносу своих же сослуживцев летом 1937 года.

(Примечание: Как выяснил А.В. Глушко: «На самом деле арестован Королев был летом 1938 г. Это выгодно некоторым нечистоплотным историкам переставить дату ареста на год раньше, когда все еще были на свободе. А это ЛОЖЬ!»)

По легенде, показанной в кино, Сергей Павлович почти сразу попадает на Колыму. Мама Королева долго и упорно добивается его освобождения, и в кинофильме показана сцена ее прихода к знаменитой летчице Гризодубовой, которая говорит, что теперь, когда в НКВД назначен Берия, вопрос об освобождении Сергея Павловича будет решен положительно. И действительно, именно назначение 25 ноября 1938 года главой НКВД Л.П. Берии помогает Королеву вернуться в Москву. Правда, осенью 1938 года Королев мистически не успевает попасть на последний корабль с Калымы до Магадана, который тонет вместе со всеми перевозимыми заключенными и вольными. Зиму живет чуть не в порту, долго болеет, но выздоравливает. И только к лету 1939 года он приезжает в Москву. Но его почему-то не освобождают, и он еще пару лет сидит в шарашке у А.Н. Туполева. Реально он от Туполева попадает в Казань к «ракетчикам», где находился и В.П. Глушко. И в 1944 году «ракетчики» полностью освобождаются и реабилитируются.

(Примечание: К сожалению, насчет Королева произошла одна путаница. Отсутствие доступного издания «Журналов посещения» кабинета Сталина с квалифицированными комментариями привело к тому, что во вполне хорошей книге Кремлева «Берия. Лучший менеджер 20 века» была допущена ошибка.

В книге указано, что еще 15 октября 1938 года в кабинете у Сталина в течение полутора часов находился Королев. Из-за того, что в «Журналах посещений» не всегда указывались инициалы посетителей, Кремлев сделал вывод, что этот Королев и есть будущий Главный конструктор. Однако в вышедшем только в августе 2008 года полном варианте «Журнала посещений» указано в пояснениях, что в кабинете у Сталина находился Королев Г.Н., один из руководителей авиационной промышленности. Затем этот Г.Н. Королев был у Сталина в кабинете 3 апреля 1939 г. с 18.00 до 18.35.

В апреле на Севере еще не открывают морское сообщение, и С.П. Королев действительно продолжал находиться на Калыме. Так что вся страшная история про то, как он шел пешком чуть не сто километров по тайге в мороз до порта, чтобы успеть на последний пароход, про оставленный кем-то хлеб у колодца, который спас его от голодной смерти, про утонувший пароход, на котором Королеву не хватило места, про болезнь, от которой Сергей Павлович чуть не умер, показанная в фильме, снятом по воспоминаниям самого Сергея Павловича, вполне правдива.)

Чтобы прикрыть свою мелкую подлость, нам рассказывали, как злой Сталин мешал развитию ракетной техники в СССР. Но ведь тогда получается, что по команде Сталина почему-то зарубались именно разработки наиболее стоящих образцов вооружений. Но если тиран-деспот и его приспешники пеклись о личной власти, то они просто обязаны были именно лучшее оружие продвигать в армию, а не гробить его разработчиков. А ослабление обороноспособности страны, уничтожение тех, кто мог предложить лучше для армии, было в интересах именно «оппозиции» — «чем хуже, тем лучше». Это азбука политвозни в любой стране.

И этот сценарий (по развалу государства) уже один раз сработал в 1914–1917 году. И осуществили его все те же пламенные революционеры и из ленинской гвардии в том числе, цену которым Сталин знал лучше других.

Если руководитель государства на самом деле печется о безопасности страны и своей, то он просто обязан заботиться о том, чтобы в армии внедрялись самые лучшие образцы оружия.

Получается, что Сталин до 37 года был кретином, а потом поумнел, и в армии всего за три года появились те самые танки и самолеты, что выиграли войну? Или именно происками оппозиции можно объяснить то, что в тюрьмах оказалось столько приличных конструкторов? Впрочем, именно поэтому Сталина и выставляют клиническим злодеем и недоучкой. Таким образом, легко объяснить всю нелогичность того, что приписывается ему.

Только к концу 30-х у Сталина появилась реальная власть в стране, когда он руками одних оппозиционеров придавил других. А вот те самые щепки в лице Королевых, что были при этом посажены и уничтожены, целиком на совести Лангемаков и пр. Мандельштамов, писавших доносы чуть ли не на случайных прохожих.

(Примечание: Если быть точными, это «клевета на честного и талантливого человека, пострадавшего по вине того же негодяя, на совести которого аресты всех четырех человек — Костикова, а не Лангемака, Клейменова и Глушко персонально» — А.В. Глушко.)

Когда Сталин понял, что доверять военным в принятии на вооружении танков и самолетов — значит, проиграть неизбежную войну, то он лично стал вникать во все технические тонкости и лично осматривал каждый новый танк или самолет, винтовку или автомат, которые предлагали конструкторы.

Самое поразительное, что в тяжелое лето 41-го принимаются на вооружение новые ПТРС и ПТРД, но ПТР Рукавишникова, принятые на вооружение еще в 1939-м и хранящиеся на складах, в армию не поставляют, т. к. они ненадежны при стрельбе и могут подвести в бою (2(!) отказа на 1000 выстрелов — это очень много). С таким же успехом можно было бы вооружать красноармейцев кремневыми ружьями времен Петра. Хотя пушки царской армии времен Первой мировой снимали в случае нужды с хранения и использовали в боях с немцами.

Ненадежные образцы оружия даже в условиях тяжелого отступления осени 1941 года в бой не бросали. Кстати, если бы генералы отправили эти ружья на фронт, они показали бы свою непригодность, об этом стало бы известно Сталину, то тут головы бы полетели. А так все спустили на тормозах. Сталин и сам не был заинтересован в раскрутке репрессий против генералов в условиях войны и поэтому просто махнул рукой на эти ружья. Но после войны, тому, кто эти ПТР и принимал на вооружение, в лице заместителя наркома по вооружению и начальника ГАУ (маршалу Кулику Г.И.) эти ружья припомнили.

При этом конструкторы оружия иной раз такие вещи рассказывают в своих мемуарах о подковерных страстях, кипевших вокруг принятия на вооружение того или иного образца, что начинаешь задаваться вопросом, насколько все боялись злого Сталина?

В 1970-71 гг. корреспонденты журнала «Техника — молодежи» взяли интервью у некоторых артиллерийских конструкторов времен войны. В газете «ДУЭЛЬ» за 2008 год, № 20–23, приводятся эти интервью. Очень интересны истории про личные взаимоотношения среди конструкторов-конкурентов, но еще более занимателен рассказ Н.М. Попова, служившего в Артиллерийском комитете ГАУ и курировавшего зенитные орудия, о том, как пытались протащить для легкого танка 37 мм автоматическую пушку конструктора Б.Г. Шпитального. Он разрабатывал для авиации известные пулеметы ШКАС, которые имели огромную скорострельность (до 2000 выстрелов в минуту), но были капризны и имели проблемы с задержками в стрельбе:

«Ужасную историю рассказал Попов о том, как Шпитальный пытался всучить армии свою зенитную пушку для танков. У нее был серьезный дефект: ее заклинивало после пяти выстрелов, но через некоторое время она снова могла сделать пять выстрелов и опять замолкала и т. д. (внутренние детали механизма автоматики элементарно остывали, и пушка снова могла стрелять — O.K.) Испытатель Кубинского танкодрома дал по этому орудию выразительное заключение: «Дерьмо!» Тем не менее на следующий день приехал генерал для приемки орудия. И тут выясняется, что испытывать пушку будет человек Шпитального — здоровенный красавец-мужчина. Забирается он в танк и начинает стрелять. Даст очередь в пять выстрелов, высовывается из танка, прикладывает руку к кепке и спрашивает генерала: «Разрешите продолжать, товарищ генерал?» Ничего не подозревающий генерал, недоумевая, разрешает: «Продолжайте!» Через пять выстрелов опять: «Разрешите продолжать?» — «Продолжайте!»… В результате эти бессмысленные переговоры замаскировали паузы в стрельбе, и введенный в заблуждение генерал приказал готовить документы к принятию пушки на вооружение.

— Я не решился на испытаниях сразу сказать, что орудие дефектное, — говорил Попов. — Но вечером, возвращаясь на электричке из Кубинки вместе с бригадой Шпитального, я спросил красавца-испытателя: «Зачем же вы так испытывали пушку и морочили голову генералу?» «А что? Здорово получилось? — простодушно откликнулся он. — Ведь никто ничего не заметил, правда?» — «А вы подумали о солдатах, которым пушка откажет в пылу боя?» — «Ну, что солдаты? Они как-нибудь выкрутятся, а мы зато заказ получим большой… А трюк с отдачей чести генералу — это мне сам Борис Гаврилович посоветовал!» Ну, я, как приехал домой, так сразу сел писать генералу докладную об обмане. Уж он меня костерил-костерил за то, что я сразу не сказал, но делать нечего — отозвал свое представление, и пушку забраковали».

Читаешь о подобных вещах и не можешь понять, а где же леденящий душу страх военной интеллигенции перед угрозой наказания от Сталина или Берии? Где же ГУЛАГ? «Ну, что солдаты? Они как-нибудь выкрутятся, а мы зато заказ получим большой… А трюк с отдачей чести генералу — это мне сам Борис Гаврилович (Шпитальный) посоветовал!» Знал представитель КБ Шпитального (как и сам Б.Г. Шпитальный), что в случае выявления задержек в боевых условиях их конструкторское бюро вывернут наизнанку. Подобные вещи фиксировались актами и комиссиями с последующим принятием оргвыводов. Знали ведь, что Сталин лично отслеживал подобное отношение к рядовым бойцам и мог запросто посадить или отдать под расстрел.

По словам конструктора артиллерийских систем Ф.Ф. Петрова (1902–1978), генерал-лейтенанта, Героя Социалистического Труда, лауреата Сталинских и Ленинской премий, создателя рекордного количества артиллерийских систем, среди которых такие прославленные, как 152-мм гаубица-пушка образца 1937 года, 122-мм дивизионная гаубица образца 1938 года, 152-мм гаубица образца 1943 года, множество танковых и самоходных орудий, — начальника ГАУ генерала Яковлева посадили после войны и за «знаменитый зенитный 57-мм автомат, разработанный под руководством конструктора Грабина В.Г.:

«У него пружина накатника ломалась после 1200 выстрелов. Ничего страшного в этом нет. Надо просто менять пружину через каждую тысячу выстрелов. Но когда скандал вокруг этого орудия разгорелся, Сталин спросил: «А кто принимал такую пушку на вооружение?» А принимал начальник ГАУ Николай Дмитриевич Яковлев. Ну, вот и решили Яковлева в тюрьму посадить. Конечно, Василий Гаврилович Грабин не топил и не сажал Яковлева. Но он не встал и не сказал, что пружину надо менять через каждую тысячу выстрелов. Так и получилось: мог спасти, а не спас!»

Это как раз наглядный пример того, как «боялись» Сталина тогдашние товарищи-конструкторы. И как благородно вели себя подчас для устранения конкурентов в борьбе за деньги. Ничто человеческое им было не чуждо. И подличали, и гадили откровенно.

А то придумали сказочку о честнейших и всенепременно верноподданейших работниках и злобном тиране, что их всех гнобил. А когда Сталина не стало, у них у всех появилась свобода творчества, стали говорить в 1970 году: «Прощаясь с Грабиным у калитки, мы спросили, взялся ли бы он, если бы ему предложили, воссоздать его знаменитое КБ. Он ответил сразу — видно, не раз думал об этом: «Нет, не взялся бы. Все разрушено до основания, и Хозяина нет .»

Очень спешил Иосиф Виссарионович с принятием на вооружение в армию новой техники и оружия. Но еще более понятно, почему спешил с нападением на СССР Гитлер. Перенеси он срок нападения на 1942 год, и ему уже можно было бы не суетиться — опоздал бы навсегда. А теперь, для сравнения, попробуйте представить такие темпы перевооружения нынешней армии. И сколько генералов готовы защищать эту страну насмерть, как говорил великий полководец Г.К. Жуков.

Но прежде чем дойдем до генералов, стоит сначала попробовать подробнее разобраться с тем, какие задачи ставила перед собой антисталинская оппозиция.

О задачах антисталинской оппозиции

«…если ты получил власть от элиты, противостоящей народу, пожертвуй элитой и перейди на сторону народа, ибо заменить элиту можно, а народ заменить нельзя».

(Никколо Макиавелли (1469–1527 г.г.), «Государь» — 1513 г.)

(«Богема» и ее отношения со Сталиным, о сходстве тех антисталинистов и нынешних поклонников Запада, о «покаянии» и «новом происхождении» Сталина-Джугашвили)

При исследовании сталинских времен всегда смущала одна вещь — сталинские репрессии. И хоть много авторов убедительно доказывает, что и количество репрессированных преувеличено в десятки-сотни раз, и организаторами-авторами репрессий чаще всего оказывались сами же оппозиционеры (будущие «жертвы сталинских репрессий»), пытавшиеся таким образом дискредитировать реформы и планы Сталина на выведение России из кризиса (очередного на Руси), «Смутного времени» — Гражданской войны и НЭПа, в основе тех событий лежат реальные события и факты. Люди арестовывались и погибали, происходили репрессии против граждан СССР (России) в годы, когда во главе стоял Сталин.

В этих репрессиях смущает не то, что они происходили. В конце концов, любая власть в любой стране обязана защищаться сама и защищать свой народ от внешних и внутренних угроз, от носителей угроз. Всегда смущала суровость наказания для оппозиционеров — длительные сроки для недовольных сталинским режимом и смертная казнь для лидеров-активистов, вчерашних соратников Сталина и самого (!) Ленина.

Но, как отмечают многие исследователи того времени, для начала надо оценить степень угрозы (не для Сталина лично, а для России), исходящей от тех оппозиционеров, чтобы понять, насколько оправданна была суровость приговоров. Насколько степень наказания соответствовала степени угрозы исходящей от оппозиции.

Придется оценивать степень угрозы для России (и жизни самого Сталина как главы государства) от планов и действий оппозиционеров начиная примерно с 1925 г., когда Сталин в первый раз провозгласил на Съезде ВКП(б) основные направления развития страны — индустриализацию и коллективизацию, реформы в промышленности и сельском хозяйстве. Тогда же Сталин показал то, что предлагает оппозиция (под предлогом заботы о гражданах СССР) — превращение России в аграрный и сырьевой придаток Запада.

Прикрывалось это оппозиционерами разговорами о том, что благодаря мировой революции произойдет объединение аграрной Советской России с индустриальной Советской Германией, в которой уже была попытка совершить одну революцию в 1918 году. Этакий Советский Союз России и Германии. А потом к этому Союзу присоединятся и остальные страны мира, и на планете будет коммунизм! Вполне красиво расписано счастливое будущее человечества. Причем практически в глобальном варианте и за много лет до современной глобализации идея превращения земли в мировую глобальную экономику, в которой каждая страна существует по расписанным для нее правилам.

Режиссеры всех тех мировых революций (что устроили в России свержение монархии, а затем и приход к власти «жидо-большевиков», как их называли воевавшие с ними «белые») проживали не в Германии, а в Лондонах, Цюрихах и Вашингтонах. Это в их интересах и действовала оппозиция Сталину и его реформам, и они имели свои планы на будущее мироустройство и на место России в нем. И этими режиссерами никакие реформы в России не предусматривались. И никаких Советских Союзов России и Германии, конечно же, не намечалось.

Англия и США (и примкнувшая к ним Франция), организовавшие Первую мировую, целью которой было уничтожение континентальных империй, Германии, России и Австро-Венгрии, при помощи пожара мировой революции в этих странах, свою основную задачу выполнили.

Дальше, по плану, Россия должна была быть расчленена на полсотни советских республик, «ССРЕА» («Союз Советских Республик Европы и Азии»), подконтрольных в перспективе Англии, Франции и США. И Россия превращается в сырьевой и аграрный придаток Англии и США. И сегодня примерно в этом статусе Россия-РФ современная и обретается.

Но у русских все, не «как у людей».

Появился неучтенный в расчетах тогдашних глобалистов фактор — Сталин с его командой и планами на Россию — единую и неделимую (что потом крайне приветствовалось даже в белоэмигрантских кругах), и стал строить независимое государство, самодостаточное и Западу не подконтрольное.

Он же и реформы в стране затеял, которые могли позволить России выйти из царского средневековья на первые места в мире не по количеству крестьян с сохой и кулаков-фермеров, а по промышленным показателям, которые в перспективе позволили бы наладить в стране и выпуск ширпотреба, которого так не хватает обывателю, и производство хлеба и продовольствия, которым мы могли завалить весь мир.

У разоблачителей сталинизма тут же наготове ответ, что в 1913 году при царях Россия и так кормила Европу. Вот только при этом в сытой царской России, кормящей Европу, самой есть было подчас нечего, случались голодные годы, народ от голода помирал. Правда, об этом стараются не говорить ни специалисты оральных историй из США, ни их поклонники-русофобы в России.

Чтобы остановить сталинские реформы, Запад стал поддерживать антисталинскую оппозицию, которая на словах ратовала за заботу о благосостоянии народа, и на деле пыталась вернуть Россию в семью цивилизованных государств мира. Правда, на правах только полукрестьянской колонии и «сырьевого придатка». Также Россия могла всегда поучаствовать в мировых войнах за очередной передел мира на правах пушечного мяса, как это бывало при царях (походы Суворовых в Альпы), или в подавлении бунтов в других империях, как в Австро-Венгрии в 1856 году, в региональных войнах для смягчения очередного мирового экономического кризиса.

Во времена Сталина возврат в семью цивилизованных народов назывался реставрацией капитализма в СССР. Для подавляющего большинства населения в России-СССР это означало нищету, грязь заводов и мануфактур и прочие прелести царской власти, которых население не желало. И как мы видели по листовке «от Ландау», эта братия не капитализм обещала обывателю и простому народу, а «улучшенный социализм». Но, начав в России-СССР реформы по улучшению социализма, всегда можно плавно перейти и к возврату в капитализм, что мы и видели в конце 1980-х — начале 1990-х.

Ведь что означала бы на деле реставрация капитализма в те годы? Из школьных учебников истории известно, что при НЭПе в промышленности и сельском хозяйстве существовали концессии — совместные предприятия с иностранным отечественным частным или государственным капиталом.

Были те самые нэпманы, которых высмеивали разные Ильфы и Петровы. Идти по пути НЭПа дальше — значит опустить Россию до уровня страны «третьего мира». Допустив частника до производства колбасы (что еще полбеды), потом неизбежно придешь к приватизации по-чубайсовски нефтяных скважин и металлургии разными Абрамовичами, братьями и однофамильцами. Тогда все ресурсы страны и «средства производства» перейдут под полный контроль своего, точнее, иностранного хозяина.

В итоге неизбежно получаем от таких реформаторов только одно — обычный бандитский капитализм, ибо отдельно капитализма для Запада с его с виду сытой и благополучной жизнью не существует. Для населения России в этом капитализме останется только вечный страх потерять работу, которая зависела бы от прихоти хозяина, от биржевых колебаний, от прихоти спекулянтов. Вот что в итоге должно было неизбежно произойти с СССР-Россией. Но великой державы с НЭПом не построишь.

Сталин, опираясь на учение Ленина, а точнее, на поддержку работяг (большинство страны, как и сегодня), повел Россию по пути госуправления и госконтроля над средствами производства. Он объявил в Конституции 1936 года «право на труд», «на жилище», «на образование» и т. д. И население страны увидело, что все заводы и фабрики действительно сменили собственника. При этом мелкое кустарное производство частника вполне при Сталине сохранялось.

В конце 1920-х начале 1930-х люди помнили, за что они сражались в Гражданскую войну. С раскручиванием НЭПа очень много коммунистов клали свои партбилеты на стол в знак протеста. Люди не были в восторге от того, что все в России возвращается обратно, к новым (старым) хозяевам — «нэпманам». И этих людей, не желавших возврата в капитализм, было большинство в России.

Но и жаждущих вернуться к эксплуатации человека человеком в России было немало. Сталин этот «возврат к капитализму» тогда пресек, но те, кто рвался в капитализм, мечтая наживаться на примитивной спекуляции ресурсами страны, набивая личную утробу, устанавливая золотые унитазы в своих особнячках на Рублевках, никуда не делись. Они просто обязаны были за утерянное быть оппозицией тирану.

Так что это вполне нормальное и естественное явление — оппозиция таким людям, как Сталин, которые работали на благо всех граждан страны, а не на так называемую элиту. И Сталин выбирал всегда народ, ане ее.

Основным поклонником «западных ценностей» в России всегда была наша русская интеллигенция (не путать с интеллектуалами), которая, по словам Пушкина, и становилась чаще всего «оппозицией России».

Основу этой интеллигенции и «вечной оппозиции» в те годы, после свержения Николая II, стали составлять представители одной небольшой национальной прослойки общества — профессиональные революционеры из евреев (и не только). Физически никогда особо не работавшие — представьте себе эту категорию на кузнице или в поле за трактором.

В 1930-е годы появился даже такой анекдот о коллективизации: в Биробиджан пришло решение партии — организовать колхоз, и через пару дней в ответ в Москву ушла телеграмма: «Колхоз организовали, пришлите крестьян».

Эта прослойка общества, сформировавшаяся на смену старой русской интеллигенции, с радостью ратовала за общечеловеческие мировые ценности. Ведь она здраво рассуждала, что именно она, эта прослойка, эксплуатироваться не будет. Для этого всегда есть народ, «пипл, что всегда схавает» то, что для него придумает «творческая» и «думающая за народ интеллигенция». В.М. Молотов так отзывался об этой «прослойке» страны (не дословно) — очень «беспокойный» народ, обожающий «протестовать» по поводу и без.

А так как именно эти товарищи в кожаных тужурках и в пенсне щеголявшие, обожающие устраивать массовые расстрелы, стали антисталинской оппозицией, то попробуйте сами оценить, к чему могла привести Россию эта «оппозиция» еще в 1930-е годы, и сами решите, суровы ли были применяемые к ним меры воздействия.

Ученики и поклонники самого главного оппозиционера Сталину — Лейбы Давыдовича Бронштейна-Троцкого — именно к этому и призывали в СССР, находящемуся в окружении капстран, построить социализм и коммунизм невозможно, и пора коммунизм сворачивать и восстанавливать капитализм.

И за примером ходить далеко не придется — «Горби» с «ЕБН» и провернули реставрацию капитализма в России по заветам Льва Давыдовича.

Результат — развал единого государства, потеря Россией огромных, исконно русских территорий, обнищание населения, приватизация того, что до этого работало на нужды всего населения, опускание России до уровня полуколонии Запада с «совместным пользованием» ее ресурсов, оголтелый национализм и бесконечные гражданские войны на окраинах России. Перечислять можно долго прелести рыночных реформ. Но самое главное — Россия перестала быть конкурентом Западу в мировой торговле, что и было основной задачей капиталистических революций 1991–1993 годов.

Если начать сравнивать то, что произошло в 91-м году со страной, и то, что собирались провернуть еще Троцкие и Бухарины, то можно поразиться дикому сходству задач и планов тех успешно выполненных мероприятий по приватизации принадлежащего всему народу средств производства (фабрик и заводов).

Не зря же Гайдар в начале 1990-х как-то заявил, почти дословно цитируя Бронштейна Л.Б., что коммунизм в России построить не удалось (т. к. это оказалось утопией), поэтому надо немного вернуться к капитализму. В итоге в России начала 1990-х произошла реставрация капитализма руками верных учеников Бронштейнов.

Это не шутка. В СССР произошла реставрация капитализма по реформам от Гайдара-Чубайса, но абсолютно совпадающая по пунктам с тезисами Троцкого из его писем в СССР для «антисталинской» оппозиции начала 1930-х. В частности: приватизация

госсобственности, заводов и предприятий, разрушение колхозов и особенно совхозов с передачей тракторов в руки фермеров (после этого сельское хозяйство просто рухнуло и рынок России завалили сомнительные продукты западных производителей).

После уничтожения Единой государственной энергетической системы (РАО ЕЭС России), передачи за бесценок половины ее доходов в руки иностранных корпораций (сегодня 50 копеек с 1 рубля за электроэнергию мы платим в карман каких-нибудь американцев) Чубайс заявил, что собирается в отпуск — почитать что-нибудь из Троцкого. Начитавшись Троцкого, освежив память наставлениями от «Иудушки» (по Ленину), как «обустроить Россию» в пользу мирового капитала, Чубайс вскарабкался на госкорпорацию «Нанотехнологии».

Так какую меру социальной защиты вы сегодня готовы применить ко всей этой компании реформаторов? Они всего лишь повторили пункты из заветов Давыдовича от 1935 года, которые тот слал в письмах из-за границы, маясь в эмиграции. А Чубайсу бы еще «Мою борьбу» Гитлера почитать. Как раз для него подходит. Это ответ, что было бы с Россией, если бы уже тогда эта компания дорвалась до власти, какие антисталинские реформы они провернули бы.

В тех письмах для антисталинской оппозиции у Троцкого как раз и описывалось, как проводить реставрацию капитализма. В них особо возлагались надежды на создание совместных предприятий («концессии») с иностранным капиталом, в которых, как минимум, половина дохода будет принадлежать не государству и народу, а олигарху («своему» Абрамовичу или забугорному Форду).

Большую часть дохода присваивает себе хозяин, которому нет никакого дела до нужд населения страны, в которой он делает бизнес. Это население ему совершенно чуждо и даже ненавистно (ведь оно себе еще и зарплату требует — какое кощунство). Вымрет этот электорат — заменят таджиками и молдаванами. В общем, найдут, кого на скважины и рудники отправить работать за чашку баланды.

Сегодня в России победили Троцкие-Бухарины и прочие правые. Но возврат их к власти начал еще Хрущев сразу после смерти Сталина, признав их невинными жертвами сталинизма. Остальное дело техники и времени. И кстати, основные идеи у них во многом совпадали с идеями бывших однопартийцев большевиков — «меньшевиков».

При Сталине ходила такая шутка — «Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин — из Политбюро». Но в реальности Сталин убрал из руководства страной именно прозападных евреев . А засилье представителей «самой умной нации в России» в партии и руководстве страны было просто подавляющее.

В середине 70-х В.М. Молотов, очевидец и участник тех событий, так об этом говорил:

«… А меньшевики почти сплошь были одни евреи. И среди большевиков было много, среди руководителей. Вообще евреи — самая оппозиционная нация. Но больше шли к меньшевикам. А как же! Очень разбирались, потому что идти на большевистский путь — так и голову свою можно потерять! А тут — что-то получим. Синица в руках, а у большевиков — журавль в небе. Ленин критиковал главных теоретиков-менъшевиков, а они — сплошь евреи».

При этом Молотов, которого трудно обвинить в антисемитизме, также говорил:

«Бунд не играл особой роли. Значение имели связи, которые были у бундистов с некоторыми большевиками еврейской национальности. Фактически не осталось ни одного крупного интеллигента, который бы действительно устойчиво стоял на ленинских позициях. Евреи, я думаю, наиболее подвижный народ. Вот Ленин объединил Политбюро: сам русский, Сталин — грузин и три еврея — Троцкий, Зиновьев и Каменев». (Насчет русскости Ленина Вячеслав Михайлович слегка погорячился. Не было ни одного по-настоящему русского ни по крови, ни по духу в первом «Политбюро», разве что Сталин).

Правда, сам Молотов не очень верил, что сторонники Троцкого способны на то, что предлагал в своих письмах-инструкциях Троцкий — развал страны, сдача целых регионов под внешнее управление, передачу иностранному капиталу, по его усмотрению, основных производств и ресурсов: «.Яне допускаю, чтобы Рыков согласился, Бухарин согласился на то, даже Троцкий — отдать и Дальний Восток, и Украину, и чуть ли не Кавказ, — я это исключаю, но какие-то разговоры вокруг этого велись, а потом следователи упростили это. Придет время, разберутся. В лидерах партии были свои Солженицыны. И тогда приходилось их терпеть, итеперъ…»

Ой, как не прав был Вячеслав Михайлович, или он просто лукавил, не желая обижать «евреев». Жаль, не дожил до середины 90-х. Посмотрел бы, как претворялись в жизнь «Заветы Льва Давыдовича». То, что не смогли тогда провернуть меньшевики-западники (русский грузин помешал), сделали наследники и внуки раскулаченных спустя годы.

Смогут ли остановить их русские — внук первого секретаря райкома при Сталине и «кагыбышник»? Поживем — посмотрим. Для этого у них, для начала, в их окружении должны появиться свои Мехлисы и Кагановичи.

Поехал как-то Сталин в Сибирь на заготовку хлеба уговаривать кулаков выполнить свои обязательства и продать по госцене хлеб, чтоб в городах люди с голоду не вымерли. Ему, тогда еще убежденному в эффективности бухаринской модели экономики, какой-то преуспевающий аграрий той эпохи, позже названный кулаком, сказал: «А ты, рябой, мне спляши, тогда я, может, тебе и дам хлебушка!»

Жажда наживы — штука крепкая. Сдерживать ее можно только силой. А выпусти на волю — не остановишь и не победишь. За 50 лет с того момента, как Хрущев выпустил на свободу эту самую жажду наживы, реабилитировав сторонников Бухарина, с его лозунгом начала 1930-х: «Обогащайтесь!», — в России уже достаточно крепко закрепилось это мировоззрение. И уговорить «кулака» или спекулянта-бизнесмена радеть об интересах Родины никогда не получится. Проще Родине самой выращивать этот хлеб в агропромышленных комплексах (если вам слово совхозы не нравится), чем просить «хозяина» не вести себя как жлоб.

Бухарины, получив инструктаж от Льва Давыдовича, собирались раздать государственные трактора частнику, провести приватизацию средств производства на селе еще в начале 1930-х.

Прошло 60 лет, и полная приватизация России была все же проведена по заветам основоположника. И теперь в России практически нет своего сельского хозяйства. Кушаем всякую дрянь импортную. А закроют на Западе нам продовольственную помощь, и снова введем карточки — нам не привыкать, «лишь бы не было войны».

Сталин лишь на короткое историческое время смог отодвинуть от власти в России Бронштейнов и стоящих за ними на Западе (в основном США) «финансово-промышленных акул империализма» (там есть и представители все той же самой умной нации). Но сегодня они практически полностью у власти в стране. И как тут не вспомнить слова Сталина, записанные мадам Колонтай еще в 1939 году:

«Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже. Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток. И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний.

Мировой сионизм всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться. Сила СССР — в дружбе народов. Острие борьбы будет направлено прежде всего на разрыв этой дружбы, на отрыв окраин от России. Здесь, надо признаться, мы еще не все сделали. Здесь еще большое поле работы.

С особой силой поднимет голову национализм. Он на какое-то время придавит интернационализм и патриотизм, только на какое-то время. Возникнут национальные группы внутри наций и конфликты. Появится много вождей-пигмеев, предателей внутри своих наций.

В целом в будущем развитие пойдет более сложными и даже бешеными путями, повороты будут предельно крутыми. Дело идет к тому, что особенно взбудоражится Восток. Возникнут острые противоречия с Западом.

И все же, как бы ни развивались события, но пройдет время, и взоры новых поколений будут обращены к делам и победам нашего социалистического Отечества. Год за годом будут приходить новые поколения. Они вновь подымут знамя своих отцов и дедов и отдадут нам должное сполна. Свое будущее они будут строить на нашем прошлом».

Теперь скажите, что Сталин не был провидцем, который вполне допускал, что то, что он строит, будет развалено отребьем. Хотя даже разоблачители-семиты признают, что Сталин антисемитом как разне был.

Сталин, опираясь на «Заветы Ильича», построил Советскую Коммунистическую Россию, сумевшую выстоять в войне против всей Европы во главе с Гитлером. «Горби» с «ЕБН», по «Заветам Бронштейна», вернули Россию в семью цивилизованных народов, сделав Россию о-очень большим сырьевым придатком Запада.

Из книги Ф. Чуева «140 бесед с Молотовым»:

«— Вячеслав Михайлович, у меня есть одна неясность…

— Только одна? У меня больше.

— О создании государства Израиль. Американцы были против…

— Кроме нас, все были против. Кроме меня и Сталина. Меня некоторые спрашивали: почему пошли на это? Мы — сторонники интернациональной свободы, почему мы должны быть против, когда, собственно говоря, отказать — значит повести какую-то враждебную политику в национальном вопросе. В свое время, правда, большевики были и остались против сионизма. И даже против Бунда, хотя тот социалистической считался организацией. Но одно дело быть против сионизма — это осталось неизменным в политике, против буржуазного направления, а другое дело — против народа еврейского.

Мы, правда, предложили два варианта на выбор: либо создать арабско-израильское объединение, поскольку живут та и другая нации вместе, мы поддерживали такой вариант, если об этом будет договоренность. Если нет договоренности, тогда отдельное израильское государство. Но оставались на позициях антисионистских.

— Но ведь вы не могли не понимать, что оно будет буржуазным.

— Господи!

— Почему не сделали его социалистическим?

— А почему? Ну-у-у! Тогда нам надо было ( бы) воевать с Англией. И с Америкой… Вы скажите, а почему мы в Финляндии не сделали — это более простое дело. Я считаю, правильно поступили. Можно перейти определенный рубеж, и мы ввязывались бы в совершенно новую авантюру. В авантюру. Мы сами уступилиАвстрию.

А евреи, они давно боролись за свое государство, под сионистским флагом, и мы, конечно, были против. Но если народу отказать в этом, значит, мы их давим. Теперь это в нехорошее дело вылилось, но, господи, боже мой!.. А то, что есть американский империализм — хорошее дело? 04.10.1972.»

Если и дальше сравнивать то, что произошло в 91-м году с Россией-СССР, и то, что собирались провернуть еще в 1930-е Троцкие-Бухарины, можно также сравнить и самих людей — «жертв сталинизма» и нынешних их поклонников, сегодня смело борющихся уже с «путинским режимом».

Есть одна общая черта у русской интеллигенции, которая никогда не меняется уже не один век. Русской это можно назвать очень условно. Кто до Романовых составлял элиту России? Свои князья-дворяне — русские и братья-татары. Уже с Годунова, с первой Смуты, на Русь поперла немчура со всей Европы. И уже эти немцы осели на Руси и постепенно иной раз вытесняли самих русских из зарождавшегося слоя городских жителей, — будущей интеллигенции. После 1917 года место «русской интеллигенции» прочно заняли представители несколько других народов.

Общая их черта — поклонение перед Западом. Все, что есть в России, — сплошное недоразумение (дикость, отсталость и т. д. и т. п.). А вот то, что есть на Западе, — пример для подражания, обо всем, что там есть, говорить лучше с придыханием — и столбы телеграфные у них ровнее стоят, и дороги глаже, и люди умнее, и армия сильнее. А русские, это сброд неясного происхождения, без руководства со стороны других наций неспособны существовать и, тем более, управлять этой страной. (Кстати, примерно то же самое и Гитлер говорил, — русские сами управлять своей страной не в состоянии, сначала за них управляли немцы, а потом евреи. Теперь собирается Гитлер поуправлять.)

А теперь чуть подробнее о преклонении нашей военной и прочей интеллигенции перед зарубежной армией. Мог ли быть заговор против реформ Сталина среди военных? А почему нет?

После привода Гитлера к власти в Германии наша военная интеллигенция, наши «великие полководцы» в лице Тухачевских, Якиров, Уборевичей, Корков, Фельдманов, Путнов, Эйдеманов и прочих поняла, что в будущей неизбежной большой войне за передел мира, Запада против России (а Гитлера только для этого и приводили к власти!) она вряд ли выстоит. Наверняка не выстоит — одна-то против всех .

Интервенция 20-х гг. с небольшими экспедиционными корпусами союзников по Антанте против России — цветочки, проба сил, что-то вроде разведки боем. А когда стали вооружать Германию и всю Европу против СССР-России, то наши военные, прекрасно знающие состояние РККА, похоже, просто испугались. Для них проще было пойти на сотрудничество с Западом, которому Россия-СССР не сможет противостоять. Проще оказалось дружить с Западом, даже если за нее придется расплатиться независимостью и суверенитетом России, ее ресурсами, территориями и т. п.

Потом эту политику «лишь бы не было войны», проповедуемую уже при Брежневе, Молотов назвал политикой «спущенных штанов». Сталин же вел Россию только к конфронтации против Запада. А точнее, вел политику отношений с Западом только на равных, что для Запада и его поклонников в России было совершенно неприемлемо — ведь Запад никогда не желал воспринимать Россию как равного ему партнера.

После 1933 года, после привода Гитлера к власти Западом и военные, и «правые» (в лице Бухариных) активизировали свою деятельность по свержению сталинского режима. Цель была не просто устранить Сталина, а восстановить капиталистическую систему в России. Для этого надо было либо дождаться новой интервенции (организовать поражение в войне и «свергнуть сталинскую банду») или попытаться провести государственный переворот самим. Правда, в этом случае рассчитывать на поддержку народа им не приходилось. Ведь чтобы свергнуть сталинский режим, необходимо было настроить против Сталина и его идей народ, развязав новую гражданскую войну в СССР. И тут население СССР точно не пошло бы за ними.

Но, придя к власти в России с помощью западных штыков, они могли рассчитывать на милость победителей-союзников и получить из их рук посты в расчлененной России. Подобный переворот и произошел уже в конце 1980-х — начале 90-х, когда в расчлененной России к власти на местах пробралось такое отребье, которое без указки Запада ничего не делало.

Общей чертой тех заговорщиков-антисталинистов и нынешних борцов с путинской сатрапией является постоянно проповедуемое преклонение перед Западом, которому «не стоит противиться», мол, куда нам в наших лаптях против «просвещенной Европы», против сильной в военном отношении Америки.

Поведение оппозиционеров 30-х очень напоминает поведение нынешних восторженных поклонников Запада. Тогда, так же как и сейчас, основной целью антисталинистов была банальная и пошлая сдача России Западу. Россия не может противостоять и противиться Западу, т. к. он и богаче, и сильнее. Неважно, какой режим в России — коммунистический сталинский или капитализм ВВП. При любой системе Россия не должна противиться воле Запада — нельзя состязаться с Западом в военной мощи, в смелой риторике и злить США. А если дойдет до разговора о военном соперничестве, то России лучше сразу сдаться. При этом Тухачевские и их приятели, «правые» поклонники Запада, на гражданке делали все от них возможное, чтобы СССР-Россия не устояла в приближающейся мировой войне.

Нынешние их последователи сегодня действуют и говорят несколько по-другому, но суть одна и та же. Так что — среди военных, конечно же, были и должны были быть оппозиционеры Сталину, «семинаристу-недоучке». О них мы еще поговорим подробнее в следующей главе, а пока вернемся с другому подвиду «оппозиционеров». Современных.

Например, Сванидзе, Млечины и им подобные русские интеллигенты, допущенные на ТВ, убеждают зрителей и слушателей, что Запад не собирается угрожать войной России. Сванидзе совершенно не боится американских ракет у наших границ, которые сократили время подлета до нескольких минут. Ведь никто не полезет воевать на Россию и развязывать ядерную войну. И Сванидзе совершенно прав. На ядерную Россию — нет. Надо только уничтожить остатки ядерного щита (зачем он нам, ведь на Западе у России нет врагов!).

Боеспособной армии, чтобы могла на равных противостоять НАТО, у России давно нет стараниями друзей сванидзевских, пришедших на смену выродившимся «комунякам». А Млечин со своей стороны слушателям и зрителям на «Эхо Москвы» еще пару лет назад проповедовал — «.говорят, что «холодной войны» нет и быть не может, потому что нет двух мощных лагерей, нет идеологического противостояния, поэтому и нет «холодной войны». Я с этим категорически не согласен. «Холодной войны» нет с одной стороны — с западной, потому что они действительно не видят на сегодняшний день опасного для себя противника. Но «холодная война» есть с нашей стороны, потому что российское общество и российское руководство видят такого противника.»

Оказывается, Запад только спит и видит, как бы еще отлюбить Россию, подбросить убогим «гуманитарки» да помочь в разрезании самолетов и ракет. А тупые русские в Западе только врага и видят:

«.Почему у людей какая-то такая истерическая реакция вместо того, чтобы заняться строительством государства, добиваться того, чтобы оно процветало, и употребить на это все силы свои, вообще говоря? Быть гражданином и государственником в хорошем смысле этого слова. Люди готовы или воевать, или сдаваться. А вот что, в мирное время нельзя пожить хорошо и позаботиться о своей стране?»

Млечину вторил-ерничал ведущий с «Эха Москвы» С. Бунтман:

«Нет! Вокруг враги, все сволочи вокруг. И мы такие несчастные, маленькие. Вот все над нами издеваются, а мы должны стоять, стойко держаться!» «.Чего ж боятся-то кого-то? Ну вот, когда живешь в крохотной стране, я понимаю, там бывает страшновато. Но живешь в большой стране с надежными, в общем, вооруженными силами, способными защитить страну, это точно. Ну что ж так бояться? Что ж видеть вокруг врагов-то? Тени уже какие-то мерещатся».

Осталось только спросить у историков Млечина и Сванидзе — в какие времена Россия нападала на Запад? И сколько раз Запад нападал на Россию (сам или спонсируя других) за последние 200 лет? Впрочем, у этих «миротворцев» всегда под руками хороший ответ — Запад нападал на Россию, только защищаясь от ее агрессивных намерений! Западу казалось, что Россия ведет себя слишком смело по отношению к Западу, и поэтому стоит на нее напасть. Даже Гитлер говорил что-то такое в своем меморандуме от 22 июня, — иду защищать западные ценности от готовящей агрессию России.

Дальше Млечин вещал в эфире: «Агенты влияния… терминологии западных спецслужб, мне известной, такой нет терминологии, и задачи такой никогда не ставилось, потому что она была бесполезна в советском обществе. А вот как раз КГБ всегда ставил задачу создания агентов влияния…это наша терминология и наша работа. А здесь их не было. Как в Советском Союзе могли вообще быть агенты влияния? Ну как это?»

И действительно, как? Как в России могут быть какие-то мифические агенты влияния! Да Запад ни в жисть не ставил себе целей нагадить России! Только халвой готов был бомбить наши города. А говорить о западных холуях — просто неприлично и смешно. Вот КГБ могло, конечно, вербовать агентов влияния, это как раз в духе злобных чекистов. А западные структуры — как вы можете такое говорить! Подумаешь, приятель «Горби», Яковлев, пробыв послом в Канаде, засветился так, что КГБ открыто его объявило предателем, завербованным ЦРУ, доложив об этом Горбачеву. Подумаешь, Шеварднадзе сегодня смело и гордо заявляет, что всегда проводил внешнюю политику СССР, в бытность свою на посту министра иностранных дел, в интересах США. Какие ж они агенты влияния»!?! Они борцы с коммунистическим режимом! Интересно, а с каким режимом всю жизнь борется русский интеллигент Млечин и прочие Сванидзе? И главное, в чьих интересах?

На тему и о сути российской интеллигенции» достаточно написано более умными людьми. Но мне хотелось бы коснуться творческой элиты на примере известных советских писателей и актеров времен Сталина, преподносимых сегодня как ярых (и не очень) антисталинистов.

О «великом физике» Ландау, занимавшемся звездным лучеиспусканием на примере протокола его допроса (который, безусловно, «сфальсифицирован» сталинско-бериевскими палачами) выше уже говорилось.

О том, какие хвалебные оды Сталину и советской власти писала А. Ахматова, которую вывозили персональным самолетом из блокадного Ленинграда, говорить не буду. В этих одах проглядывает что-то противоестественное, вынужденное и неискреннее, тем более, потом Ахматова пришла в себя и смело бичевала пороки сталинизма.

Но хотелось бы привести слова другого писателя и поэта К.И. Чуковского из личного дневника.

Надо учитывать, что дневники всегда пишут в тайной надежде, что их либо прочитает объект тайных вожделений, либо потомки. Но пишущий дневник не готов к тому, что это произойдет скоро. В написании дневника всегда присутствует некая искренность. Хотя бы чуть-чуть. И вот, что писал Корней Иванович после личной встречи со Сталиным 22 апреля 1936 года на X съезде ВЛКСМ, на котором он присутствовал со своим другом Б. Пастернаком:

«Что сделалось с залом! А ОН стоял немного утомленный, задумчивый и величавый. Чувствовалась огромная привычка к власти, сила и в то же время что-то женственное, мягкое. Я оглянулся: у всех были влюбленные, нежные смеющиеся лица. Видеть его — просто видеть — для всех нас было счастье. К нему все время обращалась с какими-то разговорами Демченко. И мы все ревновали, завидовали — счастливая! Каждый его жест воспринимали с благоговением. Никогда я даже не считал себя способным на такие чувства. Когда ему аплодировали, он вынул часы «серебряные» и показал аудитории с прелестной улыбкой — все мы так и зашептали: «Часы, часы, он показал часы» — и потом, расходясь, уже возле вешалки вновь вспоминали об этих часах. Пастернак шептал мне все время о нем восторженные слова, а я ему, и мы в один голос оба сказали: «Ах, эта Демченко заслоняет его!..» Домой мы шли вместе с Пастернаком, и оба упивалисъ нашей радостью».

И ведь нечто подобное писали явно или тайно многие тогдашние представители творческой интеллигенции (богема!). И действительно, пообщавшись с людьми такого уровня, как Сталин (имею в виду не должность вождя), или даже просто увидев и услышав Сталина на трибуне живьем, любой нормальный человек отреагирует так же. В конце концов, ничего плохого нет в том, что люди восхищаются великой личностью. Но вскоре у человека наступает отрезвление.

Нормальный человек просто успокаивается от таких впечатлений. И просто живет дальше с уважением к такому человеку. Но у богемы не так, как у обычных людей. У них со временем рождается ненависть к человеку, вызвавшему такие эмоции. И такой товарищ начинает ненавидеть сначала себя за эту минутную слабость, за свое унижение. А потом ненависть переносится и на объект своего вчерашнего вожделения. В общем-то, обычная реакция не очень умного пигмея на великого человека — сначала оду хвалебную, потом станет стыдно за свое унижение, и помоев плеснут в «любимого тирана». Но от сталинских премий не торопилась отказываться наша творческая интеллигенция.

Был и другой вариант будущих ненавистников Сталина — Хрущевы. Ужасно льстить ничтожеству, но вдвойне ужаснее — умному человеку, который все понимает и относится к льстящим так, как они того заслуживают, — с легким презрением. Прогибающийся до неприличия всю свою жизнь при Сталине Хрущев, как и многие ему подобные, до самой своей смерти не мог простить Сталину своего прилюдного унижения, понимания собственной подлости и принародной низости лизоблюдства и угодничества.

И стоило потом прийти таким людям к власти, как они тут же стали мстить Сталину именно за эти свои унижения, хотя их тогда так делать никто не просил и не заставлял. Сюда же можно прибавить и ненависть за не прощенного Сталиным сына Никиты Сергеевича и участие самого Хрущева в убийстве Сталина (даже не оказание помощи можно классифицировать как убийство).

Когда нам показывают дурные толпы людей, призывающие к «расстрелу предателей-собак» в старой хронике, хорошо бы помнить, что снималось это в Москве (в других городах такого почти не было), и организовывал это тогдашний руководитель Москвы Н.С. Хрущев. Виноват ли в этом Сталин, разрешавший Хрущеву эти праздники обличения? Наверное, да — не запрещал. Но только, кроме Хрущева, никто больше не преуспел в этом. С другой стороны, эти митинги нужны были как политическая акция. Но есть замечательная поговорка — «Заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибет». У Сталина были те руководители, которые были (как и сегодня у нынешнего руководства России), и выбирать приходилось между теми, кто был под рукой.

Представители богемы, сначала боготворившие вождя, узнавшие о страшных репрессиях после «доклада Хрущева на XX съезде, похожи на религиозных фанатиков, усомнившихся в непорочности святого зачатия Девы Марии.

В этом случае говорить о каком-то большом уме данных товарищей не приходится — они, как дети малые. Некоторые потом сочиняли смелые сказки «про драконов», про «рыжих и усатых тараканищей» (впрочем, кажется, эти детские стихи Чуковский написал еще в начале 1920-х, когда о Сталине вряд ли кто слышал в стране?). А другие заглушали свое прошлое унижение оголтелой ненавистью и поливанием грязью мертвого кумира.

Но если человек был умен, то никакие разоблачения сталинизма не могли изменить его отношение к Сталину. Таковы великий Д.Д. Шостакович, вывезенный из блокадного Ленинграда на одном самолете с А. Ахматовой, великий актер Н. Черкасов, который до конца своих дней оставался сталинистом, за что впоследствии его и отлучали от работы в театрах. Или поэт Исаковский до конца дней предпочитавший говорить своему другу А. Твардовскому, мол, мы не все знаем о тех временах, чтобы так просто судить.

После войны Исаковский создал сильную песню о войне «Враги сожгли родную хату», но ее не разрешили исполнять. Через 20 лет, когда ее исполнили на концерте в Москве, то сидящие в зале ветераны стали вставать со слезами на глазах — «Стоял солдат, слеза катилась, слеза несбывшихся надежд.».

И то, что при Сталине ее «запретили», сегодня дает возможность разоблаченцам ерничать, что Исаковский — сталинист, а его песни Сталин запрещал. И ведь объяснить этим людям невозможно, почему такие песни запрещались сразу после войны. Люди землянки-норы рыли, чтобы было где приютиться, пока отстраиваются дома, продолжали ждать без вести пропавших.

Поэтому дать им песню о пепелищах — в очередной раз загонять их в смертную тоску. Психиатры, наверное, смогут спрогнозировать, какой процент в таких случаях будет спившихся людей и самоубийств. А людям надо было дождаться, когда зарубцуются раны в душе. Поэтому люди с радостью шли смотреть «Кубанских казаков».

Точно по такой же причине уже в 1970-е композитору А. Мартынову и поэту А. Дементьеву запрещали исполнять на 9 Мая песню про «Алешу» («Алексей, Алешенька сынок, словно сын ее, услышать мог.»), т. к. весь зал при исполнении этой песни плакал, но День Победы — праздник. И поэтому и День Победы в СССР при Сталине и даже при Хрущеве не отмечали. Чему радоваться было? Тому, что погибло почти 15 % населения по милости конкретных начальников? Ведь Хрущев отметился не только в резне 1930-х. На его совести и лето 41-го на Украине как Первого секретаря ВКП(б), Главы Украины. Разгром наших войск под Харьковом летом 1942-го, где тоже отметился Хрущев (с Тимошенко) сопоставим по количеству потерь с разгромом армии в июне-июле 41-го по всей границе. И вряд ли Хрущеву хотелось бы стоять на трибуне Мавзолея, когда мимо проходили солдаты.

Вот когда с «виновным» за гибель почти 30 миллионов определились и им был назначен И.В. Сталин, то уже можно было и праздновать «со слезами на глазах». Тем более что Брежнев, который в 1965 году провел первый Парад Победы после 1945 года, имел чистую совесть перед погибшими солдатами и мирными жителями, и ему не стыдно было стоять на Мавзолее. И Брежнев не позвал на первый после войны День Победы в 65-м на трибуну Мавзолея ни Хрущева, ни Жукова.

Ставя репрессии Сталину в вину, всегда дают сравнение с Хрущевым, при котором их уже не было. А правда, почему при Хрущеве не было никаких особых политических репрессий? Партия та же, то же строительство коммунизма, та же идеология противостояния Западу. И Запад не оставил своих попыток подгадить России. Почему же Хрущев (губивший людей сотнями тысяч при Сталине) никого не сажал, став Генсеком? Куда оппозиция коммунизму делась в СССР? Перестрелял несколько десятков сталинистов и бериевцев, тех, кто мог рассказывать о роли Никиты Сергеевича в борьбе с врагами народа и о заслугах будущего вождя в войне, и все на этом. Но почему же не было массовых репрессий? Ведь Хрущев оставался верным ленинцем.

А все потому, что не было никакой нужды именно в «массовых репрессиях». Вместе с Хрущевым к власти пришла антисталинская оппозиция. Кого Хрущев реабилитировал? Практически всех жертв сталинизма, всех верных ленинцев, относящихся к группе Зиновьева-Каменева-Бухарина. Кого не расстреляли при Сталине, тех выпустили и реабилитировали при Хрущеве, и выпускать начали, не дожидаясь разоблачения культа личности, уже в 1954 году.

И самое главное, у Сталина, увы, почти не было в стране серьезных сторонников. Народ его поддерживал в большинстве своем, но среди элиты настоящих последователей не было. Даже его ближайшие соратники в лице Молотова, Кагановича и Ворошилова, которые при жизни Сталина часто получали по шапке за допущенные ошибки и промахи, предпочли отмолчаться в 56-м на 20-м съезде.

Когда Хрущев затеял свою борьбу с культом Сталина, достаточно было убрать из руководства этих людей, и сталинский курс стал сворачиваться. Сторонники Сталина, в отличие от сторонников Троцкого, террористических актов против Хрущева не готовили, саботажем в экономике, промышленности и сельском хозяйстве не занимались, заговоров в пользу западной страны не строили. Их репрессировать было не за что.

С другой стороны, у Хрущева появлялся замечательный аргумент против Сталина — при нем сажали, а сейчас — нет. Но этих сталинистов и сажать не было нужды. Их было меньшинство в руководстве. Достаточно было просто спровадить их на пенсию, как убирали Головановых и Рокоссовских. В крайнем случае, посадить на 15 лет в одиночку как Судоплатова, где он прикидывался сумасшедшим несколько лет, чтоб его оставили в покое и не пытали про агентуру на Западе. Те, кто научился помалкивать, продолжали работать и писать мемуары, в которых иногда вставляли свои честные оценки Сталину. А бывшей антисталинской оппозиции бунтовать против Хрущева нужды не было — он был всегда их сторонником.

Сталинский курс нужен был одному только Сталину и еще большинству простого трудового народа, в основном проживающего в городах. Курс этот заключался в создании государственной экономики, работающей по четким планам на годы вперед, не зависящей от прихоти и жлобства хозяина-олигарха или фермера. Сталинская экономика работала на нужды всего населения и была более успешной по сравнению с западной, более конкурентоспособной и производительной. Эффективность свою она доказала в Мае 45-го, когда советские солдаты водружали красное знамя в Берлине. Ведь в войнах воюют не армии и солдаты (эти просто убивают друг друга). Воюют экономики. И сталинская экономика победила европейскую, рыночную, — ведь Россия воевала не только против Германии, воевала против всей Европы.

Но большинству руководителей и партчиновников в стране было все равно, какой тип экономики они обслуживают. Еще меньше это интересовало вырвавшихся на свободу и вернувшихся к власти в стране «безвинно пострадавших». До смерти Сталина в стране власть принадлежала народу, работающему человеку, производящему материальные ценности. Именно рабочий и крестьянин были на вершине общества. А потом вылезла интеллигенция, немногочисленная прослойка общества.

И хоть у Сталина и был один сторонник — народ Советского Союза, подавляющее большинство, но кто когда-нибудь спрашивал у народа.

В 1938–1939 гг. Сталин истреблял элиту, которая истребляла народ с 1917 года. Имеет ли Сталин отношение к революциям 1917 года как организатор? Нет. Хотя бы потому, что не занимал в то время особых постов, был даже не на вторых ролях в партии. Ленин ввел Сталина в руководство, чтобы разбавить монолит одной нации в Политбюро. Да и сам Сталин (как и тот же Молотов) не был сторонником Октябрьского переворота и захвата власти в России таким путем.

Гражданскую войну Сталин не развязывал, хотя в ходе самой войны и проявил себя как вполне грамотный стратег и тактик. Замешан ли Сталин в «красном терроре», развязанном Лениным-Троцким? Нет ни одного упоминания, что Сталин (или Молотов) отметился в какой-нибудь резне против «белых», казаков или попов как все члены Политбюро тех лет, устраивавшие буквально геноцид населения России.

Отметился ли Сталин после Гражданской войны в грабеже православных церквей, истреблении священников (преимущественно православных)? Тоже нет. Организатором и вдохновителем этой акции были Троцкий и его подельники-соплеменники, хотя в председатели комиссий по уничтожению Церкви и назначали М.И. Калинина.

Сталин, отвечавший за внутрипартийную контрразведку и разведку в РСДРП(б) до 1917 года, работал в это время в созданном им Рабкрине (вроде современных Счетной палаты и Финансовой разведки, которую до недавнего времени возглавляли одни чекисты) и наркомом по делам национальностей. Ленин сделал его Генеральным секретарем ЦК ВКП(б), но эта должность на тот момент была не более чем хозяйственной, да для ведения пленумов или съездов партии. Да и ее формально не было в том же Уставе ВКП(б) — КПСС аж до 1965 года.

Во главе партии в первые годы при Ленине было Политбюро из пяти человек и Секретариат ЦК, который состоял из трех секретарей ЦК. В Центральном же комитете ВКП(б) имелась должность Ответственного секретаря. Затем Ленин, чтобы ослабить роль Политбюро с его своеобразным нацсоставом, в противовес Троцкому, увеличил численный состав секретариата ЦК до 10 человек, в который собирался провести несторонников Троцкого.

В 1970-х Молотов так об этом вспоминал: «Неожиданно для себя в 1921 году я стал Секретарем ЦК. Из трех секретарей был секретариат: Молотов, Ярославский, Михайлов, как было опубликовано, Молотов — Ответственный секретарь. Не было тогда еще первого, генерального, был ответственный. Приемные дни были опубликованы. Я встретился с Лениным. Мы с ним побеседовали по ряду вопросов, потом гуляли по Кремлю. Он говорит: «Только я вам советую: вы должны как Секретарь ЦК заниматься политической работой, всю техническую работу — на замов и помощников. Вот был у нас до сих пор Секретарем ЦК Крестинский, так он был управделами, а не Секретарь ЦК! Всякой ерундой занимался, а не политикой!»

Это — после X съезда партии. А на XI съезде появился так называемый «список десятки» — фамилии предполагаемых членов ЦК, сторонников Ленина. И против фамилии Сталина рукой Ленина было написано: «Генеральный секретарь». Ленин организовал фракционное собрание «десятки».… уговорились: фракционное собрание, троцкистов — нельзя, рабочую оппозицию — нельзя, демократический централизм тоже не приглашать, только одни крепкие сторонники «десятки», то есть ленинцы. Собрал, по-моему, человек двадцать от наиболее крупных организаций перед голосованием. Сталин даже упрекнул Ленина, дескать, у нас секретное или полусекретное совещание во время съезда, как-то фракционно получается, а Ленин говорит: «Товарищ Сталин, вы-mo старый, опытный фракционер! Не сомневайтесь, нам сейчас нельзя иначе. Я хочу, чтобы все были хорошо подготовлены к голосованию, надо предупредить товарищей, чтобы твердо голосовали за этот список без поправок! Список «десятки» надо провести целиком. Есть большая опасность, что станут голосовать по лицам, добавлять: вот этот хороший литератор, его надо, этот хороший оратор — и разжижат список, опять у нас не будет большинства. А как тогда руководить!» А ведь на X съезде Ленин запретил фракции. И голосовали с этим примечанием в скобках. Сталин стал Генеральным. Ленину это больших трудов стоило. Но он, конечно, вопрос достаточно глубоко продумал и дал понять, на кого равняться. Ленин, видимо, посчитал, что я недостаточный политик, но в секретарях и в Политбюро меня оставил, а Сталина сделал Генеральным. Он, конечно, готовился, чувствуя болезнь свою.

Видел ли он в Сталине своего преемника? Думаю, что и это могло учитываться. А для чего нужен был Генеральный секретарь? Никогда не было. Но постепенно авторитет Сталина поднялся и вырос в гораздо большее, чем предполагал Ленин или чем он даже считал желательным. Но предвидеть все, конечно, было невозможно, а в условиях острой борьбы вокруг Сталина все более сколачивалась активная группа — Дзержинский, Куйбышев, Фрунзе и другие оченъразные люди.

… Перед выборами членов ЦК Ленин выступил за кандидатуру Сталина, сказал, что Сталин — такой, что обязательно должен быть в составе ЦК, именно за Сталина он выступал — это такой член партии, такой деятель, говорил Ленин, на которого можно положиться в любом деле, он наиболее надежный при проведении нашей линии…

Ленин понимал, что с точки зрения осложнения дел в партии и государстве очень разлагающе действовал Троцкий. Опасная фигура. Чувствовалось, что Ленин рад бы был от него избавиться, да не может. А у Троцкого хватало сильных, прямых сторонников, были также и ни то, ни се, но признающие его большой авторитет. Троцкий — человек достаточно умный, способный и пользовался огромным влиянием. Даже Ленин, который вел с ним непримиримую борьбу, вынужден был опубликовать в «Правде», что у него нет разногласий с Троцким по крестьянскому вопросу. Помню, это возмутило Сталина, как несоответствующее действительности, и он пришел к Ленину. Ленин отвечает: «А что я могу сделать? У Троцкого в руках армия, которая сплошь из крестьян. У нас в стране разруха, а мы покажем народу, что еще и наверху грыземся!»

Ленин не хуже Сталина понимал, что такое Троцкий, и считал, что придет время снять Троцкого, избавиться от него…

— В годы гражданской войны Троцкий большой властью обладал?

— Большой власти ему не давали. Ленин играл большую роль, и Сталин играл большую роль.

… Зиновьев претендовал на лидерство, на роль Ленина. И добился, что на ХII съезде партии, в 1923 году, еще при живом Ленине, делал политический отчет. И тогда же затеял интригу против Сталина и всей нашей группы, которая сколачивалась вокруг Сталина. И вскоре Зиновьев и Каменев, отдыхая в Кисловодске, вызвали к себе Рудзутака, потом Ворошилова, гуляли там в пещере и доказывали, что надо политизировать секретариат. Дескать, там сейчас только один настоящий политик — Сталин, и надо создать такой секретариат: Сталин, конечно, остается, но надо к нему добавить Зиновьева, Троцкого и Каменева, точно теперь не могу сказать. Сталин, конечно, сразу понял, в чем дело: его хотят оставить в меньшинстве. Это была так называемая «пещерная платформа». Вели разговоры в пещерах…

— Кто был более суровым, Ленин или Сталин?

— Конечно, Ленин. Строгий был. В некоторых вещах строже Сталина. Почитайте его записки Дзержинскому. Он нередко прибегал к самым крайним мерам, когда это было необходимо. Тамбовское восстание приказал подавить, сжигать все. Я как раз был на обсуждении. Он никакую оппозицию терпеть не стал бы, если б была такая возможность. Помню, как он упрекал Сталина в мягкотелости и либерализме. «Какая у нас диктатура? У нас же кисельная власть, а не диктатура!»

— А где написано о том, что он упрекал Сталина?

— Это было в узком кругу, в нашей среде.

… Со Сталиным у Ленина отношения были тесные, но больше на деловой основе. Сталина он куда выше поднял, чем Бухарина! Да и не просто поднял — сделал своей опорой в ЦК. И доверял ему.

— Ленин говорил: «Сталин — демократ», — отвечает Молотов. — Да, говорил Ленин, такой старый фракционер товарищ Сталин и такие вопросы ставит. Говорил, действительно. Микоян правильно, между прочим, в воспоминаниях припомнил.» (Ф.Чуев, «140 бесед с Молотовым»)

Также у Сталина к этому времени уже сформировалось свое понимание будущего России, и у него была группа единомышленников. При этом сам Сталин был даже слишком терпим к инакомыслию — человек, выросший на Кавказе, всегда научится осторожности в общении с людьми другой нации и культуры. Само проживание на многонациональном Кавказе учит человека сдержанности и не оскорбительному поведению. Ведь никогда не знаешь, кто стоит перед тобой, на что способен человек, какой род за ним.

Посмотрите еще раз на национальный состав тогдашних и сегодняшних разоблачителей сталинизма и советской власти. Русского по крови днем с огнем не сыщешь (именно эти товарищи любят рассуждать, что в России давно нет чистых наций, с их подачи из паспортов убрали графу «национальность»). В начале 1920-х, после того, как закончилась Гражданская война, практически вся власть в России перешла в руки самой умной нации на свете. Этого одного процента от населения России вполне хватило, чтобы занять место старой царской элиты, в истреблении которой они и преуспели.

При этом этот процент также, как и вся страна во время Гражданской войны, разделился на тех, кто пошел за Сталиным, создавая вместе с ним Великую Россию для всех народов ее населяющих, и на тех, кто боролся до последнего с «этой страной».

Правда, нынешние потомки-наследники Зиновьевых-Каменевых-Свердловых с прочими Бухариными, их вождем и учителем Л.Д. Бронштейном, всячески открещиваются от учителей. Они свое духовное (да и не только) родство стараются не афишировать. Создавая видимость единой советской власти, в которой Сталин просто «захватил эту власть из личных патологических побуждений, перестреляв вчерашних друзей-приятелей, с которыми вместе захватывали власть в России в октябре 1917-го». Заодно, сваливая все на Сталина, они попутно решают задачу отвести обвинения от истинных виновников тех трагедий в России с октября 17-го.

Эта самая умная нация (точнее, не вся, а самая «культурная» часть, как говорил Троцкий) Сталина, который создал для них отдельное государство и вернул им возможность жить на земле предков, ненавидят до смерти. Вы не понимаете, за что? А он им не дал сделать тогда из России свою личную национальную кормушку. Зачем им сдалась проклятая богом за грехи их предков (что нашего Иисуса распяли), пустыня?!? А вот разрулить Россию с ее народом-быдлом, вечно холопствующим перед очередным Хозяином (по Н.К. Сванидзе), взять под контроль ее ресурсы и жить припеваючи — это цель так цель!

Сталин им эту цель обломал. А тем, кто не хотел понимать, что Россия — это страна для всех народов, ее населяющих, а не для «самых умных», рога поотшибал. Но при этом хитрый Сталин так использовал на благо всего народа эту саму нацию (прежде всего ее связи на Западе), что никакому Макиавелли и не снилось.

Ведь национальный состав верхушки СССР, жен первых лиц не изменился. Но это были «неправильные» евреи, все Мехлисы-Кагановичи, как и тысячи других, считавших себя таким же народом России, как и остальные. Этих потом Гитлер в первую очередь истреблял, и именно эти евреи-комиссары организовывали сопротивление в Брестской крепости. Тот же Молотов (русский) был женат на неправильной еврейке. И эта умная женщина, отбывшая в ссылке за собственную болтливость с иностранными послами и премьер-министрами (могущую привести к серьезным политическим осложнениям в мире) после выхода на свободу и смерти Сталина, который ее и сослал в Алма-Ату, никогда не позволяла в ее присутствии плохо говорить о тиране. Правда, сегодня нам втирают, что она это делала не от большого ума и порядочности, а по причине своей тайной страсти к вождю.

Молотов вспоминал: «Бухарин, когда был исключен, сменил семью, женился на молодой девушке, очень красивой еврейке. (Бухарину было за 50, а невесте 18 — К.0.) А первая жена русская была.… У многих жены еврейки — у Ворошилова, Андреева, Рыкова, Кирова, Калинина… Это неспроста. Среди евреев оппозиционных и революционных элементов было больше в массе своей, чем среди русских. Обиженные, пострадавшие, притесненные, они более изворотливые, они, так сказать, всюду проникали… Это городские люди веками жили в городах. Жизнь их так вышколила, что они стали очень активными, не в пример русским, которым сначала надо в голове почесать… Пока обнюхаются, раскачаются, а эти всегда готовы…»

«В стихотворении о Сталине сказано: «Великим русским этот был грузин». Это довольно хлесткое выражение, но, по-моему, что-то тут надо добавить об интернационализме, а не русскость подчеркивать. Сами русские тоже ничего бы не сделали, потому что у русских тоже много недостатков, да и не может не быть. Но никто другой не придумал социалистической революции, а русские первые придумали. Вот так. Говорят, евреи сделали революцию, а не русские. Ну, в это мало кто верит. Правда, в первом правительстве, в Политбюро большинство составляли евреи.

(Если народ не поддержит, то любая «революция» быстро закончится — К.О.)

Русские, когда их раскачают евреи или напавший враг, тогда они стягиваются… »

(Похоже, Молотов поставил знак равенства между «напавшим врагом» и «раскачивающими» Россию «евреями»? — К.О.)

«.В 1939 году, когда сняли Литвинова и я пришел на иностранные дела, Сталин сказал мне: «Убери из наркомата евреев». Слава богу, что сказал! Дело в том, что евреи составляли там абсолютное большинство в руководстве и среди послов. Это, конечно, неправильно. Латыши и евреи… И каждый за собой целый хвост тащил. Причем свысока смотрели, когда я пришел, издевались над теми мерами, которые я начал проводитъ…

Сталин, конечно, был настороже в отношении евреев. Тем не менее, самым преданным ему был Каганович. Берия за спиной Кагановича говорил: «Лазарь, этот Израиль…»

Сталин не был антисемитом, как его порой пытаются изобразить. Он отмечал в еврейском народе многие качества: работоспособность, спаянность, политическую активность. У них активность выше средней, безусловно. Поэтому есть очень горячие в одну сторону и очень горячие в другую. В условиях хрущевского периода эти, вторые, подняли голову, они к Сталину относятся с лютой ненавистью .

Однако в царских тюрьмах и ссылках их не так много было, а когда взяли власть, многие сразу стили большевиками, хотя большинство из них были меньшевиками. А все-таки в России были большевики, которых в других местах не было, — говорит Молотов. — Ими можно гордиться. Можно плеваться на русских, когда они плохо ведут себя. Но есть чем гордиться…»

«. Ленин очень хвалил то, что Сталин писал по национальному вопросу, и все эти нелегкие дела поручал ему. Но и критиковал. О нем и Дзержинском говорил, что инородцы порой бывают более русскими, чем сами русские. В Сталине, конечно, это очень проявилось, особенно в последние годы даже чересчур. Он не любил, когда представитель другой национальности менял фамилию на русскую, спрашивал: «А русской нации он не изменит?» Считал, что на высокие посты надо допускать в основном русских, украинцев и белорусов.

Надо учесть всю сложность характера Сталина… Насчет русскости он считал, что правительство должен возглавлять русский. Долго не соглашался Председателем Совнаркома стать.

Сталин предпочитал Рыкова, потому что тот хоть и был за включение в правительство меньшевиков и эсеров, но против Октябрьской революции не выступал открыто, как Каменев. К тому же играло роль и то, чтобы во главе правительства стоял русский. В то время евреи занимали многие руководящие посты, хотя составляли невысокий процент населения страны ». («140 бесед с Молотовым»)

(Кстати, а почему многие евреи-революционеры, кроме Кагановича, Мехлиса да и Марка Бернеса, меняли себе нацию (фамилии) на русскую, когда захватывали власть в России, уничтожали царскую элиту и православную Церковь?)

В чем еще есть сходство антисталинской оппозиции тогда и их наследниками сегодня? А в ненависти, в презрении ко всему русскому, к России как таковой. И особенно в демагогии, которая проявляется, например, в оценке тех же исторических событий или действий Сталина и того же Троцкого, которого нынешние пытаются чуть не благодетелем России сделать. При нем Россия якобы должна была стать процветающей страной уже в 20-е гг.

Если заградотряды по отлову дезертиров были в тылу Красной армии в Отечественную войну, при Сталине — это «страшное преступления сталинизма». А если заградотряды Троцкого расстреливали бегущие толпы красноармейцев — это чуть не благо, которое «обусловлено ВОЙНОЙ».

Николай II не разогнал манифестации в Петрограде, в столице воюющей страны, что привело к разрастанию в государственный переворот — это хорошо, «какой замечательный был в России царь». Но если бы Троцкий сделал в такой ситуации обратное — было бы еще лучше. А вот Сталина за такое в гиене огненной сжечь надо.

Если в СССР был голод в начале 30-х гг., организованный самой антисталинской оппозицией, пытавшейся раскачать страну вплоть до развязывания новой гражданской войны против реформ Сталина и его людей, то это голод был организован, конечно же, Сталиным, и пишется он с большой буквы.

А когда был голод в России при царях с миллионами погибших крестьян — это всего лишь казус. Говорить, что в эти же годы в САСШ (США) во времена кризиса умерло от голода несколько миллионов нельзя — они умерли в силу объективных причин, а в СССР умирали по злой воле тирана.

Это нынешние так историю СССР преподносят. А как преподносили историю России «до 17-го года» в 1920-е, при правлении троцкистов — вообще отдельная тема.

В нашей повседневной жизни с некоторой периодичностью и достаточно часто поднимается вопрос о всеобщем покаянии за сталинизм. Основными активистами опять выступают представители одной маленькой, но очень умной нации.

На «Эхо Москвы» (где умудряются называть построенный в 2013 году пантеон великих людей России под Москвой «кладбищем домашних животных») на эту тему выступала мадам Гербер, умудрившаяся в свое время заявить в эфире программы «Народ хочет знать», что такой нации, как «русские», вообще не существует. Видимо, русские — сборище полутатарвы-полумордвы, результат половой распущенности предков.

На форуме, обсуждая ее выступление, один сторонник заявил: «.Я молю Бога, чтобы этот стереотип исчез как можно быстрее благодаря увеличению на Руси количества таких граждан, как уважаемая Алла Гербер и указанные выше участники форума.»

Но вот незадача, если в России будет слишком много таких, как Гербер, то это будет уже не Россия, а какая-нибудь ХАЗАРИЯ. Гербер лучше бы не поднимать волну на тему исторических разборок и покаяний. Иначе сразу захочется вспомнить, кто на самом деле забивал Романовых как собак, кто руководил уничтожением русских церквей, кто церковное добро подсчитывал перед вывозом в США и Англию и кто попытался занять место истребленной Бронштейнами русской элиты в России после Гражданской войны.

Была такая шутка: «Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин — из Политбюро». Может, именно поэтому именно представители этой самой умной и обиженной нации больше всех участвуют в поливании помоями истории России? Может, именно за это ненавидят Сталина-тирана, что оторвал их от кормушки, заставил их быть не богоизбранными, а такими же, как все народы, живущие в России? А когда на всевозможных исторических шоу неизменно побеждает прорусская и просталинская точка зрения, то в ответ можно услышать — «Охлос, как пришел к власти в 17-м в России, так им и остался.»

Предвижу вопли русофобов — ах, к нам забрел «антисемит»! Но один умный еврей как-то заметил, что антисемит это не тот, кто не любит евреев, а тот, кого не любят сами евреи, и если хотите прослыть антисемитом — сядьте с евреем в шахматы поиграть. Так что успокойтесь, я, простой советский интернационалист, не обязан никого любить за его национальную принадлежность. А не любить — больно много чести будет. Историческая правда не в интересах Гербер и ее «жертв холокоста». Русских погибло в разы больше в Великой Отечественной войне ив 20 веке благодаря революциям, о которых русские никого не просили. И именно русским они должны вечно молиться за спасение во Второй мировой войне и каяться за многое.

А памятник Сталину давно пора ставить в Иерусалиме. Это он им создал государство в ответ за помощь евреев во время войны во внешней политике. Сталин сумел даже сионистов заставить работать на Россию.

Но именно Сталин сказал про эту компанию слова, записанные мадам Колонтай еще в 1939 году: «Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже. Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток. И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний. Мировой сионизм всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться…»

(Почему-то не Запад весь и в целом, не абстрактный капитализм, а именно сионизм назвал Сталин врагом Советской России. А может, именно потому, что именно «сионизм» и готовил Россию исключительно под себя, стоя во главе ее революций? Может, именно этот самый «сионизм», рассматривая Россию «как варварскую страну», как свой личный сырьевой придаток, исключительно для небольшой группы товарищей, а не для пользования всем Западом? И действительно, с какой это радости Бронштейны должны были делиться с Западом? Отстегнули бы от своих щедрот маленько, и хватит Западу).

С недавних пор (может, и с давних) в Интернете гуляет такое утверждение — Сталин по своему происхождению тоже был евреем , а фамилия Джугашвили происходит от Джуги — еврея, и швили — сынок. Сын еврея получается. А самое главное доказательство — отец Сталина, Виссарион, был сапожник! А все сапожники — евреи! По этой логике все сапожники-армяне на Кавказе — тоже переодетые и замаскированные евреи.

Кстати, в Северной Осетии Сталина очень почитают. На Столовой горе, что стоит рядом с Казбеком, даже его портрет создали (еще при нем) на сотни метров в размере! Видно километров за 20 от Владикавказа и за 30 от самой горы! Так вот осетины свято верят, что «Отец родной» был осетинских кровей (по отцу). Во всем этом есть желание породниться с великим человеком. Грузины смеются, что и армяне тоже считают вождя своим и ни с кем делить его не собираются. Может, и евреям хочется? Обидно, что среди самых умных не нашлось равного ему? А так, хотя бы косвенно, можно попробовать природниться к великому. Хотя, может быть, объявив Сталина евреем, они хотят оскорбить данную нацию.

Вопрос о происхождении и национальности Сталина был как-то задан на одном из форумов в Интернете его правнуку, Якову Евгеньевичу Джугашвили, проживавшему тогда в Тбилиси. И тот ответил, постаравшись быть максимально корректным:

«В грузинском языке слово ЕВРЕЙ звучит как ЭБРАЭЛИ, а «теория» о еврейском происхождении фамилии «Джугашвили» пошла с Запада, т. к. по-английски еврей (JEW) звучит как ДЖУ. Но почему-то никто не задает вопроса с какого… [рожна] грузинские фамилии должны иметь английское происхождение? В Кахетии есть деревня Джугаани, так что, теперь считать эту грузинскую глубинку иудейской, что ли? Есть работа Михеила Джавахишвили о происхождении Сталина, написанная в 1939 году. Почитайте.»

Но если говорить серьезно об этой замечательной нации (не более умной, чем остальные на планете), то воевать с ней (как с нацией) могут только люди не очень адекватные. Евреи, как и любая нация на земле, в данном случае является всего лишь инструментом в руках истинных вершителей судеб. Конечно, среди них есть и полные отморозки-националисты — сионисты. Но такие же оголтелые националисты присутствуют в каждой нации.

Можно достаточно серьезно говорить о том, что сами евреи являются жертвами своих соплеменников-сионистов, «работающих» в вековой связке с основными англосакскими фамилиями Англии и США, кои и выдвигают евреев на первый план в их вечных войнах против соседних народов и стран-конкурентов. Устраиваемые сионистами провокации в виде тех же саг о бедных евреях в телесериалах должны спровоцировать население России на неприязнь к евреям. Ведь никто не снимает фильмов про особую судьбу татарской или мордовской нации. Так же, как никто не снимал фильмов об особой судьбе русских. Национальность в фильмах никогда не выпячивалась, т. к. в многонациональной России это делать просто неприлично и опасно.

Осенью 2008 года проходил подсчет голосов в шоу, устроенном РТР в Интернете — «Имя Россия». При всех попытках замутить с подсчетами голосов, при котором любой мог хоть сутками тыкать пальцем и проголосовать хоть за Гитлера, хоть за Мадонну сотни раз, с огромным отрывом от прочих претендентов лидировал «главный злодей всех времен и народов» — Сталин. Как заявили организаторы голосования, высокий процент Сталину организовали коммунисты-хакеры (и сочувствующие им безумные старушки, наверное).

Подобный подсчет пытались провести и на «Эхо Москвы». На том голосовании надо было сначала зарегистрироваться, проголосовать можно было только один раз, в отличие от РТР. Отрыв Сталина был подавляющий, что вынудило «Эхо Москвы» такое безобразие прекратить. На сайте РТР также был свой форум, в котором, прежде чем вести разговор, также надо зарегистрироваться, и там также проводилось голосование. Там Сталин набрал больше половины голосов. Но если вы заходили на сайт РТР и пытались говорить что-то в защиту Сталина, то вас в любой момент могли заблокировать, обвинив в «некорректности» (говорят, что только коммунисты в свое время лишали всех слова).

Как только нынешнее руководство России стало изображать некоторые подвижки к реальному реформированию страны, как тут же опять обострился «антисталинизм» у нашей творческой, да и не только, интеллигенции.

Казалось бы, при чем тут сегодняшние дела и поступки современных правителей России и Сталин? Но наша богема знает, откуда и куда ветер дует, и всегда свой нос держит по ветру. И отсюда можно сделать вывод, что нынешние руководители начинают кое-чему учиться у самого лучшего за последние 100 лет «менеджера» России.

Переходим к изучению вопроса: была ли в СССР антисталинская военная оппозиция.

Была ли в СССР антисталинская оппозиция и заговор в РККА в 1941 году?

(что собиралась организовать антисталинская оппозиция в 37-м против «контрреволюционера» Сталина и что творилось в предвоенные дни в приграничных округах) Самым сложным вопросом в исследовании причин поражений РККА в лето 1941 года остается вопрос: было или не было организованное предательство в Красной армии? И если было, не оно ли было причиной тех поражений? Насколько с этим предательством могли быть связаны Г.К. Жуков и С.К. Тимошенко? И как это было связано с попыткой военного переворота 37-го года? Была ли военная оппозиция Сталину и что они успели натворить?

В общественном сознании России (по крайней мере у самой «интеллектуальной» ее части) господствует убежденность в том, что никакого заговора военных в 1937 году не было и быть не могло. Все уверены, что в СССР в те годы не было ни военного, ни экономического, ни общеполитического противостояния и заговора против того, что делал Сталин, против его реформ в экономике .

Сталин все это выдумал, чтобы уничтожить гениальных полководцев, физиков-лириков и прочую творческую интеллигенцию. Чтобы хоть как-то объяснить, зачем тогда Сталин уничтожал вчерашних соратников и военных, вам дадут примерно такой ответ: тиран делал это в каком-то параноидальном угаре.

Также заодно Сталин перебил кучу трудового народа в лице самых трудолюбивых крестьян (наверное, хотел, чтобы все побыстрее умерли в России).

Также скажут, что в СССР не было никакой оппозиции курсу Сталина, направленного на экономическое развитие страны. Были споры Бухариных по мелким и незначительным вопросам в экономике (Бухарин написал Конституцию 1936 года!), и было робкое несогласие Тухачевских против засилья буденновщины и ворошиловщины в Красной армии. И на Западе никто не хотел нападать на СССР — призывали Сталина быть «демократичнее», но нападать даже не помышляли.

Но Сталин в силу своего тиранства (возможно, и сумасшествия) вечно искал несогласных. В СССР все поголовно мечтали о процветании России, все его поддерживали, но сам тиран только и думал о том, чтобы побольше перебить народу и напасть на кого-нибудь. Ведь он был верным учеником Ленина и хотел устроить по его заветам мировую революцию.

Почему отрицаются все эти военные, политические, экономические саботажи несогласных с реформами Сталина? Ведь по одному протоколу допроса Ландау вполне видно, что тогдашняя оппозиция прямо желала и призывала к уничтожению существующего политического и прежде всего экономического строя. Но нынешние потомки и наследники-поклонники Бухариных-Ландау совсем не торопятся признавать за своими кумирами право быть хотя бы мужиками — людьми, пытавшимися свергнуть тирана. Казалось бы, — этим гордиться надо — боролись против «режима палача» Сталина и его прихвостней Молотовых и Берий. А они не признают.

А все потому, что, признав факт наличия в СССР-России антисталинской оппозиции во все годы его правления (в тех или иных масштабах), придется объяснить не только то, на основе каких законов оппозиция преследовалась и за что их сажали, но и чем она реально занималась и в чьих интересах действовала , чего хотела достичь и достигла в своей борьбе с «ненавистным режимом».

Придется признать, что эта самая троцкистско-бухаринская оппозиция пришла в итоге к власти после смерти Сталина, перебив вслед за Берией остатки сталинистов в 1953 году, а потом окончательно была восстановлена капиталистическая система в 1991–1993 годах. И придется признать, что действовала, что та, что нынешняя оппозиция вовсе не в интересах России-СССР, а и выполняла заказ своих хозяев на Западе. Ведь чаще всего нынешние оппозиционеры всех мастей и расцветок (вплоть до голубых) подъедаются, так или иначе, у иностранных посольств, прежде всего США и Англии. И точно так же и военная оппозиция, если она есть в какой-то стране, находится на содержании иностранных спецслужб. Всегда.

Отрицание наличия антисталинской оппозиции и заговора военных перед войной и в начале войны на руку всем историкам и официозу, и ненавистникам Сталина, и некоторым «объективным» историкам нового поколения. Есть непреложная догма: Сталин — злодей (или просто не очень хороший человек), всех оппозиционеров расстрелял еще в 37-м, поэтому никаких противников советской власти к лету 41-го в стране не было, значит, во всем и виноват он один лично (в разных вариантах)! Но как раз все факты тех лет и логика политической жизни в СССР говорит о том, что эта самая оппозиция сталинскому курсу никуда не исчезла даже с приходом в НКВД Берии в 1938 году.

Тем более, когда разоблачители говорят о том, что никто в СССР Сталину не противостоял и не пытался его уничтожить, то этим они жертв «сталинского произвола» унижают и лишают права иметь честь, смелость и достоинство, выставляя бесхребетными слизняками. А ведь на самом деле это иногда были смелые и сильные люди. По-своему. Хотя быть предателем Родины на подкормке у врага — это, увы, не доблесть.

Оппозиция, действовавшая все годы правления Сталина, во время войны несколько поутихла. Но не потому, что совесть проснулась, а потому, что в условиях военного времени могли к стенке гораздо быстрее поставить. И самое главное, никто из этой братии (из тех, кто не был вроде напрямую связан с Германией и вроде не собирался перебегать к немцам) не был способен на то, чтобы на равных воевать с Гитлером.

Потом они поняли, что немцы на оккупированных территориях 1941 года несколько отличаются от германцев 1914-го и не особо собираются иметь дело с оппозицией как с будущей правящей элитой после уничтожения СССР-России. Видимо, пример оккупированной Германией Украины в 1918 году душу грел — то, как там расцвела «государственность» при достаточно терпимых оккупантах. А когда увидели, что творят нацисты на той же Украине и в Белоруссии, поняли, что «освобождение от сталинизма» от оккупантов не получишь, и решили особо не высовываться.

Но после войны и тем более в последние годы жизни Сталина оппозиция опять оживилась. А уж после смерти вождя все его реформы стали гробиться открыто.

Сталин и его команда провозглашали в 1925 году на XIV съезде ВКП(б):

«Мы должны приложить все силы к тому, чтобы сделать нашу страну страной самостоятельной, независимой, базирующейся на внутреннем рынке», «превратить нашу страну из аграрной в индустриальную, способную производить своими силами необходимое оборудование».

Т.е. Сталин предлагал опираться на собственную экономику и промышленность, чтобы не зависеть от поставок и помощи Запада и не зависеть от регулярных кризисов на Западе. И что предлагала оппозиция? Согласно ее планам, «наша страна должна остаться еще долго аграрной, должна вывозить сельскохозяйственные продукты и привозить оборудование», закупленное на Западе на эти продукты. К чему должна была привести подобная экономическая деятельность»? По словам Сталина, это привело бы к тому, что «наша страна никогда, или почти никогда, не могла бы индустриализироваться, наша страна из экономически самостоятельной единицы, опирающейся на внутренний рынок, должна была бы объективно превратиться в придаток общей капиталистической системы», мировой системы Запада.

И если тогда основным экспортом СССР-России было зерно и продовольствие, то сегодня наследнички Троцких и Бухариных гонят на Запад нефть и газ, превратив Россию нынешнюю в сырьевой придаток капиталистической системы Запада.

Казалось бы, что плохого быть придатком Запада? Ничего плохого. Но только никто на Западе никогда не собирался рассматривать Россию и ее население как людей, равных жителям Европы. А это значит более низкий уровень жизни населения, медленное вымирание наций и существование на уровне полуколонии Запада. С какого это рожна Запад будет выращивать Россию до уровня мировой державы, своими руками создавать себе конкурента-могильщика? Еды на всех никогда не хватало в мировой истории. До сих пор Россия занимает, хоть уже и не одну шестую часть суши, но огромную территорию, достаточно благоприятную для проживания и набитую ресурсами. И эта земля контролируется 140 миллионами людей, не желающих этими ресурсами делиться и подчиняться более «цивилизованным» народам.

На чем основано благосостояние США и Европы? На примитивном и пошлом разграблении своих же недавних колоний. Французы сами моют посуду в своих забегаловках или белые американцы в Штатах? Нет. В подавляющем большинстве арабы, латиносы с китайцами. Правда, им для утешения впихивают американскую или европейскую «мечту» — каждый может разбогатеть.

И точно так же должно быть и в России. При этом если в Россию прет просто лавина «таджиков»-мигрантов после того, как в их республиках и регионах уничтожены были всякие рабочие места в виде сельхозпредприятий и промышленности (в Ташкенте самолеты строили для СССР), то Запад, существующий по точно таким же принципам — использование дешевой рабсилы за счет не белого населения, скинул свое производство в регионы с дешевой рабочей силой некоторое время назад.

Население, вымирающее в силу «объективных причин» и от «нежелания размножаться» (совсем обленились), обслуживает нефтяные и газовые скважины и трубы, по которым это добро по бросовым (для Запада) ценам подается в Европу и США для «золотого миллиарда». При этом русские и прочие племена «финно-угров» к этому «миллиарду» никакого отношения иметь не должны и не будут — на всех еды просто не хватит. Как говорил классик: «Боливар не вынесет двоих». Впрочем, для пары сотен олигархов из России место на планете всегда найдется.

Когда в России забраживались сто лет назад революции, именно представители будущей антисталинской оппозиции и должны были стать во главе России сразу после Гражданской войны, после истребления и изгнания остатков царской элиты, духовенства, казачества и прочих сил, способных на самоорганизацию в России.

Целью привода к власти в России Бронштейнов (не путать с евреями в целом) было примитивное и пошлое превращение страны в сырьевой придаток Запада. А какие там лозунги проповедовала эта компания, типа «право наций на самоопределение», «самостийные республики», всеобщую и поголовную свободу, «перманентные революции» — не имеет никакого значения .

Эти лозунги в России были претворены в жизнь уже при Сталине (кроме «мировой революции»), но впоследствии очень искренне они использовались Западом в любом удобном для них случае и против России-СССР, когда Запад боролся за «свободы» советских граждан в СССР (хотя их никто об этом и не просил).

Когда ненавистники Сталина вопят о жутких зверствах Сталина против собственного населения, то всегда необходимо менять «плюс» на «минус» или уменьшать цифры в сотни раз. И хорошо бы посмотреть, кто конкретно на местах устраивал «перегибы»? Для чего это делалось и в чьих интересах? Когда Сталин боролся перед войной с оппозицией, желавшей на плечах напавших на Россию-СССР немцев въехать в Кремль, то он был еще слишком гуманен, не всех истребил.

Но дело даже не в этом «гуманизме». Всех оппонентов истребить невозможно просто физически. Ведь Гражданская война разделила Россию практически пополам. И прежде всего элиту.

То, что предложил России Сталин (не Ленин) было не просто революционно — изменить социально-экономическое устройство страны, — было предложено изменить саму суть человека, отучить его от жлобства и желания наживы, стремления наживаться за счет других. А это было гораздо тяжелее создания колхозов.

Ведь когда человек несет свои деньги в очередное «МММ», он прекрасно знает, что это пирамида, что он может пролететь. Но лучше всего он знает, что его навар, большие «проценты» в таких пирамидах возможны, только если он не будет в последних рядах(!), в нижней части этой самой пирамиды, и приведет туда очередного лоха. И человека не смущает, что его благосостояние возможно только за счет ограбления пришедших в «МММ» после него.

И он в душе надеется, что таких будет больше, т. к. только тогда он наверняка получит свой обещанный гешефт.

И именно на эти качества стали ставить те, кто пришел к власти уже после Сталина. И такой порядок вещей существует и сегодня в России. Увы, природу человека не истребить. Если есть возможность вести себя как скотина — человек так себя и ведет. Но Сталин лишил возможности прийти к власти проповедников такого образа жизни в те годы и разделил новую революционную элиту пополам.

Бухарин в конце 1920-х — начале 1930-х гг. проповедовал лозунг: «Обогащайтесь»(!) для крестьян. Но он был лжив с самого начала. Сколько крестьян могли «разбогатеть»? Несколько процентов? А остальным с голоду подохнуть или в батраки пойти к разбогатевшим? Молотов так говорил об этом:

«.Бухарин дошел до того, что через три-четыре года после начала НЭПа провозгласил в одном докладе, обращенном к крестьянству: «Обогащайтесь!» Ну, хорошо, какая-то кучка может обогатиться, а вот на чем может обогатиться наш народ? Середняк, а тем более бедняк? Значит, это уже идеология из него прет другая — не о народе забота. Он думал: мы кулакам дали землю, теперь дать середнякам — они тоже оживут. А на чем они могут «оживиться»? Орудий нет, грамоты нет и организации никакой, главное, нет. «Обогащайтесь!»

…Бухарин…видит не в народе выход из положения. Просто болтун. Потому что народ в таком положении, что ничего не может сделать без кооперативов, без колхозов, без индустрии, главным образом потому, что колхозы, на чем бы держались, если б не было ни машин, ни тракторов? Где средства, которые бы дали возможность взять в руки рычаг, чтоб народ поднять? Техники-то не было, надо строить заводы. Пока они начнут давать небольшое количество машин — вера у многих будет потеряна, ничего из этого не выйдет!»

Но Сталин не мог истребить носителей подобных идей, т. к. пришлось бы треть нации вырезать. Нашим и особенно западным правозащитникам такое было бы в радость, но Сталин не был таким людоедом, как наши разоблачители желают представить. Людей он не кушал.

Точно так же, как остались на своих местах носители подобных идей во всех отраслях и структурах страны, так же они оставались и в армии. И именно эти люди сделали все возможное, чтобы страна чуть не погибла летом 1941 года. Но не получилось.

Что происходило после октября 1917 г. в России? Представьте, что к власти в стране приходит коалиция из разных группировок. Что будет дальше? Будет происходить борьба за власть среди победителей в «коалиции».

В 1917 году власть в России захватили большевики-ленинцы-троцкисты и левые эсеры, сместив (по дружеской договоренности) компанию Керенского, эсера-трудовика (правых эсеров). Через полгода ленинцы-троцкисты устранили от власти левых эсеров, которые попытались свалить большевиков сами. Но и ленинцы-троцкисты, и прочие эсеры (как и сам душка Керенский) были всего лишь куклами в руках у спонсоров с Запада, и должны были расчленять Россию («тюрьму народов») на куски для последующего взятия последних под контроль настоящими хозяевами.

Затем борьба за власть произошла между троцкистами (и вроде как «ленинцами») и группировкой Сталина , который как раз и не был ничьим ставленником. Он провозгласил курс на реформы в России, которые объективно сделали бы страну мощной и независимой от Запада .

Сталин собирался построить на огромном пространстве русского мира (православного мира) независимую от Запада огромную державу, способную на равных конкурировать и сосуществовать с этим Западом (западным миром) на одной планете.

И эта конкуренция должна была объективно привести к экономическому и политическому поражению Запада. А иначе Запад не стал бы и суетиться в своих попытках уже физического истребления России в 20 веке и не переживал бы из-за того, что в России проводится «индустриализация» и «коллективизация». Если предпринятые Сталиным и его командой реформы были бы не успешными, то Запад сделал бы все возможное, чтобы «помочь» Сталину в проведении этих реформ, чтобы Россия еще больше скатилась на задворки цивилизации и не могла бы стать опасным экономическим конкурентом Западу.

И что же — группировка сторонников Троцкого (и стоящих за ними хозяев-спонсоров) должна была сразу сложить оружие и прекратить борьбу за власть в России, когда Сталин провозгласил и самое важное — начал проводить реформы? Не для этого в них столько денег было вложено спонсорами из Англии и США, чтобы они сразу сдались. Их столько лет кормили-поили в Лондонах и Цюрихах для того, чтобы они вместе со Сталиными строили социалистический рай в России?

Эти люди были во всех структурах государственной машины. И в армии в том числе. Молотов:

«…Троцкий всюду насаждал свои кадры, особенно в армии. Гамарник, начальник Политуправления. Склянский был у него первым замом. Я его знал. Откудова он взялся — черт его знает.»

«Сталин помог Зиновьеву и Каменеву, конечно. Почему? Потому что людей очень мало было подготовленных. Доверять им нельзя и обойтись без них трудно. Очень сложное дело — политика. Ленин требовал тогда исключить их из партии, но Сталин и Свердлов стали возражать. Пришлось пока подождать. А они потом снова повторяли… А когда не на что уже было рассчитывать, тогда с ними и покончили!…Ленин учил: делать коммунизм приходилось с теми людьми, которые были, а не с теми, которых хотелось иметь».

Сталин и использовал этих людей до тех пор, пока они работали на благо России. Но как только эти люди начинали гадить стране, их убирали из власти и с экономических постов. И тем более если подобные появлялись среди военных или в силовых структурах, то и их приходилось убирать из армии, НКВД и прочих «органов власти». Тем более если они совершали преступления и тем более, если пытались в заговоры поиграть.

По делу Тухачевского было арестовано почти 5 тысяч и расстреляно около 1600 военнослужащих, от рядовых до маршалов. Это были люди особо не скрывающие свое отношение ни к Сталину, ни к его власти. Они достаточно спокойно рассуждали, что самый легкий способ свергнуть тирана Сталина — это организовать государственный переворот в России в условиях начавшейся войны.

Это сегодня мы, живя под ракетно-ядерным зонтиком, созданным Сталиным-Берией, можем не опасаться прямого нападения со стороны Запада. Но в 1930-х годах, после того как сталинские реформы показали огромное преимущество социалистической плановой экономики перед рыночной экономикой Запада, авторитет СССР мог привести к большим проблемам на Западе. СССР-Россия, занявшая за 10–15 лет чуть не второе место в мире(!) после США, вполне могла стать хозяином на планете.

В следующей, второй и особенно третьей пятилетке планировалось сделать упор на выпуске товаров народного потребления, и в этом случае жизненный уровень в России-СССР стал бы намного выше, чем на Западе, и советские товары вполне могли создать проблемы на мировом рынке. А с этим точно никто мириться на Западе не собирался.

А ведь было в западных странах население, которое открыто восхищалось успехами СССР. Война Запада против сталинской России была неизбежна. И оппозиция, имеющая опыт свержения царизма в условиях организованного поражения в войне, этот опыт и собиралась использовать. Как говорится, зачем отказываться от уже один раз сработавшего в России сценария?

Но Сталин, как опытный революционер, знал всю подоплеку «падения монархии» и понимал, как надо действовать, чтобы не оказаться в роли Николая II. Поэтому, когда к середине 30-х гг. оппозиция и ее военное крыло попытались его свергнуть, Сталин эту оппозицию передавил.

Однако мировой опыт показывает, что выкорчевать оппозицию до конца невозможно. Все равно останутся бунтовщики и вольнодумцы-карбонарии. Сколько тысяч членов еврейской Бунды оптом влилось в ряды ВКП(б) после Гражданской войны? Сколько служащих еще царской бюрократической машины оказалось в советских органах власти? Сколько озлобленных крестьян, пострадавших от реформ, проводимых в жизнь оппозиционерами на местах, пытавшихся дискредитировать реформы, было в России-СССР? А сколько было на самом деле «репрессировано» — несколько процентов от общего количества обиженных и недовольных, оставшихся на свободе? Поэтому и к июню 41-го в стране и армии остались желающие свергнуть злодея хотя бы руками Гитлера.

Сталин не ставил перед собой задачу извести под корень всех оппозиционеров. Арестовывались и расстреливались самые неугомонные, и другим в наказание.

Если сегодня начнется нечто подобное тому, что было к весне 41-го в стране, когда все прекрасно понимали, что скоро начнется война с Германией, обязательно появятся люди, открыто призывающие лечь под Запад. Руководство государства ничего с ними из гуманных соображений делать не будет, и страна ляжет под Запад. Руководитель «пожалеет» горстку «борцов за справедливость», а в итоге обязательно пострадают и, возможно, погибнут миллионы простых граждан. Точно так же решаются подобные проблемы в любых и «раздемократичных» странах мира. Если вы подрываете устои государственной машины, вас уничтожат без разговоров о свободе и т. п. мишуре.

Кстати, в России есть примеры, когда один правитель, не желая крови, прокакал страну «на растерзание вандалов», а другой — умышленно уничтожил ее, после чего в стране пролились потоки крови и начались непрекращающиеся мелкие войны по всей территории бывшего СССР.

После того как в России была окончательно свернута политика НЭПа, а Троцкий выслан из страны, Сталин взял курс на полную приватизацию всей собственности в России в пользу государства, на национализацию основных средств производства и ресурсов, на строительство настоящего социализма. Все в СССР стало госсобственностью. Если при НЭПе существовали мелкие совместные предприятия с частным или иностранным капиталом («концессии»), то к началу 1930-х и в этой сфере свобода для частного бизнеса была прекращена. И уж тем более совместное с Западом владение крупным производством и ресурсами в России.

Если страна собирается развиваться дальше, то ей так или иначе приходится переходить на плановое управление своей экономикой. И пусть кто-то скажет, что в США нет планирования перспектив развития, все двигается само собой, без всякого управления.

Настоящая эффективность развития страны возможна только при полном подчинении основных отраслей экономики центральной власти. А наиболее полный контроль за управлением экономикой возможен только при общегосударственной собственности всех средств производства — фабрик, заводов и прочих ресурсов — при «социализме и коммунизме».

В начале 1930-х гг. усиливается ликвидация кулачества, частного бизнеса на селе — создаются колхозы и совхозы. У крестьян в личном (частном) пользовании оставались только лопаты и косы с личной коровой и курами и с приусадебным участком около 1-го га. Но средства обработки земли, трактора и прочая сельхозтехника переходили под полный контроль государства.

Не забывайте, что Ленин «позаимствовал» у эсеров лозунг: «Землю — крестьянам» только на время, чтобы перетащить крестьян на свою сторону. Но на перспективу планировалось землю и средства ее обработки сделать государственной, а крестьянину работать в совхозах как наемному работнику.

Но при Сталине крестьяне оставались собственниками своих паев на земле, и колхозы — это не более чем объединение пайщиков. Как сегодня говорят, — дольщики собственности в кооперативе. И именно по этим долям и развалили в начале 1990-х колхозы, а паи-доли у крестьян за бесценок скупались новоявленными хозяевами.

Государство при Сталине, имея огромные деньги, занимается постоянным переоснащением машин на селе, мелиорацией, удобрениями, и за счет этого увеличивается объем произведенной сельхозпродукции и снижается ее себестоимость. Как говорится, никакой идеологии — сплошная экономика (чистый бизнес).

Если этому процессу не мешать, то Россия вполне объективно осуществила бы экономический рывок и вышла на передовые позиции в мире, оставляя за кормой все страны Запада. И так произошло к концу 1930-х годов! СССР к 1940 году занял чуть не второе место в мире после США по экономической мощи. Еще десяток лет, и Россия завалила бы дешевым ширпотребом весь мир. И об этом знали тогда все, особенно на Западе.

Что должен был делать Запад в подобных условиях? Да ничего особенного: приложить все силы, чтобы реформы были сорваны — чтобы в России была восстановлена частная собственность на средства производства, произошла бы реставрация капитализма. В этом случае Россия никуда не вырывается, встраивается в мировую экономическую систему на условиях Запада, в идеале становится сырьевым придатком Запада.

Открыто идти на Россию войной после того, как Сталин выставил из страны Троцкого, Запад в лице Англии не хотел: не было тех, кто смог бы в Европе вести войну против России. Гитлера только стали раскручивать, и он никак не мог набрать необходимые 51 % голосов в германский парламент, чтобы иметь право формировать правительство, стать рейхсканцлером и начать милитаризацию Германии для последующего нападения на Россию (как и обещал в «Майн Кампф» своим спонсорам).

Пока это не произошло, Западу оставалось только делать ставку на антисталинскую оппозицию в СССР, на верных ленинцев, на троцкистов и «правых» в самой ВКП(б). При этом создавать некое мифическое подполье в России из проигравших «:белых» для этого необязательно. Выгодней и проще активизировать оппозиционеров внутри самой правящей партии, занимающих важные ключевые посты в государстве.

Примерно так и получилось у Запада (США) в СССР при Горби, когда продажная партийная элита провернула «перестройку» под лозунгами «разоблачения сталинизма и строительства социализма с человеческим лицом».

Под видом политической болтовни о невозможности построения социализма в отдельно взятой стране они будут устраивать дискуссии о путях «перестройки» в СССР, а на деле пытаться остановить реформы Сталина. Под видом заботы о страданиях самых трудолюбивых и работящих крестьянах русской деревни — кулаках и середняках, которым «вековые традиции Руси» не позволяют объединяться в колхозы и снова стать «крепостными», эти болтуны будут срывать процесс организации колхозов и совхозов.

Цель — дискредитировать реформы на селе. Они сорвут хлебозаготовки, устроят «голодомор». А Запад поможет — организует «золотую блокаду», когда купить трактора для колхозов можно будет только за зерно. Золота у Сталина не было (помогли Ленин с Троцким и прочие Колчаки еще в Гражданскую). Цены на зерно Запад сбил (помогла Депрессия), а цены на свою продукцию завысил. И по всем расчетам Россия должна была рухнуть к ногам Запада.

Но Сталин и тут «выкрутился» со своей командой. Кредитов на Западе давать России не хотели, и их никто и не давал тогда открыто, ведь те же США «официально» признали СССР только к середине 30-х. Проблему решили по-своему мудро, чтобы возвращать достаточно большие, но «частные» кредиты с Запада на «индустриализацию»: загнали уголовников со всей страны на Колыму — золото намывать, а кулачье убедили пойти в колхозы, резко повысив урожайность за счет механизации крупных сельхозхозяйств и снизив себестоимость зерна. Кстати, почти все руководящие посты в колхозах вскоре стали занимать бывшие кулаки, как самые грамотные и толковые хозяйственники. Ведь председателя выбирали сами колхозники.

И если посмотрите внимательно как-нибудь фильм «Председатель», то там и показано, как оно было в реальности, — партийные чиновники из обкома и райкома собирались снимать неугомонного и строптивого председателя колхоза, фронтовика, но сами колхозники простым голосованием не поддержали партийного выдвиженца. И ничего райкомовцы поделать не могли с этим. А были эти выборы председателя колхоза во времена Сталина.

Но самое главное, что Сталина стали боготворить в России трудяги, пролетарии и крестьяне, которые увидели рост собственного благосостояния, за то, что Сталин делал все для их блага, а не для кучки элиты.

В 1929 году, когда выдворили из России Троцкого, в США были получены огромные кредиты для СССР. В США прибыли пять высоких партийных чинов-евреев во главе с наркомом иностранных дел Литвиновым (Финкельштейном). Эти пятеро поговорили с американскими банкирами-соплеменниками, и те выделили в частном порядке кредиты.

История эта до сих пор покрыта мраком. Что такого наобещали тогда эти посланцы, какие формы возврата долга гарантировались, до сих пор неизвестно. Скорее всего это был не обычный возврат с процентами, а долевое участие американских банков в экономике, в построенных заводах и отраслях промышленности СССР-России. На меньшее эти господа просто не стали бы соглашаться. Ведь не бедственное же положение трудящихся в России и евреев-соплеменников заставило их раскошелиться? И не кредиты это были в чистом виде. Был осуществлен заказ на строительство в России целых заводов по американской документации силами советских рабочих, но под руководством американских инженеров. Кстати, часть инженеров осталась в России жить и работать. Правда, некоторые из них потом были посажены за промышленный шпионаж. А кого-то невинно сажали антисталинисты, чтобы сорвать работу конкретного предприятия.

Была еще одна статья доходов в государственную казну — Торгсин. Через «торговлю с иностранцами» (так Торгсин расшифровывается) стали скупать у населения золото, антиквариат и т. п. в обмен на товары потребления, а то и просто продукты. И Торгсин также дал существенную долю в поступлении золота в казну. Формально на Западе требовали именно зерно за свои технологии, но и от золота не отказывались — накапливали золотые запасы, которые потом позволили США стать финансовым центром планеты.

Кстати, в США в это же время просто изымали золото и ценности у населения для выхода из Великой депрессии под страхом тюремного заключения или штрафа до 10 000 долларов.

Есть среди разоблачителей сталинизма общепринятая байка о том, что Сталин продавал на Запад зерно, отбирая его у бедных крестьян, и так провел свои никому не нужные реформы. Сталин «силой загнал крестьян в колхозы, чтобы отобрать было легче хлеб, продать его на Запад и купить станки для индустриализации». При этом умирали от голода миллионы крестьян, «русское патриархальное село» гибло (об этом особенно любят стенать наши интеллигенты, лопаты в руках не державшие иной раз) и т. п.

Но все реформы Сталина, все закупленное на Западе оборудование и целые заводы обошлись в гораздо большую сумму, чем сталинский «режим» выручил от продажи всего хлеба, нефти, музейных и церковных ценностей.

Во-первых, все эти колокола, картины и прочее музейное добро шло не на закупку станков и машин, а на взятки нужным людям в конгрессах и банкирам в США. А те в ответ организовывали кредиты «кровавому сталинскому режиму».

Во-вторых, именно западные кредиты тем же промышленным оборудованием, о которых договорились Литвинов и другие, помогли провести реформы в России. Представители СССР договорились о поставках в Россию из США станков и машин на очень большие суммы, десятки миллиардов долларов.

Зерно и сельхозсырье в те годы составляло примерно половину всего экспорта из России — в 1926/27 годах 1 млрд 598 млн руб. из. 2 млрд 395 млн рублей всего экспорта. В 1927/28 году произошло снижение на 13 % — 1 млрд 238 млн из 2 млрд 73 млн руб. экспортной выручки. Итого, зерно давало примерно по 2 млрд рублей от экспорта в год и около 10 млрд общей выручки за первые две пятилетки. Завезено же было на десятки миллиардов в эти же годы. А с 1934 года, после прошедшего голода, продажа зерна за рубеж была приостановлена.

После снижения закупок зерна в СССР в 1928 году (утаивание кулаками) Сталин в 1929 году и делает хитрый ход с отправкой в США пятерых высокопоставленных партийцев во главе с Литвиновым для выбивания кредитов. И после этого вояжа одна только американская «А. Каи и К» спроектировала и построила в СССР на 2(!) млрд руб. (примерно 40 млрд долларов по современному курсу) такие предприятия, как СТЗ, ЧТЗ, ХТЗ, Томский тракторный завод, авиа-и автозаводы в 7 городах страны, станкостроительные заводы в 3 городах, кузнечные и прокатные цеха и станы, литейные заводы в 8 городах, ТЭС в Якутске, Алюминиевый завод в Ленинграде и много других предприятий. Кроме этого, большие заказы для СССР выполняла и Германия, до 1933 года. Но она поставляла свое промышленное оборудование больше за продовольствие и зерно.

А покупали сталинские посланцы за границей очень много. Практически весь Запад гнал станки, оборудование и целые заводы в СССР на продажу. К 1932 году половина мирового экспорта машин и оборудования шла в СССР. Вот где была нажива для Запада. Заказы в условиях Депрессии спасали их фирмы от разорения, организованного стоящими у власти дельцами, которые официально объявляли блокады против СССР.

На тот момент «хитрый и коварный» Сталин не афишировал то, что со временем собирается брать под государственный контроль в России все средства производства — заводы, ресурсы и т. п. Иначе нам деньги в США не дали бы.

Те пять посланцев что-то наобещали в США за эти кредиты и заказы и за построенные в России заводы, и вот тут Сталин обещания своих посланцев, похоже, отказался выполнять. Кредиты получил не лично Сталин, а СССР. Долги он возвращал исправно золотом, а что наобещали буржуям Литвинов и другие, это их проблемы. Но какие проценты, «приватизации» и совместные концессии наобещали, Сталин, конечно же, знал: зря он, что ли, тем же банкирам и сенаторам картины «продавал». Хотя того же А. Хаммера, друга и подельника Ленина-Троцкого по грабежу России начала 20-х на порог СССР не пускал.

И когда оппозиция в лице тех посланцев поняла, что Сталин не собирается выполнять ИХ обещания, не хочет реставрировать в России капитализм, попыталась осуществить госпереворот с дальнейшей приватизацией, Сталин всю эту компанию к ногтю и придавил. Сталин всю эту литвиновскую братву и их спонсоров-хозяев просто кинул, а кто не понял и пытался в заговорщиков поиграть, тех к стенке и поставил в интересах России, конечно же. И это правильно. Как говорил умный Маккиавели — жертвуй элитой, если она идет против народа, ибо элиту себе всегда найдешь, а народ — никогда.

Сталин взял под контроль государства ВСЮ экономику России-СССР в интересах всего населения страны. Вот за это они и их друзья на Западе и взбеленились. Им ведь не только нужны были возвраты за кредиты с процентами. Они хотели долю в российской экономике. А Сталин с ней их как раз и кинул. Хотя кредиты отдавал исправно.

Сталину пришлось пойти на полное огосударствление экономики после того как в Германии был приведен к власти А. Гитлер, к концу 30-х гг., когда стало ясно, что Гитлер не остановится на одной Европе. Экономические реформы Сталин сворачивать не собирался, но противостоять гитлеровской Германии Россия-СССР могла, только приведя свою экономику под полный контроль государства. Так что усиление роли государства в экономике при Сталине к концу 30-х гг. происходило прежде всего из-за угрозы будущей войны Запада против СССР.

Но цены на мировых рынках на зерно, конечно же, ударили по России, как и планировалось. Сюда же наложились погодные условия (хотя это и не самый серьезный фактор). Но самым важным был откровенный саботаж на местах местных руководителей по срыву сельхозреформ, что привело к голоду в СССР в 1932–1933 гг. Это была месть Сталину за то, что тот нарушил обещания Литвиновых. Однако остановить реформы Сталина и его команды оппозиция уже не могла, и Западу пришлось начать усиленное спонсирование предвыборной компании Гитлера и его партийки.

Ну а в самой России Западу пришлось накручивать хвост оппозиции на более решительные действия, чтобы от идеологической болтовни на съездах, в ЦК и в Политбюро переходили к реальному свержению Сталина и захвату власти в России-СССР. И в этом оппозиция почти преуспела.

Если бы в СССР оппозиция в начале 1930-х гг. каким-нибудь образом победила, сталинские реформы были бы свернуты, Гитлер в Германии благополучно прекратил бы свое существование на очередных выборах в рейхстаг, и никакой войны против России бы не было. За ненадобностью. Хотя вряд ли. Мировая война была нужна всем на Западе. И особенно США. Ведь США были заперты Англией в своем полушарии и не имели выхода на мировые рынки. А большая война, прежде всего, позволила США стать мировым лидером и сделать американский доллар мировой валютой вместо английского фунта.

В любом случае были бы все равно разборки между Англией и США. А так как мировых войн без России не бывает, то все равно пришлось бы нам снова проливать кровь своих солдат в западной борьбе за мировое господство. И скорее всего приведенный на американские деньги Гитлер у власти в Германии бы остался, его бы все равно впихнули в Россию (потом и против Англии), а Россия без Сталина войну проиграла бы.

Теперь посмотрим, что говорил о Сталине и о том, что он делает в стране, тот, кто должен был по замыслу спонсоров с Уолл-стрит разрулить Россию в 20-е гг., после Гражданской войны. Что писал о «контрреволюционной деятельности» Сталина Троцкий и как он видел решение проблемы.

Л. Троцкий, «Преданная революция: Что такое СССР и куда он идет?», 1937 г. Посмотрите, чем возмущается Троцкий (и первое стоит запомнить особо):

«… трудно представить себе контраст, более разительный, чем тот, какой существует между схемой рабочего государства по Марксу-Энгельсу-Ленину и тем реальным государством, какое ныне возглавляется Сталиным…

По размаху неравенства в оплате труда СССР не только догнал, но и далеко перегнал капиталистические страны!

…в течение нескольких месяцев успел выдвинуться целый слой рабочих, которых называют «тысячниками», так как их заработок превышает тысячу рублей в месяц; есть такие, которые зарабатывают даже свыше 2000 рублей, тогда как рабочие низших категорий получают нередко в месяц менее 100 рублей».

Это действительно ужасно — никакого равенства! За что боролись?! Отнять и поделить хотели, а Сталин тем, кто хорошо работает, стал платить больше, чем бездельникам или малоквалифицированным работникам!

«„.В погоне за рублем, который теперь получил вполне реальное значение, рабочие начинают больше заботиться о своих машинах и более тщательно использовать рабочее время.… Стахановское движение в огромной степени сводится к интенсификации труда и даже к удлинению рабочего дня: в так называемое «нерабочее» время стахановцы приводят в порядок станки и инструменты, подбирают сырой материал, бригадиры инструктируют свои бригады и пр. От семичасового рабочего дня остается при этом нередко только имя».

Сталин просто негодяй — рублем погоняет, сверхурочные поощряет и бережное отношение к станкам и инструментам.

«…Все стахановское движение построено пока что на «низменном эгоизме». Самое мерило успехов: число заработанных брюк и галстуков, свидетельствует именно о «мещанской» ограниченности.

…Не менее поразительно звучит победное сообщение о том, что в Харькове 96 тысяч рабочих имеют свои огороды; другие города призываются равняться по Харькову. Какое страшное расхищение человеческих сил означают «своя корова» и «свой огород», и каким бременем ложится средневековое копанье в навозе и в земле на рабочего и особенно на его жену и детей!»

Оказывается, это при Сталине стали раздавать те самые 6 соток? А как же казарменный коммунизм? Сталин загонял жен и детей рабочих на огороды — ужас. Правда, они там себя обеспечивали бесплатными продуктами, но это неважно!

«…Допуская и поощряя развитие экономического индивидуализма (сдельщина, приусадебные участки, премии, ордена), она жестоко подавляет в то же время прогрессивные стороны индивидуализма в сфере духовной культуры (критический взгляд, выработка своего мнения, воспитание личного достоинства).

…Крестьяне сплошь превращают свои подсобные хозяйства в основные, отодвигая малоприбыльные колхозы на второй план. Наоборот, колхозы с высокой оплатой рабочего дня поднимаются на более высокую социальную ступень, создавая категорию зажиточных фермеров.

…Сдача земли в аренду, запрещенная законом, практикуется на самом деле очень широко…

…Тем временем рыночные отношения неизбежно усиливают индивидуалистические тенденции иуглубляют социальную дифференциацию деревни…

…выделение своего рода «буржуазных» колхозов, или «колхозов-миллионеров», как их именуют уже теперь.

…Дифференциация между колхозами имеет и сейчас уже более глубокие последствия, так как перед богатым колхозом открывается возможность применять больше удобрений, больше машин и, следовательно, быстрее богатеть. Преуспевающие колхозы нередко нанимают рабочую силу из бедных колхозов, и власти закрывают на это глаза…»

Сталинский режим на самом деле возвращал рыночные отношения и плодил на том же селе новых кулаков?

«…Для нынешней советской эпохи характерны многочисленные Дворцы и Дома советов, подлинные храмы бюрократии, иногда стоимостью в десятки миллионов рублей, дорогие театры, дома Красной Армии, т. е. военные клубы, главным образом для офицерства, роскошные метрополитены — для платежеспособных, при чрезвычайном и неизменном отставании строительства рабочих жилищ, хотя бы казарменного типа…»

Да уж… Мечтали о казармах для населения, а тиран дворцы для них строит и санатории в Сочи. А с метро Лейба сбрехал — проезд в нем всегда был минимальным по оплате при советской власти. А далее совсем ужасное происходит.

«Революция сделала героическую попытку разрушить так называемый «семейный очаг», т. е. то архаическое, затхлое и косное учреждение, в котором женщина трудящихся классов отбывает каторжныеработы с детских лет и до смерти…

…с момента отмены карточной системы в 1935 г. все лучше поставленные рабочие начали возвращаться к домашнему столу… Назад к семейному очагу! Но домашний стол и домашняя стирка, которые теперь полустыдливо рекламируются ораторами и журналистами, означают возвращение рабочих жен к горшкам и корытам, т. е. к старому рабству.

…Торжественная реабилитация семьи, происходящая одновременно — какое провиденциальное совпадение! — с реабилитацией рубля, порождена материальной и культурной несостоятельностью государства…»

Столько сил положили «революционеры» на обобществление всего и вся, а «семинарист» все испохабил — вернул семейное рабство. А ведь как было «здорово» — всеобщая вакханалия разврата, пошлости и похабщины в России чуть не победила в те годы, когда пропагандировался лозунг, что «комсомолка не может отказывать комсомольцу».

«…вожди заставляют не только склеивать заново черепки разбитой семьи, но и считать ее, под страхом лишения огня и воды, священной ячейкой победоносного социализма.

Трудно измерить глазом размах отступления!

…Когда жива была еще надежда сосредоточить воспитание новых поколений в руках государства, власть… стремилась, как можно больше отделить детей от семьи, чтоб оградить их тем от традиций косного быта…

…Ныне и в этой немаловажной области произошел крутой поворот: наряду с седьмой пятая заповедь полностью восстановлена в правах, правда, еще без ссылки на бога…»

Одно слово — «семинарист». Детей снова заставил почитать косных и невежественных родителей. Так и до Бога недалеко. Кстати, и о Боге.

«…Отрицание бога, его помощников и его чудес являлось наиболее острым клином из всех, какиереволюционная власть вгоняламежду детьми и отцами… Ныне штурм небес, как и штурм семьи, приостановлен…По отношению крелигииустанавливается постепенно режим иронического нейтралитета».

А вот какие преступления совершал «тиран» во внешней политике, чем Троцкий совершенно возмущен. И кстати, тут вполне видно, что именно Сталин отошел от чуждых России идей насаждения другим странам («экспорта») «мировых революций» и завоевывать весь мир вообще-то не собирался.

«…суть теории «социализма в отдельной стране», впервые выдвинутой Сталиным осенью 1924 г., после поражения пролетариата в Германии… «теория» социализма, в отдельной стране, впервые возвещенная осенью 1924 года, знаменовала стремление освободить советскую внешнюю политику от программы международной революции.

Нынешняя официальная формула внешней политики, широко рекламированная не только советской дипломатией, которой позволительно говорить на условном языке своей профессии, но и Коминтерном, которому полагается говорить на языке революции, гласит: «Ни пяди чужой земли не хотим, но не уступим ни вершка и своей земли». Как будто дело идет о простом столкновении из-за кусков земли, а не о мировой борьбе двух непримиримых социальных систем!

…Рой Говард пытался получить и на этот счет объяснение. «Как обстоит дело — спросил он Сталина — с планами и намерениями насчет мировой революции!» — «Таких намерений у нас никогда не было». — «Но ведь… Это является плодом недоразумения». Говард: «Трагическим недоразумением?» Сталин: «Нет, комическим, или, пожалуй, трагикомическим». Мы цитируем дословно. «Какую опасность могут видеть, — продолжал Сталин, — в идеях советских людей окружающие государства, если эти государства действительно крепко сидят в седле?» Ну, а как быть, мог бы спросить интервьюер, если они сидят не крепко? Сталин привел еще один успокоительный аргумент: «Экспорт революции, это чепуха. Каждая страна, если она этого захочет, сама произведет свою революцию, а если не захочет, то революции не будет. Вот например, наша страна, захотела произвести революцию и произвела ее». Мы цитируем дословно.

«.на смену «войне классов» пришла доктрина «коллективной безопасности»; перспектива мировой революции уступила место обоготворению статус-кво…»

(Л. Троцкий, «Преданная революция: Что такое СССР и куда он идет?», 1937 г., глава 8. Внешняя политика и армия. От мировой революции — к status quo. http://lib.rus.ec/b/168282/read#t1)

А теперь посмотрим, что делалось с армией в СССР. Чем так возмущается Троцкий.

«… Еще более оглушительный удар нанесен принципам Октябрьской революции декретом, восстанавливающим офицерский корпус во всем его буржуазном великолепии…

…В сентябре 1935 г. цивилизованное человечество, друзья, как и враги, не без изумления узнало, что Красная Армия будет увенчиваться ныне офицерской иерархией, которая начинается лейтенантом и кончается маршалом…

Реформа преследует чисто политическую цель: придать новый социальный вес офицерству.

…идет усиленное строительство квартир для командного состава: в 1936 г. должно быть построено 47000 комнат; на выплату жалованья отпущено на 57 % больше по сравнению с предшествующим годом.

…реформаторы не сочли нужным изобрести для восстановляемых чинов свежие названья…

Восстановление офицерской касты через 18 лет после ее революционного упразднения свидетельствует с одинаковой силой: о той пропасти, которая уже успела отделить управляющих от управляемых; об утрате советской армией важнейших особенностей, которые позволяли ей называться «Красной».»

От армии, «созданной» Троцким, и следа не остается.

Далее о населении:

«В области политической отличием новой конституции от старой является возвращение от советской системы выборов, по классовым и производственным группировкам, к системе буржуазной демократии, базирующейся на так называемом «всеобщем, равном и прямом» голосовании атомизированного населения. Дело идет, короче говоря, о юридической ликвидации диктатуры пролетариата.

… правительство приступило к отмене ограничений, связанных с социальным происхождением.»

Пролетарское происхождение уже не играет особой роли? А как же диктатура пролетариата?

Но далее Сталин делает еще более страшные вещи.

«…восстанавливает казачество, единственное милиционное формирование царской армии!

…казачеству возвращено право иметь собственных лошадей. Нет, конечно, недостатка и в других поблажках. Можно ли сомневаться, что степные всадники снова окажутся на стороне привилегированных против недовольных? На фоне непрекращающихся репрессий против оппозиционной рабочей молодежи восстановление казачьих лампасов и чубов есть, несомненно, одно из самых ярких выражений Термидора…»

Это сколько сил положили Троцкие-Свердловы для уничтожения казаков как социального и даже биологического вида, а тиран им волю возвращает?! И готовит казаков для новых разгонов демонстраций «оппозиционной молодежи»! Лошадей уже дали. Так ведь к середине 30-х в РККА были сформированы и отдельные казачьи кавалерийские части. Ну прям «как при царях».

И о самой партии:

«Старая большевистская партия мертва, и никакие силы не воскресят ее…в 1926 году Крупская говорила в кругу левых оппозиционеров: «Будь Ильич жив, он, наверное, уже сидел бы в тюрьме.

…Воспользовавшись смертью Ленина, правящая группа объявила «ленинский набор». Ворота партии, всегда тщательно охранявшиеся, были теперь открыты настежь: рабочие, служащие, чиновники входили в них массами. Политический замысел состоял в том, чтобы растворить революционный авангард в сыром человеческом материале, без опыта, без самостоятельности, но зато со старой привычкой подчиняться начальству…»

Сталин растворил истинных большевиков (точнее, национальный состав рядовых членов партии) массой, которая хотела просто жить и работать, а не разделяла устремления ленинцев-троцкистов на мировые революции — воевать за призрачное счастье в мировом масштабе…

«.Меч диктатуры, разивший ранее тех, которые хотели восстановить привилегии буржуазии, направляется сейчас против тех, которые восстают против привилегий бюрократии. Удары падают не на классовых врагов пролетариата, а на пролетарский авангард. Тюрьмы, глухие углы Сибири и Центральной Азии, множающиеся концентрационные лагери содержат в себе цвет большевистской партии, наиболее стойких и верных…»

Проблема не в том, что бьют и сажают, а в том, что бьют и сажают не классовых врагов, а большевиков .

Таким образом, Лев Давыдыч четко ответил на первый извечный русский вопрос: КТО ВИНОВАТ? Сталин! Но думаю, каждый нормальный человек скажет: спасибо товарищу Сталину за то, что сумел вышеперечисленное сделать!

А как Троцкий отвечает и на второй извечный русский вопрос: ЧТО ДЕЛАТЬ?

«.. .снять бюрократию можно только революционной силой и, как всегда, с тем меньшими жертвами, чем смелее и решительнее будет наступление. Подготовить его и стать во главе масс в благоприятной исторической ситуации — в этом и состоит задача советской секции Четвертого Интернационала. Сегодня она еще слаба и загнана в подполье. Но нелегальное существование партии не есть небытие: это лишь тяжелая форма бытия…»

Троцкистское подполье есть, оно готовится и ждет «благоприятной исторической ситуации». А какой?

«Война могла бы несомненно послужить отдушиной для накопившихся паров недовольства…

Опасность войны и поражения в ней СССР есть реальность. Но и революция есть реальность. Если революция не помешает войне, то война поможет революции. Вторые роды обычно легче первых. В новой войне не придется целых два с половиной года ждать первого восстания. Раз начавшись, революция на этот раз уже не остановится на полдороге.»

Может, кто-то хочет сказать, что старик Троцкий «ошибался» и никакой смены власти в поражении во время войны Запада против СССР не планировал? Но думаю, что комментарии здесь излишни. Истребив основную массу «верных ленинцев», Сталин предотвратил всесоюзное троцкистское восстание после 22 июня 41-го. Которые надеялись с началом войны Гитлера против СССР устроить революцию по сценарию той, что свергла Николая.

А что ждало бы СССР-Россию в случае успеха троцкистов?

Новая большевистская партия сторонников Троцкого «…произвела бы беспощадную чистку государственного аппарата. Она уничтожила бы чины и ордена, всякие вообще привилегии и ограничила бы неравенство в оплате труда жизненно необходимыми потребностями хозяйства и государственного аппарата…

Она внесла бы глубокие изменения в распределение народного дохода в соответствии с интересами и волейрабочих и крестьянских масс».

Последнее здорово, но в устах Троцкого это откровенная демагогия. Как боролись с привилегиями неотроцкисты в конце 1980-х гг., мы все видели. И чем это кончилось в реальности — узнали. На своей шкуре. У обкомов отобрали привилегии ездить на казенных «Волгах» и есть «пайки», а севшие в их кабинеты чиновники ездят на «Мерседесах» и торгуют собственностью в своих интересах на пару с олигархами в современной России-РФ.

«…Дорогие игрушки — Дворцы советов, новые театры, показные метрополитены — потеснятся в пользу рабочих жилищ. «Буржуазные нормы распределения» будут введены в пределы строгой необходимости, чтоб, по мере роста общественного богатства, уступать место социалистическому равенству…»

В каком равенстве Россия оказалась по заветам Давыдыча, нам ли не оценить.

А напоследок — вперед, к мировой революции!!!

«Наконец, внешняя политика вернется к традициям революционного

интернационализма.

В порядке исторического дня стоит не мирное социалистическое развитие «отдельной страны», а долгая серия мировых потрясений: войн и революций. Потрясения неизбежны и во внутренней жизни СССР. Если бюрократии пришлось в борьбе за плановое хозяйство раскулачивать кулака, то рабочему классу придется в борьбе за социализм разбюрократитъ бюрократию. На могиле ее он начертает эпитафию: «здесь покоится теория социализма в отдельной стране.»

Тут впору вспомнить слова Столыпина про потрясения, которые нужны кому угодно, но не России.

И как же действовала оппозиция по заветам Троцкого в СССР в те годы?

Бывший нарком внутренних дел Ягода в своих показаниях сообщал: «На протяжении 1931–1933 годов внутри Советского Союза был организован единый контрреволюционный заговор против коммунистической партии и против Советской власти по общей программе борьбы за свержение Советской власти и реставрации капитализма на территории СССР. Заговор этот объединил все антисоветские партии и группы, как внутри Союза, так и вне его. В заговоре принимали участие следующие партии и группы, которые имели свои собственные организации: 1) троцкисты; 2) зиновьевцы; 3)правые; 4) группа военных ; 5) организация НКВД ; 6) меньшевики; 7) эсеры.»

На территории СССР уже не было разрозненных, недовольных себе под нос интеллигентов, начитавшихся в газете «ПРАВДА» «Завещания Ленина» про «грубого Сталина», собиравшихся на безобидные посиделки на общей кухне в коммуналках для чтения и переписывания от руки страшного обличительного документа.

Это была уже вполне сформировавшаяся всесоюзная организация , имевшая в своих рядах людей, работающих в различных структурах государства, руководители которой — профессиональные революционеры-подпольщики (ничего другого делать и не умеющие) собирались на совещания, на которых обсуждали реальные планы реального госпереворота в СССР.

«Я по звонку Енукидзе заехал к нему, и он сообщил мне, что совещание уже состоялось, что Каменев и Пятаков внесли большой план совершения террористических актов, в первую очередь, над Сталиным и Ворошиловым (тогда наркома обороны — О.К.), а затем над Кировым вЛенинграде».

Над Сталиным и Ворошиловым теракты (на которых настаивал из-за границы Троцкий) решили все же отсрочить, но «санкционировать теракт над Кировым в Ленинграде», чтобы «дать выход накопившейся энергии террористических групп, которые могут загнить на корню без дела». Как впоследствии говорил Молотов: «.тогда достаточно было убить Сталина, еще двух-трех, и все могло рухнуть.» Как, кстати, и произошло уже в 1953 году: Сталина убили, и все сталинское наследие рухнуло.

Впрочем, для ненавистников Сталина такие протоколы и показания не доказательства, ведь в застенках всех поголовно пытали сталинско-бериевские палачи, фабрикуя дела! Но для серьезного исследователя такие данные о многом говорят. Тем более что бывший нарком НКВД Ягода так и не реабилитирован «разоблачителями сталинизма».

К середине 1930-х гг. оппозицией были охвачены практически все структуры госуправления в стране и в РККА. И ликвидация Сталина и его сторонников была лишь вопросом времени.

Потом все представили бы для народа либо каким-нибудь несчастным случаем (упали на машине с обрыва в горах, в «Гаграх» по пьянке); либо пришил кого из них обиженный муж несчастной женщины (как в случае с Кировым со временем все списали на «ненормального ревнивца»); либо обвинили бы Сталина и его команду в отступлении от «ленинских норм» (как это было сделано впоследствии при Хрущеве и Горби).

Но у повстанцев и бунтовщиков-вольнодумцев не было главного — своего Ленина или хотя бы Сталина, способного повести за собой, который не побоится ответственности. «Настоящих буйных мало: вот и нету вожаков».

Не было того, кто мог бы первым стрельнуть из «револьверта в Тирана» и того, кто мог бы взять на себя ответственность «свергнуть Деспота». И самое главное, что их также сдерживало, — они знали, что поддержки в народе у них нет (как сказал о Сталине Молотов: « А его все равно любили. Его очень любили.»)

И с нацсоставом было не очень в этой компании, и перспективу народу они предлагали, скажем так, слабоватую. Не зря в первые погромы Русской церкви в начале 20-х гг. был запрет ставить во главе комиссий по разграблению лиц самой угнетенной нации, чтобы не побили. Геноцидом казачества и раскулачиванием также, в первую очередь, эти товарищи промышляли. Так что — не пошел бы народ за ними.

В итоге, Сталину надоели эти игры в заговорщиков, все эти болтуны, не желающие работать на благо России. И не дожидаясь, когда они рванут на баррикады, Иосиф Виссарионович стал всех сажать. Сначала за убийство Кирова. Потом спровоцировал оппозицию на более активные действия, на обычную истерику и панику, принятием новой

Конституции 1936 года, по которой на ближайших выборах в местные и федеральные органы власти (Советы) эту компанию могли и не избрать выпущенные Вышинским на свободу раскулаченные крестьяне, попы и вчерашние расказаченные.

Перепуганная такой перспективой, правая оппозиция, еще несколько лет назад ссылавшая раскулаченных целыми деревнями, громившая и взрывавшая церкви, организовала очередную борьбу с врагами народа в СССР. Начала истреблять протестный электорат, потенциальных избирателей под видом борьбы с уголовным и бандитским элементом в преддверии будущих выборов по новой Конституции.

При этом сразу решалось несколько целей: устранялись люди, неугодные самим оппозиционерам, а также наиболее толковые и нужные стране люди. А ответственность переводилась персонально на Сталина как на главу государства — «в стране правит лично он»! Точнее, Сталин был уже тогда национальным лидером, и именно его реформы осуществлялись в стране. И именно по нему и его реформам и должны были, по идее оппозиции, и ударить репрессии на местах. Утвержденные ЦК ВКП(б), в котором большинство и составляли прежде всего оппозиция, руководители с мест, опасавшиеся выборов со всеобщим тайным голосованием.

Но и тут коварный тиран-деспот оказался хитрее вольнодумцев. Он смог руками оппозиции истребить ее. А потом и основных борцов с врагами народа, рьяно проявивших себя, поставил к стенке. Основной массой среди «жертв репрессий» стали все же не обычные работяги, а именно сама верхушка партии, чиновники, военные, готовые предать интересы страны в случае нападения Германии (Запада) на Россию. Те, про кого Молотов потом сказал, как о людях, способных ударить в спину в случае войны.

Кстати, примерно так и ложились к ногам Гитлера все европейские государства. Мало того, что их пошло сдавали под Гитлера их «союзники» типа Англии, но у них самих не было людей, способных вести борьбу против захватчиков, «пораженцы» были в огромном количестве. Сдачу армии и страны организовывали собственные маршалы, считавшие, что разумнее не воевать с Гитлером и сдаться.

Но режим оккупации в европейских странах был совсем не таким, какой готовили (и не скрывали этого) нацисты нам. В Европе элита знала, что никто их лишать их благ не будет, а вот наши понимали, что будет с ними, если они будут слишком усердно воевать против Гитлера, когда придут немцы. Поэтому во время войны оппозиция притихла и взвалила на Сталина руководство страной. А когда поняли, что Гитлера можно победить, стали воевать, как надо, и наши генералы.

Жестоко поступил Сталин с оппозиционерами перед страшной войной? Даже очень. Но только на другой чаше весов стояли миллионы простых граждан России, которых оппозиционеры готовы были с легкостью принести в жертву, пустить на убой ради возвращения власти любой ценой, организовав поражение в войне. В конце концов, чем меньше людей остается в России, тем лучше для западных спонсоров — меньше народу надо кормить. А остальные пусть работают на обслуживании месторождений и скважин.

Можно сказать, что эти слова похожи на сталинскую пропаганду времен митингов в Москве середины 1930-х гг. — «смерть империалистическим собакам»? Не стоит лукавить. Эти самые митинги — такие же шоу, как и любые другие. Лучше поднимите статистику. Количество репрессированных не особо превышает такие же показатели посаженных в любые другие годы в России и до, и после. И уж точно не превышает подобные акции тех лет в других странах. Англичане или американцы также свою «пятую колонну» десятками и сотнями тысяч отправляли в лагеря или высылали из страны.

Это называется обычной политвозней, в которой побеждает сильнейший. А проигравшие всегда потом ищут себе оправдания да обвиняют победителя в кровожадности, которой у него могло и не быть, не представляй оппозиция реальной угрозы. И еще неизвестно, какую степень кровожадности допустили бы сами карбонарии, дорвавшись до власти. В конце концов, это они сотрудничали с иностранными спецслужбами (и с немецкими в том числе), а не Сталин со своей командой.

Но не всех победил Сталин в этой борьбе за «свою личную власть». Да и не мог. Для этого пришлось бы перестрелять полстраны недовольных. А такой задачи себе он и не ставил. Но, как ни крути, а именно принятые им жестокие меры позволили России выжить в этой войне ив 20 веке.

Самым главным доказательством наличия антисталинской оппозиции является такой колоритный персонаж, как Никита Сергеевич Хрущев. Будучи выходцем из крестьянской среды с их тягой к мелкой собственности, до середины 1920-х гг. он открыто якшался с троцкистами по молодости и недомыслию. Которые и проповедовали и поощряли тягу человека к накопительству как главной цели в жизни. По мере устранения Троцкого от власти Хрущев сдружился с «любимцем» партии Бухариным, а когда почуял, что Сталин и его команда наверняка одержит верх, быстренько сменил ориентацию окончательно. Но после смерти Сталина именно Никита Сергеевич стал вести страну к возвращению к капитализму.

Тот же Молотов, свидетель тех лет, так высказался о Хрущеве: «.многие правые не знают, что они правые, и не хотят быть правыми. Троцкисты, те крикуны: «Не выдержим! Нас победят!» Они, так сказать, себя выдали. А эти — кулацкие защитники, эти глубже сидят. И они осторожнее. И у них сочувствующих кругом очень много — крестьянская, мещанская масса. У нас в 20-е годы был тончайший слой партийного руководства, а в этом тончайшем слое все время были трещины: то правые, то национализм, то рабочая оппозиция… Как выдержал Ленин, можно поражаться. Ленин умер, они все остались, и Сталину пришлось очень туго. Одно из доказательств этому — Хрущев. Он попал из правых, а выдавал себя за сталинца, за ленинца: «Батько Сталин! Мы готовы жизнь отдать за тебя, всех уничтожим!» А как только ослаб обруч, в нем заговорило.». «…о Хрущеве. Этот, такой активный всегда, а в партию вступил только в 1918 году, когда все стало ясно».

И что сделал Хрущев, дорвавшись до абсолютной власти в России-СССР после смерти Сталина? Он стал методично уничтожать сталинские реформы 1930-х гг., заложив основы уничтожения и развала страны, стал разрушать коммунистическую сталинскую экономическую систему. Все, кто при Сталине были предателями и изменниками, при Хрущеве стали героями. В пропаганду и идеологию были внедрены люди, гонимые при Сталине, ненавидевшие его лично. Все «жертвы» репрессий (Солженицыны и прочие) получили доступ к СМИ. Конечно, это делалось не сразу. Но делалось. И главным пропуском в среду артистической богемы было клеймо наследника врага народа, невинно репрессированного Сталиным.

Наш любимый «бровеносец», Леонид Ильич, процесс разрушения сталинской экономики несколько заморозил, погрузив страну в состояние застойного болота. И политику Брежнева Молотов и назвал «политикой спущенных штанов»: «…очень многие, в том числе коммунисты, думают так: только бы мир, только мир! Это правильно, но ведь это же надо обеспечить, а это нам даром не дают, либо надо сдаваться. Вьетнамцы не хотят сдаваться. Против какого империализма маленький Вьетнам действует с невероятным героизмом! Чего нам бояться империализма! А вот, если подумать о том, как этот мир обеспечить покрепче и какие жертвы будущие, от которых мы не уйдем, если мы не сдадимся…» «- Сейчас говорят: лишь бы войны не было. Вот это хрущевская недальновидная точка зрения. Она очень опасна. Нам надо думать о подготовке к новым войнам. К этому дело подойдет. Да, чтобы мы были готовы. Тогда они будут поосторожнее. А, если на крайность пойдут они, тогда мы будем крепко стоять. Пример Вьетнама для всего мира: если такой маленький Вьетнам может, благодаря помощи друзей, против американского империализма стоять, чего ж Советскому Союзу бояться? Только своей беспомощности, расхоложенности, распущенности…» «— Сейчас мы штаны сняли перед Западом. Получается, что основная цель не борьба с империализмом, а борьба за мир. Безусловно, всегда нужно за мир бороться, но тут словами и пожеланиями не достигнешь ничего, надо иметь силу». «— У Брежнева, по-моему, основная установка слабая. Все — на мирное сосуществование. Оно, конечно, нам очень нужно, мирное сосуществование, но надо при этом помнить, что оно нам не гарантировано. Вот если это забываешь, тогда ты обязательно окажешься в луже, обязательно».

«Горби», большой поклонник Бухарина, дал новый толчок к окончательному развалу сталинской системы. О том, что Бухарина еще вытащат на свет божий и будут им восторгаться, его лозунгом: «Обогащайтесь!», В.М. Молотов еще в середине 1970 годов «предрекал»: «В партии еще будет борьба. И Хрущев был не случаен. Страна крестьянская, правый уклон силен. И где гарантия, что эти не возьмут верх? Вполне вероятно, что в ближайшее время к власти придут антисталинцы, скорей всего, бухаринцы».

Но он же вполне конкретно отзывался о самом Бухарине: «Ленин назвал его «любимцем всей партии», но тут же сказал, что «его теоретические воззрения очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским ». Вот вам и любимец! Да и до этого Ленин его бил нещадно. А так Бухарин — добродушный, приятный человек. — Достоин уважения? — Достоин. Как человек — да. Но был опасный в политике. В жизни шел на очень крайние меры. Не могу сказать, что это доказано полностью, по крайней мере для меня, но он вступил в заговор с эсерами для убийства Ленина . Был за то, чтоб арестовать Ленина. А тогда, когда шла стенка на стенку, была такая острота, что Ленина бы казнили… Учтите, в политической борьбе все возможно, если стоишь за другую власть. Бухарин выступал против Ленина, и не раз. Называл его утопистом. И не только — предателем! …Под видом ленинцев много сомнительных людей было. Было такое вроде анекдота. Ленин очнулся, открыл глаза, посмотрел и снова закрыл — кругом окружение было полувраждебным или просто враждебным…»

Кстати, о Бухарине и тех, кого судили с ним за компанию. В 1990 году, на взлете «разоблачений преступлений сталинизма», вышел кинофильм «Враг народа — Бухарин». В нем, не подумав, использовали стенограммы суда над всей этой компанией «невинных» жертв. Этот фильм иногда показывают по кабельным каналам, в компании с такими «шедеврами антисталинизма» как «Хрусталев, машину!» Ю. Германа и т. п. Фильм уникален именно тем, что там использовано много фактов и стенограмм суда на бухаринцами.

Так вот, в ходе суда одного из наркомов обвинили в том, что он продавал в Японию железную руду по цене металлолома. Ущерба такая продажа принесет на миллионы, и где-нибудь в Европе или США такого дельца пожизненно закроют за нанесение экономического ущерба стране. Но в СССР-России такого сажать или к стенке ставить нельзя — он, видимо, так с тиранией боролся.

Если внимательно почитаете Молотова, то можно обратить внимание, насколько философски Вячеслав Михайлович в середине 1970-х гг. относился к тому, что уже тогда происходило в СССР, к тому, что могут отвалиться национальные республики, что к власти могут прийти поклонники «рыночных реформ».

Человек, бывший свидетелем и активным участником революций 1917 года, видевший живого Ленина, считавший Ленина гениальным, а Сталина всего лишь великим — «Гениальным я его не считаю, а считаю великим человеком. Я только Ленина считаю гениальным в нашей партии», он прекрасно понимал, что нет ничего вечного и постоянного. Но он точно знал, что имя Сталина будет возвращено и городу Сталинграду, и российской истории. Что после многих лет правления дурдомовцев Сталин будет возвышен снова, и ему воздадут должное, как великому человеку.

Читая слова В.М. Молотова, видишь, как много он не договаривает и откровенно темнит. Многие его слова отдают фанатизмом профессионального революционера, но вот что говорил сам Молотов об «оппозиции» в СССР в те «страшные тридцатые» годы:

«.1937 год был необходим. Если учесть, что мы после революции рубили направо-налево, одержали победу, но остатки врагов разных направлений существовали, и перед лицом грозящей опасности фашистской агрессии они могли объединиться. Мы обязаны 37-му году тем, что у нас во время войны не было пятой колонны. Ведь даже среди большевиков были и есть такие, которые хороши и преданны, когда все хорошо, когда стране и партии не грозит опасность. Но, если начнется что-нибудь, они дрогнут, переметнутся. Я не считаю, что реабилитация многих военных, репрессированных в 37-м, была правильной. Вряд ли эти люди были шпионами, но с разведками связаны были, а самое главное, что в решающий момент на них надежды не было.

…Все это Молотов сказал в ответ на бытующее суждение о том, что если бы не погибли Тухачевский и Якир, у нас не было бы такого страшного начала войны.

— Это модная фальсификация, — сказал он — …а что было бы, если б они, правые, стали во главе государства? Как бы повернулась история? Если вы проанализируете по деталям, вы найдете выход из положения.

— Значит, в 1938 году было не до реабилитации, как вы считаете? Из-за близости войны?

— Из-за войны и из-за того, что еще неясно, проверять-то через кого. Много очень недоверия. И пострадали не только ярые какие-то правые или, не говоря уже, троцкисты, пострадали и многие колебавшиеся, которые нетвердо вели линию и в которых не было уверенности, что в трудную минуту они не выдадут, не пойдут, так сказать, на попятную.

И все-таки Хрущевы сохранились, Микояны сохранились, и не только они.

Очень много было людей, которые на словах кричали «ура!», за партию и за Сталина, а на деле колебались. Яркий пример тому Хрущев, который в свое время был троцкистом… Разобраться во многом сейчас трудно. Но нужно было быть очень начеку…

Это сейчас мы все стали умные, все-то знаем и все перемешиваем во времени. Во всем были разные периоды. Надо разобраться и с каждым периодом, и с каждым действующим лицом отдельно.

Социализм требует огромного напряжения сил, в том числе и жертв. Здесь и ошибки. Но мы могли бы иметь гораздо больше жертв во время войны и даже дойти до поражения, если бы задрожало руководство, если бы в нем, как трещины и щели, появились разногласия. Если бы не сломили верхушку в 30-х годах, мы были б в труднейшем положении, во много раз более трудном, чем оказались.

Я несу ответственность за эту политику и считаю ее правильной. Я признаю, я всегда говорил и буду говорить, что были допущены крупные ошибки и перегибы, но в целом политика была правильной. Все члены Политбюро, и я в том числе, за ошибки несут ответственность.

Но есть тенденция, что большинство осужденных невинно пострадало. В основном пострадали виновные, которых нужно было в разной степени репрессировать.

Но одно дело политика, другое — проводить ее в жизнь. Если отказаться от жестоких мер, это может привести к опасностираскола…

Сыграл свою роль наш партийный карьеризм — каждый держится за свое место. И потом, у нас, если уж проводится какая-то кампания, то проводится упорно, до конца. И возможности тут очень большие, когда все в такихмасштабах…

Я оправдываю репрессии, хоть там и были крупные ошибки. Надо иметь в виду, что это был и не просто перебор, если во главе Госбезопасности оказался Ягода, который на суде прямо говорил: «оппозиционеры потому так долго были наверху, что я им помогал. Но я теперь признаю свою ошибку и неправильность, и поэтому пощадите меня, оставьте мне жизнь, потому что я вамуслугу оказал!»

У меня же есть стенограмма этого судебного процесса, он говорил: «да, потому так поздно разоблачены правые и троцкисты, которые здесь сидят, что я этому мешал, но теперъ-то я всех их разоблачаю, вы за это мне гарантируйте жизнь!» Вот вам гад какой! Коммунист, нарком, вот какая сволочь сидела около Дзержинского! Его, как ближайшего помощника Дзержинского, сделали постепенно, не сразу, после Менжинского, наркомом Госбезопасности… Что это за человек, что это за грязь такая душевная?

Я его знал очень хорошо в те годы, жалею, что он был близким человеком Дзержинскому. Дзержинский-то светлая личность, ничем его не запятнаешь, а это маленькая грязная сошка околопартийная, которая только в 1937 году попалась! Вот с какими гадами мы работали, а других-то не было! Не было! Поэтому, конечно, ошибки наделаны немалые. И нарочно нам подсовывали, и невинные попадались. Девять там, восемь, скажем, правильно, а два или один — явно неправильно. Ну, разберись во всем этом! А откладывать было нельзя. Война готовится . Вот ведь как.

…Да, я и теперь считаю, что в основном в 37-м году и вторую половину 30-х годов правильно действовал ЦК. Сделать все это гладко, милостиво — было бы очень плохо. Ведь интересно, что до этих событий второй половины 30-х годов мы все время жили с оппозиционерами, с оппозиционными группами. После войны — нет никаких оппозиционных групп, это такое облегчение, которое многому помогло дать правильное, хорошее направление, а если бы большинство этих людей осталось бы живо, не знаю, устояли бы мы крепко на ногах. Тут Сталин взял на себя, главным образом, все это трудное дело , но мы помогали правильно. Правильно. И без такого человека, как Сталин, было бы очень трудно. Очень. Особенно в период войны. Дружности не было бы уже. Расколы. Кругом — один против другого, ну что это?

Переборщили и наделали немало ошибок — это тоже бесспорно. А если бы не было этих репрессивных периодов, они бы не боялись так — тоже надо иметь в виду.

— Евтушенко пишет в своем романе, что если основано на страхе, то это не победа.

— Если б таких героев, как Евтушенко, поставить, была бы победа? Мы были отсталой страной. Мелкокрестьянской, как говорил Ленин. Конечно, то, что она уцелела , что социализм удержался и потом все-таки пошел вперед, это, по-моему, величайшая заслуга того периода, и в этом сыграла важную роль эта самая эпидемия репрессий . Да. Ленин весной 21-го года на X съезде говорил, что надо беспощадную борьбу вести, и разве мы будем терпеть дальнейшие дискуссии? Нет, никаких дискуссий! А они продолжались, хотя и в несколько меньшем размере, но без конца продолжались. При Ленине не было другого выхода, а уж после того, как Ленин отошел в начале 23-го — это тоже надо учесть: при Ленине и без Ленина. Даже при Ленине было столько несогласных, столько оппозиционных групп всевозможных. Ленин считал это очень опасным и требовал решительной борьбы, но ему и нельзя было выступать в качестве прежде всего борца против оппозиций, против разногласий. Кто-то должен был остаться несвязанным всеми репрессиями. Ну, Сталин взял на себя фактически громадное большинство этих трудностей и преодоление их. По-моему, в основном он с этим делом правильно справился. Мы все это поддерживали. В том числе, я был в числе главных поддерживающих. И не жалею об этом…

— Обвиняют Вышинского, что он отменил юридическое право, людские судьбы решались единолично.

— Ну, его нечего обвинять, он ничего не решал. Конечно, такие перебарщивания были, но выхода другого не было.

— Человека могли засудить по воле секретаря райкома.

— Могло быть. Настоящие большевики не могли перед этим остановиться в такой момент, накануне Второй мировой войны. Это очень важно.

— Как его тогда понять, Ежова? Был честным и наломал дров, да?

— Так можно сказать: наломал дров и перестарался… Когда человек держится за место и старается… Вот это и называется карьеризм, который имеет громадное значение, все растет, одна из главных наших современных болячек.

Руби, руби! Его же главный недостаток был в том, что он дошел до того, что как руководитель действительно в этот период уже разложился. Ежова стали обвинять в том, что он стал назначать количество на области, а из области в районы цифры. Такой-то области не меньше двух тысяч надо ликвидировать, а такому-то району не меньше пятидесяти человек… Вот за это и расстреляли его. Контроля, конечно, за этим уже не было…

Что касается Ягоды, он был враждебным по отношению к политике партии. Ежов не был враждебным, он перестарался — Сталин требует усилить нажим. Это немного другое. Он не из подлых чувств. И остановить невозможно. Где тут остановить? Разобраться. А разбирались зачастую те же правые. Или троцкисты. Через них мы получали очень много материала. А где найти других?<…>

Удивляет в этих процессах открытых, что такие люди, как Бухарин, Рыков, Розенгольц, Крестинский, Раковский, Ягода — признали даже такие вещи, которые кажутся нелепыми. Ягода говорит: я ничем не лучше, чем любой шпион, который действовал против Советского Союза. Конечно, это явная нелепость — безусловно. Как же это они так? И действительно, кто имеет представление о Рыкове или Бухарине, даже о Розенголъце, страшно поражаются, как это так? Я думаю, что это был метод продолжения борьбы против партии на открытом процессе, — настолько много на себя наговорить, чтобы сделать невероятными и другие обвинения.

Я даже готов сказать, что там только десять процентов нелепости, может быть, и меньше, но я говорю, что они такие вещи нарочно себе приписали, чтобы показать, насколько нелепы будто бы все. Эти обвинения. Это борьба против партии.

Вы не хотите психологическую и политическую сторону учесть, потому что вопрос возникает: неужели все это правда?

Я думаю, что и в этом есть искусственность и преувеличение. Я не допускаю, чтобы Рыков согласился, Бухарин согласился на то, даже Троцкий — отдать и Дальний Восток, и Украину, и чуть ли не Кавказ, — я это исключаю, но какие-то разговоры вокруг этого велись, а потом следователи упростили это… Придет время, разберутся. В лидерах партии были свои Солженицыны. И тогда приходилось их терпеть, и теперь.

К 1937 году они потеряли платформу и поддержку народа. Голосовали за Сталина, а были двурушниками. На процессе показано, как по указанию правых отравили Куйбышева, Горького. Ягода, бывший начальник ОПТУ, участвовал в организации отравления своего руководителя в ОГПУ Менжинского…

Сейчас эти процессы сумели затоптать ногами, не переиздают. А ведь все открыто печаталось. В зале были иностранные корреспонденты, буржуазная пресса левая и гитлеровская, дипломаты, послы присутствовали.

… они старались довести до степени абсурда, потому что действительно они были страшно озлоблены. Победа над ними одержана. Конечно, Бухарин был о себе очень высокого мнения, и ему было слишком неприятно, что он провалился. Очень, очень…

— Сейчас вот о чем говорят: «Да, действительно, было много жертв принесено, чтобы защитить Советскую власть, но зачем нужна такая власть, из-за которой погибают столько миллионов? — спрашивают. — Не лучше ли была бы монархия либо конституционная демократия?»

— Каждый устроившийся в буржуазном обществе человек будет так говорить, но не устроившийся рабочий, крестьянин, бедняк с этим не может согласиться, — говорит Молотов. — И жертв при старом строе, жертв было бы гораздо больше, и войн было бы без конца — все новых и новых — это неизбежно.

— А вот это попробуйте доказать!

— И доказывать не надо. Это жизнь покажет. Тем, кому еще не показала. А не основной массе рабочих и крестьян…

(Рабочих и крестьян в России гораздо больше, и к репрессиям против чиновников и прочих руководителей они относятся так же, как и Молотов. И прав оказался Молотов — войны при новой власти идут для народа бесконечно, и именно на собственной земле. — К.0.)

Пока империализм есть, это все будет повторяться заново — правые, левые. Пока империализм существует, ни от чего мы не избавлены.

— Если б вы в 37-м не победили б, то, возможно, и Советской власти не было б! — говорит Шота Иванович.

— Нет, это тоже, я считаю, крайность. Было бы больше жертв . Я думаю, мы все равно победили бы (в войне — К.О.). На миллионы было бы больше жертв. Пришлось бы отражать и немецкий удар, и внутри бороться.

— Вас обвиняют в том, что Сталин убил самых талантливых людей.

— Талантливого Троцкого, талантливого Зиновьева… Вот бы мы поползли назад с такими талантами! Талант таланту рознь…»

Не скрою, читая в первый раз слова Молотова о репрессиях 37-го, было немного не по себе, жутковато — даже спустя столько лет Молотов не раскаивается и активно доказывает, что совершенно правильно уничтожали физически оппозицию. Однако, чем больше вникаешь в ту историю и понимаешь, какое будущее они готовили стране на примере сегодняшнего дня, то «негодование» от слов «подручного тирана» исчезает.

О Сталине и его политике :

«— Сталин, в общем, умел использовать и троцкистов, и правых, но когда потребовалось, тут уж, конечно, полетели щепки. Со многих персон.

Ни один человек после Ленина, не только я, ни Калинин, ни Дзержинский и прочие не сделали и десятой доли того, что Сталин. Это факт. Я критикую в некоторых вопросах Сталина, довольно крупных, теоретического характера, а как политический деятель он выполнил такую роль, которую никто не мог взвалить на свои плечи .

Вокруг Сталина была довольно крепкая группа.

.Чем больше нападают на него, тем выше он поднимается, Сталин. Идет борьба. Огромное в Сталине не видят, — говорит Молотов. — Более последовательного, более талантливого, более великого человека, чем Сталин, после Ленина не было и нет !..

« Что с вами будет без меня, если война? — спрашивал он (Сталин) уже после войны. — Вы не интересуетесь военным делом. Никто не интересуется, не знает военного дела. Что с вами будет? Империалисты вас передушат».

Сталин исключительно был на месте в период 30-х годов и войны. Потому что надо было не только знать военную науку, но и вкус к военному делу иметь. А у него этот вкус был.»

О Сталине — человеке и вожде:

«— Не часто, но иногда снится. И какие-то совершенно необычные условия. В каком-то разрушенном городе. Никак не могу выйти. Потом встречаюсь с ним. Одним словом, какие-то странные сны, очень запутанные.

А его все равно любили. Его очень любили. Вспоминать отрицательное не хочется.

Со временем в истории России Сталин будет восстановлен. Будет музей Сталина в Москве. Обязательно! Потребуют.

Роль Сталина огромна. Я не сомневаюсь, что имя его поднимется снова и займет свое славное место в истории.

.Сталин говорил: «Правду охраняют батальоны лжи».

Сталин поднимется, конечно, что говорить, — утверждает Молотов.

— Если армяне не помешают, — шутит гость из Грузии И. С. Антелава. — Микоян — самый главный, кого Шота Иванович не любит.

— Как он остался в лагере Сталина, — спрашивает Шота Иванович, — если он так против Сталина боролся?. (на этот вопрос Молотов предпочел не отвечать — К.О.)

Они хотят не того, чтобы ошибки Сталина исправить, а при помощи этих ошибок испортить всю линию партии. Гораздо более важная и более трудная задача, с которой сложнее справиться, это помочь восстановлению и продолжению дела Ленина — Сталина. А это не только в историю уходит, это больше уходит в будущее.

Я уверен, что Сталинград снова будет Сталинградом. Едва ли в этот раз, в этот раз маловероятно, но то, что переименуют в Сталинград, не сомневаюсь».

О Хрущеве:

«Хрущев — он, безусловно, реакционного типа человек, он только примазался к Коммунистической партии . Он не верит ни в какой коммунизм, конечно…

У Хрущева была социальная почва более крепкая, потому что мещанство везде было. А он на мещан ориентировался. Как одно с другим слепить. А идеями построения коммунизма он не интересовался.

. Хрущев в душе был противником Сталина. Сталин — все и вся, а в душе другое. Личное озлобление его на любые шаги толкает. Озлобление на Сталина за то, что его сын попал в такое положение, что его расстреляли фактически . После такого озлобления он на все идет, только бы запачкать имя Сталина. У него сын был вроде изменника. Это тоже о нем говорит. Хорош политический деятель, у которого даже сын и тот. Сталин сына его не хотел помиловать, Хрущев лично ненавидел Сталина . Это добавилось. Но не это главное. Он не революционер. В 1918 году только в партию вступил — такой активный! Простые рабочие были в партии. Какой же это у нас лидер партии оказался! Это абсурд. Абсурд.

Хрущев против Сталина пошел и против ленинской политики, он хотел изменения ленинской политики, которую проводил Сталин, которую поддерживали мы вместе со Сталиным, в конце концов. Вы знаете, чего хотели правые? У нас в партии? Правые хотели, чтобы мы не нажимали на уничтожение кулака, — они поборники этой политики.

Сторонники Сталина линию вели прочно, а он ловко приспособлялся к этой линии. Он человек способный, имейте в виду, здесь нельзя сказать, что он просто так. Хрущев мог бы стать бухаринцем, а пошел в другую сторону, потому что нельзя. Хрущев по существу был бухаринец, но при Сталине он не был бухаринцем.

Формально при Сталине у нас все пошли за Сталиным. А когда оказалось возможным проявить свою натуру, большинство оказалось против. Потому что руководящая роль настолько велика, и личность в таких случаях играет такую сильную роль, что многие помалкивают, идут за руководством, кряхтят. Даже Хрущев: «Батько Сталин! Дорогой батько Сталин!» — чего только не было! А душа-то еще не доросла… Почитайте его. А на других клеветал…

Роль Хрущева очень плохая. Он дал волю тем настроениям, которыми он живет. Он бы сам не мог этого сделать, если бы не было людей. Никакой особой теории он не создал, в отличие от Троцкого, но он дал возможность вырваться наружу такому зверю, который сейчас, конечно, наносит большой вред обществу. Значит, не просто Хрущев.

— Но этого зверя называют демократией.

— Называют гуманизмом, — говоритМолотов. — А на деле мещанство.

Хрущев изображал из себя архисталинца, Микоян — архисталинца, а в душе они были другие.

Хрущев в своей книге сдержанно довольно говорит обо мне, в одном случае так, пренебрежительно, о Сталине — со звериной злобой прямо .

— Говорят, идею развенчать Сталина подал Хрущеву Микоян .

— Я не исключаю этого, — согласился Молотов. — Хрущевцы могут этим гордиться. А коммунистам не подходит… Партию разделить на сельскую и промышленную — нелепо, безусловно.

— Считают, что это было по тем временам прогрессивно, новое слово.

— Какое новое! Гнилое! И сам-то Анастас был гнилой .

— Микоян очень связан с Хрущевым. Я думаю, что он и настраивал Хрущева на самые крайние меры .»

Микоян и есть одна из самых темных лошадок в истории России-СССР 20 века! Человек, умудрившийся остаться «без инфаркта и паралича от Ильича до Ильича», стоял за тем же Хрущевым, учил его уму-разуму. И именно Микоян начинал 20 съезд в 1956 году, и уже в его докладе были пробные шары про культ личности Сталина.

Именно Микоян участвовал в переговорах с американцами в Карибском кризисе. Т. е. для американцев, считавших Микояна членом «комитета трехсот», вроде «мирового правительства», Анастас Иванович был вполне уважаемым переговорщиком.

При этом Микоян был единственным, кто голосовал «против» на том самом заседании Политбюро, на котором арестовали Берию, — тот еще жук был.

И именно Микоян сделал все, чтобы снятие Хрущева прошло безболезненно в 1964 году. А.И. Микоян в этом плане больше похож на некоего серого кардинала в СССР все эти годы. И то, что он был 27-м бакинским комиссаром, которых расстреляли англичане, и остался жив, о многом говорит.

«Хрущев и Микоян в свое время дошли до того, что пытались доказать, будто бы Сталин был агентом царской охранки. Но документов таких сфабриковать им не удалось

. Возможно, они и на меня что-то пытались такое соорудить.

Микоян подлую роль сыграл. Приспособленец. Приспособлялся, приспособлялся, до того неловко. Сталин тоже его недолюбливал. Сталин иногда его крепко прижимал .

Ему (Хрущеву) надо было во что бы то ни стало популярность свою поднять за счет, главным образом, освобождения из лагерей. Хрущев не обладал мышлением в государственных масштабах. Конечно, не обладал, само собой. Но он тактик неплохой, человек неглупый, бывалый. Главное то, что он не революционер — вот его главная сущность. С моей точки зрения, его попытка загадить все, что связано с именем Сталина, показывает, что он не контрреволюционер, но он не революционер. Он исходит из чуждой идеологии. А Сталин — революционер…»

При этом Хрущев Запад вроде как искренно ненавидел. Но понять своими мозгами, что все его действия работают на пользу Западу, не мог. А тот, кто ему подсказывал, что бы еще отчебучить, развенчивая Сталина, действовал осознанно.

Недавно по ТВ прошли передачи, на которых были озвучены пленки с записями «воспоминаний и размышлений» Хрущева. И на одной из последних Хрущев озвучил то, что думал, видимо, на самом деле — экономический и социальный строй на Западе гораздо «лучше» того, который создавался в СССР. (эти записи вполне доступны теперь и в Интернете). Т. е. на самом деле этот руководитель партии и страны ненавидел то, что есть в СССР в экономическом и социальном плане, и уничтожал это осознанно, когда гробил сталинскую экономику и страну.

Весь 20 и 21 века идет большая война за мировое Лидерство между Западом и Россией, западной и русской цивилизацией. Идет, даже если Россия к этому лидерству и не особенно стремится. Если бы не организованные против России в 20 веке войны и подрывная деятельность, то сегодня Запад скатился бы объективно на задворки мировой цивилизации.

Возьмите темпы роста экономики сталинских пятилеток. Еще почти 30 лет после смерти Сталина Россия жила по его планам, на основе заложенного им потенциала. Но как сказал Молотов, «.гораздо более важная и более трудная задача, с которой сложнее справиться, это помочь восстановлению и продолжению дела Ленина — Сталина. А это не только в историю уходит, это больше уходит в будущее.» А вот этого запад позволить никак не может. Чистый бизнес — ничего личного. Почти обычная конкуренция за мировое лидерство. И при этом Россия никогда особо не стремилась к уничтожению Запада — ни физически, ни экономически. Но Запад этим пугает себя и обывателя.

Почему Россия или СССР никогда не делала попыток уничтожать Западные цивилизации? В России правители всегда были умнее и понимали, что уничтожение Запада создаст больше проблем, чем выгоды. Да и другие мы.

А из слов Молотова и понимания того, что готовили в те годы нам антисталинисты (которые люто ненавидели Сталина), вывод можно сделать такой: если бы Сталин не перебил оппозицию перед войной, то было бы еще тяжелее. На весах истории стояла судьба всей России . И трагедия июня 41-го — это заслуга остатков сочувствующих жертвам репрессий в РККА 1937 года.

Не стоит игнорировать саботаж и предательство в РККА в июне 41-го. Не стоит недооценивать возможности генералов по организации поражения армии при нападении врага. Создание и поддержка Западом оппозиции в России все эти годы, начиная еще с 19 века для свержений царей, продолжалось и при Сталине, и после него. И забывать об этой антисталинской оппозиции перед войной и ее недооценивать, вряд ли стоит.

Недовольных курсу Сталина, который создавал новую Россию, мощного экономического конкурента Западу, которая могла оставить Запад в заднице, создав экономически более мощное государство (Сталин за 10 лет вывел СССР на второе место в мире после США!), было очень много и в армии. И дел они сделать могли очень много. И натворили. Как генералы при царе.

Оппозиция при Сталине не была просто кучкой недовольных. Это была уже структура. И Троцкий не болтунам на кухне слал свои послания в СССР. Исследователь К. Романенко приводит показания Ягоды в своей книге «Сталинский 37-й. Лабиринты заговоров» (М., 2007). По ним хорошо видно, насколько мощной была оппозиция в СССР. Но они не могли решиться на открытое физическое устранение Сталина потому, что страшно далеки они были от народа, — боялись, что не получат поддержки у населения, которое помнит этих деятелей еще по Гражданской войне и знает. Да и сами они были хлипковаты, дух был слабый.

Запад в лице Троцкого толкал их на активные действия, а они боялись, что их не поддержит население, а какой-нибудь Молотов с Буденным и Ворошиловым очередную гражданскую войну им устроят, если они смогут убить Сталина. А вот устроить поражение в войне, которую Запад заваривал против России и Сталина, как в 1917 году, гораздо легче. Ведь свержение царя и революции устраивались только для того, чтобы вывести Россию из мировой конкурентной борьбы .

Россия Александра III была на подъеме, и ее надо было вывести из большой игры. И вывели. Компания Лениных-Троцких устроила на пару с белыми гражданскую войну после того, как аристократия отрешила Николая II и опустила Россию до полного абзаца с перспективой взятия под контроль Западом территории России.

Ленин для США, откуда приехал Троцкий со своей гвардией, был номером вторым, а Троцкий должен был все провернуть после смерти Ильича. Но Сталин, избавившись от Троцкого и его компании, стал делать Россию мощной державой. И опять Западу пришлось устранять конкурента, чтобы потом прибрать ресурсы под свой контроль, когда Россия будет ослаблена в войне с Европой. А Европа должна была попасть под контроль англосаксов. И попала.

Оппозиция в России и СССР для этого только и нужна была. Но эти люди были уверены, что делают что-то по собственной воле. А разве не так происходит сегодня и всегда? Та же Англия всегда старалась быть в тени ревпроцессов, чтобы сохранялась иллюзия того, что все происходит само собой — «так получилось». И нынешние оппозиционеры в современной России также не считают себя холуями Запада.

Переходя к вопросу — «МОГ ЛИ БЫТЬ ЗАГОВОР В РККА В 1941 ГОДУ», можно ответить так.

Часть остатков оппозиции и недовольных к началу войны обязательно должны были остаться и в руководстве армии, и в местных органах власти, возможно даже в руководстве в Москве. Было бы удивительно, если бы этих людей не было.

Это подтверждает наличие недовольных сталинским режимом из числа отдельных генералов, которые переходили или попадали к немцам в плен и организовывали против СССР РОА — «Русскую освободительные армию». Она под трехцветным флагом нынешней РФ должна была «спасти Россию от кровавого палача Сталина» при помощи Гитлера, а потом и «демократию» устроить в России, «выгнав немцев» через какое-то время (интересно, как бы они это могли бы провернуть — с помощью уже США и Англии на этот раз?).

А.Б. Мартиросян называет эту компанию «вторым эшелоном» оппозиции. Однако сегодня говорить о раскрытых заговорах в РККА в СССР с началом войны нет возможности прежде всего потому, что и сам Сталин не стал такие заговоры раскрывать, и многие дела тех лет до сих пор являются гостайной. В стране необходимо было показать единство народа и руководства в борьбе с агрессором, а не устраивать охоту за оппозицией. В 1930-е такие заговоры раскрывались и публично освещались в свете подготовки к неизбежной войне. Но с началом войны проводить такие расследования и тем более публичные процессы в масштабах всей страны было бы политическим самоубийством .

В исследованиях историка А.Б. Мартиросяна показано, почему дело генерала Павлова Д.Г., сдавшего Белорусский округ (ЗапОВО), было переквалифицировано из дела о заговоре и предательстве в дело о «преступно-халатном исполнении должностных обязанностей».

Было ли причастно высшее командование РККА в лице начальника Генштаба Г.К. Жукова и наркома обороны С.К. Тимошенко к тому, что сделал Павлов, сегодня узнать практически невозможно. Можно только догадываться и предполагать. Сам Сталин в условиях начавшейся войны этого доказывать не мог. Не имел права как глава страны, ведущей войну. А сегодня это можно подтверждать (или опровергать) только анализом поступков и принятых решений наркома и начальника Генштаба в те конкретные недели начала войны и предвоенные месяцы. Жуков, хоть и ненавидел штабную работу, но дураком не был. И в военных вопросах разбирался вполне прилично. И должен был понимать, что его желание начать массированное встречное общее наступление по всем фронтам сразу после нападения Германии должно привести к общему поражению.

Но если действия начальника Генерального штаба РККА еще можно отнести к неправильной оценке ситуации или некой общей малограмотности генерала армии, то действия командиров, сливавших топливо в самолетах на приграничных аэродромах, снимавших вооружение в наиболее боеспособных истребительных полках, не подготовивших запасные полевые аэродромы, отправивших своих подчиненных в увольнения именно на субботу-воскресенье 21–22 июня после получения распоряжений о приведении частей приграничных западных округов в повышенную и полную боевую готовность, списать на русскую расхлябанность не получается.

Как нельзя списать на халатность то, что сделал в Западном округе командующий, генерал армии Д.Г. Павлов, который после получения команд из Москвы начиная еще с 11 июня на поднятие войск и отправку их к границе, «в районы, предусмотренные планом прикрытия», устроил откровенный саботаж этих распоряжений в своем округе.

(Примечание: Павлов выдвижение «глубинных дивизий» к границе с 11 июня начал, но, как и в КОВО Кирпонос, он эти дивизии выводил не под видом учений, а как на учения. Предусмотренные же Директивой НКО и ГШ от 18 июня выдвижение приграничных дивизий, которые он должен был начать по особому приказу наркома после 18–19 июня, он проигнорировал. Как и выведение штаба округа на полевой КП после 18 июня.

Адвокаты Павловых ставят, как им кажется, резонный вопрос насчет приграничных дивизий в Бресте, уничтоженных утром 22 июня и не выведенных заранее из города: «А тексты приказа ГШ, касавшегося брестских дивизий, не приведете?»

Второй пункт Директивы НКО и ГШ от 11 июня для ЗапОВО гласил, что на вывод приграничных дивизий (стоящие в Бресте три дивизии именно приграничными и являлись) будет особый приказ наркома. Самого приказа вроде как нет, но на следствии Павлова постоянно трясут именно по поводу этих дивизий из Бреста — почему дивизии, закрывающие ключевое направление, так и остались в казармах Бреста, не были выведены к 22 июня из города!?

И в связи с этим хочется спросить адвокатов Павлова: «Так был приказ на вывод тех дивизий до 22 июня, или палачи бериевские ерундой занимались, невинно репрессировали бедного генерала?! Если приказа на вывод приграничных дивизий на их рубежи обороны после

18-19 июня Павлов не получал, почему его следователи трясли насчет того, почему он брестские не вывел из города, получается, что Павлова следователи огульно обвинили, при отсутствии приказа?!»

Более подробно о действиях Павлова и приказов перед 22 июня рассматривается подробно в книгах «Кто “проспал” начало войны», М. 2011 г., «Адвокаты Гитлера», М. 2011 г. И «Сталин. Кто предал вождя накануне войны?», М., 2012 г.)

На вопрос о том, был или не был заговор генералов летом 1941 года, чтобы организовать поражение в войне с Германией, можно попробовать поискать ответы в доступном деле генерала армии Павлова, которое сегодня опубликовано в разных книгах и исследованиях.

Арестован Павлов был в первых числах июля 1941 года и вскоре стал заявлять, что он состоит в заговоре военных с целью нанести поражение СССР. На этом месте у разоблачителей сталинизма заявляется стандартное: его «пытали именно для того, чтобы и выбить признание в «традиционном» для Сталина заговоре против Советской власти».

Тратить время на опровержение подобного просто не хочется. Хорошо, пытали, и боевой генерал сознался! А как же Рокоссовский, Горбатов и сотни других, посаженных еще в 1937-38 годах, по доносам «тухачевцев», и себя не оговаривали, и на других не клеветали, хотя этих действительно били? Ведь в РККА перед войной было возвращено несколько тысяч уволенных и арестованных офицеров! Около 16 тысяч! Т. е. практически все невинно арестованные по доносам заговорщиков — осталось буквально несколько десятков человек из всех арестованных по «делу Тухачевского», и это были старшие командиры.

А почему осудили и расстреляли Павлова по статье не о «заговоре», по 58-й, а по «преступной халатности»? Сталин ведь «полубезумный маньяк», «параноик», не считающийся ни с какой законностью, шили дела и покруче, сочиняя для подследственных все, что угодно. Зачем статью Павлову поменяли, чего Сталину в этой ситуации было бояться, ведь у него единоличная тиранская власть в СССР? Или сталинский суд, до этого шлепавший расстрелы и статьи по команде тирана миллионами, тут стал независимым?!

На основании показаний Павлова, примерно через неделю, в начале июля, арестовывается Герой Советского Союза, герой Финской кампании, заместитель наркома обороны (курирующий в это время строительство укрепрайонов, кажется) генерал армии КА. Мерецков.

Арестовывается он скорее всего и на основании заявления Павлова, что Мерецков «подшафе» еще в 40-м сболтнул: «…в случае нападения их на Советский Союз и победы германской армии хуже нам от этого не будет». Также Павлов, как бывший начальник Автобронетанкового управления и человек, разбирающийся в подобных вопросах, заявил, что «.Генеральным штабом план заказов на военное время по танкам, автомобилям и тракторам был завышен раз в 10». Генерал Мерецков был начальником Генштаба всего 5 месяцев, с августа 1940 года по январь 1941-го. С февраля 1941 г. начальником Генштаба был уже Т.К. Жуков. И было бы логичнее арестовывать и допрашивать Жукова, а не Мерецкова, тем более, не за пьяные разговоры.

Но дело на генерала Мерецкова, которого отпустили уже через две недели после ареста и которого ни в чем не обвинили, недоступно. И тут уже хочется спросить современных хранителей тайн: в чем проблема? Человек отпущен из «сталинско-бериевских застенков» как невиновный! А его дело до сих пор не подлежит опубликованию и изучению? Интересно, какие вопросы задавали «палачи-следователи» генералу Мерецкову и какие ответы давал генерал, если до сих пор с них не снят гриф секретности? Похоже, ответ в этом странном деле надо искать в том, какую должность исполнял Мерецков до ареста, когда он был начальником Генерального штаба.

(Примечание: С делами «невинных жертв сталинизма» тех лет поступили очень хитро. Их позволяют смотреть только родственникам осужденных, какие бы посты они ни занимали и какие бы обвинения в госизмене им ни предъявлялись (да и то не всегда). Но историкам, даже официально работающим в РАН, эти дела не дают. А родственники, даже изучив эти дела, не спешат сообщать, что в них сказано, в чем обвинялись их деды и отцы. Исключение, наверное, представляет один депутат Алкснис, чей дед, Алкснис Я.И., был наркомом авиации при Сталине с 1931 по 1937 годы. Алкснис был расстрелян в 1938 году по делу Тухачевского, и внук поведал, что смотрел дело деда два раза и видел, что из дела вырывались листы с протоколами допросов.)

Решение на начало боевых действий против другого государства, на начало войны глава страны принимает только при наличии неких разведывательных и аналитических данных. При этом глава государства должен быть уверен, что его решение абсолютно верное и не приведет к поражению в случае нападения на другую страну, тем более такую, как СССР, занимавшую тогда второе место в мире по экономической (значит, и военной!) мощи.

Гитлер подписывает вариант «Барбаросса» в декабре 1940 года. И на момент подписания этого плана, предусматривающего конкретные направления главных ударов, Гитлер знал о СССР что-то такое, что позволило ему пойти на такой шаг .

Также известно из учебников школьной истории, что Гитлер и все его окружение (также Англия и США) давали СССР срок в пару недель, максимум пару месяцев, для сопротивления. Гитлер рассчитывал, что в СССР произойдет революция сразу после его нападения, что на национальных окраинах произойдут восстания, и «тюрьма народов» распадется сама собой.

Сегодня Гитлера все еще модно считать «авантюристом», «параноиком» и страдальцем многих разных нервных (и не только) болезней. Но таковым его считать принято от большого лукавства наших и западных историков, не желающих акцентирования внимание читателей на забугорных спонсорах фюрера.

Гитлер подписывает план нападения на СССР, имея на руках некую информацию, которая позволит, по его расчетам, победить в войне с СССР. И это не только астрологические прогнозы от всевозможных «магов» рейха, что то истреблялись, то обласкивались Гитлером. Гитлер рассчитывал на победу, подписывая план нападения на СССР, и начальником Генштаба в СССР был генерал Мерецков. При нем и разрабатывались «южный» и «северный» варианты отражения возможной агрессии Германии. При нем, по словам маршала М.В. Захарова, и произошло изменение «соображений о стратегическом развертывании на 1939-41 годы Шапошникова». Тогда начала протаскиваться дурная и авантюрная идея нанесения нашего ответного встречного немедленного удара из Украины-КОВО по неосновным силам противника, атакующего своими главными силами севернее Полесья — по Прибалтике и Белоруссии, где ослабленные силы ПрибОВО и ЗапОВО также пытаются атаковать врага, отвлекая на себя главные силы Германии.

Гитлер уже в декабре 1940 года явно что-то знает об этих планах войны НКО и ГШ СССР. Он утверждает вариант «Барбаросса» и начинает торопиться с его выполнением, хотя реально Гитлер и к июню 41-го не был до конца готов воевать. Гитлера усердно подталкивали и англичане! Но Гитлер мог получить некую информацию о том, что военные в СССР сочинили такие дурные планы войны через Англию, или все же напрямую, из Москвы? Англичане ведь очень усердно толкали Гитлера на СССР. И Сталин это знал.

В 1914 году были истории с передачей германской разведке мобилизационных планов России царскими генералами? Вроде были. Когда округ-фронт Павлова рухнул и сам Павлов стал болтать на следствии о предательстве именно Мерецкова (а не Жукова), то Сталин, хорошо изучивший историю Первой мировой и причины ее поражения, в котором был замешан царский генералитет, мог допустить, что при Мерецкове из Генштаба могла произойти некая утечка, которая подтолкнула Гитлера на принятие решения? Мог. Остается нашим историкам-копателям искать причину того, почему Гитлер подписал «Барбароссу » именно в декабре 1940 г. После того как в нашем Генштабе были придуманы те авантюрные планы отражения нападения Германии. И почему он был так уверен, что СССР не продержится и пару месяцев. И дело на генерала К. А. Мерецкова, закрытое в июле 41-го, может помочь в этом.

Косвенное подтверждение возможного предательства советских генералов содержится в тексте самого варианта «Барбаросса», подписанного Гитлером 18 декабря 1940 года: «Только неожиданно быстрый развал русского сопротивления мог бы обеспечить постановку и выполнение этих обеих задач одновременно». Имеется в виду одновременное наступление на Прибалтику, Белоруссию и на Украину. А «неожиданно быстрый развал русского сопротивления» был возможен только в одном случае: в случае откровенного предательства командования РККА как минимум западных округов.

У нас любят восхищаться тем, что суть плана «Барбаросса» лежала на столе у Сталина чуть не через пару дней после его утверждения Гитлером. Правда, тиран-деспот «не смог воспользоваться» полученной информацией. А может, и на столе у Гитлера лежали некие «планы войн» СССР? Сегодня ведь известно, что в аппарате у А.И. Микояна был агент перед войной, работающий на Англию. И если в английской разведке работали такие люди, как «Кембриджская пятерка», которые иногда в Москву отправляли информацию о Германии раньше, чем ее читал Черчилль, то и сама английская разведка очень дружила с адмиралом Канарисом — главой разведки Германии. Т. е. даже если и не имели немцы своих агентов в НКО и ГШ СССР, то, например, вполне могущие их иметь англичане вполне могли сливать полученную информацию такого рода нацистам — Канарису.

В ведомстве у Вознесенского уже после войны пропадали особо секретные документы, связанные с госпланированием, в которых были очень заинтересованы в США. Прослушка посла в США М. Литвинова во время войны также давала много любопытного материала для размышления. Так что ничего необычного нет в том, что и в советском Генштабе могли служить не очень преданные Родине офицеры.

Чем советские командиры отличались от царских? Тоже люди, которые могут не верить в возможность победы над Германией, т. к. знают о готовящемся предательстве, о его масштабах, знают истинное состояние собственной армии и о ее слабой готовности к войне. И Мерецков, по показаниям Павлова, об этом и говорит, мол, если немцы нападут, то СССР обязательно проиграет — «в случае нападения их на Советский Союз и победы германской армии хуже нам от этого не будет ». Может, Мерецковы на случай неизбежного нападения Гитлера на СССР и победы германской армии уже подсуетились, чтобы их не забыли новые хозяева?

Данное предположение уже выдвигали в своих книгах и Ю.И. Мухин, и А.Б. Мартиросян, и многие другие исследователи. Другое дело, что найти документальное подтверждение подобным фактам сегодня пока практически невозможно. Если бы что-то подобное и произошло, то подтверждение такого предательства тщательно скрывалось. Как замалчивается сегодня факт приведения в «повышенную» и «полную боевую готовность» частей западных округов с 11–18 июня 1941 года, чуть не за 10 дней до нападения Германии на СССР.

Почему это происходит? Да хотя бы потому, что эти люди, виновные в трагедии 41-го, после смерти Сталина были поголовно реабилитированы их друзьями и вся власть в стране перешла под их полный контроль. И именно они и писали для нас историю ВОВ все эти годы.

И с чего бы потомки и наследники «жертв сталинских репрессий» стали бы говорить всю правду о тех событиях? Ведь тогда придется признать, что Сталин был во многом прав, что его экономическая и политическая системы были лучше для России, чем то, что нам навязали после его смерти под присмотром Запада разоблачители сталинизма. Ведь в мире существует только две экономические и политические системы: западная рыночно-либеральная (капиталистическая) и сталинская государственная (коммунистическая). Сталинская оказалась наиболее эффективной, по сравнению с западной и могла спихнуть Запад на обочину истории. И если бы это было не так, то Запад до сих пор восторженно аплодировал бы Сталину.

Говорят, суть плана «Барбаросса» лежала на столе у Сталина чуть не через пару дней после его утверждения Гитлером. Интересно, фраза: «Только неожиданно быстрый развал русского сопротивления мог бы обеспечить постановку и выполнение этих обеих задач одновременно», — была известна Сталину? Если да, то начинаешь лучше понимать, почему Сталин с таким спокойствием, разговаривая с Первым секретарем ВКП(б) Белоруссии, соглашается на эвакуацию Минска 23 июня 41-го, хотя пока ничто не должно было говорить о том, что немцы займут столицу Белоруссии на шестой день войны:

«В середине дня я позвонил Сталину и после краткой информации сообщил ему о нашем решении. Он удивился и спросил: «Вы думаете, это надо делать? Не рано ли?» Я ответил: «Обстановка сложилась такая, что в половине западных областей республики (в Брестской, Белостоцкой, Пинской, Барановической) широкая эвакуация уже невозможна. Боюсь, что с опозданием с этим для Минска и восточных областей станет непоправимым». Подумав, Сталин сказал: «Хорошо, приступайте к эвакуации.»

Выходит, Сталин вполне допускал, что военные окажутся не на высоте? Впрочем, похоже, и без фраз из «Барбароссы» Сталин мог знать о том, что Западный округ-фронт Павлова будет разгромлен и сдан врагу.

Но... Сталин сажал и ставил к стенке только в том случае, если были точные данные о виновности подозреваемых. Получается, что Мерецков отбрехался потому, что и у Павлова не было четких обвинений, кроме застольных «пораженческих разговоров» и «странного мобплана» Генштаба (под дурачка закосил сам Мерецков?), и у Сталина не было доказательств вины Мерецкова (не зря его, по словам Молотова, звали «ярославцем», почти, как «жид», всегда выкрутится). Получается, Павлов отдувался за всех своих подельников? А Жуковым Сталин дал шанс стать героями? Но чтобы впредь не передумали, приставил к Жукову «охрану» из чекистов, а часть армейских генералов поменял на бериевских, из НКВД, в июле 41-го. Хорроошие у нас были генералы.

Молотов о начале войны говорил так: «Мы знали, что война не за горами, что мы слабей Германии, что нам придется отступать. Весь вопрос был в том, докуда нам придется отступать — до Смоленска или до Москвы, это перед войной мы обсуждали. Мы знали, что придется отступать, и нам нужно иметь как можно больше территории.…

Мы делали все, чтобы оттянуть войну. И нам это удалось — на год и десять месяцев. Хотелось бы, конечно, больше. Сталин еще перед войной считал, что только к 1943 году мы сможем встретить немца на равных». (Главный маршал авиации А.Е. Голованов говорил мне, что после разгрома немцев под Москвой Сталин сказал: «Дай бог нам эту войну закончить в 1946 году».) (Ф. Чуев «140 бесед с Молотовым»).

Войну ждали, к ней готовились. Все силы и средства в стране были брошены на подготовку: «Мы же отменили 7-часовой рабочий день за два года до войны! Отменили переход с предприятия на предприятие рабочих в поисках лучших условий, а жили многие очень плохо, искали, где бы получше пожить, а мы отменили. Никакого жилищного строительства не было, а строительство заводов колоссальное, создание новых частей армии, вооруженных танками, самолетами… Конструкторов всех дергали: «Давай скорей, давай скорей!» — они не успевали, все были молодые конструкторы!..»

Сталин и Молотов знали, что придется отступать. Сталин в своей речи 3-го июля сказал: «.Что касается того, что часть нашей территории оказалась все же захваченной немецко-фашистскими войсками, то это объясняется главным образом тем, что война фашистской Германии против СССР началась при выгодных условиях для немецких войск и невыгодных для советских войск. Дело в том, что войска Германии, как страны, ведущей войну, были уже целиком отмобилизованы, и 170 дивизий, брошенных Германией против СССР и придвинутых к границам СССР, находились в состоянии полной готовности, ожидая лишь сигнала для выступления, тогда как советским войскам нужно было еще отмобилизоваться и придвинуться к границам.»

Но во все эти расчеты вмешался недооцененный фактор: откровенное предательство командования целого округа на самом важном направлении, на Москву, в Белоруссии, и скрытый саботаж в соседних округах, на Украине, частично в Прибалтике. Скорее всего Сталин, как опытный и умный политик, понимал и допускал подобное, но масштаб предательства оказался больше ожидаемого.

Молотов: «Каждый несет ответственность. Конечно, положение у Сталина тогда было не из легких. Что не знали, неправда. Ведь Кирпонос и Кузнецов (командующие Киевского и Прибалтийского округов) привели войска в готовность, а Павлов — нет… Военные, как всегда, оказались шляпы. Ну, конечно, мы тогда были очень слабы по сравнению с немцами. Конечно, надо было подтягивать лучше. Но на этом деле лучшие военные у нас были. Жуков считается неплохим военным, он у нас был в Генштабе, Тимошенко тоже неплохой военный, он был наркомом обороны.

… Жуков снимает с себя ответственность за начало войны, но это наивно. И не только снимает с себя, он путается. 21 июня представили директиву, что надо привести войска в боевую готовность. У него двусмысленность: толи правильно, он считает, — Сталин поправил, то ли неправильно, — он не говорит. А конечно, Сталин поправил правильно. И вот в одних округах сумели принять меры, а в Белорусском не сумели…»

(Все-таки, Молотов большой дипломат и порядочный, по-своему, человек.)

Эти «лучшие военные» только после Сталинградской битвы стали воевать как положено. Именно после Сталинграда Красная армия не имела больше серьезных неудач в войне. Впрочем, у наших мемуаристов нашлось достойное объяснение — Сталин поумнел после Сталинградской битвы и перестал мешать Жуковым побеждать врага!

В августе 1941-го Жуков подал записку Сталину о том, что в Генштабе есть немецкие агенты и предатели. Но Сталин не стал на нее реагировать (в условиях войны было просто опасно устраивать разборки с генералами, воевать надо было, а не искать врагов в Генштабе — кого надо и так нашли.).

Вопрос об оппозиции и саботаже не стоит списывать на русскую расхлябанность. Фактов об откровенном предательстве историки сегодня находят много. Одна дивизия оборону держит, а кто-то дает команду на отход. Одни самолеты уже в 3.30 утра вступают в бой и сбивают немецкие самолеты. Другие идут на таран из-за того, что у них снято вооружение с самолетов. Третьи мирно спят на своих аэродромах.

У Ю. Мухина есть пример того, как Донбасс собирались сдать без боя. А когда командир дивизии заявил, что может воевать и обороняться, то ему разрешили: если хочешь, воюй. Обратите внимание и сравните то, как воевала наша армия в Чечне в первую кампанию, в 1994–1996 гг., и во вторую и как лихо в 2008 году — в Грузии. В первую в Грозном были просто банды ополченцев, и с ними ничего сделать не могли. Во вторую на Дагестан послали уже профессиональных наемников, и с ними достаточно быстро покончили. А в 2008 году быстренько разогнали вооруженных самым лучшим оружием в мире за пару дней. Конечно, грузины сегодня не вояки. Но и наши делали все четко. А от кого это зависит? От командования, от выполнения ими своих обязанностей.

При четко организованном саботаже устроить разгром собственной армии — не проблема. Хороший командир и из поражения в итоге сделает победу, а хреновый — и из победы умудрится сделать поражение.

История трагедии 22 июня — это история о политике и о политвозне. Хрущев первым делом реабилитировал бывших оппозиционеров (кроме Троцкого: уж больно фигура колоритная) и репрессированных за 41-й год генералов. Но все «реабилитированные» при Хрущеве «гражданские», все принадлежали к «правой оппозиции», радеющей, так или иначе за «реставрацию капитализма» в СССР-России. А точнее, вернуть фабрики фабрикантам, а землю спекулянтам, что мы в итоге и получили спустя годы: возврат к частной собственности на «средства производства», а именно этого и добивался Запад. В перспективе может, конечно, государство выкупить по дешевке у российского олигарха его компанию, но на это требуется время. И воля руководителя страны.

Основными причинами трагедии 1941 года можно с достаточной уверенностью назвать: первое — откровенное предательство старших офицеров РККА на уровне командующих округами с их замами и выше; второе — бездарность и безграмотность высшего командного состава РККА в предвоенном планировании; третье — разгильдяйство должностных лиц. Но разгильдяйство в те годы было практически ничтожным и на общую картину особо не влияло. Не забывайте, на дворе было сталинское правление, при котором даже за мелкое разгильдяйство наказывали строго. И оно в армии было присуще чаще младшему и среднему комсоставу и на общий ход ведения войны особо не влияло. А вот бездарность старших командиров, как раз влияет на войну очень здорово.

Но самый тяжелый фактор — предательство.

У младших и средних командиров отдельное предательство, как и разгильдяйство, на ведение войны в целом не приведет к поражению. Но среди старших и высших чинов приведет именно к «катастрофе 1941 года». И если предательство среди младших и средних командиров носит характер случайного проявления личных моральных качеств, то в среде высших чинов предательство перед началом войны обусловлено именно неким заговором оппозиции.

Но если кому-то не нравится понятие предательства офицеров Красной армии как осознанного действия, то в условиях войны для народов России неисполнение и уклонение от выполнения своих должностных обязанностей будет сродни предательству и своей Родины, и населения.

Может, кому-то все равно кажется неправдоподобным утверждение о предательстве среди высших чинов Красной армии? Можно немного рассмотреть, как организовали начало войны в западных округах.

В своих воспоминаниях практически все мемуаристы оставили очень мало информации. Больше всех и достаточно подробно написал Баграмян. Но тот же Рокоссовский просто не смог подробно описать, что делалось на уровне округа, так как его просто не ставили в известность о приходящих из Москвы распоряжениях.

Но даже воспоминаний маршалов ИХ. Баграмяна, М.В. Захарова, К.К. Рокоссовского и тем более ответов на «вопросы Покровского» генералов приграничных округов вполне достаточно, чтобы понять картину происходящего. И на основе этого можно понять, как должны были развиваться и как на самом деле развивались события в западных округах.

Согласно Директиам НКО и ГШ от начала мая 41-го в западных округах должны были отработать новые «планы прикрытия» границы (1111). По ним, после получения команды из Москвы, в 10–15 км от границы выставляются стрелковые части дивизий первого эшелона. За их спинами, в 30–35 км (до 100 км), выстраивается оборона второго эшелона из стрелковых и механизированных корпусов этих округов. А затем в западных округах прибывшие из внутренних округов армии (две армии прибыли только в Киевский округ) выстраивают третий эшелон обороны.

Третий эшелон начал выдвижение в западные округа с конца мая — начала июня 1941 года. Второй эшелон из стрелковых дивизий самих округов начал выдвижение к границе в свои районы сосредоточения с 8, 11, 15 июня, после получения из Москвы Директив НКО и ГШ от 11–12 июня.

По этим директивам требовалось вывести войска 2-го эшелона и резервы Прибалтийского, Западного и Одесского округов в их районы сосредоточения по ПП. Киевский же округ получил задачу выводить войска по некой карте. При этом выводе дивизии необходимо было в обязательном порядке привести в повышенную боевую готовность. 14 июня в округа ушли директивы из ГШ о приведении в полную боевую готовность и мехкорпуса (МК).

Эти директивы устанавливали ограничения для дивизий первого эшелона — приграничных дивизий: «Приграничные дивизии оставить на месте, имея в виду, что вывод их к госгранице, в случае необходимости, может быть произведен только по моему особому приказу» .

«Особый приказ» наркома должен был также поступить в округа до нападения врага, как минимум за пару дней. При этом часть приграничных дивизий начали выводить к границе на их рубежи обороны уже с 11–15 июня.

Дело в том, что на поднятие по тревоге для частей первой линии (приграничных дивизий, находящихся в повышенной б.г.) требовалось от 2-х до 3-х часов. Но на то, чтобы выйти в район обороны, им требовалось до 30 часов. «Особый приказ» на начало выдвижения они должны были получить примерно 19–20 июня.

О том, как проходил этот вывод войск на рубежи обороны по планам прикрытия, после войны пытались выяснить на расследовании генерала Покровского вопросом № 2 — «С какого времени и на основании какого распоряжения войска прикрытия начали выход на государственную границу и какое количество из них было развернуто до начала боевых действий?». Этим вопросом пытались в первую очередь выяснить то, как выдвигались на границу дивизии непосредственного прикрытия границы — дивизии первого эшелона — «до начала боевых действий ».

Мехкорпуса получили свою директиву от 14 июня на приведение в полную б.г. в «местах дислокации», в «районах сбора». А приграничные дивизии должны были получить свой «особый приказ наркома» 18–20 июня. Они вступили бы в бой первыми, и пока они вместе с МК отражают первые удары врага, второй и третий эшелоны закончили бы свое выдвижение в свои районы сосредоточения.

Времени после 18 июня, для того чтобы даже находящиеся в своих казармах дивизии успели выйти к своим рубежам обороны, было вполне достаточно. Ведь как пишет начальник оперативного отдела штаба Киевского округа полковник Баграмян, «на приведение в полную боевую готовность и развертывание всех сил армий прикрытия государственной границы планом предусматривалось двое суток!».

Также с 18 июня в повышенную б.г. приводились Москвой ВВС и ПВО западных округов и флота.

Из имеющихся на сегодня известных мемуаров, опубликованных документов и, самое важное, — показаний генералов на «расследовании Покровского» в 1948–1956 годах (подробно данные ответы разобраны в отдельной книге-исследовании автора) известно, что:

ПрибОВО начал выводить свои приграничные дивизии в окопы на границе, приводил в полную боевую готовность свои мехкорпуса, ПВО и ВВС округа с 18 июня по командам Москвы — в связи с ожидающимся на 19–20 июня нападениемГермании;

Одесскому ВО также точно доводилось о возможных нападениях противника на 12 и 18 июня, и дивизии ОдВО также приводились в боевую готовность в эти дни;

ЗапОВО — командование округа не доводило до своих армий указаний Москвы на приведение приграничных дивизий в повышенную б.г. с 18 июня;

Киевский ОВО — как показал на расследовании маршал Баграмян — «Войска прикрытия дислоцировались непосредственно у границы и приступили к развертыванию [только] с началом военных действий. Заблаговременный их выход на подготовленные позиции был запрещен Генеральным штабом ».

При этом в КОВО некоторые отдельные приграничные дивизии, занимавшие оборону на второстепенных участках границы, приводились в боевую готовность с выводом на их рубежи обороны прямыми приказами Генштаба с 19–20 июня. Например, 72-я горнострелковая дивизия (26-й армии) генерала П.П. Абрамидзе или 62-я сд (5-й армии) П.А. Новичкова. Остальные войска округа командующий округом Кирпонос на основании указания Жукова запрещал выводить к границе — «Части прикрытия по распоряжению командующего войсками Киевского особого военного округа к границе выдвигать было запрещено» — начштаба 5-й армии генерал Н.П. Иванов. (ВИЖ № 5 1989 г. «Фронтовики ответили так. Пять вопросов Генерального штаба»)

Остальные командиры также достаточно подробно показывали в своих ответах, как проходил вывод войск с 8-11-15 июня в округах. Большинство показывают, что, несмотря на то, что в директивах НКО и ГШ от 11–12 июня округам приказывалось брать с войсками «полностью возимые запасы огнеприпасов и ГСМ», им уже окружное командование указывало: выходить, как на учения, брать с собой учебное имущество, боеприпасы оставлять на зимних квартирах.

В итоге — ПрибОВО встретил нападение в окопах, ЗапОВО — имел свои приграничные дивизии в казармах, и в Бресте — даже спящие казармы, хотя некоторые части поднимались по тревоге уже в 2 часа ночи в соседних армиях. КОВО — приграничные дивизии запретил выводить к границе сам Жуков, и только ОдВО с 2 часов ночи на 22 июня был полностью поднят по боевой тревоге своим начштаба М.В. Захаровым.

И следующим «вопросом Покровского» попытались выяснить, как поднимались войска в ночь на 22 июня: «Когда было получено распоряжение о приведении войск в боевую готовность в связи с ожидавшимся нападением фашистской Германии с утра 22 июня; какие и когда были отданы указания по выполнению этого распоряжения и что было сделано войсками?». И если почитать полные ответы командиров об этой ночи, то картина будет просто ошеломляющая.

В Прибалтике оставшийся за командующего начштаба округа генерал Кленов, разыскивая комокругом генерала Ф.И. Кузнецова около 1.30 в 11-й армии, сообщил командующему армией Морозову, что в округ пришла «Директива № 1» — о приведении в полную боевую готовность и что директива для армии будет отправлена. Морозов, по его словам, после этого свою армию поднял по тревоге. Однако в соседнюю приграничную 8-ю армию Собенникова Кленов звонить не стал — там спали до нападения немцев. В итоге — Кленов расстрелян по обвинению в «проявлении бездеятельности в руководстве войсками округа». А его заместитель генерал Трухин, сбежавший к немцам 27 июня, стал агитировать их на создание РОА — повешен с Власовым в 1946 году.

В Белоруссии Павлов расшифровал «Директиву № 1» к 1.30 и в это же время обзвонил свои армии — дал указание приводить войска в боевое состояние. К 2 часам ночи войска стали подниматься по тревоге. Однако в 4-й армии, дивизии которой закрывали Брестское направление и Брест, командующий генерал Коробков ни одну дивизию не поднял.

В итоге мы получили героическую оборону Брестской крепости, в которой по команде Коробкова и его начальника штаба Сандалова в казармах Бреста дней за 10 до нападения изъяли боеприпасы к стрелковому оружию, заложенные в казарменные оружейки согласно плану прикрытия округа. Коробков — бывший поручик царской армии — расстрелян. А Сандалов поднял вопрос о реабилитации расстрелянных за лето 41-го генералов после смерти Сталина, когда министром обороны стал Г.К. Жуков.

На Украине командующий округом генерал Кир по нос, получив лично от Жукова в полночь на 22 июня указание «быстрее передавать директиву о приведении в полную боевую готовность в войска», проигнорировал его. И свои армии поднимать не стал.

В своих ответах Покровскому начальник штаба КОВО Пуркаев показывает: «В период от 1 часу до 2 часов 22 июня Командующим войсками округа было получено распоряжение Генерального штаба, которое требовало привести войска в полную боевую готовность, в случае перехода немцев госграницы отражать всеми силами и средствами, самим границы не переходить и не перелетать до особого распоряжения». Однако Кирпонос и после этого не поднимал армии на Украине по тревоге. Как показывают командиры, он прямо запрещал приводить войска в боевую готовность чуть не до обеда 22 июня и открывать ответный огонь по напавшему врагу, даже когда тот пересек границу!

А ведь еще вечером 21 июня, до того как Жуков с Тимошенко к 20.50 убыли к Сталину, Жуков лично обзванивал округа, предупреждая о возможном нападении, дал указание всем находиться в штабах и ждать дальнейших распоряжений. В Киевском ОВО предупреждение Жукова до некоторых армий дошло, в Одесском довели всем войскам, а в Прибалтике и Белоруссии никто об этом звонке начальника Генштаба не узнал.

Жуков также в 22.00 дал команду из кабинета Сталина оперативному дежурному Генштаба обзванивать округа и доводить до них, чтобы там ждали важную шифровку. А когда текст «Директивы № 1» поступил к шифровальщикам и связистам для отправки ГШ, Жуков в полночь звонил Кирпоносу в КОВО, а Тимошенко звонил Павлову в Минск. Однако, если Жуков прямо дал указание Кирпоносу «быстрее передавать в войска директиву о полной боевой готовности», то Тимошенко Павлову стал нести ахинею — «соберитесь утром, если будут неприятности».

И только в Одесском ВО подъем по тревоге в ночь на 22 июня начался чуть не с полуночи.

После войны был задан и вопрос о том, что сделали с артиллерией округов командующие Павлов и Кирпонос, которую Рокоссовский и ему подобные все же смогли отстоять и оставить в своих корпусах, вопрос № 4: «Почему большая часть артиллерии находилась в учебных центрах?».

Ответы на эти и следующие вопросы показывают, как начали войну западные округа, как выполнение директив НКО и ГШ было сорвано. И как было на самом деле, нам поведали и маршал Баграмян, и маршал Рокоссовский, и генерал-майор Абрамидзе, и генерал Пуркаев, и многие другие генералы, которые после войны давали свои ответы-показания о том, как начиналась война.

Директивы о выдвижении войск прикрытия границы срывались, что видно на примере трех дивизий в г. Бресте — 6-стрелковая, 42-я стрелковая и 22-я танковая дивизии. Они должны были занимать оборону вокруг Бреста, но к 22 июня так и не были выведены из города.

Обычно в этом месте оппоненты и адвокаты генералов требуют подать им приказ, на основании которого эти дивизии должны были выводиться из города до 22 июня. Павлов отдал ведь приказ на вывод этих дивизий в ночь на 22 июня, а до этого никаких приказов на вывод быть просто не могло! И чтобы долго не спорить, стоит, наверное, отправить их к следователям в деле Павлова. Которые, видимо, не знали, что до 22 июня никаких приказов быть не должно, и трясли на каждом допросе и суде генерала армии именно по поводу того, почему эти ключевые дивизии так и не были выведены из Бреста. А Павлов каждый раз менял показания — то ли в начале июня давал приказ на вывод этих дивизий, толи 15 июня, а то ли перед 22 июня.

Ведь если бы был только один приказ о выводе — в ночь на 22 июня, то Павлову ничего не стоило сказать — приказ получил только 22 июня, о нападении Германии, и после этого дал команду выводить эти дивизии из мешка. И все. Больше никто не смог бы Павлова уличить в саботаже — ведь в ночь на 22 июня эти дивизии начали выходить из города-крепости под огнем немцев.

Однако Павлов так ни разу не ответил (постоянно менял показания по этому вопросу, уличаемый подчиненными) — почему не были выведены дивизии из Бреста?! И пытали его не за то, что он мифическую инициативу не проявил (Захаров в ОдВО — проявили). Павлова трясли только потому, что он не выполнил приказ о выводе. Как было сказано в одном из вопросов: «Если основные части округа к военным действиям были подготовлены, распоряжение о выступлении вы получили вовремя , значит, глубокий прорыв немецких войск на советскую территорию можно отнести лишь на счет ваших преступных действий как командующего фронтом».

Выводы можете сами сделать. Что это было со стороны командования западных округов — разгильдяйство, халатность или умышленное неисполнение своих должностных обязанностей, что в военное время расценивается только как предательство? За что расстреляли командование всего ЗапОВО, Белорусского округа — командующего, начштаба округа, начсвязи округа, начартиллерии округа, командующего 4-й армией? Видимо, историкам в этом еще долго придется разбираться.

Также были расстреляны начштаба ПрибОВО и командующие ВВС всех приграничных округов, кроме Одесского. Но когда Павлова арестовали, то первым делом он заявил, что показания будет давать только в присутствии наркома обороны и начальника Генштаба!

Некоторые исследователи, понимая, что не мог Павлов по личной инициативе разоружать первую линию обороны перед 22 июня, пришли к «выводу», что делал он это по указке. Берии, который якобы приехал к нему в Минск в эти дни и дал такую команду, дабы они не начали пальбу раньше времени, понимая, что из-за этого СССР может быть представлен как агрессор. Берии такую задачу поставить мог только один человек — Сталин.

На первый взгляд, это полная дурь — не мог Сталин через Берию такие задачи ставить целому округу, потому что просчитать последствия такой подставы весьма несложно. Ведь если вы готовите, как рассуждает автор подобной идеи, ответный удар «на Люблин» из КОВО, то разоруженный и приведенный в небоеготовое состояние соседний округ, по которому наносится основной удар, будет проломлен (а автор идеи уверен, что это знали даже командиры среднего звена в ЗапОВО и именно они якобы и могли «от отчаяния» начать пальбу «обреченных» раньше времени). Разгром же ЗапОВО (что повлечет за собой прорыв немцев вплоть до Минска) вынудит Москву же перебрасывать в помощь Минску дивизии, приготовленные для нашего «победного удара» в Польшу, во фланг напавшему врагу.

В реальности это и произошло — дивизии, приготовленные в КОВО из армий внутренних округов, пришлось в первые же дни войны перебрасывать в помощь Минску. И намеченный удар «на Люблин» был сорван.

При всей кажущейся глупости этой версии о сдаче Бреста или Белостока Павловым под нажимом Кремля в лице Берии есть одно рациональное зерно. Скорее всего Павлов получал подобные советы и получал он их скорее всего от. Тимошенко. Ведь мало того, что Павлов на первом же допросе фактически потребовал себе на очную ставку наркома обороны, так еще и в ходе следствия постоянно пытался перевести стрелки на Москву, ищите там советчиков.

«.Происшедшее на Западном фронте заставляет меня быть убежденным в большом предательстве на Брестском направлении. Мне неизвестен этот предатель, но противник рассчитал удар совершенно точно по тому месту, где не было бетонных точек и где наиболее слабо былаприкрытарекаБуг…» (Протокол допроса Д.Г. Павлова. 9 июля 1941 г.)

По некоторым данным, Павлов имел разговор с Тимошенко вечером 21 июня чуть ли не из театральной ложи: он вечером был на спектакле в театре и разговаривал с Тимошенко по телефону, доставленному в театр специально для этого. Интересно поведение наркома Тимошенко. Павлов явно подставляет наркома уже на первом допросе от 7 июля, дает намек, что в поведении наркома видно нечто странное: Тимошенко, даже «в час ночи» не сообщает по спецсвязи командующему округом важнейшую информацию о том, что в округа уже пошла та самая «Директива № 1»! Которая сообщает командованию западных округов дату вероятного нападения, 22–23 июня, и которая дает команду «быть в полной боевой готовности» встретить нападение немцев и приказывает приводить все войска, ВВС и ПВО округов в полную б.г.!

Тимошенко предлагает всего лишь утром собрать штаб округа, «на всякий случай», «может, что-нибудь случится неприятное».

На суде 22 июля 1941 года Павлов сказал следующее:

«Я признаю себя виновным в том, что директиву Генерального штаба РККА я понял по-своему и не ввел ее в действие заранее, то есть до наступления противника. Я знал, что противник вот-вот выступит, но из Москвы меня уверили, что все в порядке, и мне было приказано быть спокойным и не паниковать. Фамилию, кто мне это говорил, назвать не могу».

Павлов говорит о «Директиве № 1», о приведении в полную боевую готовность войск округа в ночь на 22 июня. Павлов признает, что «Директиву № 1» он точно получил (около часа ночи), только неясно, как командующий округом «понял по-своему» данную «директиву Генерального штаба РККА»? Павлов признает, что до нападения немцев не ввел ее в действие — не дал в войска «сигнал боевой тревоги». И приказ по ЗапОВО по «Директиве № 1» подписан им был только в 2.30. Однако его армии, кроме 4-й Коробкова, все же в 2 часа ночи поднимались по тревоге. Также Павлов в 1.30 спрашивает у командующего ВВС округа Копца о состоянии ВВВ, и тот врет ему, утверждая, что ВВС приведены в боевую готовность и рассредоточены по полевым аэродромам согласно предвоенным директивам наркома.

Но чью фамилию не может назвать Павлов? Согласно прижившимся байкам Сталин запрещал Павловым повышать боевую готовность вверенных им частей! Однако еще в первом протоколе допроса от 7 июля Павлов прямо называл фамилию главного успокаивающего — маршала Тимошенко. Нарком обороны СССР, только что подписавший «Директиву № 1 от 21.06.41 г.», в которой командованию западных округов сообщается дата вероятного нападения Германии, звонил Павлову в час ночи 22 июня и предлагал: «Вы будьте поспокойнее и не паникуйте, штаб же соберите на всякий случай сегодня утром, может, что-нибудь и случится неприятное, но смотрите, ни на какую провокацию не идите. Если будут отдельные провокации — позвоните. На этом разговор закончился…»

Это говорит нарком, дававший 10–18 июня приказы о приведении войск западных округов в повышенную боевую готовность! Тимошенко этой же ночью, получив от Сталина точную дату нападения, дает разрешение наркому ВМФ Кузнецову на приведение флота в полную боевую готовность, на его уточняющие вопросы подтверждает, что это война и огонь по напавшему врагу вести можно, а Павлову предлагает не волноваться и собраться в штабе округа утром?! Может, нарком и до этого давал такие же успокаивающее советы Павлову?!

Самое забавное в истории с «учениями» (выводом войск по 1111), начатыми 11–15 июня в западных округах, это то, что первым о них упоминает сам маршал Жуков в своих бессмертных и много раз переиздаваемых после его смерти «Воспоминаниях и размышлениях». Там маршал пытается всех уверить 40 лет, что только в ночь на 22 июня в части западных округов пошли распоряжения о приведении этих частей в боевую готовность.

В своих «мемуарах» Г.К. Жуков пишет: «Нарком обороны С.К. Тимошенко рекомендовал командующим войсками округов проводить тактические учения соединений в сторону государственной границы, с тем чтобы подтянуть войска поближе к районам развертывания по планам прикрытия (в районы развертывания и обороны на случай нападения Германии — К.0.). Эта рекомендация наркома обороны проводилась в жизнь округами, однако с одной существенной оговоркой: в движении (к границе, на рубежи обороны) не принимала участие значительная часть артиллерии. Дело в том, что дивизионная, корпусная и зенитная артиллерия в начале 1941 года еще не проходила полигонных боевых стрельб и не была подготовлена для решения боевых задач. Поэтому командующие округами приняли решение направить часть артиллерии на полигоны для отстрела…» (с. 242, М., 1969 г.)

Как замечательно и гибко сказал правду великий маршал Победы. Скрыть факт выдвижения частей округов к границе было никак нельзя. И Г.К. Жуков нашел очень обтекаемое слово — нарком обороны С.М. Тимошенко «рекомендовал» командующим западными округами Кирпоносу, Павлову и Кузнецову провести «тактические учения соединений округов» в сторону границы. Не приказал своей директивой, а именно рекомендовал. А артиллерия отсутствовала в боевых порядках частей, когда началась война, потому что командующие округов (невинные жертвы сталинизма) решили пострелять на полигонах, в том числе и за неделю до 22 июня.

Однако в черновиках своих мемуаров Жуков писал несколько по-другому о том выводе войск:

«Командующим приграничных военных округов было приказано вывести войска округов — назначенных в состав войск прикрытия, ближе к государственной границе и тем рубежам, которые они должны были занять при чрезвычайном обстоятельстве, по особому распоряжению. При этом передовые части было приказано выдвинуть в зону пограничных частей. Проводились и другие не менее важные мероприятия.

Все это обязывало командующих округами и армиями повысить боевую готовность и общую боевую бдительность.» («№ 655. Из неопубликованных воспоминаний маршала

Советского Союза Г. К. Жукова [не позднее 1965 г.]» РГВА. Ф. 41107. Оп. 1. Д. 48. Л. 1-58. Рукопись, автограф. Сохранены стиль и орфография документа. Международный фонд «Демократия». «Документы. 1941. В 2-х книгах. Книга вторая». М., 1998 г. — Есть в Интернете http://militera.lib.ru/docs/0/1941-2.html)

Далее Жуков понес ахинею, которую сегодня повторяют многие историки и исследователи: «Но тут Советское правительство в лице Сталина и Молотова вновь допустило ошибку, объявив 14 июня в печати и по радио заявление ТАСС о том, что нам нет никаких оснований опасаться вооруженного нападения Германии, с которой у нас имеется пакт о ненападении.

Такое безапелляционное заявление Советского правительства успокоило войска приграничных округов, и все пошло по обычаям и порядкам мирного времени».

Повторить стоит для того, чтобы сопоставить в словах Жукова даты. Дату приказов на выдвижение войск приграничных округов, «назначенных в состав войск прикрытия, ближе к государственной границе и тем рубежам, которые они должны были занять при чрезвычайном обстоятельстве, по особому распоряжению». При том, что по Жукову (от него самого!) выходит, что и «передовые части было приказано выдвинуть в зону пограничных частей». И дату появления «сообщения ТАСС». Т. е. по Жукову же и выходит, что вывод войск (и фактический ввод в действие планов прикрытия) с приведением войск в боевую готовность начали проводить до 13–14 июня.

Однако повторять сегодня вслед за Жуковым, что сообщение ТАСС от 13–14 июня кого-то успокаивало или расхолаживало можно только от большого недомыслия (подробно эти черновики рассматривались в книге «Сталин. Кто предал вождя накануне войны?»)

Проведенная в мае — июне «скрытая мобилизация» и «тактические учения соединений», о которых так лукаво написал Георгий Константинович, и есть приведение войск в повышенную и полную боевую готовность перед 22 июня. И даже Г.К. Жуков не может скрыть этого, хотя всячески пытается напустить туману и уверить всех, что команду на приведение частей западных округов в боевую готовность им с Тимошенко разрешили дать только в ночь на 22 июня! Но в одном округе в Белоруссии эти учения в сторону границы так и не начались. Солдаты спали в своих казармах, там их настигали немецкие пули и снаряды утром 22 июня. И это стало основной причиной дальнейшего отступления всех фронтов. И произошло это вследствие открытого предательства командованием Западного округа своих солдат и Родины.

Жуков в черновике показал о выводе войск и о том, что приграничные дивизии, «передовые части было приказано выдвинуть в зону пограничных частей». И это правда — приказы для приграничных дивизий приходили в округа до 21 июня. Однако и Баграмян не соврал — Жуков действительно прямо запретил Киевскому ОВО выводить его приграничные дивизии на их рубежи обороны на границу — «заблаговременный их выход на подготовленные позиции был запрещен Генеральным штабом»!

Что это было — предательство Жукова?! Нет, конечно. Дело в том, что к июню 41-го в Генштабе были подготовлены наши «планы войны» на случай нападения Германии. Еще осенью 40-го Шапошниковым были разработаны общие «Соображения» о стратегическом развертывании РККА на случай войны на 1940–1941 годы, а следом уже Мерецков должен был подготовить ДВА варианта «Соображений» — «южный» и «северный». Которые требовалось окончательно отработать к 1 мая 1941 года.

По этим вариантам предполагалось, что против главных сил противника СССР выставляет в округах и свои главные силы. Т. е. если немцы ударят севернее Полесья своими главными силами — то надо там выставлять наши главные. В Прибалтике и Белоруссии. А если немцы выставят свои главные силы южнее Полесья, то наши главные силы надо собирать на Украине. Эти варианты были одобрены Сталиным, и какой из них будет задействован — должны были решать примерно весной 41-го — по складывающейся на основании докладов разведки обстановке на границе.

Однако наши «стратеги» в Генштабе и НКО в лице Тимошенко, Мерецкова, а потом и Жукова надумали готовить свой «южный» вариант — при том, что они понимали к зиме 40–41 годов, что немцы скорее всего ударят своими главными силами по ПрибОВО-ЗапОВО, мы можем нанести наш ответный удар своими главными силами из КОВО. По неосновным силам противника.

Для этого в КОВО на границе оставляется слабое прикрытие в виде отдельных батальонов или дивизий, но на второстепенных участках границы (в горах, например, где мы сами наступать не собираемся). А все силы округа собираются в некий кулак, и эти силы, до 70 дивизий и несколько тысяч танков, наносят наш ответный мощный удар во фланг напавшего врага — «на Люблин».

Для этого удара только в один 4-й МК Власова нагоняют чуть не половину всех Т-34 и КВ, произведенных к этому времени в СССР!

Так что — никакой измены со стороны Жукова перед 21 июня с тем запретом выводить приграничные дивизии в КОВО на границу не было. Жуков запрещал выводить эти дивизии на границу именно по этой причине — Генштаб готовил наш немедленный ответный удар из Украины с целью отрезать от Германии ее союзников — Румынию и Венгрию . И попутно — отрезать от самой Германии до 100 дивизий вермахта, которые прут главными силами на Белоруссию и Прибалтику.

Этот «южный» вариант военных был отыгран на Командно-штабных играх (КШИ) в январе 41-го. Жуков на них командовал за свой округ — КОВО. «Западные» напали «2 августа», и своими главными силами севернее Полесья. Жуков нанес немедленный ответный контрудар «на Будапешт» силами всего округа — 75 дивизий, и к «8 августа» был уже под Краковом. Однако противник смял слабые силы в Белоруссии и Прибалтике, стал угрожать флангам и тылам Жукова (или мог рвануть на Минск — Москву) и тогда проблему решили с помощью придуманных, виртуальных 18-ти дивизий резерва с двумя тысячами танков, в помощь ЗапОВО и ПрибОВО.

Был ли этот вариант одобрен Сталиным? Нет. Но подробно здесь мы на этом предвоенном планировании останавливаться не станем — подробно это показано в книгах «Почему не расстреляли Жукова? В защиту маршала Победы» (М., 2013 г.) и «Два плана маршала Жукова» (М., 2014 г.). Был ли Жуков изменником, задумавшим авантюрный план отражения нападения, который также привел к катастрофе лета 41-го? Не думаю. Он этот «южный» вариант с ударом из КОВО по слабому крылу противника не придумывал. Маршал Захаров указывает других «авторов» этой авантюры — Тимошенко и Мерецкова. Жуков, как дал ему характеристику Молотов, — «горлопан», возможно, авантюрист и, что более точно, — имел слабо военное образование. Который, однако, потом своей службой Родине во время войны доказал свое право сидеть на бронзовом коне на Красной площади.

Но может, Жуков по слабой своей военной образованности в 41-м и плохо понимал, какую авантюру он готовит для армии и страны тем «южным» вариантом, который придумали Тимошенко и Мерецков еще в 40-м и который они и Жуков также протаскивали явно в обход мнения Сталина — однозначно был кто-то, кто этот вариант пропихнул в головы этих «стратегов». И пропихнул явно с предательской целью. Но, увы, — этого мы еще не скоро узнаем.

Наверное, кажется невероятным, что советские генералы были способны на предательство, что мог быть сговор в июне 41-го среди наших военачальников? Но чтобы опровергнуть подобное утверждение, надо почитать их закрытые уголовные дела и изучить указанные там обвинения. Но ведь никого не удивляет тот факт, что именно генералы царской армии отрекали царя в феврале 17-го и потом воевали не за царя и отечество уже с большевиками или на стороне большевиков против белых. А другие царские генералы встали на сторону большевиков Троцкого и Ленина. Почему же советские генералы уже при Сталине не могли поиграть в политические игры, попытаться свергнуть тирана при нападении Гитлера? Вполне благородная цель: свергнуть в России деспота, а потом помириться с Германией, в которой немецкие генералы свергнут своего фюрера. И так остановить войну, навязанную России и Германии Англией и США! Правда, в Германии так никто и не стал свергать Гитлера в июне 41-го, и нашим генералам, которых Сталин не поставил к стенке, пришлось воевать за Родину, за Сталина.

Так что в принципе могла быть и военная оппозиция Сталину перед войной, и попытка военного переворота в СССР в июне 41-го на волне организованного военными поражения.

Заговор Тухачевского — перспективы и последствия

(кто несет ответственность за обезглавливание высшего командного состава РККА за год до начала Второй мировой войны и за три года до начала Великой Отечественной. С чего все начиналось, и немного о «тупости» Тухачевского и о некоторых пассажах из книги В. Суворова (В. Резуна) «Святое дело» про «бронетрактора» и прочие «идиотизмы», что разгляделу «великого полководца» «великий историк»)

Часть I. Кто и зачем организовывал репрессии против РККА

В конце 2008 года вышла книга-исследование А.Б. Мартиросяна «За кулисами Мюнхенского сговора: Кто привел войну в СССР?» В ней дан мощный анализ геополитических причин, интересов и интриг, приведших Россию в 20 веке сначала к Первой, а потом и ко Второй мировой войне.

Там говорится о неизбежности возникновения «заговора маршалов», направленного на свержение сталинской тирании и присоединения России к просвещенному Западу и мировому сообществу. Говорится и о неизбежности провала этого заговора против Сталина, как представляющего угрозу самому «просвещенному Западу». Рассказывается о неизбежности провала, в том числе и при помощи этого Запада (после провала миссии Троцкого в России, выдворении из СССР и привода к власти в Германии Гитлера), заинтересованного в том, чтобы Сталин удержался у власти в России, а Гитлер — в Германии, что должно было привести к мировой войне Европы под руководством Гитлера против России и Сталина. По этой причине была неизбежна война Европы Гитлера против России Сталина, и произошел провал «заговора военных» как в России, так и в Германии.

В книге достаточно подробно говорится, почему Запад в лице Англии и стоящих за ней США был заинтересован сначала в возникновении «заговора генералов», а потом и в его провале.

Тема «заговора Тухачевского» периодически всплывает в СМИ — как будто пытаются в очередной раз реабилитировать репрессированного маршала. На том же «Эхо Москвы» периодически пытаются сделать из него русского диктатора Франко (или Наполеона — как кому больше нравится).

Наибольшей поклонницей маршала является историк (историк-искусствовед Ю. Кантора из Эрмитажа), которая пытается доказывать читателям или зрителям и радиослушателям, что Тухачевский не был ни германским шпионом, ни предателем Родины. Есть множество книг о Тухачевском и о военном заговоре под его руководством, в которых подробно рассматривается его деятельность перед арестом и на следствии. Также есть работы его защитников. Но — ох, уж эти сказочки! Ох, уж эти сказочники.

Например, та же Кантор как-то на «Эхо Москвы» дошла-таки до собственноручных показаний-признаний Тухачевского и тут же вляпалась в конфуз. Попыталась из «механизатора» великого полководца сотворить — он, видите ли, предвидел(!), что Гитлер будет через Прибалтику наступать! Но не смогла заметить искусствовед-историк, что самое главное направление будущего нападения Германии в реальности произошло через Белоруссию, это великий полководец недоглядел.

Удар на Прибалтику двух танковых групп вермахта с поворотом сразу же на Минск все же был вспомогательным, а главное направление Гитлера, — через Белоруссию на Москву, Тухачевский называл «фантастикой».

Начальник Генерального штаба Б.М. Шапошников в августе 1940 года создал «Соображения по стратегическому развертыванию.», по которым также предусматривался более мощный удар по Прибалтике, но при этом упор все же делал на то, что Германия свой основной удар нанесет севернее припятских болот — по Прибалтике и Белоруссии. Но в любом случае ударов будет именно три в наступлении Германии (по карте других путей-дорог с Запада на Россию нет). Но верный ученик Тухачевского Г.К. Жуков (с большим уважением отзывавшийся об учителе в своих бессмертных «Воспоминаниях и размышлениях») этот план умудрился похоронить и готовился именно к двум ударам Гитлера (как Тухачевский и завещал) без учета направления на Белоруссию и Москву. А командующий Западным Особым (Белорусским) округом генерал Д.Г. Павлов фактически сдал свой округ, Белоруссию, под полное истребление, чтобы Гитлер прорвался в глубь России.

Минск сдали уже через неделю, вслед за Белоруссией, как домино, посыпались и другие округа-фронты, которые не имели ни особых котлов, ни драпа на своих участках обороны первые недели боев.

Впоследствии дама-историк все же вляпалась в конфуз на тему — как и под какими пытками Тухачевский писал свои собственноручные показания и что за страшные пятна «крови» на машинописных экземплярах его показаний имеются. Это произошло в 2010 году в цикле передач на 5 канале «Суд времени», где ее и подловили, — так кто делал анализ этих пятен на протоколах и сравнивал их с группой крови маршала?!

В следующей передаче на «Эхо Москвы», «разоблачающей» Сталина, другая дама, отвечающая в правозащитном обществе «Мемориал» за молодежь, говорит (со ссылкой на историка-искусствоведа Ю. Кантор) о том, как Тухачевский, сидя в тюрьме в нечеловеческих условиях, под пытками продолжает переживать о Родине и пишет свой труд о том, как защищать Россию от напавшего супостата. По ее словам, он гениально предвидел то, как Гитлер будет нападать на Россию-СССР!

Годы идут, но попытки защищать великого стратега не прекращаются. Что же такого написал Тухачевский в застенках НКВД, какие гениальные планы по отражению агрессии Гитлера готовил для России и что такое «План поражения в войне» Тухачевского, о котором говорят сталинисты.

Начнем с того, что о военном заговоре с целью совершения государственного переворота и свержении сталинского режима будем говорить как о признанном факте нашей истории, а не как о «выдумке сталинско-бериевских палачей».

В середине 1930-х Тухачевский и его подельники занимали все ключевые посты в наркомате обороны (Министерстве обороны по-современному). Расстрельный список генералов показывает, что под контролем заговорщиков были все командующие основных военных округов, ключевые заместители наркома Ворошилова по вооружениям, по тылу и прочим важнейшим направлениям, а также в Генштабе. Командующие родов войск в округах, а также некоторые командиры большинства крупных войсковых соединений — армий, корпусов, бригад, дивизий, полков.

Обычно разоблачители сталинизма об этом заговоре и количестве участвовавших в нем генералов, подвергшихся затем репрессиям, говорят примерно так:

«В справке управления кадров РККА от 19 сентября 1938 года, направленной заместителю наркома обороны Щаденко, указано, что число уволенных из армии офицеров в 1937-38 годах составило 36 761 человек. В другом документе — «Справка-доклад о накоплении командных кадров РККА» от 21 марта 1940 года говорится, что «за 1937–1938 годы в связи с чисткой армии было арестовано, исключено из партии и таким образом выбыло из РККА — 35 000, в том числе 5000 политсостава».

Т.е. как раз те самые пресловутые «сорок тысяч» невинно репрессированных командиров!

Но назвать всех уволенных из армии репрессированными, спекулировать этим — одно из любимых занятий разоблачителей. Ведь таким образом цифра становится солиднее.

«Среди репрессированных были: 3 заместителя наркома обороны, 1 нарком Военно-морского флота, 16 командующих войсками военных округов, 25 их заместителей и помощников, 5 командующих флотами, 8 начальников военных академий, 25 начальников штабов округов, флотов и их заместителей, 33 командира корпуса, 76 командиров дивизий, 40 командиров бригад, 291 командир полка, 2 заместителя начальника Политуправления РККА, 1 начальник политуправления ВМФ и ряд других видных политработников.

…Среди членов ЦИК СССР (нечто вроде современной Думы — КО.), избранных на VII Всесоюзном съезде Советов, было 36 видных командиров и армейских политработников. Из этого числа 30 человек в 1937 г. были объявлены «врагами народа». Из 108 членов Военного совета при НКО СССР к ноябрю 1938 года сохранилось от прежнего состава только 10 человек.»

Такие вот «страшные» цифры, и это, правда, очень большие цифры. Ведь это верхушка армии. Однако из 40 000 уволенных из РККА в 1937–1939 годах реально по делу о попытке военного переворота было арестовано около 4,5 тысячи, расстреляно около 1600 командиров и уволено из РККА по причастности к заговору около 10–11 тысяч, восстановленных в армии Берией в 1939–1941 годах.

Остальные репрессированные в армию не вернулись, т. к. были уволены не по политическим статьям. Непосредственно же по самому «делу маршалов» было расстреляно не более пары сотен старших командиров-заговорщиков.

Командование в Генеральном штабе по роду службы отрабатывает один из самых важных документов — План отражения иностранной агрессии на собственное государство. В августе-ноябре 1940 года этот план назывался «Соображения об основах стратегического развертывания Вооруженных сил СССР на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 годы». И точно такие же «Соображения» писались начиная с момента становления Красной армии с середины 1920-х годов. Сегодня любой желающий может ознакомиться с этим документом в Интернете и посмотреть, из чего он состоит, что предусматривает и предполагает предпринять для предотвращения возможного нападения вероятного противника. И самое главное в этом документе — предвидение возможных направлений ударов противника и их сила. Также в НКО и ГШ разрабатывались мобилизационные планы и прочая документация на случай нападения врага.

Также в «Соображениях.» ставятся задачи на принятие ответных мер с учетом направлений главных ударов противника — размещение своих войск с учетом сил и направлений этих ударов. Если направления основных направлений ударов противника, их сила определены неправильно, то обороняющаяся сторона оказывается в проигрыше в любом случае. Что толку ставить основные свои войска на той дороге, по которой враг наступать не собирается и не будет? Нанеся свой удар первым, враг просто обойдет ваши армии, окружит их и уничтожит, т. к. он находится в более выигрышном положении нанесения первого удара . И поэтому более готов к войне, чем вы в любом случае.

Хотя если вы планируете нанести встречный немедленный ответный удар-контрнаступление по слабому флангу напавшего или наступающего противника, то теоретически такое размещение войск оправдано. Однако в таком случае вы должны точно рассчитать свои силы и возможности, учесть все факторы. Что малейший сбой в планировании такого размещения приведет к погрому ваших войск. Что и произошло в июне 41-го.

Также «Соображения.» предусматривают сроки для развертывания своих войск вторых эшелонов, приведение их в боеготовое состояние — полное вооружение, доукомплектование личным составом и выведение на рубежи обороны для последующей дальнейшей своей ответной атаки, контрнаступления, если они предусмотрены во время, пока войска непосредственно прикрытия границы — приграничные дивизии — сдерживают первые удары противника.

Таким образом, правильно и грамотно составленные планы и четкое их исполнение дают некую гарантию на успех начала войны, по крайней мере, на снижение общего количества своих неизбежных потерь частей приграничных округов, которые не все должны располагаться в непосредственной близости от границы.

Если вы правильно вычислили основные направления возможных ударов, а противник именно по ним и проводит свое наступление, то размещенные войска смогут достаточно успешно сначала сдержать эти удары, потом нанести свои контрудары, а в итоге и одержать победу. Если вы не угадали вероятные замыслы противника, то вы обречены на серьезные поражения в начальном периоде, а то и на полный проигрыш в войне (как это произошло с Польшей или Францией).

Еще хуже, если противник знает ваши «планы на отражение» и готовит свои удары с учетом этого знания. Тогда он достаточно спокойно, не беспокоясь за свои армии, наносит удары в пустоту, между вашими армиями, окружает их, отрезая от тылов, и громит в котлах («Каннах») по частям. Что и произошло летом 41-го — Гитлер и его генералы были совершенно спокойны, нанося свои удары между нашими группировками, окружали их и уничтожали. Он точно знали что РККА будет подставлена на убой и особенно на направлениях их главного удара — в Белоруссии, в Бресте.

Также вы можете организовать поражение своей армии — предполагая некое количество войск противника, участвующих в нападении, вы спланируете заниженные силы по мобилизации для отражения этого нападения.

Что предлагал Тухачевский? Что написано в его «гениальном труде» в тюрьме по будущему нападению Гитлера, который гадкие чекисты назвали «Планом поражения в войне»?

По гениальному предвидению Тухачевских, сочиненных в 1937 году, когда Польша еще не была захвачена Гитлером, а к России-СССР еще не были присоединены (возвращены) западные части Украины и Белоруссии, и общей границы у Германии с СССР еще не было, предусматривалось только два(!) основных сильных удара — из Восточной Пруссии на Прибалтику и через Румынию по Украине . Пруссия — это территория Германии, а Румыния — союзник Гитлера, или, по крайней мере, она не будет против того, чтобы через ее территорию происходило нападение.

Польша, все эти годы очень хотевшая поучаствовать в нападении на Россию вместе с Германией, по планам Тухачевского почему-то в расчет вообще не бралась, и нападение ее на Россию через Белоруссию, где Польше вроде как проще ударить, считалось чистой фантастикой. Гитлер ни за что не будет наносить удар на этом направлении, не пойдет на Москву через Белоруссию! Только по Прибалтике на Ленинград и через Румынию на Украину. За салом хохляцким, горилкою и пампушками рванут немцы.

Этот план подельник Тухачевского, командующий Белорусским военным округом Уборевич, по данным НКВД, передал немцам (как в свое время немцам передавал мобилизационные планы Российской империи полковник царской армии Мясоедов, вовремя схваченный за руку тогдашней царской военной контрразведкой). И теперь, имея на руках план Тухачевского, немецкие генералы (устранившие от власти в Германии Гитлера) могут составлять совершенно беспроигрышные планы по нападению на Россию, прекрасно зная, где будут находиться русские армии и наносить свои удары.

В этом случае Красная армии быстро терпит поражение, вся вина за это поражение возлагается на руководство Советской России в лице Сталина, и его свергают. После этого захватившие власть Тухачевский со товарищи мирятся с Германией, и все празднуют успешное завершение войны. А народ России будет им премного благодарен за то, что замечательные генералы-маршалы Тухачевские избавили их от ненужной им войны, «проигранной неграмотным недоучкой-семинаристом и просто идиотом Сталиным».

Прочитавший собственноручные показания Тухачевского, по которым готовилось поражение в войне для России, любой грамотный военный только так это и переведет на доступный для штатских язык.

Но все равно Тухачевский, офицер из дворян, (говорится с ностальгией и придыханием в таких случаях дамами предбальзаковского и бальзаковского возраста) вовсе не собирался устраивать перевороты или Родину предавать. Так просто собирались генералы, чайку попить да на кухне посудачить о сталинской тирании. Ведь не найдено протоколов ведения тайных собраний и планов карбонариев, и планов на убийство тирана! А значит, и не было никакого заговора.

Поклонники дурных идей В. Резуна пытаются доказывать, что СССР собирался летом 41-го напасть первым на Германию (нанести превентивный удар). Но были ли в СССР в руководстве РККА планы и идеи превентивного нападения? Однозначно были. Были ли они рабочими планами, которые претворялись в жизнь? Нет. Такие планы войны были черновыми разработками Генштаба, которые готовились на «всякий пожарный случай».

Самые доказанные среди таких планов превентивного удара — идеи маршала Тухачевского, который в своем «Плане поражения» и прописал, как должна начать войну РККА, чтобы победить польско-немецкие войска. В этом «Плане» Тухачевский показывает, какие меры принимали заговорщики-путчисты для организации поражения РККА в случае войны, а заодно вполне патриотично расписывает, как СССР и РККА может победить в возможной войне с Германией (и Польшей, союзницей Гитлера на тот момент). А победить СССР может, только если первым начнет войну. Но идеи Тухачевских, которые были не более чем заместителями наркома по вооружению, и утвержденные планы Генштаба, правительства и Сталина — разные вещи.

В чем идеи плана поражения Тухачевского? Маршал сразу же показывает, что в своих мобпланах наш Генштаб планирует меньше дивизий по мобилизации против возможного количества дивизий вероятного противника: вероятный противник выставляет против СССР свыше 100 дивизий, а РККА выставит против этих дивизий около 90 дивизий по мобилизации: «Красная армия может встретить перед собой на польской территории 61 германскую и 50 польских пехотных дивизий, а всего 111 пехотных дивизий. <.>

Рассмотрим теперь западные наши границы и западные театры войны исходя из политической задачи бить противника на его территории. <.>

Каково же было то реальное число стрелковых дивизий, которое по нашему действующему оперативному плану двигалось в глубину территории Польши для того, чтобы бить противника на его территории. Точно я этого числа не знаю, но приблизительно оно должно быть около 90 стрелковых дивизий, может быть, на несколько дивизий больше. Остальное число стрелковых дивизий из числа 150, развертываемых по мобилизации, идет на обеспечение Дальнего Востока, границ с Финляндией, Эстонией, Латвией и Румынией, на охрану границ Кавказа и Средней Азии».

И далее Тухачевский переживает за Красную армию с таким странным «планированием».

«Получается странная картина. Наши Белорусский и Украинский фронты должны втянуться в глубину территории Польши, втянуться в самых неблагоприятных обрисованных выше условиях и своими 90, пусть даже 100 стрелковыми дивизиями должны разбить 111 пехотных дивизий противника, на стороне которого остаются все преимущества маневра, использования авиации и организации тыла. К этому еще надо добавить, что поляки, как этому учит опыт 1920 г., дерутся у себя дома очень хорошо.

Клаузевиц считает, что для надежного поражения противника над ним надо иметь, по крайней мере, полуторакратное общее превосходство в силах. Этот коэффициент, во всяком случае, не преувеличен. Однако возьмем меньшее число потребных стрелковых дивизий, например 140, ане 166 (полуторакратное превосходство). В этом случае число дивизий в РККА (общее, по мобилизации — К.0.) должно быть значительно большим. Положим, что на Дальнем Востоке надо иметь не менее 35 стрелковых дивизий (во время войны), на границах с Финляндией — 7, на границах Эстонии и Латвии — 7, на границах с Румынией — 8, на Кавказе -3, в Средней Азии — 2, в резерве Главного командования — 5 стрелковых дивизий. Тогда общее число потребных для РККА стрелковых дивизий поднимется до 207. На самом деле эта потребность значительно выше. Германия во время войны 1914–1918 гг. подняла число своих пехотных дивизий до 248. Борьба на два фронта требует большого числа войск и для нас значительно большего, чем для Германии, т. к. наши расстояния и железнодорожные условия не позволяют нам производить те переброски сил с востока на запад и обратно, которые с таким успехом проводили немцы в прошлую империалистическую войну.

Мы же разворачиваем всего только 150 стрелковых дивизий. <.>

Как же будут развиваться операции Белорусского и Украинского фронтов в соответствии с ныне действующим планом, если принять во внимание несоответствие между силами и средствами и теми решительными целями, которые ставит этот план?»

Оперативный план (и «Соображения о стратегическом развертывании РККА») на тот момент разрабатывал участник заговора — маршал А.И. Егоров, начальник Генштаба в 1931–1937 годах. Подполковник царской армии, правый эсер в ноябре 1917 года, маршал Егоров был арестован только 27 марта 1939 года, расстрелян 23 февраля 1939 года. Именно он в компании у Тухачевского и разрабатывал такие планы на случай войны, которые в случае ее начала приводили СССР и РККА к неминуемому поражению.

Обеспокоенные положением вещей в ГШ, командиры писали лично Сталину: «Целый ряд важнейших вопросов организации РККА и оперативно-стратегического использования наших вооруженных сил, по моему убеждению, решен ошибочно, а возможно, и вредительски. Это в первый период войны может повлечь за собой крупные неудачи и многочисленные лишние жертвы» — из письма комбрига Я.М. Жигура к Сталину. (Н.С. Черушев. 1937 год. Элита Красной Армии на голгофе. М., 2003 г.)

Показав, что опасного предлагал в оперативных планах Егоров, далее Тухачевский предлагает нанести превентивные удары армиями вторжения, провести операции вторжения:

«Положим, что Белорусский фронт получает 55, а Украинский фронт 35 стрелковых дивизий (не считая дивизий, стоящих в укрепленных районах на границе с Румынией). Силы Белорусского фронта закончат свое сосредоточение примерно в 15 дней, а Украинского — в 20 дней.

Значительное наше замедление в перевозках позволяет польско-германским силам упредить нас в сосредоточении и, применяя польскую терминологию, «выпадовыми действиями» дезорганизовать район нашего сосредоточения и заставить нас отнести таковой несколько глубже на нашу территорию. Обратная картина развертывания на наших западных границах большого числа механизированных, кавалерийских и стрелковых соединений в штатах, близких к штатам военного времени , а также размещения в БВО и КВО крупных авиационных сил. Эти мероприятия позволили нам, в свою очередь, поставить вопрос о том, чтобы сразу же после объявления войны вторгнуться в Западную Белоруссию и на Украину и дезорганизовать район сосредоточения противника, отнеся таковой глубоко в тыл, примерно на линию Гродно — Львов».

Если наши войска в западных округах заранее довести до штатов, приближенных к штатам военного времени, нагнать в приграничные округа побольше механизированных, кавалерийских и авиационных соединений, то вполне можно ударить первыми в случае возможной угрозы со стороны Польши и Германии. Пока те не успели развернуть и отмобилизовать свои войска. И даже при том, что общее количество наших дивизий вроде меньше, чем планируют развернуть Германия и Польша, это не важно — ударив первыми с заранее отмобилизованными дивизиями, мы победим все равно.

Правда, не совсем ясно — а насколько вероятно, что немцы и поляки собираются сами нападать в ближайшее время, чтобы наш превентивный удар имел хоть какое-то «оправдание»? Или — «победителей не судят»?

«Если война вспыхнет неожиданно и поляки не будут иметь в своем распоряжении предмобилизационного периода, то действия наших армий вторжения будут носить еще более решительный характер , т. к. по польскому плану мобилизации призываемое в приграничных с нами районах население перебрасывается в тыл для укомплектования расположенных в этнографической Польше частей. Само собой понятно, что быстрые действия армии вторжения, поддержанные сильной авиацией, могут сорвать эти мобилизационные перевозки и поставят мобилизуемую польскую армию в очень тяжелое положение.

Далее, операции вторжения дезорганизуют аэродромную полосу приграничной полосы противника , заставляя его отнести развертывание своей авиации в глубину, сокращая тем самым радиус полезного воздействия его легкой авиации на наши железнодорожные перевозки, осуществляющие стратегическое сосредоточение.

Таким образом, операции вторжения срывают сроки сосредоточения противника, если война началась без предмобилизационного периода, что наносит ощутимый удар по польской мобилизации; наконец, операцией вторжения наиболее надежно обеспечивают собственное стратегическое сосредоточение ».

Тухачевский никогда не был достаточно грамотным военачальником, и тем более стратегом. И Уборевич указал в своих показаниях на следствии, что подобные операции армиями вторжения не более, чем преступная авантюра.

«Уборевич указывает на то, что вредительством являются операции вторжения, если они имеют разрыв во времени с окончанием сосредоточения главных сил. Это неправильное, ошибочное заключение. Операции вторжения именно потому и предпринимаются, что запаздывает стратегическое сосредоточение и его надо обеспечить заблаговременным вторжением . В зависимости от успехов сосредоточения на том или другом фронте части армий вторжения могут быть поддержаны соединениями из состава главных сил и смогут обеспечить этим последним более удобные рубежи развертывания. Однако же если такое удержание за собой территории противника армиям вторжения и не удастся, то их задачу следует считать выполненной, если они расстроят и оттеснят назад сосредоточение противника и тем самым обеспечат бесперебойность собственного стратегического сосредоточения.

Само собой понятно, что армии вторжения, выполняя свои операции, неизбежно понесут потери. Конница будет быстро таять от воздействия авиации и химии. <.> Механизированные соединения будут напряженно расходовать свои моторесурсы. Поэтому ответственейшей задачей фронтового и Главного Командования будет определение того предела использования армий вторжения, который диктуется как интересами окончания сосредоточения, так и состояния войск армии вторжения, т. е. их моральными и физическими силами и материальными ресурсами. Безусловно, неправильный пример использования успеха армии вторжения имел место на стратегической военной игре в январе месяце с. г., когда Белорусский фронт пачками вводил в наступление эшелоны главных сил до окончательного их сосредоточения только для того, чтобы развить частный успех армии вторжения.

Что касается указаний Уборевича на то, что им разрабатывался вредительский план овладения Барановичским укрепленным районом конницей, поддержанной лишь слабовооруженными механизированными бригадами, без всякого участия пехоты, то это служит лишь примером того, как проводилось вредительство в оперативном плане , но никак не служит доказательством вредности операций вторжения. <.>

Наше стратегическое развертывание, может быть, с некоторым опозданием, но примерно к тому же сроку закончится вдоль государственной границы. Поэтому первые крупные сражения произойдут на польской территории». (Из «Плана поражения» Тухачевского. Цитируется по книге «Как мы предали Сталина», М., 2012 г., с. 115–121)

Вот так красиво собирался побеждать Тухачевский в случае начала или даже угрозы начала войны. Нанося превентивные удары по врагу «армиями вторжения», проводя «операции вторжения» с целью упредить противника в отмобилизовании и развертывании его войск. И дать возможность своим главным силам провести отмобилизование и развертывание на рубежах обороны или в районах сосредоточения. Но при этом Тухачевский собирался нападать первым силами приграничных округов до того, как главные силы РККА в тылах будут готовы к войне. Собирался нападать на соседей, которые еще не начали подготовку к своему нападению на СССР, — по подозрению с нашей стороны, что они хотят сделать это в ближайшее время. Т. е. дай волю Тухачевским, они бы точно развязали агрессию первыми и мировую войну, но при этом привели бы СССР к поражению после первых же сражений.

Надеюсь, читатель внимательно прочитал красивые планы побед Тухачевского. Поняв, что он предлагал, не забывая, как им восторгался всегда Т.К. Жуков, получится понять, что произошло в реальности в июне 41-го и что надумали провернуть другие великие стратеги — Тимошенко-Мерецков и Жуков с их «южным» вариантом. Но.

Тухачевский собирался наносить превентивные удары армиями приграничных округов — «операции вторжения», проведя заранее подготовку к ударам в подготовке агрессии СССР против Польши и Германии. Однако на смену ему и его подельникам в 1937 году в Генштаб пришел маршал, который был просто умнее и грамотнее бывшего подпоручика и несостоявшегося Бонапарта — маршал Б.М. Шапошников, выпускник академии царского Генштаба и подполковник царской армии, который авантюры Тухачевского в качестве начальника Штаба РККА в конце 1920-х высмеивал не раз.

И маршал Б.М. Шапошников к августу 1940 года разработал последние утвержденные предвоенные «Планы войны» — «Соображения о стратегическом развертывании РККА» на случай войны с Германией. Германия к этому времени прихватила территории бывшего союзника Польши, но при этом утеряла контроль над фашиствующей Прибалтикой, а СССР вышел на свою старую имперскую границу — к Бресту.

В этих «Соображениях.» Шапошников указал, что ждать надо главного удара немцев на Москву севернее Припятских болот, через Белоруссию и Прибалтику. И размещать свои главные силы против этих группировок вермахта с последующим возможным ответным ударом на этом же направлении.

При этом Шапошников допустил, что также возможен некий главный удар немцев и по Украине, для захвата сырьевой и промышленной базы СССР, но все равно указал, что удар на Москву будет все же наиболее вероятным и главным в ударе Гитлера. А все потому, что, ввязавшись в войну «за Украину», Гитлер ввяжется именно в затяжную войну, которой он боялся, как черт — ладана. А для быстрой победы над СССР ему была только одна дорога — на Москву, по старой Смоленской дороге. А для этого надо наносить главный удар через Белоруссию на Минск, Смоленск и дальше к Москве. Что «великий стратег» Тухачевский считал «фантастикой», уверяя, что Гитлера интересует только захват сырья:

«Второе возможное направление германской интервенции при договоренности с поляками — это белорусское. Совершенно очевидно, что как овладение Белоруссией, так и западной областью никакого решения сырьевой проблемы не дает и потому для Германии неинтересно. Белорусский театр военных действий только в том случае получает для Германии решающее значение, если Гитлер поставит перед собой задачу полного разгрома СССР с походом на Москву. Однако я считаю такую задачу совершенно фантастической». («Как мы предали Сталина», М., 2012 г., с. 103–104)

Каков «великий стратег» маршал Тухачевский: Гитлеру нужно сырье, и он пойдет за ним на Украину! Правда, при этом получит затяжную войну с СССР. Но если двинет сразу на Москву и уничтожит СССР (и, видимо, сырья не получит в этом случае), — для Тухачевского это «фантастика».

Такое ощущение, что Тухачевчский умудрился или пытался нагадить стране и армии напоследок. Надеюсь, теперь понятно, что такого было в «Плане поражения» Тухачевского, за что его и подельников стоило расстрелять?

В своем выступлении Сталин прямо обвинил Тухачевского и его подельников в том, что они оперативный план РККА передали немцам:

«Гамарник. У нас нет данных, что он сам информировал, но все его друзья, ближайшие друзья: Уборевич, особенно Якир, Тухачевский — занимались систематической информацией немецкого генерального штаба. <.>

Дальше, Тухачевский. Вы читали его показания..

Голос. Да, читали.

Сталин. Он оперативный план наш, оперативный план — наше святая-святых передал немецкому рейхсверу». (Указанное сочинение. «Выступление И.В. Сталина на расширенном заседании Военного Совета при наркоме обороны 2 июня 1937 года (неправленная стенограмма)», с. 147–148)

Сам маршал так указывал о сути вредительских мероприятий, которые планировалось проводить для организации поражения РККА в случае начала войны.

«Каковы же были основные вредительские мероприятия , разработанные центром антисоветского военно-троцкистского заговора, которые должны были использовать наши затруднения на фронтах сражений с германскими и польскими армиями в целях поражения наших красных армий.

Я уже показывал, что, изучив условия возможного развертывания операций немцев и поляков против БВО и КВО во время апрельской военно-стратегической игры 1936 г. и получив незадолго до этого установку от германского генерального штаба через генерала Рундштедта на подготовку поражения на украинском театре военных действий, я обсудил все эти вопросы сейчас же после игры с Якиром и Уборевичем, а в общих чертах и с прочими членами центра. Было решено оставить в силе действующий оперативный план, который заведомо не был обеспечен необходимыми силами. Наступление Белорусского фронта с приближением, а тем более с переходом этнографической границы Польши должно было стать критическим и с большой долей вероятности опрокидывалось ударом немцев или из В[осточиой] Пруссии в направлении Гродно или через Слоним на Минск.

Украинский фронт в первую очередь или после нанесения удара немцами на севере также, по всей вероятности, потерпит неудачу в столкновении со значительно превосходящими силами польских и германских армий.

В связи с такой обстановкой на Уборевича была возложена задача так разрабатывать оперативные планы Белорусского фронта, чтобы расстройством ж.-д. перевозок, перегрузкой тыла и группировкой войск еще более перенапрячь уязвимые места действующего оперативного плана.

На Якира были возложены те же задачи, что и на Уборевича, но, кроме того, через Саблина он должен был организовать диверсионно-вредительскую сдачу Летичевского укрепленного района.

И Уборевич, и Якир должны были в течение лета разработать через штабы БВО и КВО практические мероприятия, вытекающие из этих вредительских установок . Что

успели сделать штабы БВО и КВО во исполнение этого задания, мне неизвестно, т. к. (о чем я уже показывал раньше) в связи с арестом ряда видных участников заговора летом 1936 г. центром заговора решено было временно прекратить всякую практическую работу. Об отдельных вопросах вредительских разработок, известных мне, я покажу дальше. В связи с временным прекращением работ заговора я не согласовывал с генералом Кестрингом намеченных центром заговора оперативных мероприятий по подготовке поражения наших армий, это согласование я должен был сделать по окончании практических оперативных разработок в БВО и КВО.

С.С. Каменев должен был разработать по своей линии мероприятия, направленные к тому, чтобы дезорганизовать противовоздушную оборону железных дорог в БВО и КВО и тем внести расстройство как в стратегическое сосредоточение армий, так и в работу последующих снабженческих и оперативных перевозок.

Из отдельных вредительских мероприятий, подготовлявшихся в штабах БВО и КВО, мне известны нижеследующие: разработка плана снабжения с таким расчетом, чтобы не подвозить для конных армий объемистого фуража со ссылкой на то, что фураж есть на месте, в то время как такового заведомо на месте не хватает , а отступающий противник уничтожает и остатки. Засылка горючего для авиации и механизированных соединений не туда, где это горючее требуется . Слабая забота об организации оперативной связи по тяжелым проводам, что неизбежно вызовет излишнюю работу раций и раскрытие мест стоянки штабов. Недостаточно тщательная разработка и подготовка вопросов организации станций снабжения и грунтовых участков военной дороги. Размещение ремонтных организаций с таким расчетом, чтобы кругооборот ремонта затягивался. Плохая организация службы ВНОС, что будет затруднять своевременный вылет и прибытие к месту боя истребительной авиации .<.>

Показания о вредительской работе будут изложены мною дополнительно.

1 июня 1937 г. Тухачевский» (Указанное сочинение, с. 139–141. Данный «План поражения» имеет реквизиты хранения — «ЦА ФСБ РФ. Арх. — след. дело № Р-9000. Т. 1. С.277-316. Подлинник. Автограф» Также он публиковался полностью в Военно-историческом журнале в 1991 году: № 8, с. 44–53. № 9, с. 55–63.)

Но это — «теория». А вот что вытворял «великий стратег» на практике.

Тухачевский (лично он, и в бытность нахождения на должности замнаркома по вооружению, и ранее в должности нач. ГШ) прославился тем, что предлагал наводнить армию бронетракторами — навешать на колхозные трактора «броню» и поставить пулемет (за что и прозван был в генеральской среде «механизатором»).

Он же закрывал минометное КБ Шавырина, мешал внедрению в Красной армии пушек Грабина (что выиграли войну), при нем его подельник Алкснис всячески мешал принятию в 1933 году в ВВС новейшего тогда истребителя И-16. Его ученик Павлов уже в 1940 году тормозил принятие на вооружение Т-34, а другой его же ученик и поклонник, Жуков Т.К., повторил все предложения своего учителя по вступлению в войну, нарушив план Шапошникова, который предвидел все основные направления наступления Гитлера, подвергнув РККА избиению летом 41-го.

И сегодня наследники и ученики тех Тухачевских долдонят — Запад на Россию нападать не собирается! ПРО по периметру России не против России ставить собирается. Военные базы вокруг России для ее же защиты непонятно от кого ставят! Как говорил «великий полководец», фантастика все это! Запад — лучший друг Раши! Правда, от нее уже скоро земли останется меньше, чем было при Иване Грозном. Ничего — эти русские (нет такой нации) сами и не умеют управлять страной. Уж лучше пускай придут немчура (будем пиво пить баварское) или американцы, да возьмут под цивилизованный контроль куски территории от бывшей России, доказавшей свою нежизнеспособность и неумение управлять.

Но при этом очень показательно, что многие умные историки все чаще перестают открыто нести чушь в прямом эфире. Некоторые все чаще бывают осторожны в своих ответах на попытки ведущих спровоцировать их на осуждение сталинизма. Молодцы. Ведь то, что нет протоколов собраний бунтовщиков с планами на убийство тирана, не значит, что заговора «не могло быть по определению». В конце концов, все эти люди были, так или иначе, людьми Троцкого и не сторонниками Сталина и его реформ. Все они были вчерашние революционеры, прошли мировую и Гражданскую войны, и для них не было проблемой принятие силовых решений по военному захвату власти. В конце концов, они были смелыми людьми и пытались свергнуть «тирана», и их поклонникам стоило бы гордиться этим, а не выставлять тех оппозиционеров бесхребетными слизняками и невинными жертвами. Может, и не стоит унижать тех людей?

Тухачевского поставили к стенке в 37-м, а 22 июня наступило всего(!) через 4 года! И то, что принимал на вооружение и заказывал для армии Тухачевский в бытность своего пребывания на посту замнаркома по вооружению, показало свою непригодность к современной войне буквально в первые полгода 1941-го.

И это говорит как раз не столько о глупости «великого маршала», сколько о сознательном приведении армии в небоеспособное состояние в преддверии неизбежной мировой войны — войны на полное физическое истребление народов России.

Ну а сдали Тухачевского Сталину не столько немцы, сколько англичане, имеющие огромный опыт в подставе других. Зачем делать грязные дела самим, когда это можно делать руками тех же туповатых немцев-тевтонов? Да и чехословацкий президент Бенеш очень душевно общался больше именно с англичанами, и именно от них скорее всего получил досье на Тухачевского, а не из германского генштаба или абвера.

Ведь именно Англии было крайне выгодно сдать Сталину заговор генералов — таким образом Англия решала сразу несколько своих задач. И о том, что Бенеш получил информацию о заговоре военных в СССР именно от англичан, говорит и В.М. Молотов в своих «140 беседах», записанных Ф. Чуевым на диктофон. Хотя, впрочем, Сталин и без подобных подсказчиков и советчиков прекрасно знал о возне своих военных по примеру заговора генералов под руководством генерала Франко в Испании в 1936 году.

После же войны англичане состряпали «протоколы допросов», а потом и воспоминания В. Шеленберга, в которых якобы и подтверждается «немецкий след» в деле Тухачевского — мол, именно немцы состряпали досье о заговоре маршалов в СССР и подсунули его Сталину через Чехословакию.

Таким образом решались еще пара задач. Чехи от немцев в 37-м получают подтверждение о ненадежности России-СССР как военного партнера, делились этой информацией с Францией, имеющей с ней и с СССР военный договоры, а Англия тут вроде и ни при чем.

А после войны дело Тухачевского выставлялось уже как лживое — ведь нацисты люди нехорошие, и Сталину подсунули именно фальшивку! И опять Англия ни при чем. И заговора в России в 1937 году не было и быть не могло, а все, что происходило с военными, — результат сталинской паранойи! Тем более что в западной и особенно англо-американской прессе уже в 37-м вопили о сфальсифицированности дела военных в СССР. Правда, тогдашний посол США в СССР открытым текстом докладывал в 37-м в Вашингтон о реальности заговора маршалов.

Но какой интерес был англичанам в сдаче генералов в застенки НКВД? Ведь если генералы победят, Сталин будет свергнут, то в России будет восстановлена капиталистическая система хозяйствования (проведена реставрация капитализма), при которой все основные ресурсы и транспортные коммуникации их доставки в Европу и Азию по территории России-СССР перейдут под полный или частичный контроль Запада.

Это ведь и происходило и происходит после капиталистической революции 1991–1993 годов в СССР и вокруг России в освободившихся от «московской тирании» прибалтийских странах или на Украине.

А вся проблема для Англии была в том, что Тухачевский и его компания не были друзьями Англии и США. В отличие от современных историков-разоблачителей, они прекрасно знали о вкладе Англии и США в уничтожение России еще в 1917 году. Они не особо доверяли Англии с США, и переворот они готовили не для того, чтобы английские или американские капиталы взяли Россию под свой контроль. Тухачевский с товарищами были «патриотами России». Они ее готовили сдавать под. Германию. Хотя и без Гитлера.

Почему Тухачевский так «тяготел» к Германии и так ее уважал? А ответ, похоже, кроется в том, в каком лагере сидел Тухачевский, куда его перевели после якобы нескольких побегов (со слов самого Тухачевского). Как показывают многие исследователи, последняя тюрьма, Ингольштат, в которой Тухачевский сидел и из которой лихо сбежал (не вернувшись с прогулки по городу, после чего якобы наказаны были другие сидевшие с ним офицеры), была не столько тюрьмой, сколько местом содержания предателей. Местом вербовки и школой разведки рейхсвера.

В общем, пришлось Англии сдавать заговорщиков Сталину по нескольким причинам.

Первое . Сорвав заговор генералов в СССР против Сталина (а в Германии — против Гитлера), сводился на нет вполне вероятный союз Германии и России (без Гитлера и Сталина) против Англии и ее основного союзника — США.

Второе. Раскрытый заговор высших военных чинов в СССР дискредитировал Россию и давал Чехии и Франции вполне разумный повод отказаться от военного сотрудничества и помощи СССР перед угрозой немецкой агрессии против этих стран. А Гитлеру предоставлялся захват этих стран в будущем без особых проблем (ведь Англия всегда подставляла своих союзников под разгром, всегда готова была воевать до последнего союзного солдата и в реальности сдала Францию Гитлеру).

И третье . Раскрыв перед Сталиным заговор Тухачевского, Англия гарантировала безнаказанный захват Гитлером буферных с Россией государств, которым Россия могла бы оказать помощь, но от которой те откажутся под предлогом ненадежности России как военного партнера (поляки «боялись потерять свою душу», пойдя на союз с Россией в случае нападения Гитлера). После чего Гитлер получает выход на общую границу с СССР и возможность нападения на СССР (для чего Англия Гитлера и приводила к власти в Германии, спонсируя его предвыборные компании с 1929 по 1933 годы). Наверняка есть и другие причины. Но почему наши генералы, прошедшие мировую и Гражданскую войны, усмирение Кронштадта и крестьянских бунтов, так и не решились на переворот в 1937 году, хотя дата (12 мая) была определена?

Одна из существенных причин — то, что любой переворот и захват власти должен хотя бы на первом этапе опираться или на поддержку народа (ее не было, т. к. Сталин имел в СССР огромнейший «рейтинг» в простом народе, и не факт, что после убийства Сталина народ молча принял бы путчистов-заговорщиков, друзей Троцкого) или, как минимум, на полный пофигизм народа, что произошло уже в конце 1980-х в СССР, когда населению уже настолько осточертели организованные ЦК КПСС дефициты, что всем было уже наплевать на то, что будет со страной в дальнейшем.

Другая причина не состоявшегося переворота — это то, что Сталин просто не стал дожидаться, пока военные «соберутся с духом» и захватят власть в стране. Тухачевский был снят в мае 37-го с должности замнаркома и отправлен на Приволжский округ. С приказом убыть немедленно в Куйбышев, в штаб округа, откуда он уже позже был отозван и арестован.

«Почему о Триандофилове или Свечине нет такого множества книг и передач, как о Тухачевском?» — спрашивают любопытные и непонятливые слушатели радио «Эхо Москвы». Тухачевского раскручивали и превозносили еще при его руководстве в РККА. И особенно усердно — после его реабилитации, и именно как «великого полководца». И опять же — он был главой неудавшегося военного переворота против самого Сталина! Вот поэтому и носятся с ним как с писаной торбой нынешние, победившие Сталина.

Но у нас и о том же Б.М. Шапошникове нет толковых аналитических книг-исследований. Но почитайте его «Соображения о стратегическом развертывании.» от августа 1940 года, где он анализирует возможные планы Гитлера при его возможном нападении на Россию! Похоже, что Гитлер просто спер эти соображения и просто их претворил в жизнь. И ведь если бы Жуков и Тимошенко просто тупо выполнили бы те «Соображения по развертыванию РККА», то никакого разгрома РККА летом 41-го не было бы, т. к. «Соображения…» Шапошникова точно указывают места и направления прорыва немецких войск в случае нападения и предлагают действенные меры по ликвидации прорывов. Поэтому Сталин был достаточно спокоен в виду вероятного нападения Гитлера — ведь основные направления и силу ударов вермахта Б.М. Шапошников точно просчитал.

Почему не раскручиваются идеи и работы Триандафилова? Этот бывший офицер царской армии показывал, как не надо воевать и начинать войну в случае нападения на Россию врага. Но как раз его работы и разработки Жуковыми и игнорировались перед войной.

Ученики «великого маршала» (Г.К. Жуков и С.К. Тимошенко) повторили планы Тухачевского по поражению в войне. Планы, которые подельник Тухачевского Уборевич передал немцам.

В «Плане поражения в войне» Тухачевского предусматривалось только два (а не три, как предусматривал Шапошников и как осуществил Гитлер) основных удара Германии — только по Прибалтике и по Украине. Общее размещение советских войск на границе, их концентрация в львовском и белостоцком выступах, нацеливание и изготовление их к немедленному встречному всеобщему контрнаступлению по факту нападения («фланговые удары» а-ля Тухачевский) позволяло немцам провести достаточно легко свои операции по уничтожению в котлах первых недель боев основного состава РККА. Для полной надежности эти войска также еще и не должны были быть приведены своими командирами в боеготовое состояние . Что и произошло в действительности в июне 1941 года.

Именно Шапошников сменил Тухачевского в Генштабе в 1929-м, когда того отправили фантазировать о бронетракторах в Ленинградский округ. Так что многих у нас постарались забыть. А причина была и в том, что некоторые просто боролись против подобных гениев и впоследствии, когда приятели Тухачевского пришли к власти в СССР, стали нежелательными персонами. Шапошников, сменив Тухачевского в ГШ, просто устроил разгром гению в 1930 году, подпоручику царской армии, карьеристу с дурными фантазиями.

Кроме забытых Триандофиловых и Шапошниковых, не очень часто и лестно говорят и о том же С.М. Буденном. А ведь этот маршал не только имел ПЯТЬ(!) Георгиевских крестов, но и академию Генштаба Красной армии закончил, в отличие от Г.К. Жукова с его кавалерийскими курсами. А ведь именно Буденный и Ворошилов, над которыми так модно и популярно изгаляться сегодня, вполне успешно держали оборону на Украине и в Прибалтике два месяца, пока Тимошенко добивал второй эшелон обороны наших войск под Смоленском, окончательно разваливая московское направление. После этого и Прибалтика, и Украина рухнули окончательно.

Потом Тимошенко на пару с Хрущевым (не со зла, наверное) добивал Харьковскую операцию в 1942 году. Потом он же начинал Сталинградскую битву в компании с Хрущевым, когда не успели эвакуировать мирное население из города. А есть и такая точка зрения о Тухачевском и его заслугах перед Отечеством: «Отличный командарм и жестокий палач. Его руки в крови балтийских моряков, голодающих крестьян. Судьба наказала — сам попал в руки палачей, не выдержал пыток и второй раз предал — подписал ложное обвинение и принял смерть как «предатель» Родины».

Но это зря. Кровавым палачом Тухачевский был не более, чем любой военный хоть на Гражданской, хоть на любой другой войне. Жуков отметился в подавлениях крестьянских бунтов. Кому-то приходилось гнать людей на верную смерть на войне. А кому-то и «бедных чеченцев» и прочие народы выселять. Ни к каким палачам кровавым Тухачевский также не попадал, никто его не пытал, и никаких ложных обвинений он не подписывал.

Маршал обиделся на обвинение в шпионаже, но согласился на заговор с целью свержения сталинской «тирании». В конце концов, он как раз гордился тем, что собирался свергнуть «узурпатора» Сталина! Так что не судите слишком прямолинейно о маршале, не стоит Тухачевского оскорблять, называя его невинной жертвой сталинизма.

И идиотом он никогда не был, хотя и предлагал дурь про бронетрактора и прочее. Не так все просто с этим маршалом. ОГПУ еще в 1930 году докладывало в Политбюро, что Тухачевский занимается антигосударственными разговорами. Но Сталин, тогда всего лишь один из членов Политбюро (правившей тогда в России-СССР после очередного Смутного времени, Гражданской войны и НЭПа, «семибоярщины») Тухачевского отмазал, т. к. не считал его ни тупым человеком, ни предателем СССР, хотел доверять ему. А когда улики в 37-м уже в мешке не умещались, то и дал команду на ликвидацию советских франкистов.

В РККА после Гражданской войны влилась половина царских офицеров русской армии (условно). Одни, как Триандофилов или Шапошников считали своим долгом служить прежде всего России, а другим сомнительная слава офицеров-гвардейцев Екатерины II спать спокойно не давала — хотелось в политику поиграть и в заговорщиков, лучше других знающих, что надо России, какая власть народу по нраву придется.

Хотя на самом деле чаще всего у таких заговорщиков на первом месте оказывается очень даже меркантильный интерес. Тухачевский, да и не он один, пошел в Красную армию не из-за большевистских идей или для служения России. В том случае его не подвело чутье, он выбрал правильную сторону. Правда, в начале 30-х гг. чутье Тухачевского подвело. Он считал, что Сталин с его сторонниками не долго продержатся, что их скоро свалят оппозиционеры. Но тот сильнее оказался. Не вышло из бывшего поручика Наполеона.

Конечно же, Тухачевский и его подельники не были недоумками, предлагая на вооружение радиоуправляемые танки и прочие новаторские идеи и тратя на них государственные средства. Ведь самые простые способы угробить и армию и страну — саботировать принятие на вооружение нужных и толковых образцов, но брать всякий хлам, долго и упорно возиться с «перспективными» видами оружия (типа газодинамических орудий Курчевского или ПТР Рукавишникова), тратя на доводку образцов время и деньги, а потом списывать их в металлолом.

При Тухачевском принимали на вооружение английские и американские легкие танки, сделав их основными в РККА. А в 1941 году наши танкисты на себе убедились, насколько «крепка наша броня» и чего стоит защита этих танков, когда броня пробивалась любым крупнокалиберным пулеметом или автоматической пушкой легких танков в 20 мм, не говоря уже о штатной 37-мм противотанковой пушке вермахта, которую Германия приняла на вооружение в начале 1930-х годов, (на ее основе в СССР разработали нашу 45 мм пушку — «сорокапятку»).

Были в РККА и средние танки Т-28, 600 штук, и даже 56 штук тяжелых Т-35. Правда, бронирование у них было такое же, как и у легких танков БТ и Т-26 (только на лобовую броню этих средних и тяжелых по весу танков ставили дополнительные бронеплиты).

Поликарпов на смену своему И-16 уже к концу 1940 года разработал и изготовил новый истребитель И-185 с характеристиками лучше, чем у нашего Ла-7 и ФВ-190 Германии, появившихся только в 1943 году. К 1941 году в мире не было подобных машин. Но будущие жертвы репрессий из числа сохранившихся поклонников-сторонников Тухачевского принятие этого самолета на вооружение в ВВС срывали. Они же пытались остановить производство и принятие на вооружение в 1940 году Т-34. Но потом нам рассказывали, что им Сталин мешал.

Пока будут игнорировать геополитику тех лет и наличие антисталинской оппозиции, то так и будут нести чушь про тиранство злодея и тупость советских инженеров.

Чистку в РККА, уничтожение командной верхушки армии устроил не Сталин, а наши маршалы-карбонарии — «жертвы репрессий». Не Сталин с Ворошиловым и Буденным, а именно Тухачевский с подельниками несут прямую ответственность за сознательное и умышленное обезглавливание Красной армии перед мировой войной . Это с их подачи прошли первые чистки в РККА в конце 20-х гг., когда из армии выгнали или посадили сотни и тысячи бывших царских офицеров по странному «делу Весна».

Когда Мухин, Мартиросян, Пыхалов или какой другой историк-исследователь опровергают бредни о том, что Красной армии был нанесен огромный вред сталинскими чистками, уничтожившими цвет армии в лице «великих маршалов», то опровержение звучит примерно так:

Во-первых, от общего количества (в несколько сот тысяч!) всего офицерского корпуса РККА тех лет было арестовано около 4,5 тысячи, расстреляно около 1600 военнослужащих-офицеров и просто уволено около 35 тысяч офицеров.

Во-вторых, генералы и маршалы из компании Тухачевского были или просто бездари, или потеря этих полководцев, специалистов по подавлению кулацких бунтов достаточно легко компенсировалась за счет тех, кто остался и был образован не хуже.

Все это так, но среди расстрелянных, арестованных и уволенных было достаточно большое количество невинно пострадавших. Арестам же и расстрелам подверглись прежде всего старшие офицеры — от командира батальона (майор) и выше (никто в военных заговорах не ставит на младших офицеров — лейтенантов и капитанов).

Разоблачители сталинизма особенно любят приводить цифры расстрелянных маршалов, генералов, полковников — комбригов, комдивов, комполков, в 1937-м в РККА их было столько-то, расстреляно столько-то. И эти цифры на самом деле впечатляют и вызывают недоумение — откуда столько врагов народа в армии? А вся хитрость в том, как и по каким причинам были арестованы и расстреляны те люди. И насколько они на самом деле могли быть замешаны в заговоре маршалов.

И эти невинно расстрелянные, посаженные и уволенные в ходе проверок и чисток целиком на совести Тухачевского и его подельников . Ведь это они оговаривали своих сослуживцев и товарищей, чтобы показать «абсурдность обвинений».

Тут приходится говорить не столько о материальном ущербе для армии, потерявшей сотни высших командиров и начальников, которых на их постах заменили их замы, сколько о моральном. Атмосфера в армии, и в стране после этих чисток была поганая, хотя Берия после 1939 года вернул в РККА ВСЕХ незаконно уволенных и посаженых командиров.

Сами маршалы, замешанные в заговоре и арестованные, действительно не представляли из себя ничего значимого. Никто из них не мог блистать полководческими талантами и большими теоретическими знаниями в военной сфере в силу своей воинской карьеры, служебной деятельности и прочих фактов биографии. Но эти полководцы потянули за собой сотни и тысячи старших командиров с тех самых бригад, дивизий и полков — своих непосредственных подчиненных, которые были связаны с этими несостоявшимися подпольщиками-путчистами по роду службы.

К примеру, арестовали одного маршала. В НКВД (контрразведке) начинают задавать обычные в этих случаях вопросы о его связях с другими офицерами по этому делу и проводить рутинные мероприятия. И тут начинается проявление человеческой подлости, столь распространенное в те годы в среде нашей «элиты», во времена «сталинских репрессий».

Арестованный начинает привязывать к своему делу всех, кого можно, оговаривая десятки и сотни своих знакомых-сослуживцев. При этом он считает себя чуть не героем. Задается стандартный вопрос следователя (условный): «С кем вы обсуждали свое недовольство политикой партии, существующего режима? И герой тут же начинает перечислять всех, с кем он служит и с кем мог болтать в курилке или за столом на подобные темы. В силу своих обязанностей следователь должен допросить всех, кого назвал в своих показаниях допрашиваемый. И в машину следствия чисто механически втягиваются десятки и сотни совершенно посторонних и никому не нужных (особенно НКВД) людей. Машина следствия работает, люди допрашиваются, а кто-то намеренно оговаривается и арестовывается, как Рокоссовские и Горбатовы.

Но в таком болоте потерялись и те, кто потом в 1941-м году гадил стране. В мае-июне 41-го пошли аресты по «делу Героев», и часто там указывалось — уличается показаниями командира, уже расстрелянного в 1937–1938 гг. Часть арестованных по делу Тухачевского была выпущена и возвращена в армию, и они отметились уже в начале войны — те, кого брали в июле 1941 года как предателей, также уличались показаниями из 1937-го!

А сколько было тех, кого недоглядели?! Например, генерал-майор Трухин, начальник оперотдела штаба ПрибОВО в июне 41-го, заместитель генерала Кленова. Этот бывший поручик, став коммунистом только в 1939 году, умудрился попасть к немцам в плен в первые же дни войны и сразу стал агитировать их на создание РОА — повешен только в 1946 году вместе с Власовым. Или генерал-майор Богданов, командир 48-й стрелковой дивизии в том же ПрибОВО — сбежал в плен в конце июня 41-го, сдал немцам в лагере замполита своей дивизии и старшего политрука. Через год уже щеголял в мундире офицера СС, усердствуя в войне с партизанами — схвачен и доставлен в Москву в 1943 году и расстрелян в. 1950-м! (видимо, много интересного рассказывал МТБ.)

Хочется несколько подробнее задержаться на теме доносов.

Обычные граждане (кроме профессиональных кляузников, писавших свои доносы в различные инстанции еще с царских времен) писали прежде всего не доносы друг на дружку (о чем нам втирали все эти годы разоблачители сталинизма), а жалобы в различные инстанции прежде всего на своих чиновников-начальников на местах, мешавших людям жить и не выполняющих свои должностные обязанности. И власть реагировала. А доносы как таковые (желание нагадить соседу) появились к середине 30-х гг. И тут наша интеллигенция была впереди всех, на лихом белом коне — сажали и оговаривали десятки и сотни невинных. И замечательный пример — дело Тухачевского.

По самому военному заговору маршалов, которые собирались 12 мая 1937 года провести переворот (1 мая на Красной площади была предотвращена попытка теракта — схвачен человек, пытавшийся стрелять в сторону Мавзолея, а К.Е. Ворошилов пришел на трибуну Мавзолея с пистолетом в кармане), было арестовано с десяток маршалов с сомнительной полководческой репутацией.

А дальше заговорщики стали называть десятки фамилий своих подельников-подчиненных, которые наверняка были замешаны в заговоре, а уже те в свою очередь (2-й и 3-й эшелоны заговора) — стали тянуть за собой и просто оговаривать сотни и тысячи офицеров, которые к заговору никакого отношения не имели.

По этим показаниям-доносам было арестовано и уволено из Красной армии уже несколько тысяч офицеров (Рокоссовский и Горбатов — самые известные среди них). Но по делу Тухачевского, как «эхом», также арестовывались и конструкторы вооружений, и разработчики новейших и перспективных видов оружия. Это тот же Королев в ракетной технике, посаженный по доносу своих старших начальников, проходящих по делу о заговоре маршалов.

И таких невинных были тысячи. И они после разбирательства были возвращены в армию или в КБ. Но для этого требовалось время. И их сажал не Сталин, а свои же сослуживцы, хитроумно считавшие, что чем больше они оговорят невинных, тем легче будет им сами выкрутиться. Или это были оговаривавшие из ненависти к государственному строю в России, к Сталину лично, лишившего их надежды дорваться до власти.

Потом свою человеческую подлость жертвы репрессий стали вешать на весь народ, в России-СССР — только и может, что доносы строчить друг на дружку.

Хотелось бы еще раз немного упомянуть о том, какой урон стране и армии нанесли «жертвы сталинизма и невинно репрессированные» — подельники Тухачевских, и какой могли еще причинить, если бы их планы удались.

Действительно, после раскрытия заговора и последующими за ними арестами и расстрелами командиров высокого уровня на смену заговорщикам пришли командиры в высоких званиях и с таким же образованием. В некоторых частях назначались на должности старших офицеров младшие командиры.

Начиная с 1939 года была введена в СССР всеобщая воинская обязанность. В сентябре 39-го стала резко увеличиваться общая численность и количество частей. В преддверии Войны, с 1938 года до 1941-го, армия выросла с полутора миллионов до пяти с половиной, что увеличило количество командирских должностей в армии перед войной (с началом войны армия вообще должна была увеличиться до 8,5 млн человек). И на вновь сформированные командные должности старших офицеров ставили младших с последующим присвоением соответствующего звания. И вчерашний капитан становился майором на подполковничьей должности и командиром полка.

Но на самом деле своим неудавшимся переворотом Тухачевский нанес ущерб даже не столько армии, сколько России. Прокатившиеся в СССР военные процессы позволили Франции и Чехословакии заявить о своем недоверии СССР, с которым у них был совместный Договор о военной помощи в случае нападения Германии на Чехию или Францию. Таким образом, когда Гитлер прихватил Судеты и Чехословакию, СССР так и не смог оказать военную помощь чехам и словакам. А Германия получила огромнейший в Европе арсенал оружия, воевавший до стен Кремля, и ВПК, обеспечивавший Гитлера оружием во Вторую мировую войну.

Сталин знал о готовящемся военном перевороте и должен был его ликвидировать (хотя и тянул до последнего в надежде, что военные одумаются). Но заинтересованная в ликвидации этого заговора Англия поспешила подбросить компромат на заговорщиков. Ведь Тухачевский, хоть и собирался восстановить капитализм в России, свергнув Сталина, хотел совместно со свергнувшими Гитлера немецкими генералами и Японией создать Трансконтинентальный военно-государственный блок: Германия — Россия — Япония .

Такое объединение произошло бы автоматически, и этот блок был бы направлен прежде всего против господства Англии и США во всем мире .

Этот блок позволял взять под контроль всю Евразию. А в ней находятся практически все мировые ресурсы (да и колонии Англии). Под контроль этого блока автоматически же попадала бы и Африка с европейскими колониями, перешедшими к Германии, и арабский мир, и Индия, и Китай, и Малая Азия (кроме никому не нужной Австралии, которую использовали тогда как место ссылки уголовников Великой Британии). Под полный контроль этого союза попадало все восточное полушарие планеты.

Перевозки товаров и ресурсов по Евразии (из Азии в Европу и обратно) обычно шли и идут по морским коммуникациям, где господствуют Англия и США, — англосаксонская цивилизация. Это сложилось еще в те времена, когда Англия уничтожила последовательно испанское, голландское и французское морское господства в мировых океанах. Но в случае объединения евразийских сухопутных держав-гигантов — Германии (взявшей под свой контроль Европу и создавшей уже тогда объединенную Европу под своим контролем), Россия и Япония (контролирующая на тот момент практически всю Азию и Китай) полностью взяли бы под свой контроль ресурсы всего мира! И самое главное — контроль за перевозками ресурсов и товаров во всем мире. Англия, утратившая свои колонии в той же Индии и свой «гешефт» от перевозки мировых товаров по коммуникациям, которые принадлежали в основном им, после этого просто пошла бы ко дну на своем острове.

Для некоторых, не очень любящих задумываться, такой расклад мировых сил мог бы показаться просто замечательным — Германия без Гитлера и Россия без Сталина не вцепятся друг в друга в мировой войне! Второй мировой войны в том виде, какой она нам известна (Германия вместе со всей Европой — против России, на стороне которой в союзниках оказались Англия и США, впрочем, не очень усердствовавшие в открытии второго фронта) не было бы!

Но. А что могло бы произойти в мировой истории, если бы заговор военных в России, как и аналогичный заговор в Германии, удался и свободная от Сталина Россия и свободная от Гитлера Германия объединились бы в мировом господстве? Да ничего особенного — произошла бы еще бо льшая мировая катастрофа.

Ни Англия, ни США, запертые на своих континентах в Западном полушарии, не смогли бы смириться с потерей своей мировой гегемонии. Прошло бы несколько лет, и к середине-концу 1940-х гг., когда США создали бы полноценную сухопутную армию для войны на континенте в Европе и России, англосаксы обязательно развязали бы мировую войну. А так как к середине 1940-х в мире уже осваивались ракетно-ядерные технологии — ив Германии, и в России, и в США, и в Англии, то эта мировая война за очередной передел мира происходила бы с применением таких средств уничтожения. В крайнем случае, мировая Война могла бы произойти к середине 1950-х, когда мировые державы накопили бы необходимое количество оружия. И тут бы и произошел бы Апокалипсис, который человечеству предрекают столько веков.

Это сегодня мы знаем, какие последствия для планеты могут наступить после применения ядерного оружия, и оно является оружием сдерживания от глобальной войны. А в те годы никто особо этого не знал. Американцы сбросили на Хиросиму и Нагасаки свои бомбы, не сильно переживая о радиационных последствиях. На саму Японию нанесенные ядерные удары также особого впечатления не произвели — в 1945 году японцы готовы были драться за свою Родину до последнего самурая и последнего янки, ступившего на их землю.

Но в те годы никто особо и не знал о неизлечимости лучевой болезни. Так что били бы друг по дружке эти коалиции (Трансконтинентальная Евразийская, Германо-Российская и Японская — против Англосакской) ракетами С.П. Королева и Глушко, с ядерными боеголовками от немецких конструкторов, по Англии и США, а те бы в ответ стирали бы с лица земли Европу с Россией и Японией.

Может быть, кому-то такая перспектива кажется фантастикой? Зря. Не надо судить об этой вероятности с высоты современных знаний и позиций. Как раз тогда такое вполне могло произойти. По крайней мере, такая коалиция России с Германией и Японией против Англии и США в Англии не казалась фантастикой . Кстати, Сталин эти страхи тоже регулярно подогревал и периодически демонстративно изображал готовность России пойти на такой союз, чтобы заставить Англию быть сговорчивее в заключении союза с Россией против Германии. Все эти пакты о ненападении и о дружбе и границах с Гитлером, пакт с Японией о нейтралитете с показательными обниманиями на перроне вокзала Сталина с пьяным премьером Японии были демонстрацией для Запада, чтобы подтолкнуть их серьезнее и активнее идти на союз с СССР-Россией.

Так что именно Англия сделала все, чтобы заговор военных против Сталина сначала появился в СССР (на всякий случай, в противовес набиравшему силу Сталину), а потом приложила массу усилий, чтобы его завалить, как и заговор военных в Германии. После того как поняли, что ничего путного у советских карбонариев не получится, а холуйствовать путчисты с Англией не намерены.

В Германии Гитлеру не пришлось расстреливать своих генералов только по одной причине — они не пошли дальше болтовни на кухне, не назначали день переворота и захвата власти. Поэтому самых непонятливых просто увольняли со службы, обвинив в педерастии и кровосмешении с евреями и проститутками. (В том же 1944 году Гитлер уже вполне успешно судил и казнил своих генералов, замешанных в попытке государственного переворота и покушении на главу государства.) А Сталину в 37-м пришлось проводить открытые судебные процессы над маршалами с приглашением журналистов всего мира.

Именно Англия была больше всех заинтересована, чтобы те заговоры провалились, и коалиция Германии и России не состоялась ни при каких обстоятельствах. Ведь не для того Англия столько сил и средств приложила, чтобы Гитлер пришел к власти и стал дружить с Россией. Его приводили для того, чтобы он напал на Россию, как и обещал в «Майн Кампф» (которую передрал с брошюры А. Парвуса «Путь к хозяйственному спасению», изданной еще в 1921 году — банкира Ленина и Октябрьской революции, по совместительству большого друга Англии и ее королевских спецслужб, тихо скончавшегося в том же 1924 году, что и его компаньон по мировым революциям Ленин).

Англии надо было, чтобы Германия и Россия снова воевали друг с другом, а не Германия и Россия вместе — против Англии и США. Желание вполне похвальное и разумное. Вполне в духе национальных интересов Англии и США. Ведь себе англосаксы отводили роль мирового арбитра в будущей войне, чего они и не скрывали, — Европа и Россия вцепятся друг в друга насмерть, измотают, а тут в Европу и Россию на белом коне «освободителей от большевизма и фашизма» въезжают англичане и американцы, и наступает долгожданный мир под полным их контролем.

Но и Сталин видел свою задачу в том, чтобы стравить этих умников с Гитлером, а самому, по возможности, не участвовать в большой войне. А потом принять на себя роль миротворца и взять под контроль и Европу и все, что будет плохо лежать. Сталин видел свою задачу в том, чтобы заставить «империалистов воевать с империалистами» (как потом сказал вроде бы Черчилль), мечтал стравить Англию и Гитлера друг с другом, что вполне соответствует русским национальным интересам. И это тоже очень похвальная политика с точки зрения России. А если она не нравится Западу, то это его проблемы — нечего войны против России заваривать.

Четыре года войны ни Англия, ни США очень большого личного участия своими солдатами в войне Гитлера против России не принимали и свою англосакскую кровь за годы войны не очень пролили. И Сталин прекрасно знал, требуя от Запада открытия второго фронта, что союзники не скоро вступят в войну. Все его призывы к Западу об открытии фронта в Европе были направлены больше на сознание общественности в этих странах — видите, Россия воюет, а ваши правители не торопятся помогать России по-настоящему. Но когда на Западе посчитали, что Гитлер свою миссию выполнил и Западу он больше не нужен (мировая война идет полным ходом), а Сталин может уже самостоятельно дойти хоть до Атлантики, освобождая Европу от фашизма, то вместе с высадкой союзников в Нормандии стали готовить очередное покушение на Гитлера.

В череде десятков странных покушений на фюрера за все эти годы, которые он чудесным образом избегал, это должно было закончиться смертью диктатора и психопата.

У бедного Канариса — начальника разведслужбы(!) рейха и одного из организаторов покушения и переворота, по совместительству большого друга Англии, даже мины для Гитлера не нашлось. Ее пришлось тащить из Великобритании. Впрочем, может, немецкие генералы надеялись таким образом перевести стрелки на англичан, в случае провала? Или англичане не очень доверяли немецким саперам, и для надежности прислали свою мину? Ответ на это могут дать только англичане, но говорливостью по некоторым вопросам они не отличаются или ответят лет через 100. Например, та же разведка Сталина вполне могла убить Гитлера. Но он запретил своим разведчикам даже думать об этом. Ведь в этом случае появлялась реальная вероятность того, что Германия без Гитлера тут же объединится с Англией и США против России, чего Сталин никак не мог допустить. А эта война объединившихся против России Германии (всей Европы), Англии и США точно закончилась бы применением ядерного оружия по России. Тут поверишь в Божий промысел, который уберег Гитлера от бомбы Штауфенберга, и Гитлер остался жив. Запад не объединился с Германией против России, а мировая война закончилась в мае 45-го.

А ведь сегодня уже хорошо известно, что во время высадки союзников в Нормандии был и второй план — «Ренкин». По нему Англия и США заключают с Германией (без Гитлера) сепаратный мир и помогают им воевать с новыми силами против вошедшей в Европу Россией-СССР! Но незадача случилась — Гитлер выжил. А спустя год, летом 1945 года, Черчилль не особо стремился разоружать сдавшиеся в плен немецкие войска. Немцы были уверены, что им скоро предстоит участвовать в освобождении Европы от русских в союзе с англичанами и американцами (это легко прочитать в воспоминаниях немецких солдат и офицеров).

Красивое идеологическое обоснование такой войны вчерашних союзников против России на Западе обязательно придумали бы. На июль 45-го даже планировалась такая война союзников по антигитлеровской коалиции против СССР под кодовым названием «Немыслимое». Г.К. Жуков по команде Сталина даже приводил советские войска в Европе в полную боевую готовность для войны против союзников.

Но еще в 1937 году столкновение России с Англией и США нам готовил тот самый «великий полководец» — маршал М.Н. Тухачевский.

Были ли у заговора Тухачевского и его подельников перспективы на успех? Слабые, но были. Хоть Тухачевский и его команда и не имели бы особой поддержки в народе, т. к. стали бы сворачивать реформы Сталина, имеющие поддержку в стране, но иногда в таких случаях помогает поддержка из-за границы. Достаточно было бы Германии без Гитлера признать легитимность режима военных в России, и проблема отпала бы сама собой. В конце концов, положение Сталина в 37-м еще не было таким уж устойчивым и сильным, как это было перед самой войной, во время войны и после победы. Так что шанс у Тухачевского в 37-м был.

Последствия провала заговора оказались для России кровавыми в любом случае, но последствия вполне возможного «успеха» переворота могли бы оказаться для России еще более кровавыми и страшными.

Провал неудавшегося военного переворота маршалов в СССР привел к Мюнхену, к сдаче Гитлеру (в лице Англии и стоящих за ней США) всей Европы, вооружению Гитлера арсеналом всей Европы, выход на общую границу с Россией-СССР и развязыванию Второй мировой войны.

(Примечание: Последним доводом Англии для Гитлера было предложение — либо Гитлер начинает войну в 1939-м, либо предоставляет Англии полный контроль над своими финансами, которой он был должен по уши, беря на Западе кредиты на вооружение Германии. Гитлер выбрал войну. Тем более что Англия обещала ему такую же безнаказанность с Польшей, в перспективе и с Россией, как это было с Чехословакией. Потом Англия точно так же сдавала и Францию, прежде всего промышленную ее половину, выполняя свою часть обязательств перед Гитлером — только бы он не передумал нападать на Россию! Правда, Гитлер, не готовый к войне против России в 1939 году, Запад кинул — заключил со Сталиным сначала «Договор о ненападении» в августе 39-го, а затем и «Договор о дружбе и границах» в сентябре. А Англии пришлось самой ввязаться в мировую войну, да еще и против Гитлера, начав «странную войну» в Европе в сентябре 1939 года. На что только не пойдешь, — лишь бы Гитлер напал на Россию хоть когда-нибудь.)

Успех заговора Тухачевского мог привести к еще более глобальной мировой войне Евразии против англосакского мира и США, возможно, с применением ракетно-ядерных технологий и реактивной авиации. А вот если бы никакого заговора и попыток переворота не было, то была бы большая вероятность того, что Второй мировой войны в 20 веке могло и не быть.

Говорят, что история не любит сослагательности. Но вариантность развития событий учитывается умными политиками на будущее. А если приложить вариантность на прошлое, то многое в истории будет восприниматься несколько по-другому. Ведь умные политики именно вероятность различных сценариев развития событий и должны были тогда просчитывать, принимая те или иные решения. А на будущее такой опыт очень нужен современным политикам.

Ведь Гитлер без Чехии, на помощь которой по «Договору о взаимной помощи» должен был прийти СССР, никогда не получил бы ее ВПК и чуть не половину танков Чехии в рядах вермахта. Самостоятельно Гитлер вооружался бы еще очень долго, чтобы на равных воевать с Россией, занявшей к этому времени второе место в мире по экономическим показателям. Плацдарма в виде Чехии, а потом и Польши, с которого Гитлер мог бы выйти в непосредственное соприкосновение с СССР, он не получил бы. СССР к середине 1940-х (а Гитлер рассчитывал только к середине 40-х начинать войну против России) по экономической мощи сравнялась бы с США (в которых все еще боролись с последствиями экономического кризиса), и уже никто не рискнул бы воевать против России и Сталина. Россия просто стала бы мировым гегемоном. По крайней мере в Евразии. А Гитлер (если бы его не убрали как не справившегося с поставленной задачей и если бы не лопнул военно-финансовый пузырь в Германии) и без войны имел бы с Россией торговое сотрудничество.

Но мировая война была нужна Западу, Англии и США. И именно в конце 1930-х, в крайнем случае, в начале 1940-х, пока Россия не стала недосягаема в военно-экономическом отношении. Если бы Запад не смог направить Гитлера на Россию в эти годы, то уже через лет 10, в 1950-е, Западу пришлось бы самому, лично воевать против России — мирового лидера.

Запад просто бы не успокоился и не смирился с потерей своих финансово-экономических и торговых и прочих позиций в мире, и новая война против России обязательно бы была. Но к этому времени, может быть, экономические и политические успехи реформ Сталина и России оказали бы такое влияние на сам Запад, что война с Россией была бы просто невозможна из-за не желания населения этих стран воевать против России и Сталина.

Это исторический факт, что лидер французских коммунистов пригрозил: если Запад попытается напасть на Россию Сталина, то они устроят такую партизанскую войну в Европе, что «империалистам и поджигателям войны» придется завидовать Гитлеру. А там и население на Западе тоже захотело бы таких же реформ в своих странах. Не зря В.М. Молотов говорил, что «США — самая подходящая страна для социализма».

Так что, отвечая на вопрос, на чьей совести истребление верхушки РККА в 37-м году, можно смело отвечать — военной оппозиции в лице Тухачевских, которые готовили военный переворот с целью свержения «кровавого сталинского режима», целенаправленно, клеветой и доносами уничтожали высший и старший командный состав РККА, но проиграли. И на совести наследников «великого маршала» и трагедия 22 июня.

Часть II. С чего все начиналось

Изначально все дело в примитивной борьбе за выживание в мире. Посмотрите на карту. Россия не страна. Россия — цивилизация, способная быть мощным конкурентом и европейскому и англосакскому мирам.

Вокруг России, в европейской части, находятся славянские племена, иногда вспоминающие о своем родстве с русскими (обычно это звучит и выглядит периодически примерно так: «Русские братья, помогите!»)

Между нашей, сухопутной, и морской цивилизацией англосаксов находится германский мир. Этот германский мир, занимающий достаточно обширную территорию проживания, имеет своего объединяющего лидера — немцев-тевтонов.

Испокон веков германский и славянские миры страшно враждуют друг с другом. Но именно Россия помогла Германии стать единым государством в 18 веке. В конце 19 века великий Бисмарк (как настоящий тупой тевтон, недолюбливавший Россию) сделал все от него зависящее, чтобы союз Германии и России усиливался — «На Востоке для нас врага нет!».

Александр III соединил европейскую часть России и Дальний Восток, Сибирь с Китаем (КВЖД). Германия провела свою железную дорогу от Берлина до Багдада. С развитием сети железных дорог в Евразии наносился экономический удар по гегемонии Англии в перевозке товаров из Азии и Индии морским путем — в Европу и Англию. Проще, безопаснее и быстрее стало доставлять товары не по морям и океанам, где владычествовала Англия и растущая за ее спиной Америка, а по железным дорогам, контролируемым Россией и Германией.

Для англов наступал самый большой кошмар их цивилизации — ОБЪЕДИНЕНИЕ русско-славянской и германской цивилизаций. И в этом случае обязательно наступит полный крах гегемонии англосаксов в мировой торговле. Наше Восточное полушарие с Евразией, Африкой, Индией и Австралией, находящиеся под контролем России и Германии (Европы) гораздо больше и значимей в экономическом плане, чем Западное с его двумя небольшими континентами, даже полностью подконтрольными англосаксам.

Для предотвращения возможности этого союза (пусть даже теоретического) Англия сначала натравливает на Россию Японию, вполне допускавшую возможность вступления в евразийский торгово-экономический и транспортный союз России и Германии, и начинается Русско-японская война 1904 года, в которой не только Россия потеряла свой флот, но и Япония чуть не лишилась своей армии.

Перед этим на царевича Николая, побывавшего в Японии с дружественным визитом при жизни его отца — императора Александра III, совершается странное покушение «сумасшедшего» самурая-полицейского, случайно не закончившееся смертью наследника русского престола. Николай получил вполне ощутимый сабельный удар по голове. Никто всерьез не занимался изучением этого инцидента, и до сих пор не ясно, что спасло тогда Николая — то ли промысел божий, то ли царская охрана, то ли непрофессионализм самурая-неудачника. И как бы пошла мировая история, если бы это покушение удалось? Но в любом случае Япония не стала союзницей России, была ослаблена для дальнейшей экспансии в Китай, Индию и Азию, в английские колонии.

Затем английская разведка через японскую разведку спонсирует революцию 1905 года в России. Потом Россию втягивают в мировую войну против Германии на стороне Англии и Франции, хотя формально никакого договора с Россией об Антанте у союзников и не было — одни слова о «сердечном согласии» и «общности интересов».

Есть такая байка, если не было бы черты оседлости, то евреи не сделали бы революцию, но революцию февраля 1917 года совершают не евреи, обиженные этим, а исключительно представители русской национальной «элиты», рвущиеся к власти в России. На смену феодализму и монархии Романовых рвалась новая буржуинская элита торгашей, банкиров и бизнесменов, не имевших аристократических кровей и княжеских титулов, не ведущих свой род от Рюриков, но жаждущих власти и собственности — денег.

Они, поголовно состоявшие в модном тогда масонстве, уничтожили Российскую империю Романовых и самодержавие, довели страну до полного развала экономики, государственного управления и самого единого государства, устраивая парад суверенитетов в России и породив десятки «самостийных и незалежных» национальных государств.

И делается это только для того, чтобы прихватить огромные куски собственности, принадлежащей Романовым и аристократам старого поколения.

Дальше банда Керенских спрыгивает с управления Россией, сдавая ее банде Лениных и Бронштейнов (только тут вылезают обиженные на черту оседлости евреи). Передача оформляется как вооруженный захват власти в октябре 17-го, Октябрьский переворот, переименованный впоследствии в Октябрьскую революцию.

Делается это только для того, чтобы Ленин и его компания не несли никакой ответственности за предыдущее в России (Временные правительства Керенских были юридически легитимны как продолжатели царской власти), и Запад перед режимом Ленина, силой захватившего власть в России, не нес никаких обязательств. А обязательства Запада перед Россией были огромные. Они намного превосходили долги России перед Западом. А Ленину-узурпатору Запад ничего и не должен! И возвращать царские долги России Ленина

Запад не обязан.

Но и Ленин (и стоящий за его спиной Троцкий с законным паспортом гражданина САСШ ), пришедшие к власти не легитимно, Западу (Европе особенно) возвращать ничего формально не собираются. Европа обиделась и организовала интервенцию для помощи Белому движению. У Европы появился замечательный повод — защита цивилизованного мира от большевистских орд. Заняли они те территории России, которые до этого оккупировали германские войска. И начался открытый грабеж.

Ленин пришел к власти в России под контролем Запада (Англия курировала Ленина, который отсиживался в Цюрихах и Лондонах, а САСШ наблюдала за Троцким, который жил в лучших номерах американских гостиниц с холодильником). Он желал вести свои игры и пытался пойти не только на мир с Германией, но и размечтался о возможном союзе Советской Германии и Советской России (и заключив второй «Брестский мирный договор») — за что тут же схлопотал пули, отравленные ядом кураре.

Россия тех лет представляла из себя полигон, огромный призовой пирог, за который бились и который грабили все кому не лень. Германия кайзера пыталась прихватить Украину и Прибалтику. Север, Сибирь, Кавказ и Закавказье, Дальний Восток, Средняя Азия были зонами еще чьих-то «национальных интересов». За них бились Япония, США, Англия, Турция.

Каждый стремился если не прихватить себе кусок угробленной борцами с царизмом (демократами-массонами) России, то хотя бы максимально просто пограбить эти территории, вывозя из них все, что плохо лежало. При этом и масоны-Керенские, и сионисты с Уолл-стрит, курировавшие Троцкого-Бронштейна, и пламенные революционеры-ленинцы были всего лишь инструментами в деле уничтожения России в интересах англосаксонского мира. В этом были заинтересованы Англия и США с их интернациональной элитой банкиров (в США преобладают именно англосаксы).

Но тут на российскую арену вдруг вышли неучтенные личности — Сталин и его группировка, национальное крыло в РКП(б), не сидевших годами в швейцарских кабаках, напичканных агентурой всех стран мира.

Эти не собирались сдавать Россию на «расчлененку» в угоду Западу, не собирались делать мировых революций (хотя вроде бы и поддерживали коммунистов в других странах, но чтобы просто подгадить буржуям). Они решили строить коммунизм в отдельно взятой стране — в России. И весь их коммунизм оказался не более чем просто государственный контроль за ресурсами и богатствами России в пользу всех ее народов, когда вся прибыль от тех же ресурсов или водки идет в казну государства и на удовлетворение нужд ВСЕГО народа, а не на копеечные налоги от бизнеса. Свое отношение к тому, что строится в России и что будет с теми, кто противится этому строительству, высказал сам Сталин.

В 1937 году после ликвидации первоочередных угроз государственного переворота в СССР на обеде у К.Е.Ворошилова по случаю 7 ноября 1937 г. он заявил:

«Русские цари сделали одно хорошее дело — сколотили огромное государство до Камчатки. Мы получили в наследство это государство. И впервые мы, большевики, сплотили и укрепили это государство как единое, неделимое государство, не в интересах помещиков и капиталистов, а в пользу трудящихся, всех народов, составляющих это государство. Мы объединили государство таким образом, чтобы каждая часть, которая была бы оторвана от общего социалистического государства, не только не нанесла бы ущерб последнему, но и не могла бы существовать самостоятельно и неизбежно попала бы в чужую кабалу. Поэтому каждый, кто пытается разрушить это единство социалистического государства, кто стремится к отделению от него отдельной части и национальности, враг, заклятый враг государства, народов СССР. И мы будем уничтожать каждого такого врага, был бы он и старым большевиком, мы будет уничтожать весь его род, его семью.»

В 20-е годы и до 30-х гг. в России страной управляла семибоярщина в лице Политбюро, и в такой системе управления Сталин не имел особой власти. Даже пост «Генсека», созданный для него Лениным в противовес Троцкому (Ленин прекрасно понимал, что за покушением на него стоял именно Троцкий со Свердловым — ставленники Англии и США) не давал Сталину какой-то особой власти. Ведь этот пост даже не был утвержден в Уставе правящей партии ВКП(б) и не был официально государственным. Однако Сталин смог проводить нужные ему решения в управлении страной и в реформах в экономике, прежде всего потому, что имел преобладающее большинство не столько при голосовании в Политбюро и в ЦК партии, сколько поддержку в простом народе.

У Сталина не было большинства в руководстве страны и партии в первые годы, но в народе — да. Поэтому он и опирался на весь народ России. А иначе он не смог бы победить всех тех, кто тащил Россию назад, в капитализм, прикрываясь словами о том, что раз «мировой революции» не произошло, то надо сворачивать всякие реформы, направленные на строительство социализма и коммунизма и возвращаться на капиталистический путь, т. к. строительство «социализма и коммунизма в одной стране, в окружении капиталистических государств, невозможно». Мол, экономически и политически невозможно построить социализм- ведь никто Россию не признает, что также опасно развязыванием Западом войны против коммунистической России. А воевать с Западом наша интеллигенции всегда признает невозможным — куда нам, русским, со своими лаптями, тягаться с Западом и Европой!

Но именно в экономических РЕФОРМАХ Сталина все дело! Согласись он с возвратом к капитализму (что провернули Горби с ЕБН 20 лет назад — «правые» в компартии тех лет), тогда в России и не было бы никакой оппозиции и репрессий, организованных этой оппозицией для дискредитации лично Сталина и его реформ. Но Сталин, поддержанный народом, на такое пойти не мог.

Возврат к капитализму мог происходить только на условиях Запада, откуда приехали славные оппозиционеры — Бухарины-Троцкие. В данном случае нас ждало полное расчленение на незалежные национальные республики, которые перешли бы под полный контроль новых хозяев, что мы все наблюдали в начале 1990-х гг.

Есть замечательный закон древней истории — «разделяй и властвуй»! Пример того, что произошло с Россией в 1991 году, ни в чем не убеждает? У кого в подчинении находятся сегодня экономики прибалтов, которые уже просятся под новых хозяев (в Швецию), Украины, Средней Азии, Грузии, Азербайджана и самой России? Какие аргументы еще нужны для того, чтобы понять правильность политики Сталина, направленной на целостность и экономическую независимость России с госконтролем за ее ресурсами? Сегодня встали заводы на Украине. Завтра — в России из-за кризиса, начавшегося на Западе в 2008 году. Но это всего лишь результат возврата к капитализму, который провернули «правые» в партии в конце 1980-х — Горби с ЕБН и прочие Гайдары.

Сталин потому и «хитрый деспот», что действовал через решения партийных съездов, где мог, прикрываясь «заветами Ильича», проводить нужные ему решения. И ЦК, и Политбюро просто ОБЯЗАНЫ были выполнять РЕШЕНИЯ съезда как высшего Органа в Партии (как обязано было выполнять наказы съезда депутатов и Правительство СССР). А если Политбюро и ЦК в лице их членов («правые») саботируют РЕШЕНИЯ съезда (Сталина), то можно с этим Политбюро и ЦК бороться на ЗАКОННЫХ основаниях.

Все доказательства «разоблачителей сталинизма» построены на двух непреложных истинах — Сталин получил неограниченную власть еще в 23 году вместе с должностью «Генсека», и Сталин очень нехороший человек. Из всего этого они и пляшут в своих работах.

«Мемориал» догадался до очередной подлости — они теперь подростков привлекли на написание детского «Архипелага ГУЛАГа». Современные подростки на основании рассказов своих дедов и бабушек, мам и пап пишут работы под чутким руководством спецов из «Мемориала» по истории сталинизма в России. Историческая ценность таких историй ноль, но мозги молодняку промывают неплохо, вскрывая один негатив, акцентируя на нем внимание и указывая молодежи «подлинных» авторов проблем и бед в России при советской власти и при Сталине. Но некоторые до сих пор только так примитивно и мыслят. Так гораздо проще и удобнее. Не важно, что это для них придумали еще Троцкие, Геббельсы, Хрущевы и современные Сванидзы-Млечины, а также специалисты «института оральной истории» из США. Так действительно гораздо проще — думать своей головой не надо.

И ликбез для подобных товарищей придется начать издалека.

Что такое революции 1905–1917 годов? Правильно — предтечи «оранжевых» и прочих «цветных революций» последних 20 лет. Для чего на самом деле затеваются и совершаются подобные революции? Для передела собственности, контроля над ресурсами и путями их транспортировки и прочих товаров в пользу новых хозяев — заказчиков или организаторов революций. Красивые байки о счастье и заботе о народе — это для лохов. Кто вам скажет что-то другое — конечно же, все делается только для счастья народного! А как же иначе?! Но во все времена и все эпохи вопрос о власти — это всегда и прежде всего вопрос о собственности!

Для чего свергали царя? Для того, чтобы на смену царской, старой, «деспотической» элите Романовых, державших под своим контролем большинство активов в экономике, смогла прийти элита новая — нарождающаяся и крепчающая «демократическая», олигархическо-капиталистическая («буржуи»), которых интересовала только собственность.

Действовали эти «демократы и борцы за народ» под прикрытием и при поддержке своих друзей и покровителей на Западе — Англии и США. Масоны, эсеры, Тайное еврейское правительство, социал-демократы и прочие «измы» — всего лишь ширма и прикрытие для лохов и народа, в «интересах» которого эти революции и затевались. Но никто в феврале 17-го из тогдашних революционеров — «либералов и демократов» не собирался ломать экономический строй в России — только завалить Романовых и отобрать у них собственность в свою пользу. Однако единую Россию именно Керенские и начали рвать на куски.

У Запада, горячо приветствовавшего эти «революции», были свои планы на Россию. Западу нужна была, как минимум, доля в русских активах, еще лучше — полный контроль над ресурсами и путями их транспортировки. И для полного контроля они и мечтали Россию расчленить на национальные республики.

Почитайте программу «декабристов», что произошло после Февраля, что навытворяли Керенские, Ленины-Троцкие — везде Россия не должна существовать как единое целое государство-цивилизация.

Что мы сегодня наблюдаем? Расчлененку, и на кусках России заправляют западные друзья, имеющие большие активы в основных видах собственности, принадлежащей когда-то государству и всему народу. И если бы Сталин не отстоял в свое время РСФСР как отдельную республику в составе СССР, то сиамские близнецы, Горби с ЕБН, и РСФСР также вполне легитимно и законно расчленили бы, под лозунг — «берите столько суверенитета, сколько влезет». Которая сегодня и зовется — РФ.

Но после того как Ленин отошел в мир иной, у победившей тогда в Гражданскую войну партии РКП(б) (за которой пошел народ только потому, что Ленин догадался привлечь на свою сторону крестьян, отдав им землю) снова встал вопрос о собственности. Ведь половина руководства партии состояла из приехавших из США Бронштейнов. А на тот момент во власти, в силовых структурах (армии и спецслужбах) их было большинство. И они просто обязаны были отрабатывать программу, которую в них заложили вместе с бабками США.

Что дальше происходит? НЭП. Построение реального капитализма. В России было создано огромное количество концессий — акционерных обществ с иностранным капиталом в том числе и просто частных предприятий. И эти акционерные общества и концессии существовали вплоть до середины 1930-х. И доля Запада в них была преобладающей.

И тут Сталин делает хитрый ход. В партии и стране Ленин был «гуру»! И Сталин начинает прикрываться Лениным, как щитом. Повторяя к месту и не к месту, что является полным продолжателем дела Ленина, он делает ленинский призыв в партию. Это были уже не Бронштейны, а вчерашние солдаты и рабочие, которые искренне верили в то, что Россия и ее богатства должны принадлежать всему народу. И они были полностью на стороне Сталина как «продолжателя идей и заветов Ленина»! А потом эти рядовые коммунисты Сталину помогли обеспечить большинство в руководстве партии и страны.

И когда Сталин смог избавиться от троцкистов в руководстве и окружить себя единомышленниками, то дальше он начинает все в стране брать под контроль государства. И прежде всего основные источники дохода в казну — сырьевой сектор, тяжелую промышленность, энергетику, транспорт и водку с табаком. Хотя мелкий кустарный бизнес в СССР существовал, а «Уставы ТСЖ» писались еще и в 1939 году.

Революция ленинская для чего делалась? Правильно, для счастья народа! У кого должна быть собственность? У народа, у государства, под полным его контролем.

Был Сталин на тот момент главным в стране? Нет. Все вопросы решались только коллективно на Политбюро, а основные задачи утверждались на съездах партии и пленумах ЦК, проходящих достаточно часто (задач перед страной было много). А еще были съезды народных депутатов, на которых линия Сталина получала полную поддержку, с которой руководство партии не могло не считаться. Почему принимались именно решения Сталина? Да потому что он-то как раз и прикрывался авторитетом Ленина, а идти против Ленина никто в партии не мог по определению! И самое главное, потому что предлагаемые Сталиным реформы были по душе большинству народа.

Задача Бухариных была — восстановить и сохранить капитализм и помочь Западу взять контроль над Россией через концессии (доля Запада в которых доходила до 90 %). Сталин, имея полную поддержку населения (не «рейтинг») и прикрываясь заветами Ильича, забирал под контроль государства все ресурсы и активы.

Что Сталин сказал 7 ноября 1937 года: « мы, большевики, сплотили и укрепили это государство как единое, неделимое государство, не в интересах помещиков и капиталистов, а в пользу трудящихся, всех народов, составляющих это государство. И мы будем уничтожать каждого такого врага, был бы он и старым большевиком, мы будет уничтожать весь его род, его семью.» Что лично имел Сталин и его сторонники? Дырявые носки, государственное обеспечение и возможность первыми умереть. Кого собирался уничтожать Сталин вплоть до третьего колена? Тех, кто собирался отобрать у народа самое главное — его СОБСТВЕННОСТЬ!

Хотя именно угроза возникновения в Европе тоталитарного милитаризованного государства с госуправлением во главе с Гитлером для последующего нападения на Россию и заставила Сталина взять под полный контроль государства экономику России. И сделано это было окончательно только с середины 1930-х, особенно после 1939 года, когда на будущую войну переводились все отрасли.

Кстати, в 2013 году на 5 канале ТВ Санкт-Петербурга можно было видеть заставку — «75 лет нашему каналу». Данный телеканал появился в Ленинграде в 1938 году, когда в стране начался выпуск телевизоров для просмотра телетрансляций, однако производство вскоре было свернуто в связи с угрозой скорой войны…

Могла ли оппозиция свергнуть Сталина и его людей открыто? Пытались. Когда Сталин получил полный контроль над страной? Только когда Берию поставил на НКВД — в 1938 году. До этого никакой особой власти в России у него не было. Он был национальным лидером. С одной стороны, он не был официальным главой России, с другой стороны, в России была коллективное руководство, представляющее чаяния народа. Это потом и придумали для лохов байки о том, что Сталин был тираном с неограниченными полномочиями, что его все боялись до ужаса, и прочий бред… Кто-то же должен был нести ответственность за резню 37 года, за 22 июня и за 28 млн погибших в войне — вот неучам и втюхивают эти байки про тирана.

Тяжело признать себя лохами? Правильно. Тяжко. Но лучше признать и поумнеть, чем всю жизнь оставаться ими.

Сторонников мировых революций, того же Троцкого (потерявшего всякую надежду на власть в России) Сталин в итоге просто вышвырнул из страны, хотя и сделал это при поддержке тех же Бухариных (Н. Бухарин был у Троцкого в помощниках в США), ведь все решения принимались только коллегиально!

Но в России оставалось еще огромное количество людей Троцкого, и эта антисталинская оппозиция просто обязана была свергать Сталина. В конце концов, их кормили и поили в эмиграции в свое время не для того, чтобы они отсиживались в России на руководящих постах, пока Сталин будет уводить Россию все дальше из-под контроля Запада.

Но в любом оппозиционном заговоре, ставящем себе реальную и конкретную задачу (не просто болтовню в Думе) на свержение правящего режима, должно быть и военное крыло.

В те годы антисталинской оппозицией в армии могли стать только люди выкинутого из России Троцкого, который имел большое отношение не столько к созданию РККА, сколько насаждал на руководящие должности в армии своих людей. И лидером у них мог быть только Тухачевский, как наиболее амбициозный и волевой человек (была часть командиров, имеющих старые корни, с дореволюционных времен, но их просто потихоньку уволили или даже пересажали к началу 1930-х).

Но тут Тухачевский допустил огромнейшую ошибку, стоившую ему жизни. Он решил (то ли сдуру, то ли осознанно, то ли его к этому подвели советчики) не только свергнуть Сталина и свернуть его реформы в экономике , но и пойти на некие соглашения с германскими генералами, недовольными своим тираном Гитлером. Еще и стал болтать на приемах в иностранных посольствах о возможных союзах России и Германии (освобожденных от своих диктаторов) в перспективе. Этим он на себе поставил жирный крест. Единственным для него спасением было бы прекращение всякой подпольной деятельности. Сталин закрывал глаза на выходки Тухачевского в начале 1930-х и, возможно, поступил бы так же и на этот раз для сохранения стабильности власти в стране.

Но великий полководец не мог угомониться и шел на совершение государственного преступления — государственного переворота, и Сталин в итоге его посадил и расстрелял. Ведь не только Сталина собирались свергать военные оппозиционеры, но и хотели менять экономический строй, отобрать у народа собственность в России .

Сталин, в отличие от «великого стратега», был умным человеком и политиком, не собирался без особой нужды дразнить англосаксонских гусей, покушаясь на их гегемонию в мире.

Уже после Второй мировой войны Сталин дал команду свернуть революцию в Греции, в которой коммунисты-партизаны имели все шансы на победу. Сталин «предал коммунистов и мировую революцию». И сделал он это только по одной причине — победа коммунистов в Греции наносила удар по национальным интересам Англии и США в этом регионе, создавая угрозу (пусть даже мифическую!) их торговым коммуникациям в Средиземном море и возле Суэцкого канала, соединяющего Европу с Индией и арабской нефтью. И воевать с Западом из-за Греции Сталин не собирался.

Также Сталин не дал балканским странам объединиться в таможенный союз сразу после войны, который также бил бы по национальным экономическим интересам Англии и США в регионе, что могло привести к развязыванию войны, а Сталин не собирался воевать из-за не всегда умных братьев-славян. А Тухачевский со своим военным переворотом и наносил удар по англосаксонскому миру, по их национальным интересам в перспективе.

Даже если бы Сталин продолжал тянуть с разоблачением маршалов, сбивая их планы простой рокировкой военных на их должностях в армии, что приводило к разрушению попыток на выступление и поднятие вверенных им частей на мятеж, то на Западе, в Чехословакии и Франции все равно уже знали о существовании военного заговора в России. И даже если бы он не был раскрыт формально, это все равно давало повод и Франции, и Чехии поставить под сомнение боеспособность России и ее возможность помочь Чехии в случае нападения на нее со стороны Германии. Т. е. наличие как раскрытого, так и не раскрытого заговора военных против Сталина приводило к потере имиджа России как надежного союзника, к фактическому расторжению военных договоров России с Францией и Чехией.

Россия не могла помочь Чехии, если Франция не подтвердит свою помощь, а те (по совету друзей из Лондона) сослались на ненадежность России как партнера в военном сотрудничестве из-за наличия военного заговора в самой России. И повод бы они нашли все равно для расторжения военного сотрудничества — «раскрыл» бы Сталин заговор военных или нет, признавали бы этот заговор настоящим или считали бы его «надуманным», о чем трезвонили по миру тогда западные газеты.

Западу нужен был повод для расторжения военных договоров России с Францией и Чехией перед лицом угрозы нападения Гитлера на Чехию. И они его получили — Тухачевский самим фактом своего заговора предоставил его.

Заговор военных в России-СССР был изначально организован под контролем Англии, и совсем не важно было, что думал в своих наполеоновских планах Тухачевский, с кем собирался мир делить. Заговор был нужен Англии, они его получили. Это называется действовать на опережение. Возможные тенденции к заговору поощрялись и подогревались, а потом эти люди были сданы.

Заговор был раскрыт, имидж России подорван, Франция отказывается сотрудничать с СССР в деле военной помощи Чехии, которую сдают Гитлеру. Россия остается одна, без союзников, а Гитлер получает горы оружия и ВПК Чехии, и через год начинается Вторая мировая война. Однако Сталин смог отложить нападение Гитлера на СССР почти на 2 года, заключив сначала «Договор о ненападении», а потом и «Договор о дружбе и границах» в 1939 году, изрядно попортив нервы Англии и США перспективой возможного «Договора о взаимной помощи» и вступления России в Тройственный союз.

Сталин держал Англию в диком напряжении, дразня ее поездками Молотова в Берлин на некие переговоры о возможном союзе Германии и России, а сам готовился к неизбежному нападению Гитлера на Россию. Ведь Гитлер был все же ставленником Англии и США, хотя и пытался (как и Ленин в свое время) играть в свою политику, но все равно должен был выполнить свои обязательства и напасть на СССР. И Сталин мог только лавировать в политических интригах, оттягивая срок нападения до тех пор, пока СССР не закончит перевооружение своей армии и реформы в промышленности и сельском хозяйстве. По крайней мере появлялся шанс, что Гитлер, узнав о возросшей военной мощи России, просто передумает. В таких вопросах пойдешь на все, чтобы избежать войны.

И Первая, и Вторая мировые войны происходили только для того, чтобы этого, пусть даже мифического, объединения Германии и России не произошло ни при каких обстоятельствах. А взаимное истребление германским и славянским народами друг друга очень даже приветствовалось на Западе, было для Англии и США единственно приемлемым вариантом развития событий. Немцы считали славян недочеловеками. Но для англичан, самых упертых расистов, недочеловеками были и германцы, и русские. Наиболее сильным из Второй мировой войны вышли только США. И сегодня никто в мире не в состоянии (пока) на равных конкурировать с ними. Точнее, мог только СССР с его социалистическим лагерем. Но СССР в 1980-х годах был уничтожен новой оппозицией, выкормленной на Западе (что американские советологи признали, посмеиваясь, — чтобы развалить СССР, США достаточно было взять на содержание десяток «диссидентов» и пару-тройку руководителей в ЦК КПСС).

Что являлось причиной ненависти Запада к СССР? Экономические реформы Сталина и рывок, который не снился Западу, на который они не способны. И поэтому нам всегда рассказывают, что никакого экономического советского чуда не было, что Запад экономически более состоятелен, что именно социалистическая (государственная) экономика СССР и привела к распаду СССР в итоге. Мол, СССР не выдержал экономического соревнования с Западом, с капитализмом.

История взаимоотношений России с западными странами показывает: Россия, вступая в любые военные союзы с Западом против западных государств, всегда приходит к мировой войне. Это правило всегда работает. Стал бы Сталин «дружить» с Гитлером, — получил бы мировую войну с англосаксами (Англией и США). Стали бы Англия и США союзниками России против Гитлера, мировая война все равно против России состоялась.

Единственный способ избегать мировых конфликтов — применять опыт СССР, послевоенной сталинской международной политики. Окружив себя буфером из дружественных стран, можно жить в относительной безопасности десятилетиями. Но стоит начать дружить с какой-нибудь западной страной — жди беды. Сначала Брежнев, а потом Горби (проводя, по словам В.М. Молотова, перед Западом «политику спущенных штанов») додружили Россию до развала и гибели.

Как говорится, плохо иметь англосакса врагом, но еще хуже иметь его союзником.

Часть III. Немного о «тупости» Тухачевского

(и о некоторых пассажах из книги В. Суворова (В. Резуна) «Святое дело» про «бронетрактора» и прочие «идиотизмы», что разглядел у «великого полководца» «великий историк»).

Во многих книгах-исследованиях о сталинских репрессиях 37-го года, касающихся участия в антисталинском и антигосударственном заговоре высшего офицерского (командирского) состава, и особенно в отношении «великого полководца» М.Н. Тухачевского, часто дается оценка уровня военного интеллекта и тех полководцев, которые вместе с Тухачевским участвовали в военно-государственном заговоре с целью свержения Сталина и его сторонников и срыву реформ Сталина в России, и дается оценка полководческих способностей самого репрессированного маршала.

В книге К. Романенко «Сталинский 37-й. Лабиринты заговоров» как пример такой «гениальности» приводится текст записки М.Н. Тухачевского в 1927 году начальнику Штаба РККА (Генштаба) наркому обороны К.Е. Ворошилову о необходимости изготовить для Красной армии «в течении 1928 года 50-100 тысяч танков».

После этого, в 1928 году, М. Тухачевский по настоянию командующего Белорусским округом А. Егорова (также бывшего офицера царской армии), инспектора кавалерии РККА С. Буденного и начальника снабжения РККА П. Дыбенко был снят с должности начальника Штаба РККА и отправлен с понижением командовать округом в Ленинград. Начальником Штаба РККА был назначен бывший полковник царской армии, окончивший царскую Академию Генерального Штаба генерал Б.М. Шапошников.

Тухачевский, командуя округом, в 1930 году снова отправляет на имя наркома обороны еще одну «гениальную» записку с предложениями обеспечить к концу пятилетки РККА (доведенную по этому плану до 260 стрелковых и кавалерийских дивизий и до 50 дивизий артиллерии) 40 тысячами самолетов и 50 тысячами танков, и довести к 1933 году численность армии до 11 миллионов человек!

То, что при этом это были легкие танки и танкетик, не было чем-то необычным с точки зрения боевой готовности армии тех лет. Во всех странах мира в эти годы на вооружении стояли именно легкие танки с противопульным бронированием. Так что предложение Тухачевского, отвечающего в 1927–1928 годах согласно своей должности начальника Штаба РККА за готовность армии к современной войне, по обеспечению армии именно легкими танками не было преступлением с его стороны. Криминал был в количестве.

Ворошилов переправляет эту записку Сталину:

«Направляю для ознакомления копию письма Тухачевского и справку Штаба по этому поводу. Тухачевский хочет быть оригинальным. Плохо, что в КА есть порода людей, которая этот радикализм принимает за чистую монету. Очень прошу прочесть оба документа и сказать свое мнение».

Сталин ответил Ворошилову:

«Этот план нарушает в корне всякую мыслимую и допустимую пропорцию между армией как частью страны, и страной как целым… План сбивается на точку зрения «чисто военных людей», нередко забывающих, что армия является производным от хозяйственного и культурного состояния страны. … Анализ заменен в нем «игрой в цифири», а перспектива роста Красной Армии — фантастикой. Осуществить такой «план» — значит наверняка загубить и хозяйство страны, и армию. Отрадно, что Штаб РККА… ясно и немедленно отмежевался от плана Тухачевского». (Все кавычки в ответе Ворошилову — слова Сталина.)

Потом этот «план Тухачевского» 13 апреля 1930 года также раскритиковал начальник Штаба РККА Шапошников на расширенном пленуме РВС, и там же было зачитано письмо-ответ Сталина.

Тухачевский хотел пустить СССР по миру, разорив его содержанием огромной армии для войны со всем миром. Кстати, нечто подобное было сделано в Германии при Гитлере, когда больше половины всего бюджета тратилось на армию. Но Гитлера и приводили к власти только для того, чтобы он смог воевать с Россией (СССР) и победить. А Тухачевский готовил армию для «мировой революции», по Троцкому.

На начало 1930-х годов в СССР, еще не имевшего даже элементарной военной промышленности, армия была меньше одного миллиона человек — около 700 тысяч! Только на начало 1934 года численность РККА превысила 1 миллион и стала равняться 1 033 570 человек. На начало 1936 года — 1 219 325 человек. К началу 1940 года, во время Финской кампании, когда была реальная угроза нападения Запада на СССР, численность армии была доведена до 4,5 миллиона человек! Затем количество было снижено примерно до 3,5 миллиона. И только к началу войны, к июню 1941 года, численность РККА снова довели до 5,7 миллиона человек. Чистая экономика. А Тухачевский предлагал еще в 1933 году довести численность Красной армии до 11 миллионов человек!

На основе подобных предложений «великого полководца» уже другой, не менее «великий историк» В. Резун, до сих пор тайно и успешно скрывающийся от Советского правосудия «приговорившего его к смертной казни за предательство подлого тоталитарного режима Совдепии» в далекой и туманной Англии-Альбионии под псевдонимом В. Суворов, в своей очередной книге «Святое дело» смело назвал «великого стратега» идиотом!

При этом, говоря об идиотизме Тухачевского, В Резун напрочь отвергает вероятность того, что Тухачевский собирался устраивать военно-государственный переворот — все это выдумки сталинских палачей и козни наркома обороны К.Е. Ворошилова, который боролся за свой пост (который хотел заполучить маршал М.Н. Тухачевский). И главным доказательством того, что Тухачевский был идиотом, Резун называет авантюрные предложения маршала.

Чуть не полкниги Резун очень образно разоблачает дурацкие предложения Тухачевского по созданию «бронетракторов» на базе «Фордзонов» и бронемашин на базе «полуторок» как альтернативу необходимого количества танков. Он красочно описывает, как такие «танки», обвешанные котловым железом вместо танковой брони, будут зарываться в грунт своими колесами, не в силах сдвинуться с места. Все это написано очень убедительно и с болью в душе за нашу Родину — Россию, в которой заправляли такие «гениальные маршалы», которых расстреляли жуткие тираны-Сталины!

Выглядит очень убедительно это разоблачение Резуна. Вот только М.Н. Тухачевский не был таким идиотом, каким его выставляют Резуны и каким, доказывая его предательство, представляют иной раз его некоторые защитники Сталина.

Первый раз Тухачевский вылез со своими 50-100 тысячами танков еще в 1927 году, будучи назначенным на должность начальника Штаба (ГШ) РККА. Затем он это предлагает в 1930 году, находясь на должности командующего центрального, но небольшого Ленинградского военного округа, куда его отправили с понижением. Но мы попробуем разобраться — был ли маршал «идиотом».

В конце 1920-х годов на Западе ломали голову над тем, что делать с выходящей из-под западного контроля Россией. Англия подзуживала европейские страны, но там на тот момент не было страны, которая могла бы воевать с Россией на равных. Т. е. желающих нагадить России — всегда пожалуйста. Хоть Польша, хоть Прибалтийские «страны», хоть еще кто, всегда были «за». Но нужна была сильная страна и нация. Единственно подходящей была только Германия, но та была связана Версальскими ограничениями и не имела собственной армии.

1927 год вошел в историю 20 века как год «тревожных ожиданий», когда угрозы нападения Запада на Россию становились реальными. Но из-за того, что извечный провокатор Англия не смогла найти страны в Европе для организации войны против России к концу 1920-х, возникла необходимость в восстановлении военного потенциала Германии и приведении там к власти людей, которые готовы будут в ответ на западные кредиты, потраченные на восстановление экономики и армии, начать новую войну против России.

На Западе начали ломать себе голову над тем, как поизящнее и убедительнее все это провести. И для них было бы просто находкой, если бы СССР-Россия сама предоставила Западу основания для обвинения ее в милитаризме. Но после Гражданской войны численность Красной армии была сокращена до полумиллиона, и наращивать ее Советы не собирались, бросая все средства на реформы в промышленности и сельском хозяйстве.

Помогал Западу в создании имиджа России как агрессора Коминтерн. Все эти призывы к мировой революции от еще имевших сильное влияние ленинцев-троцкистов давали Западу повод обвинять Россию в агрессивных намерениях. У них оставалась надежда, что в России победит ленинско-троцкистский контингент. Но на всякий случай (вдруг победят Сталин и его группировка?) надо было иметь под рукой хороший повод для обвинений России в милитаризме и угрозе цивилизованному миру, если «предложения» таких, как Тухачевский, по увеличению численности армии и количества вооружений в ней, не будут приняты. Так что идеи-предложения Тухачевского и ему подобных о немедленном росте РККА и резкое увеличение танков и самолетов для завоевания Запада были бы как подарок: СССР — агрессор, «империя зла», он собирается напасть на всех!

Не заморачиваясь на поиски «предлога», Запад решил начать вооружать Германию. Начали с того, что Германии позволили аннулировать Версальские соглашения, ограничивающие Германию в вооружении, и начать восстанавливать свой военный потенциал еще до привода Гитлера к власти, когда во главе стояли социал-демократы. Оформлено это было под видом равенство прав в вооружениях» всех стран Европы для всеобщей европейской безопасности! От кого? Так и так ясно — от большевизма. Однако пока это делалось, пока немного завуалировано.

Объявлено это было в то время, когда Сталин со своими сторонниками в ЦК и Политбюро ВКП(б) практически окончательно лишил Троцкого надежд на воцарение в России. После этого Запад стал раскручивать предвыборные кампании Гитлера, чтобы помочь ему вполне законно прийти к власти в Германии. А в это же время, в 1927 году, начальник Штаба РККА СССР М.Н. Тухачевский в первый раз и пишет свои предложения на имя наркома обороны по увеличению в разы численности РККА и по доведению количества танков до 100 000 штук, что уже не прикроешь байками про оборону от акул империализма и буржуинов. Это количество необходимо только для нападения.

Если бы идеи начальника Штаба РККА о таком увеличении военного потенциала России-СССР были бы вынесены на обсуждение в Политбюро и правительство, то это однозначно стало бы известно и на Западе. Что развязало бы руки Западу уже для открытой милитаризации Европы (и Германии) в рамках «равенства прав в вооружениях» и назревающей «советской угрозы»!

Это дало бы повод Западу заявить: «СССР развязал гонку вооружений!», поэтому надо срочно вооружать Германию (как самую беззащитную и безоружную на тот момент среди семьи европейских народов) от азиатских и большевистских орд. А для самой России милитаризация по Тухачевскому наносила огромный удар по экономике и планам Первой пятилетки, по строительству первых заводов и проведению реформ в промышленности и сельском хозяйстве. Ведь начатая в Европе открытая гонка вооружений вынудила бы и СССР начать ее.

Но Сталин решил проблему с предложениями Тухачевского в 1927 году просто. Тухачевского (который «беспокоился о защите социалистической Родины в условиях враждебного капиталистического окружения») сняли с должности начальника Штаба по настоянию коллег-генералов и отправили с понижением на округ. Однако неугомонный Тухачевский, сидя на должности командующего не самого значимого округа, но оставаясь достаточно значимой фигурой в советском генералитете, в 1930 году опять выдает очередную записку с предложением наркому Ворошилову о тех же 100 тысячах танков.

На этот раз вмешался сам Сталин со своим ответом, был опять подключен генералитет в лице Шапошникова, начальника Штаба РККА в то время, которые окончательно принародно и официально раскритиковали «дурные фантазии» неугомонного стратега и будущего «великого» маршала.

Увы, даже то, что эти предложения не были утверждены, а сам маршал Тухачевский выставлен на посмешище, сыграло свою отрицательную роль в создании милитаристского имиджа России-СССР. Даже утечка на Запад подобной информации о советских маршалах, которые спят и видят десятки тысяч танков, марширующих по европейским дорогам, развязывало руки Западу для собственной милитаризации — для вооружения будущего агрессора, защитника Европы (как сам Гитлер практически и называл себя в меморандуме в связи с началом войны против СССР-России). Ведь всегда можно сослаться если не на открытое вооружение России для нападения на Европу, то хотя бы на секретные донесения из России о том, что советские генералы собираются наклепать 100 000 танков для нападения на бедную Европу («как сообщает неназванный источник из Совдепии»). И для этого пора «миролюбивой» Европе побеспокоиться о своей безопасности! И поэтому Тухачевский был раскритикован в 1930 году на расширенном пленуме РВС, и там же было зачитано письмо-ответ Сталина по этому плану.

В 1931 году М.Н. Тухачевский назначается начальником вооружений РККА, где до него командовал И.П. Уборевич, убывший в Белорусский военный округ вместо А.И. Егорова, назначенного начальником Штаба РККА в 1931 году. Таким образом, Тухачевскому дали возможность проявить себя в деле перевооружения армии. Однако, кроме принятых в это время на вооружение самолетов (И-16, ТБ-3) и танков (И-16 и Т-26 и БТ, которые пробивались пулями крупнокалиберных пулеметов), маршал прославился и странными прожектами — «бронетракторами», которые высмеял В. Резун.

То, что Тухачевский предлагал обвешивать трактора котловым железом, вовсе не говорит о его недалекости — косить под дурака гораздо умнее и безопаснее, чем быть обвиненным во вредительстве в пользу Запада. Но считать Тухачевского безмозглым идиотом, как предлагают Резуны, напрочь отметая попытку нанесения умышленного вреда собственной стране с идеями о «:бронетракторах» и с попыткой военного переворота в мае 1937 года, не стоит. Михаил Николаевич не был недоумком. И делать его таковым, как это делает В. Резун, нельзя.

Читать В. Резуна после книг-исследований Е.А Прудниковой и А.И. Колпакиди «Двойной заговор. Тайны сталинских репрессий», после А. Исаева «Антисуворов. Десять мифов…» и тем более после книг А.Б. Мартиросяна просто невозможно. Но неугомонный борец с Совдепией упорно продолжает писать о том, например, как в СССР «ковался меч» для Гитлера! Сколько писали, что Сталин закрыл немецкие военные школы в СССР в 1933 году, сразу после привода Гитлера к власти в Германии, где за 8 лет обучилось аж 200 немецких летчиков и техников (в основном для гражданской авиации). А после закрытия этих школ в России после 1933 года немецкие офицеры проходили стажировку и обучение в Англии. Это к вопросу о том, кто обучал немецких (гитлеровских) летчиков и танкистов и натаскивал вермахт. Но Резун продолжает расписывать о злокозненном Сталине, который до 22 июня 41-го так и продолжал обучать немецких асов-летчиков и танкистов в СССР.

Впрочем, такое ощущение, что Резун в Англии книг на эту тему не читал. Наверное, таможня не пропускает. И продолжает Резун писать о том, что Сталин заваливал Гитлера «нефтью и рудой с хлебом».

У А.Б. Мартиросяна написано, что после поджога Рейхстага в Германии, в марте 1933 года, начались массовые погромы на бензоколонках. Эти колонки принадлежали советско-германскому смешанному обществу, совместной нефтяной компании «ДеРоп» (поставки в Германию бензина и керосина) и «ДеРунафт» (нефть и нефтепродукты). В итоге эти компании были закрыты, и их место тут же заняли английские и американские нефтяные компании. Это к вопросу о том, кто и как на самом деле снабжал Гитлера нефтью?

Но при этом, когда Запад уличают в предоставлении кредитов Гитлеру после его привода к власти, то слышится примерно следующее — деньги Гитлеру давали на развитие мирных отраслей (но, видимо, забывали фиксировать это на бумаге), и чтобы помочь обнищавшим немецким гражданам, и чтобы умиротворить амбиции Гитлера на мировое господство и колонии. А то, что он бросил эти кредиты на вооружение армии, в этом вины Запада нет.

Всегда надо обращать внимание на то, в чем обвиняют Сталина и Россию, тогда можно увидеть, что вытворяли западные деятели, как конкретно помогали Гитлеру. Самое простое, что делает Запад, — перекладывает свои грешки на СССР.

А все началось в конце 1920-х.

В 1929 году команда Сталина (при поддержке Бухариных и правых) выкинула из России Бронштейна-Троцкого. Таким образом, у Запада окончательно накрылись мечты сделать Россию сырьевым придатком под руководством Троцкого и его хозяев в США, откуда Лейба прибыл в Россию в 1917 году с 10 000 долларов в кармане на мелкие расходы. Впрочем, Троцкий к этому времени у своих хозяев потерял интерес к своей персоне.

В это же время в Германии стала активно спонсироваться (немецкими «старушками-поклонницами»!) нацистская гитлеровская партийка на ежегодных выборах в рейхстаг. Не имевший до этого даже толковой типографии для своих листовок, Гитлер стал усиленно пиариться и, кое-как набрав к 1932 году 33 % голосов, прошел в рейхстаг и был назначен на пост премьера — рейхсканцлера Германии. Президента Германии Гинденбурга убедили назначить на этот пост не набравшего положенные для этого 51 % голосов Гитлера.

Решение о сворачивании НЭПа, ускорении реформ в сельском хозяйстве (коллективизация) и в промышленности (индустриализация) принималось командой Сталина под воздействием фактора раскрутки и привода Гитлера к власти в Германии — единственной стране и нации в Европе, способной воевать. Гитлер никогда и не скрывал, что рвется к власти именно для начала новой мировой войны и создания Великой Германии. И главной его целью в этих планах была Россия, которую он собирался по-братски поделить с Англией, США и пр.

Мировых войн без участия России не бывает, и быть не может. Решить проблемы Германии Гитлер мог только за счет уничтожения России, взятия под контроль ее ресурсов и самого главного на тот момент — территории России-Евразии, по которой возможна более дешевая доставка товаров из Азии и Востока на Запад и в Европу по железным дорогам, чем морскими путями, которые контролировала тогда Англия и набиравшие силу США. Не претендуя особо на бывшие колонии Германии, отобранные после Первой мировой войны, в этом случае он мог и Англию сделать второсортной страной.

Сталину надо было в этих условиях проводить ускоренные реформы в сельском хозяйстве или оставить все как есть — кулакам с сохой ковыряться на своих наделах? Или надо было ждать, пока сами собой появятся трактора в стране и раздавать их по льготным ценам кулакам-фермерам, чтобы лет через 30 на селе появилась машинная обработка земли?

Только непонятно, приход Гитлера к власти и его устремления на уничтожение России, с такими реформами с опорой на кулаков (пардон — фермеров-частников) к чему бы привел? В 1931 году Сталин сказал о том, что если Россия за 10 лет не проскочит путь от феодализма с сохой до индустриальной державы, то ее просто сомнут и уничтожат. 10 лет — чисто экономический расчет необходимого времени для восстановления Германии, ее перевооружения и начала войны за передел мира.

Реформы на селе и в промышленности проводились в ускоренных темпах, в связи с конкретной обстановкой в России тех лет. Не было бы угрозы войны против России, не было бы нужды ускорять реформы и брать под контроль государства ресурсы, промышленность и прочие средства производства, закрывать акционерные общества и концессии, проводить полную национализацию в СССР, окончательно сворачивая НЭП к середине 1930-х гг.

Однако ускоренную коллективизацию проводили на местах за пару месяцев, вместо указанных им 3–4 лет, Мендели Хатаевичи и им подобные «наместники» на местах. Говоря современным языком — «полпреды» правительства и главы страны по регионам. Реакцией народа на Хатаевичей и их ускоренные коллективизации, которые привели к голоду, и устроенные ими те же взрывы церквей, о которых Сталин как раз и не просил этих «верных ленинцев», и стали народные бунты (что и было целью оставшихся в России друзей Троцкого — правых бухаринцев), которые хочешь не хочешь, а надо гасить.

Жаль, не любят говорить ненавистники Сталина — почему в конце 30-х не было никаких бунтов на селе против колхозов? А ведь тамбовских мужиков или тем более мордовских — хрен остановишь, если они будут недовольны и устроят бунт против власти по-серьезному. Но все просто — «наместников» Сталин расстрелял в 37-м, а колхозы (коллективные хозяйства собственников-дольщиков земельных участков) к концу 30-х показали свои преимущества перед одиночкой с сохой.

Поэтому после того, как реформы в целом были проведены, никому в голову в деревне не приходило устраивать бунты против колхозов. И не стоит стенать по поводу уничтоженной деревни. Россия получила машины в село и получила продовольственную безопасность в условиях приближающейся войны. И никуда русское село и крестьяне не подевались (в этом плане правильнее спрашивать у современных реформаторов, куда подевалось русское село и кто добил крестьян как класс и сословие в 1990-е годы).

И ведь не любят вспоминать разоблачители, что именно Сталин и восстановил село, вернув общину в деревню в виде колхозов и совхозов. К 1936 году всех раскулаченных восстановили в избирательных правах и вернули в места своего проживания, и часто большинство руководящих мест в колхозах занимали именно вчерашние кулаки (грамотные и толковые трудяги). И все это делалось перед намечавшимися выборами по новой сталинской Конституции.

Вы определитесь со своим отношением к Сталину, милые ненавистники: он был в своем уме, когда вначале гнобил крестьян, а потом вернул через пару лет всех раскулаченных и готов был получить те результаты выборов, какие и могли произойти (если бы недобитые эйхе, хатаевичи и Хрущевы не устроили бойню 37-го), или Сталин не был никаким палачом русской деревни, а был нормальным руководителем?

Конечно, и сами реформы Сталина, направленные на взятие под полный контроль государства основных производств и ресурсов, укрепили Запад в необходимости организовать против России большую войну. Однако такую вероятность на Западе не отвергали и без сталинских реформ. Ведь одна из причин постоянной ненависти Запада к России — возможная вероятность того, что Россия может объединиться с Германией, и этот союз будет автоматически направлен против гегемонии Англии и США в мире. Среди антисталинской оппозиции были как сторонники Германии, так и поклонники США и Англии. И кто из них победит в борьбе за Россию и против сталинской группировки, было совершенно не известно.

В 1930 году на Тухачевского шли доклады ОГПУ о том, что товарищ не надежен и склонен к измене. Однако Сталин выразил определенное удовлетворение, когда на тот момент компромат на Тухачевского не подтвердился. Можно все списать на восточное коварство тирана, замышлявшего отомстить маршалу чуть позже, но мы с вами не зрители Радзинского и сделаем другой вывод — Сталин был политик (а не политикан) и свои личные обиды держал при себе. С таким же успехом можно сказать, что Сталин гнобил кулаков, потому что один недоумок-фермер в Сибири, куда сам Сталин выезжал убеждать частника продавать хлеб по госрасценкам, сказал ему: «Ты, рябой, попляши для меня, может, я тебе хлебушка и дам». А потом Сталин через пару-тройку лет вернул кулакам их права, чтобы они помогли ему убрать на выборах по новой Конституции всю ленинско-троцкистскую шваль? Не слишком много «восточного коварства»?

Но вернемся к делам военным и книге В. Резуна. Попробуйте ответить — на что надеялся Гитлер, уверенный в том, что за пару месяцев раздолбает РККА в июне-июле 1941 года? И в этом были уверены почти все на Западе. Не собирался Гитлер воевать зимой в России — был уверен, что за лето управится, а потом продолжит торг с Англией, у которой исчезнет последняя надежда, — Россия ударит по Гитлеру, когда он увязнет в в войне с Англией по-настоящему.

Представьте на ринге двух достаточно сильных и профессиональных бойцов. При этом один среднего класса — Германия, а другой тяжеловес — Россия. У нас любят поговорить об агрессивных планах Сталина, вспоминать о штабных играх в январе 41-го, на которых отрабатывались якобы не планы обороны, а планы нападения на Германию и Европу.

Но о том, что более интересными были штабные игры в Германии в 1936 году, как-то забыли. Там вермахт умудрился на 5-й день войны с Россией, не имея с ней общей границы (только упоминая, что Германии необходима такая граница — плацдарм для нападения) захватить Минск. Между Россией и Германией стояла гордая и независимая Польша, которая ни германские войска через свою территорию не собиралась пропускать (при всей нежной любви Польши к Германии на почве ненависти к России), ни советские, когда ее просили об этом в 1938 году для помощи Чехословакии.

Самое забавное, что численность вермахта в это время составляла около 800 тысяч человек личного состава против почти 1 300 000 человек в РККА. Правда, в итоге этих игр было оговорено, что без выхода на границу с СССР, с размещением вермахта в Восточной Польше (в Западной Белоруссии и Западной Украине) это осуществить не удастся. Граница с Польшей у СССР проходила всего в 50 км от Минска.

Но даже в этом случае обороняющаяся Россия, имеющая двукратное численное превосходство, должна была сдать Минск через пару дней? Странная прыть.

Может, действительно, как пишет в своих работах А.Б. Мартиросян, это могло объясняться откровенным предательством в РККА в начале войны и нападения Германии, на которое и рассчитывали Гитлер и его советники? Ведь незадолго до этих игр в немецком Генштабе с генералами и общался Уборевич, командующий Белорусским военным округом (штаб которого расположен в Минске), ближайший подельник Тухачевского, на которого он показывал потом как на человека, который сдаст в случае войны Белоруссию.

Резун и пишет, что РККА в середине 30-х была вполне боеспособна, а в начале 40-х тоже была вполне мощной армией, гораздо больше германской, даже со всеми трофейными танками. И Резун совершенно прав. По количеству РККА превосходила вермахт. Но почему Гитлер, зная о своей слабости, прет на Россию? На что надеется? Как может более слабый (по весу) боец победить более тяжелого? Мифическим мастерством? Новыми хитрыми приемами?

Может, проще все было: бой оплачен и заказан, и тяжеловес ляжет на ринг? Мастерства у РККА вполне хватало, новые приемы ведения современной войны в РККА изучали. Остается либо долдонить о том, то Сталин поверил Гитлеру, мечтал с ним поделить мир и поэтому не готовился к войне, либо, как Резун, нести в мир откровения о том, что Сталин сам собирался напасть на Гитлера, но тот ударил первым.

Кстати, Резун, поющий под диктовку современных англичан, почти прав — РККА не готовилась к оборонительной войне против Гитлера. И наши армейские генералы и замполиты готовы были сами первыми напасть на Германию, чтобы упредить ее нападение на СССР. И Сталину приходилось силой сдерживать эту братию, ни черта не соображавшую в политических вопросах (как и положено военным).

Часть из них, как Г.К. Жуков, готовились лихо наступать хоть превентивно, хоть сразу после нападения Гитлера (как по команде «фас») по недалекости (вот почему Жукова к стенке не поставили за разгром РККА в июне 41-го рядом с Павловыми — поняли, что не враг, а туповат?). А другие готовы были использовать подобные настроения лихих вояк в своих целях, лучше Жуковых понимавших, что будет с армией и страной в случае таких встречных всеобщих контрнаступлений.

Так был ли М.Н. Тухачевский гениальным или тупым? Ни то, ни другое. Он был вполне грамотным командиром. Может, даже поумнее других. Ведь в вожаки оппозиции, для военных переворотов не выбирают пентюхов и тупиц. Тухачевский также был еще и сильным человеком. Как были сильными и волевыми людьми посаженные еще в августе 1936 года и не дававшие никаких показаний соучастники заговора, военный атташе в Англии В.К. Путна и командующий Ленинградским ВО В.М. Примаков. Целый год шло накопление материала на заговорщиков, и только массив обвинений заставил Тухачевского давать признательные показания.

Еще 10 февраля 1934 года наркому обороны К.Е. Ворошилову была представлена записка М.Н. Тухачевского и П.П. Уборевича, в которой обосновывались преимущества превентивных ударов по вероятному противнику:

«Та сторона, которая не будет готова к разгрому авиационных баз противника, к дезорганизации систематическими воздушными нападениями его железнодорожного транспорта, к нарушению его мобилизации и сосредоточения (его войск — К. О.) многочисленными авиадесантами, к уничтожению его складов горючего и боеприпасов. К разгрому неприятельских гарнизонов и эшелонов быстрыми действиями межсоединений … самарискует подвергнуться поражению».

Как видите, вполне грамотная записка грамотных генералов (Уборевича многие считали умным в этой компании карбонариев). И именно так и начали войну немцы в июне 41-го. Правда, данной запиской Тухачевский опять пытался сделать Россию агрессором, но в данном случае это не более чем аналитическая записка.

В декабре 1935 года Тухачевский вышел с предложением провести штабные игры на случай вероятного нападения Германии. Проведены они были в апреле 1936 года. Там за Германию воевал сам Тухачевский, за ее союзников (тогда в этом качестве рассматривалась Польша) — И. Якир, командующий Украинским военным округом. А противостоял нападению Германии Западный фронт, прикрывающий Белоруссию, которым командовал И. Уборевич, командующий Белорусским военным округом. При этом силы Германии, не имевшие на тот момент даже 36 дивизий, оценивались в этих играх в 100 дивизий (из расчета мобвозможностей Германии на тот момент). Также Тухачевский поставил условие, что германские силы на момент нападения на Белоруссию уже заранее развернуты и сосредоточены в Польше, на границе с СССР (что и произошло в июне 1941 года, впрочем, нападающий и должен иметь свои войска заранее сосредоточенными для броска). Так что, идиотом (по Резуну) М.Н. Тухачевский однозначно не был, и в военных вопросах он вполне разбирался.

В 1936 году Гитлер еще не мог рассчитывать на то, что Польша добровольно предоставит свою территорию для развертывания и сосредоточения германских войск. Как не собиралась впоследствии давать коридоры для прохода советских войск для оказания военной помощи Чехословакии.

Резун в этом плане замечательно подметил, что в этом случае входящие на территорию Польши иностранные войска фактически ее оккупируют. Так что пускать Советы на свою территорию Польша никак не хотела. Может, только если бы Англия попросила предоставить польскую территорию для английских войск, Польша, наверное, согласилась (как сегодня согласна сдавать свою территорию под американские базы).

У Гитлера была Восточная Пруссия, с которой он мог осуществлять нападение на СССР через Прибалтику. Но и в этом случае пришлось бы договариваться с Польшей о проходе немецких войск в Пруссию через Данцигский коридор, контролируемый Польшей. Однако Тухачевский размещает германские войска именно в Польше против Белорусского округа.

Как сделал вывод историк А.Б. Мартиросян в своей книге «За кулисами Мюнхенского сговора. Кто привел войну в СССР?» (М., 2008 г.), Тухачевский собирался «.проверить, что произойдет, если Германия внезапно нападет уже развернутыми силами с польского плацдарма…». Тем более что и германский Генеральный штаб, рассматривая в своих играх вероятность войны с Россией, сделал вывод, что «никакого точного решения относительно восточной кампании не будет найдено, пока не будет разрешен вопрос о создании базы для операций в самой Восточной Польше ». Пока вермахт не сосредоточит свои войска для нападения на границе с СССР, в Западной Белоруссии и в Западной Украине. Таким образом, Мартиросян делает заключение, что Тухачевский уже в 1936 году «смоделировал неизбежность трагедии 22 июня 1941 года и ее основные черты! Потому как лишь внезапный удар с этого плацдарма всеми заранее развернутыми силами реально мог принести успех».

Тухачевский отработал на этих играх удар Германии по Белоруссии со стороны Польши, убедился, что подобный вариант развития событий приведет к быстрому разгрому РККА, и после этого еще более усердно продолжал убеждать военное и политическое руководство страны, настаивая на том, что данное направление удара Германии является нереальным.

И, находясь уже на Лубянке, Тухачевский в своих показаниях, в «Плане поражения в войне» продолжал утверждать и доказывать, что Белорусское направление для Германии является фантастикой, не отвечает целям Гитлера, и ждать нападения через Белоруссию не стоит. Только через Прибалтику, в которой сильны пронемецкие настроения, и через Украину, интересующую Германию как сырьевая территория-колония.

Согласно прозорливости Тухачевского командующий ЗапОВО Д.Г. Павлов также не ждал Гитлера большими силами. Как и начальник Генерального штаба Красной армии в июне 41-го Г.К. Жуков. Потом постоянно заявлявший в своих воспоминаниях, одобренных в ЦК КПСС, что именно Сталин и заставил генералов и его лично считать именно Украинское направление главным в нападении Германии.

Получается, Тухачевского за подобные предложения Сталин к стенке поставил, а потом пожалел, что погорячился с расстрелом гениального маршала, и заставил Мерецковых-Жуковых через три года считать Украинское направление главным?!

Тухачевский, даже находясь в камере, написал свое военно-политическое завещание, и его верный ученик Г.К. Жуков его успешно исполнил. А потом в своих воспоминаниях маршал

Победы еще и написал о том, какой замечательный стратег был расстрелянный маршал-механизатор. И восторженных слов не пожалел для друга: «В М.Н. Тухачевском чувствовался гигант военной мысли, звезда первой величины в плеяде военных нашей Родины». («Воспоминания и размышления», М., 1969 г., с. 116) Впрочем, Г.К. Жуков обо всех расстрелянных маршалах отзывается с большой любовью.

(Примечание: При этом у Жукова можно прочитать такие высказывания о «гигантах военной мысли»: «Некоторые военные деятели даже думали свести пушечную артиллерию к универсальным и полууниверсалъным пушкам. ЦК ВКП(б) обратил внимание на ошибочность этой тенденции, наметил правильное соотношение между пушечной и гаубичной артиллерией. С конца 1937 года несколько крупных машиностроительных заводов переводятся на производство новой артиллерийской техники, а мощности действующих заводов значительно увеличиваются.… С конца 1937 года создается 152-мм гаубица-пушка и совершенствуется 122-мм пушка, в 1938 году появляется 122-мм гаубица..» (там же, с.143, 144) Интересное в стране было «ЦК ВКП(б)», которое оказывается лучше начальника вооружения РККА разбиралось в том, какое артиллерийское вооружение необходимо в армии. «Задолго до войны очень способным конструктором Шавыриным были созданы минометы калибра 82 и 120 миллиметров. Подлинное оснащение армии минометным оружием произошло позднее.» (там же, с. 144). Если кто не понял, «ЦК ВКП(б)» — это Сталин.)

На штабных играх в апреле 1936 года будущие жертвы сталинских репрессий просчитывали «как лучше подставить советские войска под скорый разгром германским вермахтом! Для чего четко определили и формулу поражения — чем круче переакцентировка усилий по направлениям (в смысле — кривозеркальном по отношению к истинным направлениям грядущего удара гитлеровцев, особенно главного направления), чем выше уровень задач и исполнителей безумно преступной идеи немедленного встречно-лобового вторжения/контрблицкрига, тем выше, шире и катастрофичнее масштабы поражения и разгрома войск Первого стратегического эшелона именно в начальный период войны!» (А.Б. Мартиросян).

Ведь дальнейшее размещение наших войск на Украине (во Львовском выступе) и севернее Бреста (в Белостоцком выступе) подставляло Белорусское — Брестское направление, по которому и был нанесен основной удар вермахта, когда немцы оказались в Минске уже к 28 июня 1941 года.

Говоря о тупости или о гениальности М.Н. Тухачевского, также можно рассмотреть и то, что Тухачевский в 1936 году высказал предположение о том, что Гитлеру придется выставить против СССР до 200 дивизий. Это приводит в восторг его поклонников сегодня — великий стратег предвидел, что в июне 41-го Германия выставит против России 200 дивизий! Но это простой расчет для любого генштабиста на уровне майора, который делается, исходя из реальных возможностей страны, ее человеческих и экономических ресурсов.

СССР на 1 сентября 1937 года имел по официальным данным население в 163,77 миллиона граждан. Максимальный мобилизационный ресурс любой страны составляет примерно 10 % от мужчин призывного возраста, около 7,5 миллиона солдат. Для того чтобы Германия могла на равных воевать против СССР, ей необходимо примерно такое же количество солдат для вступления в войну, но лучше, чтоб было больше.

К июню 41-го перед нападением на Россию вермахт насчитывал свыше 7,24 миллиона человек во всей Европе против РККА в 5,7 миллиона по всему СССР. В 1936 году Германия еще не имела такого ресурса, в СССР уже могли выставить около 7 миллионов штыков, но Германия могла рассчитывать только на 3,5 миллиона солдат.

Эту проблему Германия решила позже только за счет присоединения к ней Австрии, судетских немцев, союзников в лице Венгрии, Румынии и других отбросов Европы в лице голубых дивизий и прочих добровольцев из разных народов и наций, вплоть до евреев в рядах вермахта.

Тухачевский был и не идиот, но и не сильно гениальный человек. Грамотный был маршал. Если бы еще и не лез в большую политику со своими амбициями, то был бы вполне достойный полководец. И возможно, смог бы стать маршалом Победы в 1945 году, если бы занимался не военными переворотами, а Родине служил, как Шапошниковы. И не пришлось бы Тухачевскому писать: «Показания о вредительской работе будут изложены мною дополнительно». Которые до сих пор недоступны исследователям.

Но говоря о Тухачевском, стоит повториться и сказать о таких его предложениях по началу войны, после которых СССР однозначно «победил» бы Гитлера в пару недель — о «мощных фланговых ударах», об «операциях вторжения». Которые претворял в жизнь уже его верный ученик, генерал армии Г.К. Жуков с наркомом обороны СССР С.К. Тимошенко 23 июня 1941 года.

Еще в 1937 году М. Тухачевский фантазировал об этих планах начала войны: «Уборевич указывает на то, что ВРЕДИТЕЛЬСТВОМ ЯВЛЯЮТСЯ ОПЕРАЦИИ ВТОРЖЕНИЯ , если они имеют разрыв по времени с окончанием сосредоточения главных сил».

Уборевич вполне здраво рассуждал, что нельзя бросать на врага части вторжения, если не имеешь в тылу приведенных в полную боевую готовность и развернутых до штатов военного времени резервов (главных сил) на всякий случай.

Но Тухачевский так не считал: «Это неправильное, ошибочное заключение. Операции вторжения именно потому и принимаются, что запаздывает стратегическое сосредоточение и его надо обеспечить заблаговременным вторжением . В зависимости от успехов сосредоточения на том или другом фронте части армий вторжения могут быть поддержаны соединениями из состава главных сил и смогут обеспечить этим последним более удобные рубежи развертывания».

Т.е. начинать войну против напавшего врага (если не получилось врезать превентивно) надо именно встречными наступлениями на следующий день после нападения врага, что позволит вторым и третьим эшелонам провести свое отмобилизование, пока части вторжения громят тылы вторгшегося супостата.

«Однако если такое удержание за собой территории противника армиями вторжения не удастся, то их задачу следует считать выполненной, если они растянут и оттеснят назад сосредоточение противника и тем самым обеспечат бесперебойность собственного стратегического развертывания.»

Т.е. даже если войска вторжения и погибнут, они все равно предоставят время для развертывания наших главных сил, и противник, испугавшись за свои тылы, отступит назад. На первый взгляд вроде разумно: ударили с флангов по врагу сразу, и тот будет вынужден замедлять темпы своего наступления и даже повернуть назад, чтобы спасти тылы.

Но Уборевич и Шапошников думали по-другому. Так кто у нас умнее был — Тухачевский или его оппонент Уборевич?

Ну а если на общую картину накладывается саботаж, который устроили Павловы, ослабляя мобилизационную готовность своих войск, то дурное наступление «на Люблин» Жукова, которое тот пытался организовать 23 июня «Директивой № 3», срывается сразу же. Ведь в помощь Павлову с Украины стали перебрасывать армии, предназначенные для вторжения в Германию (Польшу), и в итоге наступление на Люблин по заветам Тухачевского было сорвано.

Разоблачать Резуна после А. Исаева можно, но как-то уже неприлично обижать «разведчика». Хотя и стоит, наверное, добить «великого историка современности», которого на одном радио назвали Колумбом нашей исторической науки. При этом небезизвестный шекспировед Б.Соколов — это Америго Веспучи, а Васко да Гамой там же назвали другого «великого историка» — М. Солонина.

Приведу пример гениальных мыслей от Резуна из книги «Святое дело»: немцы использовали наши танки в своих подразделениях, значит, они были супер! Это он так опровергает слова официоза, с которым постоянно воюет, о том, что наши БТ-5, БТ-7 и Т-26 были просто дрова и не могли на равных тягаться с немецкими и даже чешскими танками, с которыми Гитлер начал войну против СССР-России.

Во-первых, наши танки, которыми снабдили армию при замнаркоме по вооружению маршале Тухачевском, имели только 20 мм брони как бортовой, так и лобовой, а немецкие — до 50 мм лобовой. Пушка была действительно 45 мм, по сравнению с 37 мм у Pz-3 и «окурком» в 75 мм у Pz-4 — более сильной или вполне приличной. Однако нашу броню прошивали крупнокалиберные пулеметы немцев, не говоря об автоматических пушках в 20 мм на легких Pz-2, и преимущество сильного 45-мм орудия на наших танках и бронеавтомобилях без серьезной броневой защиты просто терялось. Когда же началась война, для этих танков и для тех же «сорокапяток» и бронебойных снарядов не оказалось. Но самое главное, эти танки вполне легко пробивались немецкими противотанковыми 37-мм пушками. Правда, Резун считает (по недомыслию или считая читателей недоумками?), что танк предназначен для борьбы прежде всего с танками, поэтому и сравнивает, в первую очередь, калибры наших и немецких танков, игнорируя толщину брони.

Во-вторых, немцы использовали наши танки и пушки и потому, что у них к осени 41-го просто не стало хватать своего вооружения, выбитого за эти месяцы, потому что Гитлер не планировал воевать с Россией до снега и не переводил к 22 июня свой ВПК на режим военного времени. Он считал, что 10 тысяч танков своих и от всей Европы ему хватит для быстрой победы над Россией (в наших западных округах было примерно такое же количество — около 10 тысяч танков). Получается, что немцы использовали наши БТ и Т-26 больше от нищеты, когда их танки просто сгорали в постоянных боях с нашими частями.

У Германии чисто своего вооружения в 41-м было не большинство в армии, особенно в танках и артиллерии. Их собрали по всей Европе и бросили на Россию, рассчитывая на быструю победу.

Гитлер не собирался воевать с Россией долго. Он рассчитывал (и вполне обоснованно) на скорую победу над Сталиным. Он надеялся на выступление антисталинской оппозиции, что поднимет очередную революцию в СССР (особенно на нацокраинах), свергнет «сталинскую тиранию» и получит Россию практически без боя. В других странах Европы «пятая колонна» вполне себя оправдала — подняла мутную волну «пацифизма» и «ценности отдельной человеческой жизни» в прессе, что никто не рвался воевать за Францию в самой Франции.

Но в СССР такой номер не прошел, и война стала затяжной. Поэтому приходилось использовать трофейное оружие, пока своя промышленность не наладит выпуск модернизированных Pz-3 и Pz-4 с новыми орудиями большей мощности и длины ствола. Т-34 хоть был очень даже хорош на тот момент, но их было мало в РККА, и никакой роли в начальных боях они практически не сыграли, немцы их не сразу заметили и оценили, но с удовольствием также использовали потом, как и любую трофейную технику.

А насчет обилия немецкой техники в немецкой армии при вторжении (вторглись все же они, а не мы) — посмотрите хронику начала войны, откройте справочники или почитайте книгу «Великий танковый грабеж. Трофейная броня Гитлера» (Такер-Джонс Энтони. М., 2012 г.). Тогда вы узнаете, каким был процент своих танков и пушек у Гитлера, — т. е. у Германии чисто своего вооружения в 41-м было мало в их армии, особенно в танках и артиллерии. Хотя некоторые считают, что если на чешскую машину крест нарисовать, то она станет чисто немецкой. У самого Резуна в его книге «Святое дело» есть фото всех трофейных танков.

По артиллерии аналогично. Немцы без угрызений совести использовали пушки всех стран Европы, которые попали к ним как трофеи. И это нормальная практика. Наши танкисты даже в конце войны использовали несколько «Пантер» (подобное фото есть в книге М. Барятинского «Пантера»). В начале 1942-го наши умельцы 200 немецких Pz-3 переделали в самоходки с 76-мм пушкой. И что тут может смущать? Испытывать неловкость за немецких инженеров также не стоит. Война — не Олимпийские игры. Немцы не готовились к долгой войне, надеялись за пару месяцев уничтожить РККА. Но в начале войны им пришлось использовать и наши танки, пока своя промышленность не освоила выпуск своих танков в нужном количестве. Очень грамотное и прагматичное решение.

После 42-го европейских танков у них уже не осталось. И французские, и чешские танки практически все остались «под Москвой», так же как и все наши довоенныеТ-26 и БТ. Хотя на базе чешского танка Pz(Lt)-38 чехи собирали самоходки «Хетцер» («Охотник»), но советские танки в таком количестве в плен к немцам уже не попадали, как летом 41-го. Плюс уже наладили выпуск новых танков в Германии. Хотя пушки так и применяли европейские немцы до самого конца войны. Их и изготавливали в Европе, в оккупированных странах.

Резун молодец — в своей книге «Святое дело» долго и нудно опровергает исторический официоз от ЦК КПСС 20–30 летней давности, но совершенно игнорирует новых исследователей. Хотя с этим как раз и понятно. В его задачу входит не поиск истины, а стремление доказать всем любой ценой то, что Сталин (СССР и Россия) собирался нападать на весь мир, что Сталин, а не Англия привел Гитлера к власти. Сталин снабжал того деньгами и сырьем, когда он пришел к власти в Германии. Сталин, а не Англия, виновен в том, что под Гитлером оказалась вся Европа благодаря Мюнхенским сделкам Англии с Гитлером.

Резун мудро заявил, что Судеты должны были принадлежать Гитлеру вполне законно — на это ему Запад дал свое согласие. Однако Чехию Гитлер прихватил, ни у кого не спросясь, но Запад в лице Англии тут ни при чем.

А если Россия потребует себе всю Украину (кроме Львова и Бандеровщины) как населенную в основном русскими людьми и угнетаемую бандеровцами русскую землю, что на это скажут хозяева Резуна в Лондоне? Прибегут на «евромайдан» помогать свергать януковичей?!

Резун воюет смело с Гареевыми и прочими официальными историками, справедливо замечая, что не могут бороться с фальсификацией русской истории 20 века сами главные фальсификаторы. С одной стороны, история от официоза до сих пор вроде бы частично поддерживается властью России. Но в школьных учебниках давно уже пишут байки а-ля Резун.

Но новая группа исследователей, которые долбят официоз, дают другое осмысление. И фактами из архивов подкрепляют свои слова. Однако этих исследователей Резун и тот же Солонин пытаются не замечать.

Резунам они опасны. Эти новые исследователи гораздо интереснее в смысле исторического спора, но Резуну не истина нужна. Он должен долбить ту точку зрения, что официальной властью России пока не отменена, особенно в плане того, что СССР — жертва агрессии, что Гитлера к власти привел Запад, с чем совершенно согласны и новые историки-исследователи. А спорить с Г.К. Жуковым, с его постоянно переиздающимися «Мемуарами», проще будет. Ведь там, увы, лукавства и даже лжи хватает.

Резун очень лихо доказал, что жуковские «Воспоминания» и переиздание «Воспоминаний» — полная ерунда. И кому это интересно? Все серьезные исследователи знают, что верить Г.К. Жукову практически нельзя или надо с большой осторожностью.

Но Резуна очень обидело, что не успел он разоблачить байку о том, как Сталин упал с белой лошади и поэтому не стал принимать Парад Победы, как в очередном издании «Воспоминаний и размышлений» Г.К. Жуков вспомнил, что ему эту правдивую историю поведал лично сын Сталина Василий! Смотрите, какой значимый Резун, мол, на его лажу тут же официоз новое издание от Жукова состряпал?! Но и я эту байку о лошади и Сталине слышал от своего отца (простого работяги) в середине 1970-х. А на выходе просто болтовня ни о чем.

Анализировать всю данную книгу Резуна не хочу — пусть А.Исаев им займется. Тем более что у Резуна есть более важные с точки зрения разбора перлы. Но история всегда сравнительна. Читайте и думайте сами, не доверяя никому. А то некоторые только на бред от Резуна и молятся. Задача у Резуна проста и примитивна — доказать всему миру (его книги и на Западе штампуют), что именно Россия является главным организатором Второй мировой войны. И странно было бы, если бы Резун написал что-то другое, проживая в стране, несущей главную ответственность (с США) за развязывание той войны. К сожалению, многие слабо знают историю, и Резун им в этом помогает. С какого бока здесь усатый злодей стоял? А с какой стороны там США притулились? Ведь давно известны фамилии банкиров, которые Гитлеру на раскрутку давали денег, половина там — со смешными фамилиями с Уолл-стрит.

Но многим нравится байка Резуна о том, что это Сталин Гитлера выращивал против Запада. Наверное, давал деньги в долг (под проценты) западным банкирам (под видом покупки станков для индустриализации), те переводили их Гитлеру — такой хитрый маневр, наверное, чтобы никто не узнал, что деньги от Сталина! А еще Сталин (но не США) нефть Гитлеру поставлял через подставные фирмы Гондурасов (кроме той, что официально продавал и на станки высокоточные менял по торговому соглашению после 1939 года). Но Резун молодец в смысле реагирования на новые веяния. Стали Мартиросян и Мухин поднимать тему предательства советских генералов, особенно в связи с неудавшимся военным переворотом 37-го, и Резун тут же (точнее, его хозяева в Лондоне) реагирует, «разоблачая» Тухачевского и выставляя того идиотом.

Но чтобы понять, чего добивается В. Резун своими разоблачениями умственных способностей М. Тухачевского, для начала давайте зададим один интересный вопрос: «Как Тухачевский виновен в разгроме РККА лета 41-го?»

Обратите еще раз внимание. Резун пишет, что Тухачевский был бездарь как полководец, но никогда не скажет, что он был предателем и готовил военный переворот против тирана! А ведь Тухачевский своими реформами довел РККА до полного развала и не боеготовности как раз к 1937 году. Но с упоением Резун нахваливает наши танки и самолеты от Тухачевского. А все потому, что Резуну важно доказать одну вещь, что РККА могла победить Германию уже в 39-м и, тем более, в 41-м. И если бы мы напали на Гитлера первыми (а это и есть «Святое дело»), то и война бы быстро закончилась, и столько народа не погибло бы в той войне.

Но, увы, ничего подобного. Состояние РККА после реформ Тухачевских было удручающим, и Финская компания это показала. С расстрелом Тухачевских и началась настоящая реформа и перевооружение в армии, но она могла быть закончена только к 1942 году, и то не на все 100 %.

Наркомом при Тухачевском был «недалекий по уму» Ворошилов (в военных вопросах он целиком полагался на Тухачевских). Ворошилов был снят после Финской войны, которая показала всю немощь РККА. А у Гитлера после Финской войны сложилось убеждение, что РККА — куча навоза, а не армия. И эта убежденность Гитлера, подогреваемая Канарисом, что подтверждал фантазии Гитлера о немощности РККА (хотя в эти предвоенные годы, после

38-го, в ней стали появляться новые образцы вооружений), сохранилась и до лета 41-го. И только в августе 41-го он сказал Гудериану, что если бы знал, что у русских столько танков и такая танковая промышленность, ни за что не полез бы в Россию.

Разгром РККА произошел в июне 41-го. Одна из причин — предательство генералов, которые не только уклонялись о выполнения своих должностных обязанностей и не желали умирать За Родину и за Сталина, но и иной раз от боя уклонялись.

Какое ко всему этому имел отношение расстрелянный еще в июне 37-го Тухачевский? Самое прямое. Ведь, имея на вооружении десятки тысяч ущербных танков, которые восхищают Резуна своей огневой мощью, РККА на границе потерпела не только тактическое, но еще и техническое поражение со всем хламом типа БТ и Т-26. Которые из пулеметов легко прошивались.

И эта ущербность наших танков и самолетов — вторая причина разгрома 41-го. В книге В. Першанина «Смертное поле» из серии «Война и мы» есть рассказ выжившего механика-водителя из 41-го, который воевал на БТ. Так их просто изрешетили из 13-мм пулемета с немецкого БТР. Но офицеры-замполиты при докладе рот заткнули танкисту, чтоб панику не создавать, заставили сказать, что била по ним автоматическая пушка в 20 мм. И кто эти танки на вооружение принимал? Правильно, Тухачевский, великий полководец.

А в те же годы в вермахт принимались Т-3 и Т-4, которые дошли до конца войны. Их модифицировали, делали из них самоходки, они воевали. Наши БТ и Т-26, слава богу, успели перед войной снять с вооружения. Сталин и Берия заставили наращивать выпуск Т-34. А все эти танки, которые Тухачевский напринимал, сгорели в первые месяцы войны, почти 20 тысяч штук!

Некоторые умеренные поклонники Резуна задают вопрос: «А что было бы на самом деле, если бы Сталин действительно нанес упреждающий удар по Гитлеру, который накапливает свои войска в оккупированной Польше, но еще не закончил полностью сосредоточение?»

В принципе, конечно, интересно вопрос поставлен на самом деле — как бы оно было бы, если бы да кабы? На самом деле именно так Сталин и принимал решения в те годы. И наверняка делал и такой прикид — а может ли в реальности РККА нанести упреждающий удар по Гитлеру, которого усиленно готовят против России, в 39-м, 40-м или в 41-м, и чем это кончится?

Для этого достаточно было вызвать к себе начальника ГШ Б.М. Шапошникова, который после чистки РККА 1933-38 гг. занял Генеральный штаб на три года, до осени 40-го, и задать ему прямой вопрос — есть ли у СССР и РККА такая возможность? И мудрейший Борис Михайлович прямо и ответил бы — РККА после реформ Тухачевского и ему подобных в полном разгроме, особенно технически.

Сначала Испания показала немощь советских танков против немецкой 37-мм пушек в 1936-37 годах, потом это подтвердил Хасан в 1938-м, затем Халхин-Гол в 1939-м и Финская в 1940-м. Но если в приграничных сражениях с Японией мы вроде и победили, то в Финскую были сомнения, особенно на Западе и у Гитлера. Финны сдались, потому что у них солдаты кончились слишком быстро. Но во всех случаях проявилась ущербность нашей танковой техники, принятой на вооружение в начале 1930-х Тухачевским. И именно на основе опыта этих боев, где наши «танки-кочевники» лихо горели, как спички, и зависали на финских надолбах, и был поставлен вопрос о снятии этого хлама с производства и заменой их на более мощные Т-34 и КВ. Но Гитлер на этой кампании сделал вывод об РККА совсем не в нашу пользу.

Так что Тухачевский не только попытался военный переворот осуществить, не только потащил за собой тысячи невинных Рокоссовских и Горбатовых в ГУЛАГ, он еще и подгадил армии и стране тем, что принимал на вооружение тысячи негодных танков. В тех странах, где их закупали по лицензии, на вооружении их как раз не держали.

У Англии тогда был трехбашеный, в начале 30-х, новейший и экспериментальный. Нам его англичане не продали, но советские умельцы срисовали его во время командировок в Англию и сделали Т-28. Но этих «средних» танков в РККА было всего около 600 штук к началу ВОВ.

Но кроме Тухачевского, был еще и такой маршал Кулик, начальник ГАУ, который отвечал за прием на вооружение артиллерии (снят с ГАУ 22 июня, во время войны разжалован до генерал-майора, после войны расстрелян в 1950-м).

Но Резуну тема предательства Тухачевского и его учеников-последователей в 1941 году не по сердцу. Предательство выбивает у Резуна и Солониных почву из-под ног в их версиях:

— СССР-Сталин привели Гитлера к власти в Германии на погибель Англии и всему Западу;

— СССР-Сталин всячески толкал Гитлера на Запад против Европы, Англии и США, чтобы они сцепились в изнурительной войне, а потом хитрый Сталин захватит всю Европу (и США) и установит коммунизм во всем мире, как Ленин завещал;

— СССР-Сталин всячески ковали меч войны Гитлеру;

— поняв, что Гитлер не очень удачно воюет с Западом в войне, которую Сталин с Гитлером и организовали, СССР-Сталин собирались первыми напасть на Германию и всю Европу согласно коммунистической доктрине о мировой революции, но Гитлер успел первым;

— если бы и напал Сталин первым, то в этом вовсе нет ничего плохого, ведь это «святое дело» — напасть на такого изверга рода человеческого, как Гитлер!

Но если серьезно исследовать тему предательства и попыток военного переворота Тухачевским и его подельниками, вся эта галиматья от Резуна просто рассыплется, как мусор на ветру. Поэтому Резун и ему подобные историки всячески отвергают тему предательства в РККА в СССР-России при Сталине. Они поносят Тухачевского за «бронетрактора», Жукова — за начало войны и «горы трупов», но о возможном предательстве генералов-маршалов в 41-ми о военном перевороте в 37-м — ни слова.

Резун перечислил в своей книге все байки от Хрущева про то, как Сталин завалил трупами германскую славную армию (хотя и Хрущеву досталось от смелого разоблачителя), но тему возможного (хотя бы на уровне предположения) предательства Тухачевским и его подельниками своей страны всячески обходит стороной.

Есть такая любимая забава у интеллигента. Перед началом любой войны, которая угрожает России, он из штанов выпрыгивает, уверяя всех, что нельзя дразнить противника, что мы однозначно не имеем права даже помышлять о сопротивлении, куда нам, лапотным, тягаться с Европой и АМЕРИКОЙ! (Всегда говорится с особым придыханием.) У интеллигента, есть железная уверенность, что его напавший супостат однозначно не тронет, ведь он не против него, а за мир во всем мире!

Но начинается война. Интеллигент в основной своей массе тут же слиняет в ТЫЛ (пущай крестьяне тупые воюют, — им умирать не страшно), но при этом больше всех орет — подайте сильного вождя, чтобы воевал, как надо, и заставил крестьян смело идти в бой. А когда закончится война, то интеллигент тут же из щели вылезет и начнет высчитывать-анализировать — сколько народу тиран положил?!? Ах он, бяка, какой! Мог ведь, сволочь диктаторская, и меньшими потерями обойтись.

Как все-таки хорошо, что интеллигентов у нас не большинство в русской нации. Впрочем, наверное, и интеллигенты для чего-то нужны (кажется).

Заканчивая эту главу, хотелось бы напоследок привести несколько цитат, которые показывают, на что рассчитывали в Германии (и на всем Западе) после того, как Гитлер нападет на СССР. Данные цитаты собрал и использовал в своих работах о событиях, связанных с трагедией 22 июня, исследователь В.П. Мещеряков.

«Выявился и другой просчет немцев относительно русских, о котором Клейст упомянул Лиддел Гарту и который, разумеется, разделяло большинство людей на Западе в то лето. «Надежды на победу, — говорил Клейст, — в основном опирались на мнение, что вторжение вызовет политический переворот в России… Очень большие надежды возлагались на то, что Сталин будет свергнут собственным народом, если потерпит на фронте тяжелое поражение. Эту веру лелеяли политические советники фюрера». (У. Ширер, Взлет и падение Третьего рейха, т.2, с. 244, М.,1991 г.)

Вот что писал по этому поводу личный пилот Гитлера Ганс Баур в октябре 41-го: «Германские танковые части стояли в пригородах Москвы. Громадные колонны, состоящие из новых пленных, двигались в тыл со стороны фронта. Гитлер пребывал в твердой уверенности, что мы уже выиграли войну с Россией и что капитуляция советского правительства и его замена на другое — всего лишь вопрос времени». (Г. Баур «Личный пилот Гитлера», М., 2006 г.)

Вот как вспоминал события лета 1941 года известный немецкий дипломат, статс-секретарь министерства иностранных дел Германии Эрнст фон Вайцзеккер:

«Я не участвовал в разработке программы перемирия с Россией, которое, как провозгласил Гитлер, должно было состояться в октябре . Вместо этого в августе над Верховным главнокомандованием начали сгущаться тучи, поскольку события развивались совсем не так, как рассчитывали военные . Встретившись с Риббентропом 5 сентября в его поместье Лендорф у Штейнорта в Восточной Пруссии, я нашел, что он вполне откровенен. Риббентроп заявил, что еще до наступления зимы Россия перестанет быть союзником Англии. Но русская кампания оказалась трудной и тяжелой, будет большим счастьем, если мы завершим ее до начала 1942 года. Возможно, мы увидим крушение России, но нам не стоит связывать наши надежды с оппозицией русских генералов, такие генералы встречаются только в Германии или Франции…»

Своих генералов-предателей успели либо в 37-38-м годах убрать из РККА, либо расстрелять к осени 41-го после разгрома войск в западных округах в июне 41-го.

«…Из одного надежного источника я вынес следующее суждение о том, что «Гитлер размышляет над вопросом о возможности ухода Сталина. Он считает, что если мы загоним Сталина в Азию, то, возможно, даже удастся заключить с ним мир. Гитлер считает маловероятным, что Сталина ликвидируют генералы ». (Эрнст фон Вайцзеккер, «Посол Третьего рейха. Воспоминания немецкого дипломата. 1932–1945», М., 2007 г.)

Как видите, мысли насчет генералов-предателей посещали голову Гитлера вполне.

Однако к осени 41-го на таковых он уже не рассчитывал — Сталин убрал таких из армии перед войной еще и в первые месяцы войны.

Так оценивали в Кремле то, что могло произойти в июне 1941 года. Из выступления в 1952 году на XIX съезде партии Г.М. Маленкова:

«В нашей стране благодаря бдительности партии, правительства и всего советского народа была своевременно выявлена и уничтожена троцкистско-бухаринская банда шпионов, вредителей и убийц, которые состояли на службе иностранных разведок капиталистических государств, ставили своей целью разрушение партии и Советского государства, подрыв обороны страны, облегчение иностранной интервенции, поражение Советской Армии и превращение СССР в колонию империалистов. Этим был нанесен тяжелый удар планам империалистов, готовившихся использовать троцкистско-бухаринских выродков в качестве своей «пятой колонны», подобно тому, как это было во Франции и других западноевропейских странах.

.. Разгромив троцкистско-бухаринское подполье, являвшееся центром притяжения всех антисоветских сил в стране, очистив от врагов народа наши партийные и советские организации, партия тем самым своевременно уничтожила всякую возможность появления в СССР «пятой колонны» и политически подготовила страну к активной обороне. Не трудно понять, что если бы это своевременно не было сделано, то в дни войны мы попали бы в положение людей, обстреливаемых и с фронта, и с тыла, и могли проиграть войну».

В связи с этим уже по-иному будешь читать протокол допроса генерала Власова от 25 мая 1945 года в Смерше после задержания его в Чехословакии:

«ВОПРОС. Кто из представителей германского командования вас допрашивал?

ОТВЕТ. 14 мая 1942 года немцы доставили меня на автомашине на станцию Сиверская в штаб германской армейской группировки «Север», где я был допрошен полковником немецкого генерального штаба, фамилию которого не знаю…

Мне также задавали вопросы, встречался ли я со Сталиным и что знаю о его личной жизни. Я сказал, что виделся со Сталиным дважды в Кремле: в феврале 1941 года и в марте 1942 года, о личной жизни его ничего не знал. Кроме того, немецкий полковник предложил мне дать характеристику на Жукова. Я сказал, что Жуков волевой и энергичный военачальник, но иногда бывает груб.

На вопрос, может ли Жуков стать вторым Тухачевским, я ответил, что вряд ли, так как он предан Сталину.

Тогда мне был задан вопрос, как уцелел и не был арестован в 1938 году Шапошников, в прошлом офицер царской армии, и может ли он после падения Советской власти стать во главе правительства России? Я заявил, что Шапошников, по-моему, также предан Советскому правительству, но так как его лично не знаю, ответить на вопрос, сможет ли он возглавить будущее правительство России, не могу.

Мне был задан вопрос, что я знаю об антисоветских настроениях Тимошенко, на который я ответил, что, хотя и служил вместе с Тимошенко, однако никаких антисоветских проявлений с его стороны не замечал.

„.У меня также интересовались, насколько грамотны в военном деле Ворошилов и Буденный. Сославшись на то, что оба они герои Гражданской войны, 25 лет служат в армии, окончили Военную академию, я высказал предположение, что они поэтому должны быть опытными военачальниками». («Звезда». 1995. № 6, с. 109–156. Филатов В.И., «Сколько было лиц у генерала Власова?»)

Хорошо бы почитать те протоколы, которые надиктовывал Власов немцам — какие он давал характеристики Тимошенко и другим генералам РККА в 1942 году, когда он сдался в плен немцам. Как оценивал их претензии на возможность «возглавить будущее правительство России», свергнув Сталина.

Как видите, именно совокупность нескольких причин и привела к трагедии 1941 года. Их много, но стоит выделить две основных. Первая — безграмотное планирование начала войны с немедленным переносом ее на территорию врага сразу после нападения Германии на СССР посредством мощных фланговых ударов а-ля Тухачевский. Вторая — расчет Гитлера на то, что в СССР произойдет переворот вследствие поражений РККА в первые недели войны (которые были сами собой разумеющимися в планах Гитлера!) силами военных или оппозиционеров в Москве.

Однако как и в Первой мировой войне, так и после нападения Германии на СССР, туповатые тевтоны сделали акцент именно на военную сторону, а не на подрывную деятельность с целью свержения в СССР Сталина. В этом им, конечно, еще учиться у англосаксов.

О «пропущенных ударах»

(почему не расстреляли Жукова, или кто приказал считать юго-западное направление главным в нападении Гитлера. О великом полководце — маршале Победы и маршале «механизаторе». Как и когда Г.К. Жуков начал фальсифицировать историю начального периода ВОВ)

Итак, мы вроде уже разобрались, что оппозиция Сталину и его реформам в СССР была всегда, она никуда не девалась и после 37-го года и вполне могла сохраниться и к лету 41-го.

Эта оппозиция пыталась организовать поражение в войне, свалить вину на тирана, устроив переворот, захватить власть в России, затем пойти на мир с Германией без Гитлера, скорее всего — ина ее условиях, конечно же.

И хотя Сталин (Берия) еще весной 41-го начал подбираться к военным («дело героев», авиаторов и прочих), часть генералитета (особенно в приграничных округах) смогла устроить трагедию 22 июня. При этом трагедия 22 июня произошла и по милости стратегов из Генштаба, которые протащили авантюру «южного» варианта отражения агрессии-нападения Германии. И на это наложилась деятельность Павловых-Кир поносов в округах, которые срывали выполнение директив Москвы по выводу войск по планам прикрытия с 8-11-15-18 июня, выводя их не по боевому расписанию, а как на учения — без запасов боеприпасов чаще всего, но с учебным имуществом и хламом. Чем срывалось приведение в боевую готовность выводимых дивизий. Также командующие в округах сделали все, чтобы доведение команд и указаний Москвы о возможном нападении (с вечера 21 июня) и директивы о приведении в полную боевую готовность («Директивы № 1») не состоялось.

В итоге больша я часть командиров на местах с вечера 21 июня были распущены по домам (там, где летчики не могли уехать с полевых аэродромов, прошла команда снять с истребителей вооружения и б/п). А после того, как пришла «Директива № 1», ее просто не доводили вовремя до войск, и те спали в казармах в том же Бресте, ключевой точке обороны всей границы, на направлении главного удара Гитлера. Хотя уже в начале июня до штаба той же 4-й армии доводились разведсводки, что против Бреста сосредоточены до тысячи танков, практически вся танковая группа Гудериана. На Украине ВСГ войска спали до самого нападения Германии, хотя командующий округом получил прямые указания Жукова о приведении в боевую готовность войск в полночь на 22 июня.

Кто-то желает списать эти факты на русскую расхлябанность?? Ваши проблемы.

Разбираясь в событиях 41-го, в предательстве Павловых, некоторые задают каверзный вопрос: «Почему же вместе с Павловым Сталин не поставил к стенке и его старшего начальника Г.К. Жукова, если тот виновен в разгроме РККА в июне 41-го?» Ведь Сталин был тиран-деспот! Просыпался Сталин утром не с той ноги и мочил пару миллионов. Вставал с другой, отправлял другие миллионы в Сибирь. Палач советского народа! Что ему стоило устроить «37-й год» летом 41-го? В конце концов, он ведь все равно снял Г.К. Жукова с поста начальника Генерального штаба и поставил снова на эту должность маршала Б.М. Шапошникова, снятого с ГШ год назад, в 1940 году, по состоянию здоровья.

Самый простой ответ — воевать некому было. Другой ответ — других генералов у Сталина и не было под руками. Так сам Сталин и ответил в 1942 году представителю Ставки Л. Мехлису — «у нас нет в резерве Гинденбургов», на его просьбу заменить командующего фронтом в Крыму. Но все несколько сложнее.

И.В. Сталин несет ответственность перед своим народом и страной за все, как любой глава государства. Сталин был высокопрофессиональным руководителем. В сентябре 1940 года пока только в гражданских областях — в экономике и в политике. В военных вопросах ему приходится доверять мнению генералов. Тем более, основная часть из них проявили себя и в Испании, и в Монголии, и в Финляндии, получили Героев Советского Союза. Да и не мог он разорваться и еще и за военных думать по тем же предвоенным планам до «запятых».

Юго-Западным (Киевским) Особым округом до января 41-го командовал Герой СССР Т.К. Жуков, потом Герой Советского Союза М.П. Кирпонос, Западным (Белорусским) Особым — герой СССР Д.Г. Павлов. Какие основания были у Сталина (кроме того, что он был «патологически подозрителен») не доверять генералам-героям? В конце концов, откровенных предателей из РККА убрали в 1937-38 годах после неудавшегося военного переворота Тухачевских.

Как лично Г.К. Жуков виновен в трагедии 22 июня, которая стала апофеозом деятельности антисталинской оппозиции? С одной стороны, слабый контроль за Павловыми-Кирпоносами. С другой — предвоенное планирование с тем самым «южным» вариантом, который хоть и не он придумал и начал готовить с осени 1940 года, но сам Жуков этот вариант пропихивал к исполнению очень активно. Когда стал начальником Генштаба с 1 февраля 41-го.

Однако прямо доказать вину Жукова и сегодня сложно — проще на дурака с инициативой списать его действия. И думаю, точно так же не мог прямо обвинить Жукова в сознательной измене и Сталин — Жуков претворял в жизнь дурное планирование Тимошенко и Мерецкова, в котором летом 41-го еще надо было разобраться.

Возможно, что Жуков, запомнившийся японцам как человек, надравший задницу на Халхин-Голе, потому и был оставлен на свободе Сталиным, так как его фигура нужна была и для того, чтобы сдерживать Японию. Представьте, что если бы начальника Генштаба Красной армии Г. К. Жукова вслед за Павловыми с еще полусотней генералов поставили к стенке, то для Японии это было бы уже сигналом. А основания у военного трибунала в отношении начальника Генштаба по делу Павлова вполне были, ведь согласно уставу начальник ГШ обязан проверять выполнение своих приказов и нести ответственность за это. А так — командует, воюет и в принципе неплохо, и та же Ельня пример его способностей как военного, и для Японии напоминание. Однако точно узнать мотивы Сталина — почему он не расстрелял и Жукова за компанию с Павловыми, узнать сегодня сложно (ведь Сталин не оставил мемуаров), но можно.

Расстрелять нач. ГШ и командующего округом — две большие разницы. Расстрел начальника Генерального штаба в начале войны однозначно вызовет вопросы об измене в высших эшелонах армии! Одно дело, когда за предательство ставят к стенке командующего округом фронта, хоть и генерала армии. Но другое дело, если ставить к стенке генерала армии, начальника Генштаба! Тут точно вопросы об измене появятся в армии среди подчиненных. Даже если приговор будет и не за измену, — как и было с Павловыми… Ведь надо будет объяснять причину расстрела начальника ГШ.

Повесить на него халатность, как это сделали с Павловым, чтобы не раскручивать факт измены в условиях поражения первых дней, достаточно сложно. Но самое главное, это будет все равно неубедительно и вызовет недоверие в армии и стране. Факт участия начальника Генштаба в измене обязательно используют в пропаганде против СССР в Германии, в Англии, США, особенно в Японии. Ведь это сразу показало бы слабость и власти, и армии.

Ставить начальника Генерального штаба к стенке за трагедию 22 июня нельзя было по политическим мотивам, в первую очередь. И точно такая же мотивация была у Сталина и в отношении Тимошенко, еще более ответственного за Павловых-Кирпоносов, наркома обороны и первого Главнокомандующего в Великой Отечественной войне.

Когда раскручивалось «дело Тухачевского» по факту попытки военными совершить в мае 37-го военный переворот в СССР и устранить Сталина от власти, данный факт и суд по этому делу был использован Западом не просто для дискредитации СССР и Сталина. Это было использовано Францией и Чехией для разрыва военных договоров с СССР, направленных против Германии. В итоге — Запад сначала Чехию слил под Гитлера, затем и Францию положили под Германию, а потом Гитлер оказался на границе с СССР, и началась война.

Поэтому не мог позволить себе Сталин устраивать подобные рискованные предприятия, хоть и имелись бы у него точные данные об участии Жукова, начальника Генерального штаба КА (и Тимошенко — наркома Обороны СССР) в сговоре с Павловыми с целью нанести своими действиями и бездействием поражение собственной армии и стране. Хватило того, что он их снимал с должностей и отправил воевать на фронт, чтобы те искупали свою возможную вину.

Другая причина — вина Жукова не могла быть доказана в тех условиях. И Павловы таких показаний на Жукова не давали (возможно), и воевать надо было, а не разборки с генералами устраивать. А потом они отплатили, обвинив Сталина в собственных грехах и преступлениях. Хотя Жуков скорее всего и не был связан с группой Павловых, и его оставили в покое. Ведь Павлов намекал на Тимошенко, но не на Жукова как на начальника, от которого он получал «странные» указания в предвоенные дни.

То, что сам Жуков сделал к 22 июня, тоже тянуло на расстрел. Но так сразу разобраться в том, что он натворил, было сложно. Внешне похоже было на дурость тупого вояки, пытавшегося использовать монгольский опыт в войне с Германией. А чтобы понять суть его преступления перед страной, надо было сравнить жуковский «план от 15 мая» с Директивами от 11–12 июня и сопоставить с «Директивой № 3» от 22 июня, тщательно изучить «южный» вариант «Соображений», одобренный Сталиным и протаскиваемый военными, — с майскими планами прикрытия. По которым и готовили РККА и западные округа к войне.

Жуков, отказавшись от идеи превентивного удара, «плана от 15 мая», пытался реализовать план нанесения немедленного встречного удара-контрнаступления главными силами РККА из КОВО с Украины по неосновным силам противника. Однако данная авантюра была скрыта тем, что произошло на направлении главных ударов Германии в Прибалтике и Белоруссии. В итоге разборки с Павловыми и командующими ВВС всех округов отвлекли на себя внимание от предвоенных планов. А так как о «плане от 15 мая» Сталин и следователи вряд ли знали, «южный» вариант толком некому было разбирать, все кончилось на командовании приграничных округов. Также, видимо, некому было изучать суть директивы от 12 июня для того же КОВО и сличать «прилагаемые карты» с «Планом прикрытия округа» в те дни — вот и не дошло дело до Жукова, и его оставили в покое.

И только после войны было принято решение начать расследование под руководством генерала Покровского с его вопросами генералам лета 41-го. Опять же, масштаб преступления Жукова с его попыткой реализовать свои авантюрные планы войны настолько огромен по количеству последующих жертв, что тут любой окажется в недоумении — то ли человек настолько вражина, то ли настолько невменяем в своей тупости и упертости. И при этом Родину ведь не предавал, и Гитлеру страну сдавать не собирался. Просто хотелось сразу всех победить одним лихим ударом.

Расследование благополучно для генералов и маршалов закончилось ничем в 1956 году, когда Сталина уже не было, а министром обороны стал Жуков. После чего стали рождаться всевозможные мифы от маршалов-мемуаристов о том, что во всем виноват Сталин. Например, о том, что тиран не давал приводить в боевую готовность войска до нападения Германии, хотя генералы его просто умоляли об этом. Не давал вести ответный огонь по врагу, даже когда тот пересек уже границу и пер по нашей земле. И первым это стал утверждать, увы, именно Жуков.

Но самое важное, что надо было скрыть маршалам — зачем и для чего на Украине были собраны такие мощные силы, а в Белоруссии, на направлении главных ударов вермахта, сил было меньше? Надо было скрыть предвоенные планы Генштаба отражения агрессии.

А для этого с подачи наших же прославленных мемуаристов, которых Сталин пожалел в июне 41-го, и пошла гулять байка, что трагедия 1941 года произошла еще и потому, что тиран Сталин якобы приказал считать главным направлением удара вермахта именно Украинское направление . Мол, мало того что не дал им привести войска на границе в боевую готовность, но и заставил их считать украинское направление самым важным в будущем ударе Гитлера! Поэтому и все войска туда запихали по его приказу, оголив Белоруссию.

Если почитать «план от 15 мая», видно, кто и какое направление считал главным — Сталин или сами военные — Украину. Ведь именно там рассматривается только два удара немцев — главный по Украине и вспомогательный по Прибалтике. Удар же в Белоруссии практически исключается. Однако именно в Белоруссии и провели немцы основной удар. И мало того, что сам Жуков «не считал» Белоруссию опасным направлением, так еще и Павлов практически разоружил свой округ !

Но после смерти Сталина Жуков его в этом и обвинил — «тиран заставил считать украинское направление самым главным» в будущем ударе Гитлера. Ведь о существовании «плана от 15 мая» знали только несколько человек — он сам и Василевский, кто-то из их приятелей и советчиков. Поэтому обвинить Сталина было несложно. Потом договорились до того, что в Белоруссии все проспали по его же приказу. И уже сегодня говорят, что Сталин умышленно подставил войска западных округов и Белорусского округа (ЗапОВО) под разгром, приказав разоружить эти части, а Павлову — отправиться в театр поздним вечером 21 июня. Ведь без воли Сталина в стране ничего не могло произойти.

Однако на самом деле Жуков не считал, что немцы главный удар будут наносить по Украине. Вранье. По реализуемому к 22 июня «южному» варианту отражения агрессии-нападения Германии наш главный ответный удар из КОВО планировался именно по неосновным силам противника. Но Сталину такая идея не нравилась, он на нее не соглашался, и военные стали всю весну 41-го убеждать тирана, что немцы в первую очередь попытаются оттяпать Украину, по ней нанесут свой главный удар, и поэтому надо в КОВО выставить больше наших сил, чем в Белоруссии и Прибалтике. И для этого по всей Европе собирались слухи и сплетни (в основном с Балканских стран) о таком варианте нападения Гитлера. Но разобраться с предвоенным планированием, с тем, как, куда и для чего выводились войска в предвоенные месяцы и недели летом 41-го, было практически невозможно.

Как политик и хозяйственник, Сталин при рассмотрении в сентябре-октябре 1940 года «Соображений об основах стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 годы», разработанных еще в августе 1940 года начальником Генерального штаба Красной армии Маршалом Советского Союза Б.Шапошниковым (называемым иногда «планом на отражение агрессии» маршала Б.М. Шапошникова), действительно мог (и даже должен был) высказать предположение, что Украина будет интересовать Гитлера прежде всего как промышленно-сырьевая территория (марганец Никополя и уголь Донецка).

Кстати, Никополь немцы в 44-м обороняли не хуже, чем наши солдаты Брест в 41-м или Сталинград в 42-м. И Гитлера должны были интересовать два мощных промышленных центра — Донецкий и Днепропетровский.

Естественно, Сталин должен был дать распоряжение профессионалам учесть это в своих расчетах и планах по отражении агрессии. КОВО и по размерам, и по количеству войск превосходит соседние округа-республики. Именно в нем была сосредоточена основная промышленность СССР, которую надо было защищать до последнего, до тех пор, пока не будет закончена эвакуация основных предприятий!

И только прорыв немцев на московском направлении, через Белоруссию, вынудил Сталина оставить Киев и промышленно-сырьевой регион. Упорная оборона Украины позволила Сталину провести успешную эвакуацию украинской промышленности до осени 41-го. А ведь адвокаты Жукова так гордятся тем, что тот предлагал оставить Киев еще в августе 41-го — мол, Сталин его за это и снял. Но это неминуемо открывало немцам прямой путь в Донбасс и дальше на Кавказ еще летом 41-го.

Однако разобраться с тем, что войска в КОВО Тимошенко и Жуков нагоняли прежде всего для нанесения ответного встречного немедленного наступления на напавшего врага — с этим так просто было не разобраться летом 41-го, когда начались разборки с генералами за трагедию 22 июня.

В Белоруссии особо не разбежишься. Можно наступать только на узких направлениях, ограниченных лесами и болотами (в 44-м немцы чувствовали себя вполне комфортно в Белоруссии и не ждали серьезного наступления советской армии в лоб).

Украина в этом плане уязвимей. Вполне может быть, что усиление группировки на Украине убедило Сталина в том, что, с одной стороны, это надежней прикрывает важный регион. С другой — даже если в Белоруссии и произойдет некоторый прорыв войск Германии, то ударом с юга и севера (из Прибалтики) прорвавшиеся немцы будут окружены и разбиты (чего Гитлер опасался, остановив танки Гудериана, рвущиеся к Москве, и повернув их на Украину).

Вполне убедительная картина для невоенного человека, каким был Сталин перед войной? Особенно, если ее рисуют генералы, которым нет причин не доверять. Войск у Павлова в Белоруссии меньше, чем на Украине. Но могли ведь убедить Сталина генералы, что этих войск вполне достаточно для успешного отражения нападения? Хватит войск у Павлова, чтоб надежно прикрыть направления возможного наступления в Белоруссии. Убедили! А потом свалили все на Сталина, он нас заставил так войска разместить вдоль границы!

Эти рекомендации по усилению Юго-Западного округа (не в ущерб остальным округам) мемуаристы-генералы и превратили в якобы переработку плана отражения от сентября 40-го и прочий бред. В сказки о том, что Сталин приказал считать Юго-Западное направление главным при нападении Германии, что тогдашнее размещение войск вдоль границы могло происходить с ведома Сталина.

Сталин хоть и был великий и всемогущий, но не настолько, чтобы каждую роту лично размещать на опорном пункте на границе. В сентябре-октябре 1940-го ему приходилось доверять своим генералам. Военные получили команду-разрешение подготовить на случай нападения Германии ДВА варианта отражения агрессии — «южный» и «северный», которые они должны были подготовить к маю 41-го окончательно, а какой будет реализовываться — решит тиран.

И, согласившись с мнением Генштаба на это размещение войск в округах, у Сталина не было особых причин ставить Жукова к стенке ни за размещение войск, ни за предательство Павловых. Только в последнюю неделю перед 22 июня произошло жуковское размещение войск на самой границе, согласно «южному» варианту Директивами от 11–12 июня, что и привело к разгрому. По этим директивам ПрибОВО и ЗапОВО выводили свои войска по ПП и в принципе для обороны, а КОВО — по некой карте и для подготовки немедленного ответного удара-контрнаступления.

Знал ли Сталин о том, что для КОВО Директива от 12 июня требует размещение войск не согласно «плану прикрытия» округа, а под будущее наступление «23 июня»? Вряд ли. Скорее всего он «утвердил» 10–11 июня общий вариант директивы западным округам по фактическому введению в действие «планов прикрытия», а Жуков и Тимошенко для Киевского сочинили отличный вариант. Ведь сами окончательные директивы для округов Сталин уже не подписывал. А там, как говорится, «победителей не судят». И уж тем более он точно в глаза не видел «южный» вариант Жукова-Тимошенко — с размещением наших главных сил не против главных сил противника.

Как пишет историк Мартиросян, Сталин достаточно быстро схватывал суть проблемы, и у него хватило бы ума сопоставить события после 22 июня («Директиву № 3» и последующее наступление Жукова «на Люблин») с положениями этого «плана», и тут бы точно он поставил к стенке и Жукова, и Тимошенко.

Может, Сталин чувствовал личную вину за то, что слишком доверял генералам и их профессионализму? В конце концов, чтобы не ломать себе голову, он просто взял все в свои руки к осени 41-го, ВСЮ ответственность по руководству войной, стал Верховным Главнокомандующим. Знал, что потом обвинят во всех смертных (и бессмертных) грехах.

Но в любом случае, фактов, подтверждающих преступный умысел со стороны начальника ГШ и наркома обороны, у Сталина летом 41-го не было. Так чего ж их расстреливать? Воевать надо. А с виновными потом разберемся, после победы.

Даже Павлова, который виновен в том, что Коробков три дивизии не вывел из Бреста (как положено по «плану боевой подготовки в летний период обучения», и он обязан был убрать их из города после получения Директив Москвы от 11–12 и 18 июня), оставил в казармах, в которых их и расстреливали немцы из пушек и пулеметов утром 22-го июня — обвинили не в предательстве, а в преступной халатности. Что, впрочем, все равно тянуло на расстрел.

Сталин при размещении войск в Западных округах должен был учитывать опыт военных конфликтов предвоенных лет:

— немцы во Франции и Чехии сначала прихватывали, в первую очередь, промышленные районы;

— поляки в Чехии, в 1938-м, под шумок, тоже не болота оттяпали;

— японцы в Китае захватили более развитую Манчжурию, потом остальной Китай.

Поэтому он и давал военным рекомендации в октябре 1940 года по усилению КОВО.

Ведь даже Шапошников, а потом и Мерецков в «Соображениях.» августа-сентября 40-го предлагали иметь на Украине действительно слишком мало сил, ожидая главные силы немцев севернее Полесья. Мол, против оставшихся венгерских и румынских войск вполне хватит незначительных сил РККА на Украине.

И после этого и появилась у военных дурная идея нанести наш главный удар из КОВО по этим силам союзника — чтобы отрезать их от Германии, а Гитлера — от нефти Румынии в первую очередь. Которую они и пытались всячески навязать Сталину. Но с которой он, похоже, не хотел соглашаться.

Войны ведутся в первую очередь из-за ресурсов, а уж потом идеологии, хотя и большевистская идеология очень не нравилась Западу, и сталинская государственная экономика, позволившая за какие-то 10–15 лет провести такие реформы в стране и экономике, которые мир не видел еще.

Но в неизбежном нападении Германии, даже имея данные о «минском направлении» удара, Сталину приходилось учитывать вероятность «интереса» Гитлера к Украине. Так что дело не в «неудачном расположении» войск. И скорей всего, именно с «ведома» Сталина был усилен Юго-Западный округ бо€льшим количеством войск, чем Западный.

Эти округа и по размеру, и по условиям их обороны разные. Западный особый (Белорусский) военный округ, с точки зрения подготовки к отражению нападения, должен был быть подготовлен намного лучше других округов. Его географическое положение для обороны выгодно отличается от Киевского. Леса и болота Белоруссии в тогдашних условиях 1941 года оборонять было намного легче, чем лесостепные области Украины. Даже на простой школьной географической карте видно, что вся территория Белоруссии — это сплошные болота и леса. Во многих книгах о войне тиражируется фотография «тридцатьчетверок» довоенного выпуска, завязших в пойме р. Друть, под Толчином, на Западном фронте в Белоруссии. И на этот округ был назначен Герой Советского Союза, воевавший в Испании, генерал армии Д.Г. Павлов. Другое дело, что Сталин и представить себе не мог, что одни генералы намудрят с предвоенными планами, а другие откровенно сдадут свои округа на избиение.

(Примечание: Перед войной проводился анализ войны с Наполеоном, который наступал именно на этом направлении. У него задача была несколько попроще — разгромить в приграничном сражении русскую армию, а потом двумя направлениями — на Москву и на Санкт-Петербург, через Белоруссию, атаковать, захватив две столицы, и принудить Александра I к капитуляции.

Именно отсутствие, в силу географических особенностей, проходимых дорог спасло тогда Санкт-Петербург. единственную дорогу на Питер из Белоруссии смог закрыть один-единственный пехотный корпус генерал-майора Петра Христиановича Витгенштейна (10 000 солдат), и северная столица была надежно закрыта от захвата французскими войсками, 30 000-й кавалерийского корпуса маршала Никола Шарля Удино.

От Витебска через Полоцк Удино должен был пройти по одной дороге на Псков и Питер. В 50 км от Полоцка, у села Клястицы, его встретил корпус Витгенштейна. Во время боя гродненский гусарский полк генерала Кульнева ЯП., заходя в тыл корпуса Удино, переломил ход сражения, а удар в лоб гренадеров Павловского полка заставил французов отступить в Полоцк. Об этом сражении есть даже запись в БСЭ и в Советском энциклопедическом словаре на слово «Клястицы».

В итоге наступление на Санкт-Петербург и его захват были сорваны. Планы Наполеона на 1812 год сорваны. Дальнейшее же наступление на Москву, не являющейся на тот момент столицей и главной целью, имело только одну задачу — отсидеть зиму и попытаться продолжить новое наступление на Петербург в 1813-м году. Шоу с ключами от Москвы могло только лишь потешить самолюбие Наполеона и изобразить успешность русской кампании перед Европой.

Дальше с французами произошло то, что мы и знаем из учебников истории — не дожидаясь сильных морозов, они рванули из голодной и сожженной Москвы до городу Парижу. Дошли не все.)

Группировка войск у Павлова в ЗапОВО в Белоруссии, хоть и меньшей численности, чем в КОВО на Украине, могла вполне успешно оборонять всего несколько направлений, по которым и велось наступление сухопутных войск гитлеровской Германии.

Авиация и тяжелая артиллерия округа должны были расстрелять немецкие войска на мостах через Неман и в маршевых колоннах на дорогах. Но то, что Павлов «умудрился» в таких стратегически выгодных для обороны географических условиях все якобы «проспать», и определило его судьбу и приговор.

И Киевский, и Прибалтийский округа даже при их несколько тормознутых командующих, но в более тяжелых для обороны условиях из-за наличия большего количества дорог, не развалились бы в дальнейшем. Но если разоружить истребители, а летчиков распустить по домам вечером 21 июня, полевую и зенитную артиллерию округа загнать на полигоны возле самой границы и там оставить, или под Минск — то вот вам разгром ВВС в первые дни. Если гонять танки по дорогам, не ведя огонь по врагу, «потерять» всякое управление войсками с началом войны, да оставить три дивизии полного состава (под 40 000 бойцов) в брестских казармах без патронов и вокруг города на разных «учениях» и «занятиях», то тогда жди немцев в Минске через шесть дней.

Другое дело, что вряд ли и сам Сталин мог предполагать, что Генштаб и генералы настолько начудят в подготовке отражения, а Павлов просто откровенно сдаст свой округ на избиение. Ведь в случае начала военных действий топливо для округа надо было получать в Майкопе и на Кавказе, но в итоге вермахту в Белоруссии достались десятки тысяч тонн топлива для немецких танков и самолетов.

Почитайте сами протоколы допроса Павлова, как он выкручивался на следствии, заявляя о заговоре и предательстве среди генералов, в котором он участвовал, отказываясь от своих показаний. Видимо, надеялся, что сможет легко отделаться, и не рассчитывал, что на расстреле будет настаивать именно его старый друг и начальник F.K. Жуков.

Не зря же Павлов (по к/ф о Жукове «Битва за Москву» Ю. Озерова, 1985 г.) пытался прикрываться тем, что все распоряжения из ГШ говорят только о том, чтобы не поддаваться на провокации, что до 22-го июня в официальных документах ГШ не было ни слова о том, чтобы приводить войска Западных округов в полную или повышенную (частичную) боевую готовность. Только указания «не поддаваться на провокации»!

При этом этот диалог показан без свидетелей и мог быть написан только со слов Т.К. Жукова (скорее, придуман сценаристами от начала и до конца). Кто посмеет уличить Жукова в том, что этого разговора просто не было, что не об этом шел разговор?

В шестисерийном телесериале «Война на западном направлении» режиссеров Т. Левчук и Г. Кохан, снятом в 1990 г. по книге И. Стадию ка «Война», показан не только прозорливый Жуков, но и «избиваемый и непреклонный» Павлов. Сталин приказал вызвать его к себе на беседу, но кровавая гэбня шлепнула его в коридорах подвалов Лубянки.

Кстати, сценаристом этого шедевра перестроечного искусства, в котором просто переврали книгу Стаднюка, был Э. Володарский, который позже участвовал в создании другого фильма, поливающего помоями Красную армию — телесериал «Штрафбат». Стаднюк является сценаристом, Г. Кохан — режиссером и сценаристом телесериала. А в очередном свежем (пару лет назад) д/ф о «трагической судьбе» командующего ЗапОВО показано, как генерал армии Д.Г. Павлов напрашивался на прием к Сталину, но Г.К. Жуков отговорил, уверив, что в этом нет необходимости. Последний «шедевр» Володарского, посмертный — сериал о сыне Сталина, в котором Василий Сталин 22 июня лихо воюет наИ-16 на границе.

Не все документы, в которых говорится о приведении приграничных округов в боевую готовность, после войны генералы смогли уничтожить. И офицеры этих округов, свидетели последних предвоенных дней, оставили свои воспоминания.

Весной 41-го, по мемуарным уверениям Г.К. Жукова, Сталин, вопреки его предложениям, не разрешил приводить части западных округов в полную боевую готовность и выводить все войска поближе к границе. Но это вранье, и выше — по черновику самого Жукова к его «Воспоминаниям и размышлениям», мы это разбирали.

Георгию Константиновичу очень хотелось устроить на границе одно большое грандиозное Куликово поле с Ледовым побоищем (как предки учили). Хотелось лихо разгромить врага встречными сражениями, как в Первую мировую. Устроить ответный немедленный контрудар силами всего Киевского ОВО. Не допустив врага в глубь земли Русской (как «предлагал» своим планом активной обороны царский офицер Шапошников), а потом и Европу освободить от фашизма.

Но Жуков должен был понимать, во-первых, что армия, увеличенная в короткий срок (с лета 40-го до весны 41-го) с 3,5 до 5,5 млн, без необходимого количества опытных командиров (их требовалось сотни тысяч, поэтому в армию весной 41-го стали призывать даже офицеров запаса!), не доукомплектованная до полного штата новой техникой, не имела высокой боеготовности. Поэтому накапливать наши войска у границы опасно и тем более для немедленного ответного наступления. Во-вторых, он должен был понимать, что именно этого — концентрации наших войск у границы и ждет Гитлер, практически открыто накапливая вермахт в Польше — якобы для нападения на Англию.

Именно эти туповатые объяснения немцев (якобы немецкие войска накапливаются возле границы с СССР для нападения на Англию) также должны были вызвать недоверие Сталина, спровоцировать на выдвижение РККА к границе в большом количестве . Это вполне устраивало авторов «Барбароссы»: разгром основных сил русских в генеральном сражении, как мечтал еще Наполеон в 1812-м. Иначе — затяжная война с неизбежным поражением Германии.

Разрешал ли Сталин приводить войска на границе в боевую готовность, или вводить в действие планы прикрытия, или начинать мобилизацию? Официально — нет. Но реально — это все делалось и должно было делаться в предвоенные дни — отдельными распоряжениями самих военных из Москвы.

Однако немцы в захваченных штабных документах РККА не нашли ничего агрессивного, что можно было бы предъявить цивилизованному миру для оправдания своего нападения и подтверждения заявления от 22-го июня после нападения на СССР.

В этом плане Сталин Гитлера переиграл, не оставив ни одного письменного документа , где бы прямо говорилось о приведении западных округов в полную или хотя бы повышенную боевую готовность перед 22-м июня. Ни в одной телеграмме или директиве, посланных в округа, нет четкого письменного указания-фразы: «привести войска западных округов в повышенную (полную) боевую готовность»! В Директивах НКО и ГШ от 11–12 июня западным округам предписывается «Для повышения боевой готовности.» сделать то-то и то-то. Что всегда можно трактовать как обычные приказы о проведении учений мирного времени, как обычную армейскую рутину. Что и делалось в том же «Сообщении ТАСС» от 13–14 июня.

Отсутствие прямых письменных указаний от Сталина к подготовке отражения агрессии лишило Гитлера формальных оснований для обвинения Сталина и СССР в агрессивных намерениях и обеспечило историков работой на долгие годы. Все делалось под видом плановой учебной подготовки войск. Либо распоряжения отдавались устно. Но это также позволяло уже самим военным в округах творить те вещи, которые они творили, — срывать приведение в боевую готовность выводимых по 1111 дивизий, срывать сам вывод войск по ПП, срывать отмобилизование дивизий, проводимое в те предвоенные дни под видом учебных сборов.

В журналах посещений Кремля за 24 мая 41-го отмечено совещание у Сталина всех командующих западных округов, всех командующих ВВС этих округов. К сожалению, протоколы этого совещания пока не опубликованы. Но историки, типа Соколовых-Солониных и прочих Резунов и Мельтюховых, однозначно заявляют, что на том совещании обсуждалось исключительно будущее нападение на Германию 12 июня, 23-го июня, 15 июля и т. д.

Однако на нем не более чем подводили итоги репетиции начала войны — майские КШИ в Генштабе. На которых репетировали нападение Германии и наши ответные действия и прежде всего — действия авиации приграничных округов. Командующих этих ВВС в итоге практически всех пришлось расстрелять за саботаж и прямую измену — за то, как они встретили нападение врага 22 июня. А ведь им доводили и дату, и время нападения еще 19 июня, о чем есть документальные свидетельства. И Сталин в ночь на 22 июня по воспоминаниям С.М. Буденного собирался лично переговорить с командующими ВВС этих округов.

Но самое главное. Никто еще не написал, что Сталин с детства «любил мучить животных и отрывать лапки тараканам», кровожадным деспотом он все же не был, не просыпался он каждое утро с мыслью — кого бы «замочить»! Не было точных данных о преступном умысле Жукова, вот и не поставил того к стенке. Ограничился тем, что снял генерала армии Г.К. Жукова с должности начальника Генштаба (за слабый контроль за подчиненными?) и отправил готовить «Ельню». А наркома обороны Тимошенко, в звании маршала, вместо этого Павлова отправил на Западный фронт (устранять «недостатки»?), сняв того с должности наркома еще 10 июля 41-го. Потом этот маршал все норовил «драпать до Аляски». А Жуков норовил сдать столицу осенью 41-го, перенести штаб своего, к этому времени, Западного фронта чуть не за Москву (на что Сталин посоветовал офицерам этого штаба копать себе могилы).

Впрочем, Верховный Главнокомандующий ВС СССР И. В. Сталин снял начальника Генерального штаба генерала армии Г. К. Жукова еще в конце июля 1941 года. А перед тем как назначить Жукова в сентябре 1941 года на Резервный фронт для подготовки обороны Москвы, почти полтора месяца думал, куда того пристроить, и использовал, как мальчика на побегушках для расхлебывания его собственных «ошибок», совершенных им на посту начальника Генерального штаба, приведших к катастрофе 41-го года.

Реально Жуков до весны 43-го, пока не закончилась битва за Сталинград, находился в фактической опале у Сталина. Только после боев за Ржев, которые оттянули на себя значительные силы немцев от Сталинграда, Жуков наконец был награжден присвоением очередного воинского звания, маршала. Но воинских наград у Жукова не было все эти полтора года войны!

Но формально действительно Сталин «виноват» в том, что общее размещение войск вдоль границы, которое привело к прорыву немцами всей обороны, было осуществлено с его «ведома». И с его «одобрения» в округа ушла «Директива № 3» от вечера 22 июня о нанесении ответного удара из КОВО всеми войсками «на Люблин». Сталин «несет ответственность» за лето 41-го как любой официальный руководитель государства. Но черти прячутся в деталях: там не подвезли, там не исполнили, там не туда отправили, о том неверно донесли обстановку и т. д. и т. п. Но «виноват» во всем т. Сталин!

И когда виноватили все эти годы его одного, что-то не каялись конкретные исполнители своих конкретных обязанностей. А вся проблема в размере «греха» — чуть не погибшая страна и почти 28 млн. жизней. Но впрочем, вроде бы Г.К. Жуков в конце жизни, уже после снятия Хрущева с поста «Генсека» и его смерти, как-то признал, мол, да, я, как начальник Генерального штаба, несу ответственность за 41-й год, но тут же добавил, «а кто ответит за 42-й?». Видимо, «намекал» на бывших «друзей», Тимошенко с Хрущевым, устроивших для РККА Харьковское побоище, не уступающее по силе разгрома разгрому в Белоруссии в 1941 году. А в ответ — тишина. Желающих покаяться больше не было. Хотя Сталин еще в 45-м предлагал военным, победителям, это сделать — покаяться.

Нет ничего странного в том, что Сталин не поставил начальника Генштаба и наркома обороны к стенке за 41-й год вместе с Павловым. На тот момент их прямая вина не была выявлена и доказана — вот и не поставили. Нас приучили, что тогда расстреливали просто так. Вот и удивляемся странной гуманности вождя. В наши дни таких героев если и не наградят, то точно не отдадут под суд. Вина Г.К. Жукова была не в том, что он каким-то образом мог быть замешан во вполне возможном заговоре некоторых военных по РККА под разгром, о котором допрашивали на следствии и суде генерала Д.Г. Павлова (по крайней мере, обратное пока не доказано).

Причина в том, что, как еще в 1930 году написал в Аттестации на Георгия Константиновича его старший начальник К.К. Рокоссовский, Г.К. Жуков «на штабную и преподавательскую работу назначен быть не может — органически ее ненавидит». Подобные командирские качества плохо сочетаются с должностью начальника Генштаба. В армии, в повседневной жизни, в служебной характеристике для внутреннего пользования на своего подчиненного старший начальник всегда может отделаться общими фразами.

Но «Аттестация» пишется на офицера для его возможного дальнейшего роста. И ни один командир или начальник не возьмет на себя ответственность написать на своего подчиненного в этом случае стандартную ахинею — «делу партии Ленина-Сталина предан» и «воинские уставы знает, смело руководствуется ими в повседневной и в личной жизни». Аттестация на старших офицеров важна, с начальника могут спросить: вы кого нам тут рекомендовали? Штабная работа настолько отличается от работы строевого командира, что на этих видах деятельности нужны разные психотипы людей.

Рокоссовский не рекомендует назначать Жукова и на преподавательскую работу. Но для этого вида деятельности нужен не просто воспитанный человек (Георгий Константинович был «горлопан», как сказал о нем Молотов), человек должен уметь еще и учить других, а это не каждому дано. Другое дело, что Жукову не надо было думать. Сталин его не для этого держал при себе в замах.

Г.К. Жуков не имел никакого образования, ни военного, ни гражданского. В 1906 году он закончил 3 класса церковно-приходской школы, в 1916 г. — 4 месяца унтер-офицерской школы, в 1920 г. — полгода Рязанских кавалерийских курсов, в 1925 г. — год кавалерийских курсов усовершенствования комсостава, месяц курсов усовершенствования высшего начсостава в 1930 году. А через 10 лет уже рулил в Генштабе.

Впрочем, с арифметикой Жуков дружил. В преддверии начала войны Генштаб смог подсчитать, что немцы выставят против СССР до 10 000 танков: своих 4 000, плюс союзники и трофейные английские и французские машины. Зная, что для победы над врагом надо иметь трехкратное преимущество, в Генштабе под командованием Г.К. Жукова родили идею о формировании 30 мехкорпусов с 30 тысячами танков на вооружении. Правда, иметь трехкратное преимущество необходимо нападающей стороне, а не в обороне. Но Георгий Константинович и не собирался отсиживаться в обороне. Он собирался лихо начать наступление через Украину, как только супостат перейдет границу.

Весной 41-го вместо уже существующих 9 мехкорпусов (которые промышленность и экономика еще могли обеспечить танками), Жуков затеял формирование 30 (!) механизированных корпусов в количестве чуть не в 30 000 танков, которых просто не было в РККА! По разным оценкам, в РККА на июнь 1941 года по всей стране, от Бреста до Владивостока, было около 25 тысяч танков. И эти танки были в штате-составе различных частей сухопутных войск. Вплоть до пограничников и частей НКВД. Недостающие для этих новых мехкорпусов танки стали изыматься из всех частей и подразделений, где только можно, замещая недостающие в новых мехкорпусах танки пушками.

И эта реорганизация происходила в преддверии начала войны, о которой только ленивый и тупой не знал. В итоге смогли разрушить существующую систему, но создать новую времени уже не хватило. Потом Жуков и компания стали говорить, что это военно-политическое руководство (читай — Сталин) неправильно оценило сроки начала войны! Сталин опять виноват, что Гитлер не дал Жуковым времени на переформатирование частей и доукомплектование новых мехкорпусов и напал 22 июня 41-го, а не 42-го или 43-го года.

Но Рокоссовский также академий не заканчивал (некогда было — 2,5 года в тюрьме отсидел до лета 40-го по доносу сослуживцев), но именно он, а не Жуков, реально участвовал в разработке всех ключевых победных операций войны. И 30 % победных салютов производилось в честь войск под командованием именно маршала К.К. Рокоссовского. Он еще в июне 41-го со своим неполноценным мехкорпусом (300 старых танков вместо 1000) дошел маршем в 250 км под Дубно и участвовал в мощнейшем танковом побоище лета 41-го и уже в середине июля 41-го был назначен командовать армией.

Но насчет «слабого образования» Жукова — дело вовсе не в том, что он был «слабо образован». Тогда у многих будущих победителей великой войны, кроме кавалерийских курсов, ничего за душой не было — только Шапошников имел академию еще царского Генштаба.

Жуков и Тимошенко учиться-то не желали, и их крестьянское происхождение так и лезло из них всю жизнь. Но Тимошенко оказался более «порядочным и умным»: мемуары писать не стал — врать не пришлось. А на вопрос молодого офицера и будущего актера Е. Весника (с его слов): «А как мы выиграли войну?», — «честный» маршал ответил: «А хрен его знает!»

А врали все наши генералы о войне от души. После войны при опросе по 5-ти вопросам о начале войны одни и те же полководцы тогда отвечали одно (при живом Сталине), а после его смерти в своих «воспоминаниях» несли совсем другое: отказывались от данных ранее показаний. Но с другой стороны, их пожалеть надо. Ведь к власти дорвался дорогой Никита Сергеевич, всех предателей реабилитировал, а героев с навозом стал смешивать. Куда боевым и геройским генералам было податься? На пенсию досрочно не хотелось. Поэтому писали свое видение войны, старательно обходя стороной разбор причин трагедии 22 июня. Да только Хрущев здраво рассудил, что предатель один раз не предает! И выгнал всех Жуковых из армии по сокращению.

По характеру Георгий Константинович с детства был упрям. Будучи еще и недалекого стратегического ума, закончивший военную академию в форме кавалерийских курсов, видимо, считал себя умнее недоучившегося семинариста без диплома или царского подполковника с академией царского Генштаба Шапошникова.

Наверняка Г.К. Жуков (сам по себе абсолютно преданный Родине), как и многие его товарищи-генералы, не верил в виновность расстрелянных в 37-м маршалов и генералов. И Тухачевского с его разработками отражения нападения Германии считал если не гениальным, то вполне умным полководцем и невинной жертвой. И все репрессированные в 37-м были вчерашними сослуживцами. И сам Жуков якобы избежал ареста, потому что убыл в Монголию.

Скорее всего Жуков, как человек волевой и сильный, просто имел свое «особое мнение». И план отражения агрессии от сентября 1940 года, отработанный маршалом Б.М. Шапошниковым (бывшим царским (!) полковником) Жукову (бывшему унтеру царской армии) не нравился. Г.К. Жуков относился и к Б.М. Шапошникову с большим уважением. Но, став на должность начальника Генерального штаба, он его план пытался заменить то своим «южным» вариантом, то «планом от 15 мая» 1941 года.

План Шапошникова предусматривал активную оборону частей первого эшелона, изматывающего врага в приграничной полосе своей территории, пока второй и третий оборонительные эшелоны собираются с силами, и только потом, спустя некоторое время, начинается контрнаступление на врага (в «Соображениях» Б.М. Шапошникова предполагалось не менее месяца(!) на подготовку контрнаступления против напавшего врага).

Жуков же собирался сразу проводить большое контрнаступление на врага всеми силами целого округа в первый же день нападения. Почитайте Директиву № 3 от вечера 22 июня. Там уже 22 июня (!) предписывается начать лихо громить зарвавшегося супостата, не отдав ему и пяди родной земли. И Жуков заявил после 20-го съезда, что никакой активной обороны не предусматривалось! Сталин это придумал, чтобы скрыть позор отступления, которое происходило по «сталинской же вине»! (Эти его слова мы еще рассмотрим чуть позже.)

Упрямство Жукова проявлялось еще в детстве, когда, по его же словам, даже отцовский ремень не мог изменить его решение. А недалекость и тщеславие проявились в нем особенно остро после войны, когда он всерьез возомнил себя великим полководцем, выигравшим ее. Сталин, не переносивший дураков и хвастунов, поставил Георгия Константиновича на место — дал ему возможность подумать о жизни, отправив с понижением в Одесский военный округ. Для 50-ти летнего маршала Победы, у которого вся карьера еще только впереди, пару лет в провинции, чтобы сбить спесь и глупость, пошли бы только на пользу. Но «наука» впрок не пошла.

Но. Кроме упрямого и не очень грамотного вояки Жукова в Генштабе были те, кто разрабатывал и писал ему те грандиозные планы встречных наступлений. Те же Василевские были вполне грамотными людьми и военными. И они должны были понимать, к чему может привести это авантюрное планирование — нанесение ответных ударов на следующий день после нападения врага по его неосновным силам, пока его главные силы должны будут сдерживать ослабленные войска в Прибалтике и Белоруссии. И по этому предвоенному планированию видно, что писали эти планы для Жуковых скорее всего именно оппозиционеры, «пятая колонна» в НКО и ГШ грамотная в военном отношении. Бывшие поручики и штабс-капитаны, которых среди расстрелянных летом 41-го генералов было вполне достаточно.

Сталин был фактическим главой государства (хотя формально председателем Совета Народных Комиссаров он стал только с 6 мая 1941 г). Но он не был ни Верховным Главнокомандующим, ни наркомом обороны, ни начальником Генштаба до 22 июня 1941 года! Он ни по должности, ни по уму не должен был заниматься вопросами повышения боевой готовности РККА, разработкой планов на отражение агрессии, сбором разведывательной информации и анализом возможной даты нападения Германии. Это все входит в прямые обязанности Генштаба и его начальника. Для этого в Генштабе существует приличный аппарат (по крайней мере он вполне соответствовал решаемым в то время задачам). И только после работы, проведенной этим аппаратом, когда на стол главы государства ляжет отработанный Генштабом анализ военной обстановки, он принимает решения!

А у нас, с подачи Хрущевых-Жуковых создали сказочку о том, что Сталин если и не руководил работой Генштаба перед войной, то точно не давал генералам организовать оборону страны, как надо! Ведь Сталин — тиран-деспот!

Только по решению правительства (как и по решению любого «диктатора») какая-нибудь дивизия или полк меняет свое месторасположение, особенно в месяцы перед войной. Но вопросы подготовки личного состава к войне, обеспеченность топливом, боеприпасами, новым оружием, связью и прочим довольствием лежат исключительно на командирах, Генштабе и его начальнике (конечно же, в соответствии с экономическими возможностями страны на тот момент).

Только Генштаб на основе полученных разведданных отвечает за планирование отражения нападения противника и размещение своих войск на направлениях возможных ударов. Исходя из этого, Генштаб не только планирует необходимое количество войск на этих направлениях, но и отвечает за их готовность к ведению боевых действий. И это находит свое отражение в окружных «планах прикрытия».

С сентября 1940 года до января 1941 года Генштабом руководил генерал Мерецков (5 месяцев), с февраля 1941 года (5 месяцев) — генерал Жуков. И именно эти два великих полководца вместе с наркомом обороны несут полную личную ответственность (вплоть до уголовной) за подготовку РККА к войне.

Когда встал вопрос о личной ответственности перед страной и историей за гибель почти всей кадровой армии летом-осенью 41-го, за попавших в плен миллионов красноармейцев, за гибель почти 20 миллионов мирных жителей в ходе всей войны, ставшей следствием трагедии лета-осени 41-го, то наши генералы и прочие члены военных советов стали всю вину взваливать на Верховного Главнокомандующего — на Сталина.

Дело в том, что в неудачном размещении войск вдоль границы перед нападением Германии и в неправильном определении направления главного удара вермахта главную ответственность несет именно Г.К. Жуков. И причины разгрома РККА достаточно четко указал и Геббельс в своем дневнике за неделю до нападения, с 13-го по 15-е июня: «Русские. сосредотачивают свои войска именно так, как мы только и можем того пожелать: концентрированно, а это — легкая добыча в виде военнопленных . Русские сосредоточили свои войска точно на границе, для нас это — наилучшее из всего, что могло произойти. Если бы они были рассредоточены подальше, внутри страны, то представляли бы гораздо большую опасность . Русские все еще массированно концентрируют свои войска на границе.»

А ведь советские генералы именно концентрировали свои войска на границе. Особенно в районе Белостока в Белоруссии и во Львовском выступе на Украине. Собираясь не обороняться, а наступать в ответ плюс прибавьте сюда общую дезорганизацию войск в западных округах.

Жуков собирался наносить встречные удары, но в Белоруссии серьезного нападения не ожидал. И именно в полосе ЗапОВО произошло просто откровенное предательство и саботаж командованием этого округа присылаемых из ГШ и наркомата обороны указаний о приведении частей округа в состояние боевой готовности (по факту) в последние мирные дни.

Произошло, во-первых , не предусмотренное официально утвержденным планом отражения агрессии от октября 1940 г. выдвижение воинских частей слишком близко к границе. Особенно в тех самых выступах в Белоруссии и Украине, из которых военные собирались лихо громить врага, если он нападет, если Сталин не даст разрешения ударить оттуда первыми. И та же 4-я армия была полностью собрана на границе в район Бреста.

Когда пришла команда выводить войска по ПП под видом учений, одни округа получили указание выходить по ПП, а Киевский ОВО — для нанесения ответного встречного удара, чего не было предусмотрено в одобренных Сталиным планах. При этом вывод войск проходил практически везде по учебному варианту — боеприпасы комдивам окружным командованием указывалось оставлять на зимних квартирах.

Во-вторых , к границе было выдвинуто большое количество складов вооружений и служб тыла, что привело к их захвату немцами при прорыве нашей обороны и оставило РККА без запасов оружия, боеприпасов, топлива и т. д. Потом на трех бойцов выдавали одну старую винтовку-трехлинейку — ведь Жуковы собирались лихо наступать на врага, как только он перейдет границу, а размещенные у самой границы склады вооружений, топлива и т. п. способствовали бы будущему наступлению.

В-третьих , авиация приграничных округов была загнана по команде своего командования в Белоруссии, на Украине и в Прибалтике на полевые аэродромы к самой границе (особенно в Белоруссии) для последующего наступления (по испанскому опыту). При этом, получив приказ Москвы на приведение ВВС приграничных округов в повышенную боевую готовность после 18 июня, местные «копцы» этот приказ отменяли 21 июня, распуская летчиков в субботу по домам, и разоружали наиболее боеспособные истребительные авиаполки. Командование авиации этих округов было расстреляно в 41-42-м годах вместе с арестованными ранее в мае 41-го командованием ВВС Красной армии. И дела на этих командиров пока не опубликованы.

Также авиация западных округов не имела неизвестных для немцев запасных площадок (полевых аэродромов), куда она должна была перебазироваться в случае начала боевых действий. Также наиболее боеспособные истребительные полки 21 июня получали команды снять вооружение с самолетов. А если и не было такой команды (или командиры самовольно проигнорировали такой приказ), то размещенные у самой границы истребители оказались в минутах лета от немецких самолетов. Что и привело к тому, что практически вся истребительная авиация была уничтожена в течение последующих нескольких суток.

На самом деле «спящих» аэродромов было гораздо меньше, чем тех, кто вступил в бой уже в первые минуты войны . Но и те, кто вступил в бой в первые минуты(!) войны, оказались в итоге уничтожены и добиты на своих аэродромах.

Ко всему прочему, командование авиацией всех западных округов умудрилось так организовать боевую работу истребительной авиации, что через пару дней ее не осталось. Истребители иной раз просто оставлялись на аэродромах без топлива и боеприпасов, летчиков отправляли на передислокацию в тыл, а оставленные самолеты (часто исправные ) добивались на земле немецкими штурмовиками.

На приграничных аэродромах оставалось большое количество старых, но вполне исправных и боеспособных истребителей И-15 и И-153, которые должны были отправить в тыл после получения новых МиГов, но на 22 июня их так и не перегнали. В итоге наши бомбардировщики летали на немецкие колонны без всякого прикрытия, и налеты немецких самолетов на колонны беженцев и наши части никто не мог остановить. И пришлось злому Сталину командование авиацией этих округов расстрелять. Не награждать же их было за авиационный погром, вследствие которого немецкая авиация безнаказанно уничтожала наши наземные войска вплоть до битвы под Москвой.

Можно и дальше перечислять. Например, стрелковой дивизии вместо 8-10 км обороны нарезалось в предвоенных планах до 50 км, и одна наша дивизия должна была держать оборону чуть не против немецкой армии, идущей на прорыв. Почему это происходило? Так ведь Жуков с Тимошенко по «южному» варианту и собирались оставлять на границе минимум войск, а все силы собирать в «кулак» для нанесения ответного удара-контрнаступления. Т.е одну дивизию ставили в оборону вместо трех, а «освободившиеся» две готовили к контрнаступлению.

Были ли при этом обычное разгильдяйство и бардак? Конечно, да. И многие факты именно армейским бардаком и можно объяснить.

Но самое главное состояло в элементарном предательстве: немецкое командование было уверено, что именно советским командованием им не будет оказано никакого серьезного сопротивления.

В книге Осокина А.Н. «Великая «ТАЙНА Великой Отечественной» приводится выдержка из письма немецкого офицера своей жене: «У русских, кроме пограничников, никто не окажется наготове в момент нашего вторжения, а пограничники будут смяты мгновенно». Интересно, откуда у немецкого офицера такая уверенность?

Но даже если всего один из четырех западных округов будет фактически приведен в небоеготовое состояние своим собственным командованием, то остальные округа посыпятся вслед за ним, как домино, даже если в этих округах все будет сделано, как положено по подготовке к войне (а это было совсем не так). Но у нас ВСЕ округа, кроме Одесского, оказались в небоеготовом состоянии. В ПрибОВО «забыли» приписных прислать из Московского округа, хотя в Красной армии с мая шли учебные сборы, под видом которых шло отмобилизование дивизий. А в Белоруссии и Украине дивизии выводились по учебному варианту — без запасов б/п, своих складов и т. п. «чудеса» творились.

На сегодняшний день можно смело утверждать, что среди множества причин трагедии лета 1941 года, гибели и попадания в плен практически всей РККА довоенного призыва самыми главными и основными являются две.

Первая — ошибки в планировании Генеральным штабом начального периода войны. Когда со стороны Генштаба проявилось, как минимум, тупое и безграмотное желание победить немцев немедленным встречным контрнаступлением в лоб вместо активной обороны согласно разработанным Шапошниковым и утвержденным Сталиным соображений от августа-октября 1940 года. Это было безмозглое самомнение руководства Генштаба во главе с F.K. Жуковым, но никак не Сталина.

Вторая причина — то, что на уровне командующих округов произошло примитивное и пошлое предательство, заключавшееся в элементарном и сознательном неисполнении ими своих должностных обязанностей, в ослаблении мобилизационной готовности войск .

И выразилось это в сознательном саботаже Директив от 11–12 июня, которые предписывали начать выдвижение частей к госгранице «для повышения боевой готовности.» согласно «Планам прикрытия» и в районы, предусмотренные ПП. До сих пор его пытаются скромно выставить как извечную русскую расхлябанность.

Наиболее ярко это проявилось в округах, где командующими был генерал армии Павлов и генерал Кирпонос. В итоге у Павлова немцы взяли Минск через 6 дней, ударив главными силами, а у Кирпоноса были свои Рокоссовские, а не только Власовы. И удар по КОВО был слабее, чем по Белоруссии. Павлова расстреляли, но Кирпоносу повезло — по КОВО нанесли удар не главные силы немцев. Как и ожидалось по «южному» варианту «Соображений» Жукова. Потом Кирпонос «геройски» погиб, что спасло его от расследования.

За это предательство, за гибель вверенных им частей, гибель личного состава и потерянную технику, за попавших в плен солдат и офицеров конкретные генералы и были наказаны. Эти две главные причины, совместно дополняя друг друга, и привели к разгрому лета 1941 года.

При этом вторая причина, предательство высших офицеров РККА в западных округах, все же является более существенной. Ведь если бы в ЗапОВО генералом армии Павловым все необходимые предвоенные мероприятия по подготовке к нападению Германии были бы выполнены, то весь ход военных действий лета 1941 года пошел бы по другому сценарию.

Конечно же, дурная и бестолковая концентрация частей в приграничной полосе, скопление наших войск в одних местах и практически полное их отсутствие в других (где чаще всего и наносили удар немцы!), выдвинутые к самой границе склады снабжения и вооружения создали бы огромные проблемы через неделю-другую после начала войны. Но такой катастрофы можно было бы избежать. Армия отошла бы, но не разбитая в первые дни войны, а способная воевать дальше.

Как показали реальные боевые действия первых месяцев, во всех округах, кроме Белорусского, наши войска достаточно успешно отбивали нападение германских войск. Красная армия все же не погибла, военно-промышленный потенциал СССР позволял вести хоть и тяжелую, но достаточно долгую войну, чего нельзя сказать о Германии.

Если допустить некий возможный заговор среди высших советских военных для организации поражения РККА в самом начале войны и последующего военного переворота со смещением Сталина, то самым логичным и было бы устроить под видом халатности переакцентирование плана отражения нападения Германии, разработанного Шапошниковым. И для большей надежности устроить в одном из округов прорыв немецких войск, организовав под видом обычной русской расхлябанности спящие аэродромы и казармы. Без этой сдачи целого округа под разгром одно, или хотя бы Брестского направления, только изменение плана отражения не дало бы нужного эффекта в возможных планах заговорщиков.

Эти две причины очень тесно связаны между собой. Первая в отдельности без второй не могла бы привести к нужному результату. Вторая (сдача целого округа под разгром с последующим выходом немецких войск в тылы соседних округов) была очень действенна в общем разгроме РККА. Но и она без первой причины могла не сработать, если бы в тылу у немцев не оказывались стратегические запасы оружия и боеприпасов, если личный состав наших частей не был выдвинут к границе согласно жуковскому варианту отражения, как и ожидал доктор Геббельс.

Еще одной важной причиной трагедии 1941 года стал уход по состоянию здоровья с поста начальника Генштаба маршала Б.М. Шапошникова, человека, разработавшего еще в августе 1940 года «Соображения об основах стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на Западе и на Востоке на 1940 и 1941 годы». Которые забраковали великие стратеги Тимошенко и Жуков, пытаясь реализовать свой вариант отражения нападения Германии. Шапошников снова был назначен на эту должность 20 июля 1941 года и был на ней до 1942 года, а до марта 1945-го оставался в роли консультанта при Генштабе.

Вот как бывает в истории. После Финской кампании, когда Ворошилов был снят с должности наркома обороны, новым наркомом был назначен маршал Тимошенко. Через несколько месяцев, в сентябре 1940 года, герой Финской кампании Тимошенко меняет начальника Генерального штаба маршала Б.М. Шапошникова (имевшего проблемы со здоровьем) сначала на Мерецкова, тоже героя Финской войны, а в конце января 1941 года на бывшего командующего Киевского округа генерала армии Т.К. Жукова.

И кто знает, как сложилось бы все 22 июня 1941 г., если бы весь этот год начальником Генштаба оставался маршал Шапошников. Конечно, те же командиры так и оставались бы на своих постах. И Павлов (имевший самое высокое воинское звание среди командующих западных округов — генерала армии) командовал бы в Белоруссии и Кирпонос — на Украине. Но не было бы авантюрного «южного» варианта «Соображений» Мерецкова-Жукова. И кто знает, может, Павловы, боясь Сталина больше, чем немцев, выполнили свои должностные обязанности, как надо, ход войны действительно пошел бы совсем по-другому. В конце концов, именно с возвращением Бориса Михайловича в Генштаб 1941 год закончился битвой под Москвой, а не за Москвой.

Сталин был мудрым руководителем. Расстрелять за предательство и халатное исполнение своих должностных обязанностей, приведших к гибели простых солдат и граждан, он мог без проблем. Но ставить к стенке начальника Генштаба и тем более, если нет прямых доказательств преступного умысла, Сталин не хотел. Все мемуаристы отмечают, что Сталин прекрасно разбирался в людях. И дело тут не в гуманности и излишней сентиментальности вождя. Сталин вполне допускал возможность заговора среди военных, ведь сторонников и сочувствующих жертвам 37-го года в армии было предостаточно. Но устраивать разборки с этим в начале войны — было бы преступлением с его стороны.

О том, что он опасался заговора, оговорился (по Фрейду) А.И. Микоян в своих мемуарах. Желая опорочить Сталина, он написал, что, когда Сталин «впал в прострацию» и «спрятался от всех на даче», к нему пришли члены Политбюро «уговаривать» его возглавить ГКО. И Сталин якобы испугался того, что его пришли арестовывать.

Сталин не мог себе позволить устраивать разборки с генералами в ходе войны, хотя, возможно, кто-то надеялся на этой мутной волне устроить переворот и скинуть самого Сталина. Ведь разборки с генералитетом, устроившим разгром РККА летом 1941 года, обязательно вызвали бы в армии волну недовольства как среди остальных офицеров (всегда имеющих свои собственные грешки по службе), так и среди рядового состава, переставшего доверять своим командирам. Выжившие солдаты 41-го сегодня вспоминают, что слова о предательстве командиров тогда частенько звучали.

И тут Сталин переиграл своих возможных оппозиционеров, не дал им повода устроить государственный переворот на волне борьбы с врагами народа в высших эшелонах Красной армии во время войны. А такая возможность в развитии событий была, и на государственный переворот надеялся и Гитлер.

Дальше произошло то, что Молотов потом и написал — кроме Сталина, никто в стране не смог бы победить в войне. Ну а после смерти Сталина наши генералы отвели душу. Сначала убили и смешали с навозом Л.П. Берию (и его некоторых замов по НКВД во время войны), последнего, кто мог знать об их ответственности за 1941 год и использовать это знание против них. А потом свалили свои преступления и «ошибки» за начало войны на Сталина. Мертвый он им всем был уже не опасен.

У Сталина была возможность сразу после войны разобраться относительно Жукова, в преступных целях чудил начальник Генштаба перед войной или по общей военной безграмотности и недоразвитости. И ничто не помешало бы Сталину предать суду Георгия Константиновича после войны, если бы были доказательства его вины и предательства. Хотя и после войны политически опасно было отдавать под суд маршала Победы.

Легенда о том, что Сталин приказал считать главным направлением удара Германии именно украинское направление появилась именно с подачи Г.К. Жукова, который постоянно свои грешки перекладывал на Сталина. Очевидец тех лет В.М. Молотов в своих беседах с писателем Ф. Чуевым говорил на диктофон:

«— Вот говорят, Сталин не послушал Жукова, приказал не сдавать Киев, — замечает Молотов, — и говорят: Жуков прав. Но Сталин не послушал Жукова, предлагавшего фактически сдать Москву, но об этом не говорят. То, что пишут о Сталине, — самая большая ложь за последнее время. Жуков упрекает Сталина, — говорит Молотов. — Я не думаю, чтобы Сталин считал так, как Жуков пишет, что главное направление будто бы на Украину. Я этого не думаю. И не думаю, чтобы ссылка на Сталина у Жукова была правильная. Я ведь не меньше Жукова знал о том, что Сталин говорит, а об этом я не помню. Я этого не помню. Я это не могу подтвердить. А факты говорят о том, что немцы шли, действительно, прежде всего на Москву. Они споткнулись около Смоленска и, хочешь нехочешь, пришлось поворачивать на Украину…

Главное — Москва, а не Украина, но Сталин при этом, конечно, считался и с тем, чтобы не дать им возможности толкнуться к Донбассу и к Днепропетровску.

— Жуков пишет, что Донбасс и Киев на три месяца отодвинули Московскую битву.

— Потому что немцы уперлись в Москву. Не сумели. С этим надо считаться… Поэтому тем более на Жукова надо осторожно ссылаться… Вы сейчас можете что угодно говорить, я немножко ближе к этому делу стоял, чем вы, но вы считаете, что я забыл все… »

(Примечание: Жуков действительно, легендарная личность — мифы вокруг него рождаются прямо на наших глазах. Периодически по РТР показывают д/ф от 2005 года «Маршалы Победы. Жуков, Рокоссовский». В нем как бы невзначай заявили, что Жукова сняли с начальника ГШ за то, что тот предлагал Сталину перебросить дальневосточные дивизии под Москву в сентябре 41-го, но тот снял умного генерала с ГШ и отправил на Резервный фронт. Но ведь до этого все эти годы гуляла байка про то, как Жуков просил сдать Киев, и за это его сняли?!! Интересно, какую байку придумают еще, чтобы не сказать простую причину снятия Жукова с поста начальника Генштаба — за безобразную организацию подготовки армии к нападению Германии?

Есть дата снятия генерала Г.К. Жукова с поста начальника ГШ — это 20 июля 1941 года, в те дни, когда расстреляли командующего ЗапОВО Д.Г. Павлова. 10 июля был снят с поста наркома обороны и маршал Тимошенко. А на Резервный фронт Жуков был назначен только в начале сентября 41-го. Полтора месяца Жуков и Тимошенко устраняли последствия своей бурной деятельности на предыдущих постах. И только после этого Жуков был назначен на должность командующего Резервным фронтом для обороны Москвы. Таким образом, Сталин этим назначением дал возможность Жукову реабилитироваться за свои упущения на посту начальника Генштаба.)

Одним из серьезных аргументов за то, что Сталин не считал только Юго-Западное (Киевское) направление удара немецкой армии главным, можно назвать и такие факты.

18 июня 1941 года, за 4 дня до нападения Германии на СССР в полосе ЗапОВО был сделан облет на У-2 госграницы. Самолетом управлял будущий Герой Советского Союза полковник Г.Н. Захаров, командир 43-й истребительной авиадивизии ЗапОВО. Вместе с ним был штурман его ИАД майор Румянцев. Через каждые 30–50 км они сажали самолет и прямо на крыле писали донесения, которые забирали уже ожидавшие их пограничники.

Летчики четко зафиксировали, что началось практически открытое движение немецких войск к линии границы. Так происходила окончательная проверка и уточнение разведывательных данных, иначе не было никакого смысла в этом полете, тем более что донесения у летчиков собирали пограничники Берии!

Донесения от пограничников шли на стол Берии, и в этот же день, 18 июня, Сталин отдал приказ о приведении в повышенную боевую готовность приграничных дивизий в Белоруссии, а также ВВС, ПВО приграничных округов и флотов!

Этот приказ был передан в ЗапОВО, но не был выполнен. В ПрибОВО такой приказ с указанием даты возможного нападения на 19–20 июня был передан еще раньше -16 июня примерно. Но в Киевский ОВО такого общего для всех приграничных дивизий приказа Жуков не передал — в КОВО вывели к границе только несколько приграничных дивизий. С датой готовности — к 24.00 21 июня!

А на суде над Павловым существование данного приказа-телеграммы подтвердил начальник связи ЗапОВО генерал Григорьев, расстрелянный вместе с Павловым за неисполнение данного приказа. Также в ней скорее всего была указана и возможная дата нападения — 22–23 июня. Ведь по донесениям особистов в июле 41-го в ЗрибОВО, заместитель командующего ВВС округа по политчасти 19 июня доводил до командиров САД и дату, и время готовности — к 3.00 22 июня.

Дело в том, что выдвинутые к самой границе немецкие войска не могли находиться более 3-4-х дней в таком состоянии. Либо отойти на исходные позиции, либо начать атаку (согласно любому Уставу). Подобный облет границы скорее всего делался во всех округах, но точно известно пока только об этом случае воздушной разведки с нашей стороны. И то, что многие дивизии и мехкорпуса в Прибалтике и на Украине 17–18 июня и после этого облета начали выдвижение к границе, подтверждает связь между этим облетом с последующими приказами и распоряжениями из Москвы о приведении частей в боевую готовность.

И это подтверждается как мемуарами выживших в первые дни солдат и офицеров, так и сохранившимися приказами из этих округов. Срок исполнения приказа от 18 июня был установлен к 24.00 21 июня!

В поступившей в западные округа в ночь на 22 июня знаменитой «Директиве № 1» еще раз подтверждалась вероятная дата: «В течение 22–23 июня 1941 года возможно внезапное нападение немцев…» Также в этой Директиве было сказано: «…войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского округов быть в полной боевой готовности…» и давалось указание — привести в полную б.г. все войска, ВВС и ПВО этих округов и флота.

Но как можно быть готовым к отражению нападения, сообщая 18–19 июня округам дату «готовности» (к 24.00 21 июня), не приведя заранее свои войска в боевую готовность повышенная?!? И это касалось всех войск западных округов. Потом на суде над генералом Павловым все и подтвердилось — 18 июня была директива из Генштаба, но он ничего не сделал, чтобы ее исполнить. А Павлов потом скулил, что «неправильно понимал директивы наркома».

В первые дни войны Сталин посылает в Киевский Особый округ на помощь генералу Кирпоносу и Хрущеву нач. ГШ Г.К. Жукова, служившего еще недавно командующим этого округа, способного реально помочь Кирпоносу в организации обороны Украины. (Хотя сам Жуков рвался в КОВО, чтобы организовать встречное ответное наступление по союзникам Гитлера, «на Люблин», которое он и готовил, лихо победив всех врагов еще на январских КШИ в Генштабе.)

В Западный Особый округ на помощь генералу Павлову были посланы первые лица Наркомата обороны ! Маршал Кулик, до 22 июня начальник ГАУ РККА (Главного артиллерийского управления) и заместитель наркома по вооружению. Маршал Шапошников, заместитель наркома по строительству оборонительных сооружений (курировал работу генерала Карбышева в Бресте), начальник Генштаба до сентября 1940 года и разработчик «Плана отражение агрессии», утвержденного в октябре 1940 года Сталиным. Позже в Белоруссию был послан и нарком обороны Тимошенко.

Даже по представительности посланных в Минск к Павлову командиров видно, какое значение Сталин придавал именно Западному направлению как главному в ударе Гитлера. Так что фантазия о том, что Сталин приказал считать Юго-Западное направление главным в нападении Германии на СССР, лежит целиком на совести Г.К. Жукова и мемуаристов.

О самом Г.К. Жукове в 70-е годы сложился стойкий образ-стереотип как о великом полководце, Маршале Победы, выигравшем всю войну. Этот образ недавно подкрепил даже А. Исаев в своей книге «Георгий Жуков. Последний довод короля» (вышло переиздание — «Мифы и правда о маршале Жукове»).

Дипломатично обойдя его деятельность на посту начальника Генерального штаба перед войной и личные «заслуги» в подготовке к войне, Исаев, хоть и не напрямую, повторил старую легенду о Жукове как о главном организаторе Победы. Повторил сказку о Жукове как о великом полководце, но злой Сталин так завидовал славе маршала Победы, что никогда не давал тому довести до конца ни одну операцию, еще с лета 1941 года. Предвидел, что слегка опозорившийся начальник Генштаба станет через 4 года великим, поэтому завидовал и снял с должности. Всю войну гениальный Жуков придумывает и разрабатывает замечательные операции по разгрому немецких войск, но противный Сталин перебрасывает того на другой опасный участок фронта, где до него кавалеристы типа Ворошилова с Буденным все испортили, не дает насладиться полководцу плодами своей победы.

Жуков приезжает на новое место, опять все организовывает-придумывает, но Сталин опять не дает ему довести до победного конца очередную операцию и снова отправляет на опасный участок. А все лавры, медальки и слава достаются Рокоссовским.

Ведь после снятия Жукова с начальника Генштаба в конце июля 1941 года, Георгий Константинович не получил наград за оборону Москвы, хотя и командовал фронтом, обороняющим столицу. За Сталинградскую битву тоже никаких наград. И только за бои под Ржевом, которые почти год давали возможность готовить операцию на юге и отвлекали на себя огромные силы немцев от Сталинграда, Жуков получил маршала! Почти полтора года войны Г.К. Жуков находился в опале у Сталина. Такой вот он кризис-менеджер. Гениальный, но не оцененный завистливым Сталиным. Видимо, Сталин очень не любил лично товарища Жукова.

И даже 25 июня 1945 года в советских газетах Рокоссовский назван героем Сталинграда и Курска, а Жуков — всего лишь «имеющий к ним отношение». Такие плел интриги Сталин против Г.К. Жукова, не любил маршала Победы и завидовал его славе великого полководца после войны и победы. (Сталин всем генералам завидовал, если послушать наших историков. Видимо, запомнились слова самого Сталина насчет Рокоссовского. Когда у тирана спросили, что будем делать с Рокоссовским, у которого при живой жене в любовницах числилась известная актриса Серова, Сталин ответил: «Что делать, что делать — завидовать будем».)

В своей книге А. Исаев назвал Г.К. Жукова «кризис-менеджером Красной армии, решавшим на сложных и опасных участках фронта поставленные задачи». Хорошее определение. Но есть некоторая неточность. Георгий Константинович был не кризис-менеджером, а цепным псом, способным четко выполнить указания настоящего руководителя и организатора, добиться от других, иногда жестокостью, выполнения поставленных перед ним самим задач.

Главное его предназначение было в жестком выполнении планов Ставки (Сталина) в проведении крупных операций в масштабе нескольких фронтов. В этом плане Георгий Константинович был незаменим. Но сам Жуков лично эти операции никогда не разрабатывал.

Для этого в Генеральном штабе были Василевские и Антоновы с консультантом Шапошниковым.

Жуков использовался как главный куратор от Ставки для надзора за проведением крупнейших войсковых операций. Он воевал не интеллектом, а силой и требовательностью. Жуков был прежде всего командующим. Но думать он не должен был. Возможность «думать» у Жукова уже была, когда он был начальником Генштаба РККА в июне 1941 года.

Поэтому «кризис-менеджером» во время войны Георгий Константинович быть никак не мог. Он просто добросовестно выполнял то, что ему поручалось — Сталиным. Это тоже надо уметь.

В смысле полководческого интеллекта Георгий Константинович был вечным кавалеристом и хорошим учеником Тухачевского. Его действия на посту начальника Генштаба, когда он фактически отверг разработки Шапошникова и полностью повторил концепцию Тухачевского, говорят о том, что ученик он был верный. Тухачевский ждал ударов по Прибалтике и по Украине, и Жуков опасался только двух ударов. Тухачевский собирался наносить встречные грандиозные наступления по напавшему врагу, и Жуков творил то же самое.

Коли мы вспомнили опять «учителя» Жукова — Тухачевского, то можно напомнить о некоторых «талантах» недооцененного полководца.

В очередном д/ф на TV, разоблачающем недалеких оппонентов гениального маршала, прозвучала фраза, что Тухачевский (за тягу к механизации и моторизации армии) от сторонников Ворошиловых и прочих красных конников получил в РККА обидное прозвище «механизатор». Но так его называли не за то, что предлагал создавать механизированные корпуса или мотопехоту. И с его «бронетракторами» не так все просто.

Главными в армии он считал: «а) стрелковые войска с артиллерией; б) стратегическую конницу». А насчет танков у него была своя гениальная идея.

Во-первых, Тухачевский был великим производственником, специалистом по оборонной промышленности: «Штаб РККА указывает на необходимость постройки многих крупных заводов, что я считаю совершенно неправильным. Военное производство может в основном базироваться на гражданской промышленности.»

Во-вторых, маршал прекрасно разбирался в конструировании военной техники: «Необходимо иметь в виду, что в танковом вопросе у нас до сего времени подходят очень консервативно к конструкции танка, требуя, чтобы все танки были специального военного образца». И как чрезвычайно «гениальный» полководец, а заодно и «великий конструктор» предложил: «Нам необходимо, чтобы специальные военные танки составляли бы от общего числа около одной трети для выполнения специальных задач, борьбы с противотанковой артиллерией и пр. Остальные танки, идущие обычно во 2-м и 3-м эшелонах, могут быть несколько меньшей быстроходности, большего габарита и пр. А это означает, что такой танк может быть бронированным трактором, что позволяет выставить бронетрактора в громадных массах» и закатать супостата в асфальт прямо в первый же день войны!

Даже грузовички-«полуторки» Тухачевский собирался обвешивать броней. Уже в наше время, после «великой капиталистической революции» начала 90-х (точную дату еще пока не придумали современные политологи) славные ученики великого маршала Горби, ЕБН и его компания просто закрыли многие важные специализированные оборонные предприятия, предлагая на заводах подводных лодок в том же Комсомольске-на-Амуре делать домашнюю мебель.

А насчет «бронетракторов» внуки заживо репрессированных маршалов Блюхера и Тухачевского всегда могут достойно ответить, что маршал очень пекся о советской промышленности, хотел сделать ее универсальной и недорогой. Он был экономный, великий маршал! Правда, собирался породить 11-миллионную армию в мирное время в полунищей стране. Но Тухачевский был еще гениальным стратегом и тактиком.

Очень часто в документальных кадрах о Первой мировой или Гражданской войне показывают хронику конной атаки. Общим планом, с большого расстояния видно огромное поле, по которому движется атакующая кавалерия в две или три цепи, лихо перескакивает через окопы противника.

Тухачевский был сторонником, видимо, такого вида боя и в применении танков. После мощной артподготовки специальные военные танки сотнями, цепью, стремительно (рысью) несутся на врага в чистом поле, сметая остатки укреплений и противотанковую артиллерию. За ними ползут цепью бронированные бульдозеры, равняющие супостата в окопах. Следом лениво, после сытного завтрака, бредет пехота, собирая трофеи. А чтоб супостат не расслаблялся, к нему в тыл забрасывается воздушный десант!

Но, кстати говоря, тогда это не было совсем бредом сумасшедшего. Ведь основные сражения Гражданской и Первой мировой войны происходили в чистом поле, «стенка на стенку», конная лава на конную. В тридцатые был такой лозунг: «С коня на танк!». И многие командиры-кавалеристы становились танкистами только потому, что и кавалерия, и танки — это прежде всего маневренный вид оружия и род войск.

Последовавшая летом 1941 года трагедия армии и состояла в том, что обученные по фантазиям Тухачевского и его единомышленников командиры по-другому просто воевать не умели.

В этом плане можно согласиться с выводом исследователя К. Романенко («Сталинский 37-й. Лабиринты заговоров», М., 2007 г.): «Расстрелять Тухачевского надо было не в 1937, а еще в 1930 году или, по крайней мере, упрятать в сумасшедший дом», — меньше вреда было бы.

Ведь сигналы на Тухачевского как на неблагонадежного товарища поступали еще и во времена Дзержинского в 1930 году. Но Сталин, невзирая на доносы, никогда не лишал человека возможности проявить себя на благо Родины. И наверное, зря.

И то, что Т.К. Жуков, как начальник Генштаба, в точности повторил все гениальные фантазии Тухачевского, говорит еще и о том, насколько сам Жуков в душе преклонялся перед великим механизатором. Ведь это Жуков удумал создать к 9-ми имеющимся мехкорпусам, которые сами не имели толком своей тысячи танков, еще 20 мехкорпусов, которые в итоге к началу война были практически без танков в большинстве своем. Которые имели задачи как полноценные, но которые в принципе воевать не могли. Но это преклонение не было слабостью только одного Георгия Константиновича. Похоже, что этим болели и другие наши генералы. Многие были в друзьях у Тухачевского и его подельников.

Только арестовано по делу маршалов было около 4 000 офицеров и расстреляно около 200 генералов за участие в попытке военного переворота из полутора тысяч всех расстрелянных в те годы. И большинство из старших офицеров очень сильно сомневалось в виновности казненных и посаженных.

Дурная стратегия встречных лобовых сражений от Тухачевского с возвращением в Генштаб Б.М. Шапошникова была похоронена, но сторонники и поклонники расстрелянного маршала в РККА остались. И хотя в сентябре-октябре 1940 года был утвержден разработанный Шапошниковым «План отражения агрессии», предусматривающий активную (прежде всего!) оборону против наступающих моторизованных клиньев немцев, у подавляющей массы генералов преобладало непреодолимое желание схлестнуться с супостатом чуть не лоб в лоб в открытом поле. А так как русский солдат самый стойкий в бою, то и победа будет за нами! Тем более, после того как начальник Генштаба Шапошников был снят по состоянию здоровья в сентябре 1940 года, у всего генералитета НКО и ГШ стала преобладать «активная наступательная доктрина».

В своей книге «Упущенный шанс Сталина» историк М. Мельтюхов приводит слова тогдашних идеологов ВКП(б) и армии, текст проектов Директив Главного управления политической пропаганды РККА (ГУ 1111) от июня 1941 года, так и не утвержденных ЦК ВКП(б), «подтверждающих» его версию о том, что СССР (Сталин) вели наступательную внешнюю политику и собирались напасть превентивно на Германию летом 1941 года, но не успели. Как говорится, каждый волен видеть то, что ему больше нравится.

Но в тексте проекта Директивы ГУИН, приведенном Мельтюховым, говорится: «Опыт военных действий показал, что оборонительная стратегия против превосходящих моторизированных частей никакого успеха не давала и оканчивалась поражением. Следовательно против Германии нужно применить наступательную стратегию, подкрепленную мощной техникой» .

Встречное немедленное лобовое контрнаступление на врага, культивировавшееся еще со времен Тухачевского, вызывало восторг не только у Жукова, но и в политуправлениях. Это было сутью военных воззрений большинства генералов РККА, учеников Тухачевского, а не выдумкой только Жукова и Тимошенко. И наши генералы так и собирались воевать в случае нападения Германии, смелым ударом, как на поле Куликовом.

Замполиты РККА считали, что против мехчастей немцев нельзя обороняться, а надо «применить наступательную стратегию». А немцы усилили свои части противотанковой артиллерией, и наши танковые удары тупо сжигались во встречных наступлениях. У нас что — Генштаб не знал структуру вермахта и то, что немцы против танковых ударов усиливают свои ПТО?! Знали однозначно. Но наши генералы собирались воевать по опыту Первой мировой и локальных войн. Ведь так и воевали в Первую мировую и в Гражданскую унтера-кавалеристы, и они, перенося свои «знания» на будущую войну, не желали учиться на примере Европы после 1939 г.

И хотя Сталин постоянно указывал своим генералам, что опыт тех войн нельзя тупо применять в современной войне, пока они себе сами лбы не порасшибали и солдат не положили, генералы поверить не могли, что выпускник семинарии без диплома оказался умнее выпускников кавалерийских курсов РККА.

В тексте этой так и не утвержденной Директивы ГУН откровенно заявлялось: «Неверно было бы, однако, расценивать нашу мирную политику как вечную и неизменную. Это — временная политика, которая вызывалась необходимостью накопить достаточные силы против капиталистического окружения. Теперь мы такие силы накопили и вступили в новый, наступательный период внешней политики СССР, который возлагает на нас большие и ответственные обязанности… Не исключена возможность, что СССР будет вынужден, в силу сложившейся обстановки, взять на себя инициативу наступательных военных действий… »

Правда, потом в тексте идет смягчение воинственного задора: «В современной, исключительно напряженной международной обстановке, СССР должен быть готов ко всяким неожиданностям и случайностям и держать порох сухим против каждого империалистического государства, несмотря на наличие пактов и договоров с этим государством». Надо быть готовыми к нападению и смело всех победить.

И хотелось бы причины трагедии лета 1941 года, разгрома и гибели РККА списать на некоторое недомыслие и недопонимание генералитетом правил ведения современной войны — хотели, как лучше, а получилось не очень.

Улик, говорящих о том, что, кроме вечной российской безалаберности (полководческой наивности командиров и прочих объективных факторов), было и предательство, причем так много, что впору говорить о саботаже и заговоре в среде красных командиров.

Другое дело, что доказать факт саботажа, как и работу агентуры влияния практически невозможно. Если были факты явного предательства среди командиров, таких быстро ставили к стенке. Но доказать явный предательский умысел на уровне высшего командного состава почти нереально.

Поэтому Сталин и не перестрелял толпы генералов ни в 1941 году, ни после. Кого смогли раскрутить за конкретные грешки, иногда не связанные напрямую с преступной деятельностью в организации разгрома РККА, того посадили и к стенке поставили. Но основная масса полководцев, на чьей совести солдатские жизни, бессмысленные потери и чуть не погибшая страна, стали героями, потом мемуарами себе рейтинги повышали и славу зарабатывали. Но с «победителями» Сталин попытался разобраться после войны, когда в 1948 году затеяли под видом опроса командиров расследование причин погрома июня 1941 года. И опрос этот начали как раз после того, как Жуков попал в опалу очередную — в феврале 48-го его отправили в Уральский округ.

Такое впечатление, что в среде генералитета перед войной было, как минимум, две группировки. Одни были сторонниками Ворошилова, Буденного и Шапошникова, сменившего в свое время «великого полководца» Тухачевского на посту начальника Штаба РККА (Генштаба) и показавшего разницу между выпускником Академии Генерального штаба еще Российской Империи и дилетантом-выскочкой, прославившимся в походе на Варшаву и в подавлении крестьянских бунтов. Эти командиры были сторонниками Сталина.

И была группировка сторонников Тухачевского. Их было гораздо больше. И более 4000 арестованных по делу Тухачевского, и 200 расстрелянных (из 1600 человек) высших и старших офицеров говорят сами за себя.

А сколько осталось в РККА сочувствующих? И ведь, кроме армейских генералов, в эту группу сторонников «:превентивных» ударов и встречных атак входили и генералы-замполиты.

У этой компании хватало сторонников и в ЦК и в Политбюро. Дело было не только в военной безграмотности, приведших к гибели армии летом 41-го. Но кто-то наверняка давал команды и на откровенное предательство? Ведь не само по себе сливалось топливо и снималось вооружение с самолетов в некоторых частях после получения команды на приведение этих частей в повышенную боевую готовность?

И таких фактов откровенного предательства читатель может сегодня найти и сам множество, в Интернете выложены сотни книг мемуарной литературы — надо только не полениться ее перелопатить. И те же «резуны» пытаясь доказать, что СССР готовил «агрессию», приводят факты именно предательства, а не разгильдяйства, которые списывать на некую мифическую расхлябанность и безалаберность уже не получается.

По трагедии 1941 года должно быть сделано наконец четкое объяснение и названы конкретные виновные, а списывать все на некие «просчеты политического руководства» СССР (Сталина) сегодня вряд ли получится.

Чем больше будет вылезать наружу фактов и документов о начале войны, чем больше станет известно о роли конкретных командиров и начальников в разгроме и гибели РККА в 41-м, тем больше появится соблазна у деятелей типа Резуна в очередной раз облить грязью нашу историю. Сегодня к этому процессу с радостью подключатся прочие Сванидзы, в объективном порыве бросившившиеся сочинять свои исторические хроники. Этим гражданам только дай команду «фас», и они тут же вцепятся в глотку любому историческому персонажу тех лет.

Уже сегодня Жукова кличут и «мясником», и негодяем, заваливавшим немецкие позиции трупами наших солдат. Это Жуков (почему не Сталин?) погнал Красную армию в германские города на убой. Надо было просто окружать немцев в городах, в них не входить, а там они сами бы и сдавались, от грусти, наверное. Но как-то не любят вспоминать о том, что в окруженной Праге немецкие войска воевали уже после того, как капитулировала Германия. И еще меньше стараются называть дату окончательного разгрома Курляндской группировки. А ведь она сражалась в окружении в апреле-мае 1945 года. И происходило это на территории Прибалтики, в Латвии и Литве.

Но одно дело держать окруженной в тылу у себя группировку врага типа Курляндской, с которой можно было и не торопиться, другое — валандаться с Берлином, дожидаясь, пока союзники СССР что-нибудь предпримут с сепаратными переговорами с нацистами. И начнут вместе с немцами против Красной армии какую-нибудь свою операцию «Ренкин» или «Немыслимое».

Другой вопрос, что организация взятия Берлина, уже окруженного нашими войсками и попадающего в советскую зону оккупации, была проведена странно. Напрасная гибель тысяч солдат ради удовлетворения полководческих амбиций командующих фронтами ради того, чтобы войти в историю, конечно же, требует своего тщательного разбирательства.

Одно дело — гибель людей, когда это приведет (должна привести) к победе в конкретной операции, как, например, бесконечные бои в 1942 году на Московском направлении, под Ржевом, ради победы под Сталинградом. И другое дело — гонка генералов в Берлинской операции.

Хотя надо отдать должное Жукову в организации наступления на Зееловские высоты, когда пехоту и танки погнали на штурм по приказу маршала после получасовой артподготовки (первоначально Жуков собирался ограничиться 20 минутами артиллерийского огня по мощной обороне немцев), что с военной точки зрения было вполне оправдано. И гениально.

Ведь немцы не ожидали скорого штурма и собирались отсидеться в укреплениях или отойти в город. А Жуков на их плечах ворвался в Берлин, в котором оборону держали фольксштурмовцы и прочие мобилизованные части.

Потом для зрителя-читателя придумали дурацкую историю про зенитные прожектора, которые в наступлении на укрепленные позиции гораздо полезнее тяжелых снарядов. Но бои за Зееловские высоты выполнили главную задачу — не позволили основной массе немецких войск отступить в Берлин и облегчили бои в городских кварталах.

Георгий Константинович не больше мясник, чем любой другой военачальник Красной армии в этой войне (других у нас и не было, разве что К.К. Рокоссовский?). И Жуков не больший губитель солдатских душ, чем Манштейн.

Как бы ни писали Соколовы, Солонины и прочие Резуны, наши армейские потери вполне равноценны немецким. И немцы, бывало, тупо гнали своих солдат в атаки, сбрасывали бомбы на свои позиции, если нарывались на наши истребители, могли вести огонь по своим солдатам из-за несогласованности. Но только у них хватает совести по отношению к своим солдатам не устраивать пляски на костях погибших, поливая ненужной грязью своих генералов. Сказать правду о конкретных героях надо обязательно, но нельзя устраивать из этого шоу.

Молотов, лично зная и Жукова, и прочих военачальников, так отозвался о Георгии Константиновиче и некоторых из них: «Жуков — горлопан. Но я убедился в его способностях уже в конце войны , Сталин пригласил Василевского и спросил, сколько потребуется времени для взятия Кенигсберга? «Две-три недели», — ответил Василевский. Потом был вызван Жуков, который дал реальную картину предстоящего штурма и сказал, что это очень непростое дело, которое потребует два-три месяца. Так и вышло…

Рокоссовский менее тверд и настойчив. Маршал Шапошников — хороший человек. Сталин хорошо к нему относился. Он из царских офицеров… Но он к политике и не рвался. В своем деле был силен . И у Жукова в политике ничего бы не вышло, хоть он и рвался . Василевского я очень хорошо знаю. Очень хороший военный генштабист. А как командующий — Жуков в первой тройке . Жуков, безусловно, Рокоссовский войдет. Кто третий, надо подумать…»

Жуков был вполне нормальным командиром, он мог заставить других поднять в атаку и командовать. Но думать не очень умел. Не полководец он был и в смысле разработки операций, хоть и показывают его на старой хронике возле военных карт. И в «Освобождении» актер М. Ульянов его изображает рядом с картами, мучительно размышляющим над тем, как бы поумнее немцев победить. Но думать он не умел. Ведь не каждый генштабист способен водить полки в атаку.

Но есть еще одна армейская закономерность. Генералы мирного времени воевать почти никогда не умеют. И наоборот. Вояки в мирной жизни быстро прогорают от рутины мирных будней и чаще уходят из армии сами, если их не выживают. Но, с другой стороны, в лето 41 — го шла ротация мирных генералов на боевых, а в 42-м кто мешал генералам поумнеть? Сталин, наверное?

После Сталинграда таких позорных поражений в армии больше не было, и это были те же самые генералы. Но и перед войной, в западных округах стояли генералы, которые были Героями Советского Союза через одного. Кто в Финскую, кто в Испании отметился. Это все ерунда, что немцы имели больший опыт современной войны. Но даже если опыта нашим не хватало, то кто им мешал изучать опыт боевых действий во Франции и Польше? Опять Сталин? Жуков и Тимошенко писали резолюции на документах таких анализов — нам это не нужно.

У каждого человека, тем более военного, есть свой потолок. Можно быть замечательным командующим армией, но поставь такого на фронт — опозорится.

А насчет превосходства немцев в боевом опыте над советскими генералами можно привести такой аргумент генеральских адвокатов (кстати, очень часто используемый). Его приводят, чтобы доказать, что немцы на 22 июня имели превосходство над нашими командирами и солдатами за счет боевого опыта, что и стало главной причиной наших поражений лета 41-го. Правда, они продолжались вплоть до Сталинграда. И пример превосходства в боевом опыте в 41-м — война в 1952-м в Корее, наших летчиков против американских. Мол, наши имели больше опыта, чем американцы.

В воздушных боях в Корее в 1952 году наши летчики, имеющие боевой опыт, под командованием Ивана Кожедуба (который сам сбил полтора десятка американских самолетов), не только лихо сбивали американские «Летающие крепости» Б-29 и «Сейбры» на Миг-15. Но они еще и срывали следующие вылеты — американские летчики просто отказывались лететь. И происходило это именно в силу того, что дивизия Кожедуба состояла из асов Великой Отечественной, имеющих большой военный опыт, а у американцев опыта не было. Но.

В 1944–1945 годах немецкие асы, собранные со всех фронтов в ПВО Германии для защиты Фатерлянда от усиливающихся массовых налетов, на реактивных «мессерах» не смогли сорвать налеты на Германию Б-29. А наши в Корее смогли. Если сравнить количество самолетов за один налет в Германии и количество немцев на реактивных истребителях против винтовых «Мустангов» одномоментно, и количество американцев с прикрытием реактивными «Сейбрами» в один налет в Корее против наших Миг-15 Кожедуба, то получится, что немцы просто не желали умирать за Германию? Наши срывали налет американцев, а немцы — нет.

При этом американские летчики в Корее, конечно же, тоже имели некий опыт в налетах на Германию всего 6–7 лет назад. И у Кожедуба не все были Героями Советского Союза и фронтовиками. Часть летчиков всю войну на Дальнем Востоке прослужили.

Так что особого военного опыта не было у немцев в июне 41-го, а если и был, то не он стал главной причиной наших поражений. И доказывается это легко примерами, которыми сегодня почему-то не гордятся как примерами воинского долга и героизма командиров. Танковая дивизия Ивана Черняховского не в первый день войны вступила в бой, выдвигаясь в Прибалтике из глубины округа навстречу немцам. Но, вступив в бой 24 июня, она выкинула немцев на своем участке за границу. А сколько пожгла сформированная в середине июня противотанковая бригада Москаленко немецких танков? А сколько дней держались на границе пограничники и отдельные приграничные дивизии?

Рокоссовский вышел через 250 км маршем на старых танках под Дубно и устроил танковый погром немчуре. Или его на армию уже в середине июля поставили за то, что плохо провел бои под Дубно? Заметили, что до сих пор истории подобных Черняховских не рекламируются? Понимаете, почему военные этим не гордятся даже сегодня?

Нам расскажут замечательные истории о том, что эти бои и части с командирами повлиять на общую картину не могли, потому что «немцы были более опытные в военном отношении». Или сами отдельные наши командиры были очень сильными. Но ни Рокоссовский, только вышедший после 2,5 лет отсидки, нигде в боях последние лет 7 не участвовал, ни Черняховский особого боевого опыта не имел. Но Павловы опыт как раз имели. Они повоевали и награды имели за предыдущие малые войны.

А если начать гордиться теми, кто в первые дни надирал задницу нацистам, то придется признать, что были Черняховские и Рокоссовские с Москаленко, но были и Павловы. И Павловы на фоне Черняховских станут именно мерзавцами и предателями. Но Павловы все поголовно реабилитированы, и значит, не стоит их противопоставлять Черняховским и Рокоссовским в июне 41-го. А то начнут задавать простой вопрос обыватели — почему одни выполняли свой воинский долг и воевали на той технике и с тем же оружием, а другие не очень?

У вчерашнего зэка Рокоссовского в его 9-м мехкорпусе резерва округа не было ни одного нового танка Т-34 или КВ. И даже устаревших и выработавших свой ресурс БТ и Т-26 было всего 298 и 73 бронемашины со 101 орудием. А в 4-м мехкорпусе Власова в том же КОВО было — танков 979 штук, 175 бронемашин при 134 орудиях. И при этом чуть не половина всех Т-34 и КВ, что к этому времени выпустили в СССР. В 6-м мехкорпусе в Белоруссии, в ЗапОВО было 1131 танк, 242 бронемашины и 162 орудия. Однако Рокоссовский с его танками стал героем, а Власовы свои танки гоняли вдоль линии фронта, чтобы создать у немцев видимость, что у Красной армии танков много!

Это не шутка — так Власов своим подчиненным и разъяснял, почему их танки носятся, как угорелые, по дорогам вдоль границы, но в бои не вступают.

29-го ноября 2011 года М. Солонин на своем сайте выложил «Краткий отчет о боевых действиях 8-й танковой дивизии за период с 22.06.41 по 1.08.41» (ЦАМО, ф. 38, оп. 11360, д. 2, л.148–152):

«2. Основной задачей 8-й танковой дивизии было:

а) в составе 4 МК прикрыть отмобилизование частей Красной Армии;

б) завести противника в заблуждение, создав мнение о наличии большого количества танковых соединений на участке 6-й Армии (в оригинале документа эта феерическая фраза помечена чертой на полях и подчеркнутым словом «заблуждение» — М.С.), что и достигалось переброской частей дивизии в составе 4 МК с одного фланга армии на другой. Цель была достигнута произведением больших маневров дивизии за 23–26.06.41 г.».

У Ю. Мухина есть описание истории, как подполковники со своими частями танковую дивизию «Мертвая голова» уничтожали в июле 41-го, сами находясь в окружении. А другие генералы бросали технику, припасы, и солдат распускали — выбирайтесь, как хотите, а маршалы в крестьянской одежде шарахались по тылам.

Так что байки генеральские о всеобщем превосходстве и опыте немцев перед 22 июня просто не пройдут. В конце концов, к весне 42-го от Красной армии довоенного состава никого не осталось ни среди солдат, ни среди многих погибших командиров среднего и младшего звена. Мой дед, хромой инвалид, ушел добровольцем в декабре 41-го — настолько в довоенной армии были огромные потери, что брали всех подряд.

Но когда вместо Тимошенко и прочих Гордовых (еще одна будущая жертва сталинских репрессий) стали ставить на фронты Чуйковых, то воевать стали и грамотнее, и успешнее.

Кстати, Чуйков в 1940 году командовал той самой 4-й армией, чьи три дивизии Павлов с Коробковым подставили потом в Бресте к 22 июня 41-го. Но его в декабре 40-го отправили в Китай, военным атташе, а в действующую армию он вернулся только весной 42-го: «С мая 1942 года — командующий 1-й резервной (с июля — 64-я) армией, а затем оперативной группой 64-й армии. Принимал участие в оборонительных боях на дальних подступах к Сталинграду. С сентября 42-го — командовал 62-й армией, которая прославилась героической шестимесячной обороной Сталинграда в уличных боях в полностью разрушенном городе, сражаясь на изолированных плацдармах на берегу широкой Волги» («Википедия»),

Какой боевой опыт имел В.И. Чуйков до этого? Да особо и не похвастаешь: «С декабря 1936 года — командир бригады, с апреля 1938 — командир 5-го стрелкового корпуса, с июня 1938 — командующий армейской группой в Белорусском военном округе. В сентябре 1939 года во главе ее участвовал в Польском походе РККА. В декабре 1939 года назначен командующим 9-й армией, сражавшейся в Советско-финской войне 1939–1940 в северной Карелии. Потерпел жестокое поражение в сражении при Суомуссалми, когда три финских полка окружили и разгромили две стрелковые дивизии РККА. С марта 1940 года — командующий 4-й армией Западного особого военного округа. С декабря 1940 года находился в должности военного атташе при Полномочном представительстве СССР в Китае». (Там же)

Судя по всему Чуйкова из Белоруссии, с самого важного участка обороны советской границы просто убрали. Отправив в «почетную ссылку». Но почему-то именно Чуйковы смогли воевать с немцами, а Павловы не имели военного опыта?

Дело не в общем боевом опыте армии как таковой. Дело в командирах. В дивизии Черняховского в Прибалтике, или в корпусе Рокоссовского в КОВО были точно такие же солдаты и офицеры, как и в тех же трех дивизиях, что встречали 22 июня в Бресте. Но при разных командирах и солдат воевал по-разному.

Никто не призывает скидывать Жукова с бронзового коня. Он этого коня вполне заслужил, хотя на Красной площади можно было бы и не ставить. Свою роль в истории войны он исполнил. Сам ли, или Сталин его, как других генералов, заставил стать героем на той войне, сейчас не так уж и важно. У Сталина была возможность после войны разобраться относительно Жукова, какое отношение он имеет к тому, что вытворяли Павловы на границе перед 22 июня.

И ничто не помешало бы Сталину предать суду Георгия Константиновича после войны, если бы он мог доказать его личное предательство в 1941 году.

Это сегодня для нас Георгий Константинович маршал Победы и великий полководец, а весной-летом 1945 года Сталин мог назначить хоть того же К.К. Рокоссовского главным победителем в войне.

Жуков, наверное, вполне справедливо заслужил свое место в истории Победы. Когда к трибуне Мавзолея, на которой стояло руководство СССР, русские солдаты бросали немецкие штандарты и знамена, там по праву победителя стоял и маршал Г.К. Жуков. На редко показываемой хронике Парада Победы хорошо видно, к чьим ногам летят эти знамена. При этом сам Сталин скромно стоит один, в стороне от остальных, слева для зрителей. Во время всего Парада Победы Сталин стоял в центре трибуны мавзолея, но в момент бросания германских знамен и штандартов он стоит с краю и отдельно от всех.

С одной стороны, закончил войну последним ритуалом, с другой стороны, дал возможность военным почувствовать себя настоящими победителями. Но при этом все равно хорошо видно, кто на трибуне главный победитель в этой войне. Вот только не было радости на лице у вождя.

После 24 июня 1945 года целых 20 лет День Победы военным парадом не отмечали. Следующий провел в 1965 году Брежнев, однако Жукова в отличие от других маршалов-пенсионеров, на трибуну Мавзолея он не позвал. Почему? Попробуем разобраться.

Как и когда Г.К. Жуков начал фальсифицировать историю начального периода ВОВ

Возвращаясь к Г.К. Жукову с его мемуарными байками о том, что тиран-деспот не давал им с Тимошенко приводить войска в боевую готовность заранее, не стоит забывать, что «Воспоминания и размышления» маршала в конце 1960-х, когда он писал свои мемуары, редактировались в Политбюро и ЦК КПСС. И можно сказать, что его утверждение о том, что «Сталин им с наркомом не разрешал приводить в боевую готовность войска западных округов перед 22 июня», было не только личным мнением маршала Жукова. Это уже было установкой партии, признавшей Сталина виновным за все. И партия времен Брежнева не собиралась отменять решения партии времен Хрущева. Хотя того и сняли с позором.

Но не стоит забывать, что это мнение партии с подачи Жукова и было сформировано еще перед 20 съездом КПСС, когда он, как министр обороны, оптом реабилитировал Павловых, еще до 1956 года. А еще он свои утверждения о том, что Сталин не давал приводить в боевую готовность войска на границе, пытался озвучить в том же 56-м, сразу после 20-го съезда.

Сначала придется подробнее показать служебные перипетии маршала после войны.

В марте 1946 Жуков был отозван из Германии, где он был командующим всеми оккупационными войсками СССР, и назначен главнокомандующим Сухопутными войсками и зам. министра Вооруженных сил СССР.

9.06.1946 Жуков снят с должности с обвинением в «отсутствии скромности, чрезмерных личных амбициях, приписывании себе решающей роли в выполнении всех основных боевых операций во время войны». Кроме всего прочего, кроме неофициальных обвинений в мародерстве, Жукова обвиняли еще и в том, что он, «чувствуя озлобление, решил собрать вокруг себя неудачников, командующих, освобожденных от занимаемых должностей, таким образом становясь в оппозицию к правительству и Верховному командованию». А это уже недалеко и до обвинений в военном заговоре.

(Примечание: Интересно, как Жуков объяснял в записке на имя секретаря ЦК ВКП (б) А. А. Жданова наличие всего того трофейного барахла, которое у него описали на даче (числилась за МГБ): «Все это валялось в кладовой, и я не думал на этом строить свое какое-то накопление. Я признаю себя очень виновным в том, что не сдал все это ненужное мне барахло куда-либо на склад, надеясь на то, что оно никому не нужно…»

Среди ненужного барахла были музейные экспонаты, но Жуков надеялся, что они никому не нужны.)

Однако Сталин просто отправил маршала в Одесский округ проветриться. Кстати, сам же Жуков вроде как признавал — после войны начинало раскручиваться дело об измене. Но о какой измене могла идти речь после Победы — может, это о событиях лета 41-го начался подниматься вопрос? Однако скорее всего у Сталина не хватало фактов и доказательств измены генералов, для чего и понадобилось расследование по вопросам Покровского, начатое в 1948 году, после того как Жукова в начале 48-го отправили в УралВО.

На XIX съезде партии в октябре 1952 г. Жуков вновь избран кандидатом в члены ЦК, а вот после смерти Сталина Жуков снова занял ведущие позиции в армии, став уже в марте 1953 года 1-м зам. министра обороны СССР. А 9.2.1955 года, за свои «заслуги» перед Хрущевым, после того как он активно проявил себя в том же «деле разоблачения» Берии, Г.К. Жуков занял пост министра обороны СССР.

Потом он спас Хрущева от снятия с поста Первого секретаря, в 1957 году, а потом Хрущев его и «отблагодарил» — во время поездки в Югославию Жуков 26.10.1957 был неожиданно снят с поста министра и заменен маршалом Р.Я. Малиновским. Одновременно его вывели из состава Президиума ЦК и ЦК КПСС с формулировкой за «грубые нарушения ленинских принципов руководства вооруженными силами».

Через 4 месяца, 15.3.1958 г. маршал Г.К. Жуков был уволен в отставку.

Обида Жукова на Хрущева сыграла свою роль, и маршал в свои «Воспоминания» даже вставлял некие смелые выпады в адрес обидчика. Например, в одном из фрагментов, не вошедших в первые версии мемуаров, Жуков пишет: «Меня можно ругать за начальный период войны. Но 1942 г. — это же не начальный период. Начиная от Барвенкова, Харькова, до самой Волги докатились. И никто ничего не пишет. А они (имеется в виду Н.С. Хрущев. — К.0 .) вместе с Тимошенко драпали. Привели одну группу немцев на Волгу, а другую на Кавказ. А им были подчинены Юго-Западный фронт, Южный фронт. Это была достаточная сила… Я пишу все, как было, я никого не щажу» (Зенькович Н.Я. Маршалы и генсеки. М., 1997. С. 161–162).

Однако не стоит думать, что маршал не сам писал свои антисталинские утверждения в мемуары, что Георгия Константиновича Жукова мог кто-то заставить, что ему диктовали текст «воспоминаний». И чтобы не было этих иллюзий, стоит привести выдержки из его непроизнесенной речи на Пленуме ЦК КПСС в мае 1956 года, который должен был состояться после 20-го съезда, который проходил с 14-го по 25-е февраля 1956 г., когда они с Хрущевым были еще друзьями.

Рассмотрим только то, что связано с вопросом приведения в боевую готовность войск западных округов перед 22 июня, о том, что Сталин не разрешал Жуковым приводить войска на границе в боевую готовность заранее. А также основные байки Жукова, ставшие впоследствии «догмами» для историков.

Чем интересна данная речь Жукова? Во-первых, маршал уже в 1956 году сформулировал основные мифы о Сталине и его «вине» за трагедии начала войны, которые считаются непреложной истиной даже сегодня, спустя полвека, в головах многих историков, которые просто переписывают из мемуаров Георгия Константиновича о том, как начиналась война.

Во-вторых, он это сделал еще в 1956 году осознанно и по личной инициативе! А спустя 13 лет эти «истины» о Сталине вошли в его мемуары почти дословно. Никто его не заставлял это писать в 56-м и в 69-м, и уж тем более никто не заставлял писать это в 69-м. Итак.

Непроизнесенная речь Г.К. Жукова, май 1956 года. Источник: Сталин И.В. Сочинения. Т. 18. — Тверь: Информационно-издательский центр «Союз», 2006. С. 692–707 (Выделено в тексте мною — К.0.)

«Секретно

Товарищу ХРУЩЕВУ Н.С.

Посылаю Вам проект моего выступления на предстоящем Пленуме ЦК КПСС.

Прошу просмотреть и дать свои замечания. Г. ЖУКОВ

19 мая 1956 года

№ 72с Секретно

Состояние и задачи военно-идеологическойработы

Товарищи!

В своем выступлении я хочу доложить Пленуму ЦК о состоянии и задачах военно-идеологической работы.

Главным недостатком во всей военно-идеологической работе у нас в стране до последнего времени являлось засилие в ней культа личности.

Должен отметить, что у некоторых товарищей имеется мнение о нецелесообразности дальше и глубже ворошить вопросы, связанные с культом личности, так как, по их мнению, углубление критики в вопросах, связанных с культом личности, наносит вред делу партии, нашим Вооруженным Силам, принижает авторитет советского народа и тому подобное.

Я считаю, что подобные настроения вытекают из несогласия с решением XX съезда партии, полностью одобрившего предложения, изложенные в докладе ЦК по ликвидации последствий культа личности. Если пойти по пути свертывания работы по ликвидации последствий культа личности, то мы не выполним тех решений, которые единодушно были приняты XX съездом партии. Мы не можем забывать, что культ личности и все то, что с ним было связано, принес нам много вреда и в деле обороны нашей страны.

Как известно, особенно широкое распространение культ личности приобрел в вопросах, связанных с Великой Отечественной войной».

Жуков просто рвется в бой, за «дело Хрущева по разоблачению культа личности Сталина».

«Отдавая должное заслугам, энергии и организаторской деятельности Сталина, я должен сказать, что культ личности Сталина в освещении войны приводил к тому, что роль нашего народа, партии и правительства, наших Вооруженных Сил принижалась, а роль Сталина непомерно преувеличивалась. Во имя возвеличивания Сталина в нашей военно-идеологической работе было допущено грубое искажение ряда исторических фактов, замалчивание неудач, ошибок, недочетов и их причин, а достижение успехов приписывалось исключительно руководству Сталина.

Действительное же состояние подготовки нашей страны к обороне в то время было далеким от этих хвастливых заявлений, что и явилось одной из решающих причин тех крупных военных поражений и огромных жертв, которые понесла наша Родина в начальный период войны.

Накануне войны организация и вооружение наших войск не были на должной высоте, а что касается противовоздушной обороны войск и страны, то она была на крайне низком уровне.

До 1941 года у нас было очень мало механизированных соединений, и только зимой 1941 года было принято решение о формировании 15-ти механизированных корпусов за счет ликвидации кавалерии, но это решение было крайне запоздалым.

К моменту возникновения войны большинство наших механизированных корпусов и дивизий находилось еще в стадии формирования и обучения, в силу чего они вступили в бой несколоченными и слабо вооруженными».

В начале 41-го было принято решение о формировании не 15-ти, а 20-ти механизированных корпусов. В июне-июле 1940 года было сформировано 8 мехкорпусов, 9-й мехкорпус К.К. Рокоссовского создан в декабре 40-го, а остальные 20 — и создавались в начале 1941 года.

Но если бы Жуков назвал общую цифру 30 мехкорпусов для Красной армии, то его бы самого могли и спросить — а не сами ли вы и намудрили, дорогой нач. ГШ, с таким количеством мехкорпусов в преддверии войны? И что это за обличительная манера из уст одного из руководителей армии? Сталин виноват в том, что Гитлер не дал времени Жукову на сколачивание и формирование дополнительных 20-ти мехкорпусов? Так нечего было затевать такое количество мехкорпусов с весны 41-го, в преддверии войны, о которой было известно.

Точно так же Жуков врал и в мемуарах — якобы всего только 15 мехкорпусов надумали создать зимой 41-го.

«Качество нашей авиации оказалось ниже немецкой, да и та из-за отсутствия аэродромов была крайне скученно расположена в приграничной зоне, где и попала под удар авиации противника».

Насчет качества авиации мог бы бывший нач. ГШ и не говорить ерунды. До 1930 года в России не было авиации как таковой, а авиационной промышленности тем более. И ставить в вину Сталину, что к началу войны мы отставали от Европы в самолетах и их качестве можно только от большой непорядочности. Не стоило говорить и о том, что Сталин виноват в том, что не хватало в западных округах аэродромов, и из-за этого самолеты оказались сосредоточены в приграничной зоне. Даже Павлов на допросе и суде дал другие объяснения того, почему авиация была разгромлена в первые дни войны. Это произошло из-за того, что самолеты собрали именно на приграничных площадках, а не в глубине округа. Аэродромы были. А строительство запасных аэродромов целиком на совести военных, в самих округах.

«Артиллерия, особенно зенитная, была очень плохо обеспечена тягачами, вследствие чего не имела возможности передвигаться и в какой-либо степени обеспечить маневр наших войск на поле боя. Очень много артиллерии из-за отсутствия артиллерийских тягачей было брошено при отходе наших войск».

Такое ощущение, что доклад не нач. ГШ Красной армии 41-го делает, а проверяющий из политуправления. Кто должен заниматься обеспечением артиллерии в армии тягачами — Сталин лично? Может, стоило рассказать публике на пленуме, как артиллерию оставляли на стрельбищах и в учебных центрах после получения в округах приказов Жукова о повышении боевой готовности после 11-15-18 июня?

«У Генерального штаба не было законченных и утвержденных правительством оперативного и мобилизационного планов».

Генштаб представил правительству самые планы или тянул резину вместе с командующими западных округов? И кто виноват в том, что Генштаб так и не представил на утверждение правительству и Сталину оперативный и мобилизационный планы?!? Кто виноват, что Жуков с Тимошенко мудрили с вариантами «Соображений о стратегическом развертывании» на случай нападения Германии, самовольно отменили отработку «северного» варианта, перенеся его исполнение на июль 41-го уже 1 февраля, но свой «южный» протаскивали любой ценой?

«Промышленности не были выданы конкретные мобзадания по подготовке мобилизационных мощностей и созданию соответствующих материальных резервов. Особенно плохо обстояло дело с руководящими военными кадрами, которые в период 1937–1939 гг., начиная от командующих войсками округов до командиров дивизий и полков включительно, неоднократно сменялись в связи с арестами. Вновь назначенные к началу войны оказались слабо подготовленными по занимаемым должностям. Особенно плохо были подготовлены командующие фронтами и армиями. Огромный вред для Вооруженных Сил нанесла подозрительность Сталина по отношению к военным кадрам».

Подумаешь, ерунда какая — военные всего лишь пытались в 37-м военный переворот осуществить, а Сталин был таким подозрительным. Арестами не давал командирам служить. Но каков бы ни был плохо подготовлен командующий фронтом и округом, выполнять полученные из наркомата и Генштаба приказы он обязан в полном объеме. Но генерал армии Павлов, командующий Западным округом — Белоруссией, открыто не выполнил Директивы НКО и ГШ (Тимошенко и Жукова) от 11–18 июня о приведении войск своего округа в боевую готовность. Но видимо, и в этом Сталин «виноват».

«… Вследствие игнорирования со стороны Сталина явной угрозы нападения фашистской Германии на Советский Союз, наши Вооруженные Силы не были своевременно приведены в боевую готовность, к моменту удара противника не были развернуты , и им не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника, чтобы, как говорил Сталин, «не спровоцировать немцев на войну».

Только за одно это утверждение маршала Победы погоны срывать можно. Ведь именно Жуков и подписал Директивы от 11–12 июня, которыми «Планы прикрытия» вводились в действие фактически. В 1956 году говорить такое Жуков еще мог. А в 69-м в черновиках своих мемуаров он сам и расписал то, как проводилось и развертывание, и приведение в боевую готовность.

Но к этому времени общая установка ЦК КПСС была уже именно на очернение Сталина и выставление его виновным за все. Так что приходится факты, опровергающие эти слова Жукова из 1956 года, искать в словах Жукова из 1969 года. Правда, найти в словах Жукова в 69-м информацию о том, какие мероприятия по приведению в боевую готовность войск в западных округах проводились, надо постараться.

Но врать, что Сталиным армии и наркому обороны и нач. ГШ «не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника», Жукову не стоило.

«Знал ли Сталин и председатель Совнаркома В.М. Молотов о концентрации гитлеровских войску наших границ? Да, знали. Кроме данных, о которых на XX съезде доложил тов. Н.С. Хрущев, Генеральный штаб систематически докладывал правительству о сосредоточениях немецких войск вблизи наших границ, об их усиленной авиационной разведке на ряде участков нашей приграничной территории с проникновением ее в глубь нашей страны до 200 километров. За период январь — май 1941 г. было зафиксировано 157 разведывательных полетов немецкой авиации.

Чтобы не быть голословным, я оглашу одно из донесений начальника Генерального штаба главе правительства тов. В.М. Молотову:

«Докладываю о массовых нарушениях государственной границы германскими самолетами за период с 1 по 10.4.1941 г. Всего за этот период произведено 47 нарушений госграницы.

Как видно из прилагаемой карты, нарушения в преобладающей своей массе ведутся:

а) на границе с Прибалтийским особым военным округом и особенно в районах Либава, Мемель и Ковно;

б) на Львовском направлении на участке госграницы Сокаль, Перемышль.

Отдельные случаи нарушения госграницы произведены в направлениях на Гродно, Белосток, Ковель и Луцк, а также на госгранице с Румынией.

Полеты немецких самолетов производились на глубину 90-200 км от госграницы как истребителями, так и бомбардировщиками. Это говорит о том, что немцы производят как визуальную разведку, так и фотографирование.

Прошу доложить этот вопрос тов. Сталину и принять возможные мероприятия. Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Жуков. 11 апреля 1941 г. № 503727».

Никаких реальных мер ни по этому донесению, ни по ряду других не последовало и должных выводов не было сделано.

(Сам себя не похвалишь — никто не оценит. — КО.)

Примером полного игнорирования Сталиным сложившейся военно-политической обстановки и беспрецедентной в истории дезориентации нашего народа и армии является сообщение ТАСС, опубликованное в печати 14 июня 1941 г., т е. за неделю до нападения фашистской Германии на Советский Союз. В этом сообщении указывалось, что «по данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз, ввиду чего, по мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы, а происходящая в последнее время переброска германских войск, освободившихся от операций на Балканах, в восточные и северо-восточные районы Германии связана, надо полагать, с другими мотивами, не имеющими касательства к советско-германским отношениям».

Это заявление дезориентировало советский народ, партию и армию и притупляло их бдительность.

Неудачи первого периода войны Сталин объяснял тем, что фашистская Германия напала на Советский Союз внезапно. Это исторически неверно. Никакой внезапности нападения гитлеровских войск не было. О готовящемся нападении было известно, а внезапность была придумана Сталиным, чтобы оправдать свои просчеты в подготовке страны к обороне».

А потом удивляемся, почему военных тупыми солдафонами кличут. Не зря Молотов потом назвал Жукова «горлопаном». И как политика он Жукова приложил, и как бездаря. А байки о том, что сообщение ТАСС «дезориентировало советский народ, партию и армию и притупляло их бдительность» так и гуляют до сих пор среди современных «историков».

Но оно появилось 13–14 июня, а 14–15 июня в округах уже получили Директивы Тимошенко и Жукова о том, что для повышения боевой готовности необходимо выводить войска в районы, предусмотренные планом прикрытия. Это на языке военных означает только одно — подготовку к нападению врага, к войне. Никого в армии сообщение ТАСС дезориентировать не могло и не должно было. И не дезориентировало, хотя многим историкам и нравится до сих пор повторять сии глупости.

«22 июня в 3 ч. 15 мин. немцы начали боевые действия на всех фронтах, нанеся авиационные удары по аэродромам с целью уничтожения нашей авиации, по военно-морским базам и по ряду крупных городов в приграничной зоне. В 3 ч. 25 м. Сталин был мною разбужен, и ему было доложено о том, что немцы начали войну, бомбят наши аэродромы, города и открыли огонь по нашим войскам. Мы с тов. С.К. Тимошенко просили разрешения дать войскам приказ о соответствующих ответных действиях. Сталин, тяжело дыша в телефонную трубку, в течение нескольких минут ничего не мог сказать, а на повторные вопросы ответил:

«Это провокация немецких военных. Огня не открывать, чтобы не развязать более широких действий. Передайте Поскребышеву, чтобы он вызвал к 5 часам Берия, Молотова, Маленкова, на совещание прибыть Вам и Тимошенко».

Свою мысль о провокации немцев Сталин вновь подтвердил, когда он прибыл в ЦК. Сообщение о том, что немецкие войска на ряде участков уже ворвались на нашу территорию, не убедило его в том, что противник начал настоящую и заранее подготовленную войну. До 6 часов 30 мин. он не давал разрешения на ответные действия и на открытие огня, а фашистские войска тем временем, уничтожая героически сражавшиеся части пограничной охраны, вклинились в нашу территорию, ввели в дело свои танковые войска и начали стремительно развивать удары своих группировок».

Позже в мемуарах от 1969 года Жуков приведет несколько по-другому слова Сталина. По крайней мере, свой телефонный разговор со Сталиным под утро 22 июня Жуков изобразит иначе:

«Минуты через три к аппарату подошел И. В. Сталин.

Я доложил обстановку и просил разрешения начать ответные боевые действия. И. В. Сталин молчит. Слышу лишь его тяжелое дыхание.

— Вы меня поняли?

Опять молчание.

— Будут ли указания? — настаиваю я.

Наконец, как будто очнувшись, И. В. Сталин спросил:

— Где нарком?

— Говорит по ВЧ с Киевским округом.

— Приезжайте с Тимошенко в Кремль. Скажите Поскребышеву, чтобы он вызвал всех членов Политбюро…»

Как видите, никакого запрета на ответный огонь от Сталина Жуков не озвучил в мемуарах. Хотя забавно, как в докладе Пленуму Жуков сочинение развел: «Сталин, тяжело дыша в телефонную трубку, в течение нескольких минут ничего не мог сказать, а на повторные вопросы ответил». И эти слова он в мемуары вставил — и о тяжелом дыхании, и о нескольких минутах молчания перешли из 56-го в 69-й год. А слова о «провокациях немецких военных», не войдя в издание мемуаров 1969 года, появились в изданиях 80-х гг.

Но Сталин все верно говорил в этом разговоре. Приходилось отрабатывать дипломатические выверты с попытками перевести войну в приграничные инциденты. Но прозорливый Жуков, которому все ясно стало, лучше Сталина понимает, как надо действовать.

Однако Жуков пошло врет, что «До 6 часов 30 мин. он не давал разрешения на ответные действия и на открытие огня». Запрет был на ответный огонь в округах от Кир поносов, и это было их инициативой, которую Жуков в данном случае пытается скрыть. Ведь начштаба КОВО Пуркаев четко показал, отвечая на вопросы Покровского:

«В период от 1 часу до 2 часов 22 июня Командующим войсками округа было получено распоряжение Генерального штаба , которое требовало привести войска в полную боевую готовность , в случае перехода немцев госграницы отражать всеми силами и средствами, самим границы не переходить и не перелетать, до особого распоряжения».

И Павлову нарком обороны лично по телефону дал указание около 4 часов утра: «Действуйте по обстановке».

Жуков раздувает тему не поддаваться на провокации, хотя ничего сверхъестественного в этом указании нет. Ведь первые обстрелы пограничных застав, дозоров и даже воинских частей начались уже в 2 часа ночи, и Жуков прекрасно это знает. Однако в это время немцы границу еще не пересекали, и вполне нормально, что на такие обстрелы-провокации поддаваться нельзя.

«Как видите, кроме просчетов в оценке обстановки, неподготовленности к воине, с первых минут возникновения воины в верховном руководстве страной в лице Сталина проявилась полная растерянность в управлении обороной страны, использовав которую противник прочно захватил инициативу в свои руки и диктовал свою волю на всех стратегических направлениях ».

О как! Если бы Сталин не растерялся с первых минут, то и не захватил бы враг «инициативу в свои руки и диктовал свою волю на всех стратегических направлениях»… А военные зачем в стране? Только и могли, что в рот тирану заглядывать? От страха перед «кровавым деспотом» забыли, что надо свои должностные обязанности исполнять, как положено, по уставу?

Так вроде через «несколько минут» Сталин оправился от растерянности, и войска действовали, введя свои планы прикрытия, и никаким боком это к тирану в Кремле не касалось. Ведь в случае нападения, да если Кирпоносы не будут запрещать вводить полную боевую готовность чуть не до обеда 22 июня, командиры будут действовать, как им положено в таких случаях — «автоматом». А Кирпоносам никто запрета из Москвы не давал на ответный огонь — ни Генштаб, ни Сталин.

«Я не сомневаюсь в том, что если бы наши войска в западной приграничной зоне были приведены в полную боевую готовность, имели бы правильное построение и четкие задачи по отражению удара противника немедленно с началом его нападения, характер борьбы в первые часы и дни войны был бы иным, и это сказалось бы на всем ее последующем ходе. Соотношение сил на театре военных действий, при надлежащей организации действий наших войск позволяло, по меньшей мере, надежно сдерживать наступление противника».

Опровержению данной байки от маршала Победы и были посвящены все предыдущие мои книги — «Кто проспал начало войны?», «Адвокаты Гитлера», «Сталин. Кто предал вождя накануне войны?», «Почему не расстреляли Жукова?», «В защиту маршала Победы», «Два плана маршала Жукова» и книга по полным ответам командиров на вопросы Покровского, в которых подробнейшим образом показано, что творилось в приграничных округах в предвоенные дни и в ночь на 22 июня.

И это вранье, рожденное Жуковым в 1956-м, позже плавно перешло через 13 лет и в его же мемуары. И сегодня оно гуляет в книгах различных историков. Но лучше бы Жуков рассказал, как он готовил «построение» войск Киевского округа перед 22 июня, Директивой НКО и ГШ от 12 июня, выводя их для немедленного встречного наступления на союзников Германии, по неосновным силам напавшего врага, как он собирался наступать на напавшего врага 23 июня и что из этого вышло.

А ведь в черновике Жуков потом и писал — что обязывало командиров приводить свои войска в боевую готовность.

«Неправильным является утверждение о том, что Сталин, разгадав планы немецко-фашистского командования, решил активной обороной измотать и обескровить врага, выиграть время для сосредоточения резервов, а затем, перейдя в контрнаступление, нанести сокрушительный удар и разгромить противника. В действительности такого решения не было, а «теория активной обороны» понадобилась для скрытия истинных причин наших неудач в начальном периоде войны».

Именно «активная оборона» и предусматривалась в утвержденных Сталиным «Соображениях» Шапошникова, отработанных маршалом в августе 1940 года и поданным на утверждение Сталину генералом Мерецковым в сентябре-октябре 1940 года. Которые Жуков в двух вариантах и должен был отработать к 1 мая 1941 года. Именно так и предусматривалось в предвоенных планах: «активной обороной измотать и обескровить врага, выиграть время для сосредоточения резервов, а затем, перейдя в контрнаступление, нанести сокрушительный удар иразгромитъ противника».

А Жуков собирался устраивать встречные всеобщие контрнаступления на вторгшегося врага. Однако немедленное контрнаступление не подготовленными силами (наши войска на тот момент не были и не могли быть в такой степени готовности, как вермахт) на атакующего противника неизбежно приводит к поражению! Но он это и пытался устроить в КОВО, когда прибыл туда 22 июня, чтобы провести всеобщее наступление. А рассказал об этом генерал-полковник А.П. Покровский еще в 1968 году, до выхода в свет мемуаров маршала Жукова:

«… на Юго-Западном фронте побывал Жуков, в самые первые дни, организовал там наступление с лозунгом: “Бить под корень!” На Люблин. Из этого наступления ничего не получилось. Погибло много войск, мы потерпели неудачу. Жуков уехал в Москву. Правда, потом он говорил, что это наступление было организовано по приказанию Сталина… »

А теперь посмотрите, что написано в «Директиве № 3» от 22 июня для Юго-Западного фронта (КОВО), которую Сталин Жукова «заставил» подписать, но сам он якобы был против:

«г) Армиям Юго-Западного фронта, прочно удерживая госграницу с Венгрией, концентрическими ударами в общем направлении на Люблин силами 5 и 6 А, не менее пяти мехкорпусов и всей авиации фронта, окружить и уничтожить группировку противника, наступающую на фронте Владимир-Волынский, Крыстынополь, к исходу 26.6 овладеть районом Люблин. Прочно обеспечить себя с краковского направления».

Т.е. Жуков задействовал в этом наступлении на Люблин практически основные силы округа! В обороне остаются те армии, чьи отдельные приграничные дивизии получили 19–20 июня приказ занять оборону на границе тем самым «пр. ГШ от 18 июня»!

Для остальных фронтов никакого выхода на территорию противника эта директива не ставит. Ставится задача в общих чертах:

«4. На фронте от Балтийского моря до госграницы с Венгрией разрешаю переход госграницы и действия, не считаясь с границей».

Кстати, приятель Жукова Ватутин пытался под Курском в 43-м устроить немедленное наступление на атакующие немецкие клинья в самом начале немецкого наступления. И единственный в 1943 году в Советской армии «генерал с диссертацией» П.А. Ротмистров, командующий танковой армией, был вынужден напрямую обращаться к Сталину, чтобы отменить убийственный приказ Ватутина и перейти в противотанковую оборону! И если бы Сталин не заставил Ватутина его отменить, то немцы могли пробить нашу эшелонированную оборону под Курском.

(Примечание: Впрочем, на южном фасе, где Ватутин и командовал, они ее практически пробили почти на всю глубину, вследствие чего и пришлось гнать танки Ротмистрова в Прохоровку навстречу противотанковой артиллерии немцев, которые уже заняли это поле. А потом Ротмистрова чуть под суд не отдали за эту Прохоровку. Ведь потери наших танков были огромные в этом сражении, которое началось с того, что танки Ротмистрова с ходу чуть не влетели в противотанковый ров, вырытый до этого нашими саперами против немцев! О чем, видимо, «забыли» предупредить Ротмистрова. Ротмистров, который посмел оспорить предыдущий приказ командующего фронтом Ватутина, позвонив Сталину, погнал танки на пушки немцев, а те их расстреливали. В итоге — нынешним историкам Соколовым так нравится ерничать, что советских танков под Прохоровкой сгорело несколько сотен, а немецких — с десяток.)

Жуков попер на вторгшегося врага уже 22–23 июня, имея за плечами вполне удачный опыт победы на Халхин-Голе, когда он бросил в бой без подготовки и пехотного прикрытия на переправившихся на нашу сторону японцев танки. Машины почти все сгорели в том бою, но не позволили закрепиться противнику на плацдарме, и таким образом достаточно небольшими потерями жуковский бросок обеспечил победу во всем сражении и позволил уничтожить гораздо больше войск противника по сравнению с нашими сгоревшими танками.

И 22 июня 41-го Жуков опять попытался устроить такую «победу», но уже над немцами, бросив на Украине в наступление свои не боеготовые войска целого округа на вторгшегося врага.

«Что же произошло в действительности, почему наши войска понесли поражение на всех стратегических направлениях, отступали и оказались в ряде районов окруженными?

Кроме неподготовленности страны к обороне и неполной подготовленности Вооруженных Сил к организованному отражению нападения противника, у нас не было полноценного Верховного командования. Был Сталин, без которого по существовавшим тогда порядкам никто не мог принять самостоятельного решения, и, надо сказать правдиво, в начале войны Сталин очень неплохо разбирался в оперативно-тактических вопросах. Ставка Верховного Главнокомандования была создана с опозданием и не была подготовлена к тому, чтобы практически взять в свои руки и осуществить квалифицированное управление Вооруженными Силами.

Генеральный штаб, наркомат обороны с самого начала были дезорганизованы Сталиным и лишены его доверия».

Интересно получается — «в начале войны Сталин очень неплохо разбирался в оперативно-тактических вопросах», но при этом он мешал воевать. Какие еще решения нужны были военным и Жукову, если план отражения в виде планов прикрытия и обороны были в округах и их ввели официально утром 22 июня? Что еще требовалось Жукову, если он и рванул в КОВО как раз и реализовывать «южный» вариант отражения агрессии — удар на Люблин?!

Вместо того чтобы немедля организовать руководящую группу Верховного командования для управления войсками, Сталиным было приказано: начальника Генерального штаба на второй день войны отправить на Украину, в район Тарнополя для помощи командующему Юго-Западным фронтом в руководстве войсками в сражении в районе Сокалъ, Броды; маршала Б.М. Шапошникова послать на помощь командующему Западным фронтом в район Минска, а несколько позже 1-го заместителя начальника Генерального штаба генерала Н.Ф. Ватутина — на северо-западное направление.

Сталину было доложено, что этого делать нельзя, так как подобная практика может привести к дезорганизации руководства войсками. Но от него последовал ответ: «Что вы понимаете в руководстве войсками, обойдемся без вас». Следствием этого решения Сталина было то, что он, не зная в деталях положения на фронтах и будучи недостаточно грамотным в оперативных вопросах, давал неквалифицированные указания, не говоря уже о некомпетентном планировании крупных контрмероприятий, которые по сложившейся обстановке надо было проводить».

Обратили внимание? Жуков заявляет, что на Украину он по распоряжению Сталина должен был убыть «на второй день войны»! В мемуарах же он напишет, что по приказу Сталина он уехал в КОВО уже в 2 часа дня 22 июня! Где правда? Посередине.

Сталин действительно дал команду-разрешение рвущемуся в КОВО Жукову убыть туда в помощь Кирпоносу как бывшему командующему этого округа, который в январе отрабатывал на КШИ отражение нападения Германии и ее союзников и лихо всех победил. Но уехать Жуков должен был именно на второй день войны.

Уехал Жуков в Тернополь 22 июня, но вечером, после совещания в Кремле у Сталина, где была подписана «Директива № 3» о наступлении на Люблин войск КОВО, как и планировал Жуков по «южному» варианту.

Вот как в мемуарах от 1969 года Жуков пишет:

«Примерно в 13 часов (22 июня — К.0.) мне позвонил И. В. Сталин и сказал:

— Наши командующие фронтами не имеют достаточного опыта в руководстве боевыми действиями войск и, видимо, несколько растерялись. Политбюро решило послать вас на Юго-Западный фронт в качестве представителя Ставки Главного Командования. На Западный фронт пошлем Шапошникова и Кулика. Я их вызывал к себе и дал соответствующие указания. Вам надо вылететь немедленно в Киев и оттуда вместе с Хрущевым выехать в штаб фронта в Тернополь.

Я спросил:

— А кто же будет осуществлять руководство Генеральным штабом в такой сложной обстановке?

И. В. Сталин ответил:

— Оставьте за себя Ватутина.

Потом несколько раздраженно добавил:

— Не теряйте времени, мы тут как-нибудь обойдемся».

Как видите, в этом варианте из 69-го Сталин Жукова вовсе не обижает: «Что вы понимаете в руководстве войсками, обойдемся без вас». И выехать Жуков должен был по указке тирана якобы в 13 часов дня 22 июня. При этом Жуков Сталину в 56-м польстил: «надо сказать правдиво, в начале войны Сталин очень неплохо разбирался в оперативно-тактических вопросах». А в 69-м, наоборот, заявлял, что Сталин поумнел в военных вопросах только после Сталинграда.

Что сам Жуков натворил на Украине, прибыв туда, — известно. Но ведь он не дурака валял. Он свой «гениальный план» — ответный удар из КОВО по неосновным силам противника, атакующего своими главными силами в Прибалтике и Белоруссии, в жизнь претворял.

Так что, похоже, приврал Жуков. Скорее всего он сам напросился выехать на Украину 22 июня, хотя его посылали туда 23 июня — решил себе славу заработать.

«Наши войска, не будучи развернутыми в правильных оперативных построениях, фактически дрались отдельными соединениями, отдельными группировками, проявляя при этом исключительное упорство, нанося тяжелые поражения противнику. Не получая своевременных приказов от высшего командования, они вынуждены были действовать изолированно, часто оказывались в тяжелом положении, а иногда и в окружении».

А кто помешал генералам в округах провести развертывание согласно приказам НКО и ГШ от 11–18 июня? Приказы на вывод войск в лагеря по ПП в округа отправлены были. Генералы их не выполнили, и Сталин в этом виноват? А кто подписал Директиву от 12 июня для КОВО, по которой этот округ готовился не к обороне, а к немедленному наступлению, и это и явилось «неправильным оперативным построением»? Кто в этих директивах срок готовности определял к 1 июля? Почему вывод войск не ускорялся, если и Жуков, и Тимошенко потом точно знали от Сталина достаточно точную дату немецкого нападения — 20–22 июня?

«Положение осложнялось тем, что с первых дней наша авиация, ввиду своей отсталости в техническом отношении, была подавлена авиацией противника и не могла успешно взаимодействовать с сухопутными войсками. Фронты, не имея хорошей разведывательной авиации, не знали истинного положения войск противника и своих войск, что имело решающее значение в делеуправления войсками».

А кто мешал нашим военным оснастить рациями самолеты и войска, чтобы взаимодействие войск было более эффективным? А кто командованию фронтов мешал иметь хорошую разведывательную авиацию?

Что значит у Жукова: «Фронты, не имея хорошей разведывательной авиации, не знали истинного положения войск противника и своих войск», — самих самолетов не было или раций на них не было?

Что значит «наша авиация, ввиду своей отсталости в техническом отношении, была подавлена авиацией противника»? Чем истребитель МиГ-3 и тем более пушечные И-16 были хуже немецких Bf-109, у которых пушек еще не было?

И кто давал команды разоружать 21 июня именно те истребительные полки, которые были наиболее боеспособны? Кто в других НАЛ летчиков распускал по домам вечером 21 июня, если 19 июня была команда Москвы о приведении ВВС в повышенную боевую готовность? Или наши «СБ» или «ДВ-3ф» (Ил-4) хуже немецких бомбардировщиков? А разве первый «Мессершмидт» не был сбит над Брестом нашим И-16 в той авиадивизии, в которой не выполнили приказ Копца и не отменили готовность № 2?!

«Войска, не имея артиллерийских тягачей и автотранспорта, сразу же оказывались без запасов горючего и боеприпасов, без должной артиллерийской поддержки.

В последующем, будучи значительно ослаблены в вооружении, без поддержки авиации, не имея танков и артиллерии, часто оказывались в тяжелом положении.

Все это привело наши войска к тяжелым жертвам и неудачам в первый период войны и оставлению врагу громаднейшей территории нашей страны.

И только величайшая патриотическая любовь советского народа и его Вооруженных Сил к своей Родине, преданность их Коммунистической партии и Советскому правительству, дали возможность под руководством нашей партии преодолеть тяжелую обстановку, которая сложилась вследствие ошибок и промахов сталинского руководства в первый период войны, а затем вырвать у врага инициативу, добиться перелома в ходе войны в нашу пользу и завершить ее блестящей победой всемирно-исторического значения».

Вот откуда байка идет о том, что советский народ победил в ВОВ «вопреки Сталину»! Хотя изначально был вариант, что народ победил под руководством абстрактной партии, без руководителя Сталина, Берии и прочих Молотовых и Маленковых. Но со временем и партию убрали (что было в тех лозунгах вполне справедливо, ведь она и была той самой структурой, которая организовывала все в стране) и осталось совсем что-то несуразное — народ победил вопреки Сталину.

Но кто виноват, что артиллерия перед войной не возвращалась с полигонов в дивизии, выводимые по планам прикрытия в районы сосредоточения с 11–15 июня? Сталин? С этой артиллерией так намутили военные, что в вопросах Покровского даже отдельный вопрос нашелся: «Почему большая часть артиллерии находилась в учебных центрах?»

«Отношение Сталина к личному составу наших Вооруженных Сил.

Я уже говорил о подозрительности и недоверии к военным кадрам, которое проявлялось у Сталина в предвоенные годы. Всю вину за наши неудачи в начальный период войны он постарался возложить на личный состав Вооруженных Сил.

Был организован судебный процесс над командованием Западного фронта, по которому были расстреляны командующий войсками Павлов, начальник штаба Климовских, начальник связи Григорьев и ряд других генералов. Был обвинен в измене и переходе на сторону противника командующий армией Качалов, фактически погибший на поле боя при прорыве из окружения. Без всяких оснований были обвинены в измене и другие генералы, в силу сложившейся обстановки попавшие в плен, которые, возвратясь из плена, и по сей день являются честнейшими патриотами нашей Родины.

Был издан ряд приказов, в которых личный состав наших войск, особенно командиры и политработники, огульно обвинялся в малодушии и трусости.

Уже после того, как наши войска показали себя способными не только обороняться, но и наносить серьезные удары по врагу, Сталин нашел нужным в одном из своих приказов написать: «Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие из них проклинают Красную Армию за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток».

Таким приказом, Сталин незаслуженно опорочил боевые и моральные качества наших солдат, офицеров и генералов».

Не генералы, а непорочные девицы, от смущения в обморок готовые упасть от таких слов тирана. Сразу вспоминается, как Жуков «разрыдался, как баба» (по версии Микояна) в наркомате обороны, куда Сталин приехал 29 июня и устроил генералам вздрючку за сданный немцам Минск. Но Сталин не возлагал вину на личный состав армии. Он назвал конкретных виновных — генералов Павловых.

«Как показывают действительные факты, наши солдаты и офицеры, части и соединения дрались, как правило, с исключительным упорством, не щадя своей жизни, нанося большие потери противнику. Даже наши враги и те вынуждены были отметить боевую доблесть советских воинов в начальном периоде войны.

Вот что писал в своем служебном дневнике начальник Генерального штаба германских сухопутных сил генерал-полковник Галъдер:

24 июня. «Противник в приграничной полосе почти всюду оказывал сопротивление.

Следует отметить упорство отдельных русских соединений в бою. Имели место случаи, когда гарнизоны ДОТов взрывали себя вместе с ДОТами, не желая сдаваться в плен».

27 июня. Он отмечает, что русские войска и командование на Украине «действует хорошо и энергично».

29 июня. «Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека. Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бои по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволять себе известные вольности и отступления от уставных принципов, что теперь уже недопустимо».

6 июля. «На отдельных участках экипажи танков противника покидают свои машины, но в большинстве запираются в танках и дают себя сжечь с машинами».

11 июля. «Противник сражается ожесточенно и фанатически».

Даже в том случае, когда наши войска попадали в окружение, они продолжали драться с противником.

20 июля Галъдер записал в дневнике: «Отдельные группы противника, продолжая оставаться в нашем тылу, являются для нас настоящим бедствием».

В том же дневнике Галъдером записаны потери за период с начала войны по 10 декабря 1941 года, т. е. еще до завершения битвы под Москвой и развертывания наших зимних наступательных операций. Немцами было потеряно убитыми, ранеными и без вести пропавшими 775 0 78 человек, что составляет 24,22 % от численности боевых частей на Восточном фронте, общая численность которых составляла 3,2 миллиона человек.

Эти факты и цифры, скорее, приуменьшенные, чем преувеличенные, убедительно свидетельствуют о том, что наши воины в тяжелейших условиях начального периода честно и доблестно выполняли свой боевой долг, защищая свою социалистическую Родину».

Исследователь А.Б. Мартиросян пишет, что тут Жуков приводит слова Гальдера из еще не опубликованного в СССР в те годы дневника. Видимо, Жукову для его письма Пленуму ЦК лично перевели некоторые нужные выдержки из этого дневника. К этому времени дневник Гальдера уже был издан небольшими тиражами и распространялся в армиях НАТО. Так что вполне возможно, что он попал и в СССР. Жуков мог получить в эти годы дневник для служебного пользования от нашей разведки (если дневник распространяли в армиях западных стран) и тут решил блеснуть эрудицией.

«Зачем понадобилось Сталину издавать приказы, позорящие нашу армию? Я считаю, что это сделано с целью отвести от себя вину и недовольство народа за неподготовленность страны к обороне, за допущенные лично им ошибки в руководстве войсками и те неудачи, которые явились их следствием».

Это Жуков о приказе № 270 из 41-го года высказывается, в котором командирам-трусам и сдававшимся в плен бойцам «угрожали расправой над их семьями» (угрожали, но реально никого не трогали).

Еще был приказ № 227 в 42-м. Вот где поводов обижаться у генералов было много — сколько они к этому времени территории сдали Гитлеру. А сам Жуков позже уже не Сталина обвинял за разгром в 42-м под Харьковом, после чего немцы оказались на Кавказе и в Сталинграде, а Тимошенко с Хрущевым.

Закончил свое письмо Жуков словами, что «Культ личности причинил большой ущерб нашей военно-идеологической работе. Наша задача заключается в том, чтобы решительно очистить от последствий этого культа всю работу по воспитанию советского народа и личного состава Вооруженных Сил, все виды и формы военно-идеологической работы в области военной науки, пропаганды, военно-художественной литературы, а также связанные с военной тематикой искусство и кино, и прочно поставить их на марксистско-ленинскую основу». И славословием из серии — «Слава КПСС»:

«Во всей нашей военно-идеологической работе мы должны исходить из непреложного марксистско-ленинского положения, что творцом истории является народ, а в основе военного могущества Советского государства лежит его общественный и политический строй, передовая экономика, морально-политическое единство советского народа, мощь его Вооруженных Сил и руководящая деятельность нашей славной Коммунистической партии». (АП РФ. Ф. 2. On. 1. Д. 188. Л. 4-30.)

Пленум ЦК, где предполагалось вновь обсудить вопрос о культе личности Сталина, так и не состоялся. Хрущев не рискнул обсуждать Сталина среди высших чинов КПСС. Ведь одно дело зачитать без обсуждения «Доклад» в конце съезда, после которого рядовые коммунисты, будучи в шоке, ничего не могли ответить Хрущеву по существу в защиту Сталина. Настолько для них было неожиданным все, что нагородил Хрущев по принципу — чем чудовищнее и дурнее ложь, тем труднее ее опровергать и тем быстрее в нее поверят. Другое дело — начать нести ахинею в адрес тирана среди тех, кто иной раз чаще, чем Хрущев, были при Сталине и лучше знали, что творилось в стране и Кремле на самом деле.

Намерение Жукова довести это письмо до членов ЦК не осуществилось, а вскоре и сам он вылетел на пенсию, — Хрущев отблагодарил его за услугу, когда Жуков спас Хрущева, которого попытались скинуть Молотов и Каганович.

Исследователь В.М. Сойма на эту речь маршала написал следующее:

«Ну, что сказать после этого? Правильно: рабы всегда пляшут на могилах своих господ. Первым Сталина предал Хрущев, больше всех пресмыкавшийся перед ним. Вслед за Хрущевым отрекаться от прежнего кумира начали все: политики и ученые, военные и инженеры человеческих душ. Прославленный полководец тоже не удержался, отдал дань тогдашней моде. А может, и в самом деле вознесся, уверовал в свою гениальность. Власть с человеком чудные чуда творит.

Однако чудом из чудес для Жукова — и не только для него — оказалась не власть, а мудрая и суровая диалектика самой жизни». (Сойма В.М. Запрещенный Сталин. М., 2005. С. 411–428.)

Однако скорее всего не рабская психология заставляла Жуковых и Хрущевых обвинять Сталина в неудачах начального периода войны. Дело именно в ответственности за те самые миллионы погибших в войне солдат и мирных жителей СССР, которые сгинули по милости Павловых и их непосредственных начальников (и подчиненных) в руководстве Красной армии. За эти миллионы и на том свете отвечать надо будет. А Жуковы и их современные адвокаты Павловых оптом реабилитируют и называют невинными жертвами сталинизма до сих пор.

Жукова сразу после войны обвинили в мародерстве и за это убрали из Берлина в Одесский округ, и тут можно посмотреть на судьбы двух генералов. Комендантов городов в Германии.

Многие командиры, служившие в ПрибОВО перед войной, отмечают в своих воспоминаниях, что приказы командования округа по развертыванию и приведению войск в боевую готовность отменялись под нажимом в округе в командировке из Москвы зам. начальника Главного управления политпропаганды РККА армейского комиссара 2 ранга В.Н. Борисова.

После возвращения в Москву комиссара 2 ранга Борисова В.Н. (генерал-лейтенант по армейским званиям), который чудил в ПрибОВО, был арестован 11 июля 1941 года и осужден на 5 лет по 169 статье (скрыл, что служил пару месяцев рядовым еще в Гражданскую в армии Колчака) и по ст. 193-22 УК РСФСР. Обвинить его в измене сразу, видимо, не смогли и поэтому арестовали хоть «за что-нибудь». Как говорится — арестуем, а там раскрутим и по делу.

Статья 193-22 — «Самовольное оставление поля сражения во время боя» тянула на расстрел. Но эта статья явно была притянута за уши Борисову на скорую руку. Ведь обвинение в том, что он служил у Колчака, будучи рядовым, и скрыл это от партии, достаточно бестолковое, и обвинять его при этом в мошенничестве было на грани идиотизма. В Красной армии полно было генералов с более интересным прошлым — от службы в Армянской дашнакской армии в 1920 г., как генерал-лейтенант Клич из ЗапОВО (нач. арт. округа перед 22 июня), до службы у «белых», как тот же бывший штабс-капитан Говоров.

Но дело в том, что тогда всем генералам меняли ст. 58 на статьи, не связанные с изменой Родине, и Борисову подобрали то, что под руку попалось, — он якобы без ведома прямого начальника Л. Мехлиса убыл из ПрибОВО в Москву.

Из-за этого у разоблачителей сталинизма сегодня есть повод поизгаляться над тупостью «кровавого режима», который сажал «ни за что»! Ведь Борисов прибыл в Москву 27 июня из Прибалтики по личному разрешению наркома обороны и Главнокомандующего маршала Тимошенко. Надо было арестовать замполита за явный саботаж, но сразу, видимо, не имели точных фактов его измены.

Борисова уже в 1944-м досрочно отпустили, а после войны, когда началось расследование причин разгрома РККА в 1941 году, искали компромат на того же Жукова, этого Борисова В.Н. снова забрали в 1948 году.

Обвиняли его по ст. 58–10 и 58–11 и в 49-м осудили на 5 лет. По ст. 58. ч. 10 — антисоветская агитация и пропаганда в условиях войны. Но сразу после смерти Сталина в 1954-м он был реабилитирован, как и многие генералы начала войны, не дожидаясь разоблачения «культа личности» на 20 съезде.

Самое забавное, что Борисов должен был хотя бы по своей должности агитировать за советскую власть, но он был занят несколько другим.

Он служил перед войной в Москве, в политуправлении. Но, оказавшись на границе, начал заниматься антигосударственной пропагандой? Замнач. ГУЛ РККА, находящийся на границе!?! Хотя если держаться утверждения, что тогда сажали просто так, по прихоти Сталина, говорить о предательстве генералов просто неприлично.

Подумайте, дурак этот Борисов или вражина-предатель? Кстати, в 44-м он был освобожден по ходатайству Жукова, с которым Борисов и служил вместе в КОВО еще в 1940 году.

Борисов в 1946-м был комендантом г. Лейпцига и, по всей видимости (возможно ), снабжал Жукова трофейным барахлом. В 1954 году Борисова освободили по рекомендациям Жукова, который в 1954 году снова стал замминистра обороны СССР и устроил реабилитации сидящим военным. Военные помогли Хрущеву устранить Берию, а взамен Хрущев стал помогать освобождать их «невинных» сослуживцев.

Борисов был комендантом Лейпцига, а первым комендантом Берлина был генерал Берзарин, который вскоре погиб в «автокатастрофе». И как раз его смерть наводит на некоторые мысли — явно кому-то мешал Берзарин.

Берзарин часто ездил сам на мотоцикле. Однажды ему сообщили, что к нему прилетела жена, Берзарин вышел из комендатуры на улицу, увидел мотоцикл, который подогнал к крыльцу некий полковник-летчик (по фамилии Иванов), сел на него, и на одном из поворотов влетел в грузовик.

Официальная версия гибели Берзарина — отказали тормоза. Когда стали разбираться, откуда взялся мотоцикл, оказалось, что он был взят тем полковником из гаража гестапо с соседней улицы. Немцы специально гадили для советских солдат — то спирт оставят технический, чтоб солдаты перемерли, то портили технику. В данном случае у мотоцикла оказались подпилены тормозные тросики. Вроде никто ни в чем не виноват, так получилось, несчастный случай. Летчик нашел немецкий мотоцикл, испорченный самими немцами, и оставил его у крыльца. На него случайно сел комендант, который торопился сам встретить жену, и погиб. Но. Все бы ничего в этой истории, однако жена к Берзарину в тот день не прилетала.

Был ли какой-то мотив у кого-то желать смерти коменданту Берлина? Если он мешал мародерам, однозначно. Замешан ли был Берзарин в фактах мародерства в Берлине? Нет таких фактов. Но если он погиб по чьей-то воле, получается, что кому-то мешал. А комендант может мешать в данном случае именно тем, что не давал грабежом заниматься большим чинам в Советской армии. Именно армии.

Должен был погибнуть Берзарин в данной аварии? Необязательно. Но даже если бы он только покалечился при аварии, влетев в какую-нибудь кучу кирпича, а не случайный грузовик, то и этого вполне хватило, чтобы, пока он лечится, комендантом стал кто-то другой. И он, однозначно, был бы более сговорчивым.

Об одной фантастической и совсем ненаучной гипотезе

Раз мы говорим о «пятой колонне», а она всегда так или иначе связана с различными спецслужбами, как забугорными, так и своими, то напоследок хотелось бы выдвинуть одну очень фантастическую гипотезу! Надеюсь, никакой дурак не станет принимать ее всерьез и стряпать из нее д/ф на деньги Евросоюза, чтобы подгадить России и Сталину. Повторяю для убогих и слабоумных. Это очень фантастическая гипотеза и никакого отношения к реальности не имеет, тем более, что подобные гипотезы не новы.

Практически все опровергаемые дурные фантазии и мифы о Сталине и о войне всегда базируются на вполне достоверных исторических фактах. Иногда на сплетнях, но чаще на фактах. И все эти мифы, завязанные на Сталине, опровергать очень непросто. Многие опровержения балансируют на грани фактического подтверждения какого-нибудь мифа, т. к. в основе лежат очень близкие к правде факты. Другое дело, что они либо перевираются, либо раздуваются до огромных размеров, либо переворачиваются с ног на голову. Но в любом случае, как гласит «грузинская» поговорка, дыма без огня не бывает. Ведь все мифы, очерняющие Сталина и его страну, построены на принципе замены «+» на «-».

К примеру. Засуха и неурожай в 1932 году были? Были. Голод в 1932 году был? Конечно, был. Но цифра в 3 миллиона погибших по всей стране превратилась в 8 миллионов только на одной Украине.

Этот голод организовали конкретные люди в конкретных целях, но всю вину свалили только на одного Сталина: «его непродуманная политика на селе привела к голоду и гибели людей, он не дал селу хлеба, весь хлеб продал за границу, пустил хлеб на производство водки, хотел истребить несчастных хохлов», и т. п.

А главная причина голодомора (специально устроенного оппозицией голода на селе и в стране) была в проведении коллективизации Сталина. Не будь коллективизации, и голода не было бы. И не важно, что голодухи случались до этого регулярно, а после 1933 года в СССР, если и бывали засухи, то народ от голода не умирал. Не важно, что при колхозах «разоблачителям сталинизма» голодоморов найти так и не удалось.

Игнорируя факты, не хотят ненавистники Сталина даже заикаться про «золотую блокаду» Запада против России, когда нам отказывались продавать станки для заводов, трактора за бумажную валюту — только за зерно. Не желают упомянуть, что до 1932-33 годов на Руси всегда регулярно происходили климатические аномалии, приводящие к голоду и гибели людей, но только создание колхозов и совхозов позволило навсегда забыть про голод в России.

Этот неурожай и голод были последними в истории России. После этого система колхозов позволила увеличить производство товарного хлеба в разы за счет машинизации сельского хозяйства, сконцентрированной в МТС государственной техники, на содержание которой крестьяне-собственники своих долей в колхозе не тратились. И это позволяло перераспределять запасы продовольствия по стране в проблемные регионы в случае неурожаев. Ведь аномалии с погодой в России никуда не исчезли.

Поэтому даже в засушливом и неурожайном 1947 году, после сожженной войной трети страны, без всякой западной помощи в СССР голода не произошло, и никто с голоду не умирал на улицах. Значит, реформа в сельском хозяйстве была правильной?

Но, может, в 1947 году голодных в СССР не было потому, что страна после войны стала на 28 миллионов человек меньше, и на остальных хлеба стало хватать?!?! Странно, что еще никто из историков-разоблачителей не заявил о таком «аргументе». Стесняются или не додумались до такой подлости? В 1947 году у Сталина было больше оснований устроить голодомор украинцам за бандеровщину и сотрудничество с нацистами во время войны. Но и об этом как-то молчат «разоблачители сталинизма» и современные бандеровцы на «майданах».

Организаторов голода 1932-33 года Сталин перед войной поставил к стенке. И за этот голод в том числе. Но выжившие организаторы гибели людей в лице того же Хрущева всю вину стали валить только на одного человека, на Сталина, а всех своих подельников «реабилитировали».

Кстати, после смерти Сталина обратные реформы в сельском хозяйстве от Хрущева довели страну до Новочеркасских голодных бунтов и продовольственной зависимости от Запада. Ведь в тот год, когда распахали целину и стали закупать продовольствие за границей, проедая сначала сталинские золотые запасы, а потом при Брежневе — разведанную при Сталине нефть Севера.

Построенные на таком принципе мифы, в основе которых лежат какие-то конкретные и реальные факты или события, развенчивать дело долгое, нудное и неблагодарное. Проще отсылать этих мифотворцев сразу в клинику Сербского.

Но в этой связи забавно проанализировать один из самых интересных и подленьких мифов о Сталине. О Сталине — «агенте царской охранки», который пытались раскрутить еще А.И. Микоян и Н.С. Хрущев.

Чем и закончим эту книгу о «пятой колонне».

Кроме глухого бурчания от разоблачителей, вы ничего по этому вопросу никогда не услышите. Одни только — вроде бы говорят и т. п. Главный аргумент против — нет ни одного факта о сдаче Сталиным охранке ни одного товарища по партии. Но главное доказательство того, что Сталин был агентом Охранного отделения, — то, что «Сталин все доказательства просто уничтожил». Но, наверное, более правдивое в истории «взаимоотношений» Сталина с царскими спецслужбами — это то, что не он был их агентом, а сотрудники этих структур были агентами отвечавшего за внутрипартийную «службу безопасности» И.В. Сталина.

Об этом поведал в июне 2008 г. в своем интервью газете «Красная звезда» А.Б. Мартиросян, сам в прошлом полковник внешней разведки КГБ СССР. Результатом теснейшего «сотрудничества» Сталина с чинами царской охранки (наверняка и военной контрразведки?), продолжавшегося и после 1917 года, стало, к примеру, не вступление Турции во Вторую мировую войну. И произошло это в том числе и потому, что руководителем турецкой военной разведки был сын завербованного Сталиным еще в те далекие годы «гянджинского (Гянджа, ранее Кировобад, Азербайджан) полицмейстера Сари Имам Кули-оглы Мамедова, являвшегося агентом большевиков в том регионе. Он отвечал за всю деятельность царской охранки, направленную против большевиков на территории Азербайджана. В ходе Гражданской войны этого полковника никто не тронул, а незадолго до того, как Закавказье стало советским, Сталин побывал там и встречался с полковником. В 1920 году Сари Имам Кули-оглы Мамедов уехал в Турцию вместе со своим сыном, который впоследствии вошел в ближайшее окружение первого президента Турецкой Республики Кемаля Ататюрка, под патронажем которого стал руководителем турецкой военной разведки. Жена же и две дочери Мамедова до начала 30-х гг. спокойно проживали в СССР, откуда в 1931 г. Сари Имам без затруднений забрал их в Турцию. Очевидно, все это и было основой вербовки его сына — Сахида Окули. Он немало потрудился на нас: об этом уже написано, так что говорю совершенно спокойно. Хочу заметить также, что его деятельность сыграла значительную роль в удержании Турции от нападения на нас.»

Из этого интервью «Красной звезде» известно также, что созданная Сталиным Рабоче-крестьянская инспекция, впоследствии ставшая наркоматом Госконтроля, являлась крышей для личной спецслужбы главы СССР. Сегодня эта организация называется Счетной палатой, и ею до осени 2013 года руководил недавний глава ФСБ.

Но на основе этой достаточно интересной и для кого-то новой информации вполне можно пофантазировать вот о чем.

Многие «работавшие в имперских спецслужбах на Сталина» люди были людьми державного типа, работали на будущее России и имели мозги, в отличие от деградировавшей к тому времени российской «элиты» (в русской разведке и контрразведке, в политической полиции дураков не держали).

Эти люди, имеющие достаточную информацию о нарастающей революционной ситуации в Российской Империи, вполне могли просчитать, что деградирующее Романовское правление катится к своему концу и доведет Россию до краха. Так не разумнее ли будет держать ситуацию под контролем, если не получается ее исправить?

Раз не можешь бороться с явлением — возглавь его. Может, разумнее будет попытаться помочь прийти к власти адекватным людям? Не психам с бомбами, анархистам и прочим болтунам-демократам, которые и угробили царскую империю. Также нельзя было допустить, чтобы до власти в России дорвался и эмигрантский сброд Лениных и Троцких, на которых ставили западные спецслужбы, а у русской разведки были пухлые досье об их тесных родственно-финансовых связях в Штатах, Лондонах и прочих Цюрихах.

(Можно называть этих людей «державниками», можно «смотрящими» (тогда также должны быть и «законники» над «смотрящими»), можно по примеру Древней Руси назвать этих людей «старейшинами». На Западе вся власть находится у тех, у кого находятся все деньги и ресурсы. У цивилизации же русских (а мы все же самая большая белая нация на планете — нас около 180 миллионов) власть над Россией находится несколько у других людей. О том, кто эти люди, можно только догадываться. Например, Рюриковичи, древние и настоящие правители Руси.)

На то, что среди прочих «революционэров» выбор некоторой части этих «державников» мог остановиться на Сталине, говорит позднее отношение самого Сталина к подобным людям. Часть из них проживали тихо за границей, а часть, как некоторые офицеры царской академии Генштаба в лице того же Б.М. Шапошникова (то ли «забытого», то ли замалчиваемого сегодня), вошли в высший командный состав РККА.

Кстати, выбор у этих людей (державников) был небольшой. Династия себя изжила сама. Деникины-Колчаки и прочие Врангели не имели поддержки в народе — иначе победили бы. Ленины-Троцкие и прочие меньшевики-эсеры, кадеты-октябристы были либо на подхвате Запада, либо являлись недоумками, или террористами и бандитами.

У Сталина не было классового подхода к подбору кадров в управлении государства. И Шапошников тому пример. И только его болезнь легких не позволила ему остаться на посту начальника Генштаба перед войной. План отражения агрессии был разработан Шапошниковым, а задачей Жуковых было только его точно исполнить. Т. е. его отставка никак не должна была повлиять на исполнение плана от августа-октября 1940 года.

Сталин вполне успешно использовал на благо России видных эмигрантских ар исто кратов-патр йотов России за границей. Ведь не только за советские рубли работала О. Чехова на СССР в окружении у Гитлера. Или граф и генерал А. А. Игнатьев, который передал заграничные счета Сталину после смерти Ленина, а потом приехал чуть не в 37-м в Россию и поступил на службу в РККА, будучи в очень преклонном возрасте.

Видя, что Империя рушится по милости всякого околоцарского отребья и прочих Бронштейнов, державники приняли решение помогать тому, кто, по их мнению, мог бы остановить уничтожение России.

Тем, кого они выбрали среди всего сброда революционеров-разрушителей, стал Сталин. Тем более что он имел хорошие и длительные связи со спецслужбами Империи. При этом не Сталин работал на охранку и спецслужбы Империи, а они работали на Сталина. А ведь именно военная контрразведка Империи, единственная в лето 1917 и пыталась арестовывать Лениных. Именно человек подписавший ордер на арест Ленина летом 1917-го, и был потом у Сталина Генеральным прокурором все основные годы его правления, очищая Россию от саранчи-бронштейнов — Вышинский!!!

А вот масонов, которые скидывали царя, а при Керенских входили во все временные правительства, Сталин запретил. И будущий «светоч», академик Д. Лихачев, за масонство попал на Соловецкие острова — там в заговорщиков и вольных каменщиков играл.

При этом Сталин не был прямым ставленником «державников». Он и сам по себе был личностью от Бога. И если и были в дореволюционных госструктурах люди, помогавшие Сталину (в перспективе и России), то это сотрудничество было равноправным.

Забавно сегодня знать, что наставником Сталина в духовной семинарии и ее начальником был Гермоген, который впоследствии организовывал «черные сотни» в Саратове и Царицыне, будущем Сталинграде (демократов и борцов с антисемитизмом прошу не вздрагивать), пытался убить «святого старца» Распутина (бесноватых и прочих поклонников «святого Григория» прошу не напрягаться).

По замыслу Запада прогнившую династию должны были сменить компания Лениных и Троцких, добивших до полного конца Великую Российскую Империю и раздробивших бы ее на полсотни самостийных и полностью подконтрольных Западу республик — ССРГА (Союз Советских Республик Европы и Азии).

Державники вряд ли хотели это допустить, но и помешать не могли. Но если не можешь сопротивляться и бороться, — возглавь или помоги тому, кто сделает лучше. И если это и вправду произошло, то они своего добились — Россия (СССР) под руководством Сталина не только не погибла, но и снова стала Великой Державой, с их помощью в том числе.

(Примечание: При Сталине Церковь была вне государства и не лезла в те же средние школы. И тот же известный философ А.Зиновьев, которого по ошибке считают «диссидентом» и оппозиционером СССР-России, замечательно сказал (не дословно) — большевикам Сталина можно простить все их ошибки только за одно то, что они Россию избавили на 70 лет от дремучести церковной.)

В конце 1980-х годов очень популярной была книжка-фэнтэзи «Тайный советник вождя». В ней говорится об одном таком человеке. Что-то вроде «серого кардинала» при императоре всея Руси Сталине. И действительно, Сталин и сам был не дурак, но и от хороших советов не отказывался.

В неплохой книге А. Исаева «Георгий Жуков. Последний довод короля» Г.К. Жуков назван кризис-менеджером. Но это не верно — главным «кризис-менеджером» для России в XX веке стал И.В. Сталин.

Самый замечательный режиссер всея Руси Н.С. Михалков, просмотрев 40 часов хроники 1941-го года для своего очередного «шедевра» «Утомленных солнцем — 2», понял за всю страну, что только «чудо и спасло Россию» в то лето.

Мне, как человеку, не верующему в «чудо», больше нравится мысль, что Россию в 1941 году, как и всегда, спас от гибели талант и воля ее народа и ее руководителей.

Эти руководители приходят на Русь по божьей неисповедимости во времена страшных испытаний. Правда, другие сначала доводят своим правлением Русь до полного маразма и страшных испытаний.

Когда станут известны все размеры грозящей России катастрофы конца 1990-х, то очередной Михалков будет восторгаться «чудом», что спасло само по себе Россию в 2000 году.

Доведенная до полного развала Россия 1917 года требовала сильной руки человека, способного спасти ее от уготованной гибели. В XX веке этим человеком и был выбран то ли судьбой, то ли еще кем-то Сталин. Нужен был человек не уровня того же Корнилова и его «мятежа» (военные в той ситуации в России, доведенной династией до полного абзаца, ничего сделать не могли), нужен был специалист более высокого уровня.

Но страна и народ сначала должны были наесться до крови всех прелестей свободы от деспотии царского режима. А потом должен был прийти Человек и вытащить эту страну из дерьма и построить новую Россию. Им и стал Сталин. Человек, получивший высшее теологическое образование и выросший в нищете, самостоятельно изучивший науку управлять людьми и страной, хорошо знающий и понимающий науку тайного управления в службе безопасности РСДРП(б), — Сталин лучше других подходил на роль спасителя России.

Только одного он не успел сделать — запустить механизм защиты страны от чиновника-партократа-дурака. После его смерти эта шваль опять пришла к власти в стране, до этого задавленые Сталиным после гибели Империи. А за 30 лет после смерти Сталина эта партийная «элита», не желающая работать на общество и отвечать за свою работу, к середине 1980-х и сама дошли, и страну довела до маразма.

То ли «смотрящих» в этот момент в стране не оказалось на месте, то ли и они сами разленились, то ли просто ошиблись в выборе кандидата на реформы, когда после брежневского старческого «застоя» к власти пришел не новый реформатор-приемник в солдатской шинели а-ля Сталин, а Горби. А может, просто в этот момент не было ничего путного под руками у «смотрящих» или победила группировка не «Светлых», а «Темных»?

Еще в начале-середине 1970-х В. Пикуль попытался выпустить лучшую свою книгу (по его же признанию) о последних годах романовской империи «Нечистая сила». В ней описан маразм династии, доведшей Россию до деградации, мировой войны и революции. На начало 1970-х годов в верхушке ЦК КПСС и СССР вроде и не было никакого внешнего сходства с временами Николая II, не было «распутинщины». Но общая интеллектуальная деградация «элиты» уже началась, и эту книгу запретили к изданию. Вброшенная же в конце 1980-х — начале 90-х отдельными изданиями, тиражами в сотни тысяч экземпляров, эта книга, в аннотации и предисловии сравнивающая романовщину и брежневщину, работала уже на моральное разрушение России.

В любом случае, неудачно выбранный Горби запустил процесс уничтожения выжившей из ума и отупевшей от власти партийной элиты. Дело не в том, что она разворовывала страну обкомовскими пайками и дачами. Это и не было самым важным и опасным для страны. Эта «элита» прежде всего деградировала интеллектуально и системно, она не могла управлять Россией просто физически. И в этом было ее сходство с романовской царской «элитой» начала века, о которой говорилось в книге В. Пикуля. И родить из себя приличного правителя партийная элита не могла. И возможно, «смотрящим» просто пришлось согласиться на Горби?

Страна не была еще в экономической разрухе, но эффективное политическое управление уже разваливалось. А грамотного приемника в стране не появилось.

И народ это чувствовал, когда лепил на лобовые стекла машин портреты Сталина. Происходило это даже на Северном Кавказе, где этого не могло быть по определению из-за «депортаций» 1944 года. Но, как говорится в простом народе, «на безбабье и кулак блондинка». В любом случае надо было убирать старых маразматиков и разрушать их систему управления страной. Отсутствие в стране кадров, способных на настоящие реформы (вспомните знаменитое: «Кадры решают все!»), и привело Россию к «жалкому подобию левой руки» в лице. не станем называть имена.

Стране нужны были реформы от дурного засилья чиновников-бездельников из КПСС, а получили процесс разрушения и «пьяного мужика на танке». Похоже, без крайностей никак нельзя в России? А в итоге все-таки дошли до полного абзаца.

Но потом и этого мужика вызвали куда надо и кто надо и посоветовали передать власть кому надо, тщательно выбранному очередному «приемнику», премьер-министру (вспомните судорожную чехарду с премьер-министрами начиная с 1996 года, когда ЕБН опять «победил» на выборах Президента всея Руси). Посмотрите на тех, кто чехардился на этом посту с 1996 года. Кого там только не было — от чекистов до «либеров», с перерывом на руководителя Службы внешней разведки.

Вы думаете, это ЕБН сам выбирал себе молодого приемника? Что может сам выбирать пьющий правитель — только сорт пива на утро. Похоже, что приемника выбирали несколько другие люди. Уж как они себя там называют и к каким группировкам принадлежат, не так уж и важно сейчас. Как и в истории со Сталиным, новый приемник должен был быть никому не известен в стране. Желательно, из людей спецслужб (там больше выращивают державников и патриотов, а не предателей своей страны, и настоящая власть всегда у невидимых публике людей). Одни пробовали поставить Степашина, другие прочили Немцова. Победили люди, стоящие за Степашиными.

Горби и ЕБН свою историческую роль выполнили. Можно их материть, сколько угодно, но, с одной стороны, других просто не было в России под руками (ведь во власть не приходят случайные люди с улицы), с другой — может, именно такие и нужны были стране в то время.

Сталинскую систему и даже ту, что была после 1953 года, могли достаточно бескровно разрушить только люди из самой же системы, еще лучше — стоящие во главе системы. Какой-нибудь секретарь ленинградского обкома Романов мог в 1984 году стать Генсеком, но систему переродившихся партократов разрушать не стал бы. Заморозил бы в лучшем случае. И кто знает, как бы потом прорвало этот нарыв? А ведь эту систему партийной бюрократии, которая в человеческом обществе всегда появляется даже на самой идеальной системе управления, собирался разрушить еще Сталин, но история ему времени не отпустила.

Свой долг перед Россией он выполнил — спас от физического истребления в XX веке, обеспечил мирное, без большой войны, развитие по его планам лет на 30–40 вперед. Но разрушить новую монополию партийных чиновников («элиту») на власть в России уже не успел. Никаким «реформам» эта система не могла подвергаться. Система была создана в 20-30-е годы для защиты страны от агрессии. Но для мирного развития России она могла быть только тормозом, к тому же она полностью зависела от личности человека, стоящего в ее главе.

«Горби разные нужны, Бори разные важны». И стоящие за развалом монополии КПСС на власть люди, возможно, сознательно выбрали именно этот вариант развития событий.

С одной стороны, все идет как бы само собой, по «объективным историческим» законам. А с другой стороны, не жизнеспособная система КПСС демонтируется достаточно мирным путем. И не забывайте, что только разрушение монополии ЦК КПСС на информацию позволило открыть для населения России всю правду о Сталине, Берии и войне.

Конечно, первым делом наверх поперла грязь и зловонная пена. Но дальше стала вылезать и подлинная история тех лет. Так что Сталин был чертовски прав, когда сказал еще в свое время такие пророческие слова: «Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже. Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения. Он все еще рассматривает Россию как варварскую страну, как сырьевой придаток. И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний. Мировой сионизм всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться. Сила СССР — в дружбе народов. Острие борьбы будет направлено, прежде всего, на разрыв этой дружбы, на отрыв окраин от России. Здесь, надо признаться, мы еще не все сделали. Здесь еще большое поле для работы.

С особой силой поднимет голову национализм. Он на какое-то время придавит интернационализм и патриотизм, только на какое-то время. Возникнут национальные группы внутри наций и конфликты. Появится много вождей-пигмеев, предателей внутри своих наций. В целом в будущем развитие пойдет более сложными и даже бешеными путями, повороты будут предельно крутыми. Дело идет к тому, что особенно взбудоражится Восток. Возникнут острые противоречия с Западом. И все же, как бы ни развивались события, но пройдет время, и взоры новых поколений будут обращены к делам и победам нашего социалистического Отечества. Год за годом будут приходить новые поколения. Они вновь подымут знамя своих отцов и дедов и отдадут нам должное сполна. Свое будущее они будут строить на нашем прошлом». (И. В. Сталин. Из записи беседы с А. Коллонтай в 1939 году)

Еще в начале 1990-х годов звучали такие слова, что ЕБН привели к власти (допустили), чтобы народ и интеллигенция, накушавшись свободы и бандитского капитализма, быстрее проголосовали за коммунистов и вернулись в социализм. Так что, возможно, пришло уже время для современных правителей вскрывать тот самый второй пакет, с «завещанием» Сталина. На котором написано — «Вскрывать, когда наступит полная з.» ив котором написано — «Делайте, как Я!»? (На первом пакете было написано — «Вскрывать, если будет хреново», и там указание — «Валите все на меня», и это уже делалось. хватит.)

И предпочитает видеть народ во власти человека в солдатской шинели, служащего своей стране без корысти.

Content

Олег Юрьевич Козинкин
Мировой заговор против России

Вместо предисловия

«Разгул доносительства»

О задачах антисталинской оппозиции

Была ли в СССР антисталинская оппозиция и заговор в РККА в 1941 году?

Заговор Тухачевского — перспективы и последствия

Часть I. Кто и зачем организовывал репрессии против РККА

Часть II. С чего все начиналось

Часть III. Немного о «тупости» Тухачевского

О «пропущенных ударах»

Об одной фантастической и совсем ненаучной гипотезе