Мария Снайдер

Ночное зрение

София завела свой кроссовый мотоцикл «Хонда 250Х». Рев двигателя взорвал тишину. Превосходная ночь для того, чтобы погонять в свое удовольствие. В воздухе пахнет еще не увядшей сентябрьской листвой. Безветрие. Луны не видно.

Девушка забросила за спину рюкзак, надела шлем и проверила защиту на локтях и коленях. Затем натянула кожаные перчатки и опустилась в седло.

«Куда бы отправиться?»

София оглядела густой лес, окружавший ее дом. Она жила неподалеку от Больших Дымных гор, в самом отдаленном районе штата Северная Каролина. Можно сказать, у черта на рогах. Ни одной живой души на многие мили вокруг. И это ее вполне устраивало. Никаких соседей и дурацких расспросов. Никаких огней.

Она решила съездить к горе Стоящий Индеец, возле самой границы с Джорджией. Со времени ее последнего визита в те края прошло несколько месяцев. Заброшенный планерный аэродром у подножия горы — подходящее место для полуночного пикника.

Девушка надавила на сцепление, и мотоцикл рванул вперед. Ехать по узкой тропе было не слишком удобно. Ветки деревьев хлестали по лицевому щитку, а под более крупные сучья приходилось подныривать. Она петляла между деревьями, проскакивала через ручьи, поднимая тучу брызг, взбиралась на крутые подъемы. Сердце гнало по венам чистый адреналин, а мотоцикл уверенно пожирал милю за милей.

Взлетая над последним холмом, София издала победный клич. Мотоцикл приземлился с тяжелым стуком. Она нажала на тормоз, остановилась на самом краю взлетной полосы и поправила шлем.

Девушка сразу обратила внимание на четкие отпечатки колес на земле и скошенную траву под ногами. Аэродром больше не производил впечатление заброшенного, однако ни самолетов, ни планеров видно не было.

Неподалеку отсюда находился ветхий, пустующий двухэтажный дом. София решила проверить, по-прежнему ли там никто не живет, и подъехала ближе. Все ясно: далеко за полночь, но в окне горел свет, а возле дома стоял голубой микроавтобус «Форд F150» с номерами штата Виргиния.

Слишком дальняя дорога, чтобы просто провести здесь уикэнд. Скорее всего, дом приобрели любители планерного спорта.

Яркий свет из окон резал глаза. София повернулась и направилась назад к мотоциклу. Однако звук хрустящих под колесами камней заставил ее остановиться. Девушка пригнулась и затаилась, пообещав себе, что уйдет, как только увидит хозяев. В конце концов, надо знать в лицо ближайших соседей.

«Только взгляни на них, София, и все. С тех пор как умер отец, в твоей жизни было так мало событий».

Приближающийся по подъездной дороге «лендровер» подпрыгивал на ухабах… Нет, пожалуй, это трудно назвать дорогой. Облако пыли тянулось следом. Девушка прикрыла глаза рукой от яркого света фар, а машина, проскрежетав по камням, остановилась возле дома.

Из автомобиля выбрались двое мужчин. Один из них — громадный, мускулистый, чем-то похожий на тяжелый танк — подошел к двери и громко постучал:

— Эй, Рик! Полюбуйся, какую рыбу мы поймали!

Из дома вышел еще один мужчина, а водитель в это время открыл заднюю дверцу салона.

— Ну и что это за карась? — поинтересовался Рик.

— Этот парень из самого ФБР, — объяснил Танк. — Познакомься: специальный агент Митчелл Вульф.

Холодок пробежал по спине Софии. Вспомнилась поговорка про кошку, которую сгубило любопытство.

— Вот дерьмо! — расстроился Рик. — И много ему известно?

— Он знает о том, что мы собираем драгоценности, но понятия не имеет о месте погрузки, — успокоил его водитель.

— Тогда за каким чертом вы его сюда притащили?

— Мы не знали, что делать. Он ведь ничего не успел сообщить федералам.

Отвечая, водитель резко дернул рукой, так что в кармане у него звякнули ключи.

— А почему вы решили, что он не успел?

— Сам разболтал. Стоило только объяснить, что мы можем сделать с его драгоценностью, и он расплакался как ребенок.

— У вас все получилось?

— Да. — Здоровяк вытащил с заднего сиденья «лендровера» большой сетчатый мешок.

— Заноси в дом. — Рик указал пальцем на дверь и раздраженно добавил: — Будем ждать Гленна. Без него не обойтись.

Жить у черта на рогах удобно во всех отношениях, кроме одного: никакой полиции в радиусе полусотни миль. И не вызовешь — сотовая связь здесь не работает.

В ожидании сообщника мужчины обсуждали свои планы. София расслышала отдельные слова: «в четыре часа утра», «три драгоценности». Наконец появился Гленн.

— Дела идут лучше некуда, — заявил он.

— Не совсем, — возразил Рик и объяснил, в чем загвоздка.

— Тоже мне проблема! — махнул рукой Гленн. — Кто станет искать его в этой дыре?

Он достал из заднего кармана пистолет и прицелился.

София рванулась было вперед, но… Что она собирается делать? Кричать? Звать на помощь?

Рик оттолкнул руку Гленна в сторону:

— Не в машине, идиот! Даже после чистки следы крови останутся. Ты никогда не видел, как полиция осматривает подозрительные тачки?

— Ну, делай как знаешь, — пожал плечами Гленн.

— Проедем десять миль и шлепнем его в лесу. А тело оставим на съедение шакалам. Эд, заводи!

Водитель захлопнул заднюю дверцу и сел за руль. Гленн плюхнулся сзади.

Пока «лендровер» разворачивался, София лихорадочно обдумывала свои действия. Она должна вмешаться, это несомненно. Но Гленн вооружен, а у нее, кроме аварийного набора инструментов, нет никакого оружия. Она ведь приехала на пикник, а не на охоту.

Зато у нее есть «хонда» с двигателем в двести пятьдесят кубиков, способная угнаться за любой машиной. А еще… еще есть ее особый талант — на самый крайний случай. Девушка добежала до мотоцикла, надела шлем и завела мотор.

Свет фар «лендровера» разрезал темноту, помогая Софии держать верное направление. Сама она никаких огней не включала, так что люди в машине не догадывались о ее присутствии.

Пропрыгав полчаса по узкой кочковатой дороге, автомобиль свернул в сторону, высветив участок густого подлеска. София заглушила двигатель и остановилась поодаль. Поставила мотоцикл на подножку и подкралась поближе. Мужчины вышли из машины, оставив мотор работать на холостом ходу.

— Отличное местечко, — заявил Гленн. — Парень, похоже, вот-вот очухается. Тащите его в те кусты.

Эд вытащил пленника из машины. Агент едва стоял на ногах, так что водителю пришлось его поддерживать. Руки несчастного были сцеплены за спиной наручниками. Лицо исполосовали порезы, а под заплывшим правым глазом красовался багровый синяк. Казалось, пленник до сих пор остается в полубессознательном состоянии, но, когда Гленн вскинул пистолет, агент окончательно пришел в себя.

— Не дергайся, Митч, — сказал Эд. — Мы просто оставим тебя здесь, чтобы ты сам нашел дорогу домой.

— Ясное дело, — саркастически усмехнулся пленник.

— Давай шевелись! — Эд подтолкнул его к зарослям шиповника.

Сердце в груди Софии запрыгало, словно решило заняться гимнастикой. Внезапно девушка стала невидимой для окружающих, теперь лучи света огибали ее тело и возвращались на положенное место у нее за спиной. София подкралась к передним колесам машины, продолжая следить за преступниками, но стараясь уберечь глаза от обжигающего сияния автомобильных фар. Однако стоило мужчинам войти в полосу света, как она перестала их видеть.

«У тебя только один шанс!»

София осторожно открыла переднюю дверцу машины и выключила фары. Преступники и жертва оказались в полной темноте. Все-таки у жизни «в этой дыре» есть свои преимущества.

Митч воспользовался моментом и пнул стоявшего рядом Эдда под коленку. Тот рухнул на землю, скорчившись от боли.

— Пристрели его! — вопил бедняга.

— Идиот! Я же ничего не вижу, — ответил Гленн, нащупывая ручку дверцы «лендровера».

Агент ФБР пригнулся и рванул в лес, но зацепился за что-то в темноте и упал. София возвратилась в видимое состояние и метнулась к нему. Но пока она добежала, Митч сам поднялся на ноги.

— Я помогу вам, — прошептала девушка.

Он вздрогнул от неожиданности, но, к счастью, промолчал.

— Идите за мной. Я хорошо вижу в темноте. — Она взяла агента за локоть и повела к тропинке. — Быстрее!

Когда они добрались до мотоцикла, фары «лендровера» снова осветили лес. Мысленно порадовавшись тому, что у «хонды» электрический стартер, София уселась в седло.

— Смотрите, вон там! — закричал Эд. — Что за чертовщина?!

Раздался выстрел.

— Садитесь скорей! — скомандовала девушка и закусила губу, чтобы не поддаться панике.

Мотоцикл ощутимо просел под весом Митча. Из-за наручников агент не мог ухватиться за нее руками.

В воздухе прогрохотал второй выстрел. Митч вполголоса выругался.

— Прижмитесь ко мне! — Она включила зажигание, вырулила на дорогу и понеслась прочь от «лендровера», чувствуя спиной грудь и живот мужчины.

Хлопнули дверцы машины, и колеса заскрипели по гравию.

— Они нас догонят, — обреченно пробормотал Митч.

«Ясновидец нашелся!»

Сердце Софии от прыжков перешло к вольным упражнениям. Девушка задумалась, как поступить. С пассажиром, который едва держится в седле, она не сможет ехать по бездорожью. Фары «лендровера», освещая участок дороги перед мотоциклом, только мешали ей ориентироваться. Можно было бы повторить фокус с невидимостью, но он не работает, когда яркий свет направлен прямо на нее.

София круто развернулась. Митч плотно прижался к ней.

«А он не в первый раз едет на мотоцикле. Может, все-таки получится рвануть прямиком через горы и уйти от погони».

Она внимательно оглядывала обочины, ища удобный съезд с дороги. Заметив впереди узкую тропку, девушка повернула голову, чтобы Митч смог расслышать ее слова:

— Сейчас поедем по бездорожью. Постарайтесь подстроиться под мои движения.

— Да вы с ума сошли! У вас ведь даже фары не включены!

— Может, лучше остановиться?

— Нет.

Перед поворотом она почти вдвое сбросила скорость, чтобы пассажир не вылетел из седла. За спиной раздались яростные ругательства и еще несколько пистолетных выстрелов. Она полностью сосредоточилась на дороге, изо всех сил вцепившись в руль.

— Кажется, мы оторвались, — заметил Митч.

Когда София наконец остановилась, ее руки тряслись от усталости. Агент слез с мотоцикла и тяжело опустился на землю.

— Обошлось, — сказал он. — Вы спасли мне жизнь. Но я все равно не понимаю, как вы оказались в этом лесу.

Она попыталась снять шлем, но волосы зацепились за ремень. Пот щипал глаза и насквозь пропитал футболку под защитным жилетом.

— Я просто ехала мимо и увидела, что вам нужна помощь.

— Ночью? По проселочной дороге? За много миль от человеческого жилья? — недоверчиво спросил он. — В полной темноте?

— Я же вам говорила, что у меня отличное ночное зрение. К тому же я выросла в этих краях и знаю окрестности так же хорошо, как летучая мышь свою пещеру.

— Должно быть, вы дочь Бэтмена?

— Нет, дочь Супермена. Мой самолет-невидимка сейчас в ремонте, так что пришлось воспользоваться супермотоциклом.

Он немного расслабился:

— Простите. Сегодня у меня был ужасный день. Я — Митч Вульф, агент ФБР, и мне придется еще раз попросить у вас помощи.

— София Дэниэлс. Я сделаю все, что в моих силах.

— В первую очередь я хотел бы избавиться от наручников.

— Но мои инструменты…

— Не надо инструментов, у меня есть ключ… — Он замялся, но все же продолжил: — На поясе моих трусов.

Она не смогла сдержать смех.

— Это, должно быть, какие-то специальные шпионские трусы?

— Ага, специальные. Пуленепробиваемые. Когда речь идет о твоей жизни, никакая предосторожность не кажется излишней. — Он громко и раскатисто рассмеялся. — Это стандартный ключ, подходящий к любым наручникам. Он висит у меня на левом боку.

Митч снова поднялся. На его серой изодранной футболке отчетливо проступали пятна крови. Очень большие пятна.

— Вы же ранены! — охнула София.

— Ерунда, царапина.

Она задрала ему футболку. Глубокий кровоточащий разрез начинался слева под ребрами и тянулся поперек живота.

— Ничего себе царапина! Необходимо срочно наложить швы.

— Наложить швы? Неужели моя ночная спасительница еще и доктор? Что-то многовато счастливых случайностей.

— Мой отец был фельдшером, и я иногда помогала…

— Нет, это потом. Сначала ключ.

София попыталась вытащить пояс с ключом из-под его джинсов.

— Нужно расстегнуть брюки, — посоветовал Митч безразличным тоном.

Девушка замерла в нерешительности.

«Прекрасно, София, — мысленно упрекнула она себя. — Значит, чтобы участвовать в гонках, у тебя ловкости хватает, а чтобы расстегнуть пуговицу — нет».

Целую вечность спустя она все-таки отцепила ключ и открыла наручники. Митч облегченно вздохнул, растирая содранные до крови запястья. София вдруг поняла, что стоит слишком близко к чужому, малознакомому мужчине. Он чуть ли не на голову выше ее, мускулы на руках — как у профессионального спортсмена. На вид ему чуть больше тридцати — и чуть больше, чем ей. Митч утверждает, что он — федеральный агент, но ведь это просто слова, никаких доказательств.

Девушка вспомнила про рану и бросилась за лежащей в рюкзаке аптечкой, но тут же остановилась. Она же забыла его на аэродроме. Перебрав в уме содержимое рюкзака, София немного расслабилась Никаких документов, никакой информации о владельце там не было. Зато она осталась без инструментов, воды и пищи.

Митч похлопал себя по карманам.

— Черт! Они забрали мои бумажник и телефон. У вас нет с собой мобильника? — спросил он, застегивая джинсы.

— Здесь нет сигнала.

— Что же делать? Мне необходимо позвонить. И чем быстрее, тем лучше.

Она вздохнула. Выбирать не приходится — ближе, чем ее дом, все равно ничего не найти.

— У меня дома кабельный телефон.

— Это далеко? — В голосе Митча появилась надежда.

— Не очень. Примерно двадцать миль, если напрямик.

— А если по дороге?

— Пятьдесят.

— Черт возьми! Значит, мне опять придется довериться вашему ночному зрению?

— Придется.

София застегнула защитный жилет и надела шлем. Митч болезненно поморщился и в нерешительности поскреб свою двухдневную щетину. Длинные черные ресницы совсем не гармонировали с его короткой, почти военной стрижкой. Не пострадавший от побоев голубой глаз выражал сомнение в ее способностях.

— Да не волнуйтесь вы так, Митч. После наших недавних плясок над пропастью это сущие пустяки. Довезу в целости и сохранности.

— Отлично, — сказал он с почти невозмутимым видом. — Полагаю, второго шлема у вас нет.

— Угадали, но, если мы по пути навернемся, я постараюсь завалиться на правый бок, чтобы меньше потревожить вашу рану.

Агент ответил ей кривой усмешкой:

— Лучше уж слушать ваши жалкие попытки пошутить, чем лежать с простреленной башкой. По крайней мере, у вас вполне приличный мотоцикл. Мое хрупкое мужское самолюбие не вынесло бы, если бы меня спасла девушка на мотороллере.

С пассажиром за спиной путь домой занял больше времени, чем обычно. Митч вцепился в нее мертвой хваткой и всю дорогу ругался сквозь зубы, но сумел подстроиться под ритм движения.

Когда мотоцикл подкатил к маленькому бревенчатому домику, агент с трудом выбрался из седла. Пятна крови на его футболке выглядели еще страшнее. София отбросила в сторону шлем и защитный жилет, оставила мотоцикл возле гаража и повела гостя в дом.

Комната была обставлена вполне традиционно — удобные кресла, прикрытая узорчатым пледом кушетка, фальшивая медвежья шкура и фотографии животных на стенах.

— Садитесь, пока не свалились с ног. — София подвела мужчину к кушетке.

— Может быть, стоит зажечь свет или вам отключили электричество за неуплату? — с раздражением спросил он.

Девушка прикрыла глаза, собираясь с силами перед неприятным разговором. Если бы можно было найти телефон в другом месте, она бы никогда не привезла федерала к себе домой.

— Я не переношу яркий свет, — сказала она, справившись с нервами.

— Не переносите свет? Как вампиры? — Недовольство в его голосе сменилось тревогой.

«Не пошутить про вампиров он, конечно, не мог, — вздохнула София. — Теперь опять придется рассказывать сказки».

— Прошу прощения, что не объяснила сразу. Это все потому, что я мало общаюсь с людьми.

Она не любила врать, но только полный идиот может поверить в такую правду. И она завела свою обычную песню:

— У меня очень редкое заболевание — врожденная эритропоэтическая протопорфирия, или сокращенно ВЭП. Яркий свет убивает мои красные кровяные клетки, и мне приходится прятаться от него. Поэтому я и живу в глуши, без телевизора, компьютера и…

Она хотела добавить «без человеческого общения», но решила, что это прозвучит жалостливо.

К удивлению девушки, ее история сильно встревожила гостя.

— А что вы делаете, когда встает солнце?

«Ложусь в фамильный склеп».

— Днем я обычно сплю.

Лицо мужчины приобрело странное, болезненное выражение. Возможно, он подыскивает слова сочувствия или ободрения, которые Софии абсолютно не нужны. Прежде чем Митч открыл рот, она заговорила о другом:

— В гостевой комнате есть лампа и телефон. В ванной комнате тоже можно включать свет. Звоните, куда вам нужно, и займитесь наконец вашей раной, пока она не загноилась.

— Сначала звонок. — Он поднялся с кушетки, но тут же остановился. — Где мы находимся?

— Штат Северная Каролина, к северу от Охотничьего ручья.

— Северная Каролина? — Митч почесал опухший от удара затылок. — Я подумать не мог, что забрался так далеко. Сколько отсюда до Ноксвилла?

— Сто тридцать миль.

— Ничего себе! — Он задумался. — У вашего дома есть адрес?

— Я могу назвать координаты для GPS. Подойдет?

— Конечно. Я просто хочу понять, где они находятся, — пробормотал он больше для себя, чем для нее.

— Ваши… друзья?

— Да.

София догадалась, что Митч не помнит, как его везли к дому.

— Это далеко отсюда, но я могу показать место на карте, — предложила она, но только еще больше расстроила гостя.

— Хорошо, — неуверенно согласился он. — Так где телефон?

Она взяла его за руку и повела в полной темноте в гостевую комнату на втором этаже. Здесь же располагались кухня и ванная комната. Сама София жила внизу.

Она вложила в одну руку Митча беспроводной телефон, а другую поднесла к выключателю лампы.

— Не включайте свет, пока не услышите, как захлопнулась дверь. Я пока определю координаты для GPS.

— Спасибо, — отозвался он с секундным опозданием.

Эта заминка насторожила Софию, но она решила не придираться по пустякам. Парню и так сегодня досталось. Она уже подходила к двери, когда Митч щелкнул выключателем. Ослепительная белизна окружила девушку. Она оступилась и больно ударилась о кресло.

— Зачем вы это сделали? — удивилась она, пытаясь нащупать дорогу.

«Где же эта проклятая дверь?»

Свет был слишком ярок, и София даже не пыталась уйти в невидимость.

Вместо ответа, Митч ухватил ее за запястья и прижал к стене.

— Отпустите меня!

Волна гнева захлестнула ее. «Вот ведь идиотка! Даже не проверила его документы». Девушка попыталась ударить его ногой, но промахнулась. Митч навалился на нее, не позволяя повторить попытку.

— Вы ведь не видите меня, правда? — Он словно бы не спрашивал, а обвинял ее в этом.

— Выключите свет!

— Эд приказал вам инсценировать мой побег. Зачем это ему понадобилось?

— Идите к черту! Мне никто ничего не приказывал.

— Хватит врать! Как только я увидел ваши глаза, то сразу подумал, что вы одна из них. Но все-таки сомневался до тех пор, пока вы не признались, что не общаетесь с людьми.

— Не понимаю, что вы хотите сказать.

— Я уже сказал — вы одна из этих. На кого вы работаете?

— Ну конечно, федерального агента не проведешь. — София едва справлялась с душившей ее яростью. — Вы правы, я работаю на эту банду и похитила вас только для того, чтобы завести подальше от базы и убить. — Она дернулась и ударилась затылком о стену. — О черт! Я оставила свой пистолет в другой комнате.

— Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю, — упрямо твердил он. — Ваше так называемое ночное зрение противоречит законам физики. Меня специально готовили для участия в ночных операциях. Здесь недостаточно света даже для приборов ночного видения. Но вы все прекрасно видите, зато слепнете при ярком свете. Так все-таки на кого вы работаете?

София попыталась освободиться, но мужчина крепко ее держал. Он не клюнул на приманку из научных терминов, не поверил ни одному слову о редком заболевании. Он все про нее знает. Да, она не только различает цвета в темноте, но и может читать. Чем темнее вокруг, тем острее становится ее зрение. София родилась с этими странными способностями, и, насколько ей известно, таких людей на земле очень мало.

— Отвечайте сейчас, или мне придется арестовать вас и допросить официально.

Девушка представила себя в незнакомом месте, ослепленную и беспомощную, и ей стало по-настоящему страшно. Она потому и поселилась в глуши, что не хотела оказаться в подобном положении. В безвыходном положении, черт побери!

— Я ни на кого не работаю. И не хочу ни на кого работать. Поэтому и убежала так далеко от цивилизации.

Он ненадолго задумался.

— Значит, вы здесь прячетесь?

— Как вы догадались, Холмс?

— От кого? — по-прежнему недоверчиво спросил Митч.

— От всех!

Если бы отец дожил до этого дня, он был бы ужасно недоволен. Дочь только что свела на нет все его усилия, все попытки спрятать ее от государственных служб. София никогда не забудет тот день, когда домой впервые заявились федералы. Они назвали ее «особенным ребенком» и хотели забрать в специальную школу, где обучают будущих агентов. Отец пообещал, что сам привезет ее. Вместо этого они пустились в бега. Когда София спросила отца, что было нужно этим людям, он ответил, что федералы собирались научить ее шпионить, незаметно подкрадываться к жертвам, брать в заложники, убивать.

— И особенно — от вас.

— От меня? — Митч готов был услышать что угодно, только не это.

— Разумеется. Вы же не станете отрицать, что вашей конторе нужны такие люди, как я? Люди, способные видеть в темноте. Это ведь уникальное качество для агента. Федеральное агентство суперменов. Не дождетесь! Из-за таких, как вы, я никогда не буду чувствовать себя в безопасности. Знаете, как называют нас в вашей конторе? Отвратительное прозвище!

— «Слепые убийцы», — неохотно подтвердил Митч. — Но ведь они выполняют и другие… поручения.

— Вы уверены, что они это делают по своей воле?

— Нет, не уверен, — тихо ответил он. — Откровенно говоря, долгое время я считал, что это всего лишь легенда. На «слепых убийц» в нашем ведомстве списывали все необъяснимые случаи, как обычные люди рассказывают о привидениях, переставляющих вещи с места на место или прячущих ключи от машины. Один из наших парней утверждал, что в Афганистане именно «слепые убийцы» помогли Бен Ладену выбраться из окруженных войсками пещер. В конце концов, я был уверен, что это все выдумки. До тех пор, пока…

Неожиданно он отпустил запястья Софии. Девушка осторожно, нащупывая дорогу руками, направилась к двери. Вот только в той ли стороне находится дверь?

Выключатель щелкнул, и комната погрузилась в темноту. София облегченно вздохнула и устремилась к выходу, но вдруг остановилась на пороге. Митч сидел на краю кушетки и держал руку на выключателе лампы.

— Пока что?

— Пока сегодня не увидел своими глазами.

— И теперь вы…

— Нет, я никому не расскажу, — грустно улыбнулся он. — Если только сам не сумею завербовать вас. Например, вы могли бы найти убежище Бен Ладена и…

— Такие вещи меня не интересуют.

Он вздохнул:

— Ну а координаты того дома вы мне все-таки дадите?

— Да, конечно. Если вам понадобится аптечка — она в бельевом шкафу. Там же найдете чистую футболку. Это вещи моего отца, но он… умер. Футболка должна вам подойти, отец служил в пожарной команде, пока не выучился на фельдшера. — София чувствовала, что говорит лишние, необязательные слова, но никак не могла остановиться. — Еда на кухне, фонарик на книжной полке. Позаботьтесь о себе сами.

Огорченная и растерянная, девушка спустилась по лестнице в свою спальню. Теперь у нее в груди отплясывала и крутила сальто уже целая гимнастическая команда. Этот грубиян набросился на нее, угрожал ей, а она вдруг превратилась в «мисс Хорошие Манеры». Надо просто выставить его за дверь. «Так уж и быть, приятель, позвони, а потом проваливай на все четыре стороны». Неужели она настолько истосковалась по человеческому общению? Да, похоже на то.

До этой ночи Софии казалось, что она ни в чем и ни в ком не нуждается. Книги, мотоцикл, письма старым знакомым. А еще она училась рисовать.

«Боже, как трогательно!»

Ей хотелось сразу залезть под одеяло, но сначала нужно принять душ, а потом еще эти координаты… Она сбросила тяжелые ботинки и отправилась в душевую. Стащила с себя кожаную куртку и мотоциклетные штаны на толстой подкладке. В этой одежде она и на женщину-то не очень похожа.

Отец грозился вывернуть свечи из мотоцикла, если София не будет пользоваться защитными приспособлениями. Он словно помешался на безопасности. А она, дура, не слушалась его. Ради дочери он изменил привычный режим, спал днем, чтобы ночью всегда быть вместе с ней. Это отец научил ее водить мотоцикл и охотиться.

Он прятал ее от государственных спецслужб и дельцов с сомнительной репутацией. «Человек с такими способностями пригодится в любом деле: перевозка наркотиков, торговля оружием, терроризм…»

София тряхнула головой, возвращаясь мыслями к настоящему. Несколько мгновений она сомневалась, стоит ли переодевать нижнее белье. Мысль о том, что она окажется обнаженной, когда в доме находится посторонний мужчина, вызывала легкий дискомфорт.

«Надо же так сказать — дискомфорт! — София фыркнула. Если не забывать, сколько времени прошло с того дня, как ее последний бойфренд заявил, что наелся досыта ночным существованием, и свалил отсюда, то ей следовало не разглагольствовать, а попытаться соблазнить этого симпатичного агента. — Опять какой-то жалкий лепет. Симпатичный агент. Тьфу!»

Быстро приняв душ, девушка переоделась в джинсы и рубашку с длинными рукавами. Затем расчесала свою густую каштановую гриву. Из-за цвета волос, бледной кожи и серебристо-серых глаз ее и в самом деле можно принять за вампира.

Правда, на солнце волосы обычно светлели. В детстве София была практически обычным ребенком. Тем тяжелее пришлось потом. С возрастом зрение девочки постепенно ухудшалось. Когда Софии исполнилось двенадцать, она начала слепнуть при ярком свете, но при тусклом, отдаленном или рассеянном научилась отклонять лучи, изгибать их вокруг своего тела так, чтобы все-таки что-то видеть. К несчастью, у этого дара обнаружился и обратный эффект: отец чуть не лишился чувств, когда девочка в первый раз исчезла прямо у него на глазах. Оказалась одной из тех, кого правильнее было бы назвать «укротителями света».

София развернула на столе крупномасштабную карту окрестностей и определила координаты дома. Затем осторожно поднялась по лестнице. Тонкая полоска света пробивалась из-под двери. За ней слышалось неразборчивое бормотание Митча. Девушка подсунула записку под дверь, а сама отправилась на кухню. Уже час ночи. Пустой желудок завел жалобную песню. Она нарезала дольками яблоко и подумала, что гость тоже, наверное, голоден. Приготовить ему бутерброды? Нет! Мисс Хорошие Манеры сказала, чтобы он сам позаботился о себе.

Дверь в его комнату отворилась и выпустила свет в коридор. Вместо лампы Митч включил фонарик. София решила, что лучше его предупредить.

— Я на кухне! — крикнула она.

Мужчина остановился на пороге, опустив фонарь. Капли воды скатывались с его мокрых волос на обнаженную мускулистую грудь. Целая стая новых банальностей и избитых фраз запрыгала в голове у Софии. Сердце готово было составить им компанию.

— Простите, но рану необходимо зашить. — Митч держал в руках бинт и форменную пожарную футболку отца. Разрез под ребрами по-прежнему кровоточил. — Не могли бы вы помочь?

Что ж, по крайней мере, в этот раз он попытался сдержать свою подозрительность. Софии очень хотелось сказать в ответ что-нибудь язвительное, но она сдержалась.

— Если только у вас нет аллергии на лидокаин.

— А если есть?

— Тогда могу предложить глоток виски и свернутое в трубочку полотенце, чтобы закусить его, когда захочется выть от боли.

— Полотенце мне не понадобится, — усмехнулся он. — А вот виски — звучит заманчиво.

Приготовив все необходимое, она велела Митчу сесть на кушетку. Он выполнил приказ и погасил фонарик. София присела рядом и наполнила шприц.

— Сначала будет немного щипать, но потом вокруг раны все онемеет.

От него пахло мылом и кремом «Олд спайс» — крайне возбуждающее сочетание. Чтобы отвлечься от глупых мыслей, она спросила, успел ли он позвонить.

— Да. Мои ребята подберут меня, но им понадобится время, чтобы добраться сюда.

— Сколько?

Он с недоверием покосился на нее:

— Зачем вам это знать?

— Должна же я предупредить Рика.

Сарказм все-таки прорвался, но такой бурной реакции на свои слова девушка не ожидала. Агент мгновенно вцепился в ее руку:

— Откуда вы знаете это имя?

— Я подслушала их разговор.

— И признались мне только сейчас? — недовольно буркнул он.

— Можно подумать, мы просидели тут за пустой болтовней всю ночь и я просто не решалась испортить вам настроение.

София отбросила его руку и продолжила накладывать шов. Закончив, она обрезала нить и забинтовала рану, возможно чуть сильнее, чем следовало бы.

— Простите меня. — Митч коснулся ее плеча, затем развернул лицом к себе. Странное волнение охватило девушку, когда она почувствовала его теплые пальцы на своих плечах. — Я слышу ваш голос, но не вижу вас, и это несколько сбивает с толку. Можно, я возьму вас за руку?

— Конечно, — ответила она дрогнувшим голосом. «Ой, позорище-то какое!»

Однако она тут же успокоилась и оставила свои пальцы лежать в его ладони.

— Расскажите, о чем они еще говорили? — попросил он. Чем дальше рассказывала София, тем сильнее волновался Митч. Девушка чувствовала, как дрожат его пальцы.

— Сетчатый мешок? Вы уверены?

— Да.

Он выругался.

— А погрузка… — его голос дрогнул, — точно в четыре часа утра?

— Они не уточняли, утра или вечера. Он прикрыл глаза свободной рукой: — Мои ребята должны успеть. Возможно, мы перехватим машину в пути. Там есть другая дорога?

— Там есть аэродром.

— Что?

— Заброшенная взлетная полоса, сразу за домом.

Митч вскочил на ноги:

— Мне необходимо туда вернуться. Срочно!

— Что это за драгоценности, из-за которых вы готовы рисковать жизнью?

— Это секретная информация. И я очень спешу. Поехали!

— Я не сдвинусь с места, пока вы все не расскажете.

Он сжал кулаки и шагнул вперед. София опасливо отодвинулась. Митч глубока вздохнул, успокаиваясь:

— Эти ублюдки похищают детей. Маленьких девочек с особыми… способностями. Такими же, как у вас. Похищают и контрабандой переправляют в другие страны. Там из них готовят «слепых убийц». То есть, — торопливо добавил он, — я хотел сказать «укротителей света».

— Что-то не верится. Таких людей, как я, в мире не может быть много.

— Удивляйтесь сколько хотите, но это так. Вы слишком долго прятались в своем домике и не следили за тем, что происходит в мире. — Его голос загрубел от волнения. — После смерти матери я отправил свою младшую сестренку в школу-интернат. Она уверяла, что ей там не место, потому что она… может видеть в темноте. Разумеется, я ей не поверил. Это очень редко встречающееся состояние…

— Это не состояние, — машинально поправила она, но остановилась, осознав смысл сказанного. — Значит, ваша сестра — «укротитель света»?

Митч пригладил мокрые волосы:

— Так считают преступники. Но я не понимал, что они задумали, пока не встретился с вами. Я приехал навестить сестру, и в этот момент на нас напали. Я надеялся, что ей удалось бежать. Она исчезла, когда я отбивался от приятелей Эда.

«В том сетчатом мешке была сестра Митча».

— Идем. — София резко вскочила с кушетки.

Стараясь не светить ей в глаза фонарем, агент натянул футболку и вернулся к телефону, чтобы передать коллегам новую информацию. А девушка метнулась во двор готовить мотоцикл к поездке. Когда на пороге появился Митч, она сказала:

— Отцовский шлем лежит в сарае.

— А оружие у него было?

— Охотничьи ружья.

— Патроны?

— Тридцать на тридцать. В шкафу, в вашей комнате. Захватите заодно мой винчестер.

— Ваш? О нет, вы просто подвезете меня до места, а потом вернетесь сюда.

— Не говорите глупостей. Я могу видеть в темноте, а вы нет.

Недовольно хмурясь, Митч согласился, но с одним условием:

— Вам придется в точности исполнять мои приказы. Никакой самодеятельности. Понятно?

— Так точно, сэр!

Что-то бормоча себе под нос, Митч с помощью фонарика отыскал оружие и шлем. Винтовки он забросил за спину. Дорога к аэродрому получилась не такой утомительной, как недавний побег от преступников. Митч держался за Софию не слишком крепко, зато всем телом прислонился к ее спине. Это немного ее отвлекало, но помогало удерживать равновесие. Похоже, он теперь полностью ей доверял.

«Хонда» с натугой одолела последний подъем и остановилась у дальнего края взлетной полосы. София заглушила двигатель и спустилась по пологому склону. Митч протянул ей винчестер.

— План у нас такой, — объяснил он. — Мы подкрадываемся к дому с восточной стороны. Если похитители еще здесь, я подхожу ближе, чтобы узнать, где именно они находятся. Вы остаетесь на месте. Будете снайпером. Если они попытаются уехать на машине, стреляйте по колесам. Но только в том случае, если четко увидите цель.

— А что вы будете делать, если они останутся в доме?

— Ждать. Сейчас половина четвертого. Самолет прилетит в четыре, они направятся к нему вместе с девочками, и тут я им устрою сюрприз. Если же самолет не появится, я буду ждать своих ребят.

План показался Софии неплохим. Неожиданная атака в сочетании с ее ночным зрением могут дать результат. Что-то в последних словах Митч насторожило девушку, но она отбросила все подозрения. Когда-то давно, еще не отгородившись от мира, она слушала, как отец инструктировал новобранцев в пожарной части. Он говорил, что во время работы нужно отключить все эмоции, думать и действовать сейчас, а сомнения и страхи оставить на потом.

«Отличный совет, папа. Только как заставить собственное тело выполнять команды?» Внутри у нее все дрожало от нервного напряжения, а ладони оставляли на оружии влажные пятна.

София подвела Митча к дому с восточной стороны. Оба автомобиля были припаркованы возле входа, в окне второго этажа горел свет. Похитители явно не собирались никуда уходить.

Митч старался сдерживать волнение. Света уже было достаточно, чтобы он сам мог сориентироваться. Он показал рукой на землю рядом с собой и распорядился:

— Стойте здесь.

София молча ему отсалютовала. На лице агента промелькнула усмешка. Затем он развернулся и зашагал прочь, но тут же остановился.

«Что-нибудь не так?»

Ее сердце, видимо, только что побило мировой рекорд, в беге на сто метров. «А не слишком ли ты увлеклась репортажами с Олимпиады?»

Митч приблизился и шепнул ей на ухо:

— На случай, если у меня не будет времени сказать вам это позже: спасибо, что спасли мне жизнь.

— Впредь будьте осторожней, если она вам в самом деле дорога. Сомневаюсь, что в следующий раз, когда у вас случатся неприятности, к вам на выручку снова примчится «слепой убийца».

Еще одна улыбка. Он так мило прищуривает глаза, когда смеется.

Митч провел рукой по ее щеке и произнес:

— Вы просто сверхъестественно красивы.

Их взгляды встретились. Тело Софии вдруг окаменело, а все нервные окончания устремились к тому месту, где его пальцы касались ее щеки. Митч наклонил голову и поцеловал девушку. Она ответила с внезапно нахлынувшим чувством.

Он с трудом оторвался от нее. София провожала его взглядом, пока он не вошел в полосу света и не исчез из виду. Она внимательно осмотрела нижние окна и вроде уловила там какое-то движение, но полной уверенности не было.

София немного потренировалась, прицеливаясь винчестером в колеса автомобиля. Стояла тихая, безветренная ночь, никаких признаков приближающегося самолета в темном, беззвездном небе. Через несколько минут ожидание ей опротивело.

Когда из дома донеслись ругань и шум драки, девушка изменила свое мнение: ждать — лучшее, что она может сейчас сделать. Вслед за глухими ударами послышались голоса, но ни один из них не принадлежал Митчу.

— Говорил же, что засада не помешает, — сказал Эд.

— Заноси его в дом, — ответил Рик.

Дверь захлопнулась. Вероятно, его поджидали. Как они могли узнать, что агент вернется? Теперь уже не важно. Митч и девочки там, в ярко освещенном доме. Комок отчаяния подступил к горлу Софии, но она проглотила его.

«Сейчас нужно думать, а испугаться можно и потом».

Вариант первый: дождаться, когда они выйдут из дома и направятся к самолету, изобразить из себя снайпера и перестрелять преступников одного за другим. «Не получится. Они разбегутся после первого же выстрела».

Вариант второй: вывести из строя самолет в момент приземления. Не имея возможности улететь, они попробуют сбежать на машинах и, если очень повезет, наткнутся на коллег Митча. «Тоже не подходит. Преступникам незачем таскать агента за собой, они его просто пристрелят».

Вариант третий: выключить свет в доме и действовать в выгодных для себя условиях. Не самая блестящая идея, но в этом случае у нее есть шанс стать победителем.

София осторожно продвигалась вперед, огибая угол дома. Ей нужно было найти электрический щит. Но она почти ничего не видела из-за яркого света в окне. Придется ощупывать стену руками. Лучше всего подкрасться с задней стороны. Она вытянула руку вперед и шагнула в полосу света, стараясь уберечь глаза.

Когда пальцы коснулись наружной обшивки, она начала поиски. Двумя руками получилось бы быстрее, но она не настолько глупа, чтобы отпускать оружие.

Проходя вдоль западной стены, девушка услышала громкий голос из окна.

— А твой приятель? — спросил Рик.

— Высадил меня и вернулся домой, — ответил Митч.

Значит, он жив и в сознании. София облегченно вздохнула, но это состояние продлилось недолго.

Пронзительный визг разрезал воздух:

— Митч!

«Это его сестра», — поняла София и опять упала духом.

— Вернемся к тому, что ты мне рассказал, — продолжал Рик. — Мы выяснили, что твой приятель-мотоциклист подошел к дому и слышал наш разговор. Эд отыскал его рюкзак и следы колес мотоцикла. Затем этот парень отправился за нашим «ровером» и геройски спас твою жизнь. Дальше твоя история становится совсем… занимательной. — Он рассмеялся, довольный собственным остроумием. — Ты утверждаешь, что мотоциклист привез тебя в какой-то домик посреди леса, в котором даже нет электричества, помог тебе перевязать рану, а потом вернул сюда. Я правильно понял?

— Да.

— Гленн, — позвал Рик.

Раздался душераздирающий крик. София сжалась, из последних сил сдерживая желание постучать в окно и сдаться.

— Вы не причините ей вреда, — произнес Митч холодным, безжизненным тоном.

— Уже причинили, — возразил Гленн.

— Синяки не в счет. Вы не посмеете испортить товар и потерять не одну тысячу долларов.

София поспешила продолжить поиски, понимая, что Митч тянет время и пытается выиграть для нее пару лишних минут. Она отыскала щит и вытащила из кармана швейцарский складной нож. Мысленно поблагодарив отца за то, что он обучил ее кое-каким хитрым приемам, которыми пользуются пожарные, девушка открыла ножом замок и повернула рубильник.

Ночное зрение вернулось к ней одновременно с криками и руганью, донесшимися из дома. Она подбежала к окну и заглянула внутрь. Эд и тот парень, которого она назвала Танком, крепко держали Митча. Гленн пятился в угол комнаты, левой рукой обхватив девочку, а в правой держа пистолет. Рик пытался успокоить сообщников.

— Не дергайтесь! — рявкнул он. — Парень просто знает пару фокусов. Оставайтесь тут, а я схожу за фонарем.

Он направился к двери, вытянув перед собой руки.

София подняла ружье. Тысячи сомнений и опасений бурлили в ее груди. Что если она промахнется?

«Сначала действуй, переживать будешь потом». Она выровняла дыхание, уперла приклад в плечо и нажала на спуск.

Стекло разлетелось вдребезги, грохот прокатился по комнате, а Гленна отшвырнуло к стене. Пуля угодила ему в правое плечо. С глухим стуком раненый рухнул на пол.

«В яблочко! Один готов, осталось еще двое».

Девочка, вскрикнув, тоже растянулась на полу, прикрыв голову руками. Похоже, брат успел ее кое-чему научить. София развернула ствол в сторону других преступников. Эд юркнул в коридор, а Танк обхватив Митча за шею, прикрылся им как щитом.

— Стреляй! — крикнул Митч.

Куда? Митч почти полностью закрывал Танка. А София все-таки не такой снайпер, как некоторые считают. Тут она обратила внимание, что руки Митча не связаны. Одной он ухватился за мускулистое предплечье противника, а другой показывал вниз, где между его ног можно было различить колено Танка.

«О черт! Пожалуй, Митч и в самом деле не отказался бы сейчас от пуленепробиваемых трусов». Она тщательно прицелилась и выстрелила. Пуля попала точно в цель, раздробив Танку колено. Громила закричал от боли, а Митч вырвался из его захвата.

— Дженна? — позвал Митч сестру. Она подбежала и прижалась к брату, обхватив его руками и всхлипывая. — Все хорошо, теперь все будет хорошо, — повторял он снова и снова.

«Хотелось бы». София забеспокоилась, куда сбежали двое других преступников. Со стороны входа раздался шум автомобильного мотора. Свет фар пронзил темноту.

— Митч, они сели в «ровер»! — крикнула она.

Двигатель ревел все громче, фары разгорались.

— Останови их, — ответил Митч.

София обежала вокруг дома, рассчитывая зайти с тыла и прострелить беглецам колеса. Когда она выглянула из-за угла, яркий свет ее ослепил. Про микроавтобус она забыла.

Прогремел выстрел. Где-то рядом треснула деревянная обшивка. Девушка упала на землю и выронила ружье, но продолжала вслепую ползти вперед, словно продираясь сквозь дымовую завесу. Она исцарапала себе руки, пока добралась да границы освещенного участка и вдруг ударилась обо что-то твердое.

«Хоть бы это был ствол дерева», — взмолилась она. Но, даже ничего не видя, трудно не узнать холод металла, коснувшегося твоего виска. Волна ужаса захлестнула ее.

— Вставай, — приказал Рик.

Она поднялась. Ствол пистолета по-прежнему упирался ей в висок.

— Неудивительно, что ты доставила нам столько проблем, сучка. Ты работаешь на федералов?

— Да, и мои коллеги будут здесь с минуты на минуту.

— Так я тебе и поверил, — рассмеялся он и подтолкнул Софию в спину. — Лицом к стене!

Рик прижал ее к обшивке дома. Острая щепка кольнула лицо, но это все пустяки по сравнению с пистолетом, направленным в затылок. Рядом, проскрежетав по камням, остановился «лендровер».

— Ты его поймал? — спросил Эд.

— Ее, — фыркнул Рик. — Наш мотоциклист оказался «укротительницей света».

«Что ж, по крайней мере, он знает правильное название».

— Не может быть!

— Подними ружье и обыщи дом. Пусть Митч узнает, что мы поймали его подружку.

«Рик, должно быть, снова включил свет». Время текло, как сладкий чай, в который положили столько сахара, что он превратился в густой сироп. Капельки пота скользили по спине Софии. «И кто мне мешал поехать сегодня на озеро Нантанала?»

Наконец Эд вернулся.

— Митч и его сестра сбежали, прихватив пистолет. Гленн и Макс серьезно ранены.

На душе у Софии стало немного легче. Она надеялась, что Митчу с сестренкой удалось скрыться.

— А другие девчонки?

— Их тоже нигде нет.

Рик выругался.

— Бери фонарь и отправляйся на поиски. Они не могли уйти далеко. — Рик схватил Софию за руку и подтолкнул к дому. — Ты спасла ему жизнь, а он бросил тебя. Обидно, правда?

— Нет, я рада, что так вышло, — ответила она. — Пусть уж лучше он спасет сестру, чем меня.

София в самом деле так думала. У девочки впереди целая жизнь — школа, университет или колледж, любовь, семья, дети — если только из нее не сделают правительственного агента для специальных ночных операций. А у нее самой — не жизнь, а существование. Она спряталась от мира, но… ей бы тоже хотелось все это испытать. Множество приятных событий, которые могли бы произойти, промелькнули в голове девушки. Если ей представится второй шанс, она ни за что не станет прятаться. А если нет — что ж, остается утешать себя тем, что она обменяла свою жизнь на четыре другие.

София больше не чувствовала страха, лишь спокойную уверенность в том, что она все сделала правильно.

Рик крепко держал ее и не опускал свой пистолет. В воздухе чувствовался резкий, вызывающий тошноту запах крови.

— Да уж, леди, вы нам здорово напакостили, — проворчал мужчина.

— Их раны не смертельны, — возразила она.

— Мне от этого не легче. Я не могу взять их с собой и оставить здесь тоже не могу.

Пистолет дернулся.

— Нет! — закричала София, развернулась и оттолкнула руку преступника как раз в момент выстрела. Они вместе повалились на землю.

Рик повернулся и оказался сверху, придавив Софию своим весом. И снова приставил к ее шее еще не остывший ствол пистолета. Она вскрикнула, запах сожженной кожи заглушил приторный запах крови.

— Все, ты — труп, — заявил Рик.

София дернулась, когда прогремел выстрел. Шею обожгло острой болью. Перехватило дыхание, тяжелая туша мужчины придавила ее к земле. Что-то теплое и жидкое намочило футболку. Стало нечем дышать. София увидела далекий свет и услышала голос отца, зовущего ее по имени. Потом он начал трясти ее за плечи, сильно трясти. Получив несколько пощечин, девушка попыталась ответить, но ее крепко держали за запястья.

— Ты в порядке? — спросил Митч.

София повертела головой. Шея оказалась целой и невредимой, если не считать ожога. Но металлический привкус крови сбивал с толку. Ладони девушки были вымазаны в чем-то липком.

— Рик?

— Убит. Вставай.

Митч поднял ее на ноги, но она едва не упала снова.

— А Эд? Что с девочками?

— Старая как мир уловка. Я спрятал девочек в подвале, но оставил дверь широко открытой. Бедняга Эд теперь без сознания, — Он бережно обнял Софию. — Я сегодня и так наделал кучу глупостей, чтобы еще бросить тебя в беде.

Она прижалась к нему, такому теплому и сильному.

— Спасибо, что…

Поцелуй не позволил ей закончить фразу. Но слишком быстро прервался.

— Я всего лишь вернул должок.

Митч поцеловал ее еще раз, но София почувствовала, что это уже на прощание. Они вышли из дома. Темнота окружила девушку, но тут же заболела обожженная шея.

— Мои ребята скоро будут здесь. Тебе пора уходить, — деловым тоном заявил Митч.

Внутри у Софии словно что-то оборвалось, но она все же поняла, что так надо для ее безопасности.

После всего случившегося у девушки появилось множество идей, как использовать свой дар на пользу людям. Пусть она может видеть только в темноте, это еще не значит, что она должна жить в темноте.

Только на душе все равно было холодно и пусто. Она еле добралась до мотоцикла. Путь домой превратился в испытание на выносливость, закончив которое София без сил рухнула на кровать.

Прошло несколько месяцев. София решилась вернуться в мир. Занятия в обществе слепых научили ее жить при дневном свете. Она разыскала сослуживцев отца из пожарной команды. София больше не боялась попасть в лапы федералов. Но по ночам продолжала жить другой, тайной жизнью. Девушка увлеченно исследовала границы своих уникальных способностей, помогла найти и спасти заблудившихся бойскаутов, а также патрулировала город, оберегая его от ночных пожаров.

Она занималась рисованием, когда свет фар осветил ее домик. Сегодня ночью ей должны были привезти собаку-поводыря от Общества слепых. Радуясь предстоящей встрече с лохматым другом, девушка выбежала из дома. Оказавшись в полосе света, она на мгновение ослепла и, чтобы не упасть, ухватилась за столбик веранды. Когда фары погасли, София увидела возле дома большой грузовик с мотоциклом «Судзуки Z250» в кузове.

Из кабины выпрыгнул Митч. Она зажмурила глаза, а потом снова их открыла. Он никуда не исчез.

— Что ты об этом скажешь? — Он показал на мотоцикл.

— Лучше бы купил себе «хонду», а не «жуть-зуки», — ответила она.

— Обидеть хочешь? Ты поймешь, что была не права, когда наглотаешься пыли позади моего мотоцикла.

— Ты и в самом деле надеешься не отстать от меня? — рассмеялась она.

Митч повернулся к кабине и достал оттуда шлем.

— Супернавороченный, с прибором ночного видения. — Он поглядел вверх. В небе висел серп убывающей луны. — Света будет достаточно. Ты готова устроить ралли?

— Нет, сейчас не могу. Мне должны привезти собаку.

— Собака для тебя важнее? — спросил он небрежным тоном.

— Собака останется со мной навсегда, а не будет иногда приезжать покататься.

Митч положил шлем на сиденье и шагнул к ней. Он был одет в ту самую отцовскую футболку. Синяк на его лице давно зажил, и внутри у Софии все всколыхнулось, когда мужчина приблизился.

— Я все время думал о тебе, следил за новостями, читал местные газеты, искал в Интернете. — Он коснулся ее шеи, осторожно проведя пальцем по шраму. — Что-нибудь необъяснимое, но закончившееся хорошо, вроде того случая, что произошел три месяца назад в Больших Дымных горах. — Он опустил руку. — Боюсь, я был тогда не прав.

— Нет, ты поступил правильно. Это я слишком долго пряталась от людей. Боялась использовать свои способности.

— А теперь не боишься?

— И теперь боюсь, но это меня не останавливает.

— Замечательно, — сказал он с улыбкой. — У тебя хватит смелости расширить ночную деятельность и работать с напарником?

— Это зависит…

— От чего? — Его улыбка дрогнула.

— От того, насколько тесным будет сотрудничество.

Он прижал ее к себе, обнял и поцеловал.

— Так достаточно?

Вместо ответа, она повела его в темную спальню.

— Можно и еще теснее. Как у тебя с ночным зрением?

— Лучше не бывает, — усмехнулся Митч.

Content

Мария Снайдер
Ночное зрение