Игорь Афонский

Прерванная месса

Глава первая

За несколько недель до этого события. Город М. живёт своей обычной жизнью. Закончилось строительство целого комплекса зданий, предназначенных для нескольких крупных коммерческих компаний. Это была целая эпопея в истории самого города. Благодаря этому заказу также были возведены жилые микрорайоны для жителей, разбиты новые парки и скверы. Теперь все готовились к торжественному открытию построенного комплекса. Казалось, что центр города вот-вот переместится в новую его часть. Помимо этого лето принесло много разных радостных событий.

* * *

Утро Николаев встретил с удочкой на речке. Он уже поймал несколько мелких рыбёшек, пахнущих тиной, сложил снасти и направился домой. С некоторых пор он проводил утренние часы на рыбалке, потом шел переодеваться, чтобы успеть на работу. Собственно спешить было некуда, так как работа его заключалась в выполнении различных поручений клиентов. Практически работы у частного детектива сейчас было мало. Сегодня он принесёт отчет своему работодателю, в котором будет указано настоящее положение дел в компании клиента. В результате сложной махинации компаньон клиента смог «кинуть» чужую компанию, а сам остался в тени. Николаев «нарыл» весомые доказательства вины компаньона, этого было достаточно, чтобы клиент мог подать в суд. Или решить дело по своему усмотрению. Как это всё удалось Николаеву, он, конечно, умолчит, но деньги он отработал сполна, пора будет и отдохнуть. Вот, сейчас он скинет старые сапоги и дождевик, отдаст рыбу соседскому коту, переоденется и пойдет на работу, в свой офис.

* * *

Это утро Кирилл встречает у окна. Его палата имеет прочные стальные решётки на окнах, и это второй этаж старого здания, построенного ещё при царе Николае 1. Высота тут совсем не причём. Решётки на окнах — это мера предосторожности, медицинское заведение содержит психически неуравновешенных людей. Кирилл тяжело болен, порой он страдает от сильных головных болей, совсем недавно совершил ряд преступлений, теперь весь его срок наказания должен пройти в стенах этого учреждения. Он ждёт, когда на улице появится городской автобус, из которого выйдет знакомая медицинская сестра. Она нравится ему, и с некоторых пор отвечает взаимностью на его знаки внимания. Нет, он не дарит ей цветы или дорогие подарки, у него почти ничего нет, кроме, может быть, тех фруктов, что приносят его знакомые, такие нечастые посетители. Девушка работает рядом, в другом крыле здания. Они видятся тайком, незаметно для всех. Но их взгляды давно уже их выдают, это почти очевидно.

* * *

Олег вернулся из Японии, где он изучал искусство владения мечом в одной очень старой закрытой школе. Это было семейное дело, попасть туда без нужных рекомендаций практически невозможно. Олег имел письмо, которое устроило его визит. Его сансей так был поражен уровнем подготовки русского ученика, что через небольшой период обучения — всего несколько лет, позволил представлять ему свою семью в небольшом закрытом состязании. Там так и победили его два ученика: Олег и пятидесятилетний сын сансея. Участие чужого, тем более русского представителя, другие стороны восприняли как вызов, как личное оскорбление. Но люди чтили старые традиции, победа обоим досталась в нелёгкой борьбе. После вручения традиционного приза Олегу подарили старый самурайский меч, который пролежал несколько лет в речной воде и ничуть от этого не стал хуже. Сансей признался, что ничему больше научить гостя не может, что он рад судьбе, которая привела того к порогу его дома.

Олег вернулся, ему нужно было уладить несколько неотложных дел. Один знакомый одолжил ему свой личный самолет с опытным экипажем. Полёт домой прошёл нормально. Олег вошёл в кабину пилотов, чтобы поблагодарить командира и экипаж лично. Надо сказать, что такой услугой Олег пользовался регулярно. Тем более что на обратном пути он смог исполнить небольшую просьбу своей знакомой. Для этого ему пришлось завернуть в Западную Европу. Там он немного помотался по окрестностям одного немецкого города. Встретился с нужным человеком и забрал у него один предмет. Теперь он привёз своей знакомой подарок, и его следовало вручить срочно.

* * *

Джокер давно перестал «катать», но дел от этого у него меньше не стало. Он пытается вытянуть «криминальную империю» на новый уровень, и, кажется, что это у него получается. Его усилия принесли плоды. Проект, который начинали Крёстный и Чемпион, вылился в новую часть городской инфраструктуры. Деньги, вложенные когда-то, вот-вот станут приносить баснословные доходы. Он давно «сидит» в этом городе, можно сказать с самого «постперестроечного» периода. Сегодня он вышел из гостиничного номера, это тоже часть его работы. Его новые гости из Америки пожелали делать свой бизнес в этом городе. И ему пришлось рано утром встречать московский поезд, провожать клиентов в гостиницу. Спросите, почему этим не занялся кто-то другой? Ответ прост. Уровень новой клиентки был таким высоким, а суммы, которые она обещала внести на развитие города, были такими огромными, что доверить этот «куш» Джокер не решился никому.

Одно лишь мешало Джокеру. В период интенсивного строительства в городе появилось много приезжих. Вместе с рабочими других государств приехали представители южно-азиатской мафиозной группировки. Появились они уже давно, вместе с открытием нескольких китайских ресторанчиков и забегаловок. Дань платили регулярно, но смерть лидера местной группировки привела к изменению в расстановке сил. Отделилась бригада байкеров, появились представители этой триады, также выросла группировка чеченской диаспоры. Устраивать войну оказалось не с руки, поэтому некоторые позиции отдали со скрипом в зубах.

* * *

На перроне стоит невысокий плотный человек, он только что вышел из вагона и ожидает, когда можно будет беспрепятственно пройти на стоянку с такси. Появившийся вдали наряд линейного управления так увлёкся проверкой паспортов у двух будущих молдаванских рабочих, что пропустил этого человека мимо себя без всякой проверки. А проверить его стоило. Лютый, человек определённого рода занятий. Его профессиональные навыки потребовались именно в этом городе. То, что он находится в международном розыске, уже вчерашний день. Некто выправил ему биографию, дал новые документы, а наличие его старых фотографий в числе разыскиваемых лиц — это временное явление. Мало ли, кого ищут. Обычно в эти бумаги редко кто заглядывает. Итак, Лютый сел в такси, которое подвезло его в старый центр. Там он прошёлся пешком и мог даже встретить любого человека из нашего повествования. Он скоро здесь всё осмотрит и «кинет предъяву», ему нужно разворошить это «осиное гнездо», подмять под себя этот город. Выправить положение так, как его хотят видеть в Москве.

* * *

Вот ещё один участник будущих событий. Это бывший работник местного кладбища. Он получил несколько свежих фотографий на свой почтовый адрес, который мало кто знал из людей. На одном снимке лицо одного человека обведено фломастером. Этот человек очень нужен Нику, он может очень многое ему рассказать о прошедших несколько лет назад событиях. Ник — это высокий, сильный, немолодой уже человек. Он немой. Всё это произошло в результате травмы, о которой мало теперь кто может даже догадаться. Отличный хирург из Швейцарии сделал ему пластическую операцию, скрыл рубцы и восстановил челюсть. Заставить его говорить, этого не смог сделать никто.

* * *

Мистер Ченг следит за русским гангстером, он уже несколько дней не спускает с него глаз. На прошедшей встрече с его «тройкой» было решено убрать всех главарей местных преступных группировок. Все решили подготовить сами, но исполнитель прибудет в город в самый последний момент. Сделает несколько заказов и исчезнет. Для местных придумают алиби. Следовало взять в руки этот город. Тем более что пожилой мэр взял в жены молодую девушку из корейской семьи. Мало кто знал, что это был хорошо запланированный ход. Документы и российские «корни» — всё это заранее продуманный спектакль. Вместе с молодой женой мэр получил несколько братьев, которым следовало помогать. Только в данном случае молодые родственники готовы были помочь состоятельному мужу сестры.

Один такой помощник уже получил должность при мэрии, это дало шанс приоткрыть дверь для некоторых приезжих бизнесменов. Стало модным проводить в городе праздники, приуроченные к датам некоторых азиатских городов-побратимов. Таких городов вдруг стало так много, что вызвало некоторое недоумение у других жителей города. Впрочем, такие праздники проходили весело, с хорошей подготовкой.

* * *

Полковник Сазонов возвращался в автомобиле на работу. За рулем машины был его личный шофер. Ночью Сазонов почти не спал. К нему вернулась его жена. Он купил для неё двухкомнатную квартиру в старом кирпичном доме, обставил мебелью. Но не этот факт был причиной его бессонных ночей, его жена совсем тут была не причём. Сны, которые приходили к нему ночью, пугали его своим содержанием. Он не мог никуда от них деться. Они давили на его сознание, забирая последние силы.

Совсем недавно было закрыто уголовное дело по факту гибели… Крестного отца этого города. Дело закрыли за нехваткой улик. Адвокаты холдинга доказали, что полковник действовал в рамках закона и в результате самообороны застрелил человека. То, что Светлого зарезали, об этом на следствии не упомянули. Про других участников в этом деле «деликатно» умолчали. Такие свидетели как Николаев и Джокер на процесс вообще не были вызваны. Задействованные рычаги помогли «перелистнуть» и эту страницу в истории города. Очень многих устраивало то, что произошло на самом деле, а ковыряться и искать правду уже не хотелось.

Глава вторая, в которой описывается комната пыток

Съёмная двухкомнатная квартира, убогая мебель. Громко вещает откуда-то сверху с потолка стандартная, покрытая слоем пыли радиоточка. В центре одной комнаты, которую можно принять за зал, сидит привязанный к стулу человек. В комнате находится ещё один человек, но он занят своими делами. Пленнику ничего не может помочь. Это молодой человек спортивного телосложения. Ещё недавно он служил бойцом в одном элитном военном подразделении. Таких людей, как он, выбирали из сотни тысяч претендентов на место. Потом его долго обучали, прежде чем можно было доверить выполнение важных поручений и решение ответственных задач. Он был одним из тех немногих людей, которым Родина доверяет выполнять различные миссии за рубежом. Но однажды, несмотря на боевой опыт, подразделение расформировали. Людей распустили, взяв с них подписку о неразглашении государственных и служебных тайн. Государству стало незачем содержать в готовности такую боевую единицу, вероятно, что «закулисная война» за власть ослабила некоторым образом позиции командования этого отряда, а вместе с тем и руководителя этого ведомства. Бойцы сами устраивались в жизни, кто куда мог. Парню повезло, его командир помнил о своих ребятах, не забыл о них, и когда появилась возможность, то разыскал, чтобы дать достойную работу с хорошим окладом. Работу в охранном агентстве. Потом туда попали многие другие знакомые, которые могли иметь соответствующие рекомендации. В надёжности каждого человека командир не сомневался, а бойцы были преданы ему и душой, и телом. Конечно, охранное агентство находилось не в Москве, и в этом был минус! Работа на периферии была связана с частыми командировками, с охраной удалённых объектов, рудников и других предприятий. Именно основной «костяк» этой команды был постоянным, они решали более узкие задачи и должны были в нужный момент оказаться в заданном месте, совершить нападение, обезоружить или даже ликвидировать противника, вывести из строя оборудование, совершить поджог или взорвать что-то, не задавая лишних вопросов. Всё это можно было спрятать под вывеской охранного предприятия. Другие люди выполняли обычные охранные функции. И от усиления охраны нужных «объектов» никто не был застрахован. Тогда приходилось сидеть на «точке» по несколько месяцев. Ждать, пока их не сменят или не поставят им другой задачи. Итак, эта команда была укомплектована из нужных людей, которых сразу по прибытию на работу обеспечили жилплощадью. Им снимали квартиры, некоторым давали комнаты в общежитиях, иногда даже покупали необходимое жильё. Этот боец проработал охранником в агентстве совсем немного, он был надежный, перспективный во всех отношениях. От него ожидали в дальнейшем выполнения такой же качественной работы. Стоит отметить, что охранное предприятие числилось за полковником Сазоновым.

* * *

Настал момент, когда от бойца потребовалась некоторая информация. Потребовалась совершенно постороннему лицу! Боец был готов умереть, но ничего бы не сказал. Но он не был готов к тому, что теперь с ним произошло! Он был пленён, беспомощен, безоружен. Руки и ноги его были стянуты скотчем, привязаны к ножкам стула. Собственно говоря, это почти полукресло, старый стул с небольшими подлокотниками. Голова парня свисала на грудь, рукав рубашки левого плеча задран. Рядом стоял высокий человек с лысым черепом. Он не спеша делает своё дело, собирает какие-то вещи. В комнате нет никаких ценных предметов, вся обстановка кругом говорила или о беспросветной нищете, или о спартанском образе жизни квартиросъёмщика. Спал он, по-видимому, на этой старой кушетке, ел за круглым столом, покрытым светлой бумажной салфеткой. Даже телевизора в этой квартире не было. Дело в том, что этот человек так и не привык к таким предметам, как телевизор. Нет, он смотрел его иногда, ему было интересно увидеть колонку международных новостей, взглянуть на незначительный зарубежный репортаж, тем более, если показывали Соединенные Штаты Америки. Тогда он пытался увидеть что-то знакомое на экране, дорисовать это в своей памяти, просто вспомнить. А ему было что вспомнить. После перенесенной им операции по восстановлению части лица, ему рекомендовали поселиться на территории Российской Федерации, в стране Советов. С тех пор прошло немало времени, ровно шестьдесят лет. За этот период он сменил бесчисленное количество паспортов, поменял много имён, но оставался по-прежнему Немым Стражем. Единственной дорогой вещью в комнате можно считать переносной импортный холодильник. Есть такие миниатюрные морозильные или просто охлаждаемые установки на аккумуляторных батареях. Для чего они предназначены? Очень широкий спектр применения: начиная от хранения пищевых продуктов и охлаждённых напитков, заканчивая транспортировкой донорских органов. С виду эта камера напоминает небольшую коробку, которую можно поместить в объёмную дорожную сумку, сшитую из прочной ткани. Человек так и делает, он прячет камеру в сумку, чтобы на улице ничего не бросалось в глаза посторонним людям.

Парень на стуле ещё недавно хрипел, ему вкололи два кубика одного препарата отечественного производства из последних военных разработок. Почти «сыворотка правды», но этот химический препарат из нового поколения, он должен был давно подействовать. И человек, которому нужно было что-то узнать, это узнал! То, что он был немой, не мешало ему задавать вопросы. Сначала он писал вопросы аккуратным почерком в школьной тетради, ставил листок перед лицом бойца. Тот долго морщился, пытаясь понять расплывающиеся буквы, куда-то бегущие от него слова! Тогда хозяин квартиры набрал на компактном приборе нужную комбинацию букв и нажимал на клавишу. Возникал голос, который и задавал нужный вопрос. Потом следовало снова нажать на кнопку «Воспроизведение». И нужный вопрос повторялся, при этом так происходило несколько раз. Прибор был нехитрый, мог поместиться в карман, в его комплект входили наушники, вставной микрофон, карта памяти, подзаряжающее устройство. От каждого вопроса парень вздрагивал, потом при повторе отвечал. Потом ему ввели новый препарат, от которого у него отобьёт память на долгие месяцы.

Высокий человек мог бы убить этого пленника, свернув ему шею одним движением, или как брату Харона пустить кровь. Но это не входило в его планы. Ему следовало внести неразбериху и панику в среду своего противника. В данный момент его противники были «генералы»! И они были единственные, кто стоял между ним и этим чудовищем, которому, как он считал, не место в нашем мире! Его прежний помощник не понял всей важности возложенных на них обязанностей. Харон слишком цеплялся за бренные земные блага. Он всегда брал мзду за проезд в подземный мир, и это вошло у него в привычку. Вспомните, те два пятака, что лежат на пустых глазницах мертвеца, это и есть плата за проезд! Сам Страж в этом отношении был неподкупен. Да, он пользовался деньгами, но только как средством оплаты, а не накопления. Теперь он прокручивал в памяти все события прошедшего времени, анализировал их, пытаясь восполнить пробелы и найти решения для дальнейшего своего расследования.

Во-первых, тогда он решил, что Харона следовало бы уже давно заменить. И это он хотел сделать в ближайшее время. Да, он сам часто пользовался посторонней помощью и не скрывал это! Один бы он никогда не достиг своей цели. Один в поле не воин! Одному ему не победить. Одному, без чужого вмешательства. Так, и недавно ему пришлось прибегнуть к помощи местной «братвы». Обладая необходимыми знаниями, он закодировал нужное послание в условные фразы и паузы между словами, подобрал необходимый фон звуков, и всё это помогло ему «зомбировать» нужного человека на расстоянии. Тот, сам того не подозревая, до конца выполнял все его приказы или пытался это сделать. Потом произошёл сбой, и всё изменилось. Этого никто не мог предусмотреть! Потому что таких случаев в его практике не было. Он не мог предположить, что очень сильный болевой шок выведет «пациента» из нужного состояния. Самого Стража не оказалось рядом и контролировать действия своего объекта у него не получилось. Приближаться ближе, чтобы его запомнили и опознали, он не стал. В таком случае его быстро бы разоблачили, изолировали, как это было у него однажды. В Новгородской области ему пришлось совершить поджог, чтобы уничтожить следы очередной твари, но его приметы оказались хорошо известны местным правоохранительным органам. Нашлись и свидетели его необычного поведения. Тварь, которую он преследовал, погибла, но оставила после себя много кровавых улик, так они все и легли «тяжелым бременем» в его медицинской карте. Тогда семь лет в психиатрической больнице не прошли для него даром. Ему вылечили сломанную руку, сам он смог выспаться, привести свои мысли в порядок. Нет, его не потеряли, связь со своим орденом он поддерживал регулярно. Его легенда осталась нераскрыта, проверяли его поверхностно. Лечащий врач, который пытался выстроить на его примере свою докторскую, вдруг срочно получил назначение в областной центр, куда с радостью отбыл. Следующий психиатр был не таким настойчивым, своих больных он вёл не так рьяно, почти не вникая во все тонкости. Самое главное, что он не злоупотреблял сильными лекарствами, не мучил «буйных» больных бессмысленными процедурами. Немой пациент не вызывал у него профессионального интереса. И как больной он его устраивал, потом они просто дружили, играли на крыльце в шахматы, разгадывали головоломки, читали в библиотеке книги. Когда он вышел из лечебницы, то смог получить настоящие документы. Это оказалось нетрудно, имея справку в кармане, в которой указывался его нелёгкий медицинский случай и запутанный диагноз. С тех пор про него давно забыли. Он переехал в этот город, где и занялся своим основным делом — «стражить». Этот участок давно вызывал у магистра некоторые опасения. Он всегда указывал на периодические появления необычного в этом месте региона, поэтому посоветовал Нику проследить лично ситуацию. Работу на городском кладбище он воспринял как очередную «крышу». С его данными он с трудом бы нашел другое занятие.

Так и произошло. Появление выставки, исчезновение молодых людей и многое другое привело к очередному фантому в этом месте. Медея почти не нарушала договор, её поведение было предсказуемо, тем более что Ник её очень хорошо помнил. Очень давно он был Избранный ею, но тогда поединок привел к травме. Тяжелая кочерга пробило его защитную каску, сломала частично челюсть. Впоследствии пожар в здании должен был уничтожить улики, но его спасла пожарная команда города Чикаго. Наряд сработал быстро, и когда обнаружил в завалах раненного человека, то его вовремя вынесли на улицу. Подоспела карета «скорой помощи». Дальше он всё помнил смутно. Лечение, пластическая операция и долгие месяцы реабилитации.

Медее практически подвели хорошо сложенного, сильного нового героя. Она бы добилась своего, но новый герой оказался сильнее, он победил её.

Следующая аномалия возникла совсем неожиданно. В городе стали происходить необъяснимые перемены. Внезапный передел в добывающей отрасли края, «новострой». Потом появились целые зоны, которые кто-то пометил древним методом. На стенах старых домов появились готические надписи. Нет, не реклама, не граффити — настоящие готические словосочетания. В районе также появились немцы, но оказалось, что они к этим знакам никакого отношения не имели. Магистр приказал ему остаться и выждать. Враг долго не показывался, но однажды его удалось обнаружить. Помещение городского музея посетила женщина, которая никогда не привлекала к себе особого внимания. Городская сумасшедшая, гадалка. Женщину впустили в зал глубокой ночью. Она пробыла там несколько минут, но этого ей хватило, чтобы обнаружить потайную комнату. Страж наблюдал за помещением из соседнего дома. Мощная оптика позволила ему всё прекрасно видеть. Посетительница ничего не делала, просто осмотрелась и вышла. На следующий день в крематории сожгли тело. Команда уборщиц привела в порядок комнату в старом музее. Конечно, в городе творились и другие странные дела, но Страж сосредоточился на Слепуше. Та, как всегда, беззаботно стояла у городского водоёма. Подобраться к ней оказалось непросто. Её окружали нищие, которые просто лезли на рожон, отвлекали. Вероятно, что Она вычислила слежку и исчезла. Что именно могло её вспугнуть? Этого Ник не знал. Он уже уловил её связь с новоиспечённым холдингом. Знал он также, что бывшая учительница по зоологии приносит ей свежую рыбу. Однажды он даже подсмотрел, как Слепуша превращается в свою настоящую форму. Всё оказалось очень просто. Существо вдруг выпрямилось и встало на своих длинных задних лапах. То, что казалось всем морщинистым лицом, оказалось её задом. Перья складывались так, что выстраивали подобие коричневого пальто. Всё остальное напоминало птицу, огромную тварь с длинными крыльями и длинными передними лапами. Кисти лап были закрыты обыкновенными дамскими перчатками. Существо очень сильно влияло но окружающих её людей. Оно повелевало ими. Казалось, что она знает то, что было доступно Стражам, их знания. Каждый раз, когда Ник сам хотел подобраться ближе, ему мешали обыкновенные люди. Однажды это оказались нищие попрошайки, они затеяли драку, существо ушло. Потом наряд милиции оцепил улицу, стал проверять документы, существо опять воспользовалось этим обстоятельством и покинула пределы видимости. Казалось, этот городок маленький. Ну, куда она могла деться? Нет, проваливалась на ровном месте. Где-то у этой твари было настоящее гнездо. Вот его-то следовало найти. Положение спас Николаев. Его почему-то заинтересовал этот объект, вернее только холдинг. Постепенно детектив вышел на существо. Ник приготовился к сражению. Ему удалось стравить все конкурирующие стороны в этом городе, и осталось только ждать, когда можно будет нанести последний удар.

Но не всё прошло так гладко, как хотелось. Зомбированный «объект» погиб, а само Чудовище, вероятно, смогли спасти. Потом его вывезли в неизвестном направлении. Нужно сказать, что сам выбор «объекта» воздействия был не случаен! И только человек, обладающий реальной властью, непосредственно мог руководить такими поисками. Им оказался влиятельный воровской авторитет, лидер местной бандитской группировки.

Тут пригодилась его тесные контакты с Хароном, которому приходилось вращаться в местном преступном мире. Именно эта связь и подсказала Стражу дальнейший план действий, когда он узнал о появлении у «Крёстного» взрослой дочери. Информация была добыта случайно, подслушан разговор двух милицейских чинов с сотрудником одного похоронного бюро возле остановки. Потом Страж спроектировал голос Харона и передал известие о местонахождении дочери. Вот в этом самом сообщении и лежал невероятный код Стража! Это было целое учение, тайное знание Стража, которым он смог бы поднять в нужный момент целую армию простых людей на смертельную, беспощадную бойню! Так как информация строго не проверялась, а другие люди голос покойного могли посчитать мистификацией, то никто не искал его источник. Это ему помогло. Такая схема сработала! И вот, в ходе боевых действий Птица потеряла способность находиться в этом мире. Теперь он приблизительно знает место захоронения этой твари. Потом её будет нетрудно найти. Найти и уничтожить. Теперь Стражу следовало самому искать Птицу или обложить её по всем правилам охотничьего искусства, но с помощью других людей.

Нужно только всё правильно рассчитать. Следующие его марионетки будут немцы. Им стоит только пообещать необходимый материал для исследований! Это будет почти предательство с его стороны, но он может только пообещать, так будет более убедительно. Тогда немецкая сторона сделает первый шаг, противник будет вынужден ответить! И они втянутся в дальнейшую борьбу. А тем временем он приблизится и нанесёт свой решающий удар! Такой точный и неожиданный! И сделает это руками одного из «генералов», который, сам того не подозревая, станет его очередным орудием! Тут важно обладать нужной информацией.

* * *

Полковник Сазонов был когда-то неизлечимо болен. А та, неизвестная болезнь была им получена на государственной службе в ходе последней боевой операции. Непонятного рода излучение впитало в ткани его тела нагрудный серебряный крестик, несколько металлических пуговиц, гильзы от патронов и другие предметы, которые находились в его обмундировании на теле. Неясное действие опытов, проводимых на далёких островах, должны были принести хозяевам принципиально новое оружие. Такое положение дел крайне было невыгодно некоторым государствам, в том числе и России. Лабораторию было решено ликвидировать, для этого туда послали команду в несколько человек. Все они оказались в опасном радиусе проводимых исследований. Опыты удалось насильно прервать, но именно они вызвали у Сазонова болезнь! Её никто бы в не смог вылечить, кроме тех, кто знал о природе происхождения таких явлений. Ему помогли, его спасли, а впоследствии даже взяли на службу. И всё вроде было бы хорошо, но сам факт такой болезни Страж хотел использовать против всех остальных «генералов».

Страж собрал две сумки, вышел из квартиры. Там ещё горел свет, дверь на балкон была открыта, в кухне текла в раковине вода, а сливной сток был прикрыт тряпкой. Очень скоро соседей снизу заинтересует происхождение мокрого пятна на своей стене и потолке. Когда вскроют дверь в квартире, то обнаружат бойца, который ещё долго ничего не сможет рассказать. Пленного он уже развязал и уложил на кушетку. О квартиранте никто ничего не вспомнит. Был! Мол, человек такой, незаметный всем! В очках, с рыжими волосами, с тростью, с бородой или усами — очень характерные приметы, показные. Высокий человек сел в старенький «Москвич-412», и машина ловко вырулила в пустующую темноту улицы.

Глава третья, рассказывающая о холдинге «Янг Дженералс»

Центральный офис Холдинга. Новое здание, в котором уже закончены отделочные работы и ремонт всех помещений. В Представительском Зале нового Генерального Директора всё было оформлено в лучших японских традициях. Всюду было выставлено различное восточное снаряжение, старинное оружие и даже амуниция самураев. Всё было настоящее и подлинное, куплено с внутренних аукционов Японии и вывезено в Россию специально для этого зала.

Самый дорогой экспонат — это жилет невероятной, экзотической формы. Его особенности конструкции просто поражали посетителей своими размерами и техническими решениями. В жилете были отверстия: одно для головы и шеи, два для рук и ещё два отверстия для двух мощных крыльев! Он принадлежал когда-то очень удивительному созданию! Никто об этом не догадывался и не знал. Этот экспонат «генералы» оставили себе. Старый боевой костюм Повелительницы, как частичка былой силы! Вместо этого экземпляра в подземном бункере у неё лежит новый сверхпрочный бронежилет, рассчитанный только на неё. Материал, который использовали при его создании, был из последних космических разработок. Самое интересное, что у него появились ещё две другие функции — он делал объект невидимым при полёте и, самое главное — на мониторах современных радаров. Источником питания служил съёмный набор батарей.

Правда, воспользоваться Птице им так и не удалось. Птицу спрятали в секретном бункере. Такое решение приняли при осмотре тела. Странно, но период агонии затянулся. В результате чего исчезли шрамы от пулевых отверстий. Рентген сообщил, что пуль тоже не было, они рассосались самим организмом. Так как никто не знал настоящих мотивов впадения в такую спячку, то предположили, что Птица уснула, как это она делала раньше. Бункер был закрыт специальным механизмом. Открыть который можно было только изнутри, встать определённым весом на нужную панель пола. Имелся и другой, аварийный выход — вентиляционное отверстие. Извне всё было закрыто на электронные замки, код которых менялся всё время. Подобрать такой было крайне сложно, не имея соответствующей карты ввода. Даже в моменты кризиса это было проблематично, так как после отключения электроэнергии их невозможно было бы открыть. Птице приготовили специальные закрытые ёмкости с оружием, законсервированным кормом, водой. В состав корма входил только рыбный рацион. Имелись также батареи, которые постоянно подзаряжались от подземного водопада. Свет должен был включиться автоматически, если сработает хоть один датчик движения. А на случай, если это будет ложная тревога, существовала видеокамера слежения, оператор мог решить самостоятельно, стоит ли продолжать обеспечивать светом и свежим воздухом капсулу этого бункера. Конечно, существовала возможность длительной консервации без оператора, если Птице будет суждено проснуться через много лет, тогда это многое вряд ли будет работать. Защитный слой её кокона обработали специальным раствором, эта была древняя египетская технология. В этом помог бывший Генеральный Директор. Олег предоставил определённые компоненты, которые в современных условиях было нетрудно воссоздать!

Рядом с бункером был искусственный источник воды — подводное озеро. Чтобы там всё не затопило, уровень регулировался выходящими отверстиями. На случай появления непрошеных гостей из животного мира, там были ловушки, сетки, искусственные отсекатели, жалюзи. Всё это, как я указал, было рассчитано на неопределённый срок годности. Конечно, батареи могут сесть, но пока за ними следили, и пока они подзаряжались от различного рода источников, работала вентиляция шахты. А водный каскад в подземелье мог служить запасным выходом.

Несмотря на все невзгоды и потрясения, «Янг Дженералс» сумел выстоять и укрепить свои позиции, как в городе, так и на мировом рынке. Та сеть компаний, что была создана ранее в виде звеньев запасной цепи, продолжала работать на Холдинг. Много тысяч различных специалистов работали на него, и ещё больше зависели от компании. Был построен новый комбинат. Он специализировался на сборке различного оборудования, созданного из металла, добытого Холдингом. Выпускались вечные в использовании емкости для технических бойлеров, сельской хозяйственной техники, запчасти к которой не старели, не подвергались износу! Выполнялись контракты, налаживались новые отношения.

* * *

На совещании. Всё дальнейшее происходило в красиво обставленном офисе. Стол выставлен в овальном полукольце, место каждого человека определяло его равное положение в самой компании. Пять мест, но четыре человека. Одно место пустовало, его давно уже не занимал никто, оно осталось незанятым. Положение любого члена в этой компании было равно положению остальных членов правления. Генералы в полном новом составе. Банкир. Депутат. Адвокат. Полковник. Лицо последнего часто искаженно гримасой боли. Нет, не физической боли, все генералы пребывают в прекрасной форме. Честно сказать, Сазонова преследуют ночные кошмары. Но этим он не собирается делиться ни с кем из окружающих его людей, тем более с руководством. Он несколько замкнут. Но это все остальные чувствуют. Надо отметить, что такое поведение настораживает других.

На повестке дня было несколько текущих вопросов, но всё это было забыто, отложено. Неприятная новость вызвала оживление. «Генералы» забеспокоились, они уже похоронили эту старую историю, как вдруг у них пропадает парень. Охранник, который участвовал в последней операции по захоронению. Кто-то встал против них и пока находился в тени. Незримый, таинственный враг действует решительно и обдуманно. Из всех участников прошедших событий в городе осталось очень мало таких людей. А заинтересованной стороны практически не было!

— Джокер, детектив Николаев, бывший «генеральный»? Они посторонние люди. Спрашивается, а это им нужно?

— А кому тогда нужно? Немцам? Как их там звали?

— Старого зовут Карл, а молодого Генрих.

— О них в последнее время почти не слышно. Сами они находятся вне территории Российской Федерации. Других данных о них нет. Правда, сидят в их офисе два — три человека, которые поддерживают интересы немецкой стороны, но ведь активных действий никто не предпринимал очень давно.

— Итак, кто-то остался в этой истории, кого не смогли вовремя рассмотреть. Ведь существовало несколько анонимных телефонных звонков к ныне покойному «Крёстному» от такого же неживого Харона! Благо, что того в нужный момент уже прослушивали.

Сопоставили даты, подняли факты, выяснилась несостыковка. Ведь, судя по милицейским протоколам, Харон на тот момент должен был быть мёртв! Правда, его голос могли заранее записать на диктофон. Могли подделать, если имелся для сравнения образец, оригинал. Это было малообъяснимо, но в наш век продвинутой техники чего только не найдёшь на рынке шпионской техники! Это всё бы объясняло, если бы не отсутствие за этим голосом некоего лица, заинтересованного в развитии этих событий! Если «генералы» не знали о наличии такого человека, то, по крайней мере, его присутствие до поры до времени ничем себя не выдавало. Конечно, те роковые события могли иначе повлиять на всю историю отношений между компаниями и изменить соотношение сил в городе. Полковник Сазонов поступил опрометчиво, собственноручно убив действующего «вора в законе». Такой поступок не останется безнаказанным. Сам себе Сазонов объясняет это общим воздействием на них этого Существа! В тот момент они, он и его бойцы, все были подвластны этому. Но именно он приказал оставить свидетелей в живых, раз не смог предотвратить саму бойню. И скорей всего это была показательная казнь. Свидетели рады были, что остались живы. Так вышло, но могло быть ещё хуже! Тогда Полковник чувствовал в себе столько ярости и силы, что мог учинить настоящий террор. Но именно он сам всё и прекратил, нашёл в себе силы это подавить.

Нужно сказать, что его давно мучили кошмары, корни которых уходили в его прошлое. Сказывались и другие посторонние факторы. Его бесконечные рейды, участие в боевых операциях, переходы и перестрелки. Печально законченное задание на далёком французском острове в Тихом Океане не давало ему покоя, будто бы его загадочная болезнь осталась где-то внутри его и теперь дала о себе знать. Кошмар был всегда один, он повторялся каждый раз с новыми подробностями, но суть его от этого нисколько не менялась. Он в рукопашной схватке, кругом сотни поверженных врагов и союзников, его силы иссякают, а конца битвы не видно. Где-то сверху мелькает силуэт огромной птицы. Она улетает, бросив своих людей на поле боя. Крики беспомощных людей взывают к ней, но всё это напрасно.

Ещё он видел себя полностью Серебряным Человеком, который имел возможность двигаться, несмотря на то, что состоял практически из одного, единого сплава! На его лице была маска, которую обычно он редко снимал. А теперь он стаскивал, сдирал её голыми руками, чтобы увидеть ещё живыми, кровоточащими глазами своего врага. А когда враг встречался с ним взглядом, то ужас сжимал того сердце! Полководец видел эту реакцию, и это его уже совсем не радовало, он мало чем напоминал простого человека, закованного в броню, он стал человеком— броненосцем. Теперь его вес не могла долго выдержать ни одна лошадь. Его слуга вёл за ним сразу несколько коней. Их он вместе с другими слугами менял под своим хозяином. Замену производили через некоторый промежуток времени. Для этих целей использовали специальную тележку, под которую подводили очередную лошадь, самое трудное было снять господина с предыдущей лошади. Это было каторгой для слуг. Но какое мучение доставляло это рыцарю? Об этом можно было только догадываться!

Враг пытался развернуться, чтобы избежать поединка. Да что там поединка! Чтобы вообще покинуть это место, не делить его с таким странным существом. Но ничего не получалось, Полководец настигал его и ударом тяжелого острого копья протыкал насквозь. Тут не помогали ни латы, ни кольчуга, сила удара была такой невероятной, что её было достаточно для нанесения смертельных увечий. Полководец не желал тянуть с поединком, его лошадь быстро уставала. А упасть во время боя ему совсем не хотелось. Драться пешим хотелось ещё меньше. Но большим стимулом было желание убить живого врага, который так существенно отличался от него, Серебреного Полководца. Убить живого, каким он уже никогда не станет! Нет, он ещё живой, его голова ещё состоит из плоти и крови, на ней ещё есть волосы, но всё остальное уже результат колдовства и вражеских козней. Насмешка судьбы, он — потомственный рыцарь, тамплиер, столько лет провёл в дальних странах, в боях за Гроб Господний. И он стал итогом чудовищного опыта. Это его крест, иначе это не назовёшь!

Ночные кошмары, как бесконечный нудный фильм, обрывались, и он просыпался весь в холодном поту. Потом он пытался всё вспомнить, как— то осознать. Но такие сны накладывались друг на друга, это всё перемешивалось. Он понимал, что срабатывала какая-то память. Тянулся мост в настоящее из тех событий, в которых он мог быть участником. Или кто-то другой был замешан в каких-то событиях, происходящих очень давно, в старые, можно сказать, древние времена. Порой он уже не понимал, где явь, а где сон! Как вдруг это наваждение исчезло или ослабло, как хотите это можете понимать. И в этот момент он стал понимать состояние бывшего Генерального Директора, который сам пытался выйти из «Янг Дженералс». Он молил Господа, чтобы всё это закончилось. А когда понял, что служит другому идолу, то передумал на этот счёт о многом. Он не мог быть предателем. Всё его существо было настроено на защиту интересов Птицы. Он не смог бы порвать с этим. Как бы этого сам ни желал. Поэтому он шёл до конца! Теперь это положение изменилось.

И вот, когда вроде все должны нормально жить, вдруг оказалось, что кто-то желает в этой ситуации взять реванш. Да пожалуйста! Только вы ведь от нас теперь не отстанете! Поэтому следует опять разрабатывать план. Строить стратегию в этом вопросе. Следует обрубить концы этой истории заново.

«Раз, два, три, четыре, пять! Мы идём тебя искать!»

Совещание продолжалось дальше, как это было обычно в режиме быстрой дискуссии. Все остальные вопросы решались единогласно, собравшиеся вместе люди были как единый общий организм, они всегда понимали и дополняли друг друга, у них даже конфликтов никогда не было.

* * *

Олег приступил в разработке новой косметической линии для мужчин. «J.G»… Туда входили новые защитные средства от солнца и ожогов, тонизирующие крема, мази для удаления волос. Много стимулирующих, кремовых добавок для мгновенного снятия болей. Прошла великолепная рекламная компания, всё выглядело солидно и необычно. Казалось, что Сергей основательно занят своей работой и больше его ничего не волнует. Но его предупредили тоже. Мало ли что из этого выйдет. Лишних мер не бывает. А для борьбы нужны пальцы всей руки!

Глава четвёртая, повествующая о полковнике Сазонове

Это было странное чувство, когда знаешь, что уже обречён и можешь прожить только некоторое время, чтобы потом умереть в муках! Всестороннее отравление всего организма привело к тому, что скоро у него должны отказать все внутренние органы. Сазонов регулярно ложился в военный госпиталь, чтобы ему провели их «чистку». На этот период времени уходили большие деньги, так как лекарства были редкие, недешёвые. Аналогов такого отечественного лекарства у нас ещё не было, а если были подобные, то не приносили ожидаемого результата. А полковник со своей пенсией не мог себе позволить полный курс лечения. То, что ему предоставляли бесплатно, было до горьких слёз мало! Отравление он получил, выполняя очередное правительственное задание. Тогда это дело он с успехом закончил. Они взорвали одну очень секретную лабораторию на тихоокеанском острове, а потом вернулись. И вот через полгода он узнал, что само пребывание его там, в том самом месте, было смертельно опасным. Их защитные костюмы не помогли в тот раз никому! Так первым умер его помощник, Олег Васнецов. Капитан Васнецов умирал мучительно и угас очень быстро. Оказалось, что в России нужных лекарств пока не существует, а во взорванной лаборатории никаких антидотов не нашлось. Кто-то узнал о будущем теракте и успел вывезти их с острова. Те, что удалось получить от союзников, уже потребовались другим бойцам. Концы обрывались, вот уже рядовые члены группы лежали на больничных койках. У Кирилла была обнаружена опухоль головного мозга, у второго бойца сразу ампутировали кисти рук и другие конечности. Врачи никак не могли понять, что связывает эти три случая вместе! Потом и Сазонов почувствовал себя плохо. Начальство тогда настояло, и его отправили сначала в отпуск, на длительное лечение, а потом в отставку, присвоив очередное звание полковника, за выслугу лет, что ли! Два года процедур, анализов и смена врачей привели к инвалидному креслу и пенсии. К нему приходили друзья и боевые товарищи. Но они смотрели на него с ужасом и не узнавали его! Никто ничего не хотел произносить, а Сазонов уже не желал слушать. Все боялись выдать очевидное своими испуганными взглядами.

Итак, поезд из Москвы в Сочи он выбрал не прямой, а тот, который был с пересадкой. На транзитной станции небольшого городка М. он вышел, осмотрелся… и решил, что никуда дальше не поедет. В сумке у него была чистая рубашка, колодка орденов и медалей, ПИСТОЛЕТ(!). Он решил, что сегодня напьётся. А потом оденется в чистое и где-нибудь на природе сведёт свои счёты с этой жизнью. Как будто бы у него был выбор на другой её уровень!

— Почему здесь?

— Кто его знает! Жена ждёт его в Сочи, фронтовой друг проводил его в Москве, усадив в этот поезд. Тут никто не будет мешать!

По крайней мере, он так думал. А ему было всего 43 года, и несколько раз он уже был на краю полного удушья! Флакон с импортной этикеткой был полон двухцветными ампулами. Это были его две дневные нормы. Он принял нужное количество, запил всё водой и побрёл знакомиться с местными достопримечательностями. Этот старый городок приятно удивил его, он понял, что не ошибся, что именно в таком тихом, красивом месте ему следует сделать свои последние шаги. Шаги становятся невозможными, пот валит градом, у него закончилась вода! Он побрёл к киоску, а когда до него осталось всего два шага, он отключился!

— Эй, мужик! Тебе, что, плохо?

Голос издали, откуда-то из другого мира:

– Так ничего и не получится, самое большее — это заберут в местный медотрезвитель. Там найдут его пистолет, потом объясняй, что не дурак!

Только это пронеслось в его голове.

— Я? Нормально! Всё хорошо! Всё будет хорошо!

— Может быть, тебе «скорую» вызвать?

— Нет! Не надо, я сам справлюсь! Спасибо!

Он открыл глаза, над ним стояли два человека, уже не очень молодых, но здоровых. Они-то и перенесли его на скамейку.

– На! Выпей воды. Полегчает!

– У тебя, что, с сердцем проблемы?

– Нет! Спасибо. Спасибо за воду.

— Э! Да ты совсем плох! Вон синий какой-то! Сердце, вот и не справляется.

Полковник действительно стал покрываться синими пятнами, но это был побочный эффект его болезни.

— Слушай, Олег, давай вызови врача! Пойдём, нам некогда. Только фирму открыли, у нас столько дел!

– Нет! Хорошие дела делать всегда есть время. Видишь, он плох! Ему врач не поможет. Давай его к бабке отведём, она его травами отпоит!

— Олег! Травами не лечат всё подряд! Тем более, посмотри, в нём вся таблица Менделеева зашкаливает! Ему переливание крови должны делать регулярно, пока он перестанет металлы и всякую дрянь притягивать!

— Серёга! С каких пор ты стал врачом? А? Скажи, с каких пор? Я сам вижу, «ч т о» зашкаливает! Ему вот это соединение солей только вывести, а затем организм сам будет в состоянии бороться.

Так они встретились. Два бизнесмена, которые только что открыли свое дело и иногородний инвалид. Что могло их связать? Это были разные люди, но оказалось, что они нужны друг другу, просто пока этого никто не понял. Эти двое были почти особенные. Они и говорили, как два инопланетянина, и посторонним было ни черта непонятно. Их манера разговора напоминала вечный спор, один с сарказмом, другой с лёгкой иронией, они «пикировались» друг с другом и были довольны этим.

— Скажите, пожалуйста! Какие мы грамотные стали!

— Это соединение солей вывести нетрудно, а что ты с серебром делать будешь? Как ты его выведёшь?

— Нужно временно блокировать их распространение по всему организму! Вот!

— Чем же ты блокируешь? Водкой, что ли, которую он сейчас собирался пить?

Сазонову стало стыдно. Его, как препарируемого, разложили прямо на уличной скамейке. Эти, какие-то два странных человека. И он видел, что они понимали в его проблемах больше, чем все доктора до этого дня!

– Водка ему, конечно, не поможет, но и не погубит! Нужно срочное переливание крови. Потом посмотрим!

– Да, я уверен, что в последние полгода ему только их и делали! Так, мужик? Или «чистили» или просто переливали свежую.

— Нет! Нужно нашу кровь с тобой попробовать или свежую, донорскую!

— Ладно! Лови тачку, сейчас устроим.

Сазонов с изумлением смотрел на этих непонятных людей! Один в хорошем костюме, но в не заправленной рубахе, с трехдневной щетиной на щеках. Другой в серой строгой «тройке», волосы дыбом, очки где-то на лбу. Они разговаривают так, как будто бы знают, о чём идёт речь. Такие уверенные или просто сумасшедшие парни! Он уже знал, как их зовут: Олег и Сергей. Он хотел уйти, но никак не мог сам встать. Через минуту тачка везла их неизвестно куда. Они по-прежнему вели перепалку между собой, но потом прекратили.

— Вообще-то у меня мама врач! Если ты помнишь?

— Бывает!

— Она хороший специалист!

— Она, но не ты!

В приёмном отделении городской больницы они ещё огрызались, но так же шутя. Потом вышла мама Олега.

— Положу его на два дня, а там посмотрим. Нужно переливание, но на станции сообщили, что нужной группы крови нет!

— Не беда! Ольга Васильева! Скоро найдём!

Следует звонок на местную популярную радиостанцию.

— Валюшка! Сделай объявление в эфире, что станции переливания крови нужны доноры группы… Какая группа? Вот! Явиться в пункты приёма, это спасёт жизнь ещё одного прекрасного человека нашего города! Спасибо! Целую!

Уже в течение часа некоторые люди откликнулись на это объявление, чтобы помочь неизвестному человеку. Сазанов лежал в кровати, он был в этой комнате совсем один. Окно было открыто настежь. Он уже чувствовал первые приступы боли, а удушье сковало его лёгкие. Его план провалился, теперь его вещи находились в приёмном отделении, наверное, у матери Олега. Думать о самоубийстве он уже не мог, даже если бы он захотел добраться до своего оружия, то не смог бы, тело его не слушалось! Вдруг он почувствовал чужое присутствие, кто-то стоял где-то рядом. В темноте, за открытым окном кто-то стоял и смотрел в его сторону! Он не мог понять, кто это был, но именно этот факт отвлёк его от всего происходящего с ним. Он всё-таки встал, подошёл к окну и стал приглядываться! Вдруг, сам того не понимая, он отпрянул в глубину комнаты. В свете далёкой летней зарницы двор на мгновение расцвёл, и он заметил женскую фигуру в темном осеннем пальто. Она стояла неподвижно, задумчиво смотрела куда-то сквозь пространство, быть может, сквозь него. Потом всплеск ещё одной зарницы, но никого за окном уже не было! Такой нереальный поворот событий, отпечаток неизвестно чего, и всё закончилось.

* * *

Детектив Николаев закончил очередное мелкое дело. Он нашёл очень дорогого кота и вернул его законной хозяйке. Она, конечно, заплатила ему за эту услугу, но совсем немного, хватило на чашечку кофе. И пообещала ему котёнка. Николаев был рад избавиться от этой клиентки. Он почти не занимался такими делами, но иногда приходилось. Теперь он направлялся в знакомый кабачок, чтобы снять усталость прошедшей недели. Уже было темно, как за поворотом в проулке домов путь ему преградила фигура женщины. Он знал её, то есть видел где-то в городе, но издали, поэтому не удивился. Хотел обойти, но женщина стояла так, что это было невозможно сделать. Николаев хотел уже окликнуть Слепушу! Вдруг, из окна он услышал знакомый голос ведущей местного радиоэфира. DJValusha просила всех откликнуться и помочь хорошему человеку!

— «Доноры! Не спите! Помогите хорошему человеку!»

Как только объявление закончилось, Слепуша пришла в движение, и Николаев смог продолжить свой путь. Что-то мешало ему в этой ситуации, он понял, что не может оценить степень реальности, оглянулся. Фигура уже перекочевала в другую сторону, но он был готов поклясться, что она не сделала ни одного шага!

«Надо тобой заняться! Кстати, объявление! Как раз моя группа крови! Итак, налево пойдёшь — в бар попадёшь, направо свернёшь — в пункт переливания придешь».

Удивительно, но в этом здании ещё работали. Дом был старый с плохоньким казенным ремонтом. Обшарпанные стены, коридор со старыми креслами для ожидающих посетителей. В очереди к ним никого не было. Служащие занимались своими делами. Их было двое. Девушка— лаборант сделала всё как нужно. Сама она торопилась, но ей оставалась проверить пробу маркера на группу крови.

«Какой длинный день! И как можно столько торчать на работе? Непонятно, что я здесь ещё делаю, и кому это надо!»

Несмотря на поздний час, всё они делали так, как нужно. Николаев заполнил анкету, с его слов вписали все данные. Потом лаборантку позвали к телефону. В этот момент в помещение лаборатории вошла женщина в белом халате и белом платке. Такие женщины появляются всегда только с одной целью, мыть пол и вытирать вокруг пыль, но эта особа ловким движением поменяла матрицу с пробой николаевской крови на точно такую же с виду и стремительно вышла! Если её и заметили, то не придали значения! Николаев был несколько занят. Он пытался закадрить вторую девушку, но у него ничего не вышло, на пальце той было обручальное кольцо, и отвечать на ухаживания малоизвестного человека ей не хотелось! Она так и показала ему этот палец с кольцом, выкинув его вверх. Постороннее движение за спиной он заметил, но что-то упорно отвлекало его внимание, какая-то незримая сила присутствовала рядом и мешала ему! В этот момент обсуждение новостей по телефону прекратились, и первая лаборантка вернулась к работе. Она сделала тест, потом перепроверила его дополнительно, стала жевать губы от напряжения. Не смогла ничего понять и выбросила всё в ведро с отходами. Взяла с матрицы новый состав для теста, проверила, потом решительно повернулась к детективу. Тут он вспомнил, что раньше они встречались в одной компании с этой лаборанткой.

– Николаев! Ну, кто тебе сказал, что у тебя именно эта группа крови? У тебя же совсем другая! Голову тут морочишь! Надя, отпусти человека! Столько времени потратили, и впустую!

Николаев удивился:

— Хотел помочь! Может быть, какая-то ошибка? Давайте сделайте ещё раз!

Но тут раздался звонок.

— Да! Да! Хорошо! Надя, пусть моют всё! Собирайся! Прощай, Николаев, и не делай таких глупостей! У тебя совсем не та группа крови!

Николаев вышел и, ничего не понимая, побрёл в знакомый бар.

В другой, общей лаборатории на несколько минут погас электрический свет. Женщины огорченно заохали, стали бранить местного электрика Женю. Когда свет включили, то все по-прежнему продолжали свою работу. И никто из них не заметил, что посторонний человек в белом халате в этой самой темноте поменял порцию крови на столе, сменив и бирки на упаковке. Женщина, а это была именно она, вошла в темноте и так же вышла, никем не замеченная. Другие лаборантки, если и видели кого-то, то не придали этому никакого особенного значения!

Первая процедура прошла нормально. Пациент спокойно спал. Ольга Васильевна рассмотрела бумаги, внимательно оглядела боевое именное оружие, колодку наград и медалей. В сопроводительных бумагах было мало что утешительного. Её глаза налились слезами, и она позвонила своему сыну.

Глава пятая, также о полковнике Сазонове

Полковник нервно расхаживал между двумя столами своего кабинета. Его помощники углублённо вникали в документы, боясь встретиться с боссом хотя бы взглядом!

– Зачем Николаев попёрся к Немому? Что ему там было нужно?

— Возможно, что у них там была назначена встреча!

— Это после того, что случилось на репетиции? Вряд ли! Этот Николаев ничего не делает просто так. Он уже и нас просчитал, и самое лучшее было бы встретится с ним, обсудить всю сложившуюся ситуацию!

Как это было легко, протянуть руку, взять трубку, набрать номер телефона, поговорить. Вызвать на встречу. А там хлопнуть из винтовки с оптическим прицелом. Чтобы не мешался под ногами всё время! Но Полковник не сделал этого ни в тот раз, ни позже! Он понимал, что где-то совершил промах, и теперь его ошибкой воспользуются противники, вклинятся в линию их обороны. Месть за смерть своего человека, месть за хозяйку! Ведь доказано, что именно Немой натравил всех местных на Её гнездо. Так уж получилось, что Зара оказалась дочерью воровского авторитета. Но на её месте могла быть любая другая девушка! Непонятно! А сейчас все готовы шею себе свернуть ради неё!

— Не успели выпутаться из одной скверной истории, как сразу попали в новую!

— С корабля на бал, господин полковник.

В последнее время Полковник плохо спал, потому что ему снились очень тяжелые сны! Вероятно, что-то в прошлой жизни не давало ему покоя! Он уже бывал в таком состоянии, когда по ночам тёмная неизведанная сторона его души давила на сознание, мутно обволакивая его всего с ног до головы. Это началось в далеких бесконечных командировках. В таких случаях он уходил один в джунгли, а утром просыпался весь в крови на трупе уже остывшего хищника или ещё хуже — врывался в чужое селение, сея в темноте на его жителей смерть и ужас! За такие дела его и прозвали «Морроком!». Когда он раньше был в таком беспамятстве, то приказывал впустить его в общий каземат, где бился со всеми сразу. Редко кто мог выжить в такой бойне, а Полковник в плен не брал! Но это было давно, теперь он просто страдал. Люди знали такую его привычку, боялись таких дней, ибо невозможно было одолеть того, кто обладал подобным даром. Даром Полководца и Воина! Теперь, просыпаясь в мокрой постели, Сазонов нервно пил воду и старался успокоиться. Его похождения в такой, прошлой, не его жизни не пугали своей реальностью, он бывал в переделках и похуже. Но сегодня он увидел себя среди тех, кого сам закрыл однажды в канализационной шахте! Присутствовала именно двойственность чувства, что ты там, за дверью зло смеешься над поверженными врагами.

«Ничего им не будет! В старые времена гнили бы в колодцах!»

Одновременно Сазонов был самой жертвой и находился внизу! Несколько тел лежат на крупной решётке и не в состоянии даже встать! Их ноги проваливаются сквозь отверстия, прутья толстые, не гнутся! Вход вёл вниз, а люди оставались вверху! Вдруг большое количество воды, явно не свежего происхождения, хлынуло откуда-то сверху и придавило людей на эту решётку. И следовало найти в себе силы отклониться хотя бы в сторону от этого потока, чтобы спастись! Но сил уже не было! Нижнее помещение стало быстро заполняться. Вот кто-то сдернул его из этого водяного кошмара. Сазонов обернулся, это был Немой! Он бережно поднял его на руках и уже по колено в воде направился к остальным. Его спасли. А ведь только он знал, как эта решётка открывается. Ее следовало сдернуть с коротких петель, отвести в сторону, а там! Там, возможно, был выход на свободу! Но сил не было даже связать слова, высказать свою мысль. Сил не было сказать об этом! Все были обречены, ждали своей гибели. И, конечно, это был не Немой. Ему просто показалось! Сазонов сел на кровать, подумал:

«К чему всё это? Пленные остались живы, они передали их! Ничего с ними не случилось!»

И ничего он, конечно, такого не говорил. Но, наверное, подумал?

Сегодня он будет разрабатывать окружение Карла.

«Толстяк вернулся из Германии. Что ему опять тут нужно?»

Сазонов внедрил своего человека в штат обслуги отделения немецкого банка. Он сделал это давно, и получилось всё незаметно и естественно. Оказывается, что в новом офисе, который находился напротив их здания, постоянно шла работа. Он очень удивился, когда узнал то, какими данными оперирует немецкая аналитическая группа. То, что они шпионы, он уже не сомневался, но изучение обычной статистики по всей России — это что-то непонятное.

«Вот бы сюда бывшего генерального с его мозгами, он бы за несколько часов разложил бы всё по полочкам! Но Олег сам недавно встречался с Карлом. Это было в его прошлый приезд! Что это? Не похоже ли всё на альянс! У них за спиной! А против кого?»

Сазонов давно никому не доверял, кроме тех, кто прикрывал ему спину в боях. Но генералы исчерпали себя как вид. Компания перестала расти как раньше, нагло опрокидывая конкурентов. Стало скучно! Депутат через свою фирму «гнал» изделия на продажу, а они (Банкир, Юрист и Полковник) делали всё остальное. Занимались добычей, переработкой и поиском новых месторождений. Такая пресная жизнь не могла вызвать таких кошмаров! Скорей всего это предупреждение о новом витке интриг и заговоров. И Сазонов с удовольствием пустился в эту игру. Тут он был асом! Тут ему есть, где развернуться!

— Как там Кирилл?

— Ему сделали очередную операцию. Приезжала его мать, она стала сдавать в последнее время! О вас спрашивала! Вы говорили, что зайдёте!

— Нужно появиться, но сам видишь, некогда!

Конечно, он зайдёт, и о приезде его матери он знает, и самого Кирилла видел недавно. Теперь он ему как сын. Сын его лучшего друга!

— Этот Карл приехал неспроста. Или опять будет вести войну, или что-то узнал. Например, о смерти Немого!

В тот день Немой встретил их в комнате. И четверо профессионалов не смогли справиться с этим одним человеком. Он мелькал, словно тень! Уходил в разные стороны, отражал удары, наносил сам, ускользая от всех сразу. Им же казалось, что они бьются с жидким маслом! Потом Сазонов понял, что Немой всё время стоял на одном месте — высокий, сухой, сильный! Он бы справился с ними со всеми! А фокусы — это просто его развлечение. Тогда Полковник отдал короткий приказ на японском языке. Бойцы блокировали противника со всех сторон, эффект движения прекратился, но схватка продолжалась. Генерал сам нанёс несколько ударов пальцами в нужные точки. Немого согнуло от боли, но он быстро стал приводить себя в порядок, не обращая внимания на другие удары! Сравнительно скоро он полностью восстановился и снова отбросил всех в разные стороны. Такого никто от него не ожидал, он, словно взял чужую силу, и воспользовался ею на свою защиту! Полковник понял, что они сами являются этим источником его силы. Он возвращал им свою боль, сполна!

— Ну, это у тебя так просто не пройдёт! Заканчивайте его выходки!

Теперь Сазонов видит траекторию будущих ударов, но ничего пока сделать не успевает — перед ним почти не человек, это был Страж! Он уже слышал о таких, но не ожидал сам его увидеть!

Комната была маленькой, и нападавшие люди просто мешали друг другу, а тут ещё этот Немой со своими уникальными возможностями!

Последовал короткий приказ в переговорное устройство, и пятый человек, стоящий в это время на балконе у Немого за спиной, достал его отравленными дротиками! Немой остановился, потом понял, что скоро вырубится, потянулся рукой за спину, но обычный человек так сделать этого не смог бы! Не позволяет строение суставов! Немой вывернул свой сустав в плече с сухим хрустом, вытащил дротик и выбросил его. Сазонов понял, что на этом его фокусы не закончились, опять отдал приказ. И все бросились к нему. Начало действия препарата позволило бойцам скрутить Немого и усадить его в кресло. Тот еще покувыркался, и все видели, что скоро на кресле останется только одежда. Тогда Сазонов достал свой армейский нож и всадил его в грудь, оставив там. Боль потихоньку вползает в тело, прокладывая себе дорогу. Обычно люди сразу теряют контроль от шока, что их дражайшая оболочка повреждена, с Немым всё было иначе, он улыбался! Гримаса обезображенного рта исказила его в общем-то красивое лицо. Обрубок языка шевелился, как бы желая что-то сказать напоследок! Когда все успокоились, пришёл сигнал. Сазонов озабоченно всё оглядел, сказал:

— Уходим! У нас гости!

Это сообщение пришло из микроавтобуса, который дежурил напротив дома. Они успели выйти на балкон и в коридор подъезда. Дверь оставили открытую, основной свет выключили. Вряд ли посетитель снизу обратит на это внимание! На балконе остался один боец, у него была верёвка, которая уходила вверх, на крышу. Он прижался к стене, штора закрыла его, а снаружи мало кто бы стал смотреть на него, во дворе никого уже не было.

Детектив сгрёб кассеты, вызвал милицию. Как не вовремя! О них-то следовало позаботиться в первую очередь! Немой был ещё жив, но что он мог рассказать своим обрубком!

— Молодец, Николаев! Пошёл сразу в магазин, там банкоматы, и камеры наружного наблюдения, наверное, видео снимали!

— Пойди в магазин, забери все записи наблюдения!

Сидевший в автобусе высокий плотный парень спокойно вышел. Одет он был в простой двубортный костюм и строгие брюки. И направился в магазин. Автобус объехал здание вокруг, встал, готовый в любой момент сорваться с места. Боец вошел в магазин, обратился к охраннику, показал какие-то корочки с фамилией несуществующего сотрудника. Попросил оказать услуги следствию. Тот нехотя поплелся, его оторвали от игры. Попытка подзаработать у него бы не прошла, но всё же?

— Нет проблем.

И назвавшийся сотрудником человек шарахнул охранника по шее специальным средством. Его он прятал за полой своего костюма. Но парень был не промах, успел отреагировать и лягнул противника толстым носком своего ботинка. Но спецсредство всё-таки достало на обратном пути, и парень потерял сознание! И всё это для него прошло как в замедленном кино! Долго и нудно! Он ещё торопился уйти от удара, но вырубился совсем. Боец вошел в комнату, огляделся, вынул блок с записывающим устройством и вышел через другую дверь. Вход был заперт изнутри. Там его ждала машина. Они ещё проехали за Николаевым, проследили до офиса, но дальше не пошли.

«Всё получилось не так, как планировалось. Следовало вывезти Немого. Для допроса на какой-нибудь объект. Для этого нужно было просто его усыпить, и зачем они ввязались в эту драку? Тоже мне Матрица! Фокусы у него почище! Вот, невезуха!»

Глава шестая, о том, как Страж сам становится Монстром

Девушка стояла на высокой широкой сцене, одна, с распущенными волосами. Из одежды на ней была строгая белая блузка, клетчатый костюм с юбкой и безрукавкой. Клетка была небольшая. Бордово— зеленая. Из украшений на ней были серьги с жемчужинами каплевидной формы. Она стояла и пела! С каждым её словом, нет, с каждым звуком её голоса, её волосы заряжались зарядом и поднимались за спиной! Они почти искрились. Когда отталкивались друг от друга, создавая эффект ореола. Надо сказать, что девушка сама выбрала то, что хотела исполнить. Партитура. Слова. Ноты. Всё это она принесла однажды немолодому органисту, который с трепетом держал в руках бумаги неизвестного происхождения. Это было произведение, написанное от руки на старом пергаменте, скрученном в трубочку. Для него был небольшой картонный тубус, покрытый темно-красным бархатом с вылинялой ленточкой и следами от сургучной печати снаружи.

«Такие вещи принадлежат явно не этому веку!»

Слова и знаки были написаны, вероятно, натуральными чернилами, которые почему-то не потеряли своей окраски! Они отливали позолотой, преломлялись в свете современного освещения перламутром. Нужно отметить, что слова были написаны на немецком языке и частично на латыни. Внешне всё выглядело взвешенным и строго выстроенным произведением. Названия всего произведения не было. Кусок пергамента сверху был оторван каким-то варваром, и это был единственный недостаток этого совершенного документа! Для человека, который взял в руки эту вещь, знание двух языков не являлось проблемой.

— Откуда это у вас? Милое Дитя!

— Мне его достали недавно. Я чувствую, что смогла бы исполнить его самостоятельно. Мне нужны вы, Маэстро.

— Ну! Давайте попробуем!

Они бились уже несколько часов, разбирая по частям, вымеряя паузы, переводя текст, обговаривая ход. Потом органист сел на своё место и начал играть заново. То, что он исполнял, было божественно, но некому было оценить его исполнение, зал был пуст. Они занимались с утра, когда это помещение было свободным. Но вот открылась дверь, и туда просочились служители культуры — простые вахтёры, билетёр, уборщица, декораторы и другие рабочие сцены. Никто в здании не смог устоять перед соблазном, услышать всё это поближе! Вот Органист подал знак рукой — время вступать девушке. Сначала её голос блуждал, слабо и колеблясь, но потом с каждым мгновением стал набирать силу. Казалась, что она не сможет исполнять именно так эту вещь! Ведь люди годами тренируют голосовые связки, развивают у себя чувство такта, восприятие ритма, оттачивают музыкальный слух! Потом у неё не было, и не могло быть элементарного объёма лёгких для этого бесконечного дыхания! Но инстинктивно она широко разводила руками, делала немыслимые па, дирижировала сама себе, рисуя в воздухе незаметные знаки! Этому всему она училась с раннего своего детства! И где-то на второй половине у неё стало получаться всё лучше и лучше! Она даже не заглядывала в партитуру. Пела, и казалось, что искры стали рассыпаться вокруг неё. Теперь она стояла в некотором подобии свечения, как тонкая вращающаяся игла, блестящая на тёмном фоне! Никто ничего не мог понять! Откуда взялась эта девушка? Что это за музыка? Все были загипнотизированы этим чудом! Музыка и песня! Орган и человек на сцене. Вот она в очередной раз потянулась, привстала на цыпочках и осеклась! Это заметил музыкант.

— Перерыв! — произнес он негромко пересохшим горлом и перестал музицировать. Орган, который достался городу очень давно от какой-то немецкой колонии, ещё прохрипел и замолк. Внизу все ещё долго не могли прийти в себя! Музыкант подошёл к девушке. У неё были опущены плечи, на лице бледность, таких в гроб кладут краше! Он тоже был бледен и взволнован!

— Помогите мне! — позвал он на помощь помощника администрации этого концертного зала. Они вместе отвели девушку вниз. Посадили на кресло. Её бил нервный тик, тело, как холодный кусок!

— Чаю! Горячего чаю! Скорей! Врача! Позовите скорей врача!

Врач был свой. Он только что вернулся с перерыва, был в городе, поэтому ничего этого не видел и не слышал.

— Крайнее переутомление! Я могу сделать укольчик, ей станет лучше! Потом пусть попьёт настоёв из сборов, могу выписать рецепт на витамины!

Он сделал всё, что было необходимо, и ей стало лучше.

— Вы, это слышали? Ведь я могу «это» сделать! — первое, что она спросила, когда пришла окончательно в себя. Доктор покачал головой, рядом нервно вышагивал Музыкант. Потом он собрал все бумаги и удалился. Он запер всё в директорский сейф, ключ от которого попросил на время, вернулся.

— На сегодня всё! Я тут вашу матушку вызвал! Она сейчас будет! Ох, боюсь, попадёт нам за нашу самодеятельность! У вас есть знакомый с автомашиной? Если что, я могу вызвать такси!

— Нет! Что вы? Зачем?

— Эта вещь очень сильная! Она просто высасывает из вас все ваши силы!

— Я знаю, что следует сделать в следующий раз! В моём сне я пела в знаке пентаграммы на полу, нужны ещё свечи, много свечей и смолы!

— Тяжелые запахи очень плохо влияют на голосовые связки. Потом вам будет очень тяжело!

— Я знаю! Но мне нужно успеть подготовиться! Вы даже не представляете, как это мне нужно! И знаете, позвоните по этому телефонному номеру. Скажите тому человеку, что нужна его помощь!

На визитке был рабочий телефон частного детектива. Органист, качая головой, побрёл опять к телефону. Набрал номер, гудки. Ждать пришлось недолго. Николаев приехал сразу, как только смог освободиться. Для этого он выпроводил очередного клиента с весомой скидкой. В старом Доме Культуры в холле все шушукались! Детектив ещё подумал:

«Что-то тут случилось!»

Он нашёл их сразу. Женщина стояла рядом с пожилым музыкантом, остальные уже стали расходиться. Алексей познакомился с Органистом, которого, впрочем, знал, городок-то небольшой. Пожал обе руки своей бывшей клиентке. Он вёл её дело, которое перевернуло несколько лет назад весь этот город. Та была в смятении. На лице выражение, типа, «опять началось!». Девушку он увидел сидящую в кресле, завёрнутую в шерстяной плед. Она уже спала, бледная и спокойная. Ему кратко объяснили, в чём нужна его помощь. Он захотел увидеть этот документ. Семья доверяла ему, поэтому они прошли к сейфу.

— Откуда это у неё?

— Она попросила Олега! Но, вы ведь знаете его! Сказала, что где-то в Европе, в старом заброшенном доме есть тайник, что там лежит партитура. Сказала, что во сне она пела, и у неё всё было хорошо! Но если не успеет до… (она назвала дату), то всё будет, наоборот, плохо! Олежек приехал через два дня и привёз! Он так хорошо к ней относится! Готов выполнить любой её каприз! Оказалось, что это ещё действующая усадьба, просто там редко кто живёт! Сейчас его нет в городе.

Николаев покачал головой.

«Интересно всё это складывается. А он не сказал, при провозе через границу у него не было трудностей? Впрочем, законным путём он бы ничего не смог сделать! В Европе это передали бы возможным наследникам, потом оценочная комиссия, затем аукцион или торги. Выложил бы пару миллионов за бумаги, и стал бы он их законным обладателем, но не сразу, а лет так через несколько! Наверное, не обошлось без полковника! Без его связей в Европе!»

— Хорошо, мне в общих чертах всё понятно! Опять мы во что-то вляпались! У вас найдётся в квартире комната, я поживу с вами.

— У нас свой дом в загородном посёлке, добро пожаловать к нам! Сами видите, бывших клиентов не бывает!

— Да, бывших клиентов, как и господ!

Дело в том, что после смерти отца девушка стала наследницей небольшого состояния. Джокер выставил условие, она пишет отказ от активов в некоторых предприятиях и получает отступные в виде денежной суммы. Сторону наследницы защищал и холдинг. «Генералы» пригласили юриста, тот составил бумаги, проверил сделку. Остальные партнёры хотели вывести её из игры, зачем, мол, такой юной леди этот «головняк» с акциями и ценными бумагами. «Генералам», напротив, такой расклад был выгоден. Получается, что часть чужих активов по-прежнему имели некоторые ограничения, как посторонний владелец. Они предприняли всё, чтобы активы остались на руках девушки, только посоветовали ей нанять менеджера. Джокер подсуетился и предложил свою кандидатуру, он гарантировал исполнение всех условий договора. Так у семьи появилась возможность купить себе дом за городом, продолжать обучение, готовиться к сольным выступлениям, планировать гастроли.

Николаев почувствовал нервную дрожь в руках, когда потянулся к бумагам. Он передумал брать их в руки сам. Достал из кармана специальные перчатки, попросил одеть Музыканта.

— Что, так всё серьёзно? Вы думаете, они отравленные?

— Не знаю! Я отдал бы это на экспертизу! Вы знаете, с артефактами кто у нас в стране имеет дело?

— Не шутите так, молодой человек!

— Этому документу более 200 лет, а выглядит так, как будто бы его недавно написали! Смотрите, пергамент даже не потрепался от времени. Ни посторонних пятен, ни следов сгиба, ничего! Только он оборван с одного конца. Не удивительно ли?

— Да, я тоже обратил на это внимания, и знаете, он ещё пахнет! Ладаном! Несомненно, ладаном!

— Хорошо! Вы его заприте обратно в сейф, пожалуйста, а лучше в банковскую ячейку. Я думаю, что ему цены нет! В нашей глухомани и такой раритет! Можно снять копию. И работать с ней, если на то пошло.

Николаев видел, что всё сказанное не очень-то радует Органиста. В углу кабинета стоял обыкновенный струйный принтер с ксероксом. Детектив и Музыкант разложили документ на нем, нажали кнопку. Что-то внутри вспыхнуло, вышел почти чистый лист бумаги, совсем не похожий на тот, что ожидали!

— Посмотрите!

— А что случилось с документом?

— С ним всё нормально, он цел, но копия явно у нас не получилась! Тут просматриваются чёрточки, какие-то линии, а содержание отсутствует!

— Что касается чёрточек, я, пожалуй, это могу объяснить! Документ с двойным дном! Это тайнопись! Я постараюсь с этим разобраться. А вот текст, вероятно, его написали таким способом, что современная техника пока не в состоянии с ним справиться! Видимо, тут нужен более чувствительный аппарат! Или дело в краске! Использовали какую-то технологию, которая странным образом его защищает, в данном случае от производства копии на ксероксе. Мы попробуем обычную фотоаппаратуру, сделаем снимки, что нужно увеличим, а оригинал нужно спрятать! Я не перестану повторяться! От греха подальше!

Органист взглянул на луковицу старинных часов и развёл руками.

— Да банки уже не работают! Если только завтра, с утра! А тут есть сейф!

Николаев осмотрелся, его интересовала сама комната и состояние сейфа.

— Нет! Тут окна без решеток, дверь можно одной ногой выбить, а сейф на руках вынести! Нет, давайте сделаем так, вы оставите на ночь тут пакет размером с тубус и скажете при всех или всем, что воспользуетесь сейфом. А на самом деле всё уберём в моём офисе, это по пути. Заедем, и там разберёмся!

Они так и поступили. Органист оставил внушительный пакет в сейфе администратора, они со всеми простились, забрали женщин и покинули здание. В машине Николаев несколько раз оглядывался, тщательно следил в зеркало заднего вида, но ничего обнаружить не мог.

— Что вы все время оглядываетесь? Кто-то следит за нами?

— Возможно! А может быть, мне просто кажется! А давно у вас болят суставы пальцев?

— Да, давно! Но, постойте, откуда это вам известно?

— Вы всё время перебираете костяшки и трёте пальцы. У вас плохая циркуляция крови, вероятно, это возраст!

Детектив не стал говорить, что краем глаза «увидел» его внутреннее состояние, это могло бы насторожить пожилого человека.

— Да, мёрзнут часто руки! Ничего не поделаешь, издержки профессии. У пианистов это наказание!

В своём офисе Николаев положил тубус в сейф, а другой пакет с подлинным документом отправил в тайник. С некоторых пор у него появился отдельный потайной шкаф для таких, скажем, конфиденциальных вещей! Потом он завёз Музыканта домой и отправился за город. Он точно знал, где находится нужное строение, такая информация была частью его профессии. По приезду хозяйки познакомили его с обстановкой, он посмотрел на двор, на запоры и двери и только покачал головой. Они готовились поужинать. Девушка. Её звали Зарина, она уже пришла в себя, много безудержно болтала. Они перебирали новости, всех своих ближайших знакомых, случаи из жизни, что-то ещё! Это было мило! Разговор в одну сторону, ей видно не хватало такого собеседника. С матерью у них были совсем другие отношения, они понимали друг друга с полуслова. А Николаеву казалось, что он мог слушать её сколько угодно. Он был уже почти родственник, хорошо знакомый им человек, спасший их уже не один раз в прошлом! Потом этот хороший знакомый человек съел всё, чем его кормили. И он мог бы съесть ещё, но внутренний голос сказал ему:

«Хватит! Николаев! Опомнись!»

Потом говорила мать, она достала альбомы с фотографиями родственников. А девушка молчала, просто ходила вокруг, она сказала ещё, что ей значительно лучше. Повеселела.

— И усталость прошла, Я чувствую себя хорошо!

Николаев рассматривал снимки. В этих старинных семейных альбомах на листах не хватало порой снимков, это могло обозначать только одно, что их нельзя было показывать чужим!

— В то время нельзя было иметь связи с врагами народа, с эмигрантами, с диссидентами. Короче, с оппозицией! А все наши дальние родственники ими и являлись! Впрочем, о чем это я? Какая оппозиция? Так, просто другая ветвь!

— У вас явно немецкие корни!

— Австрийские! Они до сих пор живут там! Это была раньше очень известная фамилия! Потомки очень знатного рода, но мы потеряли давно с ними связь. Очень давно! Сами понимаете, сначала война! Тогда предки изменили букву в фамилии и стали Павловы!

— Когда то я очень любила слушать рассказы родных, представляла себе дальних родственников, как они там живут! И даже видела сны об этом! Да! Да! Но это было давно!

— С отцом дочери я познакомилась давно. Мы были тогда простыми студентами. Но его выгнали, по какой-то причине. Паша был «невыездным», долго искал себе работу. А потом его осудили. Но он исчез, как провалился. Это потом я узнала, что он стал «вором в законе», когда появился в нашем городе вновь, а в моей жизни второй раз. Наша встреча была случайной. Я занимала тогда незначительное место в городской администрации, а он был проездом. Это был скоротечный роман. Цветы, хорошее вино, дорогие украшения. Однажды утром мне стало плохо, я поняла, что не предохранялась. А он так ничего и не узнал. Потом опять пропал, и уже на долгие годы. Я сохранила ребёнка, и, как видите, сама её воспитала. Мне и в голову не могло прийти, что в следующий раз я его увижу опять тут, в этом городе. На этот раз его окружали отъявленные головорезы, кругом шла почти война. Если бы я даже захотела подойти к нему, меня бы на пушечный выстрел не подпустили. Паша был очень осторожен, но имел столько врагов! Вообще он был хороший человек, которого обстоятельства поставили в такие рамки, когда пришлось выбирать. Его незаурядный ум и природный талант нашли применение в самый трудный этап его жизни. Так вероятно нужно было стать тем, кем он стал. Не знаю. Если бы он остался в университете, то стал бы знаменитым учёным или просто прекрасным специалистом! А так, уголовный авторитет.

— Странно. Я был тогда молодым следователем. Он ушёл от правосудия, но после первой судимости мог получить срок как соучастник. Он смог остаться в тени. Оказывается, чтобы быть просто осторожным, тоже нужно рисковать. Знаете? А последние события вылились бы в очередной срок. Но, опять же, такое трудно доказать! В городе происходит постоянный передел. Всё меняется. А у него был уже вполне легальный бизнес. Конечно, он «крышевал» тут всё, но это почти недоказуемо сейчас. На него всегда работали прекрасные адвокаты!

Ночь прошла нормально, по крайней мере для них!

Органист жил вместе со своей пожилой сестрой в небольшой, старой планировки квартире. Когда он вернулся домой, они с сестрой поужинали вместе. И по домашней традиции стали обсуждать все события дня или последние новости. Они были близнецами, но совершенно внешне друг на друга не походили, зато имели общий мир интересов.

— Знаешь, сегодня с Зарой штудировал одну вещь! Это уникальное произведение! До сих пор удивляюсь, как оно попало в мои руки! Написанная для мессы неизвестным композитором, специально для органа. У нас пока ещё не всё получается, это очень трудная сольная партия. Вот если бы разбить на несколько голосов. Да, да, хором, я думаю, было бы легче исполнить такое!

— Девочка уникальная! Нужно рекомендовать её какому-нибудь хорошему профессору в Москве или в Санкт-Петербурге!

— Зачем? Я сам ещё профессор, но мне не по годам заниматься обучением! Я мог бы вести двух — трёх человек, но Зарина, она уникальная! Тут нужен серьёзный подход!

— Я слышала, они получили наследство! Не удивляйся, все об этом говорят!

— А, не обращай внимание! Это больше грязные слухи. Ей возместили часть состояния её отца, потому что она сама отказалась вести дела в некоторых компаниях. Ей не стоит связываться со всем этим. Теперь у неё будет умелый управляющий, потом наступит по завещанию нужный срок, она откажется от всего! Криминал, «Янг Дженералс»! Наш город ещё не отошёл от всех этих последних событий! Это была почти война!

Потом у них по программе был вечер у «ящика», смотрели очередной «мыльный» сериал. Пили чай со сладостями. Вероятно, что Музыкант просто любил посидеть в своём кресле. В дверь позвонили. Сестра вышла, и её долго не было.

— Кто там, Анюта?

— Антон, к тебе пришли!

Сказала она наконец-то неестественно, её голос прозвучал не в своей манере.

На пороге комнаты появилась фигура высокого лысого человека. Настолько высокого, что Антон сразу не заметил присутствие второго посетителя! Рядом с первым стоял маленький уродливый карлик, который противным голосом произнёс:

— Вечер Добрый! Музыкант! Чем угостишь?

И карлик рванул к столу с печеньем.

— Вы кто такие?

Огромная фигура продвинулась вглубь комнаты и показалось, что заполнила её всю до последнего свободного пространства.

— Мы, собственно говоря, к тебе из чистого любопытства решили заглянуть!

По-прежнему трещал карл, он безостановочно сновал по комнате, широко выкидывая ноги вперёд, видимо получая от этого удовольствие.

— Это мой Хозяин!

Фигура кивнула мрачно головой.

— Мой Хозяин очень важный человек! Знаешь, чем он занимался последние десять лет. Пока не нашёл меня? Он рыл могилы! Ха — Ха! — ответил, не дожидаясь реакции, маленький человечек, потом это ему показалось забавным, он ещё больше засмеялся.

– Я попросил бы вас покинуть наш дом! Или я буду вынужден вызвать милицию! — тревога с первой минуты заполнила его душу и не покидала. Музыкант затруднялся что-либо сделать. Приход незваных гостей был неожиданным и странным!

— Анюта! Подай, пожалуйста, мне телефонную трубку! — строгим голосом произнёс он, у него стала кружиться голова от всего этого, ему нужно было найти в ком-то опору, но он уже чувствовал неладное. Так и есть, трубка стационарного телефона молчала. Где-то в пальто у него остался сотовый.

— Что, не получается? — плаксивым голосом произнёс гость, потом на стол упало что-то очень знакомое. Мобильный телефон при падении выплюнул батарейки, те упали на пол.

— Прекратите этот балаган, наконец-то! И убирайтесь отсюда. А не то я позову на помощь соседей!

— Балаган! Балаган! — подхватил знакомое слово карл, он запрыгал, а его лицо стало злым!

— Хорошо! Нам нужны эти бумаги! Ты сегодня держал их в руках! — и он быстро схватил Музыканта за кисти рук, вывернул их к себе и стал рассматривать. Внимательно выискивая что-то, словно искал пыль. Сильные пальцы невысокого гостя держали пожилого человека как клещи.

— Я не понимаю, о чём идёт речь! Вы должны покинуть нас! — уже менее твёрдо произнёс Антон, ему стало душно в этой комнате!

— Музыка! Музыка! Ты сегодня держал их в своих руках, у тебя все пальцы в серебре. Хозяин пришёл за этими бумагами!

Тут Антон понял, что между высоким гостем и этим карлом существует какая-то связь. Гость, которого называли «Хозяином», был нем, а маленький человечек мог говорить от его лица. Хозяин тем временем стал расхаживать по комнате, он двигался, как маятник, и так же сильно раскачивал ногами. Раскачивал и эту комнату, и весь этот мир. В какой-то миг пол провалился под ним, но высокий человек никуда не делся, только Антону стало ещё хуже, он упал в своё кресло. Посмотрел на свои руки, это маленький человек отпустил его, сильно толкнув.

«Что они могли там увидеть? Да, Николаев сказал, что нужно носить перчатки. Он будто бы всё знал!»

Органист представил себе распотрошенный сейф, который выбросили с высоты второго этажа, и ему стало её хуже. Следовало что-то предпринять, но что? Он закрыл глаза, решил, что не откроет их, пока это наваждение не пройдёт, и балаган не прекратится! Но его тронули за руку, опять вытащили в этот раскачивающийся мир! Две фигуры остались на своих местах, а фон за ними стал оплывать, как воск от свечей!

— «Где? Скажи, только где? И всё может прекратиться!»

Самое страшное в этот миг были звуки, которые обычно никто не слышит, но как собака чувствует предел низкочастотного ряда, так и Антон вдруг ощутил этот свист, сворачивающий кровь в его жилах! Его кисти вдруг вывернулись неестественным способом наружу, боль пронзило всё тело и ушла куда-то в район сердца!

— Пить! — застонал он. Анюта вышла из оцепенения, схватила графин, набрала стакан воды. Но противный маленький человек выскочил из-за спины, вырвал этот стакан и выпил всё сам! То, что произошло дальше, никто не ожидал от такой маленькой, сухой женщины. Она огрела графином пришельца прямо по голове! Тот сразу осел на пол, глаза его окосели. А язык высунулся.

— Прочь! Все прочь! — наступала она грозной фурией! Страж, а это был он, попятился, взял на руки своего маленького незадачливого спутника, поднял его и потряс. Тот ничего не мог произнести! Тогда он сам попытался открыть рот и что-то сказать! Но только гримаса боли и ужаса исказили его строгое лицо. Старики увидели, что у пришельца нет языка, только безобразный обрубок торчал в его пасти. Зубы были переломаны или казались сточенными на половину. Тёмный ужас окружающего мира стал сходить. Вот дверь за пришельцами захлопнулась, но хозяева этого даже не увидели. На полу лежали осколки разбитого графина, где-то были пятна крови. Антон ещё хватался за сердце, пытаясь распрямить свои больные руки.

— Врата! Они открывают врата! Вот, что он хотел сказать! Мне всё ясно!

— Я вызову скорую помощь!

Она постучала в стену на кухне, потом вышла на балкон, соседи помогли. Вызвали бригаду скорой помощи. Антон заснул. Анюта вытащила из кармана брата записную книжку. Достала визитку Николаева, набрала его номер телефона. Офис не отвечал, а мобильный номер ответил. Сонный голос произнёс:

— Да?

— Вы меня не знаете! Я сестра Антона Сергеевича! Да, да! Только что у нас была скорая помощь. А до этого приходил высокий господин. Он был совершенно немой. За него разговаривал карлик! Они спрашивали документы! Потом Антону стало плохо, сейчас он спит! Будьте осторожны!

Николаев успокоил женщину, сказал, что утром заедет к ним. Больше сна у него не было, он вышел на улицу, закурил, осмотрел всё вокруг. Потом вернулся, взглянул на бумаги, ничего не понимая. Узоры и фигуры никак не хотели выложиться в однозначный ответ. Николаев потушил свет и попытался уснуть. Он лег на диван и долго смотрел на отблеск света и теней на потолке комнаты. Странно, но Николаев ничего не чувствовал, ни тревоги, ни предстоящей угрозы. Да, что-то происходит рядом, и это его ещё не беспокоит.

Утром он открыл глаза и увидел сидящую рядом с ним девушку с одеялом на плечах. Она смотрела на детектива, как бы ждала.

— Антону Сергеевичу вечером было плохо!

— Я знаю!

— Откуда?

— Он думал обо мне! Хотел меня защитить!

— Собирайся, поедем, его навестим!

— Нужно сначала позавтракать! Мама уже всё приготовила!

— Я в душ схожу!

Уже через несколько минут свежий, но не бритый Николаев пришёл в столовую. Зарина уже переоделась, сидела на своём месте.

— Доброе утро! Ольга Владимировна!

— С добрым утром! Вам кофе или чай?

— Давайте чай!

Глава седьмая, рассказывающая о других событиях, произошедших у Органиста дома

— Знаете, это выглядело так очень глупо, фиглярски. Это был довольно высокий человек, совершенно немой. А другой был очень маленького роста, то ли карлик, то ли лилипут из цирка Шапито. Эти его гримасы и ухмылки, злобные завывания, словно он участвовал в очень плохой пьеске — сценической постановке. Это ужасно, но мне было совсем не страшно. Больше противно. Я никогда не любила цирк, а тут такое! Я кинула в него графином! Потом было видно, что высокий остался беспомощным без этого урода — лилипута. Вероятно, что он всегда был необходим для общения. Или были такие люди, которые его понимали. Обычно глухонемые знают язык жестов, умеют читать по губам. С этим типом всё иначе, у него был отрублен язык. Он был ужасен и беспомощен одновременно. Знаете, он не был физически слаб, но почему-то он ничего не смог нам сделать! Антоше, Антону Ивановичу стало плохо! Карл обещал сломать ему руку, но оказался беспомощным против меня, пожилой женщины!

— Скажите, а раньше вы его точно не видели? Скажем, на кладбище был когда-то один немой человек! Вы не обращали своего внимания? Ну, хорошо!

— Да, я поняла, что в зале филармонии они уже были!

— Я звонил туда! Там сообщили, что ночью некто взломал кабинет администратора. Представляешь, Зара? Выкинул сейф в окно со второго этажа. Милиция ничего не нашла. Спасибо ещё раз! Пусть Антон Иванович поспит. Всё это очень странно! Конечно, все эти истории проходят стороной и очень быстро! Поверьте мне на слово.

— А что это за слова «о воротах, которые не следует открывать!» Вы точно не знаете?

— Я постараюсь во всём этом разобраться! А вы берегите себя! Всего хорошего!

Они покинули квартиру пожилой четы и отправились в офис.

— Почему вы не женаты? Николаев! Вы очень одиноки?

— Скажем так, в данный момент я один! Но это ничего не значит! Девушка, которой я сделал предложение, уехала, так ничего и не ответив мне. Не сказав своего слова! А может быть сказала, но я был немного не в себе, и теперь не помню ничего!

— Вас следует пожалеть. Как романтично! Вы её ждёте? Нужно написать для вас сонет! И подписать: «Для Николаева!» — вот будет здорово!

— А тебя не тревожит это творчество? Эта старая музыка тебя не пугает? Она не так безобидна, как кажется на первый взгляд! Расскажите мне, что ты чувствуешь?

— Нисколечко не пугает! Я словно в полёте! Ещё там, в пещере, я пробовала петь песни, баллады. Оказывается, что я знаю столько интересных вещей, что если бы взялась их только записать, то на это не хватило бы всей моей жизни! Представляете?

— Представляю! Что-то мне это всё кажется очень знакомым!

— Я стала свободно разговаривать на немецком языке, на французском. На других языках. А в школе учила только китайский и английский. Я понимаю испанский, но это пока не считается. Короче, я могу очень быстро и легко изучить любой язык! Вот здорово! Это так интересно, притом мне не надо много сидеть над учебниками, нет! Просто если носитель языка начинает при мне разговаривать, я почти сразу начинаю его понимать и болтаю с ним; через какое-то время моё сознание само всасывает всё необходимое! Это трудно объяснить, во мне всё перестраивается, на основе каких-то уже имеющихся данных я постигаю новые, поэтому я могу разговаривать. Николаев, ты меня слышишь?

— Это какое-то де — жа — вю! Со мной во сне происходит то же самое! Я понимаю иностранную речь, но наяву плохо владею даже английским! Хотя, откуда всё берётся? Очень быстро перевожу. Учусь, наверное.

— Николаев, а, правда, что ты, как рентген, всё видишь? И болезни всякие.

— Не выдумывай. Кто тебе наболтал? Сергей! Болтун — находка для шпиона!

— Да, нет, мама сказала!

— Скажите, это, конечно, не моё дело! Но у вас всё серьёзно с Сергеем? Отношения с мужчиной, который в два раза старше тебя?

— Фи! А оказывается ты — ханжа. Николаев! Так всё взял и испортил!

— Что за фамильярность! Я как врач, как юрист интересуюсь! Не забывайте, ты по-прежнему мой клиент!

— А я думала, мы просто друзья! Хотела немного пококетничать! Посплетничать! У меня давно уже друзей нет! Зачем ты так?

— Сергей был моим клиентом! Я его немного изучил, думаю, что хорошо его знаю. Он, кажется, без ума от тебя!

— Николаев, давай на «ты»! Я всё знаю! Мне с ним хорошо! Когда он рядом, то мне очень спокойно, и не так страшно ждать наступления того дня! И с тобой, Николаев, мне тоже спокойно! Ты — настоящий, надёжный! Я помню, как ты вытащил меня из всей этой истории! Там всё так зашло далеко, что я думала, уже не выкарабкаюсь!

— Кстати, поясни, что за день ты всё время ждёшь?

И он перешел на «ты», до этого в его речи часто проскальзывало «вы».

— День летнего солнцестояния! Мне нужно исполнить свою роль, иначе для меня всё закончится очень плохо! Там, во сне у меня почти всё получилось, но я не знаю, чем всё закончилось!

— А нельзя ли от этого отказаться?

— Поздно! Документ признал меня. Понимаешь, я не единственная наследница, но только мне он позволил его найти.

— То есть ты хочешь сказать, что документ сам помог себя найти! Как, во сне?

— Я всегда знала, где он находится! Почти с детства! Но сейчас он как бы позвал меня, понимаешь! Иначе его бы даже не смогли привезти сюда! А теперь поздно. Если я откажусь, то ничего меня не спасёт! Единственное правильное решение — это выучить все части песни и исполнить всё вместе! Потом нужно будет принять решение, и только от этого будет зависеть моя дальнейшая жизнь! Поэтому нужен этот орган, нужен опытный, хороший музыкант! И многое — многое другое!

— Как всё сложно!

— У тебя будет время сделать свой выбор! Ты сам всё узнаешь, надеюсь, ты поможешь мне?

— Право, даже не знаю о чём речь, но я постараюсь! Давай вернёмся к Олегу. Я помню, когда он впервые увидел тебя, то его тогда, как молния поразила!

— Это была не молния. Это была Моя Священная Птица. Она ударила его своим тяжелым клювом, и никакого грома или молнии там совсем не было. Я же помню. Я думаю, что когда мне исполнится 21 год, мы с ним поженимся!

— Вот как! А как же музыка? Что с ней?

— К тому времени, я надеюсь, что мой концерт будет уже позади. Я запишу свой новый диск. Потом ещё. И ещё. Буду готовить новый концерт. Уже есть следующая тема! Материала много, а Музыка — она вечна.

— А когда учиться? Говорят, что в Москве ты могла бы заниматься с этим?.. Как его фамилия? С профессором?..

— Да, да! Знаю! Но зачем? Он адепт совсем другой школы. Мне придётся перестраиваться под него. Ломать то, что у меня уже есть. А я этого уже не хочу!

— Понятно!

— Ничего, тебе, Николаев, не понятно! Ах, Николаев! Николаев! Ты стоишь только в начале своего пути, понимаешь! Ну, почему ты не идёшь?

Они помолчали. Он решительно ничего не мог понять, эти разговоры, как ребусы. Знать бы, какой нужно задать правильный вопрос, чтобы получить нужный ответ! Этого он пока даже не знал! Потом она встряхнула свои длинные волосы, глаза её сверкнули озорством, и уже не так серьёзно она спросила:

— А где сейчас твоя девушка? Почему она за тобой совсем не смотрит? Это не хорошо.

В офисе они забрали из тайника документ. Он перекочевал в тёмный пакет от старой пачки фотобумаги. Футляр Николаев решил не брать. Клиентка вела себя как маленькая, всё болтала ногами или строила рожи. Николаев проверил пистолет, лицо девушки стало надменно— суровым. Убрал в кобуру. Сделал глоток из чашки со старым холодным кофе. Она сморщилась! Пошли по темному, неосвещенному коридору на улицу, у девушки — то гримаса ужаса, то смеха, всё-то ей было смешно!

— Олег хочет выпустить новую линию косметики для женщин. Зовёт меня в модели! Представляешь, моим именем назовут целую линию товара! Смешно! А если правда, то зачем мне это всё? Крем для рук «Заринна», крем от загара! «Заря»! «Заряня!»

— Всё, пошли! Нужно сделать экспертизу на подлинность!

— Зачем? Николаев!

Глава восьмая

Она остановилась и руками сделала такой жест неопределенности!

— Спроси меня, и я тебе отвечу! Он настоящий. Это свиток моих предков! Мы с мамой — очень древний род, только очень долго живём в России, — произнесла она, ломая голос и делая жест, как это делают иностранцы.

— Так вот! Мой предок! Какой-то Магистр, занимался астрологией, немного магией. Ну, был чокнутый на всю голову! Он и написал всю эту партитуру. Для мессы. Нет, не чёрной мессы! В то время все были очень набожны. Музыка и песни для небольшой церкви, родовой. Вот, он её написал и даже исполнил. Но что-то случилось, он потерял близкого человека и перестал писать такие вещи. Документ этот убрал в тайник в своём родовом гнезде, так сказать! Потом я увидела сон, как исполняю все эти песни! Как я много к этому готовилась. А самое главное свиток! Я его опять увидела, но я с детства знала то, где он лежит. Мне это всегда рассказывали. Или я себе его представляла тогда, не знаю сейчас. Итак, Сергей нашёл его для меня!

— Скажем, выкрал!

— Ну да! Всё это я увидела, только в обратной последовательности. Понимаешь, Николаев!?

— Да, понимаю! А что после песни, до песни было? Помнишь? Что это за таинственные «врата», о которых сегодня упомянула очаровательная Анюта Ивановна? И почему их не следует открывать?

— Ерунда. Это если записать такую музыку, а потом исполнить её наоборот! То вместо силы получим, что-то вроде «чёрной дыры». Но, Николаев, кто в это поверит? Сегодня, на дворе уже 21 век!

— Не смешно, Зара!

— Но, весело!

— У нас сильный противник?

— Не знаю! Думаю, что да! Это очень старый враг, ну, не совсем враг! Страж! Один из Стражей! Он не пускает в этот мир других! Вот Птицу не хотел пускать, А теперь Птицы нет.

— Почему вы с матерью сразу мне ничего не сказали?

— А что, тебе стало известно, где новое гнездо? Или ты присутствовал на похоронах? Нет! Тогда тебе нечего бояться!

— Зара! Ты была на похоронах? Ну, так и есть! Как же я сам до этого не додумался! Ты уговорила «генералов» и была там! Понимаю, что если ты попадёшь в руки опытного специалиста, то он у тебя всю эту информацию получит, выжмет! Всё просто и доходчиво! От меня теперь ни на шаг!

— Ерунда! Ты так ничего и не понял!

Но Николаев сделал круглые глаза, ему уже не было смешно. Потом, пародируя песню из «Ночного Дозора», произнёс:

— Где-то ходит маньяк! С ума сдвинутый Страж! То наводит бардак! То ворует багаж!

— Между прочим! Ничего смешного! Теперь мы на стороне плохих парней! Понимаешь? Для таких, как Страж, Птица — это не уникальное Существо, а абсолютное Зло! Они из очень древнего и тайного ордена и должны бороться с этим злом! А сколько их, этого никто не знает. Мы не можем прятаться. И потом, я должна спеть эти песни! Теперь просто обязана!

— Обязана она! Понимаешь! А я обязан что-то сделать, чтобы быть готовым! Но я до сих пор не знаю, к чему мне готовиться! Поехали к эксперту, покажем ему «двойное дно» этого документа, потом дальше будем думать!

Судебный эксперт сделал спектральный анализ бумаги на определение возраста материала. Просветил весь документ на необычном электронном столе и через несколько часов вышел, качая головой.

— Чёрт! 17 век! Бумага из рисовой соломы и папируса. Вероятно, Китай! Ведь тогда её привозили из Азии. Тут скрыт ещё один рисунок. Вот что— то вроде этого узора, но не ясно видно. Могу сказать. Что это план местности. Тебе это что-то говорит? Николаев!

— Не томи. Давай дальше. С меня коньяк. А план этот… я уже кусок видел. Нужен хозяин плана.

— Это не ко мне. Я его из 17 века не вытяну! Ты к гадалке сходи, к медиуму.

— Шутки шутите, господин эксперт! Нехорошо надежды подавать ищущим.

— Ладно! Вот здесь, обрати внимание, латынь, но так мелко, что ничего не понять. А тут рисунок, это древние руны! Ищите того, кто у нас на всю голову больной и в таких вещах хорошо понимает! Лингвист или гадатель! Куска не хватает, знаешь?

— Да. Спасибо, старик. Удружил, пойдём теперь искать гадателя, целителя! Ладно. Пока.

Повернулся к девушке, хлопнул себя по карману, проверил ключи от машины.

— Зара! За мной! Дядя добрый, всё растолковал!

— Да, Николаев, тут на документе столько серебра, что это уже очевидно. Но металл чужой, обычно такой свиток закатывали в свинцовую трубку и запаивали, а этот документ имел серебряную трубку. Видишь, когда свиток свернут, то по окружности все одного тёмного цвета, а внутри документ светлее?

— Вижу! И что это нам даёт?

— Что-то ещё было рядом с этим материалом. И это «что-то» очень фонит! Понимаешь?

— Вроде, да! Спасибо, старик, теперь с меня два коньяка! Жди, пришлю! Но никому не говори! Пока!

— Зара, ты латынь хорошо знаешь? А то я совсем не силён в ней.

— Не вопрос.

— Вот, переведи!

Она прочитала, потом ещё раз, медленно перевела.

— Источник звука, силы и тепла! А дальше ничего не понятно!

— Дальше руны! Это нужен настоящий специалист! Или руны тоже осилишь?

— Не паясничай, детектив! Откуда мне руны знать? Я их никогда не видела!

— Будем искать, как говорил Семен Семенович из кинофильма «Бриллиантовая рука»!

— Хорошо! Есть у меня в городе знакомая, я её кота нашёл, его бомжи местные украли. А кот породистый, почти член семьи! Так вот, она в этом точно собаку съела!

— Понимаю! Владелица кота питалась собаками! А она знала, что ты был в сговоре с бомжами?

— Ну, сговора как раз и не было, просто я их всех знаю! И кто на этом участке, чем промышляет тоже знал, вот и пошёл самой короткой дорогой!

— Понимаю! Кинул им на пузырь, а сам раскрутил клиентку на круглую сумму!

— Всё-то ты понимаешь! Но как-то искажённо, тебе не кажется?

— Ну, как скажешь, Детектив! А нам обязательно целый день по твоим знакомым ходить? Или пригласишь девушку покушать? Я есть хочу! — жалобно заскулила она.

И Николаеву стало вдруг стыдно.

— Как ты относишься к индийской кухне?

— О, меня пригласили в ресторан! Я согласна!

Через полчаса они остановились у прилавка одного сувенирного магазина. В этой лавке было много разного рода обрядного товара культов народа мира. Евгения — хозяйка заведения и владелица кота, перевела рисунок. Белокурая Зара и красномедная Евгения прямо с ходу подружились. И уже втроем все пошли в индийский ресторанчик, который был совсем рядом.

Глава девятая, в которой описывается репетиция

На понедельник была назначена репетиция. Органист уже пришёл в себя и был полон решительности продолжать начатое дело! Николаев сидел в зале, в партере он поместил своего верного коллегу, так, на всякий случай. Тот присматривал сверху за всеми подходами и запасным выходом. Документ брать не стали. Фотокопия хорошего качества заменила его на некоторое время. Они решили, что очень сложно всё время прятать, потом вытаскивать, поэтому оставили всё в банковской ячейке. На сцене стояли сразу два рояля, это осталось от прошлого концерта. Орган был застелен толстым пологом, он находился у самой стены. Его никогда не двигали, это было невозможно из-за общей конструкции инструмента.

Из любопытства на репетицию пришла хозяйка сувенирного магазина, она сделала себе выходной. Села возле Николаева и явно скучала. На этот раз людей было мало, в здании присутствовали только работники филармонии. Мать сидела в первом ряду. Она часто проходила вглубь зала, то приносила чай, то ещё что-то. Николаев заметил, что Ольга Владимировна очень изменилась, стала волевая и жесткая, как пружина. Он понял, что мало уделял ей внимания, а ведь именно она была тем звеном, которое всё привело в действие! Сложилось такое впечатление, что это и есть тот самый режиссер последних событий. Мало того что она взяла на себя всю организационную часть будущего концерта, так Николаев стал замечать, что ничего не может увидеть в этой женщине. У неё был сильный защитный экран от всех его феноменальных способностей.

«А что я собственно знаю о ней?» — подумал Николаев. — «Хотя бы то, что именно благодаря ей Зарина с детства занимается музыкой и поёт, это благодаря ей они и познакомились!»

«А кто меня ей рекомендовал?» — попытался вспомнить все этапы прошлой истории. Но чем больше Николаев об этом думал, тем больше понимал, что нечто большее он не знает.

«Не хватает какой-то вещи, чтобы всё встало на свои места! Но чего именно? Вот если, всё происшедшее было мистификацией, вовремя появлялось перед ним, как наживка, которую он заглатывал всё больше и больше, тогда это всё могло бы объяснить!»

Проходила распевка, музыкант сидел пока за роялем. Они пробежали по всем трудным местам, то углублялись в одну часть вещи, то в другую. Потом повторяли большими кусками. Получалось нечто ужасное! Солистка нервничала! Органист сделал перерыв.

— Нужен оригинал! Тут что-то не хватает. Что-то упущено! Свечи! Нужны свечи!

— Пожарник запретил!

— Тогда следует заниматься в другом зале. Вот в немецкой кирхе есть новый инструмент, там следует попробовать! Мне не откажут!

— А тут акустика! Зал, зрители!

— Мне нужен оригинал! — уже обращаясь к Детективу, строго сказал Антон Иванович.

— Смотрите сами! Но это уже будет не сегодня!

Во время перерыва девушка не спустилась ко всем как обычно, а прошла к другому роялю, села за него. Несколько движений кистями рук, и знакомая мелодия заполнила ту часть зала. Зарина стала петь. Это была очень знакомая песня из репертуара «Аэросмит», в её, чисто в женском исполнении — просто всех поразила, она даже немного хрипела с такой же издевкой. Ещё не закончилась песня, как подруга стала хлопать.

— Хорошо! Пусть это будет тебе как отдых! — сказала мать.

После перерыва всё стало налаживаться! Девушка пела под музыку органа. Исполняла одно и то же, одно и то же. По небольшому кусочку, оттачивая композицию. Меняя органику своего голоса. Случайные зрители давно ушли, им стало это неинтересно. Предположительно, до конца назначенной репетиции осталось 1,5–2 часа времени, чувствовалось, что все устали. И вот исполнительница нащупала нужное направление. Ее голос окреп, глаза расширились, руки распустились как в полёте, поднимались то вверх, то опускались вниз. А так как на ней сегодня было свободное большое платье серого цвета, то она рукавами, словно крыльями, мелькала в середине зала. Свет софитов ослеплял этот участок сцены, уже казалось, что живая птица бьётся в свете яркого пламени! И чувствуя её подъём, Антон Иванович не прекращал, он продолжал играть, даже не заглядывая в копию, надеясь на свою память! Странное дело, но именно человеческая память позволила этим двум людям воспроизвести старинный сюжет музыкальной части мессы.

— П — прекрати — те! П — прекра — тите, немедленно! — зазвучал вдруг неожиданно мерзкий, противный голосок! Все оглянулись. В глубине зрительского зала возникли две фигуры. Это были они. Карлик в старинном чёрном фраке с цилиндром, сверху накинут чёрный плащ, подбитый красным бархатом изнутри. В руках он держал трость с толстым металлическим набалдашником. На лице у него был приклеен кусок пластыря, вероятно, что он ещё остался от встречи с графином Анюты! За ним выступал высокий, худощавый человек в простом сером плаще и серой шляпе. Его брюки были в широкую полоску, туфли летние, лёгкие.

— Прекратите! Вы не имеете права исполнять её после стольких лет забвения! Неизвестно, к чему это ещё может привести!

Николаев уже встал и следовал к ним наперерез. Его напарник тоже прошёл вперёд, чтобы сверху было лучше рассмотреть всё происходящее. На сцене все замерли, орган замолчал, и действие музыки прекратилось. Вот девушка стала поворачиваться. Руки её ещё были разведены в стороны. Волосы, как яркий клубок, горели электрическим свечением, таким незабываемым и белым. В это время мать девушки, прямая и строгая, преградила дорогу необычной парочке. Страж попятился! Страж, но не карлик! Тот замахнулся своей тростью, чтобы защитить своего Хозяина! В этот момент девушка со сцены направила своими руками воздушный пас в его сторону! По траектории от неё до этого злобного человека было метров двадцать! Ничего не было видно, но какая-то неведомая сила смяла и вышвырнула в сторону агрессивного малыша, трость громко стукнулась об пол! Досталось, видно, и немому, он нагнулся, морщась от боли, хотел забрать своего спутника, но, видимо, силы его покидали, и он сам бросился бежать из зала! Никто этого не ожидал! Девушка чисто рефлекторно пыталась защитить свою мать, и, надо сказать, это у неё получилось! Неизвестная энергия, полученная при исполнении последних тактов из мессы, направленная на противника, сбила его с ног. Человечек ещё барахтался между креслами. С того места поднимался к потолку непонятно откуда взявшийся пар! К упавшему человеку подошли, осмотрели. Он явно терял сознание. Все его попытки что-то сказать не увенчались успехом. Немой, шатаясь, вышел из зала.

Вызвали дежурную медицинскую сестру, та посмотрела и решила вызвать скорую помощь. Николаев видел, что вся грудная клетка этого человека была отбита и обуглилась внутри, как будто он проглотил что— то очень горячее! Все собрались в пустой комнате. Зара без сил опустилась в старое кожаное кресло. Подруга нервно курила в форточку.

— Что всё это значит? Вы можете это объяснить? — Николаев в упор смотрел на обеих женщин. Мать девушки только махнула рукой!

— Ну, кто мог знать, что так сейчас получится?!

После неудачно законченной репетиции дамы поспешили по домам. Николаев отправил с ними своего бывшего коллегу, чтобы тот охранял их покой, а сам хотел вернуться в офис. По пути он зашёл на место своей прежней работы, в здание управления. Там пошатался по кабинетам, пока не обнаружил своего хорошего знакомого. Тот когда то очень долго занимал одну должность в отделе кадров, но много работал «на земле», имел феноменальную память.

— Харон? А что тебе Грек? Убили, а убийцу так и не нашли.

— Когда он в городе появился?

— Он тут давно, но сколько, я даже не знаю! С брежневских времён появился. Как начались сыпаться в столице «Внешпосылторговские» комбинации, так и появился. Чистка рядов. Его и перевели сюда, «отсидеться», на какое-то время. Сразу предложили место зама директора кладбища! Это специально для него придумали, не было у того директора никогда зама. Так, для трудовой книжки «галочка», не тунеядец ведь. А он стал на работу ходить, в порядок всё там привёл, все места захоронения и прочее. С его подачи и крематорий стали строить, и старое кладбище огородили от застроек и вандалов. А когда старый директор ушёл на покой, то Грек стал Хароном. Очень импозантная личность! Да ты его знал, поди! Из бывших разведчиков! Те, что шпионили для СССР в далёком зарубежье. У него еще своя паства была. Православная Греческая церковь. Но не помню, или в Сирии, или ещё где-то. Короче, сюда он с подачи ещё тех спецслужб попал! Там его вроде как искали, но не нашли! А тут все свои, чужих никогда не было!

— А почему убили? Неясно?

— Вот тут вообще туману много. Следователь, который вёл это дело, был как-то связан с местной «братвой», вероятно, что работал на них. Вот он хотел всё свалить на одного из могильщиков, был там такой, Немой! Показания тоже противоречивые. Вызвали наряд милиции, сказали, что Харон тяжело ранен и истекает кровью. Когда они прибыли, то труп уже сожгли в топке. Зачем это сделали, никто не знает! Писать было нечего, те, кто видел раненого, сказали, что не жилец был, а пока обыскивали помещение, то потеряли его из виду. Вот его кто-то в топку и скинул, но это даже не свидетельские показания! Следователя выкинули из органов, теперь где-то на вольных хлебах: увидишь, сам всё поймёшь!

Глава десятая, в которой речь идёт об открытии развлекательного центра

Открытие целой сети развлекательных заведений в городе было самым шумным и праздничным мероприятием. В эту сеть входили: несколько современных гостиничных комплексов, новый концертный зал, парк аттракционов, кинозалы и кинотеатры, спортивный ледовый комплекс, настоящее футбольное крытое поле. Особенно рекламировали игорные заведения, типа ночных клубов с VIP залами и площадками с игровыми и развлекательными аппаратами. Казино, как вы сами понимаете, открыть не удалось в связи с новым законодательством. Решили всё это завуалировать!

Собственно говоря, вся сеть развлекательных заведений была яркой стороной нового бизнес-центра, деньги на постройку которого наконец— то нашлись! Можете себе представить: спокойный размеренный городишко с небольшим списком предприятий, которые концы с концами сводят, и рядом вплотную вырос новый бизнес-центр. Здания высотные, новые, современные! Все для удобных офисов и других коммерческих начинаний! Планировалось даже первоначально сдавать в аренду с 30 % скидкой. Известные столичные компании поторопились заполучить площади под свои офисы своих филиалов, но и только! Слишком далеко это было от Москвы, чтобы строить здесь свои предприятия, чтобы втягивать свои деньги, и все это прекрасно понимали! Только крупные компании могли себе позволить финансовые вливания в этот проект. Такие, как, например, «Янг Дженералс» переехали в отдельное здание этого центра. Строение и было выполнено по специальному проекту, который, казалось, предусматривал всё. Там были и запасные дизель генераторные установки для автономного энергообеспечения, и емкости для хранения воды. Вертолётная площадка. Подземный гараж со складским помещением. Гостиничные номера для гостей, офисные помещения. Символы «J G» на верхней площадке здания. Кстати, рядом стояло здание немецкого коммерческого банка с точно такими же крупными буквами «D B» (дойце банка) на крыше!

Конечно, это было неспроста. Все они были акционерами этого торгово-коммерческого предприятия, поэтому позаботились о своих отдельных условиях пребывания на этой территории. Из старых знакомых можно отметить новую «компанию косметических средств», они открыли новую производственную линию, поэтому взяли в аренду складские помещения, помещение нового цеха. Гараж с отдельным подземным выходом, зарезервировали место под частный вертолёт. Всего получилось понемногу. Таким клиентам это обходилось дешевле, чем, скажем, в «белокаменной». К ним присоединились многие крупные бизнесмены города, но и этого было мало! Джокер долго ломал себе голову, потом принял волевое решение, и законсервировал остальные пустующие здания. Пока он сводил концы с концами. И это его радовало! По совету своих акционеров он открыл новую независимую транспортную линию для перевоза грузов и пассажиров через свой город. Автобусы ему предоставили с немецкой стороны на выгодных условиях. Это были огромные современные двухэтажные «Мерседесы», которые теперь носились в столицу и другие города. Такой вклад обеспечил прекрасный сервис и недорогие билеты, что сразу привлекло много клиентов. Джокер считал, что со временем всё это должно окупиться. Он уже собирался баллотироваться в мэры, по крайней мере, мог так шутить. Город, заинтересованный в инвестициях, затеял ремонт фасадов всех зданий и восстановление улиц. Всё это было сделано для привлечения туристов. Старую часть города обрядили, как новогоднюю елку, как игрушку, в очень яркую праздничную обёртку! Так называемый спальный район оградили зелеными зонами парков для мест отдыха горожан. Открыли много новых муниципальных заведений, отремонтировали старые дома. Мэр не терялся, вкладывал в город всё, что только мог, и город пережил свой новый период развития.

«На фоне всего этого странно было наблюдать попытки бывшего могильщика противостоять силам зла и предотвратить пришествие нового апокалипсиса! Может быть, он был просто сумасшедший? Или, верней сказать, простой городской сумасшедший!» — так думал Николаев. Он сумел вычислить съёмную квартиру Немого и уже собирался наведаться к нему.

«И, собственно говоря, тут ничего противозаконного нет. Смерть Харона — это отдельная запутанная пока история! Похищение сумки из камеры хранения, случившееся три года назад, тоже не доказано. Трудное наследство, уже никому не нужное и всеми забытое!»

«Фактически, если разобраться, он даже не угрожает его клиентам! Да, сумасшедший напарник умер от инфаркта сердца. Потом это объяснили обрывом электрического кабеля. Сам виноват!»

Детектив постучал в дверь, никто не ответил, конечно, жилец-то Немой! Дверь была приоткрыта. Он прошёл в помещение, там было тихо и темно! Включил свет. В зале, на середине комнаты стояло большое кресло, в нём, как-то сгорбившись, сидел большой человек. Детектив уже знал его, это был хозяин карлика и съёмщик этой квартиры. Немой. В груди у него торчала рукоятка огромного ножа, кровь тихо струилась и местами застывала. Человек ещё был жив, руки его были связаны. Николаев позвонил в «скорую», потом в дежурную ближайшего отделения милиции. Представился, назвал причину вызова, адрес. Потом осмотрел комнату, стал фотографировать всё подряд, кадр за кадром, стараясь ничего не пропустить в этой комнате! Когда ещё доведётся получить материалы из первых рук? На столе лежал непонятный прибор, так похожий на плеер. Детектив нажал кнопку, воспроизвёл последнюю запись. Послышался очень знакомый голос. Николаев вздрогнул! Вздрогнул и Немой! В его глазах появилась какая-то мысль! Но как говорить с ним? Тот его не понимал, он видел, что не жилец! Его даже не убили, а оставили истекать кровью! Николаев невольно вспомнил, как кто-то в пещере произнёс нечто подобное:

«Кровью ещё умоетесь!».

Наконец-то Детектив понял, Немой показал пальцем руки на штору. Он прошёл к ней, осмотрел всё внимательно, на кольце крепления висел ключ. Это был знакомый ему ключ! Такими же ключами пользовались в камере хранения одного очень престижного гостиничного комплекса. И слабая улыбка промелькнула на лице этого человека. Николаев сунул ключ в карман.

«Это называется сокрытие улик!»

Потом вернулся к прибору. Перемотал запись немного вперед. Оказалось, что это нехитрое устройство модулирует нужные слова в необходимом звуковом диапазоне. Слова набираются на отдельной панели «клавишником». Прибором, размером с телефонный аппарат, потом включают прослушивание, тут же можно менять громкость звука. Немой разговаривал с его помощью, но голосом давно убитого Харона! Николаев не удержался, прослушал мельком несколько кассет, потом нашёл пустую и вставил её в «кассетник», а все остальные сгрёб в мешок и спрятал за пазуху!

«Бог меня простит!»

Он даже улыбнулся, и закрыл глаза Немому. Потом он стёр отпечатки пальцев с аппарата, присмотрелся, оказалось, что на консоли управления аппарата стоит значок карты памяти. Он перевернул прибор, вынул карту и тоже убрал её себе в карман!

«И трижды за вечер нарушил Закон!»

Осмотрел всё в последний раз, вышел в коридор, спрятал пакет там, стал курить. Первыми прибыли из милиции. Это были незнакомые ребята, очень подозрительные. Для них тут всё было ясно и понятно: вот труп, а вот подозреваемый. Потом появился знакомый Николаеву офицер.

— За что ты его так?

— Ты, что, с ума сошёл? Иди к чёрту!

— Да, с тобой, Николаев, одни проблемы. Ты как из «органов» подался на вольные хлеба, так, то одна история, то другая история! Так, что, говоришь, тут делал?

— Зашёл пару вопросов задать, а он тут прикрученный к креслу, уже в мир иной отходит! Вот позвонил!

— Немой, говоришь! Как бы он тебе ответил? На твои все вопросы! Темнишь!

— Ничего не темню! Написал бы ответ на бумаге, если бы захотел!

— Ты точно ничего не трогал? А то, смотри у меня, задержу на пятнадцать суток, не вспомню, что водку вместе пили когда-то, частный детектив!

— Да ладно тебе! Первый раз замужем, что ли?

— То-то и оно, что не второй! Хорошо, завтра зайди, бумаги подпишешь! А пока не мозоль здесь своим присутствием! Скоро начальство нагрянет, а ты своим видом уже, как гвоздь в одном месте. Этот Немой у нас по сводкам проходит, в розыске числится. Или уже не числится, не помню!

Николаев с готовностью вышел, прихватил пакет. Обошёл дом, посмотрел на окна, на дверь подъезда. Рядом, в соседнем доме находился торговый центр, который работал круглосуточно. Он направился туда. Зашёл в помещение. В зале стояла небольшая очередь, в углу сидел охранник, который что-то гонял на своём телефоне. Детектив подошёл поближе, посмотрел на парня, спросил:

– На пиво хочешь заработать?

— А «мы» у нас хто?

— Спонсор!

— А что сегодня спонсору нужно?

— Покажи запись видеокамеры наблюдения на улице. Те, что за последние два-три часа, тогда с меня на пиво!

Положил на стол купюру достоинством в 50 долларов. Купюра с достоинством исчезла.

— Лен, я счас!

Та повела только головой, они вошли в подсобку, там стоял стол с недорогой отечественной аппаратурой. На мониторе всё быстро прокрутили.

— Доволен? Спонсор!

— Скинь мне на диск, а я дома всё внимательно посмотрю!

— Спонсорская помощь принимается в неограниченном временном промежутке!

— Хорошо! И ещё, ты мне ничего не давал! Договорились?

Он заплатил, вышел. Охранник, который так лихо срубил немного денег, стал проверять их, как только мог, на свет. Потом прошёл в зал и сел за своё место. Достал навороченный телефон, игра продолжалась!

Уже в офисе детектив прокрутил диск, увеличил место интересующего его подъезда. Тут он увидел подъехавшую к дому машину и фигуры людей. Пытался разглядеть номера машины, лица людей, но ничего этого у него не вышло.

«Нужен хороший специалист, который сможет что-то отсюда выудить! Впрочем, тут есть единственный плюс. На камере указывалось время прибытия, вот и алиби для меня, любимого! Всё будет окей!»

Потом набрал номер знакомого оперативника. А когда на том конце ответили, то отозвался сам.

— Ты, что ли? Богатым будешь, не узнал! Такое тут началось! Не поверишь! У тебя точно алиби есть? Что? Магазин рядом, это тот, что за углом. Хорошо, сейчас пошлю, изъять как вещдок!

Николаев опять просмотрел запись. И одного человека на этот раз узнал точно.

«А, товарищ Сазонов! Это уже серьёзно! И почему вы все такие неугомонные! Уже всё закончилось, а вам всё неймётся! Нехорошо!»

Скверное, липкое чувство вдруг притаилось где-то рядом.

«Следует проверить офис, дом! Сазонов не постесняется, навешает кругом „жучков“, потечёт, и неизвестно откуда!»

Тут зазвонил телефон, Николаев поднял трубку.

— Братан! Извини, ты нынче без алиби! Послал я коллегу в магазин. Твоего бойца кто-то очень сильно спецсредством приложил, и запись, конечно, изъял! Мои «тигры» в магазине всех опросили. Продавщица говорит, что после тебя сразу пришёл второй. Это тебя «пасли», выходит. Прости!

— А боец жив?

— Да что ему будет! Тот тоже не промах! Ему тот, второй, «шарахнул» по голове в подсобке и чёрным ходом вышел. А там его уже машина ждала!

— Едрён-батон! Они, вероятно, всё время стояли там! Может быть, и сейчас пасут издалека. Посмотри, где-то их тёмный микроавтобус стоит, он под окнами был в момент нападения на Немого!

— Не знаю! Но у тебя крупные неприятности, лучше бы ты анонимно позвонил бы! Не везёт! Братан! Что поделаешь? А так, ты самый идеальный подозреваемый!

Николаев тоскливо окинул всё взглядом, собрал сумку. И вышел. Свет оставил включенным, там стоял таймер. Прибор сработает и отключит электроэнергию через полчаса. В свою тачку он не стал залезать, оставил её на стоянке. Вышел тем выходом, которым пользовался очень редко. Это был выход для вывоза мусора. У него был запасной ключ на этот случай. Прошёл по улице, немного осмотрелся. Свернул в проулок, там постоял в тени. Он ещё ждал, что послышатся чужие шаги, и он вырубит преследователя. Но ничего не случилось, он вернулся обратно. Потом поймал попутную машину и уехал. Зарина открыла дверь сразу. Запрыгала от удивления и удовольствия!

— Сейчас будем играть! Будем вызывать духа! Нас как раз будет пять человек. Четыре стихии и медиум!

— А кто пятый?

— Ну, ты что? Это же твоя знакомая, моя лучшая подруга. Евгения!

— Хорошо! Только дай умыться с дороги! Накорми! Напои! И пару минут покурить, идёт?

— Зануда, ты, Николаев! Недаром тебя девушки не любят! Я пойду, подогрею! С ужина что-то осталось, если твой напарник не съел!

— Это он может!

Проходя через зал, Николаев салютовал всем! Потом долго умывался под душем, переодел рубашку, носки, трусы. Ношеное бросил в стиральную машинку, выставил нужное время. В бытовой комнате было все приспособлено для таких мелочей жизни. Вообще вся обстановка в доме говорила о солидных деньгах, тут не экономили на удобстве. Дизайнер проектировал такое здание для благополучного проживания. Тут каждая мелочь была на своём месте, ничего лишнего, семья просто переехала в этот дом, оставив свою прежнюю жизнь за порогом.

Алексей приоткрыл пластиковое окно, затянулся сигаретой, подумал о чём-то совершенно постороннем. Сигарета быстро погасла. Он аккуратно потушил её, скинул в урну. Тут сработал анализатор воздуха, который в свою очередь включил бытовой кондиционер. Детектив вздрогнул, огляделся, его удивила серьёзная бытовая «начинка» в каждой комнате. Он представил, что за каждой панелью тянутся электрические трассы и трубки. Он ещё раз посмотрел во двор, но уже ничего не смог там увидеть, стемнело. Пора было возвращаться к остальным. Он закрыл створку окна на щеколду.

Вышел, сел за компьютер в отведённой для него комнате. Через диктофон сбросил всё, что было на чипе карты памяти на свой жесткий диск. Потом огляделся, комната была как игрушка. Следовало оставить «неожиданный подарок» в каком-нибудь надёжном месте. Он приподнялся на кресле и одним движением опустил ключ в вазу с декоративными пуговицами. Посмотрел на себя в зеркало, пошел в зал, где его ждал ужин. Там на столе стояла огромная тарелка, накрытая белоснежным колпаком. Приборы, как в ресторане, по обе руки. Несколько десятков разных тарелочек и вазочек! Бокал с вином, вода и ваза с фруктами! Николаев откинул колпак, это была полная тарелка плова с урюком!

— Это всё мне?

— Нет, мне!

— Я это всё не осилю! — решительно предупредил он.

— Ничего, справишься! Зря, что ли, старались!

Действительно, как не справиться, когда на тебя смотрят три внимательных пары глаз, этого Детектив допустить не мог.

«Как подвести мужскую половину этого зала? Да ни в какую!»

Когда справился, то помог вынести всю посуду.

— Да брось, детектив! У нас посудомоечная машина на кухне стоит, не суетись! Она всё сама сделает!

Потом играли в новомодную игру. Вызывали духа. Сначала просто шутили, бесились, а потом стало вдруг не до шуток! Ну, кто бы мог подумать, что тени прошлого так ещё близки в этом настоящем?!

Глава одиннадцатая, которая возвращает нас к немцам и объясняет все последствия кражи

Карл выбрался в Россию. Он долго ещё не мог закончить все свои дела в Москве, но как только у него это получилось, то прибыл в город М.

Теперь, когда у него был свой офис в отделении немецкого банка города, он был спокоен. По сути, это было небольшое бывшее складское помещение на задворках основного здания. Теперь это была почти биржа. В нёй постоянно находились и работали люди. Это была команда отличных аналитиков и компьютерных гениев. Сам склад был напичкан всевозможной современной техникой. Компьютерная база была из самого последнего поколения! Коллектив был очень разнороден, интернационален, в основном, это выходцы из России и Западной Европы. В штат входил офицер безопасности, дежурный программист (хакер) и даже врач. Точно такой же центр находился в Москве и ещё в некоторых крупных городах страны. Конечно, деятельность такого центра была совсем не простой! Это можно было назвать даже экономическим шпионажем, но вывеска Немецкого Земельного Банка, плюс лицензия на разного рода консалтинговые услуги, всё это открывало многие закрытые двери!

Этот центр в городе М. они решили открыть на случай длительной «экономической войны» с «генералами». В данный момент «Янг Дженералс» перестали быть теми серьёзными противниками, какими они были, когда только появились. У них за спиной уже никого не было! Неважно, кого именно, но немцы это сразу почувствовали! Теперь Карл разработал план поглощения холдинга «Янг Дженералс» его немецким Концерном. Их вполне бы устроило старое руководство холдинга. Осталось только собрать весомые аргументы, чтобы сломать хребет этого бессмысленного сопротивления! Самое главное было удалить из оставшейся организации ещё одно звено — депутата. Тот не владел акциями холдинга, но своим политическим влиянием прикрывал многие экономические операции. Именно депутат помог создать структуру нескольких подставных фирм, которые получали государственные инвестиции и наряды. Потом всё это прокручивалось в немыслимых финансовых операциях, в итоге которых холдинг получал или деньги, или заказы.

Убрать такую фигуру с поля было сложной задачей. Как это должно произойти? Для этого разрабатывалась ещё одна многоходовая комбинация.

Но на сегодня Карла интересовало не это. Он был уже немолод, и любой шанс продлить свое существование хотел использовать. Он был бы не против сам стать Жрецом или даже «генералом». Не важно, следующей или этой же Птицы. Он думал над этим, не исключая любую возможность. Теперь ему было известно, что из гнезда вылетел птенец. Но он не знал, станет ли тот строителем собственного гнезда? Где это произойдёт? И, самое главное, как найти это самое следующее место? Вот, что интересовало его.

Карл наведался в парфюмерную компанию, к бывшему «генералу». Он хотел осторожно «прощупать» его. Для этого он предварительно позвонил, сообщил о своём визите и явился как частное лицо. Они встретились на территории парка. Сергей гулял возле озера. Так получилось, что они оба были одеты в простую летнюю одежду. Карл носил длиннополую шляпу, в руках держал тяжелую трость, глаза закрывали тёмные солнцезащитные очки. За ними следовали охранники. Это всё было почти незаметно. Охранники были наняты из частного независимого агентства. Карлу пришлось немного пройти пешком, так как свою машину он оставил очень далеко, за воротами входа в парк. Но это его нисколько не расстроило. Он с удовольствием, не спеша, шёл, разглядывал все изменения в этом парке. В нём посадили столько новых экзотических деревьев, что он стал больше напоминать Ботанический сад, чем это было раньше. Когда Карл шёл, то Сергей увидел его издалека и беспокойно осмотрелся.

«Хорошая мишень!»

Они поздоровались. Бывший «генеральный директор» выучил несколько иностранных языков, что было просто необходимо для его прежней работы. Эта удивительная способность осталась за ним. Они стали разговаривать. Так, ни о чём! Сначала о погоде, потом о моде, о новинках в его бизнесе! Поговорили о состоянии города, о тех переменах, что последовали после трагических событий. Как-то незаметно перешли на немецкий, это Сергей заметил, что Карлу порой тяжело подбирать русские слова. Сначала он помогал ему строить диалог, подправлял его. А потом это ему надоело, он заговорил на немецком, чем очень удивил своего собеседника! Вообще-то он был настроен миролюбиво, не помня былой вражды. Да, они не стали деловыми партёрами. Да, когда-то они были конкурентами! В то время немцы «генералам» совсем не были нужны, а потом он вышел из этой большой игры!

— А что вы чувствуете сейчас? Ведь у вас был такой шанс — стать долгожителем!

— Вы имеете в виду то, что я был главой «Янг Дженералс» и был наделён чем-то необычным?

— Да! Я читал, что в старые времена целое государство держалось на Полководцах и Жрецах, которые жили очень долго и должны были дождаться пробуждения Птицы! Поэтому вас ждала необычная жизнь!

— В период достижения своей цели нас использовали на все 100 %. Вы, наверное, не знали, что я почти не спал. Все мои сны — это одна кошмарная работа. Она выглядит как нашествие прошлого или сплошной поток информации, в котором мне приходилось всё время ковыряться! Это следовало всё переработать, и всё самому. Я очень быстро стал уставать от всего этого! Потом меня освободили. Дали шанс просто жить обыкновенной жизнью! Я должен ценить это! Мне многое следует успеть!

— А вы не пробовали лечь на обследование? Заменить себя приборами на тот период? Как-то облегчить себе жизнь?

— Да! Но это ничего не дало! Связь с субъектом была постоянной, очень сильной и не терпела вмешательства контролирующих факторов, тем более приборов. Она была очень независимой! Очень хитрой бестией на первом этапе развития наших отношений! Её сложно было вычислить! Существовал очень сильный барьер защиты!

— Вы сейчас здоровы?

— С того момента, как всё закончилось, я перестал болеть! Зимой провалился под лёд, река вынесла меня в место с тонким льдом, знаете, я нашёл в себе силы, сломал его, выполз, потом бежал несколько километров до заимки. И даже не заболел.

— Вероятно, что у вас произошла корректировка вашей физиологии. Если бы вас можно было устроить кочегаром, то вы бы работали круглосуточно. И спали бы на ходу, бросали бы в топку уголь. Именно поэтому вы опять вернулись в бизнес. Вам нужны нагрузки, препятствия! Стрессы, чтобы с ними бороться. Как спортсмену нужны барьеры, которые он будет с трудом преодолевать.

— Не знаю. Мне кажется, что вы не правы! Я стал обычным человеком. Я сплю, вижу сны, вот, гуляю тут, с вами! Потом, не всё так плохо! Мой бизнес, это часть моего наследства, которым я владел!

— Ваши крема — они великолепны! Но пока этого никто не понял! Вы успели запатентовать все химические формулы своих новинок! Да, на одни только проценты от этого можно жить безбедно всю оставшуюся жизнь! А вы сами стремитесь изготавливать свои эликсиры! Что это, тщеславие? Повторяю, вам не хватает трудностей! Вы, наверное, проводите помногу часов в спортивном зале? У вас уже сейчас отличные данные. Я уже в курсе, что вы были недавно в Японии. Что, неужели сами участвовали в поединках?

— Всё-то вы знаете!

— Не скрою. Я интересовался. Но я очень прагматичный человек. И меня очень интересует всё, что с вами произошло!

— Боюсь, что у вас уже нет времени. Вы очень старый. Когда-то жрецов выбирали молодыми. Они легче всего переносили все изменения, им было легче адаптироваться, на них меньше тратилось времени. А самое главное, они не обладали остаточной патологией. Не зависели от отрицательного воздействия своего прежнего «я», от его низменных привязанностей и других побочных явлений! Пожилые люди, получив такой дар, получали неограниченное развитие всех «тёмных» сторон своей личности, её пороков, привычек, наклонностей! Знаете, почему из всей огромной массы сподвижников осталось только два Жреца?

— А вы и это знаете?

— Немного! Так вот, двое стали предателями сразу. Они сами пожелали стать властителями, их лишили памяти, стёрли личности! Сильно, да? Один был страшный обжора! В период войны этого сразу никто не заметил, но в годы мира он возвёл еду в культ. Было очевидно, что голод стал больше его самого! Когда ему было далеко за сто лет, он весил уже 360 килограмм! И знаете, что было самое страшное? То, что его желудок справлялся с любым количеством пищи! Уже тогда ему пускали кровь, скачивали жир, его организм боролся, но выглядело это ужасно! Вы не в курсе, как он кончил свои дни?

— Нет, я этого не знаю!

— Потом его задушили. Ночью накинулись несколько десятков человек, боролись с ним, он сам успел задавить двух или трёх нападавших. Но его побороли! Устроили пышные проводы! Обработали его тело такими растворами, что если кто-то бы нашёл его сейчас, то мог бы убедиться в его целостности.

— И откуда вы всё это знаете?

— Это и многое другое я как бы увидел! Мне это необходимо было знать!

— Невероятно!

— Было ещё два Жреца! Они были несносными старикашками! И постоянно устраивали другим разнос. Никто не мог с ними справиться! Они просто ненавидели друг друга! Зависть разъела им души. Это они послали убить Толстяка, им надоело его кормить, что ли? Но дело в том, что простые люди Толстяка обожали! Жрецы боролись друг с другом, но сами оставались и были марионетками в руках Главного Жреца! Тот всегда обитал в Старом Городе, и до сих пор неизвестна точная дата его смерти!

— Вы сами видите! Не всё так просто! Вы знаете абсолютно всё о прошлом государстве Птицы! Должно быть, вам следует поделиться этим с кем-то ещё?

— С кём, простите за столь наивный вопрос.

— С разного рода специалистами! С генными инженерами, с химиками! Ну, я не знаю! Ну, со мной!

— А в какой области вы себя считаете специалистом?

— Как, в какой? В области человеческих отношений! Конечно, я большой бизнесмен! Я работаю на очень крупную корпорацию! На целый Концерн! Я сам являюсь отдельной корпорацией! Я уверен! Мы можем помочь друг другу! Подумайте! У меня многие люди в долгу! Я могу помочь вам!

— Спасибо! Екселенц!

Тут Карл заторопился по какому-то очень важному делу. Он ушел. Генерал продолжал размышлять:

«Птица — невидимка! Технология самолёта разведчика (шпиона) позволила бы Птице быть невидимой в воздухе! Каждая новая Птица — это новая величина, и ей всё приходится делать заново! Учиться жить среди людей, потом управлять ими! Она всегда строила своё государство. Вообще-то всё было на поверхности! Территорию бывшего государства Птицы купила одна независимая частная компания. На этом месте был выстроен большой заповедник, его отгородили от влияния остальных людей. Всё это оплачено очень серьёзным фондом, охраняется частными агентствами. Всё так просто! Это и есть место будущего государства Птицы! Но с кем Птица договорилась о своём будущем возвращении? Ведь, точно, не со мной!»

Вот этого Сергей не знал.

* * *

Небольшое происшествие в родном немецком городе могло произойти незамеченным для Карла, если бы это не касалось недвижимости его дальнего родственника. Взлом и проникновение на территорию загородного поместья барона фон Грофта было произведено в рабочие дни. Сам хозяин отсутствовал, уезжал на конезавод, в Зальцбург.

Слуга и дворецкий глубоко спали, так как тот, кто проник, воспользовался специальным усыпляющим газом. Никто бы ничего и не заметил, так как посторонний почти не оставил следов своего пребывания. Искусно воспользовался отмычками, вывел электронную сигнализацию из строя, усыпил даже собак! Он ничего не повредил и не разбил ни единого стекла по пути своего следования! Утром с трудом все проснулись и с недоумением принялись за свои дела. Служанка фрау Гомель открыла проветривать большое окно и стала вытирать пыль в большом общем зале так похожим на музейный павильон. Оружие, доспехи, гравюры и даже русские иконы были выставлены в этом зале. Вытирая длинный дубовый стол невероятного размера и толщины, фрау Гомель обнаружила след ботинка на его почти зеркальной лакированной поверхности. Имелось в наличии немного упавшей пыли и штукатурки. Всё это, очевидно, свалилось сверху. Она подняла глаза и обомлела. На огромной люстре, имитирующей большое каретное колесо, висящей на цепях, не хватало одного элемента! Одной её части!

Дворецкий внимательно осмотрел стол. Покачал головой. Поднял глаза наверх, покачал недовольно головой вновь! Подумал, и вызвал хозяина. Потом покачал головой ещё раз и вызвал полицию! Когда прибыл полицейский инспектор с сержантом, то он в первую очередь выслушал всех присутствующих там людей, потом вызвал ещё специалистов. Прибыли криминальные эксперты и сообщили, что других следов просто нет.

Хозяин вернулся. Озадаченный дворецкий изложил всю историю проникновения. В том, что всё было на своих местах, кроме этой детали злополучной люстры, он был уверен! Барон прошёл в личный кабинет, открыл сейф, там ничего не пропало! Даже в запертом столе всё лежало на своих местах. Прошёл по комнатам. По библиотеке. Всё тоже было в норме. Он знал семейное предание, тайник на люстре не был ни для кого новостью. Сколько раз в детстве он крутил в руках этот замысловатый цилиндр, запертый головоломкой-замком. Он часто играл с ним, но так и не смог его открыть. Футляр из чистого серебра был помещён в деревянный пустотелый короб, который крепился на стойке люстры-колеса. Этот короб напоминал толстую спицу, прикреплённую к ступице, и ничем не отличался от остальных. Ещё мальчиком он удивлялся, ведь тайник мог сгореть во время пожара! Само колесо спускалось на специальном цепном механизме, его можно было быстро снять и увезти. Но долгие годы механизм никто не обслуживал. Потому что редко кто им пользовался, так как люстра была чисто декоративной. Свечами никто больше не занимался, давно перешли на электричество. Потом о тайнике вообще перестали помнить, ведь из старых слуг никого уже не осталось. И ещё он знал, что это является собственностью женского монастыря имени святой Стефании (или Сесилии) и хранится в этом доме уже более 200 лет! А с этим монастырём была связана какая— то тёмная история. В своё время сам папа Римский был заинтересован в изменении устава монастыря и введении разного рода запретов. Короче, монахинь преследовали, а когда всё завершилось, то забрать из тайника футляр было, увы, некому! Так и остался серебряный цилиндр семейной достопримечательностью, он пережил образование нескольких республик, нескольких, в том числе и двух мировых войн, американскую оккупацию и вот, в мирное, скажем, время кто-то о нём, наконец-то, вспомнил! Но, кто? Охотники за реликвиями церкви? Наследники аббатства святой Стефании? Единственное, что точно знал старый барон, что всё это было связанно с пением и с мессой! Инспектор остался крайне озадаченным и ничего сделать не смог.

* * *

Карл также знал об этом футляре. Если раньше ему об этом говорили, то ему было просто скучно слушать. Он ничего в этом толком не понимал или не хотел понимать. А потом уже некому было об этом напоминать, все уже умерли. Карл был барону почти родным. Родственником. Они хорошо относились друг к другу, поддерживали постоянные тесные отношения, поэтому тот узнал о случившемся один из первых!

Всё, что удалось узнать из семейной библиотеки, так это трагическая история, произошедшая с возлюбленной предка, а также о жестоком преследовании святой инквизицией и лично папой Римским приверженцев аббатства и служителей женского монастыря святой Стефании. Те, кто успел спрятаться, сразу уехали жить в другие страны. Кто-то подался в Америку, кто-то в Россию под крыло могущественного покровителя, и там их след обрывается. Сам орден не исчез, считалось, что все, кто выжил, ушли в подполье. Единственное, что было известно точно, так это наличие двух частей музыкального произведения. Оно было написано очень известным человеком. Так называемая воскресная месса святой Стефании. После своеобразного обряда посвящения хор при исполнении этого произведения способен был творить чудо! Вокалист мог изгонять дьявола из людей, лечить тяжелые недуги, призывать дожди в годы засухи и многое другое. Вполне возможно, что где-то в заснеженной сибирской тайге России или в древних лесах Америки этот орден процветал, спрятанный от людских глаз, никто в этом не уверен. Барон и Карл долго размышляли об этом. Они беседовали и на другие темы. Карл сказал, что поднял все свои связи на предмет перемещения иностранцев за последнее время. Ему сообщили, что ничего подозрительного не происходило. Проверка списков пассажиров с ближайшего аэропорта тоже ничего не дала.

— Всё это очень сложно! Но, я думаю, что мы обнаружим след. Сама эта история очень запутанная! А что вы можете сказать о древнем государстве, поклонявшемся священной Птице?

— Знаете, Карл, я слышал эту историю чуть ли не с детства! Сказки! Старые германские сказки! Это было очень давно, когда наши предки ещё обитали в бесконечных лесах и поклонялись разным богам! Почему— то именно с Птицей было много различных занимательных историй. Например, попытка покорить одно чужое племя. Это был народ, который неизвестно откуда пришёл, и его жрецы поклонялись Птице. Они довольно успешно начали, победили в нескольких сражениях, построили город, храмы, возводили дороги, ну, как римские завоеватели в свое время. Но потом, кажется, римляне их и одолели!

— Очень интересная история! Я сам видел новую империю Священной Птицы! Да! Да! Можете не верить!

И Карл подробно рассказал о своих злоключениях в России. О своей борьбе с «генералами», о настоящем перемирии и, самое главное — о своих дальнейших планах! Они ещё поговорили и разошлись. Странный звонок разбудил Карла рано утром.

«Кто бы это мог быть?» — подумал он, беря трубку телефона у своего секретаря. Если тот посмел разбудить своего хозяина, значит, телефонный звонок был действительно важен. Посмотрел на определитель и удивился.

«Номер знакомый! Но адресат давно умер!»

— Кто это?

— Вы ещё заинтересованы в получении изделия?

— Это именно то, о чём я подумал?

— Да, господин!

Голос был знакомый до боли, голос из Ада! Не иначе.

«Откуда у него этот номер телефона?»

— Сколько вы рассчитываете получить за неё?

Вопрос прозвучал очень спокойно, хотя внутри Карла всё клокотало от напряжения! Ещё недавно он думал, что след загадочной головы оборвался. Кто-то увёл её у него, из-под самого носа, сорвал сделку, убил Харона!

— Я ничего не хочу за неё, но вы должны выполнить одно моё условие!

— Какое?

— Помешайте провести «чёрную мессу»! Вот и всё.

Тут Карл ещё больше удивился, услышав именно от этого человека упоминание о «чёрной мессе»!

— Что вам известно?

— Реликвия появилась тут, её уже изучают. Скоро ведьмы обретут силу! А когда они исполнят произведение наоборот, то земля разверзнется! Вернётся Князь Тьмы, сбудутся предсказания Апокалипсиса!

Пауза позволила Карлу переварить всё, услышанное им.

— Если играть первую часть произведения, то можно стать хозяином источника небывалой силы! Две части открывают Врата Ада! Вы должны это знать! Именно вы являетесь Стражем Запада!

— Но с чего вы решили, что именно я — Страж Запада! По-моему, я в этой истории человек посторонний, случайный!

— Вы должны были унаследовать реликвию после смерти вашего отца, но он умер раньше, поэтому титул и реликвия перешли к вашему дяде, к Барону фон Грофту. Но, как прямой потомок вашего деда, вы и являетесь Стражем Запада! Ищите в родовом доме тайник, который поведёт вас дальше! Именно по мужской линии переходит это звание! Именно ваш дед хранил всё в годы второй мировой войны и ничего не передал посланникам приюта святой Себастьяны из Америки. Тем нужен был оригинал, якобы во избежание хаоса! Но барон был твёрд. Именно это послужило причиной его скорой смерти. Потом наступил период времени Стражи вашего отца, он даже не успел набрать силу. Его тоже постигла смерть! Все эти годы реликвию искали, но никто не знал точно, где она находится, кроме того, кому она предназначалось Судьбой! Вас спасли, не посвятили в дела рода, поэтому вы и не стали одним из нас! Берегитесь!

Опять последовала длинная пауза, что-то было между этими сообщениями, но что именно, это Карл сначала не понял.

— Меня не оставляет предчувствие, что я сам не смогу справиться. Даже, может быть, что меня скоро не будет в живых! Но я найду способ передать своё послание!

— Может быть, вас следует защитить? У меня остались преданные люди в городе, они помогут!

— Нет, уже поздно. Тут меня видели слишком многие. Потом, моё время уже истекает. Тем более что Избранный встал на другой стороне. Поэтому я призвал вас! Не следует искать выгоды, корысти, избегайте прагматичных решений! Будьте стойким в этом деле, каким был ваш дед. Помните, на кону жизнь всего человечества! Прощайте!

В трубке послышались гудки, это оборвалась связь с абонентом!

— Вот, чёрт! Готовь мои вещи! Звоните Генриху, мы едим в Россию!

Перед отлётом он опять поговорил с дядей! Тот подтвердил, что его отец и брат погибли в результате странных и загадочных обстоятельств.

— Они были очень ответственные люди! Очень уважаемые люди в нашем аристократическом обществе. И именовали себя закрытым обществом! А что касается ведьм, то посланцы святой Стефании ими никогда не являлись! Ни в коем образе, это были святые люди! Но рядом всегда находятся те, кто алчет власти и силы! И тем захочется пойти дальше! Сестры — они люди религиозные, чистые в своих помыслах, набожные! Ими было легко манипулировать! Тут нужно смотреть на соблюдение ритуала, то есть нужно знать все атрибуты и подробности, все статьи этого ритуала! Произведение наоборот, это как перевёрнутый крест! Оформление других атрибутов — это и есть расхождение! Понимаешь?

— Кажется, да! Благослови меня, дорогой мой дядя, в этом моём нелёгком крестовом походе!

— Вот вам моё благословение! Не падайте духом, если будет что-то не получаться. Помните. Иногда лучше превратить своих врагов в друзей, чем бороться с новыми врагами!

Карл и Генрих ещё не вылетели, а разведка банка нащупала в городских событиях новости и сплетни достойные внимания! Стали собираться различные материалы, фотографии персонажей всех прошедших событий! В поле разработки попал детектив Николаев, все его последние клиенты, бывший могильщик по прозвищу Немой, бывший следователь, компаньон детектива, бывший артист цирка лилипутов по кличке «Маэстро Розарио».

На фотографиях, на заднем плане присутствовало ещё несколько человек. Администратор. Органист с сестрой. Рыжая вызывающая девица. Несколько других человек. Всё это Карл сразу получил по электронной почте, находясь ещё в Германии. Он посмотрел на фото.

«Слишком много рядом женщин! Ведьмы? Нужно запросить на всех досье! Пусть работают!»

Глава двенадцатая, в которой вспоминают о Птице

Прошло много лет. Священная Птица не вернулась. Напрасно собирались Полководцы и Жрецы в Горном Зале.

«Что делать дальше?» — такой вопрос уже не ставили. Их интересовало другое:

— «Как поделить государство, чтобы досталось всем?!»

Два генерала, один из них верный и преданный, другой — прощённый. Два Жреца, один молодой, бывший сын Рыбака, и второй, который смог пережить всех остальных, избежать всех козней и ловушек. Хранительница — это была одна из семи девушек, избранных во время Царствования, остальные погибли.

Жрец потребовал себе весь Старый город и Центральный Храм. Бывший сын Рыбака претендовал на Верхний Город, построенный за порогом плотины. Второй генерал забрал себе бывшую территорию чужого государства с его несгибаемым народом. Хранительница осталась в Горном Храме, она лишь потребовала для себя тех придворных, которые остались в живых со времен Священной Птицы. Попросила и тех, которые были многие годы в опале и не успели сгнить в каменоломнях. Остальные разбрелись по своим партиям, за своими сюзеренами. Все вроде бы получили свое и остались довольны. Но Жрецу достался Главный Город, который без остального государства некому было даже прокормить, и его ждал скорый упадок! Генералы взяли себе плодородные и богатые земли, но чужое государство оставалось таким же чужим и враждебным по отношению к ним, как и раньше. Без новых законов там ничего не изменилось к лучшему, поэтому и ничего хорошего их не ждало! Так же, как и прежде, они будут бороться за целостность своих границ от нападок других воинственных народов!

Что касается остальных, других Птиц, то почему-то они не смогли построить своих крепких гнёзд. Вероятно, что там местные боги оказались сильнее их. Ещё не раз им посылали большие отряды, необходимую помощь, но так ничего у них не получилось!

Генерал очередной раз пытался собрать силы для покорения чужих государств, он смешивал свои народы с покорёнными соседними племенами, но потерпел неудачу! И, несмотря на помощь других правителей, он так и не смог выиграть ни одного крупного сражения!

Большой Город зачах. Ему всегда не хватало людей, чтобы они работали и поддерживали порядок как прежде. Не хватало продуктов, чтобы прокормить всех остальных. Жрец никак не мог понять своей основной ошибки, они разделили государство. А сила империи Священной Птицы заключалась в единстве всех её областей, в объединении усилий всех народов! Талисманы, способные привести Птицу обратно в этот мир, были им спрятаны. Он давно объявил, что реликвии Птицы бесследно потеряны для них, и тем самым осуществил свой план по разделу целого когда-то государства. Талисманы — обработанный кусок горного хрусталя и металлический медальон, были вручены ему самой Птицей с уверенностью, что тот поступит правильно и всё исполнит верно и, самое главное, в срок! Но Жрец, получив неограниченную власть, повёл с остальными приверженцами бурную борьбу по истреблению других фракций. А когда понял, что с остальными ему не справиться, то решился на раздел территорий.

Глава тринадцатая, описывающая записи архива

Николаев прослушал записи, сортируя их на разные периоды времени.

«Голос Харона можно отнести к совсем недавнему времени. А поздний период был, вероятно, искусственной имитацией. Вот запись разговора настоящего Грека. Что же это получается? Выходит, что Немой мог прослушивать кабинет Директора!»

«Интересно, какие у них были взаимоотношения? Это с первого взгляда и не определишь. Может быть, Харон был полновластным Хозяином, а Немой подчинялся ему. А может быть, наоборот, они были равноправными партнёрами. Ничего тут пока не ясно!»

Модулятор голоса воссоздавал заданные параметры, и Немой мог с помощью простого «клавишника» набирать заранее тексты, а потом озвучивал их. А как же прямой разговор? Если они вёли беседу, то, наоборот — набирал непосредственно в разговоре, поэтому его собеседнику приходилось долго ждать. Николаев работал с записями, сам делал некоторые заметки вслух, на свой диктофон:

«Вот очень интересная запись. Пока непонятно, кто разговаривает с Хароном. Это даже не разговор, а больше похоже на повествование:

— Само по себе пение ничего не значит. Это, сами понимаете, чистое искусство! Но был в одни времена такой Мастер! Он сумел закодировать серию нужных комбинаций символов на пергаменте, а потом ввести всё это с помощью нотной азбуки на другую часть документа. Именно порядок выстраивания этих символов можно считать условным кодом, ключом, который открывает возможность воспользоваться энергией близлежащих предметов, то есть аккумулировать нужные заряды из окружающей среды. Откуда это пришло к Мастеру, мне до сих пор не ясно, вероятно, что он имел такой источник информации, с которого подсмотрел, скопировал, а, может быть, сам своим умом дошёл! Мастер многого достиг, но его ученик пошёл ещё дальше. Он познакомил наставницу одного аббатства с этим открытием, ничего ей не объяснив. Та была его дальней родственницей и имела большой политический вес в духовной епархии. Так вот, ради эксперимента Ученик написал псалмы. В них он применил тот же порядок кодирования. И если смотреть более внимательно, то можно заметить не рифмовку некоторых строк, но при хоровом пении это всё сглаживалось! Сначала он пользовался латынью, потом сделал это на немецком языке. Поэтому существует несколько разных версий, несколько экземпляров! При репетиции сразу заметили появление эффекта свечения рядом с вокалистами. Об электрических разрядах ещё никто понятия не имел, но Ученик решил обезопасить участников, он ставил их в металлическую арку, которая снимала лишнее напряжение. Оставался эффект свечения, то было отличной находкой для зрителей, которые являлись верующими! Ученик вёл с вокалистами отдельное обучение, он заставлял их вставлять в паузы между слогов слов целые фразы, но на диапазоне, который не слышит простое ухо! Такой быстрый речитатив, как сейчас сказали бы, рэп! Они это проговаривали, но никто этого не понимал, всем нравилось. И это был прорыв! Фразы и слова — усиленный код. Поверьте, этот звуковой синдром сносил крыши с домов в округе, а у зрителей возникала страшная зависимость. Паломники стремились туда на все церковные праздники, особенно на день святой Стефании. Про святую можно рассказать целую библейскую историю. Стефания — не была примером добродетели, многие могли бы назвать её даже блудницей. Но потом она исправилась, наделала несколько добродетельных подвигов в какой-то очередной многолетней войне, и церковь канонизировала её. Приютила в своём лоно среди других святых, посмертно, разумеется. На деньги, пожертвованные ею, был построен целый собор. Храм получился очень величественным и красивым. Это потом и послужило началом вражды и борьбы за власть! А поводом для нападения было обвинение в колдовстве. Кто-то ляпнул, не подумав, что если записать на медном диске механического органа исполнение этой мелодии и прокрутить в обратную сторону, то это может послужить приходу Антихриста! А пели в то время очень красиво и неповторимо! Надо сказать, что техника такого пения просуществовала очень долго и после смерти Мастера и Ученика, и даже после падения аббатства. Кстати, аббатство достигло такого величия, что сам Папа Римский не на шутку встревожился. Очень опасно иметь такой сильный приход в Европе, рядом, почти под боком. Туда направили целую комиссию. Они провели своё расследование. Был у них свой знаток механических дел, он приготовил целый аппарат для этого. И противники оказались правы, обратное звучание имело музыкальное подобие. А иначе быть не могло, шедевр был составлен в соответстви с нужным временным периодом так, что имел, можно сказать, „почти зеркальное“ звучание в обоих направлениях! Но эксперимент провели не в лучший день, поэтому только включили и стали проворачивать медный диск, как разразилась буря, где-то начались пожары и произошли наводнения! Этого всего оказалось достаточно, чтобы передать дело в руки Священной Инквизиции! Начались массовые гонения! Уже не было в живых тех людей, с которых всё началось, но бедным сестрам из прихода святой Стефании досталось! Поверьте. Там разогнали весь вертеп! Кого-то под шумок сожгли, кого-то удавили в тёмных подвалах или уморили. Но многие сёстры исчезли, их успели предупредить. Пропали и основные документы! Один должен был остаться в Германии, а другой отвезли в Россию или в Америку, не знаю точно! Настоятельница имела сильных покровителей, она сбежала в Россию, там и осталась жить при одном русском царе. Тот покровительствовал масонам. Короче, сейчас существует два общества. Американская линия была очень сильная. Я повторяю, что у тех людей была необычная зависимость! Туда уехало много семей из приходской округи. Там потомки смогли надёжно закрепиться, построили отдельный город, открыли церковь святой Стефании. Но после Гражданской войны в Соединенных Штатах город переименовали, и теперь никто точно не знает, где он находится. А современные жители вряд ли придают этому особое значение. Представляете, коллега? Сколько прошло лет, а там, вероятно, до сих пор живут последователи этого учения и пользуются плодами этого Чуда! Вы, может быть, хотите спросить, что в этом имеется такого странного. Наверное, не следует соединять две разные части этого документа в один, потому что он станет единым атрибутом власти. Мастера, конечно, были хорошими чернокнижниками, они не посвятили в свои планы бедных женщин. Но почувствовав в своих руках власть, они стали адептами Зла! Чего греха таить, так и вышло в то первое время! Вы, конечно, можете возразить, сказать, мол, они не виноваты, не знали. Бросьте! Их наверняка предупреждали! В то время было очень много Стражей! Поверьте, они-то отлично знали своё дело!

Даже если в действиях святых сестёр не было корысти, даже если бы они смогли обуздать свой дар, иначе это никак не назовёшь! Всё равно, это очень серьёзная вещь для долгого хранения! Поверьте, скоро всё изменится, или появится новый, настоящий вокал, способный исполнить одну или две эти части вместе, или век высоких технологий скажет своё слово и обойдутся без человека! Тогда не нужно будет петь, всё исполнит компьютер, который все положит по полочкам, по составляющим!

— Но как же первоисточник?

— Я так и знал, что вы об этом спросите! Тут всё запутано, и до сих пор неизвестно, в какой форме осталось это замечательное послание. Вполне вероятно, что очень скоро оно где-то всплывёт! Но известно ли об этом людям? Не уверен! Это не обязательно будет пергамент. Возможно, что-то более вечное и стойкое в хранении! Не знаю! У меня остаются только догадки! Итак, спасибо за приятный вечер, мэтр! Счастливо оставаться! Не оступитесь, тут у нас ступенька крутая! Осторожно, ведь нас осталось так мало!»

И это всё! Так и неясно, кто был собеседником Харона. Кто этот мэтр на самом деле? Страж! Или кто-то другой! Вот следующая запись настоящего Харона с немецким банкиром. Но она, вероятно, не сначала. Тут Грек пытается договориться с немцами, своего друга он называет «экселенц». Он предлагает ему какую-то вещь для лабораторного анализа!

— «Это уникальная возможность изучить материю, которая под воздействием различных факторов меняет свои основные свойства. Представляете себе существо, которое ведёт себя в разных ситуациях по-разному! Оно очень быстро воспроизводит на открытых участках кожи роговое покрытие, которые удерживают огромные нагрузки, повышенную температуру. И это за очень короткий срок, за считанные секунды. Представьте себе руку, способную отбить удар стального клинка, тут острый клинок вязнет в поверхностном слое, когда весь организм защищается, отражает, вытесняет инородный предмет, создаёт противодавление на пораженном участке, а когда всё проходит, то восстанавливает и обретает обычную форму! Это звучит невероятно, но такое возможно! Существует организм, у которого очень сложная структура ДНК. Конечно, это только фрагмент самого организма, но на отдельных участках кожи такое можно наблюдать! Само существо было разделено на части, которые кое-кто просто сжёг! Да, нам пришлось сжечь, это является частью нашей работы, но существует фрагмент, и находится он в прекрасном состоянии. Потом можно воссоздать эффект излучения пока неизвестного науке спектра. Это облучение буквально нашпиговывает другие живые организмы дополнительными элементами углерода, кремния, меди. Серебра, свинца и ещё чего-то. Всё это сложно объяснить, но представьте себе живой организм, который через сетчатку своего глазного яблока принимает такой заряд информации, что его организм начинает меняться. Мутировать. Идёт резкая перестройка всех частей тела. Как? Из окружающей среды идёт передача посторонних организму химических элементов. Этот поток происходит в таком большом количестве, что очень быстро заполняет все клетки организма посторонними соединениями. Это может быть как кремнием, так и другими элементами металлов. Наблюдалось также — заполнением кальция в виде извести! Существует конечная формула, к которой стремится подвергшийся облучению организм. Ничего утешительного, смерть наступает очень скоро! Процесс не совершенен, облучаемый не успевает адаптироваться. Масса организма достигает чудовищного значения, и это всё за счет окружающих его предметов, которые, потеряв свои элементы, рассыпаются от ветхости! Повторяю! Это небывалый эффект! Понимаю, что вам может быть захочется добиться таких же результатов, но повторить всё не так просто! Вероятно, что возможно отследить весь процесс, выстроить модель, похожую на это существо, чтобы понять все!»

Николаеву стало многое ясным. Харон был просто одержим своей идеей! Он предлагал Карлу голову Медеи, не иначе! Сума сойти можно! Вот куда делись основные улики из камеры хранения! Если тело осталось на месте, и его потом никто не смог обнаружить в комнате бывшего публичного дома, что стало с головой, мне теперь понятно! Отсутствие гильз, осколков пуль, плохое состояние всех предметов на месте преступления, даже оружие потом рассыпалось в прах. Ему было достаточно находиться рядом во время регенерации человека в скульптуру. Вот почему никто не смог ничего понять! Эксперты и баллисты чесали подбородки. Как же, пулевые отверстия имелись, а осколков и остатков свинца нет! То же самое происходило с другими посторонними предметами в комнате. Это же было с остальными вещами в прихожей! Элементы и фрагменты оружия, одежды, обуви, штукатурка стен, другие мелочи были изъедены коррозией. Даже жидкость вскипела и отсутствовала, а последние три громоздких предмета, ну, никак не напоминали трупы! Дело закрыли с формулировкой «За отсутствием состава преступления». А единственный живой человек был Лёнчик, именно его прикрыли остальные своим огнём! Напарникам не повезло! Просто не повезло!

«Жаль, что эта запись обрывалась! Так же неизвестно, что случилось с самим объектом продажи! Успел ли Харон продать голову или всё-таки нет? Это мне не ведомо! А, может быть, это и был мотив смерти самого Харона? Продажа артефакта!»

Николаев этого не знал, но понял, что появился в тот вечер не вовремя. Вероятно, что убийцы были предупреждены о его появлении наблюдателем из машины. Они просто перешли на балкон, куда он даже не заглянул в первый момент. Ещё Николаев вспомнил, что Немой имел старое ранение. Связанное с повреждением языка или горла. Именно в этот момент он почувствовал, нет, понял, что словно своим внутренним взором мог видеть этого Немого, который был ещё молодым, неопытным Стражем! В трудном поединке противник пробил ему забрало горячим коротким мечом и нанёс это ранение, чуть не ставшим для него роковым.

Но Немой выжил! Само забрало и снаряжение, которое увидел Николаев, навело его на следующую мысль!

«А сколько тебе лет? Страж! И что за спектакль я сейчас наблюдал?»

По мере просмотра фотографий с места происшествия у Николаева возникло ещё больше вопросов, чем было до этого. Он уже понимал, что был на краю пропасти.

«Может быть, полковник Сазонов просто не желал моей смерти, а оставил меня, как козла отпущения!»

Его так и подмывало позвонить этому человеку и высказать всё, что он сейчас думал о нём!

Кажется, они уже не по одну сторону баррикад! Теперь Николаеву больше всех импонировал Немой, этот молчаливый Страж! Старый воин, но верный своей клятве! Клятве Стража! Умер от потери крови, но жизнь долго не покидала его. Конечно, он достоин уважения! Детектив решил похоронить этого человека за свой счёт! Но это потом, а сейчас, прежде всего, работа. Сидеть за материалами пришлось ещё долго.

Днём Николаев навестил в больнице охранника. Тот испуганно его разглядывал, что, мол, надо?

— Не бойся! Я только апельсинов принёс! Слава богу, что всё обошлось!

— Да, саданул вскользь! Я успел уйти от первого удара, но второй меня доконал!

* * *

Николаев находился в офисе, смотрел на фотографии. Он размышлял. У него в производстве было только одно дело. Он понял, что увяз в нём и не может сдвинуться с места. Когда-то, будучи следователем, он вёл сразу несколько дел одновременно, успевал сделать всё, а если нет, то «старшие товарищи по оружию» всегда могли за это выдать парочку нагоняев на совещании. Именно это ему не нравилось, что отчётность была важней! Детектив считал себя вполне обеспеченным человеком. Нет, он не был дорогостоящим профессионалом, просто некоторые дела «подняли» его в финансовом плане. Он смог закупить всё необходимое, снять новое помещение для офиса, то есть вложить средства в производство. Он был одинок и совсем неприхотлив. Почти не пил, на посещение злачных мест времени не хватало, если этого не требовала служебная необходимость. Его постоянные клиенты после чудесного спасения расплатились с ним сполна. Они сами стали обеспеченными людьми, поэтому Николаев получил свои деньги без всяких угрызений совести. Теперь в его арсенале были любые виды снаряжения и экипировки. Он приобрёл ещё одну машину, это было удобно, на тот случай, чтобы вести слежку за объектом. Прикупил капитальный гараж для хранения техники, но свою старую машину ему приходилось держать на стоянке нового офиса или под окном дома. Его это всё устраивало. В этом доме все знали, чем он занимается, и уже привыкли, что он не работает в «органах», относились к нему как к городской достопримечательности, то есть с иронией, «свой детектив!» «Частный детектив», «Ален Делон», как его только ни называли за глаза.

«И при чём здесь Ален Делон?»

Николаев никак не был похож на этого французского киноартиста. Он был одинокий борец с несправедливостью, а ему приходилось следить за неверными жёнами, искать пропавших животных, совсем как герою американских комиксов «Эйс Вентура». Тот, в исполнении Джимми Керри. Но и на него он не был похож. Алексей внешне был совсем другой персонаж, немного полноватый, в меру накачанный как бывший спортсмен.

Итак, в деньгах он не нуждался. Те, кто его нанимал, платили строго по тарифу, и это они могли позволить. Сейчас Николаев давно понял, что «клиент не всегда прав», но следует защищать его, даже неизвестно от чего! Многие клиенты служили гарантом порядочности, но некоторые этим похвастаться не могли. Порой ему было достаточно одного взгляда, и он знал, что именно нужно посетителю. Какие именно он преследует цели и какого итога от него ждёт. Ему было не трудно выполнять разовые поручения. Он находил решения многих запутанных задач, ему по-прежнему помогали некоторые люди на улице, так было легче. Информация стоит денег, но именно это помогает вести разные дела. Порой он нанимал других людей в помощники, если имелось на то согласие клиента.

В данном случае это был тупик!

«Что же такое стоит против меня? Чего я не могу разглядеть в этой запутанной головоломке? Или женщины не договаривают, но это их право, они же женщины! Или противник силён и не открывает своего лица до нужного момента!»

Из записей разговоров, набранных Немым, Николаев понял, что того интересовало последнее пристанище Птицы!

«Очень всё запутано, далась ему эта птица. Бестия!»

Николаев не мог простить этому Существу, что оно причинила так много неудобств.

«Само строительство её империи принесло так много жертв, что непонятно, стоило ли это конечной цели!»

О конечной цели Николаев смутно догадывался.

«Им всем хочется закрепиться в этом мире, а мир по-прежнему отторгает их!»

* * *

«Итак, на повестке дня деяния святых сестёр. Эта таинственная организация, желающая заполучить земное господство! Всё довольно понятно, по крайней мере, до этого момента!»

Он представил себе девушку по имени Зара в образе новой миссии и понял, что перегнул палку. Что-то здесь не сходится!

«Этот орден на протяжении многих веков стремится к возрождению. К власти. Появление вокалиста, способного исполнить одну или обе части закодированного произведения — перевернёт всё вверх дном! Опять эта Птица! Ведь именно она скорректировала у девушки и так богатые природные данные!»

Он вспомнил, как в грязной, пыльной пещере ходила в ободранной одежде Зара, пела песни, заплетала косички на хохолке Птицы, вплетала бусинки и элементы бисера. Это такое дешёвое украшение очень шло тогда Существу! Девушка совсем не была испуганной, она чего-то ждала. Или получила. Птица! «Оно» казалось спокойным и напоминало разве что гигантскую курицу на гнезде, пока не открывала глаза. Её живой взгляд был всепроникающим, многообещающим!

«Вот, уже точно! Не всё ещё закончилось! Значит, её не убили! Она просто ушла в спячку! Но я же видел, как „вор“ всадил в неё целую обойму из пистолета! По-моему, он попал в голову! Что-то тут не так, или я чего-то не знаю и не понимаю!»

Николаев вздохнул. Он уже давно устал.

«Хорошо! Все ищут птицу, её гнездо! Но причём здесь Зара? Возможно, что она знает, где сейчас спит эта гарпия, но что из того? Она может ещё сотню лет проспать! Кто же угрожает девушке?»

Детектив не мог определить, кто на этот раз скрывается в тени. А подсказка всегда была рядом, просто на неё следовало посмотреть иначе. Ключ! Он же знал, что это ключ от камеры хранения в новом гостиничном комплексе. Там стоит контейнер с автономными элементами питания камеры. Он видел подробную инструкцию завода изготовителя в интернете. Догадывался, что именно там может храниться голова его старой знакомой. Конечно, скоро следует проверить подзарядку батарей. Но он не торопился этого делать. Его наверняка «пасут» и делают это грамотно и плотно. Раз он ничего пока не заметил, то этим занимаются люди полковника. Пора опять изворачиваться, обманывать. Оставлять ложный след! Как это ему всегда нравилось! Появился азарт предстоящей борьбы. Из следующих записей разговоров с Карлом Детектив знал, что Немой собирался отдать голову Немцу!

«Кто-то должен был её передать! Неужели я? Немой, он как чувствовал свою скорую гибель! Вероятно, что он просто устал жить!»

Там, на месте преступления, Николаев видел следы борьбы. Несколько человек почти справились с одним Стражем или просто казнили его.

«Незавидная у него роль в этой пьесе! Ни имени не знаю, ни возраста! Ещё не ясно, что скажут патологоанатомы!»

«Следует сделать экспертизу фотографии, может быть, он что-то на ней обнаружит!»

Позвонил коллеге, тот ответил, что всё у них хорошо, что назавтра назначена репетиция!

«Да, Немой умер! Нет. Нет. Помогли! Нет. Похороны? Не знаю, не узнавал ещё!»

Другой номер. Это был его старый знакомый, служили вместе:

— С тебя коньяк! Николаев, у тебя алиби! Но, знаешь, вчера ночью кто— то твоего приятеля вытащил из морга. Знаешь, что странно? Никто их не видел! Ты сам, где был?

То, что Страж умер в карете «скорой помощи», Николаев знал, но то, что его труп выкрадут неизвестные, этого не ожидал никто! Такая информация прошла с очень большим опозданием. Похитили. Совершили подмену, потом вывезли тело из здания морга. То, что их никто не видел, было невероятным!

«Кому-то хорошо заплатили! Наверняка!»

Детектив ещё ходил по комнате, думая, чем бы теперь заняться. Вот его взгляд упал на стопку корреспонденции. Тогда он стал разбирать почту, среди бумаг лежал пакет с надписью: «Н.Б.».

Внутри лежала квитанция на оплату услуг банка, в графе особых пометок : «Просьба совершить оплату в любом филиале „Н.Б.“».

«Это ещё, что за приглашение!»

А он никогда не пользовался услугами этого банка, поэтому любое появление в нём вызовет подозрение. Но идти ему было просто необходимо. Он чувствовал, что обязан этим визитом Стражу, который честно и бескорыстно выполнял свою работу, но был убит.

«Понятно! Кто-то зашевелился. Вроде есть ещё немцы, другие деловые партнеры, те же самые „генералы“. А может быть, кто-то другой? Да, у Харона был брат, тоже неясно, кто такой и где находится!»

Ключ с собой он таскать не собирался, но передать немцам тоже не торопился. Он перепрятал его до поры до времени в здании офиса, в огромную кадку с искусственной пальмой. Это он сделал незаметно. Как всегда. На ходу! Достаточно было прилепить его кусочком жевательной резинки к задней стороне глиняного сосуда.

Глава четырнадцатая, в которой повествуется о продолжении расследования

– А, что тебе сдался этот Грек? Всё вроде уже быльём поросло!

— Всё, да не всё! Какая-то очень запутанная смерть получилась! Быстротечная! Как убили? Зачем труп сожгли? Кто свидетель, кто вообще это натворил?

— Если начистоту! То есть у нас один капитан. Он скоро майора получит. Так он выезжал с группой на задержание. Судя по протоколу, он и обнаружил труп этого самого Грека. Стали делать обыск, но людей было маловато, а территория большая. Когда вернулись, то обнаружили работающую печь и соответственно решили, что труп сгорел. Там же обнаружили потайную комнату, кто-то в ней находился некоторое время. Подозрения сразу пали на помощника. Его потом обнаружили, допросили, а у него алиби, видели его сразу несколько человек в другом месте. Отпустили. Взяли подписку о невыезде. Потом, вот ты его обнаружил! Кстати, у тебя самого алиби есть на тот день? Шучу!

— А это правда, что брат был у Харона? Его-то удалось найти?

— А кто его видел? Он же приезжий, не отсюда. Если кто и видел его, то толком ничего рассказать не может. Но говорили, что внешне похожи, оба уже старые были. Послали запрос на его место жительства, до сих пор ждём!

— А, может быть, это его завалили, а потом сожгли, чтобы никто не копал глубоко!

— Не знаю, не знаю! Скажи, оно тебе надо? Тебе, что, на службе не надоело бандитов ловить? Эх, Николаев, Николаев! Одно могу сказать, тот капитан у нас был на подозрении. Его бывший Крёстный на поводке держал. Сейчас у них кто? Джокер, тот ещё фрукт! Он на всех главных мероприятиях сейчас «тусуется», то с мэром, то с губернатором! Всегда с красивой женщиной! У него даже акцент пропал, представляешь! Он теперь, этот. (Немного подумал.) Светский лев! Сам знаешь, кому новый деловой центр и весь развлекательный комплекс принадлежит, вот и кумекай! На чьи деньги построили, на чьих капиталах поднялись? Город весь опутали!

— Да в курсе я! Спасибо! Зайду, поболтаем потом!

* * *

«Итак, смерть Харона никто толком не подтвердил. Вероятно, что убийца не знал в лицо самого грека, а убил его брата. Тогда, где сам Харон? И почему Немой все дела за него решал? Может быть, тот тоже не всё знал об этом! Тогда Страж натравил „местных братков“ на „генералов“. И те своими действиями добили птицу. А „генералы“ стали мстить! Кто же сейчас является противником? На чьей стороне мы нынче воюем?»

Николаев с трудом оторвался от стола, прилёг с ногами на кушетку в глубине офиса, достал одеяло и подушку, приказал себе: «Спать!», притушил свет. Он проснулся глубокой ночью. Встал. Заварил кофе. Вышел в коридор покурить. Мимо прошёл знакомый охранник, они перекинулись порой слов. Он стрельнул ещё сигарету. Вернулся, сел за стол, достал очередную кассету, стал слушать. Для этого у него были небольшие наушники. И не сразу заметил, что в офис постучали! За стеклянной дверью стоял охранник, он сделал знак рукой и ждал, когда ему наконец-то отопрут дверь. Детектив встал, прошёл через всю комнату и в какой-то момент понял, что за стеклянной дверью стоит неизвестный ему человек! Одна рука у него была заведена за спину, где он, вероятно, прятал свой нож или другое оружие. Охранник, он себе его живо представил, где-нибудь валяется без своей куртки и форменной фуражки и, слава богу, если живой!

Так и есть, лицо скрытое фуражкой, сам как-то встал в тень.

«Всё рассчитал, гад! Что-то следовало взять в руки! Но, что?»

Николаев автоматически протянул руки, снял с вешалки полотенце, под которым находился кусок магнита. Всё это он сгрёб в руку. И спокойно стал подходить! Щелчок, это щеколда сработала в своём рабочем движении, сухо и громко! Дверь отворена! Незнакомец ногой бьёт по створке. Детектив отпрянул в сторону от двери, кинув в лицо пришельцу полотенце. Тот уже ворвался со своим приготовленным ножом и пытается им достать хозяина офиса! В этот момент получает куском магнита прямо в переносицу, потом пытается сообразить, что же это такое было! Николаев делает выпад. Выбивает нож, бьёт ногой в голень, потом захватом выворачивает руку и кидает его на пол. Боец пришёл в себя, но момент упущен, он рухнул под тяжестью своего тела и веса тела противника. Выворачивается! Локтём заехал Николаеву в район горла, этого тот никак не ожидал, обиделся и «по рабочее-крестьянски» так, угостил его ногой под зад. Потом скинул фуражку, а там оказались длинные локоны! Это оказалась женщина. Поймал сердитый взгляд и вовремя заметил в другой её руке ещё один нож! Больше всего похожий на кривой штопор! Эта штука оказалась остро заточенной! Они вместе вскочили и уже наносили друг другу удары только руками. Николаев отбивался и в какой-то момент понял, что с женщиной так не сладить! Тогда он двумя мощными толчками в грудь выкинул её из комнаты в коридор. Туда последовал сразу за ней и уже бил пальцами в определённые точки тела. Потом разворот, ушёл от разящего движения лезвия ножа и наотмашь двумя ударами отбивает нож, вот стукнул сильно в плечо. Её рука повисла плетью, женщина нахмурилась, переложила свой «штопор» в другую руку! Теперь нахмурился Николаев. Он был больше и сильней противника, но перед ним стоял настоящий профессионал, который пришёл убить или быть убитым! И ничего её в этом не остановит!

«И болевой порог мы преодолеваем с помощью какой-то новой химии, что ли?»

Тогда Николаев незаметным движением достал из напульсника своей руки сразу две серебряные иголки, приготовился. Теперь ему нужен был более близкий контакт, ещё немного, и у него всё получится! Женщина произвела пару поворотов всем своим телом, пытаясь достать до детектива то одним носком своего твёрдого ботинка, то другим, он блокировал и эти её удары ногой. Он понимал, что ей нужно было время, чтобы её тело пришло в себя! И этого времени он ей дать не мог! Они были так близки друг к другу, что едва что-то могло теперь разделять их. Она ещё раз пыталась достать его своим хитрым орудием, и тогда он вставил свою первую иглу ей в шею. Она ничего не поняла, опять развернулась, выкинула руку в сторону, из блестящего орудия вывалилась стальная нитка и устремилась к её руке. Пока всё это происходило, Николаев воткнул вторую иголку ей в переносицу. Та ещё успела взвизгнуть, но по телу прошла судорога, тут она обронила своё оружие и, ничего не понимая, встала. Николаев быстро, не давая ей опомниться, бьёт её в пресс, она сгибается. Когда пришла в себя, то уже сидела в кресле в металлических наручниках. Он её обыскал, а всё что успел найти, лежало перед ним огромной кучей!

— Ну, и кто вы такая?

В ответ лишь презрительный взгляд из-под тёмных волос. Впрочем, это просто темно, поэтому цвет волос определить очень сложно. За это время детектив успел сходить к охраннику и убедиться, что с тем всё в порядке, отделался легким ушибом и сильным испугом. Тот лежал связанный в каком-то шкафу среди швабр и моющихся средств. Его оглушили, обезоружили, раздели. Кто это всё с ним сделал, охранник даже не видел. Николаев развязал ему руки и приложил к его голове мокрое полотенце, вернулся.

— Что-то разговор с вами не клеится! Не скажете, почему?

Она молчала. Ей было лет тридцать, ну, может быть, тридцать пять. Волосы не очень длинные, крашеные, лицо без косметики, тело сильное, натренированное. У неё были документы! Детектив взял, проверил, фотография совпадает. Быстро пробил её данные по базе данных, нет такой. Тогда пробил её фотографию, может, что-то всплывёт. Отправил для этого её фото в управление. Одному своему знакомому. Тот проверит. Стал перебирать остальные её вещи. Еще раз осмотрел все её ножи, оценил их качество изготовления и оригинальную форму.

«Не стандартные, но! Знаете, тут с одним типом поговорить хотел, так он немой оказался. Ну, в смысле, говорить не умел. Умер от потери крови! Да! Знаю сам, что не смешно!»

Он встал. Подошёл к ней, сделал пару снимков. Скинул своему знакомому, подумал, скинул полковнику. Была у него визитка со старых времен.

— Может быть, его дело рук. Пусть объяснит. Что надо-то!

Потом сел рядом и заговорил.

— У меня времени много. И если, что, то утром тебя заберет наряд милиции за вторжение, нападение на охранника и так далее и тому подобное! Потом сама выпутывайся, как знаешь. Да это не важно, твои пальчики снимут. Проверят, не в розыске ли? А если окажешься в бегах или ещё хуже — никому не нужна, то мне тем более!

Женщина молчала. Николаев не стал говорить, что пальчики уже откатал и ждёт только конечного результата. Их обрабатывал компьютер. Зачем накалять ситуацию? Но идти на «мокрое» дело с водительскими правами? Это как-то ни с чем не вяжется!

— Знаешь, у меня к тебе претензий нет! Я ведь тебя хоть сейчас могу отпустить. Но знать бы хотелось, кто ещё за тобой стоит! Меньше было бы вопросов потом! А, что? Договоримся? Ты только шепни и можешь быть свободна, разойдёмся мирно, будто бы ничего и не случилось!

Николаев просто болтал, ему стала нравиться эта незнакомка. Давно он «таких» не встречал, но если она будет молчать и дальше?

— Дай сигарету! — произнесла она вдруг хрипло.

— Пожалуйста?

— Дай сигарету, пожалуйста!

Он прошёл к столу, поискал там, взял в руки открытую пачку. Показал ей. Она кивнула головой: «Сойдёт!». Прикурил. Сделал затяжку, передал ей. Она затянулась, кашлянула, но справилась. Потом он забрал окурок, стряхнул на бумажку. Опять вставил ей в зубы. Теперь она улыбалась.

— Ну, что тебе не сидится на месте, Николаев?

– Вот как! А мы, оказывается, знакомы!

— Знакомы! Я за тобой уже три дня наблюдаю!

— Мало ли кто за мной наблюдает! Это, что, повод к знакомству!?

— Говорят, что тебе везёт! Что ты выкарабкиваешься из всех передряг! В этот раз, поверь, так не будет! Тут слишком много поставлено на карту!

— Где-то это я уже слышал, а кто обо мне говорит? Не скажешь?

— Рано тебе это знать!

— Рано, так рано! Есть будешь?

Та в недоумении посмотрела на него, неужели развяжет? Николаев смотрел в монитор, там всплыли краткие данные на Иванову Тамару Олеговну. Так, охранное агентство «Синдикат» и так далее и тому подобное.

— Так что? Товарищ Иванова, тебе с сыром или с колбасой?

До неё, кажется, всё дошло, она злорадно засмеялась.

— С сыром и с колбасой тоже!

Он открыл в шкафу дверцу, там был вмонтирован небольшой холодильник, достал блюдце, подкатил пустой столик, взял её чудовищный нож и резанул путы. Сам вернулся на своё место.

— Кофе, чай, потанцуем?

— Чай!

— Что же вы, барышня, с таким тяжелым набором по гостям, да ещё ночью ходите. Людей беспокоите?

Он подал ей чашку чая, сам сел на место. Наверное, он уже принял окончательное решение.

«Какая-то проверка, или решили попугать?» — подумал он.

Прошла минута. Ничего не случилось. Она просто выпила чай, съела свою порцию, нагло рассматривая детектива.

— Точно не боишься?

— Ага! Напугала! Сейчас! — вспомнил он анекдот об испуганном коале— мишке! Она не поняла, но это было уже неважно.

— Значит, «Синдикат»! А под кем нынче «Синдикат»? Под москвичами? А что им нужно от бедного немолодого детективного агента?

Женщина молчала.

– Только не надо дуться! Чашками кидаться! И так тут мебель мне поколотила, вон стул теперь выбрасывать придётся! А, знаешь что? Вали отсюда! Сейчас позвоню на ворота, там тебя выпустят, а мне выспаться нужно!

— Алло! Это опять я! Слушай, выведи, тут посетительница (он бросил короткий взгляд на женщину) конверт принесла. Уже уходит. А то мне не до неё!

Появился охранник, на этот раз он был с дубинкой, с фонарём. Держался в стороне.

– Пока! Мило провели время! Не забывай!

Она усмехнулась, сложила все свои принадлежности по карманам. Рубашка и форменная фуражка ещё лежали на стуле. Охранник позеленел от злости. Они вышли. Скоро их шаги стихли в дали коридоров.

«Надо выспаться!»

Он потянулся, пошёл и закрыл на створку дверь, скинул жалюзи, сделал свет тише. Потом позвонил на вахту, спросил. Там недовольно буркнули в ответ. Николаев спал, тело его ныло от боли. С ним уже давно никто так не разминался, как в спортзале. Честное слово. Теперь он знал, кто является его противником или ангелом-хранителем. «Синдикат» обслуживал только VIP персоны. А одним из этих «V» являлась подруга Джокера. Именно это агентство отвечало за спокойствие самых дорогих гостей комплекса. Николаев ещё специально «ляпнул» про «москвичей», которые к этому делу никакого отношения не имели. Клиенты были иностранцы, а агентство обеспечивало со своей стороны оборудование, охрану, постоянное сопровождение.

«Человек с такой лицензией не стал бы убивать меня. Но им мог потребоваться ключ, ведь именно днём я мог бы передать его Карлу!

Итак, всё встало на свои места! Осталось лишь определиться с ценой. Нет, не деньги нужно брать с них. В обмен я попрошу информацию! Но что именно попросить? Я этого пока не нашёл!»

Глава пятнадцатая, о событиях происходящих после встречи с Джокером и другими людьми

Большой цепеллин стального цвета высоко висел за городом. Воздушное шоу с участием лучших воздухоплавателей страны проходило под эгидой лозунга: «Небо, а выше только звёзды!» И кто только придумывает такие темы? Наверное, тот, кто оплачивает все эти мероприятия.

Несколько десятков воздушных шаров были там же, изображение рекламы несло коммерческий характер этого мероприятия. Олег пригласил Зарину на воздушную прогулку. Они поднялись в корзину, а когда скинули за борт мешки с балластом, то вся конструкция покачнулась. Олег открыл вентиль с газом, яркое пламя с шумом вспыхнуло. Зара стояла в кожаном защитном шлеме, в очках, в тёплой куртке. Олег тоже был одет под определённый тип воздушного путешественника. Этот образ был выбран из иллюстрации старого журнала, дореволюционной «Невы». Тут они сфотографировались на память. Николаев остался в машине, рассматривал глянцевый журнал, как в салоне открылась дверь, и рядом села ночная посетительница.

— Привет! Детектив!

— А, обладательница стального стилета! Как это будет звучать в женском роде? Мисс Стилет!

— Ох, давай без иронии!

— И что на этот раз привело обладательницу столь нетрадиционной профессии на мой жизненный перекрёсток пути?

— Вот, смотри, результат анализов твоей крови! Я тут выкрала твой носовой платок! Можешь не париться, тут у тебя всё в порядке! Но в лаборатории сказали, что некоторые показатели говорят о серьёзном отклонении. Такое впечатление, что твои антитела «бомбардировали» каким-то неизвестным излучением или травили в разных веществах. У тебя должно быть повышенное сопротивление организма. Вот тут просчитаны возможные оптимальные нагрузки для тебя! Поздравляю, такие показатели даже у космонавтов пока не наблюдаются. Мы это провели анонимно, чтобы не возникало вопросов с твоим участием. Мой совет, береги себя! Ты — живой источник иммунитета! Да, и не суйся на медкомиссии, а то на органы заберут в какую-нибудь лабораторию! Жалко будет!

— Ну, спасибочки! Успокоила!

— Как клиентка? Не беспокоит?

— Вот, замуж отдам, тогда посмотрим!

— Эх, Николаев, Николаев! Кого ты обманываешь? Втюрился, как мальчишка! А ведь тут тебя как вокруг пальца обвели! Святые Сёстры!

— Да что ты говоришь? А я думал, дочки — матери!

— Нет! Это российская ветвь последовательниц Святой Себастьяны. Моя клиентка сама из Американской ветви. Она хочет с тобой встретиться! У неё свой офис в новом бизнес-центре.

— Хорошо! Зайду как-нибудь!

— Да, и Джокеру не обязательно обо всём знать. Он может оказаться заинтересованной стороной. У них там прения по наследству происходят. «Москвичи» им остались недовольны. Из-за «Профессора».

— А причём здесь Джокер? Его ведь ещё в городе не было, когда «Профессор» свихнулся. Это всё как результат их борьбы с «генералами». Потом это наследство от Лёнчика и бывшего Крёстного. А Джокеру потом пришлось всё это очень долго разгребать, поэтому он сдал некоторые позиции. Говорят, что вся наркота перешла к байкерам, это они тогда на транспортировке сидели. Поэтому Джокером сегодня все недовольны.

— У него сейчас 80 % легального бизнеса в городе, поэтому он руки марать не желает, да и незачем!

— И всё— таки будет война. Кто-то уже кинул камень в этот омут! Круги пошли!

— Знаешь легенду о трёх дочерях одного великого царя? Земной владыка поспорил с Зевсом на жизнь своих трёх дочерей! И проиграл! Зевс забрал в свой мир этих трёх барышень. А они были красавицы в земном мире, но все имели несносный характер. Со временем красота у каждой увяла, а характеры стали хуже. Три сестры по очереди возвращались на землю по своим делам, но в тайне от Зевса. А когда тот узнал, что женщины посещают мир, то велел страже следить за ними. Так был подписан первый договор между сварливыми сёстрами и Стражей. Сёстры устроили заговор. Стражи об этом вовремя прознали. Решили, что они хотят поссорить небожителей и приняли соответствующие меры. Короче, после этого они вечно попадали в разные истории. Со временем облик их резко изменился, за все следует платить. Они стали обладать большими силами и незаурядными талантами, а жизнь на Олимпе сулила им вечную борьбу с настоящими небожителями, в которой они не могли бы победить. Поэтому в качестве компенсации они на земле строили свою жизнь заново. Только вот беда, у них больше не было тех земных тел, какие они имели раньше. Тогда одна сестра обернулась птицей и вошла в земную жизнь, но она не учла главного. Ведь таких птиц на земле давно уже не осталось, ни одной.

Другая сестра при переходе становилась полуженщиной и получудовищем. Она тоже страдала от этого, но потом привыкла и даже извлекала некоторую пользу!

Так вот, из всей этой истории меня лично интересует третья сестра. Ты можешь спросить, а что с ней стало? Она соблюдала договор.

— Как это интересно. Что с ней случилось?

— Она прожила очень интересную и трудную жизнь, и церковь её канонизировала!

Тут из-за поворота появилась счастливая парочка. Они были ещё далеко, но их было легко узнать. Это возвращались Олег и Зарина. Иванова поторопилась уйти, чтобы Николаеву не пришлось оправдываться из-за её посещения. Сегодня Олег сделал себе выходной, скоро он должен был выехать на Дальний Восток, чтобы изучить там несколько вопросов по поводу поставки сырья для своей косметической линии.

Глава шестнадцатая, о визите в отделение банка

«Итак, Николаев! Он очень много передвигается. Посещает бывшее место работы, там был у экспертов-криминалистов. Интересуется положением дел, связанных со смертью Директора кладбища и крематория, а также его помощника. Как выяснилось, с него сняли подозрения в смерти Немого, у него оказалось алиби. Его встречи не ограничиваются только бывшими коллегами, семьёй Органиста, клиентками. Вот, ездил к охраннику в больницу. Он часто работает в офисе, прослушивает записи. Вероятно, что это всё из квартиры Немого. Прослушать не удалось, он вовремя обнаружил наши „жучки“. Обезвредил их. Да, нынче ночью на него было совершено покушение. Он задержался на работе, есть такая плохая привычка — оставаться на рабочем месте. Вот, ночью кто-то проник в здание. Охранника офиса связали. Потом, уже к утру, со слов охранника, он вывел незнакомую женщину из офиса, лет 35, светлые, недлинные волосы, хорошо подготовлена физически. Они там всё верх дном перевернули. Но затем он спокойно спал до утра, будто бы ничего не случилось! К нам пришёл факс с фотографией и отпечатком пальцев. Очевидно, что Николаев сначала подумал, что это наш человек. Мы теперь знаем, что это из „Синдиката“, они посредники, бывшие „смежники“ из спецслужб. Она сама по себе очень серьёзный боец! Тамара Олеговна — москвичка, а здесь по контракту. Сейчас у неё основной клиент одна американская дама, очень богатая женщина. Что есть на неё? Имя, фамилия, дата пересечения границы. Целеустремлённая особа! Живёт в гостинице, снимает офис в новом здании, это тоже напротив нас. Ещё один интересный факт. Она является хорошей знакомой Джокера! На всех последних городских мероприятиях их можно увидеть, они их проводят вместе. Но это ни о чём не говорит! Она деловая женщина, а поддержка ставленника „местной братвы“ очень ей кстати».

* * *

Оплата квитанции заняла у Николаева несколько минут, но потом к нему подошёл молодой служащий и предложил зайти в служебное помещение. За закрытыми дверями сидел Карл. Он представился, хотя точно знал, что посетителю о нём известно многое.

— Итак, рад познакомиться!

Его акцент был почти неуловим, но слова он уже не путал, сказалась постоянная практика в русском языке.

— Вероятно, что вы уже в курсе, зачем я вас пригласил? Нет? Квитанция. Это только повод увидеть вас. С этой минуты на ваше имя открыт личный счёт, а вы сами сегодня положили некоторую сумму на него. Простите, что не предупредил вас об этом заранее! Мне это было приятно сообщить самому, так же как и то, что на ваш счёт уже перечислена круглая сумма в евро!

— Очевидно, что произошло недоразумение! Господин Карл спутал меня с каким-то клерком! Я — обыкновенный частный детектив, сыщик! Я выполняю частные поручения, отстаиваю интересы своих клиентов. Вот вроде бы и всё! Вы никоим образом не можете быть моим клиентом!

— Так получается, что любая ваша миссия оборачивается вашей викторией! В старые, давние времена таких людей как вы называли просто героями! Ни много, ни мало. В наше время настоящему герою никто об этом не сообщит: ты, мол, герой! А раньше, это был целый развитый институт! Вот, яркий пример, Геракл, он же Геркулес. С детства был таким. И чего достиг? Его поместили среди богов, на Олимпе! Герои всегда устраняли поводы к войне, мирили конфликтующие стороны. Они выполняли различные поручения, миссии. Подвиги. Главы государств обращались к героям с просьбами выполнить то или иное поручение, решить задачу! Ведь только у героя стоит выбор — быть тем, кем велит быть время, или отступить. Дать место другому герою совершить нужный поступок. Я в курсе, что с вами произошло несколько лет назад. Вы — избранный человек именно с этого момента, а это тяжелое бремя! Я вас прекрасно понимаю! Вы, наверное, успели заметить, что перестали болеть, простужаться. Ранения на вашем теле быстро заживают! Всё это результат того самого обряда, который вы так неосмотрительно прошли. Скорей всего перед поединком вам дали нектар амброзии, разбавленном в крепком вине. Это такой обычай, когда простой смертный человек обречён быстро и безболезненно умереть! Но ещё раньше вы приняли яд! Да, да, вам дали яд этого замечательного цветка. А она об этом даже не знала. И с тех пор вы перестали болеть. ваше тело — это совершенный механизм, и если не злоупотреблять курением и алкоголем, то оно прослужит вам очень долго! Я даже не уверен, что знаю, сколько! Честно!

— Я удивлён вашей осведомлённостью! Всё очень похоже на сказку, на миф! Даже не верится! А Геракл вообще был незаконнорожденный сын Зевса, поэтому и путь у него был нелёгкий! Или что-то не так? Зачем весь этот спектакль?

— Я хотел бы взять у вас пробу крови, чтобы вы сами могли в этом убедиться! Ведь вы перестали проходить медицинский осмотр, как только ушли из «органов»? То-то бы там удивились простые лаборанты, обнаружив ваши необычные данные!

— И что же в них может быть не так?

— Пока не знаю! Но могу предположить, что очень многое! Вы являетесь очень ценным донором. ваша кровь должна быть просто уникальна. Она может подойти любым безнадежным, больным людям. А пока я знаю, что ваш иммунитет очень стойкий. Дело в том, что вы должны были погибнуть в том самом поединке. Обычно Медея создаёт своих противников очень сильными, чтобы потом черпать их же энергию. В вашем случае, вся ваша сила осталась при вас! Но вы не в курсе, куда теперь её приложить, что сделать в этой жизни! Я прав? Да, да, я знаю, прав! Эта особа жила очень долго и мирно сосуществовала с людьми у себя на родине. Там к ней даже привыкли. Так что никто ей не докучал. Она соблюдала свою часть условий договора с людьми, поэтому к ней не было особых претензий. Только герои и стражи. Повторяю, только они могли вторгаться в её жизнь. Иногда герои были очень настойчивы, устраивали на неё настоящую охоту, но всё было бесполезно! Это был идеальный, старый мир, но такое время прошло. Люди освоили новые территории, стало намного легче и незаметней передвигаться. А вместе с людьми путешествовала и Она! Так она побывала в Южной Америке, в Австралии, долго обитала в Южной Азии. Вот и Россия с её бесконечными просторами могла спрятать её. Но именно здесь с ней встретился Страж! Именно он был когда-то молодой и ветреный Герой, так неосмотрительно избранный ею для поединка. Насколько я знаю, этот Страж имел тяжелое ранение в лицо. Кусок раскаленного металла пробил его защитную каску. Вероятно, что в момент поединка Медея не смогла справиться с сильным юношей, и он мог одержать победу. Тогда Она просто пробила ему шлем раскаленной кочергой. По какой-то причине Она его не убила, решила, что он сам умрёт. Это было в 1931 году в одном из новых отелей американского города Чикаго. Там, кстати, в тот период происходил сбор двадцати пяти глав семейства американского филиала «Коза Ностра». И в результате этого Поединка возник грандиозный пожар, здание сгорело, так же как и весь этот район вокруг отеля. А юношу спасли, он стал Стражем! И вот судьба свела их вновь. Тут, в этом городе! Теперь меня интересует её голова!

— Какой резкий переход! А почему вы уверены, что она у меня? Я, что, так похож на фетишиста, который коллекционирует органы своих подруг?

— Нет, конечно! Но я получил сообщение. И мне её должны передать! А так как вы были последним из всех, кто видел Стража живым, то, полагаю, что именно вы это должны сделать. В том, что она у вас, я даже не сомневаюсь!

— Как у вас всё запутанно! Я уже ничему не удивляюсь, но могу сам удивить! У меня её нет! Потом, я не понимаю, как такая передача могла бы выглядеть? Вы — представитель чужой державы, коммерческий предприниматель, глава крупного концерна — и это приобретение! Тут многое не вяжется! Зачем вам она? Это что, очередной объект для исследования?

— Как вам сказать, тут задействованы многие другие силы, а территориальная зависимость в этом вопросе, она упраздняется. Это совершенно новый подход к теме! Человечество должно уметь защищаться от появления такого рода опасности. Испокон веков такая безопасность была прерогативой Стражей, а это очень закрытое общество. Я совсем недавно узнал, что принадлежу к Стражам Западного Протокола. И так как Медея не была темой именно моего Протокола, то на её появление никто у вас не обратил внимание. Стражи Восточного Протокола по какой-то причине понесли урон в своёй численности и потеряли контроль над сложившейся ситуацией! Вот и всё! Сами понимаете, наш долг помочь Восточной Стороне! Это я объяснил разумно?

— Да, я слушал записи некоторых разговоров, и меня интересует только одно! Как вы догадались, что разговариваете с Немым, а не с обладателем такого же голоса, с Хароном?

— Тут всё очень просто, оказывается, что я знал этого человека в далёком прошлом! А то, что являюсь Стражем Западного Протокола, что это наш семейный бизнес, об этом я узнал совсем недавно!

Перед Николаевым сидел не очень старый ещё человек. Таких Стражей, вероятно, много, все они не были бы похожи на того Немого, который по его подсчётам хорошо сохранился для 90-летнего мужчины. Надо учесть, что Карл не был обычным бюргером. Он смог стать главой крупной корпорации, которую выстроил практически сам! Для этого требовались огромные усилия, выдержка и воля. Его глаза выдавали в нём того, кем он должен являться, Стража, стоящего на посту, стерегущего свой участок! Возможно, что он и не обладал какими-то неординарными способностями, стал Стражем в силу своего происхождения или в итоге сложившихся обстоятельств. Этого Николаев пока не знал, но уже иначе рассматривал этого человека! Глаза, как у молодого героя, бесстрашно вступившего в схватку с неземной Особью!

* * *

— У нас нет уверенности, что вам следует верить. Вы, так сказать, лицо заинтересованное. Возможно, что случайное в этом деле. Так, услышали что-то, или кому-то вкололи препаратов выше крыши, и сидите тут, сказки мне плетёте! Вообще, я допускаю, что ваша осведомлённость — это результат ваших денег, и не больше. Вполне возможно, что Немого убили с вашего разрешения, а запись — это всего навсего хорошая инсценировка. У нас пока неприятности, Лёнчик пропал. Вы помните такого? Шустрый малый! Он ведь так много мог рассказать, а его, как назло, нет нигде! Не ваших рук дело? Потом, за мной следят какие-то люди! Плотно обложили! Из этого я делаю вывод, что всё ещё далеко не закончилось! Все ваши истории — со стороны, это полный бред. Если бы Немой был в Чикаго в 30-е годы, как вы говорите, молодым, то ему было бы сейчас лет сто! Сто лет! А мои люди его видели, какие там сто лет? Это не молодой человек, но не старик! А вам самому не кажется, что на этот возраст он совсем не тянет? Потом, что с его трупом случилось? Тоже, кто-то прибрал на анализы? У меня сейчас нет ничего, кроме никому не нужных записей разговоров. Всё это только подтверждает тщетность всех ваших намерений! А Медея Ивановна? Она была просто милой, интеллигентной женщиной. Одинокой и повёрнутой немного на истории! До свидания!

— Подождите! Поверьте мне! Так будет лучше! Хотя, если это ваше решение, то я настаивать не собираюсь! Следует предать голову огню. Это даёт ей возможность, когда-нибудь вернуться в наш мир. И всё повторится снова. Именно такой поворот несёт баланс сил в обоих мирах. В том, откуда она к нам приходит, и в нашем, где она застряла в своём коматозном состоянии.

— Извините, ничем не могу вам помочь. У меня нет того, что вы ищете.

Так он обманул Карла и сказал правду, ключа у него уже не было.

Свой разговор они так и не закончили. Детектив поспешил распрощаться с собеседником, он ушел, так и не выполнив последнего поручения Немого.

Глава семнадцатая, о Розе Гроудс

Детектив пришёл на эту встречу один. При этом у него не было ни микрофона, ни оружия, ни тем более других каких-нибудь шпионских штучек. Он имел представление об этом зале, и знал, что заранее туда ничего не пронесёт, не было времени. На входе — плечистый паренёк. Тот тщательно его обыскал небольшим новым прибором. Наверное, детектор металла. После того как убедился, что посетитель чист, он кивнул куда-то в сторону зеркальной стены, негромко произнёс в свой прибор за ухом условное слово и пропустил Николаева в зал. Вообще, в такое помещение все проходили без особых препятствий, но именно детектива встретили таким образом. Николаев предварительно воспользовался камерой хранения одного магазина, этажом ниже. Там он оставил оружие, все карманные вещи. Ключ от камеры прилепил жевательной резинкой к стойке входного турникета, сделал это незаметно, по пути следования. Обыск прошёл, ничего у него не обнаружили, пропустили.

Его знакомая, ночная посетительница по фамилии Иванова находилась в комнате. Она стояла у окна, повернула голову, кивнула, мол, здравствуй, и продолжала смотреть на улицу. Здание было новое, пейзаж не испорчен уродливыми конструкциями современной архитектуры, так что посмотреть было на что. Лес. Река. Далеко были видны горы. В комнате находилась ещё одна женщина. Николаев знал её по репортажам местного телевизионного канала. Это была настоящая бизнес-леди. Женщина американского происхождения, некто Роза Гроудс. Она представляла интересы одной богатой компании, связанной с новыми высокими технологиями. Что они забыли здесь? В этой глуши? Это было совсем непонятно. Репортажи с мест различных мероприятий носили чисто светский характер, впрочем, Николаев не вдавался в подробности.

Он представился, расстегнул пуговицу пиджака. Ему предложили сесть.

— Чай? Кофе? Мистер Николаев, плиз!

— Воды, если можно без газа!

Воду принесла секретарь, которая бесконечно появлялась в комнате то с документами, то с телефонной трубкой. При этом у женщины была своя «труба» под рукой, в которую она часто заглядывала, ещё чаще по ней звонила, бросала короткие реплики то на русском, то на английском языке. Женщина была одета в деловой серого цвета брючный костюм. Ничем особенным не выделялась, но ничего не уродовало её в этом образе. Каждая деталь туалета была продумана, за исключением украшения на шее. Николаев никогда не видел ничего подобного, настоящее произведение искусства.

— Итак, мистер Николаев! У вас, вероятно, есть то, что нужно нам, но насколько я о вас знаю, вам бесполезно предлагать деньги. У вас свои принципы, а у нас, так сказать, свои! Но попытка, как говорят русские в пословицах, не пытка! Поэтому мы хотим предложить вам другую сделку. Откажитесь от своего клиента по любой удобной для вас причине. И мы не станем применять ни к вам, ни к вашему клиенту никаких враждебных действий! Поверьте, мы очень сильны, и нам подвластны многие рычаги воздействия. Способы вас устранить могут показаться вам не совсем честными. Непорядочными! Но, поверьте, это будет того стоить. Вы не на той стороне находитесь, понимаете? Если вы не будете поддерживать своего клиента, то её позиции значительно ослабнут. Именно это может нас устроить!

— Что же такого может сделать простая девушка? Чем она вам так не угодила? Объясните мне, такому непонятливому!

— Девушка? Девушка ничем! Но вашим клиентом является её мать! Она представитель очень сильного клана! Очень жаль, что вы этого до сих пор не разглядели! Она сумела отвести вам глаза. Вы никогда не задумывались, почему среди десятка других частных агентств этого города, она выбрала именно ваше агентство?

— У меня хороший послужной список. Потом, я оказывал ей раньше необходимые услуги. И поверьте…

— А раньше? Почему она раньше выбрала именно вас? У вас специализация была, какая? Розыск домашних питомцев! Как это мило! Вот выписка из вашей рек л амы того времени.

Тут Николаев попытался вспомнить день их первой встречи. Обычно он чувствовал своих клиентов, мог предугадать все их просьбы, а в тот момент он просто увидел женщину, убитую горем, и всё! Остальное, как отрезало! Как стена, за которую следовало лезть, но не было сил. И всё-таки он не сдавался.

— Ничего особенного я не заметил, обычный клиент!

— Это потому что она вас просто использовал! Она что-то знала о вас такое, что могла использовать. Ей нужны были именно вы! Из всех остальных людей, которых она могла себе позволить. Она очень богатая, состоятельная женщина. В её силах было купить любой московское агентство на корню, если на то пошло. Она очень расчетливая, холодная женщина! У неё имеется очень сильный дар. Это очень сложно объяснить. Такая наследственная часть её рода! В своё время она не смогла стать исполнительницей одной очень интересной композиции, но она воспитала и подготовила свою дочь! Вы знали, что девушке в детстве сделали одну довольно сложную операцию? Очень давно детей подвергали чудовищной процедуре, их заставляли проглотить специальную трубку, которая оставалась в горле в виде кольца. Многие подопечные умирали. Но те, кто справлялся, долго ходили с перевязанным горлом, их потом дальше пичкали разными вещами. Это сложно объяснить, но в наше время всё делается проще. За деньги, под видом удаления миндалин, гланд, ей вставили специальный прибор. Проходит время, и вот девушка может исполнять сложные вещи, очень серьёзные вещи! Своим голосом она может производить звуки, которые никто не слышит. Как собачий свисток, его слышит только зверь. Волк или собака, неважно! В этом нет ничего страшного, у многих исполнителей есть такие природные возможности.

– Даже у вас?

— Представьте, даже у меня! А как вы догадались?

— Исходя из ваших собственных слов, вашего поведения, я понял, зачем вам такое украшение на горле. У вас там находится что-то инородное, поэтому такое сложное украшение и скрывает это. Но, по-моему, с девушкой всё нормально! Я её видел, у неё действительно Дар. В этом другая причина, но какая?

— Может быть, Птица! Я знаю! Она дала свой Дар ей! Дар, который помогает раскрыть человеку в себе очень многое. Но девушка уже была обречена, она сама позвала Птицу на помощь, а потом сама пошла за ней! Это заговор! Вы, наверное, не заметили, девушка никогда больше не болела, у неё не было никаких болезней, она стала очень стойкая к стрессам, к холоду!

Тут Николаев вспомнил, как Зарина долго находилась совершенно раздетая, ходила по холодной пещере и твердила, что ей совсем не холодно. Тогда она совершенно ничего не боялась, могла остаться одна наедине с этим Чудовищем и её яйцом!

— Вероятно, что им нужно было что-то от Великой Птицы. Они своего добились, без такого Дара трудно было бы найти тайник! Вспомните, ведь это место знал только хозяин поместья и тот, кто его хоть раз видел! Сестра обратилась к предкам, к их памяти!

— А кого вы считаете сестрой?

— Знаете, это интересный вопрос! Теперь они обе мне как сёстры! Как кровно, так и идейно!

— Так, почему же вы настроены против них? Чем вы это можете объяснить?

— О, детектив! Я считаю, что обладатель такой Силы, способен вызвать из другого мира Чужих! Это очень не хорошо! Это очень не своевременно! Им не место в нашем мире! Я ставлю вас в известность, как это по-русски? Предупреждаю! Вам не дали выбора! Поймите, такие, как вы идут до конца! Но заключая с вами этот договор, Сестра не раскрыла перед вами всех карт! Понимаете? У вас был выбор! А вы даже не осознали этого, просто перешли на ту сторону! Теперь вы уже глубоко увязли, на вас лежит… эта… Тень!

Тут Николаеву стало плохо, он заметил, что все, кто находится в данный момент в этой комнате, нацепили на лицо защитные маски. У него такой маски не оказалось. Из-за шторы торчал силуэт какого то газового баллона, кран на котором был открыт, в помещение стало вползать бурое газообразное вещество. Кто именно из присутствующих открыл этот кран, этого Николаев не видел, да и какое это имело теперь значение. Он стал медленно оседать на пол. Через минуту над ним склонилась эта самая Роза. Лицо у неё было в хорошо оборудованном шлеме, она что-то монотонно говорила, и детектив, по сути, должен был всё это слышать.

— Сейчас вы уснёте, а потом проснётесь. Ни о чём не беспокойтесь! Пока вы меня слышите, я буду читать вам договор. Вы всё должны понять правильно! Вы не на той стороне воюете! Ваше место не там!

Уже через сон он слышит этот голос. Его держат за руку, и вдруг что-то случилось! В комнате что-то произошло, но Николаев ничего этого не видит, он уже потерял сознание. Голос в его голове стал бесцветным, тусклым. Он услышал пение, он вспомнил её пение, то, что было в концертном зале или в пещере! Какая разница!

Оказывается, что в это время в комнату ворвались несколько человек в противогазах с автоматическим оружием, они все были облачены в темные панцири бронежилетов. Силой они оттеснили людей агентства. Тем пришлось уступить, силы были неравны, к этой атаке никто не был готов! Шесть человек в тяжелых доспехах с оружием, против трёх телохранителей, одной секретарши и Хозяйки офиса. Это были тоже серьёзные люди, которые способны устроить бойню. Но Хозяйка этого не допустила, приказала оставаться на своих местах. Ей нужен был этот человек живым и невредимым!

Сразу же в комнату въехала тележка, тело детектива положили и вывезли. Последовала команда к отступлению. Потом, когда первые отступили, остальные попятились к выходу. Те, что были в комнате с самого начала, стремительно надвигались на противника, вытесняя сначала со своей территории, потом из других помещений. С обоих сторон оказалось достаточно разного оружия, чтобы начать войну.

— Кто это вздумал, играть против нас? — хозяйка просто кипела от возмущения. Тележку с детективом увез грузовой лифт, другие лифты в данный момент почему-то не работали, лестничную площадку блокировали люди в тяжелой амуниции.

— Это Джокер! Это его служба охраны здания, или кто-то переоделся. И под таким видом проник на территорию. Его уже увезли в автомобиле или отправили в вертолёте. Тут на крыше взлётная площадка, вертолёт дежурит постоянно.

— Он мне за всё ответит, уголовник дешёвый!

Что именно она имела в виду, это было непонятно, но то, что они оказались знакомы, было очевидно.

Она набрала номер на телефоне, но на другой стороне никто не брал трубку. Вдруг связь вообще оборвалась. Помещение между тем проветрили, мощный кондиционер работал монотонно и старательно. Маски все сняли, вернулись ждать новых распоряжений.

— Вероятно, что они с самого начала следили за нами. Итак, откуда? Это новое здание, сделанное по особому, индивидуальному проекту, тут очень много всяких систем в начинке. Следует прислать «спецов», проверить всё досконально. А также разберитесь, почему нет связи, опять какая-то уловка со стороны противника или потенциального конкурента.

Через некоторое время, когда вернулись посланные на разведку люди, они провели очередное заседание.

— Гуд! Не получилось по-хорошему, мы пойдём другим путём! Надеюсь, маячок через полчаса сработает, тогда и найдём его. А теперь я отправлюсь к Сестре!

Так оно всё и происходило. Джокер внимательно всё слушал. Наблюдение вёл прямо из этого здания. А когда понял, что стоит вмешаться, то позволил себе изменить весь ход событий. У него тоже были свои специалисты, которые могли прогнозировать все будущие события. Для большей убедительности он связался с нужным человеком по телефону. Тот подтвердил.

— Если они прочтут часть Договора Николаеву, то он станет Стражем! А это произойдёт не по его доброй воле! Следует это остановить!

— Что мне ворваться туда с оружием? Они сейчас наполнят всю комнату какой-то дрянью, а потом будет поздно!

— Это не смертельно. Детектив не может переносить только одну группу отравляющих веществ, ко всем другим он безразличен. Вероятно, что ему дали с водой какой-то стимулятор. Потом ослабили его внимание. После организм оценил ситуацию и должен был справиться, но его усыпили газом, вот и всё!

* * *

Прошло некоторое время, в комнату ввезли носилки с человеком.

— Сколько он ещё будет спать? Пригласите, пожалуйста, доктора, пусть он сделает ему укол. А впрочем, пусть он спит до утра, а мы пошлём в усадьбу охрану. Нужно туда отправить человек десять. И, Джокер, прошу тебя, не сердись на меня! Просто, я не могла сообщить тебе всё сразу! Пойми!

— Тоже мне, женщина с секретом! Антон, возьми одно звено бойцов и дуйте на усадьбу Наследницы. Вечером тебя поменяет Руслан, а ты его утром сменишь. Понял? И будь предельно осторожен, там ещё те спецы! Голыми руками их не возьмёшь! По периметру оборудовать датчики слежения, видеокамеры везде расставьте!

— Вам звонок! Это от Леди с пятого этажа!

— Да! Да! Он у меня, не нужно никаких слов, я потом всё объясню! И я тоже! Целую!

— Итак, этот пусть спит. Возьмите из ячейки все его вещи, сюда принесите. Пусть рядом врач дежурит, на всякий случай.

* * *

— Хай!

— Привет!

— Что за фокусы?

— Фокусы? Почему я узнаю обо всём последним? Ты, оказывается, Сестра Хозяйки!

— А с каких это пор ты подчиняешься другим лицам? Я всегда думал, что ваша организация очень серьёзная!

— Она держит пакет акций одной компании, такова воля её отца. Он позаботился о будущем своей дочери, как только узнал о её существовании. Она и её опекун, всё законно! Я соблюдаю интересы своей половины компании, они держат интересы своей стороны. Что тут непонятно? Всё очень даже понятно!

Он вновь стал говорить с лёгким акцентом.

* * *

— Зачем тебе Николаев?

— Мне лично он не нужен. Просто он знакомый. А тебе он зачем нужен? В чем твой интерес?

— Если Детектив станет Стражем, то против нас будет значительный перевес! Но это временный перевес. Главное, не дать Сестре возможность обратить его на нашу сторону.

— Ничего не понял! Ещё раз! Страж — это хорошо! А с нами, это, что, плохо?

— Не совсем так. Нужен выбор, каждый решает сам за себя. Вся жизнь Николаева — это путь, и каждый следующий поступок определяет, кем он дальше станет. До этого момента всё было ясно, Николаев — Избранный. Если он будет с Сестрой, то его ждёт участь «генералов», это почти новый «генерал». Если он прочтёт Договор, то станет Стражем. В этом нет ничего ни плохого, ни хорошего! Просто Сестра не объяснила ему всего заранее. Понимаешь? А ты выступаешь в самый неподходящий для этого момент.

— Куда пропал твой очаровательный американский акцент?

— Туда же, куда и твой! Дорогой!

Они ещё погуляли по залу и расстались! Джокер ушёл к себе. Американка спустилась в гараж, и скоро её машина неслась по загородному шоссе в сторону посёлка.

Встреча американской стороны с русскими дальними родственниками состоялась на открытом воздухе. Это были люди одного древнего ордена. Они даже внешне были чем-то схожи, но только внешне. Это были две разные концессии старой веры.

– Познакомься, Зарина, это твоя дальняя родственница. Тётя! Тётя Роза.

— Очень приятно! Мисс!

— Насколько я понимаю, вы в нашем городе уже давно! Решили наконец-то нанести визит вежливости?

— Я решила предупредить! Карл уже знает, что реликвия у вас. Сейчас он стал единственным, официальным наследником и, вероятно, что захочет вернуть себе эту вещь!

— Он получит её, но потом. Скажите, зачем вы всё время вмешиваетесь. Мне нужен Избранный. С его помощью мы станем сильней. Кто сможет противостоять нам?

— По-прежнему, только Стражи! Их много, среди них есть очень талантливые, умные люди, тем более сильные воины!

— Тем лучше. Сейчас для Зары нужен идеальный спутник!

— Но почему не Олег?

— Олег — это отступник! Ему нет веры!

— Но, вероятно, что он любит твою дочь! В это трудно поверить, но не стоит им мешать! Пусть сами разберутся! Вспомни, каждая попытка заканчивалась крахом всего! Отпусти их, пусть они сами выбирают свою судьбу! Ты не даёшь им свободы выбора. Может быть, ещё не время исполнять это произведение? Подумай, Сестра! У нас очень много других врагов. Усиление наших позиций — это как кость в горле!

Глава восемнадцатая, о событиях после встряски в банке

— Эх, Николаев, Николаев! Опять встретились! Второй раз родился!

Детектив открыл глаза, перед ним стоял Джокер. Это был уже не тот гастролер, который «шерстил» все местные катраны со своей бригадой катал. Теперь это был хорошо одетый господин с животиком и идеально уложенной причёской.

— А, Джокер!

— Ну, вспомнил. Теперь я!.. — он назвал свою новую фамилию, которой пользовался на этот момент времени. — Того самого Джокера тут явно уже мало кто помнит.

— Я-то помню. Кстати, ты звание своё купил, в карты выиграл или тебе его присвоили?

— Обижаешь! Купил! Скажешь тоже! Я, увы, тут без звания! Временно я тут. Это меня, собственно, и беспокоит. Николаев? Не мог бы ты мне помочь? В знак, так сказать, бывшей дружбы!

Они сидели вдвоём на новом диване в каком— то незначительном офисе, совершенно одни. Доктор уже успел уйти, вокруг никого не было, но это совсем ничего не значило.

— Знаешь, тут меня хотят заменить. Некто Лютый! Этот человек с большими претензиями от очень больших людей. Мне нужно время, я ещё не все активы тут собрал. Понимаешь, если что-то услышишь, то дай мне знать! Понимаешь, это очень важно. Тут такие деньги крутятся, что любому голову оторвут. А мне наследство Крёстного никак не могут простить. Наследница всё получила по закону, но это не «по понятиям». Братва считает, что деньги были взяты из «общака». Вор так поступить не мог. Они считают, что есть «недостача» в казне. Это гнилая тема. Это ещё от Профессора идёт. Пока он был в полном здравии, никаких проблем не стояло, под ним «общак» числился. А потом — понеслось! Пропал Лёнчик! Кто-то хапнул, и хапнул по крупному! У них были особые банковские счета, а номера никому неизвестны. Крёстный тогда за голову схватился, а с кого спросишь? Один свихнулся, другой как сквозь землю провалился.

В тот момент могли заморозить строительство по Бизнес-Центру, и для подрядчиков нужны были наличные деньги. Вот их тогда Крёстный перехватил у московских воров и обещал вернуть. Эти деньги я тогда сюда привёз. Вот меня и поставили сюда, как бы «смотрящим», а прав — с гулькин нос! У Крёстного объявилась родная дочь. А это у воров не поощряется, тем более что после его смерти она получила такое наследство! Он ей свои акции отдал. А мне это всё разгребать пришлось. Я с «ворами» рассчитался сполна, они свои деньги давно получили, но некоторым этого показалось мало. Центр каждый месяц прибыль приносит, и всё на законных основаниях. Лакомый кусочек. Тут-то и вспомнили о деньгах самого Профессора, а так как Лёнчик до сих пор нигде не объявился, то о нём тоже вспомнили. Бухгалтер тогда говорил, что в период войны с «генералами» всю документацию было решено перенести в надёжное место, что именно Лёнчик вёз эти бумаги! Но пропал!

Они посидели немного молча. Джокер как бы оценивал общее состояние детектива: доверять бывшему «менту» такое дело, его просто не поймут. Но особого выбора у него не было, тут нужен был очень надёжный человек, который не будет работать на другую сторону. Моральный аспект этого дела его не интересовал. Ничего противозаконного, только информация, но в первую очередь ему.

— Так, что? Поможешь? По старой дружбе! Возьми заказ. Я понимаю, что у тебя сейчас другой клиент, но это всё в общих интересах. Ей без меня очень трудно будет! А мне эти бумаги — вот как, позарез нужны. Хоть краем глаза взглянуть на них!

— А Лютый, у нас кто?

— Это бывший подельник «Чемпиона», они тогда вместе начинали. «Крышевали», выбивали долги с «терпил», устроили тотализатор, сами принимали участие в подпольных боях без правил. Но всё это было давно, сейчас он и не вспомнит, что когда-то вместе начинали. Не знаю! Я на грани войны с московской «братвой», а «Лютый» уже «коронован». Это итог его последней «ходки» к хозяину, он там, у Лешего был правой рукой, всю грязную работу за него делал. Теперь он потребовал себе «удел». Вот ему и предложили взять наш город, уж больно всё тут гладко идёт! Местная публика мне доверяет, но против него не попрёшь!

— Даже не знаю, чем тебе помочь. Сколько лет прошло с того времени? Тут зацепок не осталось. Да, и сам понимаешь, что любое движение будет отслеживаться всеми конкурентами.

— А ты постарайся! Дорогой! Это всё в твоих интересах, в интересах твоего клиента. Получится у тебя, получится и у неё.

У него опять появился акцент. Николаев понимал, что тот оставался с ним не до конца искренен. Да и никакой дружбы у них ни когда не было.

Тот слил информацию, когда ему было это выгодно. А Николаев распутал своё дело.

Действительно, Джокер готовил себе пути к отступлению. То, что его приговорили в смерти, его печалило намного меньше, чем личное безбедное будущее. Ему Николаев был нужен как посторонний человек, за которым увяжутся назойливые недоброжелатели. Документы? Это очень всё заманчиво, но, как сказал сам Николаев, это было маловероятно! Джокер мог выгадать некоторое время и собрать остатки всех активов. А появление «Лютого» или ещё какого-нибудь главаря его не колыхало. Это уже был общеизвестный факт, к этому следовало подготовиться. Нужно ввести в игру как можно большее количество игроков, а самому уйти со своей долей в сторону. На что он только рассчитывал? Это было малопонятно.

– Что касается всей этой потусторонней деятельности, то это ни к чему хорошему не привело. Вот, смотри, так или иначе, все участники плохо закончили! Чемпион погиб! Ленчик пропал! Профессор сошёл с ума! Крёстный погиб при попытке убийства! Страшно дальше продолжать. Это, как цепь одного целого, тебе не кажется?

— А как с американцами? Что именно их тут держит?

— Что-то вроде корпоративной солидарности! Это секта, часть какого-то братства, глубоко законспирированного общества! И мы бы, простые граждане, ничего никогда не узнали бы о них. Пока гром не грянул!

* * *

— Из последнего твоего разговора я узнал, что если ты примешь решение, если ты изменишься, то не сможешь защитить своего клиента. Ещё, тебя могут насильно убедить в этом. А это мне никак не подходит. Ты, давай сам разбирайся, что, да как! Решай сам, а клиента не бросай! У меня пред ней обязательства. Она владелец акций, а я пока управляющий! Тут всё чисто! Сам понимаешь!

Николаев понимает, что в этом отношении Джокер просто юлит, ищет свою выгоду, а напрямую об этом никогда не скажет.

— Посмотрим! Я, вероятно, пойду!

— Тебя проводить?

— Не стоит. Всё уже закончилось. Спасибо!

«Вот и получается, что всем нужен Николаев. Кому-то нужен ключ и наследство Немого, кому-то сам Николаев, кому-то нужно, чтобы Николаев не был противником, а был другом. А что нужно самому Николаеву?»

Спрашивать самого себя было малоубедительно, детектив страшно запутался в последнее время во всем этом. Ответа не было. Он вспомнил Иванову, женщину-бойца из «Синдиката». Вспомнил, как в первый раз её увидел, когда она была одета в форму охранника. Как хищно блестели её глаза, и молниеносные движения, попытки поразить его острым клинком. Вроде она не хотела убить его, но это был столь странный способ добыть несколько капель его крови! Потом вспомнил, как она стояла в очереди в Немецкий Банк в зале ожидания клиентов.

Вернувшись в офис, Николаев проверил свои вещи. Ему могли «впарить» пару «жучков» в одежду или в обувь, так и есть.

«Дилетанты!»

Он глухо хмыкнул, потом опустил найденные приборы в вакуумную банку. Ещё он заливал их специальным клеем, на случай временно вывести из строя. Потом клей высыхал, а прибор уже был по пути в другой город. На стене, на стенде у него находился сосуд с такими трофеями. Там уже лежало несколько разных иностранных и отечественных «жучков». Иногда Николаев начинал их разбирать. Что могло пригодиться ему самому, несколько штук он всегда отдавал одному умельцу, тот платил за них наличными деньгами или менял на другие, современные модели.

Он на всякий случай сходил в душ. В его здании было такое служебное помещение с душевой кабиной и сауной. Потом сел за компьютер, проверил свою электронную почту.

Глава девятнадцатая, о суши-баре, прогулке и визите в сумасшедший дом

Детектив направился в зал ресторана, сел за столик. Официант подал ему меню. Тот заказал воды, рыбу и что-то из фруктов. Стал ждать. Потом выбрал момент, когда охранник на входе удалился в туалет, встал и направился в отдельную кабинку. Открыл дверь и вошёл. Там, на низких диванах возле пузатого стола располагалась троица. Это были лысый бухгалтер и две девицы определённого рода занятия. Занавес наружу был ещё приоткрыт.

— Привет! Знаешь меня?

— Нет! Какого чёрта? Где Серж?

– Сейчас придет! Меня Джокер послал к тебе! Да не дрожи ты так!

В этот момент открылась створка двери, и в тесное помещение кабинета ворвался Серж. А через секунду он уже лежал на полу, беспомощно озираясь на человека, который его так быстро уложил и упаковал. Николаев сел сверху на стул, ножки которого придавили горло охраннику.

— У меня тут пара вопросов, и уйду, рыбу есть!

— Ладно! Что нужно?

— Лёнчик откуда в последний раз вышел, чтобы сесть в машину?

— Это было на хате, которая служила временным офисом. Адрес? Центральная, дом 8, квартира 24. Это третий этаж. Там сейчас уже ничего нет, но тогда располагался мой кабинет.

— Скажи, ты к его исчезновению точно никакого отношения не имеешь?

— Да господь с тобой, мил человек! Разве я бы сидел сейчас на этом месте, здесь с тобой разговаривал, если бы знал, где эти бабки находятся! Профессор взял у московских воров круглую сумму денег. Мы должны были выкупить рудник в тот момент, когда руководство потеряло бы своих «генералов». И деньги для комбината собирали, чтобы купить управление. Тогда адвокат попал в засаду, но выжил. А этому не придали значения. Генерала хотели выкрасть, но тоже не получилось. Тут бы Профессору призадуматься, а он решил форсировать ход событий, набрал бригаду свежих боевиков. Вооружил их и был готов к штурму рудника и генерального офиса. У него уже все планы были на столе. Оружие и боеприпасы привезли. А тут полковник их всех газом траванул, помнишь, на базе. Профессор пропал, его поместили в фургон и увезли. Это Лёнчика сильно насторожило, решил он бухгалтерию перепрятать, прибрать всё к своим рукам. Я тут совершенно не причём! Мне бы голову прострелили бы сразу, если бы я не смог восстановить некоторые документы по черновым записям. А как всё восстановить? Если документы в одном экземпляре были напечатаны. Я полгода из подвала не мог вылезти. Вот теперь тут!

— Вижу! Только знаешь, профессия у тебя с большой долей риска! Для обычного бухгалтера — это странно, столько не живут. Береги себя! А я пошёл, рыбу попробую. А, Серж. Без обид! Ты в следующий раз его запирай, чтобы он никуда не делся.

— Типун тебе на язык!

— И тебе не хворать!

Николаев ещё посидел за своим столиком, рыба была на высоте. Заказал кофе, потом вышел, оставил на чай официанту. То, что бухгалтер явно знал больше чем сказал, Николаев не сомневался.

«Он даже проговорился о полковнике! Откуда он это мог знать? Значит, ему это кто-то сообщил. Именно тот человек и оставил этого бухгалтера в живых!»

Охранник хмуро таращил на него свои глаза, но больше не выражал никаких претензий. Вероятно, что ему уже позвонили, что-то сказали.

На улице. Он поймал «мотор». Через некоторое время уже стоял на Центральной улице, в старой части города. Вот он дом номер 8. Окно двадцать четвертой квартиры выходило во внутренний двор. Осмотрелся. Вот оно! Стоянка для машин. На самой улице стоял ещё офис маленького коммерческого банка.

«Тут никто ничего не скажет, так как офис переехал очень давно. А если взять записи коммерческого банка, то вряд ли они тут сохранились за всё это время! Нужно узнать, что стало с той машиной».

Николаев думал о машинах Лёнчика, он хорошо помнил их. Если его «БМВ» перешла кому-то из братвы, то старенькую «Ниву», на которой он уехал, обнаружили за чертой города, на штрафной площадке.

«Итак, это посёлок».

В пригороде он зацепится, это ещё не точно. Утром он уже был там. В местном отделении милиции, в тесном помещении сотрудники долго вспоминали этот период времени.

– Так, это же «развалюха» была, не машина. Потом, её никто не искал! Уже сгнила давно, поди!

Сходили в гараж. Нет, тачка была на ходу, но никто на ней до сих не ездил, кроме «завгара».

— В хорошем состоянии. Оказалось, что там «движок» немецкий стоит. Для себя держу, не машина, а зверь! Что там обнаружили? Ну, были сигареты. Блок. Его сразу разобрали. Зажигалка, путеводитель по краю. Газеты и всё! Точно, больше ничего не было.

Николаев взял в руки путеводитель, это был обыкновенный атлас автомобильных дорог этой области. Отметки карандашом указывали на развилку, ведущую на рудник.

«Что ему там понадобилось? Его даже „генералы“ не искали, он в тот раз чудом жив остался!»

Попрощался с «завгаром», потом с начальником. Когда посёлок остался позади, Николаев подумал и поехал по указанной трассе, ему хотелось самому посмотреть, как там всё выглядит поближе.

Впереди была хорошая просёлочная дорога с несколькими боковыми ответвлениями на заброшенные хутора. В одном месте Николаев вышел из машины, достал «ствол» и пошёл пешком к заброшенному дому. Было видно, что тут давно никто не живёт, но изредка посещают, наверное, ночуют охотники или бомжи. Дальше была территория рудника. Об этом имелись соответствующие предупреждающие надписи на свежих столбах. Детектив знал, что там всё хорошо охраняется. Николаев вернулся в дом. Осмотрелся. Вот стол, несколько развалившихся табуреток. Под грудой грязного тряпья обнаружился ящик с инструментом. Рядом валялись спиленные металлические наручники.

«Вот это уже было интересно!»

Алексей поковырялся длиной палкой в элементах остатков одежды. Кусок порванной тельняшки. Старая куртка цвета «хаки».

«Такое мог носить только один человек! И этого человека я когда-то видел. Кирилл», — подумал Николаев.

Детектив вышел во двор, обошёл все вокруг ещё раз. Всё пытался принюхиваться. Тут он и нашел старый, пыльный пузырёк от лекарства. Поддел его веточкой. Попытался прочитать надпись, но ничего не получилось. Только дата хорошо была пробита и осталась на бумаге. Он забрал его с собой. Прошёл дальше. Вот летняя печка. Вот скамейка. Тут была беседка. Николаев понял, что нигде не видит колодца.

«Где тут люди брали воду? Это же очень просто, тут жили люди, что они пили?»

Огляделся. Колодца действительно нигде не было. Вот старый рухнувший сарай, вот элементы въездных ворот, вот колея от дороги. Вот столбы от изгороди. Двор сам по себе немаленький, не имел элементарного колодца.

В одном месте растительности было больше, чем в другом. Кто-то разрушил сарай намеренно. Алексей разделся, повесил свою куртку на ветку дерева, стал разгребать завал. Там он и обнаружил кусок жести. Откинул его в сторону. Вот он, старый сруб колодца. Отверстие чёрным проёмом смотрело на него, он заглянул, посветил фонариком и отпрянул. Пошёл в машину. Сделал звонок знакомому капитану. На его заявление, мол, «территория не моя, а рудниковская», Алексей намекнул, что «звёздочки» и звания так просто нигде не валяются.

Когда местный «опер» прибыл, то Николаев в общих чертах рассказал о белой «Ниве», о пометке в атласе. Они продумали, как эту новость лучше подать. Мол, обнаружил местный житель, позвонил в городе, потому что поселок оказался не по пути. Чтобы Николаев к этому делу никаким боком не стоял.

— С тебя причитается!

— Но я за рулём не пью! Поехали, «затаримся» в киоск.

— Это у вас в городе — киоск, а у нас пока сельпо и ларьки.

* * *

Вечером Николаев был в отделении местной психбольницы. Лечащий врач Кирилла сообщил о положительных сдвигах. Врач был очень приличный человек, много лет вёл это отделение, следил за несколькими пациентами в городе.

– У него уже все приходит в норму. Он по-прежнему неоперабелен, но жить будет. Судимость с него не сняли, но поместили сюда. Мать посещает. Бывшие коллеги. Адвокат. Ему помогают, и вы можете встретиться.

Николаев предварительно выставил бутылку дорогого коньяка, чтобы результат был в его пользу, но врач только рукой махнул, мол, зачем, зря вы это всё. Потом бутылка исчезла в необъятном шкафчике старой мебели. Свидание проходило в светлой большой комнате. Кирилл находился на своей стороне, но за решеткой.

— Здравствуйте, Кирилл! Вы, наверное, меня не знаете, но я имею некоторое причастие к вашей судьбе. Как у вас дела? Да, мне ваш врач говорил, что вам стало намного лучше.

Кирилл молчал. Он смотрел на визитёра с недоумением. К нему редко кто приходил из чужих людей. К обслуживающему персоналу он привык. Сначала Николаеву было не по себе, вдруг парня накачивают лекарствами, тогда его визит в больницу был напрасной тратой времени. Его ждали другие дела.

— Я сразу скажу, что мне многое известно. Чтобы не ходить кругом да около, скажу, что мне нужно знать, что случилось с бумагами, которые вы обнаружили на старом хуторе?

Кирилл, как и прежде, молчал.

— Не стоит отмалчиваться! Вот фотография ваших наручников. На хуторе была ваша одежда. Вот тут было ваше лекарство в баночке, которое вам доктор прописал. Труп я уже обнаружил. Им сейчас криминалисты занимаются. Это их головная боль. Я знал этого человека. Это был профессиональный киллер, помощник одного большого человека. Надо сказать, что все эти люди давно сошли со сцены. Но документы могут помочь очень хорошим людям. И если ими правильно воспользоваться, то пригодятся и тебе. Я знаю, что вы забрали себе деньги, но они мне не нужны. Скажите, вы отдали папку полковнику? Если они у него, то это уже плохо. Нашли труп, будут искать бумаги. Сообщите Сазонову сами. В городе начинается новый передел, и если полковник не будет к нему готов, то может пострадать. Всего хорошего. И вот, моя визитка. Тут в пакете вода, фрукты, сок. Это тоже вам. Если я вас нашёл, то, думаю, что скоро вас тут найдут и другие. Берегите себя, Кирилл. А вашу опухоль нужно было резать или хотя бы обложить, блокировать со всех сторон, чтобы не росла. Жаль, что наши врачи такие нерешительные. Всего хорошего!

* * *

На улице Николаев про себя отметил, что у парня осталось несколько спокойных дней. Или братва вновь обложит, или опухоль станет расти. Он её почти видел, ничего хорошего она из себя уже не представляла. Темное, пустое пятно в районе височной доли правого полушария. Он представил себе, какие боли испытывал этот человек и пожалел, что ничем помочь ему не может.

Вечером он направился к Зарине. На «хвост» ему села неприметная машина, но детектив уже сходу определял таких профессионалов. Все эти дни он был как на ладони. Перед воротами он сделал звонок Джокеру.

– Да, я нашел хутор. Там в колодце, наверное, Ленчик. Этим случаем будет заниматься местная полиция. Вы туда не лезьте, лишний раз не светитесь. Пока!

— Спасибо! Считай, что должок отдал. А документы где?

— Я этого пока не знаю, но не стоит поднимать шум. Дай на лапу, чтобы помолчали пару дней. Оно ясно, если они ещё не всплыли, то есть смысл их искать.

– Хорошо. Я поеду сразу туда. Потом надо насчет похорон «перетереть» с братвой. Сам понимаешь, у всех буду вопросы.

* * *

Николаев въехал на территорию, вышел из салона, чтобы закрыть ворота. Для этого всё следовало нажимать на отдельном пульте управления. Семья еще не приобрела автомобиль, но усадьба была приспособлена именно для машины. Обычно Ольга Владимировна вызывала знакомого частного шофёра с личным автомобилем, который помогал им с продуктами и покупками. Теперь эту роль отвели знакомому Николаева, пенсионеру. Тот стал ухаживать за женщиной с вполне серьёзными намерениями.

Зарина проговорилась, что Олег подарил ей машину, но её ещё следовало забрать из автосалона. Самое главное, это получить водительские права. Зарина решила, что когда освободится, то пойдёт на водительские курсы. Она уже просила, чтобы Алексей помог попрактиковаться за рулем. Но все эти уроки завершались её смехом и воплями. У неё получалось, но требовалось больше прилагать усилий, а этого она не хотела.

Во дворе находилась летняя веранда с отдельным столом, выполненным под старину. Там было своё освещение. Ещё на столе стояла одиноко свеча. Детектив направился туда. При входе Николаев встретил Ольгу Владимировну, он посмотрел на неё, пытаясь определить, что тут не так, но у него опять ничего не вышло. Тем более что сегодня она была не в духе, что-то ей явно не понравилось.

— Вы уже всё знаете?

— Нет, но я думаю, что есть смысл сесть и просто поговорить. Обсудить сложившуюся ситуацию.

Они так и сделали, прошли, сели за стол. Николаев не раздевался, ему было интересно, что же расскажет о себе потомок русской линии. Ольга Владимировна между тем зажгла свечу на высоком подсвечнике, поставила его на стол. Провела рукой по огню, и тот ничего ей не смог сделать. Николаеву такой фокус был не по зубам.

— Да, это так. Я принадлежу к российской линии потомков сестры святой Себастьяны. Как у нас иногда говорят, святой Сесилии. Это очень старое общество, обладающее некоторыми знаниями. Всё это передаётся по материнской линии. Я не знаю, как вы догадались, но в моих действиях нет ничего предосудительного. Конечно, как любой избранный, вы можете уйти в Стражу и служить там до конца своих дней. И, поверьте, вы не прогадаете. Тогда вы автоматически станете противником нашего наследия. Но есть и другие пути. Можно остаться с нами, и не нарушать договор, просто жить, существовать, не подвергаться репрессиям со стороны Стражи. Но и не мешать нам. Тут всё дело в равновесии. Обычно стражи являются сторонниками силовых методов борьбы. Но вы, Николаев, ещё не страж. Вы можете нам помочь. Я знаю, что мы никогда не достигнем былого могущества. Но можно всё-таки попытаться. Поэтому я нашла лазейку, как обойти договор. И даже не одну. Если моя дочь станет жрицей птицы. Если её возлюбленный будет избранным или будет обладать силой избранного, равным силе Стража, то многое может получиться. Понимаете?

— Да, в общих чертах. Но нельзя всё решать за других людей! Я хорошо отношусь в Зарине, но и другие люди мне тоже нравятся. Зачем мешать им просто жить? Вероятно, что ваши действия приведут к человеческим жертвам. Любое вмешательство — пагубно. Как вам ещё объяснить? Вы делаете такие шаги, от которых может многое измениться. Безопасность окружающих людей никто не гарантирует. Вероятно, что документ разделили с определённой целью — хотели избежать трагедии. По— моему, ваша одержимость — бесспорное тому доказательство. Как вам удалось меня всё время вводить в заблуждение, словно обводить вокруг пальца? Я вас практически не вижу, скажу больше, с самого первого момента нашей встречи, вы мне как будто бы глаза отводите. Зачем? Вам есть что скрывать? Скажите мне честно, как вам это удаётся? Я обычно очень остро чувствую чужое присутствие.

— Этот вопрос не ко мне. Это всё моя прабабка. Вы всегда видите только её. Сначала я боялась, что не получится, но однажды смогла проверить. Это очень старый трюк, я заговорена с самого детства. Обычно Стражи на него не попадаются, но, Николаев, вы ведь не Страж!

Теперь она встала во весь рост. Алексею тоже пришлось встать. Пауза после её слов затянулась. Николаев хотел спросить о многом, но пока не решался. Пробный шар.

— Хорошо. Почему вы стравили Стража с «генералами». Ведь это вы сдали ему охранника, который был на похоронах? Я долго не мог понять, как он нашёл именно его. Подозревал даже вашу дочь, мол, случайно выдала. Но потом понял, его Немому указали.

— Да, Немой начал преследовал нас, стал буквально «наступать» нам на пятки. Нужно было его отвлечь, кинуть собаке кость. Его гибель это результат его собственных ошибок. Все его действия приводили только к неминуемой его изоляции. Я думаю, что останься он в живых, то его участью было бы провести ещё много лет в застенках.

Она продолжала стоять и всем поведением показала, что Николаеву путь в их дом отныне закрыт. По сути, это была прощальная сцена. Она была готова к такому концу, а Николаев пока нет. Он хотел увидеть девушку. Поговорить с ней, попробовать образумить хотя бы её. Но ещё раньше Ольга Владимировна сообщила, что дочь уехала в город по своим делам. Вероятно, что с подругой. До этой минуты Алексей не мог дозвониться до обеих, и это его удивило, теперь он понял, что больше его не допустят к девушке. Номер её телефона уже поменяли. Тут во дворе он увидел двух чужих парней, и они вели себя как дома, очень спокойно. Оба имели оружие, у одного пистолет висел в наплечной кобуре. Другой охранник держал в руках спортивную биту. Именно так вооружался сам Николаев, когда делал обход в этом доме в первую свою ночевку.

Эта женщина, как каменная глыба стала расти. Конечно, этого ничего не было видно, но те силы за её спиной перестали находиться в её тени. Они вдруг вылезли и заполнили собой всё пространство в этом дворе. Николаев понял, что всегда был лишний в этом странном раскладе, его попросту использовали. В трудную минуту он готов был прийти на помощь, бороться за них не на жизнь, а на смерть. Он мог выполнять свою работу даже даром, но проходили лихие времена, и ему показывали на порог. Конечно, ему платили за все услуги, но видимо что он чего-то не знал. И теперь всё встало на свои места.

Ольга Владимировна продолжала свой рассказ, ей, видимо, очень хотелось выговориться.

– Ещё он догадался, что я нашла выход из положения и сумею не нарушить договор. Поэтому он пытался нам помешать. Потом он виноват в смерти моего Паши. Я ему этого не могла простить. Пусть мы уже давно были с Пашей чужие люди, но у нас общая дочь! Такое не прощается.

Она протянула свёрток, положила его на деревянные перила резной декорации здания.

— Это, как я понимаю, расчет!

— Да, окончательный. Прошу, больше за нас не беспокойтесь. Мои дальние родственники решили нас поддержать. И ваш бывший коллега тоже. Я думаю, что так будет правильно.

Эта красивая, пока ещё не пожилая женщина была величественной и властной в эту минуту. Одета как всегда в строгое шерстяное платье, поверх которой была вязанная прозрачная безрукавка. Неброский ювелирный набор из белого золота. Зеленые камни. Всё это было таким изящным, тонким. «Семейные драгоценности», — опять промелькнуло у Николаева в голове.

— В городе опять будет «передел», будьте осторожны. Некто Лютый хочет вернуть деньги из наследства в «общак». Я думаю, что у него будут претензии к вам обеим.

— Я сказала, не беспокойтесь за нас. Скоро в городе действительно произойдут большие перемены. Почему именно в этом городе (это она, вероятно, сказала сама себе)? Ну, пусть будет он! Раньше мы были совсем не готовы(повернула голову и посмотрела в сторону далёкого города, который был далеко, и видно его отсюда не было.) Когда-нибудь это должно будет закончиться (это она проговорила спокойно, как-то сама себе). А Лютый? Ему скоро будет не до нас. Прощайте, Николаев!

Она повернулась, и направилась в свой дом. Охранники выступили вперед. Один из них включил механизм открытия ворот. Нечего и говорить, следовало уходить. Алексей вернулся в машину. Створка медленно открылась, машина выехала со двора. В пакете был конверт с деньгами, некоторые его личные вещи, запасная одежда. В своем офисе Николаев просидел ещё очень долго. Он пил свой любимый чай, который заварил в термосе. Потом достал из шкафа подушку, лег на кушетку и спокойно заснул.

Глава двадцатая, в которой детектив ищет друга, а находит союзника

Собственно говоря, Николаев мог спокойно покинуть город, так сказать устроить себе долгожданный отпуск, но что-то его удерживало. Он не мог избавиться от тоскливого, щемящего чувства тревоги. Зловещая мелодия из свитка преследовала его всё время. И он не мог понять, что именно ему не нравилось в этой ситуации. История, которая развернулась вокруг таинственного документа, заинтриговала не только его. Предстоящий концерт принесёт ещё много разных сюрпризов. Он в этом даже не сомневается. Сестры объединились, московская охранная структура взялась за дальнейшую организацию всего мероприятия. Афиши пестрят по всему городу: «Павлов — Светлова Зарина. Сольный концерт». «Орган. Антон Сергеевич Повыгайлов».

С тех пор как Немой умер, и Николаев отдал документ старику органисту, он стал им не нужен. Лишняя обуза, которая только мешает. Николаев ещё раз попытался связаться со своим коллегой, но тот не хотел отозваться.

«Видно, что ведьмы совсем „запудрили“ ему голову!»

Чтобы потом ни случилось, детектив понял, что его место там, на этом концерте. Даже Джокер не решался выйти на связь. Вокруг Николаева вырос невидимый барьер, его как будто бы оттеснили от всего, что сейчас там происходит. И только один человек, на которого он мог положиться, договорился о встрече с ним. Это был бывший генеральный директор холдинга «Янг Дженералс», Олег. Его бывший клиент.

Вечером они должны были встретиться на территории городского парка. Скамейка, на которой сидел Олег, была у самой воды. Алексей увидел его издалека, несмотря на то, что уже достаточно стемнело. Никого рядом не было. Когда он подошёл поближе, сидящий человек повернул к нему голову. Николаев остановился. Это был не Олег, это был какой-то другой, похожий на Олега мужчина. Тот откинул полу летнего плаща, детектив увидел темную ткань бронежилета и несколько кожаных чехлов с пистолетами. То, что потом произошло, напоминало плохой фильм. Человек ринулся к нему, вынул два ствола и стал стрелять сразу с двух рук. Двигался он как-то медленно, как в толще воды. Каждая вылетевшая из пистолета пуля так же медленно, преодолевая незримые раньше толщи воздушных масс, следовала к детективу. Алексей видел это каждое движение. Он почувствовал, что должен избежать с ними столкновения, и его тело прекрасно с этой задачей справилось. Он просто уходил от каждого летящего к нему заряда. Он также мог слышать звуки всех этих летящих предметов. Именно предметами они казались ему в это время. Что-то произошло, засада не сработала, но поразительным образом дали о себе знать уроки немого Стража. Визуально отмечая каждую траекторию пули, Николаев не просто избежал смерти, он плавно направлял пули в другую сторону, а сам медленно стал уходить. Так и делал, ладонью встревожил невидимую глазу волну, которая сбивала на нет все усилия грозного оружия. Одежда на детективе стала нагреваться, каждое его движение в таком ритме освобождало массу тепла, которое стремилось его покинуть.

Стрелок израсходовал обе обоймы, взял в руки следующие, новые пистолеты. Отработанные стволы повисли на коротких ремнях. Стрельба для него продолжалась. Ему казалось, что он видит цель, он был уверен, что попал уже несколько раз. Он не мог промахнуться! И иллюзия его обмана продолжалась для него до тех пор, пока он не пронёсся мимо того места, где первый раз увидел объект. Озираясь и ничего не понимая, он остановился. Убийца был готов добить раненого холодным оружием, которым был просто напичкан, и после этого ему даже не придётся скрываться. Недалеко, за воротами, его уже ждал автомобиль с прогретым двигателем. Он осмотрелся. Но никого на том месте не оказалось. Николаев просто исчез. Тупо оглядевшись, убийца скинул резиновую маску со своего лица, и пока он это делал, пропустил удар! Потом ещё удар! Откуда он только взялся! Впрочем, Николаев только начинал бить своего врага. Он вкладывал в каждый удар такие силы, что скоро на противнике живого места не осталось. Болтаясь, как тряпка в руках у детектива, он отключился. То, что это противник, Николаев уже не сомневался. Был ли он один, или их было несколько, Николаева это не интересовало. С этой минуты ему объявили войну, и он принял вызов. Содрав с убийцы жилет, он собрал в кучу всё оружие, теперь это его трофеи. Наручники щелкнули, кляпом послужила майка. Николаев присел, взвалил обессиленное тело на себя и побрёл в сторону изгороди. Он прекрасно знал, куда сейчас направляется. Заброшенная канализационная шахта послужит временем прибежищем для пленного. Толстая металлическая скоба должна была удержать его от любых попыток к побегу. Пленника пришлось раздеть. Всё вокруг Николаев внимательным образом изучил. Мало ли что может попасть в руки молодчика.

— Кто заказчик?

Человек пришёл в себя и только усмехнулся в ответ. Отрыл свой окровавленный рот, сплюнул. Это был не просто самоуверенный малый, он настоящий спец, которому уже нечего было терять.

— А какая разница? Ты тут так всем «насолил» в этом городе, что тебя каждая собака готова «заказать». Скоро тебя каждый второй полицейский будет готов убить. А каждый третий сдаст за деньги!

— Ну, это мы ещё посмотрим!

Алексей плотно взял его за шею и слегка придушил. С этой минуты он перешёл на нелегальное положение. Он сделал всего лишь один звонок, своему бывшему молодому коллеге из «органов». Но и этот абонент ему не ответил. Тогда он скинул короткое сообщение о пленнике в шахте. Потом выдрал блок питания на аппарате. Пора было уходить из этого района. Теперь от своего сотового телефона пришлось отказаться. Это и к лучшему. Этим штучкам он перестал давно доверять. Свалив всю одежду пленного в свою сумку, Николаев побрёл по тоннелю. В тупике он скинул сумку в нишу. Потом он её сможет достать. Оставил себе только один заряженный пистолет, так, на всякий случай. Выход из туннеля привёл его на развилку. В одной стороне он увидел старую церковь, с другой стороны далекая окраина города, он выбрал лесопосадки. В город ему направляться было совсем невозможно: без разведки, без прикрытия, сейчас он даже не желал рисковать. Следовало продержаться всего день. Именно через сутки намечался концерт. От него решили избавиться заранее. И сделали это как-то топорно, грубо.

Он бы всё придумал иначе, — усмехнулся про себя Алексей. — «Вот Иванова тогда всё сделала и красиво, и страшно! Кстати, какой там у неё номер телефона?»

Все прочитанные номера Алексей помнил очень долго, даже если ими никогда не пользовался. Это была его отличительная черта. Память его никогда не подводила. Его путь был нелёгок. Через полтора часа он уже сидел в сарае возле местного крематория. Его он приметил уже давно, пытался устроить в нём засаду на Немого, но тот так ни разу и не пришел. Тут его искать точно не будут. Вечером территория заперта на замок. Сторожевых собак, как перестреляли в тот злополучный день, так никто не успел завести новых. Новое руководство тут ночью не появлялось, а новый сторож из своего уютного гнезда не выходил. Так что Николаев мог несколько часов поваляться на старой раскладушке.

Ему нужно было выспаться, собраться с мыслями. Вероятно, что его разговор с Олегом перехватили, иначе этот эпизод ничем не объяснишь. Не мог же Олег его тоже предать? Даже ради Зарины. По существу, Алексей бы его понял, если бы тот попытался сам всё объяснить. Но вместо Олега его встретил профессиональный киллер. Конечно, те, кто его послал, надеялись на другой исход. Если бы Николаев смог выкрутится, и в результате борьбы погиб не он, такой исход устраивал бы заказчика. Детектива бы задержали тогда на пару суток, предъявили бы обвинение в превышении самообороны или в преднамеренном убийстве.

Постепенно его сморило сном, тревожные мысли больше его не беспокоили, а фантастическая мелодия перестала быть такой зловещей и пугающей. Когда он открыл глаза было уже светло, рядом, молча, сидел человек. Это был его старый знакомый, Харон. Алексей провёл перед глазами рукой, но образ старика не исчез, а только стал ещё отчетливей. Николаев резко поднялся, при всей его массе тела это было немыслимо. И сразу сел на место. Седая голова, короткая причёска, та же мудрая усмешка. Пара подозрительных перстней на желтых пальцах, покрытых длинными волосками, руки обрамленные нитками вен и капилляров. Даже одежда из прошлой жизни: рубашка с закатанными рукавами, жилет с полосатой спиной, хромовые сапоги со скрипом. Его хищный нос, толстое лицо с вечным загаром. Да, это он.

– Привет! Детектив. Как твои дела? Много успел без меня дров наломать?

— Ты откуда, Грек?

Он не хотел называть его иначе, это было старое прозвище Харона, перешедшее по наследству от друзей его друзей. Именно через них Алексей знал этого человека. Много лет назад его наставник, ныне почетный пенсионер города, бывший фронтовик, бывший следователь уголовного розыска познакомил молодого стажера с этой городской легендой. Молодой спортсмен, активист, комсомолец Николаев с интересом слушал о разных странах, где успел побывать этот человек в свою бытность. Именно благодаря этим связям грек смог адаптироваться в Советским Союзе и остаться в этом городе.

Они ещё помолчали, Харон нежился в ранних утренних лучах солнца. Он сидел, заслоняя своей широкой спиной весь обзор, прямо напротив большого окна, выходящего вовнутрь. Где-то во дворе, за ним Николаеву не было видно, сторож громко гремел ведром, совком, шоркал метлой по дорожкам. То, что Харон не прятался от сторожа — было для Алексея уже очевидным, это вызвало много вопросов, но он пока не торопился.

— Пойдём в мой кабинет. Хоть позавтракаешь нормально.

Они вышли. Харон совсем не боялся ничего, шёл своей уверенной походкой впереди, даже не оглядывался. Николаев побрёл за ним, по пути поздоровался со сторожем, это был ветхий тип, который угрюмо смотрел на пришельца, но ничего не произнёс.

— Вчера был объявлен по городу «план-перехват». Искали наёмного убийцу, но дали почему-то твою старую фотографию, и приметы с тобой все совпадали. Я позвонил своему знакомому, оказывается, нашли его, голубчика. И знаешь где? В канализационной шахте спрятался, да так ловко, что сам себя наручниками пристегнул к стенке! Услышишь — не поверишь! Его по «горячим следам» из самой Москвы приехали брать, а он — у нас на «дно залёг». Да не смотри так на меня, живой я. Вчера документы на паспорт отдал, мои уже были недействительны. Брата похоронил, правда, пока меня не было, его прах успели потерять, «нехристи», прости меня, Господи! Даже этого от него не осталось.

— Брата? А как тебя отличить-то от брата не смогли? Это мне можешь объяснить? Ведь брат тебя на десять лет младше был.

— Старые мы с ним уже были, стали нас путать на старости лет.

— Харон, скажи на милость, ты — Страж?

— Нет, и никогда им не был. Я — расстрига, бывший поп. Всё, что я тебе раньше рассказывал, всё это правда. И дальние страны. И приход у меня был, пока не пришлось всё бросить и уехать. Бежать, куда глаза глядят.

— А та история с госпожой Медеей? Немой? А, наконец-то, птица?

Харон сидел в удобном своём кресле. На столе стояла огромная сковородка с жареной яичницей и помидорами. На другом столике томился чай. Его вечная маска — усмешка, казалось, была не пробиваемая.

— Про птицу ничего не скажу. Ника я уже лет десять как знаю. Ведь он у меня давно живет, как только смогли его из «психушки» забрать, так и поселился. Он тогда преследовал одно чудовище, а когда настиг его и покарал, то угодил на принудительное лечение. Тогда было так много жертв, но об этом ещё умалчивали, чтобы не тревожить народ.

Директор достал свою знаменитую трубку. Почистил её, постучал об локоток кресла, зарядил новым запасом табака. Николаев съел всё со сковороды, отнёс посуду, чтобы отмыть.

— Брось, потом помоешь.

— Скажи, а что ты со мной сделал?

— Ничего. Всё это была инициатива Николая. Он, как тебя увидел, сразу предложил использовать как приманку. Его бы она близко не подпустила, могла бы вспомнить, он ведь впрошлой её жизни много дел натворил. Я был против, но времени оставалось мало, да и ты уже почти нашёл Медею. Если бы не он, лежал бы ты грудой каменной где-нибудь на складе. А так, и сам жив остался, и другим помог. Я ведь во всей этой истории мало что понимаю. Стражи, вот ведьмы! Откуда только «нечисть» на нашу голову берется?

— Значит, выходит, что ты сам тут совсем «не причём»? И где же ты был все эти несколько месяцев, чем занимался?

— Маленькая командировочка у меня образовалась. Когда пришло сообщение, но занят я был, не смог сразу вернуться. А потом, сам видишь, как вышло. Брат Теодорас погиб, все «стрелки» на Николая свернули, а он тут, я думаю, совсем не причём. Тёмная это история!

Всё это он произносил с некоторыми паузами, такими характерными чертами для его поведения. Такая неторопливость, осмотрительность, задумчивость. Он как бы пережёвывал слова, потом они появлялись, совершенно привычно, сами собой. Хорошая, исполненная из тёмного дерева трубка, теперь казалось, у него никогда не гасла.

— Я слушал аудиозаписи Николая. Он собрал очень большой альбом ваших разговоров…

— Это всё мистификация, его аппарат модулировал, ну, воспроизводил моим голосом все его, так сказать, «речи». Ко мне это не имеет никакого отношения. Поверь, Алексей, больше всего на свете мне бы не хотелось тут участвовать, даже как случайным свидетелем. Теодорас погиб, это скорей всего нелепость. Мы сожгли тело монстра, это ещё было при мне, не скрою. Такие вещи нельзя оставлять без присмотра, мало ли кому они попадут в руки. Тело чудовища могли использовать в коммерческих целях. Это прискорбно. И голову тоже нужно уничтожить.

— Знаешь, вчера со мной происходили странные вещи? Я стал делать очень невероятные трюки…

— Остановить время, повернуть его вспять, поднять одним словом весь народ супротив врага, сделать врага врагом, своим братом, и дать жизнь из своих рук!

Грек только усмехнулся. Что-то подобное Алексей уже слышал или ему доводилось читать. Ну, конечно, это глава из записей Ника. Это договор! Это та часть договора, которую успели прочитать над ним в том запертом офисе, когда он стал терять сознание. Неужели он подействовал? А как тогда объяснишь все эти фокусы. Из записей было очевидно, что Стражей обучают этому знанию, с малых лет в них закладывают, как только можно. А он получил только краешек чего-то совсем ему непонятного, никому неизвестного. И этого краешка было достаточно, чтобы ему удалось спастись. Нет, Ольга Владимировна, я не Страж! Но я этого так не оставлю.

— Да, я был в твоём офисе вчера. Поменял твои травы в шкафу, думал пригодится. Так и вышло. Ты жив — здоров, даже больше чем раньше, тебе и карты в руки. Вот новый телефон, вот «симка». Никак не привыкну ко всему этому. Потом приходи, как всё уляжется, я помогу с документами.

Они попрощались. Николаев переоделся. В этот раз ему досталась чёрная ряса, шерстяной головной убор. Крест на груди он придерживал рукой. Оружие он оставил у директора, незачем священнику таскать с собой пистолет, не следует, даже такому, ненастоящему. Щетина скрывала его лицо. Образ очень подходил Алексею. Батюшка получился очень важный. Все встречающие его пожилые люди «ложили» крест и просили благословить. Трудно было входить в образ, но Николаев никому не отказывал.

* * *

Мистер Ченг вызвал нужного специалиста. Датой проведения акции решили выбрать воскресение. Мэрия устроила очередной праздничный день. Народные гуляния проходили как в старом, так и в новом городе. Корейцы и китайцы надели свои национальные костюмы и устроили народное шествие на нескольких старых улицах. Это были обычные люди, которые уже давно жили в нашей стране, но не потеряли своих национальных корней. Труженикам обещали хороший праздник, с поддержкой властей, и они, собственно говоря, поверили. Это было все необычно для города, но всё меняется.

Намеченные цели должны были присутствовать на городском концерте. Джокер и два босса другой диаспоры занимали разные театральные ложи. Мэр и мистер Ченг тоже должны быть на этой премьере. Наличие усиленной охраны не остановит убийцу. Тот имел ключи к запасному входу, через старый подземный туннель. Всё было удачно спланировано, и должно было получиться. На окраине города стоял грузовик, на котором исполнитель покинет это место. Другой вариант предусматривал смерть исполнителя. Все обнаруженные улики указали бы на «москвичей». Джокера списали в силу его широкой натуры. Он как-то имел неосторожность и проговорился, что готов баллотироваться в мэры города. Такой прием не понравился ни самому мэру, ни его помощнику, мистеру Ченгу.

* * *

Лютый успел подружиться с местными «наци». Они не один день пили в подвале пиво, где вор быстро «промыл мозги» нескольким местным головорезам. Его задумка — испортить всем праздник, должна будет сработать. Он выложил крупную сумму денег, «наличкой». Организовали транспорт, купили пива, водки. Решили, что накануне приедут из других городков несколько десятков молодчиков. Сначала следовало устроить погром на рынке, потом спалить китайские магазины и рестораны. Лютый успел заручиться поддержкой одного полицейского чиновника. Тот заверил, что погромщиков никто трогать не будет. Власти не пойдут на открытый запрет стихийного националистического митинга.

В то же самое время Лютый со своими верными людьми войдёт в новый офис, где заберёт всю бухгалтерию и весь «общак». Бухгалтера он уже предупредил, тот приготовит все нужные материалы. Это уже вопрос решённый, но Джокер не должен успеть что-то предпринять в ответ. Его поставят перед фактом, что старое «завещание» аннулировано, и Павловым придется вернуть всё деньги до единой копейки.

Это всё было уже тщательно спланировано, несколько нужных адвокатов подготовили ряд заявлений в госучреждения. По факту смерти старого «крёстного» поднимут все бумаги, а убийцу с его помощниками будут судить. Лютый последний пункт поддержал уже нехотя, чисто формально, тут он точку решил поставить другим, более радикальным методом. «Полковник должен умереть». Вот таким суровым оказался его приговор. «Никого щадить не будем! Бить нужно своих, чтобы чужие боялись!»

* * *

Зарина с самого утра была как на иголках. Прошла последняя репетиция, на которой из разных частей произведения была сделана почти студийная запись. Зачем её записали? — спросите вы. Ей туманно пытались объяснить о великом значении предстоящего дня, что дубликат нужен во избежание ошибок и других печальных наложений. Роза буквально напичкала старый зал новой аппаратурой. Сцену украсили металлической оградой, которую заземлили длинным прутом глубоко в самом подвале. Были отработаны несколько партий с участием хора. Его привезла с собой сама Роза. Готовила в Америке, по другой части документа. Такого исполнителя как Зарина у неё не было. Тут Ольга Владимировна ничего не боялась, она держала руку на пульсе событий. Конечно, она понимала, что может произойти, но верила, что обойдётся, и у них всё получится. На вопросы о Николаеве или Олеге её мать только печально улыбалась. Она обещала, что они ещё появятся. Насколько она была права, она даже не догадывалась.

Надо отметить, что эта ловушка частично сработала. Полиция решила разыскать детектива, чтобы задать ему пару вопросов. Эти розыски очень усложнили бы жизнь Николаеву: длительное содержание под стражей никому ещё не шло на пользу. Но найти его, ни в тот день, ни позже, так и не удалось. Никому не приметный батюшка пересёк город, вошёл в концертное здание. Он устроился в отдельной ложе, такое техническое место для персонала. Там он никого не потревожил, решил, что посмотрит за всем отсюда.

* * *

Олег тоже попал в затруднительное положение. Его бывшие соратники рекомендовали ему не ввязываться в происходящее. Поездка на Дальний Восток очень затянулась. Самолет, который ему предоставил друг, вдруг потерпел аварию над горной территорией Китая. Все спаслись просто чудом. В нужный момент Олег приказал прыгать с парашютами, оставить самолет, который потерял управление. Люди спаслись, как я уже отметил, но очень долго добирались до цивилизации. Тут всем пришлось нелегко, несколько дней трудного перехода по случайной карте и по памяти бывшего генерального. Казалось, что Олег не успеет приехать. Но он появился вовремя. Один. Одетый в старый свитер, в порванных штанах он появился. И где бы вы думали? Да в небольшом банке в Афганистане. Его встретил клерк. Через пять минут принесли хороший костюм, обувь. Пригнали машину. Спасенные члены экипаж и Олег купили билеты, отправились домой ближайшим рейсом международной авиакомпании.

Полковник Сазонов сидел перед чистым листом бумаги и ничего не понимал. Письмо, которое он получил вчера, было написано обычными старыми чернилами. Он его прочёл. Неизвестный сообщил, что лечение полковника стало возможным благодаря помощи одного ему известного человека. Там ещё было написано несколько любопытных фактов для самого полковника, но самое интересное было то, что текст потом исчез. То, что успел прочитать Сазанов, стало складываться в его голове странным образом. Это сработал код Стража. Теперь этот человек должен был выполнять все поручения, которые ему таким образом навязали. Нет, сам Сазонов думал, что будет поступать правильно, но что-то в шкале его ценностей сместится. Он перестал быть Полководцем. Это был бунт, новый заговор против Птицы. Сработала сигнализация. На закрытый объект, за который отвечал лично Сазанов, произошло вторжение. Банкир и Депутат сразу поняли, что причиной этому стал полковник. У них была некоторая внутренняя связь, они чувствовали друг друга. Полковник успел перестрелять всех на закрытом объекте, когда помещение заполнили отравляющим газом. Через несколько часов его обнаружили без сознания возле запасного выхода, он так и не успел вырваться наружу. Прибывший туда врач только произнёс: «Смерть наступила…» И указал время.

Похороны должны были состояться через несколько дней, в это же самое воскресение. Так генералов стало трое. Уже в морге полковник очнулся. Хорошо, что его не успели вскрыть для осмотра. В туннеле он вколол в себя один очень интересный препарат, шприц уничтожил, чтобы даже следа не осталось. Маска, которой он воспользовался, была порванная.

Предпоследняя Глава

Ключ, который он обнаружил в той злополучной комнате, следовало передать по назначению. Он догадывается, что именно может получить от него Карл, и это его сегодня не устраивало. Загадочная организация получает в руки очень серьёзные научные факты, настоящие пробы неизвестной для науки материи. Их изучение приведёт к прорыву в любой области науки, стоит только приложить ещё не полученные результаты. Это может быть новейшее оружие, над которым уже работают за рубежом. А может быть необычное лекарство, которое будет спасать жизни десятков или тысяч больных людей. Этого Николаев ещё не знает.

Находясь в отдельной ложе, он видит тех, кто решает сегодня судьбу всего человечества. Странную одежду выбрали они для себя. Длинные плащи с капюшонами, театральные маски. Но Алексей узнавал каждого из данных персонажей. Он вспомнил испуг, который вызвал спиритический сеанс.

* * *

Спиритический сеанс с участием трёх дам, отставного следователя и частного детектива начался в полной тишине. Свечи по всей комнате стали меркнуть, некоторые сразу потухли. Возможно, что это происходило из-за отсутствия свежего воздуха. Окна были плотно закрыты, чтобы исключить воздействие воздушных масс или просто сквозняков на работу спиритического стола. Это была элементарная игрушка. Картонная вырезка с рисунком секторов, литая пластмассовая стрела на отцентрованной игле. Для больше уверенности они нанесли белым мелом вокруг стола ровный замкнутый круг. Бросили на стол карточную колоду. Начали это как шутку, потом молодёжь шушукалась в платочки. Пенсионер вытер усы салфеткой, пот валил с него градом.

— Это ничего, что я крещеный?

— Бросьте! Все мы крещеные!

* * *

Зарина уже давно не выглядела тем подростком, каким была в первые минуты встречи с Николаевым. Это была стройная девушка, которая пыталась жить стремительной самостоятельной жизнью! Её новая подруга с потаённым чувством зависти смотрела на неё. Она старалась сопровождать её всюду, всё свободное время. Впрочем, эта зависть не мешала им хорошо ладить друг с другом. Зара снисходительно позволяла находиться рядом, даже если в этом потребности не ощущала. Она, как настоящая королева, нуждалась в свите.

Когда мать немного отошла от пережитого шока, то вернулась к своим прямым обязанностям. На её плечах лежала вся административная работа по организации будущего концерта. Казалось, что после гибели Немого, препятствий не было. Это должно было её успокоить. Сам Николаев терзался мыслью, что не до конца контролирует сложившуюся ситуацию, что-то было им упущено. Интуиция подсказывала это ему, но он не понимал, что именно!

Они не вызывали дух Наполеона. Казалось, что тут особенного? Ведь им не нужно было знать мнение какого-то исторического лица! Нет, им нужен был дух их дальнего родственника. В данном случае, прабабки Зары, которая несла семейные традиции и какие-то знания. Умение петь!

Со слов Ольги Владимировны, Николаев знал, что в своё время мать Зарины тоже заканчивала местные курсы вокала, хотела учиться дальше, но встретилась с молодым человеком, который вскружил ей голову. Эта встреча перевернула всю её жизнь боком! Рождение Зары было счастливым событием в её дальнейшем существовании. У неё была скромная должность в каком-то городском архиве, небольшой оклад, помощь родственников — это всё, на что она могла рассчитывать. Внезапное исчезновение любимого человека. Потом его появление в городе — все это вызвало противоречивые чувства. Чашу весов перевесил тот факт, что бывший любимый человек оказался элементарным уголовником, который со временем стал вором в законе.

Всё это противоречило тем сказкам, которыми пыталась кормить детектива Роза Гроуд. Та утверждала, что российские последователи обладали несметными богатствами, которое передавали из поколения в поколение. Именно эти средства должны были стать источником для выполнения некоторых задач общества. Интересно, какие именно средства имелись в виду? Такая мысль только промелькнула, а потом исчезла. Николаев решил, что вернётся к ней, но потом.

Дух прабабки Натальи никак не хотел появляться. Николаев прикрыл глаза, держался за руку. Он сидел между Зарой и её подругой, поддался чувству созерцания и спокойствия. В какой то миг увидел мать Зары в совершенно другой одежде. Она предстала перед ним в образе сестры милосердия. Белый, накрахмаленный конверт накидки, надетый на голову. Волосы убраны. Красный крест маленькой точкой. Остальная — тёмная одежда. То, что это ему показалось, в этом он не сомневался. Такое часто происходило в последние годы его жизни. За спиной сестры милосердия стояли ещё другие сёстры. Эти фигуры заполнили всё свободное пространство. Николаев напрягся, повернул голову, посмотрел на подругу семьи. В этот миг она была почему-то одета в чёрный кожаный прикид, костюм полный металлических атрибутов и разных демонических знаков. Бледное лицо отдавалось таким сиреневым цветом, что Николаев сразу вспомнил, та выглядела раньше более ухоженной, чем в этом видении. Реальные простое платье из материи с тантрическим рисунком, уложенные рыжие волосы в красивой прическе, незамысловатые украшения, кулоны, бусы из настоящего бамбука — всё это перечёркивалось в данном видении. Подруга была бледная, чем-то озабоченная, внутри какая-то опустошенная, а самое главное — свободные участки её кожи были покрыты густым покровом шерсти. Голые кисти переходили в тёмно-рыжую шкуру, так же: шея, грудь, вероятно и ноги, которых Николаев видеть не мог. Взгляд хищника — голодный, с металлическим блеском! Какое-то наваждение!

Николаев перевёл взгляд на Зарину, та почти стояла за чертой круга, при этом он был уверен, что до сих пор держит её за руку. Она стояла в белом просторном балахоне с капюшоном, который имел старинные знаки какого-то христианского ордера. Короче, она уже не сидела рядом, она была как бы на сцене, выше всего и всех. Она пела. Обе её руки были вознесены над собой, голос заполнял ряды зала. Кресла почти мгновенно теряли свою былую форму, рушились, поэтому люди вставали, но, не замечая разрушений, слушали её пение. Голос волной ложился в дальнейшее пространство, ломая двери и стены! У людей искажались лица, их заполняла опустошающая непонятная сила, которая высасывала их жизни. Глаза слушателей сверкают, щёки опали, быстро лезут седые волосы, одежда подвергается быстрому тлену. Мгновенно и страшно всё превращается в пыль. Падают на пол украшения, металлические предметы, имплантаты, вставные челюсти, парики. Ничего уже не держится на этих ещё человеческих тенях. Они внемлют песне. Это песня о другом мире, за краем реальных слов ничего не понятно, но смысл вполне ясен. Открываются Врата, и Святая Себастьяна вернулась к жизни в новом своём образе!

Николаев пытается оглянуться, чтобы найти этот образ, но ничего у него не выходит. Ему трудно дышать. Вот видение закончилось. Руки крепко сжимают кисти двух девушек, это, наверное, очень больно! Но никто из дам не обращает на такие пустяки внимание! Оказалось, что прабабку Наталью дозвались. Она пришла, ей уже задают все свои вопросы. Но всё, что она успела сказать, заключается в том, что всем нужно поостеречься!

Сеанс завершился. Все сразу заговорили о случившемся. И только Николаев никак не мог понять, что могло означать то, что ему привиделось. Он внимательно слушал разговор женщин, пытаясь всё анализировать. Оказывается, что мать Зары послужила медиумом, на это сначала даже не надеялись. Ответы были нарисованы на планшете, стрелка гуляла весь сеанс, порой тухли свечи. Пенсионеру показалось, что он находится на полях сражений во времена Гражданской войны. Он рассказывал о железнодорожном полустанке, куда с артиллерийскими выстрелами ворвался бронепоезд. А стоящий рядом эшелон Красного Креста оказался беззащитным под его огнём!

«Как жаль, что я не рассмотрел остальных!» — с опозданием подумал Николаев. В его видении совсем не было видно старого следователя. Он видел сразу несколько картинок одновременно. Такой триплекс изображения! Этого у Николаева никогда не было.

«Что это? Будущее? Предостережение? Помощь? Или навязчивая идея последних бессонных ночей!» — ответов на это Николаев точно не знал, но слушал, кивал головой, внимательно всех оглядывал. Потом вышел покурить. Где-то далеко, за изгородью залаяла собака. Николаев точно знал, что где-то там стоит чужая машина наружного наблюдения.

«Полковник Синдиката, вернее сказать, Холдинга или Немцы!? Какая разница! Теперь всем от них нужно что-то».

Вернулся в комнату. Там женщина рассказывала, что в годы Гражданской войны её предки участвовали в борьбе на стороне белогвардейского движения. Три сестры были обыкновенными сёстрами милосердия. Что именно красный бронепоезд расстрелял эшелон с ранеными офицерами, потом пронёся дальше. В этом бою погибла одна из родственниц. Две других были на всю оставшуюся жизнь разлучены. Одна девушка вместе с любимым отступила за Дон, потом попали в Крым, эвакуировались в соседнюю Турцию. Другая родственница попала в окружение, похоронила сестру и осталась в Советской России. Там судьба свела её с одним интересным человеком, который спас её от расправы. Это и был её дед. Она назвала фамилию этого человека.

«Фамилия Зарины, это был прадед Зары!»

Николаев понял, что его сновидения и этот сеанс имели вполне реальную основу. В прошлом имелась какая-то нить, которая тянулась сюда. Это его успокоило. Он перестал курить, потом девушки у него стали просить по сигарете. Он отказал, ведь это так пагубно для вокального голоса.

Рыжая подруга рассказывала, что незадолго до этого она участвовала в одном готическом походе по катакомбам. Там их чуть не отравило подземным газом! Ребята были на всю голову больные, но с ними было интересно. В этот момент она повернула голову к Детективу, хотела посмотреть на его реакцию, но ничего не увидела, тот отвернулся к другой девушке.

* * *

На миг Николаев понял, что находится в ложе не один, он оглянулся. Рядом стоял небольшого роста человек. Он, как и Николаев, явился без плаща. Если одежда священника как-то маскировала Алексея, то гость был одет как охранник. Защитный цвет костюма, щитки и жилет с множеством карманов. Оружие. Каска с очками. Перчатки. Просто американский «рейнджер» на просторах российской глуши. В какой-то миг Николаев всё понял, это сразу спасло его. Нет, пришелец не стал бы стрелять из своего автоматического оружия, у него в руках был ещё нестандартный на вид шокер. Когда спирали впились в спинку кресла, Николаев был уже за спиной пришельца. Серия ударов обрушилась на шею, плечи. Такой реакции тот никак не ожидал — преодолеть дистанцию в несколько метров, уйти от парализующего выстрела. Вообще исчезнуть из виду! Немой вопрос застыл у этого профессионала на губах. Его попытка встать с пола, дотянуться до оружия, которое он потерял, ни к чему не привели. Алексей направил шокер на противника, пристегнул его кисть к массивному креслу, забрал его оружие и покинул ложу. Концерт уже начался. Зрителей был полон зал. Грохот в этой ложе уже привлёк охрану. Сюда торопились люди. Где-то там, на сцене запела Зарина. Это было начало. Сцену охватило первое свечение. Металлическая ограда отводила лишнюю силу в сторону от девушки. Алексей понял, что следует сделать, он как бы видел, что потом будет самое ужасное! Нет, песня тут ни причём. Кто-то ведёт свою игру, и жизни нескольких сотен тысяч жителей этого города в ней уже поставлены на кон!

Николаев успел нырнуть в отдельную дверь, ведущую вниз, как за спиной послышались шаги охраны. Они заполнили ложу и в недоумении остановились. Короткая информация по радио, ждут подтверждения.

Киллер уже пришёл в себя, атаковал прибывших людей, но был сбит с ног. Его вывели, по пути обыскали.

— «Ищите, он тут был не один».

Орган заполнил пустоту. Зарина в сером прекрасном платье подготовилась исполнять произведение дальше. Впрочем, я, наверное, ошибаюсь, сейчас платье уже не было серое, оно сияла свечением северного сияния. Эффект очень сложной технологии ткани нового поколения. Это был подарок Олега. Он где-то услышал про такое чудо и вот, преподнёс в подарок. Ткань, меняющая цвет от внешней вибрации и давления. Теперь оно было почти полупрозрачным и голубым. Вот голос опять взял следующие ноты. Алексей помнил, что это была самая длинная ария во всей композиции. Вокалистка широко развела руки. В этот момент включились ещё динамики. Это сработала другая аппаратура, Алексей понял, что может слышать совершенно чужие для человеческого уха звуки. Запись была обратная, кто-то открывал врата, о которых говорил Страж. Где-то за городом поднялся страшный ураган, он медленно набирал силу и двигался на город. На улице небо вдруг потемнело. Прохожие, случайно застигнутые такой стихийной неурядицей, поспешили укрыться.

Зарина остановилась, она тоже всё поняла. Она увидела чужим зрением, что сейчас происходит, и испуганно стала искать мать. Та, словно окаменела, это был её час. Час её всей жизни. Рядом стояли Роза и опекун. Других людей Зарина просто не знала, их лица тоже скрывались за масками. Перед органистом на стеллаже лежал документ, теперь это было две склеенных страницы.

Органист испугался, его пальцы свело, но он продолжал играть. Следовало продолжать во что бы то ни стало. Запись с обратным кодом была громче. Динамики выдавали всё намного сильнее, чем был рассчитан старый орган.

Зрители в этот момент все встали. Они повернулись в сторону от сцены. Их всех просто повело на чудовищные звуки другого произведения. Органист понял, что следует продолжать, он кричал об этом исполнительнице. Та тоже это вдруг поняла. Они боролись вместе. Песня продолжалась.

В это время внутри зала появился вихрь, который вращался только в одну сторону. Буквально рядом, под ним, появился второй. Он был меньше и слабей и вёл свой путь в обратную сторону. Между ними образовалось окно. Зрители уставились в это самое пространство, но смотрели туда пустыми, светящимися глазами.

В этот миг Николаев пробрался через весь зал нижним ходом, открыл люк и вылез на сцену. В руках у него был автомат пришельца. Он направил его на первый ряд огромных динамиков и открыл стрельбу. Пулевые разряды громили эти ящики один за другим. За первым рядом последовал второй. Потом выше. Нужно было развернуться и разгромить дальние и верхние ящики динамиков. Но патроны у автомата закончились. Зарина продолжала петь, ей совсем не мешала эта пальба рядом. Она знала, что если не допоёт, то весь её труд был напрасен.

В так называемое «окно» некоторые увидели прекрасный лик незнакомки. Многие простые люди, как бы узнали её, потянули свои руки к ней. Николаев знал, что должно было произойти потом: всех этих людей сейчас просто высосет в пустоту. Их плоть, кровь, их силы. Он видел это где-то своей второй памятью. Следовало остановить этот «концерт», но как? Именно в это момент появился Олег. Он был один, приехал сразу, даже не успел переодеться. И был вооружен только длинным японским мечом. Его появление в студии было неожиданным. Его никто не знал, даже не пытался остановить, он выбивал из рук находившихся там людей оружие. Вся аппаратура рухнула под его следующими ударами.

Сестры вызвались защитить это «окно», они уже были готовы получить обещанную им силу, как им помешали. Последовали соответствующие приказы. Несколько десятков бойцов выдвинулись на сцену и в комнату технической поддержки. Тот, первый круг стал слабеть. Зарина и Органист, увидев заминку, продолжали. Им оставалось совсем немного. Зрители испугано выли, озирались по сторонам. Они ничего не могли понять, что это с ними сейчас случилось. Временная эйфория прошла, возникли боль и тоска. Вопли понеслись по кругу. И некоторые люди поспешили сбежать из зала.

Тут произошло то, что никто никак не ожидал. Ольга Владимировна достала оружие из своего плаща. Это был арбалет, заряженный короткой стрелой, и направила его на музыканта. Выстрел, стрела прошила его руку, он скорчился, но продолжал играть. Ещё выстрел. Музыка прекратилась. Зарина испугано посмотрела на мать. А ведь всё было так хорошо, почему?

Анюта, сестра Антона, стояла за кулисами. На неё, слава богу, никто никогда внимания не обращал. Она включила старенькую стационарную стереоустановку на всю громкость. Оказывается, что запись вели не только сёстры. Анюта сделал на память такой же блок записей, и теперь дублировала весь концерт. У брата были слабые руки, он мог устать, и в этот миг, она была готова включить запись громче! Музыка продолжалась. Запись была идеальная. Более того, был записан и голос вокалистки. Теперь этот дуэт голосов увеличил нижнее вращение сил. И это помогло, окно постепенно стало закрываться. Крик женщины, словно вопль отчаявшейся волчицы, пронёся от ложи. Павлова протянула свои руки. И окно медленно всосало её. Те, кто находился рядом, отпрянули, но «окно» стало больше и забрало с собой их.

На сцену выскочил Олег. Он был весь в крови, со своим мечом. Охрана уже никому не подчинялась, она ринулась за зрителями на улицу. Из здания выбегали те, кто остался жив. Там ничего хорошего не было. Ураган давно накрыл город. Уже рушились новые небоскрёбы. Ломались деревья. Со свистом поднимало в воздух несколько автомобилей. И вот всё стихло. Корпуса машин мгновенно упали на тротуар. Прохожие, что не успели спрятаться, с ужасом смотрели на этот кошмар. Толпа, хлынувшая из концертного зала, ничего не понимая, что с ними собственно произошло, и что случилось на улице, остановилась. Город был покрыт слоём пепла, земли и листьев. Ураган проносился дальше.

Священник с автоматом вышел на улицу. Там он осмотрелся, вытер рукоятку оружия куском одежды, скинул автомат в урну. Он уходил, не оглядываясь. Потом вышли Олег с Зариной. Точней, он её вынес на руках. Следом спешили старички-близнецы. Антон нёс драгоценный футляр, он не знал, кому теперь его следует отдать, и стоит ли его вообще хранить. Это была очень опасная вещь. По запасному выходу, спотыкаясь, бежал киллер, он нашёл в обломках диск и прижимал его двумя руками. Обе руки были пока в наручниках. Он осознал, что его занятия — это детский лепет перед тем, что он сегодня увидел. А что он увидел? Чудовищный концерт, сути которого никто не мог ему объяснить. Наверное, потому, что никто ничего не понял.

Город стоял в руинах, ему ещё предстояло зализать свои раны. И, возможно, всё было не так печально. Обрушилась только часть стальных конструкций в новых зданиях, и всё. Не мне судить.

* * *

Лишь только потом в городе случились некоторые перемены. Во-первых, провели восстановительные и спасательные работы. Состоялись выборы нового мэра. Старый мэр ушёл на покой, его родственники ничего не смогли сделать. Внимание правительства страны было в тот момент таким настойчивым, что многое действительно изменилось.

Джокер, сёстры так и не объявились нигде. Зарина хотела справить панихиду, но духовный отец отказал ей в этом вопросе. Нет, он не был к ним нетерпим, просто посоветовал набраться терпения и ждать. Да, наследство у неё тогда отсудили. Адвокаты сделали своё дело, как говорится, «камня на камне не оставили», выжали всё. Лютый, который всё это задумал, получил заточкой в бок, выжил, но стал инвалидом. Кто занял место Крёстного, пока сообщить не могу, сам не знаю, но слухи по этому вопросу «ходят».

Олег сделал девушке предложение, она согласилась. Они вместе уехали в свадебное путешествие. Казалось, что только они одни добились покоя. Впрочем, Николаеву тоже повезло. Про его подвиги никто ни слова не сказал. Видно, что у людей память отшибло. Как потом сообщили, подействовал «массовый гипноз»!

Немцы взяли холдинг, так сказать «измором», они оказались решительными ребятами, обложили всех по полной программе. И у них это получилось. Директоров, то есть генералов, оставили старых. Сазонов исчез. Кириллу сделали операцию, это благодаря Алексею и Олегу. Первый нашёл хирурга, который согласился резать, а второй всё это оплатил. Медсестра согласилась выйти за Кирилла замуж. Он остался жить у неё.

Вот вроде бы и всё.

Эпилог, в котором происходит встреча Николаева с помощником Магистра Стражи Ордена

Этот вечер напоминал частному детективу Николаеву дурной сон. Напротив него в кресле его кабинета расположился старик. Это был милейшего вида старикашка. Только представьте себе, шерстяной пиджак коричневого цвета, светлая манишка и бабочка! Ну, бабочка, это еще куда ни шло, а манишка? Уже слова-то такого никто не помнит, но иначе такую рубашку никак не назовёшь. Манишка. Манишка в малиновый горошек. При этом вся одежда была хорошего качества, и, несмотря на длительную носку, оставалась в хорошем состоянии. Ботинки? Это мягкие штиблеты черного цвета со шнурками. Брюки — хорошо выглаженные, без потёртостей, без следов длительной носки. Это был идеальный внешний вид человека. Человека, за которым кто-то тщательно следил. Возраст старика, его точно не определишь. За шестьдесят. И яркие пигментные пятна на лице, что делало его более запоминающимся и выразительным, когда он улыбался.

Как и откуда он появился? Человек этот пришёл, казалось бы, по пустяку, и вот уже несколько часов они вместе с детективом мило беседовали.

— Нет! Только не вы! Вы не можете быть Стражем! Стражем становится человек из особой касты людей. Его готовят с самого раннего детства. Представляете? Он должен с молоком матери впитать в себя все знания и навыки Стража. Это очень сложно. Ну, как, вас, взрослого человека, можно научить останавливать время? А именно ваш предшественник это мог хорошо делать. Кстати. Он тоже был из простых людей. Но прожил очень долго и успел многому научиться.

— Чему научиться?

— Давайте, вернёмся к тому моменту, когда некто проходит в наш мир и это становится своего рода проблемой для нашего мира. Проясним на понятном примере. Прежде всего, Медея. Это, по существу, очень несчастное существо. Батарейка, как я её называю. «Оно» попадает в наш мир и долго прячется, приспосабливается. Она учится быть собой. Для её дальнейшей жизни следует совершать ритуальные убийства. Всё обставлено так, как будто бы происходит честный поединок. Но у её жертв просто нет шансов. Двенадцать поединков — это короткий период до следующей фазы обращения, которая может наступить через несколько десятков лет. Вы можете спросить, а зачем ей это нужно? Именно поединки дают ей нужные силы. Её древнее предназначение — это победить героя. Двенадцать героев, и вот она становится всемогущей и может поспорить с остальными богами на Олимпе. А теперь, когда этих богов давно уже нет, и Медея совсем другая. Обычное убийство ничего не даёт ей, и пока она этого не понимает, она совершает ошибки. Наш орден может найти её, заранее определить место, где она может появиться. Остальное дело техники. Нужно выследить и обезглавить.

Однажды в Америке Мадл, она же Медея, появилась в одном штате. Прежде чем она поняла, что должна делать, прежде чем её память восстановилась с прошлых веков, она совершила много ошибок. Её сразу нашли! В средневековье этим бы занялась Священная Инквизиция. Теперь только наш Орден занимается такими вещами. Мы долго следили за ней и смогли близко подвести одного молодого парня. Он был пожарником местной муниципальной команды. Ник Смирнов. Тогда ему было тридцать три года. Он был холост и много занимался спортом. Бег, вольная борьба, ходил на лыжах, водил гоночный мотоцикл. Идеальная позиция успешного спортсмена для жертвы. Только мы не учли одного — количество жертв было точно неизвестно. После двенадцати Мадл могла исчезнуть, на очень долго. Наставник Ника дал ему нектар амброзии. Следовало что-то сделать. Истинного Стража Мадл бы не подпустила к себе так близко. И она выбрала Ника. В шикарном отеле они провели вечер, а потом произошла схватка. Кстати, отель потом сгорел. Ник получил очень тяжёлое ранение в горло во время этой схватки. Благодаря своим новым способностям он выжил после операции. Но врачи долго сомневались в его статусе, он был почти мёртв. Его наставник выкрал парня из госпиталя. В хорошей, швейцарской клинике ему провели пластическую операцию. Ему сделали также новые документы, он получил новую работу. А во время второй мировой войны он попал в Россию вместе с караваном судов. Его судно почти прорвалось в Мурманск, но немецкая подлодка торпедировала их несколько раз. Судно пошло под воду, члены экипажа пересели в спасательные шлюпки, их подобрали русские солдаты. Во время войны он служил в консульстве. Потом перешёл на нелегальное положение. Там ему помогли, сделали документы. Он стал Николаем Серовым. Получил нового наставника. Его внешность была очень отталкивающая, но в глубине души это был очень хороший человек. Он долго не старел. Поменял несколько имён. Смог выполнить много различных заданий. Когда появилась Медея, то его последний наставник, Харон, не смог оценить правильно ситуацию, стал готовить тебя. Он ничего не объяснил тебе. Но ты хорошо справился со своим заданием. А Николай мог только наблюдать. Потом ему удалось выкрасть голову чудовища и поместить её в холодильник. Тело тогда успели сжечь в топке. На Харона вышла другая организация, они предложили забрать у нас голову. Дело в том, что во многих лабораториях мира ведутся исследовательские работы по созданию нового типа оружия. Хранить такую вещь стало опасно. Харон хотел отвести подозрения в сторону, стал делать вид, что он торгуется с покупателем. На самом деле его позиции были очень шаткие. Когда Серов вернулся в офис, то было уже поздно. Харон истёк кровью, во дворе появились милицейские машины. Ему ничего не оставалось, как уничтожить улики и уйти, спрятаться на конспиративной квартире. Его искали, но бесполезно. Точно никто не знал, что именно Серов был не простым копателем могил, а нашим Стражем. Но тут стал наступать и его черед. Дело в том, что его биологическая жизни стала подходить к концу, он очень поизносился и устал. Существующие враги нашего Ордена вышли на него, как и на Харона.

— А при чём тогда «Молодые Генералы?

— Птица! Ей так было необходимо построить свою империю, что она не поленилась и привлекла всех, кого смогла найти. Даже вы, молодой человек, стали одним из её помощников. Помните, как-то раз вы поддались странному мимолётному порыву и сдали кровь для одного тяжелого больного. Вы стали донором для полковника Сазонова. Тот был безнадёжно болен, но Птица обещала ему помочь, если он станет её генералом. Так всё и произошло. Очень запутанная история, пока мы разобрались во всём этом, нам до конца многое не было ясно. Вмешался наш западный филиал. Немцы оказались тоже из Стражей, но там был момент перестройки, передачи власти. Очень давно произошло несколько покушений на немецкий филиал. Кто-то устроил автомобильную катастрофу действующему Стражу. Тогда их обезглавили, поэтому они ничем не могли помочь. Николай Серов добрался до самой Птицы, но руками другого человека. Способность воздействовать на других людей, в нужный момент находить посторонних помощников, поднимать армии на врага, всё это есть навыки настоящего Стража. Отец молодой ведьмы покушается на Птицу, сам погибает. Молодая ведьма получает коррекцию, её теряют из виду. Когда Серов понимает, что приближается Час открытия Адских Ворот, то пытается остановить перевод и написание этого Музыкального Ключа. Западный филиал потерял свиток, но там успели сделать замену Стражу.

— Да, я понял. Им стал Карл!

— Это потомственный Страж. Его готовили. И когда наступил нужный момент, он должен был только всё вспомнить. Но ведьмы оказались сильней. Да и вы тут многое испортили. У вас был выбор. Стать Стражем и провести в нашем Ордене всю оставшуюся жизнь или избрать свой путь. Именно поэтому вас удалось заманить на сторону наших потенциальных врагов. Ведьмы должны были исполнить свой старинный гимн. Я нисколько не заблуждаюсь по этому поводу. Получить нужные им силы, власть над миром, и впустить всякую нечисть в наш мир. Конечно, святая Сесилия была настоящей святой, её канонизировали. Но, поверьте мне, старому человеку, это очень спорный вопрос. В её время Врата удалось закрыть, всех приверженцев того монастыря изгнал, кого-то даже казнили. Священная Инквизиция не сидела на одном месте без дела. Костров тогда разожгли по всей Европе. Нашему Ордену тоже досталось. Мы ушли в подполье. Помню, это было тяжелое время.

Николаев с интересом посмотрел на посетителя. Как это понимать? „Помню“! Сколько же тогда ему лет. И как бы отвечая на его вопрос, Старик стал рассказывать дальше:

– Я родился сразу же после этого времени. Так что я стал свидетелем многих мировых событий. Я современник известных людей с мировым именем. Во Всемирной Энциклопедии выпуска 1875 года можно найти гравюру с моим изображением. Это одно из моих имён. Сами видите, что моё время тоже давно ушло. Знаете, как мне было трудно адаптироваться со всеми переменами, новшествами. Электричество! Я помню первые французские революции. Самым мучительным это было появление гильотины. От огнестрельных ранений нас можно было вылечить, а обезглавливание — это был реальный конец жизни. Мы тогда многих потеряли. Наш Орден был очень богат, и именно власть и дворянские титулы давали полную свободу. Революции лишили всего, некоторых даже головы. Такие долгожители, как Мы, не были готовы к переменам. Удалось уехать в Америку, устроиться там. Я рыл золото на русской Аляске, возводил небоскрёбы в Чикаго, строил биржу в Нью-Йорке. Потом пришлось много чем заниматься, короче, строить нашу империю было нелегко. А последние несколько лет я живу в России. Теперь я просто доживаю свой длинный век. И я повторяю, вам не место в Страже. Это очень большая ответственность. Само собой разумеется, ваш нейтральный статус — это большая проблема для всех. Но именно это делает вас уникальным. Вам не нужно переходить на чью-либо строну, зачем? Вы, и так хороши».

Старичок пил очередную чашку заваренного чая. Николаев, который терпеть не мог одноразовые пакетики, успел приготовить хороший напиток. В его офисе был специальный угол, скромный стол для приготовления бутербродов, чая. Теперь, на правах хозяина, он поил посетителя настоящим индийским чаем. Заварной чайничек был большим, и посетитель никуда не торопился. Николаев давно узнал его голос. Он слышал его на аудиозаписи. Помощник Магистра, именно так он представился при знакомстве, был забавный человек. Он видел людей насквозь. Способность Николаева разобраться в людях — нём натыкалась на непреодолимую преграду, как когда-то с той самой женщиной, о которой они тоже много говорили.

— Моё появление у вас объясняется тем, что в этом регионе продолжают происходить странные вещи. Надобность в действующем Страже давно отпала, я надеюсь. Но тут требуется особый человек, который бы просто мог следить за дальнейшими событиями и правильно их оценивать. Именно вы и есть такой человек. Другие люди это давно поняли, поэтому обращаются к вам. У меня такая просьба, если будут происходить необычные на первый взгляд вещи, то окажите услугу, сообщите об этом. Серов должен был передать вам ключи от своей последней берлоги. Нет, речь идёт не о той квартире, где его нашли люди из спецподразделения Сазонова. У него было надежное место, настоящая берлога. Мы поможем вам материально. Ваше занятие детективным промыслом — это надёжное, очень удачное прикрытие. Вам следует просто жить дальше. Общаться будете с моим человеком. И, может быть, мы ещё когда-нибудь встретимся.

Вот этот человек встал. Поправил свой костюм, положил визитку на стол. Мило улыбнулся, стал будто бы меньше ростом. Поклонился и вышел. Даже не вышел, а растворился на месте. На столе осталась его чашка от чая, красивая визитка и дорогой платок с вышитым вензелем. Николаев еще подумал, что следует посмотреть на статью во Всемирной Энциклопедии.

Перед Николаевым лежал старый пожелтевший, пожухший от времени почтовый конверт. В конверте находилась обыкновенная поздравительная открытка с соответствующим содержанием. Кто-то кого-то поздравлял. Он уже видел его раньше, текст читал. Конверт детектив автоматически сгрёб в карман в той самой комнате, где обнаружил Немого. Потом временно спрятал в подъезде и забрал в контору. Кстати, именно такая надпись красовалась на дверях. Надпись на его входной двери, в его агентство. «Контора». Старые знакомые по службе даже шутили, что подошло бы название «Конура». Теперь у него новый офис в другом здании, а название осталось прежним.

Итак, на это почтовое сообщение он давно не обращал внимания. Оно лежало в папке с теми делами, о которых он так хотел бы забыть. Но сосущее чувство ностальгии заставляет его открыть то или иное старое дело, чтобы вновь и вновь память могла вернуться в то время. Сегодня всё было иначе, Николаев точно понял, что знает этот адрес. Улица Маленького Порога, строение 8 квартира 12. Это место было на самой окраине, на севере города. Старые здания, почти покинутые своими жильцами. Название такому месту дала река Быстрая. Один из её каналов, который был обшит камнем, имел здесь порог, такую ступеньку. Мост, который находился над этим местом, имел название моста Маленького Порога. Прилегающая улица тоже имела такое название. Собственно говоря, даже не улица. На улице было всего несколько домов — десять строений, а осталось и того меньше. Строение под номером восемь стояло на нечётной стороне улицы. Это было старое двухэтажное, кирпичное здание с тёмной черепицей на крыше, со шпилями для железных флюгеров. Странно, никто на эти части металлолома не претендовал. Здания были по большей части запертые. Николаев пошёл туда. Так и есть, старые деревянные, амбарные двери, замочные скважины, указывающие на такие же старые чудовищные замки. Строение номер восемь тоже не казалось ни жилым, ни посещаемым. На двери подъезда Николаев увидел обыкновенный почтовый ящик. Он просунул руку в щель, выудил остатки старой корреспонденции. Почтовый ящик не заливало водой, для этого у него имелся соответствующий козырёк. Удивительно, кроме таких же старых писем в нём ничего не было. Двери были нетронутые, казались незыблемыми. Ещё Николаева очень удивило отсутствие всякого рода рекламы, разных объявлений и другого подобного мусора, так свойственного нашему времени. Казалось, что дом живёт в своём временном пространстве. Судя по датам на конвертах, самое последнее письмо отправили откуда-то из Москвы. Штемпель чётко указывал на московское почтовое отделение. Впрочем, обратного адреса как всегда не было. Детектив огляделся, сунул пачку писем в карман и отправился к себе домой. Ему следовало изучить эту почту. Но он уже очень устал за день и хотел прилечь, отдохнуть. Он ещё вернётся сюда, в этом он просто уверен.

Content

Игорь Афонский
Прерванная месса

Глава первая

Глава вторая, в которой описывается комната пыток

Глава третья, рассказывающая о холдинге «Янг Дженералс»

Глава четвёртая, повествующая о полковнике Сазонове

Глава пятая, также о полковнике Сазонове

Глава шестая, о том, как Страж сам становится Монстром

Глава седьмая, рассказывающая о других событиях, произошедших у Органиста дома

Глава восьмая

Глава девятая, в которой описывается репетиция

Глава десятая, в которой речь идёт об открытии развлекательного центра

Глава одиннадцатая, которая возвращает нас к немцам и объясняет все последствия кражи

Глава двенадцатая, в которой вспоминают о Птице

Глава тринадцатая, описывающая записи архива

Глава четырнадцатая, в которой повествуется о продолжении расследования

Глава пятнадцатая, о событиях происходящих после встречи с Джокером и другими людьми

Глава шестнадцатая, о визите в отделение банка

Глава семнадцатая, о Розе Гроудс

Глава восемнадцатая, о событиях после встряски в банке

Глава девятнадцатая, о суши-баре, прогулке и визите в сумасшедший дом

Глава двадцатая, в которой детектив ищет друга, а находит союзника

Предпоследняя Глава

Эпилог, в котором происходит встреча Николаева с помощником Магистра Стражи Ордена