Александр Селянин

Тропа волхвов

Боевая сказка

Эту, свою первую книгу, я посвящаю моей супруге Людмиле, переносившей вместе со мной все тяготы и лишения армейской службы в отдалённых районах Советского Союза.

Г. Сосновый Бор.

Эта книга от начала до конца придумана автором. Везде, куда бы ни бросала его судьба, он встречал ярких и интересных людей. Их образы и характеры автор использовал для создания персонажей своих книг. Место действия и события вымышлены. Совпадения имен и названий мест с реально существующими лицами и местами могут быть только случайными.

Ни одна из частей этой книги не может быть воспроизведена или использована в любой форме и любом виде без разрешения автора и издателя. Нарушение авторских прав преследуется по Закону и является уголовно наказуемым преступлением.

Глава первая

Друг познается в беде

1

Откормившийся за лето лось, нервно подрагивая боками, тянулся к желтеющим листочкам нависшей над ним ветки березы. Зеленоватая слюна капала с его оттопыренной губы. Глаза выражали крайнюю степень получаемого удовольствия. Яркое солнце согревало его спину и навевало покой и умиротворение. Лишь изредка лось оглядывался по сторонам, насторожив уши, и опять принимался за очередную веточку березы. Прошлой зимой ему несколько раз приходилось отбиваться от волка-одиночки, который осмелился напасть на лесного исполина. Видимо, голод достал его до печенок, если он решился на такое дерзкое нападение. От стаи волков лось вряд ли бы отбился, но справиться с одиночкой ему было вполне по силам. Вот и сейчас, из густого ельника, на противоположной стороне поляны, за лосем наблюдали несколько пар желтых глаз. Это были молодые, сильные волки самцы. Они уже знали толк в охоте на лося. Волки точно знали, что живым его не выпустят. Запах его следов говорил им, что он уже болен и стареет. Хотя лось явно собирался ещё долго пожить. Если удастся!

Внезапно осенний ветерок подул в другую сторону, и лось почуял волчий запах – запах смерти. Огромным прыжком лось бросил свое тело сквозь кусты и понесся, не разбирая пути, прочь от притаившихся хищников. Бесшумно скользнув между стволами деревьев, серые убийцы устремились за своей добычей, двигаясь правее и левее направления движения лося. В какую бы сторону он ни повернул, его путь пересекался с путем движения одного из преследователей. Пока он будет отбиваться от одного волка, с другой стороны подоспеет второй, и тут уж бабушка надвое сказала – чья возьмет. Словно догадываясь об их намерениях, лось шел прямо и прямо, не давая им возможности сократить дистанцию.

Он первым услышал непривычный шум, надвигавшийся издалека. Волки тоже услышали этот шум, но слишком велико было желание догнать добычу и утолить терзавший их голод. Погоня продолжала двигаться в прежнем направлении. Зажатый с двух сторон, лось мог бежать только прямо – на приближающийся шум.

Бронетранспортер, перевалившись через бугор, тяжко ухнул в очередную промоину, вытолкнув из нее тонны воды, хлынувшей в стороны, между деревьев. За ним, из-под ветвей старой ели, вынырнул щеголеватый, почти новенький джип «Ниссан Патрол». Почти весь покрытый бурой грязью, он сверкал обмытыми в очередной луже хромированными дисками здоровенных колес. Вслед за ним, по очереди, стали появляться армейские джипы, транспортные машины, тянущие за собой прицепы с топливом, вооружением и разным армейским скарбом, необходимым на далекой точке, которую им предстояло развернуть в глухом урочище под странным названием Белый Омут. В хвосте колонны шла тяжелая строительная техника и машины со стройматериалами. Замыкали колонну три бронетранспортера, разравнивавших плоскими днищами распаханную колесами дорогу.

Лось вылетел из кустов внезапно. Он встал, как вкопанный, между БТРом и джипом, тяжело поводя запотевшими боками. Сидевший за рулем джипа подполковник от неожиданности резко нажал на тормоз. Дремавший рядом полковник стукнулся головой о лобовое стекло.

– Ты чё, сдурел? – взвыл он от боли, хватаясь за ушибленный лоб, но, увидев устремленный вперед взгляд водителя, тоже повернул голову.

– Ну, ни хрена себе! Вот это лосяра! – выдохнул он. – И не боится нас! А вот мы его сейчас завалим, чтоб соблюдал правила перехода через проезжую часть дороги.

С этими словами он, не оборачиваясь, взял лежащий между сидениями автомат и, передернув затвор, приоткрыл дверку. Выстрелить он не успел, так как справа на обочину дороги выскочили два матерых волка. Оскалив клыки, они замерли в нерешительности между машиной и добычей. Не раздумывая, полковник развернул ствол автомата на волков и дал по ним короткую очередь. Кувыркнувшись через голову, оба зверя несколько раз дернули в воздухе лапами и затихли. Он сделал еще два контрольных выстрела волкам в голову, после чего ступил на землю. Лося уже и след простыл, а от всех машин спешили люди, узнать причину стрельбы.

– Спокойно товарищи! – полковник поднял вверх руку. – Все нормально! Подстрелили пару волков, так что ничего особенного не произошло.

Забросив туши зверей в багажник джипа, он скомандовал:

– По машинам!

Натужно, взревев моторами, колонна продолжила движение, и только испуганный лось еще некоторое время продолжал бежать подальше от того места, где он встретился с людьми.

Батальон специального назначения, сформированный буквально неделю назад из подразделений инженерного полка и спецназа, скрытно двигался по таежной глухомани, упорно наматывая километр за километром. Местонахождение конечного пункта было известно только командиру и его заместителю. Для всех непосвященных задача была общей – строительство и охрана станции ПВО дальнего обнаружения.

Полковник Князев знал точное назначение этого пути. Ехать ещё долго. В голову лезли невесёлые мысли: «Впереди пенсия. Расставание с полуразрушенной Армией и жизнь в гражданском бардаке. Неужели нельзя было обойтись без очередной разрухи? Это ж надо! За период перестройки в России наша оборонная система страны понесла колоссальные потери, сопоставимые с потерями в мировой войне. Изменились контуры границ. Вчерашние братские республики повернулись спиной к разваливающемуся гиганту. Стали активно заигрывать с новым, заокеанским хозяином, надеясь выжить за счёт его подачек. Содержание огромных советских военных объектов, предназначенных для отражения нападения извне, стали не по силам этим небольшим государствам. Объекты оказались разграбленными, брошенными или распроданными шустрым торговцам военной всячиной. Почти весь советский гражданский флот ушел в руки иностранных компаний за символический один доллар за корабль. Жулики и предатели Родины, поставленные американцами на руководящие посты государства руками Ельцина, устроили полный разгром промышленности. На металлолом пустили все, что только можно. От баллистических ракет и авианосцев, до уникальных станков и приборов. Заводы, выпускавшие новейшие истребители и атомные субмарины, перепрофилировали под выпуск чайников и велосипедов. Весь металл, вплоть до драгоценного, вывозился на Запад в колоссальных объемах по бросовым ценам, а деньги оседали на зарубежных счетах тех, кто «рулил» страной. Золото воровали тоннами! Миллионы безработных. Всех самых талантливых ученых, врачей, музыкантов вывезли в Америку. Подначиваемые американскими спецслужбами, во всех бывших республиках началась борьба против русских. Убивали и изгоняли ученых и врачей, учителей и творческую интеллигенцию. Заполыхали вооруженные столкновения в Молдове и Карабахе, Чечне и Абхазии. Сотни тысяч людей, умирая в этой резне, проклинали архитекторов Перестройки. Местные националисты подняли голову и стали на всех углах проклинать русских, которые, якобы, когда-то лишили их свободы и независимости. «Русские проводили геноцид против нашего коренного населения!» – кричали они, забывая при этом, что геноцид проводился, прежде всего, против самого русского народа. По указке великого грузина около двенадцати миллионов русских прошли через мясорубку НКВД за годы репрессий, и никто в то время не мог остаться в стороне. Гитлер проводил истребление неполноценных, с его точки зрения, народов на Западе Европы, а Сталин, неугодных на Востоке. Каждый из них преследовал свою цель, но методы у них были одинаковыми. Рассуждать, кто из них был кровожадней, все равно, что выбирать между молотом и наковальней. Нынешние демократы – проще говоря, шустрые людишки, находившиеся у власти в момент начала перестройки – вовремя уловили момент, когда из рук первого Президента СССР выпала власть. Прижавшись к широкой груди доброго «дядюшки Сэма», он наблюдал за разгорающимся пожаром в его стране. Он сам поджег её! Америка щедро наградила предателя за этот подарок. Все, кто в тот момент обладали властью или деньгами, как шакалы стали рвать, кому сколько по силам было утащить, назвав грабёж Приватизацией. По американскому сценарию приватизацией руководили талантливые проходимцы. Отняв у народа заводы, фабрики, пароходы, отменили статью УК «Об ответственности за тунеядство» и ввели заокеанское понятие «пособие по безработице». Работать не нужно! Грабь, воруй – свобода! Чтобы это выглядело пристойно, как и во все века, запустили националистическую машину. Простой народ должен быть занят выискиванием врагов среди своих соседей по стране, городу, дому. Пусть белые грызут черных, христиане – мусульман, сильные – слабых. «Разделяй и властвуй!» – старо, как мир. И ни одна сука из этих «режиссеров» не ответит никогда перед Законом и народом. Они – боги Олимпа власти! Плевать им на честь, совесть и мораль! Это химера, придуманная для обуздания рабов! История рассудит! Потом! Когда-нибудь! – полковник Князев потер пальцами уставшие глаза. – Эх, люди, люди! Ничему вас не учит ни своя, ни чужая история!»

Мысли текли не спеша, как бы подстраиваясь под темп медленно ползущего по грязи джипа.

– О чем задумался, командир? – прервал ход его мыслей сидящий за рулем Черноморец. – Вспоминаешь былое или свою невесту-красавицу? – хитро прищурив глаз, он посмотрел на полковника Князева.

– Эх, Яшка – друг мой ситный! – Олег сладко потянулся. – Да! Сейчас бы опять на одесский пляж, у теплого моря, в обнимку с моей черноморочкой! Так нет же, несет меня хрен знает куда и зачем… – Он хлопнул друга по плечу и, поерзав в глубоком кресле, устало прикрыл глаза.

– Вот отвоюем в последний раз – и все, штык в землю. Хорош! Набегались! Махну в Одессу к своей ненаглядной!

«Только бы националисты в оранжевых шарфиках дров не наломали, – мелькнула мысль. – Им ведь придется рассчитываться с америкосами за финансовую помощь при перевыборах президента. А деньги там, скорее всего, астрономические! Сейчас начнут удивлять мир мудреными реформами, что, в конце концов, может привести к гражданской войне. А там уже покажут себя бывшие каратели и их потомки. Не дай Бог!»

Под едва слышный рокот мощного дизеля он незаметно погрузился в сон, уносясь далеко на Юг.

2

Лето. Жара. Трассу Санкт-Петербург-Одесса Олег пролетел на своем джипе на одном дыхании. Он мчался в Одессу, к своему старому другу и приятелю Яшке Черноморцу, с которым вместе, в молодые годы, проходили подготовку в спецшколе ГРУ. Вместе ели, вместе потели, вместе спали и землю носом пахали. Кто служил, тот знает, что армейский друг – самый надежный. Не один раз их вместе забрасывали на территорию других государств, где нужно было помочь очередному «братскому народу» в его борьбе с неугодным Москве режимом. Побегали они и по джунглям, и по сельве. Молодые, здоровые, как черти, горы могли свернуть, но жизнь берет свое. Сначала Яшу тяжело ранили в живот. Чудом спасли его тогда и списали в штабные. Потом Олег оказался брошенным на чужой территории в силу политических обстоятельств. Это когда жертвуют пешками для того, чтобы вывести из-под удара короля.

Тогда ему помогла спецподготовка, смекалка и русское «авось». Перебив голыми руками охрану лагеря одного из «черных генералов», Олегу удалось захватить легкий самолет и перелететь на территорию соседнего африканского государства. Обменяв найденный в самолете ноутбук на полную заправку у одной из придорожных бензоколонок, сумел долететь до портового города, где незаметно проник на борт российского сухогруза, идущего на Родину. После долгих проверок и допросов его опять вернули на оперативную службу, где он познакомился со своим новым напарником – Борей Горшковым. С ним он потом служил на Ближнем Востоке до развала Конторы. Прошло десять лет после того, как утвердился новый политический порядок во вновь созданных государствах. Олег выслужил минимальную пенсию, но с увольнением не спешил. Семьи нет. Звание и возраст позволяли. Служил начальником кафедры спецподготовки в одном из лучших учебных спеццентров родной Фирмы.

Однажды через давнишнего знакомого узнал, что Яшка, здоровый и невредимый, проживает в своем родном городе-герое Одессе. Покопавшись в старых бумагах, нашел чуть пожелтевшую фотографию, на которой они вдвоем с Черноморцем, в камуфляже, обвешенные оружием, как Рембо, скалятся фотографу белозубыми улыбками. Узнай в то время кто-нибудь про это фото, голов бы им не сносить! Но обошлось. Адрес Яшки ему известен, авось, не выгонит?

Тихо шелестя шинами, джип въехал на окраину Одессы. На жидкокристаллическом мониторе навигатора высветилась картинка города с большой высоты. К сожалению, на ней улицы ещё не имели названий, но куда следовало двигаться – уже можно было сориентироваться. Олег помнил Яшины рассказы о том районе города, где жили его родители. Князев, чутьем старого разведчика, повел машину в нужную сторону. В это позднее, ночное время не было желания разыскивать по городу проводника.

Он почти бесшумно катился по спящим улицам города, высматривая Сиреневый переулок. Заметив ночной магазинчик, Олег уточнил у сонной продавщицы, где именно ему нужно сворачивать с основной улицы в нужный проулок. Тот действительно оказался заросшим сиренью, от чего воздух казался пьяняще сладким. Подкатив к калитке, на которой красовался приметный белый жестяный голубь с конвертом в клюве, Олег заглушил мотор и вышел из машины.

«Господи! – подумал он. – Какая красота!»

Огромное ночное небо над головой с крупными, как в планетарии, звездами. Легкий предутренний ветерок, напоенный запахами моря, степной полыни, вызывал щемящее чувство счастья, которое бывает лишь в редкие мгновения слияния души с природой. Сколько раз ему приходилось ночевать под открытым небом, на разных широтах, и всегда, когда возникала вот такая благостная предутренняя тишь, сердце сладостно щемило от внезапного понимания истинной и вечной красоты.

«Будить граждан по поводу нашего прибытия не будем», – решил Олег.

Опустив спинку водительского кресла, закрыл глаза и с удовольствием вытянул уставшие ноги.

Когда утренние солнечные лучи прогрели сквозь стекло кабину машины, климат контроль автоматически включил кондиционер. Он погнал по салону волну прохладного воздуха, отчего Олег проснулся. Потянувшись, зевнул и, зябко передернув плечами, вылез из машины. На него пахнуло утренним теплом еще не раскалившегося дня. Птичий гомон несся со всех сторон, как бы будя сонный город к новому трудовому дню. Где-то загремело ведро и чей-то недовольный бас начал выговаривать хозяйке за то, что всё валяется где попало. В ответ он тут же получил пулемётную серию возмущенных женских выкриков по поводу залитых с вечера «шаров» и тех чертей, что где-то его носили.

«Вроде бы и ругаются, а слушать приятно! – подумал Олег. – Наверное, потому, что переругиваются без злости!»

Постояв немного у калитки с почтовым голубком, о котором ему когда-то рассказывал друг Яша, он вошел во дворик, выложенный тротуарной плиткой. Над головой, переплетаясь по согнутым прутьям арматуры, вились стебли зеленого винограда, давая днем спасительную прохладу и защиту от белого, ослепительного солнца.

– Хозяева! – негромко позвал Олег, подходя к открытой двери веранды. – Есть кто в доме? Отзовись, кто живой!

Потоптавшись у двери, решился и переступил через порог. На чистенькой веранде с крашеным деревянным полом, посередине которой стоял круглый стол под белой скатеркой, никого не было.

– Хозяева! – еще раз позвал Олег. Не получив ответа, заглянул в дверь, ведущую с веранды в дом. В большой комнате стоял массивный стол на пузатых ножках, какие бывают лишь в старых домах, где когда-то жили большие рабочие семьи. Большой кожаный диван, видимо, ровесник стола, сервант с обычным набором хрусталя, и в углу современный телевизор с большим плоским экраном.

Дальше идти он не решался, считая, что и так уже достаточно вторгся в частные владения. «Еще неизвестно, как меня тут встретят и кто. Хорошо, если Яшка, а если напутал чего? Объясняйся потом: я не я, и хата не моя!»

В этот момент он почувствовал, что сзади кто-то есть.

– А ну, стоять-бояться! – выкрикнул звонкий женский голос. Обернувшись, он увидел загорелую блондинку, решительно сжимавшую в маленьком кулачке увесистый молоток. – Ты чего в чужой дом залез? Вот сейчас как дам по голове! – Она держала поднятый над головой молоток, как бы решая, куда лучше ударить этого высокого голубоглазого блондина. Эта решительная фраза развеселила Олега. Он сложил на груди мощные руки и, улыбаясь, стал ожидать продолжения событий.

Сообразив, что ее экспромт не получился, она немного опустила молоток. Вытянув левую руку в сторону двери, она скомандовала:

– А ну! Выходи из дома, а то брата позову! Он тебе ноги повыдергает! – она пыталась сохранить воинственный вид.

Глядя на ее маленькую босую ножку, Олег вдруг вспомнил, что у Яши на больших пальцах ног были такие же плоские, круглые ногти.

– А ты позови, красавица, братца своего, Яшеньку! Там поглядим, кто кому чего повыдергает!

Сообразив, что незнакомец явно знаком с ее братом, женщина опустила руку и, все еще сердясь, спросила:

– Вы к нему по делу или как?

Олег улыбнулся.

– Именно что – или как!

– Ой, шо вы мне голову дурите! Это ваш драндулет под нашей калиткой стоит? – заговорила она по-одесски. – Так вы, наверное, отдыхающий, место ищете? – она встряхнула копной золотистых волос и, виновато улыбаясь, положила молоток на стол. Глядя в ее огромные сине-зелёные глаза и слушая дурашливо-одесский жаргон, Олег уже откровенно веселился:

– Да, именно – отдыхающий! Ищу не только место, но и своего старого боевого друга, у которого должна быть потрясающе красивая сестра!

– Ой! Так вы же, наверное, Олег? Князев? – она от удивления прикрыла рот ладошкой. – Погодите, я сейчас! – она метнулась куда-то вглубь дома и через минуту вернулась с фотокарточкой в руках. Точно такая же имелась у Олега, где они вдвоем с Черноморцем в камуфляжной форме стоят, обнявшись за плечи. Переведя взгляд с фотокарточки на Олега, она просветлела лицом и вдруг, неожиданно ойкнув, обвила руками его шею и поцеловала в щеку. Такой внезапной атаки он не ожидал и на время опешил, ощущая прижавшееся к нему ее горячее, упругое тело. Чисто рефлекторно обняв ее за тонкую талию, он молчал, ощущая себя полным болваном. Вдыхая запах ее волос, ему казалось, что так пахнет свежескошенная трава в конце лета. Наконец она разжала руки и, отступив на шаг, взглянула на него по-новому, ласково и удивленно.

– Так вот вы какой?

– Какой? – переспросил ее Олег, улыбаясь.

– Колючий! – рассмеялась она, сверкнув белоснежными, крупными зубами.

– Да, побриться бы не мешало! – он, провел ладонью по подбородку. – Значит, если я не ошибаюсь, то передо мной сама Анна Семеновна!

– Ну, для Семеновны я еще молода, а вот то, что меня зовут Аня, это точно! Ой! Да вы присаживайтесь! – сказала она, придвигая к нему стул. – Я так рада, что вы приехали к нам! Яша мне много рассказывал о вас, и о том, как вы ему жизнь спасли. Я вам так благодарна! Вы себе не представляете! Если бы Яша погиб, то я бы не выжила одна, без родителей. Он мне заменил и мать, и отца. Так что вы спасли не одну, а две жизни!

– Не стоит благодарить! Это была наша работа, и Яша для меня сделал бы то же самое.

Он с удовольствием разглядывал ее стройную фигуру в коротком розовом, в белый горошек, халатике. Примерно такого же роста, как и ее брат Яша, – а тот был на голову ниже Олега. Голубоглазая, загорелая блондинка с белозубой улыбкой! Да! Только на Юге можно встретить такую яркую, как жар-птица, красавицу!

– И где же наш Яша? Он, кажется, должен был мне ноги повыдергивать! – напомнил Олег смутившейся от его взгляда Ане.

– Вы не обижайтесь на меня. Это я так, со страха наговорила. А Яши сейчас нет дома. Он теперь челноком в Турцию мотается. Через два дня должен вернуться. Так что дом в вашем распоряжении! – она сделала широкий жест рукой. – Милости просим, будьте как дома! Совсем заговорила я вас. Вы же устали с дороги? Сейчас на стол соберу, а вы пока загоняйте машину во двор и идите в душ, за домом. Мыло и мочалки там, на месте, а полотенце я вам принесу.

Выйдя на улицу, Олег дотронулся до мощного хромированного кенгурятника, защищавшего перед джипа и, передразнивая Аню, повторил:

– Это шо, ваш драндулет? Знала бы она, что это за драндулет! Хотя, что взять с женщины…

Олег по-настоящему был влюблен в свой автомобиль – произведение инженерного искусства технической спецлаборатории бывшей Конторы. Он называл его БРОК, чем, в сущности, он и являлся – боевым роботизированным комплексом. Машина общалась с ним синтезированным, мужским голосом центрального бортового компьютера. Могла самостоятельно, используя сенсоры, двигаться по голосовой команде с пульта дистанционного управления либо по маршруту, заложенному в спутниковую, навигационную систему с мгновенным позиционированием на местности. Встроенные спереди и сзади минителекамеры не только передавали изображение на центральный дисплей, но и предупреждали о препятствиях или сходе с полосы движения в темноте и тумане. В критической ситуации машина могла остановиться самостоятельно. Встроенный спутниковый телефон с выведением информации либо цветных изображений на экран жидкокристаллического монитора. Машина была оборудована как системами активной и пассивной защиты, так и системами нападения. Бронированная по четвертому классу, с фотохромными бронестеклами. На задней части крыши красовался хромированный гриб, похожий на колпак вентиляции. На самом деле, это был локатор кругового обзора и целенаведения, автоматически засекающий огневые точки противника в момент стрельбы. Противопульные шины. Огневой комплекс, включающий в себя два передних и два задних скорострельных пистолета-пулемета «Каштан» с десятикратным боезапасом. Связанные компьютерным управлением наведения и удержания цели, как у «Черной Акулы», они были укрыты за мощными бамперами. Под днищем машины, в специальных пластиковых контейнерах, были запрятаны надувные баллоны. Они автоматически накачивались при заезде в воду и позволяли успешно форсировать реки со спокойным течением. Для преодоления глубокого брода джип мог приподниматься дополнительно на двести миллиметров. Дверные ручки были оборудованы электрошокерами, вырубающими здорового человека на десять минут. Мощный турбодизель с двойным запасом топлива. Система самоликвидации.

Всем этим хозяйством управлял центральный бортовой компьютер. Его сенсоры были настроены на голос Олега, обращавшемуся к нему по имени – БРОК. Компьютер по команде принимал и хранил в памяти голосовую информацию, поступающую к нему как с внешних, так и внутрисалонных микрофонов. Своего рода высокочувствительный диктофон.

Машина была подготовлена для проведения архиважной, секретной операции в Югославии. Необходимо было тайно вывезти из боснийского плена одного из ключевых руководителей сербского парламента. Возможно, будущего президента. Американцы опоздали на какие-то минуты. Операцию тогда, хоть и с потерями, его группа выполнила, а вот машина считалась утерянной после того, как в дом, в подвале которого она стояла в гараже, попала ракета. Под прикрытием бойцов русского спецназа «Царские волки», группа вынуждена была в спешке выходить из этого района. Машина тогда была «по легенде» зарегистрирована на имя Олега. Он успел влюбиться в это чудо техники и втайне надеялся, что она всё-таки уцелела.

Прошло несколько лет, Контору разогнали. Олег, уже в составе воздушно-десантной бригады, опять оказался в Югославии. Он помнил то место, где под развалинами дома была погребена машина. Заплатив местным крестьянам, Олег принялся за расчистку завала. Какова была его радость, когда обнаружилось, что перекрытие подвала выдержало обвал дома. Откопав ворота гаража, открыли их, и – о чудо! – машина стояла целехонькая. Документы, подтверждавшие, что Олег является ее владельцем, лежали в кармане. Он как чувствовал перед вылетом, что отыщет свою машину, и не ошибся. Домой машину перебросил с очередной оказией, на военно-транспортном самолете.

По возвращении из командировки больше он со своим джипом не расставался. Вечерами, после службы, все офицеры разбредались по гаражам, к своим железным коням. У кого новые, а у большинства старенькие машины требовали немало заботы и ласки. Олег, не имея семьи, все свое свободное время отдавал машине. Он отпирал свой гараж и приветствовал БРОКа, как старого боевого товарища, который тут же, слегка скрипучим голосом, начинал требовать проверки и обслуживания той или иной системы. Домой уходил поздно. В гаражах иногда, у кого-нибудь в боксе, собиралась веселая компания, на шум которой подтягивались остальные соседи. Доставали свои заначки: кто бутылку спирта, кто бутыль огурчиков. Невесть откуда появлялись хлеб, сало. Под шутки и смех начиналась мужская пирушка, на которой, хоть на время, можно было забыть о семейных и служебных проблемах. Как правило, коллектив всегда просил Олега спеть под гитару. У него это так здорово получалось, что захмелевшие товарищи плакали и лезли целоваться. Холостяцкая квартира служила ему прибежищем лишь на ночь. Водить домой гарнизонных дам легкого поведения он считал признаком дурного тона и на шутливые подначки товарищей по службе отвечал, что свой «хрен» не на помойке нашел. Иногда, мотаясь по служебным делам в Питер, он позволял себе «разогнать кровь» у одной старой приятельницы, но без каких-либо претензий и обязательств, что, впрочем, устраивало обоих.

– Ну, что, драндулет, поехали? – Олег шутливо похлопал рукой БРОКа по капоту.

– Не понял команду! – тут же отозвался БРОК.

– Ладно, это я так, шучу. Открой дверь!

Замок мягко щелкнул, и механизм дожима мягко заурчал, отпуская тяжелую дверку.

– Поехали! – негромко скомандовал Олег.

Тихо вздрогнул дизель, прыгнули стрелки приборов, и джип слегка приподнялся, сдерживаемый педалью тормоза. Загнав машину во дворик, под тень виноградного навеса, Олег вытащил дорожную сумку и, бросив ее на веранде, пошел за дом.

Задний двор, зажатый соседскими заборами, представлял собой тенистый садик с несколькими грядками овощей и зелени. Справа – беленький домик, совмещавший в себе сарай, кладовую и летнюю кухню. В тени старого ореха стоял круглый стол, покрытый цветастой клеенкой. Возле него стояли три пластмассовых белых стула. Прямо над столом, на шнуре, перекинутом через ветку, висела лампа в розовом абажуре. На кухне хлопотала Аня, изредка поглядывая на Олега смеющимися глазами.

– Ну, как? Хорошо у нас? – спросила она, не отрываясь от работы.

– Да уж! Рай для пенсионера! – восхищенно сказал он, ни грамма не покривив душой.

За годы скитаний по миру Олег нагляделся на экзотические красоты, но там он был, зачастую, тайный гость, а Родина есть Родина! Тем более что сам он родился немного севернее Одесской области, в одном из небольших гарнизонов, где в то время служил его отец.

– Душ за кухней. Смелее, генерал! – подзадорила его Анна.

– В душ, так в душ! – Олег направился за летнюю кухню, где перед ним предстало деревянное сооружение, с бочкой наверху. Душевая была похожа на пляжную кабинку, закрывая купающегося от коленей до плеч.

Прохладные струи остывшей за ночь воды взбодрили и освежили тело. Шумно фыркая и разбрызгивая воду, Олег не заметил подошедшую Анну. Она тихо наблюдала за ним, сжав в руках белое махровое полотенце. Солнечные лучи, отражаясь в брызгах воды, играли на его мощных мускулах, кое-где пересеченных белыми полосками старых шрамов.

– Видать, ему немало досталось! – подумав, по-бабьи вздохнула Аня. – Вот полотенце! Жду вас за столом! – окликнула она Олега.

– Ну, хозяйка, я готов к употреблению! – потирая ладони, сообщил Олег, через несколько минут усаживаясь за стол.

Да! Стол для завтрака шикарный. Посередине стояла крынка холодного молока с запекшейся сверху пенкой. Рядом лежала краюха душистого, ржаного хлеба. Мисочка янтарного липового меда уже привлекла вездесущую осу, пытавшуюся первой снять пробу. На проволочной подставке стояла сковорода с шипящей на сале яичницей и хорошим куском жареного мяса. Горкой лежала зелень.

– О, це дило! – вспомнил Олег хохляцкую присказку своего любимого дядьки Бориса.

– Ешьте на здоровье! – по украинскому обычаю сказала Анна.

– И вам дай Боже! – ответил Олег. Не дожидаясь повторного приглашения, начал орудовать ножом и вилкой, как солдат штыком в бою.

Она даже залюбовалась тем, как аппетитно он ест: вот дал же Бог здоровья человеку!

– Тьфу-тьфу на него, чтоб не сглазить! – Анна незаметно перекрестила его.

Расправившись с завтраком, Олег повеселел и, глядя лукавым глазом на хозяйку, сказал, – Спасибо за угощение! Давно не ел вот так вкусно, по-домашнему! Когда-то в детстве меня мама так кормила. Спасибо вам!

– Будь ласка! – засмущавшись, ответила Аня.

– Ну, и каковы у вас планы на сегодня? – спросил Олег.

– А я сейчас в отпуске, в школе летние каникулы. Так что в полном вашем распоряжении!

– Да уж! Никогда в жизни не имел в полном распоряжении такой хозяйственной и симпатичной девушки! – отпустил комплимент Олег.

– Да ну вас! – притворно надула губы Аня. – Прямо уже сразу к словам цепляетесь! Ну ладно! Проехали! – она вздохнула, глядя на его виноватую физиономию. – Вы в Одессе раньше бывали? Нет? Ну, тогда стоит начать с прогулки по городу. Заодно поможете мне с покупками на Привозе, это наш главный рынок!

Весь день они колесили по городу. Прогулялись по Дерибасовской, посидели в знаменитом пивном баре «Гамбринус». Стоя у памятника Дюку Ришелье, любовались Одесским портом. Спустились по Потемкинской лестнице и, поднявшись обратно на фуникулере, присели на скамейку, в тени чисто одесских каштанов – поесть мороженого. Любовались зданием Драмтеатра. Затем, накупив продуктов на Привозе, вернулись, уставшие, домой.

Солнце весь день пекло немилосердно, только климатическая установка в джипе давала спасительную прохладу за почти черными, фотохромными стеклами. Чтобы не пугать Аню своими разговорами с БРОКом, Олег сразу дал команду компьютеру: Работать молча! Команды, высказанные Олегом вслух, Аня воспринимала, как обычный мужской комментарий своих действий. Машина ей очень понравилась.

Приняв вечерний душ, Олег решил немного расслабиться и полежать на раскладушке. Едва прикрыл глаза, как его сморил легкий здоровый сон.

Ужинали уже затемно, под старым орехом, при свете лампы. Легкое местное вино из молодого винограда приятно освежало и чуть-чуть пьянило. С аппетитом у Князева проблем никогда не было, хотя, когда нужно было, он мог заставить себя терпеть голод не одни сутки. Как говорят военные, гражданская пища – дефицит, запасайся впрок! Простая, незатейливая еда была явно приготовлена добрым человеком, отчего казалась особенно вкусной: жаркое на ребрышках, молодая картошечка с укропчиком, салат из помидоров и огурцов. В центре композиции – маленький деревянный бочонок, наполненный душистым, прохладным вином.

«Господи! Ну, чего еще может желать нормальный мужик, сидя ночью под южными звездами, с бокалом муската в руке и в обществе молодой красавицы? Правильно! Любви!

Нет! Не пошлых приставаний и сальных намеков, а любви именно романтичной! Красивой, как эта женщина и как эта южная ночь!» – Олег посмотрел долгим взглядом в глаза Ани. В ответ она погрозила ему пальчиком.

– Если у Яши сохранилась его знаменитая гитара, то я постарался бы усладить ваш слух приятной песней. В благодарность за великолепный ужин!

– Ура! – она захлопала в ладоши и радостно убежала в дом за гитарой. – Вот вам инструмент, маэстро! – сказала Аня через минуту.

– Мадмуазель! – Олег картинно уронил голову на грудь, незаметно проверяя настройку гитары. – В груди простого русского офицера бьется пламенное сердце, весь жар которого он готов отдать вам за один ласковый взгляд, за одну улыбку! – и он запел, встав перед ней на одно колено. Приятный бархатный баритон смело, без фальши, под непривычно красивый перебор струн поплыл над маленьким одесским двориком.

Не пробуждай, не пробуждай

Моих безумств и исступлений,

И мимолетных сновидений

Не возвращай, не возвращай!

Не повторяй мне имя той,

Которой память – мука жизни,

Как на чужбине песнь отчизны

Изгнаннику земли родной.

Аня почувствовала, как мурашки побежали по ее телу от этого голоса, от этих слов, от этой музыки. Неосознанно, она прижала сжатые ладони к груди, нежно глядя ему в глаза.

Не воскрешай, не воскрешай

Меня забывшие напасти,

Дай отдохнуть тревогам страсти

И ран живых не раздражай.

Иль нет! Сорви покров долой!..

Мне легче горя своеволье,

Чем ложное холоднокровье,

Чем мой обманчивый покой.

Когда песня затихла, она некоторое время сидела молча в сладостном оцепенении.

– Да! Вот это класс! – она помотала головой, словно выходя из-под гипноза. – Я уже когда-то слышала эту песню. Кажется, в кинофильме про Дениса Давыдова.

– Совершенно в дырочку! Как говаривал наш инструктор по огневой подготовке. – Олег широко улыбнулся. – А теперь! Вторым номером нашей программы! Другая песня моего горячо любимого поэта и офицера-холостяка – Давыдова! Просто – «Песня»! – Он красиво пробежался перебором по струнам и, выдержав паузу, озорно подмигнул Ане.

Я люблю кровавый бой,

Я рожден для службы царской!

Сабля, водка, конь гусарский,

С вами век мне золотой!

Я люблю кровавый бой,

Я рожден для службы царской!

За тебя на черта рад,

Наша матушка Россия!

Пусть французишки гнилые

К нам пожалуют назад!

За тебя на черта рад,

Наша матушка Россия!..

И так залихватски у него получалась эта песня, что ноги сами просились в пляс, и Аня не выдержала, порывисто встала. Глядя в его сияющие глаза, подошла и, внезапно решившись, обвила шею Олега руками и крепко поцеловала в губы. Смолкла песня, – к сожалению притихших соседей, настала тишина, пронизанная пением сотен цикад.

– Прости! – сказала Аня, отрываясь от его губ. – Это я от восторга не сдержалась!

– И ты меня прости! – сказал, улыбаясь, Олег. Он вдруг вспомнил старую офицерскую присказку: «Сколько же нужно перецеловать лягушек, пока найдешь свою царевну?»

– Поехали купаться! – вдруг предложила Аня. – Ты когда-нибудь плавал в ночном море? Это фантастика! Мы с братом много раз ночью плавали. Когда он рядом, мне совсем не страшно. Ну, что? Едем! – улыбаясь, она заглянула ему в глаза. – Я быстро соберусь!

– Конечно, едем! Какой вопрос? – сейчас он готов был ехать с ней хоть к черту на рога.

Правда, в ночном море ему уже доводилось плавать! Даже не в море, а океане! И там под ним было не пляжных полметра, а хороший километр с гаком! Давненько это было…

Раскинув руки и ноги на воде для сохранения сил, он дремал на океанской зыби, иногда открывая глаза и глядя в ночное небо, на котором медленно качался Южный крест. Он старался не думать о том, что где-то внизу, медленно, как подводная лодка, бесшумно скользит огромная Белая акула. Главное – не запаниковать, не дать страху утопить тебя раньше, чем действительно возникнет опасность. Ну, а если и придется столкнуться с хищницей, то он очень дорого ей обойдется. Его нож-паранг при нем, а это – страшная вещь в умелых руках. Прием ухода от атакующей пасти акулы он в свое время освоил неплохо, да и акула не атакует с первого захода, пока не установит, что предмет съедобен. Нужно вздремнуть! Силы ещё понадобятся! В тот раз вертолет противника обнаружил их надувную лодку, уходящую от берега к точке встречи с подводной лодкой. Уже темнело. Зависнув, он расстрелял их в упор. Олег чудом успел нырнуть и плыл под водой в сторону, пока, казалось, не лопнут легкие. Подвсплыв на короткий миг, он опять уходил под воду и плыл, плыл… Он начал терять счет всплытиям и погружениям. Вертолет для пловца – страшный противник! Наконец он решил осмотреться. Вертолет уже улетел в сторону берега, тоненькой полоской видневшегося у горизонта. Вроде бы, он плыл правильно, в сторону, где должна появиться субмарина. Вот, только ждать ее он, еще с тремя бойцами ГРУ, предполагали в надувной лодке до утра. В тот день на берегу черные спецы так их «прижали», что они вынуждены были пойти на отчаянный шаг, надеясь до темноты уйти незамеченными подальше от берега. Теперь Олег остался один на один с океаном и господом Богом. В полусотне метров от него, рассекая водную гладь, промчался плавник крупной акулы. Она явно спешила к месту гибели группы. Кровь она чувствует за пять километров. Как смог осмотрел себя. Ран и царапин не обнаружил, значит, какой-то шанс есть! Впервые вспомнил слова молитвы: Иже еси на небесах, да освятится имя Твое, да придет царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли! – дальше он не мог вспомнить. Когда-то давно, в детстве, бабушка брала его с собой в церковь и заставляла каждый раз повторять слова молитвы. Главное, что он запомнил – проси! И будет тебе по слову твоему! И он просил Господа помочь ему пережить эту ночь и утром встретиться с подлодкой.

– Предаю себя в руки Твои! Аминь! – перекрестившись, расслабился и задремал.

Видимо, Господь услышал его молитву. Он дожил до утра и подлодка всплыла недалеко от него. Капитан субмарины был сильно удивлен такому везению Олега. По его мнению, это был один шанс из ста тысяч.

– Считай, парень, что ты родился во второй раз!

Князев ничего на это не ответил. Он знал, кто помог ему в эту ночь и хотел сберечь свою тайну глубоко в душе.

В Центре долго перепроверяли его информацию о гибели группы, не веря, что он смог выжить, пока агентура не достала фотоснимки с вертолета, расстрелявшего их лодку. Только после этого он опять был допущен к оперативной работе.

– Господин офицер! Дама к походу готова! – приложив руку к виску, больше на американский манер весело отрапортовала Аня.

– Отдать швартовы! – принимая ее игру, скомандовал Олег.

3

Ночной пляж поначалу казался Олегу пустынным. Постепенно привыкнув к темноте, стал замечать влюбленные парочки, выбиравшие уединенные места. Кто-то целовался на бетонных волноломах, кто-то под грибком.

Свои вещи они оставили в джипе, и пошли к тихо набегающей на берег волне. Замки дверей мягко щелкнули блокировкой, и БРОК заботливо закрыл стекла.

Аня шла впереди него. На ней было надето белое бикини, и в сумерках ее загорелое тело казалось черным. Стройная фигура расцветающей женщины была настолько соблазнительной, что Олега передернуло от волнения. «Да! Чего только не родит родная Земля! Это же не женщина – это погибель всем мужикам!»

Висящая над горизонтом полная, ярко-оранжевая луна протянула к ногам Ани золотистую дорожку по глади спящего моря. Как богиня любви Афродита, она шла по этой золотой дорожке, чтобы окунуться в золото ночного моря. Глядя на нее, Олег понял, что его холостой жизни, кажется, наступил конец.

Эх! В таких объятиях он сейчас готов был умереть! В нем вдруг поднялась такая нерастраченная волна страсти, что кажется – вода зашипит, когда он войдет в нее.

Аня вошла в воду по грудь и, оттолкнувшись от дна, поплыла, плавно разводя в стороны руками. За ней клином стала расходиться в стороны легкая золотая рябь. Она плыла к подводной стене-волнолому в ста метрах от берега, невидимой сейчас, под спокойной гладью моря.

Олег разбежался по мелководью и нырнул в теплую соленую воду. Она лишь слегка охладила его разгоряченное тело. Под водой он умел плыть быстро и долго. Спецподготовка у него была на уровне хорошего боевого пловца, поэтому темнота Черного моря его не волновала. Слабое мерцание поверхности воды помогало ему ориентироваться, и вскоре он уже отчетливо различал дно моря, покрытое большими валунами. Через несколько секунд он уже догнал Аню и, перевернувшись лицом кверху, любовался снизу ее фигурой, напоминавшей античную амфору.

От удара головой о подводную стену-волнолом спасло лишь то, что он плыл с вытянутыми над головой руками. Они приняли на себя неожиданный удар. Выполнив заученный на подсознательном уровне кувырок, он увидел ровную бетонную стену, уходящую в глубь моря.

«Что за черт! – от неожиданности мысленно ругнулся Олег. – Какая здесь может быть стена?» – он четко помнил, что никакой стены в море не видел. Выныривая, он потом заметил, что над широкой плоской верхушкой стены – всего тридцать – сорок сантиметров воды.

«Вот почему ее не видно в тихую погоду!» – догадался он. Бесшумно вынырнув, он без единого всплеска сел на стену, чуть в стороне от Ани. Стоя на стене, она с тревогой вглядывалась в гладкую поверхность моря, волнуясь за Олега.

– Вы что-то потеряли, девушка? – спросил он.

– Ой! Как ты меня напугал! – воскликнула Аня, чуть присев от неожиданности. – Я волнуюсь, а тебя все нет, и нет! Ну, думаю, утонул! Больше не пугай меня так!

Она осторожно приблизилась к нему по скользкой поверхности стены, но в последний момент поскользнулась и, ойкнув, упала ему прямо в подставленные руки. Они долго сидели, обнявшись, слегка покачиваемые теплой морской зыбью. Запрокинув головы, с восхищением рассматривали темный небосвод, покрытый россыпью разноцветных, мерцающих звезд. Среди них быстро двигались яркие, светящиеся точки – спутники.

– А много их там? – спросила Аня, провожая глазами очередной спутник.

– Думаю, что не менее полутысячи. Я имею в виду только действующих легально, а сколько боевых, находящихся в «спящем» состоянии – знает, наверное, только Бог и президент.

– Неужели так много? – с сомнением в голосе спросила Аня. – Мы ведь видим одновременно два – три спутника. А где же остальные?

– А остальные сейчас летят севернее и южнее того места, где мы сейчас сидим.

– Они такие маленькие и им там, наверное, так одиноко! – она невольно поежилась и тесней прижалась к его груди.

Олег нежно поцеловал ее чуть солоноватые от морской воды губы и, шутливо шлепнув по упругой попке, скомандовал:

– Все! Поплыли на берег, а то ты холодная, как лягушка!

– Ну, вот и дождалась! Граждане! Он меня жабой обозвал! – смеясь, обратилась Аня к воображаемой публике.

– Не жаба, а моя прекрасная царевна-лягушка! – он вдруг расхохотался. – Я вспомнил анекдот! Иван-царевич на свадебном пиру целуется с Василисой Прекрасной. Поцелует – лягушка! Поцелует – царевна! Поцелует – лягушка! Поцелует – царевна! А гости все злорадствуют и орут: Горько! Горько! Горько!..

Аня рассмеялась звонким хохотом вместе с Олегом. Потом, дурачась, стукнула его в грудь кулачком и, выскользнув из объятий, поплыла в сторону берега.

Скользнув в воду без единого всплеска, он сгруппировался и, оттолкнувшись от стены ногами, стремительно заскользил в водной толще, быстро опередив Аню.

Сделав под водой круг, он тихо всплыл рядом с Аней. Повернувшись на бок, без всяких видимых движений, стал скользить в воде, как будто его тянул невидимый буксир. Улыбаясь, он смотрел на ее удивленное лицо, явно забавляясь вызванным эффектом. После этого он вдруг стал в воде вертикально. Его тело возвышалось над водой почти до талии, противореча здравому смыслу. Замысловатого вращения ног под водой видно не было, и создавалось впечатление, что он спокойно стоит на твердом дне. Подплыв к нему, Аня тоже решила встать, думая, что он стоит на каком-нибудь валуне, и вдруг провалилась под воду, хлебнув изрядную порцию соленой воды. Мгновенно сильные руки Олега выдернули ее на поверхность, но ей пришлось хорошо прокашляться.

– Господи! Ну, что я за придурок? Чуть не утопил любимую женщину! – корил он себя, заботливо поддерживая Аню за талию. – Прости засранца! Совсем из головы выскочило от счастья, что другие люди плохо плавают. Обещаю! Больше так не делать!

– Ладно, прощаю! – она несильно потрепала его за чуб. – Но за это ты выполнишь три моих желания, как Сивка Бурка!

– Разрешите приступить! – сказал он, прижимая ее к своему животу.

– Ишь, хитренький какой! – она увернулась от его поцелуя. – Хорошо! Первое желание – доставить меня на берег! А то я уже совсем не держусь на воде, – добавила она жалобным тоном.

– Волю первую твою я исполню, как свою! – продекламировал Олег. – Садись на меня верхом, да держись крепче!

Аня села ему на поясницу. Крепко обхватив Олега ногами и держась за его плечи, скомандовала:

– Поехали!

Желание загладить вину перед любимой женщиной и не погасший кураж придали ему дополнительных сил. Олег греб так сильно, что она ощущала возникающие водовороты за спиной. Под ее ладонями вздувались мощные бугры мышц на его плечах, и казалось, что для такого человека не существует препятствий, которые он не смог бы преодолеть.

«А, может быть, он терминатор? Только добрый!» – поправила она себя.

Если бы Аня знала, как недалека она от истины! Под ней сейчас действительно двигался терминатор, только живой, из плоти и крови. И врагов он прикончил не меньше, чем киношный герой. Это была неизбежная часть его работы, которую он выполнял, как хирург, отсекающий больную руку или ногу своему пациенту. В его случае ликвидация противника происходила только в самых крайних, безвыходных ситуациях – когда либо ты его, либо он тебя! По штатовским меркам, Олег был экспертом экстра класса по разведывательно-диверсионной работе и рукопашному бою. Он, один из немногих в наших спецвойсках, владел приемом бесконтактного удара. В данный момент он являлся полковником спецназа ГРУ. Работу инструктора по обучению молодых офицеров спецназа он выполнял ради того, чтобы не свихнуться от безделья. Уже собрался выйти на пенсию. Его неоднократно приглашали на беседы, уговаривали. В конце концов, чем заняться холостяку на пенсии? Здоровье отменное. Согласился! По своим знаниям и опыту мог заткнуть за пояс любого инструктора, но старался не лезть к ним с советами. О нем среди спецов и так ходило много былей и небылиц. Обучаться в его группе считалось большой удачей. И вот легендарный специалист, экс терминатор сейчас изображал морского конька-горбунка. Господи! Что делает с мужиком любовь? Особенно, если она у него первая, настоящая! Он шел, как атомный крейсер, оставляя за собой пенную дорожку, и мог бы еще долго так грести, но вот ноги стали цеплять дно. Пора было ссаживать прелестную наездницу. Он осторожно встал. Аня соскользнула с его поясницы, и в этот момент на берегу послышались вялые аплодисменты.

Возле их джипа стояла группа молодых парней с золотыми цепями на мощных шеях. Все пятеро были в белых брюках и черных рубашках. Метрах в десяти за ними был виден большой черный БМВ.

– Эй, мужик! – крикнул один, наиболее щуплый из всех.

– Меня тоже покатаешь? Плачу сто баксов! – Вся группа весело заржала. – А мы посторожим твою телку! – продолжали веселиться парни. Олег с Аней уже вышли из воды и неспешно направились к своему джипу, возле которого стояли парни. Выглядывая из-за плеча Князева, девушка с любопытством смотрела на крутых парней, не испытывая особого беспокойства. Она знала, что ее брат вместе с Олегом на службе не портянками со склада торговали. Ей даже было интересно посмотреть: что будет дальше?

– Да! Чувиха у тебя классная! Мы тебе за нее сотку зелени дадим! – начали парни торговаться, забавляясь.

Неожиданно Олег засмеялся.

– Чего уж там мелочиться! Может, еще чего пожелаете? Вы уж сразу весь список огласите – вдруг забудете чего?

Не ожидая такой реакции, парни явно начали нервничать.

– Тачка нам твоя понравилась! Может, подаришь? – проговорил щуплый, проводя ладонью по лакированному крылу БРОКа.

– Ну, малыш! Вижу, вкус у тебя не плохой! И женщина тебе моя понравилась, и машина! И покататься на мне захотелось, – ехидничал Олег. – Может, тебе и денег дать? На мороженое?

– Э! Да ты совсем мужик глупый! – щуплый удивленно развел руки в стороны. – Тебе разве не нужно здоровье? Мы же тебе его оставляем! А это, поверь, щедрый подарок! Гони сюда ключи от тачки и сам быстренько чеши отсюда!

Удивлённо хмыкнув, Олег полуобернулся к Анне:

– Дорогая, ты погуляй пока пару минут. Тебе не следует смотреть на такие вещи. И не подглядывать! – улыбаясь, погрозил ей пальцем.

Она демонстративно, приподнявшись на цыпочки, чмокнула его в губы:

– Дорогой, не спеши! Удели ребятам максимум внимания! У них явные проблемы с воспитанием. – Повернувшись к парням, она сделала им ручкой до свидания. – Будьте умничками и ведите себя хорошо! – Грациозно двигая бедрами, не спеша, вошла в воду и поплыла от берега.

Все мужчины зачарованно смотрели ей в след.

– Класс! Вот это баба! – выдохнул один из парней.

– Ну, что, господа биндюжники, вернемся к нашим баранам? – прервал процесс созерцания Князев. – У вас есть два выхода! Либо вы тихо сматываетесь отсюда, и я забываю о вашем существовании, либо придется вас огорчить, как говорит классик, до невозможности!

От такого заявления парни на некоторое время опешили. В прошлом опытные спортсмены-боевики, они имели хороший опыт уличных боев за передел собственности. Они держали в повиновении весь район. На этом пляже, уже не в первый раз, грабили отдыхающих. Имея сильное покровительство, они оставались безнаказанными, даже если в дела вмешивалась милиция.

Смущала их не столько внушительная мускулатура незнакомца, – били и не таких бугаев! – сколько сама манера поведения. Словно он собирается отшлепать расшалившихся малышей.

– Ты кого, козел, биндюжниками назвал? – прошипел щуплый. – Думаешь, ты крутой? Мы же тебя, суку, сейчас на куски порвем, а потом и твоей бабой займемся! – и с этими словами вытащил сзади из-за пояса пистолет с глушителем.

«Неплохая машинка! Пистолет «ТТ» – любимое оружие бандитов из-за большой пробивной силы. Не всякий бронежилет выдерживает удар пули «ТТ», – прикинул в уме Князев. – Вот, только пистолет в неопытных руках – вещь, против профессионала бесполезная.

– Значит, ты решил не сдаваться живым? – удивленно спросил его Олег. – А как же твои корешки-подельники? На них у тебя патронов хватит? – он продолжал провоцировать их к началу активных действий. Особенно ему нравилось, когда вся группа начинала двигаться. Здесь уже был широкий простор для выбора приема рукопашного боя, который стал для Олега уже своего рода искусством.

– Ну, пидор, получи! – злобно выкрикнул щуплый и выстрелил в Олега.

В последний момент ему показалось, что тот покачнулся за мгновение до выстрела. Нет, промаха с такого расстояния, не может быть! Щуплый смотрел, как Олег согнулся, зажимая руками живот. Страдальчески глядя на стрелявшего, сделал несколько шагов вперед и вдруг… улыбнулся прямо в лицо щуплому, уже стоя к нему вплотную!

– Нельзя стрелять в человека, если это не угрожает твоей жизни, – словно на тренировке проговорил Олег, с жутким хрустом ломая кисть и пальцы щуплому.

От болевого шока тот в первый момент остался стоять, разинув рот от удивления, что не попал в цель с нескольких шагов. Его друзья тоже растерялись на мгновение, внутренне содрогнувшись, услышав хруст ломаемых костей. Опомнившись, с яростным ревом выхватив кто нож, кто кастет, бросились на Олега.

В лунном свете на пляжном песке яростно барахтался клубок тел, в котором мелькали удары рук и ног. Ослепленные фонтанами песка, парни бились с дикой яростью, готовые разорвать на куски несговорчивого мужика.

Сам же Олег, облокотившись на крыло джипа, вертел в руках пистолет, отнятый у щуплого.

В тот момент, когда парни с ревом бросились на него, он молниеносно подсел под падающего от дикой боли щуплого. В темноте, пронырнув между его ног, оказался позади нападавших. В куче дерущихся тел все удары посыпались на его жертву. Подбадривая дерущихся криками, он обошел их и, расположившись у джипа, стал ожидать окончания драки. Но, передумав, дал команду БРОКу снять защиту. Натянув шорты и тенниску, тихо, чтобы не отвлекать дерущихся от дела, подъехал поближе к воде. Гостеприимно открыв дверку, пригласил Аню в салон.

– Как там? – Аня кивнула в сторону парней.

– А, ну их! Пацаны, они и есть пацаны. Сами разберутся.

– Я рада, что с тобой все в порядке! – она прильнула к его плечу. – Я так испугалась!

– За кого? – поинтересовался Олег.

– Конечно же, за парней! Вы-то с Яшей старые костоломы, а они такие неопытные!

– Дорогая, вытри мне глаза! Слезы раскаяния застилают мой взор. Мы можем в кого-нибудь врезаться! – трагическим голосом произнес он.

Через несколько минут после их отъезда, из груды рычащих и дерущихся тел вывалился один из парней. Оглянувшись, он вдруг сообразил, что чего-то не хватает.

– А где джип? Он же только что стоял здесь! – озираясь по сторонам, парень терялся в догадках. До него вдруг дошло, что с ними сыграли злую шутку. Взвыв от злости, он стал растаскивать дерущихся за ноги.

– Стойте! Остановитесь, мудаки! – ему стоило немалых усилий угомонить разбушевавшихся бойцов. С трудом переводя дыхание, они сидели на песке вокруг того места, где лежало чье-то растерзанное тело. В гнетущей тишине они смотрели на окровавленное тело щуплого, осознавая всю непоправимость случившегося.

– Все, братаны! Нам хана! За Тепу нас пахан на правило поставит! – убитым голосом произнес один из них. Остальные понимали это не хуже его.

– Ну, сука! Ну, пидор! Под землей найду, гадом буду! Всю Одессу на уши поставлю, а тварь эту найду! – истерично заорал другой. – В машину! Найдем этого козла!

Запихнув в багажник труп своего бригадира, охая и зажимая раны, нанесенные друг другу в ночной свалке, они выехали с пляжа. Разгоняя ревом мотора влюбленные парочки, они помчались к моргу. Сторож был их человек. Не в первой ему было оказывать кому экстренную, а кому последнюю помощь. Старый, спившийся хирург дело свое знал. Заштопав и залепив пластырем раны, четверка отправилась на поиски своего врага. Найдя его у них был шанс уцелеть, а это – достаточный стимул.

Один из них связался по сотовому телефону со своим родственником в милиции. Тот работал оперативным дежурным ГУВД. Подбрасывая ему деньжат, парень считал себя в праве иногда нагружать родственника своими делами. В основном, все сводилось к информации о том или ином человеке, если легальным путем сведения о нем отсутствовали. Сейчас ему нужна была облава или, как говорят менты – операция «План перехват», а это уже был серьезный вопрос. Денег понадобится уйма. Ну, и хрен с ними. Они готовы все отдать! Покойникам деньги ни к чему! К сожалению, номер машины они не запомнили. Правда, таких в машин в городе не так уж и много! Приметная машинка!

Составили фоторобот. Один из парней написал заявление о нападении на него неизвестного гражданина, ранившего его ножом и отобравшего у него кошелек со ста долларами. После чего неизвестный скрылся с места преступления на автомашине «Ниссан Патрол» темного цвета. Слова потерпевшего подтверждают еще трое свидетелей, пытавшихся задержать преступника. О погибшем от их рук бригадире они решили промолчать.

На заднем дворе частной фабрики по производству мороженого с утра было необычно тесно. Здоровенный серебристый «шестисотый» и два черных джипа охранения заняли все свободное место между штабелями ящиков и пакетами картона. На воротах стояли два мощных парня угрюмого вида. Тяжелым взглядом из-под опущенных бровей они невольно заставляли прохожих ускорять шаг. Те, кто уже имел горький опыт общения с подобными типами, вообще переходили на другую сторону улицы.

Вальяжно развалившись в директорском кресле и дымя дорогой сигарой, одесский «вор в законе» Сема Хруст, он же Семен Ильич Боднар, слушал сбивчивый рассказ четверых своих бойцов о событиях прошедшей ночи. Семену было около пятидесяти, но выглядел намного моложе. Плотно сбитый, невысокий брюнет атлетического телосложения. Волевое лицо с квадратным подбородком и маленьким крючковатым носом, возможно сломанным когда-то в молодости, придавали ему некоторое сходство с римским воином. Большие темно-карие глаза под густыми бровями смотрели на окружающих с некоторой долей иронии и превосходства. Толстые, короткие, с круглыми, как шарики, утолщениями на концах пальцы выдавали в нем опытного мастера каратэ. Было время, когда он имел свою школу каратэ, но криминальный образ жизни привел его на скамью подсудимых. Сообразительность и умение постоять за себя постепенно выдвинули его в уголовной среде. Еще несколько раз он попадал на зону, пока окончательно не обрел тот статус, который давал ему возможность встать вровень с теми, кто мог подминать Закон государства на свое усмотрение без всяких последствий.

Сейчас из его рук «кормились» депутаты и начальники, прокурорские и судебные работники. Любой вопрос в этом городе он решал по своему сотовому телефону в считанные минуты. Семён твердой рукой держал в повиновении весь городской криминал. При необходимости умел карать быстро и жестоко, чтобы другим неповадно было. Иногда проявлял садистские наклонности. Вот и сейчас ему хотелось придушить этих четверых гаденышей, которые не могли толком объяснить, почему погиб его бывший лагерный корешок Тепа.

– Вас послушать, так прямо Коперфильд к нам пожаловал! – Хруст презрительно скривил губы. – Что-то не вяжется в вашей байке! Били, били, а потом ни его, ни машины, ни бабы не оказалось? Тепу тоже он положил? И Тепа с трех метров промахнулся в него? Может, это призрак был? – его голос становился все более зловещим. – А где вы были? Почему бригадира не уберегли? – жутко ласковым тоном спрашивал Семен. – И менты ничего не нашли? – он выдохнул струю сигарного дыма на съежившихся парней. – Думается мне, слепили вы эту байку, чтобы уйти от кары за конченого вами, возможно, по пьяной разборке Тепу.

Помедлив, он еще раз внимательно посмотрел на них.

– Идите пока в цех! Мне нужно подумать! – Хруст незаметно кивнул головой похожему на гориллу телохранителю по кличке Угрюмый. Он, по совместительству, исполнял роль палача.

Вечером с территории фабрики машина вывезла четыре ледяных блока. В них были трупы незадачливых бойцов.

Братва по всему городу шепотом обсуждала казнь четверки пацанов. За убийство своего бригадира, по понятиям, приговор считался правильным, но что-то все равно оставалось непонятным. А был ли мальчик?..

4

Проснувшись далеко за полдень, Аня приоткрыла глаза. Ее голова покоилась на плече симпатичного блондина, мирно посапывавшего во сне. Вернувшись под утро с пляжа, они долго любили друг друга, растрачивая весь накопившийся пыл двух одиноких людей. Она тихонько поцеловала беленький шрам на его груди и, выскользнув из-под простыни, не одеваясь, голышом побежала в душ. Прохладные струи воды приятно освежили тело. Ей хотелось петь, что-то делать! Энергия переполняла ее! Напевая, быстро набросила ситцевый халатик, и деятельно принялась греметь кастрюлями. Вечером она с Олегом поедет в порт – встречать Яшу.

– Кстати! Нужно ему позвонить! – войдя в дом, достала сотовый телефон из своей сумочки. К сожалению, оператор сети сообщил, что на ее счету не достаточно средств. – Ладно! Позавчера он предупредил, что пароход должен прийти в Одессу из Стамбула, к шести вечера, если не помешает погода.

Погода стояла тихая, маловетреная. Немилосердно палило солнце. Старый, раскидистый орех давал спасительную тень и прохладу во дворике за домом, где сейчас, на летней кухне хлопотала счастливая Аня. Что нужно женщине для счастья? То же, что и машине – любовь да ласка, чистота и смазка!

Олег проснулся как обычно – четко, без всплывания из дремы. Привычка, выработанная годами напряженной службы, где подсознание часто опережает события, происходящие через какое-то мгновение. Именно умение без задержки действовать по подсказке шестого чувства давало шанс дожить до пенсии людям его профессии. Те, кто хоть раз ошибся, не поверил своему чутью – либо калеки, либо в мире ином. С годами профессионалы привыкают спать, как граната на растяжке. Достаточно малейшего шороха или изменения в уровне обычного шума, и такой человек уже готов к действию. На оценку обстановки уходят доли секунды.

Легкий сквознячок шевелил тюлевую занавеску у открытого во дворик окна. Вот пробежала, что-то напевая, Аня. Большой рыжий кот, воровато оглядываясь, прошмыгнул на летнюю кухню в надежде на поживу. Весело чирикали воробьи под аккомпанемент песни Пугачевой.

– Как же хорошо! – он потянулся, зажмурившись, как мартовский кот. В нем сегодня родилось новое, ранее не изведанное чувство любви. От этого чувства было на душе и больно, и сладко одновременно. Ему так хотелось опять ощутить пьяняще-упругое тело Ани, ее цветочно-нежные губы, что даже дрожь по телу пробежала.

– Эх! Догоню! – выдохнул он, рыбкой вылетая в открытое окно. Бесшумно выполнив кульбит, мягко приземлился позади Ани.

Целуя в шейку, нежно обхватил ее руками под грудь и прижал к себе. Она замерла, так же, как и он, чувствуя нахлынувшую волну счастья. Не сопротивляясь, позволила ему отвести себя в душ. Долго вода не могла остудить их разгоряченные тела.

– Я люблю тебя! – шепнул ей смущенно Олег. Он раньше ни разу не говорил таких слов. В тех редких случаях, когда он проводил время с нравившейся ему женщиной, обходился другими словами, но это слово считал священным. Его можно было сказать только той, за которую готов отдать жизнь без малейшего колебания. Сейчас он впервые был готов на все ради любимой. Она тоже горела любовным огнем и готова была идти за ним на край света – хоть в ссылку, хоть на каторгу. От счастья кружилась голова!

– А я люблю тебя еще сильнее! – засмеявшись, она сжала объятия вокруг его шеи. – Задушу! Чтоб никому! Мой! Только мой!

Из радиоточки протринькала мелодия – позывной Одессы. Диктор стала читать последние новости. Аня вдруг вспомнила, что еще не готов торжественный ужин. В порт тоже скоро ехать!

– Любимый! Может быть, прервемся на время? Я страшно хочу тебя, съела бы, но перед Яшей будет стыдно. Он даже не знает о твоем приезде! – Аня заглянула ему в глаза.

– Конечно, сокровище мое! – Олег закрыл кран над головой. Нежно, не спеша, обтер полотенцем ее тело, периодически целуя понравившиеся места. Завернув ее в полотенце, подхватил на руки и понес в дом.

– Стоп! Точка! – дал он себе команду. – Держи себя в руках! Иначе Яшку некому будет встречать!

В порт они приехали за полчаса до прихода судна, на котором Яша плыл из Стамбула.

Прогулявшись по залу морского вокзала, вышли на галерею, окружавшую здание по кругу. Вечерний теплый воздух, ленивый плеск воды у причальной стенки. Чайки, за день наевшись рыбы, лениво подплывали к кускам батона, брошенного им туристами. Обняв Аню за плечи, Олег смотрел в море, на приближающийся теплоход. Множество пестро одетых людей толпились у левого борта, которым судно должно было швартоваться к стенке. С причала им махали руками самые нетерпеливые встречающие, но расстояние еще не позволяло рассмотреть лица пассажиров.

«Интересно, как сейчас выглядит Яшка? – подумал Олег. – Узнаю ли я его? Почти двенадцать лет прошло!»

Через полчаса, когда трап был опущен на причальную стенку, подошли пограничники и стали проверять документы у сходящих с судна людей. Граждане, обвешанные сумками, как беженцы, бегущие от оккупантов, пройдя первоначальный контроль, тащились в нижний этаж здания на таможенный досмотр. В зале для встречающих стоял обычный одесский гвалт, в котором перемешались русско-украинские, еврейско-украинские и русско-еврейские языки с чисто одесским акцентом.

Как всегда какая-нибудь тетя Соня, начинала вопить: «Вэй момы! Эта бандитская могда хотела укгасть мою сумку!» Хотя, судя по габаритам и воинственному виду женщины, нужно иметь большое мужество – покушаться на необъятный баул, в котором шмоток хватит, наверное, на целый магазин. А всего только – какой-то тщедушный мужичонка имел неосторожность пристроить свою сумку рядом с ее баулом. Теперь он, сопровождаемый криками и смехом граждан, втянув голову в плечи, торопился к выходу. У выхода, как и на всех вокзалах, толпилась группа таксистов леваков, по-цыгански нагло цепляющихся к каждому человеку, выходящему из зала.

– Командир! Куда едем? Подброшу всего за двадцать рублей! – На Украине народ упорно продолжает называть гривны рублями.

Приподнявшись на носочках, Аня прошептала Олегу:

– Давай сделаем Яше сюрприз!

Удивленно посмотрев на нее, Князев подумал: «Больше всего в жизни не люблю сюрпризов!» Но, глядя в глаза любимой женщине, не решился высказать свое мнение по этому поводу.

– Слушаю внимательно, дорогая! – сказал он, поцеловав ее в носик.

– Значит, так! Я встречаю Яшку, и мы выходим на площадь. – Она заговорщицки улыбнулась. – Мы идем на стоянку машин и как бы случайно садимся к тебе. Потом ты поворачиваешься и… Как тебе мой план? – она вопросительно посмотрела ему в глаза.

– Ну, ты прямо стратег из Генштаба! – он обнял ее. – Цели определены! Задачи поставлены! Люди на своих местах! Сверим часы! – произнес он привычную формулировку командирским тоном. Сидя за рулем БРОКа, Олег вглядывался в выходивших из здания людей. Аня с Яшей отчего-то задерживались. Тут его внимание привлек большой черный американский микроавтобус с наглухо затонироваными стеклами. Он стоял почти у самого выхода из здания. По опыту он знал, что такие машины обычно используют в ФБР и ЦРУ. Номера на машине были одесские. В Одессе базируется батальон морской пехоты США. Может быть, это их автомобиль? Не то!

Его размышления прервало появление из здания симпатичной парочки. Красавица блондинка под руку с черноусым, загорелым и немного растолстевшим Яшкой.

Олег сразу узнал его. Он даже не ожидал, что его старый друг так мало изменился за столько лет. Прищурившись, он с улыбкой смотрел на них, ощущая радостное волнение от предстоящей встречи.

Аня, выйдя с братом из зала на солнечный свет, подняла руку, сделав ладошкой козырек. Яша что-то весело ей рассказывал, проталкивая большой в дверь баул. В этот момент открылась дверь микроавтобуса. Из него выпрыгнули трое парней в светлых брюках и черных теннисках. Они плотно обступили Аню с Яшей и, видимо что-то приставив им к бокам, быстро забросили обоих в автомобиль. Похоже, их вырубили электрошокерами. От Олега до них было около пятидесяти метров, и он не смог рассмотреть деталей, но чутьем старого разведчика понял, что действует кто-то достаточно «сильный», если позволяет себе действовать так открыто.

Пропустив черный микроавтобус вперед, Олег последовал за ним на предельно допустимом удалении, чтобы не обнаружить себя раньше времени.

– БРОК! Дай наше место! – скомандовал Олег.

Глядя на спутниковую карту города с движущейся на ней точкой, он примерно видел направление движения похитителей. Пропетляв по городу, микроавтобус похитителей выскочил на загородное шоссе и помчался к коттеджному поселку.

Белоснежные, затейливой архитектуры дома под красными металлопластиковыми крышами были похожи на айсберги среди моря зелени. Приближаться к охраняемой проходной Олег не стал. Быстро вскарабкавшись на вершину высокого дерева, стал наблюдать за катившим по поселку микроавтобусом. Он то появлялся, то вновь пропадал из виду, проезжая очередной дом. Наконец, он остановился перед воротами самого дальнего дома, расположенного на берегу большого вытянутого озера. Высокая кирпичная ограда с автоматическими сдвижными воротами окружала дом с трех сторон. Дальше она переходила в металлическую витую ограду, уходившую далеко в воду. От берега к причалу шла красивая белая дорожка на сваях. Вдоль белых перил, на равном промежутке, возвышались красивые, витые фонари. У причала стоял пришвартованный белый, пластиковый красавец катер «Бомбардье». Всё в белом цвете!

«Судя по обстановке, в такой вилле живет крутой товарищ! – подумал Олег. – Вряд ли бы спецслужбы выбрали место под свою «точку» в жилом поселке. Обычно такие дома находятся на территории воинских частей, турбаз, санаториев, спец центров. Значит, мы имеем дело с частным лицом. Чтобы построить такую виллу, нужны большие деньги! Большие деньги сейчас только у бизнесменов и бандитов. Бизнесмен своей охраной защищается, а здесь явно было нападение. Значит, дело имеем с бандитами. Хотя, нужно признать: захват они произвели профессионально. В последнее время, криминальные лидеры за хорошие деньги покупают сильных профессионалов. Можно нарваться на спеца! Не будем спешить, все нужно осмотреть и продумать!»

5

– Яша! Что происходит? – Аня, со связанными за спиной руками, сидела на стуле посередине подвальной комнаты. – Что это за люди? Чего они хотят?

– Прости сестренка, это моя вина! – Яша, связанный по рукам и ногам, сидел, опустив голову, напротив нее. – Нужны были деньги, чтобы раскрутиться! Думал, заработаю и отдам долг. Как назло те люди, которые мне должны были вернуть деньги за реализованный товар, куда-то испарились. Мне нечем было отдавать долг. Перезанял. Опять прокололся. Просил отсрочку. Теперь нами занялись те, кто выбивает долги. Это люди Хруста. Ты только не волнуйся! Я постараюсь все уладить! – не совсем уверенно произнес он.

– А я и не сильно боюсь этих бандитов! – она гордо распрямила плечи. – Думаю, за меня есть, кому заступиться!

– Конечно сестренка! Я не дам тебя в обиду! – Яша решительно встряхнул головой.

– Ты не понял! Я говорю о другом человеке.

– О каком другом человеке ты говоришь? – он с недоумением посмотрел на нее. – В этом городе даже мэр Хрусту не указ.

– Я говорю о твоем друге – Олеге Князеве!

– Как? Олег здесь, в городе?

– Да! Он приехал два дня назад. Живет у нас. – Она смущенно опустила вниз глаза. – Яша, мы любим друг друга! Я полюбила его с первого мгновения, как только он вошел в наш дом. – Аня виновато посмотрела на ошарашенного обилием новостей брата. – Он такой необыкновенный человек! Я уверена, он спасет нас!

Яша хмыкнул:

– Узнаю нашего Олежека! Пострел везде успел! А если он женат? Ты думала об этом?

– А я спрошу его об этом! Но сердце мне подсказывает, что он холостяк!

– Ну-ну! Спроси! Только, чтобы нам помочь, ему еще нужно найти это место! Где он сейчас?

– Я думаю, что он где-то рядом! – Аня заговорщицки понизила голос, с опаской поглядывая на дверь. – Когда нас везли сюда, мне удалось украдкой оглянуться. Его машина шла за нами!

Яков плюнул, покрутив головой:

– Это же надо! Столько лет не видеться, чтобы сразу влезать в бандитские разборки. Хороша встреча!

Чуть скрипнув, отворилась дверь подвала. Пригнув голову, в комнату вошел гориллообразный Угрюмый. Из-под нависших бровей на пленников смотрели глаза человека-животного. Без каких-либо эмоций он убивал и калечил любого, на кого показывал Хруст. Сейчас он встал за спиной Яши и выжидательно посмотрел на входную дверь. Через некоторое время в дверях показался сам хозяин виллы. В белых брюках, белой тенниске и дорогом персидском халате. Идущий за ним охранник предупредительно подставил ему кресло, стоявшее в углу. Не спеша раскурив сигару, он внимательно посмотрел на Яшу. Потом медленно стал рассматривать Аню. Мысленно оценил ее великолепное телосложение и красивое лицо с выразительными глазами. «Долг за Яшей Колобком, конечно, не астрономический, но важен сам факт! Каждый торгаш должен знать, что за обман кара будет быстрая и жестокая. Впрочем, за такую женщину можно малость скосить долг!»

Семен лениво поднялся с кресла, обошел Аню со спины и по-хозяйски запустил руку ей в вырез платья. В этот момент ему в руку впились острые зубы разъяренной женщины.

– Мразь! Подонок! Убери свои грязные лапы, тварь! – закричала Аня.

– Убью, сука! – Яша рванулся изо всех сил. Стул не выдержал и развалился. Стоявший сзади него Угрюмый без всяких эмоций огромным кулаком нанес ему удар по голове, от которого Яша кулем свалился к ногам Хруста. Перевернув его ногой на спину, Семен слизнул кровь со своей руки и, повернувшись к Ане, коротко, без замаха нанес ей такую пощечину, от которой она потеряла сознание.

– Вот бешеная семейка! Ладно! Пусть приходят в себя. А потом эту сучку ко мне наверх, в спальню! – сплюнув на пол, Семен переступил через лежащего Яшу.

6

В багажнике БРОКа Олег отыскал спецпакет с черным трико и маскировочным кремом. Быстро разрисовав лицо, переоделся. Пульт дистанционного управления джипом, в непромокаемом противоударном брелке, повесил на шею под костюм. В брелоке не было ничего, кроме сверхчувствительного микрофона, все звуки с которого автоматически пишутся компьютером. Система опознания голоса отбирает только ключевые слова, произносимые хозяином БРОКа. Тонкий проводок от брелока, шел к наушнику-таблетке, вставленной в ухо. Теперь у него была голосовая двухсторонняя связь с БРОКом, огневая мощь которого могла ему понадобиться в критической ситуации. Застегнув на бедре ремешок с подводным боевым ножом, дал команду БРОку:

– Внимание! Приготовить боевой комплекс к работе! Даю ориентир! – Олег, следя за изображением на экране монитора, навел перекрестие на трубу дома Креста. Замигали цифры внизу экрана, указывая дальность и угол возвышения.

– К работе готов! – мужским голосом ответил БРОК. На экране высветилась подмигивающая глазом физиономия солдата удачи. – Гуд лак, шеф!

– К черту! – Олег три раза сплюнул через левое плечо. – Работаем!

Беззвучно войдя в воду, тихо, без всплеска, нырнул и поплыл к причалу виллы. Под водой было темно. Узкий луч фонаря выхватывал серебристые бока рыбешек, когда Олег на мгновение включал его, чтобы не напороться на неожиданную преграду. Внезапно из водной мути на него уставилось лицо мертвой женщины. Рядом с ней покачивался труп мужчины, также удерживаемый у дна грузом, привязанным к ногам. От неожиданной встречи у Олега все внутри похолодело, но профессиональная подготовка позволила быстро успокоиться. «Это кто ж вас так рыбам на корм пустил? Похоже, здесь ребятки с виллы поработали! – Руки у обоих были связанны за спиной, а рот залеплен скотчем. – Судя по целости лиц, их утопили совсем недавно! Возможно прошлой ночью! Ни хрена себе, девки пляшут! – Быстро срезал с утопленников веревки. – Не сегодня-завтра их найдут люди, а нам пора познакомиться с этими вурдалаками! Ах, как хочется ворваться в городок!» – он мысленно пропел свой атакующий девиз. Задержался у катера. В нем, развалившись в мягком кожаном кресле, дымил сигаретой крупный парень. На голове у него были наушники от плеера. Он в такт музыке помахивал ногой и хлопал ладонью по лежащему на животе израильскому пистолету-пулемету «Узи». Катер качнулся и опять замер на озерной глади. Охранник все так же сидел в кресле, только ни рука, ни нога больше не шевелились. Молниеносный удар по сонной артерии уменьшил число охранников Хруста на одну боевую единицу. Оператор, сидящий у экранов мониторов, просматривающих всю территорию, не заметил каких либо изменений в обстановке. Ночь. Сверчки поют. Кругом покой. Он не заметил молниеносных перемещений человека в черном из одной тени к другой. Двое охранников у ворот и ещё двое, двигавшихся по дорожке вокруг здания, также ничего не заметили.

Ворота гаража, встроенного в дом, были приподняты от земли на полметра. Олег перекатился под ними и нырнул под днище ближайшего автомобиля. В гараже находились три человека, видимо, водители стоявших здесь джипа, микроавтобуса и шестисотого Мерседеса. Они курили и потягивали пивко из запотевших алюминиевых банок.

– Слушай! Классная телка досталась шефу! – причмокнул губами один из них. – Мне б такую женщину, ах, мне б такую женщину, я б такую! – фальшиво запел он под хохот товарищей. – Не то, что те малолетки, которых мы драли вчера!

– Да! Такую – любой мечтал бы! – поддержал его другой парень. – Говорят, что эта банкирша когда-то была «Мисс Москвы»! Видел, какая лялька была, когда мы ее вчера привезли! Мечта!

– Ну, теперь после беседы с Семеном ей даже пластическая операция не поможет! – вступил в разговор другой парень.

– Ага! Хруст умеет потрошить таких телок! Похоже, что эту они сегодня с Угрюмым кончат! Не сдается, зараза! Не хочет банк отдавать!

– Сегодня вечером мы привезли шефу еще одного должника. Может, слышал про Яшку Колобка! Так вот, у него сеструха, может, и не такая козочка, как та, что у шефа наверху, но такая сексуальная! Я бы ее затрахал до смерти! Кстати, нужно посмотреть, как она там? Шеф сказал, чтоб ее к нему наверх притащили, когда оклемается!

Он встал и направился к двери, ведущей из гаража в подвал дома. В этот момент из-под днища машины к двум сидевшим бойцам черной молнией метнулся человек. Он нанес всего два коротких удара костяшкой согнутого среднего пальца, и они умерли, еще не понимая этого. Придержав обоих за волосы, Олег аккуратно положил их головами на стоявший между ними столик. Со стороны они были похожи на двух уснувших пьяниц. Бесшумно скользнул в коридор, ведущий к лестнице в подвал. По пути отметил несколько дверей, видимо, во внутренние помещения здания. Парень, за которым он следовал тенью, спустился вниз. Там, у двери в комнату с пленниками, сидел еще один здоровяк, с пистолетом в наплечной кобуре.

– Ну, как там наши гости? Очухались? – спросил парень охранника.

– Хрен его знает? Может, и очухались! – он нехотя поднялся и вставил ключ в замочную скважину.

– Сейчас потащим телку к шефу в постель! – вошедший похлопал охранника рукой по спине.

Не оборачиваясь, охранник открыл дверь и первым вошел в комнату. Пленник все так же лежал на полу, а женщина уже очнулась и явно пыталась освободиться.

– Не дергайся малышка! Сейчас мы тебя сами распутаем! Снимем с тебя веревки и все остальное, чтобы шефу было меньше возни! – весело заржал парень.

Однако пленница вдруг улыбнулась, правда не ему, а кому-то, стоящему за его спиной. Охранник хотел оглянуться, но острая боль пронзила его мозг, и сознание потухло, как перегоревшая лампочка. Он медленно осел на тело своего товарища.

– Я знала, что ты где-то рядом! – Аня нетерпеливо сбросила с себя веревки, как только Олег полоснул по ним ножом.

– Мне ничуточки не было страшно! – Она помогла распутать веревки на Яше, который все еще лежал на полу без сознания.

– Кто его так? – спросил Олег, проверяя пульс на шее Черноморца.

– Яшу кулаком по голове ударил здоровенный кавказец. Кто-то назвал его Угрюмым. Жуткий тип и смотрит, как животное, – она непроизвольно передернула плечами от озноба.

– Посмотри за дверь, нет ли там воды? – Олег кивнул ей головой в сторону открытой двери.

– Нашла! – Аня держала в руках двухлитровую бутылку минеральной воды.

– Брызни ему на лицо! – он приподнял Яшу за плечи.

Аня набрала в рот воды и дунула на брата. Через несколько мгновений Яша вздохнул и открыл глаза. Постепенно приходя в себя, он все более осмысленным взглядом смотрел на Олега.

– Где же ты так долго пропадал, брат? – вздохнул он, прижавшись лицом к груди Князева.

Несколько мгновений они сидели на полу обнявшись, чувствуя, как некая внутренняя энергия переходит из тела в тело, заставляя трепетать душу. Наконец, они разжали объятия и посмотрели в глаза другу.

– Эй! Мальчики! Может быть, позже будете обниматься? – прервала их Аня, наблюдая за лестницей в подвал. – Наверное, нужно думать, как будем выбираться отсюда? Тем более что меня уже ждут где-то наверху и скоро придут сюда!

– В чем-то она права! – сказал Яша и, охнув, схватился за затылок. – Давно меня не били по голове так сильно!

– Сам двигаться сможешь? – Олег помог подняться другу на ноги.

– Да вроде бы прихожу в себя!

– Стой прямо! По возможности расслабься! Закрой глаза! Сейчас я тебя быстренько подремонтирую, и мы еще увидим небо в алмазах! – Олег стал водить ладонями вокруг Яшиной головы, периодически стряхивая с рук невидимую воду. Стоя сзади него, наложил свои ладони Яше на лицо. Разведя пальцы, сделал как бы маску фехтовальщика, большими пальцами рук массируя известные ему точки на висках. Еще раз провел рукой вокруг Яшиной головы и, легонько тронув пальцем его затылок, произнес: – Проснись!

Яша открыл глаза и с удивлением обнаружил, что чувствует себя бодрым и отдохнувшим, – Чудеса! Кто бы рассказал – не поверил! – он повернул голову направо, налево и, убедившись, что боль ушла окончательно, бодро воскликнул: – Ну, блин горелый, сейчас я им покажу кузькину мать!

– Уважаемый! Не суетитесь под клиентом! Как говорил наш инструктор Никанорыч! – улыбнулся Олег. – Сначала определимся, а потом каждый будет рубить свой кусок! —

Показав глазами на Аню, он строго глянул на Яшу. Тот понимающе кивнул головой.

– Аннушка! – он ласково посмотрел в глаза любимой женщины. – Ты должна переплыть на другую сторону озера. Там стоит моя машина. Ты сядешь в нее на заднее сидение, и ни к чему не будешь прикасаться, что бы ни происходило. Ты будешь в полной безопасности! Запомни! Ни к чему не прикасайся и ничему не удивляйся, что бы машина ни делала! – Он поцеловал ее, подкрепляя вышесказанное.

– А как я найду ее в темноте? В какую сторону плыть? – она была явно растерянна.

– Через каждых сорок секунд машина будет подавать три тихих гудка, как в телефонной трубке, и три мерцающих огонька синего света. Она будет подавать их до тех пор, пока ты не сядешь в машину. Только через заднюю дверь! Передние бьют током! Все поняла? Вот и умничка! – он погладил ее по голове, как школьницу. – А теперь главное: как только потухнет свет в доме, беги по дорожке к причалу! Ни в коем случае не останавливайся, даже если по тебе будут стрелять! Старайся немного петлять, это помогает! Сними туфли, потом новые купим! А теперь пошли наверх!

Они тихо, друг за другом поднялись из подвала по лестнице в гараж, попутно прихватив оружие охранников. Двое бойцов все так же обнимали алюминиевый столик с пивом, как бы уснув на нем. На предостерегающий жест Яши Олег показал ему, что об этих клиентах уже можно не беспокоиться.

– Ты берешь на себя домик с охраной у ворот, а я здесь, в доме пошуршу! В комнате теленаблюдения забери кассеты! Аппаратуру уничтожь! Работаем тихо. В поселке много милиции. Уходим вплавь на тот берег, ориентир – три мерцающих огонька! – он обнял друга.

Выключив свет в гараже, они тихо приподняли ворота-шторы. Где-то наверху играла музыка. Свет декоративных фонарей хорошо освещал территорию вокруг дома.

– Работаем! – Олег повернул ручку рубильника вниз, и все вокруг погрузилось во тьму. – Вперед! – подтолкнул он Аню.

Несколько мгновений были слышны ее бегущие шаги. В доме и у ворот послышались возмущенные голоса. Вдруг Олег уловил сдвоенные шуршащие звуки – бегущая собака. Она явно погналась за Аней. Он тихо свистнул. Собака резко встала напротив ворот, явно озадаченная новой целью. «Хороший пес! – подумал Князев. – Работает молча!»

На слух просчитав прыжок собаки, подсел и ударил ее ножом. Собака взвизгнула и тяжело шлепнулась на пол позади него.

От ворот к гаражу уже шли несколько человек с мощными фонарями и автоматами в руках. Яши рядом не было. Олег прижал брелок, висящий на шее, и произнес:

– БРОК! Внимание! Включить ночной маячок!

– Включен! – отозвалось в наушнике.

– Разблокировать задние двери! Принять пассажира под охрану!

– Выполняю!

– И, пожалуйста, будь с дамой вежливым! За задним сидением, на полке было одеяло, предложи ей! Пусть выпьет коньяка, включи обогрев и, тихонько, музыку.

– Выполняю!

– Основное распоряжение по боеготовности остается в силе!

– К бою готов!

Встав за угол, возле механизма опускания ворот, он пропустил мимо себя в гараж двух бойцов. Когда они ошарашено остановились перед трупом собаки, лежащей в луже крови, за их спиной тихо скользнули вниз ворота гаража. Послышались два глухих удара и фонари вместе с их владельцами упали на пол. Повернув защелку, Олег заблокировал механизм открывания ворот и, взяв один из фонарей, вернулся в коридор, где уже раньше заметил двери, ведущие внутрь дома.

Правая дверь выходила в вестибюль, богато обставленный современной мебелью. По углам комнаты, под потолком виднелись крошечные телекамеры системы наблюдения. В данный момент они бездействовали из-за отсутствия света. У дальней стены находилась широкая белая лестница, ведущая на второй этаж дома.

Бесшумно взбежав на второй этаж, Олег услышал возню и шлепки за одной из дверей. В комнате явно было несколько человек. Потом послышался женский голос, сквозь слезы умолявший о пощаде. В ответ кто-то сказал:

– Угрюмый! Продолжай! Эта сука должна на всю жизнь запомнить, кто в городе хозяин!

Быстро пройдя по этажу и убедившись, что других людей поблизости нет, Олег вернулся к двери, за которой истязали женщину. Тихо повернув ручку двери, он боком скользнул в приоткрывшуюся щель и так же бесшумно закрыл ее.

В большой комнате, освещаемой несколькими канделябрами, было двое мужчин и одна женщина. Стоя в неосвещенной части комнаты, Олег имел возможность внимательно рассмотреть каждого из них. Крупный, гориллоподобный мужик бил молодую женщину, сидевшую на стуле со связанными сзади руками. Из носа и рассеченной губы у нее текла кровь по лицу и груди. Под глазом темнел огромный лиловый кровоподтек. Одежда с нее была сорвана, но, судя по тому, что трусики еще были на ней, ее не насиловали. Возможно, это предусматривалось по сценарию позже.

Главное: довести жертву до предельного ужаса, а потом делай все, что захочешь! – Это Хруст хорошо усвоил в тюремных застенках и часто пользовался этим приемом для обламывания строптивых бизнесменов, не желавших платить ему дань «за охрану». Вот и сегодня он был занят «перевоспитанием» строптивой бизнесменши. Этой, в прошлом московской красотке, в наследство от погибшего мужа достался весьма приличный пакет акций одной из крупнейших водочных компаний Украины. Поскольку дама, в придачу к красоте, имела еще и финансовое образование, то имела неосторожность открыть в городе свой банк. Четверть акций банка хотел получить Хруст. Но Алина Синицкая оказалась с норовом и «по-хорошему» сделать это не захотела. «Значит, захочет по-плохому!» – улыбнулся Семен.

– Мадам Синицкая, неужели четверть акций вашего банка стоят того, чтобы за них умирать? – Семен сделал паузу. Не дождавшись ответа, продолжил: – Алина, вы такая молодая, красивая! Выйдете замуж, нарожаете детей, а вашей части капитала хватит даже внукам! – в повисшей тишине было слышно, как стонет избитая женщина. – Не хотите по-хорошему? Значит, будет по-плохому, но обратного хода у вас не будет! – он наклонился к ней.

Женщина подняла разбитое лицо и плюнула кровью в Семена.

Удар Угрюмого ладонью наотмашь был такой силы, что Алина вместе со стулом отлетела в угол комнаты. Вытирая с лица кровавый плевок, Семен загадочно улыбался, глядя на бесчувственное тело женщины. Он обдумывал для неё казнь.

Олег смотрел на улыбающегося Хруста и видел лицо садиста. Такие экземпляры не однажды попадались ему на пути за время служебных командировок в южные страны.

– Ну, когда эти олухи включат свет? – Семен непроизвольно поднял голову вверх и вдруг заметил, а скорее почувствовал опасность за своей спиной. Удар в голову ошеломил его, потому что он не видел того, кто нанес его. Просто рядом с ним не было противника в физическом смысле. Второй удар из ниоткуда, он пропустил с такой же беспомощностью, как и предыдущий. Впервые он запаниковал. Успел уйти с кресла кувырком вперед за мгновение до того, как на том месте, где только что был его затылок, тонко свистнул сюрикен – боевая метательная пластинка. Сюрикен нашел другую цель и со смачным шлепком до половины вошел в поясницу Угрюмого.

– Ай! Бля! Что это? – взвыл палач, схватившись за поясницу. От неосторожного движения рукой он до кости рассек пальцы об острые, как у бритвы, края пластинки. В этот момент следующий сюрикен уже летел в сторону Семена, стоящего на одном колене, пытаясь разглядеть противника. Чисто рефлекторно подняв руку, защищая лицо, почувствовал удар в предплечье. Для небольшого метательного оружия удар был довольно увесистый. Сюрикен прочно застрял в кости, и трогать его было небезопасно. Впервые он испытал страх. В воздухе уже свистело несколько новых пластинок. Одна ударила Угрюмого в сонную артерию за ухом, и он кулем повалился на пол. Две другие сбили на пол подсвечники, погрузив комнату в непроглядную темноту. Семен заметил двинувшийся темный силуэт человека, метавшего сюрикены. Единственно правильным решением в сложившейся ситуации он посчитал отступление. Уже отталкиваясь от пола балкона, в прыжке через перила, почувствовал новый удар сзади в плечо.

«Нинзя, блин!» – подумал он перед тем, как потерял сознание от удара о землю.

Времени на раздумья у Олега не было. Разрезав веревки на руках женщины, взвалил бесчувственное тело на плечо и быстро спустился по лестнице в вестибюль. К дому уже бежали вооруженные люди с фонарями в руках. С ношей на плече не очень-то повоюешь. Олег повернул к двери возле лестницы и вбежал в столовую с огромным столом посередине. Он инстинктивно двигался внутри дома в противоположную от приближающихся бойцов сторону. Пересек кухню и пинком вышиб замок двери во двор. Голоса слышались с противоположной стороны дома. Олег побежал в сторону причала. Женщина была на удивление легкой, но все же сковывала движение. Ее светлое тело выдавало Олега, и он спешил скорее погрузиться в воду. В последний момент их заметили преследователи, и первые пули свистнули над головами.

7

Благополучно переплыв озеро, Аня, ориентируясь на мерцающие проблески, нашла машину. Переводя дыхание, она прижалась телом к теплому капоту машины.

– Так! Кажется, наша машина! – произнесла она, обходя джип сбоку.

Вдруг с мягким щелчком приоткрылась задняя дверь. На потолке приглушенно засветился задний плафон. Аня мягко потянула на себя ручку двери и, нырнув в теплое чрево машины, расслабленно раскинулась на заднем сидении. Дверь, чуть слышно зашипев автодожимом, встала на место.

– Класс! – констатировала Аня.

Неожиданно посередине приборной доски засветился жидкокристаллический монитор, на котором появилась улыбающаяся физиономия солдата удачи.

– Приветствую вас! Располагайтесь как дома! К вашим услугам теплое одеяло, теплый коньяк и наше теплое гостеприимство! – физиономия солдата подмигнула ей и сменилась движущейся картинкой космоса, в котором медленно вращалась неправдоподобно красивая Земля. Из динамиков тихо зазвучала какая-то космическая, приятная музыка. Аня удивленно хмыкнула:

– А где же одеяло? Коньяк?

На экране вновь появилась физиономия солдата.

– Одеяло позади вас! Коньяк в баре между передними сидениями. Еще будут вопросы? – он вопросительно склонил голову на бок. Аня смотрела на него удивленными глазами.

«Ладно приветствие можно было записать на дискету, но здесь явно предполагается живое общение с машиной! Интересно!» – она наклонилась вперед.

– А вы кто? – спросила, глядя на экран.

– БРОК! – ответила физиономия.

– Странное имя!

– Имя конкретное. Определено моими создателями.

– А вы знаете, кто я? – Аня хитро прищурилась, ожидая ответа машины.

– Ваш доступ санкционирован Хозяином, значит, он вам доверяет. Он приказал охранять и защищать вас – значит, вы его друг!

– Браво! – Аня с детским восторгом захлопала в ладоши.

– Прошу извинить! Если больше нет вопросов – отключаюсь!

– Ну и ну! – восторженно произнесла женщина.

Найдя позади сидения одеяло, завернулась в него. В баре обнаружилась, кроме коньяка, бутылка водки «Медовой с перцем» и бутылка шотландского виски. Плеснув водки на дно стаканчика, залпом выпила. По телу побежало приятное тепло. Она расслаблено откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза. Не прошло и нескольких минут, как где-то внутри машины зажужжали какие-то сервоприводы. Машину слегка тряхнуло и от нее на другую сторону озера потянулся дымный шлейф от выстрела гранатомета. Открыв глаза, Аня заметила светящуюся точку порохового заряда, несущуюся к катеру, стоящему у причала дома Креста. Полыхнула вспышка взрыва. С причала в воду полетели люди с автоматами, сброшенные взрывной волной. Несколько минут на воде догорали остатки катера. В их свете были видны барахтающиеся в воде люди.

«Вот, значит, что имел в виду Олег, когда предупреждал о самостоятельности машины!» – подумала Аня.

Через несколько минут к машине подбежал Олег, неся на руках женщину.

– БРОК, снять защиту! – распахнув заднюю дверь, он аккуратно посадил женщину рядом с Аней.

– Помоги ей! Аптечка позади тебя! – сказал он, тяжело переводя дыхание. «Годы берут свое!» – подумал он, слушая, как бешено колотится сердце. – Где же Яшка? – быстро снимая мокрый костюм, Олег осматривался по сторонам.

Яша возник рядом с машиной совершенно незаметно. Что значит школа! В его руке был увесистый пакет. Мокрый, но довольный, с удивлением смотрел на машину.

– Олежек! Это что, твоя тачка? – он нежно провел рукой по лаковой поверхности машины. – Обалдеть! Это ж сколько она стоит? Мечта! – он любовно похлопал ее по крылу. – Слушай! А здорово ты саданул из «Мухи» по этим козлам! Прям как в старые добрые времена!

– Яшенька! Ты сейчас обалдеешь еще больше, если я скажу, что по этим козлам гранатометом саданула сама машина. Правда, по моей команде!

– Ой, шо ви меня держите за поца маминого! – произнес на одесском жаргоне Яша.

– Автоматчики прижали меня с дамой в воде так, что пришлось дать команду машине открыть огонь. Правда, одного удачного выстрела хватило, чтобы нас оставили в покое.

– Так это машина из нашей конторской лаборатории? – Яша ласково провел ладонью по крылу БРОКа. – Шикарный сувенир на память! Конторы нет, а машина осталась! Класс!

А шо за дама? Если не секрет! – Черноморец с любопытством заглянул в салон. Аня в это время приводила в чувство пострадавшую женщину. От нашатыря та открыла глаза и смотрела по сторонам не понимающим взглядом.

– А ну, брысь отсюда! Что, баб голых не видал? – напустилась Аня на брата, набрасывая на женщину одеяло.

– Где ты её нашел? – спросил Яша Олега.

– На втором этаже дома. Там ее избивали твои знакомые. Пришлось выручать по принципу «Враг моего врага – мой друг!» А теперь пора сматываться! Видишь, как засуетились на том берегу?

Действительно. К даче Хруста уже подъехали несколько милицейских машин с «мигалками». В стороне от дома по улице двигалась скорая помощь и пожарная машина с включенными маячками. По всей даче включился свет, и было видно множество народа во дворе.

– Да! Задал ты жару этим козлам, долго чесаться будут! – Яша погрозил кулаком противоположному берегу.

Обратно в город друзья въехали без приключений. Навстречу им попадались крутые иномарки, мчащиеся в сторону дачного поселка.

– Зашевелились пауки в банке! – констатировал Яша.

Машину тихо, с потушенными фарами загнали во двор, а чтобы не было видно с улицы, повесили простыни. Буквально чиркая боками по стенкам, джип загнали во двор за домом, прямо на грядки. Поставили на место бочку для сбора дождевой воды. Какие-то подмости для штукатурки стен – и проход за дом оказался закрыт для постороннего человека. Пока Олег проверял, все ли в порядке с джипом, Яша перенес женщину в комнату сестры. Вид, конечно, у нее был жуткий. Мокрые, свалявшиеся волосы. Распухший нос в сочетании с багровым синяком, заплывшим на один глаз, и рассеченная бровь над другим глазом. У нее был такой вид, как в частушке: «Я упала с самосвала – тормозила головой!»

– Это ж надо было так бабу уделать! – сокрушенно покачал головой Яша. – Зверье! —

За столиком под орехом ужинали втроем. Ели молча. После того, как Аня убрала со стола, оставив на столе бутылку коньяка с лимоном, и ушла в дом, мужчины заговорили.

– Как жил, брат, после Мозамбика? – спросил Олег. – Мне сообщили, что ты выжил, но был уволен по состоянию здоровья на пенсию.

– Так все и было! Выпотрошили меня хирурги в Военно-Медицинской Академии. Половину выбросили, оставшееся затолкали обратно и заштопали. Поначалу не были уверены – смогу ли выжить? Спасибо докторам, вытащили с того света! Больше года провалялся на больничной койке. Предложили уйти на пенсию, либо идти в канцелярию, бумажки перебирать. Психанул. Меня! Боевого офицера! В секретарши!

– За твое здоровье! – Олег придвинул к нему налитую рюмку.

– Подал рапорт на пенсию. Вернулся в Одессу. Поначалу пенсии на жизнь хватало. Отец был жив. Анька подрабатывала. От тоски запил «по-черному». Не знал, куда себя приткнуть… Все было какое-то пресное, обыденное. Подрабатывал маленько грузчиком в магазине. Хоть какое-то общение. Тетки там были ладные да горячие. Прижмут в подсобке и так «распалят», что потом сам себе удивляешься – ай да я! Так и шли годы. Не женился. Не нашел той, за которую готов был на смерть пойти, а так, ради постели, мне и продавщиц хватало. После развала Союза ко мне наведывались ребята из нашей Конторы, отделение которой было здесь, при штабе Одесского Военного Округа. У них формировалось новое подразделение, подчиненное Украинскому правительству. Предлагали сразу полковничью должность. Я им ответил, что уже один раз присягал Отечеству и второго раза не будет. Я офицер, а не проститутка! Обиделись они тогда на меня, говорили, что еще пожалею. Ну, да Бог им судия! Тошнило от западэнских выкриков «Москали гэть! Нэзалэжнисть! Москали пэрэдохнуть бэз нашого сала и хлиба!» Одним словом, к власти пришли злыдни. Всё стали разворовывать с ураганной быстротой. Все, кто еще вчера сидели за казнокрадство и лихоимство, вдруг оказались политическими борцами. Подкупая горлопанов, пролезли в парламент, во власть, и стали хапать все, до чего могли дотянуться. Ух! Ненавижу таких тварей! Посмотри, кто сейчас правит этой страной? По ним тюрьма плачет, а они надеются ещё что-то урвать. Недавно ездил в Львовскую область. Знакомый предложил подзаработать экспедитором-охранником. Заночевали в селе, откуда родом был водитель. Так его дед, после ужина с самогоном, плакал и говорил: «Якый я щаслывый, що вмыраты буду в вильний, нэзалэжний Украини!» Е па мать! Это до какой же степени надо было задурить голову бедному крестьянину, чтобы он, сидя с голой жопой в облупившейся хате, был счастлив оттого, что киевские и областные «шишки» смогут теперь безраздельно и безнаказанно, вместе с бандюками, «иметь» весь украинский народ! – он выпил водку залпом. – Сегодня, Олег, тебе представилась возможность познакомиться с нашим криминальным «Городским головой» – Семой Хрустом. Ему в ножки кланяется вся исполнительная и местная законодательная власть. Портовая контрабанда, проституция, наркоторговля – всё под ним! Убить человека для него, что муху прихлопнуть! – он налил ещё водки. – Поговаривают, что в местных катакомбах у него своя тюрьма, свои цеха по изготовлению наркотиков. Там же исчезают неугодные граждане. Также исчез и тот человек, который мне занимал деньги на создание своего бизнеса. Его фирма, вместе с моими долгами, оказалась в руках у Семена. А тут еще его дружок на меня наехал, за вовремя не отданный долг. Подозреваю, что это он сам и организовал мое банкротство. У Семена разговор с должниками короткий! – Яша опять чокнулся рюмкой с Олегом и выпил. – Хруст не сам по себе возник! Это ведь явление времени! Убьют его, воры назначат другого «смотрящего», и все будет так же идти по накатанной колее, пока это будет выгодно властям. Они у Семена из рук едят!

– Неужели нет узды на всю эту сволочь? – вздохнул Олег. – Такую державу просрали, твари! Горбатый кашу заварил, а потом в штаны наклал, втихаря америкосам подарил весь наш тихоокеанский шельф с нефтью, газом и промысловыми районами за «поддержку». А ведь всего-то нужно было – в Беловежскую Пущу прислать наряд милиции с постановлением на арест трех подонков. Они ведь тоже тряслись от страха, подписывая смертный приговор своей Родине. Пусть падут на их головы реки слез и крови советских людей, которых они предали за возможность воровать и грабить, вместе со своими подручными подонками. Давай выпьем, чтоб быстрее миновало это смутное время! – они выпили не чокаясь.

– Вот мне отец покойный рассказывал! – Яша закусил лимончиком. – После войны Сталин, опасаясь популярности Жукова, сместил его с должности Наркома Обороны и отправил командовать Одесским Округом. В Одессе тогда бандитизм был не хуже нынешнего. Так Сталин дал ему трое суток на наведение порядка в городе. Жуков поступил как на фронте – враг известен (на весь городской криминал в любой милиции во все времена есть материалы); силы есть – гарнизон, милиция, чекисты и партхозактив города. Всем роздали оружие и за двое суток перестреляли всех уркаганов, вплоть до карманников и проституток. Машины сутками вывозили трупы за город, где экскаваторами рыли для них котлованы и бульдозерами закапывали. После этого десять лет в Одессу урки боялись приезжать под страхом смерти. Люди забыли даже слово «грабеж» или «кража». В широкой прессе это, конечно, не афишировалось, но старые одесситы помнят это золотое время. Милиция еще на подходах к городу, в поездах и на дорогах отлавливала всех блатных. Больше о них никто не слышал. Сейчас все встало с ног на голову. Бандиты отстреливают правильных ментов и проталкивают «наверх» своих – купленных депутатов. А ну их всех к чертовой матери! Наливай! По последней, и спать!

8

В отдельной палате Филатовской больницы, в окружении приборов, лежал забинтованный Хруст. Возле него неотлучно дежурила смазливая медсестра. У двери палаты, в коридоре, дежурили двое здоровенных парней угрюмой наружности. Когда в дальнем конце коридора послышались шаги нескольких человек, парни насторожились, как злые, дворовые собаки. Разглядев под халатами милицейские брюки посетителей, одни из которых были с лампасами, они успокоились. Посетителей попросили обождать перед дверью. Дежурный врач объяснил им, что пациента желательно не утомлять. У него две рубленые раны и несколько переломов, сотрясение мозга, и ему колют обезболивающие препараты.

В палате медсестра, заломив красивую бровь, строго предупредила вошедшего генерала не утомлять больного. Страдальчески подняв глаза к потолку, он тяжело перевел дух, глядя вслед вихляющей бедрами медсестре. «Да, с такой сестричкой и я поболел бы!» – подумал он.

– Семен! – он слегка притронулся к здоровому плечу Хруста. – Слышь, Семен! Давай, открывай глазки!

Веки раненного дрогнули и медленно открылись. Он смотрел на пришедшего и постепенно приходил «в себя».

– Здорово Митрофаныч! – немного осипшим голосом сказал Хруст.

– Может, расскажешь, кто тебя так уделал? На даче трупов, как на поле боя!

– Не мути душу! У меня и так мозги набекрень! Если бы знал – кто, порвал бы, как Тузик грелку. – В глазах Семена светилась такая злоба, что посетитель ни на минуту не сомневался в том, что так оно и было бы, если бы действительно знать – КТО? – Что там твои мусора накопали?

– Пока не густо. Изрыли всю землю вокруг дома, но там уже столько народу бегало, что каких-либо следов не разобрать. Охрана преследовала какого-то человека с женщиной на плече. Он плыл по озеру. Стреляли, но попали или нет – неизвестно. Из воды выловили трупы мужчины и женщины. В них видны попадания пуль, но наш эксперт говорит, что они до этого минимум сутки пробыли в воде. Вряд ли это наши беглецы. Сейчас водолазы обследуют дно, но там такая муть, что практически ничего не видно. С двух лодок, сетями, тралят дно. Пока пусто. Осмотр берега на противоположной стороне пока не дал каких-либо результатов. Днем там много отдыхающих, поэтому много следов. Кто там мог быть ночью – неизвестно. Фиксацию транспорта, проезжающего через посты ДАИ, начали с опозданием на полчаса после нападения на твой дом. Ты же знаешь, что гаишников новый президент с дорог убрал. Возможно, преступник успел въехать в город, а, может, ушел в сторону Николаева, или на Вознесенск. Временные посты по трассам предупреждены, но пока без результатов. К сожалению, это пока все!

– Послушай, генерал! Какого хрена ты мне здесь полчаса рассказываешь всю эту лабуду! Я тебя для этого «наверх» проталкивал? Я тебе за твое «пока все» плачу две генеральские зарплаты? Тебе что, погоны надоели? Три дня сроку! Хоть весь город наизнанку выверните, а найдите мне этого нинзю!

– Погоди! А почему ты его назвал «нинзя»? – генерал хоть и был продажным ментом, но все-таки ментом! Злость душила его, но он сумел скрыть это за маской безразличия.

– Потому что он был во всем черном! Мать вашу! – Семен от бессильной злобы готов был укусить сам себя. Считаясь в свое время одним из лучших бойцов в карате, вдруг оказался на больничной койке, даже не успев разглядеть противника. Сейчас он бы дорого дал за то, чтобы увидеть этого человека!

– Кстати! – генерал придвинулся ближе к Семену. – Ты спецслужбам в последнее время дорогу не перебегал?

– Нет вроде бы… – Семен удивленно посмотрел на посетителя. – А в чем дело? – Перед этим у него мелькнула мысль о мелком «челноке» Яшке по кличке Колобок, но тут же исчезла – не тот масштаб!

– Видишь ли! Железки, которые из тебя и твоего дружка извлекли – не просто железки. Это боевые метательные пластинки – сюрикены, так, кажется, они называются. Они бывают разной формы. Думаю тебе, как старому каратисту, объяснять это не нужно, но вот эти сюрикены особой формы и сплава! В лаборатории у нас есть старый эксперт, работавший еще в спецлаборатории КГБ. Так вот он поведал мне, что это изделие как раз из Конторы. Если ты, Сема, наступил «на мозоль» Конторе, или как их теперь именуют – Фирме, возможно даже Российской, то боюсь, что дела твои плохи! – генерал с удовлетворением смотрел на побледневшее лицо Хруста, похвалив себя за то, что сразу не выложил новость этому быдлу в золотых цепях.

В палате повисла тягостная тишина, нарушаемая попискиванием разных приборов.

– Неужели у Алины есть ТАКИЕ «завязки» в Москве? – вслух подумал Семен.

– У какой Алины? – тут же оживился генерал.

Семену не хотелось посвящать этого мента в свои дела, но кое-что через него можно было узнать.

– Возможно, тебе известно имя владелицы банка «ЮЖНЫЙ», Синицкой Алины Викторовны? – Хруст выжидательно посмотрел на генерала.

– Да, меня как-то знакомили с мадам Синицкой. Она, по-моему, уже вдова?

– Короче! У меня с ней возникли разногласия по некоторым финансовым вопросам. Возможно, я был с ней несколько грубоват, – Семену понравилась пришедшая ему на ум культурная фраза. – В тот вечер я с ней беседовал…

Генерал сразу догадался, о чем не договаривает Хруст. Как он «беседует» и решает «разногласия» ему было известно. Он не зря ел свой хлеб, но и бандиты не за красивые глазки платили ему весьма приличные деньги.

– Я так думаю, что этот шухер устроили из-за нее! Значит, «копать» нужно здесь! – глаза Семена заблестели. В них появился охотничий азарт. – Нужно выяснить связи Синицкой в Москве! Саму ее нужно искать в городе! Не могли ее далеко увезти в таком состоянии!

В каком состоянии бывают люди после «беседы» с Хрустом генерал знал не понаслышке. В свое время ему приходилось допрашивать граждан, попавших в реанимацию после таких «бесед»! Как правило, такие потерпевшие, выйдя из реанимации, отказывались давать показания под протокол. Приходилось «списывать» на неизвестных хулиганов.

Теперь постепенно для него начала вырисовываться картина вчерашнего вечера на даче Хруста. Появилось лицо в этом деле – ниточка, за которую, если по-умному потянуть, можно распутать весь клубок. Главное, не влезть в пасть большой спецслужбе. В их играх жизни людей мало чего стоят. За их спиной стоит Государство! Чем оно больше и могущественнее, тем опасней его спецслужбы.

Семен, видимо, думал о том же, но поражение, нанесенное его самолюбию, брало верх над чувством самосохранения. Он никогда не был трусом, но и дураком его никто не мог назвать. Как всякий человек, Семен имел свою «Ахиллесову пяту» – обожал, когда им восхищались. Но только за дело, а не просто так сюсюкали. Этих он считал подхалимами, а потому – продажными. Такие предадут в три секунды.

– Ладно! Работай, Митрофаныч! Найдешь мне этого козла – озолочу! – Он устало закрыл глаза. Аудиенция закончена. Хотя что-то его тревожило… Он что-то упустил!

9

Несколько дней в доме Черноморца царили тишина и покой. Олег с Аней, как влюбленная парочка, – кем в действительности и были, каждый день ходили на пляж, по магазинам, чтобы соседи особо не обращали внимания на гостя, приехавшего в отпуск. Гуляет, отдыхает, ни от кого не прячется – значит, все в порядке!

Черноморец Яков Степаныч, для друзей просто Колобок, – как принято в селах и на маленьких старых улочках, где все соседи знают друг друга не одно поколение, вечером «проставлялся» соседям за приезд из Стамбула.

Машина стояла за домом и не была видна, особенно теперь, ночью. Стол поставили в переднем с улицы дворике, под виноградным шатром. Повесили пару лампочек. На Юге везде принято устраивать застолья во дворе, под теплым, звездным небом. Едва ли не каждую субботу. По любому поводу! На свежем воздухе дышится, пьется и поется легко и привольно. Опять же – уважение соседей. Они тоже приходят не с «пустыми руками»! Если потом кто чужой спросит, любой чистосердечно скажет, что у Черноморцев, брата и сестры, в доме посторонних, кроме Яшиного друга, нет. Все сидели за одним столом!

А какой на Украине накрывают стол! Посередине стоит большая миска с горячей молодой картошечкой, политой топленым сливочным маслом и посыпанной душистым, зелененьким укропчиком. Рядом на блюде большие, в золотистой корочке, зеркальные карпы. С другой стороны стоит тарелка с жареной курятиной. Возле нее – блюдо с нежно-розовым, толщиной в ладонь, тающем во рту как масло, салом. Миски с салатами из молоденьких, хрустящих, сладких огурчиков и душистых южных помидорок; горкой – свежевымытая зелень рядом с тарелкой, на которой, как блины, истекают жиром нежно желтые глосики – так черноморцы зовут молоденькую камбалу. Колбаса, шпроты, салат оливье и прочие салаты создают завершенную картину художественного полотна. Но! В самом почетном месте стола стоит большая, запотевшая бутыль чистейшего, сахарного самогона. Никакая, даже самая именитая водка, не сравнится с этим доисторическим народным напитком. Водка, конечно же, тоже будет присутствовать на столе, но это так, для фасона. Потом, когда уже будет выпит весь самогон, дойдет черед и до нее, но не раньше! На Украине водку справедливо называют «химией». Особенно теперь! А вот для женщин обязательно ставят вино полусухое, красное. Оно лучше идет к жирной пище. После вина женщины, разгулявшись, переходят на самогон. А какие Украинские песни поются за такими столами! Какие голоса! В общем, гуляет вся улица!

Синицкая находилась в комнате, выходившей окнами во внутренний, задний двор дома. Шум гулянки туда почти не долетал. В открытое окно светили огромные звезды. Ветерок едва шевелил занавеску. Со всех сторон лилась ночная трель цикад. Алина в основном спала, просыпаясь лишь по нужде и для того, чтобы попить сока.

Яша, неотлучно находившийся дома, изредка заглядывал к ней, чтобы убедиться, не нужно ли ей чего-нибудь. Он переживал, что люди Семена начнут искать его и могут найти Синицкую, которая для них была сейчас важнейшей целью. Даже по местному телевидению объявили ее розыск! На фото такая красавица! Но сейчас Алина стеснялась своего лица. Даже без зеркала, наощупь – страдала от распухшего лица и болей в местах кровоподтеков. Аня периодически меняла ей примочки из бодяги. Яша пытался развеселить и делал комплименты ее красоте, которая станет еще краше после выздоровления. От комплиментов Алина расстраивалась еще больше, представляя, в какое пугало огородное сейчас превратилась. По местному телевидению опять показали ее портрет. «Ушла из дома и не вернулась! Милиция просит всех, кто знает о ее местонахождении, сообщить за вознаграждение!» Кто ее разыскивает, она поняла сразу. Сейчас она была в том состоянии, когда не хочется думать ни о чем. Иногда на нее накатывала волна страха, но защитная реакция организма гасила эту волну и она опять мягко проваливалась в спасительный сон. Снилось раннее утро в районе Текстильщиков, где жили ее родители. Она бродила по родной Москве со своими подружками. Они веселились на дискотеках со своими сокурсниками по Университету. Проснувшись, она подумала: «Боже! Как давно это было!» Появился Вадим. Красивый, как артист Тихонов… С проседью в волнистой шевелюре. Немолодой, респектабельный. С одесским загаром и изысканным юмором. Рядом с ним как-то меркли молодые, но неопытные сокурсники. Однажды вечером он заехал за ней домой, перед рестораном, на серебристом «шестисотом» Мерседесе. Волшебная ночь в «Седьмом небе», прогулка на яхте по ночной Москва реке, шампанское, пиджак, наброшенный на озябшие плечи, жаркие поцелуи и предложение «руки и сердца». Она, выпускница Московского Государственного Университета, победительница конкурса «Мисс студенческая Москва», сделала свой выбор! После свадьбы в ресторане «Прага», они уехали к нему домой в Одессу.

Вадим всегда был к ней внимателен и деликатен. Любил делать ей приятные сюрпризы, но, когда заметил, что она начала скучать от сытой жизни, предложил нетрудную работу в своей компании – представителем по связям с общественностью. Она стала знакомиться с друзьями и партнерами мужа по бизнесу.

Вместе с мужем присутствовала на закрытых вечеринках для «отцов» города, где пользовалась шумным успехом. Жизнь проходила интересно и насыщенно. Прошло несколько лет. Вадим по-прежнему обожал свою красавицу жену, но ему хотелось иметь детей, наследника. Вот тут-то и выяснилось, что Бог не дал ему такой возможности. Алина, если честно, не чувствовала в себе готовности стать матерью и не слишком расстроилась, узнав приговор врачей. Вадим пробовал лечиться у лучших врачей и знахарей, но в одной из последних поездок в Киев с ним в дороге произошла автокатастрофа. Водитель грузовой машины ночью уснул за рулем и выехал на встречную полосу движения. Вадим погиб. У Алины наступил шок, растерянность. В фирме мужа она оказалась единственной наследницей, владеющей контрольным пакетом акций. Временный управляющий оказался на редкость порядочным мужиком и, дав молодой вдове недельку погоревать, стал постепенно нагружать проблемами компании. Необходимость отвлечься от горя и текущие дела стали затягивать ее в круговорот работы. Именно работа помогла ей быстро оправиться после потери мужа.

Пригодились знания, полученные в Университете. Знакомые ее мужа тоже старались помочь молодой красивой женщине. Дела ее быстро пошли «в гору». Идея создать банк пришла ей после того, как один за другим ее знакомые стали открывать свои банки. «А я чем хуже их?» Наличные деньги всегда помогают преодолевать административные препоны кратчайшим путем. Это истина. Наследство, доставшееся Алине от мужа, было достаточно велико, чтобы она не мелочилась на взятках. Шустрые стряпчие, шелестя в карманах зелеными, североамериканскими рублями, в минимальные сроки уладили все формальности. Банк начал свою деятельность с кредитования проверенных строительных фирм, уже обладая приличным стартовым капиталом. Начали налаживаться связи со старыми зарубежными партнерами ее покойного мужа… и тут на горизонте «замаячил» местный пахан – Хруст. Этому душегубу всегда было мало. Он внимательно отслеживал тех, кого хотел «ощипать». Давал встать на ноги, выйти на прибыльность, а потом «брал за горло». В его руках крутились деньги, сопоставимые с бюджетом города. И вот пришел черед Алины.

Она непроизвольно вздрогнула. Во дворе за домом зажегся свет. Гости разошлись по домам. Гремя тарелками, Яша с Олегом переносили грязную посуду на стол к летней кухне, где Аня, уже в фартуке, наливала горячую воду в таз. Алина встала босыми ногами на прохладный пол и подошла к окну. Она наблюдала, как эта троица, весело похохатывая над выходками пьяных гостей, дружно мыла, вытирала и складывала посуду. «Господи! Как мне повезло, что рядом оказались такие замечательные люди!» Ей захотелось присоединиться к ним, почувствовать себя такой же счастливой и свободной, но в последний момент вспомнила о своем обезображенном лице и, горько вздохнув, вернулась на кровать. «Ну, хорошо! Пройдет еще день, два, неделя, а дальше что делать? Попробуй только пикнуть, и прихлопнут, как мышь в мышеловке. Ничего дельного в голову не приходит. Ладно, утро вечера мудренее!»

Закончив мытье посуды, Аня сварила мужчинам по чашечке кофе и ушла отдыхать.

– Что будем делать дальше? – Яша вопросительно посмотрел на Олега. – Думаю, что Семен рано или поздно доберется до нас! Это, скорее, вопрос времени! Сосед мне сказал, что сегодня днем приходил какой-то милиционер. Представился участковым, хотя нашего участкового Петьку здесь все знают чуть ли не с его рождения. Говорит, что выполняет плановый обход населения участка. Интересовался теми, у кого имеются постояльцы. Думаю, завтра может заявиться к нам!

– Ладно, не дрейфь! Прорвемся! Нужно Алину на время перепрятать. Возможно, он будет шнырять по комнатам. Пусть лучше убедится, что у нас ее нет. У машины откроем заднюю дверь, чтобы не было видно ни названия, ни гос. номера. Сбоку ему не протиснуться. – Олег внимательно осмотрел двор. – А что у вас на чердаке летней кухни?

– Там сено хранилось для кроликов, но зимой прошел мор, и все передохли. Там еще какой-то хлам. – Яша догадался, куда клонит Князев. – Думаешь, на чердак он не полезет?

– Чердак, Яша – это уже обыск! Для этого ордер нужен! Для выдачи ордера нужно основание! Не полезет он на чердак! Лестницу уберем подальше!

– Тогда Алину лучше переселить туда ночью.

– Согласен! Так будет спокойней. Но ее нельзя оставлять ночью одну. Вдруг мышь в сене зашуршит? Леди может такой визг поднять, что милицейская сирена позавидует! Поэтому ты будешь ее охранять. – Олег лукаво подмигнул другу. – Между прочим, она вдова! Молодая вдова! – уточнил он.

– Да ну тебя в баню, Олег! Ты ее физиономию видел? Не дай Бог ночью встретится! Все отдашь! – Яша сделал испуганные глаза.

– Ее физиономию я видел, но не только ту, которая сейчас у нее, но и ту, которую сегодня показывали по «ящику». Девушка – экстра класс! Такую не в каждом журнале мод увидишь! А ты – физиономия! – Олег, шутя, ткнул друга кулаком в плечо. – Ладно! Пошли ее будить и начнем эвакуацию!

10

Ночь на сеновале! Такого в ее жизни еще не было. Запах трав кружил голову легким дурманом. Пение цикад и звездный шатер ночного неба над головой. Алина никогда не чувствовала себя такой счастливой просто оттого, что вокруг нее была тишина и покой.

Внизу, под приставной лестницей, на раскладушке, закинув руки за голову, спал Яша. Веселый, улыбчивый одессит. Своим лицом и усами он напомнил Алине ведущего телепередачи «Блеф клуб». Ночь была теплая, взошла серебристая луна. Алине не спалось и, высунувшись из чердачного проема, она смотрела вниз, на спящего мужчину. В ярком, белесом свете ночного светила хорошо был виден рваный шрам на его животе. Простыня сползла с него и выразительными оспинами по коже, по правой стороне груди, темнели маленькие шрамы от автоматной очереди. «Видно, «хорошо» ему досталось в свое время! – Она положила подбородок на сжатый кулачок и продолжила осмотр своего телохранителя. – По годам он еще не старый, с хорошей мускулатурой. Скорее, бывший военный, хотя не употребляет солдафонских словечек. Судя по шрамам, воевал. Афганистан или Чечня? Галантный! Не разрешил идти босиком по двору!»

Ах! Как бережно он нес ее! Давно ее никто не носил на руках… От него приятно пахнет! Нет, не одеколоном. Просто каждый человек обладает своим, только ему присущим запахом. Пусть он будет трижды красавцем, но если его запах вам неприятен, то здесь уже не поможет ни ум, ни красота. Яшин запах ей нравился. У него приятная манера поддерживать в окружающих хорошее настроение. Есть такие «светлые» люди, с которыми хочется общаться. Каждый раз, когда он заходил к ней в комнату, у нее сразу поднималось настроение. Обязательно пошутит, поддержит, приободрит. Вспомнит смешной случай из жизни и сам же первый весело засмеется. После его ухода на душе легко и радостно. «Так, кажется, я начинаю в него влюбляться! – она по-девчоночьи хихикнула, прикрыв рот ладошкой. – Имя у него тоже хорошее…»

– Яша, Яшенька!

– А? Что? – Тут же проснулся Черноморец. Вскочив с раскладушки, быстро осмотрелся. Никого! – Послышалось что ли? – он шумно выдохнул воздух, зевнул, и хотел опять ложиться, но потом, передумав, стал тихо подниматься по лестнице на чердак. Алина отпрянула от проема и притворилась спящей. Тут же Яша высунулся до пояса, посмотрел на нее, заботливо поправил простыню и стал спускаться вниз. Он еще раз потянулся, подняв руки и зевнув, улегся спать.

«Вот это слух! – восхитилась Алина. – Я же произнесла его имя почти беззвучно, а он тут же среагировал! А, может, он меня слушает на подсознательном уровне? Да, под такой защитой никакой Хруст не страшен! – сладко зевнула и, свернувшись калачиком, тихо заснула.

11

Парамон – «правая рука» Семена – в ночь нападения на дом Хруста отсутствовал. По заданию шефа ездил в Киев, на встречу со столичным авторитетом Меченым. На линии наркотранзита появилась угроза перехвата «груза» чужой группировкой, действующей быстро и агрессивно. Попытка выйти на них самостоятельно и «разрулить» вопрос, одесситам не удалась. Решено было подключить «тяжелый» калибр из столицы. Имея «своих» людей на министерских постах и в Верховной Раде, Меченый мог задавить любого авторитета в республике. Положительно решив вопрос по новоявленным «отморозкам», Парамон закатился с подружками на ночь в ресторанчик, возле метро «Гидропарк». Охотничий ресторан «Мыслывець» всегда славился отменной охотничьей кухней и хорошей коллекцией вин. В разгар веселья у него зазвонил сотовый телефон. – Веселишься, Парамоша? – вкрадчивый голос Паука всегда предвещал какую-нибудь гадость. – А у нас здесь беда! Кто-то Хруста порезал вместе с охраной, прямо на хате!

– Насмерть?

– Нет, Семен выживет, а Угрюмому капец! Так что ждем тебя! Пока! – Ну, козлы! – Парамон не сомневался, что это дело рук новой банды «отморозков». – Это же полный беспредел!

Связавшись по сотовому телефону с секретарем Меченого, передал последнюю информацию и просил ускорить «разбор» с новыми «беспредельщиками». Его черный, затонированный джип «Гелентваген», с синей «мигалкой» на крыше, помчался в сторону Одессы, сгоняя с дороги всех встречных и поперечных. Милиция на стационарных постах не осмеливалась останавливать такую машину, справедливо понимая, что кроме неприятностей, другого «навара» здесь не будет. К утру они успели домчать до Одессы. Не заезжая домой, Парамон, в миру Константин Парамонов, велел водителю ехать к дому Хруста. Нужно было с чего-то начинать. Во дворе дома Семена еще не начали наводить порядок. Только уехали милиция и санитарные машины. Оставшиеся в живых охранники угрюмо молчали, покуривая в кулак сигареты. Оружие у них временно изъяли для экспертизы. Комната видеонаблюдения была разгромлена. Видеокассеты за последние пару дней пропали. Катер сгорел и затонул. Сколько было нападавших – никто толком не видел. Кто-то говорит: двое, кто-то видел троих, а, если судить по количеству трупов и оказанному сопротивлению, то целая банда. Парамон выяснил, что в доме Хруста в тот вечер для «обработки» находились трое пленников. Банкирша, и какой-то мелкий «челнок» с сестрой. Последние явно не тянули под такую операцию. Значит, если банкиршу все-таки увезли, то нападение вполне могли совершить из-за нее. Двое других пленников, видимо, незаметно сбежали во время неразберихи. Значит, нужно работать по трем основным направлениям: найти «беспредельщиков», искать банкиршу и найти «челнока» с сестрой. Возможно, они что-то видели или слышали? Вызвав к себе бригадиров, быстро обрисовал им обстановку и поставил задачи для их групп. Во всех концах большого города началось шевеление в среде уголовников. Давно такого не было, чтобы менты и бандиты искали одного и того же человека.

12

Яша не ошибся. Действительно, на следующее утро к ним в дом постучался лейтенант милиции. Представившись новым участковым, под предлогом обхода жителей своего участка, якобы для знакомства, явно стремился заглянуть во все комнаты.

Небольшого роста, с крысиным личиком, кажется, нюхал воздух, как легавая на охоте.

– Кто проживает в доме? – спросил, раскладывая на столе папку с бланками. – Покажите домовую книгу! Такс! Понятно! Значит, только вы сестрой? Разрешите-ка ваши паспорта посмотреть! Ага! Прописка в порядке. – Он что-то быстро записывал в разные графы бланка. – А кто у вас еще проживает? Отдыхающие? – он сверлил Яшу крысиными глазками.

– У меня гостит мой старый товарищ! А что, это противозаконно? – Яша изобразил на лице оскорбленное удивление. – Мне что, нужно каждый раз в ментовку бегать за разрешением с кем-либо повидаться?

– Нет, я просто поинтересовался! – лейтенант явно не ожидал такой бурной реакции. – Вы же знаете! Существует Положение о временной регистрации лиц, которым временно сдаете жилье! Или вам это неизвестно? – он тоже решил немного подправить свою репутацию.

– Я своему другу жизнью обязан! И в наем ему ничего не сдаю! Здесь все принадлежит ему! Достаточно его слова и все ему отдам! Еще вопросы есть? – Яша уже не на шутку вошел в роль оскорбленного хозяина дома.

– А где сейчас ваш друг? Я бы хотел пообщаться с ним, да и на его паспорт посмотреть было бы нелишне… – Он явно не спешил уходить.

– Сейчас разбужу! – Яша с крайней степенью недовольства на лице направился в другую комнату. – И где только таких уродов набирают? – пробурчал он в дверях.

Уже войдя в комнату, где Олег лежал на кровати, закинув руки за голову, Яша вдруг почувствовал, что за спиной кто-то стоит. Действительно – из-за его плеча выглядывала крысиная мордочка участкового. – Ну, чего ты, лейтенант, по дому бегаешь? Ты что, потерял здесь что-нибудь? – Яша явно стал выходить из себя. Плюнув в сердцах, матюгнулся. – Олег! Просыпайся! Здесь пан участковый твои документы проверить хочет.

В надежности документов, которые имелись у Олега, Яша не сомневался. За качеством этой липы стояло государство, и никакая, даже самая хитрая служба не нашла бы изъяна в этих документах. Где уж какому-то участковому милиционеру.

Олег сел на кровати и вопросительно уставился на лейтенанта:

– С кем имею честь?

Участковый плавно, как змейка, скользнул из-под руки Яши в комнату. Махнул перед носом Олега раскрытым удостоверением:

– Лейтенант Пацюк!

– Минуточку, не так быстро! – Князев взял у него из рук удостоверение и не спеша стал его рассматривать. Совершенно новенькое… а хватка у лейтенанта не как у новичка, который обычно мнется и заикается. Возможно, опер или следак. Хотя, следаки в основном геморрой в кабинетах зарабатывают. Правда, бывают исключения.

– Чему обязан? – Олег ехидно посмотрел в его глазки, возвращая удостоверение.

– Плановый обход своего участка. Знакомлюсь со своими подопечными и их квартирантами! Чем лучше знаешь свой контингент, тем больше неприятностей можно избежать. Не так ли? – он вопросительно приподнял белёсые бровки. – А теперь попрошу ваши документики! Таков порядок! – он соболезнующее развел руками. Взяв в руки паспорт Князева, долго и тщательно перелистывал, сверял серии и номера каждого листа, одинаковый ли цвет страничек, качество вклейки фотографии. Не найдя ничего подозрительного, взялся за изучение личности гражданина Российской Федерации Князева Олега Николаевича, тысяча девятьсот шестьдесят третьего года рождения, русского, место рождения – Житомирская область, холост, группа крови вторая положительная. Паспорт выдан три года назад Петроградским РОВД, где в данный момент и проживает постоянно вышеуказанный гражданин. – Надолго в наши края? – лейтенант медленно протянул Олегу паспорт.

– Рассчитывал отдохнуть недели две – три, если мешать не будут! – он посмотрел в глаза участковому.

– В доме еще посторонние есть? – не поворачивая головы, через плечо спросил он Яшу.

– Если не считать вас, пан лейтенант, то никого!

– А шо вы меня все время паном называете? – лейтенант все же немного психанул. – Это в Польше паны, и у западенцев, а у нас друг и товарищ!

– Ну! Если у тебя, друг и товарищ западенцев, больше нет вопросов, то прощевай! – Яша сделал ему ручкой.

Выпроводив незваного гостя, друзья призадумались. В этом участковом явно были нестыкующиеся моменты.

– Что ты думаешь о нашем визитере? – Олег внимательно посмотрел на друга.

– Если мне правильно подсказывает интуиция, то мы имели дело либо с опером, притом не новичком, либо со следаком.

– Все верно, Ватсон! Странно, что для такого прикрытия даже корочки новые выдали. Видно, большую рыбу мы глушили той ночью! Если сейчас каждый участок вот так просеивают силами следствия и розыска, то можно только гадать, на какие мозоли мы наступили!

– А вы, мой колонель, даже в отпуске не можете не прикончить пару тройку граждан?

Хотя, я думаю, что воздух от этого стал только чище!

День прошел в обычных делах. Олег с Яшей подремонтировали крышу дома. После обеда малость подремали на раскладушках, в тени старого ореха. Аня о чем-то тихонько смеялась с Алиной на сеновале. У женщин всегда найдется уйма разговоров ни о чем.

К вечеру, когда стала спадать жара, Аня отправила мужчин в ближайший магазин за провизией.

Старый коопторговский магазин стоял особняком от соседних домов. На разбитом асфальте, перед его крыльцом, стоял несколько потрепанный джип. Тощая дворняга, с надеждой на подачку, целеустремленно смотрела на входную дверь магазина. Она нехотя отбежала в сторону, освобождая дорогу двум, оживленно разговаривающим друзьям. Толкнув входную дверь, они оказались в большом торговом зале, который, видимо не так давно, был разделен перегородкой на два помещения. Следуя веяниям времени, здесь тоже решили подзаработать на питейном бизнесе. Бар больше напоминал совдеповскую столовку, украшенную дешевой мишурой, явно рассчитанной на местный бомонд, который вечером после трудового дня нес сюда свои кровные, на халтуре заработанные гривны, рубли и доллары.

Сейчас в баре было относительно пусто. Даже за стойкой бара не было никого. В дальнем углу, сдвинув стулья к одному столику, сидели четверо парней. Они не спеша потягивали пиво из пузатых бокалов и изредка поглядывали в сторону торгового отдела, как бы ожидая кого-то. Олег только мельком глянул в их сторону и направился к промтоварному отделу. Нужно было прикупить пару маек, трусов и носков. Ему нравилось одевать новое, свежее белье, а то, которое уже прошло через несколько стирок, отправлял в пакет – для обтирки машины. Яша в это время уже начал зубоскалить с загорелой, пышногрудой продавщицей в продовольственном отделе. Они явно знали друг друга не один год и, возможно, когда-то их не разделял прилавок. Наклонившись к Яше так, что его нос утонул меж ее грудей, она что-то зашептала ему на ухо, косясь на парней в соседнем зале. Чмокнув ей по разу каждую грудь в знак благодарности, он не спеша повернул голову к уставившимся на него парням. Те переглянулись между собой и опять уставились на него.

– Слышь, мужик! Подь сюды! – один из них, видимо, старший, отличавшийся от остальных более хитрым выражением лица и толстой золотой цепью, поманил его пальцем к себе. – Ты че? Не понял, козел? Тебе, тебе сказано!

– Прости, золотце! – Яша успокаивающе погладил плечо продавщицы. – Молодежь нужно учить хорошим манерам, иначе так дикарями и помрут!

Повернувшись лицом к компании парней, снисходительно ухмыльнулся и, показав пальцем на запасной выход во двор магазина, первым вышел из зала. Он даже не стал беспокоить Олега, занятого выбором белья. Таких сявок он еще способен уделать без особого напряжения сил. Драка на улице привлечет граждан и милицию, а за магазином им никто не помешает.

Во дворе, заваленном пустой тарой, не было никого. Яша грамотно занял исходную позицию, не дававшую противнику атаковать со всех сторон одновременно. Кровь быстрее побежала по жилам. Появился азарт, хотя внешне он этого никак не проявлял. Сделав дурашливо-глупое выражение лица, он гостеприимно развел руки в стороны. – Ну шё, господа гопники? Порядочных граждан среди бела дня парафинить стали, да еще в присутствии дамы! Видно, мало вас батьки пороли в детстве! Придется их работу мне доделывать!

– О, да ты, дядя, крутой! Значит, бить будем дольше! – они весело заржали, доставая кто нож, кто кастет, а кто и велосипедную цепь. – Щас мы тебя поучим, а потом к пахану поедем, зуб у него на тебя есть! Остальное тебе там добавят!

– Это кому же я так сильно лапки оттоптал? – Яша плавно перемещался из стороны в сторону, словно забавляясь с ними.

– Сам Парамон тебя ищет! – самый шустрый из них стал раскручивать цепь то у правого, то у левого плеча.

Яша сразу понял, что парни явно насмотрелись боевиков. Возможно, занимались где-то в секции, которых сейчас развелось, как грязи. Молодые, здоровые, не обремененные нормами морали. Кто сильнее, тот и прав. «Ну, что ж! Ихним же салом им же по сусалам!»

Расплатившись с продавщицей, Олег повернулся к продовольственному прилавку, но Яши там не оказалось. Пышная блондинка, прикрывая смуглыми пальчиками рот от смеха, поманила его рукой к двери во внутренний двор магазина.

Картина, открывшаяся взору Олега, была достойна кисти художника. Вдоль стены, на уровне пояса взрослого человека, шла труба водопровода. К ней в ряд, привязанные за руки брючными ремнями, со спущенными до земли штанами, нагнувшись, стояли четверо здоровых парней и выли в голос от обжигающей боли. Их некогда розовые задницы были исполосованы кровавыми рубцами от цепей, которыми Яша, отняв у них, распустив на всю длину и собрав в один пучок, со свистом и оттяжкой потчевал всех по очереди. Он не просто их бил, а так, чтобы при виде цепей они потом в обморок падали. Бил и приговаривал:

– Это тебе, сынку, за то, что старших не уважаешь! А тебе за то, что честно жить не хочешь! Что, в бандиты захотелось, людской крови попить хочется? Так получи! Получи, гаденыш! – стегал он визжащего и изворачивающегося парня, того, который выступал лидером группы. По задницам парней уже текла кровь. Некоторые уже плакали натурально как дети, а старшому досталось больше всех, и его нервная система не выдержала. Он при всех обгадился. Вытолкав продавщицу из коридорчика в торговый зал, Олег попросил ее держать язык за зубами.

– От этого еще никто не умирал, а этих недоносков только таким макаром и можно еще заставить задуматься! Предки не дураки были, когда разбойников прилюдно батогами на площадях секли! Так что молчи! Не видела, не слышала!

Во дворе магазина уже стояла тишина, нарушаемая только голосом Яши. Глядя, как парни со стоном натягивают тесные джинсы на избитые задницы, он тоном учителя наставлял их.

– Помните, сынки, что на любую силу всегда найдется еще большая сила! Главная сила у человека в голове, а не в кулаках! А с вашим карате и подавно – только девок на танцах пугать! Благодарите за сегодняшнюю науку. Надеюсь, она пойдет вам впрок! – он сделал удивленное лицо. – Не слышу слов благодарности!

Боязливо косясь в его сторону, парни нестройно, хором выдавили:

– Спасибо!

– А Парамону скажите, что если я нужен ему для разговора, пусть приходит один, без шоблы. Я его не боюсь, и он пусть меня не боится, не трону!

13

В тот же вечер у входа в магазин стоял черный джип «Гелентвроверки нервов!

– Я думал, ты умнее! – Яша с сожалением посмотрел на него, как на ущербного.

Парамон улыбнулся.

– Один ноль в твою пользу! Ты моих пацанов посек?

– Поучил малость!

– Где служил, если не секрет? – Парамон сверлил его взглядом, стараясь не пропустить момент, когда в глазах собеседника мелькнет фальшь.

– Отчего же… В морпехе, если устроит.

– За шё тебе кликуху дали – Колобок? – Парамон ехидно оскалился.

– А тебе, видать, в детстве сказок не читали! Это у меня присказка такая в детстве была, когда по огородам соседским бегал. «Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел и от тебя уйду!» Ферштейн? Только Колобком меня друзья зовут, а для остальных у меня имя и фамилия имеется! – Яша сурово сдвинул брови в подтверждение своих слов.

– Не ты часом пошумел у Хруста на хате? – Парамон впился взглядом в глаза Черноморца. – Ты вроде как соображаешь в таких делах?

«Не на такого напал! Таких учителей, какие были у меня в спецшколе ГРУ, даже у штатовцев нет! Тоже мне, специалист по допросам!» – Яша хмыкнул, глядя на напряженное лицо Парамона.

– Не сверли меня глазами! Дырку сделаешь! Такой шухер, какой был у Хруста, под силу только группе бойцов.

– Пожалуй, ты прав! – Парамон немного расслабился. – А дамочку там не приметил? Симпатичная такая куколка!

– Кроме своей сестры, других симпатичных дам я там не видел! – он ничуть не покривил душой, принимая во внимание, что Алина в тот момент своим видом могла напугать кого угодно и явно на красотку не тянула.

– А как уходил из дома? Кто-то ведь помогал тебе? Вас же с сестрой грамотно вязали!

– Не спорю, вязали грамотно! Но я вот оказался специалистом по развязыванию! Устраивает? – беседа текла по заранее спрогнозированному Яшей сценарию. – Из дома вышел с сестрой, когда все к причалу побежали и стали палить по кому-то в воде. Потом рвануло! Но мы уже были на улице. Обождали в тени, пока народ побежит и поедет, а потом смешались с публикой.

– Складно поешь, Колобок! Как по нотам! – Парамон нутром чувствовал, что Черноморец явно что-то знает, но не договаривает.

– Так и ты не про футбол спрашиваешь! Здесь каждое слово дорого стоит!

– За что тебя на хату к Хрусту поволокли? – Константин небрежно бросил на стол пачку «Данхила» и зажигалку «Зиппо». – Кури!

– Спасибо! Бросил! – Яша движением фокусника, не прикасаясь, поднял зажигалку в воздух и, на расстоянии нескольких сантиметров, крутанул ее в воздухе вокруг пальца. После чего плавно, не касаясь, опустил ее на стол.

– А еще чего умеешь? – Парамон обожал разные приколы. Он даже наклонился к столу.

С серьезным выражением лица Яша направил открытую ладонь в сторону пачки сигарет. Пачка поползла к нему, как на ниточке. Встала как солдатик и замерла. Сделав круговое движение кистью над пачкой, у Яши между пальцев оказалась сигарета. Она уже была раскурена, и от нее поднимался дымок.

– Ну ты, блин, даешь! – Парамон с восхищением смотрел на руки Яши. – Это ж Кио какой-то! Вот теперь верю, что ты смог сам от веревок развязаться! – взял сигарету из рук Черноморца и, повертев ее в пальцах, с сомнением затянулся. Действительно, сигарета была нормально раскурена! – Так ты не ответил! Что у Хруста делал?

– Что делал? – Яша сделал удивленное лицо. – Чай с какавой пил!

– Ладно! Не так спросил! Чего Хруст хотел от тебя? – Парамон выпустил тонкую струю дыма к потолку.

– Я так понимаю, что он долг хотел с меня выбить!

– Много ты ему должен?

– Ему ничего, а вот Сяве десять штук зелени. Кинули меня на сделке, а отдать было нечем, вот он и побежал к своему корешку Семену. Такой вот расклад! Товар мой, кстати, на хате у Семена остался. Когда уходил оттуда, про барахло не думал. Главное было сестру вызволить. А теперь опять на долги попадаю! Так и дергаюсь!

– Могу предложить работу! – Парамон улыбнулся, думая о чем-то своем. – Ты мне бойцов поднатаскаешь, заодно из нищеты выберешься! Хорошее предложение?

Яша посмотрел на него удивленно.

– Есть такой анекдот… Летел зимой воробей, замерз и упал на дорогу. Мимо шла корова и нагадила на воробья. Сидит он в тепле, отогрелся, чирикает. Бежала мимо кошка, услышала чирикание воробья. Вытащила его из дерьма и съела. Отсюда какой делаем вывод? – он вопросительно уставился на Парамона.

Константин не считал себя дураком в таких шарадах.

– Если тебе тепло и уютно, то сиди и не чирикай! – он засмеялся своей догадке.

– Почти угадал! Только мой инструктор учил, что не всегда тот враг кто обгадил и не тот друг, кто из дерьма вытащил! Усекаешь!

– Ладно! С нами не хочешь, так пошел бы к умным людям? С твоей квалификацией ходил бы в телохранителях, хрустел капустой и плевал на все проблемы.

– Телохранитель, это… Как бы доходчивей объяснить… Это вратарь, задача которого не пропустить гол, а я нападающий игрок. Понимаешь! Это во-первых. Теперь насчет умных людей. Когда об этом говорит такой, как ты, то это значит, что это те, кто умеет делать деньги, любым способом. Мне с такими не по пути! Может, у меня руки и в крови, зато совесть чиста. Воевать с врагом – это одно, а грабить свой народ – это уже по вашей части, и тут наши пути разошлись!

– А ты смелый мужик! – Константин нехорошо оскалился.

– Я свое на войне отбоялся! – Яша с вызовом посмотрел ему в глаза.

– Ладно! Разбегаемся! – Парамон понял, что пугать Черноморца бессмысленно и глупо, а потому лучше «сохранить лицо», как говорят японцы. Руку на прощание он Яше не протянул. Чувствовал, что ему в ответ руки не подадут.

Когда они вышли на улицу, Константин вспомнил:

– Кстати, забери свое барахло! Взял с собой на всякий случай! – Он кивнул головой водителю, и тот, метнувшись из-за руля, выволок через заднюю дверь джипа два объемистых баула.

– Надеюсь, ничего не пропало? – Яша сделал озабоченное лицо.

– Ну ты, блин, даешь! – он хохотнул и, помотав головой, полез в джип.

Когда машина Парамона скрылась за поворотом, из-за угла магазина вышел Олег.

– Тебя можно поздравить с добычей! – он взвесил в руке один из баулов.

– Скорее, попытка наладить отношения. Им мое барахло ни к чему, зато сделали красивый жест! – Яша взвалил на плечо один из баулов и направился в сторону дома. – Кажется, меня подозревают на причастность к разгрому в доме Хруста. Им нужна Алина. Думают, что нападение было организовано из-за нее. Возможно, Алину придется увозить из города, иначе еще день – два, и они все равно до нее доберутся.

– Обождем пока. Ее в таком виде на первом же посту снимут!

14

На одной из подмосковных охраняемых дач в жаркий летний вечер встретились двое мужчин. Их лица носили отпечаток бремени власти, к которой они уже привыкли и даже стали ее неотъемлемой частью. Таких одень в обноски последнего конюха, но взгляд – его не спрячешь! От такого взгляда у любого нормального мента рука сама к козырьку потянется – честь отдать. От такого властью, как перегаром, за версту несет.

Тяжелые шторы закрывали окна просторного зала, защищая глаза людей от назойливого летнего солнца. Кондиционер поддерживал приятную прохладу, чему еще способствовали прохладные молдавские сухие вина, стоявшие на сервировочной тележке сбоку стола.

Круглый стол был покрыт темно-синей плюшевой скатертью, в центре которой красовалась хрустальная пепельница.

– Ну, и как тебе сегодняшняя беседа с Хозяином? – седой полноватый мужчина в белой рубашке с закатанными рукавами долил себе в пузатый хрустальный стакан прохладного белого муската.

– Ну, кое-что об этом феномене я когда-то краем уха слышал, но особого значения не придал. Мало ли баек циркулирует в народном эпосе?

– Хороша байка, если наши заклятые друзья за океаном уже финансирование под операцию «Прометей» выбили у Конгресса. Значит, пришло время поднимать Хозяину старые архивы с грифом «Совершенно секретно» и «Только первым лицам государства». Думаю, там много такого, о чем даже мы с тобой не догадываемся. – Седой оторвал указательный палец от зажатого в руке стакана и посмотрел на потолок.

– Все нормально, Евгений Владимирович! – молодой, крепкого телосложения мужчина перехватил взгляд собеседника. – Мои спецы все дважды проверили и включили генераторы помех. Теперь в радиусе трехсот метров ни один электронный прибор работать не будет.

– Самое смешное, Борис, в том, что мы надеемся на новейшие приборы разведки и забываем о простом человеческом ухе. Поэтому давай-ка прогуляемся по рощице. Надоел этот фильтрованный воздух. Хочется лесным духом подышать!

Гравийная дорожка слегка хрустела под подошвами дорогих туфель. Казалось, что вокруг них нет ни единой души, но они знали, что справа и слева незримо движутся лучшие спецы охраны, заранее проверяя безопасность предполагаемого направления движения начальства. Хотя рощица и находилась внутри ограды госдачи, но, как говорится – береженого и Бог бережет!

– Ну, что же! Продолжим? – Савельев, глядя под ноги, заговорил вполголоса, иногда понижая голос так, что Борису приходилось напрягать слух, чтобы ничего не упустить.

– Первая информация о так называемых «каменных кубах» косвенно отмечена еще в трудах Плутарха. В те далекие времена до него доходили сведения о том, что где-то далеко на Севере якобы когда-то видели людей, которые умели летать. Летать по воздуху, без помощи каких-либо вспомогательных приспособлений. Их называли гиперборейцами. Так вот, эти люди то ли вылетают, то ли взлетают с каменных кубов. Больше об этом феномене нигде в истории не отмечено. У человечества хватало проблем и без этого старого мифа. Зато в истории церкви, если внимательно почитать хотя бы Нечволодова, неоднократно фигурируют чудесные явления небесных защитников, приносящих победу православному воинству. На это обратили внимание аналитики спецкоманды Гитлера, занимавшиеся поисками различных мифических святынь, могущих дать фюреру власть над миром. Наша разведка сообщала время от времени о результатах работы этой спецгруппы института Ананарбе. Сталин тоже интересовался подобными вещами. Когда появилась информация о том, что на территории СССР есть эти «каменные кубы», лично распорядился в строжайшей тайне начать поисковые работы. Материалы экспедиций поступали лично к наркому Берии, а от него на стол к Сталину. Думаю, что в руки Иосифа Виссарионовича попадала такая информация, где уже были отсеяны все недомолвки и двусмысленности. Накануне войны первый камень был обнаружен на Карельском перешейке, в труднодоступном районе Ваттаваара, или Смерть гора. Туда даже местные проводники боятся ходить. Что-то типа Стоунхенджа, где неведомая цивилизация оставила свои священные камни сейды. Полное отсутствие каких-либо дорог или даже проходимой для техники местности вынудили командование двигать войска «заслона» в тот район пешим порядком. Все грузы и вооружение везли на вьючных лошадях. Немцы также получили информацию о находке русских и тоже нацелили свои горно-стрелковые части на этот район Карелии. Совместно с финскими войсками, которые считали, что немцы помогают им освобождать исконно финские земли, рьяно лезли на русские штыки, не считаясь с потерями. По всему фронту от Баренцева до Черного моря наши войска отступали, неся огромные потери, но здесь, в Карелии, уже был приказ войскам НКВД – «Ни шагу назад!» Бои здесь шли без всякой шумихи и корреспондентов. Наша авиация перемалывала позиции немцев, их самолеты бомбили наших, но уступить этот, забытый Богом и людьми угол, никто не посмел. До конца войны наши войска держали линию обороны, закрывая доступ в этот район. В это же время другая экспедиция нашла такой же камень в северном Приуралье, примерно на той же широте, что и первый. Камень этот также находится в труднодоступном районе тайги. Поскольку второй камень расположен вдали от района боевых действий, туда была направлена группа специалистов для оборудования на месте находки научной станции. Туда же, под конвоем войск НКВД, направлялись заключенные – для строительных работ. Впоследствии все они были ликвидированы. Постепенно «ушли» при разных, не выясненных обстоятельствах все, кто каким либо краем касался этой тайны. Станция под видом метео-лаборатории просуществовала почти до «перестройки». Начался развал страны. КГБ начало рассыпаться на отдельные части, пытающиеся как-то выжить. Отдел, курирующий исторические исследования, закрыли из-за отсутствия финансирования. Персонал станции, при отправке на «большую землю» вертолетом, попал в авиакатастрофу где-то над тайгой, – Савельев тяжко вздохнул, видимо, вспомнив что-то свое.

Борис не знал, что в том вертолете летела женщина, которую старый генерал любил давно, но безответно.

– Станция законсервирована и условно охраняется техническими средствами обороны. В случае несанкционированного проникновения на ее территорию сразу поступит сигнал на один из полутора сотен военных спутников России. Вчера Хозяин получил информацию по американской операции «Прометей». Наша задача – не допустить туда американцев. Сам понимаешь, резня будет тихая. Действовать будут профессионалы. Контр операцию решено поручить твоему Управлению. Её кодовое название – «Тропа волхвов». Непосредственно на месте операцией должен руководить человек, которому ты доверяешь, как себе. Сам понимаешь, крови там будет пролито немало, – он опять вздохнул.

– Разрешите спросить, Евгений Владимирович? – Борис видел, что генерал переживает какую-то тяжелую историю своей жизни, но нужны были ответы на вопросы и, возможно, другого случая потом не представится.

– Спрашивай, Боря, спрашивай! – За время работы станции проводились научные изыскания. Был ли какой-то результат от этой работы?

– Результат? – Савельев, улыбнувшись, хмыкнул. – Был установлен контакт с представителем неизвестной цивилизации! Это произошло на втором году войны. Ученый, осуществивший контакт, нес какой-то бред. Впоследствии его отправили в закрытую психлечебницу, где он вскоре и умер при невыясненных обстоятельствах. Тот факт, что контакт действительно был, подтвердили еще несколько сотрудников, видевших этого летающего человека буквально за минуту до конца контакта. Пришельца описывают совершенно одинаково. Ниже среднего роста, в какой-то белой, длинной рубахе. Весь окруженный голубым сиянием. Парил в воздухе над камнем, как будто на него не действовала сила гравитации. Вслух слов он не произносил, но в их мозге четко прозвучал его голос: «Мир вам, люди добрые!» Потом он опять переключил свое внимание на того ученого, с которым уже был в контакте. Они ничего больше не слышали. Перед тем, как исчезнуть, он перекрестил их и как бы растворился в воздухе. Больше контактов не было.

– Хорошо! А записи этого самого бреда, который нес контактер, сохранились?

– Должны быть в папках по этому исследованию. Я сам их просматривал. В другие руки с таким грифом секретности нельзя было давать. – Он остановился на мгновение и, задумчиво подняв брови, покивал головой. – И ученого этого я упрятал в психушку! Что делать? Молодой был, майор, партийный! А тут какой-то поповщиной прет! Ай!.. – резко поднял руку вверх и опустил ее вниз. – Ну его к бесам! Ладно, на сегодня, пожалуй, хватит! Что-то вымотался за день! А ты, Борис Андреевич, давай! Начинай действовать немедля! Полномочия тебе самые широкие, от САМОГО Хозяина!

15

Домой Яша с Олегом вернулись только к обеду. Сегодня ранним утром, по холодку, они повезли на Привоз Яшины баулы с турецким ширпотребом. Олег совсем уже забыл, что украинские базары начинают свою торговлю еще на утренней зорьке, в пять – полшестого утра. Экономные хозяйки знают, что первым покупателям и выбор самый лучший, и цену можно прилично скинуть. Хороший продавец верит, что первый покупатель задаст начало бойкой торговле на весь день.

Горластая румяная тетка весело рассмеется и отмерит товара щедрой мерой, с «походом». Потом, развернув веером первые заработанные деньги поплюет на них, приложит ко лбу и, шепча как молитву «Деньги к деньгам!», начинает ими проводить по каждому своему товару.

Олег рассмеялся, наблюдая за такой процедурой.

– И что, помогает? – спросил он торговку.

– А як жэж! Та вы шо! Цэ ж самый провиренный способ! – убежденно заявила женщина.

– А вы мне по бумажнику поводите, вдруг в нем тоже деньги лишние заведутся? – Олег для хохмы протянул ей полупустое портмоне. – Ой, нэ можу! – заржала тетка в голос. – Ой дывиться люды на нёго! Такый на вид культурный мужчина, а таке балакае! Дэж цэ вы бачылы, щоб у гаманци гроши завелыся вид того, шо я його помацаю? – теперь уже весело заржали и соседние тетки. Самая бойкая, перекрывая хохот торговок, прокричала:

– Ганна, а хай вин тэбэ саму помацае, о тож гроши и зьявляться! – теперь хохотали уже все, кто был в этом углу рынка. Тетка, торговавшая домашними яйцами, от хохота навалилась на свой столик. Ножки подломились, и она рухнула вместе со своими яйцами под ноги хохочущим людям. Хохоча и плача, она встала, перемазанная с ног до головы яйцами, и у людей уже началась истерика. Олег с Яшей, упершись лбом друг другу в плечо, уже плакали от смеха.

Смех – это ж такая зараза! Люди, привлеченные хохотом, подбегали и, вытянув шею спрашивали:

– А, шо такэ? Ой! Вэйз мир, шо такое? Ара! Инче эс? – Но, так и не успев понять, отчего хохочущие машут руками, тоже начинали хохотать. В этот день смеялся весь одесский Привоз. Русские и евреи, хохлы и греки, армяне и грузины смеялись легко и весело, как одна большая семья. Зато торговля потом шла небывало бойко и весело. Злых в тот день видно не было.

Вылезая дома из машины, с улыбками от уха до уха, они увидели удивленные глаза Аннушки. Ничего не объясняя, они опять захохотали и она, глядя на них, тоже залилась звонким смехом. Постанывая и вытирая набежавшие слезы, мужчины пошли за дом к душу – помыться перед обедом.

В тени раскидистого ореха на столе уже стояли четыре столовых прибора. Посередине, на плетеном блюде, горкой лежали душистые, с коричневой корочкой пампушки. Рядом стояла банка желтоватой, густой, как масло, домашней сметаны. Горкой же лежала мытая зелень и овощи. В отдельном блюдце лежал очищенный молодой чеснок. Как апофеоз этого натюрморта, Аня водрузила в центр стола большую супницу, полную ароматного украинского борща. Как товарный знак качества, в центре борща торчал половник.

– Ой, держите меня за здесь! Бо я сейчас умру! – дурашливо воскликнул Яша, в притворном обмороке падая Олегу на руки. Все весело захохотали и, радостно потирая руки, принялись рассаживаться за столом. Но стоп! А чей же четвертый прибор? Мужчины переглянулись между собой и уставились на Аню, картинно вставшую у ситцевой занавески, закрывающей вход в летнюю кухню.

– Мальчики! Подберите слюни! Атасьен! – и жестом циркового факира она отдернула занавеску.

Пауза…

– Ни ху… пардон! Ничего себе, сказал я себе! – У мужчин от удивления действительно вытянулись лица.

На пороге летней кухни стояла не просто красавица, а сама «мисс»! В полной боевой раскраске! Аж дух захватывает! Шо мать природа мужикам на погибель создает? Синяков и шрамов почти не видно. Хороший грим!

Яша, дурачась, встал на колено и прикрыл ладонью глаза.

– Ослеплен! Очарован! Околдован! Обворов… Тьфу! Пардон! Потрясен! – он действительно молол чепуху, потому как предательская стрела Амура попала ему в сердце в самый неожиданный момент. Он смотрел на Алину, как папуас на фантик.

– С этим все ясно! Готов! – резюмировала Аня и посмотрела с интересом на Олега. У того вид был не менее удивленный, но, видимо, уже сработал предохранительный клапан, и он стал подтрунивать над Яшей. Он помахал перед глазами Яши открытой ладонью, как слепцу, но тот не реагировал.

– Эй! Мужик! Хватай базар, вокзал отходит! – негромко крикнул Яше на ухо. Повернувшись к Алине, полусерьезно произнес: – Убийцы слабеньких мужчин! – театрально повернув голову и прикрыв рукой глаза, с пафосом, произнес: – Своей красотой она обернула его в соляной столб! – и тут же без всякого перехода продолжил: – А кстати, где соль?

Действительно, соли на столе не было. Аня ойкнула:

– Прокол, хозяйка! – и тут же скользнула мимо Алины на кухню.

Вздохнув, Яша опустил голову, то ли прощаясь с жизнью холостой, то ли вообще – с жизнью, которую он себе теперь без Алины не представлял. Встав с колена, он галантно щелкнул босыми пятками, как будто был в офицерских хромовых сапожках и, подав даме руку, подвел ее к столу. Заботливо пододвинув ей стул, уселся на свое место напротив нее. Какой обед? Подперев левой рукой щеку, правой наливал ей в тарелку борщ. Потом положил туда же большую ложку сметаны. Подал румяную пампушку и все это проделал, не отрывая взгляда от ее глаз. Тут уже и у Алины не выдержали нервы. Она прыснула в ладошку веселым смешком.

– Ну тебя, Яша, к черту! Еще действительно поверю, что влюбился!

– Влюбился, Алиночка! Влюбился! Поверь! Я его таким идиотом еще ни разу в жизни не видела! – выступила в роли консультанта Яшина сестра. – Мне все бабы говорят, что когда мужик влюбляется, то становится полным идиотом. В этот момент с ним можно делать все, что хочешь!

– Ага! Все, что захочу? – Алина плотоядно потерла ладошки. – Сейчас проверим! Так! – она на мгновение сдвинула стрельчатые брови. – Яша! Угадай! Чего я сейчас хочу?

Яша медленно, словно выходя из коматозного состояния, просветлел лицом и, быстро обойдя стол, встал перед ней на колени. Неожиданно обнял и припал губами к ее пухленьким губкам.

Захлопав длинными ресницами, она сначала ничего не поняла. Потом глаза ее закрылись. Нежно обвив его шею руками, она ответила встречным поцелуем. Аня переглянулась с Олегом, и оба понимающе улыбнулись друг другу.

Когда, наконец, влюбленные разомкнули свои уста, Яша, нежно глядя на Алину, спросил: – Ну, что? Угадал? – спросил он тоном Шурика из кинофильма «Операция Ы».

Смутившись, она прижалась щекой к его щеке и тихо прошептала ему на ухо:

– Яшка! Ты паразит! Это было твое желание! – она постучала кулачком по его спине. – Хотя… если честно? Я тоже в тебя влюбилась! Первый раз в жизни! Как полная дура! – и они счастливо рассмеялись. Потому что пусть дуракам закон не писан, но их теперь двое – а это главное!

– По такому поводу!.. – Аня вынесла из кухни запотевшую бутыль домашнего вина.

Борщ оказался потрясающе вкусным. Мужчины, шумно отдуваясь и смахивая со лба капли пота, потребовали добавки. Завершив обед хорошей порцией легкого, терпкого вина, мужчины ушли к машине, а женщины, заговорщицки перешептываясь, стали убирать со стола посуду.

16

Бригадный генерал Гарри Хьюз, глядя поверх очков на шестерых мужчин, сидящих за круглым столом, слегка прокашлялся, прочищая горло и, оглянувшись на присутствующего здесь же адмирала Дж. Крэбса, открыл совещание.

– Сегодня решением Президента определена конкретная дата начала операции «Прометей». Во избежание утечки информации все основные элементы операции остаются пока закрытыми для непосредственных исполнителей. Конкретные задачи каждой группе подразделений будут поставлены на сегодняшнем заседании. Считаю не лишним напомнить присутствующим, что от результатов этой операции будет зависеть не только дальнейшая судьба Америки, но, возможно, и всего человечества. Средства, выделенные Конгрессом, позволяют нам использовать все запланированные мероприятия как военного, так и политического характера, – при этом он посмотрел на начальника Русского отдела ЦРУ Джима Смаилза. – Надеюсь, что на этот раз у нас не будет сюрпризов со стороны русских, как это произошло в Югославии?

Многие из присутствующих на собственной шкуре испытали гнев тогдашнего президента. Невероятным образом, как по волшебству, эти непостижимые лентяи, богохульники и пьяницы русские, говорящие Богу «ТЫ», вдруг оказались в самом главном, ключевом месте Югославии. Военно-транспортные самолеты с морской пехотой и техникой на борту пришлось разворачивать в воздухе, обратно на болгарские аэродромы. На взлетно-посадочной полосе аэродрома, так необходимого натовцам, стояли русские БТРы. Югославские девушки хлебом и цветами встречали русских братушек, которые хоть и с позорным опозданием, но все же явились остановить избиение своих православных братьев. Одной русской десантно-штурмовой бригады хватило на то, чтобы вся коалиция стран блока НАТО встала в нерешительности на тех рубежах вторжения, где их застала весть о появлении русских.

Полковник Майкл Дуглас помнит ТО ощущение позора, как будто шайке воров сообщили, что впереди появилась полиция. Потоптались, потоптались и по домам!

«Конечно, на родине их встречали как героев, освободивших албанских экстремистов от сербских хозяев дома. Захватчикам теперь отошла вся промышленно-сырьевая часть территории Югославии. Собственно, Югославии теперь тоже нет, есть лишь раздробленные карликовые государства с марионеточными правительствами. Это же предстоит сделать и с Россией. Уж слишком велика и богата эта страна для таких засранцев!»

– Полковник Дуглас! – он неожиданно понял, что отвлекся.

– Да, сэр! – тот посмотрел на генерала Хьюза.

– Ваша группа будет непосредственно выполнять операцию по захвату объекта и вывозу груза за пределы территории России. Перестройка, которую мы им организовали, не скоро позволит русским полностью восстановить контроль над всеми рубежами их бесконечного государства. Это позволяет нам, используя субмарину, войти в дельту реки Обь, где она примет на борт вашу группу со специальными техническими средствами и грузом. В предполагаемый район выброски группы и оборудования вас доставят на трех самолетах невидимках «Стэлс». Они уже находятся на борту авианесущего крейсера «Фантом». Через несколько дней он выходит для несения боевого дежурства в полярные широты Баренцева моря, где должен отслеживать перемещения кораблей Северного флота русских. Выброска с парашютов будет производиться вслепую. Обратно вы будете следовать малыми реками северного приуралья, до подходов к самому заливу. Объект охраняется техническими средствами активной обороны. Кроме того, при попытке проникнуть на территорию объекта сразу же посылается сигнал оповещения на ближайший военный спутник русских. Через сорок минут после сигнала вам на голову посыплются русские десантники, и тогда храни вас Бог! Наш козырь – это быстрота действий и технические возможности спецаппаратуры. Заблокировав всю систему сигнализации объекта, забираете груз и на транспортной авиаплатформе отправляете к месту встречи с субмариной. Какие у вас будут вопросы?

– Сэр! Инструкции мною изучены. Маршрут и контрольное время в спецпакете, в моем сейфе! После окончательного утверждения состава группы мною будет окончательно завершена проработка с ними всех фаз предстоящей операции.

– Хорошо, полковник! На подготовку к началу операции вам дается тридцать пять суток и ни часом больше! Подбор людей, освоение техники, тренировки на похожей местности с макетом груза в натуральную величину и предполагаемого веса… Вам все ясно?

– Так точно, сэр!

– Ну, а теперь послушаем Джима Смайлза! Чем они собираются отвлекать русских от интересующего нас района? – генерал откинулся на спинку кресла.

– Нашими сотрудниками ведется подготовка очередной акции на южных рубежах России. Смайлз окинул взглядом присутствующих. – В детали посвящать нет смысла. В общих чертах: акцию планируется провести сначала в Крыму, который, как вы знаете, является предметом тяжбы между Украиной и Россией. Если русские здесь положили сотни тысяч убитыми во всех войнах, то Украине этот полуостров достался в результате административно-бюрократического казуса. Крым – это пороховая бочка с тлеющим фитилем. Татары рвутся под власть единоверной Османской Турции. Украина вцепилась в Крым по принципу: «Что упало, то пропало!». Остальные девяносто процентов жителей – русские и греки, рвутся обратно в объятия России. Крым всегда был для России, как Майями для Америки. Вся экономика и инфраструктура полуострова была построена, прежде всего, для удовлетворения нужд России. Плюс, здесь находится их главная военно-морская база Черноморского флота, контролирующая весь Средиземноморский регион и коммуникации в Индийском океане. Наша задача – используя Крымскую базу переформирования групп боевиков для диверсий на Кавказе, спровоцировать столкновения татар с русскими. Это не сложно. Нужна первая кровь! Татары давно пугают русских резней, вот мы им и поможем. В это время в Грузии уже будут готовить десант боевиков на Урал, для прикрытия нашей группы, если там окажутся русские. Крымская резня должна отвлечь внимание русских спецслужб. Украинская Армия особо вмешиваться на первых порах не будет, а милиции для пресечения беспорядков у них явно не хватит. Так что, начало крупным гражданским беспорядкам будет положено! Украина будет выжидать, чтобы татары вырезали и вытеснили из Крыма как можно больше русскоязычного населения, в надежде в будущем заменить их украинским населением. Россия не решится самостоятельно действовать своими вооруженными силами на чужой территории. Переговоры в Киеве затянутся. Вот здесь наступает основная фаза нашей операции, – Смайлз выразительно посмотрел на адмирала Крэбса. Тот в ответ кивнул ему головой. – Мы начинаем совместные учения блока НАТО, Вооруженных Сил Украины и Грузии под девизом: «Совместные миротворческие действия по прекращению межэтнических столкновений и гражданских беспорядков в Крыму». Мы им устроим второй Ирак. Пусть русские потом загорают там в бронежилетах! – на веснушчатой аскетичной физиономии Смайлза появилась ехидная улыбка. Присутствующие, тоже слегка рассмеялись, оценив шутку цэрэушника.

«Впрочем, пока в бронежилетах парятся наши парни на Ближнем Востоке!» – подумал Майкл Дуглас.

– Корабельная группа, – продолжил Смайлз, – выделенная из состава шестой эскадры США совместно с кораблями Украинских ВМС, блокируют выход Черноморской эскадры из Севастопольской бухты. Русские не решатся на прямое столкновение с кораблями сразу нескольких государств. Пока будут возить Ноты Протеста туда-сюда, пройдет время, а оно для нас важнее всего! Смайлз отпил из стакана немного воды. – Считаю не лишним напомнить присутствующим, что деньги на эту совместную операцию выделены очень большие: для дезинформации русской контрразведки, конкретные деньги выделены для подготовки Крымской операции. Главная наша задача для русских останется «за кадром». Мы попытаемся убить второго, более крупного «зайца»! Создав в Грузии войска наподобие натовских и подпитывая её руководство деньгами, мы постараемся свести их в военный, антироссийский альянс с Украиной и Молдавией. Внутриполитическое положение руководителей этих стран сейчас весьма шаткое. Экономика агонизирует. Им сейчас нужно событие, которое отвлечёт их население от внутренней политики и направит всю накопившуюся агрессию не на своих горе-руководителей, а на внешнего врага – Россию! В каждой из этих стран есть автономные области, стремящиеся выйти из их состава и войти в состав Российской Федерации. В Грузии – Абхазия и Южная Осетия, на Украине – Крым, в Молдавии – Приднестровье. Объединившись в военный союз, они смогут составить серьёзную угрозу России на южных рубежах. Грузия сейчас пытается военной силой вернуть в своё подчинение Абхазию и Южную Осетию. Как только она начнёт боевые действия, в конфликт вмешается Россия – как международный гарант поддержания порядка в этом регионе. Конфликт между Грузией и Южной Осетией перерастёт в военное столкновение Грузии с Россией. Как член военного альянса, Грузия затребует помощи Украины с её довольно мощной армией, и Молдавии с её символическими вооружёнными силами. Кроме того, Грузия обратится к нам, как к третьей стороне, для её поддержки, естественно, через ООН. Как раз, совершенно случайно, наши войска в это время окажутся в Крыму, на совместных учениях. Одна ночь, и наши парни уже на кавказском побережье Грузии. Военное столкновение наших подразделений с русскими приведёт к международному кризису и изоляции России в мире. Разрушенная экономика этой федерации не способна работать в условиях военного времени. Это уже не СССР во времена Сталина. Неизбежна внутригосударственная гражданская война, которая развалит этого гиганта на множество автономных областей, пытающихся поодиночке выжить в условиях кризиса. Мы наконец-таки покончим с этой проклятой страной варваров! – по лицу Джима градом катились капли пота. Во время его пламенной речи у присутствующих невольно возникала ассоциация с уже когда-то виденными кадрами военной хроники, где один известный оратор с усиками под носом, вскинув руку, кричал «Драхт на Ост!»

«Он плохо кончил!» – мелькнула мысль у полковника Дугласа.

17

Парамон не зря ел свой хлеб. Хруст знал, кого брал себе в помощники. Когда было нужно, Парамон мог не спать сутками, разбираясь с многочисленными проблемами, возникающими в криминальном мире портового города. Сейчас был как раз тот случай, когда от него требовалась максимальная отдача, и он всецело углубился в расследование этого, не совсем обычного дела. Здесь были свои странности и непонятки. Развалившись в глубоком кожаном кресле своего офиса на Дерибасовской, он не спеша потягивал коньяк из хрустального стакана. «Прежде всего, не просматривалось явного желания передела сфер влияния. Никто не предъявлял своих претензий на существующий расклад получения прибыли от всех видов торговой и криминальной деятельности. Во-вторых, нет явного желания неведомого противника свести счеты или отомстить за какие-либо обиды. Люди, похитившие Синицкую, должны были как-то проявить себя, хотя бы по каналам каких либо спецслужб, но и там у информаторов была тишина. Было над чем поломать голову! Семен рвет и мечет! Найди да найди ему этого ниндзю! Да еще и не покалечить! Он ему, видишь ли, как мастер нужен, живым и невредимым. Сам хочет с ним разобраться! – прикурив сигарету, он сделал глубокую затяжку и медленно выпустил тонкую струю дыма к потолку.

– Погоди-ка! А ведь Яшка Колобок тоже из бывших спецов! – Парамон задумчиво почесал щеку. – Может, это все-таки его работа? Хотя не укладывается в общую картину. Нападение началось раньше, чем он освободился. Водой уходил тот, кто выкрал Синицкую, а Колобок с сестрой ушли через ворота. Хотя не факт! Нужно бы еще Яшу пощупать. То, что менты вроде бы у него, кроме гостя, никого не нашли, еще ни о чем не говорит. Что-то здесь не так! – каким то шестым чувством он медленно начинал убеждать себя, что события того вечера начались не с момента нападения на дом, а несколько раньше. – Ведь Синицкая уже несколько дней была у Семена в доме. Ее никто не искал. Мало ли куда закатилась богатая баба по своей прихоти? Связи у нее не было. Мобилу отобрали и отключили сразу. Вызвать она никого не могла, если только ее не страховал какой-нибудь тихий наблюдатель. Вот такой топтун мог высвистать подмогу! Но что-то долго они раскачивались! За это время ее могли уже десять раз грохнуть и тело уничтожить. Значит, кого-то зацепили в тот же вечер! Кого? Только Колобка с сестрой! Не так уж он прост, этот Колобок. Нужно еще раз пощупать его! – нажав кнопку селекторной связи, вызвал своего начальника личной охраны.

Через несколько минут в его дверь постучали. В кабинет вошел среднего роста смуглый, жилистый мужчина. Под элегантным дорогим пиджаком на нем была одета черная рубашка с белым галстуком. Воротник рубашки стягивала золотая заколка с цепочкой. Черные, слегка навыкате глаза всегда сверлили собеседника неприятным паучьим взглядом. За этот взгляд его на «зоне» и окрестили Пауком. Это был смелый, хитрый и безжалостный убийца. По нему уже давно плакала «вышка», но покровительство Семена и натянутые отношения Украины с Россией, где он давно был в розыске, давали возможность жить спокойно, на свободе.

18

Как и на всякой улице городских окраин, на Сиреневой жили большие, небогатые семьи. Кое-как сводя концы с концами, люди часто помогали друг другу, делясь последним, иначе в это лихое время просто не выжить. Особенно часто бегали друг к другу соседки. Занять чего-нибудь, а главное – выговориться! Здесь обсуждались все семейные дела и проступки членов их семей. Пересказывались все городские слухи и сплетни. Выносились свои вердикты по вопросам общественных отношений между соседями и между государствами. Зачастую, под разговор, наливали по рюмашке, но не пьянства ради, а для хорошего настроения и укрепления дружбы и добрососедства! Хорошие соседи иногда бывают ближе родственников! Вот этим и решил воспользоваться Паук.

Среди жителей переулка было несколько молодых лоботрясов, которые целыми днями ошивались на рынке и вокзале, в надежде «срубить на халяву» малость денег. На серьезных мазуриков им вытянуть не светило, но мелкой фарцой не брезговали. В общем, обычные босяки. Отзывались они на клички Буня и Куня. Кто в детстве их так прозвал – никто не помнил, но клички приросли к ним намертво.

Утром на рынке их поманил пальцем местный бригадир Кривой. У него в какой-то разборке выбили левый глаз. Не оборачиваясь, он прошел в подсобку мясного павильона и, спустившись в подвал, подтолкнул их к двери кабинета заведующего.

За столом, вполоборота к ним, сидел Паук. Они знали его в лицо и немало наслушались баек о его жестокости и коварстве, но лично знакомы не были. Не тот уровень! У него «шестисотый мерин» и двое бойцов для декорации, с пушками под мышкой, а у них – старый «зупер» и поллитра под полой.

Паук молча показал взглядом на стулья у стенки. Мысленно перекрестившись, Буня и Куня присели у стеночки, гадая про себя, чем они не угодили столь авторитетному человеку. Все молчали. Под сверлящим, немигающим взглядом Паука парни почувствовали, как по спине потек пот. «Чего ему, аспиду, надо?» – думал каждый из них. Еще немного погипнотизировав их, как удав кроликов, он, наконец, заговорил.

– Чем промышляем, пацаны? – Паук с удовлетворением читал на их лицах страх и смятение. Они молчали, не зная, что ответить. – Языки проглотили или говорить со мной не хотите?

– Так як шо бы знать, шо вы от нас хотите? Так мы бы с дорогой душой!

Хмыкнув, Паук приподнял свой длинный нос с загнутым к верху кончиком:

– Шо я хочу? А ну-ка, расскажите мне, кому вы «долю» на базаре и вокзале отстегиваете?

– Все по-честному, Паук! – Буня первым решился говорить с ним, понимая, что нужно четко «следить за базаром». – Долю законную Кривому сдаем! Все без обману! Шож мы, без понятия? – Не зная, что говорить дальше, насупившись, уставился в пол.

– Ладно! Слушайте здесь, босота задрипанная! – Паук резко повернулся к ним всем корпусом. – Сделаете дело грамотно, больше «долю» платить не будете. Лажанетесь, сам лично на шнурки порежу! Въезжаете?

– А шо, можно отказаться? – тихо пробубнил Буня и тут же получил чувствительный подзатыльник от одного из быков.

– Хочешь попробовать? – Паук с ласковым удивлением посмотрел на парня – Та шо вы! Это ж я так, от переживаний ляпнул! Вже вся срака мокра! – он заерзал на стуле, думая, что сейчас на гвоздях было бы уютней сидеть, чем у Паука на приеме.

– Вот вам фотка! Нужно тихо пошуровать в хате у Колобка! Ищите эту телку! Если она там, сразу мне шепнете! Дальше мои бойцы сами разберутся! Врубились?

– Та шож тут непонятного? Конечно, врубились! – парням не терпелось скорее выскочить на улицу, подальше от этого Паука.

Когда за ними закрылась дверь, Паук молча кивнул одному из бойцов. Тот понятливо кивнул в ответ и молча вышел вслед за парнями.

– Во, блин, влипли! – Куня с Буней уставились друг на друга. – Чем ему-то Колобок насолил? Вроде бы живет тихо, больших бабок у него отродясь не бывало. С крутыми дружбу не водит! Лично я Яшку всю жизнь уважал! Может, он эту телку у Паука увел? – Куня почесал макушку, разглядывая фотографию Алины. – Да, тогда я ему не завидую!

– Чё делать-то будем? – Буня нервно выдернул из пачки папиросу и, ломая спички, прикурил. – Паук с нас живых не слезет! И дернул же хрен Колобка на эту телку позариться! Че ему, в Одессе баб мало? – от расстройства он плюнул под ноги.

– Ладно, не ерепенься! – Куня почувствовал острую необходимость выпить. – Поехали домой! Посидим с пузырем, может, чего и надумаем!

Когда их желтый, видавший виды «Запорожец» вырулил с площадки у рынка, за ними не спеша двинулась белая «девятка», с наглухо затонированными стеклами. Она двигалась за ними в отдалении, но Куня имел привычку поглядывать в зеркало заднего вида после того, как ему в зад въехала «шестерка». Бабок они тогда срубили с мужика немного. Приехавший из села дядька так убивался над своей разбитой фарой, что им его даже жалко стало. Но ради принципа деньги на пузырек с него слупили. Вот и сейчас Куня поглядывал в зеркальце заднего вида. На белую «девятку» он обратил внимание только после того, как она в который раз замаячила на пустых переулках, где движение машин было очень редким.

– Буня, бля буду! Эта «девятка» у нас на хвосте висит! Только башкой не верти! – Куня неожиданно заложил крутой вираж так, что старенький «Зупер» развернуло в обратную сторону, и поехал навстречу преследователям. Там явно не ожидали такого финта и, растерявшись, остановились. Кто был в машине – не разглядеть, но парни окончательно уверились в слежке, когда увидели, как «девятка», разогнавшись задним ходом по улице метров двадцать, тоже лихо развернулась юзом. Гоняться по городу на старом драндулете друзья не стали. Махнув рукой на соглядатаев, поехали домой. Загнав машину во двор, выглянули на улицу. «Девятка» скромно приткнулась у соседнего забора на противоположной стороне улицы. Над слегка приопущенными стеклами вился дымок от сигарет.

– Ну и хрен с ними! – Буня потянул друга за дом, где у него в огороде был обустроен свой летний столик. – Наливай, а то трубы горят! – Куня дунул в свой стакан, выгоняя оттуда вездесущих муравьев. Налив каждому на два пальца, они чокнулись стаканами. Опрокинув по первой, захрустели молоденькими сладкими огурчиками, сорванными тут же на грядке. Молча махнули по второму. Закурили папиросы.

– Шо делать будем? Если Яшку сдадим Пауку, последними пидорами будем. Меня еще его батя на руках носил! – Куня сплюнул откушенный кончик папиросы.

– Ну, а че мне тогда говорить, когда покойный дядька Степан мне крестным приходится? – Буня сам удивился, что давно не вспоминал об этом. – Это что ж мне, родака сдавать? – он вдруг почувствовал в себе прилив отваги и жажды справедливости. – Если эта баба сама к Яшке слиняла от Паука, и не побоялась, значит, любит его!

– Да, от Паука любая к черту на рога забежит! – Куня опять разлил по стаканам самогон. – Давай за то, чтоб у Яшки все было, и ему за это ничего не было!

– Одобрям!

Похрустели огурчиками. Опять закурили.

– Нужно с Яшкой поговорить! Он мужик башковитый! Сам разрулит эту проблему! – Буня, прищурив правый глаз, поднял к небу указательный палец.

– Точно! Колобок – это голова! Только нужно, чтобы эти говнюки с улицы не видели! Давай задами обойдем! – Куня взял на себя роль Сусанина, хотя оба знали здесь любую дырку в заборе, с тех пор как только научились ползать.

На всякий случай через бузину решили ползти по-пластунски, потому что дальний угол огорода был виден с улицы. В карманах позвякивали стаканы и иногда хрустели раздавленные огурцы. Ну не с пустыми же руками в гости! Тем более обстановка сейчас – приближенная к боевой! В целях маскировки было решено не подниматься и следовать еще через два огорода скрытно, на карачках. После преодоления второго огорода было решено сделать привал. Естественно накатили еще по пятьдесят грамм. Перекурили и двинулись дальше.

Вечерело. Олег с Яшей еще не вернулись из города. Алина по сотовому телефону давала какие-то указания своему управляющему, покачиваясь в гамаке между деревьев. Сим-карта в телефоне была пиратская, да и засечь звонок без надлежащей технической подготовки невозможно. Потому она и решилась на этот звонок. Дав необходимые распоряжения, вытащила сим-карту из телефонной трубки и отключила аккумулятор – от греха подальше. Закинув руки за голову, задремала. Вдруг ей почудилось какая-то возня и сопение в дальнем углу огорода. «Наверное, чья-то свинья лезет!» – Она встала с гамака и, примерившись, швырнула поленом в шевелящийся бурьян.

– Ой! Бля! – взвыл чей-то мужской голос. Алина вся похолодела. На шум из летней кухни выглянула Аня.

– Что случилось? – спросила она, на ходу вытирая руки фартуком.

Молча вытянув руку в сторону кустов, Алина сделала круглые глаза и не понимающе пожала плечами. Взяв в руки палку, Аня бесстрашно ринулась на невидимого врага. – А ну, выходи, зараза! Пока я тебя дрыном не огрела!

– Свои, Анька! Свои! – промычал чей-то жалобный голос.

– Кто это – свои? – она продолжала стоять с поднятой в руках палкой.

– Да мы! Буня и Куня! Лучше помоги!

Раздвинув стебли бурьяна, женщины увидели двух парней, один из которых лежал навзничь с большим синяком на лбу. Глаза его были закрыты и он не шевелился.

– Хана! Убили Куню! – взвыл его незадачливый друг и припал головой к груди товарища.

– Подожди! Может, он еще живой! – засуетились женщины. – Давай, тащи его к кухне! – Аня вцепилась в одну руку, Алина во вторую, и потащили парня по огороду волоком. Следом, мыча и плача, полз Буня, зажав в руке свалившийся с ноги буксируемого друга шлепанец.

Кое-как взвалив потерпевшего на раскладушку, молодухи побежали за нашатырем и льдом из холодильника. Провозившись с Куней целых полчаса, они убедились, что тот просто спит мертвецким сном. Буня тоже уснул, привалившись спиной к стволу старого ореха.

– Ну, паразиты! – Аня смахнула с потного лба прилипшую прядь. – Это ж надо было так нажраться, да еще в такую жару! Партизаны хреновы!

– Шо за шум, а драки нет? Ба, да здесь куча поклонников! – Яша удивленно рассматривал двух мирно спящих парней. – Вот что делает женская красота с нами, мужиками! Они не вынесли мук внезапно вспыхнувшей любви и покинули наш бренный мир! Амор! Это были их последние слова?

– Ну, ну! – Аня, подбоченясь, приближалась к брату, зажав в руке кухонное полотенце. – Сейчас тут ляжет еще одна жертва любви, если не прекратит свои дурацкие шутки! – и в шутку замахнулась на брата. – Действительно! Откуда здесь взялись эти фрукты? – Олег присел на корточки перед спящим у дерева Буней. – Так они еще и пьяны!

– Да шут их знает, где они так напились? Но влезли к нам в огород, через дырку в заборе! – Аня показала пальчиком в сторону бурьяна. – Алина с испугу пристукнула одного поленом, а потом разобрались, что это наши соседи насвинячились.

– Ладно! – Яша махнул рукой. – Пусть мужики поспят, а потом проводим их домой! – Он обнял Алину. – Ты у меня молодчина! Смелая! Прямо Шина – подруга Тарзана!

Она положила голову ему на плечо и, вздохнув, ответила:

– Я, к сожалению, отчаянная трусиха! Поэтому на будущее, дорогой! Не пугай меня! Убью! – она в шутку ткнула его кулачком в живот.

Яша согнулся пополам, как от мощного удара и, дурачась, повис на Алине.

– Все! Умираю! Срочно искусственное дыхание! Рот в рот! – нежно обняв Алину за плечи, он припал к ее губам в долгом поцелуе.

– Эй, спасатели! Перекусить не хотите ли? – Олег стоял на пороге летней кухни с полотенцем в руках.

– Огласите, пожалуйста, все меню! – Яша аккуратно усадил Алину за столик.

– Слушаюсь, ваш-ше высок-ке благородие! – Олег набросил на согнутую левую руку полотенце, как у официанта и, нагнувшись в полупоклоне возле Яши, стал загибать ему пальцы на левой руке.

– Во-первых! Колбаса кровяная с гречкой! Свежайшая, только что самолетом из Жмеринки. Во-вторых! Яичница из домашних яиц нильского крокодила! Глазунья на сале! Подмигивает обоими глазами сразу! В третьих! Салат из свежайших овощей местного производства. В четвертых! Компот домашний, охлажденный!

– А скажи-ка мне, любезный! – Яша поманил его пальцем. – Это случайно яйца не того крокодила, который нас в восемьдесят девятом по Нилу гонял?

– Никак нет, ваш бродь! Вы запамятовали-с! Те мы ему еще тогда оторвали, а эти свеженькие! Утром у арабских террористов на рынке куплены! – Олег подмигнул смеющейся Алине.

– Ну, если у террористов! Тогда подавай! Эти ребята фуфло не подложат!

Они еще долго балагурили бы, если бы Аня не утащила Олега на кухню.

После обеда женщины остались на кухне, а Олег с Яшей вышли к калитке на улицу.

– Что думает по поводу вот той белой девятки бывший майор спецназа Черноморец? – Олег с интересом посмотрел в глаза Яше.

– Он, по-видимому, думает, – Яша поднял палец, – что данная девятка стоит здесь уже несколько часов. Об этом говорит десяток окурков под ее дверью. В машине, как минимум, двое, поскольку окурки возле обоих передних дверей. Хотя девятка и навороченная по полному пакету, что, кстати, говорит о том, что сидящие в ней – люди не бедные, но кондиционер в такую машину не поставишь. Некуда. Значит, они в ней парятся капитально, но на улицу не выходят и стекол не опускают. Вывод! Не хотят, чтобы видели их лица! Почему? Ответ! За кем-то наблюдают! За кем? – он вдруг вопросительно посмотрел на Олега.

– Да, да! Мой юный друг! – Олег обнял Яшу за плечо. – Вы истекаете мыслью в правильном направлении! Похоже, это уже по наши души!

– Но нас ведь не трогают! – хмыкнул Яша.

– Видимо, у них еще нет окончательного решения или информации. Возможно, они уже нащупывают нашу Алину. Не сегодня – завтра могут нагрянуть под любым предлогом! К примеру, сообщат в милицию, что в доме хранятся наркотики или оружие. Подбросят! В крайнем случае, сообщат, что в доме держат заложницу. Тем более как ты говоришь, у них в милиции все схвачено!

– В итоге, мы имеем то, что имеем! – подытожил Яша.

– Правильно! Алину нужно срочно увозить из города! Вопрос: как и куда? Нужно подумать!

– Слушай, Олег! А, может быть, мы рано паникуем? Ведь эту тачку не мы на хвосте привели! Она уже здесь стояла до нашего приезда из города. Кстати! Она стоит напротив дома Куни! Может, это его пасут базарные быки?

– Возможно! Тем более что данный фрукт спит у нас под деревом! – Олег потянул Яшу за собой. – Мне кажется, что вам, майор, пора вспомнить курс интенсивного допроса!

Растормошив мычащего и брыкающегося Куню, мужчины стянули с него штаны и футболку. Алину опять упрятали на чердак – от греха подальше! Набрав в ведра прохладной воды из-под крана, на «Раз – два!» окатили его с ног до головы. Аня в это время, по Яшиному рецепту, сделала две больших кружки отрезвляющего коктейля. Наконец их усилия увенчались успехом! Жадно высосав содержимое кружки, Куня вздохнул с облегчением.

– Говорить можешь? – Яша пристально всматривался в его глаза.

– Вот это мы нажрались! Самогонка была зверская! – Куня помотал головой, пытаясь избавиться от тяжести в голове.

– Почему вы приползли к нам? – периодически встряхивая, Яша держал его за плечи, не давая уснуть опять.

– Мы хотели предупредить! Паук ищет женщину! Фотка в кармане! Он думает, что баба у тебя! Послал нас проверить! Если не найдем, он нас на куски порежет!

– Откуда он узнал, что она у меня? Да не спи, Куня! Не спи! – Яша тряс парня.

– Паук не знает точно! На улице, в машине, его люди! Они нас пасут. Завтра нужно давать ответ Пауку! И что нам говорить? – он горестно вздохнул.

– Скажете, что пили с нами самогонку, а когда все перепились, обшарили все в доме и во дворе. Женщины нет!

– А если не поверит?

– Да куда он денется? Пусть сам приходит и проверяет! – Яша потрепал Куню за вихры. – Не бзди! Прорвемся! Ты ж одессит, а это значит, что не теряешь бодрость духа никогда! – напел куплет из Утесова. – А сейчас берешь под ручку Буню, и с нашей помощью идете домой. Те, кто следят за вами, подтвердят, что видели всех пьяными.

Через несколько минут со двора Черноморцев раздался нестройный хор мужских голосов, распевавших «Ты ж мэнэ пидманула…» Обнявшись, спотыкаясь и падая, четверо мужиков вывалились из калитки на улицу. Проходя мимо «девятки», они как бы невзначай навалились на нее, ощутимо толкнув, но из машины никто не вышел. Долго прощались, целовались, выясняли, кто кого больше уважает. Наконец выяснили, что, оказывается, они все уважаемые люди! Только после этого разошлись по домам.

Олег с Яшей, оставив свет только внутри летней кухни, еще немного пошумев, потушили свет в доме и, став под густой листвой винограда, проследили, как через некоторое время «девятка» тихо укатила восвояси.

– Ну, и что теперь будем делать? – Яша вопросительно посмотрел на друга. – Командуйте, полковник!

– И скомандую!

В этот момент у Олега зазумерил брелок, висящий на шее. Он быстро направился к машине, стоящей за домом.

– БРОК! Открой дверь! – тихо подал команду Олег.

В машине автоматически включилась подсветка экрана монитора и по ней побежала информационная строка. «Ну, вот и отгулял отпуск! – подумал он. Из сообщения явствовало, что его срочно отзывают из отпуска. – Не было печали, так черти накачали! Тут еще дел наворотил! Нужно действовать быстро!» – Олег вышел из машины и посмотрел на стоящего рядом Яшу.

– Все, брат! Мне нужно срочно возвращаться к месту службы! – посмотрев на враз посмурневшее лицо друга, улыбнулся: – Ты что? Подумал, я вас брошу в беде? Давай, зови девчонок! Будем думу думать! Времени в обрез! Кстати, захвати карту города, если она у вас есть! – Олег почувствовал себя в родной стихии. Спланировать уход из другого государства, как правило, была не его работа. Но кое-что он в этом понимал! Да и Яша с ним немало километров накрутил по зарубежным командировкам.

Через несколько минут, когда все собрались за столиком у летней кухни, началось экстренное совещание. Глядя на серьезные лица мужчин, женщины тоже ощутили тревогу.

– Ну, что, начнем совет в Филях? – Олег внимательно посмотрел на каждого из присутствующих. – Обстановка следующая! Первое! Меня срочно отзывают из отпуска на службу! Второе! Не сегодня-завтра бандиты доберутся до Алины! Вывод напрашивается сам собой – вывезти Алину из города, по пути в Россию! Теперь высказывайтесь!

Поскольку женщины промолчали, заговорил Яша:

– Необходимо ехать втроем! Стационарные посты и таможню придется обходить пешком. Без меня Алина может не пройти! Кстати! Алина! Где твои документы? У тебя есть российское гражданство?

Алина вздохнула и развела руки:

– Увы! Мои документы дома. Гражданство у меня двойное. По российскому паспорту я прописана у родителей в Москве, а по украинскому здесь, в Одессе. У меня есть доверенный человек, это тетя моего покойного мужа. Одинокая старушка. Он в ней души не чаял. Купил ей небольшую квартиру в этом же доме, а она как бы исполняла обязанности нашей домоправительницы. У нее есть все ключи. Я созвонюсь с ней, нужно будет, чтобы кто-то подошел к ней за моими документами и вещами.

– Тогда не будем терять время! – Олег склонился над картой города. – Алина, звони своей тетке, только не называйся своим именем! В семье у вас, возможно, было какое-нибудь свое, ласковое имя! Ведь так бывает? Ты меня понимаешь? Вдруг ее телефон на прослушке! Главное, чтобы она догадалась, кто звонит, и что нужно сделать!

– Да! Меня муж называл Аленьким цветочком! Но что с этим делать, не соображу?

– Так, включаем воображение! – Яша обхватил пальцами лоб, прокачивая варианты с точки зрения прослушки. – Может, попробовать вариант с продажей мебельного гарнитура?

– Типа «У вас есть славянский шкаф?..» – рассмеялся Олег. – Хотя, как рабочий вариант годится! Излагай, Яша!

– Значит, так! – он посмотрел на Алину. – Звонишь тетке и говоришь, что звонишь по объявлению. Насчет мебельного гарнитура «Аленький цветочек ». Когда тетка поймет, с кем говорит, намекай дальше! Тебя интересует не весь «гарнитур», а только, к примеру, комод. В нем, наверное, удобно хранить паспорта в верхнем ящике и одежду, которую обычно берут с собой в дальнюю поездку. Если ей не трудно, то через час пусть она или соседка принесет все документы «от гарнитура» на автобусную остановку. Проедет две остановки в сторону Грушевского и выйдет на третьей. Там ее будет дожидаться покупательница. Деньги с собой! Запомнила?

– Память у меня хорошая! Только насчет денег не поняла!

– А ты именно так и скажи! Деньги с собой! Если тетка сообразительная, поймет, что деньги нужны тебе, а не ей! Ясно? Действуй!

– Согласен! За неимением времени пробуем этот вариант! – Олег хлопнул ладонью по столу. – Теперь нужно подумать, как быть с Аней!

– А вы за меня не волнуйтесь! Если что, скажу, что ваших дел не знаю, а с деньгами как-нибудь рассчитаюсь. Может, дом продам? Меня тетка Матрена давно зовет переехать к ней, на Солдатскую слободу. Старенькая она и одинокая!

– Глупости говоришь! – Алина возмущенно посмотрела на нее. – Финансовый вопрос решит мой управляющий банком! Сейчас напишу тебе расписку в том, что я заняла у тебя деньги в сумме… Какой долг?

– Десять штук баксов! – вздохнула Аня, с укоризной поглядев на брата.

– Не волнуйся, подруга, для меня это пустяк! К тому же, я вам жизнью обязана! Так что напишем двадцать! Моему управляющему скажешь, чтобы деньги оформил тебе на электронную валютную карточку. Сколько нужно будет, столько и будешь снимать! С собой ничего носить не нужно будет! Поняла?

– Я даже не знаю, что тебе сказать! – Аня обняла подругу. Яша сидел, нахмурив брови, как нашкодивший кот. Но другого выхода у него сейчас не было! Как джентльмен, он должен был отказаться. Тогда под угрозой была бы жизнь сестры, а на это он тем более пойти не мог. Придется мучиться и молчать. Мужик называется! Он не произвольно засопел и сжал кулаки. «Пока деньги Алине не верну, никакой любви!»

Видимо, поняв его состояние, Алина обняла его сзади и, прижавшись щекой к его спине, сказала:

– Яшенька! Прости меня! Ты самый лучший мужчина на свете! А деньги я даю своей подруге на приданное! Имею я на это право? – Она, улыбнувшись, посмотрела на смутившегося Олега. – Ну, ты прощаешь меня? – Она, как кошка, щекотно мурлыкала у Яшиного уха.

Невольно улыбнувшись, он состроил великодушную мину и выдавил из себя:

– Ладно! Но чтобы в последний раз!

– Это почему же в последний? – Алина ласково посмотрела на него.

– А нечего семейный капитал разбазаривать! – съехидничал он.

– Ах ты, паразит такой! – Алина стала понарошку стучать кулачками по его спине под смех друзей.

– Ну, что? Начинаем действовать? – Олег окинул всех взглядом. – Аня, Яша! Грузим машину! Алина, начинай звонить! – Придержав Аню за руку, он посмотрел ей в глаза: – Помни, что я люблю тебя! Пройдет совсем немного времени, и я вернусь к тебе, возможно – навсегда! Пенсия у меня уже практически в кармане. Мне здесь очень понравилось, а главное – здесь ты! – он поцеловал ее долгим нежным поцелуем. – Прошу тебя, хотя бы на несколько дней, а лучше на недельку переехать к своей тетке! Пока все успокоится! Нас будут искать, а ты попадешься им под руку! Думаю, одного раза тебе достаточно!

19

В загородном ресторанчике, в тиши отдельного кабинета, ужинали двое мужчин. Недавний лейтенант Пацюк, в весьма приличном костюме, при галстуке и с золотым перстнем на пальце, аккуратно орудовал ножом и вилкой. Белое, нежное мясо он запивал дорогим красным вином.

Напротив него, уже явно насытившись, сидел с сигаретой в руке Парамон. Он, не спеша, маленькими глотками отпивал французский коньяк из большой рюмки и опять делал затяжку сигаретой.

Они давно знали друг друга. Когда-то, когда Пацюк, совсем молодой паренек из Закарпатского городка Турка, только начинал работать следователем и, как все младшие работники милиции, познал прелесть полуголодной жизни в общежитии, ему пришлось столкнуться с делом, по которому проходил Парамон. За «развал» уголовного дела братва тогда отслюнявила Пацюку весьма приличную сумму. Хоть и возникли неприятности по службе, но Петро сумел убедить начальство, что у него не было умысла, а виновата лишь его неопытность. Наказали! Перевели в младшие опера, но не уволили! Работать было некому! Со временем другие события заслонили его старый прокол. Он пошел вверх!

Парамон не забыл молодого следователя. Через третьих лиц Пацюк был приглашен впервые как раз именно в этот ресторанчик, на встречу с Парамоном. С тех пор они периодически встречались здесь. Теперь Петро был уже майором, начальником уголовного розыска района! У него, с помощью Парамона, были хорошие показатели по раскрываемости. Мелкую шушеру и залетных гастролеров ему отдавали по первому звонку. Взамен он делился информацией о предстоящих милицейских операциях, выпускал или прикрывал нужных Парамону людей. Естественно, на взаимовыгодной основе. Сейчас был особый случай! Если даже замначальника областного Управления начал стучать по столу кулаком, требуя бросить все силы на поиски лиц, совершивших злодейское нападение на «честного гражданина» Семена, то уж на их уровне с Парамоном тем более нужно было «рыть землю»!

Роскошная официантка, быстро убрав со стола, принесла ароматный турецкий кофе и сладости. Сунув ей двадцать баксов в кармашек фартучка, Костя звонко шлепнул ее по упругой попке:

– Спасибо, Зинуля!

Девица сверкнула на него смеющимся взглядом и, подмигнув, удалилась, покачивая загорелыми, крепкими бедрами.

– И где мои шестнадцать лет? На большом Каретном! – довольно приятным голосом напел Константин. – Ладно! Пора нам покалякать о делах наших скорбных! – он вопросительно посмотрел на майора. – Чего нарыл за неделю? Петюня!

– Прочесал со своими людьми все пригороды под видом участковых милиционеров. Наловили всякой шушеры и нелегалов, но это все не то! Попалось пару особо опасных, которые в розыске, но это тоже не наши клиенты. Вот сегодня вечером попалась мне одна фотография в четвертом отделении. Фоторобот на гражданина, который на позапрошлой неделе, ночью на Большом Фонтане, якобы напал на ваших бойцов. Избил, ограбил и уехал на джипе.

– Ну и что? – Парамон пока не видел никакой связи с их делом.

– А то, что я вдруг вспомнил! На той неделе! Обходя дома на Сиреневой, мне попался гражданин, весьма схожий с этим фотороботом! И джип у него нехилый! Да и сам мужик еще тот волчара, из государевых! Я это шкурой тогда почуял! Он меня в две секунды просчитал! Такого трогать – себе дороже!

– Не тяни! По роже вижу, что припас чего-то на закуску! – Константин напрягся.

– Угадай! В чьем доме я наткнулся на этого гражданина?

– В чьем?

– В доме гражданина Черноморца! – Пасюк откинулся на спинку кресла с видом победителя.

– У Колобка? – Парамон сидел несколько секунд, ошарашено глядя на Петра. – Ни хрена себе, девки пляшут! Так это что ж получается? Хату Хруста этот мужик разбомбил? Из-за Яшки?! И Синицкую он же уволок! – Парамон в задумчивости взвешивал все «за» и «против». Если так, то картинка вполне складывалась! Но в одиночку положить столько народу и уйти без потерь! Терминатор какой-то!

– Ты что-то сказал? – Пацюк наклонился к Парамону.

– Брать нужно срочно этого Терминатора! Сейчас, не медля! – он полез в карман за трубой мобильника.

– Погоди! Не суетись! – майор предостерегающе поднял палец. – Во-первых! Как ты его брать собираешься? Штурмом? Хочешь, чтобы пол улицы сгорело? Такого волчару нужно грамотно обложить! Взять неожиданно и простенько! Тогда, может быть, сработает!

– Ладно! Твое предложение? – Парамон с явным неудовольствием признал доводы Пацюка правильными.

– Завтра поутру, чтобы зря не тревожить народ, вызову его повесткой в райотдел, по поводу отсутствия временной регистрации. Человек он военный. Значит – придет! А там и в кутузку засадим! Вот тогда и будем рапортовать каждый своему начальству!

– Давай хотя бы наблюдение за домом поставим! – Косте хотелось какой-то деятельности. Руки так и чесались устроить большой тарарам!

– Остынь! Профессионал, наблюдение моментом срисует! Учует неладное и уйдет! У таких чутье звериное! Пусть спокойно отдыхает и думает, что все в порядке! А ты подготовь своих бойцов. Мало ли накладка какая-нибудь произойдет? Подстрахуешь!

Они оба посмотрели на часы. Пора начинать действовать. Западня должна сработать!

20

В этот поздний час на Большой Арнаутской было еще довольно многолюдно. Дневная жара сменилась ночным прохладным ветерком с моря. Уставшие от дневного пекла граждане не спеша прогуливались по ярко освещенным улицам.

За две остановки до Алининого дома в автобус вошла стройная женщина в черном парике и темных очках. Она села недалеко от задней двери, чтобы видеть всех входящих и выходящих из автобуса. У ее ног стояла на полу большая спортивная сумка.

Сзади автобуса, на приличном расстоянии, двигался «Ниссан Патрол», в котором сидели Яша и Олег. Они внимательно осматривались по сторонам, пытаясь определить слежку, но пока ничего тревожного не замечали. В автобусе людей было немного. Алина вошла одна и никто в последний момент на подножку не вскочил.

На остановке у дома Алины в автобус вошла опрятно одетая, по дореволюционной моде старушка. У нее в руке была большая спортивная сумка. Лишь на мгновение она приостановилась возле Алины и не спеша села на сидение впереди нее.

Как только автобус тронулся, от противоположной стороны улицы, лихо развернувшись через сплошную разделительную линию, за ним помчалась старая шестерка с двумя мужчинами в салоне.

Олег с Яшей переглянулись.

– Хвост! Значит, дом Алины под наблюдением! Хорошо, если не засекли телефонный разговор по мобильнику!

Рядом с Алиной и старушкой никого не было. Это было весьма кстати.

– Не оборачивайтесь, Виктория Павловна! Это я, Алина! За мной следят! Постарайтесь запомнить все, что я вам сейчас скажу!..

Наблюдатели видели сидящую прямо старушку. Возможно, она о чем-то задумалась, потому что сидела, не поворачивая головы. Сидящая за ней женщина, видимо, задремала. Она подперла кулачком щеку и опустила лицо вниз. Им не было видно, как за несколько секунд до нужной остановки, Алина ногой передвинула сумки, и Виктория Павловна взяла уже не свою, а другую сумку. Та или не та сумка – наблюдатели не присматривались. Они ждали, кто придет на встречу со старухой.

Автобус ушел дальше по маршруту, а наблюдатели в шестерке, не доезжая метров двадцати до остановки автобуса, стали ждать дальнейшего развития событий. Через полчаса старушка перешла улицу к противоположной автобусной остановке и поехала обратно домой. Видимо, на встречу с ней так никто и не пришел.

Запищал висевший у Алины на шее сотовый телефон.

– Все в порядке! На следующей остановке можешь выходить! – услышала она Яшин голос.

Пересев в джип, она наконец перевела дух. Нервное напряжение дало о себе знать. Ей еще не доводилось выступать в роли дичи. Яша предупредительно плеснул ей в стаканчик коньяка, и после того, как она выпила его залпом, дал ей конфетку – закусить.

– Ну, как я вам в роли шпионки? – ей хотелось, чтобы ее похвалили.

– Это был высший класс! – Яша поцеловал ее в подтверждение своих слов. – Теперь ты готова к бою и походу, как говорят на Флоте?

– Сейчас посмотрю! – она расстегнула молнию на сумке. – Все, как просила! И документы, и кредитки, и вещи необходимые положила! Даже туалетные принадлежности и косметичку не забыла! Умничка моя золотая! – Алина была благодарна судьбе за то, что та послала ей такую сообразительную родственницу.

– Я все рассказала Виктории Павловне! Она поможет Анне! Подтвердит моему управляющему банком подлинность записки и при необходимости будет помогать Аннушке советом и делом! Она боевая старушка! Когда-то в Одесском ЧК служила! Управляющий будет говорить всем, что я звонила ему из Москвы, от родителей, и улетаю на месяц в Штаты. Пусть поищут! А теперь – вперед! В Россию!

– Иес, мэм! – Олег нажал на педаль акселератора, и БРОК отозвался мощным ускорением. Впереди лежала дорога домой. Главное – достичь российской границы кратчайшим путем. Вместе с Яшей он прикидывал наиболее выгодный вариант, но особого выбора не было. В направлении Таганрога шестьсот – семьсот километров.

Через Крым и Керчь чуть меньше, но там узкие дороги, много постов и особенно не разгонишься. Через Киев на Мозырь ближайшая граница – семьсот с большим гаком километров.

В запасе у них, в лучшем случае, десять – двенадцать часов. Решили идти на Таганрог. Большие прямые перегоны по сто, двести километров позволят под прикрытием радара БРОКА идти на максимальной скорости. Дорога более-менее без поворотов, в обход населенных пунктов, позволит поддерживать высокую среднюю скорость. К утру они, кровь из носу, должны проскочить украинскую таможню! Деньги есть, авось повезет! Алину предварительно уложили на пол, под заднее сидение и сверху забросали всяким курортным скарбом. Надувной матрас, ласты и маски, футбольный мяч, ракетки для большого тенниса, сумки, разбросанная одежда. В общем, обычный бедлам в машине кочующего автотуриста-отпускника. Главное сейчас – выехать за пределы Одесской области. Вряд ли фотографии Алины роздали на постах ДАИ в соседних областях.

Шелестя шинами, джип покатился вдоль моря по Николаевской дороге. На пересечении проспекта Добровольского и объездной дороги стоял милицейский патруль, но они увлеченно искали что-то в здоровенной фуре сына Кавказских гор. Видимо, сумма отступного их не устраивала, и они нагоняли цену своему милосердию. За полчаса долетели до Южного и, благополучно миновав переправу, рванули на Николаев. БРОК просматривал своим радаром дорогу на несколько километров вперед, чтобы своевременно оповестить о милицейской засаде, а, пока он молчал, Олег шел на максимально возможной скорости. Топлива ему должно было хватить почти до Воронежа. Спасибо конструкторам родной Конторы! Японцы сильно удивились бы, узнай они нынешние способности своего детища.

Кое-как разбросав завал из вещей, Алина выбралась на сидение.

– Фу! Упарилась! Когда опять будете меня прятать? Может быть, в Николаевской области меня не будут искать? – ей явно не хотелось ложиться обратно на пол машины.

– Береженного Бог бережет! – повернулся к ней Яша.

– Сказала монашка! – едва слышно добавил Олег.

– А я считаю, что лучше перебдить, чем недобдить! – Яша явно волновался за Алину. – В бой нам ввязываться сейчас ни к чему! Нам нужно уйти по-тихому! Поэтому, золотко, когда будем большие города проходить, ты уж лучше внизу сиди! Пока отдыхай! Я предупрежу, когда будет нужно!

К удивлению друзей, на посту перед Варваровкой милиции не оказалось.

– Как вовремя Президент убрал наряды ДАИ с дороги! Я готов хоть сейчас повязать на шею оранжевый шарф! – Яша явно обрадовался этому обстоятельству. – Правда, здесь, на Юге, за оранжевый цвет можно и по чавке схлопотать от местного электората! Поэтому сохраняем нейтралитет!

Благополучно пересекли мост через Южный Буг и покатили по спящему Николаеву. Кое-где еще кучковались группы неугомонной молодежи, да таксисты, сгрудившись на стоянках, провожали любопытным взглядом большой, сверкающий хромом джип. Пошли один за одним железнодорожные переезды, но им повезло. Везде они успевали проскакивать под открытым шлагбаумом. Ночью в основном идут маневровые работы, и переезды закрывают надолго. Впереди табличка подтвердила, что они находятся на трассе эм четырнадцать идущей на Ростов.

Опять Олег разогнал машину до огромной скорости, и она, как снаряд в ночи, полетела на Восток. Минут через сорок справа показались огни Херсона. Радар показывал, что дорога свободна и стоящих на обочине автомашин нет. Не снижая скорости, они обогнули город с севера и, постояв минут десять у шлагбаума в Молодежном, выехали на трассу Херсон – Мелитополь. От бесконечного мелькания деревьев с двух сторон дороги Олега начало клонить в сон. Яша заметил это.

– Дай-ка, друг, я сяду за руль! Никогда еще не ездил на таком аппарате!

– Ладно, садись! Я покемарю малость! Завтра еще гнать и гнать! Будем рулить по очереди! – он затормозил и потушил фары. – Отдохнём пять минут!

Алина проснулась от того, что машина стояла. Мотор был заглушен. Вокруг была темнота, присущая только южной ночи, когда Луны на небе нет, но полно ярких звезд. Оглушительно пели цикады.

– Проснулась! – Яша чмокнул ее в нос. – Давай быстренько сходи на горшок, и полетим дальше!

– Да! Но… А куда здесь идти? Кругом такая темень! – она в растерянности топталась на месте.

– Е-мое! – воскликнул Яша. – Да никуда не надо идти! Присядь сзади за джипом! Сама видишь, никого на дороге нет, а мы с Олегом будем сидеть в машине! Смелее!

Через несколько минут, когда Алина запрыгнула в машину, Олег дал команду:

– БРОК! Зафиксировать голос сидящего за рулем! Временно передаю управление ему!

– Прошу дать отсчет от десяти до ноля! – чуть хрипло произнес Центральный Бортовой Компьютер.

– Десять, девять, восемь… – чуть севшим от неожиданного волнения голосом стал отсчитывать Черноморец.

– Фиксация закончена! Жду команды! – ответила машина.

– Че говорить-то? – он беспомощно посмотрел на Олега.

– Сначала дай команду завести двигатель! А потом проси у него любую помощь в виде информации. Только не начинайте воевать! БРОК это умеет! – скрестив руки на груди, он поуютней устроился в полуоткинутом кресле и мгновенно уснул.

– Заводи! – осторожно скомандовал Яша.

Двигатель глухо рыкнул и, выровняв обороты, тихо и ровно загудел. Двинув рычаг селектора в положение «Д», он отпустил педаль тормоза, но машина продолжала стоять на месте.

– Что за черт? Почему не едем? Вроде бы правильно включил? – недоумевал он.

– А что сказал Гагарин во время старта? – на экране монитора улыбалась хитрая физиономия солдата удачи.

– Поехали! – удивленно произнес Яша.

Машина плавно покатилась вперед, набирая скорость. Не зная, где включаются фары, произнес:

– Включить фары! – И свет послушно вспыхнул, разгоняя ночную тьму почти до горизонта. Машина шла мощно и совершенно послушно его рукам. «Вот это машина, так машина!» – восхищенно подумал он.

За Каховкой, окончательно освоившись за рулем большой машины, наступил на педаль акселератора, с удивлением отмечая, что машина на скорости за двести км в час стоит на дороге, как влитая.

– Ух, ты! Я балдею! – выдохнул Яша.

– А я работаю! – вдруг ворчливо заявила машина. – Следите за дорогой! У вас в руках руль, а не штурвал самолёта!

– А ты чего выступаешь? – удивился Черноморец. – Лучше бы музыку приятную включил! Дорога впереди длинная!

– Пожалуйста! – из динамиков негромко зазвучала песня в исполнении Муслима Магомаева «Дорогой длинною».

– Класс! – засмеялся Яша. – Песни по заявкам слушателей!

– Я, между прочим, боевой комплекс с искусственным интеллектом, а не музыкальная шкатулка! – солдат на экране дисплея повернулся к Яше затылком.

– Во дает! – Черноморец почувствовал некоторую неловкость. – Ну, прости, друг! Я был не прав!

– Ладно, проехали! – солдат на экране повернулся лицом и подмигнул Яше.

– А где мы сейчас едем?

– Даю схему позиционирования на местности! – отражаясь на лобовом стекле, появилась зеленая светящаяся сетка дорог. Они пересекали разноцветные лужицы поселков.

Справа виднелось большое желтое пятно города.

– Мелитополь! – догадался Яша. По более толстой нитке зеленой дороги он увидел медленно движущуюся красную точку.

– Сколько еще ехать до Мелитополя?

– Пятьдесят четыре километра! Контрольное время прибытия при данной скорости – тридцать семь минут!

– То есть, к четырем утра! – подытожил Яша. – Значит, мы уже в пути около пяти часов, а впереди до таможни еще километров двести пятьдесят. Нужно будет поднажать! Самое смешное будет, если нас возьмут прямо на таможне! Хотя, это навряд ли!

Покрутившись по узким улочкам Мелитополя, он проскочил мост через реку Молочную и взял курс на Мариуполь. Он не обратил внимания на стоявший в стороне от дороги патрульный автомобиль. Парни пригрелись в тепле, но по неписаному правилу спал только один. Второй все видел и примечал.

21

Не спалось в эту ночь Парамону. Ощущение того, что вот он, был рядом и не учуял врага, не давало ему покоя. Неожиданно зазвонил телефон.

– Не спишь? – он услышал голос Семена.

– Да не спится чего-то! Все мысли всякие в голову лезут! А что?

– У меня тоже что-то кошки на душе скребут! Разговор есть к тебе! Подъехать сможешь?

– Конечно! О чем базар?

Хруст уже несколько дней как выписался из больницы и долечивался в домашних условиях. В доме и вокруг него уже навели порядок. Обновили все системы охраны и заменили охранников. Внешне все стало как обычно, только Семен не находил себе места. И днем и ночью он думал о человеке, напавшем на него. Вот и сейчас, ночью, сидя на террасе дома с бокалом вина в руке вдруг вспомнил тех четверых бойцов, которых сам ликвидировал за гибель их бригадира Тепы. «Что они там говорили насчет напавшего на них мужика? Фуфло! Скорее всего, сами на него наехали! Но, судя по всему, боец он оказался невероятно крутой! Тепа брал в бригаду только мастеров спорта. Мужик был с телкой, на джипе. Пацаны через ментов пытались его разыскать, но тем дело и закончилось. Вернее, он сам это дело кончил! А что мне это дает? Ничего! Блин! Да что же это такое? У меня уже скоро башню снесет от всех этих мыслей! Вертится что-то рядом, но что? Боец! Классный боец! Ночью на него напал тоже классный боец! Может быть, это один и тот же человек? Вполне! Так, дальше размышляем! Его разыскивала милиция. Как? Наверняка у них есть фоторобот и описание человека! Нужно срочно найти эти материалы!»

У ворот особняка затормозил джип Парамона. Автоматические ворота медленно поползли в сторону после того, как охранник тщательно осмотрел машину и пассажиров джипа. Прошелестев шинами по гравийной дорожке, машина встала у главного входа в дом. Парамон, выйдя из машины, потянулся и, зевнув, зябко передернул плечами.

– Поднимайся ко мне! – Семен смотрел на него сверху, отпивая вино из бокала.

Расположившись в глубоких креслах на свежем воздухе, они чокнулись бокалами, наполненными душистым молдавским вином.

– Рассказывай, Костя! Какие успехи? – он внимательно посмотрел на помощника, смакующего золотистое вино.

– Успехи? – переспросил Парамон. – Кое-что уже имеется, но дело нужно довести до конца. Не хотелось бы накаркать раньше времени!

– А ты не менжуйся! – ласково произнес Семен. – Как скажешь! Хозяин барин! Не хотелось бы вспугнуть зверя! А то, что это действительно зверь, думаю, тебе уже пришлось убедиться самому! – Константин с самодовольным видом посмотрел на Хруста.

Семен привстал от неожиданности:

– Так что же ты молчал!? Говори, кто он? Я же ни спать, ни есть не могу! Ну, говори! – в его голосе уже звучала неприкрытая угроза.

– Кто он, я не знаю! Сам его не видел! Но мой человек в милиции опознал его по фотороботу. Мужик этот живет в гостях у Яшки Колобка! Якобы из Питера!

– Точно! Я не ошибся! – Семен нервно заходил по мансарде. – Это он завалил Тепу на пляже, а я пацанам не поверил! Ну, сука! Я ему горло зубами перегрызу! – Семен залпом осушил бокал и опять налил себе и Парамону. – Слушай! А нахрена ему эта банкирша сдалась, если он за Колобком приходил?

– По словам моего мента, этот чувак, скорее всего, из какой-то Конторы. Раньше вместе с Колобком то ли служил, то ли воевал! А отсюда следует, что мы имеем дело с офицером! Эти господа любят поиграть в благородство! Рыцари! Мать их! – Константин в сердцах плюнул на пол.

– Да мне наср… на все их конторы вместе взятые! Он моих людей положил! Убью суку! Хруста уже понесло, и Парамон знал, что в такой момент лучше ему под руку не попадаться.

– Срочно собирай людей! Звони Пауку и Леве! Едем брать этого козла! – Семен быстро переодевался, расшвыривая все по полу. Вытащил из сейфа свой любимый хромированный «Вальтер» с ручкой из слоновой кости и засунул его сзади за брючной ремень.

– Поехали! – не оборачиваясь, направился к выходу из дома.

22

Возле коопторговского магазина, при скудном свете дежурной лампочки над входом, в ряд выстроились пять крутых черных тачек. В шестисотом мерсе приехал Семен, в трех черных джипах – Парамон, Паук и Левчик. Последним в ряду стоял черный микроавтобус «Шевроле», полный вооруженных бойцов. Все нервно посматривали на часы и тихо материли родную милицию за её неповоротливость.

Полчаса назад, примчавшись сюда под окрики Семена, все внезапно остановились. Никто не знал Яшиного адреса. Поднимать среди ночи граждан не решились, боясь вспугнуть того, за кем приехали.

Парамон позвонил Пацюку.

– Петюня! Бегом хватай портрет этого терминатора и дуй к дому Колобка! Все объяснения будут потом! Никакого утра мы ждать не будем! Через полчаса начнем переворачивать весь квартал! Все! Ждем!

– Только этого мне еще не хватало! – чертыхался майор, с трудом попадая в штанины брюк. Схватив трубку телефона, набрал номер оперативного дежурного по райотделу милиции: – Егоров! Срочно оперативную группу на выезд! На задержание! Я буду в отделе через десять минут! – Набросив наплечную кобуру, вытащил табельный «Макаров» и, проверив наличие патронов, щелчком загнал обойму на место. Убедившись, что жена и дочь спят, тихо прихлопнул входную дверь.

Милицейский УАЗик с трезубцем на дверках подлетел к магазину в клубах пыли. Сонные опера с удивлением рассматривала вереницу бандитских авто и недоуменно переглядывались между собой. Мрачный Пацюк вылез из машины и не спеша направился к идущим ему навстречу двум мужчинам. Он узнал Парамона и Хруста.

– Ты на хрена своих ментов с собой приволок? – напустился на него Парамон. – Тебе, что было сказано? Взять фото этого козла и приехать сюда! Тебе! Понимаешь? А не всему отделу милиции!

– Че ты расшумелся! – Пацюк тоже решил не оставаться в долгу. – Это тебе не на пустыре в «Зарницу» играть! Здесь знаешь, сколько народа проживает?

– Кончай базар! – Семен решил прекратить этот никчемный разговор. – Излагай свой план! Только покороче! – обратился он к Пацюку.

– Короче! – передразнил он Хруста. – Лепи тут с вами горбатого на ходу! Дай сообразить! – Он минуту что-то прикидывал в уме. – Ладно! Действуем следующим образом! Я со своими орлами постараюсь тихо произвести арест Черноморца и этого Князева по подозрению в совершении ими тяжкого преступления в доме гражданина Боднара Семена Ильича! Вы со своими бойцами блокируете улицу с обоих концов, и соседнюю улицу за их огородами. Вдруг рванут в ту сторону! Ну, как? Есть другие предложения?

– Ладно, начинай! – согласился Хруст. Тихо подъехав к дому Черноморца, опера шустро просочились через калитку во двор. Окружив дом со всех сторон, они замерли с пистолетами в руках. Пацюк, убедившись, что дверь на веранду закрыта изнутри, обошел дом с другой стороны.

«Странно! – подумал он. – А где же машина? Я точно помню, что за домом стоял темно зеленый, перламутровый джип. – С нехорошим предчувствием он дернул ручку двери дома, выходившую к летней кухне – тоже закрыто! Неужели, ушли? – Он рванул дверь на себя так, что изнутри отлетела хилая задвижка. Чутье ему подсказывало, что в доме никого нет. Майор нащупал выключатель у двери и спокойно зажег свет. Уже не таясь, обошел все комнаты, включая везде свет. Он чертыхнулся и устало присел у стола. Достав из кармана трубку сотового телефона, набрал номер Парамона:

– Все! Пусто! Ушел твой терминатор!

От досады Семен бахнул кулаком по лаковой крыше своего «Мерседеса:

– Упустили! – Схватив за отвороты пиджака, он тряс Парамона, как грушу: – Где мне теперь его искать? А? Отвечай! Тихушник хренов! Чего зенками хлопаешь? Ты говорил – подожди до утра? Ну, чего? Дождался?

Притихшие Паук с Левчиком отошли в сторонку, от греха подальше.

Выпустив пар, Хруст закурил.

– Ну ничего не могут сделать сами! Обязательно облажаются! – Походив немного возле машины, скомандовал: – Давай сюда своего мента!

Достав из кармана сотовый телефон, ткнул пальцем несколько кнопок.

– Спишь генерал? А я не сплю! За тебя твою работу делаю! Какую-какую! Преступников ловлю! – Семен даже сам усмехнулся своему каламбуру. – В общем, Митрофаныч, даю трубу твоему майору, пусть он сам все обрисует!

Через час на Фонтанской дороге, у заправки, встретились белый шестисотый с милицейскими номерами и черный шестисотый с флагом на номере, без указания региона. Вышедшие из них мужчины степенно поздоровались и не спеша пошли к морю.

– Скоро рассветать начнет! – заметил генерал.

– Вот именно! – съехидничал Семен. – Ты лучше расскажи, Евгений Митрофанович, что можно сделать, чтобы отловить этого козла!

– Ночью трудно раскручивать такую работу! Собрав и бегло проанализировав всю информацию по этому делу, думаю, что они уехали этой ночью. Утром оповестим все смежные Конторы. Постараемся оповестить все пограничные переходы, хотя думаю, что они, скорее всего, проберутся где-нибудь в стороне от таможен. Оперативный дежурный опросил ночные патрули на дорогах. Примерно перед полуночью наряд, несший службу в Лузановке, вроде бы видел «Ниссан Патрол», ушедший в сторону Николаева. Остальные наряды такой машины не видели. Сейчас мой оперативный дежурный связывается с Управлениями Николаева и Херсона. Потом на всякий случай свяжется с Армянском и Мелитополем. Скорее всего, они тудою будут пытаться уйти в Россию. Эх! Не вовремя президент начал эти игры в доброго царя. Без гаишников теперь на дорогах черти что начнется! Скорее всего, это ненадолго. Переименуют и опять на дорогу поставят, но вот нам сегодня конкретно – это как кинжал в ж…! Да! Слушаю! – генерал прижал к уху трубу сотового телефона. Некоторое время слушал молча. – Хорошо, понял! – Он посмотрел на Хруста с задумчивым видом. – Боюсь, что мы уже не успеем перехватить твоего клиента. Полчаса назад похожую машину засек наряд за Мелитополем. Значит, он гонит на Ростов!

В этот момент над их головами прошел пассажирский рейсовый самолет, выполняющий заход на посадку.

– Точно! – Хруст поднял палец, ему пришла в голову неплохая идея. – Срочно организуй мне транспортник на Мариуполь! Здесь полчаса лету! Я сам перехвачу этого неуловимого Джо! Своих ментов и таможню можешь не трогать! Я сам разберусь с этим козлом! Мне лишние свидетели не нужны!

Через час вся группа бандитов во главе с Семеном уже были в воздухе. Сколько было поднято начальников и какие были обещаны деньги – Семена сейчас не интересовало. Он шел к своей цели, а это сейчас было для него главным! В иллюминатор самолета была видна светлая полоска на горизонте начинающегося утра. Вымотанные за ночь люди спали в микроавтобусе и двух джипах, взятых на борт военно-транспортного самолета.

23

Яша, устав от ночной гонки, зевнул, глядя на проецируемую на лобовое стекло сетку дорог. Большое пятно Мариуполя уже было позади. Оставалось совсем немного до российской таможни. Неожиданно на нитке дороги, по которой они ехали, в нескольких километрах перед ними замигали три красные точки.

– Что случилось, БРОК? – Яша начал снижать скорость.

– Впереди на дороге стоят три машины. Они загораживают проезжую часть. Даю спутниковую картинку!

На экране монитора появилась картинка. Действительно, на дороге стояли два джипа и до боли знакомый микроавтобус.

– Да, это наши заклятые друзья! – проворчал Яша. Разбудил Олега. – Что делать будем, командир? Прорываться?

– Не думаю, что бой на дороге будет для нас хорошей рекламой перед таможней. Так, давай посмотрим, что у нас имеется в округе?

На световой карте было видно, что справа море, а слева впереди есть единственная дорога на север.

– БРОК! Увеличить развертку в четыре раза! Так, что мы тут видим? Ага! – он с сочувствием посмотрел на друга. – Тебе не кажется случайным, что нам оставили открытой именно эту дорогу?

– Когда мне кажется, я крещусь, – задумчиво проговорил Яша. – Вот это место похоже на какой-то крошечный поселок. Думаешь, они нам хотят устроить там западню?

– Похоже на то! Только они думают, что нас трое, и совсем не берут в расчет БРОКа! Это наш козырный туз! Ну, что? Сыграем в их игру? – Олег выпрямился на сидении и несколько мгновений смотрел вперед неподвижным взглядом. – Давай, буди Алину! Посмотрим, кто кого передумает!

Через десять минут экипаж БРОКа на предельной скорости подлетел к перекрестку, на виду у поджидавших их бандитов. Три машины с визгом резины сорвались с мест и, поднимая пыль, помчались за удаляющимся джипом.

Через несколько километров дорога раздваивалась. Олег выбрал ту, которая вела в крошечный поселок, из которого другого выезда уже не было. Чутье его не подвело. Это была брошенная шахта, с разграбленными служебными постройками. Дорога уже прилично заросла бурьяном. Это говорило о том, что люди давно ушли отсюда. С бугра было видно, как дорога делает резкий поворот на металлический мост, видимо, когда-то установленный военными.

Чуть приостановившись на повороте, Олег дал команду:

– БРОК! Сбрось шипы! – Под задним бампером хлопнула крышка одного из контейнеров, и на дорогу высыпались матовые, с длинными иглами ежи. – Поехали дальше!

Въехав на территорию заброшенного шахтоуправления, Олег сделал круг по периметру, быстро примечая все подходящие для боя позиции. Черной пастью открытых ворот смотрел на них брошенный ангар. Здесь, судя по валявшимся старым покрышкам, был гараж или склад. Времени на осмотр не было.

– Все бегом из машины!

Развернув машину передом к воротам, прикрыл ее посередине толстым листом железа.

– Чтобы краску не сильно попортили пулями!

В это время группа преследователей на большой скорости приближалась к мосту. В первом джипе ехали Панкрат с Пауком и с ними еще два бойца. Во второй – Хруст с Левчиком и водителем. Последним мчался здоровенный американский микроавтобус с шестью вооруженными бойцами. Все бывшие десантники, прошедшие горячие точки.

Выехав на бугор, машины остановились. Сверху было видно, как джип Олега заехал в ангар.

– Вот и капец терминатору! – весело заржал Левчик. – Там мы его и похороним! – он радостно оглянулся на Хруста.

– Только я с ним побеседую перед этим! – Семен смотрел на ангар немигающим взглядом.

Было решено пустить вперед группу бойцов. Не дело паханам в махаловке участвовать. Не пацаны уже! Вытянувшись кавалькадой с микроавтобусом впереди, машины покатились вниз, набирая скорость. На повороте на мост водитель автобуса, видимо, не справился с управлением – так, по крайней мере, показалось со стороны – и машина слетела под мост, перевернувшись вверх колесами. Остальные машины едва вывернулись и встали. Глубина, видимо, была достаточной для того, чтобы разошедшиеся змеевидные водоросли опять сошлись над утонувшей машиной, и не спеша опять вытянулись вниз по течению. Лишь пузыри воздуха периодически нарушали их плавное шевеление.

– Да что же это такое? – Семен, глядя на ежи, схватился за голову. – Век воли не видать! Загрызу его, паскуду! Поехали! – в бешенстве схватил Левчика за шиворот и забросил в джип вперед головой. – Гони!! – заорал на водителя.

Вздыбив фонтан пыли, джип сорвался с места и помчался через мост к шахте. За ним последовал второй джип, чуть с опозданием. Ждали, что кто-нибудь вынырнет из воды.

А тем временем в ангаре Олег заметил на полу чугунную крышку люка. Сдвинув ее в сторону, обнаружил неглубокое квадратное помещение, в котором сходились трубы водопровода и стояли мощные задвижки.

– Отлично! – Быстро опустив туда Алину, вместе с Яшей задвинули крышку люка на место и прикрыли драным куском рубероида.

– БРОК! Приготовиться к бою! Работаем? – он подмигнул Яше.

– К бою готов! – ответила машина.

– Работаем! – кивнул ему в ответ друг.

Два джипа подлетели к ангару почти одновременно. Они остановились напротив распахнутых ворот. Олег знал, что с улицы в темном чреве большого ангара почти ничего не видно. Он ждал, когда бандиты войдут внутрь.

Жажда мести распирала Семена, но он понимал, что можно нарваться на большие неприятности, пусть даже и от безоружного врага. Не зря же его бойцы окрестили этого спеца Терминатором. Махнув рукой, Хруст направил вперед двух бойцов с автоматами. За ними двинулись Паук с Левчиком. У них были пистолеты. Семен с Парамоном и оставшимся водителем решили обойти ангар с тыла.

Прикрывая друг друга, как в американских боевиках, первая группа проникла в ангар. Все сразу метнулись в стороны от ворот, как бы ожидая выстрелов противника.

– У них нет оружия! Идиоты! – вполголоса сказал Паук.

Вдруг справа звякнул металл. Это шмыгнула под трубу крыса, но нервы у всех были напряжены, и по этому углу первыми открыли огонь автоматчики. Лишь расстреляв по полрожка, они остановились. Наступила звенящая тишина.

– Тьфу! Вашу мать! – плюнул в сердцах Паук, не находя слов для выражения своего недовольства.

Группа медленно двинулась внутрь ангара. Разделившись по двое, они осматривали каждый свою сторону. В ангаре было много всяких мелких подсобных помещений. В одном из помещений, где раньше, видимо, был санузел, было особенно темно. Боец, шедший впереди Левчика, заглянул туда. В этот момент чьи-то сильные руки дернули его в темноту. Он даже не успел ойкнуть, как упал на пол, оглушенный. Автомата в его руках уже не было. Запаниковав, Левчик из-за стенки сунул руку в дверной проем и стал палить из пистолета во все стороны. Когда пистолет встал на затворную задержку, он почувствовал, как кто-то взял у него из руки оружие. Левчику хотелось жить и он, не ожидая, пока смерть придет к нему из глубины темной комнаты, бросился бежать. Он выскочил прямо под выстрел Паука. Удивленно посмотрев на него, Левчик умер. Паук стоял растерянный, понимая, что поправить уже ничего нельзя. Заскрипев зубами, он переступил через труп своего кореша и, держа пистолет на вытянутых руках, двинулся в помещение, откуда выбежал Левчик. У Паука были с собой две гранаты, и он был уверен, что враг из комнаты живым не выйдет. Подкравшись к двери санузла, бросил в темноту гранату. Отпрыгнув за дверной проем светлой соседней комнаты, непроизвольно закрыл глаза. Рванул взрыв. Стенка ощутимо ударила в спину, хотя была отделена от комнаты санузла коридорчиком. Обождав несколько секунд, пока осядет пыль, Паук открыл глаза и выглянул в коридор. Стены санузла рухнули. В противоположной стене появился большой пролом в другое помещение.

– Ну и как? Впечатляет? – услышал он голос у себя над ухом. На секунду опешив, Паук выстрелил назад из-под руки. Оглянувшись, никого не увидел. Яша за мгновение до этого низко присел, ожидая чего-то подобного. Легко выбив пистолет, Черноморец неожиданно получил такой удар ногой в грудь, что едва не потерял сознание. Перекатившись через спину, он сразу встал в рукопашную стойку. Еще не успев восстановиться после полученного удара, получил следующий в голову. Паук, как и Хруст, в свое время был неплохим бойцом. Выйдя в коридор, он подобрал свой пистолет и, вернувшись к Черноморцу, прицелился ему в голову. На секунду задумался: «Возможно, Хрусту понадобится живым этот Колобок!» – как тут же получил сильный удар в живот, от которого сложился пополам. Падая, он схватил Яшу за горло, пытаясь задушить того. Рыча от натуги, они катались по битой штукатурке, понимая, что сейчас победит только сильнейший. Наконец Яше удалось просунуть между собой и Пауком ногу поверх его рук, лежа на спине. Шея противника оказалась под коленным сгибом. Перевернув его на спину, Яша резко сел на ногу, захлестнувшую шею. Раздался короткий хруст, и тело Паука обмякло.

Второй боец с автоматом, осматривавший помещения по правой стороне ангара, слышал стрельбу и взрыв, но, согласно последнему указанию Паука, продолжал осторожно двигаться по своему маршруту. В очередном помещении он вдруг увидел Олега, но почему-то не успел выстрелить! Олег просто сделал шаг ему навстречу и слегка в сторону, уходя с линии огня. Классическим приемом, стоя на одной ноге, носком второй не сильно ударил между магазином и спусковой скобой – магазин отлетел в сторону. Тут же, не опуская ногу, вторым ударом по рукоятке затворной рамы выбросил патрон из патронника. Все это выглядело как два быстрых щелчка, и боец оказался безоружным. Олег, глядя в глаза насмерть испуганного парня, взял из его рук автомат.

– Жить хочешь?

Парень отчаянно затряс головой, только сейчас поняв, что видит перед собой свою смерть.

– Хватай машину и чеши отсюда, не останавливаясь! Следующего раза для тебя не будет!

Когда шаги убегающего парня затихли вдали, Олег подобрал с пола магазин и, прищелкнув его на место, дослал патрон в патронник. Оружие заряжено. Краем глаза успел заметить тень на полу от мелькнувшего в оконном проеме человека. Пуля ударила его в бок, пройдя навылет. В кувырке он успел короткой очередью полоснуть по окну. В следующее мгновение в комнату влетела граната. Времени на раздумья не оставалось. Вылетев головой вперед через окно на улицу, успел извернуться в воздухе и полоснуть из автомата по стене здания снаружи. Рванул взрыв. Из окна полетели куски цемента, штукатурки и осколков. Когда пыль осела, Олег, подняв голову, увидел Парамона, лежащего под стеной. По его остекленевшему взгляду было понятно – мертв. Взяв в руки свой автомат, Князев увидел, что он теперь бесполезен. Осколок разворотил ствольную коробку. С досады зашвырнул его на крышу пристройки ангара. Перед его ногами, взбивая пыль, прошла автоматная очередь. Подняв голову, он увидел Хруста с водителем в оконном проеме соседнего помещения. Водитель целился в него из автомата.

– Ну, что, господин офицер? Потанцуем! – Семен выпрыгнул на улицу из окна и картинно отбросил пистолет. Он видел, что у Олега прострелен бок и он безоружен. К тому же его прикрывал шофер.

– Потанцуем! – ответил Олег, понимая, что на войне, как на войне!

Они стали медленно кружить, не отрываясь глядя в глаза друг другу. Семен первым решил провести серию ударов, но часть из них попала в пустоту, а часть – в подставленные Олегом блоки. Семен, видя, что состояние Олега ухудшается, решил усилить натиск. Он понял, что соперник у него высокого класса, но рана свое дело делала. Он закрутил новую серию ударов. На этот раз один из ударов достиг цели. Взмахнув руками, Олег отлетел на несколько шагов назад. Перевернувшись через спину колесом, за счет силы инерции сразу вышел в боевую стойку. Летящий на него прямой удар ногой Семена, он встретил коротким встречным ударом с полуприсяду. Сдвоенная энергия встречного удара привела к тому, что Семен, промахнувшись, свалился кулем на землю. Он поднялся и, тяжело дыша, уставился на Олега красными, налитыми смертельной злобой глазами.

– Нет! Тебе не жить, офицерик! И баб твоих потом сам на куски порежу! – ему хотелось раздавить Олега не только физически, но и морально. Он опять прыгнул на Олега, но вдруг остановился, как от удара о стену. Стоя лицом к лицу, Хруст посмотрел вниз. Рука Олега по самое запястье была у него в груди. Он сжал сердце Семена, не давая ему сделать следующий удар, и глаза Хруста угасли. Олег выдернул руку, и тело Семена тряпичной куклой свалилось к его ногам. Вспомнив об автоматчике в окне сзади, он повернулся. Вместо шофера из окна на него смотрел Яша. Оглушенный шофер лежал тут же у его ног.

– Кажется, все! – подытожил Черноморец. Выпрыгнув из окна, он поддержал Олега, зажимающего рукой рану на боку. Не спеша, они пошли в ангар к машине. Там, кроме обычной, была специальная медицинская аптечка для войск спецназа.

Выпустив из-под люка Алину, Яша вернулся к раненному другу.

– Ну, что же! Дырки две! Сквозной! Это уже хорошо! – подытожил он беглый осмотр. Раскрыв аптечку, просмотрел пластиковые шприцы разного цвета, уже наполненные лекарствами. Обработав рану антисептиками, ввел Олегу несколько разных препаратов. Заклеив ранки антибактерицидными накладками, наложил большую плотную марлевую повязку на обе раны и закрепил ее широким пластырем.

– Теперь ты как новенький! – подвел он итог своей медицинской деятельности.

Алина, наблюдая за его быстрыми, уверенными движениями, догадалась, что раньше Яше, видимо, не раз приходилось выполнять подобные медицинские перевязки.

– Ну, что, доктор Айболит? Жить буду? – Олег сморщился при попытке встать с сидения.

– Жить будешь! Но сколько – от тебя зависит!

– И на том спасибо! – Олег достал из спортивной сумки чистую рубашку. – Пора нам отсюда выбираться. В приграничной зоне можно нарваться на патруль. Нам лишние неприятности ни к чему. Нужно думать, как уйти на Российскую сторону. На таможню не хотелось бы соваться.

Когда все сели в машину, Яша дал команду БРОКу начать движение. Остановившись на выезде из ангара, он посмотрел на экран радара. Кроме одиноко стоящего, брошенного джипа, поблизости объектов видно не было. Направив машину обратно к мосту, друзья увидели на противоположном берегу группу парней. Они были без оружия. Это, видимо, были те, кто выплыл из затонувшего микроавтобуса. Они сгрудились у джипа, на котором уехал отпущенный Олегом парень.

– Ладно! На сегодня хватит! – сказал Олег. – Пусть живут! Давай, не доезжая моста, поворачивай направо и двигайся вдоль речки вот до этой дороги! – он показал Яше пальцем дорогу, уходящую на север вдоль границы. Спутниковая навигация, совмещенная с план-картой местности на экране монитора, четко подсказывала Олегу вариант перехода. Речка, идущая с Северо-запада на Юго-восток, пересекала границу. Каких либо постов поблизости видно не было. Считая речку естественной преградой, здесь, видимо, ограничились подвижными патрулями.

– БРОК! – подал команду Олег. – Форсирование реки вплавь!

– Команду принял! Начинаю подготовку! – под днищем машины раздалось шипение и две половинки двойного днища, идущие вдоль тоннеля кардана, пошли вниз, к земле, отжимаемые надувающимися баллонами. – Можно начинать движение! – сообщил БРОК.

Тихо бормоча дизелем, машина сначала клюнула носом в воду, так, что у всех сердце замерло, но потом, выровнявшись, бодро поплыла, шлепая спицами легкосплавных колес.

Глава вторая

За далекими лесами, за высокими горами…

1

Прошелестев шинами по вымытому асфальту, джип остановился у высоких глухих ворот, с отдельной калиткой через помещение охраны. Серый трехметровый забор нагонял тоску на Яшу, да и Алине он тоже явно был не по сердцу. Рослый мужчина в безукоризненном костюме вышел из калитки и, подойдя к джипу, попросил разрешения сопроводить их по территории охраняемой зоны.

Поскольку Олег, раненный в бок, и Алина сидели на заднем сидении, то Яше ничего другого не оставалось, как любезно согласиться с поступившим предложением.

Ворота медленно поползли в сторону, открывая длинную аллею, уходящую куда-то вдаль, меж белыми стволами берез.

– Прямо! – скомандовал охранник, не выказывая любопытства в отношении пассажиров машины.

– Есть прямо! – продублировал его команду Яша. Он старался запоминать количество ответвлений от основной аллеи, чтобы знать свой перекресток по счету.

– Направо! – охранник командовал спокойно, привыкшим к такой работе голосом.

«Это же ему потом обратно пехом топать! – подумал Яша. – Хотя, с другой стороны, прогулка по березовой роще, не спеша… Чем не работа для пенсионера?»

Машина тихо катилась между красивыми, кирпичными, одинаковыми заборами с обеих сторон дороги. У каждых ворот имелись свои проходные с охранником.

– Это же сколько здесь таких отдельных территорий? Тут только на машине добираться! Или у них рейсовый автобус по территории ходит? – Яша был удивлен российским, точнее – московским размахом дачного землевладения. Можно только догадываться о ценах на такую недвижимость и о людях, способных купить такой участок! В одном месте они проехали мимо новенькой кирпичной церкви, стоящей на пересечении нескольких аллей. – Да тут целый городок!

– Приехали! – охранник показал на ворота слева от дороги. Когда машина остановилась, он вышел из нее, вежливо попрощавшись. Из калитки вышел другой охранник, так же прилично одетый и, поздоровавшись за руку с приехавшим, подошел к машине с пассажирской стороны.

Яша уже ничему не удивлялся. Новый сопровождающий, также поздоровавшись и не проявляя любопытства, дождался, пока откроются ворота. Пропетляв по аллеям мимо хозяйственных построек, они подъехали к трехэтажному особняку. Его архитектура чем-то напоминала стиль пятидесятых годов. Желто-белое здание с монументальной лестницей парадного входа, придававшей солидность всему зданию.

Когда машина остановилась у парадного входа, из дверей дома вышли несколько мужчин и женщина в белом халате. Они без суеты открыли заднюю дверь машины, уже зная, где лежит раненный и, бережно взяв его на руки, под присмотром врача унесли в дом. Симпатичная, опрятная горничная предложила Яше и Алине взять свои вещи и пройти за ней в дом. Выходя из машины, Яша вспомнил, что без него охрана не сможет отогнать от дома машину. Извинившись, он спросил ее, куда отогнать машину. Удивленно посмотрев на него, девушка показала пальцем, в какой стороне гараж.

– Я только отгоню машину и приду! Вы пока устраивайте гражданку! – он не знал, можно ли здесь называть имена. Все здесь делали свою работу молча и это как-то угнетало.

Гараж, вернее, гаражи, целый ряд кирпичных боксов с белыми воротами-шторками поражали чистотой и порядком. Территория перед боксами была идеально ровно выложена брусчаткой. В торце постройки он увидел застекленную комнату, из которой вышел молодой парень в новенькой спецовке и белых кроссовках. Он был первый человек, который улыбнулся Яше за сегодняшний день!

– Зачем же вы сами? Надо было оставить ключи в зажигании, я бы ее отогнал, помыл и в бокс поставил! – ему было явно скучно весь день сидеть пугалом в своей конторке.

– Да мы не из этих! – Яша показал пальцем вверх. – Мы ведь по-простому! Да и машинка у меня с секретом! Другому здесь делать нечего! А насчет помыть, это ты правильно заметил! Где здесь у вас мойка?

Парень нажал какую-то кнопку, и ворота первого бокса поползли вверх. Бокс был достаточно широкий для мойки. Здесь же был импортный аппарат мойки под давлением. В застекленном шкафу стояли на полках различные авто шампуни и полироли.

– Да, красиво жить не запретишь! – вздохнул Яша. – Ну, что, дорогой ты наш, – обратился он к БРОКу, – сейчас мы тебя с мыльцем, да с мочалочкой! А потом отполируем воском, и будешь ты у нас сверкать, как котовы яйца!

Через час, когда надраенный БРОК сверкал, как новогодняя игрушка, Яша перегнал его в свободный бокс. Парень вручил ему брелок дистанционного открывания ворот. На случай, если нужно будет экстренно выезжать. Проверив, как послушно команде с брелока, ворота ползают вверх и вниз, Яша успокоился и, пожав руку парню, – кстати, его звали Иваном, усталой походкой направился к основному зданию. Первое правило военного – позаботиться об оружии и технике, а потом все остальное! Это как конь и шашка для казака!

На крыльце особняка его ожидала уже виденная им симпатичная горничная. Состроив недовольную гримасу, она пригласила его следовать за ней. Вначале они попали в высокий и просторный холл, по стенам которого горели электрические светильники, стилизованные под старинные канделябры. Мраморный пол холла устилал красивый круглый ковер, на котором, как по его размеру, стоял такой же полукруглый диван и перед ним – полукруглый стеклянный столик. Вслед за горничной он стал подниматься по широкой мраморной лестнице, полукругом опоясывающей стену холла, на второй этаж. Лестница уходила еще и на третий этаж, но горничная повернула направо и повела его по неширокому коридору, окна которого выходили во двор. По правой стороне коридора шли высокие, старой работы дубовые двери. Панели стен также были из мореного дуба, в цвет дверям. У четвертой двери горничная остановилась. Достав пластиковую карточку, сунула ее в прорезь сканера и после мягкого щелчка замка, открыла дверь.

– Прошу, проходите! – она жестом хозяйки предложила ему первому войти в комнату.

– Да! – выдохнул Яша восхищенно, заглядывая в ванную и две комнаты. – Это не Америка! Это лучше!

Горничная, удивленно глянув на него, улыбнулась, и на ее щечках появились прелестные ямочки.

– Чувствуйте себя как дома, Яков Семенович! Если вам что-нибудь понадобится, достаточно снять трубку телефона. Выход на город через двойку. Завтрак в восемь, обед в час, ужин в семь вечера, на первом этаже. Если захотите перекусить или выпить – позвоните, и вам все принесут! – она вопросительно посмотрела на него.

– А можно узнать, где мои друзья?

– Они в соседних с вами комнатах! Олегу Павловичу оказали медицинскую помощь, и он сейчас спит! Алина Владимировна после ванны тоже прилегла отдохнуть!

– Ну, тогда порядок в танковых войсках! – улыбнувшись, сказал Яша. – Спасибо, дорогая!

Когда горничная закрыла за собой дверь, Яша бросил свою спортивную сумку к большому трюмо и глянул на себя в зеркало.

– Да! Видок у тебя еще тот, дружище! Наверное, если бы персонал не был предупрежден, то тебя бы и к воротам поселка близко не подпустили.

На столике под трюмо лежала пластиковая ключ-карта от комнаты. Повертев ее в руках, он положил ту на место. Большая, светлая комната с высокими потолками, украшенными лепниной и хрустальной люстрой. Посередине комнаты стоял небольшой круглый стол и четыре мягких кресла вокруг него. «За таким хорошо в карты играть! – определил Яша. – Нужно будет вечерочком сообразить партеечку в Кинга!»

Большой кожаный диван так и манил усталое тело в свои объятия, но Яша решил сначала осмотреться, а потом уже как «карта ляжет!». У противоположной стены стоял небольшой, но массивный канцелярский стол темного дерева, под зеленым сукном. На нем красовалась вычурная настольная лампа сталинских времен. Под стать ей был чернильный прибор и переворачивающийся настольный календарь. На столе красовался стилизованный под старину телефонный аппарат. За столом стояло кожаное кресло с высокой спинкой. Да! В таком кресле, наверное, уютно вечером посидеть и выкурить трубку хорошего табаку!

Через высокую стеклянную дверь он вышел на широкий балкон с пузатыми каменными перилами. А какой вид открывался с балкона! Оказывается, дом стоял на возвышенности. Ниже, за деревьями, была видна река с идущим по ней пассажирским теплоходом. Дальше, за изумрудными лугами, белел полосой березовый лесок. За ним, вдали, уже были видны башни высоток Москвы. От дома в сторону реки вели парковые дорожки, на которых стояли красивые, старинные скамейки. Даже фонари вокруг дома и в парке были стилизованы под старину.

– Лепота! – все, что смог сказать Яша. – И почему моя фамилия не Абрамович?

Во второй комнате оказалась спальня. Комната была немного меньше первой, но тоже достаточно просторной. Прямо напротив входа у стены стояла двуспальная кровать с тумбочками и ночными лампами у изголовья. Справа у окна и выхода на балкон стоял журнальный столик с горкой фруктов в хрустальной вазе. Возле столика стояли два кресла. Слева от кровати стоял большой зеркальный платяной шкаф. Когда Яша открыл его, то поначалу даже опешил! В шкафу висели чьи-то вещи. На плечиках висели три костюма с брюками. Черный, серый и темно-синий. Отдельно висел полевой камуфляжный костюм. Серый импортный плащ и теплое полупальто. На нижней полке в коробках оказались две пары туфлей – черные и коричневые. Полевые ботинки – берцы и новая пара беленьких кроссовок. На верхней полке лежали спортивная шапочка, камуфлированное кепи, серая с полями шляпа и темно-серое кепи. На полочках аккуратными стопками лежало нательное белье, пачки новых носков и стопки рубашек в целлофановой упаковке. До него, наконец, дошло! Это же надо было так одичать на гражданке, что совсем вылетело из головы, что это все ему предоставлено по спецнорме вещевого обеспечения. «Вот теперь я начинаю чувствовать, что опять вернулся на службу! Родина спать положит камушком и подымет калачиком! Как говаривал старшина в училище!»

Приняв ванну, он облачился в пушистый махровый халат и со спокойной совестью завалился спать. К ужину никто из друзей так и не вышел.

В семь утра в дверь его номера постучали мягко, но настойчиво. Открыв дверь, Яша увидел не менее очаровательную, чем вчера, горничную. В отличие от вчерашней, у этой личико светилось приветливой улыбкой, и в это солнечное утро как нельзя больше гармонировало с окружающей обстановкой.

– Доброе утро, Яков Семенович! Через пять минут у вас утренняя пробежка с инструктором! Он будет ждать на дорожке парка. В восемь часов завтрак! В восемь тридцать – встреча с Борисом Андреевичем в библиотеке! Доброго вам дня! – блеснув белозубой улыбкой, она грациозно удалилась.

– Ну, что же? – он критически посмотрел на себя в зеркало. – Да! Что гражданская жизнь делает с человеком? Появилось брюшко! Мешки под глазами! Небритый! Нестриженый! Ужас, летящий в ночи! – дал он определение увиденному в зеркале.

На парковой дорожке за домом его ждала загорелая девушка-инструктор. На ней, как и на Яше, были белые кроссовки, белые спортивные трусы с лампасами и белая футболка.

– Мадам! Мы с вами случайно не родственники? – с одесской непосредственностью спросил ее Яша.

– Нет, уважаемый Яков Семенович. Мы с вами коллеги по работе! Поэтому давайте будем добросовестно относиться к своей работе. Договорились?

– А куда же я денусь? – отшутился Яша.

– Я буду заниматься восстановлением вашей физической формы. Зовите меня просто – Света! По огневой и рукопашной подготовке у вас будет другой инструктор! С ним познакомитесь позже. – Она улыбнулась ему и скомандовала: – А теперь! Бегом марш!

За завтраком друзья встретились в роскошной, под старину столовой с канделябрами на стенах. За длинным столом на двенадцать персон стояло только три прибора. Олег выглядел поздоровевшим. Не было уже вчерашней бледности. Оба выбритые, причесанные, в новой одежде, чувствовали себя как ВИП-персоны. Когда в столовую вошла Алина, мужчины встали. Красиво уложенные волосы в сочетании с мастерски выполненным макияжем делали ее похожей на кинозвезду. Белая блузка со стоячим воротником и укороченными разрезными рукавами открывали ее гладкие загорелые руки. В черной удлиненной юбке клеш, в черных туфлях на шпильке, она казалась высокой и особенно стройной.

Яша, как истинный джентльмен, пододвинув ей стул, помог сесть.

– Ты сегодня неприлично хороша! – шепнул он ей на ушко и поцеловал в шейку.

Она вся вспыхнула ярким румянцем, отчего стала еще красивей. Прижав Яшину голову к своей щеке, сказала:

– Спасибо, любимый! Для тебя старалась!

Горничная и повар в белой курточке и колпаке поставили перед ними тарелки с яичницей и беконом. Налили по фужеру апельсинового сока и поставили тарелочку золотистых, поджаренных гренок.

– Приятного вам аппетита! – пожелали они всем и удалились.

– Эх, хорошо! – Яша подмигнул им и принялся орудовать ножом и вилкой.

Через пять минут им подали чашечки с ароматным турецким кофе.

– Ну, что, друзья? Какие планы у нас на сегодня? – спросила Алина.

– Думаю, что об этом нам станет известно несколько позже! – Олег посмотрел на Яшу.

– Тебе, наверное, стоит с утра прогуляться по парку, пока мы тут будем заниматься нашими мужскими разговорами! – улыбнувшись, сказал ей Яша. – Парк здесь чудесный!

В восемь тридцать в библиотеку, располагавшуюся на первом этаже за биллиардной комнатой, вошел генерал Горшков. Он был в цивильном костюме, без галстука. Олег с Яшей встали по стойке смирно, приветствуя старшего по званию.

Улыбнувшись, Борис подошел к Яше и обнял его:

– Ну, здравствуй, пропажа наша! Друг ты мой, колобочек!

– И я по тебе скучал, Борька! – Яша смотрел на него счастливыми глазами.

Они вдвоем притянули к себе за шею Олега и так замерли, прижавшись головами. Сколько им всего довелось пережить вместе – знают только они! Судьба не раз проверяла их готовность умереть друг за друга. А это больше, чем кровные или родственные узы!

– Давайте обмоем нашу встречу! – Борис подошел к встроенному в книжный стеллаж бару и налил всем по рюмке водки. – За нас, живых! – сказал он и, чокнувшись с друзьями, выпил. Вторую выпили, не чокаясь, молча – за тех, кто не вернулся!

Они уселись втроем на кожаный диван. Обнявшись за плечи, несколько минут сидели молча.

– Как твои жена и дочка поживают? – спросил Яша Бориса.

– У них все нормально! Маринка докторскую защитила. Сейчас на кафедре в медицинском институте преподает! Дочь Наташка замуж вышла два года назад! За своего бывшего сокурсника по МГУ. Сейчас в декрете! Ждем прибавления!

– Поздравляем! Значит, ты у нас скоро дедом заделаешься? – друзья рассмеялись.

– Ну, а вы как были холостяками, так и болтаетесь до сих пор неприкаянно! – подергал их за уши. – Или мои данные устарели?

– В том-то и дело, дорогой ты наш дженераль, что или! – отозвался Олег.

– Ну-ка, ну-ка! С этого места попрошу поподробней! – Борис встал и, налив еще по рюмке, приготовился слушать.

– В общем, все случилось неожиданно! – начал Олег. – Решил я этим летом рвануть в гости к Колобку! А дома у него, пока он болтался по заграницам, влюбился в его сестру Аню.

– Подожди! Она же еще маленькая! – удивился Борис.

– Сам ты маленький! Сколько лет прошло? – влез со своим замечанием Яша.

– Да, годы летят! – вздохнул Горшков. – Извини, перебил тебя!

– Ну, это, собственно, и все! – Олег развел руками.

– Как это все? А дальше чего? – удивленно посмотрел Борис.

– А дальше загадывать пока рано! Ты же нас сюда вытащил не на свидание?

– Ладно, об этом поговорим позже! А у тебя, Яшенька, как дело обстоит?

Почесав подбородок, Яша сделал шкодливое выражение глаз. Посмотрев в потолок, вздохнув, сказал:

– Эта женщина досталась нам с Олегом в бою! Сначала ее бандиты изувечили, а потом Олег вытащил ее на себе. Полторы недели выхаживали ее. В общем, прикипел я к ней сердцем. Одного боюсь! В один прекрасный момент вспорхнет она крыльями, как жар-птица, и останусь я, как Иванушка дурачок, с одним пером в руке!

– Ну, это ты сгущаешь краски! – перебил его Олег. – Я видел, как она держалась на допросе у Хруста! Алина смелая женщина! А смелые редко бывают подлецами! Если любишь ее, то и верь ей до конца! Всякое сомнение убивает любовь! Лучше скажи ей все напрямую, чем будешь изводить ее и себя!

– Ладно! Иванушка дурачок и князь Олег! – Борис хлопнул ладонью по колену. – Есть у меня к вам обоим дело! Но не простое, а, можно даже сказать, волшебное!

– Час от часу не легче! – вздохнул Яша. – Чуяла моя задница, что прекрасное начало как всегда кончится где-нибудь в Бразильских джунглях!

– Ошибаешься, Колобок! Джунгли там действительно есть, только не Бразильские, а наши, Восточно-Сибирские! И за выполнение задания, которое вам поручается, можете просить все, что во власти главы государства!

– Ого! Это чего же такого совершить надо? – опешил Олег.

– Если такой расклад пойдет, то мне, пожалуйста, штаны с генеральскими лампасами приготовьте! – мечтательно закатил глаза Яша. – Тогда и Алина станет генеральшей!

– Ладно, Колобок! Будут тебе генеральские лампасы! – засмеялся Борис. – Ну, а ты чего хочешь? – он посмотрел на Олега.

– Да черт его знает… – он почесал затылок. – Наверное, дожить до пенсии и жениться на своей черноморочке!

– Ну, с этим будет посложнее! – Борис согнал с лица улыбку. – Я ведь не шутил, когда сказал, что дело вам предстоит практически волшебное! На территории нашей страны, в разное время, были обнаружены два камня идеальной кубической формы. По оценкам специалистов их обработали более сорока пяти тысяч лет тому назад. Есть предположение, что они каким-то образом связывают наш мир с другим, нам не известным. Все появления людей из того, другого мира совпадают с крупными историческими событиями в истории нашего государства, с древнейших времен. Специалисты полагают, что неизвестные, появляющиеся как бы ниоткуда, обладают способностью преодолевать силу гравитации. Попросту говоря, могут летать! Возможно, даже с крупными объектами!

– Как это? – не понял Яша.

– Ну, предположим, святой Георгий Победоносец, явившийся русскому воинству во время Куликовской битвы! Он ведь был на коне! То есть, перемещался в воздухе вместе с конем! Появление других святых, предотвращавших междоусобные войны либо приносившие победу русскому воинству над захватчиками! Слишком много свидетельств этих явлений святых! Дыма без огня не бывает! Раньше эту тему не выносили на широкую публику. Тем более в советское время, когда велась борьба с инакомыслием. Хотя, не для широкой публики, руководство партии осуществляло политические действия в поддержку православной церкви против проникновения католицизма. Поэтому в строжайшей тайне возле одного из таких камней построили лабораторию, еще во времена Сталина. Работу лаборатории курировал лично Лаврентий Палыч. Зимой сорок первого года произошел такой контакт. Как раз во время битвы за Москву! Возможно, они просто наблюдают за нашими событиями, а возможно – как-то влияют. Нашу историю если внимательно почитать, то действительно диву даешься. Кто только не пытался завоевать наше государство! Но какая-то высшая сила хранит его, вопреки всякому здравому смыслу. Вот этой высшей силой заинтересовались наши заклятые друзья американцы. Они считают, что, раз они самые богатые и сильные, значит все, что есть в мире выдающегося, должно служить им и только им одним! Не секрет, что они наводнили планету «пустыми», не обеспеченными долларами на пятьдесят триллионов. Как только где-то начинают говорить о необходимости отказа от доллара, как международной валюты, тут же в этой стране появляются мятежники с оружием. А там уже и Дядя Сэм стоит за дверью с шестым флотом США. Помогают «борцам за демократию». Крах доллара означает исчезновение США как государства. Потому им нужна сила, чтобы держать всю планету за горло. Каким-то образом в их руки попала информация об этих камнях. Они тут же решили, что только они достойны познания достижений другой цивилизации, чтобы править нашей. Сейчас они на стадии подготовки операции «Прометей»! Как греческий герой похитил огонь у богов, чтобы принести его людям, так и они решили похитить у нас такой камень, чтобы через контакт дать знания своему народу. А скорее, узкому кругу избранных. Власти, безграничной и абсолютной! Вот все, чего им хочется!

– В общем-то, пустячок! – резюмировал Яша.

– Да уж! Загадал ты нам загадку! – поддержал его Олег.

– Теперь вы понимаете цену вопроса? – Борис посмотрел каждому из них в глаза. – Мне было доверено руководство контроперацией, чтобы не дать американцам осуществить свои планы. По нам, так пусть бы они лежали эти камни там, где их когда-то положили. Но позволять этим зажравшимся янки хозяйничать в нашем доме! Хрен им! Мы не Югославия! Мы ведь и по сопатке дать можем! – Он решительным жестом налил всем еще по стопке. – Будем мочить их везде! Как говорит наш Хозяин!

– Будьмо! – по-украински ответили Яша с Олегом!

К обеду все трое вышли из библиотеки слишком твердым шагом. Алина, уже сидевшая за столом, улыбнувшись, опустила глаза. Яша встал за ее спиной и, положив руки ей на плечи, сказал:

– Алиночка! Разреши тебе представить моего старого боевого товарища и друга Бориса Андреевича Горшкова.

– Очень приятно познакомиться! – сказала она, протягивая ему руку.

Как галантный кавалер, Борис склонился к ней и поцеловал ей руку.

– Алина! Теперь я понимаю Яшины терзания! – сказал он, глядя в ее лучистые глаза.

– Борька! – Яша показал ему кулак.

– Поверьте мне, старому разведчику! Такого мужика вы больше нигде не найдете! Он мой друг и я горжусь этим! И я искренне рад, что у него, наконец, появилась такая умная и красивая женщина!

– Э! Да вы, никак, нарезались, батенька! – Яша заботливо усадил его в кресло. – Вы тут начинайте без меня, а я тут мигом! – он незаметно мигнул Олегу и скрылся на кухне.

– Вы не поверите, Алиночка! Мы ведь с Яшкой и Олежкой еще вот с таких… – Он показал рукой где-то на уровне сидения кресла. – В смысле, под колючкой курсантами ползали! Какие были времена! – он мечтательно закрыл глаза. – А какими мы были орлами!

– Ну, какие они орлы, я уже имела возможность убедиться! – рассмеялась она.

– Что? Опозорились? – он удивленно посмотрел на нее.

– Нет! Что вы! Наоборот! Они мне такое мастерство показали, что кинобоевики рядом меркнут!

– Во! А я что говорил! – Борис уже почувствовал себя в роли свата. – Я вас с моей женой познакомлю! Маринка у меня мировая тетка! Люблю ее, как солдат Устав караульной службы! В смысле, строгая она у меня, но не злая! А если поглядит на меня ласково, так я для нее готов устроить переворот в любом конце земного шара!

– Боря! Вы прелесть! Можно я вас поцелую! – Алина, смеясь, подошла к нему и поцеловала в щеку.

– Ага! – раздалось за их спиной. – Достаточно выйти на минуту, как у меня уже пытаются увести невесту! – шутливо возмущенным голосом закричал Яша. – Все! Тебе конец, старый развратник! Скажу! Все скажу Маринке! Уж она тебе покажет, где раки зимуют! – злорадствовал Черноморец.

– Алина! Спасите честь старого джентльмена! Скажите этому убивцу, что это был невинный, братский поцелуй! – умолял ее Боря под откровенный смех Олега.

– Ну, тогда уж не братский, а сестринский поцелуй, потому что это я целовала, а не меня! – смеялась она.

Подав Борису фужер ярко красной смеси, Яша трагически прикрыл глаза рукой. – Изменщица! Все, я не могу так дальше жить на свете, с такою раною в груди!

Алина подошла к нему. Отведя руку в сторону, нежно поцеловала его в губы.

– Горько! – радостно закричал Борис, выпив содержимое фужера. – Я буду тамадой у вас на свадьбе!

– Горько! – поддержал его Олег, искренне радуясь за друга.

Молодые продолжали целоваться, не обращая внимания на подначки друзей. Когда они оторвались друг от друга, то по их физиономиям было видно, что они согласны на марш Мендельсона.

– Ты выйдешь за меня замуж? – глаза Яши горели лихорадочным огнем.

– Конечно! Глупенький ты мой! – счастливо улыбаясь, она опять припала к его губам.

Когда, наконец, все угомонились и стали обедать, Яша вполголоса спросил Олега: – Что она там говорила на счет глупенького? Кажется, я уже где-то это слышал!

– Колобок! Она же цитирует твою мудрую сестру!

– Да! Анютки явно не хватает за нашим столом! – вздохнул Яша и посмотрел на погрустневшее лицо Олега. – Ладно, брат! Прорвемся! Будет и на нашей улице небо в алмазах!

После обеда, по предложению Бориса, все направились в парк на прогулку. Погода была чудесная. Яркое солнце, пробиваясь сквозь зелень березовых кос, играло солнечными бликами на белой коре деревьев. Свежий ветерок шелестел листвой. Дышалось легко и приятно.

Махнув рукой на условности, все сначала уселись на зеленую травку, а потом, под влиянием силы земного тяготения, завалились на спину. Яша устроился головой на подогнутых ногах Алины. Ей тоже хотелось прилечь на лужайке, но жалко было пачкать новую блузку. Она медленно перебирала тонкими пальцами волосы на Яшиной голове. В этой идиллической тишине она вдруг поняла, что мужчины задремали. Тихонько опустив Яшину голову на траву, она встала и пошла вниз, к блестевшей сквозь листву реке. Как только она скрылась за деревьями, Борис открыл глаза:

– Эй вы, сони, давайте просыпайтесь! – голос у него был абсолютно трезвый. – Ползите сюда!

Олег с Яшей, перевернувшись на животы, подползли к Борису.

– Товарищ генерал! – прикрыв макушку левой ладонью и приложив правую к виску, Олег отрапортовал: – Полковник Князев и майор Черноморец по вашему приказанию приползли!

– Не майор, а уже подполковник Черноморец! – поправил его Борис.

– Шутишь? – недоверчиво уставился на него Яша.

– Какие шутки! Приказ о восстановлении на службе и о присвоении очередного воинского звания уже подписан и находится в кадрах! – он утвердительно кивнул головой. – Вот твое новое удостоверение! – он достал из нагрудного кармана новенькую глянцевую корочку.

– Лихо девки пляшут! – Яша хлопнул Олега по плечу. – Нужно срочно бежать в ларек! Обмыть это дело! – Он все еще недоверчиво вчитывался в текст удостоверения. – Слушай! Это что же получается? Еще позавчера утром, когда мы только выбрались на российскую территорию, ты тогда по телефону спросил мое согласие и сразу все оформил? – Яша удивленно посмотрел на Бориса.

– Обижаешь! Мы же фирма, а не шарашкина контора! Нам нужный человек важнее канцелярских инструкций. В конце концов, эти инструкции мы сами и пишем!

– Вот за что я люблю нашу Контору, так это за оперативность! С меня причитается!

– А теперь о деле! – Борис сразу посуровел лицом. – Возглавлять операцию непосредственно на месте будет Олег! Ты, Яша, назначен его заместителем! Я буду осуществлять координацию всех звеньев этой операции отсюда, из Москвы! Американцы планируют ряд отвлекающих акций на Юге, в Крыму. Там сейчас работают наши люди, совместно с местным отделением Крымского отдела Дэржавной Бэзпэки. Там ведь остались, в основном, наши старые кадры. Готовят к нейтрализации группу, которая должна начать провокацию против русских в Крыму! Не все так просто! Янки рассчитывают одним ударом двух зайцев убить! Видимо, не слышали нашей поговорки «За двумя зайцами погонишься…» Теперь по вам! Группа, с которой вы выдвигаетесь в интересующий американцев район, сейчас спешно формируется! Бойцов подбираем толковых и опытных! У американцев там тоже будут лучшие бойцы! Слишком большие ставки в этой игре! Ваша спецгруппа, под видом инженерного батальона, направляется к законсервированной лаборатории для подготовки ее к дальнейшей работе. Для всех это не лаборатория, а точка ПВО. Ваша задача: не допустить американцев на объект и не дать вывезти камень! Противника уничтожить, либо вынудить уйти ни с чем! Авиация и спутники вам там не помогут! Этот район в период тумана для любой электроники не прозрачен! Пять дней вам на поправку здоровья и вперед, за орденами!

– За лампасами! – уточнил Яша.

– Если будет, на кого их вешать! – задумчиво добавил Олег.

– Ты не каркай раньше времени! Сколько раз на тот свет собирались? – накинулся на него Яша. – А ничего, как видишь! Живы и здоровы!

– Надолго ли? – гнул свое Олег. – Меня смущает готовность руководства дать нам пряник любого размера! Похоже, что шансов у нас маловато! Или это не так? А, генерал!

– Да, риск большой! – Борис смотрел Олегу в глаза. – Но и ставки велики! Мне было сказано подобрать самых надежных и проверенных! Кому еще, кроме вас, я могу доверить тайну такого масштаба?

2

Группа полковника Дугласа в количестве тридцати человек уже третью неделю наматывала километры по лесам Каскадных гор. На границе штатов Орегон и Вашингтон, по мнению специалистов, был наиболее подходящий рельеф местности для отработки приемов передвижения по тайге и болоту со спецоборудованием. Был построен примерный макет русской лаборатории с охраняемым периметром. Отрабатывалось движение с грузом по реке Снейк. По мере отработки разных этапов операции, группа обеспечивалась новыми приборами, приспособлениями и экипировкой, которую буквально в считанные часы изготавливали различные закрытые научно-производственные центры США. Представители таких центров испытывали, дорабатывали и совершенствовали свои приспособления в спешном порядке. Время – деньги! Здесь это был не лозунг, а в прямом смысле принцип работы.

База спецподготовки диверсионных групп ЦРУ, недавно развернутая в охраняемой зоне предгорного массива, была оборудована по последнему слову. Имелся ангар для самолета, на котором группа отрабатывала выброску с реальным оборудованием, ночью, на незнакомую местность. Все десантники имели облегченные приборы ночного видения, помогающие им ориентироваться в ночной темноте. Портативные приборы связи между собой, приборы джи-пи-навигации размером не больше пачки из-под сигарет с постоянным спутниковым каналом и возможностью определить местонахождение любого члена группы. На каждое отделение имелось по несколько приборов обнаружения биологических объектов в не просматриваемой зоне. Поскольку в группе все бойцы были опытными профессионалами, то оружие и спецсредства им предоставлялись по индивидуальному заказу. На территории базы бойцы ежедневно проходили медицинский контроль и занятия со специалистами по психологической подготовке. На занятиях по технической подготовке они изучали методы пользованием различными приспособлениями и простейшими приемами их ремонта в полевых условиях. Контакты с местным населением и выход за территорию базы персоналу и членам группы, запрещены.

В кабинете начальника базы генерала Робсона, кроме него самого, находился ещё полковник Дуглас.

– Как думаешь, Майкл? – генерал подал ему стакан с глотком джина. – Не пойдут ли прахом все наши усилия в этой непредсказуемой стране – России?

– Меня тоже иногда посещает такая мысль, Джордж! – полковник встал во весь свой внушительный рост и подошел к окну кабинета. Глядя на вершины гор, покрытых белыми шапками снега, он не мог отделаться от ощущения, что этот вид ему чем-то напоминает Швейцарские Альпы.

– Сибирь даже самими русскими не очень любима. – Робсон встал рядом с ним. – Даже в дрожь бросает, когда пытаешься представить себе этот океан леса, в котором до сих пор нет дорог. Русские сами передвигаются там по временным зимним дорогам и по руслам рек. Эта операция – какое-то безумие. Проще вытащить какую-нибудь пирамиду майя из амазонских джунглей, чем свою задницу из Сибири.

– Джорж! – повернулся к нему Дуглас. – Мы – военные, и не можем обсуждать приказы. Наше дело – максимально подготовиться к тем препятствиям, о которых нам хоть что-нибудь известно. Хотя, при нынешнем развале в России, думаю, проще было бы купить интересующий нас объект.

– Возможно, ты и прав, но, насколько мне известно, этот объект теперь под контролем обоих президентов. Сам понимаешь, что ни о какой сделке здесь речи уже быть не может.

– То есть, ты хочешь сказать, что русские тоже не сидят, сложа руки!

– Думаю, что они тоже что-то предпримут в этом направлении!

– Да, но вся операция строилась на том факторе, что в этом районе сейчас нет людей.

– Возможно, мы много не знаем! От утечки информации никто не застрахован! Наверное, расчет делается на то, что русских ввели в заблуждение сроками нашей операции, и они прибудут туда, когда ваши следы уже остынут. Так раньше говорили краснокожие! – он рассмеялся, хлопнув полковника по плечу. – Работай, Майкл! Не знаю, что там будет насчет человечества, но у твоих людей точно будет дальнейшая безбедная человеческая жизнь.

– Если она вообще будет! – парировал Дуглас.

Последнее время Майклу все чаще вспоминалась родная Юта. Город с невысокими домами из красного кирпича, круглым фонтаном, в котором он с друзьями, впервые в жизни напившись, искупали местного помощника шерифа. Дом его семьи, в пригороде, был хоть и не очень большим, но очень уютным. Он помнил вечеринки, на которые собирались друзья родителей. Все приходили нарядные, красивые. Майкл, на одной из таких вечеринок заметил симпатичную девушку Молли, пришедшую с родителями. Она весь вечер проводила в обществе его сестер. Майкл узнал, в какой школе она учится, и старался каждый раз успеть встретить ее по пути из школы домой, как бы совершенно случайно. «Эх, молодость!» – он вспомнил, как дрался с мальчишками из школы, в которой училась Молли. Они считали, что с ней может дружить только парень из их школы! Через год родители Молли переехали в другой штат, и они потеряли друг друга из виду. Прошло еще лет шесть. Когда он уже заканчивал Вест-Пойнт, родители сообщили ему в письме, что Молли с родителями живет в Вашингтоне. Он тут же начал искать возможность повидать их. В один из ближайших отпусков поехал к ним в гости. Когда он увидел ее, то был ошеломлен ее красотой. Из симпатичного подростка она превратилась в расцветшую красавицу. Он и сам был недурен собой. Высокий, накачанный блондин в военной форме кружил голову многим девчонкам, но еще не успел окунуться в грязь жизни, видя ее, в основном, через сетчатое ограждение Академии. Весь отпуск он провел с ней, гуляя по паркам и скверам. Он никак не решался поцеловать ее, боясь разрушить их отношения. Он даже позволял себе обнять ее, как бы в шутку, но дальше, как юнец, не мог переступить черту. Какой он был идиот! Он потерял ее! В свой следующий приезд не застал ее дома. Она была на вечеринке, в одном из соседних домов. Майкл не утерпел и пошел туда. Каково было его потрясение, когда он увидел, как она целуется на веранде с каким-то щуплым парнем. Вначале он хотел прикончить их обоих. Но потом, отдышавшись, решил, что ломать свою жизнь из-за какой-то вертихвостки не стоит. Вернувшись в дом ее родителей, молча собрал свои вещи. На удивленный вопрос, куда он собрался, сказал, что поедет к своим, в Юту.

– А как же Молли? – удивленно спросила ее мать. Ведь они уже почти считали его своим зятем.

– Молли? Я ее очень люблю, но верить больше уже не смогу! Прощайте!

С тех пор он больше не пытался завести семью. Да, женщин в его жизни было немало, но такой, как Молли, он больше не встречал. Судьба бросала его с одного континента на другой. Из одного полымя в другое. Он заматерел, зачерствел душой, но в редкие моменты какого-то просветления перед ним всплывал образ любимой девушки и родного города, в котором, если Бог даст, он хотел бы встретить свою старость.

3

Ломая молодой подлесок, успевший вырасти на месте бывшей лесной дороги, машина инженерной подготовки своим клиновидным отвалом расчищала дорогу для следующей за ней колонны военной техники. Прошло уже три дня, как батальон полковника Князева выгрузился из эшелона на крошечной таежной станции. Распугав местных аборигенов, закрывшихся в своих избах, надымив соляркой и оставив в память о себе кучу пустых консервных банок, колонна поползла в тайгу, по одному им ведомому маршруту. Конечно, оставленный ими путь по местным меркам – целый автобан. Теперь она не один год будет служить местным жителям ориентиром, куда ушла колонна. Но задача сейчас стояла другая: не отдать врагу то, что наше! Вот и перемалывала гусеницами молодые деревца тяжелая, бронированная машина. Колонна растянулась на добрых полкилометра, и над ней в воздухе висел синий туман от выхлопа множества двигателей. Джип Князева шел теперь в колонне третьим от головы, по свежепробитой колее. Чем больше проходило по дороге техники, тем колея становилась глубже и шире. Идущие замыкающими БТР и гусеничный БМП буквально разглаживали дорогу своими плоскими днищами. Личный состав коротал время в дороге каждый по-своему. В кузовах транспортных Уралов, под брезентовым пологом, бойцы в основном спали под треск ветвей деревьев, раздвигаемых кузовами. В других машинах – где на гитаре играли, где в карты на щелбаны резались. Армейская жизнь текла размеренно, и ни у кого голова не болела о том, что им предстоит впереди. Как говорится – есть начальство, вот пусть оно и думает! Командир инженерного батальона подполковник Железин в данный момент являлся заместителем Князева по производству. Они были представлены друг другу буквально накануне погрузки в эшелон. Железина удивила постановка задачи, вернее, её примечание, в котором указывалось: в эту командировку слабых и новобранцев не брать! Тех, у кого демобилизация на подходе, тоже передать в другой батальон и взамен пополниться более-менее дисциплинированными бойцами. Своих, особо паскудных бойцов, тоже велено было сдать на время командировки под опеку старшины комендантского взвода полка. Численность людей и вооружения практически уже соответствовали мотострелковому батальону. Так что добрую треть личного состава командиры взводов должны были изучать уже на колесах. На весь личный состав было получено личное оружие. Теперь у офицеров и прапорщиков появилась дополнительная головная боль – как бы в дороге чего из оружия не потеряли. Некоторые из них помнили те времена, когда утерянный на учениях штык-нож могла искать целая дивизия. Это сейчас оружие вагонами исчезает, а потом всплывает где-нибудь на Кавказе или на Ближнем Востоке. Но особисты все равно всю душу вымотают, пока тщательно не разберутся и не накажут кого попало. Вот и треплют офицеры нервы бойцам. Достали построениями с проверкой наличия оружия и боеприпасов на каждом привале. Железин, со своим начальником штаба и заместителем, ехали в новом, ранее не виданном джипе «Тигр». Это детище Нижегородского автозавода с успехом могло заменить броневик в бою. Хваленый американский Хаммер рядом с ним выглядел безобидным котенком. Еще на трех Тиграх ехали бойцы спецназа Князева. Еще часть спецназовцев ехали в машинах со спецоборудованием для их группы и вооружением.

– Слушай! Неужели американцы полезут на нас? – Яше явно хотелось поговорить.

– Думаю, что полезут! Раз колесо завертелось, то теперь уже не остановить! – Олег глянул на монитор спутниковой навигации. Введенная в память компьютера старая карта района размещения станции теперь как бы проецировалась на их нынешний маршрут движения. – Меня волнует другой вопрос! С чем эти заклятые друзья заявятся к нам, и каковы будут потери? Ведь там не пацаны будут, а опытные профи!

– Да! Загадал нам Боря загадку!

– Ладно! Разгадывать на месте придется, тем более что нам остался один переход до этого Белого Омута! Мне говорили, что местные этим Омутом своих детей пугают, а старики при упоминании этого места крестятся!

– Значит что-то там явно не в порядке! Народ, он зря пугаться не станет! – Яша покачал головой. – Хотя, предки специально отваживали своих и чужих от святых мест.

После очередного привала, на котором технику заправили топливом, а бойцов горячим обедом из полевых кухонь, колонна пошла на последний переход к своей цели.

Уже начинало смеркаться, когда головная машина выбралась из тайги на небольшое каменистое плато на краю обширной долины. Сверху не было видно, что там, внизу. Белый туман, как плотное одеяло, лежал ниже краев этой гигантской чаши. Казалось, что там, внизу, варится какой-то адский обед.

Всю технику выстроили в один длинный ряд. Личному составу объявили отдых, за исключением тех, кому предстояло дежурить в карауле. Провели краткое совещание офицеров, на котором было обращено внимание на работу с людьми по соблюдению строжайшей дисциплины и высокой бдительности при несении караульной службы.

Солдаты между собой уже вели разговоры о том, что их ведут в какое-то гиблое место, но потом, храбрясь друг перед другом, сводили все к шутке. Некоторые вспоминали старые байки, как часового ночью задрал медведь и от того утром нашли только несколько кусков тела. Естественно, что, заступая в караул, да еще на ночь, бойцы сами, проявив инициативу, обмотали весь периметр стоянки со стороны леса проволокой и навесили на неё пустых консервных банок. В нарушение Устава гарнизонной и караульной службы часовые дослали патрон в патронник автомата и не поставили его на предохранитель. Лагерь ночью разбивать не стали, решив утром поточнее определиться на местности. К самой базе нужно было еще подойти, снять ее с охраны и, лишь удостоверившись в безопасном проходе через охраняемую зону, вводить туда личный состав и технику.

Некоторые офицеры не спали, сидя на теплых капотах грузовиков и куря сигареты. Они о чем-то разговаривали между собой вполголоса, глядя на колышущийся внизу в свете звездной ночи синий туман. Во взводе связи о чем-то запели девичьи голоса.

«Да! Не сладко молодым, здоровым девкам болтаться со своей техникой по просторам родной страны. Им бы сейчас в уютном доме своих детишек спать укладывать, а не кукушками век свой куковать!» – подумалось многим. Командовал этим взводом пожилой капитан Ерохин Иван Митрофанович. За глаза его девчата называли просто Митрофаныч, на что он никогда не обижался. Офицеры его в шутку называли бабий царь! Маленький, круглый, как шарик, с добродушным лицом, на котором красовался нос-картофелька, иногда любил показать свою строгость перед своими подчиненными, после чего, в неформальной обстановке, девки, прижав его своими крепкими грудями к машине, начинали тискать, но любя, как своего плюшевого мишку, который у них, у многих, имелся в тайне друг от друга. Он застенчиво отбивался от их плотоядных рук и намеков. Вырвавшись из их цепких ручек, грозно подкрутив пышные усы, грозился наказать их со страшной силой. Девки хохотали, а он, махнув на них рукой – Бабы дуры, что с них взять! – уходил играть в карты с офицерами и прапорщиками. Особенно ему импонировал здоровенный старший прапорщик Слепченко Иван Алексеевич. Уже в годах, он сохранил свой чёрный кубанский чуб, который всегда торчал из-под козырька фуражки, по казацки сдвинутой на правое ухо. Новомодные кепки он не любил. Кулаки у него были размером с детскую голову, но он умудрялся иногда удивлять сослуживцев тонкими поделками и сувенирами. По нему сохли все девки Ерохина. «Как Иван Алексеевич глянет своими цыганскими глазищами, так враз ноги отнимаются!» – делились подруги между собой.

Вот и сегодня, пристроившись на ящике из-под макарон и повесив шахтерский фонарь на дуге брезентового полога грузовика, в кузове собралась теплая компания. Кроме Ерохина и Слепченко, завсегдатаями их маленького клуба были два старших лейтенанта, которые уже до пенсии так и не надеялись стать капитанами. Маленький и щуплый, в затемненных очках и с пышными усами Александр Михайлович Королев, и его вечный оппонент – невысокий, коренастый, с красной физиономией записного выпивохи Василий Николаевич Ковзик. Он единственный в этой компании не носил усов. У него всегда, в каком-нибудь тайнике настаивалась ядреная брага, которой он по-братски делился с другими жаждущими. Стукачей не любил и мог наговорить гадостей любому начальнику, в любой обстановке. Единственное, что его спасало, это его умение выжать из личного состава максимум результата, сколько бы здоровья ему это ни стоило. Но бойцов зря не обижал. Иногда вместо наряда на службу мог дать кулаком в морду.

Подав снизу, под задний полог, трехлитровый бутыль браги, Вася с Сашей влезли в кузов Урала.

– Ну, что, господа, – начал Василий, потирая ладони, – предлагаю первый тост, за прибытие к месту назначения! Вон сколько отмахали через буреломы!

Народ, согласно кивнув головами, одновременно стукнулся алюминиевыми кружками. Брага, приятно пощипывая языки, как острый квас, потекла в желудки, одновременно освежая и слегка пьяня.

– Ох, и хороша у тебя, Вася, брага! – довольно загалдели мужики.

– Ну, дык! Фирма веников не вяжет! – отозвался польщенный бутлегер.

Королев, поправив указательным пальцем очки на переносице, достал свой рабочий блокнот и ручку. Отработанным движением разграфил лист на четыре колонки и хлопнул на крышку ящика колоду карт.

– Первый круг обязаловка! – как всегда напомнил он играющим. – За очко по копеечке!

– Ну, не на щелбаны же играем! – традиционно вскинулся Василий.

Два Ивана молча ухмыльнулись этой обычной перебранке и стали следить, как Санек шустро начал раскидывать карты. Игра пошла своим чередом, и брага в бутыли стала постепенно исчезать. На «бочке» оказались сразу трое. В минусах сидел Ерохин, уже прикидывая, кому и сколько он будет должен. Сегодня повезло Василию!

– Партия, господа! – торжественно объявил он, раскрывая веером «длинную» черву с марьяжем. Королев начал подсчитывать, кто кому и сколько будет должен. Василий разлил по кружкам остатки браги.

– За победу! – провозгласил он тост.

Где-то, почти рядом с машиной, бахнул одиночный выстрел из автомата. От неожиданности некоторые поперхнулись. Слепченко первый выключил фонарь и с пистолетом в руке вывалился из кузова на землю. За ним попрыгали остальные. Сначала ничего не было видно, пока глаза не привыкли к темноте. Где-то рядом слышалось рычание и какой-то скулеж. Когда глаза стали различать предметы в полумраке, все оторопели. Здоровенный медведь, завладев автоматом часового, прижал его к груди и, стоя, пятился к лесу. Он рычал на перепуганного насмерть бойца, вцепившегося в ремень автомата. Упираясь пятками сапог в землю, тот скулил от испуга, но выпустить ремень, видимо, боялся. Правда, неизвестно, кого больше – медведя или старшины.

Видя, как этот местный хозяин тайги пытается похитить штатное оружие у его бойца, Иван Алексеевич осерчал. Он подскочил к медведю и нанес ему такой удар кулаком в ухо, что мишка выронил автомат и медленно завалился на бок!

Со всех сторон уже бежали разбуженные солдаты и офицеры. Придя в себя от неожиданности, Ковзик поднял вверх руки, призывая толпу к спокойствию и, громко объявил:

– Чистая победа нокаутом присуждается русскому богатырю Ивану Слепченко!

Все засмеялись, а потом зааплодировали Ивану. Он в это время, сноровисто завернув медведю лапы за спину, связывал их альпинистским тросом. Ерофеев заматывал скотчем зверю морду, а Королев – задние лапы.

– Что здесь такое? – раздался голос комбата Железина. Все расступились, давая дорогу командиру. Обойдя связанного медведя, маленький Железин подошел к здоровенному Слепченко, виновато переминающемуся как медведь с ноги на ногу.

– Вань! А ты его случайно не насмерть зашиб? – и, как бы удостоверяясь в силе Слепченко, похлопал ладошкой по его могучей груди.

– Та не! Товарыш подполковник! Сердце у него стучит, так шо он живой! – и опять потупил глаза.

Олег с Яшей, а вслед за ними бойцы спецназа, незаметно подойдя к месту происшествия, тихо потешались, глядя на эту картину.

– Докладывай! За что ты его так? – Железин показал рукой на медведя.

– Та он жеж, падлюка, хотел автомат у часового отобрать! Вот я ему и врезал! – оправдываясь, пробурчал Иван.

– А ну, дыхни! – приказал командир, показывая пальцем Ивану, чтобы тот наклонился.

– Та ну шо вы, ей-богу!.. – прапорщик мялся, явно не желая дышать на командира. Он уже мысленно обматерил и часового, и этого злополучного медведя.

– Значит, так! Медведя на цепь, часового заменить. Утром, перед построением, часовому вместе со Слепченко ко мне! Дежурному по лагерю – развернуть крайние машины вдоль ряда и фарами всю ночь освещать опушку леса. Всем разойтись! Отбой!

Толпа, обсуждая и смеясь, стала расходиться к своим машинам.

– Это же надо! Зверь запаха оружия не побоялся! И на кой хрен ему вообще автомат понадобился? Здесь вроде бы не Кавказ! – шептались бойцы в кузове грузовика. – Медведь, он тоже человек, только лесной! Ты видел когда-нибудь медведя без шкуры? Натуральная голая баба, только раскинувшая ноги! Вот те Крест! – божился боец в другом кузове.

– Батальон, подъем! Выходи строиться на утреннюю физзарядку! Форма одежды номер два! – заорал дежурный по батальону. Солнышко уже показалось верхним краем над горизонтом. Серо-голубая от серебристой росы тайга еще дремала, а возле машин уже начиналась утренняя суета. Бойцы быстро подбегали к периметру у самых деревьев. Ещё зевая от утреннего сна, мочились на ближайшие кусты и, не спеша, шли строиться на площадку перед шеренгой машин. – Дистанция между шеренгами два шага! Середина – сержант Мамочкин! – Юный, розовощекий паренек поднял вверх руку, подтверждая, что он и есть середина строя. – Вправо-влево! Разомкнись! – не унимался дежурный по части.

Бойцы, вытянув руки в стороны, стали расходиться на интервалы, позволяющие не мешать друг другу при выполнении физических упражнений.

– Первый комплекс физических упражнений делать на-чи-най! Раз, два, три, четыре…

Над полевыми кухнями уже витали ароматы завтрака. Отдельные шустрые личности, оглядываясь, уже успели нагрузить котелки гороховым пюре с кусками мяса.

Вряд ли бы кто из бойцов ел такое на гражданке, но только в Армии это блюдо получается особенно вкусным. Шипели и айкали от обжигающих пальцы трех кружек с чаем, на которых горкой громоздился белый хлеб, на нем уложены шайбы масла, а на них – куски сахара. Это в одной руке! Три котелка с горохом в другой руке! И – бегом к машине своего командира! Каптёрщик! Вроде как личный адъютант старшины роты! В Армии охраняется неписаным Законом! Даже офицеры смотрят на них сквозь пальцы. Жаль, что после революции отменили должность денщиков. Вот и вынуждены гадать господа прапорщики, зябко кутаясь в бушлаты: принесет или не принесет им завтрак каптёрщик? Самим ходить не солидно! Если каптер «правильный» хытрый еврей, то обязательно принесет! А нет – значит, скоро пойдет, глупый, в общий строй! Там бойцы ему припомнят рваные кальсоны и старые портянки! Поэтому своему старшине он несет отдельно двойную порцию! Поэтому хлеборез в хозвзводе обязательно окажется его земляком! У авторитетного старшины каптер никого не боится, даже офицеров!

Старшие офицеры, от майора и выше, завтракали отдельно. Старшина хозвзвода уже успел поставить дощатый стол и две скамьи в стороне от основного места расположения батальона. Вместо скатерти – белая простыня. В центре – пустая гильза от зенитного снаряда с букетом местных цветов. Большой алюминиевый бачок с разводягой, т.е. черпаком по-армейски. На столе – пластиковая посуда и новенькие алюминиевые ложки. Рядом с бачком полуведерный чайник со сладким кофе из личной заначки старшины! Белый хлеб, еще ночью испеченный в полевой пекарне, с коричневой корочкой. Тарелка с горкой кружочков масла и непочатая коробка сахара. Именно в такие моменты умный старшина зарабатывает себе очки и баллы! Все очень скромно, но со вкусом! А какой вид открывается на освещенные утренним солнцем горы, опоясывающие долину, покрытую туманом! Молодец! Даже пейзаж выбрал с умом!

– Доброе утро! – подошедшие к столу полковник Князев и подполковник Черноморец поздоровались за руку с ожидавшими их старшими офицерами батальона. Поскольку рядом никого из подчиненных не было, Олег решил, не откладывая в «долгий ящик», провести совещание. После того, как они позавтракали, и бойцы из хозвзвода убрали посуду со стола, Олег достал из планшетки карту и расстелил ее на столе.

– Кто хочет, можете курить! – разрешил он. Придвинувшись поближе, шестеро офицеров стали рассматривать карту местности.

– Валерий Алексеевич! – обратился Олег к Железину. – Временный лагерь развернем здесь, где сейчас стоим. Справа, в ложбинке, имеется ручей, текущий в долину. Место расчистить, сделать каскад запруд. В верхних брать воду для питья, в нижних можно мыться личному составу.

– Ясно, понял! Товарищ полковник! – отозвался комбат.

– Лагерь обнести временным частоколом. Леса море и бойцам будет занятие! Для часовых сделать вышки! – Олег хмыкнул, вспоминая ночное происшествие. Вслед за ним заулыбались все присутствующие.

– Я со своими бойцами ухожу вниз, на разведку. Если связи не будет, но потребуется помощь, дам три красные ракеты. Если все нормально, то в пятнадцать ноль-ноль дам одну зеленую. Отсутствие ракеты до шестнадцати часов означает готовность к боевым действиям. Занять круговую оборону и выслать разведку «на броне» вот к этому месту… – он обвел карандашом место на карте. – Здесь находится наш объект! Старшим в отряде за меня остается подполковник Железин! У кого есть вопросы? Нет? Тогда старшину Слепченко пришлите сюда! Валерий Алексеевич, останьтесь! Остальным готовиться к построению!

Грузно переваливаясь с ноги на ногу, к их столу подбежал запыхавшийся Слепченко. Доложив о прибытии, выжидательно уставился своими чёрными, навыкате, цыганскими глазами на Князева. Он не знал, чего можно ожидать от этого крепкого, светловолосого, как нормандский викинг, полковника.

– Здравствуйте! Присаживайтесь, Иван Алексеевич! – Олег показал на место за столом напротив себя. Посмотрев на всякий случай на Железина, Слепченко осторожно присел на скамейку, как бы боясь сломать ее своим грузным телом.

– Чего с мишкой делать думаете? – улыбнувшись, спросил его Олег.

Сняв фуражку, Иван пригладил чуб огромной смуглой ладонью, как бы в раздумье.

– А шо с ним делать? Дать по шее, шо бы в следующий раз неповадно було, да и видпустыть в лес. Пусть домой чешет! – без всякой улыбки, серьёзно предложил он.

– А как вы это себе представляете? – вмешался Железин. – Может, пристрелить его?

– Да ну! Шо вы? – вскинулся Иван. – Я же его с оружием в руках! Тьфу, блин! В лапах! Взял в плен! Он же не враг! Можно сказать – военнопленный! За шо же его под расстрел? – кипятился Иван.

Переглянувшись, командиры рассмеялись.

– Ладно, Иван Алексеевич! Будь по вашему! Но пару автоматчиков, для страховки, все же возьмите!

– Есть! – подскочил Иван со скамейки. – Разрешите идти!

– Идите!

Под хохот всего отряда, уже построившегося повзводно на утренний развод, старший прапорщик Слепченко вёл медведя, держа его рукой за загривок. Медведь шел на задних лапах, так как передние были связаны за спиной. Пасть зверя была закручена скотчем, и несчастному пленнику только и оставалось, что, втянув голову в плечи, следовать туда, куда вела его могучая рука старшины. Зам командира по работе с личным составом капитан Давыдов бежал почти рядом, безостановочно снимая эту сцену на цифровую видеокамеру. Бойцы втихаря тоже успели нащелкать себе фоток, храбрясь и обнимая связанного медведя. Ты чё! Память о Сибири!

Отведя его за периметр лагеря, старшина поднял прут и стал стегать мишку по заднице. Медведь смешно подпрыгивал при каждом ударе и пытался вырваться из стальной хватки Ивана. Разрезав веревки на стянутых за спиной лапах медведя, старшина ещё разок стегнул его прутом – для придания ускорения. Мишка подпрыгнул и побежал на задних лапах. Видимо, передние затекли от долгого держания за спиной. С морды ленту потом сам сдерет! Долго еще окрестные горы отражали хохот сотен глоток.

– Отряд, равняйсь!

Вся масса солдат одновременно повернули головы направо. Гомон стих и наступила мертвая тишина.

– Смирно! – во все горло скомандовал дежурный по лагерю офицер.

– Равнение на середину! – Четко чеканя шаг, он подошел к Князеву, стоящему впереди группы старших офицеров. Красиво выполнив поворот «напра-во!» и вскинув ладонь правой руки к козырьку фуражки, звонко щёлкнул каблуками: – Товарищ полковник! Личный состав для развода построен! Дежурный по отряду старший лейтенант Борисов! – Сделав два шага в сторону, он четко повернулся лицом к строю.

– Здравствуйте, товарищи! – громко произнес Олег.

– Здравия желаем, товарищ полковник! – одновременно рявкнули несколько сотен глоток. Эхо четырежды повторило приветствие над долиной.

– Командирам подразделений! Проверить наличие личного состава, оружия и доложить! Вольно!

После доклада офицеров и прохождения торжественным маршем мимо начальства, начался рабочий день на новом месте. В разведку Олег взял с собой Яшу и командира группы спецназа – майора Овчаренко. Диму они знали еще с курсантских лет и доверяли ему безоговорочно. Будучи классным специалистом по противодиверсионной работе, он имел привычку изредка выпить. Выпив, мог подраться с кем угодно, за что дважды был на грани увольнения. В последнее время остепенился и ждал выхода на пенсию.

На двух Тиграх они с пятью бойцами медленно стали спускаться по едва заметной на каменистой поверхности дороге вниз, в туман. Тяжело переваливаясь на промоинах и камнях, машины медленно двигались по пологому склону. Чем ниже, тем туман становился реже и светлее. Наконец они выехали из тумана и оказались как под потолком огромного зала. Дальний конец округлой долины едва различался, сливаясь с общим желтоватым фоном окружающих гор. Сама долина зеленела необычным, бирюзовым цветом. В дальнем краю долины была видна река и небольшое озеро, образовавшееся когда-то из-за падения огромного куска скалы, перегородившего русло. Кое-где в долине виднелись островки сосен. Подняв мощные бинокли к глазам, офицеры осматривали долину. Они пытались рассмотреть объект, но пока ничего не видели в том месте, где он должен был находиться. Лишь огромный кряжистый дуб, служивший ориентиром на карте, подсказывал им, что место они определили верно. Продолжив путь, через полчаса они подъехали к табличке, прикрепленной к деревянному столбику. От времени он уже немного покосился, но еще стоял, пугая своей надписью: «Стой! Назад! Впереди запретная зона! Охраняется фотопулеметами!» Сверху красовался череп с костями. Вправо и влево от столбика они увидели ещё такие же столбики, уходившие вокруг воображаемого периметра базы с интервалом в двадцать пять метров. В подтверждение слов на табличке невдалеке белели ребрами скелеты нескольких крупных животных. Возле одного из них валялись выбеленные временем большие, ветвистые рога.

– Наверное, медведь в погоне за лосем влетел в запретку! – по волжски окая, заметил Овчаренко.

– Похоже на то! – согласился Олег. Он достал висевший у него на шее ключ-жетон и, сделав три шага вперед, за столбик, остановился. Пошарив ногой, нашел крышку небольшого люка. Сняв пластиковый чехол с люка, Олег вставил в щель жетон. После щелчка крышка упруго откинулась. Под ней оказался стальной контейнер, на стене которого имелись несколько механических кнопочных кодовых замков. Олег помнил, что, дважды допустив ошибку на каком либо этапе, он может стать причиной взрыва большой мощности. Проектировщики заложили ещё несколько таких бункеров, рабочая функция которых переходила от одного к другому после самоуничтожения предыдущего. Только посвященный человек знал их местонахождение и последовательность их включения. Олег на память никогда не жаловался, но сейчас нервничал, стараясь не ошибиться при наборе заученных кодов. Наконец, над щитком загорелась зеленая лампочка. Под ней была табличка «Проход открыт!». Олег вылез из люка и, отряхиваясь от пыли, махнул рукой остальным.

Два джипа не спеша двигались за идущим впереди Олегом. Внимательно осматриваясь, он двигался в сторону ворот в сетчатой изгороди базы. Изгородь на бетонных столбах до половины скрывалась в высокой траве. По всей её высоте и сверху была закреплена спираль Бруно с острыми шипами. На створках ворот висел самый банальный амбарный замок. Ударом приклада автомата Князев сбил петлю, к которой был прицеплен замок, и распахнул створки ворот.

Рядом с ним встали Яша и Дима. Они молча осматривали сооружение, скорее напоминавшее обычный холм. Вот только замаскированные щели пулеметных гнезд да некогда покрашенные в цвет местности танковые башни на бетонных основаниях грозно застыли по четырем углам холма. Они красноречиво говорили о том, что объект здесь, под землей, более чем серьёзный.

Ближе к вершине холма под толстой капроновой сетью была замаскированная тарелка спутниковой связи. Что самое неожиданное, они заметили, что она двигается.

– Ни хрена себе! – свистнул Яша. – Да! Военная техника у нас всегда была впереди планеты всей! Это от чего же она питается?

– Может быть, у нее автоматическая дизель электростанция! – предположил Овчаренко. – Упало напряжение в батареях – она сама заводится! Зарядилась – выключилась!

Ответ они получили, взобравшись на вершину холма. Там они обнаружили под маскировочной капроновой сетью большой кратер. Его склоны были выложены чёрными плитами солнечных батарей.

– Вот вам и ответ! – Олег стал осматривать территорию базы сверху. – Постоянный источник подпитки!

Он обратил внимание, что огромный дуб, для которого здесь явно было не место, не его климатическая зона, тем не менее, был зеленым и на вид совершенно здоровым. – Странно! Очень странно! – произнес он вполголоса.

– Ладно, мужики! Пойдем внутрь! – он первым стал спускаться по склону холма вниз.

Став спиной к холму, он посмотрел на какие-то одному ему известные ориентиры. Сделав шаг в сторону, он еще раз посмотрел куда-то и, повернувшись к холму, стал всматриваться в траву. Наконец он заметил изогнутый металлический штырь. Потянув за него, он с трудом откинул крышку щитка, заросшую травой. Внутри коробки стали видны клавиши. Олег вставил в щель свою пластинку, и клавиши засветились зелёным цветом. Он набрал код и стал ждать. Через несколько мгновений где-то рядом, под травой, что-то стало происходить. Разрывая травяной покров, на склоне холма появилась вертикальная прямая трещина. С каждым мгновением она становилась все больше и больше. Наконец все увидели две большие створки, в точности повторяющие поверхность сферы. Они как скорлупа разошлись в стороны, открыв проход к внутренним воротам. Рядом с воротами, на щитке, Олег опять набрал комбинацию цифр, и ворота медленно раздвинули свои створки. Прямо перед ними был высокий коридор, по которому мог бы пройти железнодорожный вагон. Это явно был транспортный проезд к центру сферического здания. Направо и налево расходились коридоры обычных размеров. Возможно, это был один кольцевой коридор. В нем виднелись двери в помещения, расположенные радиально к центру. Свет в коридорах не горел. Осматривать их сейчас Олег особой нужды не видел. Он продолжил движение по транспортному коридору к центру сферы. Еще одни ворота. Он опять повторил манипуляцию с пластинкой и кодом. Когда ворота открылись, взору военных предстало большое цилиндрическое помещение с куполом в вышине. Автоматически включилось аварийное освещение, и они увидели то, ради чего прибыли сюда. На мраморном, гладком постаменте стоял каменный куб. Издали он показался большим. Только подойдя к нему, они сообразили, что он ниже их. Примерно полтора на полтора метра. Поверхности его были шероховаты, но совершенно правильной формы. В остальном – камень, как камень. Сверху в нем было сферическое углубление, как чаша.

– Даже не верится, что из-за этого куска камня сейчас начинают тайную войну два сильнейших государства мира! – Олег провел рукой по его поверхности.

Яша тоже, видимо, испытывал шок от удивления, недоверчиво ощупывая камень. Он вопросительно посмотрел на Князева. Тот, пожав плечами, не стал комментировать увиденное. Потом, не спеша, Олег вместе с Черноморцем и Овчаренко обошли по кругу весь зал. Вдоль стен располагались запылившиеся научные приборы, кино и телекамеры. Здесь же на столах стояли устаревшие модели компьютеров и валялись какие-то бумаги.

В одном месте они обнаружили мощный японский погрузчик, явно рассчитанный на перемещение камня. На противоположной стороне от ворот, через которые они вошли, они увидели рельсы. Они начинались где-то под постаментом, на котором стоял камень, и уходили под створки закрытых ворот.

– Видимо, это запасной выход, к берегу озера! – предположил Овчаренко.

– Пора обратно! – нарушил тишину Князев.

Все молча направились к выходу, поглядывая на каменный куб. Даже у Яшки-балагура что-то совсем испортилось настроение.

Выйдя из здания, все облегченно вздохнули, радуясь солнечному свету.

– Ну, чего молчите? – Олег посмотрел на Яшу и Диму.

– Я думал, что такой фигней только американцы в своих боевиках страдают! – заявил Яша. – Камень как камень! Неужели из-за него сейчас должны порезать друг друга куча парней?

– Вот и я о том же! – согласился Олег.

– Слушайте, а чего здесь дуб стоит? – Овчаренко, уперев руки в бока, смотрел на могучее дерево. – Странно! Оно растет как бы на персональном бугре. Пойдем, глянем?

Обойдя лабораторию слева, они направились к дереву, росшему буквально в сорока шагах от лаборатории. К нему пришлось взбираться вверх метра на три, по крутому склону. Перед деревом была площадка, диаметром пять – шесть метров, заросшая травой.

– Шикарное место! – дал свою оценку Яша.

Действительно! Под сенью ветвей могучего великана было уютно, как в шалаше. Примерно в центре площадки они разглядели в траве камни. По форме они напоминали параллелепипед. Посередине каждый был как бы протерт, завальцован. Так бывает со ступеньками лестниц в старых домах. Внимательно приглядевшись, они нашли еще такие же камни, лежащие по кругу. В центре круга ничего не было. Почти. Но Дима, старый следопыт, нащупал углубление. Просто трава его закрыла. Десантным ножом он стал быстро срезать траву, и вскоре всем открылось квадратное углубление. Его размеры, похоже, соответствовали размерам камня, находящегося в лаборатории. – Вот оказывается где его родное место! – улыбался Дима, довольный своим открытием.

– Значит, это – священный дуб наших предков! А на таких камнях вокруг алтаря восседали волхвы, общаясь с Богом! – Олег с удивлением посмотрел на своих друзей. – Вы представляете, что мы нашли! Это же доисторический храм! А камень служил им алтарем! Они вроде бы разводили на нем огонь и резали белого петуха!

– Вот это да! – покачал головой Яша.

– Ну что же… Предлагаю по примеру наших предков сесть в круг и подумать! Кстати! – Олег посмотрел на часы и, выйдя из-под кроны дерева, выстрелил вверх зеленую ракету. – Это чтобы Железин не волновался! Предлагаю начать заседание! – сказал он, усаживаясь на камень.

– Вопрос первый, доисторический! Что делать? – объявил Черноморец.

– Действительно! Нужно как-то избежать человеческих жертв! По возможности! – добавил Овчаренко.

– Давайте думать! Но недолго! Нам уже пора возвращаться! – Олег посмотрел на часы.

– А что, если… – Яша поднял указательный палец кверху, – нам просто… – Он поманил друзей к себе пальцем и что-то им сказал, когда они прижались головами друг к другу. После этого они распрямились, и какое-то мгновение смотрели на Яшку. – Пусть американцы тащат его домой, и там изучают, хоть до седьмого пришествия! – махнул он рукой.

– Яшка! Ты гений! – Олег порывисто обнял его и чмокнул в щеку.

– Ну, ты голова! – Дима по-дружески ткнул его кулаком в плечо.

– Все, братцы! По коням! Детали обсудим в лагере! – Олег еще раз окинул взглядом территорию базы и побежал вниз, с холма, к поджидавшим их возле двух Тигров бойцам.

Приведя всю систему защиты базы опять в рабочее состояние, они с легкой душой направились к своему временному лагерю.

4

Группа полковника Дугласа прибыла на одну из норвежских военно-воздушных баз, где должна была дожидаться команды на начало операции. Внезапно поступила информация о том, что в районе выброски спутниками обнаружена воинская часть русских. План операции практически был на грани срыва. Все понимали, что группа не выполнит задание, но уже раскрученная военная машина остановиться не могла. Слишком большие ставки уже были сделаны, и на эту операцию потрачены огромные средства. Необходимо было хотя бы попытаться перестроиться на ходу.

К вечеру из Вашингтона военным спецрейсом на базу прибыл генерал Генри Хьюз.

– Майкл! Мы с тобой знаем друг друга уже много лет! – генерал курил, откинувшись на спинку глубокого кресла начальника базы. – Не хотелось бы подставлять твою шею под топор, но, видимо, испытать судьбу придется! С Конгрессом шутки плохи! За такие суммы придется отчитываться! Сам понимаешь… операцию уже никто отменять не станет! – он стряхнул пепел с сигары в пепельницу.

Майкл задумчиво смотрел на флаг Норвегии, установленный за креслом начальника базы. – Главный фактор – внезапность, мы уже утратили! Если русские уже там, значит, они ждут именно нас? Добровольно лезть в этот капкан подобно самоубийству! – голос его звучал глухо.

– Не мне тебе говорить о долге и присяге! – генерал тоже чувствовал себя неловко. – Но мы с тобой не дети! Обратного пути у нас нет! Если тебе это поможет, то знай, что русские почему-то тоже не входят непосредственно на сам объект. Что там происходит – непонятно! Спутник не фиксирует передислокацию воинской части к самому объекту. Мы можем попробовать организовать нападение исламистов на саму часть, а вы тем временем попытаетесь забрать груз и уйти. Конечно, нам нужно хотя бы еще несколько дней для изменения планов, но, думаю, что попытаться стоит. Это лучше, чем ничего!

– Хорошо! Но русские могут вызвать подмогу, блокировать район, закрыть Обскую губу своими кораблями! Что делать тогда? – Дуглас внимательно посмотрел на Хьюза.

– Мы уже думали над этим! Специалисты НАСА считают вполне реальным с помощью спутников заблокировать всю радио и проводную связь этого района на несколько часов. Мало ли какие атмосферные явления могут повлиять на связь. Пусть потом разбираются!

5

За прошедших семь дней временный лагерь отряда Князева, благодаря опыту офицеров и прапорщиков, проявивших смекалку и фантазию, стал похож на древнерусскую крепость. Бойцы тоже увлеклись этим делом, потому что когда фантазию людей не ограничивать жесткими рамками целесообразности, то они могут такое понастроить, что только диву даешься! Современная техника существенно сократила сроки работ, на которые у наших предков уходили месяцы и годы. Среди личного состава нашлись потомственные плотники, умеющие работать не только со шведскими бензопилами, но и с обычным топором. Особенно здесь выделялись вологодские мастера. Каждому плотнику выделили в помощники по целому отделению солдат. Деревянная стена, высотой почти в пять метров, опоясала всю площадку, на которой размещался парк машин и палаточный городок. На флагштоке уже развевался трехцветный российский флаг. Границы плаца и дорожки между палатками были выложены камешками. Над воротами со стороны леса высились две башни, соединенные крытым переходом. Деревянные ворота под аркой были достаточной высоты для прохода крупной техники. На углах территории уже поднимались срубы башен с островерхими крышами-шатрами. Ближе к парку автотехники – каждый взвод – строил себе по большой избе-казарме. Штабная изба, с комнатами для старших офицеров на втором этаже, была почти подведена под крышу.

Ручей, протекающий по краю лагеря, был перекрыт несколькими запрудами. От верхней запруды были отведены пластиковые трубы к казармам, возле которых мастерили простейшие умывальники. В дальнем углу территории, где стена проходила у края обрыва, сделали солдатский туалет.

Взводу связи было выделено отдельное место на территории, ближе ко вторым воротам, выходившим в сторону долины. Для девушек бойцы расстарались поставить красивый терем в два этажа. В пристройке для них сделали душевую и теплый туалет. Машины связи размещались невдалеке от них, с уже поднятыми и развернутыми антеннами. Тарахтящий дизель-генератор показывал, что они уже на дежурстве.

Работа кипела во всех углах лагеря. Старшины, не желая ударить «в грязь лицом», крутились, как заводные, подбадривая своих бойцов. В каждой роте, если поискать, найдутся свои художники, резчики, архитекторы. Если раньше такой боец ходил тише воды, ниже травы, то сейчас, когда дело выдвинуло его на первые роли, и остальные бегом выполняли любое его распоряжение – о-го-го! Да он был готов работать двадцать четыре часа в сутки! Даже после ужина, когда все должны были заниматься личными делами, то там, то тут опять начиналась работа, и остальные, не желая уступить пальму первенства, тоже продолжали трудиться. Хозвзвод строил склад и свою избу. Повара и пекари, собрав свои полевые кухни в одно место, строили временную летнюю столовую. И так до вечерней поверки! Группа спецназа тоже не сидела, сложа руки. Целыми днями, взяв с собой сухпаек, они обследовали окрестности долины. На карте Князева появлялись все новые подробности и уточнения. Были определены наблюдательные основные посты-секреты, на которых теперь – по два человека – дежурили бойцы спецназа. Другого пути в долину, кроме как через расположение отряда, не было, если не считать реку. Она притекала из расселины в горах и опять вытекала из озера через горный каньон. Выявили интересный эффект. Туман над долиной создавал радио щит, как изолирующая прокладка между пространством над и под туманом. Портативные рации бойцов отлично работали на расстоянии, втрое превышающем их заявленный радиус действия при условии, что все рации, участвующие в сеансе связи, находятся ниже кромки тумана. Иногда туман исчезал. Вместе с ним исчезал радио барьер, и связь работала между нижними и верхними рациями без всяких помех. Между ближайшим к лагерю постом и самим лагерем бросили линию полевой телефонной связи – на случай, когда туман разделял радио уровни. Олег вместе с взводом солдат старшего лейтенанта Королева наводил порядок на законсервированной базе. Начали пока с внешнего благоустройства. Расчистили дорожки, скосили траву, подправили ограждение. Внутрь Олег пока решил никого не пускать, кроме ограниченного круга посвященных лиц.

Бойцы, однажды случайно услышавшие, как Черноморец с Овчаренко в разговоре между собой назвали Олега князем, подхватили это прозвище. Вскоре даже офицеры и прапорщики между собой Олега иначе, как Князем, не называли. Комбата между собой они давно называли Железом, а теперь еще и Князь добавился. Вообще, в Армии, как и в школе, училище или тюрьме, коллектив быстро дает емкие прозвища. Эти прозвища потом следуют за человеком по его жизни, кочуя вслед за ним неведомым образом. Вот и Яша скоро услышал, как кто-то в разговоре назвал его Колобком, а Диму – Головкой. В свое время, когда они ещё были курсантами, Дима был сержантом – командиром отделения, и любил передразнивать курсантов во время поверки. Когда старшина называл фамилию очередного курсанта, названный должен был крикнуть «Я!». А Дима, со своим волжским акцентом, низким голосом добавлял «Головка от… сто тридцатого!» Так за ним и закрепилась кличка – Головка от сто тридцатого. Самым непонятным делом занималась группа из трех бойцов-каменотесов, которых Железин выделил Князеву в полное его распоряжение. Они несколько дней искали нужный камень, потом привезли его в лагерь и в отдельной палатке занимались его распиловкой, а потом обработкой. Спали и ели они там же. Сидевший на чурбаке очередной спецназовец отгонял особо любопытных. В целом им никто не докучал. У всех и так была строительная горячка.

Уже прошла неделя, а из Центра всё не поступало сигнала о начале движения со стороны американцев. Что-то у них не заладилось.

Ночью, когда весь отряд, за исключением часовых, спал, Князев вместе с группой спецназовцев при помощи манипулятора погрузили каменное изделие на грузовик и увезли вниз, на научную базу. Туман был плотный, и можно было не опасаться спутников-шпионов. К утру Олег вернулся довольный и завалился спать до обеда. Черноморец, вместе с начальником штаба батальона майором Голованец, занимались планированием размещения огневых точек и учебных занятий с личным составом по отражению атаки вероятного противника. Ежедневно, в строго отведенное время, очередной взвод тренировался оборонять свой участок стены. Распределялись сектора для стрельбы. Периодически производилась пристрелка местности, тем более что после массовой вырубки лес отдалился от стен лагеря на сотню метров. Сучья и ветки сжигали, а пни мощная техника вырывала из каменистого грунта играючи. Вскоре было расчищено пространство, на котором можно было разместить футбольное поле. Вдоль леса и по всему периметру вокруг лагеря натянули колючую проволоку и растянули сеть МЗП. Запутавшемуся в ней человеку даже штык-нож не поможет. Петли намертво затягиваются на той части тела, которой неосторожный нарушитель зацепится за МЗП. Пройти по ней можно. Но это очень медленный и сложный процесс. И только днём! Инженерная подготовка местности была проведена на солидном уровне. Тут уж Голованец показал себя, как настоящий мастер. На этой почве он близко сошелся с Овчаренко, который тоже был старым мастером по устройству всяких хитроумных ловушек и сюрпризов.

Наконец, как-то за ужином зампотех батальона майор Усачев предложил дать название их гарнизону, ставшему похожим на древнерусскую крепость.

– А что? Это идея! – улыбнулся Князев. – Я за! Кто против?

Всем тоже понравилось это предложение. После жарких дебатов, было решено назвать крепость «Ключ». Заодно уж решили придумать и герб крепости – медведь с ключом и автоматом в лапах. Из каждого подразделения вызвали лучших художников, и через час уже были готовы первые эскизы герба. Особенно всем понравился эскиз, на котором бурый медведь, стоя во весь рост, одной лапой наступил на ключ. В передних лапах у него автомат. Сам медведь изображен на фоне русского миндалевидного щита с золотой каймой. До пояса медведя фон щита – алый. От пояса и до плеч – синий, а ещё выше – белый. Получился российский триколор.

– Во, блин! Почти как у Единороссов! – констатировал Яша.

– Действительно! Попахивает партийной символикой! – согласился Железин. – Может быть, оставить просто алый фон?

– Согласен! – Олег повернул к себе эскиз. – Под алым стягом не только Советские солдаты воевали. Это был еще цвет стягов князей Киевских, защищавших русскую землю! – высказался Олег. Наутро был готов большой резной герб крепости Ключ. На утреннем торжественном построении отряда было оглашено имя крепости. После того, как герб был укреплен над воротами, был дан двенадцатикратный салют из тридцати автоматов. Эхо салюта долго металось над долиной, отражаясь горами.

По такому случаю начальник медицинской службы батальона капитан Игорь Соболев выделил из своих запасов два литра спирта. Конечно, на всех офицеров получилось по капле, но главное – обмыли! После ужина устроили танцы с девушками из взвода связи, а перед вечерней поверкой – скромный салют. Зато все по протоколу! Кроме освящения батюшкой. Ну, негде его здесь было взять! На топографической карте района появилась надпись «Ключ» и дата основания крепости.

Шустрые бойцы уже успели вырезать трафареты с гербом крепости и нашлепать его краской на двери своих машин.

6

Погрузка бойцов группы полковника Дугласа на три бомбардировщика Эф сто семнадцать «Стэлс» заняла почти весь день. Оборудование и снаряжение группы тщательно проверялось по спискам. Проверялась целостность упаковки и отсутствие следов повреждений при транспортировке. Каждый сотрудник четко отвечал за свою работу и не отвлекался на другие дела. Такая отправка спецгруппы, по ответственности, немногим уступала запуску «Шаттла» на орбиту Земли. К вечеру погрузка была закончена. Все акты и накладные подписаны. Самолетам невидимкам осталось только принять на борт самих десантников.

Построившись в шеренги по десять человек перед каждым самолетом, рядовые и сержанты терпеливо ждали, пока полковник Дуглас еще раз посмотрит на каждого. Те немногие ветераны, которые воевали с полковником не первый год, знали этот ритуал и лениво цыкали на нетерпеливо скулящую молодежь.

– Еще успеете получить свою пулю! – охлаждали их пыл «старики». Им самим было немного не по себе. Одно дело, как говорят русские, калымить в Гондурасе. И совсем другое дело – гондурасить на Колыме! Правда, им предстояло лететь поближе, куда-то в сторону Воркуты, но, по-русски говоря – хрен редьки не слаще! О Сибири им с детства рассказывали только то, что это необозримые массы дикого леса, где нет людей, и бродят стаи свирепых медведей. Это дикая и необузданная страна. В память их портативных джи-пи приборов спутниковой навигации, имевшиеся у каждого десантника, уже были введены координаты населенных пунктов в предполагаемом районе выброски. Со слов инструкторов они, в большинстве своем, уже были необитаемы. Перестройка, уничтожившая Советский Союз, разрушила коммуникации, обездолила людей, живших и работавших в этих отдаленных от цивилизации местах. Чтобы как-то выжить, они были вынуждены бросать свое имущество и, как многие беженцы на просторах бывшего Союза, проклиная Горбачева и его перестройку, спасаться бегством в более цивилизованные районы страны.

Многие бойцы, крестясь по-католически, мысленно просили Бога даровать им удачу и возможность вернуться домой невредимыми.

– Парни! – обратился к ним полковник Дуглас. – Мы с вами отправляемся на очень важное задание! Каждый знает свою задачу! Среди вас нет новичков! Вы – лучшие из лучших! Америка смотрит на вас и надеется, что вы принесете ей в своих руках ту священную силу, которая поможет уничтожить всех ее врагов! С нами Бог! Начать погрузку в самолеты! – полковник еще раз по привычке встряхнул плечами, проверяя плотность закрепленного на нем снаряжения. Через несколько минут в наушнике зазвучали доклады командиров групп о том, что группы к взлету готовы. Глянув последний раз на Норвежские скалы, Майкл перекрестился и полез в кабину головного бомбардировщика.

Взлет! Перегрузка придавила плечи к спинке сидения, и в желудке немного заворочалось. Майкл знал, что это ощущение пройдет через несколько мгновений. Низкое полярное солнце било прямо в глаза, и он поспешил опустить чёрную солнцезащитную шторку шлема. Самолеты чёрными камбалами, выполнив разворот, взяли курс на Северный полюс, чтобы по большой дуге зайти с Севера на нужный им объект. В Полярных водах уже дежурили ракетный крейсер и подводная лодка ВМС США.

Пошел отсчет времени начала операции «Прометей». В Москве услышали радиосигнал своего агента и включили счётчик времени.

Дежурная связистка в крепости Ключ тоже встрепенулась. Аппаратура защелкала разными реле и мгновенная точка импульса, посланная из радиоцентра Купавны под Москвой, стала разворачиваться в бумажную ленту секретного сообщения. Началось!

Средства ПВО Уральского военного округа засекли три военно-транспортных самолета, двигающихся с Юга на Север. На радиозапрос был получен кодовый сигнал «Свой!» Над просторами нашей огромной страны, в воздухе находились сотни самолетов, несущих в своих фюзеляжах грузы для нефтяников и военных, спецслужб и бандитов. Раз свои летят, значит, так надо! На экранах станций РЛС, развернутых на двух ближайших к крепости Ключ горках, тоже заметили эти самолеты!

Тишину над долиной Белого Омута, разорвала сирена воздушной тревоги. Бросая работу, солдаты и офицеры, хватая на ходу оружие и снаряжение, бежали на свои, заранее определенные огневые позиции. Спецназ, запрыгнув на броню БТРов, умчался вниз в долину, занимать исходные позиции. Возле каждой башни на стене встали бойцы с трубами ПЗРК «Стрела-2м». Весь не задействованный персонал связи и медпункта переместился в заранее подготовленный подземный бункер, готовясь принимать раненых. Через двадцать минут закончились последние доклады по рации Князеву о готовности к бою от командиров подразделений.

Связавшись по спутниковому телефону с генералом Горшковым, Олег доложил обстановку. Неясным оставалось только то, что самолеты ждали с другой стороны, но к встрече готовы!

Гул самолетов возник постепенно. Отражаясь от соседних гор, он блуждал, сбивая гарнизон с ориентира. Наконец, кто-то первый, смотрящий в бинокль на башне, вытянул руку, показывая в небо на юг от крепости. Все устремили взгляды в белёсое небо, пытаясь разглядеть летящие самолеты. То, о чем шептались между собой бойцы, втайне считая это бредом, сейчас начинало обретать реальные черты в виде ползущих по небу толстых транспортных самолетов. Вот от них потянулись цепочки черных точек, и в небе стали вспыхивать белые облачка раскрывшихся парашютов. Личному составу гарнизона объясняли, что их задача – расконсервация и охрана объекта особой государственной важности, но чтобы кто-то реально собирался на него нападать? Казалось бредом!

Тем временем парашютисты спускались все ниже и ниже. Часть из них относило ветром от крепости в тайгу, а часть все-таки опускались на расчищенную от леса площадь. Некоторые из парашютистов, еще будучи в воздухе, открыли огонь по бойцам, стоящим у бойниц на стенах крепости. Ответного огня не было. Во-первых, не было такой команды, а во-вторых, никто еще серьёзно не воспринимал нападающих. «Возможно, это учения!» – так думали многие.

Олег, приложив мощный бинокль с лазерным дальномером, рассматривал летящий десант. Что-то ему подсказывало, что это не профессиональные бойцы. Уж точно не американцы, за это мог поручиться. На наш, российский ВДВ они тоже не тянут. Прослужив не один год инструктором в ДШБ, он знал все приёмы управления парашютом при ведении огня с воздуха на землю. Этому нужно учиться, а здесь явные дилетанты. Огонь ведут не прицельно, вращаются, и видно, как некоторые автоматные очереди прошили своих же, летящих ниже парашютистов.

– Во даёт десантура! – Иван Слепченко передвинул каску на затылок, наблюдая, как первые приземлившиеся отчаянно барахтаются в проволоке МЗП. – Ну, этих теперь только со спецножницами достать можно! – он достал беломорину и закурил, пряча папиросу в огромный кулак. Все с интересом наблюдали за десантом.

Первые пули ударили в бревна, откалывая щепки.

– Они шо, сдурели? – Иван чуть не выронил папиросу. – Боевыми шпарят! Так ведь и убить можно кого-нибудь! – На всякий случай он присел, показав рукой своим бойцам сделать так же.

Олег вдруг увидел то, чего никак не ожидал. На головах у парашютистов были зелёные повязки! И лица! Он уже видел такие черные бородатые лица в Чечне. Да! Но где Чечня, а где мы? Бред какой-то!

Прощелкавшие пули по броне стоявшего рядом БТРа, наконец, развеяли его сомнения. Перед ним был враг, и этот враг стрелял по нему. Набрав код Горшкова, он доложил о десанте моджахедов. На том конце провода наступила пауза.

– Олег! – в голосе Бориса слышалось сомнение. – А если это отвлекающий удар? У тебя все готово для встречи основных гостей?

– Там все готово! Мешать будем не сильно, а так, для пущей достоверности! Все! Перезвоню позже! – он выключил трубу телефона и, передав её капитану Ерохину, достал из кармана не большую черную рацию.

– Тайфун! Ответь первому!

– Тайфун на связи! – отозвалась рация голосом Овчаренко.

– Дима! Смотри в оба! Похоже, нас отвлекают от основных гостей!

– Вас понял первый! Жду своих гостей!

Сунув рацию в нагрудный карман, он достал вторую и скомандовал.

– По атакующему противнику, прицельно, короткими, огонь! Но никто не стрелял по наступающему противнику! Это только кажется, что легко стрелять во врага. На полигоне ты знаешь, что перед тобой лист фанеры, в который нужно попасть, но в человека? Особенно, если ты к нему не испытываешь злости?

«Ладно! Кому-то нужно начинать! А то будет как в Афгане! Моджахеды не обстрелянных бойцов, смеясь, резали как баранов. Хотя в руках у этих солдат были автоматы!» – Олег сплюнул и, махнув Черноморцу и Железину рукой, следовать за ним, полез на стену.

– Делай, как я! – заорал он на ближайших к нему бойцов. – Огонь! – Он методично, как в тире, короткими, по два выстрела очередями, стал валить одну бегущую фигуру за другой.

Чуть дальше от него на стене, ударили автоматы Черноморца и Железина. Слева от ворот, с башни, ударил пулемет Слепченко. Рядом с его головой ударила пуля. Отколов большую щепку рассекла ему кожу на лбу. У соседней амбразуры охнул и осел боец. Пуля попала ему в плечо.

– Санитары! – заорал Иван. В момент, когда он оглянулся, пуля, выпущенная снайпером, ударила его не в лицо, а сзади, в каску. Она бамкнула по железу и рикошетом ушла в сторону. От удара пули у Ивана загудело в голове, но это только прибавило ему злости.

– Ну, черножопые! – он помахал им своим кулачищем.

С опушки леса по защитникам крепости ударили пулеметы. Видимо подтянулись из леса те боевики, которых отнесло ветром. Укрывшись за поваленными деревьями, они целенаправленно вели огонь по башням крепости, где находились пулеметы и гранатометы.

Вот с правой, угловой башни, бабахнул выстрел гранатомета. Снаряд, мелькнув белой звездой, ударил в кучу стволов, из-под которых тарахтел пулемет. Взрыв разметал поваленные стволы деревьев. Там, видимо, мало никому не показалось!

На поле перед крепостью бегущих больше не было. Нападавшие, кое-как окопавшись, залегли, и вели перестрелку с солдатами крепости.

7

Зуммер, прозвучавший в кабине бомбардировщика, заставил проснуться дремавших десантников. Замигавшая лампа подняла их со своих мест. Надев кожаные перчатки и опустив на глаза очки, парни выстроились у бомболюка. Створки пошли в стороны. Вытолкнув платформы со спецоборудованием, они дружно посыпались из самолета. Парашютов пока никто не раскрывал. Электронное табло на дисплее наручного компьютера показывало высоту семь тысяч футов. Раскинув руки и ноги, как опытные спортсмены, они парили над зелёным океаном тайги. Вслед за ними, вытянувшись клином, как журавли, парили ещё две группы. Платформы со спецоборудованием должны были раскрыть свои парашюты лишь на высоте полутора тысяч футов. А пока парни парили, как птицы в небесной синеве, поражаясь тому, что тайга выглядит как застывшее зеленое море. Здесь не было ровных мест. Каждая волна плавно переходила в следующую. Справа от них желтели склонами Уральские горы. Вернее, их северная часть. Бесконечной грядой они уходили куда-то на Юг. Чем ниже спускалась группа, тем отчетливей становились небольшие горные массивы, как бы соседствующие с основными, некогда величественными, но теперь уже разрушенными временем и ветрами.

– Сокол, Сокол! Я Филин! Вижу внизу зону сплошной облачности! – зазвучало в таблетке-наушнике Дугласа.

– Филин! Сбор группы по маяку! – Майкл дернул кольцо, и над его головой раскрылся парашют-крыло. Он не спеша начал кружить над тем местом облака, куда ушли платформы с оборудованием, перед этим хлопнув куполами автоматически раскрывшихся парашютов. Чертов туман был похож на тучу, которая заплыла в гавань но, не имея заднего хода, так и застряла в ней. На входе в горлышко этой гавани, между двух крутых склонов был виден деревянный форт. Перед ним и возле его стен иногда вспухали фонтаны серой пыли и сверкали вспышки автоматных выстрелов. «Отлично! – подумал Майкл. – Русским сейчас не до нас!»

– Внимание всем группам! Напоминаю! Предельное внимание при спуске в тумане! – он немного волновался, не зная, что ждет его внизу. Пробив плотное облако, он вдруг увидел под собой долину с рекой. На берегу темного и, видимо, глубокого озера – совершенно идеальной круглой формы холм. Чистые дорожки вокруг него говорили о том, что здесь уже начали наводить порядок. На вершине холма он разглядел замаскированный сетью кратер, выложенный плитами солнечных батарей. Кроме того, он заметил толстый, как белый прожектор, локатор обнаружения движущихся целей. Дуглас стал планировать прямо на сам холм, готовый в любую секунду открыть огонь по любому появившемуся человеку. Время от времени оглядываясь, он видел, как в разных местах из тучи выскакивают все новые и новые десантники его группы.

– Внимание всем! Я Сокол! Первая группа следует за мной! Вторая и третья готовят оборудование и ждут команду для прохода на объект! – он с все нарастающим волнением ждал, что сейчас они могут оказаться в ловушке. – Хоть кого-то должны были русские оставить для охраны объекта?

Ответ он получил через несколько минут. Одна из платформ упала на охраняемую зону. За ней спланировали сразу трое десантников. На глазах остальной группы разыгралась трагедия. Ближайшая танковая орудийная башня развернулась в сторону упавшей платформы и сделала всего один выстрел. Прямо в цель! Только куски полетели. Взрывной волной перекрутило купола парапланов и трое десантников упали рядом с местом взрыва. Тут же, из скрытых в холме бетонных щелей, заработали пулемёты. Они крошили человеческие тела, пока те не перестали шевелиться. Опять наступила тишина, нарушаемая эхом отдаленного боя.

– Господи! Прими их души! – перекрестились все десантники.

– Не раскисать, парни! – подал голос Майкл. – Гоу, гоу! Время наш враг и наш союзник! Шевелите задницами, если не хотите оставить их здесь навечно! – подгонял он своих людей.

Группа работала четко и слаженно. Те, кто были с ним, в первую очередь отсоединили кабель локатора наведения. Они быстро спустились с холма, втыкая в разных местах электроды с вмонтированными датчиками. Обходя вокруг холма, они отметили те места, где под коркой травяного слоя скрывались ворота внутрь сооружения. На мониторе компьютера, после расшифровки сигналов, полученных с датчиков-электродов, возникло смоделированное пространственное изображение помещений внутри холма. На модели также были указаны блоки управления воротами. Найдя и открыв один из них, Дуглас вставил пластину сканирующего устройства в щель для чипкарты и стал следить за мельканием цифр на дисплее. Наконец, цифры остановились, раздался щелчок, и створки замаскированных ворот медленно поползли в стороны.

– Дик! Ищи комнату оператора! Нужно отключить это чертово оружие! – Майкл посмотрел на крупного чернокожего сержанта. Тот молча показал два пальца и ткнул ими в сторону двух бойцов. Подняв автоматы на уровень глаз, они побежали на полусогнутых ногах вдоль стен правого коридора, по пути быстро осматривая каждое помещение.

Вторую группу Дуглас послал в левый коридор. Через насколько томительных минут поступил доклад от первой группы. Комната центрального управления огнем найдена. Аппаратура обесточена.

– О’кей, Дик! Возвращайтесь! – Полковник подошел к пульту последних ворот. Сканер и здесь сработал без осечки. Группа некоторое время всматривалась в темную глубину круглого зала. Наконец их глаза стали различать в центре зала нечто, накрытое тканью. Осветив на всякий случай все стороны помещения, они осторожно приблизились к предмету, стоящему на пьедестале. Дуглас показал пальцами «Внимание! Опасность!». Оставшись вдвоем с Диком Хэндэрсеном, лучшим сапером в их группе, Майкл начал тщательный осмотр постамента. Не хотелось нарваться на сюрприз от русских. Под пьедесталом они обнаружили тележку на стальных колёсах, стоящую на рельсах. Рельсы уходили под ворота, в сторону озера. Каких либо взрывных механизмов под пьедесталом не обнаружили. Осторожно отводя края ткани и заглядывая под неё на случай тонкой растяжки, он увидел бок каменного куба. Неидеально ровная поверхность его слегка искрилась в свете фонаря. На самом верху камня, под торчащей пирамидой материей, полковник обнаружил пустую бутылку из-под водки и пустую консервную банку из-под кильки в томатном соусе.

– Да! Похоже, водка у русских выше Бога! – он в сердцах запустил бутылкой об стену.

– Филин – Соколу! Как обстановка? – запросил он по рации командира второй группы.

– Судя по шуму, бой продолжается! Но мне кажется, что мы не одни. Сэр?

– Заводите платформы внутрь! Обеим группам занять круговую оборону вокруг объекта! – сейчас Дуглас думал о времени.

Платформы оказались упрощенными машинами для перевозки грузов. Десантники быстро приставили к осям платформы колеса, воткнули простейшие рулевые колонки с небольшими рулями и, запустив крошечные дизеля, помчались по дороге к воротам базы. Каждая группа бежала за несколькими платформами, нагруженными с горой всяким оборудованием. Ворота оказались закрученными просто на проволоку. «Русские! Что с них взять!» – пронеслось в голове десантника, управлявшего первой платформой. Сходу протаранив ворота, он въехал под свод сооружения. Заметив в сумраке жесты фонариками первой группы, въехал в центральный зал. Следом за ним вкатились еще четыре платформы. Десантники второй и третьей группы разделились. Вторая заняла позиции по кругу у основания холма, а третья заняла круговую оборону по краю кратера с солнечными батареями на вершине холма.

Вскоре со стороны озера в холме начали раскрываться вторые ворота. Для альфовцев майора Овчаренко это был сигнал к началу боевых действий. С трех сторон к холму стали двигаться люди в бронежилетах. Они открыли огонь по американским десантникам на предельной дистанции, вынуждая их открыть ответный огонь. В перестрелке пока участвовали только парни из третьей группы, так как противник им был виден сверху. Альфовцы залегли, продолжая тревожить американцев автоматным огнем.

«Хорошо, что озеро не дает русским подойти с этой стороны!» – думал Дуглас.

Его парни уже смонтировали хитроумную конструкцию, внутрь которой был помещен каменный куб. Над каркасом, внутри которого размещался куб, располагался небольшой, но мощный двигатель с ресурсом работы на пять часов. Высокооктановое топливо находилось внутри самого каркаса и в двух, автоматически сбрасываемых пластиковых емкостях. Над двигателем через вершину конструкции выходил вал, на котором крепился рабочий винт с двумя широкими, но очень легкими углепластиковыми лопастями. Над ними, как шляпа гриба, размещался контейнер с парашютом. Из каркаса в сторону торчала углепластиковая труба с топливом, на которой крепился рулевой винт, приводимый в движение углепластиковым валом, похожим на тонкую трость, продетую в петли на трубе. Под конструкцией был закреплен плоский широкий контейнер с надувным плотом. Фактически, это был беспилотный, одноразовый минивертолет с выдающимися летными качествами. Небольшой микропроцессорный блок, управлявший сервоприводом маршевого винта, был сориентирован на кодовый радиосигнал, подаваемый с ракетного крейсера ВМС США, дрейфующего в нейтральных водах. Полет мини вертолета также отслеживался спутниками, чтобы точно вывести его в точку, где его подберет лежащая на грунте в Обской губе подлодка.

«Все! Время вышло! – он нервно посмотрел на часы. – Хоть бы шальная пуля не испортила геликоптер!» – подумал он.

– Запускаем! – подал он команду.

Десантник, ещё раз бегло проверив конструкцию, щелкнул тумблером. На корпусе процессора загорелась зелёная светодиодная лампочка.

– Все системы в порядке! Сэр! – доложил он Дугласу.

Через несколько секунд равномерно замигала синяя лампочка.

– Сэр! Сигнал наведения принят! Разрешите запуск? – он держал в руке шнур ручного пуска двигателя.

– Давай, Фрэнк! Стартуй!

Винт как бы нехотя стал раскручиваться над головой пригнувшегося Фрэнка. Но вот двигатель подхватил топливо, и лопасти стали раскручиваться с нарастающим свистом. Вся конструкция сначала качнулась вперед, замерла и вдруг неожиданно быстро стала подниматься вверх по пологой траектории, в сторону Севера. Ещё миг, и геликоптер исчез в облаке. На некоторое время, пока он взлетал, стрельба прекратилась. Все смотрели на его взлет.

– Благодарю тебя, Господи! – перекрестился Майкл.

Теперь настал черед эвакуации группы. Из больших резиновых мешков десантники извлекли и раскатали большие, надувные катера типа «Зодиак». Надувные борта катеров были из кевларовой ткани, и с успехом отбрасывали пистолетные и автоматные пули. Столкнув их на воду, парни быстро закрепили на них сзади пластиковые транцы, на которые навесили необычные моторы «Джонсон» из углепластика. К каждому мотору прилагался компактный аккумулятор емкостью до трехсот ампер-часов. В лабораториях НАСА уже есть малыши емкостью до тысячи ампер-часов. В зависимости от выбранной одной из пяти передач вперед или трех назад, определялся расход электроэнергии двигателем. В самом экономном режиме, на пятой передаче, электромотор мог работать до двух суток. В самом форсированном, скоростном режиме, запас хода составлял десять часов. За такое время катер мог пройти расстояние до четырехсот километров. Но главная особенность лодочного мотора состояла в том, что он ещё мог работать и на любом горючем топливе. В этом случае электродвигатель переходил в режим генератора и заряжал аккумуляторы. Топливо хранилось в кевларовых мешках. От непогоды можно было укрыться под надувным пологом, накрывавшем катер от носа до кормы. Для рулевого в полог был вшит прорезиненный капюшон. Просунув голову в отверстие и надев капюшон, сам рулевой оставался в тепле под пологом.

– Уходим! – скомандовал Дуглас по рации.

Отработанным приемом первая группа, побросав в катер оружие и снаряжение, быстро погрузилась в него и отошла от берега на несколько десятков метров, удерживаясь против течения электромотором. Прикрывшись бортами катера, они взяли под прицел подходы к холму, откуда могли появиться альфовцы. Под прикрытием первой группы быстро погрузилась и отошла от берега вторая группа. Они также развернулись для огневого прикрытия третьей группы, которая через несколько минут присоединилась к ним. Они уходили без продовольствия, погибшего на взорванной платформе.

Вспенив воду, катера красивым веером развернулись вниз по течению и устремились к стремнине, бурно огибающей упавшую скалу.

Альфовцы Овчаренко, выбежав из-за холма, постреляли американцам вслед, для острастки и, когда те скрылись за поворотом реки, устало опустились на траву для перекура.

– Первый! Первый! Ответь Тайфуну!

– Первый на связи! Как себя чувствуют наши гости? – ответил Олег.

– Гости ушли довольные! – отозвался Овчаренко.

– Хорошо! Молодцы! Проводите их!

– Ясно! Понял! Начинаем проводы! – Дима поднял своих людей и, вытянувшись в длинную цепочку, они бегом устремились на Восток от холма. Через пять часов ускоренного марша, они оказались по ту сторону горы. Уже порядком уставшие, бойцы спецназа достигли площадки, где их ожидали два армейских вертолета. Сходу погрузившись на борт, они взяли курс на Северо-восток, вдоль русла реки, по которому, вспенивая воду, неслись три катера.

8

День клонился к закату. Перестрелка между нападающими и гарнизоном крепости продолжалась. Иногда из лесу вылетал снаряд гранатомета и бил в стену или башню крепости. Тогда на головы защитников крепости летели куски бревен, раня и калеча людей. По тому месту, откуда был произведен выстрел, мгновенно отвечали выстрелом один или несколько гранатометов из крепости. Тогда уже в лесу взрывом валило деревья и в воздух взлетали тучи камней.

Олег понимал, что нужно что-то предпринимать, но контратаковать противника, укрывшегося в лесу, по открытой площади считал не целесообразным. Это могло привести к лишним человеческим жертвам. Он опять связался с Горшковым по спутниковому телефону.

– Борис Андреевич! Гости ушли довольные! У них есть потери три человека, но думаю, что для такой операции это можно считать большой удачей с их стороны! Думаю, что они своим уже доложили! Группа Овчаренко следует параллельно им, имитируя преследование!

– Хорошо! Понял! К вам направлен батальон ВДВ! Они уже должны быть на подлёте! Свяжитесь с ними и скоординируйте свои действия! Выясните, чьи люди участвуют в нападении.

– Ясно! Понял! До связи! – он выключил телефон и взобрался по лесенке в кузов машины связи.

– Установите связь с батальоном ВДВ. Они должны быть уже на подлете к нам! – Взяв трубку полевого телефона, связался с одной из радиолокационных станций: – Что у вас видно с горы?

– Видим группу самолетов, идут курсом на нас! Время подлёта – семнадцать минут!

– Хорошо! Это наш батальон ВДВ! Наводите их на район распадка в лесу, позади нападающих!

– Товарищ полковник! Связь с десантом! – симпатичная девушка прапорщик подала ему микрофон переговорного устройства. Из динамика через потрескивания ясно зазвучал мужской голос.

– Земля! Земля! Я воздух! Прошу на связь!

– Я земля! На связи! – ответил Олег. Ему показалось, что голос говорившего ему очень знаком. Вспомнил! Это же Андрюха Калинин! Они вместе воевали в Югославии, а два года назад он проходил курсы усовершенствования в их спеццентре. Водки тогда они попили прилично!

– Калинин, ты что ли? – неуверенно спросил Князев.

– Олежка! Ну, етишкин кот! А я слышу твой голос и своим ушам не верю! – обрадовано отозвался Андрей. – Доложи обстановку! А то сам знаешь, как у нас обычно ставят задачу!

– С трех транспортов на нас сбросили около трехсот боевиков. Судя по зеленым повязкам на голове, видимо, моджахеды. Несколько раз пытались взять штурмом нашу крепость, но мы их отбили. Сейчас они занимают позиции по краю леса. Ведем перестрелку!

– Что предлагаешь?

– Предлагаю! Десантировать батальон в восьмом квадрате. Это в трёх километрах в тылу моджахедов. Там, в распадке, мало деревьев. Потом ударим по противнику с двух сторон.

– Добро! Понял! Твои РЛСки уже ведут нас на цель! До встречи на земле!

К ночи основная часть противника была уничтожена. Пленных согнали в дальний угол крепости и, наспех соорудив колючее заграждение, выставили часовых. Раненных боевиков уложили в большой санитарной палатке и также выставили часовых. Затушив горевшие бревна разрушенных взрывами башен, личный состав после проверки отпустили по казармам. Черные от копоти и усталости люди валились спать, как только переступали порог своих помещений. Всю ночь горел свет в медсанчасти, где раненных, по возможности, оперировали, зашивали и перевязывали, готовя к утренней отправке вертолетами на Большую землю. Своих убитых уложили в ряд вдоль края плаца и накрыли простынями. Восемнадцать человек убитыми и почти пятьдесят раненными потерял отряд за этот день. Десантники потеряли вдвое меньше, но это тоже были тяжелые потери.

Когда в тылу противника завязался бой, из крепости выкатились два БТРа и две БМП. Поливая огнем из своих крупнокалиберных пулеметов позиции противника, они не спеша катили к лесу, прикрывая броней группы атакующих солдат. Добежав до опушки леса, солдаты, как учили, дружно забросали гранатами ближайшие заросли и залегли. Когда волна огня и осколков прошла над ними, они быстро поднялись и, стреляя с ходу, стали продвигаться вглубь леса. За сегодняшний день эти парни стали мужчинами! Они познали цену человеческой крови и ненависти к врагу. Мстя за убитых друзей, они добивали раненных моджахедов, которые, глядя на них звериными глазами, кричали – Аллах акбар! Пленных не брали. Спастись удалось только тем, кто сдался десантникам или скрылся в лесной чаще. Десантники тоже особо не милосердствовали, но под окрики офицеров, нехотя, гнали пленных к месту сбора. По возможности они старались хорошо попинать мужиков в зеленых повязках. Старые счёты за Кавказ. Там десантников попавших в плен, эти бородатые ребята резали как баранов, наслаждаясь их муками и демонстрируя, друг другу отрезанные головы бойцов.

В штабе отряда всю ночь не спали. Подсчитывали потери, допрашивали пленных и планировали свои действия на завтрашний день. По согласованию с Центром, личный состав батальона будет вывезен вертолетами, после отправки раненных и убитых. Пленных под охраной на машинах довезут до железной дороги и передадут стрелкам конвойного полка. Убитых моджахедов решено было захоронить в лесу, в общей могиле. На станции машины должны были загрузиться продовольствием, материалами и всем необходимым, для предстоящей зимовки.

К утру сложилась более-менее ясная картина по организации нападения. Проанализировав разрозненные показания пленных командиров групп и полевого командира, выяснилось, что три дня назад срочно были вызваны в условное место несколько групп боевиков, действующих на Кавказе. Место сбора было определено в Аргунском ущелье. На совещании командиров эмиссар движения Талибан на Кавказе сообщил, что у русских есть такая святыня, которую они скрывают даже от своего народа! Эта святыня делает их непобедимыми на протяжении многих веков. Нужно уничтожить эту святыню и владычеству России наступит конец! Каждый правоверный мусульманин должен не пожалеть жизни для уничтожения русских! Аллах дарует такому воину вечную жизнь в райских садах, где их ждут семьдесят девственниц!

На следующий день, за ними пришли транспортные машины грузинских сил самообороны. Их доставили на аэродром, откуда тремя самолетами до района выброски. Как пользоваться парашютом грузинские инструкторы им объясняли уже в полете. Для того чтобы пробиться к русской святыне, им нужно было взять штурмом укрепление, закрывающее вход в долину. Остальное все и так знают!

– Ну, что скажите, господа офицеры? – Олег обвел взглядом присутствующих за столом Калинина, Железина и Черноморца. – Спасибо! Вы можете идти! – отпустил он офицера-особиста.

– А что тут скажешь? – Калинин повертел в пальцах шариковую ручку. – Боевиков использовали «втёмную» и как обычно для решения «чужих» задач! Мне другое интересно! Что это за святыня, которую от всех прячут? А? – он вопросительно посмотрел на Олега. – Ведь батальон Валерия Алексеевича здесь не шишки собирает? – не унимался Андрей.

Олег посмотрел на Черноморца. Яша правильно понял его вопросительный взгляд и, пожав плечами, как бы сказал ему «А почему бы и нет?»

– Ладно! Хрен с вами! – махнул рукой Князев. – Если бы я не знал вас, то сами понимаете, что ответа не получили бы!

– Яша, ты там пост оставил? – Олег имел в виду охрану научной базы после ухода спецназа.

– Слюшай! Абижяешь дарагой! Да? – с грузинским акцентом отреагировал Черноморец.

Он еще днем, сразу после сообщения Овчаренко об уходе американцев, с ведома Олега, взял с собой старшину Слепченко и четверых бойцов с оружием. Они приехали к научной базе, когда альфовцы уже переваливали через гребень восточной горы.

Иван Алексеевич, с забинтованной головой, в лихо сдвинутой фуражке на затылок, не спеша обошел территорию базы, походил внутри сооружения. Он обратил внимание, что Черноморец быстрым шагом направился к огромному дубу на бугре. Возле дерева он разгреб копну скошенной травы и, убедившись в чем-то, довольно шевеля усами, пошел обратно.

– Шо, заначку проверяли товарищ подполковник? – сверкнул Иван крупными белыми зубами из-под пышных чёрных усов.

– А тебе всё знать надо, Иван Алексеевич? – усмехнулся Черноморец.

– Так наша служба такая, старшинская! Вы уж, Яков Семеныч, не обижайтесь! Я ведь уже одною ногою на пенсии! Много чего повидал! Только вот ни як в толк не возьму, шо мы тут охраняем чи защищаем? – он вопросительно уставился на Черноморца своими черными, цыганскими глазами.

– Много будешь знать, Ваня, рано состаришься! – похлопал его по плечу Яша.

– Ага! А як нэ будэшь знать тэ, шо трэба, так зистарытыся нэ вспиешь! – пробурчал недовольный старший прапорщик. – Ладно, не бурчи! Наведи здесь порядок и организуй охрану! Погибших пока перенесите в какое-нибудь холодное помещение! Связь по рации! Машину пока забираю, нужно ехать обратно, бой ещё не закончен. Всё! Командуй тут! – он пожал руку старшине и, прыгнув за руль Тигра, погнал по дороге к крепости.

До рассвета оставалось еще два часа, когда четверо отцов-командиров выехали через задние ворота крепости по дороге в долину. Сегодня ночь на удивление была ясная. Туман куда-то исчез и над долиной сверкал темный звёздный купол.

Подъезжая к воротам базы, они увидели бойца в необычной теплой куртке неизвестного образца.

– Стой! Кто идет! – бодро закричал солдат, больше для того, чтобы предупредить дремавших товарищей.

– Эт-то что ещё за чудо-юдо? – спросил Князев, вылезая из машины.

– Так холодно, товарищ полковник! – начал оправдываться боец. – А здесь этого барахла навалом! Мы вот целую кипу на поле нашли! Там и продуктов в банках и пакетах много было!

– Не понял! – удивился Олег.

– Это та платформа, которая на запретку попала, вместе с тремя их десантниками! – пояснил Ченоморец.

– А! Ну, тогда ясно! А где ваш старшина? – Олег потрогал куртку рукой. Ткань была невесомой, но, видимо, хорошо сохраняла тепло и не пропускала влагу. Между тканью и воздушной подкладкой оказалась кевларовая ткань. «Да! Придется американским парням поклацать зубами от ночного холода и на пустой желудок!» – усмехнувшись, подумал он.

– Старшина вон под тем деревом сидит! – боец вытянул руку в сторону дуба.

Сердце у командиров «остановилось»! Под раскидистыми ветвями дуба, перед небольшим костерком, горевшем на каменном кубе, восседал старшина Слепченко.

Они тихо подошли и молча наблюдали, как Иван, по-хозяйски вскрыв штык-ножом банку американской тушенки, как будто она была из масла, проткнул открытую крышку шомполом от автомата и стал держать ее над огнем. Рядом валялись уже пустые банки. Видимо, он покормил ужином часовых. На камне лежала наполовину опустошенная пачка галет, раскрытый шоколад и банки саморазогревающегося кофе. На старшине была такая же крутая чёрная куртка со всевозможными кармашками. Из одного торчала незнакомая рация. В другом, специальном – американский универсальный десантный нож. Рядом на земле возле старшины горкой лежало оружие и снаряжение погибших десантников. Мародером старшина никогда не был и свято верил, что предметы, снятые с убитого, неминуемо приведут к гибели. Поэтому то, что было на убитых, так на них и осталось, ну, а то, что лежало на земле, старшина сложил «биля сэбэ». Весь разбросанный груз бойцы нагрузили на те самоходки, которые американцы бросили при отходе. Машинки показались нашим рукастым сельским парням весьма простыми в обращении, и старшина потом чуть голос не сорвал, гоняясь за ними с матами вокруг лаборатории. Загнав все самоходки в зал, он снял с них рули и унес к себе под дерево, где решил провести ночь на копёшке свежего сена, у костерка.

– Приятного аппетита, Иван Алексеевич! – без особой радости в голосе произнес Князев.

– Здравия желаем, товарищ полковник! – виновато сказал Иван, поднимаясь с банкой тушенки на шомполе.

– Ужинаете или завтракаете? – поинтересовался Олег у растерянно топчущегося старшины.

– Да чёрть ёго маму знает! Люды голодни, змерзлы! Понимаем, шо в лагере без нас полно забот, вот я и проявыв инициативу! – Иван явно начал заводиться.

– Извини, старшина! Совсем про вас забыли! – Князев протянул ему руку для пожатия.

– Да ладно! – кокетливо заулыбался Иван. – Может, перекусите? У меня и выпить найдется! Трофейный джин чи виски? Не разберу!

– А, ладно! Банкуй! Раз пошла такая пьянка, заодно и победу сегодняшнюю отметим! – махнул Олег рукой и первым уселся на каменное сидение перед алтарем.

– Двойную победу! – значительно подняв палец, уточнил Черноморец, садясь рядом с Олегом.

Иван сразу преобразился. Подкинув сухих сучьев в центр костерка, чтобы было веселее, он извлек из пластиковых контейнеров тушенку, галеты и плоские капроновые фляжки со спиртным. В целлофановых упаковках оказались одноразовые ложки, вилки и салфетки.

– Во! Шо значить культура! – уважительно покачал головой старшина, вспоминая наши черные от времени, щербатые алюминиевые ложки на все случаи жизни. Только сейчас все действительно почувствовали, как зверски проголодались за сутки. Отвинтив от фляжек широкие крышки-стопки, все налили по первой.

– За победу! – они протянули руки со стопками навстречу друг другу. Их руки сошлись над огнем. Они махнули по первой и тут только заметили, что по камню волнами пошли электрические разряды. Они хотели вскочить, но неведомая сила приковала их к месту. Они заворожено смотрели на камень. Электрические дуги синими волнами плавали по боковым поверхностям камня, не причиняя вреда людям, если не считать охватившего их паралича. Все предметы, лежавшие на камне, стали мелко дрожать, хотя вибрации не ощущалось. Они падали с камня на землю, хотя костер в центре камня сохранял свою форму. Постепенно пламя костерка стало приобретать голубоватый оттенок. Постепенно голубой свет становился все ярче и ярче, пока не стал похож на электросварку. Из углубления в центре камня в небо ударил синий луч, легко проникая сквозь листву дуба.

Все сидевшие вокруг камня закрыли глаза от яркого света.

Глава третья

По ту сторону времени

1

Сквозь закрытые веки Олег почувствовал, что свет стал не таким ярким. Он потихоньку стал приоткрывать один глаз, прикрывшись на всякий случай рукой. Свет над кубом теперь был не сильнее, чем от люминесцентного светильника. В столбе прозрачного голубого света изредка мелькали мошки и мотыльки.

– Эй, мужики! Очнитесь! – сказал Олег друзьям, сидевшим с сильно зажмуренными глазами.

– Это что за хреновина такая была? – спросил Андрей, потирая глаза кончиками пальцев.

– Я так думаю, что это, видимо, та самая хреновина, о которой говорил Борис! – Яша с опаской провел ладонью через край светящегося столба. – Ничего особенного не ощущаю! – резюмировал он.

– А вдруг оно радиоактивное? – высказался Иван и на всякий случай сложил руки на ширинке.

Валера Железин попытался встать, но ноги ему не повиновались.

– Может, задницу отсидел?

В этот момент из синего столба света появились две руки в рукавах балахона, видные только до плеч. Низкий сильный голос из света произнес:

– Дайте мне силу девяти!

Как зачарованные, смотрели офицеры на эти говорящие руки. Через несколько секунд голос еще более требовательно произнес:

– Дайте мне силу девяти!

– Каких девяти? – не понял Иван.

– Я, кажется, догадываюсь! – Олег показал рукой на пустующие четыре камня-сидения вокруг алтаря.

– Так где же я ему возьму ещё четверых! – вскинулся по выработанной годами привычке старшина.

Голос ещё требовательнее повторил свою просьбу. Чувствовалось, что там у кого-то нервы тоже были не железные.

– А может, ну его в баню, это кино! – предложил Иван, собираясь накинуть на камень картонную коробку. Странным образом коробка ударилась, как об стекло. Иван, удивленно посмотрев на коробку, ещё раз попытался накрыть камень сверху, но она с прежним успехом остановилась на границе луча, как при ударе о преграду.

– Чертовщына якась! – сделал вывод Иван. На всякий случай он сунул руку в световой столб, и она прошла в воздухе без всяких преград.

– Придется позвать часовых! – сказал Олег. – Больше людей взять негде!

– Так я шо? Сбегаю? – высказал готовность старшина. В его глазах светилась готовность рвануть куда-нибудь подальше от этого места. Он уже хотел встать, но понял, что ноги его не слушаются.

– Так он же, зараза, сам меня не пускает! – возмутился Иван. Набрав в легкие побольше воздуха и приложив ладонь ко рту, он крикнул, глядя на торчащие из света руки. – Как же я тебе ещё четверых приведу, когда ты мне ноги выключил?

– Не ори! Не глухой! – вдруг раздался спокойный голос из света. – А ты позови! Они должны сами прийти!

– Ага! У меня горло шо, казенное? – тут же стал ломаться старшина.

– Иван! Не выпендривайся! Делай, что тебя просят! – Олегу тоже стало интересно.

– Ладно! Тильки горло промочу, бо шось дэрэнчыть! – Он приложился к своей фляжке и в три глотка опорожнил её. Крякнув, обтёр ладонью усы. Набрав в грудь побольше воздуха, он гаркнул так, что световой столб дрогнул: – Прыходько! Збырай хлопцив! Уси бигом до мэнэ!

– Шо? – послышалось из далека.

– Я тоби зараз дам «шо»! А ну, бэры хлопцив и бигом до мэнэ! – ещё раз прокричал старшина.

Олег попытался разглядеть в предутренней мгле хоть что-нибудь возле холма. В воздухе уже появилась дымка тумана. Вспомнив о брелоке дистанционного управления, он вытащил его из-за ворота. Нажав узкую кнопку сбоку, он произнес:

– БРОК! Включи фары и развернись влево на девяносто градусов!

Темноту разрезал струящийся свет мощных фар и послушно пополз влево, на мгновение выхватывая бредущие фигуры солдат. Луч остановился у подножия холма, на котором под дубом сидели пятеро офицеров. Они молча смотрели, как бойцы вышли на освещенную фарами полосу и, забросив автоматы за спину, стали подниматься вверх по склону.

Наконец молча уставились на струящийся из камня голубой столб света, не понимая, что здесь происходит. Они видели этот свет с холма лаборатории, но посчитали, что офицеры, проверяют работу какого-нибудь суперфонаря из найденного сегодня имущества. Сейчас, видя, что свет идёт из камня, они подумали, что офицеры над ними прикалываются.

– Так, хлопци! Сидайте на свободни мисця! – скомандовал старшина.

Солдаты недоверчиво уставились на двух полковников и двух подполковников, сидевших вокруг камня.

– Ребята! Если боитесь, то можете идти обратно! – спокойно сказал Олег.

– Козакы ничого нэ бояться! – неожиданно гордо заявил один из парней.

– А! Яки в мэнэ хлопци?! Любо! – старшина растроганно поправил усы. – Знай наших!

Бойцы спокойно, без спешки расселись на свободные места, положив автоматы на колени. Они были как на подбор – смуглявые и чернявые, как старшина. Крепкие в плечах и не суетливые.

– Вань, а они, наверное, твои внебрачные сыновья! – подколол его Андрей.

– Конечно! Пенсионера обидеть каждый может! Товарищ полковник! А тильки уси воны наши диты! А я им зараз и за батька и за маты! – он обиженно засопел.

Все замолчали, почувствовав неловкость за Калинина.

– Извини меня, старшина, и вы, хлопцы! Сморозил, не подумавши! – извинился Андрей.

– Ладно! Проехали! – Иван был явно удовлетворен извинением полковника. Глянув на всех повеселевшими глазами, предложил: – А давайте выпьем напоследок! На коня! Бо хто зна, шо воно такэ? – кивнул он на молчаливо торчащие из светового столба руки.

Все молча налили из своих фляжек в стопки. Подумав, стопки отдали бойцам, а сами, приветственно подняв фляжки, приложились к их горлышкам.

– Ну, ты, з руками! Нас девять! – крикнул старшина, вытерев усы.

– Я приветствую вас, странники! – руки из света поднялись кверху. – Дайте мне силу девяти! – опять произнес голос.

– Опять свое заладил! – громко заметил захмелевший Черноморец. – Как дать тебе силу?

– Соедините руки во мне! – торжественно произнес невидимый.

– Ну, прямо Рыцари Круглого Стола короля Артура! – улыбнувшись, заметил Железин.

Посмотрев друг другу в глаза, девять мужчин соединили свои руки в столбе синего света. Они вдруг почувствовали, как по их телу заструился поток энергии, схожий с электричеством. Только он шел не в землю, а как бы из земли, через их тело, руки – в этот световой поток. Свет запульсировал, цвет его стал более светлым, и постепенно из него стала появляться вся фигура человека в белом хитоне. Он был не стар, скорее, моложав. Его светлые кудри свободно падали на плечи. Небольшая бородка обрамляла симпатичное, слегка вытянутое лицо с выразительными, большими глазами. В общем, красивый, стройный мужчина славянской наружности. Только одежда у него была не по сезону, да и явно не от Юдашкина. Впрочем, его это не волновало. Он как бы стоял на соединенных руках девяти человек, хотя каждый готов был поклясться, что неизвестный парил в воздухе.

– А ты часом не Христос? – Ивана явно тянуло поговорить, но неизвестный проигнорировал его вопрос.

– Вы готовы к путешествию в Эдем? – спросил он.

– Куда? – переспросил Олег.

– В Эдем! Место, где вас ждут Хранители Знаний! – с лёгкой досадой в голосе объяснил человек из света.

– А это надолго? – Валера Железин помнил, что он – командир батальона.

– Очень существенный вопрос! – поддержал его Калинин.

– Через семь дней или семь часов вы вернётесь в своё измерение! – объяснил светящийся. – Это будет зависеть только от вас!

Все посмотрели на Олега, потому что он был здесь старший воинский начальник.

– Друзья мои! – Олег на секунду задумался. – Сейчас я вам скажу то, что является государственной тайной! Каждый из вас должен помнить, что знание такой тайны может стоить вам жизни! Поэтому дальше этого круга девяти она выйти не должна! – Он ещё раз посмотрел на их лица. – Мы все здесь, в том числе и все войска, ради этого контакта! – Он показал рукой на Светящегося. – Войска призваны защитить долину от посягательства других иностранных спецслужб. Поэтому принимаю решение! Все, кто вошли в контакт, должны продолжить эксперимент! Свои подразделения временно передать под командование своим заместителям! Москве доложить, что вошли в контакт! У кого какие есть возражения? Возражений нет!

Достав свободной рукой рацию, он хотел передать приказание на базу, в радиоцентр, но кроме треска ничего не было слышно. Нужно было принимать решение.

– Ну, что? Поехали? – Олег посмотрел на лица друзей.

Слепченко махнул свободной рукой, показывая мол, ладно! Давай дальше!

Остальные согласно кивнули головами.

– Мы готовы! – громко произнес Олег.

Как только он произнёс эти слова, поток энергии помчался по их рукам с бешеной скоростью. Столб света начал вращаться вокруг неподвижно висящего в воздухе неизвестного. На нём даже одежда стала заворачиваться от крутящегося света. Внезапно все почувствовали, как земля под ними колыхнулась, как в лифте, только в сторону, и начала вращательное движение. Руки, соединенные над камнем, как срослись, и никакая сила уже не могла разорвать их.

Постепенно сознание начало покидать их, и свет в их глазах погас.

2

Почувствовав, как какая-то букашка ползет по лицу, Олег открыл глаза. Уже наступило утро. Сегодня туман был гуще и холм, в котором находилась лаборатория, едва просматривался. Возле него стоял БРОК, но фары уже были потушены.

С трудом повернув гудящую голову, он посмотрел по сторонам. Так же, как и он сам, вокруг камня звездой лежали на спине ещё восемь военных и, кажется, все мирно спали. Он приподнялся и сел на свой камень, который был у него между раскинутых ног. Сжимая ладонью затылок, он пытался прогнать неприятную тяжесть в голове. Вокруг валялись банки с начатой тушенкой, галеты, кофе и разбросанное оружие вперемешку с каким-то снаряжением.

«Ни хрена себе, погуляли!» – подумал Князев, переворачивая пустую фляжку в рот. Из неё чуть полился какой-то остаток. Это хоть чуточку облегчило его страдания. Пошатываясь, он встал и направился за дерево по малой нужде. Задумчиво глядя на желтую струю, он вдруг почувствовал, что на него кто-то смотрит. Он медленно поднял глаза и увидел стоящую от него в каких-то двадцати шагах девушку в белой хламиде. Олег свободной рукой сжал виски и, помотав головой, убрал руку с глаз. Девушка исчезла. «Это ж надо! Какую дрянь пьют американцы? Это же не виски, а какой-то паленый самогон из табуретовки! От такой дряни и ослепнуть можно! А, может, янки специально хотели отравить своих после выполнения основной части задания? В их играх такое уже случалось!»

Уперев руки в бока, он смотрел на картину преступнейшего содержания. Полковники лежали вперемешку с солдатами, за одним, так сказать, «столом»!

«Всё! Я, кажется, уже дошёл до ручки! Организую попойку с солдатами! Срочно на пенсию и в Одессу, к Анютке! Позор вам, полковник Князев! Стыд и позор!» – мысленно ругал себя Олег.

Он присел возле Черноморца и потряс его за плечо. – Яша! Слышишь меня? – он ещё раз потряс его за плечо, пока тот не открыл глаза. – Давай вставай! Пора собираться в лагерь!

Яша несколько мгновений смотрел на ветви дерева, нависающие над ним, приходя в себя. С трудом поднявшись, он покачнулся и сжал ладонями виски.

– Уй! Башка трещит! – он постоял, слегка покачиваясь, и наконец оглядел ночное «поле боя». – Да! Картина Репина «Приплыли»! – Проверив несколько фляжек, он наконец нашел упаковку не начатых сосудов. Откупорив фляжку, он сделал большой глоток и, занюхав рукавом, передал её Олегу. Вздохнув, Князев тоже сделал глоток.

– Что делать будем? – спросил Яша.

– А хрен его знает! – Олег чувствовал в голове пустоту. Мысли никак не хотели появляться в этом вакууме. Поскольку делать все же что-то нужно было, он сказал: – Поднимай народ! Дальше уже как фишка ляжет!

Сначала они растолкали господ полковников и с интересом наблюдали как те, очнувшись, испытывают те же эмоции, что и Олег с Яшей. Дав им хлебнуть виски для «поправки» головы, стали будить старшину и солдат. Очнувшись, они растерянно моргали глазами, не понимая, как же их так угораздило нажраться в такой компании. По их «убитому» виду можно было догадаться, что перспективы для себя они рисуют только чёрными красками.

– Прошу садиться! Господа присяжные и заседатели! – объявил Князев без всякого энтузиазма. – Надеюсь, все, что произошло этой ночью, останется строго между нами! – он посмотрел на понурившихся солдат тяжелым взглядом. – Если хоть одна живая душа в отряде узнает, что здесь произошло, пеняйте на себя! Кроме вас болтать никто не будет!

– Да мы и сами понимаем, товарищ полковник! – отозвался тот самый смелый казак. – Слово даем, что никому не обмолвимся! Слово наше казацкое, верное! – Остальные парни тоже кивнули головами.

– Тогда так! – Олег повернулся к старшине. – Наведите здесь порядок и ждите смену! Всё обнаруженное имущество соберите в здание лаборатории! Ворота со стороны реки закрыть! Один пост наверх, другой поставьте у ворот! Пароль «Москва»! Отзыв «Одесса»! Да! Покормите людей! – он строго посмотрел на старшину, виновато переминающегося с ноги на ногу.

– Есть, товарищ полковник! – проложил тот руку к забинтованной голове. Спохватившись, оглянулся и, быстро подобрав откатившуюся фуражку, ещё раз приложил руку к козырьку.

3

С холма все четверо спускались молча. «Да! Такого прокола не было за всю службу! Конечно, все мы не святые. Напиваться «вусмерть» приходилось не раз. Комиссии, всякие проверки! Но одно дело жрать водку с начальством, и совсем другое – с солдатами! Это конец всему! Позор!» – думал каждый из них. О неизвестном, собравшем их возле камня, старались не вспоминать, считая это пьяным бредом. Молча расселись в джипе. Развернув БРОКа на дорожке у ворот лаборатории, Олег направил машину в туман, через открытые ворота. Едва заметная колея, натоптанная здесь за последние дни, исчезла. Некоторое время он продолжал двигаться прямо, помня, что дорога здесь шла к подъёму по прямой, но вдруг увидел, что машина уперлась светом противотуманных фар в стволы березок.

«Странно! Откуда здесь взялись березы? Вроде бы были две рощицы, но из сосен! Странно!» – посидев с минуту молча, Олег произнес:

– БРОК! Дай обзор нашего местонахождения!

Черноморец заметил, как сидевшие сзади Валера с Андреем немного оживились и, наклонившись вперед, с интересом стали наблюдать за изображением на мониторе. Буквально через минуту на экране монитора появилась зеленоватая картинка, скорее напоминавшая изображение на экране радио локационной станции. Невидимый луч, обегая по кругу экран, заново подсвечивал контуры совершенно незнакомой местности. Перед ними был сплошной лес.

– Ничего не понимаю! – вслух произнёс Олег. – Откуда здесь лес, если еще вчера в долине никакого леса не было? БРОК! Подтверди правильность маршрута!

– Подтверждаю! – слегка хриплым мужским голосом произнёс компьютер.

– Во, до чего японская техника дошла! – восхищенно произнёс Андрей.

– Не японская, а наша! Уже не первый год устанавливается на танках последней модификации. Правда, на вооружении мы их пока ещё не видим. Их в основном по разным выставкам и зарубежным салонам показывают! – пояснил Олег.

– Да! Стареем, брат! Отстаем от прогресса! – похлопал Железин Андрея по плечу.

– Ну, и куда тут ехать? – Олег начал немного нервничать. – БРОК! Мы правильно двигаемся по вчерашнему маршруту?

– Направление правильное! Окружающая обстановка ночью изменилась! Возможен сбой в системе. Пропало спутниковое позиционирование на местности!

– Ну, это, возможно, из-за тумана! Он здесь всякую связь глушит! – вслух рассуждал Олег. – Видимо, придётся возвращаться на научную базу!

– БРОК! Переходим в режим автопилота! Вернуться к начальной точке маршрута! – Он убрал руки с руля и, облокотившись на подлокотник, стал наблюдать, как джип плавно сам развернулся и покатил на малых оборотах по свежей, проделанной ими же в траве колее. Через несколько минут езды они подъехали обратно к открытым воротам базы. Часового на месте не было. Видимо, старшина ещё кормил бойцов. Отсюда в тумане их не было видно.

– Ну и чего? Будем здесь торчать или пойдём тоже подхарчимся? – спросил Черноморец у Олега.

Честно говоря, животы уже у всех «подводило». Ночью толком никто не поел. Считай, уже вторые сутки не жрамши. Так что никто не возражал, хотя идти обратно было как-то неловко. Олег загнал БРОКа в зал лаборатории, а Яша, чувствуя некоторую нервозность, вернулся к воротам, и закрутил их на проволоку. Вчетвером направились к дубу.

– Стой! Кто идет? – услышали они окрик часового.

– Манда на костылях! – вполголоса отозвался Железин. Так всегда прикалывались в карауле старослужащие над молодыми солдатами, давая понять, что «дедушку» Советской Армии положено узнавать по голосу, а не по паролю. Служебный пароль существовал для офицеров и проверяющих. Если боец узнавал своих, то давал отзыв – «Манда ко мне, костыли на месте!» Это означало, что может подойти только разводящий сержант, без караульных. Никакой враг не сообразил бы!

Господа офицеры хмыкнули над этим старым солдатским приколом, видимо, вспомнив что-то смешное из своей армейской молодости.

– Пароль! – выкрикнул солдат, сразу поняв, что это вернулось начальство.

– Москва! – отозвался Олег.

– Одесса! Проходи!

Под деревом уютно горел костерок. На этот раз старшина разложил его, от греха подальше, в стороне от алтаря. Перетащив камни-сидения к костру, он завтракал вместе с бойцами.

– Вынуждены были вернуться! Туман такой, что не пробиться! – сказал Олег, глядя на удивленное лицо старшины.

– Может, покушаете? – спросил Иван. – Еды здесь хватит на целый взвод!

– Ну, что же, спасибо! Не откажемся! – поблагодарил его Олег.

Старшина сделал круглые глаза и показал бойцам взглядом, что им пора сматываться.

– Ну, шо, хлопчики? Поели? Ну, тогда как уже решили – Головня в одной смене с Прыходько, а Доценко с Федьковым. Один ходит кругом базы унызу, другой страхует его зверху, из воронки! Смена через каждых два часа! Связь по рации! Пароль тот же! Вопросы есть? Тогда шагом марш на объект! Скоро сам туда приду и со свободной сменой займемся по хозяйству! – старшина знал, что всё сделал правильно.

После ухода бойцов все расселись вокруг костра. Старшина дал каждому по открытой банке душистой тушенки и по пластмассовой ложке. На картонке положил открытую пачку галет.

– Приятного аппетита! – пожелал он начальству. – Ось тут лежат банки с кофем и шоколадом! – он показал рукой на распечатанный контейнер.

– Спасибо, Иван Алексеевич! – вразнобой сказали офицеры.

– Ну, тогда я пойду, займусь по хозяйству! – он повернулся и вперевалочку стал спускаться с холма.

Быстро расправившись с тушенкой, они проткнули донышки банок с кофе. Когда банки саморазогрелись так, что стало горячо держать их в руках, каждый потянул за кольцо на крышке. Крышка вскрылась ровно, без зазубрин, чтобы не порезаться при питье. Кофе был сладкий и густой. Такой дает хороший энергетический заряд на целый день.

– А все-таки, хороший у нас народ! – философски заметил Яша.

– Ага! Особенно этой ночью! – подколол его Железин.

– Ой, я вас таки умоляю! – парировал его выпад Яша.

– А был ли мальчик? – подняв палец, продекламировал Андрей.

– Да уж, скорее мужик с бородой, чем мальчик! – ответил Олег.

– И зовут его, наверное, Глюк! – уточнил Черноморец.

– Глюк, Яшенька, сам приходит! Его звать не нужно! Особенно если хорошо нажраться! – заметил Олег.

– А ведь мы вчера не много-то и выпили? – удивился Калинин.

– Действительно! – поддержал его Валера.

– А Глюк этот, я так понимаю, всем привиделся один и тот же! – Андрей обвел всех вопросительным взглядом.

– Так! Чего он там говорил нам? Дайте мне силу девяти! Еще энергию через нас закачивал! Прямо второй Чубайс! – Яша потер лоб пальцами. – А куда он там звал нас?

– По-моему, в какой-то Эдэм! – подсказал Валера.

– Ну и где он, Эдэм этот? – Яша развел руки и посмотрел по сторонам.

– А у меня что-то кошки на душе скребут! – поделился сомнением Олег. – Откуда взялся этот лес, когда мы точно знаем, что в долине его не было! Не вырос же он за одну ночь? БРОК дорогу не нашел! Хотя он никогда в таких делах сбоя не давал!

– Пока не уйдет туман, мы ничего не выясним! – резюмировал Андрей. – А посему, предлагаю идти на базу и тщательно её осмотреть. Мало ли дождь пойдёт!

– Ладно! Пошли! Митинговать здесь бесполезно! – Олег поднялся первым и, подумав, положил камень на старое место возле алтаря. Остальные последовали его примеру.

Прибрав за собой мусор и затолкав его в пустой контейнер, они еще раз осмотрели лужайку под дубом. Вроде бы чисто!

4

Внутри научной базы было темно и холодно. Скудный свет падал через открытые ворота. На стенах горели редкие лампочки дежурного освещения.

Войдя в центральный зал, офицеры остановились, привыкая к сумраку. Старшина здесь уже явно приложил руку. Самоходные платформы стояли строго по линейке. На их грузовой части лежало рассортированное имущество. На первой платформе оказалась ещё одна десантная лодка-комплект. Она, как запасной вариант, предусматривалась для доставки камня по воде. При отходе она не понадобилась американцам, и её бросили.

На второй платформе в пластиковых пакетах были уложены теплые куртки десантников. В одной из коробок находились запасные рации с блоками питания и инерционные фонари. Потряс такой фонарь минуту-две, и он заряжен. Светит отлично.

Взяв себе по фонарю и по рации, стали осматривать остальные платформы. На третьей Иван уложил коробки с тушенкой, галетами, кофе и шоколадом. В отдельной коробке лежали пакетики с какими-то порошками. В отдельном кофре с красным крестом на крышке лежали медикаменты и хирургический набор. Видимо, один из погибших десантников был врачом.

– Это мы отдадим Головне! Его с четвёртого курса мединститута отчислили! – пояснил старшина.

На четвёртой лежали части и детали разбитой снарядом платформы. Тут были три уцелевших колеса, мотор, слегка погнутая рулевая колонка и части самой платформы.

На пятой старшина уложил скрученные рулонами полтора десятка парашютов. В хозяйстве всё пригодится!

– Да, Иван Алексеевич! Когда ты все успел сделать? – удивился Князев.

– Служба у нас такая, товарищ полковник! – скромно улыбнулся Иван.

– Ладно, показывай дальше своё хозяйство!

Подсвечивая себе фонариками, они направились в правый закругляющийся коридор.

Открывая одну дверь за другой, они переходили из помещения в помещение. Кабинеты, столовая, лазарет, спальни, блок управления оружием. Здесь была комната отдыха с большим биллиардом. Шары были в беспорядке разбросаны по серому от пыли сукну. На стойке бара стояли не убранные фужеры. Под потолком в углу висел старый японский цветной телевизор «Сони», видеодвойка. Возле столика с шахматами и уютным диваном, в углу, расположились стеллажи с художественной литературой.

– Да! Видимо, ученый народ тут долго держали, как на подводной лодке! – заметил Яша.

– Не сомневаюсь, если здесь имеется всё для автономного существования! – сказал Железин. – Мне уже приходилось строить ракетные базы с полным комплексом автономного проживания боевого расчета! Главное сейчас – найти электростанцию! Если мы её запустим, то тогда здесь всё заработает, и не нужно будет бродить в потёмках.

Они целенаправленно стали искать электрощитовую. Вскоре они наткнулись на металлическую дверь с мощными запорами. На двери имелась надпись «Блок жизнеобеспечения». Иван вспотел, пока повернул заржавевшие рычаги запоров. Спустившись по винтовой лестнице, они оказались в машинном зале. На стенах располагались щиты автоматики и контроля. Лампы дежурного света, питаясь от больших конденсаторов солнечных батарей, освещали по кругу обширное помещение, разделенное частоколом колонн на большие сектора.

Железин ушел вместе со старшиной в стеклянную кабинку центрального пульта управления станцией. Они долго щелкали тумблерами, проверяя исправность систем и, после проверки масла и воды в дизелях, наконец решились их запустить. Железин до военного училища успел в юности закончить речное, и особых проблем с такими дизелями не видел. Обычные «Шкоды», хорошо себя зарекомендовали на речных судах.

Зашипел воздух, под большим давлением подаваемый в цилиндры, провернулся коленвал и, всё больше ускоряя вращение тяжелого маховика, дизель наконец подхватил топливо и сыто заурчал. Замигали лампы освещения, каждый раз вспыхивая всё ярче и ярче. Наконец они загорелись ровным ярким светом под равномерный гул дизеля. Железин со старшиной ещё провозились около десяти минут, прежде чем вышли из кабины центрального пульта.

– Ну, вот! Кажется, все в порядке! Топливный танк полон дизтопливом на две трети. Думаю, что этого должно хватить минимум на полгода. Система автоматических котлов подогрева воды и отопления помещений функционирует исправно. Насосы автоматической подачи воды из артезианской скважины работают! Кажется, всё! – он удовлетворенно вытер руки ветошью.

– Молодец, Валерий Алексеевич! – похвалил его Князев.

– Разрешите и мне вас поздравить! – улыбаясь, пожал ему руку Андрей.

Яша просто хлопнул его по плечу и показал большой палец старшине.

– Молодец!

Поднявшись наверх, Олег с Иваном приотстали.

– Пробовал связаться с лагерем по проводной связи? – он с надеждой посмотрел в глаза старшине.

– Та пробовали уже несколько раз! Такое впечатление, шо провода как перерезаны! Потащили за провод, а его всего метров пятьдесят осталось! Искать второй конец в таком тумане не решился! Хай воно хоч трошки розвыднюеця!

– Да, дела! – вздохнул Олег.

Уже по всему зданию горел свет. Вторые ворота тоже закрыли, разобравшись в системе управления пультом наружного контроля. В комнате дежурного засветились экраны мониторов наружного наблюдения. По верху холма включились мелкие, но очень сильные прожектора, освещавшие подступы к базе со всех сторон.

– Старшина! Уберите наружные посты внутрь здания! – распорядился Князев. – Часовых переквалифицируем в операторов теленаблюдения! Одного на пульт, всем остальным солдатам и офицерам заняться приведением помещений в надлежащий порядок! Командуйте, старшина!

Весь день маленький гарнизон работал, не покладая рук. Сделали небольшой перерыв на прием пищи в уже отмытой маленькой столовой. Сержант Федьков, в белой тужурке и поварском колпаке, гремя кастрюлями, накладывал всем по большой тарелке гречки с американской тушенкой. Вещь потрясающе вкусная! Потом традиционный кофе. Лёшка Федьков сиял пунцовыми от счастья щеками, когда каждый поевший подходил к нему и, поблагодарив за обед, жал руку. Слепченко сообщил Олегу, что в продскладе остались старые запасы продовольствия. Нужно время, чтобы отсортировать то, что уже не годится в пищу.

В санчасти трудился ефрейтор Головня. Вася уже успел помыть с мылом всю мебель, стены и полы. Сейчас, сидя в белом халате и трусах, он сортировал найденные медикаменты и медицинские инструменты. В незапертом сейфе он нашел наркотики, для тяжелых случаев. Выросший в кубанской станице среди строгих, но полезных порядков, он поначалу был удивлен беспардонностью отдельных «деловых» парней, продававших наркотики безголовым студентам медицинского института. Вначале он пытался отговаривать своих сокурсников от приёма наркотиков, но, видя их высокомерные ухмылки и слыша насмешки над его сельским происхождением, махнул на них рукой. Он отгородился от них учебой и, может быть, так и окончил бы институт, но на третьем курсе влюбился в студентку с параллельного потока Иринку. Светленькая, гибкая, как лоза, с огромными синими глазами, срубила казака наповал. Он стал ухаживать за ней. Дарил цветы, по ночам писал стихи и мечтал, как счастливо заживут они в его родной станице. Но у него объявился соперник. Парень из её группы был местный. На занятия он приезжал на не новом, но ещё очень приличном «Мерседессе». Шикарно одетый, с новейшим сотовым телефоном и манерами богатого плэйбоя, быстро вскружил голову сельской казачке. На одной из вечеринок, подпоив, овладел ею. Потом обещал жениться, но вместо этого стал водить по сомнительным компаниям. Вася, как мог, уговаривал её порвать с этим пижоном, но кто поймёт женское сердце? Приучив Ирину к наркотикам, любимый заразил её СПИДом, видимо, при инъекции шприцом. Через полгода она умерла. Этот подонок не пришел на её похороны. Вася был потрясен, увидев его на следующий день с новой подругой. Он подошел к нему прямо в коридоре института и, в присутствии студентов и преподавателей, так набил морду, что тот потом две недели лежал в травматологии. Василия исключили из института и отдали под суд. Судья-женщина тоже была матерью. У неё тоже была дочь студентка. Васе дали год условно, а через два месяца призвали на службу в Армию. Глядя на наркотики в сейфе, он подумал: «Почему то, что раньше помогало спасать жизнь, теперь в угоду беспардонным хапугам губит простых людей?»

– Как дела, доктор? – на пороге медпункта стоял Черноморец. – Сидишь задумчивый перед сейфом. Думал, змею там увидел.

– Хуже, чем змею! Наркотики! Я из-за них потерял любимую девушку! – сказал Вася, опустив голову.

– Извини! Не знал! – Яша положил ему руку на плечо. – Ладно, занимайся медициной! Ты у нас здесь единственное светило!

Олег, раздевшись до пояса и закатав брючины камуфлированных штанов, босиком драил полы в кабинете начальника лаборатории. За массивным столом модной Т-образной формы располагалось шикарное кожаное кресло с высокой спинкой. Крутнувшись на нем разок, Олег глянул на портрет Меченого, висевший сзади на стенке и, показав ему кулак, продолжил наводить порядок. Прежде всего выгреб из тихо гудящего холодильника всякие закуски, превратившиеся к серые холмики засохшей плесени. Потом выгреб распечатанные и испарившиеся спиртные напитки. Две бутылки Кристалловской «Столичной» поставил обратно. Армянский коньяк пять звёздочек. Бутылка шотландского Виски. Грузинское вино Кинзмараули. Крымский Мускат красного камня. Да! Любили наши руководители красивую жизнь! В столе и сейфе ничего интересного не оказалось. Видимо, всю секретную информацию погрузили на тот злополучный вертолет, который упал где-то в тайге.

В комнате управления оружием «колдовал» Лёня Доценко. До армии он успел окончить курсы механизаторов, потому что ему нравилась техника. С малых лет помогая отцу в «Сельхозтехнике», он полюбил механизмы, облегчающие труд людей. В седьмом классе он собрал дома в сарае самодельный трактор. Найдя останки от инвалидной мотоколяски, сам переварил раму, достал у пацанов две пары разных колес и, приладив перебранный мотор от «Ижа», гордо протарахтел по улице. Сам научился ремонтировать телевизоры. Со временем добрался и до компьютера.

Сейчас Леонид пытался разобраться в повреждениях, которые нанесли системе самонаведения американские десантники. В местах разрыва проводов он паял, соединяя концы электроцепи. Запах канифоли чувствовался на весь коридор, хотя вытяжная вентиляция уже работала, проветривая помещения. К вечеру на контрольном щите системы самонаведения красные лампочки потухли и загорелись зелёные, подтверждая рабочее состояние системы. По внутренней радиосети старшина пригласил всех на ужин. Сам он пошел подменить дежурившего в операторской Саню Приходько.

– Ну, шо? Выдно шось? – спросил его старшина, вглядываясь в белёсое от тумана изображение, на котором было четко видно только сетку ограждения.

– И нэ выдно и нэ чуты, як рэвэ могучий! – потянувшись, Санек переиначил «Кобзаря» Шевченко.

Ужинали молча. Все вымотались. Олег решил, что дежурство в операторской нужно распределить на всех. После ужина нужно будет составить график, чтобы никому не было обидно!

– Товарищи! – обратился он ко всем присутствующим. – В силу сложившихся обстоятельств, мы все оказались изолированными от основного базового лагеря. Связи нет! Обстановка вокруг научной базы непонятная! Дороги в таком тумане нам найти не удалось! Единственная надежда на то, что туман рассеется и тогда обстановка прояснится! Когда это произойдёт? Не известно! Поэтому предлагаю! Всем, без исключений, нести боевое дежурство в комнате видеонаблюдения по очереди! Смена через каждые четыре часа, начиная с ноля часов! Приходько дежурит до двадцати четырех, его меняет Черноморец! В четыре ноль-ноль заступает Слепченко! В восемь утра его сменяет Головня! За ним идут смены Калинина, потом Доценко! После него Железин. Его меняет Федьков! За ним моя очередь! Операторскую без подмены не оставлять! Телефоны внутренней связи между всеми помещениями работают! В остальном весь распорядок дня остается прежний! Подъем, зарядка, завтрак! Развод у меня в кабинете! За соблюдением времени по распорядку дня отвечает дежурный оператор! На случай выхода за пределы базы – только по записи у дежурного! Даже если просто покурить на улице! Выходить на улицу только с оружием и средствами связи! Не менее, чем по два человека! Чувствую, что здесь какая-то чертовщина творится! У меня все! Вопросы? Тогда всем отдыхать!

Прошло уже больше суток с момента, как они закрыли оболочку базы. Все вроде бы были заняты делами, но ожидание чего-то витало в воздухе. Люди становились рассеянными. Отвечали невпопад, переспрашивали. Днём Доценко попросился выйти наружу для ремонта локатора обнаружения цели. Вместе с ним пошли наружу Черноморец и Князев. Взобравшись на вершину базы, они помогли Лёне разобрать блок подключения локатора, который он унёс к себе в мастерскую, для ремонта.

Друзья решили задержаться.

– Что-то долго нынче держится туман! – Яша поднял воротник бушлата.

– Да! – согласился Олег, глядя на неподвижно провисшую масксеть.

– Знаешь! Иногда мерещится, что где-то рядом плещется море! – Яша мечтательно прикрыл глаза. – Домой, в Одессу хочется! Чтобы там Алина меня ждала!

– Мечтать, конечно, не вредно! Я бы вот тоже сейчас с большим удовольствием полежал на горячем песочке пляжа вместе с Анной Семеновной!

– Мне Анька звонила накануне нашего выезда сюда, в долину. О тебе всё расспрашивала, волнуется!

– А я где был?

– А ты в это время был на допросе полевого командира боевиков! Я решил не отвлекать!

– Как она сейчас живет?

– Опять работает школьной медсестрой. С моими долгами рассчиталась теми деньгами, которые дала Алина. В городе теперь всю теневую экономику под себя забрала милиция. Теперь у них будет, как в Запорожье. Вместо бандитов там всех «крышует» милиция! Удобно! Ловить себя за руку им не надо! Жаловаться тоже некому! Так, глядишь, в масштабах всей Украины покончат с преступностью.

– Да! Нищета толкает основную массу порядочных людей в объятия криминала. А с кем поведешься, от того и наберешься! – Олег задумчиво уставился на белую пелену тумана.

Внезапно ему показалось, что где-то вверху пронеслось что-то белое и невесомое.

– Ты ничего не заметил? – спросил он Яшу.

– Нет! А что случилось?

– Наверное, показалось! – Олег до рези в глазах всматривался в туман, но так ничего и не увидел.

– А вот и Лёня появился! – Яша показал рукой на лезущего по склону бойца.

Провозившись с подключением локатора ещё минут пятнадцать, они вернулись на базу. Олега не покидало чувство, что они были наверху не одни.

5

Утром, вместо команды «База подъем!», прозвучало из динамиков: «Народ! Туман ушел!»

Захлопали двери спальных комнат и по коридору зашлёпали босые ноги. Все раздетые – как спали, в том и примчались – дружно ввалились в операторскую. Медленно двигая джойстиком видеокамеры, Лёша Федьков вывел на экран монитора изображение совсем не знакомой местности.

– Не может быть! – выдохнул кто-то за его спиной.

– Открой ворота! Отключи защиту периметра! – распорядился Олег.

Все побежали к выходу на улицу, даже дежуривший Федьков.

Они стояли молча, потрясённые открывшейся картиной! Это была не долина между Уральских гор. Вернее, горы были, но намного выше и величественнее. Они были справа от них, как и Уральские, но слева, во весь горизонт, раскинулось море широко. До него от базы было примерно полкилометра, вниз по склону. Они всей толпой, ошарашенные увиденным, подошли к спуску с горки, и лишь тогда заметили справа, вдалеке, контуры зданий большого города. Слева внизу, у самой воды, была видна большая белая усадьба с пальмами и бассейном.

– Прямо Майами какое-то! – удивленно произнёс Яша.

Только сейчас все обратили внимание на то, что они практически все в одних трусах, а им совсем не холодно. С моря дул тёплый, пахнущий йодом ветерок.

– Мама моя дорогая! Это же прямо черноморское побережье Кавказа! – продолжал восхищаться Яша. – Не удивлюсь, если сейчас из-за поворота появится Володя Путин на своей белой «Волге».

– Яша! Заткнись! – Олег смотрел на окружающий их мир не так восхищенно. – Давайте представим себе на минутку, что где-то в районе Сочи, однажды утром, появляется объект наподобие нашей базы, с кучкой граждан, одетых непонятным образом и не знающих местного языка?

– Да уж! Ситуация мало перспективная! – сказал Андрей.

– Возвращаемся на базу! – скомандовал Олег и первым пошел обратно.

Все с сожалением посмотрели на прекрасный морской пейзаж и молча побрели за Князевым. Подойдя к воротам базы, они наткнулись на замершего Олега. Он неотрывно смотрел на вершину лаборатории. Подняв головы, они увидели девушку невероятной красоты в белоснежном, тончайшем балахоне. Но главное было не в этом. Она не касалась ногами поверхности холма. Она просто стояла в воздухе, и ветер шевелил прозрачную ткань на её загорелом теле. В её руке была зелёная пальмовая ветвь, которую она протягивала в сторону Олега. Необыкновенно синие глаза белокурой красавицы неотрывно смотрели в глаза Олегу, как бы говоря: «Иди сюда, ко мне!»

– Не ходи! – взял его за плечо Иван. – Мало ли, шо вона задумала? С бабами у меня своя метода обращения! – Щелкнув подтяжками брюк, он решительно стал карабкаться по склону холма. Девушка, удивленно посмотрев на сопящего Ивана, легко вспорхнула, как мотылёк, и плавно опустилась перед Олегом. Теперь она встала на землю своими маленькими ножками, обутыми в золотистые сандалии. Девушка снова протянула Олегу пальмовую ветвь, вопросительно смотря ему в глаза.

– По-моему, эта ветвь означала мир у древних народов! – напомнил Яша. – Точно! Пальмовая ветвь мира!

Олег протянул руку и взял ветвь из руки девушки. На всякий случай ещё слегка поклонился, не зная, что нужно делать в такой ситуации. Она улыбнулась и, звонко рассмеявшись, взмыла в небо.

– Во даёт! – восхищенно сказал кто-то.

– Прямо подруга Бэтмэна! – Яша, прикрыв ладонью глаза от солнечного света, проследил за полётом прекрасной незнакомки в сторону виллы.

– Ага! Сейчас сами Бэтмэны пожалуют! – сказал старшина, спустившись с холма.

– Как бы там ни было, а без штанов знакомиться как-то неприлично! Пока суть да дело, предлагаю привести себя в надлежащий вид и позавтракать! – предложил Железин.

– В чём-то он, безусловно, прав! – Яша обнял за плечо Ивана и пошел с ним внутрь базы.

– Да! Чудеса продолжаются! – хмыкнул Андрей и пошел за ними.

Ворота базы пока на время закрыли. Все двигались задумчиво, делая обычные утренние дела чисто рефлекторно. У всех перед глазами стояла эта, неземной красоты, летающая девушка.

За завтраком все в основном попили кофе с галетами и пошли на развод в кабинет Князева. Сегодня все были в легких камуфлированных куртках, одетых прямо на майки-тельняшки. Ботинки-берцы были начищены до блеска. Чувствовалось, что люди готовятся к торжественной встрече с новым миром.

– Вопрос сегодня у нас один и он же главный! Куда мы попали? – Олег обвел взглядом присутствующих. – То, что нам показалось пьяной галлюцинацией, как видите, забросило нас неведомо куда в пространстве и времени. Хочу надеяться, что тот мужик, который сюда нас переправил, не желал нам зла. Но мы ничего не знаем об обитателях этого мира! Поэтому! Считаю необходимым всем оставаться на базе! На разведку пойду сам с подполковником Черноморцем. Старшим на базе за меня остаётся полковник Калинин. Связь по рации! Автоматическую охрану периметра базы перевести в ручной режим, чтобы случайно не подстрелить какого-нибудь местного летающего ротозея.

Через полчаса по тропе, идущей от дуба, мимо базы вниз к морю шли двое военных.

С собой у них, на всякий случай, было по пистолету в кобуре на поясе. У обоих по десантному ножу на руке и комплекту метательных ножей за шиворотом. Рации были проверены и включены на передачу.

С каждым шагом новый мир двигался им на встречу.

6

Ленивый морской прибой едва шелестел обкатанной галькой, точно так же, как где-нибудь в Ялте или Алуште. Черноморец не выдержал и, подойдя к воде, намочил руку и лизнул её.

– Обычная соленая морская вода! – констатировал он и поспешил за шедшим впереди Олегом.

Вдоль склона горы тянулся галечный пляж шириной около тридцати-сорока метров. У самой границы пляжа и склона горы шла обычная, накатанная дорога. Она упиралась в ажурные ворота белоснежной виллы. Друзей удивило то, что в форме здания и окружающих его предметов не было ничего чужого, инопланетного. На наших курортах сейчас можно увидеть такие постройки, что даже инопланетяне покрутят пальцем у виска.

Яша с Олегом остановились у витых ворот, не зная, можно ли вторгаться на чужую территорию без спроса. Неожиданно створки ворот сами стали распахиваться, как бы приглашая войти.

– Интересно, где у них система видео наблюдения? – вертел головой Яша.

Олег мельком обратил внимание на то, что у створок ворот не было какого либо привода, двигающего створки. Обычно у нас ставят либо электро, либо гидроприводы.

«Так, ещё одна загадка!» – подумал он, шагая по белоснежным мраморным плитам широкой дорожки, идущей от ворот к стильной арке над входом в дом. Сам дом, вернее, его стены были практически все из тонированного стекла. Несущие элементы конструкции здания и крыша были белоснежными. Вдоль дорожек росли пальмы и кусты цветов. Чистенькие ровные газоны покрывала трава изумрудного цвета.

– Нехилая дачка! Наверно, какого-нибудь местного олигарха? – предположил Яша.

Со стороны моря территория виллы ничем отгорожена не была. У белого причала, прикрытого со стороны моря идеально гладкой белой стенкой с вертикальными прорезями, покачивалась большая, обтекаемой формы яхта.

Входные двери виллы разошлись в стороны и на пороге они увидели уже знакомую им девушку. Она улыбнулась, сверкнув ослепительно белыми, красивыми зубами, и сделала приглашающий жест рукой. Друзья не спеша вошли в дом. Ничего потрясающего воображение они не увидели. Зеркально отполированный серый мраморный пол. Подковообразные диваны, на вид кожаные. Всякие столики, вазы из цветного стекла с вплавленным разноцветным рисунком. В общем, дорогой минимализм. Пока они осматривались, девушка куда-то исчезла, хотя рядом не было никаких лестниц или дверей. Сделав Яше успокаивающий жест рукой, Олег показал ему глазами на диван. Они молча сели, ощущая себя в очереди на прием к стоматологу.

– Ну, и долго нас будут мариновать? – не выдержал Черноморец.

– Не знаю! Но думаю, что пока не стоит дергаться! Вроде бы, нам ничего плохого не делают!

Они почувствовали, что за их спинами кто-то есть. Когда они осторожно оглянулись, то увидели ветхого старца, сидящего в кресле, и стоящего рядом с ним молодого мужчину, который поразительно напомнил им того, кто просил их дать ему силу девяти.

– Здравствуйте! – первым произнес Олег и встал, повернувшись лицом к старцу. Яша встал рядом с ним.

– Мы приветствуем вас в Эдеме! – произнес старик хриплым голосом, подняв ладонь в приветственном жесте.

Стоящий рядом с ним мужчина, улыбнувшись им как старым знакомым, кивнул головой.

– Кто вы, я знаю! Присаживайтесь! Разговор у нас будет долгий! – он повелительным жестом показал им на диван. Кресло, на котором сидел старик, удивительным образом двигалось, как на колесах, при этом никаких колес не было. Просто оно парило над полом. Описав плавную кривую, оно остановилось напротив них по другую сторону столика. – Угощайтесь! – предложил старик, показав на пустую поверхность столика. Как по волшебству, в воздухе стали проявляться контуры чаш и блюд с разными яствами.

– Значит, это и есть скатерть-самобранка! – удивился Яша. – Вот бы нашему повару такую! – он толкнул Олега локтем в бок.

– Всё в своё время придет к вам! – загадочно произнёс старец.

– Ешьте! – сказал он, наблюдая за офицерами, но, видя их нерешительность, повернул голову к стоявшему рядом мужчине. Тот, молча кивнув, сел рядом с Яшей и Олегом на диван и начал брать пищу из разных блюд. Друзья почувствовали себя немного неловко, словно обвинили старца в попытке отравительства. Им самим было интересно попробовать приготовленную еду. «Странно! Она похожа по вкусу на нашу обычную еду! – подумал каждый из них. – Обычная курятина, салат из овощей, ломтики ветчины. Превосходное на вкус и запах вино!»

– Вас интересует, где вы? – сказал старец. – Я постараюсь ответить на все ваши вопросы, но думаю, что это будет лучше сделать, когда вы, все девять, соберётесь вместе! Главное, что вы должны знать – вы в другом мире, отделенном от вашего мира расстоянием в двенадцать с половиной тысяч лет!

Яша закашлялся, чуть не подавившись, при этом известии:

– Ну, у вас и шуточки! – прокашлявшись, сказал он.

– В вашем мире нас называют волхвами! Мы Хранители Знания! Это Знание мы должны передать избранным девяти вашего мира, а вы, в конце жизни вашей цивилизации, передадите эти знания следующим девяти следующей после вашей цивилизации. Так будет продолжаться до тех пор, пока человечество будет жить на этой планете!

– Это что же получается, что мы будем бессмертными? – улыбнулся Олег.

– Нет, в общем смысле этого слова. Конечно, вы будете жить много дольше других людей, потому что у вас будет Знание. Но в конце своего жизненного цикла вы должны будете передать Знание тому из выбранных вами людей, который будет дальше хранить Знание, пока не передаст его другим девяти!

– А если мы не согласны? – спросил Яша.

– Вы просто забудете всё, что сейчас с вами происходит! – ответил старик.

Друзья переглянулись.

– А почему вы избрали именно нас? Ведь среди нас может оказаться тот, кто будет не способен хранить это Знание или станет использовать его в корыстных целях? – спросил Олег.

– Мы уже ЗНАЛИ о вас! Среди вас девяти нет недостойных! – голос старика звучал всё глуше. – Мне нужно отдохнуть! Мое время заканчивается! Дальше с вами займутся хранители Борей и Аврора! Прощайте! – с этими словами старик растаял в воздухе, прямо на глазах, вместе с креслом.

– Во дает старик! – восхитился Яша. – Ему бы в цирк, так Копперфильд рядом не стоял! Кстати! А как старика зовут? – обратился он к Борею.

– Таисий! – ответил мужчина. – Он действительно очень стар! Все хранители из его девятки уже ушли из жизни! Он последний!

– Если я правильно понял, то вы, видимо, последние Хранители в вашей цивилизации. Вернее, ваша девятка! – Олег смотрел Борею в глаза. – Значит, вы погибнете вместе с цивилизацией?

– Ну, зачем же так мрачно! – улыбнулся Хранитель. – Да! Время существования нашей цивилизации когда-то истечет! Это, конечно, произойдет, но не завтра и не через сто лет! Сейчас ось нашей планеты направлена не на Полярную звезду, как у вас, а на Вегу. Поэтому климатические зоны у нас расположены совсем по иному. Это во-первых! Во-вторых! Сейчас на планете семь материков, а не шесть, как у вас. Если пользоваться понятной для вас географической символикой, то в центре Тихого океана находится третий по величине материк – Мурана. В центре вашего Южного полюса – материк Атлантида. Мы знаем, что в результате катаклизма, вызванного смещением земной оси, Мурана исчезнет в водах Тихого океана, а Атлантида покроется километровым слоем льда, но это не прервёт жизнь на планете. Хранители дадут новой цивилизации первые знания, и начнется новый виток по Спирали Жизни. Наша цивилизация уже достаточно развита, но ещё не готова для перелёта на новую, молодую планету, где будет вновь начата цепь цивилизаций! Здесь, на Земле, останутся те, кто, пережив катаклизм на орбите планеты, вместе с ДНК всех животных и растений начнет новый виток рождения следующей цивилизации. У вас существует легенда о Ноевом Ковчеге. Среди членов этого орбитального Ноева Ковчега будут девять Хранителей Знаний. Эти Хранители дадут новым людям первые знания, для того, чтобы человек не вымер как вид. А дальше – новая цивилизация, как младенец, научившийся ползать, опять начнет свой путь через детство, юность, молодость – к зрелости и старости! Таков круговорот жизни на планете! – на мгновение он задумался. – Так случилось, что волхвы вашей цивилизации не смогли сохранить Знание через своих потомков. Каждый из них внезапно ушел из жизни, не успев передать Знание избранному им человеку. Возможно, здесь приложили руку дети Хаоса. Поэтому мы вынуждены были свести вас вместе, девять новых Хранителей в точке Коридора Времени. Мы опять дадим вам Знание! Думаю, что и с Хаосом у себя вы разберетесь сами! У вас есть не только профессиональная подготовка, но будут и средства борьбы с врагом! Дети Хаоса всегда нацелены на уничтожение человечества!

Отпив вина из чаши, он посмотрел на их смущенные лица.

– Наша цивилизация вряд ли удивит вас чем-то особенным! Для вас это как поездка за границу вашего государства, в те страны, где вы ещё не бывали! Конечно, в нашей цивилизации уже прошли период деления на отдельные государства! Сейчас нашей цивилизацией управляет Высший Совет Планеты, в котором собрались лучшие представители каждого народа. Они принимают решения в масштабах всей планеты, потому что нормы морали жизни человека навсегда сведены в Десять заповедей Господних. Остальное все – от человеческого лукавства. Технические достижения нашей цивилизации всё равно сейчас неприемлемы для вашей, так как ещё не созданы экономические предпосылки. Для решения многих научных задач нужны усилия промышленности всей планеты! Если вы не против, то на сегодня мы прервёмся! Дела! Вы можете свободно передвигаться в пределах окрестностей! Здесь всё в вашем полном распоряжении!

Он пожал им руки и тоже растворился в воздухе.

– О-бал-деть! – по слогам протянул Яша, ероша волосы у себя на голове. – Это же скажи кому-нибудь, и психушка за тобой закроет двери навеки!

В это время зашипели рации у них в кармане.

– Наши на базе уже, наверное, волнуются? – Олег вытащил свою рацию из кармана. – База! Ответь первому!

– База на связи! – тут же отозвался голос Андрея. – Что у вас? Всё в порядке?

– Да, у нас всё в порядке! Возвращаемся на базу!

Выходя из комнаты, они обернулись в дверях. На столике уже ничего не было.

– Спасибо за угощение, Аврора! – сказал для прикола Яша.

– На здоровье! – отозвалось у них в мозгу.

7

У раскрытых ворот базы их встречал весь личный состав. Любопытство, светившееся в их глазах, можно было понять. Просидев полдня в режиме ожидания, им хотелось быстрее узнать, что им скажут разведчики.

Глядя на их нетерпеливые лица, друзья решили их немного помучить.

– У нас всё нормально? – спросил Князев у Андрея.

– Да всё нормально! – нетерпеливо махнул рукой Андрей. – Ну! Чего там?

– Где? – переспросил Олег, прикидываясь валенком.

– Ну! Где-где? Там! – он показал рукой в сторону виллы. – В Караганде!

– Ах, там! – удивлённо уточнил Олег.

– Князев! Ну, ты зараза! – психанул Калинин.

– Но-но! Попрошу без фамильярностей! – сделал надменное выражение лица Олег.

– Да ну тебя в баню! – Андрей обиженно махнул рукой и пошел внутрь базы.

– Да ладно! Чего уже, и пошутить нельзя? – Олег догнал его и, обняв за плечо, заглянул в глаза. – Ну, извини засранца! Просто столько всего сразу свалилось, что не знаю, с чего и начать! Думаю, что нам лучше всем собраться в комнате отдыха, и там мы всё с Яшей расскажем вам!

Ближе к вечеру, когда солнце уже почти скрылось за горами, но небо ещё оставалось синим с розовой пеленой, по динамику внутренней связи прозвучал голос дежурного по базе:

– Внимание! У нас гости!

Все, побросав свои дела, пошли к выходу. Напротив входа в сооружение стояла Аврора. На этот раз на ней было розовое свободное платье-туника, перехваченное золотистой цепочкой на тоненькой талии. Все замерли, с восхищением глядя на неё!

Первым из замешательства вышел Яша.

– Добрый вечер, Аврора! Мы рады видеть вас у нас в гостях! – он подошел к ней и поцеловал руку. Она явно была знакома с правилами нашего этикета. На её прекрасном лице не было заметно ни тени смущения.

– Здравствуйте, Избранные! – у неё был приятный грудной голос. – Я пришла пригласить вас к нам, в Эдем! У нас вам будет предоставлено всё необходимое для жизни и процесса получения ЗНАНИЯ!

– Мы благодарим тебя за приглашение! – Олег слегка поклонился ей. – Мы обязательно придем к вам, но позволь нам некоторое время пожить в нашем доме, пока мы не привыкнем к вашему миру!

– Пусть будет по-вашему! – согласилась Аврора. – Тогда приглашаю вас просто в гости на сегодняшний вечер! Надеюсь, это не нарушит ваших планов?

– Мы принимаем твоё приглашение! Через час мы придем к вам!

– Хорошо! Я буду ждать вас! – как и в прошлый раз, она легко поднялась над землей и, вытянув руку в сторону моря, заскользила по воздуху.

Проводив её взглядом, все пошли по своим комнатам – готовиться к походу в гости.

На этот раз в зале виллы по центру красовался большой стол с разными кушаньями и напитками. Вряд ли одна Аврора могла всё это приготовить! Возможно, в доме имелась прислуга, но её никто не видел. С белого потолка струился свет, хотя светильников нигде видно не было. Тёмные стекла стен посветлели, открывая панораму на гавань с яхтой и вечерние огни далёкого города. Звучала приглушенная музыка, навевая космические мотивы.

Всех военных Аврора рассадила по одну сторону стола. На другой стороне кресла оставались пустыми. Аврора сделала успокаивающий жест рукой.

– Сейчас появятся наши гости!

Буквально через несколько секунд на пустых креслах стали появляться мужчины и женщины. Они появлялись в воздухе, как появляется изображение на фотобумаге при проявке. Это были Хранители. Их было восемь. На девятый стул села Аврора.

Они сидели лицом друг к другу – Избранные и Хранители. На лицах молодых солдат читался такой неподдельный восторг, что некоторые Хранители стали улыбаться, перешептываясь о чем-то друг с другом.

Внезапно музыка стихла. Все Хранители повернули головы к торцу стола, где никого не было. В воздухе стал проявляться старец Таисий, сидящий в кресле с высокой спинкой. Над ней возвышался круглый черно-белый знак вечности. Все встали и поклонились старцу. После того, как все сели, к еде никто не притронулся. Все чего-то ждали.

Старец поднял глаза на присутствующих.

– Потомки мои и моих братьев! Правнуки правнуков наших, пришедшие из глубин будущего! Настало моё время покинуть этот мир! Моё информационное поле готово к телепортации в другие миры, куда направит его Создатель! Сожгите мою оболочку, чтобы дух мой был сразу свободен! Пусть он возродится заново в другом мире, без груза накопленных Знаний! Сегодня мы прощаемся навсегда! Не грустите! Ибо это не конец, а начало!

Все молча встали, держа чаши с вином в руках. Старец тоже поднял чашу.

– Истина в Знании! – произнёс он.

– Знания в Истине! – ответили Хранители.

Все выпили вина из своих чаш.

– Прощайте! – в последний раз произнёс Таисий.

Хранители встали и, поклонившись, вытянули правую руку в направлении старца. Его охватило голубое сияние, потом мелькнула вспышка, и тело исчезло.

– Прощай, отец наш! – произнесли Хранители.

Прошло еще некоторое время. Все за столом сидели молча, как бы провожая несущуюся в бесконечном космосе душу Таисия. Потом поднялся Борей и, оглядев всех присутствующих, объявил:

– Отныне право старшего среди нас принадлежит Ставру!

Все Хранители поднялись и приветствовали невысокого сухощавого мужчину с курчавыми седыми волосами на голове. Он был ещё совсем не стар, но, приглядевшись, можно было заметить, что старше него за столом никого не было. Он прошел к креслу старца и, подняв его чашу, произнёс:

– Знания в Истине!

Все Хранители поклонились ему и произнесли:

– Истина в Знании! – после чего опять выпили вина. Ритуал, видимо, закончился, и гости вполголоса заговорили между собой.

– Я обращаюсь к нашим гостям! К Избранным! Сегодня вы начинаете новую жизнь, которая изменит ваше отношение к окружающему миру! – начал Ставр. – Ваш путь лежит перед вами, как опасная тропа искушений, на которой нужно будет хранить груз Знания! Вы те, кто передаст нашу эстафету ещё дальше в будущее, чтобы человечество, как венец творения Создателя, никогда не исчезло из просторов вселенной! За вас! За наше продолжение! – все опять встали и выпили.

– Послезавтра мы начнем передавать вам Знание! Процесс этот не легкий, ибо ваш мозг ещё не готов к такой массе информации. Сначала вас подготовят. Потом каждый из Хранителей возьмет себе одного Избранного и будет его источником Знания! А сегодня, если гости желают, мы можем устроить для них морскую прогулку! Они долго сидели взаперти! Им будет полезен морской воздух!

Все встали и вышли из-за стола. Двигаясь навстречу друг другу, Хранители и Избранные, встречаясь у конца стола, пожав ладонь правой руки, левой обнимали друг друга, если это были мужчины. Если следующей попадалась женщина, то к объятию добавлялся поцелуй в губы! Самой молоденькой была Аврора. Она шла последней, и там начинала скапливаться небольшая очередь. Её целовали, почему-то, дольше других. Хранители улыбались, воздерживаясь от комментариев. Закончив ритуал прощания, Хранители растаяли в воздухе. В зале с гостями осталась только Аврора. Она сделала приглашающий жест в сторону причала. Тотчас стеклянная стена со стороны моря раскрылась. Вся дорожка вдруг засветилась без каких либо фонарей оранжевым светом по краям и светло-зелёным – посередине. Легкий, тёплый ветерок едва шевелил листья пальм в этом необычном свете. Яхта оказалась довольно большой по размерам. Водоизмещением тонн на шестьсот, – определил на глаз Железин. Корпус представлял собой идеально гладкий кокон со стремительными обводами корпуса снизу. В корпусе, как бы заодно с поверхностью, были выполнены большие тонированные окна. Войдя на яхту, все обратили внимание на отсутствие руля и пульта управления.

– Аврора! А как же управлять подобной посудиной? – поинтересовался Валера.

– Мой мозг управляет её системами через биосенсерный блок, находящийся внизу, в отсеке движения! У других яхт, для обычных людей, имеются мини пульты дистанционного управления или речевое управление. Нашей яхте это не нужно. Чтобы вы лучше понимали способности человеческого мозга, я вам кое-что покажу! Держитесь!

Яхту качнуло, и она стала подниматься из воды. Через несколько мгновений она повисла в метре над водой. Немного постояв, яхта начала двигаться, разгоняясь всё больше и больше. Она летела над водой в сторону приближающихся огней большого города. Вскоре она плавно пошла на снижение и, вздыбив белый бурун воды, заскользила вдоль набережной. Закрытые окна яхты тихо сдвинулись вдоль корпуса, убираясь внутрь наружных панелей обшивки. Через минуту вся носовая палуба оказалась открытой с обоих бортов. Стал слышен вечерний шум города. Необычной формы здания, похожие на колоссальные полупрозрачные воронки, вставленные одна в другую носиками вниз, представляли собой целые микрорайоны. Каждый уровень такого здания имел всё, что необходимо человеку для нормальной жизни и отдыха. Гранитная набережная была заполнена влюблёнными парочками, которые приветливо махали руками проплывавшей яхте. Смех, выкрики и музыка были слышны даже здесь, на судне. Впрочем, она двигалась совершенно бесшумно, если не считать плеска воды о её корпус.

– Слушай, Аврора! А почему у яхты нет винта или водомёта? – поинтересовался Железин.

– Понимаешь, Валерий! У яхты, собственно, нет ни мотора, ни движителя в вашем понимании. Просто в нижней части корпуса имеется полоса, выполненная из материала, который служит электромагнитным резонатором. Он заставляет молекулы воды двигаться в нужную сторону с нужной скоростью. Питается резонатор от электровакуумной установки размером с большой мяч. Соленоид, находящийся внутри установки, возмущает физический вакуум. Это приводит к уменьшению массы элементарных частиц с выделением большого количества энергии, необходимой для создания поля электромагнитного движителя. Наверное, я слишком сложно объясняю? – она заглянула Валере в глаза.

– Да нет, вроде бы пока понятно! – он пожал плечами.

– По такому же принципу движутся и летательные аппараты. Только у них, вместо воды, используется направленное движение молекул воздуха.

Избранные, облокотившись на борт яхты, смотрели на высокие дома, некоторые из которых были привычной для нас прямоугольной формы, другие в виде шаров, конусов, пирамид. Сейчас во многих городах нашего мира уже можно найти здания и с более крутым биодизайном. Во многих окнах горел свет. Вперемешку с разноцветной лазерной рекламой это создавало потрясающую игру красок и света.

По набережной скользили автомобили каплевидных и кубических форм, но главное, что обращало на себя внимание, это отсутствие колес. Вместо них были эластичные шары, позволявшие автомобилю двигаться свободно в любую сторону. Движение и удержание кузова над дорогой, – как пояснила Аврора, происходит за счёт эффекта отталкивания однополярных магнитов, которые полосами заделаны внутрь оболочки шаров.

Вообще-то, Аврора неплохо разбиралась в вопросах техники. Лёня Доценко буквально смотрел ей в рот, ловя каждое слово на лету. А наш Вася Головня, словно поражённый в сердце стрелой Амура, не сводил с неё влюблённого взгляда. Со стороны, конечно, у него был вид полного идиота. Но Природа-мать для чего-то создала это чувство, помогающее двум половинкам стать одним новым целым! Аврора тоже была не бесчувственной куклой. Она буквально кожей ощущала Васин обжигающий взгляд.

Это вызывало у неё незнакомую бурю чувств. Она не знала своих дальнейших действий и это пугало. Разве есть в мире что-то, чего не знает Хранитель?

Шумно обмениваясь впечатлениями, военные вернулись на базу далеко за полночь.

8

Наутро их опять ждала Аврора. Сегодня им предстояло встретиться со Ставром. Она предупредила, что он сам появится у них через час. Вася успел нарвать букетик полевых цветов и, краснея от смущения, преподнес его девушке. Она тоже отчего-то растерялась. Они оба, держась за один букет, не моргая смотрели в глаза друг другу.

Иван Слепченко, наблюдая за ними из ворот базы, от переживания взъерошил волосы на голове стоящего рядом с ним Федькова. Видно, он вспомнил свою молодость. Смахнув толстым пальцем слезинку в углу глаза, он повернулся и побрел внутрь здания.

В указанное время в комнате отдыха базы, когда все уже расселись по своим местам, появился Ставр. Как и Таисий, он появился в кресле Старшего Хранителя.

Все встали и молча поклонились ему. Сделав жест, разрешающий всем сесть, он начал свою речь.

– Прежде, чем Хранители начнут передачу Знания, я бы хотел побеседовать с вами. В своем мире мы живем среди обычных людей, строго храня тайну своего Знания. Это нужно потому, что в любом обществе были и будут силы, стремящиеся к неограниченной власти. Они готовы к уничтожению себе подобных и разрушению святынь в погоне за властью и богатством. Конечно, иногда мы вынуждены вмешиваться в дела и ситуации, которые могут привести к фатальному для человечества исходу. Всему своё время! Нельзя допустить изменения Предначертанного! Люди, не знающие нашего предназначения, называют нас волшебниками, колдунами и волхвами. В начале развития человечества нам обычно поклоняются! В средние века притесняют и уничтожают! На более поздних стадиях изучают. В принципе, все цивилизации схожи, потому что основополагающие законы природы и науки одинаковые. Законы физики, математики, механики одни и те же для всех поколений, живущих на одной и той же планете. Принципы пропорциональности и рациональности одинаково присущи всем людям, не важно, в каком тысячелетии они живут. То, что было изобретено в одной цивилизации, изобретается вновь и вновь в каждой следующей. Это научные знания, они нас касаются в меньшей степени. Наше Знание направлено на сохранение цивилизации и на недопущение уничтожения человечества как вида вообще. Мы не святые, с которыми нас иногда путают простые люди. Святые – это те, кто познал Истину через веру в неё! Их души, или информационные биополя, находятся на более высоком, чем наш уровень. Мы храним знания об Истине, но знать и верить – разные понятия. Для нас Истина – суть начала всего сущего. У этого Начала стоит вселенский сверхразум, создавший не только окружающий нас мир, но и создавший человека. Вершиной творения сверхразума является человеческий мозг. Вся окружающая нас вселенная помещается в нашем мозге, ибо он и является уменьшенной копией вселенной, не имеющей ни начала, ни конца. Обычный человек использует только десятую часть потенциала своего мозга, потому что ему, для выживания как виду, этого достаточно. Но небольшая часть человечества проявляет стремление к знанию, а это бесконечный процесс. Ибо ему сравняться с возможностями сверхразума – недостижимо. Способность проникать в другое временное измерение для защиты процесса возрождения человечества нам были даны изначально, с тех незапамятных времен, когда на одной из планет вселенной, путём миллиардов проб и ошибок, был создан мыслящий организм – человек. Мы пришли на эту планету естественным путем, расселяясь по вселенной. Вот и эта цивилизация, в которой вы сейчас находитесь в гостях, когда-то тоже завершит свой жизненный цикл. Уровень науки этой цивилизации в будущем позволит ей переселиться на ближайшую пригодную для жизни планету со схожими условиями. Больше половины пути уже прошел период прецессии, занимающий двадцать пять с половиной тысяч лет. После очередного изменения наклона земной оси на планете опять произойдет катаклизм, который сотрет с её поверхности следы предыдущей цивилизации. Начнется новый цикл жизни следующей, новой цивилизации, длинной опять в двадцать пять с половиной тысяч лет. И вот тогда мы, Хранители, опять дадим первый толчок развития новой цивилизации, которая, страдая и болея, как человеческий организм, будет постепенно развиваться и учиться для того, чтобы к концу своего жизненного цикла быть готовой к переселению в космос, на новую планету. Так, множась в геометрической прогрессии, человечество постепенно расселяется по вселенной. Это бесконечный процесс, как бесконечна вселенная. Мы избраны и поставлены Первосоздателем на стражу этого процесса.

Все присутствующие в комнате отдыха базы не проронили ни слова. Повисла тишина.

– Да! – первым пришел в себя от услышанного старшина Слепченко. – Разрешите задать вопрос?

Ставр одобрительно кивнул головой.

– Это шо же получается? Я буду знать всё обо всём на свете? Так у меня же голова лопнет!

– Ты ошибаешься! Мозг человека способен усваивать бесконечное количество информации! Примерно 10.000.000. миллиардов бит информации! Он сам раскладывает её по уровням хранения, в зависимости от степени пользования ею. Ты будешь носителем информации о знании. В нужный момент, в нужном месте, твой мозг откроет тебе ячейку памяти именно с нужной информацией по возникшему вопросу. Упрощённо это можно сравнить с энциклопедией. Для прочтения ответа на какой-то вопрос достаточно открыть нужную страницу. Совсем незачем каждый раз перечитывать всю книгу.

– А сколько времени уйдет на обучение? – спросил Черноморец.

– В зависимости от вашего стремления к Знанию. Для нас главное то, что каждый из вас понимает разницу между добром и злом. Сам процесс передачи не долгий. Важно то, каким вы станете после его завершения. В дальнейшем, когда вы будете жить в своём мире, помните, что того, кто решит использовать Знание во зло, остальные могут лишить памяти. В процессе жизни вы будете сталкиваться с повседневным злом, с которым будете бороться, как обычные люди, помня о своей миссии. Необычные свои способности вы будете использовать только в самых крайних случаях.

– В вашем мире сейчас есть зло в виде войн, грабежей и разбоев? – спросил Андрей Калинин.

– Я понял тебя! Да, зло есть всегда, как антипод добру! Во всем должно быть равновесие! – Ставр, медленно рассматривал задумчивые лица будущих Хранителей! Какие они разные! Взрослые, много повидавшие на своём веку, и совсем молодые, у которых вся жизнь ещё впереди!

– Расскажите нам о тех, кого стоит опасаться в вашем мире. Ведь мы можем принять врага за друга и наоборот!

– Болезни человечества, как и болезни отдельных людей, в общей своей массе одинаковы. Стремление к власти любым путем всегда было присуще более сильным личностям. В отличие от тех, кому власть делегирована обществом законным путем, эти хотят ни от кого не зависеть и решать всё единолично. Для этого нужны большие деньги, быстро получить которые можно только криминальным путем, привлекая для этого лиц, склонных к криминалу. Поэтому криминальные личности и созданные ими криминальные сообщества всегда будут присутствовать, в любой цивилизации. Другой вопрос: насколько сильно они распространят своё влияние? Чем меньше в обществе проблем, тем меньше почвы для криминала. В основном останутся только те, кого можно считать психически больными людьми. Отвечая на ваш вопрос, могу ответить так: у нас практически нет врагов. Враги есть у вас! То есть те, кто считает, что нельзя продолжать цепочку передачи знаний! Это сторонники Хаоса! Разрушители! Мир, по их мнению, был создан из Хаоса, и после гибели его должен опять наступить Хаос. Человечество оказалось несовершенной моделью. Хаос породит новую, более совершенную модель существа, способного жить и совершенствоваться бесконечно долго. Мы их называем Разрушителями, ибо они не умеют ничего создавать. Их прародителем когда-то стал один из Хранителей. Он возомнил себя всемогущим и решил создать свою религию. Он наделил своих преемников нашей силой и поставил перед ними цель – уничтожать Хранителей. Разрушители создали целую армию своих приверженцев. У нас их можно отличить от простых граждан по имплантированным в кожу рук стальным пластинам. Некоторые из них вживляют сталь в места, наиболее уязвимые во время драк. Руководят ими Злобные, над которыми стоит Разрушитель. Планетарный комитет по контролю преступности ПККП отслеживает деятельность Разрушителей, но им не всегда видны скрытые действия этой организации. Поэтому очень неплохо то, что вы имеете такое, хорошо защищенное убежище. Разрушители уже пытались проникнуть в эту долину, но им помешали внутренние распри из-за дележа власти. Нужно быть постоянно начеку. Мы для общества как бы не существуем, но Разрушители знают о нас и от своей цели не отступятся. Либо они уничтожат вас в этом мире, либо постарается проникнуть в ваш мир.

– Да! Хрен редьки не слаще! – констатировал Черноморец.

– С обороной у нас действительно проблем пока нет, но нам не известен уровень развития вашей военной техники, – Князев водил ручкой по чистому листу бумаги.

Ставр усмехнулся:

– На этот счет можете не волноваться! Со времен последней мировой войны прошло более трехсот лет! Всё оружие на планете было отправлено на переработку. Имеется парализующее оружие у ПККП и энергетическое – у Войск Планетарной Обороны.

– Что такое ПККП? – спросил Олег.

– Это Планетарный Комитет по Контролю над Преступностью!

– Ясно! – сказал Олег. – И, пожалуй, последний вопрос! Степень нашей свободы передвижения?..

– Вас никто ни в чем не ограничивает! Первое время, пока вы не адаптировались в нашем мире, вас будет сопровождать Аврора! Дом на берегу в полном вашем распоряжении! Долина и бухта окружены горами, которые подковой доходят до воды и обрываются прямо в море. Единственная дорога через лес и горы в сторону города была засыпана камнепадом много лет назад. Так что сюда могут попасть случайные отдыхающие только со стороны моря! Будем надеяться, что беспокоить вас не будут! На сегодня, думаю, нам достаточно! – помахав рукой на прощание, он растворился в воздухе вместе с креслом.

– Ну, что вы думаете обо всем этом? – спросил Олег у задумчиво молчащих товарищей.

– Да тут хоть думай, хоть не думай! Придется действовать по ситуации! – высказался Железин. – Предлагаю на базе дежурить как минимум по двое! Один дежурит у пульта обороны, другой отдыхает! Остальным перебазироваться на берег и начать программу обучения!

– Правильно! – поддержал его Андрей. – Раньше сядешь, раньше выйдешь! Чего-то уже домой захотелось!

– Согласен! – подвел черту Олег. – В сложившейся обстановке считаю сохранение дисциплины важнейшей гарантией нашего выживания и возвращения в наш мир! Есть другие мнения?

– Какие тут мнения! – сказал Иван. – Не дети, понимаем, шо только в коллективе можно выжить! Или, як кажуть у нас, шо гуртом и батька быты лэгшэ!

Остальные присутствующие согласно закивали головами.

– Хорошо! Тогда всё оставляем так, как есть! Андрей, составь график дежурства на базе, чтобы в смене был солдат и офицер. Смена через сутки! Остальным готовиться к переезду в дом на берегу! Личное оружие – как минимум пистолет и рацию – всем иметь при себе постоянно! Джип, катер и самоходку перегоняем к дому! Остальные самоходки оставляем на базе! Тремя группами по два человека в свободное время за сегодня и завтра обследовать всю долину по периметру и составить план-карту местности. Самоходок хватит на всех! – он обвел всех сидящих взглядом. – Помните! Мы теперь не просто представители нашей цивилизации, мы теперь одна семья! Если вопросов нет, то начинаем действовать!

Через два часа после того, как новая смена заступила на боевое дежурство, а остальные разместились в комнатах большого дома, группы, пыля колёсами самоходных платформ, устремились в разные концы долины к заранее определённым ориентирам. День прошел тихо. К ночи вернулись уставшие исследователи и сдали Князеву свои записи.

Собравшись после ужина в кабинете Олега, они свели разрозненные записи в общую план-карту. Теперь более-менее стали ясны размеры долины и её рельеф. Просматривалась и старая дорога, заросшая лесом, на подходе к перевалу. Завтра решено было по возможности обследовать то, что находится за окружающими долину горами. В этот вечер никто из Хранителей не появлялся. На экране локатора базы подозрительных передвижений на местности тоже замечено не было.

9

Утром, после того, как во всех рациях послышалась команда дежурного по базе: «Подъём! Выходи строиться на физзарядку!» все военные, поёживаясь от утренней прохлады, вышли на площадку перед домом.

– Становись! Вправо-влево разомкнись! – привычно командовал Князев, вспоминая годы курсантской молодости. – Упражнения делать нач-чи-най! Раз, два, три, четыре! – семь мужских тел привычно выполняли утреннюю гимнастику, чувствуя, как тело наливается бодростью и силой. Эх, хорошо!

Через полчаса, когда все уже слегка раскраснелись, Олег скомандовал:

– А теперь – водные процедуры! – и первым нырнул в прохладную воду голубого бассейна. С криками «ура!» за ним посыпались в воду все остальные.

К завтраку все одевались не спеша, с сожалением разглядывая свою поношенную камуфляжную форму. В зеркальных нишах шкафов они ничего не обнаружили из одежды, и это несколько расстроило их. Ну, да ладно. На войне, как на войне!

Завтракали за столом самобранкой в центральной комнате дома. Олег, уже освоившись с этим достижением чужой науки, бодро скомандовал:

– Завтрак на семь человек, появись!

Когда на стеклянной поверхности стола появились семь столовых приборов и разные блюда с незнакомой но, тем не менее, очень аппетитно пахнущей пищей, у всех вытянулись лица от удивления.

– Прошу приступать, господа! – сделал приглашающий жест Олег. – Мы с Яковом Семёнычем уже пробовали местную пищу, и, должен сказать – это весьма вкусно!

Недоверчиво пробуя на вкус разные блюда, все удовлетворённо закивали головами. Дальше дело пошло веселее. Попробовав напитки, у всех явно почувствовался прилив сил и энергии.

– Неплохой коктейль! – резюмировал Андрей. – Как ты считаешь, Лёша? – обратился он к сержанту Федькову. Как признанный повар базы, Лёша погонял напиток во рту, задумчиво глядя в потолок и произнёс:

– Одобрям!

– Да! Гарна вещь! – старшина ласково погладил поверхность стола. – Обязательно нужно такой же на базу поставить. Ни тебе продуктов, ни тебе поваров с кухней не надо! Как же он устроен? – Слепченко заглянул под стол, но кроме металлической стойки ничего не обнаружил.

– Можно убрать со стола! – громко сказал Олег, и всё, как по мановению волшебной палочки, исчезло.

– Нет! Без такого сувенира я до дому нэ повэрнусь! – восхищенно произнес Иван.

Остальные, глядя на его мечтательный взор, рассмеялись и стали выходить во двор.

– Становись! Равняйсь! Смирно! – скомандовал Калинин. – Товарищ полковник, группа для утреннего развода построена!

– Вольно! – ответил Князев, опуская руку от козырька фуражки.

– Вольно! – продублировал Андрей.

– На сегодня задача: обследовать окрестные горы и посмотреть, что находится по ту сторону. Если восхождение будет связано с риском для жизни, то тогда группе следует вернуться. Лишний риск нам сейчас не нужен! Проверить питание раций, оружие, обувь! Получить у старшины сухпаёк и сигнальные ракеты на случай вызова помощи! Я иду с Черноморцем и Доценко на южный склон! Железин с Федьковым на западный! Приходько с Калининым на северный! Время возвращения – не позже двадцати вечера. Контрольный доклад дежурному по базе через каждый час! Всё! Пошли!

Облепив самоходку со всех сторон, они доехали до базы. Через пятнадцать минут последняя группа покинула базу.

Свесив ноги с платформы, Олег с Яшей обозревали окружавшую их природу.

– Если бы мне кто сказал, что мы находимся не в своём мире… Я бы тому в рожу плюнул! – хмыкнул Яша, сбив носком ботинка самую обыкновенную ромашку. Самоходка не спеша катила к южному склону гор. Лёня Доценко, сидя за баранкой, вглядывался в траву, чтобы ненароком не вскочить в какую-нибудь яму. Вскоре они оказались на опушке березовой рощи. Родные белоствольные русские березы приветливо кивали им длинными, гибкими ветвями. Часто попадались подберезовики, но друзья благоразумно решили их пока не рвать. Это у нас они хорошие грибы, а здесь могут оказаться ядовитыми! Спустившись в небольшой овражек, Олег обратил внимание на большие листья папоротника.

– Яша! Я только сейчас подумал о том, что в этом мире климат намного теплее того, который был у нас. И моря не было там, где у нас перешеек отделял долину от бассейна Оби.

– Вероятно тогда, то есть здесь, где мы сейчас находимся, был несколько иной ландшафт! Кстати! О какой такой прецессии говорил Ставр?

– Не знаю, смогу ли объяснить этот процесс, но попытаюсь, если сам не запутаюсь! – Олег на мгновение задумался. – Представь себе юлу, которой ты в детстве играл. Пока ты её не трогаешь, она вращается вертикально, но, стоит тебе толкнуть её, и она тут же начинает выписывать кренделя. Её ось выписывает некую окружность. То есть в разные моменты времени она направлена в другую точку. Вот период описания земной осью полного круга и называется периодом прецессии! Понял?

– А чего здесь не понять? – удивился Яша.

– Дело в том, что там как-то намного сложнее объяснение, но я уже ничего не помню! Нужно будет уточнить у Хранителей! Я же не астроном! – Олег виновато развёл руками.

– Мне кажется, что Хранители нам обязательно дадут это знание! Ведь оно, видимо, основополагающее!

Так, беседуя, они незаметно пересекли рощу и стали подниматься по склону горы к перевалу, куда уводили едва заметные следы старой дороги. Доценко шел впереди, осматриваясь по сторонам. Уже на вершине перевала он вдруг внезапно сделал шаг в сторону и присел за большим валуном. Обернувшись, он показал Князеву и Черноморцу, что видит четверых человек. Пригнувшись, Олег с Яшей быстро подобрались к нему. Олег, на мгновение выглянув из-за камня, заметил четверых мужчин, расположившихся вокруг плоского валуна. На камне стояли пластиковые банки с какой-то едой. В центре импровизированного стола стоял небольшой прибор, размером с пачку сигарет. Над ним, прямо в воздухе, вращалась лазерная трехмерная модель долины. Они что-то обсуждали, временами тыкая пальцами в разные точки на подвижном изображении. Слов разобрать Олег не мог, видимо, из-за того, что язык их был совсем незнаком. Временами казалось, что они говорят на русском, иногда – на арабском. Жаль, подобраться поближе не было возможности, не обнаружив себя. Что-то беспокоило Олега в их наружности, но что – он пока не мог понять. Прикрыв окуляры бинокля руками, чтобы случайно не блеснули стекла, он принялся разглядывать их. Одежда была, в общем-то, удобная, чем-то напоминавшая десантную, со множеством кармашков и амортизирующими вставками. На головах у них были что-то вроде подшлемников с переговорными устройствами. Надо лбом располагался объектив какого-то устройства. Штаны были из материала, похожего на кожу, но, видимо, очень крепкого. На ногах – ботинки с мощным протектором. В общем, ничего особенного. Но вот один из них опять протянул руку к вращающейся голограмме, и Олег увидел то, что его обеспокоило. На фалангах пальцев и тыльной стороне ладони заблестели металлические пластинки.

– Хреново дело, братцы! – тихо сказал Олег. – Похоже, к нам в гости пожаловали господа Разрушители! Если я не ошибаюсь, они ещё не обследовали долину на предмет нашего обнаружения. Посему нужно будет сейчас по шустрому что-то сообразить! Слушаю ваши предложения!

– Пропустить их нельзя! – задумчиво произнёс Яша.

– Мочить? Тоже как-то неудобно! – солидно сказал Леонид. – Только появились и сразу валить местных… Да и Хранители могут за свою цивилизацию обидеться!

– Ясно! Этих козлов будем брать по-тихому! Подержим на базе, пока не придет время переходить в наш мир, а перед этим вывезем обратно за долину и выпустим! – он протянул ладонь Яше, и тот в знак согласия хлопнул по ней своей ладонью. То же сделал Лёня.

Мужики после сытной, видимо, пищи решили отдохнуть. Судя по всему, дорога сюда оказалась для них не легкой. Подложив на камни какие-то тряпочки, они нажали на маленькие баллончики. На глазах у притаившихся друзей, тряпочки превратились в надувные одноместные палатки.

– Класс! – выдохнул Лёнчик. – Такую палатку можно в кармане носить!

– Работаем тихо! Я с Яковом Семёнычем будем упаковывать этих мужичков, а ты отсюда, сверху, будешь нас страховать. Если что-то пойдёт не так или появятся ещё гости, прикроешь автоматным огнём! – Он ободряюще хлопнул парня по плечу. Вытащив из кармана рацию, передал: – База! Ответь первому!

– База на связи! – отозвался голос Ивана.

– У нас гости! Четверо! Похоже, Разрушители! Предупреди остальных, чтобы были начеку! Этих будем брать! Приготовь для них изолированное помещение! Конец связи! Выложив из карманов всё лишнее, Князев с Черноморцем исчезли среди камней. Сколько Доценко не вслушивался, ни один камешек не стукнул. Вначале он заметил, как одна палатка странно дёрнулась и затихла, потом вторая, третья… Наконец между четырьмя палатками возникли фигуры Олега и Яши. Доценко сверху показал им, что всё спокойно. Вытащив из палаток за ноги оглушенных и связанных мужчин, офицеры завязали им глаза и заткнули рты. Найдя воздушные клапана, быстро спустили воздух из палаток. Затолкав всё найденное барахло незадачливых следопытов в их рюкзаки, чтобы не осталось следов, стали приводить пленных в чувство. Кое-как подняв их на ноги, связали вереницей и повели в сторону базы.

На экране монитора наружного наблюдения Иван Слепченко наблюдал странную процессию. От опушки берёзовой рощи к базе двигались странная процессия. Во главе колонны, на самоходке, ехал Лёня Доценко. За ним, привязанные верёвкой к платформе, вереницей шли пленные. Шествие замыкали Князев с Яшей, идущие налегке.

Наружные ворота базы раскрылись, и вереница, не снижая темпа, вошла внутрь сооружения.

– Ну, вот мы и дома! – объявил Яша.

Пленные сбились в кучку, втянув головы в плечи. Сноровисто отвязав конец веревки от платформы, Иван потянул их за собой в боковой коридор, к складскому помещению. Олег с Яшей последовали за ними. У двери склада Иван поставил пленных вдоль стенки и стал не спеша обыскивать. Все найденное аккуратно складывал по кучкам, чтобы не перепутать – где чьё. Потом по очереди завёл их в помещение пустого склада и разрезал веревки на руках. Чтобы они не сидели в темноте, оставил включенным дежурный свет. Собрав имущество пленных, втроём пошли в кабинет Олега. Разложив найденное на столе, принялись не спеша разглядывать трофеи. Голографический проектор Олег узнал сразу. Он хорошо разглядел его в бинокль. Повертев в руках приборчик, напоминающий кнопками карманный калькулятор, попробовал наугад нажать несколько кнопок. На табло высветилось какое-то мигающее слово. Нажав красную кнопку, выключил прибор. Цифры и буквы казались похожими на наши, но вот их назначение пока было не ясно.

– Ладно, потом разберёмся! – решил Олег.

Следующим предметом пристального изучения стали приборчики наподобие наручных часов. На большом жидкокристаллическом экране, размером со спичечный коробок, постоянно менялись цифры. Периодически пробегал какой-то текст. Но вот прозвучал зуммер, и на экране появилась отвратительная физиономия какого-то терминатора. Только приглядевшись, можно было понять, что металлические пластины, покрывающие лицо и голову монстра, вживлены в живую ткань. Этот металлочеловек злобно уставился с экрана монитора на Олега.

– Ну, чё ты вытаращился, как баран на новые ворота? – спросил его Князев. – Смотри! Дырку на мне не протри! – и по новой моде показал ему средний палец. – Фак ю!

Металлочеловек что-то медленно и злобно начал говорить Олегу. Без перевода можно было догадаться, что он явно говорит не о любви к ближнему. Он даже как-то по нашенски затряс поднятыми кулаками, явно призывая что-то нехорошее на головы россиян. Это так насмешило офицеров, что они рассмеялись, показывая пальцами на экран. Видимо, на том конце связи, чтобы у ихнего терминатора не поплавились от злости пластины на голове, выключили телекоммуникатор.

– Вот это урод! Куда там нашим девчонкам с их пирсингом на пупке! Это же натуральный терминатор! – удивленно мотал головой Черноморец. – Неужели у них в кинопрокате показывали «Терминатора»?

– Если считать, что они живут за двадцать пять тысяч лет до нас, то думаю, что кинофильм им ещё не подвезли! Ну, только если в виде сувенира из нашей цивилизации! – развёл ладони в стороны Олег.

– А шо! Вполне могли стырить! – тут же предположил Иван. – Откуда мы знаем, шо той канал, по якому мы сюды попали, единственный? Може ище дэ есть? Хотел бы я посмотреть на ихние афиши у кинотеатре!

– Ладно! И до афиш, и до каналов доберемся! – сказал Олег, беря в руки предмет, напоминающий нашу пишущую ручку. Нажимая на верхнюю кнопку, он ожидал, что из нижнего отверстия появится пишущий стержень, но вместо этого из отверстия появился тонкий луч красного цвета. На бумаге появились четкие линии там, где по ней прошел луч. Олег осторожно направил луч на кончик пальца, но ожога не почувствовал. Зато на коже осталась точка. Потерев палец, он понял, что точка находится не на поверхности пальца, а уже внутри кожи.

– Что за чёрт? Вроде бы как лазерная ручка? Только не пойму, какое вещество дает черный след там, где прошел луч? – Он выключил ручку, а потом, направив её на дальнюю стену кабинета, включил опять. Тонкий красный луч заканчивался в воздухе буквально через несколько сантиметров.

Следующей оказалась записная книжка, состоящая из двух гибких страниц. Когда Олег открыл её, то на внутренней поверхности страниц снизу вверх поползли строчки каких – то записей. Они выходили снизу листка и исчезали в верхнем срезе. Олегу показались знакомыми некоторые буквы, и он машинально попытался пальцем проследить их. И, как только он коснулся пальцем листка, текст замер. Двинул палец вверх, и с такой же скоростью мелькнул текст, двинул палец вниз, и текст рванул вниз.

– С этой записной книжкой всё ясно! – Олег отложил её в сторону. – А это, видимо, паспорта граждан!

С четырех пластиковых карточек на них смотрели цветные голографические лица пленных. Их можно было рассматривать и справа, и слева. Текст на пластинке рядом с лицом владельца двигался пальцем вверх или вниз.

– Интересная у них ксива! – Яша тоже вертел в пальцах один из паспортов.

Дежурный по базе объявил о возвращении одной из групп.

– Пусть идут ко мне в кабинет! – передал по селектору Князев дежурному.

Через пять минут в кабинет вошли Железин с Федьковым. Они были изрядно вымазаны в грязи, хотя на дворе был сухой, солнечный день. Усевшись за стол заседаний, они разложили на столе листы бумаги. Все сгрудились возле них, разглядывая схемы местности.

– Докладывай, Валерий Алексеевич! – Олег пододвинул ему стакан с водой.

Сделав пару глотков, тот передал стакан Алексею.

– Особенно докладывать нечего. За этим хребтом, дальше на Запад, идут ещё несколько! – Он провёл карандашом примерное расположение хребтов. – С той стороны склон очень крутой, и без альпинистского снаряжения там делать нечего. Примерный план местности мы с Лёшей набросали. Но вот собравшись идти обратно, с вершины хребта, заметили внизу, в нашей долине, странный предмет. Возвращаясь, пошли по склону наискосок, вот к этому месту! – Он показал на крестик, нарисованный у подножия горы. – Место там оказалось достаточно заболоченное и пришлось идти вброд. Так вот! Там мы обнаружили предмет, чем-то напоминающий пресловутую летающую тарелку. В диаметре она около трёх метров, слегка вытянутая. По всему периметру расположены овальные отверстия. Сверху на тарелке прозрачный колпак. Он был открыт. Внутри, под колпаком, три кресла. У среднего из них из подлокотников выдвинуты два пульта с кнопками и два джойстика. Правый и левый. Возможно, что этим аппаратом управляют, держа руками эти джойстики. Почему он там брошен – неизвестно! Каких либо предметов ни внутри, ни снаружи не обнаружили.

– Далеко он лежит от края болота? – поинтересовался Олег.

– Метров пятьдесят с нашей стороны! – показал Железин на схеме.

Олег переглянулся со старшиной и Черноморцем. Иван сделал успокаивающий жест руками.

– Командир! Я всё понял! Притащим в лучшем виде! К ночи она будет здесь, на базе!

– Добро Иван Алексеевич! Корми народ! Дела потом! Как управлять столом уже понял?

– А то? Я же теперь, коло цёго стола, як кот биля смэтаны! Освоим управление в лучшем виде! Не сомневайтесь! – его черные цыганские глаза радостно блестели.

– Ну, держись скатерть самобранка! Теперь ты узнаешь, что такое русский прапорщик! – подначил Железин старшину.

Все дружно рассмеялись, глядя на проказливо скорбную физиономию Ивана. Через мгновение лицо его разгладилось. Сверкнув белоснежными зубами, он засмеялся вместе со всеми.

Запищал селектор:

– Командир! У нас Аврора! Ждёт во дворе!

– Хорошо! Мы выходим!

День клонился к закату. Тень от гор, окружающих долину с западной стороны, накрыла долину. Южные и северные склоны косой солнечной полосой света и тени упирались в берег моря.

Аврора, как всегда прекрасная и юная, скромно стояла у выхода из базы, скромно водя носком золотистой сандалии по желтому песку. Увидев мужчин, выходящих из ворот базы, она сверкнула белозубой улыбкой и пошла им на встречу.

– Здравствуй, Аврора! – приветствовал её Олег.

– Приветствую вас, Избранные! – произнесла она своим певучим голосом. – Пришла за вами! Пора начинать передачу знаний! Хранители желают знать, готовы ли вы к этому!

Несколько смутившись, Олег оглянулся на своих товарищей. – Аврора! Мы сегодня были заняты несколько другим делом! У нас ещё не вернулись двое товарищей, ушедших обследовать северный перевал долины! Если это возможно, то передачу знаний можно начать с завтрашнего утра!

– Хорошо! – Она прикрыла на мгновение глаза, мысленно уйдя куда-то вглубь себя. – Хранители согласны!

– Аврора! Если у тебя есть время, удели нам хотя бы полчаса! Нам нужна твоя помощь, чтобы разобраться в некоторых, не понятных нам, вопросах! – попросил Олег.

– Охотно помогу вам! – она лучезарно улыбнулась, отчего все мужчины тоже заулыбались.

В кабинете Князева все расселись за столом заседания и стали слушать разъяснения девушки.

– Вот этот предмет служит для определения как своего местонахождения, так и графического трехмерного изображения местности в радиусе от одного до ста километров. Информация на этот геопроэктор поступает с одной из ближайших орбитальных станций планеты. Достаточно ввести команду на определённый радиус поиска, после чего нажать вот эту кнопку начала работы! – Она показала всем, как это делается. – Теперь смотрите! – она нажала последнюю кнопку и поставила приборчик на стол. Через несколько секунд воздух над прибором стал голубоватым, и в нем стали прорисовываться контуры гор, долины, берега моря. Изображение было объёмным, как прозрачный макет, построенный на плоском подносе. – Сейчас вы видите местность в радиусе десяти километров. Чем больший радиус, тем мельче изображение! Теперь введем команду на определение нашего места на этой местности! Вот видите! Появилась яркая, красная точка! – Она показала пальчиком на рубиновую ягодку, засветившуюся в голубом изображении долины. – Можно запросить схему пройденного пути! – Она набрала команду, и на изображении долины с окружающими горами пролегла извилистая красная нить, начинающаяся где-то за краем голограммы, потом, извилисто поднимаясь по склону горы, отметилась яркой точкой – видимо, в месте привала Разрушителей. Потом она продолжила путь вниз, в долину и закончилась в рубиновой точке, над которой, едва заметно возвышался холмик.

– Аврора! Нам необходимо знать местный язык и письменность! Может быть, у вас есть какие-нибудь словари или разговорники. Нам не понятен ни местный язык, ни местная письменность! – Олег беспомощно развел руками.

– Думаю, что с этим вопросом нам поможет разобраться портативный переводчик. Я подготовлю его для вас к завтрашнему утру! В нашей цивилизации на данном этапе её развития на всей планете пользуются всеобщим языком, наподобие того, который в вашем мире называют эсперанто. Конечно, уважая традиции и историю своих бывших стран, люди учат и помнят свои местные языки, но в основном общение идёт на всеобщем языке.

Ей подали предмет, похожий на наручные часы.

– Это коммуникатор! По вашему – как видеотелефон. Кроме того, на его экране идет всякая информация! Можно запросить последние новости, прогноз погоды, заказать текст любой книги или статьи, если знаете её название. Можно посмотреть фильм или программу. Можно оставить сообщение. Ещё много разных функций!

– Ясно! – Яша повертел коммуникатор в руках. – Это тоже, что и наши сотовые телефоны, только покруче!

– У нас есть ещё один вопрос! – Олег взял лист бумаги и карандаш. – Валера! Изобрази аппарат!

Железин быстро набросал карандашом рисунок виденного им аппарата.

– Что это за аппарат и принцип его работы!

Аврора развернула рисунок к себе и, взяв карандаш в руки начала объяснять.

– Этот аппарат называется аэробайк! Устаревшая конструкция! Принцип его работы основан на направленном движении молекул воздуха. Вакуумный генератор питает разгонный блок. Тот в свою очередь задает скорость прохождения молекул воздуха по воздушным каналам. Джойстики на подлокотниках любого из кресел управляют открытием каналов и скоростью воздушного потока. Для включения вакуумного генератора нужно нажать зелёную кнопку. Для остановки – красную! После запуска генератора дальше управляете джойстиками. Потянули ручки вверх и наклонили их слегка вперед, и он пойдет на взлет по плавной траектории. Можно подняться на нём вертикально вверх, а уже на высоте развернуться и лететь в нужную сторону. Куда будете наклонять ручки, туда он и будет лететь. Если ручки наклоните одну вперед, а другую назад, то он будет вращаться на месте. Всё очень просто! – она улыбнулась, глядя на задумчивые лица присутствующих.

– Дело в том, Аврора! – Олег сделал паузу. – Что мы нашли такой аппарат недалеко отсюда, в болоте! Чей он!

– Четыре года назад сюда прилетели любители острых ощущений. Обычно коммуникаторы сразу предупреждают о том, что вы находитесь на частной земле. Видимо, эти туристы проигнорировали предупреждение. Потом они решили приземлиться и выбрали неудачное место. Насколько я видела этот аппарат, грязь залила все воздушные каналы. Парни побоялись, что аппарат утонет вместе с ними, и быстро убрались оттуда. Борей потом на яхте доставил их в город. А аппарат с тех пор так и лежит там, никому не нужный. Нам, Хранителям, он ни к чему! – Она грациозно легла в воздухе на бок, на уровне крышки стола, как будто лежала на диване и смотрела телевизор.

– Конечно! Нафига козе баян! – коротко, но ёмко подытожил Иван. – А вот мне интересно, какая у Хранителя грузоподъёмность?

– Чего? – Аврора от удивления опять села в кресло.

– Это Ваня спрашивает, сколько килограмм может поднять в воздух Хранитель?

– Как-то не было необходимости думать над этим! – Аврора удивленно пожала плечами. – Когда мне нужно что-либо поднять, я просто думаю о том, что данный предмет нужно удерживать в воздухе, чтобы не уронить. А сколько он весит – для меня особой роли не играет!

– Я помню, как она ночью подняла в воздух яхту! – подтвердил её слова Железин.

– Вот это здорово! – восхитился Иван.

– Да, Ваня! Всем бы прапорщикам такую грузоподъёмность, да на сутки командировку в Штаты. И остались бы Штаты без штанов! – рассмеялся Черноморец.

– А чего же это в Штаты? – удивился Иван.

– Так Россия уже давно без штанов ходит! – ответил Яша, уже под общий смех товарищей.

Подкрутив ус и озорно сверкнув цыганским глазом, Иван тоже рассмеялся.

– Ты к чему завёл этот разговор? – словно догадываясь о чём-то, спросил Олег.

– Виноват, командир! Каюсь! – Иван приложил руку к груди и повернулся к Авроре. – Хотел попросить Авророчку, если можно… Поднять и перенести сюда эту самую летающую тарелку! Бо мы, со всеми нашими причандалами, до утра будем у грязюке талапаться!

– Знаешь, что? Ваня! – Олег начал приподниматься.

– Извините, если вмешиваюсь… – Аврора пушинкой вспорхнула с кресла и, повиснув в воздухе возле старшины, положила свои нежные ручки на его могучие плечи. – Олег! Не сердитесь на Ваню! Он ведь всех вас жалеет! А для меня это действительно несложная работа! Через несколько дней, когда вы освоите курс левитации, сами сможете делать такие же чудеса! Хорошо? – она смотрела своими большими бирюзовыми глазами на Олега, и он непроизвольно кивнул головой.

10

На краю болота собралась почти вся группа, кроме дежурного по базе и не вернувшихся из похода Андрея с Александром. Приехали на двух самоходках и БРОКЕ. Аврора изъявила желание прокатиться на джипе, потому, что никогда не ездила на машине из другой цивилизации. Несколько минут она общалась с БРОКом, который, корча уморительные гримасы на экране монитора, рассыпался в любезностях с необычной пассажиркой. Возможно, её энергетика как-то повлияла на его базу данных, и его понесло. – Не будете ли вы так любезны! Разрешите вам предложить на выбор водку, коньяк, шампанское! Вы просто очаровательны! Рад служить вам! И т.д. и т.п.

Олег от неожиданности забыл дать команду на начало движения и лишь оторопело таращился на экран своего железного друга.

– Всё! Хватит молоть чепуху! – прервал его Князев.

– Ну, отчего же? – капризно спросила Аврора. – Я еще не слышала такого обходительного к себе обращения! Мне очень приятно это слушать!

– Ага! – физиономия солдата на экране показала ему язык.

– Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! – возмутился Олег. – Аврора! Ты мне так машину испортишь! – Он погрозил БРОКу пальцем. – Начать движение!

Дизель послушно рыкнул, и машина плавно поехала по следу уже ушедших вперед двух самоходок. Приехав к болоту, Олег как джентльмен вышел из машины, чтобы открыть дверь Авроре. В этот момент на экране монитора появилась плутоватая физиономия солдата удачи. Он подмигнул девушке:

– Возвращайся быстрее, бэби! Я тебе ещё столько хороших слов наговорю! Закачаешься!

– Ловлю на слове! – хихикнула Аврора, подавая руку Олегу.

– Вот я тебе… – Олег тихонько, чтобы девушка не видела, погрозил БРОКу кулаком.

– Конечно! Робота всякий обидеть может! – не сдавался джип.

На песчаной кромке болота, у самой воды, уже собрались зрители. Иван на всякий случай привёз с собой стропы от американских парашютов. Когда Олег подвёл к ним Аврору, все почтительно расступились, давая девушке место. Улыбнувшись им, она перевела взгляд на светлеющий в вечерних сумерках корпус аэробайка. Затаив дыхание, все неотрывно смотрели на него. Вот он вроде бы покачнулся, слегка повернулся вокруг своей оси и стал подниматься из болотной жижи. Чёрные комья жидкой грязи со шлепками падали с его корпуса вниз. Аппарат качнулся в воздухе и поплыл к зрителям, с каждой секундой увеличиваясь на глазах в размерах. Все невольно стали отходить в стороны, боясь, что он ударит кого-нибудь. Подлетев вплотную к девушке, он завис в воздухе. Потом, описав вокруг неё плавную дугу, лег на песок.

Первым очнулся Иван. Прикинув размеры аппарата, он быстро сообразил, как его транспортировать.

– Давайте быстренько подгоняйте самоходки задом одну к другой! – командовал он. – Сцепим их, и получится длинная платформа!

Через десять минут, закрепив корпус аппарата стропами к платформам, процессия двинулась обратно.

БРОК в присутствии Олега больше не пытался кокетничать с Авророй, хотя девушке это понравилось.

На базу вернулись без приключений. С помощью Авроры аэробайк подняли и установили в центре зала на пьедестал, оставшийся от украденного американцами камня.

– Огромное тебе, дочка, спасибо! – Старшина галантно поклонился и поцеловал Авроре руку. Несколько мгновений она стояла, замерев от нового, неожиданно приятного ощущения. Ей ещё никто не целовал руки.

– Да! Штучка красивая! – сказал Железин, любовно поглаживая блестящую поверхность пластика. Аппарат, бесспорно, был красив. Сейчас стало видно, что он не круглой, а несколько вытянутой формы. Стали видны овальные отверстия в его нижней части. Видимо, поток воздуха, выходящий через них, поднимал его вверх.

Прибежал, сдав дежурство по базе, сержант Доценко. У него, как у любого фаната техники, загорелись глаза при виде такого аппарата. Он быстро заглянул внутрь кабины, потом присел и осмотрел аппарат снизу.

– Товарищ полковник! Можно я займусь им! – он умоляюще глянул на Олега.

– Ладно! Занимайся, – махнул рукой Князев.

– В принципе, причина мне ясна! – Доценко почесал пальцем кончик носа. – Грязь забила воздушные каналы! – Он шустро запрыгнул в кабину и через несколько секунд раздался щелчок. Верхняя часть всей тарелки поднялась и откинулась в сторону, как крышка мусорного бачка. Доценко сидел в кресле пилота. Наклонившись, он заглянул под плиту пола. Потом, встав на четвереньки, стал очищать руками нижние половинки труб, расходившихся веером от центрального модуля.

– Не знаю, в каком состоянии вакуумный генератор! Ага, это явно воздушные подшипники!

– Что за подшипники? – поинтересовался Черноморец.

– Да ничего сложного! Примитив! – несколько смутившись сказал Лёня. – В Киеве такие воздушные подшипники уже лет десять назад стали делать! Короче! Воздух под давлением примерно в пять атмосфер подается под шейку вала, создавая зазор. Трение качения практически отсутствует! Отсюда большое КПД! Ясно?

– Конечно! – пожав плечами, ответил Яша.

– Мне вот только непонятен принцип работы вакуумного генератора! – Доценко поглаживал ладонью макушку головы, задумчиво уставившись на энергоблок аппарата. – Ладно! Главное, чтобы он был в рабочем состоянии.

Глядя на него, офицеры улыбнулись. Олег незаметно показал рукой, чтобы все удалились и не мешали парню.

– Сам разберется! – сказал он остальным, когда они вышли в коридор базы. Оглянувшись, он заметил, что рядом нет Авроры. Яша перехватил его взгляд.

– Она сейчас сидит в джипе и смеётся над чепухой, которую мелет БРОК!

– Господи! Ну, какой кретин создал его центральный компьютерный модуль? – Олег взялся за голову. – Он с каждым годом становится всё более нахальным!

– Не удивлюсь, если скоро он станет втихаря ездить на свидание к какой-нибудь Тойоте! – хихикнул Яша.

– Типун тебе на язык! – Олег дурашливо постучал костяшками пальцев по своей голове, за неимением под рукой дерева.

В это время Аврора, незаметно для всех, упорхнула по своим делам.

Усевшись в кресло, Олег посмотрел на молчавших Валеру, Яшу и Ивана.

– Меня с утра другое беспокоит! – Олег включил геопроэктор и медленно стал вращать его пальцами вокруг его оси. Вся голографическая картина долины стала кружиться в воздухе, как на невидимом блюде. – Как-то шустро объявились эти предки скинхэдов! Такое ощущение, что они имеют возможность вести за нами наблюдение! Возможно, что на окружающих горах они имеют посты наблюдения! – он перестал крутить прибор и графическая картинка долины из синих световых нитей замерла на месте.

– Кстати! – он щелкнул тумблером селектора. – Дежурный! Когда был последний сеанс связи с Калининым?

– Одну минуту, командир! – отозвался селектор голосом Федькова. – Ага! Вот запись в журнале! Ровно два часа назад! Сообщили, что идут на базу!

– Лёша! Попробуй ещё раз связаться с ними!

– Да я уже трижды вызывал их! Молчат!

– Ясно! – Олег внимательно смотрел на склон горы, опоясывающий долину с севера. На нём была видна лощина, по которой удобнее всего было подниматься на гору.

– Думаю, что они пошли здесь! – Олег показал ручкой на прозрачное изображение.

– Пожалуй, ты прав! – согласился Черноморец.

– Выходим немедленно двумя группами! – Олег понял, что времени на раскачку нет.

– Иван с Валерой, Яша со мной! Одеть бронекуртки! Взять по паре гранат, автоматы, приборы ночного видения! Выезжаем немедленно!

Все бегом разбежались за своей экипировкой. Через пять минут, разрезая светом ночную тьму, к северному краю долины помчались две самоходные платформы.

Они успели как раз вовремя. Уже подъезжая к подножию горы, в свете фар они заметили отблески металла. Ещё через несколько секунд уже можно было различить дерущихся людей. Андрей дрался сразу с тремя здоровенными парнями. Он вертелся в немыслимом танце между мелькающими руками нападающих, нанося им жестокие удары. Но они упорно поднимались и опять падали от неуловимо быстрых ударов десантника. Саня Приходько, обхватив своего соперника руками и ногами, катался с ним по земле, выкрикивая совсем уж неприличные выражения, которые, однако, часто помогают русским людям в трудную минуту.

– А-а! – заорал Иван дурным голосом. – Ну, бля! Держись, медноголовые! – побросав оружие, он кинулся в гущу драки. С выдохом «Ух!» начал наносить такие удары своими кулаками-кувалдами, что нападавшие, взлетев в воздух, падали за пять шагов от него. Остальные офицеры, не слезая с самоходок, пока с интересом наблюдали, как резвится их старшина.

– И чего мы ехали? – спросил Черноморец. – Тут Ивану одному делать нечего.

Через пять минут всё было кончено. Вернулся Иван, волоча за ноги двух оглушенных парней. Андрей с Саней, прихрамывая, уселись на свободную платформу, пока остальные укладывали пленных и собирали разбросанные на месте драки вещи.

– Ну, вот! Ещё четверо! – смахнув пот со лба, подвел итог старшина. – Командир! Куда мы их девать будем?

– Устроим для них исправительно-трудовой лагерь! – усмехнулся Олег. – Нужно срочно с ними разбираться! Если нагрянут целой оравой, тогда уже точно без крови не обойдется!

– Да! Не хотелось бы здесь заниматься боевыми действиями! – сказал Валера, перебинтовывая голову Калинину. – У нас в своей эпохе дел осталось невпроворот!

На базе пленных поместили в то же помещение, где уже сидели четверо их товарищей.

Среди содержимого карманов пленных на этот раз уже оказалось оружие: несколько ножей и пистолет странной формы. Андрей осторожно взял его и, направив на дальнюю бетонную стену кабинета, плавно нажал на спуск. Из раструба ствола, мелькнув в воздухе голубой горошиной, к стене метнулась крошечная шаровая молния. Оглушительно хлопнув, она отколола кусок бетона и оплавила края оставленного углубления.

– Ни фига себе, сказал я себе! – проговорил Черноморец.

– Видимо, поэтому они и не стреляли! Чтобы шумом не привлечь наше внимание! – рассуждал Олег.

– Действительно! – Андрей задумался. – На нас они напали из засады, с двух сторон сразу! Без оружия! Дрались тоже молча! Может, они глухонемые?

– Ну, это мы ещё проверим! – Слепченко гулко хлопнул ладонью по крышке стола.

– Иван Алексеевич! Приведи одного пленного! Аврора нам принесла портативные переводчики, вот мы их и испытаем в деле!

Приладив к уху маленький наушник-горошину, Олег включил кнопкой миниатюрную пластиковую коробочку с антенной и положил в нагрудный карман.

Вошедший в комнату парень был выше среднего роста. Широкий в плечах, явно не слабак. Под русым чубом на его лбу красовалась металлическая пластинка.

Держался он раскованно. По крайней мере, пытался выглядеть смелым.

Ему молча показали на стул. Он сел, но руки за спиной ему пока не развязывали.

– Как тебя зовут? – проговорил Олег, глядя на парня.

Из нагрудного кармана зазвучали слова. Они явно произносились русским языком, только в непонятной комбинации. Так, например, разговаривали в тюрьмах отдельные категории особо опасных граждан, чтобы их не поняли другие. Слова произносили в обратном порядке, как бы читая их справа налево.

Парень, удивленно посмотрел на Олега.

– Меня зовут Дарок!

– Зачем вы пришли сюда?

– Нам приказал Тиран!

– Кто такой Тиран?

– Тиран наш предводитель!

– Чего он хочет?

– Он говорит, что Хранители не дают человечеству жить так, как того пожелает каждый сам для себя. Тиран хочет их уничтожить! Не знаю, как Хранители узнали об этом, но они вызвали откуда-то вас! Тиран приказал захватить хотя бы одного из вас для того, чтобы выяснить: кто вы и откуда? Нам нужно понять: с кем мы имеем дело.

– Похоже, что у них задача была взять нас живыми! – Андрей глянул на Приходько, и тот согласно махнул головой. – Только непонятно, о чём и как они собирались с нами разговаривать?

– А может, им не нужны были наши разговоры? Может, мы нужны им были как заложники в переговорах с Хранителями? Ведь не зря нам Ставр рассказывал о них. Видимо, у них уже давно идёт война, а тут мы подоспели! Вот и решили нами попользоваться! – Приходько посмотрел на Олега.

– Мы уже сегодня общались с их начальством по видеофону! – Олег толкнул к Андрею приборчик на браслете. – Какой-то крутой терминатор с металлической головой долго и угрожающе чего-то говорил нам, но что конкретно – мы не поняли! Завтра Аврора обещала нам тоже предоставить коммуникаторы, тогда и поговорим с местной братвой! В кабинет без стука вбежал возбужденный сержант Доценко.

– Командир! Она работает!

– Кто? – не понял Олег.

– Да тарелка эта, летающая! – махнул рукой Лёнька. Загремев стульями, все ринулись к выходу из кабинета.

В центральном зале базы, блестя отмытой поверхностью, стоял белый аэробайк. Лёня без команды взобрался в кабину и выжидательно уставился на Олега.

– Ладно, начинай! – махнул рукой Олег.

Сияя от счастья, Лёнька закрыл фонарь. Послышался свист воздуха и тарелка неожиданно легко поднялась вверх, стукнувшись фонарем о купол зала. Поднимая клубы пыли, аппарат, покачиваясь, плавно описал круг под потолком и, аккуратно зависнув над пьедесталом, медленно приземлился. Свист воздуха пропал, и наступила тишина. Из откинутого фонаря тарелки показалась сияющая физиономия Доценко. Все присутствующие дружно зааплодировали ему, и он, стоя в кабине аппарата, стал всем раскланиваться, как актер со сцены.

– Ну, Лёнька! Ну, зараза! – Слепченко в порыве чувств стащил его с аппарата и подняв над полом, как котёнка, поцеловал в обе щеки. – А? Яки в мэнэ козакы! Тож мы з такымы орламы кому хош голову видирвэмо! – Молодец! – хлопнул его по плечу Князев. – Голова! – произнёс он со значением.

Все стали жать ему руку и хвалить за сообразительность. Лёнчик был уже пунцовый от смущения. Впервые его хвалили так много и искренне. А главное, что похвала эта исходила от его боевых товарищей.

– Олег Павлович! – не по уставному, обратился к Князеву Лёнчик. – Разрешите утром пробный полёт над долиной сделать?

– Конечно, разрешаю! Нам эта штука очень может пригодиться! Как думаешь, Андрей? – он повернулся к Калинину.

– И, видимо, очень скоро! – продолжил его мысль Андрей. – Только вот в полёт предлагаю всё же надевать американские парашюты. Места они занимают очень мало, а жизнь, в случае чего, спасут!

– Правильно! – согласился Олег. – У старшины в загашнике полно парашютов, думаю, что правило их укладки ты помнишь? – он хлопнул Андрея по плечу. – Заодно и личный состав потренируешь! Кто его знает, что нас ждёт впереди?

Подняв руку над головой, Князев дождался, пока стихли разговоры.

– Думаю, что на сегодня впечатлений хватит! Дежурная смена остаётся на базе, остальным по машинам и на виллу! Завтра у нас первый учебный день! Старшина, не забудь покормить пленных и по одному сводить в гальюн!

11

– Подъём! Выходи строиться на физзарядку! – донеслось из всех раций на вилле.

Поёживаясь и зевая на ходу, личный состав стал не спеша строиться в две шеренги во дворе.

– Набрать дистанцию! – скомандовал Олег. – Первый комплекс утренних упражнений делать начи-най! Раз, два, три, четыре, пять, шесть…

Тело привычно нагибалось, разгибалось, наклонялось и приседало. Мышцы тела просыпались, и хотелось потянуть их ещё и ещё чуть сильнее, до лёгкого болевого ощущения.

Как обычно после физзарядки все попрыгали в бассейн. Шум, гам, брызги во все стороны! «Ну, как дети, ей-богу!» – подумал старшина, прикрывая лицо от летящих в него брызг воды.

– Через десять минут всем на завтрак! – скомандовал Иван и, бормоча что-то про молодёжь, пошел одеваться.

Во время завтрака появилась Аврора. Сегодня она была особенно хороша. Туника апельсинового цвета хорошо сочеталась с её загорелым телом и светлыми, пышными волосами. Она одарила всех ослепительной улыбкой, а старшина, как всегда первый, догадался усадить её за стол и предложить ей завтрак. Она почти ничего не ела и лишь с любопытством наблюдала, как господа военные слаженно орудуют вилками. После утреннего кофе она объявила:

– Прошу всех сесть с одной стороны стола, по возрасту!

Первым от неё сел Иван Слепченко, за ним Валера Железин. Следующим уселся Андрей Калинин, рядом Олег Князев. По просьбе Авроры с дежурства по базе вызвали Яшу Черноморца. На базе остался дежурить только Вася Головня, но, по уверению Авроры, он увидит и услышит каждое слово, произнесённое сегодня в этой комнате. Следующим сидел Лёня Доценко, Алексей Федьков и последним – Саша Приходько.

– Очень хорошо! – подытожила рассадку военных за столом Аврора. – Скоро здесь появятся Хранители! Они будут сидеть напротив каждого из вас. Тот, кто будет сидеть перед вами, будет передавать вам информацию в очень быстром темпе! Это будет происходить на подсознательном уровне. Так что даже не пытайтесь что-либо запоминать! Просто то, что будет заложено в вашу память, будет всегда с вами. В нужную минуту память выдаст вам полную информацию по возникшему вопросу! Речь идет не о кулинарных рецептах, а только о глобальных событиях и основных знаниях, необходимых для выживания человечества. Каждая новая цивилизация рождает свою культуру и культурные ценности. Поскольку слуховой аппарат у нас одинаковый, то и основные построения музыкальных рядов у нас схожее. Если мелодия приятна человеку одной цивилизации, то поверьте – она будет приятной и для людей других цивилизаций. Те же законы действуют в живописи, хореографии и других видах искусства. Весь вопрос только в том, насколько далеко в развитии своей культуры и науки продвинулась очередная цивилизация?

В этот момент в кресле напротив Ивана стал проявляться первый хранитель. Это был Ставр, старейший из Хранителей! За ним стали появляться Борей, Верх, Лаура, Вирий, Оркус, Цепта и Ольг. Они подняли правую ладонь вверх и одновременно произнесли:

– Истина в Знании!

Наступила пауза. Сообразив, что от них ждут встречного приветствия, военные тоже подняли правую ладонь и нестройно произнесли:

– Знание в Истине!

– Аврора! – обратился к девушке Ставр. – Ты будешь передавать знания Василию! Отправляйся к нему!

Улыбнувшись, девушка выпорхнула из зала. Никто не сомневался, что именно к Василию она сейчас стремилась всей душой. Молодость!

Ставр поднял руку, призывая к вниманию.

– Сегодня мы начнем процесс передачи вам Знаний! – он посмотрел на каждого Избранного. – Я не хочу, что бы вы заблуждались насчёт возможностей, которые дадут вам знания! Наш мир не случаен. Числовые значения мировых констант, как заряд и масса электрона, масса протона, гравитационная постоянная, константы электромагнитных и ядерных взаимодействий и другие являются фундаментом всего сущего во вселенной. На основе этих незыблемых величин и создан человек, как венец природы. Простой человек использует возможности своего мозга на тринадцать процентов. Ему этого достаточно, чтобы выжить как виду. Мы – Хранители – можем использовать свой мозг на шестьдесят процентов, что дает возможность исполнить миссию, возложенную на нас Первосоздателем! Апостолы или Хранители Галактики – на восемьдесят, и лишь сам Первосоздатель на сто! Он и есть сам космический Сверхразум! Мозг человека – это уменьшенная его копия! Вся вселенная в нашем мозге, ибо он и есть модель вселенной, не имеющей ни начала, ни конца. Как движение нейронов нашего мозга управляется информационным полем, так знание дает возможность управлять этим полем. Тогда возможности такого мозга становятся почти безграничными! Ибо для рождённой мысли нет границ ни по протяженности, ни по времени! Мысль способна мгновенно перемещаться и приобретать физическую форму. Само наше наблюдение мира делает мир таким, каким мы его видим. Земной человек как бы участвует в творении вселенной, и тем самым как бы становится сверхразумом. Информационное поле человека способно построить его тело в считанные секунды в любом конце вселенной, куда оно само способно проникнуть в виде мыслеформы. Главное – видеть то место, куда тебе нужно переместиться. Итогом передачи наших знаний вам станет умение перемещаться в пространстве и времени! – он сделал паузу, внимательно вглядываясь в лица сидевших напротив него людей, как бы взвешивая в последний раз своё решение. – Выбор сделан! Ошибки быть не должно! Перед нами люди чести и долга! Хранители не зря свели вас всех в одном месте, чтобы перенести сюда, в эту эпоху и в это место. Начнем! – объявил он торжественным голосом.

Хранители протянули перед собой руки ладонями кверху, как бы приглашая сидящих напротив них Избранных к контакту.

– Протяните нам ваши руки, – властно произнёс Ставр.

Ладони военных легли на ладони Хранителей.

– Закройте глаза! – сильным, но спокойным голосом повелел Ставр. – Отрешитесь от всего! Медленно начинайте расслаблять мышцы лица! Мысленно начните подниматься вверх, в небо, всё выше и выше! Вы уже в космосе! Под вами голубая планета, а вокруг – мириады ярких звезд! Они летят в бесконечной пустоте! Пустота! Пустота! Ваш мозг готов принять Знание!

12

Когда Олег открыл глаза, то заметил, что Хранителей за столом уже не было. Сидела лишь одна Аврора. Она задумчиво смотрела на лица спящих мужчин. Девушка знала, что мозг для защиты от перегрузки использует обезболивающую реакцию в виде сна. Каждый, кто сейчас просыпался, долго смотрел в одну точку, как бы досматривая сон, в котором он посетил другие миры, где живут такие же, или почти такие же люди. Четыре миллиарда триста двадцать миллионов лет человечество расселяется по вселенной. Уму непостижимо! Человечеству уже был миллиард лет, когда на Земле ещё только зарождалась жизнь в виде сине-зелёных водорослей. Первые переселенцы появились на Земле больше четырех с лишним миллионов лет назад. Группы прибывали из разных уголков вселенной, где люди уже как-то изменились из-за особенностей своих планет. Поэтому на Земле сейчас живет такое разнообразное население. Бесконечные природные катаклизмы стирали почти все следы очередной цивилизации. Те, кто оставался на Земле после переселения людей на другие планеты, брали на себя миссию стать прародителями следующей цивилизации. Многие погибали, но выжившие опять и опять начинали бесконечный процесс регенерации, восстанавливая свой род и расу. Некоторые народы, находясь на пороге исчезновения, сумели донести до своих далеких потомков зашифрованную математическую информацию о вселенском человечестве в виде древних саг, сказаний, мифов и былин. Только достигнув определённой степени развития науки, следующая цивилизация способна расшифровать такое послание. История жизни человечества на Земле делится на четыре огромных периода. Эти четыре эпохи называются Юга. Первая – Крита Юга, длилась один миллион семьсот двадцать восемь тысяч лет. Вторая эпоха – Трета Юга, длилась один миллион двести девяносто шесть тысяч лет. Третья эпоха – Давпара Юга, длилась восемьсот шестьдесят четыре тысячи лет. Наша планета сейчас переживает свою четвёртую эпоху – Кали Юга, которая длится четыреста тридцать две тысячи лет. Это – последняя эпоха в жизни человечества на этой планете, но до того, как наступит момент окончательно распрощаться с матерью Землей, на ней будут ещё и ещё рождаться и уходить новые цивилизации, которые, как споры растений, будут распыляться по бесконечному космосу, наполняя его силой своего разума. Информационное поле каждого человека, которое мы называем душой, является тем самым нейроном, который, двигаясь в колоссальном сверхмозге вселенной, даёт ему жизнь и развитие. Космос потрясающе прекрасен! Такой красоты сияющих галактик Избранные не могли себе вообразить! Это невозможно описать словами! Восторг, возведенный в степень!

– Просыпаемся! Просыпаемся! – захлопала ладошками Аврора, заметив, что многие ещё не могут отойти от сна. – Сегодня и завтра вы отдыхаете! Набирайтесь сил! Впереди вас ждет большой поток знаний! Мы будем передавать их вам частями, чтобы не нанести вред психике! А теперь я прощаюсь с вами до утра послезавтра! – улыбнувшись, она помахала им ладошкой и растворилась в воздухе.

Некоторое время все сидели молча. То, что они узнали сегодня, было настолько ошеломляющим, что больше походило на фантастический сон, но они уже знали, что это правда, с которой они будут жить до конца дней своих.

– Ну, что, братцы? Очухались? – усмехнувшись, спросил Олег своих товарищей.

– Да! Такого кина я щэ нэ бачив! – задумчиво произнес Иван.

– Шёб я так жил! Это же сплошной Планетарий! – отозвался Яша.

– А ты чего молчишь? – Олег посмотрел на Андрея, уставившегося неподвижным взглядом в одну точку.

– Да вот думаю, как мы дальше жить будем? – он потёр пальцами виски. – Это же заикнись мы дома кому-нибудь о том, что узнали, и двери психушки за нами закроются навеки!

– Полковник! Не сцы в компот, там вишни плавают! – маленький Железин похлопал Андрея по мощному плечу.

– Что думает наша молодёжь? – Князев кивнул головой в сторону притихших парней.

– Прорвемся, товарищ полковник! – отозвался Лёша Федьков.

– Ну, тогда слушай мою команду! Всем, кроме дежурных, отдыхать! Купаться, загорать! – он хлопнул ладонью по крышке стола-синтезатора. – В четыре часа дня предлагаю сыграть в мини футбол! Старики против молодёжи! Иван Алексеевич! Мяч ещё целый?

– Обижаешь, командир! Мы з хлопцамы ещё и ворота вспиемо зробыть! Всё будет на уровне! – по лицу Ивана было видно, что он хочет сказать что-то ещё, но не решается.

– Говори, Иван! Что там ещё у тебя? – Олег заметил смущение старшины.

– Та вот хотел спросить! – подняв брови кверху, Иван ладонью взъерошил волосы у себя на затылке. – Надоела эта синтезированная еда! Может, на вечер шашлыка заварганим? А? Под хорошую самогоночку? Завтра ж выходной! Устроим себе винно-банный день! – он предупредительно поднял, как бы защищаясь ладони: – Не! Я, конечно, усё понимаю! Но це тильки по трошечки, шоб не забывать: хто мы и звидкиля! Даже Штирлиц выпикав бараболю в камине и шнапсом запивал!

– Так то ж Штирлиц! И водку он пил по-немецки! – не сдавался Олег.

– А мы тоже не дома! У нас такая командировка, шо сам Бог велел напиться! Снять этот… Ну, как его? Ага! Вспомнил! Стресс! – Иван гордо глянул вокруг. – Знай наших!

– Когда это он велел? – съехидничал Князев.

– А когда нас сюда зафутболил! Сидим, как арестанты на поселении!

– Ладно! Уговорил! – сдался Олег. – Но где ты собираешься взять мясо и самогон?

– А я вже прыметил место биля болота! Там булы поросячи слидочкы! Думаю, що на летающей тарелке, з автоматом, найти свыню будэ не трудно. Тушу потом прывезём на самоходке! – по лицу Ивана было видно, что этот план он уже обдумал заранее.

– Так! С этим всё ясно! А как на счёт самогона? – Князев, прищурившись, посмотрел на виновато опущенные глазки старшины.

– Так оно шо ж? На складе было много испорченных продуктов. Выкидать жалко! Ну, то я и закалапуцав пару фляг бражки! Литров сто, не больше! – он скромно пожал плечами. – Когда она созрела, я её в машинном отделении перегнал пару раз! Для хорошего качества! Добавил изюмчика! В другую банку перчика! Есть с лимоном! С заварочкой, как коньяк! – глаза Ивана блестели от возбуждения.

– Да, здесь ещё только Васи Ковзика не хватает! Лучший самогонщик нашего батальона! – мечтательно сказал Железин. – Можно было бы открыть свой ликероводочный бизнес!

Все засмеялись, глядя на вспотевшего от переживания Ивана, ожидавшего решение командира.

– Ну, ты старый пройдоха! – Олег, усмехнувшись, помотал головой. – Ладно! Но не больше ста грамм на человека! Шобы дома не журылысь!

Все облегченно вздохнули. Действительно, уже надоела эта синтезированная пища, будь она хоть трижды полезной!

– Тогда уж и гитару мою не забудьте! Чтобы всё было по полной программе! – Князев решительно рубанул воздух ладонью.

– Обижаешь, командир! Полноту программы обеспечим! – Иван самоотверженно ударил себя кулаком в грудь так, что послышался гул.

После обеда, полежав на полотенцах, расстеленных на пружинящей травке, народ вздремнул по сто восемьдесят секунд на каждый глаз. Первым нырнул в бассейн подвижный, как живчик, и волосатый, как обезьяна, Валера. Он стал брызгать водой на дремлющих, пытаясь разбудить их.

– Ах, ты ж, зараза! – вскинулся спросонок Андрей. Видно, его разбудили на самом интересном месте. – Товарищи! – воскликнул он, по-ленински протянув руку. – Все на борьбу с Железиным! Утопим его в собственном соку! Ура! – выгнувшись в воздухе, он картинно сложился и почти без всплеска нырнул в воду.

– Ура! – без энтузиазма прокричал народ и нестройными рядами, умудряясь зевать на ходу, стали валиться в бассейн.

В воде, окончательно проснувшись, все стали усердно топить друг друга. Того за ноги утянули на дно. Другому на плечи сзади выскочили. Такие волны в бассейне подняли, что вода через борт пошла. Минут через десять, набесившись вдоволь, и молодые, и старые военные уселись на край бассейна – отдышаться.

В это время, тарахтя мотором, в ворота виллы въехала самоходка, на которой Иван привёз маленькие ворота, как для хоккея. Они были сварены из труб и обтянуты маскировочной сеткой.

– Ну, пацаны? Сейчас мы вам покажем, где раки зимуют! – потирая ладошки, Валера раззадоривал молодых парней, которые перемигивались между собой, кивая головой на старших.

– У нас Лёха два года за дубль молодёжной команды «Шахтёра» играл! – предупредил Приходько господ полковников. – Так что ещё поглядим, кто кому забивать будет!

Меж тем ворота уже были установлены. Иван сбросил штаны и рубашку. Полоща на ветру широченными синими солдатскими трусами, как пиратский корабль Весёлым Роджером, старшина встал по центру лужайки с мячом в одной руке и свистком в другой. Где он достал свисток – для всех осталось загадкой.

– Команды на поле! – заорал он, как настоящий рефери.

Справа и слева от него, лицом друг к другу, выстроились две шеренги. Команда молодёжи, состоявшая из трёх бойцов, и команда стариков в составе четырёх полковников.

– Команды, приветствуйте друг друга!

– Команде салаг физкульт! – скомандовал Валера. – Привет! – дружно гаркнули господа полковники.

– Команде пенсионеров! – звонко крикнул Санёк. – Физкульт! Привет! – выкрикнули парни.

– Я буду играть на воротах у молодёжи! – объявил Иван. Вытащив из травы две соломинки уточнил: – Кто вытянет короткую – выбирает поле, а кто длинную – начинает игру! Играем два тайма по тридцать минут! Проигравший делает шашлыки!

Игра началась в хорошем темпе. Игроки были полны сил и азарта. Иногда кто-то орал, что его ударили по ноге, иногда даже звучало татарское непечатное слово. Иван аж вспотел, беспрерывно свистя в свисток и подбегая расталкивать очередных спорщиков. Выбегая из ворот навстречу набегающему противнику, старшина поднимал вверх огромные ручищи и орал, как Кинг Конг. Действовало безотказно. Промах следовал за промахом. Зато шустрые пацаны, мелькая пятками и прыгая, как зайцы, через выставляемые им подножки, уже успели забить пять мячей в ворота соперников. После пятиминутного перерыва, во время которого команда полковников, горячо споря, сняли с защиты ворот Андрея и поручили их Черноморцу.

Второй тайм прошел с преимуществом старой гвардии. Рослый Андрей отталкивал Ивана от ворот и мешал ему перехватывать мяч. В результате три гола удалось забить в ворота молодёжи. Слепченко страшно возмущался и требовал, чтобы Андрей удалился с поля. Все хохотали и не обращали внимания на его возмущенные выкрики в адрес мухлёвщиков. Черноморец оказался на высоте и не пропустил ни одного гола. В результате победила молодёжь со счётом пять три. Проорав ещё с полчаса по отдельным спорным моментам игры, все попрыгали в бассейн. Кайф!

– Проигравшие! А, проигравшие? Вы собираетесь готовить шашлык или нет? – ласково спросил Иван, подмигивая парням.

– Господа офицеры! Карточный долг – долг чести! – произнёс Олег. – Конечно, футбол не карты, но долг есть долг!

Через десять минут из ворот виллы в сторону базы помчалась самоходка, на которой сидели четверо офицеров, прапорщик и сержант Доценко. Лёня теперь был главным военным пилотом базы.

Шелестя струями воздуха из ворот базы показался аэробайк Доценко. Лёня уже хорошо с ним освоился и грациозно заложил парочку пируэтов над зданием базы.

С ним на воздушную охоту отправились Железин и Калинин. Валера был заядлый охотник-сибиряк, а Андрей – чемпион округа по стендовой стрельбе. Кнезев с Черноморцем согласились на менее престижную работу заготовщиков дров. По требованию Олега, все имели при себе рации, аптечки, боеприпасы и сигнальные ракеты. Кроме того, в каждой группе имелся геопроектор и мощные американские фонари. Экипажу аэробайка были выданы бинокли и маленькие американские ранцевые парашюты.

– Бережённого Бог бережёт! – напутствовал их старшина. – В зоне действия локатора базы посторонних не замечено, но в жизни всякое бывает! – он трижды поплевал через левое плечо и постучал по деревянному прикладу автомата, чтобы не сглазить. Ещё раз придирчиво осмотрев снаряжение каждого уходящего, как перед заступлением в караул, заставил проверить работоспособность раций, фонарей и постановку оружия на предохранитель. Старшина – он и есть старшина!

Для удобства стрельбы колпак летающей тарелки решено было снять. Тем более что все три члена экипажа были надёжно пристёгнуты ремнями к креслам.

Вздыбив облако пыли, Лёня поднял тарелку в воздух и, развернувшись, элегантным пируэтом ушел в сторону болота.

Подпрыгивая на кочках, самоходка с двумя дровосеками на борту мчалась в сторону березняка, располагавшегося километра полтора левее болота. Яша рулил, а Олег пытался удержаться на сидении и не растерять инвентарь.

– Розпрягайтэ хлопци конэй,

Тай лягайтэ спочивать!

А я пиду в сад зэлэный,

В сад крынычэньку копать!

– горланили два моторизированных ковбоя на скачущей самоходке.

Солнце уже клонилось к закату, когда они въехали в березовый лес. Солнечные лучи белыми пятнами метались по стволам берез так, что вызывали рябь в глазах. В лесу пахло приближающейся осенью и грибами. Буквально тут же они наткнулись на красавцы подберёзовики.

– А! Была, не была! – махнул рукой Олег и начал срезать десантным ножом красавцы-грибы. Он не был заядлым грибником, но иногда, чтобы разнообразить свой холостяцкий досуг, любил вечерочком побродить в лесу за территорией учебного центра. Он брал в руки крепкую палку и, не спеша, начинал ворошить листву в поисках грибов. Это помогало ему отвлечься от невесёлых мыслей старого холостяка. Потом он жарил грибы с мясом и картошечкой и, постучав в стенку кулаком, звал соседей на угощение.

Вот и сейчас ему вспомнился лес за далёким гарнизоном. Пакета не было, и он стал нанизывать грибы на длинные березовые прутья.

Яша тем временем, найдя поваленный ствол березы, начал обрубать на нём ветки. Автомат и всё снаряжение он сложил рядом, чтобы было под рукой. Краем глаза он поглядывал за Князевым, бродившем неподалёку. Ствол был в диаметре сантиметров двадцать и длиной около десяти метров. По Яшиным прикидкам, его вполне должно было хватить на дрова для шашлыка. Осталось только попилить его на равные чурбаки и, связав, загрузить на самоходку. Он уже собирался окликнуть Олега, как вдруг заметил, что Князев замер на месте. Подняв над правым плечом ладонь, он показал Яше направление и три пальца, после чего опять, как ни в чем ни бывало, двинулся на поиски грибов. Яша внезапно как провалился на месте. Так, по крайней мере, могло показаться со стороны. Ни малейшего шума. Но если бы в этот момент кто-нибудь заглянул за ствол, где исчез Черноморец, то там бы уже никого не нашел. Яша в это время, двигаясь специальным шагом от ствола к стволу, по диагонали к предполагаемому противнику, был уже в двадцати шагах от этого места. В лесу хорошо заметны горизонтальные перемещения, поэтому профессионалы двигаются только по удаляющейся, либо приближающей к противнику линии, избегая делать обходные маневры в зоне предполагаемой видимости.

Их действительно было трое. Крепкие парни в желто-зеленых комбинезонах лежали за поваленным деревом и наблюдали за гуляющим Князевым. Яша не спешил. Они не видели его. В руках у каждого Яша заметил оружие, стреляющее энергетическими зарядами. «Серьёзная машинка в умелых руках! – подумал он. – Ну, да и мы не лыком шиты и не пальцем деланы! Неясно только, как эти гадёныши нас вычислили? Скорее всего, у них где-то оборудован наблюдательный пункт!»

– Быстро достав из нагрудного кармана крошечный наушник мини-переводчика, Яша вслушался в разговор лежавших перед ним в трёх шагах бойцов.

– Злобный сказал, что нужно захватить чужаков живыми! У них в плену наши люди! Пока их не вытащим, этих пятнистых не убивать! – сказал парень, лежащий посередине.

– Откуда они взялись в этой долине? – спросил боец лежавший слева.

– Я слышал краем уха, что их откуда-то вызвали Хранители! – ответил средний. – Злобный мне по секрету сказал, что у Хранителей нет воинов. Они умеют исчезать в воздухе, но, если в них попасть из плазмёта до начала исчезновения, то можно убить! Видимо, это хорошие воины, если их призвали Хранители! Поэтому нужно быть вдвойне осторожными и внимательными!

– Я почему-то не вижу второго! – забеспокоился парень, лежащий справа. – Он вроде бы рубил ствол дерева, а потом исчез!

– Действительно! Я тоже потерял его из виду! – согласился средний.

В этот момент Яша скользнул к ним сзади, как тень. Несколько молниеносных ударов, и трое парней уже лежат без сознания. Вытащив у них поясные ремни, Черноморец сноровисто связал пленным руки за спиной и вставил кляпы в рот. «Вот теперь ладушки! – подумал он. Издав короткий свист, он быстро обыскал парней и, забрав их оружие, присел на ствол, ожидая Олега. Он разглядывал необычное оружие, удивляясь его малому весу и необычной конструкции. – Интересно, наши учёные тоже дойдут до таких разработок?» Олег возник возле него совершенно бесшумно. Посмотрев на связанных пленников, плюнул от расстройства.

– Я уже, блин, настроился на шашлыки, а теперь с этими козлами возиться придётся!

– А я думаю, что не стоит портить отдых людям! Дело уже к ночи! Раньше утра этих ковбоев вряд ли будут искать. Положим их на самоходку, а бревно привяжем сбоку. Порубим его на базе! – предложил Яша.

– Работаем! – скомандовал Олег.

Они сноровисто подхватили первого парня под локти и бегом потащили его к платформе. Так же бегом они перетащили и двух оставшихся пленников. Потом принесли бревно и крепко привязали сбоку платформы. Проверив крепление груза, они отправились в обратный путь на базу.

Где-то слева за лесом ударила автоматная очередь. В вечернем небе блеснула гладким корпусом летающая тарелка. Она кружила над каким-то местом, ведя автоматный огонь по невидимой цели.

Олег с Яшей остановились и некоторое время наблюдали за ними. Олег поднёс к глазам бинокль и тут же заметил мелкие, светящиеся точки, проносящиеся мимо движущейся тарелки.

– Яша! У наших, кажется, проблемы! – он протянул Черноморцу бинокль.

– Нарвались на медноголовых! – он посмотрел на Олега. – Кажется, нашим шашлыкам придётся обождать до лучших времён!

Секунду подумав, Олег спрыгнул с платформы и стал отвязывать бревно. Яша понял его мысль. Быстренько сгрузив пленных, они привязали их к лежащему бревну. Передав на базу ориентир, где оставляют пленников и своё решение двигаться в район боестолкновения, друзья развернули платформу и рванули в сторону, откуда неслись звуки перестрелки.

Оставив платформу на опушке леса, они стали быстро двигаться между деревьев, проявляя внимательность и осторожность, к месту, где должен был находиться предполагаемый противник.

– Валера! Ты меня слышишь? – спросил Олег по рации.

– Я тебя отлично слышу!

– Что у вас происходит?

– Да вот, нарвались на группу металлистов! Они сразу открыли по нам огонь! Ранили в плечо Андрея! Я решил прижать их к земле, но ребятки, видимо, серьёзно настроены повоевать с нами!

– Сколько их?

– Я насчитал семь человек. Все вооружены. Возможно, шли выручать своих, которые у нас на базе!

– Ясно! Понял! Огонь прекратить! Попробую переговорить с ними!

– Будь осторожен! У них, похоже, с интеллектом такие же проблемы, как и у наших скинхедов!

– Ладно! Попытка – это ещё не пытка! – как говорил товарищ Берия.

– Я буду прикрывать вас сверху!

– Нет! Срочно летите на базу! Андрею нужна помощь!

– Вас понял! Ухожу на базу! Вернусь через двадцать минут!

Сойдясь за большим камнем, Олег с Яшей проследили, как летательный аппарат мелькнул над их головами и улетел в сторону базы.

– Олег, ты что, серьёзно решил устроить переговоры?

– Не вижу смысла развязывать здесь боевые действия, если можно просто договориться! – Олег достал из нагрудного кармана синхронный переводчик и приладил его к уху.

– И о чем ты хочешь с ними договориться? – Яше явно не нравилась эта затея. – Ведь они пешки, простые бойцы! Им, как и нашим бритоголовым, кого скажут, того и замочат! Давно ли в Одессе воевали?

– Поэтому и хочу дать им шанс пожить на белом свете! – Олег усмехнулся, вспомнив ночь в Одессе, когда они с Аннушкой ходили купаться на пляж.

– Возможно, ты прав! Судя по всему, они полные дилетанты в нашем ремесле! В любом случае – я с тобой! Буду прикрывать! – Яша тоже нажал кнопку на корпусе мини переводчика, включив двухсторонний режим синхронного перевода.

Медленно, как тени, они покатились от дерева к дереву, приближаясь к небольшой лужайке, на которой, возбуждённо переговариваясь, собралась группа парней. Один из них, выделяясь особо мощной комплекцией и ростом, о чем-то переговаривался по наручному коммуникатору. Видимо, докладывал своему старшему о стычке с чужаками. Потом он молча кивал головой, глядя на маленький экран коммуникатора, давая понять, что всё понял.

Олег внимательно разглядывал лицо великана в бинокль, стараясь прикинуть свои шансы на успех в переговорах. Судя по свирепому выражению лица этого парня, шансы были невелики. Но, раз решившись, Олег шёл до конца. Он направил корпус переводчика в сторону противника и увеличил мощность приёма микрофона. Вначале в наушнике была слышна чужая речь, так как прибор не мог одновременно реагировать на все разговоры группы, но вот старший поднял руку, разговоры стихли. Когда он заговорил, заработал переводчик.

– Братья! Тиран призывает вас бесстрашно идти на чужаков, которых вызвали Хранители! Обманом и хитростью они захватили наших братьев и спрятали в своей норе! Если мы не убьём чужаков, то не сможем освободить их! Чужаки слабы и трусливы! Они боятся выходить на открытый бой! Так пойдём и разгромим гнездо этих прислужников Хранителей!

– Слава Хаосу! – нестройно выкрикнули парни. В их голосе не ощущалось особого энтузиазма.

Из своего укрытия Яша заметил, как Олег, с видом человека, отошедшего в сторонку по малой нужде, спокойно, с беспечным видом подошел сзади к группе митингующих парней. Это был высокий профессиональный класс психологической маскировки. Он даже немного толкался, как и все рядом стоящие. На него совершенно никто не обращал внимания.

– Все согласны идти на чужаков? – спросил оратор.

– Все! – ответили парни.

– А я не согласен! – вдруг услышали они за своими спинами.

Оглянувшись, они увидели Олега и замерли от неожиданности. Воспользовавшись этой паузой, он хладнокровно прошел в середину группы, где стоял верзила.

– Я не согласен! – повторил он через синхронный переводчик. – Вас призывают уничтожить нас только потому, что мы защищаем Хранителей! Неужели это такая страшная вина, за которую нужно лишать человека жизни? – он посмотрел на лица парней. Почти у всех были на лице пластинки, вживлённые в кожу. – Кто из вас убил хотя бы одного человека? Есть такие? – Олег посмотрел вокруг, но все стояли молча. – Не делайте этого, если это не угрожает вашей жизни! Призрак убитого вами человека потом будет всю жизнь терзать вашу душу по ночам, пока вы не сойдёте с ума!

«Не переборщил ли я?» – подумал Олег. Ведь его самого такие призраки давно не посещали. Но это – его работа, плюс особая психологическая подготовка, а здесь просто глупые пацаны. Их ещё можно убедить не переступать роковую черту.

– Насчёт ваших товарищей не беспокойтесь! Они находятся в нормальных условиях! Единственное, чего мы хотим, это встретиться с вашим предводителем и обговорить условия! Мы вам возвращаем ваших друзей, а вы больше не будете беспокоить Хранителей! Надеюсь, что я излагаю ясно и понятно! Буду ждать вашего решения вон под тем деревом! – он спокойно повернулся и пошел к раскидистому дубу, стоящему на краю лужайки.

Никто из парней не дёрнулся. Они молча смотрели в спину удалявшемуся Олегу. Через мгновение его камуфляжный костюм скрыл его от наблюдателей в вечерних сумерках.

– Ну? Кто тут говорил, что они трусливые? – спросил один из парней своего вожака.

– Давай, разговаривай с Тираном! Пусть приезжает на переговоры с чужаками! Они хотят разойтись с нами по-хорошему! – одновременно заговорили парни.

Поняв, что поход, кажется, сорвался, старший опять связался с Тираном по коммуникатору.

Глядя на железное лицо своего предводителя, верзила с дрожью в голосе стал объяснять:

– Здесь только что был чужой воин! Он предложил, чтобы ты встретился с ним! Они хотят вернуть наших парней в обмен на обещание оставить в покое Хранителей! Что ему ответить?

– Отойди в сторону, чтобы нас не слышали остальные! – произнёс Тиран.

Когда парень отошел от группы к краю лужайки, то оказался практически рядом с деревом, за которым стоял Яша. Переводчик у Черноморца был включен, и он слушал весь разговор.

– Запоминай то, что я тебе сейчас скажу! – прозвучали в наушнике у Яши слова Тирана.

– Вы посланы мной к этим чужакам не для разговоров, а для их уничтожения! Пообещай им, что как только они отпустят наших людей, мы перестанем их тревожить! Организуй нападение на их нору в тот момент, когда они начнут выводить наших парней наружу! Людям объясни, что переговоры – просто уловка с их стороны, чтобы захватить наших в плен. Чужаки коварны и трусливы! Повторяй эти слова как можно чаще! Пусть они хорошо зафиксируются в сознании наших людей! Действуй, иначе горе тебе! Ты уже достаточно разозлил меня!

Понурившись, верзила пошел к своим людям. Он решил организовать ночёвку в лесу. Утром, когда парни выспятся и отдохнут, у них, возможно, будет другое настроение. Сегодня с ними говорить бесполезно.

– Разбивайте лагерь! Будем здесь ночевать!

После этого он пошёл к дереву, возле которого его ожидал Олег.

– Я говорил с Тираном! Он просил передать, что согласен на ваши условия! Вы нам возвращаете людей, а мы прекращаем бороться против Хранителей! – верзила несколько смутился, и это не укрылось от глаз Князева.

– Хорошо! Завтра, в девять часов утра ваши люди будут освобождены! Если вы после этого нарушите условия договора, то мы огорчим вас до полной невозможности! – произнес Олег тоном Глеба Жиглова. На базе уже собрались все члены группы Князева. Старшина успел привезти трёх пленных и бревно. Оно нелепо лежало у стены, заставляя всех непроизвольно оглядываться на него.

– Эх! Такую идею загубили, паразиты! – сокрушался Иван. Он уже мысленно держал в одной руке шампур с шашлыком, а в другой – стакан с самогоном. И тут такой облом! Он слышал звуки стрельбы и думал, что развёрнута широкомасштабная операция по загону кабанчика, а тут – на тебе! Опять пленные!

– Ну, шо з вамы робыть? Га? – спрашивал он ошарашенных парней, волоча их за шиворот, как котят, к комнате, где сидели прочие пленные. – И шо вы всё лезите и лезите? Там амэрыканци, тут медноголовые! Шо вам тут – мэдом намазалы?

Отдуваясь и пыхтя, как паровоз, Иван вернулся в кабинет Князева.

– Командир! А ну ёго к бисовой матери, это зазеркалье! Может, рванем домой? Бо вже з души воротит от этих заумностей! – он от расстройства грюкнул кулаком по столу. Крышка отозвалась уважительным гулом.

– Я тебя понимаю, Иван Алексеевич, но придется ещё недельку потерпеть! Считай, что мы в командировке! – улыбнулся Олег.

– Та в гробу я видел такую командировку! – продолжал ворчать Иван. – А ей-бог на Кавказе не було так тошно, як в этом санатории закрытого типа!

– Кто ещё так думает? – Князев оглянулся на остальных членов группы.

Все молча разглядывали крышку стола или свои руки.

– Ясно! – подытожил всеобщее молчание Олег. – А гори оно всё синим пламенем! – неожиданно вспылил он. – Хотите размяться? – он вопросительно поднял бровь. – Тебе, Андрей, тоже скучно? – повернулся он к Калинину, сидевшему с забинтованным плечом. – Хорошо! Старшина, выводи пленных на двор! Организуем шведский стол! Гульнем по-нашему, по-русски! Пусть эти медноголовые потом своим расскажут, что мы нормальные мужики, и если с нами по-хорошему, то и мы с ними тоже будем вести себя по-хорошему! – он видел появившееся сомнение на лицах своих товарищей, но возражений не поступило.

– Можно внести поправочку? – подал голос Валера. – Гульнуть – это, конечно, можно! Только думаю, что дежурной смене стоит включить локатор кругового обзора и защиту внешнего периметра базы!

– Принимается! – Олег хлопнул ладонью по крышке стола. – Другие предложения есть? Нет! Тогда сбор на улице через полчаса! Старшина, командуй!

С помощью личного состава под руководством опытного старшины, пережившего не один десяток пьянок на природе для проверяющих из вышестоящих штабов, как по мановению волшебной палочки был организован фуршет на двадцать персон. Персоны, помятые и испуганные, были выведены на свет божий из их полутемной комнаты с явно не радужными мыслями. На их полуметаллических лицах угадывалось смятение от уготованной им чужаками неизвестности. Их выстроили с одной стороны стола, а наши парни стали к ним лицом к лицу по другую сторону стола. У всех до половины были налиты стаканы. Нехитрая, но приличная закуска стояла в мисках вдоль всего стала.

– Все включили переводчики? – спросил Олег у своих. Все согласно кивнули головами.

– Обращаюсь к вам, называющим себя Разрушителями! – Олег заметил, что все пленные повернули к нему головы. – Сейчас мы, воины другого измерения, прибывшие на защиту Хранителей, хотим предложить вам пообщаться и, если получиться, понять друг друга! Мы не хотим причинять вам вред, но вынуждены обороняться от вашего вторжения! Поверьте, что мир, который мы предлагаем вам, не от нашей слабости, как твердит ваш предводитель, а от того, что мы люди из того времени, когда войны являются постоянным ремеслом мужчин! Убивать других людей – самое ужасное дело! Мы не хотим лишней крови! – он обвел взглядом задумчиво недоверчивые лица пленных. – Мы отпустим вас к своим, но прежде просим оказать нам честь поужинать с нами!

– Мы не верим вам! – неожиданно заявил один из пленных, на вид старше других. – Вы захватили нас в плен не в бою, а из засады! Так действуют только трусы!

– Ты смелый человек! – Олег понял, кто здесь у пленников главный. – Если ты считаешь, что способен победить меня в бою, докажи это! – Князев явно стал заводиться. – Не сможешь справиться один, можешь брать себе в помощь своих людей! Победите меня и можете уходить сразу! Проиграете – значит, уйдете тогда, когда мы вам разрешим!

Все расступились, освобождая место на широкой площадке перед входом в базу. Поединщики встали друг перед другом на расстоянии трёх шагов. Они смотрели в глаза друг другу, не начиная движения, как бы пытаясь войти в психологический контакт. Затем Разрушитель сделал резкий выпад, нанося правый прямой удар в грудь Олега. Не сходя с места, Князев лишь развернул плечи параллельно удару и легким толчком ладони в плечо соперника заставил его кувырком упасть на землю. Разрушитель ничего не понял. Он был уверен, что его отработанный молниеносный удар попадет в цель. Он даже, кажется, слегка зацепил одежду противника. Но рука ушла в пустоту, и он позорно провалился, теряя точку опоры. Разрушитель вскочил и опять посмотрел в глаза Олега. Они были совершенно спокойны. Он опять сделал резкий выпад и опять всё повторилось. Кулак провалился в пустоту и опять этот непроизвольный кувырок перед падением на землю. Разрушителя это разозлило. Особенно то, что Олег даже не пытается его ударить, а забавляется, как с ребенком.

Князев понял, что рукопашник из Разрушителя никакой и, чтобы быстрее закончить показательные выступления, взял со стола стакан с самогоном. Держа его в правой руке, показал пальцем ещё на двоих крепких парней, приглашая их присоединиться к первому нападающему. Он поднял стакан высоко над головой.

– Нападайте на меня! Сможете? Бейте куда попало! А я постараюсь не разлить этот стакан до тех пор, пока вы сами не прекратите бой! – Олег произнес это спокойным голосом, как будто проводил первое вводное занятие с салажатами призывниками.

Парни на полном серьёзе бросились на Князева. Они толкались, мешая друг другу толком размахнуться. Олег, вращаясь, как в танце, с поднятым вверх стаканом, непостижимым образом оказывался за спиной противника, который принимал на себя удары, предназначенные для него. Все зрители, кроме двух подполковников и одного раненного полковника, смотрели на этот танец, разинув рты. Да! Такое исполнение айки-до даже в кино не увидишь!

Топот разъяренных парней на площадке становился всё громче. Олег успевал лёгким движением сталкивать их между собой. Уйдя очередным пируэтом за спину противника, легонько сзади ладонью хлопал его по лбу, и тот кулем валился под ноги своих товарищей. Через десять минут боя Разрушители выдохлись настолько, что уже едва переводили дыхание.

– Хотите продолжить? – спросил их Олег совершенно спокойным голосом, как будто весь бой простоял в стороне с коктейлем в руке.

– Нет! Мы поняли тебя! – прохрипел пересохшим горлом старший.

– Ну, а если поняли, то тогда прошу к столу! – Олег сделал приглашающий жест.

Когда все разместились вокруг стола, Олег поднял стакан с самогонкой.

– Не знаю, пьют ли у вас крепкие спиртные напитки, но у нас в мужской компании принято пить очень крепкий напиток. Его обжигающее ощущение проходит, а радость в душе остаётся! И пусть мы не станем друзьями, но хочу верить, что хотя бы расстанемся не врагами!

– Ну! За взаимопонимание! – тоном Булдакова договорил за Олега Черноморец.

Все подняли стаканы и дружно стали чокаться друг с другом. Разрушителям понравилась эта незнакомая для них традиция, и они вновь и вновь тянули свои стаканы к стаканам военных, чтобы ещё раз послушать звон стекла.

– Здорово! – говорили они друг другу.

– Ей-богу! Ну, як диты мали! – улыбнулся Иван и опрокинул стакан с самогоном в рот. Погоняв его за щекой с задумчивым выражением лица, проглотил. Понюхал палец и вынес вердикт: – Можно пить!

Остальные военные дружно опрокинули в рот свои стаканы и, шумно выдохнув, стали закусывать. Глядя на них, Разрушители махнули на всё рукой и тоже выпили. Некоторые из них оказались очень даже ничего. В смысле, крепкие ребята. Даже не охнули. Хотя слёзы на глазах появились. Это от недостатка опыта. Другим пришлось труднее: кто-то вместо выдоха сделал вдох, кому-то не в «то горло» попало. В общем, слёзы, сопли и смех. Смеялись все, кто удачно выпил, а потом и те, кто отдышался.

– Сегодня вы наши гости! – сказал разрушителям Олег. – Мы хотим, чтобы вы объяснили остальным своим товарищам, что с нами воевать не нужно! Если вы причините вред кому-либо из нас, то мы найдем вас даже под землей и отомстим! Неужели у вас нет других забот, кроме как охотиться за Хранителями? Вот ты! – Олег показал рукой на самого старшего по возрасту разрушителя. – Кем ты был до того, как стал Разрушителем? Как твое имя?

Мужчина, видимо, не был готов к вопросу и оглянулся на своих товарищей. Алкоголь уже начал действовать. Они расслабились и уже не так агрессивно были настроены к защитникам Хранителей.

– Меня зовут Харт из рода Меченосцев! После окончания колледжа промышленного строительства работал на стройках в разных концах континента. Кочевая жизнь меня устраивала тем, что менялась обстановка, люди. Появлялись новые знакомства, новые впечатления. Однажды мне предложили за большие деньги поработать на строительстве лаборатории. Это было на астероиде в созвездии Пегаса. Мы не знали, для чего ведётся эта стройка. В принципе, нас интересовали только деньги. Когда работы по строительству подпольной лаборатории уже были почти завершены, на астероиде появились неожиданные гости. Так я впервые столкнулся с жителями Веги. Высотой они были примерно в четыре человеческих роста. Над переносицей у них был третий глаз. Они умеют управлять любой энергией, и им подвластна гравитация. У них красивое телосложение и черты лица. Они настолько совершенны, что мы, люди, чувствовали себя радом с ними какими-то мелкими убожествами. Это были Хранители Галактики. Им не нужны были защитные скафандры и воздух для дыхания. Окруженные голубым сиянием, они свободно перемещались в пространстве в любом направлении и с любой скоростью. Буквально за несколько минут они собрали в одно место всех, кто находился на астероиде. Загнав нас на грузовой корабль, отвели в сторону от астероида. На наших глазах они вытянули руки в сторону астероида. От их пальцев потянулись голубые нити силовой энергии, которая за несколько секунд взорвала астероид на мелкие кусочки. Они показали нам, что без их ведома в галактике ничего произойти не может. Они высшая сила! С тех пор я возненавидел их. Я оказался не одинок. На нашей планете тоже есть люди, считающие, что Хранители держат нас в рамках своих желаний. Они решают, кому и как жить! Мы сами хотим решать, как нам жить! – он настолько возбудился, что это передалось его товарищам. Они сжали кулаки и двигали желваками. Наши военные стояли, задумчиво опустив головы. Первым опомнился Иван.

– Наливай! – скомандовал он.

В тишине было слышно бульканье самогона в подставленные стаканы.

– Мы – чужие в вашем мире! Случай забросил нас сюда, и мы не теряем надежды вернуться в свой мир! – Олег посмотрел в глаза Разрушителям. – Мы постараемся сами разобраться кто прав, а кто нет. Вы нам сейчас не мешайте и возвращайтесь домой! Договорились? – он выжидательно переводил взгляд с одного лица на другое. Олег понимал, что при возвращении к своим у парней будут сложности. Сумеют ли они убедить своих прекратить хотя бы на время вторжение к Хранителям?

– Мы попробуем! – ответил Харт.

– Договорились! – Олег протянул к нему свой стакан. Они чокнулись и одновременно выпили. Их примеру последовали все остальные.

– А теперь мы хотели бы уйти! – сказал Харт.

– Пожалуйста! – Олег сделал жест рукой в сторону ворот. – Если темнота для вас не помеха, можете уходить! Старшина! Дай команду отключить охрану периметра! Яша, проводи их к месту, где ночуют их товарищи!

– Ясно! Понял! – ответил Черноморец.

Через несколько минут за ворота базы выехала самоходная платформа. На ней разместились все отъезжающие. Когда самоходка выкатилась за ворота в ночь, наши стали махать руками вслед. Разрушители вначале не поняли их жестов, а потом сообразили и тоже стали махать руками в ответ.

– Не такие уж плохие они парни! – сказал Валера. – Возможно, их умело обманули, вот они и пошли за своей идеей!

– А, может, обманывают нас? – возразил ему Андрей. – Я почему-то верю рассказу Харта! Не может человек врать с такими глазами!

– Ладно! Будем закругляться! – Олег посмотрел на часы. – Завтра у нас очередная встреча с Хранителями! Вот там и поинтересуемся, что к чему!

– Командир! По последней? – Иван так жалобно посмотрел на Олега.

– Ладно! По последней!

– А шоб дома нэ журылысь! – Иван подкрутил свои черные пышные усы и, подмигнув цыганским глазом, махнул самогонку одним глотком.

13

Как и в прошлый раз, церемониал появления Хранителей прошел в торжественной тишине. Когда за столом возник последний из Хранителей, они одновременно подняли правую ладонь и произнесли:

– Истина в Знании!

Военные, сидя напротив них, также подняли правую ладонь, и дружно ответили:

– Знания в Истине!

Ставр, не спеша, обвел взглядом всех присутствующих. По его лицу было видно, что он хочет сказать что-то важное.

– Мне известно о том, что Избранные вчера имели контакт с Разрушителями! – он сделал паузу. – Мне также известны и те сомнения, которые они посеяли в ваших душах! Сегодня мы дадим вам знания о Хранителях нашей Галактики! Мы поможем вам открыть свой внутренний, третий глаз, позволяющий видеть суть вещей и явлений. Полученные вами сегодня знания позволят начать подготовку к овладению основами левитации и телепортации! Помните, что мысль первична, лишь потом она материализуется. Вы готовы?

– Да! Мы готовы! – произнесли Избранные.

Хранители, вытянув перед собой руки, положили их на стол ладонями кверху. Избранные, уже зная, чего от них ждут, положили свои ладони сверху. Они начали процесс медитации, мысленно поднимаясь все выше и выше в звёздное небо.

Олег не чувствовал своего тела. Как некая бестелесная субстанция, он скользил над планетой, узнавая географические контуры морей и проливов. «Да! Но это Земля моего времени! Вот Обь! Вот Урал! А если подняться ещё выше? Справа виднелся большой изогнутый остров… Это явно Новая Земля! А если повернуть на Юг? К Черному морю?»

Его бестелесная оболочка послушно развернулась на Юг и иглой вонзилась в пространство. Вся картина лежащей под ним земли, как бы резко сдвинулась назад. Отражение солнечных лучей сверкнули на поверхности Азовского моря. Вот знакомые контуры Крыма. Развернувшись чуточку вправо, он нырнул к видневшемуся пятну приморского города.

«Чем там сейчас занимается моя райская птичка? – подумал он об Анне. – Так! Где эта улица? Ага, вот она! Где этот дом? Вот он! Где эта девушка, что я влюблён? – мысленно подпевал он себе. Но Ани дома не оказалось. – Ах да! Она же должна быть в школе, в медкабинете! – вспомнил он. – Где здесь школа? – он опять немного приподнялся над городом. – Кажется, вижу! Судя по спортплощадке и стандартному зданию, это и есть школа! – он плавно приблизился к зданию и без малейшего сомнения проник сквозь его стены внутрь. В классах шли уроки. Всё как обычно. Кто-то писал под диктовку учителя. Кто-то списывал контрольную у соседа по парте. Олег даже заглянул в тетрадь этого двоечника. – Да, парень! Здесь нужно немного пошевелить мозгами!» – он мысленно развернул голову мальчишки обратно к своей тетради и стал с ним вместе рассуждать над решением задачи. Впрочем, он уже и сам кое-что подзабыл. Но две головы лучше, чем одна, и они быстро нашли правильное решение.

– Давай, трудись, братан! – шепнул Олег парню в ухо и дал ему легкий подзатыльник. У пацана, от неожиданности ручка выпала из рук.

На первом этаже он пронесся сквозь стены кабинетов и замер над головой молодой женщины в белом халатике с синим воротничком и белом колпаке с красным крестиком. Аня что-то писала в журнале, изредка сверяясь с карточками учета прививок. Олег приблизился к ней сбоку и поцеловал её в мочку правого ушка. Она передернула плечиком. «Ага! Чувствует! Интересно, интересно!» – он переместился влево и поцеловал в левое ушко. Она опять передёрнула плечиком и перестала писать. Посмотрела вокруг, но ничего подозрительного не увидела.

Олег смотрел на её чуть припухлые губы и так захотел поцеловать, что не сдержался и припал к её губам нежным поцелуем. От неожиданности Аня вцепилась пальцами в подлокотники кресла и сидела, закрыв глаза и боясь пошевелиться.

– Всё, мать! Ты, кажется, дошла до ручки! – тихо прошептала она. – Наверное, пора уже в Кащенко! – Она не мигая смотрела в пространство. – Князев! Где ты? Упорхнул вместе с Яшкой, и уже второй месяц ни ответа, ни привета! Я так тоскую по тебе!

– И я по тебе тоскую! – тихо сказал Олег.

Аня вздрогнула и посмотрела по сторонам. Ей показалось… или нет, она почти уверена, что голос прозвучал возле неё, как если бы Олег стаял рядом.

– Нет! Всё! Пора в дурку! Кажется, с головой у меня точно уже не всё в порядке! – сказала она себе.

Олег вдруг подумал, что своим появлением действительно может нанести вред психике неподготовленного человека.

Он взял лежащую на столе ручку и написал. «Не волнуйся, родная! С психикой у тебя всё в порядке! Мы с Яшей сейчас очень далеко от тебя. Настолько, что вряд ли кто из живущих на Земле сейчас сможет даже предположить! У нас всё отлично! Живы, здоровы и, кажется, даже поправились! Надеемся скоро вернуться домой! Я общаюсь с тобой виртуально, поэтому ты меня не видишь!» Аня расширенными от удивления глазами следила за шустро бегающей по бумаге ручкой. До неё постепенно стал доходить смысл написанных слов.

– Олег! Ты меня слышишь? – неуверенно произнесла она, глядя в пустоту.

– Обещай не паниковать! – прозвучал из ниоткуда голос Олега.

– Обещаю! – дрожащим голосом произнесла женщина.

– Я тебя не только слышу, но и вижу, и ощущаю! – сказал Олег.

– Так это ты меня целовал? – всё ещё неуверенно спросила Аня.

– Да! И ещё хочу! Можно?

Аня потерла пальчиками лоб, пытаясь сообразить, что с ней происходит. «Неужели вот так наступает сумасшествие?»

«Ладно, целуй!» – мысленно махнула она рукой и закрыла глаза.

ОНА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОЧУВСТВОВАЛА ПРИКОСНОВЕНИЕ ЕГО ГУБ. Сначала он поцеловал её в губы, потом в шею. Затем она почувствовала его поцелуй в вырезе халатика. Но, когда расстегнулась верхняя пуговичка, а за ней вторая, у неё сработал женский защитный рефлекс. Она схватилась руками за отвороты халатика и строго сказала:

– Князев! Здесь же войти могут! – потом, опомнившись: – Ой! Господи! Да что же это я, совсем сдурела!

– Всё, любимая! Я удаляюсь! О том, что произошло – молчи! Это наша тайна!

Она почувствовала, как он чмокнул её в губы и по кабинету пронесся лёгкий ветерок.

Заглянувшая к ней в кабинет завуч школы увидела, как Аня глотает валидол.

– Что, плохо себя чувствуешь? – встревожено спросила она. – Боже! Да на тебе лица нет!

После этих её слов Аня испуганно повернулась к зеркалу. Нет, лицо было на месте, только какое-то перепуганное.

– Иди, Анечка, домой! Тебе нужно прилечь! – сказала завуч. – Я сама почти каждый день валидол глотаю от наших ученичков! Иди! Сами справимся!

Олег взмыл ввысь за облака и остановился. Перед ним возникло лицо Ставра.

– Как первые ощущения?

– Я потрясён! Это же фантастика! Такое только во сне возможно! – восхищенно произнес Олег.

– Для тебя это – сон наяву! – Ставр добродушно улыбнулся ему. – Сейчас твоё Я путешествует без материальной оболочки. Можешь назвать это полётом души. Твоё подсознание стремилось в твою эпоху к любимой женщине, и знание дало тебе это! Теперь мы последуем туда, где хранятся тайны планеты!

Через мгновение они приблизились к горе. На её склоне не было видно каких-либо пещер или дверей, но они уверенно мчались к отвесной скале. Ещё миг, и они, пронзив её, оказались в пещере колоссальных размеров. Олег даже в бестелесном состоянии почувствовал огромную энергию, удерживаемую внутри горы.

На каменном троне восседал мужчина-великан. Даже стоя возле него, Олег едва доставал головой до его колена. На нем не было одежды. Великан как бы полулежал на наклонной спинке трона в расслабленной позе. На его голове не было волос. Глаза были закрыты. На его лбу был ещё один глаз. Сейчас он тоже был закрыт.

– Ты видишь перед собой Хранителя Галактики! – произнёс Ставр. – У вас их ещё называют почему-то Лемурийцами. Хотя они жители Веги. Хранитель сейчас находится в состоянии соматического сна. Как бы на грани жизни и смерти. Почти клиническая смерть! Но, в отличие от простых смертных, это состояние им необходимо для преодоления тысячелетий. Их физиология находится на более высоком уровне развития, чем у человека. Если человеку необходима физическая пища для получения необходимой энергии, то их организм способен получать эту энергию от излучения радиоактивных изотопов. Радиация, способная убить человека, для них нормальная дозировка, достаточная для минимального поддержания основных функций организма на клеточном уровне. Его внутренние органы сейчас не функционируют, но они в нормальном состоянии, и готовы начать работать по первой же команде мозга. Эту команду мозг может получить в любое мгновение от того из Хранителей, который сейчас бодрствует. Он не обязательно находится на Земле. Его хозяйство – галактика! Через полюса Земли проходят межгалактические коридоры, которые позволяют, например, из околоземного пространства оказаться сразу возле созвездия Веги. Зная места расположения таких межгалактических коридоров, нет необходимости преодолевать расстояния в миллионы световых лет. От созвездия Веги другим коридором можно попасть в созвездие Лебедя или Касиопеи. Наделенным способностью мгновенного переноса в любую точку Космоса, галактическим Хранителям нет необходимости путешествовать на кораблях. Это – удел людей. Их главная функция – не допустить самоуничтожения человечества. Хранители тоже не вечны, хотя и живут десятки тысяч лет. У них, как и у простых людей, есть свои женщины, которые рожают им потомков, но у нас с ними настолько разные понятия о времени, что лучше не задумываться над этим.

– Почему он находится на Земле, а не на Веге? – спросил Олег, глядя на гиганта.

– Здесь приемлемая для соматического сна сила тяготения и уровень радиации. Поэтому все дремлющие Хранители избирают Землю. В период, когда они все бодрствуют, возникают легенды о всемогущих богах, которые способны метать молнии и вздымать моря. Поверь, что для Хранителя – это детская забава. Они умеют управлять энергией и гравитацией планеты силой своей воли. Объединившись, они способны разорвать планету. Поэтому в глазах простых людей, особенно в период очередного начала развития следующей цивилизации, это действительно кажется подвластным только богам. Проходят тысячелетия. Приходит время очередного катаклизма. Планета проходит очередной период обновления, и Хранители Галактики, временно переселившись на другую планету для сомати-сна, опять возвращаются на Землю. Вот этот период бодрствования, когда они ещё не определились с новым местом для себя, и видят люди. Отсюда начинаются мифы и легенды.

– Значит, на Земле сейчас есть ещё дремлющие Хранители?

– Да! Их всего здесь, на планете, восемь! Девятый бодрствует! Поэтому нас, простых Хранителей, тоже девять! Мы храним их сон! Перед тобой тот, чей покой ты будешь охранять! Это тот, кого вы называете Зевсом! – Ставр на мгновение смолк. – Это главная твоя и твоего приемника тайна! У каждой такой сомати-пещеры есть свой смотритель из простых смертных. Эти люди называют Хранителей Галактики – Спящими. Смотритель также из поколения в поколение передает эту тайну своему приемнику. В отличие от нас, Хранителей, такой человек живет меньше своих сверстников из-за облучения, получаемого при уходе за телом Хранителя Галактики. Но такой человек обладает твердой верой в то, что после физической смерти его информационное поле, называемое душой, возродится на Веге в теле нового Хранителя. Такой человек обладает даром предвидения, прорицательства и исцеления. Это награда ему за труд и молчание. Но это, так сказать, обслуживающий персонал, а мы уже администрация! – Ставр улыбнулся пришедшему на ум сравнению. – Наша функция – внешняя защита данного района от вторжения людей. Войны, научные экспедиции, походы фанатиков и авантюристов: ничто не должно беспокоить Хранителя Галактики. Его предназначение слишком велико по сравнению с нашим.

– А чем же тогда занимается наш девятый хранитель, пока его босс отсутствует?

– Сейчас ты это увидишь! – Ставр взмыл в небо, увлекая Олега за собой.

Успев оглянуться, Олег понял, что они были в Альпах. Пронзая пространство, они перенеслись далеко на Восток. Под ними был Тибет. Снизившись, Ставр показал Олегу долину, похожую на кратер. От обычного кратера её отличали явно искусственного происхождения края. Они напоминали пирамиды правильной формы, образующие цепочку вокруг кратера. Цепочка заканчивалась более крупной пирамидой – горой Мулпас.

– Перед тобой генератор времени! – Ставр смотрел на долину с высоты нескольких километров. – Время существует! Это аксиома! Оно многомерно, неоднородно, непостоянно; может прерываться, течь в будущее и прошлое. Способно замедляться и ускоряться для каждого человека индивидуально! Субъективно, в зависимости от обстоятельств! Так вот, этот генератор нужен Хранителям для быстрого переноса времени между началом и концом Глобального катаклизма на планете. Генератор способен ускорять время в десятки раз в пределах всей планеты. А сейчас я тебе покажу легендарный город Шамбалу! Мало кто из смертных видел его, потому что охрана доступа к нему возложена на девятого Хранителя. У него, как и у остальных Хранителей, есть специально приставленные охранники из простых людей. Контроль за ними осуществляют ламы-монахи. Они являются хранителями тайны Шамбалы.

Ставр вместе с Олегом ринулись вниз. Но не к долине времени, а чуть левее, к горе, причудливо сформированной как бы из набора более мелких вершин. Наподобие католического костёла. Они пронзили гору и оказались внутри неё. Света не было, но Олег с удивлением обнаружил, что прекрасно видит в темноте, различая цвета и оттенки предметов. Вся гора изнутри была похожа на хаотичное переплетение тоннелей. В местах, где тоннели сходились, находились огромные залы. В каждом зале стены были похожи на гигантские полки или балконы, на которых бесконечными рядами стояли различные предметы, механизмы, изделия, произведения искусства. В некоторых залах хранились книги, свитки, каменные таблички, лазерные диски, микрочипы с информацией.

– Шамбала – это место хранения достижений науки и культуры всех цивилизаций, живших на Земле! Похищенная немецкой разведкой шкатулка с секретами генной инженерии и создания ядерного оружия уже поставила под угрозу выживание вашей цивилизации. Правда, двум сотрудникам секретного института немцев «Ананарбе» удалось ещё узнать устройство летательного аппарата предыдущей цивилизации, но к знаниям нужны были ещё и технологии, поэтому эти знания они использовать не успели. Но это – всего лишь тайна маленькой шкатулки! Что она по сравнению с целой горой? – Ставр на минуту задумался. – Невозможно даже представить себе, каких вершин в своём развитии могло бы достичь человечество, если бы могло вести свой цикл познания непрерывно! Ведь каждая цивилизация начинает свой цикл практически с минимальным стартовым запасом знаний, необходимых для выживания. Но что самое интересное, это то, что к концу своего периода жизни на этой планете все они приходят с разными результатами. Видимо, Первосоздатель не зря наделил людей способностью творить добро и зло. Ведь любое научное открытие можно использовать и на благо, и на беду человеку. Возможно, когда-нибудь появится цивилизация, способная вести разумный образ жизни, но это уже будут скорее не люди, а роботы, не ведающие ни страстей, ни пороков. Но это была бы скорее неудачная попытка Первосоздателя. Вот для того, чтобы сохранить для грядущих поколений достижения человеческих страстей, Мурианцами – первой земной цивилизацией – и была создана Шамбала. Девятый Хранитель, где бы он ни жил, всегда будет видеть своим внутренним взором всё, что происходит вокруг Шамбалы. Он должен предпринять все меры для сохранения этой великой тайны. При необходимости он может использовать силу остальных восьми Хранителей. В самой критической ситуации все девять Хранителей могут вызвать Хранителя Галактики.

– Я понял тебя! – едва слышно произнёс Олег. Сегодня на него сразу свалилось столько впечатлений, что он уже начал сомневаться в своих ощущениях. – Да! Для того, чтобы переварить всю сегодняшнюю информацию, нужно время! – он чувствовал, что уже изрядно устал.

– На сегодня для тебя достаточно! – сказал Ставр. – Нам пора возвращаться!

Они вновь взмыли за облака.

14

Когда Олег открыл глаза, то увидел, что сидит в той же комнате и за тем же столом, что и в начале занятия. Хранителей уже не было. Из своих товарищей он увидел только Ивана, мирно дремлющего в соседнем кресле. Через несколько секунд рядом с Иваном, на соседних же креслах, стали появляться Железин, за ним Андрей, Яша. Они возникали так же, как это делали Хранители, только в спящем состоянии. Прошло ещё несколько минут, и вот уже вся группа оказалась в сборе. Один за другим они просыпались, но продолжали сидеть молча, не в силах описать свои впечатления. Последней из воздуха появилась Аврора.

– Надеюсь, что сегодняшнее занятие вам понравилось! – на её губах играла участливая улыбка. Ей действительно было немного жаль этих мужчин, задумчиво глядящих в пространство перед собой. Вынести такое количество впечатлений дано не каждому. Это она помнила по себе, хотя её вводили в знание намного дольше и мягче.

– Да уж! – только и смог сказать Яша.

– Отдыхайте! Завтра вам предстоит осваивать телепортацию! – девушка улыбнулась им и опять исчезла в воздухе.

– Ну, что, братцы? Полетали? – спросил Олег.

– Да уж! Такого кина я ще нэ бачив! – пробасил Иван. – Я ж даже на самолёте нэ литав, а тут бац! З переляку чуть нэ вмэр! – он сделал круглые глаза. – Но потом мэни дужэ это дело понравилось! Ух, и пошуровав я у сэбэ в станице! Девки такий гвалт у бане пиднялы, шо мабуть прыбылы бы меня, якшоб моглы побачить! – он захохотал от всей души.

Остальные тоже встрепенулись, заулыбались, понимая, что произошедшее сегодня с каждым из них произошло и с другими. Каждому вдруг тоже захотелось поделиться своими первыми впечатлениями и приключениями. Они заговорили друг с другом, смеясь и перебивая. Олег смотрел на них с улыбкой на лице. Он знал, что среди них нет злых людей.

– Олежка! – заговорил, придвинувшись к нему Яша. – Ты представляешь! Я сегодня был у своей Алины Викторовны! Так она подумала, что сходит с ума! Еле угомонил её, убеждая, что это мысленное общение с ней на расстоянии! У неё в тот момент, когда я появился, шло собрание управляющих филиалами банка. Моя красавица, заломив бровь, чихвостила какого-то бедолагу за то, что он дал кредит какому-то сомнительному дельцу. Я обождал чуток, а она никак не угомонится. Даже с кресла вскочила! Я ей спокойно так говорю: «Аля, сядь! Помолчи! Сосчитай до десяти!» Она так и застыла с открытым ртом. Медленно поворачивает ко мне голову и смотрит прямо в лицо, но ничего не видит. Потом обхватила пальцами лоб и села. «Я с вами скоро совсем с ума сойду! Уже голоса мерещатся!» А рядом сидящий с ней дядька, заместитель её, говорит: «Я тоже отчетливо слышал слова, произнесённые мужским голосом! Может, это полтергейст?» – «Господи! – говорит она.

– Ну, какой ещё полтергейст? Вот настоящий полтергейст! – и показывает рукой на провинившегося. – В общем, так! Я назначаю проверку по вашему филиалу! Если выплывут сомнительные операции с кредитами, то мы с вами распрощаемся! После возмещения убытков, естественно! – она сурово так смотрела на вспотевшего мужичка. – Если вопросов ко мне нет, то все свободны!» Знаешь, Олег! Я даже заробел немного! Ну, блин! Она точь в точь шпарит, как наш генерал после ЧП!

Выпроводила она всех из кабинета, сбросила туфли, пиджак и ноги на стол положила. Откинулась на спинку кресла и глаза закрыла. А я ей так тихонько говорю: «Нет, мадам! Это не Америка!» Она медленно открывает глаза и поворачивает ко мне голову. «Что-то ваш голос, уважаемый, очень смахивает на голос моего Яшеньки! Может, проясните, как вы им обзавелись?» – «А шё? Таки он один во всей Одессе?» – «Да, один-единственный!» – говорит, а сама как кошка с кресла соскользнула и давай заглядывать во все закоулки. Динамик ищет. «А шё ещё интерэсного ви можете сказать таки про Яшеньку?» – прикалываюсь над ней. А она вошла в азарт, думает, найдёт источник звука! Ну и, естественно, беседу поддерживает. «Яшенька у меня самый красивый, самый смелый, самый ласковый, самый, самый, самый! Я очень люблю моего Яшеньку… Только он, паразит, не пишет и не звонит! А говорил, что любит! Изменщик коварный!» – а сама крадется на коленках к столу. Я ей тоже решил подыграть и, нырнув под стол заседаний, отвечаю: «А не пишет он тебе, любимая, потому что сейчас находится в командировке! Так далеко, что даже страшно подумать! Оттуда письма не доходят и связь не работает! Но он так тебя любит, что пробился сквозь время и расстояние! Виртуально!» – «Но я слышу твой голос вполне реально! Где ты?» – она беспомощно озиралась по сторонам, стоя на коленях под столом. «Я как раз позади тебя! И меня весьма волнует эта панорама!» Она быстро обернулась, но никого не увидела. «Вылезай, любимая, из-под стола, сядь и успокойся! Когда-нибудь я постараюсь всё тебе объяснить, а сейчас просто закрой глаза! Считай, что я тебе приснился!» Вот тут я не удержался и поцеловал её! Представляешь! – он посмотрел на Олега счастливыми глазами. – Поцелуй получился вполне осязаемый! И для неё, и для меня! Правда, она после этого была настолько потрясена, что мне пришлось вешать ей лапшу о силе самовнушения! Потом меня отозвал Хранитель. Даже Аннушку не повидал!

– Не переживай! Я был у неё! Представь себе, побывал почти в такой же, как и ты ситуации, когда наведался к Ане на работу! – сказал Олег. – Удивительное то, что ты себя чувствуешь человеком невидимкой! Всё можешь делать, а тебя не видно! Но главное, это свобода полёта и возможность проникать всюду, куда пожелаешь? Потрясающе!

– Да! Это какой-то экстаз! Сон наяву! – восторженно поддержал его Яша.

– Наверное, так себя ощущают наркоманы? – нашел сравнение Олег.

– Ты думаешь, что у нас у всех просто были галлюцинации? – Яша явно огорчился.

– Не знаю! – Князев пожал плечами. – Проверим, когда вернёмся домой!

– Теперь и я сомневаюсь!

– Ладно, время покажет! – Олег похлопал его по плечу.

К ним подсел Железин.

– Олег! Я побывал у нас в отряде! Там сейчас работает комиссия Министерства Обороны и ваши люди! Чтобы не поднимать лишний переполох, я на компьютере нашего центра связи отпечатал сообщение, чтобы нас не искали! Что с нами все в порядке! Мы просто случайно вошли в контакт с другой цивилизацией! Планируем возвращение через несколько дней! Потом сделал распечатку и стёр информацию. Распечатку в конверте с пометкой «Совершенно секретно», «Срочно!», «Лично в руки генералу Горшкову Б. А.» вложил в папку вашему офицеру. Он при мне её открыл, увидел конверт, и некоторое время сидел, теряясь в догадках. Я ему тихо подсказал: «Действуй! Возможно, это твой шанс!» После этого он связался по телефону с Горшковым. Ваш шеф дал команду немедленно боевым самолётом доставить конверт в Москву! Думаю, что послание уже летит на сверхзвуковой скорости!

– Спасибо, Валера! Ты сделал большое дело! Если только это с нами действительно происходило… – Олега продолжало мучить сомнение.

Пообедав за столом-самобранкой, все разбрелись кто куда. Сегодняшнее познание всех здорово утомило. Старшина с молодёжью уехал на базу. Валера прилег вздремнуть в шезлонге возле бассейна. Искупавшись, Андрей пристроился возле него, «погреть кости». Яша с Олегом пошли прогуляться по берегу моря. Погода была хорошей, солнечной.

– Как думаешь, сколько мы ещё здесь пробудем?

– Не знаю! – Олег действительно не представлял себе всей программы этой внезапной командировки.

– Слушай! А почему здесь так тепло? – вдруг спросил Яша, бредя по щиколотки в теплой морской воде.

– Потому, голова твоя садовая, что сейчас ось Земли направлена на Вегу!

– Ну и что? – не мог сообразить Яша.

– А то, что в нашу эпоху ось Земли направлена на Полярную Звезду! – Олег начертил на песке круг и две оси. – Вот смотри! Когда ось направлена на Вегу, экватор Земли находится под таким углом к Солнцу! – Он изобразил в стороне Солнце. – Значит, эти районы Земли получают больше солнечного тепла! А теперь! Если ось Земли направлена на Полярную Звезду, то эти районы теперь получают меньше тепла, а вот эти больше! Понял!

– Элементарно, Ватсон! – Яша даже удивился. – Как я мог забыть такие вещи!

Они отошли от виллы на приличное расстояние. Впереди высился огромный утес, отвесные стены которого обрывались прямо в море. Обойти его вдоль воды не было никакой возможности. Скала уходила в море метров на пятьдесят от берега.

Сквозь прозрачную воду были видны камни, водоросли. Мелькала всякая рыбешка.

– Может, искупаемся? – предложил Олег.

– Действительно! Чего мы в бассейне плещемся, как дети малые? Айда купаться!

Быстро раздевшись, они разбежались и с ходу нырнули в изумрудную, теплую воду. Они долго плыли под водой, показывая рукой друг другу на диковинные, большие раковины. Выныривали и, отдышавшись, опять ныряли. Они нашли по несколько крупных рогатых раковин, размером не меньше, чем у морского бога Тритона на картине.

– Да! Таких раковин у нас уже не водится! – сказал Яша, разглядывая находку.

– Давай нашим невестам подарим! – предложил Олег.

– Конечно! Учитывая, какой будет возраст у этих раковин в наше время, думаю, цены они будут немалой!

– Ага! Продашь, если Алина разорится! – засмеялся Олег.

– Да на фига козе баян!

Посмеявшись, они пошли обратно к вилле. Уже подходя к дому, они заметили какую-то странность. Возле бассейна стоял аэробайк. В его кабине лежал ручной пулемёт и десяток гранат Ф-1. На креслах лежали бронежилеты и каски «Сфера».

– Что-то мне это не нравится! – на ходу бросил Олег.

– Неужели, пожаловали наши заклятые друзья? – предположил Яша.

Увы. Он оказался прав. Все члены группы уже были на базе. Лёню Доценко старшина отправил за ушедшими гулять Черноморцем и Князевым. Он облетел весь берег, но в тот момент, когда он был возле скалы, они как раз ныряли. Рацию они с собой не брали. Теперь он ходил по всем комнатам виллы, не зная, где они могут быть.

– Лёня! – позвал его Князев. – Лёня! – опять позвал он, но безрезультатно.

– Сержант Доценко! – заорал Черноморец.

– Я! – выскочил из-за угла Лёня.

– Вот так вот! – подмигнул Яша Князеву.

– Что произошло? – спросил Лёню Князев.

– Около часа назад на экране локатора засветились отметки на границе долины с южной стороны. Старшина дал команду аккуратно посмотреть: чего там? Я слетал и обнаружил около батальона Разрушителей. Идут колонной по три человека четыре группы. Больше трёхсот человек. Меня, кажется, не заметили. Я драндулет в лесу посадил и кустами к просеке. Там их и увидел. Думаю, что сейчас они выходят на открытую местность перед базой. Вид у них очень воинственный!

– Ясно! По местам! – скомандовал Олег. – Полетели!

С высоты птичьего полета они увидели длинную цепь атакующих. Разрушители, как белогвардейские офицеры в фильме «Чапаев», молча шли на периметр базы. Явное отсутствие какого-либо боевого опыта у их главаря обрекало эту атаку на полный провал.

– База! База! Как слышите? – спросил Олег по рации.

– Слышим вас нормально! – ответил Железин.

– Как у вас обстановка?

– Обстановка нормальная! База к бою готова! Как вы?

– Висим над вами метров сто пятьдесят – двести! Противник атакует полукольцом с Юга и Запада! Растянулись в цепь! Вижу отделившуюся группу человек двадцать! Идут в направлении виллы! Попробую их отбить! – передал Олег.

– Вас понял! Уходите прикрывать виллу! Работаем!

– Работаем!

Сделав крутой вираж, аэробайк по нисходящей траектории скользнул к дому на берегу моря. Высадившись за домом, Олег решил действовать на земле, а Яша с Лёней должны были расстреливать нападающих с воздуха.

Прихватив автомат и «лифчик» с запасными магазинами, Князев выбрал позицию на окраине внешнего ограждение виллы, где удобнее всего можно было скрытно менять позицию. Декоративный каменный забор, по которому шла белая металлическая ограда, был хорошей защитой от энергетического оружия Разрушителей. Вскоре появились непрошеные гости. Они шли в полный рост, явно не понимая, что это может стоить им жизни. В руках у них были уже знакомые Олегу пистолеты-излучатели. Князеву не хотелось проливать кровь этих парней. Он вышел в проем калитки и крикнул:

– Стойте! Мы не хотим причинять вам зла! Уходите и никто не пострадает!

– Мы сами причиним вам зло! Никто из вас не уйдет отсюда живым! – выкрикнул вожак группы. Свои слова он подкрепил выстрелом.

Бело-голубой шар энергии ударил в то место, где за секунду до этого стоял Олег.

«Это не граната! Осколков не дает!» – сообразил Олег и, пока еще не осела пыль от разрыва, опять встал прежнее место. Со стороны могло показаться, что он взорвался и остался невредимым.

– А теперь моя очередь! – Князев первым одиночным выстрелом выбил оружие из рук главаря. Когда тот инстинктивно наклонился, чтобы подхватить его, Олег вторым выстрелом отбросил его излучатель еще дальше в сторону. Затем произошло непредвиденное. Пуля, видимо, попала в энергоблок оружия, и произошел мощный взрыв, как от противотанковой мины. Рвануло так, что всех разбросало взрывной волной на несколько десятков метров вокруг!

«Ого! Да они свою смерть в своих руках носят!» – подумал Олег, вставая с земли.

Когда отшумели падающие комья земли и камней, Олег высунулся из-за стенки ограды – посмотреть на поле боя.

Когда ветер отнес в сторону клубы пыли, он увидел лежащих людей. Многие из них не шевелились, но некоторые подавали признаки жизни, пытаясь повернуться или сесть. Те, кто уже смогли сесть, сжимали голову руками, раскачивались взад и вперед.

«Контузия! – подумал Олег. – Срочно нужен санитар! Хотя, откуда ему здесь взяться?»

В это время над крышей дома поднялся аэробайк. Из его кабины торчал ствол пулемёта.

– Яша! – закричал Олег. – Давай сюда! Здесь раненые!

Аппарат, свистнув турбиной, опустился перед домом. Яша с Лёней, подбежав к калитке, удивлённо рассматривали место взрыва.

– Нифига себе качели! Это чем же ты их так долбанул? – Яша почесал затылок.

– Да не долбал я их! Просто выстрелил ихнему главарю в излучатель, а он возьми и взорвись! Вон сколько народа полегло! – Олег даже расстроился. – Предлагал же им вернуться! Так нет, воевать им, видишь ли, хочется!

– Ну, как говориться «Кто на нас с мечом! Тот от нас с костылём!» – подытожил Черноморец.

В это время они услышали звуки стрельбы со стороны базы. Слышны были непривычно звонкие хлопки энергозарядов.

– База! База! Как слышите? – проговорил Олег в рацию. – Как у вас обстановка?

– Слышим вас нормально! Нас атакуют по всему периметру! Они уже потеряли треть людей! Пока работает автоматическая система самообороны! Они, кажется, уже сообразили, что нельзя приближаться до определённой границы! Они начали издалека обстреливать нас из своих лучемётов! Кстати, эти энергошары так взрываются, что внутри отделка стен сыпется! Сквозных пробоин нет, но мы пока на огонь не отвечаем! – ответил Железин. – Как у вас обстановка?

– У нас, Валера, уже нормальная обстановка! Противник отвоевался! Будем оказывать помощь тем, кому это ещё сможет помочь!

– Быстро вы, однако!

– Да так уж получилось! – ответил Олег. – Ладно! Отбой связи!

Обойдя всех Разрушителей, лежавших на земле, вокруг места взрыва, обнаружили двенадцать человек раненных и восемь убитых. Раненных перетащили во двор, уложив их на траву возле дома. Убитых сложили в ряд снаружи вдоль ограды и накрыли покрывалом. Медикаментов в доме не нашли и, распустив простыни на полосы, как смогли, перебинтовали раны. Оружие собрали и сложили в подвале дома.

– Ну, что? – сказал Олег, оглянувшись на проделанную работу. – Кажется, сделали всё, что смогли! Пора идти нашим на выручку!

Сев в аэробайк, они втроём взмыли в небо. Поднявшись на две сотни метров, они описали круг над долиной и сзади стали заходить в тыл атакующим Разрушителям. Пролетев над лесом, они увидели на опушке автомобиль незнакомой конструкции. Видимо, это был местный джип. Вместо колес у него были рифлёные, пневматические шары, позволяющие двигаться по любой местности. В открытой кабине сидели двое. Водитель и человек, наблюдающий в прибор за наступающими Разрушителями. Он отдавал кому-то приказания по коммуникатору.

– Он похож на того дебила с металлической рожей! – Олег показал на него рукой Яше.

– Да! Они, кажется, называют его Тираном! – ответил Яша. – Давай врежем этому козлу, чтобы не тиранил других!

– Мне тоже так кажется! – кивнул в ответ Олег.

Но их опередили. Тиран, почувствовал опасность и повернув голову, тут же выстрелил по ним из своего оружия. Метнулся голубой шарик, но Лёня в последний момент успел дернуть рукоятку управления и аппарат, скользнув по кривой спирали вниз, избежал попадания. От второго выстрела они увернулись менее удачно. Энергетический заряд, пролетев чуть выше борта кабины, зацепил плечо Олега и взорвался позади спинок кресел. Бахнуло весьма прилично!

– Яша, стреляй, а то он нас завалит! – крикнул Олег, зажимая рану на плече.

– Ну, это мы ему сделаем со всем нашим мерси! – зло улыбнулся Яша.

Выходя из разворота, он поймал пулемётом на мушку прицела джип противника. Прежде, чем Тиран выстрелил в очередной раз, Яша запустил им такую длинную очередь, что джип через минуту был похож на дуршлаг. Оба его пассажира лежали рядом на земле, с изрядной порцией свинца в организме.

– Олег! Как ты? – крикнул Яша.

– Нормально! – стиснув зубы, ответил Князев.

С высоты птичьего полета было видно, что основная часть наружного вооружения базы уже была уничтожена. Нападающие уже кое-где прорвались на территорию, и энергоразрядами долбили по воротам. Несколько человек карабкались на вершину холма к локатору и солнечным батареям.

– Лёнька! Заходи на этих козлов по кругу! – скомандовал Олег.

Доценко виртуозно развернул летательный аппарат и заставил его двигаться боком вокруг базы, давая возможность Черноморцу стрелять из пулемёта по нападающим.

РПК в умелых руках – страшная машина. Олег поддерживал Яшу с другого борта, поливая наступающих из Калашникова. Заметив скопившуюся группу атакующих, бросал туда гранату. Аэробайк превратился в настоящий штурмовик, поливающий сверху противника огнём и гранатами.

В этот момент сквозь пролом в воротах стали выскакивать защитники базы. Стреляя на ходу из автоматов, они бросились на врага. Некоторые сошлись врукопашную.

– Лёня, сажай! А то своих перестреляем! – скомандовал Олег. Доценко опустил аппарат в кратер на вершине холма. Выбравшись на край кратера, Олег увидел, что с противоположной от основного места боя стороны, с тыла, к базе подбирается группа атакующих.

– Яша! Лёня! Ко мне! – скомандовал Олег. – Я справа, Лёня слева, Яша в центре! Огонь открывать самостоятельно! Патроны экономить!

Они дружно ударили по наступающим, и те остановились. Видимо, парни были здорово напичканы какой-то дурью, потому что продолжали лезть буром на пулемёт, не считаясь с потерями. С десяток человек всё же добрались до стен базы, когда кончились патроны.

– Бей медноголовых! – крикнул Черноморец и перекувыркнулся через край кратера наружу.

Олег, стиснув зубы, тоже скользнул вниз по склону навстречу противнику. Даже раненный в плечо, он мог бы справиться с парочкой опытных бойцов. На него сразу бросились трое. Ещё трое или четверо пытались забить Черноморца, но Колобок вертелся, как бешеная центрифуга, нанося такие удары, что был слышен хруст ломавшейся кости.

– Врёшь! Не возьмёшь! – выкрикивал он, прыгая, как Джеки Чан.

– Посмотрим! Чего вы умеете? – проговорил Олег, глядя на обходящих его парней.

В их глазах он видел бешеную злобу и жажду крови. Пройдя по трупам своих товарищей, они уже ничего не боялись.

– Ну, что, пацаны? Работаем? – весело крикнул Князев и тут же разворотом ушел от атакующего сзади, попутно нанеся ему встречный, рубящий удар по кадыку. Мелькнув пятками в воздухе, атакующий упал на спину и засучил ногами в предсмертной агонии. Это не остановило других. Они одновременно с двух боков кинулись на Олега, но налетели друг на друга, не поняв, куда делся противник. Через секунду каблуком ботинка Князев, с разворота, влепил в затылок одному из них.

«Так! Этот тоже вырублен капитально! – подумал он. – Танцуем дальше!»

Оставшийся последним противник не бросался на него, очертя голову, а, замысловато двигаясь, пытался незаметно сократить дистанцию для уверенного удара.

«Ну, что ж… поможем мужику!» – решил Олег, поддаваясь на провокацию.

Удар последовал незамысловатый, но достаточно эффективный, если попадёт в цель. В цель он не попал, потому что Олег сделал встречный шаг в сторону. Они почти столкнулись грудью. Не дав противнику остановиться в начатом движении, Князев прихватил его, как танцор партнёршу и, продолжив вращательное движение вокруг своей оси, заставил того кувыркнуться через захваченную руку. Парень еще не долетел до земли, когда Олег махнул его рукой в другую сторону и вместо спины соперник оказался на животе. Повернувшись на сто восемьдесят градусов, Олег резко присел, ломая ему руку. От боли парень потерял сознание.

«Будет ему наука на будущее! – подумал Князев. – Не буди лихо, пока оно тихо!»

У Яши бой тоже приближался к завершению. Один из нападавшей четвёрки лежал с неестественно вывернутой шеей, ещё двое подавали признаки жизни, но явно имели серьёзные травмы. Четвёртому удалось захватить Черноморца сзади предплечьем под горло. Он усердно душил свою жертву, но против этого приёма у Яши имелось несколько контрприёмов. В горячке боя, конечно, не до эффектных приёмчиков. Яша просто сделал полшага влево и нанёс стоящему сзади противнику мощный удар локтем в живот и кулаком в пах. Парень охнул и стал оседать на землю, сворачиваясь в спираль.

Ещё трое нападавших, облепив Лёню со всех сторон, молотили его руками и ногами, сползая вниз по склону холма. Доценко тоже оказался не подарок. Время от времени из свалки отлетал в сторону от крепкого удара то один, то другой Разрушитель.

– Не пора ли идти на выручку нашему юному другу? – спросил Яша.

– А он крепкий парень! – хмыкнув, сказал Олег. – Смотри, как яростно даёт отпор!

– Да! Сразу видна хорошая уличная школа! – оценил Черноморец.

Они быстро вскарабкались по склону к месту борьбы и, как старые забойщики, короткими рубящими ударами «успокоили» нападавшую троицу. Их тела, медленно переворачиваясь, заскользили по склону вниз, к тем, кто уже лежал там.

– Живой, боец? – спросил Олег, помогая Лёне встать на ноги.

– Кажись, живой! – хрипло ответил парень. Из рассечённой брови у него текла кровь. Под глазом красовался большой фингал. Из носа двумя струйками текла и капала на грудь кровь.

– Красавец! – улыбнулся Яша. – Хоть сейчас к ордену представляй!

– Я думаю, что за этим дело не станет! – поддержал его Олег. – Бой ещё закончить нужно! Пошли к нашим на подмогу! Я обхожу слева, а вы, оба – справа! Работаем!

– Работаем, командир! – ответил Черноморец.

С другой стороны холма дела обстояли не так хорошо, как хотелось бы. Иван, в разорванной тельняшке, как молотобоец на кузне, ритмично бил своими кулачищами по головам облепивших его Разрушителей. После каждого удара от него отваливался очередной оглушенный противник, но на его место тут же лез другой. Железин с Федьковым и Васей Головнёй дрались прутьями против десятка нападающих. Саня Приходько отмахивался колом, прикрывая спину Андрея Калинина. Впрочем, старый десантник работал быстро и аккуратно, убивая и калеча нападающих практически с одного – двух ударов.

«Неплохая школа киокусинкай карате у «краповых беретов»!» – оценил его работу Олег.

Внезапная контратака ещё трёх защитников базы внесли смятение в ряды противника. Самые стойкие из них тут же валились снопами под ноги, остальные предпочли отступление. С криками «Ура!» наши погнали Разрушителей по долине к лесу. Пробежав за ними метров сто, остановились. Противник бежал так резво, что гнаться за ним было пустой затеей.

– Хрен с ними! Пусть бегут! – сказал Иван и устало оперся на кол, вырванный им из земли в горячке боя.

Все остановились, тяжело переводя дыхание. На разговоры сил уже не было. Отдышавшись, пошли к базе, на ходу рассматривая свои ранения. В общем и целом, серьёзных травм не было, а остальное зарастёт.

– Чего с этими будем делать, командир? – Иван обвел рукой поле боя вокруг базы.

– Да! Народа положили изрядно! – констатировал Черноморец.

Остальные промолчали, глядя на десятки тел, разбросанных по всему периметру.

– Думаю, что скоро нам предстоит пообщаться с представителями местных правоохранительных органов! – задумчиво сказал Олег. – Для нас это нежелательно в любом случае!

– Конечно! – подал голос Железин. – Кто вы? Откуда? Как здесь оказались? И пошло поехало!

– Нужно вызывать Хранителей! – сказал Андрей. – Они лучше нас знают местные порядки! Может быть, они подскажут выход?

– Согласен! – ответил Олег. – А как мы их вызовем?

– Ну, не знаю! – Андрей пожал плечами. – Может, покричать! Или мысленно обратиться к ним!

– Ладно! Попробую! – сказал Олег.

Он уселся на землю, скрестив ноги. Положил вытянутые руки на колени и развернул открытые ладони к небу. Закрыв глаза, он стал расслабляться. Он расслабил мышцы лба, глаз, щёк, шеи, плеч, рук, спины. Затем, мысленно, стал подниматься вверх, в космос.

– Ставр! Где ты? – мысленно произнёс Олег. – Нам нужна твоя помощь!

– Я слышу тебя! Я уже с вами! – ответил Ставр.

Постепенно выйдя из состояния медитации, Олег очнулся и увидел, как рядом с ними возник Ставр.

– Знание в Истине! – произнёс он.

– Истина в Знании! – ответили Избранные.

Старший Хранитель окинул взором поле битвы и на мгновение задумался. Никто не проронил ни слова.

– Для завершения цикла вашего обучения вам необходимы были три дня! – Ставр говорил медленно, как бы с самим собой, размышляя. – Придётся ускорить процесс передачи Знания! Чтобы вы потом могли вернуться в своё будущее силой Девяти, вернитесь во времени на три дня назад! Представьте себе дерево. Его ствол – это прошедшее время, а ветви – это будущее время. Место, где ствол расходится на ветви, и есть настоящее. Поэтому в прошлое можно двигаться к любому произошедшему событию и от него – обратно по своей ветви в своё время. Но если вы, находясь в прошлом, набедокурили или как-то ощутимо повлияли на ход истории, то уже с того настоящего уйдете в будущее по другой ветви времени, в параллельный мир. Будущее изменится, но только для вас. Чтобы избежать этого, вам нужно нырнуть во времени ещё на три дня назад. Когда у вас не было контакта с Разрушителями. Наши каменные кубы обозначают места, где на Земле находятся межвременные переходы, как две воронки, соединённые своими узкими носиками. Вы ныряете в одну воронку, а выныриваете из другой, из расширяющегося горлышка. Представляете? Глубину движения во времени вы определяете для себя сами, сверяясь со своими биологическими часами. Эта цивилизация не должна знать о вашем посещении!

– Как нам это сделать? Как нырнуть во времени? – спросил Олег.

– Вы уже один раз делали это! Под дубом! – усмехнулся Ставр. – Разожгите небольшой огонь и соедините руки над священным камнем! Войдя в состояние медитации, пытайтесь вернуться на семьдесят два часа назад! Я буду ждать вас там! Тела всех Разрушителей вывезите за пределы долины, чтобы они случайно не ушли с вами во времени!

– Мы поняли тебя! – произнёс Олег.

Через мгновение Ставр растворился в воздухе.

В течение четырёх часов мужчины грузили на платформы тела убитых Разрушителей и вывозили к перевалу, где начиналась дорога из долины в глубь материка. Раненым оказали по возможности первую помощь и тоже отвезли за перевал. Когда возле базы и виллы был наведен относительный порядок, все собрались у камня под священным дубом.

– Ну, что, братья-волхвы? Начнем переход? – устало произнёс Олег. Все кивнули головами.

Старшина уже сложил из прутьев костерок и, чиркнув зажигалкой, стал смотреть, как разгорается пламя. Огонь весело побежал по сухим прутьям и взвился высоким, но кратковременным пламенем. Когда огонь опал, они протянули свои правые руки и соединили их над пламенем. Жар не касался их рук. Они закрыли глаза и, мысленно расслабившись, стали подниматься в космос. Сейчас у них была одна общая мысль – вернуться на семьдесят два часа назад! Через несколько минут они почувствовали, что состояние медитации куда-то ушло. Они опять ощущают себя в реальной обстановке. Открыв глаза, они посмотрели на здание базы, и не обнаружили на нём следов от взрывов, нанесенных выстрелами Разрушителей.

– Кажись, получилось! – сказал Иван.

– Да! Нехило! – констатировал Железин.

Все не спеша стали спускаться с холма к базе. Им ещё не верилось, что без помощи Хранителей удалось совершить прыжок во времени. Пусть небольшой, но это был их первый шаг!

На базе все было, как три дня назад. Вооружение и боеприпасы лежали на тех местах, где они были три дня назад. Продовольствие пополнилось обратно. Исчез мусор, накопившийся в коробке на кухне. Исчезло оружие и предметы, принадлежавшие Разрушителям.

– Есть предложение! – Яша обвёл взглядом присутствующих. – Мы примерно знаем время появления в долине первой группы Разрушителей? Знаем! Предлагаю! Сделать так, как будто здесь давным-давно никто не живёт! Покрутятся и уйдут!

– Точно! – подхватил его идею Иван. – Не нужно будет бойню устраивать! Мы уйдем, а как здесь люди после нас жить будут?

– А я свой аэробайк в болоте не оставлю! – вдруг заявил сержант Доценко.

– Конечно, забирай своего Пегаса! – улыбнулся Олег. – Главное сейчас – выиграть время! Нужно заканчивать обучение и домой!

– Да уж! Домой хотца! – почесав щетину под подбородком, сказал Валера.

Доценко, вместе с Федьковым и Приходько, умчались к болоту на самоходке – вытаскивать Лёнькину тарелку. Остальные усталой походкой пошли к вилле. Пора было отдохнуть. День сегодня выдался на редкость трудный.

Раздевшись и зайдя в душ, Олег вдруг заметил, что у него затянулась рана от попадания энергетическим зарядом. Под повязкой оказалась молодая, свежая кожа, лишь немного отличающаяся от окружающей цветом.

– Ну, вот! Уже можно будет подрабатывать целителем! – усмехнулся Олег.

За ужином, когда все собрались в обеденном зале виллы, Князев заметил, что у всех, кто получил ранения в сегодняшней баталии, они тоже исчезли. Аппетит у всех был зверский, и разговаривать как-то не хотелось. У всех на лицах читалась одна мысль: «Порубать и в люлю!»

15

Утром всё было как обычно. После физзарядки и утреннего туалета все сидели за завтраком. Старшина научился объясняться с синтезатором пищи, и теперь стол самобранка, согласно утверждённого меню, выдавал на завтрак гренки с яичницей и ветчиной, апельсиновый сок и кофе. Иван видел в американских фильмах, что именно так завтракают крутые господа.

– А мы шо? Хуже их? – решил он и, повозившись со столом синтезатором, добился своего меню. Все поначалу слегка удивились, но быстро привыкли. Армия приучила пищу делить на съедобную и несъедобную. Главное: заправились, и в поход!

После завтрака в зале появилась Аврора. Она, как всегда, была неотразимо хороша. Ей был к лицу любой цвет. Каждый мужик знает, что красавица даже в мешковине останется красавицей, потому что для мужчин одежда женщины вторична. Первично содержимое. А если у красавицы ещё впридачу имеется интеллект, то ей открыта дорога на Олимпуспеха и процветания. Сегодня на девушке была бирюзовая тога с крупной золотой брошью на плече. На ногах – легкие золоченые сандалии. Пышные золотистые волосы были собраны на макушке в «конский хвост». Её симпатичное личико светилось белозубой улыбкой. При её появлении мужчины встали и приветствовали девизом Хранителей.

– Я приветствую вас и хочу сообщить, что сегодня у вас будет основная часть занятий! Сегодня вы познаете силу и могущество человеческого мозга! Это знание вам будет необходимо для выполнения вашей главной миссии – хранить знание о Высших и обеспечивать их покой в своей эпохе! – она на мгновение задумалась.

– Кто из вас сомневается в правильности своего выбора, скажите об этом сейчас! Потом возврата не будет! Вы изменитесь внутренне, обретя власть над временем и пространством! Пусть и не полную, но власть! Лишить её каждого из вас сможет только объединённая воля остальных Хранителей! Но это – только в исключительном случае! – Аврора предупреждающе подняла указательный палец.

Мужчины стояли, не проронив ни слова. Каждый сейчас задумался о том, что, возможно, ему никогда больше не придется жить так, как он жил до этого. В старой жизни останутся простые понятия и простые отношения с родными и близкими. Все прежние понятия об окружавшей их жизни станут столь незначительными, и их практически можно будет считать заново родившимися. На языке простых обывателей, они станут сверхчеловеками, предназначенными для сверхцели! Они сделали свой выбор или Создатель их выбрал – не важно! Выбор сделан!

– Хорошо! – девушка удовлетворённо улыбнулась им. – Теперь встаньте в центре зала в круг!

Когда мужчины встали в круг, в центре появился Ставр. Он приветствовал их открытой ладонью.

– Вы готовы? – спросил он торжественным голосом.

– Готовы! – хором ответили Избранные.

– Повернитесь налево!

Стоящие по кругу теперь как бы смотрели в затылок друг другу. Между ними стали появляться Хранители. Они также стояли правым боком к центру круга.

– Положите левую руку на плечо впереди стоящего! – произнес Ставр, заняв свое место в цепочке людей.

– Правую руку поднимите в сторону центра круга! Думайте только об энергии космоса! Она вольётся в вас и даст силу!

Пол зала мелко задрожал. Незаметно стал появляться какой-то гул. В центре круга, медленно разгораясь, засветился голубой столб света. Он, как луч зенитного прожектора, ударил вверх. Над ними уже не было крыши, а только звёздное небо, хотя на улице день только начинался. Стены комнаты стали медленно вращаться вокруг них, постепенно увеличивая скорость. Центробежной силы никто не ощущал, но появилось легкое головокружение. Спасало то, что все держались левой рукой за плечо впереди стоящего. Вскоре все вокруг слилось в мчащийся по кругу голубой свет. Люди, стоящие в круге, стали как бы стенками светового колодца, трубой уходящего вверх, в бесконечность. В какое-то мгновение Избранным показалось, что весь круг стал быстро подниматься вверх по центральному осевому лучу. Появилось даже ощущение обдувающего ветра. Скорость движения всё росла и росла. В какой-то миг они потеряли сознание, а вернее – увидели себя каждого в отдельности. Как прозрачный зелёный силуэт, их тело, окруженное синим сиянием, плавает в искрящемся от электрических разрядов пространстве. Они, как губка, впитывали в себя энергию. Смесь жажды и восторга. Им было мало. Они, как песок в пустыне, впитывающий в себя капли редкого дождя, не могли достичь насыщения. Через некоторое время у них появилось ощущение, что они превращаются в сгусток энергии, в какую-то атомную бомбу, которая вот-вот уже готова взорваться и колоссальной вспышкой осветить вселенную. Но что-то или кто-то не дал их телам перешагнуть этот предел. Они опять ощутили себя в круге. Теперь круг, вращаясь, шел вниз. Ещё несколько мгновений, и свет вокруг них стал постепенно меркнуть. Появились очертания стен зала, исчезло ощущение вращения. Всё ещё стоя в круге, они заметили, как по замкнутым в круг рукам пробегают синими волнами электрические разряды, не вызывая при этом каких либо болевых ощущений. Наоборот, вызывая какой-то сладостный озноб.

Все опустили правую руку и разжали пальцы левой руки на плече у впереди стоящего в круге. Мужчины обратили внимание на открытые плечи женщин. У каждой на левом плече красовался багровый синяк. Теперь каждый из них почувствовал боль у себя на плече. Это длилось лишь несколько мгновений. Все Хранители поднесли свою правую ладонь к левому плечу, и боль вместе с синяком исчезла.

Все повернулись лицом к центру круга.

– С этого момента вы – наши братья! – торжественно произнёс Ставр. – Теперь в ваших телах живет та же энергия, что и в наших! Вы уже равны нам по силе! Мы только что были там, где Создатель рождает из энергии всё сущее в мире! Теперь вам подвластно исполнение любого решения! Только не начинайте для пробы всё взрывать вокруг, как тут делали некоторые до вас! – Ставр неожиданно улыбнулся и посмотрел на Борея. Тот виновато пожал плечами и тоже улыбнулся. – Помните, что первична мысль, а действие – вторично!

Хранители стали по очереди обнимать новых Хранителей, произнося:

– Я твой брат! Я твоя сестра! – в зависимости от того, кого обнимали.

– А теперь прошу всех к праздничному столу! – объявил Ставр на правах старшего.

Проснувшись, Князев долго смотрел в пластиковый потолок, соображая: сон это был или явь. Стремительно мчащийся поток энергии, круг Хранителей, чрево Вселенной, безграничные способности. «Бред какой-то! Приснится же такое!»

Где-то за стеной ухнул взрыв. Кровать ощутимо тряхнуло. Мгновенно выбросив тело с кровати, Олег на ходу вскочил в брюки и босиком выбежал из комнаты. В вестибюле он столкнулся с остальными членами группы – кто в чём был. Их тоже разбудил прозвучавший взрыв. Все взгляды были устремлены на комнату, где спал Иван Слепченко. На месте двери зиял дымящийся проем с рваными краями. Ещё через мгновение в нём появился и сам Иван в армейских трусах. Глаза его были выпучены, а усы и торчащие на голове волосы дымились.

– Я ж подумал, шо оцэ мэни прыснилось! – ошарашено таращась произнёс он. – Протягнув руку до двери и мысленно выстрелыв у неё, а воно як рване, шо мэнэ аж з койкы зкынуло! О! – и он виновато пожал плечами.

Первым захихикал Черноморец. За ним засмеялся Андрей и Лёнчик. Потом уже начали хохотать все, включая и самого Ивана.

– Да! Весело у нас начинается день! – сквозь смех произнёс Князев. – Не зря вчера Ставр просил не экспериментировать с взрывами! Видимо, это уже стало традицией!

– А как ещё проверить? – смеясь спросил Железин.

– Ну, здесь уже зависит от полёта фантазии! – Олег пожал плечами. – В общем, так, братцы! Пора нам домой собираться! Хорошего помаленьку! Пора и честь знать!

– Да! Домой, это хорошо! – поддержал его Яша.

– Прошу помнить главное! – Олег медленно посмотрел в глаза каждому. – О том, что с нами произошло, и что мы знаем, не должна узнать ни одна живая душа кроме того человека, который поручил нам это задание! Наши способности нам даны для выполнения главной миссии Хранителя! Поэтому зря не светитесь! У кого сорвёт башню от могущества, остальные оторвут ему её в натуре! Это сверхоружие нам дано не для нападения, а для защиты Спящих Хранителей Вселенной! Они – наши прародители, порождённые Единой Биогенной Структурой! Помните о людях Хаоса – Разрушителях! Они сумели перебить наших предшественников! В остальном продолжаем жить, как жили, не привлекая к себе внимания! Для всех мы сослуживцы-однополчане! А сейчас! Иван! Приведи всё в прежний вид! Завтракаем и все собираемся под дубом!

16

Олег открыл глаза от того, что по его лицу ползла букашка. Он лежал на спине под дубом. С трудом приподнявшись, он уселся на камень, лежавший между его ног. В живописных позах, вокруг каменного куба, лежали восемь его подчинённых. Вокруг, в живописном беспорядке, валялись банки из-под тушенки, разорванные упаковки от американских сухпайков, снаряжение и оружие.

«Неужели, это всё-таки мне приснилось?» – Олег помотал головой, но похмельной боли в висках не ощутил.

– Эй! Обормоты! Подъём! – крикнул он.

Магическая для военного человека команда «Подъём!» сработала. Военные заворочались и начали открывать глаза. Приподнимаясь, они садились на лежащие возле них камни. С мучительным выражением на лице, они оглядывались на живописный мусор, окружавший место их ночной пирушки. Над долиной всё так же висел туман, сквозь который едва проглядывалась база и стоящий возле неё БРОК.

– Приснится же такое! – пробормотал Черноморец, потирая виски.

– А что тебе приснилось? – спросил Олег, заглядывая Яше в глаза.

– Приснилось? – переспросил его Черноморец и на мгновение задумался. Остальные присутствующие с интересом уставились на него. Видимо, их мучил тот же вопрос.

– Ну… – он пожал плечами. – Вроде бы мы все попали в древний мир, в предыдущую цивилизацию. Там встретились с необычными людьми, называющими себя Хранителями!

– Девушку звали Аврора? – спросил Железин.

– Точно! – обрадовался Яша. – Братцы! Значит, мы там действительно были!

– Да! – согласился Олег. – И это значит, что мы теперь – Хранители!

– Обалдеть можно! – выдохнул Андрей.

В это время, не говоря ни слова, Лёша Федьков протянул пальцы к центру священного камня. Над углублением в его середине замерцало и появилось голубоватое пламя. Оно горело просто на камне. Все молча смотрели на огонь, начиная осознавать свою новую сущность.

– Помните то, что нам сказал Ставр! – Олег посмотрел на своих товарищей. – Жить, как жили, не привлекая к себе внимания! Сверхспособности нам даны, в первую очередь, для охраны Знания и Спящих! Тот, кто начнёт использовать своё умение во зло людям, будет наказан остальными Хранителями! Остерегайтесь детей Хаоса! Они уже уничтожили наших предшественников! Если кому-либо понадобиться собрать нас вместе, то место сбора будет здесь! Кто ещё хочет высказаться?

– Олег выжидательно посмотрел на своих товарищей.

– А домой можно смотаться? Хотя бы после отбоя? – спросил Вася Головня.

– А если людей перепугаешь? – усмехнулся Черноморец.

– Напугаешь родителей внезапным появлением! Хотя бы записку сначала забрось! Что, мол, в командировке, проездом буду тогда-то!

– Братцы! Не пугайте людей чудесами! Нам реклама не нужна! – улыбнулся Олег.

– Да шо тут ещё говорыть? Усе ясно, командир! – ответил за всех Иван.

– Ну! Тогда давайте попрощаемся, братья! – предложил Князев. – Посторонние не должны видеть всех нас вместе! Неизвестно, когда ещё свидимся?

Офицеры и сержанты по очереди обняли друг друга, произнося:

– Я твой брат!

Помолчали.

– Интересно! А какое сегодня число? – спросил Валера.

– Действительно! – опомнился Олег. – Совсем выпустил из виду! – он достал из кармана куртки трубку сотового телефона и посмотрел на экран. – Получается, что мы сюда приехали вчера! Прошло немногим больше семи часов! – он с сомнением покачал головой. – Возможно, электроника врёт!

– Если мы действительно вернулись в свой мир, то вполне может быть, что так оно и есть! – высказался Черноморец.

– Та шо мы тут будем устраивать «Поле чудес»! – Иван нетерпеливо переминался с ноги на ногу. – Вернемся в отряд, там всё будэ ясно!

– Правильно! Нужно ехать в отряд! В крепости нас уже, наверное, хватились! – поддержал его Железин.

– Ё-моё! – Яша дурашливо вытаращился на Валеру. – Не прошло и двенадцати с половиной тысяч лет, как ты соскучился за своим любимым личным составом!

– Да ну тебя в баню! Балабол! – отмахнулся от него Железин и рассмеялся вместе со всеми.

Спустившись с пригорка, они зашли в ворота лаборатории. Всё было как накануне вечером, после ухода американцев. В комнатах пыль, не прибрано.

– Знакомая картина! – Яша провёл пальцем по пыльной крышке стола.

– Иван Алексеевич! – Олег повернулся к старшине. – Тебе теперь здесь всё знакомо! Принимай хозяйство! Из вашей роты подберите сюда людей! Возьмите технику, оружие, необходимую аппаратуру и продовольствие! Наводите порядок! Организуйте круглосуточное дежурство! – Князев опять почувствовал себя командиром. Валера! Офицеров роты и нескольких связистов также откомандировать сюда – на базу! Основная часть личного состава остается в Ключе! Будем помнить о наших врагах из Хаоса! Думаю, что это они организуют заброску сюда и американцев и моджахедов! Дополнительные инструкции получите позже! У кого есть вопросы?

Поскольку вопросов не прозвучало, Олег молча пожал руки Ивану, Лёнчику, Алёше, Василию и Саньку.

– Ну, что, братишки, пригорюнились! Хоть вы теперь и полубоги, но ваш бог старшина! Авось, ещё свидимся! По крайне мере, поговорить можем в любое мгновение! Ну! Бывайте!

Все ещё раз обнялись на прощание, и пошли к выходу. Олег немного приотстал от всех. Он мысленно представил кабинет генерала Горшкова и тут же увидел Бориса. Он сидел, устало опершись лбом в сомкнутые ладони. На столе горела монументальная настольная лампа сталинской эпохи. Шторы на окнах были наглухо задёрнуты, хотя на улице уже было светло.

– Борис Андреевич! Ты бы хоть шторы открыл! На дворе уже утро! – ласково произнёс Олег.

– А? Что? – спросил Борис, подняв голову. Видимо, он дремал.

– Шторы, говорю, открой! – повторил свою просьбу Олег.

Борис стал оглядываться по сторонам, ища: откуда идёт голос Князева.

– Олег! Это ты, что ли? – спросил он удивлённо.

– Конечно, я!

– А почему я тебя не вижу? – спросил генерал, глядя вверх.

– Потому что я сейчас в долине Белый Омут!

– Значит, это телепатия?

– Ладно, пусть будет телепатия! – согласился Олег. – Теперь главное! Американцы туфту проглотили! Нам удалось установить связь с другой цивилизацией! Наш камень на своём месте! Он является точкой, через которую посвящённые люди могут проникать из одного измерения в другое! Подробности при личной встрече!

– Ну, молодцы! Ну, порадовали! – генерал встал с кресла. – Слушай! А это случайно не плод моей фантазии? – засомневался он.

– Всё нормально! Звони Хозяину! Он уже два часа возле телефона сидит! – успокоил его Олег.

– Попрошу не указывать мне, что делать, товарищ полковник! – ехидно улыбнулся Борис.

– Странно! – удивлённо произнёс Олег. – Кто-то там генеральские лампасы нам с Яшкой обещал?

– Ну ты, Князь, зараза! Точно! Значит, у меня с головой всё в порядке! Будут вам лампасы! Что ещё? – спросил Борис, стоя у открытого окна.

– Остальное изложено у тебя в записке! Посмотри на свой стол!

Горшков недоверчиво оглянулся на стол и с удивлением заметил на нём лист бумаги, заполненный подчерком Князева. Он готов был побожиться, что только что, когда он вставал из-за стола, этого листка там не было.

– Что это? – переспросил он, глядя на листок.

– Это то, что нужно сделать для гарнизона крепости Ключ!

– Первый раз о такой крепости слышу!

– Приедешь! Сам увидишь!

– Хорошо, Олег! Завтра к вечеру прилечу к вам вместе с командующим округом!

– Понял! До встречи! – ответил Олег и стал мысленно возвращаться. Когда он очнулся, к нему уже бежал Яша.

– Ты чего? Олег!

– Всё нормально! – успокоил он друга. – Был на докладе у Бориса!

– А я думал, тебе поплохело! Стоишь бледный и смотришь в одну точку! – Яша обнял его за плечо и повёл к джипу.

Глава четвертая

Не было печали…

1

За высокими окнами большого кабинета, совсем рядом, раздался звон Кремлёвских курантов.

«Девять часов утра!» – мысленно отметил хозяин кабинета. Он уже два часа работал с бумагами, сидя за массивным столом, покрытым зелёным сукном. Он быстро просматривал бумаги, делая на них какие-то пометки, и откладывал одни налево, другие направо. Изредка он бросал мимолётный взгляд на телефон цвета слоновой кости с золочёным гербом ныне не существующего Советского Союза. Внешне у него совершенно не было заметно признаков раздражительности, что достигается многолетней тренировкой и внутренней самодисциплиной. Он знал, что те, кому он дает поручение, делают всё возможное и невозможное, чтобы оно было выполнено точно и в срок. Он ничего не записывал и ничего не забывал. Вот и сегодня он ждал звонка от генерала Горшкова с условной фразой, означающей успех или неудачу. Он мог только ждать. Приказ здесь не имел значения. Он почему-то был уверен, что звонок прозвучит именно утром, а не после обеда или ужина. Возможно, ему подсказывала интуиция кадрового разведчика, но звонка не было ни вчера, ни позавчера. Он продолжал работать, хотя где-то в уголке сознания тихо щелкал метроном, отмеряя время ожидания. Бумаги, бумаги. За каждой из них стояли дела и судьбы сотен и тысяч людей. Самым трудным было то, что решения нужно было принимать быстро, а главное – правильно. Страшный дефицит времени. Каждая минута – на вес золота. Прежде, чем положить бумагу ему на подпись, её должны были перепроверить сотрудники многих служб и ведомств. Материал должен быть изложен кратко и чётко. Если у него возникала хоть тень сомнения в прочитанном, бумага ложилась направо, если уверен – налево. Страна, как огромный корабль в океане, продолжала двигаться, латая пробоины и ремонтируя на ходу машины после пронёсшейся бури воровской перестройки. Многие, похватав спасательные шлюпки, постарались отплыть от борта гиганта и гребли в сторону шикарных белых яхт, откуда им махали руками весёлые и сытые буржуины. Они смеялись, глядя на тонущих, и подбадривали плывущих, тут же делая ставки на победителя. Лишь капитан корабля знал, что от него зависит спасение тех, кто не прыгнул за борт и поверил ему.

Звонок прозвучал всё-таки неожиданно. Звонил именно этот, а не другой телефон. Он выждал немного и снял трубку аппарата. Горшков произнёс условную фразу. Хозяин кабинета не произнёс ни слова и положил трубку. На его сухощавом лице появилась едва заметная улыбка. От довольных глаз морщинки лучами разбежались к вискам. Не удержавшись, он потёр от удовольствия ладонь о ладонь и вышел из-за стола. Радость и гордость распирали его грудь. Не сдержавшись, он хлопнул левой ладонью по локтевому сгибу правой руки с выставленным средним пальцем. «Нако-ся! Выкуси! Наш заклятый заокеанский друг!» – показал он кому-то невидимому. Сделав глубокий вдох, потянулся и, резко выдохнув, опустил руки вниз. Почувствовал, как вместе с хорошим настроением появилась бодрость и желание поработать на «полную катушку». Теперь ему предстоит встреча с теми, кто прошёл по «тропе волхвов». Не сейчас, не сегодня, но он уже точно знает, что часы отсчитывают каждый этап, предшествующий этой встрече.

В Вашингтоне его коллега также радовался. Буквально только что бригадный генерал Гарри Хьюз доложил ему об успешном завершении операции «Прометей». Груз доставлен из России на авиабазу в Норфолке. Оттуда, под усиленной охраной, он будет перевезён в секретную лабораторию Комитета по Национальной Обороне США. Дальше им займутся лучшие учёные Америки. Они раскроют тайну этого камня, связующего миры, и дадут полную власть над человечеством. Вот тогда наступит демократия и процветание для всех подвластных народов планеты, потому что американский образ жизни – лучший в мире! А кто с этим не согласен – пожалеет!

Уничтожение могучего СССР – яркий тому пример! Россия никогда больше не сможет восстановить уничтоженную демократами промышленность и сельское хозяйство. Она навсегда останется страной «третьего» мира – сырьевым придатком Америки. Иез!

2

На территории лагеря, обнесённого бревенчатыми крепостными стенами с башнями, как в русских сказках, жизнь текла своим чередом. Согласно воинского распорядка дня сегодня был ПХД – парко-хозяйственный день. После утреннего развода, проведённого начальником штаба майором Голованец, командиры взводов развели личный состав на выполнение работ по поддержанию вооружения и техники в боевой готовности и мероприятиям по улучшению бытовых условий. Проще говоря, делать то, что было более нужным в данный момент. Впереди была зима. Заготовить дров на несколько сот человек, да ещё на полгода – это вам не фунт изюма. Решено было проводить вырубку деревьев вдоль лесной дороги, по которой сюда пришел батальон. На следующий год можно будет заняться укреплением и отсыпкой дорожного полотна из местных материалов. По дороге от лагеря до железнодорожной станции построили несколько бревенчатых изб-постов для дозаправки и отдыха водителей после дневного перегона. Завезли туда топливо и продукты. Выставили охрану. Времени до наступления первых холодов оставалось очень мало, а работы – невпроворот. Оттого и бегали с криками и матюгами прапорщики и офицеры, подгоняя нерадивых бойцов. Машины одна за одной выползали из ворот крепости. Глухо ворча моторами, они углублялись в лес, оставляя после себя в воздухе сизоватый дымок выхлопов.

Со стороны долины, пробив пелену тумана, к воротам лагеря подъехал джип полковника Князева. Часовой узнал сидевших в машине командиров. Открыв ворота, он застыл по стойке смирно, провожая взглядом сидевших в машине полковников. Джип направился прямиком к штабу отряда. Туда уже спешил командир спецназа майор Овчаренко. Вслед за ним пробежал замполит Давыдов. Весть о возвращении начальства мгновенно облетела весь лагерь. Из задней двери машины связи высунулась голова капитана Ерохина. Оглядевшись по сторонам, Иван Митрофанович шестым чувством старого служаки определил, что сейчас прибегут по его душу. На ходу застёгивая пуговицы куртки, он засеменил к штабу. Действительно! Ему навстречу бежал рассыльный солдатик из писарей.

– Товарищ капитан! Вас срочно вызывает полковник Князев! – выпалил боец, приложив руку к головному убору.

– Да ну знаю я! – отмахнулся от бойца Ерохин. – Хотя, откуда? – но всё же побежал, смешно косолапя короткими ножками.

В кабинете командира сводного отряда уже стоял гул голосов. Ерохин постучал в дверь и вошел в комнату. За столом уже сидели старшие офицеры, и лишь несколько стульев пустовали. Отсутствовал зампотех, зам по тылу и начмед. Первые двое уехали на вырубку леса, а капитану Игорю Соболеву и так хватало работы в санчасти отряда.

– Товарищи офицеры! – скомандовал замполит Давыдов, перехватив взгляд Князева.

Все встали по стойке смирно. Разговоры прекратились.

– Товарищи офицеры! – произнёс Князев. Все молча сели на свои места и повернули головы в сторону командира.

– Я собрал вас для того, чтобы сообщить, что наш сводный отряд свою основную задачу выполнил! – он сделал паузу. – Отряд в сжатые сроки сумел создать оборонительное сооружение и отразить нападение противника. Все, отличившиеся в бою, будут представлены к наградам! Списки и наградные листы прошу подготовить мне сегодня до пятнадцати ноль-ноль! Это первое! Второе! Завтра к нам прибудет командующий округом со свитой! Необходимо подготовить вертолётную площадку! В подразделениях пусть ещё раз посмотрят, что и где ещё можно подправить, чтобы иметь завтра бравый, а не плачевный вид! В-третьих! Личный состав отряда, кроме десантников и спецназа, остаются здесь на постоянную дислокацию! Гарнизону будут приданы несколько вертолётов для связи с Большой Землёй! К зиме готовиться основательно! Снабжение гарнизона всем необходимым будет производиться военным округом в первую очередь! Службе тыла собрать командиров рот и старшин! Пусть подготовят дополнительные заявки на тулупы, валенки, овчинные рукавицы на весь гарнизон, а не только для часовых! И последнее! Гарнизон Ключа получает статус отдельного полка! Начальником гарнизона назначается подполковник Железин! У меня всё! Вопросы?

– Товарищ полковник! – обратился к Олегу майор Голованец. – Как будет решаться вопрос с нашим денежным содержанием, выслугой и жильём! Если я правильно понял, то наши семьи сюда не переедут?

– Вы правильно поняли! – Олег соболезнующе развёл руками. – К семьям будете летать по очереди на две недели раз в два месяца! Денежное содержание вам будет начисляться по максимуму – северные, дикие, командировочные. Завтра, вместе с группой начальников, прилетит назначенный к вам начфин. Он вам всё изложит подробно! Выслуга у вас здесь будет исчисляться с момента прибытия сюда день за два! Кроме того, всем офицерам и прапорщикам будут предоставлены жилищные сертификаты с правом приобретения жилья в крупных городах России!

– Правда? – вырвалось у Давыдова. Он вопросительно посмотрел на Железина, как бы ища подтверждения услышанному.

Валера, улыбаясь, медленно прикрыл глаза и утвердительно кивнул головой. Четверо из сидящих в этой комнате уже знали то, чего ещё не знали даже начальники в штабе округа.

Больше вопросов не было. Закончив совещание, Олег попросил остаться в кабинете Черноморца, Калинина и Железина.

– Братцы! – тихо сказал он. – Я понимаю, что мы теперь ребята мобильные, и можем мгновенно телепортироваться куда захотим! Но прошу помнить, что об этом никто не должен знать, а тем более – видеть, как это происходит! Потом разговоров не оберёшься, да и Разрушители могут прослышать, а нам эти проблемы пока ни к чему! Домашних своих не напугайте!

– Всё правильно, Олег! – поддержал его Андрей. – Слиняем после отбоя и вернёмся к подъёму! – он хитро улыбнулся, вспомнив курсантские годы.

– Я предлагаю не появляться в натуральном виде, а проведать своих в состоянии невидимости! – Валера смешно потёр ладонь об ладонь.

– Что? За женой решил последить? – подкузьмил его Яша.

– Да иди ты! – отмахнулся от него Железин. – Просто пусть думает, что общается со мной во сне!

– Хороший вариант! – констатировал Князев. – Как вы думаете, Яков Семёныч?

– А чего тут думать? Трясти надо! – засмеялся Черноморец вспомнив анекдот про майора и обезьяну.

– Хорошо! Надеюсь, что ночью здесь в гарнизоне всё будет тихо! – подытожил Олег.

3

Жара к вечеру начала спадать. Прохладный ветерок с моря шелестел листьями пальм и уносился вглубь берега. Постепенно нагреваясь от перегретой земли, он замедлял свой бег и, поднявшись вверх, опять начинал обратный путь к морю.

Под полосатым лёгким шатром, на зелёной лужайке, на пёстрых коврах, заваленных яркими подушками, лежали мужчины. Их было трое. Двое – явно арабского обличия, а третий европеец. Ему явно неудобно было сидеть, скрестив ноги в узких брюках. Он терпел, проклиная эти восточные церемонии, – и это вместо того, чтобы нормально сидеть в креслах. Ведь рядом находилась вполне современная вилла с максимум удобств, но его пригласили именно сюда. Попробуй пойми этих азиатов!

Джим Смайлз прилетел в Ливан с особо секретной миссией. Ему были даны широкие полномочия для ведения переговоров с теми, кого во всём мире именовали террористами. Хасан и Джамал занимали весьма высокие посты в иерархии так называемых моджахедов. Им не нужно было ежедневно толкаться среди орущих и стреляющих палестинцев. Вдали от бурлящего конфликта с Израилем и подальше от вездесущего израильского МОССАДа, они жили на специально купленной вилле у моря под видом богатых арабских нефтяных дельцов. По периметру вилла охранялась бойцами Аль-Акса с зелёными повязками на лбу. Такого парня с повязкой на лбу нельзя было ни купить, ни напугать. Они уже были на полпути к Аллаху и с радостью готовы были пожертвовать собой. Всё, что они знали о живущих на вилле, это то, что они члены высшего руководства партии ХАМАС, главной целью которой было уничтожение Израиля. Хотя партия и победила на январских выборах, эти люди нигде не показывались и себя не афишировали. Это были Разрушители высокого ранга и подчинялись они только Махмуду – высшему слуге Хаоса. Вот именно на него и пытался выйти представитель американской спецслужбы.

– Уважаемый Джамал! – повернув голову к сидевшему слева от него мужчине, произнес Джим. – Мир состоит из противоречий! Две противоположности уравновешивают чашу мира и благополучия! Зачастую мы вынуждены говорить одно, а делать другое!

Коренастый мужчина в белоснежном лёгком халате и белых шальварах согласно кивнул головой. Его чёрные глаза не выражали никаких эмоций, как у паука. Джим мысленно перекрестился, представив этого человека с ножом в руках и по локти в крови.

– Вам, уважаемый Хасан! – Джим посмотрел на лежащего справа худого черного мужчину с длинным крючковатым носом, напоминающего ворона. – Вам лучше кого-либо известно, что только наша поддержка и помощь помогла встать на ноги партии правоверных борцов! Израильский МОССАД был достаточно силён для того, чтобы в своё время уничтожить всех ваших единомышленников! Советского Союза больше нет. Материально-техническое снабжение национально-освободительного движения мы взвалили на свои плечи. Больше того, мы позволили создать нефтяную империю, которая в достаточной степени обеспечивает ваших людей необходимыми средствами.

– В твоих словах есть доля истины, но не вся истина! – сверкнув глазами, отозвался Хасан. – Ты забываешь, что помощь оказывают только тем, у кого есть реальная сила. Слабым и хилым не помогают, потому что они изначально не жизнеспособны. Да! Мы принимали помощь и советских спецслужб, и вашу, но взамен никому ничего не обещали! Это наша борьба! И кто знает, может быть, когда-то мы будем смотреть друг на друга через прицел автомата! Но пока наши цели совпадают, мы согласны принимать вашу помощь, потому что она позволяет нам с каждым днём становиться всё сильнее и могущественнее! – он засмеялся каким-то медленным жутким смехом, от которого у Джима потек по спине холодный пот.

«Придёт такой упырь в твой дом и будет с наслаждением резать твоих детей! – подумал он, но постарался спрятать свои эмоции под маской взаимопонимания. – Чёртова политика! В ней всё время приходится ощущать себя по горло в дерьме!»

– Но вы ещё недостаточно могущественны, чтобы диктовать свою волю всему человечеству! – возразил Джим.

– Это время не за горами! – отозвался Джамал. – Мы уже преподали Америке маленький урок! Аль-Каида не прощает предательства! Придёт время, и человечество содрогнётся от ужаса! Те, кто не пойдёт с нами и не примет нашу волю, упадут под безжалостным мечом Великого Хаоса!

– Но пока ещё не пришло это время, нам нужно помогать друг другу! – проклиная себя, Джим улыбался этим двум нелюдям.

– Чего же хочет толстый дядюшка Сэм? – на губах Хасана мелькнула презрительная улыбка.

– Об этом я уполномочен говорить только с Махмудом! – Смайлз поднял открытые ладони, как бы останавливая последующие вопросы.

Джамал с Хасаном переглянулись. Презрительно хмыкнув, Хасан стал наливать себе в чашку ароматный чай.

– Если тебе нужно говорить с Махмудом, зачем к нам пришёл?

Джим вытер платком пот со лба. С одной стороны, он не имеет права разглашать государственную тайну. С другой стороны, он должен привести достаточно веский аргумент, чтобы встреча с Махмудом состоялась. Ученые в лаборатории Комитета Национальной Безопасности США не продвинулись ни на йоту в разгадке секрета каменного куба. Больше того. Они с удивлением обнаружили, что камень оказался обработанным не тысячи лет назад, а буквально вчера, и лишь был искусственно закопчен и испачкан землей. У руководства операцией «Прометей» даже волосы на голове зашевелились, когда они подумали о том, что русские подсунули им пустышку. В очень узком кругу было принято решение не ставить в известность Хозяина. Пусть думает, что работы с камнем продолжаются. Их нужно ещё больше активизировать. Тем временем из секретных архивов, вывезенных из гитлеровской Германии, появилась информация, что тайну камня могут открыть Хранители. Искать их самостоятельно – дело безнадёжное! Немцы за время войны пропустили через своё сито миллионы людей, надеясь на случайность, но это ничего им не дало. Из архивов также стало также известно, что за Хранителями тысячи лет охотятся так называемые Разрушители. Разгром фашистов не позволил им продолжить эти поиски. Поэтому сейчас и было принято решение искать тех, кто провозгласил своей главной миссией разрушение. Поэтому Джим Смайлз, как участник разработки операции «Прометей», был направлен от ЦРУ на встречу с Махмудом Эль-Хасини. Если он и его люди смогут реально помочь в раскрытии тайны камня, то потом они, конечно, подлежат полной и тайной ликвидации. Тайна предполагает очень узкий круг носителей информации.

Джим ещё раз обтёр платком пот со лба.

– Дело в том, что та информация, которую я намереваюсь сообщить Махмуду, носит весьма секретный характер! И поверьте, что если мы пошли на такой контакт с вами, то здесь затронуты интересы как нашей, так и вашей стороны! Мы считаем, что только Махмуд может знать, как решить ту проблему, которая возникла у нас! От лица Соединённых Штатов я уполномочен обещать вам любую поддержку, как политическую, так и материальную!

– Неужели всё так серьёзно? – недоверчиво спросил Джамал.

– Я не вправе отвечать! Если Махмуд посчитает нужным поделиться с вами полученной от меня информацией, то вы сами оцените её значение и масштаб!

– Мы подумаем над твоими словами! Ответ ты получишь через два дня! Мы позвоним тебе!

Поняв, что переговоры окончены, Джим с трудом поднялся на затёкшие с непривычки ноги и почувствовал, как в мышцах началось жжение от начавшейся циркуляции крови.

Хасан с Джамалом, улыбаясь, наблюдали за побледневшим янки, для которого сейчас сделать шаг было мучительно больно.

«Придёт время, и я вам припомню это унижение!» – подумал Смайлз. Пересилив себя, он сделал первый шаг как по раскалённым углям, потом второй. Заставил себя слегка присесть, чувствуя как жжение уходит.

– С непривычки ноги немного затекли! – улыбаясь, сказал он.

– Ничего! Со временем привыкнешь! – сверкнул длинными острыми зубами Джамал.

«Чтоб вы сдохли!» – подумал Джим.

«И тебе того же!» – подумал Джамал.

4

Осенняя Одесса уже не напоминала тот летний муравейник, когда гостей с Севера становилось чуть ли не вдвое больше, чем местных жителей. Солнце всё ещё стояло высоко. Днём иногда было даже жарко, но печать осени уже чувствовалась по тому, что пляжи уже были полупустыми. В трамваях, идущих в сторону Фонтанов, появились свободные места. По утрам толпы школьников спешат в школы на уроки, и лишь отдельные маленькие босяки курят одну сигарету на троих, пытаясь доказать друг другу свою «крутизну». На Привозе стоят грузовые машины, с которых местные селяне по дешёвке распродают осенние дары полей. Они почти безошибочно определяют в толпе россиян, всё еще путающихся в курсе гривны к рублю, и удивлённо переспрашивающих цену на помидоры, которую продавцы называют в копейках. В России цены в копейках уже давно забыты, и операции с мелочью вызывают раздражение как у продавцов, так и у покупателей. Инфляция!

Возвращаясь из школы домой, Аня заглянула на рынок. И, хотя основная масса продавцов уже упрятала товар до утра в свои приросшие к асфальту фургоны, некоторые ещё коротали время в беседах с соседями. Цены на товар в такое время, как правило, были самые низкие, потому как лучший товар раскупили ещё с утра, а оставшийся если не отдашь по дешёвке, то завтра выбросишь задаром.

– Подходи, красавица! – ласково ворковал джигит под большой плоской кепкой, едва скрывавшей его огромный нос. – Скажи, дорогая, что ти хочешь? Я для тебя всё сделаю! Вах! Какой женщина! – призывал горячий кавказский парень в свидетели соседей по ряду. – Нэт! Нэ говори ни слова! – складывал он умоляюще волосатые руки. – Сам угадаю, чего хочешь! – с этими словами он, жестом фокусника, достал из-под прилавка новенький цветастый пакет и начал в него складывать крепкие красные помидоры, пупырчатые огурчики, петрушку, разную зелень, которая благоухала лучше всякого букета. Прежде, чем отдать пакет, продавец воскликнул: – Скажи, красавица! Как твоё имя?

– Аня! – рассмеявшись, ответила молодка, у которой от смущения покраснели щёки и ещё ярче стали голубые глаза.

– Анечка! Не обижайся! Дай я тебя в щёчку поцелую! Хлебом клянусь, не обижу! – он гордо выпятил грудь, приложив руку к сердцу.

Сверкнув белозубой улыбкой, Аня рассмеялась и слегка наклонилась над прилавком, подставив джигиту щёчку для поцелуя. Нежно взяв её за плечи, ара поцеловал её в одну, потом в другую розовую щёчку, похожую на персик.

– Анечка! Меня зовут Авик! Теперь ты моя самая дорогая покупательница! Денег мне не нужно! Только один твой поцелуй! – объявил он под одобрительные аплодисменты и выкрики своих земляков, сидевших за соседними прилавками.

– Ну вот! Уже с черножопыми целуешься! – услышала Аня, приближаясь к выходу с рынка. Подпирая стенку плечом, стояли её соседи – Куня и Буня.

– Глупые! – она улыбнулась. – Он ведь мужчина! Он не только мне приятно сделал! Он и себе приятно сделал! Разве это деньгами измеришь?

– А мы шо же, не мужчины? – вскинулись друзья. – У нас знаешь, сколько баб было?

– Трясти своими причандалами много ума не надо! Мужчина, прежде всего, не должен быть жлобом и тунеядцем! Врубились? – она, шутя, надвинула Буне кепку на нос.

– Ну, Анька зараза! Держись! – Буня обхватил её руками за тонкую талию, но надвинутая на нос кепка не дала ему возможность чмокнуть её в щёку.

– Ой, скажу Олегу, что ты ко мне приставал, так он порвёт тебе задницу на немецкий знак! – смеясь, пригрозила она другу детства.

– Напугала! – Буня поправил кепку и дал подзатыльник смеющемуся Куне. – Ещё неизвестно, вернётся ли твой терминатор!

– Обязательно вернётся! Он мне сам об этом вчера сказал! – она загадочно улыбнулась, вспомнив случившееся с ней вчера в школе наваждение.

– Чё, по сотовому позвонил? – поинтересовался Куня.

– Нет, сам сказал!

– Так он чего, уже приехал? – обрадовался парень.

– Нет! Он мне здесь сказал! – она положила руку на сердце.

– Да! Похоже, мать, у тебя на почве любви начинает крыша съезжать! – констатировал Буня, сочувственно вздохнув. – Ладно, давай свои пакеты! Пошли домой! – предложил он.

Идя между парнями, Аня взяла их под руку.

«Хорошо, что они сегодня домой придут трезвые! Глядишь, и дома своим родителям чего полезного сделать помогут!»

– Слышь, Анютка! – по лицу Буни она догадалась, что он хочет сказать что-то серьёзное. – После того, как Яшка вместе с твоим Олегом свинтили, через пару дней вернулись бойцы Семёна! Сказали, что они вдвоём, голыми руками всех паханов покрошили! На сходняке воров решили, чтобы с ними больше не связываться и не мстить! Спецслужбы им не по зубам! Семён сам виноват! Много крови безвинной лить стал! Над законом себя поставил! Так что теперь не боись! Тебя никто не тронет! Мы тоже всегда будем рядом!

– Спасибо, милые! – она благодарно потёрлась щекой о его плечо. – Что бы я без вас делала? – она заметила, как они сразу расправили плечи и стали твёрже ставить ногу.

В этот вечер она не могла найти себе места. Завтра выходной. Сделала уборку, хотя в доме и так всё было чисто и аккуратно. Приготовила ужин с салатом, хотя вроде бы никого не ждала. В начале восьмого вечера неожиданно позвонила Алина.

– Аня! Здравствуй! Чем занимаешься? – спросила она. – Приготовила ужин? Отлично! А как ты смотришь на то, чтобы я приехала к тебе сейчас? Хорошо? Я прихвачу с собой бутылочку «Наполеона»!

Через полчаса они уже сидели за столом под орехом. Есть особо не хотелось, а излить душу нужно было срочно. Выпили по рюмочке коньяка и, морщась, закусили лимоном. Кровь веселее побежала по венам, щёчки порозовели и заблестели глаза.

– Ой, Аннушка! Что со мной вчера было! Не поверишь! – Алина сделала огромные глаза. – Представляешь! У меня идет совещание с директорами филиалов банка! В общем, сорвалась я на одного паразита, стала орать на него, и в этот момент слышу голос! Рядом сидевший мой зам тоже его слышал! Угадай, чей был голос?

– Догадываюсь, подруга! – Аня улыбнулась. – Ты слышала Яшин голос!

– Как ты догадалась? – Алина с удивлением посмотрела на подругу.

– Я даже могу тебе сказать примерно время, когда это произошло!

– ?..!

– Около одиннадцати часов дня! Правильно?

– Так что? С тобой тоже…?

– Да! – кивнула Аня головой. – Только у меня был Олег! Он меня целовал! Даже раздеть попытался! Я его чувствовала, но не видела!

– Точно! – махнув ладошкой, засмеялась Алина. – Яшка меня тоже целовал!

– Слушай! Как они, паразиты, это делают? – Аня опять наполнила рюмки коньяком.

– Не знаю! Но Яков Семёныч обещал всё объяснить после возвращения из командировки! – Алина подняла рюмку. – Давай выпьем за них, наших дорогих и любимых! Чтобы у них всё было хорошо!

– И чтобы быстрее вернулись к нам! – добавила Аня.

Они ещё долго шептались о своём – девичьем, и не заметили, как усидели половину бутылки.

– Ого! Вот это мы дали! – рассмеялась Аня. – Хорошо, что завтра выходной! Высплюсь до упора! – она подняла руки и сладко потянулась. – Алинка! Оставайся у меня ночевать! – предложила она подруге. – Поздно уже! Да и тебе садиться за руль нельзя!

– Не знаю… Нужно тётку предупредить! Начнёт нервничать, поднимет охрану!

– Так позвони! Какая проблема?

– Хорошо! Только давай я машину во двор загоню! Я от неё без ума! Меня хлебом не корми – дай покататься!

Через несколько минут Алина завела свою «Ашку» во двор. Маленький, пузатенький «Мерседес А-170» ярко-алого цвета с тонированными стёклами, кондиционером, на хромированных дисках смотрелся, как новогодняя игрушка. Алине машинка с первого взгляда понравилась. Потому она и звала её ласково «Ашкой».

– Ой, Алинка! Завидую тебе! Такая красота! – Аня провела пальцем по блестящему капоту машины. Глянув на пыльный палец, покачала головой. – Завтра мы её помоем!

– И поедем кататься! – подхватила Алина. – Оторвёмся на полную катушку!

– Точно! – обрадовалась Аня. – Сначала на Привоз, потом по магазинам, а вечером наделаем шашлыков! У меня в холодильнике стоит бутылочка «Кинзмараули» и есть сыр сулугуни! Погуляем!

– Ладно! – вздохнула Алина. – Будь по-твоему! Буду звонить тётке! – она достала из кармана белого жакета элегантный серебристый телефон и начала набирать номер.

– А я пока постель разберу!

После душа, сидя в халатиках с тюрбанами на голове, они ещё попили горячего чайку с вареньем. Глянув на заставленный выпивкой и закуской стол, Аня махнула рукой:

– Ладно, утром приберу! Пошли спать, подруга!

Времени прошло совсем немного. Ане показалось, что она только начала засыпать, как вдруг открыла глаза и увидела, что во дворе под орехом опять горит свет. «Но я же его точно выключила! Может, Алина в туалет пошла? – Она приподняла голову с подушки и увидела, что Алина спит на кровати, разбросав руки. – Странно! Ничего не понимаю! – Вдруг она различила тихие голоса мужчин. – Только этого ещё не хватало!» – Аня соскользнула с постели и на цыпочках метнулась к Алине:

– Полундра! Вставай, подруга! – стала она трясти спящую.

– А? Что? – спросонья вытаращилась Алина.

– Тихо! Тсс! – приложила Аня палец к губам. – У нас, кажется, незванные гости появились!

– Какие гости? – не поняла Синицкая.

– А я знаю? Сама послушай! Слышишь, мужики говорят! И свет под орехом включили!

– И вправду – мужики! – прошептала Алина. – Чего делать будем?

– Может, посмотрим, кто там?

– Давай! Только нужно что-то тяжелое взять!

Алина с кочергой, а Аня с молотком в руках выглянули во двор. Под орехом сидели двое мужиков в камуфляжной форме, с пистолетами на боку и пили коньяк «Наполеон» под лимончик.

Женщины переглянулись между собой, не веря своим глазам. Под деревом сидели Яша и Олег. У Ани со стуком выпал молоток из руки.

– Это что ещё за привидения? – сурово спросил Яша, подмигнув Олегу.

– Ура! Наши мальчики приехали! – воскликнула Алина, со звоном бросая кочергу.

Они обе бросились на шею своим любимым. После нежных объятий и горячих поцелуев, когда подруги уже сидели на коленях своих женихов, Аня спросила:

– А когда вы приехали? Не позвонили! Мы бы встретили вас!

– Куда приехали? – переспросил её Яша.

– Сюда! – Аня удивлённо показала ладошкой на стол.

– Откуда? – продолжал дурачиться Черноморец.

– Из командировки! – она пожала плечами.

– Так мы и сейчас в командировке! А вам мы просто снимся!

– Как это – снимся? – недоумевала Аня. – Я же Олега ощущаю всем телом! Да ну тебя, Яшка! Сам дурак, и шутки у тебя дурацкие!

– Ой! Алинка! Ты же мне ухо откусишь! – вскрикнул Яша.

– Вот видишь, любимый! Тебе больно! Значит, мы не спим! – промурлыкала Синицкая, прижав его голову к своей груди.

– Ладно, сдаюсь! – страдальческим голосом сказал Яша.

– Вы не спите! Это мы спим, а вы нам снитесь!

– Да почему именно нужно сниться! – удивилась Аня. – А ну, Князев! Отвечай!

– Да потому, что мы сейчас на Урале, а вы в Одессе! Понятно! – он коснулся пальцем кончика её носа.

– Таких снов не бывает! – решительно заявила Аня.

– А мне нравится! – сказала Алина, целуясь с Яшей.

– Докажи! – не унималась Аня.

– Легко! А ну-ка, девоньки, привстаньте! Смотрите!

Олег с Яшей растаяли в воздухе, как дым. Подруги оторопело смотрели на стулья, где только что сидели их мужчины.

– Эх! Анька! Такой сон обломала! – вздохнула Алина. Аня недоверчиво поводила руками над стульями.

– Точно! Исчезли! А жаль! – вздохнула она. – Ладно! Пошли спать!

– Действительно! Где ещё поспать, как не во сне! – услыхала она голос Олега за своей спиной.

– Пусть будет сон! – прошептала Аня, обвив его шею руками. – Только не исчезай, пожалуйста!

– Обещаю! До утра я в полном твоём распоряжении!

– Почему только до утра?

– Потому, что утром сон заканчивается! – прошептал Олег.

– Если это сон, сделай что-нибудь волшебное! – она хитро прищурилась.

– А что? И сделаю! Хочешь посмотреть ночную Одессу сверху!

– Хочу!

– Тогда крепче обними меня, дорогая! – он обнял её. – Яша! Мы тут малость полетаем! – предупредил он друга.

От резкого взлёта у Ани сердце провалилось куда-то вниз. Даже в глазах потемнело. Она только чувствовала давящую перегрузку и стальные объятия Олега. Но вот подъём вроде бы прекратился. Олег перевернулся на спину, и Аня оказалась лежащей на нём. Когда она открыла глаза, то увидела море света. Казалось, что внизу разлилось огромное озеро кипящего золота. Тысячи огоньков включались и выключались, создавая иллюзию игры искрящегося света. Ей трудно стало дышать, и уши заложило от низкого давления.

– Олег! Мне плохо! – сказала она.

– Прости, родная! Совсем из ума выжил! Забыл, что ты обычный человек!

Вокруг них тотчас возникла невидимая тепловая капсула. Олег начал описывать большой круг над городом, полого спускаясь к земле. Ане стало заметно лучше. Она оживилась и уже старалась разглядеть сверху подробности городской географии.

– Как это здорово! – восхищенно сказала она. – А вон в море большой пассажирский лайнер! Мы можем там побывать?

– По щучьему велению, по моему хотению..! – дурашливо продекламировал Олег и, оглянувшись на идущее далеко в море судно, ракетой рванул в ту сторону. От скорости у Ани дух перехватило. Но вот и лайнер. Расцвеченный гирляндами огоньков, он, как новогодняя ёлка, сулил радость и веселье. Над прогулочной палубой разносилась танцевальная музыка. Несколько пар медленно кружились среди праздно шатающейся публики. Роскошно одетые дамы и мужчины в смокингах. Официанты с шампанским в бокалах. Явно гулял какой-то новоукраинский олигарх.

Олег приземлился за фальшь трубой, подальше от любопытных глаз, и осторожно поставил Аню на палубу.

– Хочу шампанского и танцевать! – пожелала Аня.

– Прошу! – он галантно подал ей руку и повёл к трапу на прогулочную палубу.

Когда они появились среди публики, на них стали обращать внимание. Высокий симпатичный полковник в полевой форме с пистолетом в кобуре. С ним красивая блондинка в домашнем халатике и тапочках на босу ногу.

– Князев! Если это сон, давай переоденемся, как в Золушке! А то мы действительно всех распугаем своим видом! – фантазировала Аня.

– Хорошо! Закрой глаза и представь себя одетой так, как тебе хочется!

– А тебя заодно тоже можно переодеть?

– Валяй! – разрешил он великодушно.

Она зажмурилась, вспоминая виденные ею светские рауты из американских фильмов. Постепенно она стала видеть себя. Пышная причёска под бриллиантовой сеткой показалась несколько не к месту. Сетку убрала, а вот узкое колье с несколькими подвесками вполне сойдёт. Бриллиантовые клипсы-висюльки. Облегающее чёрное платье с открытой спиной и закрытым декольте. Сбоку длинный разрез. Открытые плечи прикрывает манто из чернобурки. Длинные перчатки до локтей и несколько бриллиантовых колечек. Так, на ноги оденем серебристые босоножки на высокой шпильке. С макияжем вроде бы порядок. Капельку французских духов там и сям. Серебристую сумочку-косметичку. Отлично! Теперь оденем Князева. Белый вечерний клубный пиджак, чёрные брюки с шёлковым кантом и лакированные туфли. Галстук бабочка и рубашка с манишкой. Прямо Джеймс Бонд!

– Дорогая! Ты скоро? – спросил её Олег.

Открывая глаза, она заметила, что окружавшая их толпа стронулась с места, как в стоп кадре. Самое удивительное, что всё, что она нафантазировала, действительно было надето на неё и Олега.

– Любимая! Ты просто королева! Мисс Вселенная! – восхищённо произнёс Олег.

«Вот это сон! – подумала Аня. – Эх! Гулять, так гулять!»

Теперь окружающие с восхищением смотрели на красивую танцующую пару. Рядом учтиво остановился официант и предложил шампанского. Они взяли по бокалу и, немного отпив, проставили обратно на поднос. Чарующие звуки блюза, блеск моря под луной. Такая ночь – мечта любой женщины! Аня благодарно прижалась к Олегу.

– Спасибо, любимый, за такой сказочный сон! – прошептала она.

Олег ничего не ответил и лишь улыбнулся в ответ.

– Князев? Ты скучаешь за мной? – слегка прищурившись, она заглянула ему в глаза.

– Очень! – он прижал её к себе так, что платье чуть треснуло.

– Раздавишь! Медведь! – она капризно надула губки. – Я ведь тоже за тобой скучаю! А ты меня всё не любишь и не любишь!

Он подхватил её на руки и, пройдя по коридору, вошёл в роскошную каюту с огромной кроватью посередине.

– Говоришь, не люблю? – он бережно положил её на кровать. – Сейчас я тебя съем!

– А я тебя! – выдохнула Аня, устремляясь в его объятия.

Солнце уже было высоко, когда Аня смогла открыть глаза. Лёгкий ветерок едва колыхал тюлевую занавеску. С улицы неслось чирикание вездесущих воробьёв и совсем не хотелось вставать. Она лёжа потянулась.

– Боже! Как не хочется вставать! – пронеслась мысль. Аня повернула голову и посмотрела на спящую Алину. В вырезе ночной рубашки, чуть выше левого соска, был виден след свежего засоса. Аня подошла и, не отводя глаз от любовного следа, стала будить подругу.

– Алинка! Просыпайся!

Медленно открыв глаза, Алина посмотрела на Аню.

– Ты чего? Анюта! – спросила она.

– Откуда у тебя это? – показала Аня на грудь подруги.

– Ах, это… – Алина явно ещё не проснулась. – Это Яшка, поросёнок, постарался!

– Подожди! – Аня явно пыталась привести мысли в порядок. – Разве Олег с Яшей не во сне приходили к нам? Да проснись ты! – она тряхнула Алину за плечо.

Теперь и Алина начала соображать, что здесь что-то не так.

– Действительно! Такого не может быть! – она приложила ладонь ко лбу. – Да! Но, откуда этот след на груди? Может, ударилась ночью обо что-нибудь, когда машину во двор загоняла? Неужели это мы так напились вчера, что у нас крыша поехала?

– Скорее всего, подруга! – констатировала Аня. – Другого объяснения я не вижу! Ведь то, что со мной происходило, невозможно в принципе!

– А с этого места попрошу подробнее! – Алина поудобнее приподнялась на подушке.

– Да ну! Ерунда какая-то! – Аня с сомнением пожала плечами. – Сначала мы летали в небе над ночной Одессой. Потом опустились на круизный лайнер, где гулял какой-то бомонд! Я захотела роскошный наряд с бриллиантами! Стыдно было танцевать в халатике среди разодетой публики! В общем, я себе нафантазировала, и всё появилось на мне, как в сказке! Князева тоже приодела! В общем, фантастика! А потом Олег меня унёс в каюту, и мы занимались любовью!

– А потом? – Алина восхищенно смотрела на подругу.

– А ничего! Вот проснулась и болтаю с тобой! – она упала головой на грудь Алине и заплакала. – Ну почему такое возможно только во сне?

– Ты знаешь? Мне тоже приснился сон! – стала рассказывать Алина, гладя по плечу плачущую подругу. – Приснилось, что ты разбудила меня! Мы взяли кочергу, и пошли смотреть, кто сидит за столом под деревом! Там увидели Яшу и Олега!

– Так и я это помню! – Аня подняла голову.

– Потом они исчезли на время! Потом опять появились! Ты стала требовать доказательств от них, что это сон!

– Странно! И это я помню! – прошептала Аня, прижимая ладошку к губам.

– Потом Олег предложил тебе лететь с ним, и вы улетели вверх как ракета! Я упросила Яшеньку никуда не улетать, а остаться со мной! Взяла его за руку и привела на кровать! Ох! Как он меня любил! – непроизвольная дрожь пробежала по её телу. – Вот это действительно была фантастика!

– Ой! Какие мы бабы – дуры! – сказала Аня, вытирая глаза. – Нафантазируем себе с три короба, а потом слёзы льём! Ладно! Пора вставать! Мы ведь сегодня хотели развеяться!

– Точно, подруга! – засмеялась Алина. – Ударим автопробегом по тоске и печали!

Аня подошла к платяному шкафу и открыла зеркальную дверцу. Её взгляд остановился на новой вещи, висевшей на плечиках..! Да! Это было чёрное вечернее платье с манто из чернобурки. На верхней полочке стояла открытая, черная бархатная коробочка с бриллиантовым колье и клипсами, а внизу стояли серебряные босоножки на прозрачных каблуках-шпильках.

5

Два вертолёта сделали несколько кругов над укреплённым лагерем нового гарнизона Ключ и осторожно стали приближаться к площадке перед крепостной стеной. Пока военно-транспортный Ми-8 приближался к посадочному кругу, летающий танк Ка-24 медленно вращался над ним, готовый открыть огонь из всех пушек при малейшей угрозе нападения. Внизу, в стороне от посадочного круга, придерживая фуражки руками, стояла встречающая группа старших офицеров гарнизона. Ближе к опушке леса было выставлено оцепление, чтобы избежать всяких неожиданностей. Склоны окружающих скал, насколько это было возможно, были прочёсаны альфовцами ещё ранним утром. Сверху по гряде растянулись цепочкой десантники Калинина. Ничего не предвещало беды.

Полковники Князев и Калинин, вместе с подполковником Железиным и Черноморцем, прикрывая глаза ладонями от неяркого северного солнца, смотрели вверх на приближающиеся вертолёты.

– Чёрный ворон! Чёрный ворон! Не кружися надо мной! – тихо напевал Железин.

– Валера! Сплюнь! – посоветовал ему Черноморец.

– Накаркаешь!

Неожиданно слева из расщелины, под вершиной одной из скал, блеснула вспышка. От неё отделилась тёмная точка и, оставляя ниточку дымного следа, устремилась к вертолёту охраны, который в этот момент оказался повёрнутым к стрелявшим хвостом. Учитывая скорость его вращения вокруг оси, было ясно, что выстрел гранатомёта как раз встретится с его боком. Гром взрыва от попадания заряда в борт вертолёта лишь на мгновение опоздал после долетевшего звука выстрела.

– Тысячу семьсот метров! – машинально отметил Князев время между вспышкой и звуком. Времени на раздумье не было.

– Андрей! Валера! Держите вертолёт! – крикнул Олег.

В этот момент из той же точки потянулся второй дымный след к транспортному вертолёту. Пилоты, видимо, заметили попадание в соседний вертолёт и попытались маневрировать, но было поздно. Заряд не попал в фюзеляж, но ударил по лопастям несущего винта. Вертолёт беспомощной тушей начал падать вниз. Бойцы стоявшего неподалеку оцепления готовы были побожиться, что видели, как в глазах стоявших внизу полковников на мгновение появился ярко синий свет. Стоя с прижатыми к бокам локтями, они держали перед собой повёрнутые кверху ладони. Оба вертолёта, дымя и раскачиваясь, плавно, как мыльные пузыри, опускались на землю. В этот момент от группы отделился Князев. Он мгновенно увидел расщелину, в которой прятались боевики из разгромленного десанта. Олег видел их измождённые лица, с безумными глазами фанатиков под зелёными повязками воинов ислама. Они опять перезаряжали гранатомёты. Сверху от огня солдат их прикрывала скала. Снизу тоже не достать. Олег вытянул в их сторону правую руку. Его глаза на мгновение осветились ярко-синим огнём и от кончиков пальцев вверх к расщелине метнулся голубой, искрящийся огонёк. Боевики тоже заметили несущуюся к ним звёздочку. Это было последнее, что они увидели. Взрыв огромной силы потряс окружающие горы. На месте расщелины поднялся столб пыли и камней. Скала дрогнула и плавно проскользила вниз по тому месту, где прятались боевики.

Олег сам не ожидал взрыва такой силы. Он посмотрел на перчатку на правой руке. Кончики пальцев чуть дымились. Ухмыльнувшись, он сжал руку в кулак, оттопырил большой и указательный палец. По-ковбойски дунул, как на ствол воображаемого пистолета, но, опомнившись, оглянулся на своих товарищей. Они тоже видели его выстрел, но их сосредоточенные лица сейчас не выражали эмоций. Оба вертолёта мягко коснулись колёсами земли и замерли.

Лица троих офицеров расслабились. Несмотря на прохладный воздух, шеи у них взмокли.

«Ничего себе – первое испытание!» – прочитал в их глазах Олег.

– С первым вас боевым крещением, господа! – сказал им Олег, направляясь к транспортному вертолёту.

Из ворот крепости уже выскочил санитарный УАЗик. За ним ещё несколько джипов. Появилась вереница солдат, бегущих с санитарными носилками. Стоя на подножке открытой дверки УАЗика, начмед Соболев сейчас был похож на Чапаева, летящего впереди на лихом коне! Даже суровость его лица сейчас была столь значимой, что у господ полковников появилось ощущение, как у пациентов стоматолога. Сейчас, здесь, капитан медицинской службы был главнее любого генерала. Он знал это. Это был его «звёздный час»!

– Отошли! Отошли все в сторону! – орал он на всех, невзирая на чины и звания, махая свободной рукой. Второй рукой он держался за стойку двери машины и, если бы махнул и второй рукой, то свалился бы. Премьера была бы сорвана. Господа полковники рассмеялись и немного потеснились в сторону. Вцепившись в наружную ручку боковой сдвижной двери, Игорь самоотверженно рвал её что есть мочи. Мочи не хватало. Видимо, от перекоса фюзеляжа её заклинило. Изнутри вертолёта тоже были слышны маты и сопение. Там, видимо, тоже пытались сдвинуть дверь.

– Чего рты разинули! – вдохновенно орал Соболев. – А ну-ка! Навались! – он скользил подошвами ботинок по камням.

Кто-то из бойцов достал из машины монтировку. Откуда-то появился лом. Вот теперь, чисто по-русски, при помощи лома и такой-то матери дверь сорвали с места. Из вертолёта посыпались на землю разнообразные начальники в лампасах и без. Бойцы с перепугу вместо того, чтобы ловить на руки дорогое начальство, отпрыгнули в сторону. Кто-то вывалился спиной вперёд. Кто-то головой вниз. Боевые раны получали здесь же, под вертолётом. Из салона тянул едкий дым, и можно было опасаться взрыва.

– Всем отойти на пятьдесят метров! Может рвануть! – крикнул Олег и полез в кабину вертолёта.

Вслед за ним запрыгнул Черноморец. Они проникли в кабину вертолёта. Оба пилота сидели с залитыми кровью лицами. При взрыве осколками фонаря им посекло лица. Подхватив их за плечи, Олег с Яшей потащили пилотов к выходу. Снаружи их встретил фонтан воды. Это начштаба Голованец, стоя на цистерне ревущей водовозки, пытался залить дымящиеся двигатели водой.

– Вова! Ты задолбал! – отплёвываясь от воды, крикнул ему Черноморец.

Подбежавшие бойцы уложили пилотов на носилки и побежали к воротам крепости. Второй вертолёт, благодаря мощной броне, пострадал заметно меньше. Его экипаж ходил вокруг фюзеляжа и только плечами пожимал, не понимая, каким чудом их вертолёт приземлился самостоятельно. Взрывом разворотило редуктор несущего винта.

Олег заметил нескольких генералов, стоявших у ворот и тщетно отмахивавшихся от попыток начмеда смазать им что-то йодом. Поправив фуражку, Олег быстрым шагом направился в их сторону. За несколько метров до них он перешел на строевой шаг. Старшим в группе был седой высокий генерал-полковник. Чуть правее него в форме генерал лейтенанта стоял Борис Горшков. Слева от командующего округом стояли два незнакомых генерал майора. – Товарищ генерал полковник! – начал Олег, но осёкся, увидев повелительный жест заткнуться.

– Ох, полковник! Ты, наверное, в рубашке родился! – по-стариковски покачал головой командующий. – Организовал нам встречу с салютом! А если бы люди погибли?

Борис показывал глазами Олегу: «Молчи! Не тявкай!»

– Тебе что? Времени не хватило для «зачистки» местности? Как получилось, что бандиты знали о нашем прибытии и устроили засаду? А? Не слышу ответа, полковник!

– Виноват, товарищ генерал! К вечеру доложу о проведённом расследовании!

– Точнее!

– В двадцать один ноль-ноль, товарищ генерал!

– Тамбовский волк тебе товарищ! – проворчал себе по нос командующий. – Ладно, веди! Показывай своё хозяйство!

На месте построения гарнизона уже стояли тщательно выровненные шеренги бойцов. Коробками повзводно и поротно, во главе со своими командирами, сотни человек стояли, не шевелясь. Как только командующий показался на краю плаца, Железин набрал полную грудь воздуха и крикнул:

– Смирно! Равнение налево!

Стараниями замполита из динамиков грянул «Встречный марш». Слегка подпрыгивая от старания и печатая шаг, чётко по одной линии, как умеют только офицеры и манекенщицы, Валера направился навстречу измятому и недовольному начальству.

После доклада, приветствия и прохождения подразделений торжественным маршем мимо высокого начальства, как водится на Руси, высокое начальство повели в солдатскую столовую. Ну, конечно же, через заднее отдельное крыльцо, в офицерский зал, попотчевать чем, так сказать, Бог послал! За выгородкой, где обедают офицеры, уже был накрыт праздничный стол с букетом осенних цветов.

Как водится, начальству Бог послал, конечно, не то, что простым смертным. Здесь и мясо косули, нафаршированное чесночком, и запеченный поросёнок дикого кабана. На отдельном блюде тушка закопченного фазана с зеленью, зайчатинка под майонезом, разваристая, рассыпчатая картошечка, политая топлёным маслом, жареные грибочки в соусе. Хрустящие огурчики, свежезаквашенная, скрипучая капусточка, ломтики розового сала и ветчины. Всё на фарфоровой посуде. Хрустальные рюмки, мельхиоровые ножи и вилки. Букетики из салфеток. Композицию украшали несколько запотевших литровых бутылок Немировской водки на перце. «Да! Зам по тылу батальона капитан Хасанов явно перерос уровень батальона и, наверное, даже полка! – мысленно оценили его способности генералы. – В медвежьем углу! В глухомани! А как расстарался! Молодец!»

– Кушайте на здоровье! – чуть ли не делая книксен, приседал тыловик. Его розовощёкое лицо буквально таяло от счастья угодить высокому начальству. Зачем им знать, что за эту дичь он, ещё накануне нападения на крепость, успел отдать в местную охотартель бочку бензина.

«Чудны дела твои! Господи! – подумал Олег, глядя на это изобилие. – Вот кто у нас волшебник, так это тыловик! Он же мамой клялся, что кроме гречки, гороха и тушёнки у него ничего нет! Да! Военную Академию Тыла нужно переименовать в Академию Цирковых Искусств!»

По неписаной традиции за основным столом остались генералы, полковники и отцы-командиры. Остальным господам приезжим и местным офицерам был накрыт другой стол. Еда попроще и водка подешевле. Как говорится – «по Сеньке и шапка!».

Вначале застолья все сидели тихо и чинно. Переговаривались вполголоса. Первый тост подняли за Россию и её Верховного Главнокомандующего! Чтобы первая рюмка не оказалась зря выпитой, вдогонку подняли вторую, за офицеров, которым выпала честь служить под началом такого командующего округом! Дальше дело пошло веселее. Народ заговорил громче. Приезжие спрашивали об отражении нападения боевиков. Местные делали круглые глаза и начинали им рассказывать всякие ужастики, издеваясь над штабными шаркунами. Во все времена, во всех армиях мира офицеры, служащие непосредственно с личным составом, всегда презирали штабных офицер-лакеев. Не секрет, что блестящий талантливый лейтенант, честно решивший познать трудности военной службы, так и будет сидеть до пенсии где-нибудь в захолустье в чине капитана, а инспектировать его будет вчерашний однокашник-двоечник. По протекции попав сразу в штаб округа мелкой сошкой для разноски бумаг по кабинетам, они заводят друзей из таких же мелких сошек, но уже в Генштабе Вооружённых Сил. Потихоньку двигаясь по служебной лестнице и овладевая системой два «У» – угадать и угодить – они из ласковых ручных котиков превращаются в грозных опричников, выезжая с проверками в гарнизоны. «Вы нам дайте поручение, а уж особым мы его сами сделаем!» Конечно, они тоже люди! Конечно, они понимают трудности проверяемых, но, если от количества выявленных нарушений зависит получение очередного, маленького плюсика в глазах своего начальства, то пощады не будет никому. Ведь известно, что количество когда-нибудь перерастает в качество. Освободится ступенька выше, а вот и он, готовый кандидат – честный и неподкупный! Приезжает к тебе такой полковник, как будто только из витрины магазина, с нежными женскими ручками и запахом дорогого парфюма, и начинает учить тебя военному делу. На солдат смотрит как на инфекцию, а на ротных офицеров, как на больных в лепрозории. И так хочется дать кулаком в эту холёную рожу! А там пропадай всё пропадом! И вот уже запой по-чёрному! Спёкся!

Но! Сейчас за столом соблюдалось взаимно вежливое перемирие. Начальство пока ещё не дало команду «Фас!», командиры-окопники в сторонке, расслабляются на халяву, а в подразделениях тихо и быстро старшины готовятся к самообороне. Достаются заначки, прячется рваное, все, что можно, скоблится и моется, штопается и подстригается. Писаря подгоняют конспекты под планы, заполняют журналы, лепят оценки, освежают обложки, прошнуровывают и опечатывают, потому как проверка – это лотерея! Тут уж как повезёт!

Под шумок застолья, извинившись, Борис глазами показал Олегу на выход. На перекур! Темнело очень рано.

– Нужно место, где нас точно не смогут подслушать! – тихо сказал Горшков.

– Понял! – Олег пошел впереди него в сторону домика, который он делил на двоих с Яшей.

Возле бревенчатого домика у крыльца стоял БРОК. Свежевымытый, он солидно блестел в сумерках лаком и хромом.

– Знакомая машинка! – Борис похлопал машину по капоту.

– БРОК! Снять защиту! – негромко скомандовал Олег.

Мягко щёлкнули замки. Распахнув заднюю боковую дверку, Олег сделал приглашающий жест. – Прошу, господин генерал!

Борис поудобнее устроился на широком сидении, с интересом осматривая салон машины.

– Кое-что слышал о твоём чудо-автомобиле, но сижу в нём впервые!

– Так мы с Яшкой на нём к тебе на дачу под Москвой приезжали! – улыбнулся Олег.

– Да мне тогда не до того было! – отмахнулся Борис. – Сам понимаешь, что значит проведение операции под надзором Хозяина! Тем более что он в наших играх профессионал! Нас не подслушают?

– Здесь надёжная звукоизоляция! Бронированный кузов! Бронестёкла! Электронная защита! Жучков нет! Машина сама способна обороняться и передвигаться в зависимости от полученного задания! Это робот! – Олег погладил спинку кресла.

– Олежек! А ты её случайно не целуешь перед сном? – засмеялся генерал.

– Во-первых, не она, а он! Боевой Роботизированный Комплекс – БРОК! Он мой друг и боевой товарищ!

– Ну, наконец, я слышу слова не мальчика, но мужа! – неожиданно донеслось из динамиков.

– Нет, ты видишь, с кем мне приходится служить? – призывал Бориса в свидетели Олег. – Нет! Ты мне скажи! – настаивал Олег. – Нет! Покажи свою хитрую рожу и ответь: чем тебе плохо?

На экране монитора появилась плутоватая физиономия солдата удачи. Склонив голову набок, он как бы заглядывал им в лицо.

– Отвечаю! Всё время слышишь: БРОК туда! БРОК сюда! БРОК охраняй! БРОК стреляй! А где спасибо?

– Непостижимо! – Борис в восхищении качал головой.

– Вот и я о том же! – не унимался БРОК.

– БРОК! Заткнись! – скомандовал Олег.

Солдат удачи на мониторе пожал плечами и выключился.

– БРОК! Включить систему кругового обзора! Обо всех, кто подойдет ближе десяти метров к машине, сообщать немедленно! Наш разговор не записывать! Всё!

– Команду понял! Выполняю! – отозвалась машина.

– Здорово! – отозвался Борис. – Ладно! Перейдем к нашим делам! Я уже доложил Самому, что задание выполнено! Он вами доволен! Поздравляю тебя и Черноморца с присвоением звания генерал-майора! Правда, немного заранее! Погоны Хозяин хочет вручить вам завтра, при личной встрече, но, видимо придётся доложить о нападении с просьбой перенести срок встречи! Мы планировали сегодня перебросить вас до ближайшей авиабазы, а оттуда спецрейсом в Москву!

– Где и во сколько мы должны были встретиться с президентом? – спросил Олег, загадочно улыбаясь.

– Завтра, в девять тридцать, на той же даче, где вы уже побывали перед отправкой сюда! – в голосе Бориса слышалась досада.

– Ничего сообщать не нужно!

– Не понял! – генерал удивлённо повернул голову.

– Всё будет точно по графику! – кивнул Олег. – Неудобно заставлять такого человека ломать свои планы! У него каждая минута расписана!

– Всё равно не понял! – Борис помотал головой. – Ближайший вертолёт прилетит только утром! Пока туда, пока сюда… при условии, что всё везде срастётся. Доберётесь не раньше тринадцати ноль-ноль.

– Боря! Не боись! Всё будет пучком!

– Кажется, я понял! – ухмыльнулся генерал. – Да вы, полковник, похоже, «нарезались»!

– Борис! Ты не прав! С чего тут было опьянеть? – ухмыльнулся Олег. – Кстати! Ты там тоже должен присутствовать?

– Оф кос! Конечно!

– Тогда послушай меня! – Олег понизил голос. – Под Олег положил ладонь на лоб лежащего прапорщика и закрыл глаза. Минуту он сидел молча. Потом, открыв глаза, молча встал и, размахнувшись, врезал лежащему ботинком в бок, потом ещё раз.

– Э! Ты чего творишь? – кинулся к нему Борис.

– Сука! – прошипел Олег. – Он наших ребят в Чечне боевикам полевого командира Лечи Рескиева за деньги продавал! В рабство! Он и сейчас с ними связан! Гнида! – Олег ещё раз пнул прапорщика ногой.

– Прекрати, я сказал! – повысил голос Горшков. – С нами прилетел особист. Он здесь остается служить. Вот ему и нужно сдать на руки этого засранца!

Мусатенко был тощий, черноволосый, с тёмно-желтой, как у цыгана, кожей. В приоткрытом рту виднелись редкие, длинные зубы. Прямой длинный нос был слегка загнут кверху.

– Крыса! – охарактеризовал его Олег. Взяв рукой за штанину, как дохлую крысу за хвост, он легко поволок его к зданию штаба. Редкие бойцы, попадавшиеся на его пути, боязливо отходили в сторону, не понимая, что происходит.

Борис в это время зашел в столовую и поманил пальцем особиста. Тот понятливо кивнул головой и вышел на крыльцо.

– Юрий Андреевич! – генерал посмотрел в глаза молодому капитану. – Сейчас ты пойдёшь в штаб и займёшься прапорщиком Мусатенко! – он предостерегающе поднял руку, давая понять, что мысль не закончил. – Это твой шанс отличиться! Сей прапорщик, вероятно, связан с боевиками! Сегодняшнее нападение, возможно, сделано по его наводке! С боевиками Лечи Рескиева он связан с Чечни, где, якобы, продавал им наших солдат в рабство! Информация не проверенная, но это всё же лучше, чем ничего! Источник информации открыть не могу! Но тебе хотя бы есть с чего начать! Действуй!

– Вас понял, товарищ генерал! Разрешите идти?

– Иди! – Борис посмотрел вслед уходящему капитану. – Когда-то и я был таким же молодым и спортивным! Да! Годы бегут!

6

Махмуд не любил американцев. В молодости, будучи студентом Университета Дружбы Народов им. Патриса Лумумбы, он неоднократно присутствовал на митингах в поддержку народов, борющихся против агрессии американского империализма. Он был твёрдо убеждён в том, что каждый народ вправе сам определять свою судьбу и не оглядываться на заокеанского монстра. Война в Корее, потом во Вьетнаме. Студенческие митинги с их напором и максимализмом закладывали в нём основу презрительного отношения к США, как к раздухарившемуся хулигану, знающему, что остановить его некому. Остальные члены блока НАТО могли только повизгивать и вилять хвостами перед своим вожаком. СССР в то время был силой, которую американцы боялись и уважали. Все народно-освободительные движения стран Африки и Ближнего Востока могли уже не опасаться, что США раздавит их ботинком своих солдат. В Советском Союзе готовили учителей и инженеров, врачей и журналистов. В закрытых военных училищах под Таллинном и в Крыму готовили военные кадры. Вот в такое училище и был направлен инженер Махмуд Аль-Кадар через год после возвращения на родину. Особой страстью его в период учёбы была диверсионная подготовка. Преподавал её иностранный военный специалист полковник Нури. Высокий, атлетического сложения мулат, успел за свои неполных пятьдесят лет пройти путь от французского легионера до инструктора зелёных беретов. Принимал участие почти во всех локальных войнах. Сейчас он работал в Союзе, но не ради пятисот золотых рублей в месяц: просто он никогда не был в этой стране. Объездив весь мир, он без особых колебаний принял предложение поработать в стране, которой так упорно пугали весь капиталистический мир. Нури видел, что люди здесь пусть по западным меркам и бедные, но гостеприимные и щедрые, верящие в добро и справедливость. Он любил наблюдать за этими, по-своему счастливыми людьми, не пытаясь сблизиться с ними. Когда на Крымские горы опускалась ночная мгла, он выходил с очередной группой курсантов на учебный маршрут. Движение ночью в лесистых горах особенно пугало арабских парней, выросших в пустынной местности. Полковник знал это и добивался от них умения подавлять свой страх. Иногда он организовывал условное нападение группы на расположившийся в предгорье летний лагерь Высшего Военно-политического училища. Наряды, нёсшие там службу ночью, были уже достаточно напуганы ночными гостями и реагировали на каждый пук, мгновенно нажимая кнопку тревожного звонка. Среди арабских курсантов Нури выделял одного, особо смекалистого и по-своему талантливого парня, который перенимал его навыки буквально с полуслова. Этим парнем был Махмуд. К концу учёбы он буквально поражал преподавателей уровнем своей подготовки. Он знал, для чего она нужна ему! Политическая и военная борьба, разгоравшаяся между арабскими народами, поддерживалась и разогревалась американскими спецслужбами, которые преследовали главную цель – держать под контролем Ближневосточную нефть и иметь постоянный рынок сбыта оружия.

Именно тогда молодой Махмуд решил бороться против источника зла – тех, кто проводил в жизнь американские интересы. Для этого он стал создавать свою, тайную армию. Он, также как и иезуиты, считал, что для достижения цели все способы хороши. После распада СССР арену политической игры покинул один из главнейших игроков. Начался новый передел сфер влияния на Ближнем Востоке. Начались политические убийства. Зло порождает зло! Разрушая чужие планы, Махмуд постепенно втянулся в эту борьбу и уже не догадывался, что разрушение стало его второй натурой. Вот тогда его и нашли люди Шахрияра. Он слышал краем уха о мифическом старце, обладающем силой дьявола, но считал это вымыслом. Когда же ему предложили встретиться с этим мифическим человеком, то он посчитал это ловушкой и отказался.

Однажды ночью Шахрияр сам пожаловал к нему. Никто из охраны даже не шелохнулся, когда он прошел мимо них. До конца встречи они стояли, парализованные его волей, а когда старец исчез, то ничего не могли вспомнить.

Эта встреча стала переломной в судьбе Махмуда. Была глубокая ночь, когда он внезапно проснулся и сел на постели, весь в холодном поту. Ему снилось, что его хотят раздавить танком и лишь чья-то рука удерживает стальные гусеницы над распростёртым телом Махмуда.

В дальнем углу комнаты кто-то сидел в его любимом кресле. Хотя лунный свет и падал голубой дорожкой на пол, разглядеть человека он не мог.

– Кто ты? – спросил Махмуд осипшим голосом.

– Если Магомет не идёт к горе… – начал незнакомец.

– То гора идёт к Магомету! – продолжил Махмуд. – Ты Шахрияр!

– Я не ошибся в тебе, сын Хасина! – проговорил человек. – Подойди ко мне!

Махмуд поднялся с ложа и подошел к сидящему в кресле человеку. Перед ним был старец в черном халате и черной чалме. Сухое вытянутое лицо с большим крючковатым носом. Большие, круглые, как у совы глаза с черными, как ночь, зрачками. Тонкую длинную белую бороду он всё время поглаживал худой ладонью с невероятно длинными пальцами. На указательном пальце был надет необычный перстень с узким, длинным бриллиантом. Он то и дело вспыхивал радужными искрами, мешая Махмуду сосредоточиться. Заметив это, старец перевернул перстень камнем вниз.

– Сядь и слушай! – он повелительно показал пальцем Махмуду на пол перед собой.

Ноги Махмуда сами собой подкосились под ним. Он сел, скрестив ноги.

– Давно! Очень давно! Когда на планете только зажили раны от прошедшей космической катастрофы, стёршей почти весь животный и растительный мир, на её поверхность опустились корабли с другой планеты. Из них вышли наши предки. Через некоторое время в другом районе земли высадились предки чернокожих людей, нынешних жителей Африки. Но раньше всех прилетели те, кого мы сегодня называем желтой расой. Они жили в тех регионах, где климат наиболее напоминал им климат оставленной родной планеты. Бог сделал так, чтобы люди размножались в бесконечном космосе, как споры растений. Ничто не вечно под луной! – он улыбнулся своим мыслям. – Кроме жизни и любви! Так изначально задумано Создателем! Люди рождаются, живут и умирают, независимо от того, что они делают в своей жизни. Великий царь смертен так же, как и последний бедняк! Разница только в том, что один ел и пил досыта, а другой голодал и мучился! Разве это справедливо? Для чего это нужно было Создателю? А, может быть, у Него был другой замысел, но кто-то его подменил? Если «Да!», то кто?

Старец замолчал, неподвижно уставившись на лунную дорожку, приблизившуюся к его ногам. В ночной тишине было слышно, как выводят свою трель цикады в чахлой соседней рощице.

– Для присмотра за процессом размножения и расселения человечества в космосе были созданы Хранители Галактик. Их сила несоизмерима с нашим представлением о могуществе. Они практически неуязвимы и способны перемещаться в космосе со скоростью мысли. Они везде и нигде. Они способны разрушать планеты и сдвигать их с орбиты. В древнегреческих мифах их изображают богами. Возможно, что по нашим земным меркам так и есть. Когда-то в древности люди даже имели возможность общаться с ними. Они не призраки, а тоже живые, только находятся на совершенно другом биологическом уровне, позволяющем им, как огромным детям в космической песочнице, строить и разрушать уже построенное. Их жизненный цикл почти вечен, так как их сердце подпитывает ядерная реакция. Они практически живут в радиоактивном поле, уровень которого способен убить человека. Вот эти-то Хранители и явились инициаторами разделения людей на имущих и тех, за чей счет они живут. Хранители сказали, что так дано Богом, но это ложь! Ведь мы знаем, что в истории человечества был период, когда не было ни бедных, ни богатых. Своего рода первобытный коммунизм! Когда в племени каждый вносил свою лепту по своим способностям, а получал по потребности! Кто первый нарушил десять заповедей? Кто первый сказал человеку: копи и не делись с ближним? Это были Хранители! Ибо только естественный отбор они считают двигателем прогресса! Значит, должны выживать сильнейшие, а слабые, нежизнеспособные – гибнуть? Но это справедливо для животного мира, а не для людей, где интеллект ценится выше мускульной силы! Вот в противовес Хранителям, как нарушившим первоначальный замысел Создателя и появились мы – Разрушители! Нашим предком был Хранитель, решивший исправить эту ошибку Первосоздателя. Галактические Хранители периодически впадают в летаргический сон. Наш сон длится третью часть суток и в целом – треть нашей жизни. Время их сна сопоставимо с их периодом жизни. Во сне они уязвимы, ибо их тело можно разрушить. Вот для охраны их сна и предназначены Хранители Знания. Только они могут указать места, где в земных недрах спят Галактические Хранители! Но ещё не было случая, чтобы хоть один из них выдал охраняемого им Хранителя. Поэтому мы – Разрушители – охотимся на Хранителей Знания! Уничтожая их, мы делаем беззащитными спящих Галактических, и кто знает – настанет час, когда мы и до них доберёмся. Убив их, мы разрушим созданную ими несправедливость! Возможно, этот мир тоже погибнет! Из хаоса возродятся новые люди. Не зная разделения на бедных и богатых, они будут развивать более совершенную цивилизацию равноправных граждан. Люди должны быть счастливы все! По крайней мере, в материальном плане, а не убивать себе подобных за обладание богатством! – он опять замолчал. Было заметно, что старик устал.

– А как же тогда расценивать тех, кто борется за власть? – спросил Махмуд.

– Это оборотная сторона той же медали! Богатство – это власть! Власть – это богатство! Выбирай! – старик, не мигая, смотрел на Махмуда.

– Я понял тебя! Но почему ты пришёл именно ко мне? Разве мало других достойных людей?

– Я слишком стар! Близится мой последний час! – он тяжело вздохнул. – Уходя из этого мира, я должен передать священное дело в руки того человека, которого сочту достойным владеть этой тайной! Того, кто не свернёт с истинного пути разрушения ложного вероучения! Готов ли ты стать Разрушителем? – старик пристально смотрел в глаза Махмуду.

– Я не готов сразу дать ответ! – с сомнением в голосе произнес мужчина. – Мне нужно быть уверенным, что это не обман! Уж слишком как-то всё невероятно! Даже если я соглашусь стать Разрушителем, то где мне искать этих Хранителей и как с ними бороться?

– После того, как я получу твоё согласие, ты узнаешь всё остальное! Сейчас я покину тебя! Думай! В твоих силах стать новым Пророком справедливого мира! Встречаемся здесь же в следующую полночь! – старик слился с тенью и исчез. Только слегка шевельнулась занавесь на двери комнаты.

– О Господь всемогущий! – удивлённо прошептал Махмуд. Весь день он никуда не выходил. Отменил все встречи.

Молился и взвешивал каждое слово старика, услышанное ночью. Махмуд не был безграмотным забитым фанатиком. Он, как всякий образованный интеллигентный человек понимал, что теория эволюции Дарвина, возможно, и верна, но только не для нашей планеты. «Возможно где-то когда-то так оно и было, но не на Земле. Слишком короткие временные отрезки отпущены человеку для того, чтобы сделать такой стремительный эволюционный скачок в то время, когда все остальные млекопитающие братья застыли на своей эволюционной ветви. Что-то здесь не стыкуется! А если старик прав? Бог создал нас равными! Мы одинаково рождаемся и умираем, не принеся с собой и не унося с собой ничего! Значит, несправедливость совершается на отрезке между рождением и смертью! Если Хранители действительно являются носителями первоначальных законов человеческого общежития, значит, они и есть виновники всех бед, порождённых социальным неравноправием. Уничтожив Хранителей, человечество получит возможность сохранить принципы социальной справедливости общины. Ради этого ему необходимо отрешиться от малозначительной, по меркам истории, борьбы и стать воином планетарного масштаба! В его глазах блеснул огонь! Он уже сделал свой выбор! Отныне он будет бороться всеми силами и средствами против Хранителей!

Восточная ночь, напоённая запахами тёплого Средиземного моря, цветущих персиковых деревьев и розовых кустов возле особняка незаметно сменила жаркий день.

Махмуд сидел на корточках перед креслом, в котором прошлую ночь сидел старец Шахрияр. Возможно, он задремал, потому что не слышал и не видел, как старик появился в кресле. Просто, когда он поднял голову, то увидел Шахрияра.

– Готов ли ты? – спросил старец.

– Да! – твёрдо произнёс Махмуд.

Губы старца тронула едва заметная улыбка. Он не ошибся в выборе приемника.

– Слушай и запоминай! – голос старца эхом отзывался в голове Махмуда. – Хранители Знаний на вид обычные люди, но это не совсем так. Силой девяти Хранителей они производят космическое перерождение сущности обычного, избранного ими человека. Такой человек живёт намного дольше обычного. 250 – 300 лет длится его жизненный цикл. Уходя в мир иной, он старается передать Знание кому-либо из своих потомков, но, если таковых нет, то тому, кого он сам выберет. Хранитель обладает большим могуществом. Он может управлять погодой и людьми. Он способен читать мысли и предвидеть события. Он владеет левитацией и способен к телепортации! Его оружием в физическом смысле является энергия, которую он получает из космоса! Нет на Земле людей могущественнее Хранителей! Им не нужны царства и сокровища! Они выше этого! Для них не существует преград в пространстве и времени! Единственная опасность для них – это мы, Разрушители! Когда-то, в период существования ещё первой цивилизации, один из Хранителей Знаний воспротивился своему предназначению! Он сумел скрыть от остальных свои мысли и дал начало нам, Разрушителям! Через некоторое время Хранители разоблачили его и лишили памяти, но Разрушители уже начали своё дело. Мы не обладаем могуществом Хранителей, но мы владеем тайнами борьбы с ними! На протяжении тысяч лет идёт эта борьба! Каждый раз, когда мы уничтожали очередного Хранителя, не успевшего передать Знание своему преемнику, они опять возникали числом девять! И так повторялось много раз, пока мы не узнали о каналах времени, через которые Хранители других цивилизаций находили и создавали новых Хранителей. Многие годы и столетия ушли на то, чтобы уничтожить, закрыть эти каналы времени, но они ещё существуют. По крайней мере, сегодня известны два! Возможно, они последние! Оба находятся в России! В труднодоступных районах! Придёт время, и ты узнаешь о них! Борьба за них уже началась! Уничтожь их, а потом можешь браться за Хранителей! Пусть из Хаоса возродится новый мир! Прощай! – старик встал и положил обе ладони на голову Махмуда. Из его глаз полился зелёный свет, и под ладонями волосы Махмуда замерцали нежно зелёными искрами. Мужчина рефлекторно попытался вскочить, но нечеловеческая сила удержала его на месте. Мозг превратился в сверхконденсатор, накапливая струящуюся из рук старца энергию. Из расширенных глаз Махмуда постепенно начал струиться зелёный свет, который с каждой секундой становился всё сильнее, в то время как в глазах старца он слабел, пока не погас окончательно.

Когда Махмуд открыл глаза, уже начиналось утро. Шахрияра не было, но на среднем пальце левой руки оказался его перстень с длинным, странным алмазом зеленоватого оттенка. Махмуд уже знал, что этот перстень – мощное оружие, способное не только убивать, но и отыскивать Хранителей. Снять этот перстень он сможет только перед смертью. Теперь у него была большая цель, и он достигнет её любой ценой, ибо теперь любая цена была ничем по сравнению с обновляющим Хаосом.

7

Длинный президентский лимузин в окружении трёх «Гелентвагенов» бесшумно катился по загородному шоссе. В это утро на лесной дороге было мало транспорта, так как жители этого дачного посёлка вставали либо слишком рано, либо слишком поздно, но не так, как обычные граждане, идущие и едущие на работу к восьми часам утра. Пассажиры встречных очень дорогих лимузинов знали машину президента. Многие из них лично были знакомы с Хозяином. Потому не очень удивлялись его поездке в этот район Подмосковья. Хозяин был способен на любой неожиданный шаг. Скорость его перемещений по миру и неутомимость были предметом зависти многих глав государств. Для этого необходимо было обладать железным здоровьем и феноменальной выносливостью.

Едва передняя машина охраны стала сворачивать к высоким воротам глухой ограды, как вышколенная охрана периметра тут же включила механизм открывания. Лишь немного снизив скорость, машины проскользнули в открывшийся проём и ворота опять гулко закрылись для внешнего мира.

В этот же день в северном Зауралье, задолго до рассвета, дежурный по гарнизону осторожно постучал в дверь комнаты генерала Горшкова.

– Товарищ генерал! Вас уже ждут! – сообщил дежурный офицер.

Потянувшись и помотав головой из стороны в сторону, он подумал, что зря согласился на уговоры Олега. «Ну что можно придумать в такой ситуации? Может, всё-таки сообщить в Москву о срыве встречи? С Президентом шутки плохи! Хотя, с другой стороны, Олег никогда не давал невыполнимых обещаний! Всегда держал своё слово! А! – он поднял и резко опустил руку вниз. – Двум смертям не бывать, а одной не миновать!» – и стал быстро намыливать лицо кремом для бритья.

В офицерском зале столовой уже было прибрано. Столы были застелены чистыми простынями, потому что скатертей в войсках не держат. Справа от входа за столом сидели Олег с Яшей и потягивали утренний чаёк. При появлении генерала они встали и, поздоровавшись с ним за руку, продолжили чаепитие.

– Эй, боец! – негромко крикнул Черноморец. – Неси завтрак товарищу генералу!

Заспанный солдатик в белой курточке и мятом колпаке принёс на разносе яичницу с отбивной, стакан горячего чая и тарелку с кусками рафинада и колёсиками масла.

– А вы что, уже поели? – Борис посмотрел на друзей.

– Да мы ещё от вчерашнего не отошли! – чуть запнувшись, ответил Олег.

– Ладно! А я подкреплюсь! – он потёр ладони.

Когда Борис вышел на крыльцо, Олег с Яшей уже сидели в джипе. БРОК едва слышно бормотал турбо дизелем, разогреваясь перед дальней дорогой.

– Не знаю, что вы затеяли, но отдаюсь в ваши руки, как пациент хирургу! – Борис, залез на задний диван.

– Ладно! Бог не выдаст, свинья не съест! Поспи, Боря! – успокоил его Яша.

Выехав за ворота крепости, они углубились в лес. Под монотонное пение дизеля и раскачивание джипа, Горшков уснул.

– Спит? – спросил сидевший за рулём Олег.

– Как убитый! – Яша на всякий случай положил Бориса боком на диван, чтобы он не свалился на пол.

– Ну, что? Полетаем? – спросил Яшу и себя Олег.

– Полетаем! – подтвердил Черноморец.

Джип вдруг перестало трясти. Сверху вниз по стёклам скользнули ветки, и луч мощных фар осветил кроны деревьев. Лес быстро провалился вниз. Потушив огни, машина, как самолёт, по плавной дуге стала разгоняться, разворачиваясь на Запад.

В зеркале заднего обзора уже была видна полоска алого неба на горизонте. Новый день начинал потихоньку догонять их, но очень медленно, да и они не совсем уж спешили. Зачем появляться раньше времени? Отопитель равномерно подавал в салон тёплый воздух. Работы дизеля практически не было слышно из-за рвущегося за толстыми стёклами встречного потока воздуха.

– Внимание! Мы обнаружены системой ПВО! – без особого энтузиазма сообщил БРОК. – Запрашивает опознавательный код «Свой-чужой!». Жду вашего решения!

– Да пошли ты его к едрёной фене! – пробормотал Олег.

– Выполняю!

Оператор радиолокационной станции обнаружения опешил от полученного ответа. Отметка на радаре резко пошла вниз и исчезла. «Котлета! Так вам и надо! Козлы! – подумал оператор. – Наверное, новые русские резвятся!» Но на всякий случай сделал запись в журнале. После его доклада старший смены передал информацию спасателям, но после нескольких часов поисков в указанном квадрате следов падения самолёта найдено не было. «Наверное, опять НЛО! Хотя, почему оно послало их по-русски?..»

Резко снизившись, Олег повёл джип почти над самой землёй. Перед ними расстилалось прямое, как стрела, пустынное предутреннее шоссе. На высоте четырех метров от земли он надеялся уйти из зоны видимости РЛС и не напороться на случайно припаркованную у обочины на ночёвку фуру. Скорость была столь велика, что только электроника БРОКа успевала отслеживать обстановку впереди автомобиля. Вышедший на перекур пожилой лейтенант ДПС был отброшен к стенке поста ГАИ воздушной волной от пронёсшегося мимо него джипа.

– Всё, завязываю пить! – решил гаишник, с трудом вглядываясь в тающие на горизонте огоньки габаритных огней промелькнувшей машины.

Впереди показались огни Москвы. Приподняв машину на несколько десятков метров, Князев повернул на Юго-запад, оставляя огни города по правую руку. Под ними замелькали дороги с ползущими к столице ранними фурами, железные дороги с мчащимися в электричках сонными гражданами. На окраине Москвы Олег окончательно опустил на землю машину и, снизив скорость до пятидесяти километров в час, покатил знакомой дорогой к дачному посёлку. До назначенного времени оставалось два часа. Олег свернул с дороги на небольшую площадку на краю леса и заглушил мотор.

– Где мы? – проснулся Борис.

– А, наш доблестный генерал проснулся! – засмеялся Яша.

– Сейчас немного отдохнём и поедем дальше! – сообщил Олег.

Генерал вылез из машины и, потянувшись, зевнул. Рядом по дороге прошелестел покрышками шестисотый «Мерседес». Борис невольно глянул на его номер и остолбенел. Номер был московский!

– Где мы? – голос Горшкова посуровел. – Что за шутки вы со мной шутите?

– Всё нормально! – успокоил его Князев. – Мы в трёх километрах от пункта назначения! Ехать туда всего пять – десять минут! Чего нервничать?

Борис глянул на часы. Получается, что в пути они пробыли чуть больше трёх часов! Но этого не может быть, тем более – на машине!

– Скажите, что вы меня разыгрываете! – Горшков с укоризной покачал головой.

В этот момент мимо них по дороге проехала «Газель» с хлебом. Борис узнал её. Эта машина постоянно привозит хлеб в дачный магазин. Ему даже не нужно было смотреть на её номер.

– Как это возможно? Чтобы за три часа проделать путь, который под силу только реактивному самолёту? Говорите! – потребовал он.

– Спокойно! Не кипятись! – Яша с досадой оглянулся на Олега. В его глазах читалось: «Тебе это надо было?»

– Боря! Давай обойдёмся без крика! – твёрдо сказал Олег. – Через час у нас встреча с Хозяином! Если он даст «добро», мы тебе всё расскажем! Потерпи! – уже чуть мягче произнёс Олег.

– Ладно! Поехали! До приезда Хозяина нам всем нужно привести себя в надлежащий вид! А то выглядите так, как будто с войны едите!

– Так и не с курорта! – парировал Яша.

До последней минуты Горшков надеялся на то, что это всё-таки розыгрыш. Самый невероятный розыгрыш. Не может быть того, чего быть не может! Но – увы! Джип спокойно подъехал к знакомым воротам. Охранник, узнав Горшкова, махнул рацией, и ворота поползли в сторону. На даче уже шли утренние приготовления к приезду гостей. В комнатах для них уже висела на плечиках свежая военная форма. На кителях были пока пришиты погоны полковника и подполковника соответственно. В свеженьких форменных рубашках, с галстуками, умытые, побритые и подстриженные, они сидели в гостевой комнате в ожидании высокого гостя.

– Хозяин приехал! – уверенно сказал Олег, поднимаясь из кресла.

Все быстро надели кителя и встали вдоль стенки. В коридоре послышались быстрые твёрдые шаги. Когда дверь распахнулась, в комнату вошел небольшой, спортивного телосложения мужчина. Они узнали его! Он несколько мгновений вглядывался в их лица. Улыбнувшись, по очереди крепко пожал руку Князеву и Черноморцу. Задержав в ладони руку Горшкова, спросил:

– Погибшие при нападении на вертолёты есть?

– Нет! Только раненые, да и то не опасно! – Борис удивился той оперативности, с какой президенту поступает информация.

– Прошу садиться, товарищи! – президент расстегнул пуговицу на пиджаке.

– Борис Андреевич! Если не затруднит! Подготовьте с моим помощником всё необходимое к церемонии награждения товарищей офицеров, а мы здесь пока побеседуем! – президент улыбнулся Горшкову, которого тут же как ветром сдуло.

Беседа длилась больше полутора часов. О чём Президент говорил с Князевым и Черноморцем – для всех осталось тайной. Обслуга уже несколько раз меняла горячие блюда. Помощник президента не выпускал из рук объёмистый кейс, нервно постукивая по нему пальцами. Бориса так и подмывало сказать ему: «Не стучи по ядерной кнопке!»

Полированные высокие двойные двери надёжно заглушали то, о чём говорили Президент с Князевым и Черноморцем. Лица их были серьезны. События, о которых они ему сейчас доложили, были настолько невероятными, что другой человек на месте Президента воспринял бы всё, как бред больных людей. Но Президент был профессиональным разведчиком и безошибочно отличал фальшь от правды. Он внимательно выслушал доклад двух офицеров, изредка задавая короткие уточняющие вопросы.

– Хорошо! – президент хитро прищурился. – Из вашего доклада следует, что вас девять! Я могу увидеть остальных?

– В любой момент! – ответил Олег. – Единственная просьба! Желательно, чтобы о нашем существовании знало как можно меньше людей!

– Я вас понял! – он хлопнул легонько ладонью по крышке стола. – Обещаю, что о вас как Хранителях будет знать только тот, кто будет очередным президентом! Предлагаю вашу группу именовать Икс группой! Ещё есть просьбы?

– Да! Мы будем контактировать только с президентом! Исполнять его просьбу будем только в том случае, если она не противоречит нашим убеждениям! Мы вправе отказать президенту в его просьбе без каких либо объяснений!

Человек, облечённый высшей властью в стране, задумался.

– Где гарантии в вашей лояльности к главе государства и его правительству? – он внимательно смотрел Олегу в глаза.

– Господин президент! Наша лояльность гарантирована высшим космическим началом! Наша главная цель – сохранение человечества, и поверьте, что никакие земные блага нам уже не интересны! Нас нечем подкупить, нельзя заставить или напугать! Если мы что-то делаем, то только по доброй воле! Мы помним о Родине, долге и чести! Сейчас вы это поймёте!

Олег мысленно стал вызывать остальных семерых Хранителей. В углах комнаты появились голубоватые блики. В воздухе сначала прорисовались контуры Валеры Железина, за ним Андрея Калинина. Потом послышался голос Ивана.

– Та на хера мэни така служба! Цэльный день як белка в колесе и хоч бы одна зараза спасибо сказала! – гремел голос Ивана Слепченко. Он появился в расстёгнутой на пупе рубашке, с висящим на заколке галстуке и сдвинутой на затылок фуражке. Когда увидел, что перед ним стоят четыре старших офицера и мужик, похожий на Президента, сразу занервничал. Начал быстро приводить форму в порядок, виновато поглядывая на всех большими цыганскими глазами. Рядом с ним появились его четыре подчинённых казака. Сержанты, так же как и Иван, удивлённо таращились на президента, который, надо отдать ему должное, первым преодолел удивление, и смело шагнул к вновь появившимся военным.

– Здравствуйте товарищи! – быстро проговорил президент. Он энергично пожал руку каждому, возможно, для того, чтобы ещё раз убедиться, что это не фокус. Рядом с ним, от человека к человеку, передвигался Олег, представляя каждого по имени и отчеству. Поскольку стульев на всех не хватало, президент остался стоять.

– Вот вы, Иван Алексеевич! – он посмотрел на вконец оробевшего Ивана. – Где вы находились до того, как появились здесь?

– Я? – наморщив лоб, переспросил Иван, на всякий случай оглядываясь на Князева. Заметив его утвердительный кивок, пожал плечами и, набрав грудь воздуха, кашлянул.

– Ну, я оцэ, на базе порядок наводыв, из хлопцямы! – он кивнул головой в сторону подчинённых, которые, уже чуть освоившись, с интересом разглядывали живого президента.

– А как вы здесь оказались?

Иван опять посмотрел на Олега. Дождавшись кивка, заговорил уже смелее, даже улыбнулся.

– Я ж почув, як Олег меня вызывает! Вот и всё! Сконцентрырувавсь, то есть напряг мозгы и мысленно пошел на его голос! Прыйшов, а тут бац, вы! – он сверкнул своей белозубой улыбкой. – Нет, якшо не надо було, то я можу опьять зныкнуты! – пожал плечами прапорщик. Жизнь его научила простой мудрости – подальше от начальства, поближе к кухне!

– Нет уж! Вы погодите! – усмехнувшись, остановил его глава государства. – Мы здесь с вашими товарищами обговаривали наши будущие взаимоотношения. Хотелось бы знать мнение остальных членов группы.

– Разрешите! – обратился Валера Железин. – Суть вашего предложения нам уже известна! Реклама нам ни к чему. Я предлагаю, чтобы на связь с группой только глава государства выходил через нашего старшего, то есть Олега. Тем более что ему и Яше сейчас светит выход на пенсию. Мало ли в какой ситуации мы можем оказаться. Во время построения гарнизона или другой ситуации, когда незамеченным нельзя будет уйти! А Олег сообщит нам мысленно суть проблемы, и мы так же дадим ему ответ!

– Считаю, что замечание правильное! Только утверждение относительно выхода Князева и Черноморца на пенсию считаю несколько преждевременным! – президент посмотрел на парней. – А вы чего отмалчиваетесь?

– Да чего там говорить? Мы ещё молодые, поперед батька лезть! – усмехнулся чернобровый Алексей. От смущения его щёки залил алый румянец.

– Позиция молодёжи ясна! Думаю, что сегодняшняя наша встреча – это знаковое событие! – президент слегка посуровел лицом. – Нам нужно беречь то священное достояние, которое смогли укрыть и сохранить наши предки! Тот факт, что таких каналов времени осталось только два, по крайней мере, о других не известно; и то, что оба канала остались у нас в России, налагает на всех нас особую ответственность за судьбу человечества! Верю, что вы не посрамите чести русских людей! – он стал жать на прощание руки вызванным Хранителям. Затем, один за другим, пожав руку Яше и Олегу, Хранители стали растворяться в воздухе. В комнате опять осталось трое человек.

– Поразительное зрелище! – не сдержал эмоций Президент. – Каким же образом я смогу вызвать вас, если возникнет крайне опасная для государства ситуация?

– Вы просто думайте о том из нас, с кем в данную минуту захотите пообщаться! Для этого нам не нужно будет даже появляться у вас!

– Как я узнаю о том, что вы меня уже слышите? – он смотрел на Олега, как на старшего среди Хранителей.

– Вы сразу мысленно услышите мой ответ на ваш вызов! – Князев кивнул головой. – Это удобно тем, что окружающие не будут даже догадываться о нашем диалоге! Если возникнет действительно опасная ситуация, которую невозможно разрешить обычными средствами, то у вас появится тот или те, кто понадобится!

– Хорошо! Я всё понял! Вы, так сказать, моя группа последней надежды! – улыбнулся Президент. – И дай Бог, чтобы ваша помощь не понадобилась! Надеюсь, что вы ещё продолжите службу! Ну, а теперь, как было обещано, прошу в другую комнату, а то наши товарищи уже, видимо, заждались! – он сделал приглашающий жест.

Когда они вошли в столовую комнату, всё было уже готово. Помощник Президента стоял у стола, на краю которого уже лежали двумя стопками погоны, удостоверения и награды.

– Вы, конечно, понимаете, что сегодняшнее вручение этих наград не в Георгиевском зале Кремля, а в таком узком кругу связано, прежде всего, со спецификой вашей службы! Поэтому разрешите выразить вам благодарность за проявленное мужество, отвагу и смекалку при выполнении боевой и исторической задачи! Хочу пожелать вам здоровья, успехов, предстоящего семейного благополучия! Жаль, что не смогу побывать у вас в гостях! – улыбнувшись, развёл руками.

Яша с Олегом переглянулись.

«Похоже, что он знает о нас больше, чем мы думали! – они перебросились мыслями, – видимо, Борюся насвистел!»

– Поздравляю! – президент пожал руку Олегу и вручил ему генеральские погоны, новое удостоверение и орден «За заслуги перед Отечеством» второй степени.

– Служу России! – четко произнёс Князев.

– Поздравляю! – президент пожал руку Яше и тоже вручил генеральские погоны, новое удостоверение и такой же орден.

– Служу России! – растрогано произнёс Черноморец.

«Ну, Колобок в лампасах? Держись, Одесса!» – прозвучал в его голове весёлый голос Олега.

– Ваши товарищи сегодня также будут награждены и повышены в званиях за мужество и отвагу, проявленную при отражении нападения боевиков на гарнизон Ключ.

Президент, а вслед за ним и остальные присутствующие, подняли фужеры с шампанским.

Пожимая на прощание руку Олегу и Яше, он пристально смотрел в глаза каждому: «Отныне и на будущее эти люди назначены высшим разумом хранить и оберегать колыбель человечества – планету Земля!»

После отъезда президента Борис пригласил друзей на второй этаж. В отдельной комнате их ждал сюрприз. На двух вешалках висели новенькие генеральские мундиры.

– Ваши размеры! Не сомневайтесь! В прошлый раз, когда вас здесь переодевали, все необходимые размеры зафиксировали! Орденские планки соответствуют вашим наградам! – улыбнулся Горшков. – Ну, вы тут пока переоденьтесь, а я сейчас вернусь!

С каким волнением они молча надевали новые мундиры поймёт лишь тот, кто когда-то впервые надевал лейтенантский новенький мундир после долгих лет службы в курсантской форме. Они критически осмотрели себя в зеркале, потом посмотрели друг на друга.

Щёлкнув каблуками новеньких туфель, Олег произнёс:

– Товарищ генерал-майор! Разрешите обратиться! – он с деланым испугом таращился на Яшу.

– Разрешаю, голубчик! – жеманно-дурашливым тоном ответил Черноморец.

– А в морду? – тут же сменил тон Князев.

– Фи! Мон женераль! Что за тон? У нас же ещё ни в одном глазу! – парировал Яша.

В этот момент открылась дверь. Двигаясь спиной, генерал Горшков нёс поднос, на котором стояла запотевшая поллитра кристалловской «Столичной», тарелочка с бутербродами, огурчиками и три гранёных стакана. Поставив поднос на столик, он свинтил синюю головку и набулькал по полстакана водки.

Олег с Яшей молча бросили в стаканы свои ордена. Три генерала стояли с поднятыми гранёными стаканами и молчали. Перед мысленным взором каждого промелькнули минувшие годы службы, опасности, ранения и потери боевых товарищей. Им суждено было выжить. Они молча чокнулись и залпом выпили водку.

Борис разлил по второй, чтобы первая не пропала зря.

– Поздравляю! – они опять чокнулись стаканами и опрокинули в рот водку.

Борис обнял за плечи Олега и Яшу.

– Братцы! Как я рад за вас! Черти вы мои полосатые!

Они стояли втроем, обнявшись, чувствуя, что их связывает в этой жизни больше чувств, чем бывает даже между родными людьми.

У Яши с носа капнула слеза. Устыдившись, он смахнул её кулаком и бодро спросил:

– А кто у нас бежит в магазин?

– Какой магазин? – не понял Борис.

Олег рассмеялся:

– Ну, ты даёшь! Да за добавкой!

– Тьфу ты, чёрт! – Борис махнул рукой. – Я уже совсем отвык от человеческого языка! – он рассмеялся. – Обычно в магазин посылали самого молодого! А кто у нас самый молодой? – он повернулся к Яше.

– Нифига, Борюся! Я старше тебя на три недели!

– Зато я старше по званию!

– Ну вот! Начинается генеральская дедовщина! – рассмеялся Олег. – Ладно, я сам сбегаю!

Когда он спустился на первый этаж, в холле заметил человека в штатском, терпеливо дожидавшегося кого-то. Увидев Олега, он с облегчением вздохнул, видимо, уже настроившись на долгое ожидание.

– Извините, генерал, что отрываю вас от дел, – произнёс он, вставая с кресла, – но мне поручено передать вам вот этот пакет!

– Кто вы? – Олег вопросительно посмотрел на незнакомца.

– Личный курьер президента! – Он спокойно выдержал взгляд Князева. – Ещё вопросы будут?

– Нет! Просто проверяю себя! – сказал Олег, беря из рук курьера тоненький конверт.

– После прочтения необходимо уничтожить! – произнёс курьер и, кивнув на прощание головой, направился к выходу.

Олег распечатал конверт и вытащил оттуда единственный листок бумаги. В сжатой форме ему сообщалось, что он назначается начальником спецотдела нового, пока ещё формируемого Национального Антитеррористического Комитета РФ. Его заместителем назначается Черноморец. Состав и подбор сотрудников отдела поручается Князеву. Полномочия будут предоставлены самые широкие, но существование и работа отдела будут проходить под грифом СС – совершенно секретно!

Олег скомкал листок и конверт. В столовом зале уютно горел камин. Глядя на то, как огонь жадно пожирает брошенные бумажки, Князев думал о том, что жизнь нормального простого пенсионера у тёплого моря с любимой женщиной пошла прахом. «Да! Мы предполагаем, а Господь располагает!» – захватив со стола непочатую бутылку водки, он направился на второй этаж, где его ждали друзья.

– Ну, а теперь, братцы, предлагаю тост за ваш предстоящий отдых! До особого распоряжения! – уточнил Борис. Выпив и закусив, он полез рукой во внутренний карман кителя. С видом фокусника он достал две золотые электронные карточки «Виза». – Валютный кредит не ограничен, но и привлекать внимание неумеренными тратами не рекомендую! – он предостерегающе поднял указательный палец. – Они не именные, а федеральные! Так надёжнее будет! Код доступа под наклейкой! Держите! – Борис роздал карточки.

– Зачем они нам? – удивился Яша.

– Чтобы другим меньше нужно было объяснять наши расходы! – ответил ему Олег.

– Понял! – вздохнул Черноморец и сунул карточку в новенькое удостоверение личности.

– Ладно! Отдыхайте! Все необходимые вам документы будут готовы к вечеру! – Борис пожал им по очереди руки.

– Привет семье! – подмигнул ему Олег.

– Всенепременнейше, батенька! – по-ленински картавя, ответил Борис.

Когда за ним закрылась дверь, друзья сняли кители. Выпитое спиртное слегка давало о себе знать.

– А что, если мы малость придавим на массу? – зевнул Яша. – Предлагаю по сто минут на оба глаза!

– Принимается! – согласился Олег. Он тоже чувствовал некоторую усталость после всех сегодняшних событий. – Кстати! Нужно наших девушек предупредить, что к ночи будем дома! – сказал он, поудобнее поворачиваясь на кожаном диване.

– Ага! – подтвердил Яша, проваливаясь в сон.

8

Белый джип «Лендровер Дэфэндер» с тонированными стёклами, поднимая желтоватую пыль, свернул в одну из улочек Бейрута. Здесь не так были слышны воинственные выкрики сынов Республики Кедров. Изредка были слышны выстрелы из «Калашникова», означавшие высшую степень разъяренности толпы, направляемой опытной режиссёрской рукой в сторону Израиля.

Остановившись у высоких глухих ворот, водитель джипа опустил боковое стекло и, посмотрев на глазок видеомонитора, показал условное количество пальцев. Ворота бесшумно поползли в сторону. Джип тихо скользнул в открывшийся проем и покатился, по серым плиткам полукруглого двора с небольшим фонтаном посередине. Он остановился у центрального входа, от которого в обе стороны поднимались ажурные лестницы на второй этаж. Здесь располагался филиал Исламского Института «Кавказ». Он готовил «специалистов» по ведению партизанской войны на юге России.

Водитель, шустро выскочив из-за руля, оббежал автомобиль сзади и открыл дверь пассажиру, сидевшему на заднем сидении. Человек в европейском костюме и светлой шляпе нехотя вылез на солнцепёк. Его худощавое загорелое лицо с морщинистой кожей, не выражало особого удовольствия от предстоящей встречи. На крупном, породистом носу с горбинкой покоились большие квадратные очки с затемнёнными стёклами. Подошедший слуга учтиво показал ему рукой следовать за ним. Они шли по прохладным полутёмным коридорам, где их шаги приглушенно звучали под невысокими сводами. Двери справа и слева были закрыты. Из-за них не доносилось ни звука. Потом они прошли мимо зала, который, видимо, служил боевикам столовой, и опять углубились в темноту коридоров. Поднявшись на несколько этажей, они вышли в коридор, где стояли вооруженные охранники. Не особо церемонясь, они обыскали гостя, после чего дали знак, что можно следовать дальше. Пройдя ещё две таких же проверки, они, наконец, подошли к высокой двери, перед которой стоял великан. Скрестив на груди могучие руки и широко расставив ноги, он практически загораживал весь дверной проём. Чёрные кустистые брови, сросшиеся на переносице, и крючковатый нос выдавали в нём потомка грузин – знаменитых янычар. Правнук детей Кавказа смотрел на посетителя тёмными глазами, как бы в раздумье – «Прикончить его или пусть ещё поживёт?».

Шустрый проводник кошечкой прильнул к его локтю и быстро зашептал на непонятном американцу языке. Великан слушал его в пол уха, потом сказал:

– Хоп! – и скрылся за занавешивающим дверь ковром. Через минуту он вышел обратно и снисходительно кивнул головой посетителю в сторону двери.

В полутёмной комнате было прохладно. Где-то работал кондиционер. На свежевыбеленных стенах ничего не было. У противоположной стены стоял большой письменный стол, на котором стояла ночная лампа под зелёным абажуром, письменный прибор в виде лежащего льва, телефон и пара маленьких флажков. В высоком деревянном кресле с кожаными вставками сидел молодой мужчина в камуфляжной форме без знаков различий. Его волевое лицо покрывала щетина трёхдневной давности. Небольшие усы делали его отдалённо схожим с Че Геварой. Сзади за креслом на стене было развёрнуто зеленое знамя Ислама.

Некоторое время он молчал, разглядывая посетителя, потом, едва улыбнувшись уголком рта, сделал приглашающий жест садиться. Вице-консул посольства США Боб Флэш осторожно присел на пластиковое кресло возле стола. Кивком головы Махмуд отослал провожатого. В комнате повисла тягостная тишина.

– Уважаемый Махмуд! Я представляю сторону, заинтересованную в том, чтобы помочь справедливой борьбе воинов ислама против нашего общего врага на Кавказе, – начал американец.

– Я знаю, кто вы! – без особой теплоты в голосе произнёс Махмуд. – Я знаю, зачем вы пришли! Поэтому давайте без реверансов и двусмысленностей. Друзьями мы никогда не станем, а деловые взаимоотношения на данном этапе вполне возможны.

– Ну, что же, это несколько упрощает наш разговор, – вздохнул свободнее Боб. – Мистер Смайлз уже проводил предварительные переговоры с вашими людьми, но мы до сих пор не получили никакого ответа.

– То, что вы сидите передо мной, разве не является ответом?

– Вы, конечно, правы! Мы искали встречи с вами.

– Я слушаю!

Немного ослабив узел галстука, Боб Флэш поудобнее устроился в кресле. Если бы можно было курить, то с удовольствием достал бы пачку сигарет из кармана. Но он знал, что здесь этого делать не стоит.

– Уважаемый Махмуд слышал когда-нибудь о таинственных каменных кубах?

– Предположим! – уклончиво ответил араб.

– А то, что эти кубы являются каналами во времени, соединяющими разные эпохи и цивилизации? – Боб, прищурившись, наблюдал за реакцией Махмуда.

– Продолжайте!

– В наши руки попал один из таких камней, но мы не знаем, как он действует.

– И вы решили, что я смогу решить эту задачу? – Махмуд слегка улыбнулся. – Ведь это не телевизор. Кто знает, что вы там увидите?

– По имеющейся у нас достоверной информации, этим каналом иногда пользуются, так называемые Хранители! – при этих словах Боб заметил, как побелели от злости крылья тонкого носа Махмуда и глаза вдруг стали превращаться в сплошное зелёное стекло. Но это длилось лишь какую-то долю секунды, и в следующий момент Махмуд уже полностью овладел собой.

– Чего вы хотите от меня? – угрюмо произнёс Махмуд.

Стараясь как можно деликатнее, Боб развел руки в сторону, давая понять, что он всего лишь промежуточное звено.

– Мы предполагаем, что вы являетесь тем, кто охотится за Хранителями! – он умолк, наблюдая за реакцией Махмуда. Тот молчал. Боб продолжил: – Нам необходимо, чтобы вы отыскали такого Хранителя. Только с его помощью мы сможем разгадать эту тайну! – Заметив на лице араба ухмылку, Боб добавил: – На проведение этой операции вам будут выделены большие деньги! Очень большие! – Похоже, что упоминание о деньгах не произвело на араба никакого впечатления.

– Видимо, там у вас, в Вашингтоне, мозги настолько заплыли жиром, что вы даже не представляете, что что-то в этом мире нельзя купить за деньги.

– Что вы имеете в виду?

– Во сколько вы оцениваете радугу в небе? – Махмуд вопросительно уставился на слегка опешившего янки.

– Я, конечно, догадываюсь о том, что вы имеете в виду, но всё же речь идет о живых людях, которые живут среди нас! Главное – найти их, а дальше уже не ваша забота, как мы справимся с таким человеком!

Махмуд слегка покачал головой из стороны в сторону.

– Вы совершенно не представляете себе предмет нашего разговора, – он на мгновение задумался. – Хорошо, я соглашусь на вашу помощь, но, чтобы вы хоть чуть-чуть понимали сложность предстоящего дела, скажу, что мы будем охотиться на русского бога.

– Не понял? – Боб удивлённо тряхнул головой.

– Именно так! – Махмуд развёл ладони в стороны. – Охота на русского бога! Или богов?

На некоторое время в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь шуршащим за окном кондиционером.

«Конечно! Любопытно глянуть на камень, который служит каналом времени для Хранителей! – думал Махмуд. – Американские деньги мне в любом случае понадобятся, что бы забросить гигантский невод в русские земли. О Господь! Зачем ты дал им столько необъятной земли? Но путь осилит идущий! Придётся идти на сотрудничество с этими жирными свиньями! Им уготована судьба Римской империи!»

Боб тоже немного ёрзал в кресле: «Что имел ввиду этот бандит, с глазами палача, когда говорил, что предстоит охота на русского бога? Если это какой-то русский святой, то как это может храниться в тайне? Если это какой-то всемогущий человек, то тем более он должен был уже себя проявить!»

– Хорошо! Я принимаю ваше предложение о сотрудничестве! – медленно проговорил Махмуд.

«А куда бы ты делся?» – прочитал он в мелькнувшей ехидной ухмылке американца.

– Мы рады, что пришли к взаимопониманию, и надеемся на дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество! – как можно торжественнее проговорил господин Флэш. – Я уполномочен пригласить вас в Соединённые Штаты для окончательного оформления наших взаимоотношений и проведение консультации по добытому нами артефакту!

«Проще сказать – осмотреть украденный вами камень!» – подумал Махмуд.

– Если вас устроит, то завтра утром вертолётом вас перебросят на авианосец, а оттуда, на «Супер Хорнете», долетите в Штаты. Послезавтра вы уже вернётесь обратно, если не пожелаете что-либо изменить в своих планах! Когда дверь за посетителем закрылась, Махмуд хлопнул в ладоши. На пороге беззвучно вырос его личный телохранитель великан Мансур.

– Хасана и Джамала ко мне!

Мансур молча кивнул и исчез за пологом, закрывающим дверь.

Через несколько минут в комнату вошли двое мужчин. Они уже виделись с ним утром, поэтому без приветствий сели в кресла у его стола.

– Я дал согласие на сотрудничество с американцами! – Махмуд слегка приподнял брови, давая понять, что мера эта была вынужденной. Он, как и его братья Разрушители, не питал иллюзий о порядочности этой всеядной нации. – Эти толстые свиньи не понимают, с чем им придётся столкнуться. Думаю, что нам они пока могут пригодиться! А теперь давайте подумаем, с какого конца нам начать разматывать этот клубок? Что ты думаешь об этом, Хасан?

Тощий длинный Хасан, с крючковатым носом и большими черными глазами, задумчиво потирал длинными тонкими пальцами черную щетину на небритом подбородке.

– Думаю, что начать нужно с той информации, которая у нас уже имеется. Мы знаем, что люди, которых мы дали на поддержку американской операции на Урале, уничтожены русскими. Нам известно, что американцы похитили у русских тот камень, который хотят нам теперь продемонстрировать. Наш человек в отряде русских успел нам сообщить имена тех, кто непосредственно командовал операцией со стороны русских. В долине, где находился камень, эти люди провели больше суток. Чем они там занимались никому не известно. Можно лишь предположить, что возможно у них был контакт с Хранителями, а значит, они сами могли стать новыми Хранителями. К сожалению, этот человек, после организации засады и нападения на вертолёты русских, на связь больше не выходил. Можно предположить, что русские его вычислили. Интересен тот факт, что в своем последнем сообщении о гибели группы, осуществлявшей обстрел вертолётов, он сообщил, что группа погибла от руки Князева. Вертолёты опущены на землю без потерь.

– Кто такой Князев? – Махмуд даже подался вперед. Он почувствовал, что это именно тот, кого следует начать искать немедленно.

– У нас такой информации нет Махмуд! Возможно, американцы смогут нам помочь?

– Чьи фамилии у нас ещё есть?

Хасан посмотрел на Джамала. Тот, щёлкнув пальцами, жестом фокусника извлек из рукава тонкий листик бумаги, с расшифровкой последних сообщений Мусатенко.

Махмуд молча всматривался в фамилии русских офицеров. В его мозгу эти фамилии начинали светиться синим светом Хранителей. Ошибки здесь не может быть. Вот они – его заклятые враги! Слава Хаосу! Он теперь знает, кого искать!

Джамал, перебирая в руке четки, начал как бы рассуждать в слух, – Зацепка у нас есть! Мы знаем, что в операции против американцев участвовала группа спецназа ГРУ. Знаем фамилию командира группы. Нам известны места дислокации крупных подразделений ГРУ в России. Кое-где у нас имеются свои люди, а где нет, там новых найдём. Главное время и деньги. Пора использовать нашу агентурную сеть. Я свяжусь с нашими центрами в Нижнем Новгороде и Москве. Пусть начинают искать этого Овчаренко. Найдём одного, потянем и остальных.

– Согласен! – Махмуд уже наметил план действий. – Пока я буду раскручивать американцев и добывать информацию через них, вы оба выезжаете в Россию. Хасан пойдет через канал Баку – Тбилиси. Могут понадобиться настоящие воины для проведения операции на завершающей стадии. Нужно отобрать лучших из лучших! Ты, Джамал, через культурный центр «Сульманджи» в Стамбуле, с группой туристов и «челноков» пароходом плывёшь в Одессу. Оттуда в Киев. Пусть наша украинская сеть тоже начинает работать. Бывшие бойцы из батальона УПА – УНСО, воевавшие в наших отрядах в Чечне против русских, сейчас занимают солидные должности в администрации нового украинского правительства. В подробности нашего дела их особо не нужно вводить. Для них достаточно того, что наши действия направлены против «москалей», а если эту ненависть к русским ещё хорошо сдобрить долларами, то они пойдут на любое преступление.

9

Выйдя из здания штаба бригады спецназа ГРУ, подполковник Овчаренко присел на лавочке и с удовольствием раскурил свою беломорину. Многие удивлялись его приверженности к папиросам «Беломорканал», но он считал, что всякие там сигареты – просто баловство и пижонство. Сегодня у него было праздничное настроение. За выполнение спецзадания его подразделение было отмечено наградами, а он, наконец, получил очередное воинское звание и новое назначение в учебный центр. До пенсии уже было рукой подать, хотя здоровья у него ещё на троих молодых хватило бы. Вчера он, правда, перебрал лишку с друзьями, но не каждый же день звание присваивают.

От въездных ворот на территорию части, шелестя шинами, вкатился знакомый джип Олега Князева. «Вот и Олежек прикатил из командировки! – подумал Овчаренко. – О! Да с ним и Яшка, кажись, рядом отсвечивает! Почему-то одеты по гражданке? Вот с кем я сегодня выпью!» – он потер ладонь о ладонь, поднимаясь со скамьи навстречу подъезжающим друзьям.

– Олежек! Яшка! – заорал он радостно, раскрыв объятия своим старым друзьям.

– Димон! Да ты, никак, озвездился? – восхищённо всплеснул руками Черноморец.

– А ты думал?! – Овчаренко дурашливо подбоченился. – Кстати, сегодня вечером сбор у меня дома! И не дай Бог кто-то мне сейчас скажет «нет»!

– Ну, если Дима требует! – Олег развел руками, глядя на Яшу. – Какой разговор! Ты вспомни, как он нас в курсантские годы дрючил! Бр-р! Аж мороз по коже пробирает! А тут целый подполковник! Жуть!

– Прикалываетесь? – Овчаренко подозрительно глянул на друзей.

Почувствовав некоторую неловкость, Яша с Олегом обняли его.

– Глюпый ты, Митька! Мы ж тебя любим, как брата родного! Конечно, мы будем у тебя!

– Ладно! Прощаю! – ворчливо произнес Дима, при этом успев молниеносно нанести кулаком и локтем два легких удара друзьям в живот. Согнувшись, они стали так натурально изображать падающих, так что Овчаренко, спохватившись, попытался их подхватить под руки. Но они рассмеялись, увидев его испуганное лицо.

– Тьфу ты! – в сердцах сплюнул Дима. – Ну, ей-богу, как дети малые! Ладно, я побёг до дому! Ирка целый список харчей накупить дала, так шо марш-бросок у меня на рынок и в магазин! Вечером, к семнадцати ноль-ноль жду!

– Так точно! – друзья вытянулись по стойке смирно.

Дежурный по штабу сразу узнал Князева. Как-никак, он слыл легендарной личностью среди спецназа.

– С возвращением вас, товарищ полковник! – он не по-уставному приветствовал Князева.

– Командир у себя? – поинтересовался Олег.

– Так точно! У него сейчас совещание с командирами батальонов. Доложить?

– Не нужно! Позже сам зайду! – Олег махнул рукой, и они вместе с Яшей направились в строевую часть. Как бы там ни было, а за командировку отчитаться нужно! Порядок есть порядок!

Когда они зашли в кабинет комбрига, им навстречу из-за стола поднялся моложавый, мощного телосложения генерал-майор Гусаров. Он с замаха протянул руку лопатой Олегу.

– Здорово, бродяга! – Его пушистые усы приподнялись, приоткрыв ряд крепких белых зубов. Курчавый чуб придавал его внешности какой-то бравый казачий вид. Пожав Яше руку, он предложил им присесть.

По его лицу было видно, что он искренне рад возвращению Олега, с которым ему пришлось повоевать бок о бок ещё в первую чеченскую войну. Яшу он практически не знал. Та небольшая информация, полученная от начальника ГРУ накануне отправки их в командировку, ему мало что говорила об этом человеке. Но, зная Олега и видя его неподдельное уважение к этому человеку, мог предположить, что Черноморец того стоит.

– О командировке расспрашивать не буду. Знаю, что эта информация не моего уровня! Главное, что вернулись живые и здоровые, а это в нашей профессии уже немало!

Он открыл сейф и достал папку с бумагами. Достал лист с шифрограммой и ещё раз перечитал его.

– Получил вчера вечером! – задумчиво произнёс Гусаров. – Распоряжение о переводе генерал майора Князева и генерал майора Черноморца в распоряжение директора ФСБ.

Он вопросительно уставился на них. – Я чего-то не врубаюсь! Вам что, генералов присвоили? Или это розыгрыш?

Олег с Яшей, как две красны девицы, скромно потупили очи.

– Чего молчите? Отвечайте, когда вас генерал спрашивает! – повысил он голос.

– Да чё ты орёшь? Подумаешь – генерал! – Олег решил не остаться в долгу. – Давай сюда! – протянул он руку к Яше. Тот без слов молча сунул руку во внутренний карман пиджака и достал удостоверение. Взяв оба удостоверения, Олег протянул их Гусарову.

Несколько минут в кабинете стояла тишина, пока комбриг рассматривал два новеньких генеральских удостоверения. Потом он молча встал, подошел к полированной стенке и достал оттуда бутылку армянского коньяка. Поставив на стол три пузатых стакана и тарелку с лимоном, молча налил.

– Мужики! От всего сердца! Поздравляю!

Они звякнули стаканами и дружно выпили.

– Вася! Только об этом, – Олег кивнул на удостоверения, – пока никому! Сегодня пятница, два дня отдохнём, упакуемся в дорогу, а в понедельник всё оформим. Лады?

– Как скажешь, Олег! – Гусаров пожал им по очереди руку. – Мужики! Только без обиды! Вечером приглашаю к себе домой! Посидим по-людски! Отметим!

– Извини! Сегодня не сможем! Пообещали Диме Овчаренко вечером быть в гостях!

– Ну, тогда завтра! Вечером! – Василий чувствовал некоторую неловкость.

– Договорились!

Выйдя через КПП гарнизона, подполковник Овчаренко задержался у светофора. Мимо него не спеша, проезжали машины, идущие с грузами в сторону Питера. Дождавшись зелёного света, перешел на другую сторону дороги и свернул к маленькому импровизированному рынку, расположившемуся вдоль обочины тенистой аллеи. Сегодня жена заказала ему купить побольше свежей зелени, овощей и хорошего мяса. Как-никак, соберутся Димины друзья, которых она знала ещё курсантами. Особенно она обрадовалась, когда муж сообщил по телефону, что вместе с Олегом будет её любимчик и балагур Яшка Черноморец. – «Ах, Ирка, Ирка! – тепло подумал о жене Овчаренко. – А ведь Яшка чуть не увел её у меня из-под носа». Когда-то Черноморец всерьёз положил глаз на чернявую смугленькую девочку-симпатюльку. Она всегда раскатисто смеялась, сверкая крупными белоснежными зубами, когда Яшка дурашливо начинал объясняться ей в любви в присутствии друзей. Она знала, что многие курсанты неровно дышат при виде её крепкого, великолепно сложенного тела, но дальше дурашливых Яшкиных обниманий никому не позволяла к себе прикасаться. Даже странно, когда она попала под влияние строгого Димки Овчаренко. Не отличаясь статью и остроумием, он поражал Ирину основательностью и надёжностью, как автомат Калашникова. Возможно, эти его качества и решили её выбор. Конечно, в жизни всякое бывало. Он одно время сорвался и запил, когда его группу отправили в командировку без него и все погибли. После, когда Ирка, оббив пороги всех высоких инстанций, смогла вернуть его в строй, у него возникли подозрения, что она за его спасение заплатила своим телом. «Добрые» люди шепнули. Убить её хотел. Потом она сорвалась и начала пить, да так, что и мужикам не снилось. Матерщинницей стала такой, что при виде её воендамы хватали своих детей и перебегали на другую сторону улицы. Спасибо её дальней родственнице из-под Киева. Старушка оказалась двоюродной сестрой её деда. Тёща вспомнила, что у них была в роду сильная знахарка. Дима выпросил отпуск и увез жену на Украину. Две недели жена жила у бабуси. Что та с ней делала, он не знает, а только когда приехал за ней в село, то жену едва узнал. Помолодела, похорошела. Стала какая-то светлая и душистая от бабкиных трав. Старушка сразу их не отпустила. Дала вечером обоим какой-то отвар попить, чтобы сглаз не вернулся, и на сеновал спать отправила. Чего там в том отваре было, он не знает, но такой бурной ночи у него с женой в жизни не было. Через девять месяцев у них родились две девочки Светик и Анютка. В их доме поселился уют и тепло. Служба тоже пошла на лад. Всё одно к одному. От добра добра не ищут! Потому и дышится ему сегодня легко и вольно. Ведь дома его всегда ждут три самых дорогих и любимых ему существа!

– Эй! Товарищ подполковник! О чём мечтаешь? – окликнул его женский голос.

– А! Лэйла, здравствуй! – он узнал торговку зеленью. Она появилась на их рынке лет пять назад, когда по стране разбредались беженцы из «горячих точек» нашей необъятной родины. Каждое утро двое парней кавказской национальности привозили её на потрёпанном УАЗике и, шустро выгрузив лотки с зеленью, куда-то до вечера исчезали. Командование не усматривало какой либо опасности со стороны торговки, а польза от возможности купить свежую зелень круглый год была явной. Так и прижилась Лэйла возле гарнизона.

– Да вот жена на рынок послала за мясом и зеленью! Думаю, что лучше купить?

– Красавица у тебя жена! Умница! Таких дочек тебе родила! Скоро женихи начнут в окна стучать! – её сухое узкое лицо собралось морщинками улыбки. – А зелень у меня покупай! Лучше и дешевле всё равно не найдёшь! Выбирай!

Дима прикинул, что тут она действительно права. Особого выбора не было. Внимательно осматривая каждый огурец и помидор, он не спеша стал складывать отдельную кучку.

– Смотрю, много берёшь! Праздник какой у тебя? – потом, спохватившись, ещё раз глянула на погоны. – Погоди, ты же майором был? Ну, поздравляю! Пусть эти звёзды для тебя счастливыми будут! Я тебе сегодня хорошую скидку сделаю! Наверно, много друзей за стол будешь сажать?

Выбирая овощи, Дима улыбался и поддакивал торговке.

– Да, друзей у меня сегодня много будет. Как раз из командировки вернулись, как подгадали! Так что у меня теперь две радости будет! – он стал класть отобранные овощи на весы.

После того, как Овчаренко ушел с рынка с двумя увесистыми пакетами, улыбавшаяся ему Лэйла достала из-под пятнистого бушлата трубку сотового телефона.

– Ало! Гюли, доченька! Ты не могла бы сейчас прийти ко мне на рынок? Жду!

Минут через десять к рынку шла симпатичная тоненькая девушка в джинсах, белых сапожках и замшевой курточке с меховой оторочкой. Она игриво помахивала кожаной сумочкой, улыбаясь встречным бойцам. У тех естественно рот от уха до уха. Молодость!

– Да, тётя Лэйла? Что ты хотела? – спросила девушка.

– Послушай, Гюли! – Лэйла воровато оглянулась по сторонам. – Твой Сергуня сегодня, кажется, при штабе дежурит?

– Да, а что? – пожала плечиками Гюли.

– Видишь ли! Моя выручка зависит от количества проданной зелени! А когда её много покупают?

– Когда? – переспросила девушка, не понимая к чему клонит её тётка.

– А тогда, когда много празднуют! Когда много людей собираются за столом! Вот сейчас, сегодня, есть какой-нибудь праздник? – она вопросительно уставилась на племянницу.

– Нет сегодня никакого праздника, – неуверенно произнесла Гюли.

– А когда какое-нибудь подразделение возвращается из командировки? Дома у них празднуют приезд или нет?

– Конечно, празднуют!

– Значит! – Лэйла кивала головой акцентируя каждое слово, – если кто-то вернулся из командировки, то у меня будет больше клиентов, и мне нужно больше заказывать товара! Поняла?

– Поняла! Ты хочешь, что бы я узнала у Сергуни, кто вернулся из командировки?

– Ты же у меня умничка! Всё правильно поняла! – тётка вздохнула с облегчением.

– А это не будет разглашением военной тайны?

– Какой тайны? Дурочка! В этой стране все тайны уже давным-давно продали! Скажешь Сергуне, что офицеры задолжали тётке денег за товар, а сами вроде как в командировке. Может, они сегодня вернулись? А то тётку с деньгами прижимают поставщики. Поняла?

– Что-то ты хитришь! – Гюли подозрительно посмотрела на тётку.

– Зачем мне хитрить? Так и было! Не сомневайся! Давай иди, поговори с Сергуней, а потом мне перескажешь! Хорошо? Ну, беги!

К вечеру Лэйла уже знала, что кроме двух старших офицеров Черноморца и Князева из командировки сегодня никто не возвращался. Олега Князева она знала, как приветливого и культурного офицера. Бабы на рынке судачили о нём, что такой завидный жених пропадает. О Черноморце ей ничего не было известно, так как он мелькнул в гарнизоне накануне отъезда и больше его не видели. Местные кумушки разное гадали, но толком ничего не знали. Ей не терпелось сообщить толстому Вахиду, что его просьба выполнена, но она помнила, что звонить по телефону нельзя. Контрразведка у русских ещё с царских времён считалась лучшей в мире. Завтра он должен сам привезти ей товар. Ничего подозрительного в этом нет. Тут она ему всё и сообщит. Вахид щедрый хозяин!

10

На бескрайнем оптово-вещевом рынке Пятигорска, как всегда, царил гул тысяч человеческих голосов. Один из крупнейших рынков юга России манил к себе оптовиков со всех соседних регионов. Здесь кормили и поили, одевали и обували, раздевали и кидали. Сотни палаток, смыкаясь своими навесами от дождя, а большую часть года от палящего солнца, создавали бесконечные лабиринты, в которых неопытный человек мог запросто заблудиться. Невообразимое количество товара поражало приезжих граждан. Отдыхающие из десятков санаториев Кавказских Минеральных Вод ежедневно бродили вдоль лотков, накупая себе и родственникам одежду и обувь по удивительно низким ценам. Здесь же крутились сотни вездесущих граждан кавказской национальности, которые, казалось, рождались лишь для того, чтобы всю жизнь прожить и умереть на рынке. Если бы вдруг, завтра, исчезли все рынки, они бы погибли как рыбы без воды.

Стражи порядка с сонными, но всё видящими глазками, лениво прохаживались между рядами, здороваясь за руку с этими детьми гор, после чего руку совали в карман и медленно двигались дальше. Всё вроде бы тихо и мирно, что ещё нужно от милиции?

Хасан смотрел вслед удалявшимся ментам с брезгливой ухмылкой. «Шакалы! Хотя кто сейчас не шакалит в этой разворованной и полуголодной стране? Вот и отнимают последний кусок хлеба друг у друга, глядя по телевизору на райскую жизнь тех, кто сумел отнять хлеб у миллионов своих сограждан! Эти русские презирают друг друга, воры, пьяницы и богохульники! О Господь! Помоги нам разрушить это царство неверных!»

– Уважаемый! – кто-то тронул его за рукав. Он повернул голову и увидел толстого хозяина палатки, который, полусогнувшись и прижимая одну руку к груди, другой приглашал следовать за ним.

– Ваши люди уже собрались! – он отогнул край полога, ведущего в полутёмный шатёр.

На кипах нераспечатанного товара, развалившись, как на диванах, сидели полтора десятка крепких, чернобородых мужчин. При виде Хасана они уважительно встали. Он, медленно переводя взгляд с одного лица на другое, мысленно проверил каждого. «Нет, вроде бы всё в порядке!» – Хасан отобрал на базе подготовки боевиков в Грузии лучших бойцов. Сам их проверил. Каждому в душу заглянул. Взял только тех, кто готов был убивать русских из жажды мести, а не из-за денег. Много людей он проверил. Тем, кто ему не подходил, он тут же стирал воспоминание об их встрече. Но отобранные, после беседы с ним, готовы были идти на смерть по первому его повелению. Это были опытные, храбрые и безжалостные воины.

Свою группу он повел через Аргунское ущелье. Хасан решил показать своим воинам силу данного ему дара Разрушителя. Это пресловутое ущелье, в котором оборвались жизни сотен воевавших людей, был напичкан «федералами», которые в укреплённых блок постах перекрывали все основные пути движения по тропам. Хасан вел своих людей днём, не скрываясь. Боевики периодически останавливались, когда впереди показывался очередной блокпост. Хасан рукой подавал знак к остановке, отдавал своё оружие и выходил из-за укрытия один. Воины из его группы, могли поклясться, что видели, как из его глаз появлялось зелёное свечение. Через мгновение, Хасан давал рукой команду на продолжение движения. На всех постах «федералы» стояли парализованные в тех позах, в которых их застиг зелёный свет из глаз Хасана. Время для них остановилось, как в стоп кадре. Среди застывших солдат контрактников, или как ещё их называли «контрабасами» боевики видели кое-где своих самых лютых врагов – карабахских армян, которые как опытные овчарки выискивали в горах прятавшиеся группы боевиков, после чего в дело вступали «федералы» с артиллерией и авиацией. Заметив, что некоторые стали хвататься за ножи, Хасан запретил своим людям прикасаться к парализованным. В гневе его глаза начинали светиться зелёным светом. Потрясённые увиденным, боевики таращились на него, как на бога. Оглядываясь на Хасана, они оступались и падали, но тут же испуганно вскакивали и шли туда, куда он им указал. После того, как группа благополучно углубилась в спасительный лес, на всех постах люди одновременно продолжили свои движения, не заметив этой остановки времени. Лишь некоторые, услышав позывные «Маяка», удивились, что часы у них опаздывают на полчаса. Впрочем, один из офицеров, не молодой уже капитан, обратил на это внимание. Связавшись с двумя соседними постами, он, между прочим, спросил у них, который час? С обоих постов ему сообщили время. У них часы тоже шли с получасовым опозданием. Об этом непонятном факте, он сообщил в штаб представителю контрразведки. Оттуда информация ушла в Центр.

В это время группа боевиков разделилась на мелкие группки. С собой, кроме надёжных документов и денег, ничего они не брали. Место сбора было назначено в Пятигорске через двое суток. Сейчас уже вся группа была в сборе.

– Иса! – Хасан кивнул головой хозяину лавки. – Людей разместить на отдых, переодеть и накормить! – он повернул голову к своим воинам. – Все будете ждать моей команды!

Хасан планировал отправить группу на автомобилях с разным ширпотребом под видом торгашей на Север. Он должен найти камень и выманить туда Хранителей.

11

Сегодня Ирина Овчаренко с самого утра вертелась по дому, как угорелая. Радость оттого, что мужу, наконец, присвоили звание подполковника, переполняла её душу. В семьях офицеров жёны ждут очередное воинское звание с большим нетерпением, чем их мужья. Каждая воендама знает: чем выше звание у мужа, тем обеспеченнее жизнь у его семьи. Жизнь на чемоданах не всякая баба вынесет. Особенно, когда она молодая и красивая, а вокруг тайга или тундра. Потому и радуется сегодня Ирина.

Услышав звонок на входной двери, она безошибочно определила, что вернулся муж. Первыми к двери успели две смугленькие девчушки-близняшки. Они уже с утра наряжались к возвращению папы. Кроме того, сегодня придут гости и они хотят всех поразить новыми платьицами, которые им сшила мама. У Светочки голубое платьице, а у Анютки розовое. Под цвет платьев мама им сделала каждой по пышному банту.

– Папа, папа! – закричали малышки, вешаясь отцу на шею.

– Ой! Что это за две принцессы? – нагнувшись с пакетами в руках, смеялся Дима. – Ой, уроните папу!

Ирина, вытирая руки полотенцем, улыбаясь, наблюдала за этой весёлой возней в прихожей.

– Ну, хватит мучить папу, лучше помогите занести пакеты на кухню! – она мимоходом поцеловала мужа.

– Ириша! – Овчаренко весело посмотрел на жену. – Угадай, кто к нам придёт сегодня вечером?

– Комбриг?

– Холодно!

– Олег вернулся?

– Почти горячо!

– Неужели с Яшкой?

– Точно! Умница ты моя! – он обнял жену.

В хлопотах время пролетело незаметно и, когда в дверь позвонили, Ирина вспомнила, что ещё не успела привести себя в порядок.

– Димуля! Займи пока гостей разговором, а я выйду через несколько минут! – она прикрыла дверь спальни, быстро сбрасывая домашний халат.

– Кто к нам пришёл? – радостно произнёс Овчаренко, заговорщицки глядя на дочек.

Девчушки, приоткрыв ротики, удивлённо таращились на папу и от нетерпения подпрыгивали на месте.

– А вот мы сейчас посмотрим! – он повернул защёлку замка и приоткрыл дверь.

На пороге, загородившись огромным букетом алых роз, улыбался Черноморец. Из-за его плеча выглядывал Олег.

– Мы туда попали или не туда? – спросил, дурачась, Черноморец.

Подняв вверху огромные глаза, на него смотрели две очаровательные девочки.

– Боже ж мой! Это шё за маленькие феи? – Яша присел на корточки. – И как же нас зовут?

– Меня Аня!

– А меня Света! – с серьёзным видом, по очереди сказали девочки.

– А я – дядя Яша! Я маг и волшебник! – таинственным голосом произнёс Черноморец.

Овчаренко рассмеялся, услышав эти слова, но краем глаза заметил, что Олег воспринял это заявление Яши совершенно серьёзно.

– Заходите в хату, а потом будете балакать! – Дима по очереди пожал руку и обнял своих друзей.

– Дядя Яша! А вы всё можете? – теребили его девчушки.

– Конечно! А чего бы вы хотели?

– Я сотовый телефон! – сказала Аня.

– А я хочу ноутбук! – сказала Света.

– Да цыть вы, курицы глупые! – замахал на них руками Овчаренко. – Совсем сдурели! Вы хоть представляете, сколько это стоит?

– Димон! Не порть картину народного ликования! – Олег мягко отвёл Диму в сторону. – Поверь, что нам, двум холостякам, это только в радость, а не в тягость!

– Да ну вас! Как будто я калека? – кипятился Овчаренко.

– Нет, ты наш лучший друг! А потому не спеши, чудеса только начинаются! – уговаривал его Олег голосом доброй феи.

– Атасьён! – выкрикнул Яша и с видом мага и чародея поднёс руки к платяному шкафу стоящему в прихожей. – Абра, кадабра, телефон и ноутбук появись!

В щелях, между створок шкафа, внутри вспыхнуло на мгновение голубое сияние.

– Прошу! – он сделал руками приглашающий жест девочкам подойти к шкафу.

Те не смело, посмеиваясь, подошли к шкафу и осторожно приоткрыли дверку. Несколько мгновений они восхищённо смотрели внутрь, а потом радостно вскрикнув схватили с полки сотовый телефон и ноутбук в нераспечатанных коробках.

– Ну, вы даёте! – почесал затылок Овчаренко. – Я даже не заметил, когда вы успели подложить туда подарки.

– Папа, папа! – закричали девочки. – Смотри! Дядя Яша настоящий волшебник! Ура! – они радостно прижали к груди подарки и побежали к себе в комнату. На шум выглянула из спальни Ирина. Она уже успела надеть вечернее платье, подкраситься и уложить прическу. Дима всегда поражался умению жены преображаться из домохозяйки в королеву. На высоких каблуках, которые она в последнее время почти не надевала, она выглядела выше и стройнее.

– Яшенька! Олежка! Где же вы пропадали? – она поцеловала их по очереди, блестя повлажневшими глазами.

– Так! С кем это моя жена целуется? – грозно прозвучал из-за её плеча голос Димы. – А! С этими оболтусами? Можно! – великодушно произнёс он, обнимая друзей.

– Вы не представляете, как я вам рада! – она прижалась головой к Яшиному плечу.

– Иришка! Мы с Олегом решили сделать тебе маленький подарок!

– Ой, как интересно! – Ирина смотрела на них по-детски восхищенным взглядом.

– Так! А вас, товарищ, мы попросим отвернуться! – тоном конферансье произнёс Яша.

– А теперь, подумай и скажи, чего тебе сейчас хочется, лично для себя? – Яша прищурившись смотрел ей в глаза. – Говори любое желание, какое только тебе придёт на ум! Пусть самое невероятное!

– Ой! Ну, ты тоже скажешь! – она покачала головой. – Хочу быть молодой и здоровой, но это уже никому не под силу изменить.

– Минуточку! Как говорят у нас в Одессе – «Да боже ж мой! Девушка, не сопротивляйтесь природе!» – Яша развёл ладони в сторону. – Пожалуйста, прикрой глаза на минуточку!

Ирина, смеясь, прикрыла глаза, ожидая шуточного сюрприза. Сквозь веки ей показалось, что сквозь её тело прошла волна света. Исчезла привычная боль в локтях. Тело стало лёгким. Пропало покалывание в пятках, из-за чего она уже давно стала избегать туфель на высоких каблуках, делая редкое исключение в особо торжественных случаях.

– Открой глаза! – услышала она голос Яши.

Она открыла глаза и увидела Олега с Яшей. В руках у них ничего не было. Ира удивлённо посмотрела на них, не понимая, в чём прикол. Правда, они теперь как-то по другому смотрели на неё, с каким-то восторгом. Дима, повернувшись и посмотрев на неё, вдруг вытаращил глаза и даже сделал шаг назад, не поверив увиденному.

– Что? Что такое? – Ирина занервничала, не понимая, что происходит. Муж ошеломлённо шевеля губами без звука, показывал ей пальцем на большое зеркало, висевшее в прихожей. Она сделала шаг к зеркалу и замерла, пораженная, не веря своим глазам. Из зеркала на неё глядела тридцатилетняя Ирка Малиновская, в мешковато висящем платье и явно великоватых туфлях. Она медленно, сверху вниз, трогала себя руками, не веря в то, что это не сон.

– Ты чего сделал? – Дима вдруг развернулся к Яше. – Как она теперь на люди покажется? И что это вообще за фокусы такие? Где моя жена?

– Я сделал то, чего ей хотелось больше всего! – потупившись, сказал Яша.

– Да? А если она захочет, чтобы у меня хрен на лбу вырос, ты тоже это сделаешь? – кипятился Овчаренко.

– Пожалуйста! Семь секунд! – с готовностью произнёс Черноморец.

– Но-но! – Дима испуганно отпрянул назад. – Тоже мне, фокусник Жозеф Буатье! Может ты, Олег, объяснишь, что происходит?

Олег переглянулся с Яшей. Тот согласно кивнул головой.

– Дима и Ира! То, что мы вам сейчас скажем, является тайной, а потому через пять минут вы всё забудете. Иришкино омоложение объясните любопытным как косметическую операцию по липоксации и лифтингу. Сейчас это модно и вам поверят. Главное, чтобы она была красивой и здоровой. Или ты против? – Он посмотрел на насупившегося Овчаренко.

– Нет конечно! Кто же не захочет своей жене молодости и здоровья? Просто это так неожиданно! – он осторожно сзади обнял жену, задумчиво разглядывающую себя в зеркале. – А чё? Мне нравиться! – прошептал он ей на ушко, ощущая под руками её упругое, молодое тело.

– Темните вы что-то, мальчики! – Ирина смотрела на Яшу и Олега через зеркальное отражение.

– Ну, вам врать нам смысла нет! Просто во время последнего задания, когда ты, Димон, погнал америкосов к Северу, мы попали в другой, в полном смысле этого слова, мир.

Называй его как хочешь – доисторический или параллельный, но там нас встретили и объяснили, что мы избраны для сохранения жизни на нашей планете. Потому нас наделили способностями, по сравнению с которыми омоложение и материализация предметов – просто детский лепет. Для нас теперь жизнь среди обычных людей просто форма маскировки.

– И от кого, если вы сами теперь как боги? – недоверчиво ухмыльнулся Дима.

– От Разрушителей! – задумчиво произнёс Яша.

– Это ещё кто такие? – удивился Овчаренко.

– Это, Димуля, почти такие же, как и мы, ребята. Только задача у них прямо противоположная!

– Не понял!

– Видишь ли, они верят, что человечество, созданное Сверхразумом, несовершенно. Уничтожив эту форму жизни, прекратив циклы возобновления новой цивилизации, они рассчитывают создать хаос в системе. В результате вместо человека возникнет новая, более совершенная, форма жизни. Поскольку, такие, как мы с Яшей, являемся гарантами продолжения жизни человечества на этой планете, то их главная задача – уничтожение нас и нам подобных людей. Понял?

– Кажется, понял, но не поверил! – Дима смотрел на них, как на обкурившихся подростков.

– Слишком всё это невероятно! – Ирина зябко повела плечами.

– Самое печальное это то, что ни они, ни их замыслы нам пока не известны.

– То есть, они вам неподвластны? – Дима посмотрел на Олега.

– Я тебе уже сказал, что они почти такие же, как мы, то есть необычные люди. Они не могут делать много из того, что дано Создателем нам, но по сравнению с обычными людьми они обладают сверхспособностями. Разрушители довольно могущественны.

– Предлагаю на этом закончить наш разговор, – вмешался Яша. – Скоро придут ваши гости. Мы их на некоторое время задержали. Так что забудьте всё, что мы вам сказали. Будьте здоровы и счастливы! Вашей семье ничто не угрожает! Дима дослужится до полковника, и через два года вы уедете жить под Киев. Ваши девочки закончат мединститут, выйдут замуж и нарожают вам двух внуков и одну внучку. Всё у вас будет хорошо! А теперь прощайте!

Олег и Яша по очереди обняли Ирину и Диму. На глазах удивлённых супругов, они стали таять в воздухе и через мгновение исчезли совсем. Дима недоверчиво провёл рукой в воздухе, где только что стояли Князев с Черноморцем и ошарашено оглянулся на Ирину. Та безмолвно смотрела на него огромными от испуга глазами. Через некоторое время с их глаз как бы спала пелена. Они увидели, что стоят в прихожей, но зачем не могли вспомнить. В дверь кто-то звонил.

– Ну, чего ты стоишь? – Ирина подтолкнула мужа в плечо. – Открывай, гости пришли!

12

Сквозь приоткрытое окно джипа в салон врывался прохладный осенний воздух. В салоне было тепло от нагнетаемого горячего воздуха и, смешиваясь с уличным, он создавал иллюзию теплой солнечной погоды.

Откинувшись на спинку глубокого кожаного кресла Олег, казалось, дремал. Яша, сидя за рулём, о чем-то спорил с БРОКом вполголоса. Это было его излюбленное занятие – доставать компьютер хитрыми вопросами, а затем подначивать его, пытаясь запутать в логических построениях.

Друзья решили немного прокатиться, как все обычные люди, едущие по дорогам с Севера на Юг, к тёплому, ласковому морю. Впереди их ждали любимые женщины и предстоящие свадьбы. Как всяким нормальным мужикам, им хотелось немного оттянуть это радостное для женщин торжество. Даже цвета свадебных одежд жениха и невесты говорят об их отношении к данному мероприятию. Мужчина бракосочетание скорее воспринимает как необходимую и тягостную процедуру. Для женщины это – день её триумфа, праздник высшего разряда. Вот и ехали друзья обычным людским способом, чтобы ещё немного побыть холостяками напоследок.

Вчера они окончательно распрощались с прежним местом службы, с бывшими сослуживцами. Документы установленным порядком ушли в Москву, а им, как вернувшимся из командировки, был предоставлен отпуск на родину. По большому счёту все эти формальности им были до лампочки, но заложенная в них с молодости внутренняя самодисциплина и понятие об офицерской чести подсказывали, что порядок, не ими установленный, лучше не нарушать. Кроме того, они помнили, что не должны выделяться среди обычных людей и не привлекать к себе внимание. Своими способностями они должны были пользоваться только в исключительных случаях, и только для пользы человека.

Олег расслышал, как БРОК пожаловался Черноморцу на плохую дорогу. «Действительно, яма на яме! Наше российское раздолбайство! Хуже, чем псковские платные дороги, только таежное бездорожье. А что делать? Воруют!» – подумал Олег.

Расплатившись с миловидной девушкой на посту взимания платы за проезд по псковскому участку дороги, Яша проехал под автоматическим шлагбаумом и наступил на педаль газа. Вскоре тряска превратилась в ралли-рейд по сплошным ямам. Только километров через пять появился более-менее целый асфальт. Начался смоленский – бесплатный участок трассы. Асфальт хорошего качества. Топи и топи себе на здоровье. Даже настроение улучшилось. Старые дальнобойщики границы областей, как говориться, задницей узнают. Дороги без всяких комментариев говорят проезжему человеку об областной администрации – где вор у власти, а где добрый хозяин. У поворота на Демидов, возле танка-памятника, купили душистых яблок у весёлых говорливых тёток. Хрумкая сочными сладкими яблоками, удивлялись оптимизму женщин, вынужденных из-за нищенских заработков мужей почти круглый год торчать у дороги.

Время летело незаметно. Вскоре дорога уперлась в Минское шоссе, по которому с воем пролетали многотонные фуры. Повернув налево, джип устремился в сторону города. Олег, несколько раз плутавший по старым улицам правобережной стороны старинного города, где нет толком указателей для транзитного транспорта, ещё лет десять назад дал себе зарок – в город без нужды не соваться. Вот и сейчас, проскочив ложбинку, он показал Яше поворот направо. Узкая асфальтовая дорога шла по окраине города, вдоль старых частных домов. Выехав на объездную дорогу, они были вынуждены остановиться. Справа у обочины, прижавшись к кустам, стояла гаишная девятка. Молодой лейтенантик, плотоядно поглядывая на роскошный джип, не спеша приближался к машине сзади. Яша, немного приспустив стекло, терпеливо ждал стража порядка.

– Инспектор ДПС лейтенант… (далее фамилия неразборчиво). Попрошу предъявить документы! – он даже не козырнул, как обычно делают постовые.

– В чём дело, командир? – Яша удивлённо уставился на гаишника.

– Нарушаем, уважаемый!

– Не понял?

– Сейчас поймёшь. Пошли в мою машину! – скомандовал лейтенант после того, как Яшины документы оказались у него в руках.

– Интересное кино! – ухмыльнулся Черноморец.

– Ты только не кипятись! Дай пацану поиграть в начальника! – Олег поудобнее устроился в кресле. Выйдя из машины, Яша не спеша направился к стоявшей под кустом девятке. В машине сидел ещё один инспектор. На вид постарше первого. На его погонах тоже были две лейтенантские звёздочки, но Черноморец понял, что этот гаишник из тех, кто до последнего времени ходил в погонах старшего прапорщика. На кожаной тужурке остались проколы от старых звёздочек. Открыв дверь, Черноморец уселся на заднее сидение машины.

– Яков Семёныч? – уточнил бывший прапорщик, просматривая документы.

– Так точно!

– Непорядок, Яков Семёныч! – лениво растягивая слова, сказал старый гаишник.

– Да шо вы говорите? – удивился Яша.

– Где доверенность на машину? Где страховка с вашими данными? Техосмотр просрочен! Продолжать? – он сделал паузу.

– Сколько? – Яша понял, что здесь разговор сведётся к банальной взятке.

– Вы что, хотите дать взятку должностному лицу? – старый гаишник удивлённо наигранным взглядом посмотрел на молодого напарника.

– Нет, я не хочу давать взятку. Я хочу узнать размер штрафа, полагающегося за данные нарушения! – голос Яши оставался совершенно спокойным.

– Да тут уже на сотку баксов, – ухмыльнувшись, мотнул головой бывший прапор.

– Неужели так много? – охнул Черноморец.

– А вы как думали?

– Ну, я думал рублей двести-триста! – торговался Яша.

– Да сейчас с такими деньгами ни один путний водитель на дорогу не выезжает, – подогревал его гаишник. – Ну, что, будем составлять протокол?

– Но у меня нет таких денег! – гнул своё Яша.

– Да ладно, мужик, прибедняться! – вмешался молодой. – На такой тачке ездишь и без бабок? Можем скосить половину и без протокола! Согласен?

Яша пожал плечами.

– Делайте что хотите, но таких денег у меня для вас нет!

– Ладно, мужик, ты сам выбрал! Мы помочь тебе хотели, но ты, видимо, из правильных, а потому получишь по полной программе!

Тяжко вздохнув, старый кивнул молодому, чтобы тот оформлял протокол нарушения. По их физиономиям было видно, что это явно не входило в их планы. За то время, что они будут возиться с этим козлом, легко могли бы нарубить приличную пачку североамериканской капусты.

Позади девятки, на трассе, показались огни двух мчащихся автомобилей. Яша невольно оглянулся на них и подумал, что скорость у них очень приличная. К его удивлению, гаишники, лишь глянув мельком в их сторону, быстро переглянулись и опять углубились в свои бумаги.

Возле них, засвистев резиной, затормозили два черных здоровенных джипа «Шевроле Блэйзер». Из них шустро высыпались на дорогу ребята в черной экипировке, масках и с автоматами в руках. Четверо окружили гаишную машину, а другие четверо встали вокруг БРОКа. Работали они быстро и профессионально. Распахнув водительскую дверку, нападавший выдернул за воротник лейтенанта из-за руля и положил лицом на дорогу. То же проделали и со вторым гаишником. Яша даже расслышал обронённую им фразу, что так они не договаривались. Получив удар ногой в живот, гаишник затих.

Третий нападающий распахнул заднюю дверку девятки и протянул руку, чтобы схватить за плечо Черноморца, но вдруг охнул и медленно полез внутрь машины. От боли его глаза закатились. Было видно, что он из последних сил сдерживает крик боли.

– Зачем пальчики суешь в мясорубку? – ласково приговаривал Яша, захватив пальцы нападающего особым хватом. – Иди сюда, побеседуем!

Видя непонятное замешательство своего товарища, второй нападающий распахнул заднюю дверь машины с другой стороны и тоже полез внутрь, чтобы помочь вытащить строптивого пассажира. Влезши до половины в салон, он тоже замер странным образом.

– Побеседуем, пацаны? – Яша не спеша стащил шапочки-маски с голов парней. Оба оказались лицами кавказской национальности. Правда, лица их сейчас были серыми от паралича, охватившего их тела. Все мышцы болели, сведённые судорогой. Они едва могли дышать. – Отвечаем быстро и правду! Кто и зачем вас послал сюда? – Черноморец повернулся к парню слева от него. Тот видимо пытался сопротивляться, но вдруг его язык, против его воли произнёс: – Нас послал сюда толстый Вахид. Он приказал захватить двух проезжающих на джипе мужиков.

– Зачем? – удивился Яша.

– Мы не знаем! Наше дело воевать, а зачем и с кем решает командир группы.

– И где сейчас этот Вахид?

– В Смоленске, в кафе Реваза на центральном рынке, – против своей воли произнёс парень.

В это время возле стоящего впереди БРОКа у нападавших получилась заминка. БРОК успел перейти в режим пассивной обороны, и первые двое нападавших, попытавшихся открыть передние двери джипа, получили мощный электрический разряд, после чего, дёрнувшись в конвульсиях, упали на землю и замерли. Двое других, не зная, что делать, затоптались на месте.

– Что делать, Саид? – спросил один другого.

– Не знаю, но этого козла нужно достать оттуда! – показал он рукой на Князева, который, откинувшись на спинку кресла, с интересом следил за действиями нападающих. Размахнувшись, парень ударил прикладом автомата по стеклу передней двери. С таким же успехом он мог бить по каменной плите.

– А, шайтан! – разозлившись, выкрикнул парень и, передёрнув затвор автомата, дал очередь по стеклу двери, за которой на него ласково глядел Князев. Пули, отрикошетив, с воем ушли вверх.

Решившись на крайний шаг, парень достал гранату. Он подошел к двери машины и, выдернув чеку, показал её Князеву, чтобы тот понял, что ему сейчас наступит конец.

– Берегись! – крикнул он своему товарищу и, отбежав, бросил гранату под джип Князева. Граната странным образом подпрыгнула, видимо, ударившись о кочку и, изменив направление, закатилась под стоявший рядом джип нападавших. Грохнул взрыв. Тяжёлая машина подпрыгнула на месте и, осыпавшись стёклами, полыхнула огнём из всех окон.

– Ты что наделал? Ишак! – заорал Саид своему потрясенному неудачей напарнику. Он подбежал к нему и замахнулся кулаком для удара, но в последний момент передумал. Когда он, разъярённый, повернулся лицом к БРОКу, то увидел, что Князева в машине нет. Не веря своим глазам, он подошёл к машине и ещё раз посмотрел в салон, думая, что Олег просто пригнулся во время взрыва, но салон был пуст.

– В чём дело? Уважаемый! – услышал Саид за спиной голос Олега. Он резко повернулся, но автомат вдруг оказался вырванным из его рук, как будто забрали игрушку у маленького ребёнка. Пассажир джипа непонятным образом оказался позади обоих боевиков. Оба автомата он держал в руках, как для стрельбы по-македонски. В его лице не было злости, только любопытство. Это сбивало нападавших с толку. Весь их боевой опыт говорил, что в подобной ситуации у людей бывают только определённые реакции, но только не такая, как сейчас у этого мужика. Они молча подняли руки вверх и угрюмо уставились на Олега.

Стоявшие возле второй машины боевики, прижимая ногой лежащих на дороге гаишников, смотрели в сторону БРОКа и на происходящие возле него события. Они даже не обратили внимания на то, что их товарищи странным образом задерживаются на заднем сидении девятки. Увидев, что их товарищи стоят перед вооруженным двумя автоматами человеком, они хотели открыть огонь, но незнакомец, плавно покачиваясь, сместился в сторону, так, что оказался закрыт Саидом и его напарником. Боевики, отработанными движениями, прикрывая друг друга, стали быстро перемещаться на корточках. Что происходило позади них, они не видели – между ними была машина.

Вытолкнув одного из парализованных боевиков из машины, Яша вылез и, подойдя сзади к одному из боевиков, наступил одной ногой ему на подколенный сгиб. Второй ногой он наступил на спину, упавшему от неожиданности боевику и забрал автомат из раскинутых в сторону рук.

– Шевельнёшься, убью! – спокойно сказал Яша, нагнувшись к лежащему парню.

Неожиданно легко, скользнув на животе через капот девятки, Черноморец свалился на второго засевшего боевика. Ударив его ребром ладони по шее, Черноморец подобрал с земли второй автомат и посмотрел на Олега.

– Что будем с ними делать?

– Пусть с ними милиция разбирается, а нам светиться не стоит, – Олег показал своим пленникам, чтобы они шли к милицейской машине.

– Вставай, лейтенант! – Яша слегка пнул замершего гаишника. – Вызывай подмогу!

Лейтенант, недоверчиво озираясь на автомат в руках Черноморца, встал и, сев за руль девятки, взял микрофон рации в руки.

– Авила триста двадцатому!

– На связи!

– На семнадцатом километре объездной дороги подвергся вооруженному нападению. – Он смотрел на согласно кивающего Черноморца. – Срочно прошу помощи!

– Триста двадцатый! – взволнованно отозвался дежурный ГИБДД. – Сколько нападающих?

– На двух джипах, примерно человек восемь или десять! У них автоматы!

– Вас понял! Высылаю помощь! – выкрикнул дежурный. Можно было не сомневаться, что сейчас, нарастая как снежный ком, покатятся доклады и команды по всем вышестоящим начальникам, забегают милиционеры возле дежурных частей, на ходу натягивая бронежилеты, каски. Матерясь и напуская на себя грозный вид, начальство введёт план «Перехват» и со всего города, сверкая мигалками и врубив сирены, полетят к загородному шоссе машины ГАИ и ГЗ ОВО. Взвыв моторами из ворот выкатятся тёмно-зелёные громады ОМОНовских Уралов и, не церемонясь, попрут без всяких правил в указанном направлении. В ФСБ тоже услышат этот доклад и тоже начнут своё движение.

Лейтенант вопросительно посмотрел на Черноморца, не зная, чего ещё можно ожидать от этих двух непонятных крутых мужиков.

– Эй, прапор! Тоже вставай! – Олег ткнул стволом автомата второго гаишника. – Может, подстрелить тебя для большей натуральности? – спросил он, заглядывая в глаза новоиспеченного лейтенанта. – Ты ведь мало чем отличаешься от этих бандитов. Тоже грабишь проезжающих граждан, да ещё и молодого этому учишь. Вас и так все водители проклинают, так вам министр ещё и офицерские погоны повесил, в надежде, что у вас совесть проснётся. Да уж, видно, горбатого только могила исправит!

– Не стреляйте, пожалуйста! – пожилой гаишник вдруг рухнул на колени. – У меня трое детей и старуха мать, инвалид. Как мне их за милицейскую зарплату прокормить? Вот и приходиться немного подрабатывать! Не нами эти правила введены! С каждого дежурства долю отдай начальству, иначе со свету сживут! Так везде делается! – он вздохнул и уставился глазами в землю.

– Хрен с тобой! – Олег плюнул под ноги. – Живи героем! Но запомните, вы, оба! Как только вы начнёте кого-либо грабить, вас просто парализует и никакая медицина вам не поможет. Верите?

– Верим! – ответили оба гаишника.

– А теперь слушайте внимательно! – Олег посмотрел им в глаза. – На вас напали эти джигиты с целью захватить ваше оружие. Вы оказали им сопротивление и задержали их. Нас здесь не было и вы нас не видели. Мы сейчас уедем отсюда, а вы, для достоверности, можете немного пострелять по машинам. – Олег внимательно посмотрел на пленных и, отойдя немного в сторону, громко произнёс для всех: – Вы все нас не видели! – при этом глаза его на мгновение блеснули синим огнем.

Сунув автоматы в руки гаишникам, Олег с Яшей уселись в джип и, взметнув облачко пыли, рванули в сторону города.

Участники схватки на дороге ещё несколько минут стояли, как парализованные, пока, наконец, не стали приходить в себя. Поглядев друг на друга, на автоматы в руках и на пленных, гаишники развернулись и начали палить из автоматов по своей машине и по машинам нападавших. Пленные попадали на землю, прикрыв головы руками. Вскоре со стороны города, воя сиренами и сверкая мигалками, показалась колонна мчащихся милицейских машин.

Центральный городской рынок друзья нашли довольно быстро. БРОК развернул на экране монитора спутниковую карту города и предлагаемый вариант маршрута. Остальное дело техники. Припарковав машину на площади у рынка, друзья подошли к закрытым воротам. Время позднее, но кое-где окошки светятся, значит, не все ещё ушли с рынка. Олег внимательно посмотрел на замок ворот, и он вдруг сам открылся. Потом и ворота сами собой стали раскрываться.

– Пошли что ли! Потолкуем! – оглянулся он на Яшу.

Когда они вошли на рынок, ворота за ними медленно закрылись.

Толстый Вахид действительно обладал объёмистым животом. Он давно и прочно внедрился в рыночный мир. Он в совершенстве владел всеми приёмами добывания денег. Каждый год он всё шире и шире раскидывал свою торговую сеть. Не только по городу и области стояли его торговые точки, но и по всем крупным дорогам и населённым пунктам вдоль этих дорог. Он знал, куда и какие грузы идут. Где и у кого можно дешевле перехватить товар. Знал, куда направить этот товар, чтобы продать по максимальной цене. Но это была лишь видимая часть айсберга. Основной доход ему приносила торговля наркотиками и живым товаром. У него была большая, хорошо обученная бригада боевиков, которые прошли подготовку на Кавказе и успели повоевать в Чечне. С их помощью он решал многие дела, но всегда старался не пересекаться с интересами силовых структур. Как и везде, он подкармливал нужных людей в верхушке МВД, а потому всегда был предупреждён о возможных неприятностях, которые его всегда счастливо миновали. На этот раз ему явно не везло. Вахид почувствовал это своей задницей, когда неделю назад к нему заявился представитель Московского отделения «Сульманджи». Он показал ему Знак Повиновения. Отказаться было равносильно самоубийству. С нехорошим предчувствием Вахид отдал распоряжение своим людям начать слежку за теми, кто нужен был исламскому руководству джихада. Сегодня его люди уехали на перехват двух спецназовцев, которых выследила Лэйла. Время шло, а от его людей звонка не было. Вахид сам несколько раз набирал их номер на сотовом телефоне, но он не отвечал. Реваз как мог успокаивал его, но легче не становилось.

– Дёрнул меня чёрт лезть в это дело! – кипятился Вахид. – Сейчас, когда у меня отлаженное дело, везде всё схвачено, наверху всё смазано, появляется этот джигит. Нет! Я печенками, задницей чувствую, что это дело плохо кончится!

– Может быть, клиенты ещё не доехали до места? – предположил Реваз.

– Какой не доехали! Менты ещё час назад звонили, что остановили нужную машину. Они аванс ещё вчера получили.

– Вспомнил анекдот про гаишников! – Реваз попытался отвлечь Вахида. – Ночью спит гаишник дома с женой. Вдруг во сне начинает кричать: «Фура! Фура!» А жена ему шепчет на ухо: «Пустая она, пустая…» – Реваз громко рассмеялся, глядя на улыбнувшегося друга.

Вахид остановился у окна, выходившего из кабинета хозяина кафе на внутреннюю территорию рынка. Напротив окна стояли два прилично одетых мужчины и смотрели прямо на него. «Началось!» – от чего-то промелькнула мысль.

– Кого ты там увидел? – услышал он голос Реваза.

Вахид повернулся и чуть не лишился дара речи. Оба мужчины уже стояли позади кресла, в котором сидел Реваз. На всякий случай он оглянулся в окно. Там уже никого не было.

Вахид почувствовал, как у него пересохло в горле. Один из мужчин протянул открытую ладонь над головой Реваза, и тот мгновенно уснул, уронив голову на грудь.

– Поговорим, уважаемый! – ласково произнёс Олег. Его глаза на секунду осветились, синим светом.

– Я расскажу вам всё, что вы пожелаете услышать, – медленно произнёс Вахид, внутренне сопротивляясь сказанному. Где-то глубоко в подсознании билась мысль, что этого нельзя делать, но он теперь не управлял собой.

– Почему твои люди напали на нас? – Олег смотрел ему в глаза, не мигая.

– Так потребовал посланец!

– Кто он?

– Я не знаю.

– Как же ты ему подчиняешься, если не знаешь кто он?

– Он показал мне Знак Повиновения.

– Что это за знак?

– Знак состоит из двух частей. Одна у посланца, другая у того, кто обязан ему повиноваться. У меня на цепочке полумесяц, а у него звезда. Если полумесяц точно вошёл в прорези на лучах звезды, то знак действителен.

– Кто дал тебе знак полумесяца?

– Десять лет назад, когда я был мелким торговцем и ездил в Турцию за товаром, мой друг привёл меня однажды в дом, где шли занятия по разъяснению отдельных выдержек из Корана. Мы там слушали Нашиты. Это чтение Корана под музыку. Я вначале с отдельными постулатами был не согласен. Особенно в части, где говорили о необходимости всякого уничтожения неверных. Мне предложили встретиться с черным имамом Шахрияром. Этот старец посмотрел на меня. В его глазах вспыхнул зелёный свет, и он произнёс только одну фразу: «Так надо!» Больше я его никогда не видел. Меня снабдили деньгами, дали Знак Повиновения и отправили сюда, в Смоленск. С тех пор я здесь живу.

– Понятно! Его использовали как зомби. Знак являлся пусковым ключом к его сознанию. – Олег посмотрел на Черноморца.

– Где сейчас находится посланец? – Олег повернулся к Вахиду.

– В моём доме за городом.

– Поехали к нему! – Олег показал Вахиду рукой на дверь, а Яше кивнул головой на спящего Реваза.

Когда Олег с Вахидом вышли из комнаты, Яша наклонился к уху Реваза и сказал.

– Ты проснёшься через пять минут. У тебя будет хорошее самочувствие. Ты Вахида сегодня не видел и где он не знаешь.

13

Проскочив Шейновку уже в полной темноте, Олег гнал БРОКа дальше по асфальтовой дороге вдоль левого берега Днепра. Сидевший рядом с ним Вахид заторможенным взглядом упирался в светлое пятно света фар, скользившее по поверхности дороги.

Опираясь локтями на спинки передних сидений, Яша вглядывался в экран монитора, на котором была видна цветная картинка местности и движущаяся по ней точка их машины.

Вскоре справа и слева замелькали огнями большие особняки богатых граждан. В основном солидные кирпичные ограды с мощными воротами ограждали их владельцев от наружного шума и суеты.

Возле одного из таких особняков по знаку Вахида Олег остановил машину. Достав из кармана пульт дистанционного управления, Вахид нажал кнопку, и ворота поползли в сторону, открывая аккуратную брусчатую дорогу к дому. Въехав в ворота, Олег заглушил двигатель.

– Ну что, хозяин? Принимай гостей! – пошутил Яша.

Они вышли из машины и втроем направились к высокому парадному крыльцу. Четыре колонны поддерживали красивый портик в восточном стиле. Высокие овальные окна и двери придавали дому легкость и красоту. Верхний этаж, со всех четырёх сторон окруженный овальными окнами, видимо предназначался для выполнения ежедневных молитв. Поднявшись по ступеням к дверям, Вахид снял обувь и переступил порог дома.

Олег с Яшей немного замешкались. Разуваться как-то не входило в их планы. Вдруг понадобиться быстро покинуть дом. Что? Босиком?

– Ай, ладно! – Олег махнул рукой и сбросил туфли у порога. Яша последовал его примеру.

В большой белой комнате слева от входа был сделан невысокий помост, на котором были настелены невероятной красоты ковры. Сверху были набросаны большие бархатные подушки, среди которых гости могли укладываться с максимальным комфортом. По середине помоста стоял низенький столик, уставленный фруктами и сладостями. Где-то в углу не громко звучала восточная мелодия.

Вахид, скрестив ноги по-восточному, истуканом сидел на помосте перед столиком. Рядом с ним полулежал худощавый мужчина с проседью в бороде. На нём был дорогой, расшитый золотом халат. Видимо он о чём-то спросил Вахида и ждал ответа, когда в комнату вошли Олег с Яшей. Мгновение они смотрели друг на друга. Мужчина рывком попытался прыгнуть в соседнюю с ним дверь, но не успел. Мышцы его оказались парализованными, и он рухнул на пол. Яша опустил руку и подошел к незнакомцу.

– Что же ты так быстро убегаешь? – он заглянул в глаза лежавшему. – Ай, не хорошо делаешь! Так сильно видеть нас хотел, а теперь, когда мы сами пришли к тебе, убегаешь. Не хорошо! Давай я тебе помогу. – Он обхватил незнакомца руками под грудь и усадил обратно за достархан.

Мужчина, хоть и не владел телом, но, видимо, хорошо соображал, кто сейчас перед ним. Он зло зыркал на Яшу из-под сурово опущенных к переносице бровей и сопел от волнения. Чувствовалось, что беседовать по душам он явно был не намерен.

– Успокойся! Мы не причиним тебе зла! – Олег говорил ровным голосом, как врач с больным. – Расслабься! Я буду спрашивать, а ты будешь отвечать! – На мгновение в глазах Олега промелькнул синий огонь. Человек обмяк, но не повалился на бок, а остался сидеть как кукла, из которой выпустили воздух.

– Как зовут тебя? – Задал вопрос Олег.

– Омар ибн-Гази.

– Кто послал тебя за нами?

– Махмуд Аль-Кадар.

– Кто он?

– Наш повелитель!

– Где он и чем занимается?

– В Бейруте. Официально он является директором института «Кавказ». Не официально руководит поиском и уничтожением неких Хранителей.

– Отлично! – задумчиво констатировал Олег, глядя на Яшу. – Вот и нарисовался наш заклятый друг Разрушитель.

– Как вы нашли нас?

– Точно не знаю. Нашему филиалу в Москве был дан приказ активизировать сеть наших агентов в тех районах, где дислоцируются подразделения спецназа. Особое внимание было уделено месту дислокации сто третьей Витебской дивизии ВДВ и шестнадцатой бригаде спецназа ГРУ. Ваши имена и внешнее описание уже у нас имелось. Два дня назад, Вахид сообщил мне, что вас обнаружили. Его люди должны были захватить вас живьём или уничтожить, после чего отрезать головы и отдать их мне, как доказательство вашей смерти.

– Да! Перспектива у нас была не из приятных! – Яша даже потер шею кончиками пальцев.

– Как ты должен был связаться с Махмудом?

– Позвонить по сотовому телефону и сообщить о результатах захвата.

– Хорошо! – Олег быстро охлопал руками его халат и вытащил из кармана сотовый телефон. – Говори номер!

Омар медленно назвал ряд цифр. Набирая номер Махмуда, Олега так и подмывало услышать голос своего врага, но сейчас он не мог себе это позволить.

– Скажи, что захватить нас живьём не удалось. Пришлось уничтожить. При этом машина взорвалась, и трупы сгорели в огне. – Услышав первый гудок, Олег приложил трубку телефона к уху Омара. – Говори бодрым голосом!

После того, как Омар сообщил Махмуду о гибели Князева и Черноморца, он безвольно опустил руку. Олег едва успел подхватить на лету выпавший из руки телефон.

– Что ответил Махмуд?

– Только одно слово «Странно!»

– Ладно, дальше мы уже сами разберёмся! А ты запомни! Ты абсолютно уверен в том, что видел, как мы сгорели в машине! В этом доме мы не были! Этой встречи с тобой у нас никогда не было! Через десять минут вы с Вахидом очнётесь и будете хорошо себя чувствовать! – произнёс Олег. Махнув Черноморцу рукой, он направился к выходу.

14

– Да, хорошее начало предсвадебного отпуска! – констатировал Яша, глядя на звёздное небо. – Ты думаешь, Махмуд поверил словам Омара?

– Скорее всего, нет! Ведь он почти такой же, как мы. Не забывай, что он тоже потомок Хранителя! Правда, с более скромными возможностями, но всё же…

– Ладно, нам пора в дорогу, тем более что сюда уже, кажется, едут представители компетентных органов. – Яша посмотрел в сторону города, откуда к дачному посёлку быстро двигались огни нескольких автомашин.

– Вахиду и Омару теперь долго предстоит объясняться с милицией и ФСБ, – сказал Олег, усаживаясь за руль БРОКа.

– Слушай! – Яша поудобней расположился на пассажирском кресле. – Ну их всех в баню с ихними «Сиренами, «Перехватами»! Сейчас все дороги будут перекрыты контрольными постами.

– Понял! – улыбнулся Олег. – Взлетаем! БРОК, курс на Одессу! Огни не зажигать. Высота двести метров. Населённые пункты обходить стороной. Расчётное время полёта четыре часа!

– Поехали! – дурачась, по-гагарински воскликнул Яша.

Качнувшись, БРОК абсолютно бесшумно оторвался от земли. Окружающие дома ушли вниз, становясь всё меньше и меньше. Засверкала вода Днепра, отражая тысячи красноватых городских огней.

«Странно! Но, по-моему, только в Смоленске уличные огни какие-то жёлтые, как старые керосиновые лампы», – подумал Олег, глядя на панораму ночного города.

БРОК развернулся и начал ускоряться, подчиняясь неведомой человечеству силе. На экране монитора появилась улыбающаяся физиономия солдата удачи.

– Уважаемые пассажиры! – обратился он голосом стюарта. – Командир и его экипаж приветствуют вас на борту нашего авиалайнера! – Олег хотел прервать его, но Яша, смеясь, показал ему, чтобы не мешал БРОКу прикалываться. – Наш полет проходит на высоте двухсот метров со скоростью, – БРОК сделал паузу, – ничего себе! Пятьсот километров в час! Температура воздуха за бортом плюс пять градусов. В салоне плюс восемнадцать. Расчётное время прибытия в город-герой Одессу пять часов двадцать минут. Мы можем предложить вам прохладительные и горячительные напитки, находящиеся в вашем подлокотнике. Мы также можем предложить вам приятную музыку и наше радушие. Приятного вам полёта!

– Класс! – засмеялся Яша. – Насчет напитков – это ты правильно подметил, дружище. Предлагаю по двадцать капель коньячка и на боковую!

– Ладно уж! – согласился Олег, глядя на весёлую физиономию друга.

Разливая по стаканам коньяк, Яша тихо напевал:

– Однажды вечером, вечером, вечером,

Когда пилотам, прямо, скажем, делать нечего,

Мы приземлимся за столом,

И тихо песенку споем…

Коньяк приятно согрел желудок. Из динамиков тихо зазвучала приятная успокаивающая музыка. За стеклом двери ревел раздираемый автомобилем воздух, а в салоне было тепло и уютно. Опустив спинки кресел, Олег с Яшей задремали.

Только часовые у военных складов и редкие граждане, выскочившие ночной порой из дому по нужде, с удивлением слышали, как где-то в вышине, с громким шорохом проносился над ними тёмный силуэт какого-то летательного аппарата. Но они вряд ли кому-нибудь будут рассказывать об этом, чтобы их не подняли на смех те, кто не верят в НЛО.

– С добрым утром! – бодро произнёс БРОК. – Наш авиалайнер совершает посадку в городе-герое Одессе. Киевское «незалэжное» время четыре часа двадцать минут. В Москве пять двадцать утра. Температура воздуха плюс пятнадцать градусов. Экипаж прощается с вами. До скорой встречи!

Машина, качнувшись, мягко осела на амортизаторы у калитки с двумя нарисованными голубками.

– Кажется, мы уже дома! – сказал, потягиваясь, Яша.

– Замечательно поспал! – отозвался, зевая, Олег.

– Ну, шё, пойдём? – Яша кивнул головой в сторону дома.

– Пошли, только Аню не разбуди! – Олег приложил палец к губам.

Они обошли дом и через вторую дверь со двора тихо вошли. В доме царил предутренний полумрак, и Яша нечаянно зацепил ногой пустое ведро. Олег зашикал на него, но было поздно.

– Кто там? – услышали они встревоженный голос Ани. – Не подходите! Я буду кричать! – голос её дрожал от испуга.

– Успокойся, сестрёнка! Это мы с Олегом! – отозвался Яша, входя в комнату.

– Ну, ты придурок, Яшка! Я чуть не умерла от страха! – рассерженно сказала Аня.

– Ну, прости засранца! – Яша встал на колени возле её кровати.

Олег, опершись локтем на косяк двери, улыбаясь наблюдал за перепалкой двух дорогих ему людей.

– А ты-таки чего там лыбишься? Иди здесь, становись рядом! – Яша показал ему глазами на место возле себя.

– Прости, любимая! Будить тебя не хотели! – Олег встал рядом с Яшей и ткнулся лицом ей в колени.

– Боже! Какие вы у меня глупые! – она улыбнулась и прижала к себе их головы. – Ладно! Раз уж разбудили, то всё равно уже не уснуть! Давайте я покормлю вас. Наверное, проголодались с дороги? – она соскочила с кровати и, набросив халат, направилась к летней кухне. – Распаковывайте свои вещи и мойтесь. Скоро завтрак будет готов!

– Вот теперь я уже точно чувствую себя дома, – сказал Яша. – Начинаются команды, распоряжения. Только успевай вертеться!

– Да ладно тебе! – махнул рукой Олег.

Вжикнув молнией, он расстегнул сумку и достал из неё сложенный в целлофановый пакет генеральский мундир со всеми наградами. А их было почти два десятка. По одной за каждую, удачно проведённую операцию.

– Целый иконостас! – Яша уважительно погладил награды рукой.

– У тебя их тоже немало! – Олег хлопнул друга по плечу.

– Интересно, как отреагируют наши невесты на эти мундиры?

– Думаю, что обрадуются! Хотя слово генеральша отдает нафталином и старостью.

– А мы и есть военные пенсионеры! – Яша поднял значительно палец. – Это для непосвящённых!

– Вот именно! – Олег повесил мундир на плечиках в шкафу Ани. Сверху на него он накинул обычную гражданскую рубашку, чтобы погоны не бросались в глаза.

– Всё! Пошли мыться!

За завтраком Аня успела рассказать Яше о том, как Алина звонит ей по несколько раз в день. Узнаёт, нет ли известий о Черноморце. Выходные они теперь проводят вместе. Стали подругами – не разлей вода!

– А вы! Два свинтуса! Трудно позвонить? Мы же ждём вас! Волнуемся! – она бросила полотенце на спинку стула и ушла на кухню.

– Началось! – Яша от расстройства бросил вилку на стол. – Пожрать спокойно не дадут!

– Да брось ты! Она права! – Олег поднялся из-за стола и пошел на кухню к Ане.

Он обнял её за плечи и поцеловал в завиток волос на затылке. – Прости! Не сообразили мы позвонить! Больше такого не повториться!

Она прижала заплаканное лицо к его груди и вскоре успокоилась. Аня подняла глаза и посмотрела на Олега. Ничего не говоря, он стал целовать её лицо, глаза и надолго припал к её губам.

– Эй, на шхуне! – услышали они Яшин голос. – Рубите якоря! Ваш абордаж нас всех запалит!

– Успокоилась? – Олег заглянул в глаза Анне. – Умничка! – Он ещё раз поцеловал её и повел к двери.

– Чует моё сердце, что мне тоже сегодня будет хорошая взбучка! – покачал головой Яша. – И не жилось нам, Князев, холостяками! Теперь остаток жизни будем делить на двоих женщин!

– С этого места прошу поподробнее! – Аня упёрла руки в бока. – У тебя, братец, понятно, кто эти две женщины, а вот у Князева кроме меня, кто ещё?

– Замальчи, глюпая женщина! – Яша сделал грузинский жест пальцами, штопором вверх. – Каждый из нас двоих будет заботиться о вас обеих! Поняла?

– Нет! Но догадываюсь!

– Слава Богу! – Яша шумно выдохнул воздух.

– Ладно, кушайте, а мне нужно привести себя в порядок и собираться на работу!

Когда Аня ушла в дом, Олег строго посмотрел на присмиревшего Яшу.

– Ты чего здесь городил? – Олег постучал пальцем себя по лбу. – На вид приличный гражданин, а такое сморозил!

– Виноват! Каюсь! – Яша выставил открытые ладони. – Но по сути был прав! Случись, что-нибудь со мной или с тобой, кто о них будет заботиться? Молчишь? Вот то-то же!

– Алло! Алинка, привет! – Аня смотрела на мужчин в окно, прижимая к уху трубку сотового телефона.

15

Джамал прилетел в Одессу из Киева вечерним рейсом. Махмуд звонил ему сегодня утром из Америки и явно нервничал. Джамал почему-то не успел или не посмел спросить о том, как идут дела у группы Хасана. Сейчас любой телефон прослушивается и пишется. Главное, что те, кто им нужны, скоро появятся в Одессе. Вчера их видели в Смоленске. – Значит, завтра Хранители появятся в городе, – Джамал задумчиво смотрел на потухший экран сотового телефона. – Необходимо выставить посты на дорогах и проследить, где они остановятся. Организовать за ними круглосуточное наблюдение и готовить операцию по их уничтожению. Как уничтожить Хранителя, он не знал, у него не было такого опыта, но он надеялся на Махмуда. Однажды, когда они втроем отдыхали в загородном доме на берегу моря, Махмуд обмолвился, что охотится на Хранителя всё равно, что охотиться на ангела. Он такой же вездесущий и неуязвимый, но Махмуд знает, как убить ангела.

В ресторане, кроме трёх мужчин, в этот час никого не было. Даже бармен куда-то исчез. Тихо играла музыка, и только редкие сигналы автомобилей проезжавших по Дерибасовской, иногда долетали сквозь зашторенные окна. Мужчины не спеша пили коньяк под лимончик, выжидательно поглядывая друг на друга.

– Ну, шо, хлопци? Будэмо в жмуркы граты, чы дило обговорюваты? – не выдержал затянувшейся паузы красномордый бугай Мыкола Гудзь. Его правый глаз не двигался.

«Протез!» – догадался Джамал. Глаз Мыкола потерял в Чечне, когда осколок попал в оптический прицел. За это одесская босота называет его Кривым. Промокнув носовым платком мокрую от пота выбритую, как глобус, голову, Гудзь уставился на Джамала.

– Мои люды готови оказувать вам любу помощь в ловле «москалыкив». Мое руководство из Кыева доручыло мэни, як голови Одесского виддилэння УПА, врэменно пэрэйты у ваше подчинение.

– Сколько человек у вас в подчинении? – Джамал с тоской подумал, что этот Гудзь слишком большой тугодум, хотя, иногда, это даже плюс, а не минус.

– Пятьдэсят чотыры чоловика!

– А у вас, уважаемый? – Джамал повернулся к другому собеседнику.

Моня Борщ сегодня представлял на встрече вора в законе Борю Браслета. Хотя Браслет и не любил Бендеровцев, как именуют жителей Западной Украины, но поскольку приходилось делить с ними городской пирог, вынужден был принять приглашение на эту встречу. В последний момент, сославшись на недомогание, отправил вместо себя хитрого, одесского жидка Моню – бывшего стряпчего Михаила Борщевского. Моня был опытный и хитрый в скользких делах. Он всегда чуял, где стоит ввязываться в дело, а где лучше сделать шаг в сторону.

– Нет! Ну шё за дела? Ви сначала дайте мне расклад, а потом будем посмотреть!

– Что вы хотите знать? – Моня нравился Джамалу ещё меньше, чем Гудзь, но ничего не поделаешь, приходится работать с теми, кто есть.

– Кого, где и как? Почему нужно целую армию собирать? А после этого решим за сколько? При условии, что мы вообще полезем в это дело. – Улыбающееся лицо Мони сейчас напоминало мордочку мартышки. Сходство усиливали оттопыренные уши, торчавшие из длинных до плеч жиденьких, слипшихся волос. Тощей волосатой лапкой он держал рюмку с коньяком. У Ахмеда внезапно промелькнула мысль, что здесь даже обезьяны пьют.

Не спеша отпив глоток минеральной воды, Джамал окинул взглядом человека-мартышку. Хитрое выражение его лица говорило о том, что ему нужно докопаться до сути, а это уже не входило в планы Джамала.

– Дело в том, что мне необходимо обезвредить двух очень опасных людей. Они настолько опасны, что для поиска, слежки и их уничтожения мне понадобиться очень много людей. Кроме того, мне понадобятся ваши связи в местных силовых структурах.

– Вэй момы! Вы мне хотите сделать смешно? – дурашливо всплеснул ручками Моня. – Это шё? Два терминатора?

– Терминатор по сравнению с ними просто детская заводная игрушка, – криво усмехнулся Джамал.

– И где эти два супермена наступили вам на мозоль? – Моня спросил это как бы между прочим, но Джамал понял, что это один из ключевых вопросов для Борща.

– Они нам сильно мешают! Скажем так.

– Ну, это и так понятно! Иначе мы бы здесь не сидели. – Моня начал ёрзать в кресле. – Либо вы нам раскрываете карты, и действуем сообща, либо разбегаемся как в море корабли.

– Мне просто хотелось, чтобы о сути этого дела знало как можно меньше людей. Ну, если вы настаиваете… Пожалуйста!

– Джамал развёл ладони в стороны. – Это два бывших спецназовца. Они сейчас уже вышли на пенсию. По нашим сведениям, едут сюда в Одессу, домой к одному из них. Эти два спеца сорвали нам операцию по уничтожению одного объекта и явно не дадут уничтожить другой.

– Что за объект? – быстро спросил Моня.

– Воно тоби трэба? – вмешался Кривой.

– Действительно! Какая вам разница? – Джамал непонимающе пожал плечами.

– Ой! Не берите меня на герц! – взмахнул лапками Моня.

– Разница в том, уважаемый, что если ваши шахиды хотят взорвать где-то в России рынок, то это одно дело, а если Кремль или атомную станцию, то нам потом всем здесь будет кабздец полный, быстрый и конкретный. Ваши бабки нам потом только на похороны и пригодятся. Врубаешься? – Моня снизу вверх заглянул в глаза Джамалу.

– Могу вас успокоить, что этот объект не имеет отношение, ни к массовой гибели людей, ни к экономике. Это, скажем так, символ веры. Вы, если не ошибаюсь, иудей, а вы католик? – Джамал перевёл взгляд с одного собеседника на другого. – Поэтому уничтожение нами православной святыни, вам должно быть безразлично.

– Шё же это за святыня, что за неё вы готовы начать войну с этими суперменами?

– Больше я вам ничего сказать не могу!

– Ладно, предположим, что этот вопрос мы можем закрыть. Излагайте дальше. Кого и где нам искать?

Джамал извлек из внутреннего кармана пиджака несколько листков бумаги, сложенных вчетверо.

– Вот, можете посмотреть на их словесные портреты.

– Интересно, интересно! – Моня рассматривал карандашные портреты не знакомых мужчин, постукивая пальцем по верхней губе. Лица спецназовцев ему пока ни о чём не говорили. Нормальные, симпатичные мужики. Ничего в них такого сверхъестественного он не видел. «Здесь явно какая-то нестыковка! Если за этими мужиками собираются охотиться целой армией, значит, есть нечто, чего мы не знаем. Любого супермена можно завалить из шпалера так, что он и мявкнуть не успеет. Таких спецов у черножопых на Кавказе хоть кучками продавай. Значит, этот вариант не прокатывает. Почему? Пока я этого не пойму, влезать в это дело нельзя. Даже если предложат всё золото форта Нокс. Покойникам оно ни к чему». Он передал рисунки Кривому. Тот глянул на них и, пожав плечами, отодвинул от себя.

– Что скажете? – Джамал выжидательно посмотрел на Моню.

– Что вам ещё о них известно?

– Имена и фамилии обоих нам известны. Это Олег Князев, – Джамал ткнул пальцем в один из рисунков, – а это Яков Черноморец. Он ваш земляк. Установить его адрес, думаю, для вас не составит особого труда. Князев не имеет родных и постоянного места жительства, поэтому, возможно, попытается остаться здесь жить.

– Так в чём дело? Если вам будет известно, куда они едут, сделайте засаду и завалите обоих! – Моня ехидно улыбнулся.

Джамал неуловимым движение руки извлек из рукава нож, похожий на узбекский боевой Чуст. Такие ножи были у душманов в Афганистане. Гвозди строгать можно!

– Попытайтесь ударом всадить его мне в руку! – он протянул нож Моне. – Не бойтесь, бейте со всей силы! – Джамал кивнул на свою ладонь, лежащую на крышке стола.

– Да боже ж мой! Вы шё, валет в натуре? – Моня испуганно отодвинулся от стола.

– Ну, тогда вы? – Джамал протянул нож Кривому.

– А чого? Як шо человек просыть… – Мыкола с короткого замаха нанёс удар ножом сверху в ладонь Джамала. Моня даже глаза закрыл в этот момент, потому что не переносил вида крови.

Странно, но он ничего не услышал. Звука удара не было. Моня открыл сначала один глаз, потом второй. Нож, зажатый в большом кулаке Гудзя, завис в нескольких сантиметрах над рукой Джамала. Было видно, что Мыкола тужится надавить на него со всей силы, но нож увяз в воздухе, как если бы его всадили в резиновую плиту.

– Ну-ка, ну-ка! – Моня взял нож из руки Кривого и совершенно безотчетно ткнул сверху в руку Джамала. Нож с тем же успехом застрял в воздухе. Моня бросил нож на стол и накрыл руку Джамала своей ладонью. Его рука прикоснулась к Джамалу совершенно беспрепятственно. Он опять схватил нож и, уже горячась, махнул им сверху вниз, но он опять застрял над рукой Джамала.

– Да! Эт то что-то особеннова! – Моня был поражен. – Вот это прикол! Я торчу! Меня же за фраера держать буду, если я нашим расскажу!

– Вы убедились, что без моей воли, ко мне не прикоснется ни один не одушевлённый предмет! – снисходительно произнёс Джамал.

– Да уж! Я такого ще нэ бачив! – Кривой промакнул голову платком.

– Так вот почему этих парней нельзя завалить обычным оружием? – сделал вывод Моня.

– А як шо их гранатомётом садануть? – предложил Кривой.

– Результат будет такой же, – Джамал покивал головой, на мгновение прикрыв глаза. – Притом, они обладают намного большей, чем я, силой.

– Вот теперь становится немного понятней, зачем мы вам понадобились! – Моня всё ещё смотрел на руку Джамала. – И во сколько вы оцениваете эту акцию? Как нам будете платить?

– Я понял! За голову каждого из этих двоих я плачу по миллиону баксов! – Джамал сделал паузу, глядя в основном на Моню.

– Круто! – выдохнул Борщ.

– Кроме того, – продолжил Джамал. – Я беру на себя все текущие расходы по проведению этой, как вы сказали… акции?

– Предложение заманчивое, но позвольте нам подумать? – Моня не был уполномочен принимать решение.

– Хорошо, но не больше, чем через три часа, я должен знать ответ. Их нужно перехватить на подходе к городу, а это произойдет, наверное, ночью, или под утро.

– О’кей! Через три часа мы дадим ответ! – Моня встал и, не протягивая руки, лишь слегка кивнул головой. Засунув руки в карманы брюк и насвистывая что-то из блатного репертуара, направился к выходу, где его уже ждали гориллоподобные охранники.

Посмотрев вслед ушедшему Борщу, Джамал повернулся к Кривому. Время нельзя было упускать.

– Мыкола! Раздай своим людям эти портреты. Пусть дежурят на всех постах ДАИ. Они едут на джипе «Ниссан Патрол». Машина приметная. Ментам подкинь денег, – Джамал бросил ему на стол толстую пачку сотенными долларов. – Сами пусть не лезут к клиентам. Пусть наблюдают со стороны. Их дело только сообщить о прибытии в город этих двоих и потом очень осторожно проследить за ними. Кроме того, найди мне местного сталкера…

– Кого? – вытаращив глаза, перебил его Кривой.

– Ну, в общем, проводника, который хорошо знает местные катакомбы.

– А! Ну, це мы зробымо! – Кривой рассматривал пачку с баксами.

– Через три часа встречаемся здесь же! Действуй! – сказал Джамал, вставая из-за стола.

16

Большой черный джип «Гелентваген» с мерседесовской звездой на капоте остановился у порога белоснежной виллы, бывшей резиденции покойного Хруста. Теперь здесь жил новый смотрящий вор в законе – Боря Браслет. Он раньше бывал у Хруста и ему очень нравился этот дом. Теперь он был здесь хозяином. На большой воровской сходке в Харькове было решено поставить его на Одессу, а разборку с теми, кто завалил Хруста и его людей, прекратить. Сам виноват. Война с большой Конторой никому не была нужна. Если уж двое спецов завалили кучу народа, то можно только догадываться, что произойдёт, если Контору разозлить по-настоящему.

С собой Браслет привёз своего проверенного друга и телохранителя Шапу, который занимался вопросами безопасности. Обладая необыкновенной памятью, острым умом и большой эрудицией, Шапа мог бы и сам стать смотрящим, но один недостаток его авантюрной личности перечёркивал все достоинства. Достаточно было ему выпить хоть немного алкоголя, и он становился тупым садистом. Только вид крови мог его успокоить. Об этом среди воров было известно всем, а кому нужен дурак на важном месте?

Браслет, зная этот недостаток Шапы, под страхом смерти не разрешал кому-либо наливать спиртное его другу. В остальном это был незаменимый помощник и советчик.

Из местных Браслет приблизил к себе Моню Борща, знавшего его много лет до этого. Моню он ценил за умение любыми способами развязывать юридические узлы, которых немало возникало на криминальном пути Браслета. Моня мог дать дельный совет и за версту чуял опасность.

Третьим человеком в своём окружении Борис поставил Серёгу Горбатого, до этого ходившего под Хрустом. Горбатый знал в городе всё и всех. От его глаз не могла укрыться никакая шушера, мечтавшая заныкать воровскую долю с криминальных доходов города. Если нужно было быстро и качественно кого-то наказать – он просто звонил Шапе. Витёк давал команду «Фас!» своим волкодавам, и любая местная группировка подвергалась безжалостному избиению. Иногда поступали просьбы на ликвидацию кого-либо. Но это были исключительные случаи и они должны были получить добро у Браслета. Кроме того, ликвидацию обставляли как несчастный случай. Для этого Горбатый продолжал поддерживать связи с местным МВД, налаженными ещё при Хрусте. Ментам, по большому счёту, было всё равно – от кого поступают деньги. Главное, чтобы этот поток не прерывался. Красиво жить хотят многие.

На втором этаже дома, в комнате, где когда-то Хруст мучил Алину Синицкую, уже ничего не напоминало о прежнем хозяине. Заново выполненная отделка, шикарная кожаная мебель и красивые тюлевые занавеси на окнах изменили облик комнаты до неузнаваемости. Уют и порядок в доме поддерживала сестра Шапы, Виолетта. Браслет любил пошутить над ней и, опираясь на сокращённое имя Виола, называл её «наш контрабасик». Молодая женщина действительно страдала излишней полнотой в отличие от своего поджарого братца. При этом у неё были хорошие пропорции тела. Красивое, миловидное лицо её всегда светилось добротой и улыбкой. Возможно, её присутствие в доме создавало некое равновесие между добром и злом. Виолу все уважали и любили, оберегая от всякой негативной информации, которая могла бы её расстроить. Многие подозревали, что Браслет иногда спит с ней, но в повседневных отношениях это никак не замечалось.

Войдя в комнату, Моня обнаружил уже сидевших на диванах вокруг зеркального столика Браслета, Шапу и Горбатого. Он поздоровался со всеми за руку и, откинув полы дорогого пиджака, уселся на диван.

– Излагай! – коротко сказал Борис.

– Перетёрли мы базар с Кривым и его заказчиком. Человек не наш. То ли араб, то ли душман, но по-русски чешет прилично. Предлагает завалить двух его клиентов за очень большие бабки.

– Сколько? – спросил Браслет с безразличным видом.

– По лимону зелени за каждого!

– Ого! Они что, шейхи или президенты?

– Они – спецназы-пенсионеры! – Моня, хитро улыбаясь, посмотрел на Бориса.

– Не понял? Дедов валить? – мотнул головой Борис.

– Ну, во-первых, эти деды может лишь немного старше нас, если портреты не врут. Во вторых! – Моня повернул голову к Горбатому. – Вспомни, Серёга! Фамилия Черноморец тебе ни о чём не говорит?

– Погоди-ка! – Горбатый наморщил лоб. – Это Колобок что ли?

– Вот именно! Я тоже о нём подумал! Правда, на портрете он немного не похож, но когда заказчик назвал его фамилию, я тут же вспомнил Яшку.

– Так, я не понял! – прервал их Браслет. – О ком идёт речь?

– О том, кто со своим корешем завалил Хруста и его людей! – пояснил Моня.

– Вот с этого места прошу поподробнее! – Борис переглянулся с Шапой.

– Пусть Серёга говорит. Он тогда был при делах, а я только разговоры слышал. – Моня сделал извиняющийся жест.

– В общем, так! – начал Серёга. – Хруст зацепил Колобка по просьбе какого-то своего знакомого. Тот вроде бы занял Колобку бабок на раскрутку своего дела, а тот прогорел. Хруст решил попугать его и его сеструху. Их привезли в этот дом. Подробностей не знаю, но Яшка как-то умудрился развязаться и положил кучу народу. Сам ушел, сеструху увёл и одну смазливую банкиршу, которую Хруст здесь ломал. Кинулись искать. Ментов подключили. Нашли его хату. У него в это время кореш гостил. Собрались гасить их там всех разом, но они вовремя слиняли. Хруст с братвой кинулись их перехватывать и под русской границей догнали. Загнали на какую-то шахту. Там все наши и полегли. Пацаны, которых спецы пожалели, потом вернулись и так рассказали. Трупы с собой привезли. Мы потом большие похороны организовали. Всё путём сделали. Менты дело замяли. Намекнули, что разбора не будет, так как на большую Контору лезть себе дороже. Яшкина сеструха и банкирша вернулись через неделю, но их не трогали. Братва была напугана. Потом всё как-то «устаканилось» и про них забыли.

Борис слушал молча. В его голове возникли сомнения на счёт особых способностей спецназовцев.

– Ладно! Пусть эти спецназовцы и суперспецы, но, в конце концов, они тоже люди. Неужели у Кривого среди его бендеровцев нет снайпера?

– Я им сказал то же самое!

– Ну, и что?

– Этот араб показал мне такое, что лопни мои глаза, я сам не поверил! – Моня пожал плечами.

– Это шё же такое он тебе показал? – улыбаясь, спросил Виктор. Остальные хихикнули.

– Ну, это не то, шё ви подумали! – Моня махнул на них рукой. – Он предложил мне ножом пробить ему руку!

– Да ты шо? – удивился Борис.

– А нишо! Сначала Кривой пытался, не получилось. Я подумал, что он подыгрывает арабу. Взял у него нож и сам два раза пытался ударить в руку, лежащую на столе.

– Не попал? – хихикнул Серёга.

– Да иди ты! – Моня начал злиться. – Нож не доходил до руки несколько сантиметров и упирался, как два магнита, которые хочешь соединить той стороной, что отталкивается. Зуб даю! – Моня щёлкнул пальцем по верхнему зубу и сделал режущее движение по горлу. – Представляешь! Голой рукой свободно к нему прикасаюсь, а ножом никак, будто в резину бьёшь! – По лицам сидевших за столом, он видел, что ему не верят. – Ладно, может быть, вы ещё сами убедитесь! Главное! Араб сказал, что у спецназовцев эти сверхъестественные силы во много раз мощнее, чем у него. На что они способны, я даже не представляю! Но оружием их не взять!

– Вот теперь можно понять, зачем араб кодлу набирает… – задумчиво произнёс Горбатый. – Думает спецов кепками закидать?

Моня устало откинулся на спинку дивана.

– Решайте! Через час я должен дать ответ арабу. Все расходы он берет на себя!

– С одной стороны, спецы и нам должны! – задумчиво произнёс Шапа. – Братва должна верить в нашу силу! С другой стороны, можно народ положить без всякого результата, если они действительно такие непобедимые.

– Мы не знаем, как араб планирует использовать наших людей, – Сергей нервно потёр ладони. – Ты сам что думаешь? – Сергей посмотрел на Моню.

– Лично я бы в это дело не ввязывался. Там, где нужно воевать со спецслужбами, да ещё и с непонятками, я сразу делаю шаг в сторону. Зачем мне лишний геморрой?

– Но ты же сказал, что они теперь пенсионеры! – напомнил Виктор.

– Ну, ты валет в натуре! – Моня с сожалением посмотрел на Шапу. – Где ты видел, что бы люди Конторы были бывшими. Контора за своих всегда подпишется!

– Не пугай! У нас здесь есть своя Контора, и у ментов наш человек у руля! – вмешался молчавший до сих пор Борис. – Короче, «да» или «нет»? – он по очереди посмотрел на каждого.

– Да! – ответил Виктор.

– Да! – ответил Сергей.

– Нет! – ответил Моня.

Некоторое время Борис молча барабанил пальцами по краю стола, последний раз взвешивая все «за» и «против». Видимо, приняв окончательное решение, хлопнул ладонью по столу.

– Передай арабу, что мы дадим ему своих людей! Я переговорю с Митрофанычем! Пора нашего генерала подключать к делу.

– Как скажешь! – Моня развел руки в стороны. Он встал и направился к двери, напевая: – Ему надели мэдные сандали. Ему пошили деревянный макинтош…

17

Свадьбу решили делать в один день в доме Черноморцев. Со стороны Князева приглашать особенно было некого. Поэтому он приглашал семью Димы Овчаренко и, мысленно посоветовавшись с Хранителями, вызвал Ивана Слепченко. Остальным нужно было по делам службы находиться на своих местах. Олег обнял Аню за плечо и заглянул ей в глаза.

– Анютка! Я вызвал нашего старшину Ивана Алексеевича. Он толковый мужик, и организует все хозяйственные вопросы, как положено. У меня ведь нет опыта свадебных застолий. Мы с Яшкой переходим в ваше с Алиной и Ивана полное подчинение!

– Точно? – проказливо улыбнулась Аня.

– Так точно! – стукнул пятками и кивнул головой Олег.

В это время из-за угла дома показалась грузная фигура Ивана, одетого в зимний бушлат и неизменную фуражку. В руках он держал объемистый вещмешок.

– Товарищ генерал майор! – Иван приложил руку к козырьку фуражки. – Старший прапорщик Слепченко прибыл в ваше полное распоряжение!

Олег, раскрыв объятия, подошел к Ивану и обнял его.

– Вань! Здесь теперь ты генерал, а мы с Яшкой будем у тебя в подчинении. Давай располагайся, отдохни с дороги. Наши девочки сейчас тебя покормят.

– А оце, як шо не ошибаюся, твоя Анюта? – спросил Иван, глядя на засмущавшуюся молодуху. – Гарна жинка! – вынес свой вердикт Иван.

– Яша! Алина! – крикнул Олег.

Из дома первым вышел Яша. Увидев Ивана, радостно бросился ему на шею. За ним из дома вышла Алина. Она сегодня была в кремовом брючном костюме, подчеркивавшем стройность фигуры.

– Это моя Алина! – представил её Ивану. – А это – наша мама и наша папа, старшина Слепченко Иван Алексеевич!

– Очень рада знакомству с вами! – Алина протянула ему руку.

Иван слегка растерялся, не зная, поцеловать её или просто пожать. Он беспомощно оглянулся на Олега, но тот лишь посмеивался, глядя на затруднение старшины. Алина первой нашла выход из положения и, шагнув вперед, поцеловала Ивана в щеку. Слепченко расплылся в блаженной улыбке. Он оглянулся на Аню. Хохоча, Аня тоже обняла его за шею и поцеловала в пышные усы.

– Ну, ты, кобель старый! – возмутился в шутку Олег.

Иван был неотразим. Здоровый, как медведь, чёрный, как цыган в бушлате, огромными ручищами осторожно прижимал к себе двух хохочущих, стройных женщин.

– Старый конь борозды не испортит! – поучительно произнёс Иван, сверкая белоснежными зубами.

– Но и вспашет не глубоко! – парировал Яша. – Ладно, девчонки! Ведите Ваню в дом и устраивайте его на ночлег.

– Правильно! – согласился Иван. – А вы, товарищи генералы, пока разберите вещмешки. Хлопцы передали вам свежей лосятины и оленины. Там и таймень есть!

– Ладно, Ваня, разберёмся! Спасибо ребятам! Уважили!

Через час уже стемнело, но, поскольку на дворе ещё было тепло, несмотря на глубокую осень, решили ужинать под орехом. Иван, уже искупавшийся в душе, восседал за столом в спортивных брюках и футболке с крупной надписью во всю грудь «Шахтер». Посередине стола стояла литровая бутылка Немировской перцовой водки. Маринованная селёдочка под ялтинским лучком плавала в натуральном подсолнечном масле. Горкой, на блюдечке, лежали маринованные огурчики. Рядом с водкой стояла большая сковорода с жареной картошкой. С другой стороны от неё стояла тарелка с нарезанными ломтями розоватого, нежнейшего сала, которое буквально таяло во рту.

– Царский ужин! – определил Иван, потирая ладони. – Ну, шо, дамы и господа? Есть предложение начать! – Он нежно взял бутылку водки и не спеша отвинтил пробку. Разливая её по рюмкам, он вдруг вспомнил, что сегодня вечером собирался с Санькой Королёвым, Васей Ковзиком и Ваней Ерохиным посидеть в каптёрке за бутылочкой и раскинуть картишки.

– Не переживай, Ваня! – успокоил его Олег. – Мы им сегодня по такой же бутылке зашлём!

– Та дело не в бутылке! – отмахнулся Иван. – Дело в привычке! Посидим, поиграем, поговорим по душам, а водка так, для поднятия настроения.

– Вот давай и выпьем за наших товарищей, которые сейчас сидят у черта на куличках и нас вспоминают! – предложил Князев.

– Хай им икнэться! – закончил Иван и, чокнувшись рюмкой по очереди со всеми, махнул водку в рот, не глотая.

Когда все закусили, Иван разлил по второй, чтоб первая зря не пропала. Вторую рюмку выпили по традиции, не чокаясь, за тех, кто не вернулся.

– Ну, шо, господа генералы, расказувайте вашу диспозицию на завтра.

– Погодите! – остановила его Алина. – Иван Алексеевич! Почему вы их всё время называете генералами? Ведь один полковник, а другой подполковник!

– А они шо, вам ничего не говорили? – Иван удивлённо оглянулся на Черноморца.

Яша махнул рукой, мол, чего уж теперь.

– А что они должны были нам сказать? – обе женщины придвинулись к Ивану.

Слепченко, как бы в шутку защищаясь, выставил в стороны свои огромные ладони.

– Та чого вы до мэнэ прычипылыся? – смеясь, он отодвигался от стола.

Женщины развернулись в сторону притихших кавалеров.

– Мы вас внимательно слушаем! – заявили они своим любимым мужчинам.

Кивнув головой друг другу, Черноморец, глядя на Алину, сказал:

– За выполнение особо важного правительственного задания присвоить: полковнику Князеву очередное и подполковнику Черноморцу внеочередное звание – генерал-майор!

В наступившей тишине было слышно, как ветер шелестит верхушкой дерева.

– Честно? – как-то испуганно спросила Аня.

– Нет, вру! – Яша сделал обиженное выражение лица.

– Не верится как-то, чтобы ты – и генерал! – Аня посмотрела на брата с недоверием.

– Минуточку! – Яша поднял ладонь.

Кивком головы он позвал Олега, и они ушли в дом. За столом продолжала царить тишина. Через пять минут из двери дома, позвякивая наградами, вышли два настоящих генерала с лампасами на брюках и золотыми погонами на кителях. Женщины в безмолвном восторге смотрели на своих мужчин, не в силах оторвать от них глаз.

– Ну, что? Теперь верите? – спросил Яша. – Или вам ещё и документы показать?

– Ой, Яшенька! Олег! – одновременно запричитали женщины, обнимая своих любимых.

– Вот теперь треба выпить за новые погоны! – объявил, улыбаясь, Иван.

Прежде, чем пить, Иван пальцами, брызнул водкой на погоны Князеву, а потом Черноморцу.

– От теперь порядок! – удовлетворённо произнёс старшина и выпил водку залпом.

Друзья засиделись допоздна, планируя, как нужно будет расставлять столы, сколько и чего варить и жарить. Прикинули примерно количество гостей. В основном родичи Черноморцев и соседи по переулку. Со стороны Алины должна быть тетка, управляющий банком и его жена. С родителями Алина решила отметить замужество в Москве, в ресторане. Яша был согласен. Он понимал, что Алина не хочет афишировать своё второе замужество. После свадьбы планировали, что Олег остаётся с Аней жить в этом доме, а Яша переедет в дом к Алине. Заявление в ЗАГС они подали ещё утром. Свадьба послезавтра. Аня уже успела переговорить с соседями, и они рады помочь в подготовке.

С остальным решили определиться с утра. Не зря считают, что утро вечера мудренее!

18

Услышав трель сотового телефона, Евгений Митрофанович полез рукой во внутренний карман своего генеральского кителя. Он глянул на определитель номера, но он ему ни о чём не говорил. Такого номера в его записной книжке не было.

– Да, слушаю!

– Добрый вечер, Евгений Митрофанович!

– Не понял! С кем я говорю?

– Это мы выясним при личной встрече. Там и познакомимся!

– С чего это я буду встречаться с вами?

– А куда же вы денетесь? Привет вам от Хруста!

– От кого?

– Да, вы не ослышались! По этому предлагаю встретиться в любом удобном для вас месте, но обязательно сегодня. Время поджимает!

– Но у меня со временем всё в порядке! – повысил голос генерал.

– Не будем препираться! Поверьте, это и в ваших интересах!

– Хорошо! – генерал на секунду задумался. – Давайте встретимся через час в кафе «Жемчужина».

– Я знаю, где это! До встречи!

Генерал несколько минут сидел, неподвижно глядя в одну точку. «Господи, со смертью Хруста я уже думал, что теперь свободен от криминальных связей! Ан, нет! Кто-то опять начинает дёргать за ниточки. Ну, что же, посмотрим, кто таков… Авось, и от этого сможем избавиться», – размышлял Митрофанович. Он быстро набрал номер на сотовом телефоне.

– Ало! Пацюк? Бойко говорит! Майор, через полчаса ждите меня у кафе «Жемчужина». Со своими людьми будете ожидать в машине. Подстрахуете!

Генерал подошёл к сейфу. Набрав код, открыл дверцу и достал из сейфа новенький ПМ 5,45. Пистолет был заметно легче своего «дубового» предшественника и отличался мягким ровным боем. Почти как «Марголин». Классная штука!

– Мою машину к подъезду! – сказал он по селектору.

Откинувшись на мягких кожаных подушках заднего сидения «Мерседеса», генерал Бойко думал о том, что пора бы уже избавиться от надоевшей братвы, которая не только город держит за горло, но и его самого. «Да! Рано, выходит, он обрадовался смерти Хруста! Его преемник что-то, видимо, имеет на него. Интересно! Почему он вдруг понадобился им именно сейчас? Афишировать такую связь без крайней необходимости умный человек не будет. Что произошло?»

В полутёмном кафе, кроме бармена за стойкой и швейцара на входе, никого не было. Бойко, прежде, чем зайти в кафе, убедился, что машина с его людьми стоит чуть в стороне от входа, в затемнённом месте. Водитель в его белом «Мерседесе» остановился прямо напротив входа в кафе. Чёрный шестисотый «Мерседес» остановился рядом с его машиной. Из него вышел мужчина среднего роста, плотного телосложения. На нём был кожаный пиджак, одетый поверх черного пуловера. Голова мужчины была гладко выбрита. Черты овального лица были скорее славянскими с небольшой примесью восточной крови. Когда Борис поправлял полы пиджака, на его руке блеснул массивный золотой браслет. Генерал Бойко повернулся и зашёл внутрь.

Поднявшись на крыльцо кафе, Браслет вальяжно вошел в дверь мимо тихо отступившего в сторону крепкого швейцара. Здесь его знали в лицо. Бармен молча кивнул головой в сторону столика, где лицом к выходу сидел генерал в светлом плаще.

– Добрый вечер, Евгений Митрофанович! – Браслет остановился возле столика. Склонив голову набок, он стоял, засунув руки в карманы брюк, как бы раздумывая: садиться за один стол с ментом или нет.

– Добрый! – неприветливо отозвался генерал.

Браслет сделал жест рукой официанту и не спеша сел за столик. Так же не спеша закурил, глядя в глаза генералу. Официант разлил по рюмкам коньяк «Наполеон» и поставил блюдце с нарезанным лимоном. Браслет молча выпил. Бойко тоже взял свою рюмку и молча выпил.

– Поговорим? – Борис выпустил струйку дыма к потолку.

– А есть о чём? – Генерал хотел сначала составить своё первое впечатление о сидящем напротив него человеке.

– У двух уважаемых людей всегда найдется, о чём поговорить!

– Что-то я не очень ощущаю уважение к вам! – Бойко обладал агентурной информацией на нового смотрящего, но в живую встретился с ним впервые.

– А это оттого, что мы мало знаем друг друга! Вернее, знаем друг о друге много и, в основном, то, что другим знать не нужно. – Браслет едва заметно улыбнулся.

– А именно?

– Мой предшественник, мир праху его, оставил мне интересное досье. Догадываетесь, на кого?

Генерал, прищурившись, молча смотрел на Браслета.

– Я не собираюсь вас шантажировать! – Борис поднял ладонь. – Но жизнь – штука сложная! Сегодня оно вроде бы ни к чему, а завтра вдруг понадобится?

– Блеф! У Семёна на меня ничего не было.

– Минуточку! – Браслет, видимо, был готов к такому повороту в разговоре. Он опять махнул рукой официанту, и тот быстро принёс ноутбук. Открыл его и включил питание.

– Пользоваться, надеюсь, умеете? – Борис протянул генералу диск.

Бойко медленно взял диск из его рук и вставил в компьютер. Информация на диске действительно была серьёзной. Здесь фигурировали все криминальные дела, которые были «замыты» Бойко. Здесь были указаны даты, суммы и номера банковских счетов, на которые переводились деньги за оказанные услуги. Можно было отследить весь служебный путь генерала, начиная с его майорской поры. Бойко вдруг почувствовал, как по его спине скатилась капля пота. «Здесь на вышку хватит с лихвой! Дурак старый! Ведь догадывался, что когда-то придётся платить по счетам! Нужно срочно искать какой-то выход! Главное – не паниковать!»

– Ну, предположим, вы меня убедили! – Он нехотя отодвинул от себя ноутбук. – Вы же не скуки ради сюда приехали! Что-то нужно от меня?

– Конечно! – Борис улыбнулся. – Сначала я хотел бы наладить с вами, так сказать, дружеские отношения, а о деле после поговорим!

Он налил в рюмки душистого коньяка и первым поднял свою.

– Представляться не вижу смысла! Уверен, моё досье лежит у вас в сейфе! Поэтому предлагаю выпить за очное знакомство! – Борис держал поднятую рюмку и смотрел в глаза генералу.

Деваться теперь уже было некуда. Генерал нехотя взял в руки свою рюмку. Чуть помедлив, он протянул руку над столом, и две рюмки издали тихий мелодичный звон.

– Будем считать, что начало нашим взаимоотношениям положено! – Борис, крякнув, закусил лимончиком. Он перехватил взгляд генерала, направленный на ноутбук. – Можете взять себе на память! Если хотите.

Бойко машинально придвинул ноутбук к себе, но потом медленно его отодвинул.

– Уверен, что этот диск – всего лишь копия. – Он медленно перевёл взгляд на Браслета.

Борис улыбнулся.

– Конечно, копия! Оригинал лежит в очень надёжном месте. Он будет служить залогом нашей взаимовыгодной дружбы.

– Ну, если только так! – нехотя согласился генерал.

– А теперь поговорим о деле! – Борис отодвинул рюмку в сторону. – Дело, как вы догадываетесь, весьма не простое. Иначе я бы вас не тревожил!

19

После регистрации в ЗАГСе две пары молодожёнов на двух белых лимузинах супер стрейч поехали в ресторан, где их уже ждали приглашенные гости. Аня и Алина, как две белоснежные феи, под руку со своими теперь уже мужьями, одетыми в строгие черные смокинги с бабочками, торжественно поднимались на второй этаж лучшего в городе ресторана. Нарядно одетые гости, в основном руководство банка и учителя из школы, где работала Аня, зааплодировали молодым, когда они появились на верхней ступеньке лестницы. Хорошо оплачиваемый тамада радостно стал вести обычную для него свадебную программу. Поздравления, тосты, здравницы, подарки, цветы, музыка, шампанское. Олег чувствовал себя, как курсант, впервые держащий в руках боевую гранату с выдернутой чекой. Яша тоже иногда смотрел на него страдальческим взглядом. Но! Традиция – есть традиция! Мужчина всегда должен терпеть этот церемониал ради своей прекрасной половины. Глядя на счастливо улыбающуюся Анютку, которая в свадебном наряде была ослепительно хороша, Олег успокаивал себя. Нужно потерпеть. Ведь когда-нибудь всё же этот аттракцион кончится!

Лишь через два часа, когда гости уже успели основательно «загрузиться» и в шумных танцах стали понемногу забывать о молодожёнах, Алина пальчиком поманила к себе тамаду. Пошептав ему что-то на ухо, показала Олегу и Анне, что можно потихоньку уходить. Пусть люди веселятся хоть до утра! Вечером молодых ещё ждало свадебное застолье дома у Черноморцев.

Здесь с утра был настоящий проходной двор. Все соседки под руководством Ивана без суеты, со смехом и шутками сновали, как челноки в ткацком станке, из дома в дом. Тазы, ведра, кастрюли кипели во всех дворах. БРОКа, чтобы не мешал, Олег ещё утром перегнал к соседям. Мужики деловито стучали молотками, сколачивая столы и лавки. Весь задний двор за домом был расчищен от старых деревьев и бурьяна. На проводах развешивались лампочки и динамики для музыки. Всем было чем заняться. Детвора стайками носились из дома в дом, на ходу получая душистые пирожки и подзатыльники.

Во время перекуров Иван, заговорщицки подмигивая мужикам, извлекал полулитровую бутылку чистейшей самогонки и так, чтобы не видели женщины, наливал всем по «маленькой». Потом, дружно закурив, они в течение десяти минут обсуждали новые «чудеса» государственной политики. Пьяных не было. Все берегли себя на вечер, когда вся улица сядет за свадебный стол.

Даже Куня и Буня сегодня были трезвыми. Они деловито таскали сумки с провизией. Как работникам городского рынка, им сегодня общество оказало небывалое доверие. Иван Алексеевич давал им деньги на закупку продуктов и при этом ни на минуту не поставил под сомнение их порядочность. Все кумушки только качали головой, когда Куня и Буня с длинным списком продуктов и пачкой денег уехали на своём Запорожце» к рынку. Тут же дружно заявили, что деньги сейчас будут пропиты. Но, когда через полтора часа они приехали трезвые, с покупками, и положили перед старшиной сдачу, многие соседи удивлённо пожали плечами. Деньги Иван не взял, а ещё добавил толстую пачку денег и опять со списком отправил по магазинам. На этот раз, кроме всего прочего, он велел им купить себе приличную одежду и обувь. Он посмотрел каждому в глаза и сказал:

– Отныне вы начинаете новую жизнь!

Парни на мгновение оцепенели, а потом, как бы очнувшись, рассмеялись и помчались выполнять указание старшины.

Женщины не могли нахвалиться на Ивана. Надо и не надо, со всех сторон только и было слышно «Иван Алексеич! А, Иван Алексеич!». А наш Иван только подкручивал свои черные казацкие усы да шаловливо постреливал цыганскими глазами на тёток, отчего те краснели и, хохоча, убегали.

Когда молодожены вернулись домой, все основные мероприятия уже были выполнены. На белых скатертях уже была расставлена посуда, столовые приборы. Холодные закуски с равными интервалами прерывались группами бутылок. В центре каждой находилось обязательное шампанское. Баловство, конечно, но традиции надо соблюдать, хотя бы в начале застолья. Над столами горели лампочки, хотя ещё было светло. Перед столом молодожёнов стояли пышные букеты в вёдрах, обёрнутых цветной бумагой. Двор выглядел относительно тихо и торжественно.

Наши невесты, зайдя в дом, на ходу сбросили туфли и попадали «без задних ног» на кровати. У них сегодня самый трудный и радостный день в жизни. Вымотались сегодня капитально. Ногами уже не шевельнуть, но впереди ещё застолье. Девчата с улицы уже пришли в дом. Сидя возле невест, шептались и тихо смеялись о чём-то своём, девичьем.

Женихи, развязав на шее бабочки и расстегнув рубахи, без смокингов, сидели с Иваном под орехом. Вспоминая сегодняшние мучения, они похохатывали и пили холодный квас. Сегодня им выпивать как всем – не положено! Так старики говорят!

Через час начали подтягиваться гости. Сегодня из послевоенных, скрипучих шкафов мужики извлекли свои, старого покроя костюмы, которые уже с десяток лет никуда не надевались. Женщины, перемеряя свои лучшие платья, с сожалением констатировали, что многие уже на них не налезают. Они судорожно пытались найти выход, что-то распарывая, перешивая и разглаживая. Кроме того, нужно было успеть помыться, переодеться, сделать прическу, хоть как-то накраситься, а тут ещё мужья вечно со своими дырявыми носкими. «Ничего найти не могут! Это подай, да где это лежит! Убила бы паразита!»

Но вот, вроде бы, все одето, где надо – духами сбрызнуто Грудь повыше. Туфли жмут, ну, да один раз можно потерпеть! Чай, не хуже других! Быстрый осмотр внешнего вида своего супруга. Галстук поправить, туфли почисть кремом. Смахнуть щёткой пыль с пиджака. Причесать. Сбрызнуть одеколоном. Огурчик! Главное, чтобы не нажрался, как свинья! В руки супругу – немудрёный подарок, и вот они торжественно выступают за калитку, на улицу. Но что это за шум? Со всех сторон слышится: «Идите скорее посмотреть на это!»

– Та Боже ж мой! Это же Куня с Буней! Одетые в шикарные итальянские костюмы, импортные сорочки, галстуки от Версаче! На руках – очень даже нехилые часы. А какие на ногах у них «корочки»! Эт-то что-то особеннова! Побритые, надухаренные, подстриженные! Идут солидно, как деловые. Ну, девки, держись! Чудеса!

Соседи, одетые бедно, но торжественно, здороваются друг с другом по имени отчеству, кланяются, хотя пару часов назад орали друг на друга в мать и в душу.

Сегодня вечером не важно – хохол ты или еврей, русский или грек. Сегодня мы все – соседи, выдаем замуж нашу Анечку и женим нашего Яшеньку. Ведь они нам не чужие! Они родились и выросли на их глазах. Соседи хоронили и оплакивали их родителей. В трудную минуту всегда помогали друг другу, кто чем может. Ну, разве же они чужие? А то, что иногда ругались между собой – так в какой нормальной семье без скандалов?

Постепенно двор наполняется гостями. Гул голосов, дым папирос. Наконец из дома выходят две молодые пары и стоя в начале столов, приглашают всех рассаживаться. Мужчины и женщины обнимают и целуют молодых. Глаза у всех слезятся от радости и счастья.

Пацаны уже включили магнитофон. Из динамиков звучит свадебный марш. Ещё полчаса за столами идет шум и смех. Расторопные девчата ещё что-то выставляют на столы. Раздают чистые рушники с вышивкой, чтобы гости не уронили себе чего на колени и не испачкали парадную одежду. Наконец слышен звон вилки по фужеру и шум стихает.

– Дорогие наши молодожёны! Дорогие гости! У всих налыто? – громко, как на плацу, начал Иван. Он окинул всех присутствующих взглядом и повернулся к женихам и невестам.

– Дозвольте мне, як представителю женихов, бо я им сейчас и за мать и за отца, пидняты пэрший тост за любов, яка соединила их сердца з этими прекрасными дивчатами. Дай им боже любови, щастя, и диточок вэсэлых! – Он перекрестил их и махнул рюмку водки в рот.

Все гости дружно встали. Зазвенели бокалы с шампанским и рюмки с водкой.

– Горько! – гаркнул Иван с такой силой, что с дерева кому-то на плечи свалилась кошка. Визг, хохот.

– Горько! Горько! – подхватили гости.

Молодые чинно встали и начали целоваться. Гости дружно считали, а молодые, иногда улыбаясь сквозь поцелуй, ждали, когда насчитают хотя бы до тридцати-сорока. Столько лет они проживут якобы вместе! Традиция!

Зашумело свадебное застолье. Решили поздравлять по порядку, как сидели за столом – от молодых к дальнему концу стола. Вставали муж и жена. Один из них произносил пожелание молодым счастья и любви. После чего над всей улицей неслось дружное «Горько!»

Ночь незаметно легла на землю. Звёздный купол украсил осеннее небо. Лёгкий ветерок шевелил листья на старом орехе, а под ним шла весёлая гулянка. Кто-то принёс гармошку, и начались соревнования на знание частушек. Чем дальше, тем двусмысленней становились они. Гости хохотали, а раскрасневшиеся тётки, уперев руки в бока, выдавали друг другу такие куплеты, что у трезвых молодожёнов «глаза на лоб лезли». Когда они, наконец, выдохлись, пацаны опять включили магнитофон. Народ поскакал с мест, и начались танцы – кто во что горазд.

В это время с улицы прибежал пацаненок и что-то шепнул на ухо Куне. Тот мигнул Буне, и они пошли за дом к калитке на улицу. Метрах в двадцати от калитки, на противоположной стороне улицы, стоял большой черный джип «Гелентваген». Облокотившись на капот, возле него стоял Шапа. Слегка прищурившись, он смотрел на приближавшихся парней. В руке у него была пустая, плоская бутылка из-под выпитого коньяка. Сегодня он уже принял на грудь больше, чем ему было нужно. Куня с Буней замедлили шаг и, не дойдя до Шапы нескольких шагов, остановились.

– Ну, чё вы там стали? Идите сюда! Не сцыте! – он плотоядно смотрел на них злыми весёлыми глазами.

– А чё нам подходить? Нам и тут хорошо! – ответил Буня.

– Нет! Вы подойдёте, когда я зову! Иначе хреново вам будет! Ну! Я жду!

– Не! Ну, чё за дела в натуре? – пытался как-то разрядить обстановку Куня. – Люди на свадьбе гуляют, никого не трогают!

– А меня и не надо трогать, я сам кого хочешь трону! – с этими словами Шапа резко прыгнул вперёд и ударил бутылкой Куню по голове. Обливаясь кровью, Куня кулем повалился под ноги. Буня, не ожидая от самого себя такой смелости, вдруг крутанулся и нанёс Шапе такой удар ногой в живот, что его как взрывной волной бросило об капот машины. Вытаращив от удивления глаза и хватая воздух сбитой дыхалкой, он упал на колени и повалился лицом в пыль. Из джипа полезли бойцы с битами в руках.

Где-то сзади у калитки закричала женщина. С шумом и гамом на улицу стали выбегать пьяные гости.

– Наших бьют! – прозвучал древний русский боевой клич, означавший, что на бой идут местные жители, за свою деревню, улицу, квартал. Сначала мужики решительно двинулись на противника, но, когда передние попали под удары дубинок, то остальные поняли, что сегодня драка будет на славу. С рёвом, как нормандские берсеркеры, объевшиеся мухоморов перед битвой, наши мужики пошли крушить изгородь, выламывая штакетники и выдирая колья из земли. Началась махаловка по полной программе. На заднем плане, у калитки, толпа женщин дружно верещала на все голоса, создавая иллюзию, как будто в этом конце Одессы петлюровцы уничтожают еврейское население.

– Олег, Яша! Куда вы? – всполошились невесты.

– Так, девочки! Сидите здесь и не вмешивайтесь! Сейчас разберёмся и вернёмся за стол. – Яша погрозил пальцем обеим невестам.

Олег, обернувшись, посмотрел на невест, сидевших в дальнем конце П-образно стоявших столов. Они получались как бы в дальнем конце двора, занавешенного коврами от заднего забора на соседские огороды. Он сделал им успокаивающий жест и пошёл за Яшей к калитке.

В драку вливались всё новые и новые бойцы с обеих сторон. Ещё на нескольких джипах приехали бойцы с битами в руках. Они все, как на подбор, были стрижены наголо и в черных кожаных курточках. Стали подтягиваться мужики и с соседних улиц. В центре побоища, рыча от азарта и работая кулаками, как кувалдами, дрался Иван. Перед этим, взяв честное слово с Олега и Яши, что они не будут вмешиваться в драку, старшина, застонав от предвкушения мордобоя, кинулся в гущу свалки. Ну, какая гулянка без драки? Потом и поговорить будет не о чём!

С соседней улицы донеслись звуки милицейской сирены. В переулок, одна за другой, медленно, стали вкатываться милицейские машины, сверкая сине-красными мигалками. Поначалу на них никто внимания не обращал. Милиция в бой не вмешивалась. За такую зарплату получить колом по хребту. Нет! Лучше увольте!

Правда, милиционеры тоже без работы долго не стояли. Они начали выхватывать из драки крайних, ближе всего оказавшихся к ним драчунов. Наскочив впятером на двоих, милиционеры валили их на землю и, защелкнув наручники, закидывали в «воронок». Драка постепенно угасала. Жёны хватали своих мужей и волокли их по домам. Наконец драка прекратилась. Бойцы Шапы, поддерживая друг друга, кое-как загрузились в джипы и практически беспрепятственно покинули место боя. Ментам достались только те, кто уже был загружен в машины. Иван ушёл к летней кухне – сделать себе примочку на фингал под глазом. Яша с Олегом, стоявшие во дворе у забора, обратили внимание на то, что нападавших менты пропустили беспрепятственно. Складывалось ощущение, что они знали о том, что здесь будет драка.

– Что вы думаете обо всём этом? Яков Семёныч! – Олег с иронией посмотрел на Яшу.

– Скажу одно, командир – здесь явно попахивает говнецом!

– Совершенно в дырочку! – Олег потёр подбородок. – Первое! Зачем бандюкам приезжать на свадьбу к посторонним людям? Второе! От кого и зачем они узнали время и место свадьбы! Может быть, это наши старые знакомые? То-то им радости!

– Олег! Смотри! – Яша кивнул в сторону милицейских машин. – Тебе не кажется знакомым это лицо?

– Ба! Да это же наш участковый лейтенант! – улыбнулся Олег, глядя на идущего к ним Пацюка. – Прошу прощения! Уже не лейтенант, а целый майор! – поправил себя Олег.

– Растут же люди! – с завистью в голосе произнёс Черноморец.

На лице Пацюка промелькнула злорадная улыбка: «Ничего! Веселитесь, голубки, недолго вам осталось!»

– Попрошу предъявить ваши документы! – строгим тоном произнёс Пацюк.

– У пана лейтенанта плохо с памятью? – Яша удивлённо таращился на милиционера.

– Значит, не подчиняемся законным требованиям представителя власти! – как-то даже с облегчением произнёс Пацюк.

– Та ни боже ж мой! – Яша сделал испуганное лицо. – Бегу за документами!

– Давайте пройдём в дом! – Пацюк шагнул к крыльцу дома.

Взяв в руки паспорта, майор бегло просмотрел их, удовлетворённо хмыкнув, когда увидел, что бывший гражданин Грязев, оказывается теперь Князевым Олегом Николаевичем.

– А что здесь у вас за гулянка? – спросил Пацюк с как можно более простодушным видом.

– Наша свадьба! А что, это противозаконно? – Яша смотрел ему в глаза с интересом.

– Свадьба – это хорошо! А вот драки устраивать – это плохо! Придётся вам проехать со мной в отдел!

– С какой это стати? – возмутился Черноморец. – Драка была на улице, а не в нашем дворе. Мы в ней участия не принимали и вот нате вам! В милицию! Это же беззаконие и милицейский произвол! – возмущался Яша. Он переглянулся с Олегом. Тот ему моргнул, мол, давай, нагнетай обстановку дальше! – Я буду жаловаться прокурору города! Это что, тридцать седьмой год? Все соседи свидетели, что мы в драке не участвовали!

– Значит, так! Вы, гражданин Черноморец, можете остаться дома, а вас, – Пацюк ткнул Князева паспортом в грудь, – я попрошу следовать за мной в отдел! У вас с паспортом не всё в порядке.

– А до завтра это не может обождать? – поинтересовался Олег.

– К сожалению, в прошлый раз вы нас покинули так быстро, что даже не успели попрощаться! – майор ласково заглянул Олегу в глаза.

– Это вас так расстроило? – ахнул Олег.

– Больше, чем вы себе можете представить! – Пацюка смутно терзало сомнение. Сбивало с толку непонятное поведение этих двух мужиков. Им бы сейчас нервничать, психовать. Ведь понимают, что деваться им на этот раз уже некуда, а они резвятся, как дети малые. – Советую не делать глупостей! Дом и двор со всех сторон окружён автоматчиками! – его крысиная мордочка растянулась в улыбке.

– Ой! – Яша испуганно всплеснул руками. – С настоящими автоматами? И с патронами? Или так, для понта?

– А вы проверьте! – предложил Пацюк.

– Ну, вот ещё не хватало! Погибнуть от пули какого-нибудь дебила на собственной свадьбе! Прямо чисто ментовский подарок! – радостно возмущался Яша.

– Всё что могу! От всего сердца! – парировал его тираду Пацюк.

– Да уж, такой подарок можно получить только от такого «доброго» человека, как вы! – Олег покачал головой.

– По-хорошему пойдём или как? – рука Пацюка потянулась к кобуре пистолета.

– Ну, хоть с невестой попрощаться можно? – Олег развел ладони в стороны.

– Нет уж! Я теперь от вас ни на шаг! Прошу! – Пацюк достал-таки из кобуры пистолет, но с предохранителя его не снял и патрон в патронник не загнал.

Олег заметил это краем глаза и ухмыльнулся: «Прямо детский сад какой-то!» Он посмотрел Яше в глаза: «Не дёргайся! Пусть они думают, что мы попались! Нужно узнать, кто и почему играет с нами в эти игры. Мне нужны все участники этой игры!»

– Ладно, лейтенант… извиняюсь, майор! Пошли! – Олег заложил руки за спину, как арестант, и пошел на улицу.

Действительно. На улице и в соседних дворах, справа и слева, стояли парни в чёрной форме «Беркута» с автоматами в руках. Сзади, за огородом, тоже, скорее всего, стояли бойцы. «Серьёзно готовились! – подумал Олег. – Значит, всё готовили заранее! А ведь мы здесь всего третий день! Драка тоже была частью сценария. Очень интересно!»

Возле УАЗика, куда подошли Олег с Пацюком, какой-то ретивый боец чувствительно ударил Князева автоматом в спину, чтобы тот резвее запрыгнул в машину. Олег повернулся и, посмотрев в глаза сержанта, скрывавшего лицо за маской, произнёс:

– После каждого подлого поступка ты, говнюк, будешь по полгода лежать в больнице, парализованный!

– Иди, козёл! – сержант хотел ещё раз ударить автоматом, но вдруг почувствовал, что тело его становится вялым, как будто из него выпустили воздух.

Хлопнув дверкой, УАЗик сорвался с места, а незадачливый сержант, к удивлению своих товарищей, вдруг выронил из рук автомат и безвольно повалился в придорожную пыль, как куль.

20

– Шо? Забрали командира? – Иван, с полотенцем на шее, подошёл к Яше сзади и посмотрел вдоль улицы туда, где, мелькнув красными фонарями, свернул за угол милицейский УАЗик.

– Командир знает, что делает! – Яша вздохнул и пошел во двор к столам. Посмотрев на живописную картину пустого застолья, вдруг вспомнил.

– А где наши боевые подруги? – он посмотрел на Ивана.

– ? … – Иван пожал плечами, удивлённо оглядывая двор. – Может, у соседей или в хате?

– Осмотри двор, а я посмотрю в доме! – распорядился Яша.

Ни в доме, ни за домом невест не оказалось. Опросили всех соседей. Никто ничего не видел. Вернулись обратно во двор. Яша прошёл к месту, где в последний раз оставил девушек. Из-под ковра, который висел на раме позади свадебного места, выглядывал кончик фаты. Яша откинул ковер в сторону и вдруг всё понял. На земле отчётливо были видны следы армейских ботинок. Лежала фата и белая туфелька Алины. Пройдя по следу к забору, обнаружил лоскут от белого свадебного платья, а за забором – вторую фату.

– Похоже, Ваня, наших невест похитили! – сказал Черноморец упавшим голосом.

– Ну, суки! – Иван жутко сверкнул глазами. – Я ж их маму… Я их потрохом наружу вывэрну!

– Не кипятись! – Яша взял себя в руки. – Нужно понять, кому и зачем они понадобились, а тогда поймем, где их искать! Кстати, давай посмотрим в том дворе, через который наших женщин утащили.

Они перелезли через изгородь и направились к видневшемуся за полуразвалившимся сараем старому дому. Обойдя его кругом, никого не обнаружили. Только вернувшись к сараю, услышали приглушенное мычание. Свет в темноте им был не нужен. Они великолепно видели всё, как днём. В углу сарая за штабелем полусгнивших ящиков для хранения картошки лежал связанный мужик с кляпом во рту. Когда вытащили кляп, он, как рыба на берегу, стал хватать ртом воздух. Осторожно развязали его и на руках вынесли во двор.

– Дядя Тарас! – Яша легонько пошлёпал ладонями его по щекам. – Очнись!

Мужик медленно открыл глаза и посмотрел сначала на Ивана, а потом на Яшу.

– Дядя Тарас, что случилось? – спросил Черноморец. Потом, поняв, что у соседа пересохло горло, раскрыл ладонь и в ней появился стакан с водой.

– Пей давай! Я сам за тебя посмотрю! – Яша положил ладонь Тарасу на голову и закрыл глаза. Вот он выходит на зов какого-то человека с улицы. По говору похож на западэнца. Спрашивает жильё для ночлега. Он с друзьями приехал на рынок торговать, но товара ещё много, а им негде переночевать. Предлагает хорошие деньги. Тарас согласен, потому что в доме ни копейки денег. С улицы во двор входит здоровый мужик со шрамом на лице. На нём – кожаная куртка и камуфляжные брюки, заправленные в армейские ботинки. Вслед за ним входят ещё трое крепких парней, одетых точно также. Тарас чувствует себя неуютно, но крутить кино назад уже поздно. На стол выставляют большую бутылку водки. Наливают полный стакан и дают Тарасу. Без закуски многовато, ну, да ладно. Не пропадать же добру! Хорошо! Сознание постепенно затуманивается. Слышно, как один из парней назвал своего старшего со шрамом Кривым. Сказал, что пойдёт поглядит, как там на свадьбе. Кривой приказывает не дёргаться. Ждать звонка. Решают, что делать с Тарасом, который лежит головой на столе. Кривой даёт команду связать его, заткнуть рот и бросить в сарай. Когда проспится, сам потом развяжется. А нет, так туда ему и дорога! Слышен звонок сотового телефона. Кривой с кем-то говорит. Спрашивает, начали ли драку люди Браслета или нет… Ага! Он назвал собеседника Джамалом. Всё! Сознание Тараса гаснет.

– Ну, шо вин кажэ? – посмотрел на него Иван. Яша сделал ему мысленный посыл информации.

– Ясно! Тогда закурюй! – Иван протянул Яше пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, обождал, пока тот прикурит. Они вернулись к свадебному столу. Иван плеснул два стакана водки и, не чокаясь, выпил с Черноморцем. Помолчали.

– Шо, старые долги? – Иван как всегда зрил в корень. – Может, Олегу скажем?

– У Олега сейчас другая работа! – возразил Яша. – Постараемся сами разобраться с этим делом! Ты прав в одном, нам сейчас нужно начинать поиск! Начнём мы его, пожалуй, оттуда, где в прошлый раз встретились с бандюками. А именно – с хаты Хруста. Бандюки наши, местные.

– Командуй! – Иван встал и, выбросив окурок, подтянул спортивные штаны.

– Полетели! – по слогам задумчиво произнёс Черноморец, и они медленно растаяли в воздухе.

21

В дежурной части райотдела милиции пахло табаком, мочой и ещё какой-то специфической кислятиной. Это запах присущ всем старым отделам, где прошли через нары «обезьянника» тысячи немытых, вонючих граждан обоего пола.

Олега сразу затолкали в «обезьянник», изъяв всё из карманов. Отобрали брючный ремень и шнурки из туфель. Паспорт с отметкой, что сегодня он сочетался законным браком с гражданкой Черноморец, остался у Пацюка. Кроме Олега, в камере находилось ещё несколько граждан алкогольной наружности и синее, опухшее существо женского пола. Существо лежало в луже собственной мочи с задранной юбкой неопределённого цвета.

– Мужик! Хочешь попользоваться? – спросил алкаш в рваной тельняшке, кивнув в сторону обоссанного существа. Олег даже замутило от одной перспективы просидеть здесь ночь.

– Спать! – сказал он, глядя на алкашей.

Мужики покорно уронили головы на грудь и сползли с лавки на пол. Выглянув сквозь прутья решётки в сторону дежурной части, Олег не заметил там какой-либо активности. Оперативный дежурный старший лейтенант что-то разносил по журналам, а помощник оперативного дежурного старший сержант, видимо, принимал очередной факс с ориентировками на разыскиваемых лиц. Рация у них шипела, и периодически были слышны переговоры между патрульными машинами и пешими нарядами.

«А мы тем временем заглянем к дорогому товарищу Пацюку!» – подумал Олег и тихо растворился в воздухе.

Бесплотным духом он двинулся сквозь решётку. Влетев в дежурную часть, полистал журнал учёта происшествий. «Так! Ага, вот и наша запись!» В графе было зафиксировано, что из района переулка Сиреневого позвонила некая гражданка Иванова и сообщила, что происходит массовая драка. Время сообщения было несколько преждевременное. Примерно, минут на тридцать-сорок раньше, чем в действительности началась драка. Понятно! В любом сценарии бывают проколы! Дальше. На место происшествия выехала группа во главе с начальником следственного отдела Пацюком! Смотри ты, какую честь оказал уличной драке! Так. Задержан зачинщик драки – гражданин Князев О.Н. Интересно, а где же остальные задержанные граждане, которых так лихо грузили в «воронок» милиционеры?

– Лёха, гляди! – вдруг услышал над собой Олег.

Помощник дежурного оторопело смотрел на самораскрывающийся толстый журнал.

– Да это сквозняк! – успокоил его дежурный.

– Какой сквозняк? Я сам видел, как журнал поднялся с пульта, лёг на стол, открылся и начал листать страницы туда-сюда! – помощник машинально промокнул рукавом вспотевший лоб.

– Это, Витёк, у тебя глюки начинаются! – не сдавался старлей.

– Бля буду! Сегодня ещё капли в рот не брал! – заверил его помощник.

– Ладно! Мне некогда! – отмахнулся дежурный и углубился в записи.

Скользнув сквозь закрытую на засов дверь дежурной части, Олег поднялся этажом выше. Здесь царил полумрак и тишина. Пролетев немного по коридору, он остановился у одной из дверей, за которой был слышен голос Пацюка.

– Да, товарищ генерал! Всё прошло, как по нотам! Нет! Сопротивления он не оказал! Да! Сейчас в «обезьяннике»! Странно, правда, то, что он как-то подозрительно лояльно вёл себя! Как подозрительно? Мне показалось, что он как-то нас использует! Мне чутьё подсказывает, а оно меня ещё ни разу не подводило. Хреновое, извините за выражение, у меня предчувствие! Вляпаемся мы с этими спецами! Это как два старых снаряда на пенсии! Того и гляди, чтобы не рванули! Да не паникую я, Евгений Митрофанович! До встречи утром!

Олег парил всего в метре от Пацюка, листавшего материалы дела, лежавшего перед ним на столе. Олег заглянул в них через плечо майора. Это были протоколы допроса свидетелей по нападению неизвестных лиц на дом Хруста. Далее следовали показания свидетелей по вооруженному столкновению людей Хруста с двумя неизвестными на заброшенной шахте. Внешнее описание и словесные портреты обоих неизвестных полностью подходят под описание Князева и Черноморца. Ксерокопия всех страниц паспорта Князева уже лежала в деле. Здесь же лежал и сам паспорт иностранного гражданина России – Князева О.Н.

– Всё копаешь, майор? – спросил Олег.

– А? Что? – Пацюк поднял голову и быстро оглянулся. – Нет! Показалось! – пробормотал он. Встал, потянулся и, подойдя к окну, выглянул на ночную улицу.

«С чего это всё началось?» – прозвучал вопрос в голове Пацюка. «С чего? – подумал майор. – Со звонка Парамона! Это он втянул меня в это дело! Потом Хруст с генералом, – видимо, с его подачи, подключили меня к этому уголовному делу о нападении в дачном посёлке. Интуиция меня не подвела. При прочёсывании города она меня вывела на дом Черноморца. Парамон потом сам встретился с Колобком! Он тоже почти был уверен, что это дело Яшки и его друга. Жаль, тогда их взять не успели! Ушли сквозь пальцы! Хруст ломанулся за ними. На том и кончился, вместе с Парамоном и Пауком. По большому счёту, туда им и дорога! Мне теперь, друг Парамоша, можно спать спокойно! Вместе с тобой похоронили и все наши тёмные делишки. – Пацюк даже хихикнул от удовольствия. – А вот нашего генерала Хруст когда-то сильно посадил «на крючок»! И этот «крючок» теперь, видимо, в руках у Браслета. То-то наш шеф вышел после беседы с Бориской бледный, как покойник. Даже руки тряслись! Размазня! Я бы на его месте сейчас стравил людей Кривого и Браслета. Глядишь, и эти отправились бы на тот свет!»

– Интересное кино вы мне здесь крутите, майор! – услышал Пацюк за своей спиной. В кресле возле его стола, закинув ногу на ногу, сидел гражданин Князев и вертел в руках его табельный пистолет.

– Как вы здесь оказались? – едва выдавил из себя Пацюк.

– Как-как! Да все двери оказались открытыми, вот я и зашел поговорить по душам. Вы разве против? – Олег ненароком направил ствол пистолета на майора. Пацюк сразу заметил, что пистолет снят с предохранителя.

– Да! Нехорошо оставлять оружие не на предохранителе! Представляете! Одно неосторожное движение, и оно выстрелит! Знаете, сколько бывает случаев гибели при неосторожном обращении с оружием? – Олега явно забавляло позеленевшее от испуга лицо майора. Видимо, он подумал, что Олег его сейчас действительно убьёт и оставит мертвого с пистолетом в руке.

– А что, хорошая идея! – Пацюк вдруг понял, что Олег читает его мысли. – У вас, майор, есть только один вариант уцелеть! Это чистосердечное письменное раскаяние в совершённых вами должностных преступлениях! Не слышу бурной радости по поводу появившегося шанса уцелеть! – Олег, улыбаясь, смотрел на меняющееся крысиное лицо Пацюка, который быстро взвешивал все шансы «за» и «против».

– Зачем вам моё письменное признание? Вы ведь и так можете всё прочитать в моих мыслях? – попытался вывернуться майор.

– А мне так будет спокойнее! Да и вам придётся уволиться с дальнейшим переездом на историческую родину! – спокойно произнёс Князев.

– Но, я столько лет отдал службе… – начал было Пацюк.

– Значит, мои условия вам не подошли! А жаль! – Олег передёрнул затвор пистолета и быстро приставил его к правому виску майора. – Вы ведь, кажется, правша?

– Согласен! – пискнул майор, втянув голову в плечи.

– Хорошо! Пиши! – Князев ткнул Пацюка стволом пистолета в плечо. – Что ты забудешь, я тебе напомню!

22

В подземном бункере триста девятой бригады стратегических бомбардировщиков было прохладно, в отличие от жары, царившей снаружи. Мощные кондиционеры гнали прохладный, профильтрованный воздух во все помещения Центра Управления Стратегической Авиации США. В одном из таких помещений, закинув ногу на ногу, вальяжно расположился в большом кресле Махмуд. За круглым столом сидело ещё два человека. Гарри Хьюз в форме бригадного генерала дымил сигарой, изредка поглядывая на соседа по столу, уже заместителя директора ЦРУ Майкла Дугласа.

«Быстро скачет молодёжь вверх по ступенькам власти. А они бывают ой, какие скользкие! Только неторопливый и осторожный может дойти до её вершин! – думал старый генерал, глядя на светящееся оптимизмом лицо Майкла. – Этот ещё наломает дров! Если только вовремя его не одёрнуть! Ишь, машет саблей, только успевай пригибаться!»

– Основная концепция планируемой операции опирается на предложенную вами помощь! – улыбаясь, Майкл смотрел на Махмуда, задумчиво вертевшего на большом пальце правой руки необычный перстень с длинным зелёным камнем. Неземной камень светился изнутри, как если бы в нём была подсветка.

«Интересно! – думал Махмуд. – Выпустили бы меня живым американцы, если бы знали, какое страшное оружие заключено в этом перстне? Вряд ли! Они, как ненасытные акулы будут рвать и глотать всё, что, по их мнению, может добавить им богатства и власти. Очередной виток истории. Америка повторяет путь Римской империи. Свою могилу она уже начала рыть на Ближнем Востоке. Иран и Афганистан сближаются с Ираком. Уже начинает образовываться гигантский конгломерат мусульманских стран, который начнёт втягивать в себя новых и новых приверженцев Ислама. Америка просто надорвёт пуп, пытаясь победить их военной силой. Но это ещё впереди! Сейчас нужно воспользоваться совпадением интересов и решить свою главную задачу – уничтожить камни – каналы времени!»

– Не секрет, – продолжил Майкл, – что наша операция по изъятию древнего Уральского камня у русских потерпела неудачу. Мы не учли их азиатскую хитрость. Теперь в этот район нам уже нет доступа. Второй, Карельский камень, у русских стерегут три военных спутника, поочерёдно сменяя друг друга над этой зоной с интервалами в сто сорок минут. Принимая во внимание отсутствие каких-либо коммуникаций, вывезти его из этого района, кроме как по воздуху, невозможно. Но даже этот вариант перечёркивается космическим наблюдением. Поэтому мы склонны к варианту, предложенному вами, уважаемый Махмуд. Если мы не можем получить контроль над каналом временного коридора с другими цивилизациями, его нужно уничтожить! Мы не допустим того, чтобы Россия стала мировым лидером. Они и так, со своим европейским уровнем науки и азиатской непредсказуемостью, ставят в тупик весь мир последних несколько столетий. Нам нужен спокойный, стабильный мир во всём мире. – Майкл отхлебнул минеральной воды из длинного фужера. – Операция по уничтожению каналов времени одобрена на самом верху. Ваше участие в проведении операции также получило одобрение и поддержку. Обещанные денежные суммы уже переведены на указанные вами банковские счета. Разработку плана операции нужно провести в сжатые сроки, с учётом уже действующей на Карельском перешейке вашей группы. Разработку плана поручено провести генералу Хьюзу. В плане будут учтены все ваши предложения. Теперь вам слово, Гарри! – Майкл повернулся к генералу.

– Польщён доверием, – устало произнёс генерал. Он понимал, что малейший промах в предстоящей операции будет стоить ему погон и пенсии. «Старый дурак! Не послушал Молли, когда она упрашивала меня выйти в отставку и уехать к её родителям в Майями. Теперь выкручивайся!» Он откашлялся, потом глотнул воды, собираясь с мыслями.

– Вариант, который предлагает господин Махмуд, подкупает своей простотой и минимальным временем, необходимым на подготовку операции. Основная суть предложения сводится к тому, чтобы авиационной группой нанести локальные ядерные удары по двум целям на территории России. Неминуемый политический скандал следует погасить заранее подготовленным для прессы объяснением произошедшего инцидента техническим сбоем во время совместных учений военно-морских сил НАТО в Северном и Баренцевом морях. Намекнуть, что возникли некие загадочные обстоятельства, при которых лётчики вдруг потеряли ориентацию. Возможно, у них произошло помутнение рассудка, и они произвели сброс крылатых ракет. По счастливой случайности ракеты упали в ненаселённых районах страны. Мы делали все, что могли, но в этой ситуации командование сил НАТО оказалось бессильно. Что произошло, то произошло! – генерал развёл руки в стороны. – За тем последует обещание тщательно во всём разобраться и подробнейшим образом всё довести до сведения прессы. Комиссия может проводить расследование годами. В мире каждый день происходят новые трагедии, которые заслоняют собой предыдущие. Уже через год – полтора мало кто вспомнит, что где-то там, в безлюдных районах России взорвались две американские ядерные ракеты.

– Отлично! – потёр ладони Майкл. – Когда примерно можно ожидать начало операции?

– Думаю, что за две недели мы успеем всё подготовить! – опершись локтем на стол, генерал потирал пальцами уставшие глаза. Перелёт из Вашингтона в Нью-Мехико давал о себе знать. Да и разница между прохладным воздухом Вашингтона и жарой в Россвеле также вызывала чувство вялости и переутомления.

– Если уважаемый Махмуд желает что-либо сказать, пожалуйста, не стесняйтесь! – Майкл, улыбаясь, смотрел на араба, задумчиво переворачивавшего необычный перстень на среднем пальце правой руки.

– Генерал правильно изложил суть предложенной операции, а детали пусть готовят специалисты. Они за это большие деньги получают! – пошутил Махмуд.

Присутствующие сдержанно рассмеялись над шуткой гостя.

– Ну что, господа, есть предложение закончить сегодняшнюю встречу, – сказал Майкл, вставая из кресла.

23

Президентский «ИЛ», сверкая полированными плоскостями, летел в заоблачной высоте в окружении звена истребителей-перехватчиков последнего поколения. Вскоре им на смену пришло новое звено, а «старое» ушло на промежуточный аэродром для дозаправки. Они будут ожидать взлёта до возвращения лайнера номер один обратно в столицу. По всему пути следования лайнера на промежуточных аэродромах имелись другие звенья истребителей-перехватчиков президентской эскадрильи, выполнявших обязанности телохранителя большого, неповоротливого аэробуса, представлявшего собой летающий Кремль-2. На нём имелись свои службы спецсвязи, секретариата, медпункт, охрана, системы самообороны лайнера, новейшие средства экстренного спасения, помещения для отдыха, столовая, кабинеты. Десятки людей обслуживали этот летающий государственный аппарат, ни на секунду не прерывающий связи с оставшимися на земле министерствами и ведомствами. Ежесекундно на борт поступали звонки, сообщения, шифрограммы. Основные министры, сопровождавшие Президента в этой поездке, работали в своём обычном режиме. Решения по неотложным вопросам принимались в режиме реального времени. Второй лайнер, транспортный, с автомобилями президента и охраны, также под прикрытием звена истребителей, мчался в нескольких часах лёта впереди президентского лайнера. К прибытию главы государства все службы охраны, транспорта и протокола должны находиться в полной готовности. Каждая минута, каждое выступление, каждое передвижение президента расписаны и за несколько минут вперёд перепроверяются службой личной охраны.

Прикрыв пальцами глаза, президент думал о том, что хорошо бы сейчас оказаться дома, у матери. Чтобы тебя никто не искал и не тревожил. Проснуться утром под родной крышей, под весёлое щебетанье ранних пташек. Услышать, как мать уже гремит чайником на кухне, готовя завтрак…

Офицер спецсвязи положил на стол президенту шифрограмму с пометкой «Только Первому лицу!». В небольшом пакетике находилась крошечная, размером с советский пятак, дискетка, содержавшая цифровой ряд, выстреленный за долю секунды другим аппаратом спецсвязи за сотни километров отсюда.

Президент достал из внутреннего кармана пиджака миниатюрный дешифровочный аппарат размером с портсигар. Открыв крышку, он вставил в боковую прорезь нижней части дискету. Она бесшумно втянулась внутрь. На внутренней поверхности открытой крышки появилось синее свечение. На поверхности нижней части дешифратора располагались сенсорные кнопки для набора текста. Каждая кнопка несла по пять – шесть символов и не представляла никакой сложности для человека, пользующегося сотовым телефоном. Набранный текст миниаппарат тут же зашифровывал обратно в цифровой ряд на уже вставленную минидискету. Прочитать её сможет только другой такой же аппарат, находящийся у адресата, известного только Президенту. Дискета, после обратного выстрела информации в эфир – самоликвидируется, слегка задымив и покоробившись.

Введя свой пароль, президент стал следить за движущимися по экрану строчками текста.

«По имеющейся у нас информации американцы в ближайшее время готовят операцию по ликвидации наших объектов К-1 и К-2. В подготовке операции, принимает участие один из наиболее скрываемых руководителей террористического движения на Ближнем Востоке «Меч ислама», Махмуд эль Шахрияр. Гражданское, а затем и военное образование получил в СССР. По сведениям из разных источников, Махмуд с недавнего времени стал обладать паранормальными способностями к разрушению любых объектов без непосредственного контакта. Два его помощника также обладают не обычными способностями воздействия на окружающую среду. В настоящий момент оба, предположительно, находятся на территории России. Вероятно их участие в готовящейся операции. Подходы к объекту К-1 скрытно блокированы бригадой спецназа. Объект К-2 усиленно охраняется дислоцированной в этом месте воинской частью». «Только этого нам сейчас не хватало! – с досадой подумал президент. – Неймётся нашим заклятым друзьям. Всё под себя, как куры лапой, гребут эти голуби мира хреновы! А что достать руками не могут, спешат уничтожить. Только бы корону первенства у них не отняли. Власть над миром подавай им! Сколько история не учит, что жадность фраера сгубила, а человечество упорно не хочет делать выводов и с упорством, достойным лучшего применения, раз за разом наступает на одни и те же грабли. Ну, да Бог всё видит! У нас на хитрую задницу всегда найдётся болт с винтом. Махмуд, говоришь! – президент хмыкнул, покачав головой. – Поглядим, что за зверька «Дядя Сэм» хочет к нам в дом запустить. А пока, думаю, нужно с нашим звероловом посоветоваться! – он закрыл глаза и, немного расслабившись, стал мысленно звать Князева, вызывая в памяти зрительный образ того, кто был ему нужен. Вскоре он увидел Олега, лежащего на тюремных нарах в каком-то отделении милиции.

«Ну и местечко вы себе выбрали!» – мысленно удивился президент, странным образом почувствовав кислый запах камеры.

«А что делать? Иногда приходится подыгрывать противнику, чтобы добраться до более крупной фигуры», – Олег сел на нарах и пожал плечами.

«У вас проблемы?»

«Это только вопрос времени. Да и встряхнуться иногда полезно!» – Князев махнул рукой.

«Хорошо! А теперь мне нужно с вами посоветоваться по поводу наших объектов, которыми так сильно интересуются заокеанские господа», – президент с некоторым отвращением смотрел на лежащих в сторонке от Олега пьянчуг.

«Я весь внимание!»

«Если не возражаете, предлагаю продолжить беседу в моём кабинете!» – Президент сделал приглашающий жест.

«С удовольствием!» – Олег встал с нар и шагнул на встречу президенту, оказавшись в его летающем кабинете. Он спокойно сел на кожаный диванчик, с интересом оглядывая кабинет главы государства.

«Прочтите этот текст!» – В воздухе появились желтые светящиеся строчки шифрограммы. Президент, улыбаясь, наблюдал за выражением лица Князева, хотя какой-то частью сознания помнил, что сидит один, в кресле, с закрытыми глазами.

– Откройте глаза, господин президент! Я уже здесь! – произнёс Олег, продолжая читать текст, начертанный в воздухе. – Если не ошибаюсь, то это продолжение неудавшейся операции «Прометей». Только теперь американцы решили задействовать настоящих Разрушителей. Неплохо у них налажена разведка, если смогли отыскать Махмуда с его людьми! – Олег с уважением покивал головой. – Если бы немцам во время войны удалось заполучить такого Разрушителя в свои руки, ещё не известно, как бы повернулась история!

– Вот американские господа, похоже, решили, что пора исправить этот фашистский промах! – президент слегка наклонился к Олегу. – Как думаете? Получится у них?

– Ну, вот это вряд ли! – Князев посмотрел в глаза собеседнику. – Кишка тонка!

– Что нам нужно предпринять?

– По возможности понять замысел противника! Если не ошибаюсь, то здесь, в Одессе, я узнаю кое-что об этом! Против меня явно играет один из подручных Махмуда. В последние дни мы с Черноморцем везде натыкаемся на его ловушки. Он где-то рядом! – медленно сказал Олег, ударив слегка кулаком в раскрытую ладонь. – Споймаем супостата и заодно попытаем, где он Анну свет Семёновну держит!

– Кто это? – не понял Президент.

– Это со вчерашнего дня моя законная супруга! – Олег показал ладонями на свой немного измятый свадебный костюм.

– Примите моё самое искреннее поздравление! – президент интуитивно протянул руку и почувствовал, как Олег ощутимо сжал его ладонь в ответ.

– Спасибо! – улыбнулся Князев.

В дверь кабинета Президента осторожно постучали.

– Одну минуту! – он поднялся и подошёл к двери. За дверью стоял его личный секретарь вместе с Министром Обороны.

«Что случилось?» – чуть вздёрнув голову, одним взглядом спросил президент, как если бы в его кабинете находился посторонний человек. Личный секретарь готов был поклясться, что без его ведома в кабинет за последних полчаса никто, кроме офицера связи, не входил. В кабинете кроме главы государства никого не было. Секретарь даже шею вытянул из-за плеча Министра Обороны, но кроме ноги мужчины в черных брюках и лакированном туфле, больше рассмотреть ничего не успел. Президент погрозил ему пальцем за излишнее любопытство.

Министр слегка растерялся, так как не привык докладывать Президенту о важных вопросах вот так – стоя в дверях. «Баба у него там что ли?»

– Получено важное сообщение! Американцы начинают внеплановые учения ВМС НАТО в Баренцевом море! – вполголоса произнёс Министр Обороны.

– Когда?

– Через пять дней!

– Зайдёте ко мне через полчаса, – сказал Президент, закрывая перед ними дверь.

Посмотрев друг на друга, секретарь и Министр пожали плечами.

– Кажется, американцы начинают шевелиться! – хозяин кабинета уселся в кресло напротив Олега. – Как думаете – эти учения являются отвлекающим элементом операции?

– Не исключено! – Князев сидел в задумчивой позе роденовского Мыслителя. – Хотя, в предыдущий раз они уже использовали этот фокус в Черном море. Мне сейчас нужно для полноты картины побеседовать с Разрушителем. Чем быстрее я его вычислю, тем лучше! – Олег встал с дивана. – Вынужден откланяться! За мной уже скоро придут в камеру. Нужно возвращаться!

– Надеюсь, что в ближайшие сутки – двое вы сможете мне сообщить что-либо существенное по вашим Разрушителям! – пожимая руку на прощанье, президент строго посмотрел в глаза Олегу. Князев понял – это не просьба, а приказ!

24

В темноте что-то зашуршало. «Крыса или грунт осыпается?» – Аня зябко повела плечами и теснее прижалась к Алине. Та в ответ сжала руку подруги. Не хотелось даже думать о том, что над ними может быть почти сотня метров грунта.

Когда Олег с Яшей оставили их одних за свадебным столом, внезапно сзади, из-за ковра, выступили неизвестные люди в камуфляжных брюках и кожаных куртках, похожие на скинхедов. Они молча схватили обеих невест и, не дав даже крикнуть, прижали к их лицам платки с хлороформом. Дальше – провал в памяти. Очнулись они уже здесь, в подземелье и, если Аню не обманывает интуиция, то они находятся в катакомбах. Она неоднократно посещала Одесские катакомбы с экскурсиями школьников, где экскурсовод рассказывал им о борьбе партизан против фашистских оккупантов. Она помнила возникавшее у неё удивление: как партизаны-подпольщики могли месяцами жить в этих подземных лабиринтах, не видя дневного света. Теперь, похоже, ей с Алиной предстоит вкусить романтики подземной жизни. Судя по размерам пещеры, где их содержали, она, видимо, когда-то уже служила жильём кому-то. Деревянные нары, грубо сколоченный стол и ящики вместо стульев. Выход из их пещеры только один – в соседнюю, где вокруг бочки на ящиках сидели четверо парней в кожаных куртках и азартно резались в карты. На коленях у них лежали пистолеты-пулемёты «Узи» израильского производства. Для боя в стеснённых условиях – оружие весьма удобное.

– Голова просто раскалывается! – пожаловалась Алина.

– Это последствия хлороформа, да и воздух здесь застоявшийся! – пояснила Аня подруге.

– Где это мы? – Алина смотрела на известняковые стены, освещённые светом стоявшего на столе аккумуляторного фонаря.

– Похоже, подруга, что нас взяли в заложницы, и сидим мы сейчас в катакомбах, – невесело произнесла Аня.

– Да кто они такие и чего им от нас нужно?! – возмутилась Алина.

– Судя по украинскому говору с молдавским акцентом, это – бандюки из Западной Украины.

– А чего здесь эти гуцулы забыли?

– А они теперь хотят всю Украину сделать вильной та незалэжной. Независимо, хочет ли этого вся русская Украина! В общем, националисты!

– Ну, а мы-то им зачем, в Турцию что ли на невольничий рынок продадут?

– Ты, наверное, недалека от истины, – Аня покачала головой. – Только, думаю, что им нужны не мы, а наши благоверные. Боюсь, что парни даже не догадываются, с кем связались! Так что не волнуйся. Всё будет хорошо! Наши найдут нас. Это лишь вопрос времени.

В соседней пещере началось какое-то шевеление. Парни стали вставать с ящиков, отодвигая их ногой в сторону. Явно кто-то пришёл. Женщины выглянули в проём и увидели троих пришедших мужчин. Один был явно восточной наружности, другой – здоровенный громила со шрамом через глаз. Третий – мужчина плотного телосложения, маленький, как гном, с козлиной бородкой и в строительной каске – тащил на себе огромную сумку.

– Ну, як вы тут, хлопци? – спросил мужик со шрамом у парней.

– Усе гаразд! Тильки исты хочэться! – пожал плечами один из парней.

– От тут е и пыты, и исты! – здоровяк пнул ногой сумку, которую поставил на землю козлобородый.

– Кривой! Со своими людьми будешь потом разговаривать. Сначала девок показывай!

– А ты, Джафар, менэ нэ пидгонюй! – недовольно проворчал мужик со шрамом и показал рукой на пещеру, где сидели пленницы.

Джафар, перешагнув через сумку, прошел в соседнюю пещеру и остановился перед двумя женщинами в белых свадебных платьях. Они сидели, прижавшись друг к другу, на деревянных нарах. На вкус Джафара, обе были хороши. «За таких красоток большие деньги знающие люди платят! Кто знает, может, при других обстоятельствах, он бы попытался их сохранить для себя, но сейчас выбора не было. Они умрут чуть позже, вместе со своими мужьями».

– Чего таращишься, как тарантул? – Аня крепче обняла подругу.

– Да вот, смотрю на двух голубок и думаю: как, прилетят за ними их ясны-соколы?

– Соколы-то прилетят, только навешают они потом и тебе, и козлам твоим по первое число! – Аня не боялась этого араба с паучьими глазами. – Ты ещё не знаешь, с кем связался!

– Ошибаешься, куколка! – Джафар перебросил очередную бусинку на четках. – О ваших мужьях я знаю больше вас. В постановке капканов на нужных людей я неплохой мастер, и думаю, что у вас будет возможность в этом убедиться, – он загадочно улыбнулся.

– Ты что-нибудь поняла? – спросила Алина Аню после того, как Джафар удалился.

– Не очень. Но нас, кажется, хотят использовать в качестве приманки, если я правильно поняла намёк про капкан.

– Боже мой! Нужно же что-то делать! – запричитала Алина.

– Что делать! – Аня встряхнула подругу за плечи. – Не скули! Знала, за кого замуж идёшь. Теперь молчи и думай! Как говорили древние: «Безвыходных ситуаций не бывает, бывают только те, кто не умеют найти этот выход!».

25

Невидимые человеческому глазу, Черноморец и Слепченко взмыли в ночное небо над Одессой. Иван летел уступом, немного сзади и сбоку от Яши, который без всяких колебаний направился к бывшей вилле Хруста. Черноморец почему-то был уверен, что начинать нужно именно оттуда. Под ними промелькнули огни домов, улиц, с движущимися по ним автомашинам, и вот они уже над окраиной города. Тёмная полоса как бы отделила городские окраины от разрозненных островков света загородных дачных садоводств и кооперативов. Резко вильнув, Яша нырнул вниз к одному из таких островков света на берегу озера, вода которого слабо мерцала под безлунным небом. Вот они уже возле дома с несколькими охранниками, бродящими по периметру огороженного участка. Едва колыхнув занавеской, друзья влетели в большую комнату второго этажа и остановились за спинками кресел, стоящих вокруг круглого стола. В креслах вальяжно расположились Боря Браслет, Шапа, Моня Борщ, Горбатый. Кроме них присутствовали ещё две не менее колоритные личности. Весь в синих татуировках от ушей до ногтей на ногах, лысый, тощий, с лошадиной челюстью Сява Годзила и круглый, как шоколадный шарик, грек Мика Паподопулос, по кличке Покемон. Компания не спеша играла в «Секу».

– Говорят, сегодня вечером пацаны на Фонтанах шумели, – как бы между прочим «забросил удочку» Сява.

– Кто говорит? – таким же нейтральным тоном спросил Шапа.

– Люди говорят! – слегка акцентировал Сява.

– Так пусть тебе люди и расскажут, что за шум был? – также лениво ответил Шапа.

– Вскрываюсь! – заявил Моня, бросая в банк двойной заход. Он чувствовал, что сидящий слева от него Покемон блефует. Моня только ему показал свои три карты и грек, тяжко вздохнув, сбросил свои карты в отбой.

– Нет! Конечно, это, может, и не наше дело, но всякое может случиться! – как-то двусмысленно заговорил грек, прикуривая дорогую сигару от специальной спички.

– Не понял… – Браслет удивлённо посмотрел на Покемона.

– А шё тут понимать? Сами куш ломите, а нам, вашим старым корешам, даже долю малую не ставите?

– Да боже ж мой! – Браслет с радостным удивлением уставился на грека. – Ты шё, валет в натуре? Какой куш! – он дурашливо заморгал глазами. – Так, за долю малую доброму человеку пособили чуток.

– Ой, не бери меня на герц, Боря! – вклинился синий Годзила. – Мы ведь тоже не пальцем деланные! Кому Моня нашего Гнома-следопыта в катакомбы сосватал? Почему меня не спросили? Это же мой человечек!

– Так! – с интересом подбоченился Браслет. – А ты разве не подо мной ходишь?

– Я? Под тобой? – вскипел Сява.

Присутствующие за столом незаметно передвинули предохранители на пистолетах.

– Ша! Шё за хай? – попытался разрулить обстановку за столом Горбатый. – Зашлём Моню до араба! У него бабок не меряно! Печенкой чую!

– И шё я ему скажю? – ехидно спросил Борщ.

– Ладно! – согласился с Горбатым Браслет. Он посмотрел на Моню. – Иди до него и скажи, шё Сява имеет до вас дело! Бабло за Гнома, без доли за хлопоты, Сяве верни.

– Да где я сейчас этого черножопого искать буду? – Моне явно не хотелось опять ехать в город ночью.

– А ты к бендеровцам зарули. Он сейчас с ними дело перетирает, – Браслет явно давал Моне понять, что сейчас лучше ехать, чем со старыми корешами дружбу ломать.

– А если он в катакомбы срулил? Ему туда хохлы двух тёлок уволокли. Где тогда его искать? – брыкался Моня.

– Тогда вернёшься. Но я буду знать, искал ты араба или нет! – Боря решил восстановить свой статус-кво Смотрящего, а, значит, решающего все конфликты по понятиям.

– Ой! Я не могу! Это не жизнь! Это что-то особеннова! – возмущался Моня, вылезая из-за стола.

Яша перемигнулся с Иваном. Сквозь стену они вынырнули вслед за уходящим Моней. Нет, Моня не был бы евреем, если бы не купил ещё раньше, до Годзилы, свободу Гному. Ему тогда за контрабанду, да ещё и с валютой, ой, как много корячилось. Но появился добрый человек – Моня Борщ. Он купил конвой, и на следственном эксперименте организовал Гному побег и мнимую гибель под обвалом в катакомбах, где уже лежал труп бомжа из морга. С тех пор у Мони тоже появилась своя маленькая сокровищница в катакомбах. Гном дал ему маршрут и приметы. Под страхом смерти запрещал хоть на шаг уходить с маршрута – «Сгинешь, и не найдут!». Но Моня был хитрый и храбрый еврей. Он нарисовал себе стрелки ультрафиолетовым карандашом, и со своим спецсветильником ходил там, как в метрополитене. Со временем Гном открыл ему многие тайные входы в катакомбы в старых районах города, что позволяло исчезать буквально из-под носа любой погони. Вот и сегодня Моня примерно знал, куда люди Кривого поволокли похищенных невест. Там была неплохая отсидка от ментов во время облав, которые периодически практиковались в советские времена. Там же и контрабанду прятали. В общем, местечко хоть и не близкое, но зато надёжное. Без поводыря не выберешься.

Монин «Мерседес», полыхнув лучами косых фар по воротам виллы, выкатился со двора. Черноморец вместе с Иваном без лишней суеты занырнули в едущий лимузин и преспокойно расположились на заднем диване.

«Как думаешь? Он найдёт этого араба?» – Яша молча посмотрел на Ивана.

«Какие могут быть сомнения!»

Моня быстро гнал свой лимузин в сторону Молдаванки. Он не обращал внимания на стоявших у обочины работников ДАИ. Похоже, те тоже знали, чья это машина, и не дёргались без толку, лишь бессильно покачивая головами.

«Давно меня так не катали!» – Яша раскинулся на роскошном диване из тонкой кожи.

«Гарна машина!» – Иван, как в музее, удивлённо рассматривал всякие хромированные вставки, подсвеченные кнопки климат-контроля, минибар, телевизоры в подголовниках кресел. Особенно его заинтересовала система шторок, отделяющих водителя от пассажира. Он стал нажимать кнопку, наблюдая, как из прорези раз за разом, выходит то прозрачная, то тонированная шторка.

Сидевший за рулём Моня вдруг заметил, что шторки за водительским сидением открываются и закрываются, сменяя друг друга. «Сзади кто-то прячется!» – пронеслось у него в голове. Он резко нажал на педаль тормоза и чудо баварского машиностроения буквально за несколько мгновений встало, как вкопанное. Моне ещё показалось, когда он выскакивал из машины, что с заднего сидения кто-то недовольно проворчал: «Не дрова везёшь!»

Достав из наплечной кобуры пистолет для храбрости, Борщ осторожно подошёл сзади машины к правой задней дверке и рывком распахнул её. В машине было пусто. Приложив холодный пистолет к вспотевшему лбу, Моня некоторое время стоял, успокаиваясь. «Совсем нервы расшатались с этими урками. Нужно срочно лететь к тётке в Израиль. Там хотя бы не надо оглядываться на каждый пук».

Через несколько минут Моня остановил автомобиль у старого облупившегося дома. Чуть впереди стоял с потушенными огнями большой чёрный джип хохлов. Борщ не стал суетиться и, опустив боковое стекло, закурил. Минут через пятнадцать из неприметной дощатой дверки, напоминавшей дворовой туалет, вышли один за другим трое мужчин. Разница в их росте невольно вызывала улыбку. Первым шел какой-то лилипут в каске, за ним верзила со шрамом через глаз. Последним замыкал шествие плотный черноволосый араб со сливоподобным носом. Увидев Монину машину, они невольно остановились, но, разглядев за рулём Борща, немного успокоились.

– Джафар! – обратился Моня к арабу. – У меня есть до тебя один разговор!

– В чём дело? – араб явно не был настроен сейчас на разговоры.

– Садись! – Моня кивнул ему на соседнее пассажирское кресло.

– Ждите в машине! – Джафар махнул рукой, отправляя Гнома и Кривого к джипу.

Пока Джафар обходил машину, Яша пальцем показал Ивану, что нужно выбираться наружу. Они вовремя выскользнули из машины, потому что Джафар, открыв правую дверь машины, вдруг встал, как вкопанный. Он внимательно вглядывался в заднее сидение, как собака, обнюхивая воздух. Что-то насторожило его.

– Ты чего? – Моня с удивлением наблюдал за странным поведением араба.

– Так! Ничего! Показалось! – задумчиво произнёс Джафар. – Давай лучше на свежем воздухе поговорим!

Моня пожал плечами и, выстрелив окурком в темноту, вышел из машины. Но и стоя возле машины, араб продолжал явно нервничать. Он всматривался в темноту за спиной Мони, как будто там кто-то был. Там действительно стояли Черноморец и Слепченко, но Джафар их не видел. Он просто чувствовал их, как магниты с одинаковой полярностью.

– Чего тебе? – он резко повернулся к Моне.

– Ша! Я тебе не гопник с Привоза! Повежливей! – Борщ тоже решил показать характер.

– Короче! – Джафар почувствовал мелкую дрожь в теле от присутствия рядом чего-то мощного, непонятного и невидимого.

– Гнома у тебя забирать будем! – развёл руками Моня.

– Как это? – не понял Джафар.

– А так! – наезжал Моня. – Ты бабки заплатил за то, чтобы я тебе нашел Гнома. Правильно?

– Предположим!

– А кто будет платить за то, что наш человечек на тебя пахать будет? А?

– Сколько? – Джафар решил не тратить время на эту дешёвую возню.

– Об этом будешь завтра с хозяином Гнома перетирать. Годзила тебя будет ждать в том же кафе, где мы с тобой встречались. Утром в девять! А Гнома я пока забираю с собой! И не дёргайся! – Моня на всякий случай выхватил из-за пояса пистолет.

Джафар стоял молча, понимая, что ему мешают в самый неподходящий момент. Он молча смотрел, как Моня высадил из джипа Гнома. Он повел карлика к своему «Мерседесу», как ребёнка – за ручку. Оглянувшись по сторонам, Джафар тихо свистнул. Моня повернулся на свист и застыл, как парализованный. Глаза Джафара превратились в два бледно-зелёных экрана без зрачков. Свет в его глазах становился всё ярче с каждой секундой и вдруг ударил в Моню двумя тонкими зелёными лучами. Гном едва успел выдернуть ладошку из руки Борща, как по его телу заструились волны электричества. В глазах Мони стоял ужас боли и отчаяния, но, парализованный, он не мог кричать и только выгибался в конвульсиях уже не послушного ему тела. Хлопнув, разлетелись на осколки фары «Мерседеса», а затем с шорохом рассыпались на кубики стёкла салона. Вены и кровеносные сосуды на лице, шее, руках раздулись до уродливых размеров. Глаза Мони стали вылезать из орбит. Мгновение – и с мощным треском тело Борща лопнуло. Кровь брызнула во все стороны, облив Гнома с ног до головы. Тошнотворный запах горячей крови и фекалий наложившего от ужаса в штаны Гнома витали над бесформенной кучей тряпья и мяса, оставшегося от некогда хитрого и смелого жидка, Мони Борща.

Глаза Джафара погасли. С шумом выдохнув воздух, он подошел к Гному и, взяв его за шиворот, повёл к джипу. Возле открытой дверки джипа стоял белый от страха Кривой.

– Тащи его к колонке!

Положив тело под струю воды, Кривой продолжал пялиться на араба.

– Быстрее! – поторопил араб.

– Да-да! – пролепетал Кривой и стал быстро поворачивать карлика с боку на бок под струёй воды.

– Хватит! Поехали! – Джафар брезгливо осмотрел свои брюки: не попала ли кровь на штанины.

Когда, рыкнув мотором, джип сорвался с места, Яша с Иваном, наконец, перевели дух.

– Да! Такого кина я ще не бачив! – потрясённо произнес старшина.

– Вот мы и познакомились с настоящим Разрушителем, Иван Алексеевич! – Яша тоже был под впечатлением от увиденного. – Теперь ты понимаешь, с кем нам предстоит иметь дело?

Иван только качал головой из стороны в сторону, глядя на то, что осталось от человека.

– Что дальше делать будем? – он повернул голову к Черноморцу.

– Дальше? – Яша на мгновение задумался. «Если Джафар не захотел ждать до утра, значит, он спешит что-то закончить в подземелье. Что именно? Где-то там, глубоко под ногами, сейчас сидят наши девчонки и ждут помощи! Странно, что Джафар не выставляет никаких условий обмена или выкупа заложниц… Он ведь не дурак, и понимает, что мы их отыщем. Стоп! Кажется, я понял! Он их использует как приманку в ловушку! А как захлопнуть ловушку? Правильно! Взорвать!»

– Серьёзно? – Иван уловил его мысль.

– А ты как думаешь?

– А шо тут думать! Треба трусыть його, як тот майор шо пид пальмою.

– Тогда делай, как я! – Черноморец скользнул сквозь дощатую дверку в подвал. Свет Хранителям в темноте нужен не был. Их глаза были способны не только прекрасно видеть в темноте, но даже различать инфракрасное излучение.

Отпечатки потных рук тех, кто вышел из подземелья несколько минут назад, были четко видны на стенках канала, на углах поворотов. Хранители, как две шаровые молнии, мчались по подземным лабиринтам. Путь, который обычный человек под землёй проходит за час-полтора, они пролетели в считанные минуты. Впереди замерцал свет пещеры, в которой сидели бойцы из УПА.

«Погоди!» – Яша остановил Ивана. Он не спеша стал обследовать стены коридора. Вскоре он нашёл то, что искал. На развилке коридоров в стенах были проверчены коловоротом круглые отверстия для закладки зарядов. Самих зарядов из пластида было установлено около дюжины. На них уже были установлены электродетонаторы, но Джафар, видимо, посчитал, что этого будет мало. Ещё около двух десятков отверстий были не заполнены.

«Он что, пол-Одессы решил в катакомбы провалить?» – подумал Яша о Джафаре. Хотя, что для Разрушителя какая-то там Одесса по сравнению с их глобальной задачей всеобщего уничтожения!

«Во нелюди!» – поразился Иван.

«А ты думал! – у Яши не хватало слов. Он молча стал вынимать детонаторы из взрывчатки. – А вот и радиовзрыватель! Его мы трогать не будем. Пригодится!»

Незаметно скользнув мимо играющих в карты парней, Хранители оказались в помещении, где на нарах, обнявшись, сидели две усталые женщины. Чтобы не испугать их, Яша тихо прошептал:

– Молчите!

Женщины встрепенулись, но потом сами испуганно показали друг другу молчать, приложив палец к губам.

– Как вы тут? – тихо спросил Яша. – Не замёрзли?

– Нет! Нам тут сухо и комфортно! – обиженно прошептала Аня.

– Потерпите немножечко, скоро уйдём отсюда! – пообещал он женщинам.

– Яшенька! – Алина оглянулась по сторонам.

– Да, радость моя! – услышал она у самого ушка.

– Яшенька! Здесь приходил какой-то араб. Он сказал, что вы придёте за нами и здесь же и останетесь навсегда! Ещё он сказал, что мы все умрём!

– Не бойся, глупенькая! Я никому не дам тебя обидеть! Ты веришь мне?

Алина почувствовал на своих губах его поцелуй и лёгкую щекотку от Яшиных усов. Она молча кивнула ему головой.

– Яша! – позвала его сестра. – Этот араб дал одному из охранников, кажется, пейджер. Он сказал ему, что, как только появятся чужаки, нужно нажать кнопку на нём, и тогда к ним придёт на помощь вторая группа для захвата вас в плен.

– Что думаешь по этому поводу, Иван Алексеевич? – спросил Яша.

– А шо тут думать? Это, мабудь, и есть той пульт, шо для подрыва зарядов. Сами себя и подорвут!

– Простенько и со вкусом! – оценил Яша затею Джафара. – Только, думается мне, что своё изобретение пусть он сам на себе и испытывает!

– Совершенно у дырочку, як каже командир! – хмыкнул Иван.

Яша переместился в помещение, где играли боевики. Они не заметили, как за спиной одного из них из воздуха медленно появился мужчина в свадебном смокинге. Он спокойно стоял, засунув руки в карманы брюк и даже вроде бы с интересом наблюдал за игрой. Когда сидевший перед ним боевик попытался незаметно подглядеть в карты соседа, Черноморец, не церемонясь, дал ему подзатыльник. Боевики оторопело уставились на него, не понимая, как он смог появиться в помещении. Наконец один из них быстро выхватил из кармана плоский черный брелок и хотел уже нажать на кнопку, но в этот момент Яша вскинул руку и сказал:

– Стоп! – И все замерло как в стоп кадре. – Вот так вы и будете сидеть до тех пор, пока сюда не придёт ваш наниматель! Вот тогда жмите на кнопку, сколько душе будет угодно!

– А теперь, девчонки, держитесь за наши плечи, покатаем вас! – предложил Черноморец.

Идущую навстречу троицу они повстречали уже недалеко от выхода. Свернув в боковой проход, беглецы притихли. Проходя мимо этого отворота, Джафар вдруг остановился и пристально посмотрел вглубь темнеющего коридора. Что-то беспокоило его, как тогда, у машины. Пересилив желание пойти в этот туннель, он, подумав ещё секунду, продолжил путь.

На улице в темноте двигались какие-то тени. Бойцы УПА, по распоряжению Кривого, до утра должны были убрать с мостовой все следы ночной трагедии. Остановив их движением руки на несколько минут, Яша с Иваном вывели женщин со двора и, накинув им на плечи пиджаки, пошли в сторону центра города. Вскоре им навстречу попалось такси. Через мгновение после их отъезда бойцы продолжили уборку. Они таскали вёдрами воду и смывали большую лужу крови у края мостовой. Вскоре земля под их ногами вздрогнула. Старый пустой дом всхлипнул и, душераздирающе скрипя деревянными балками, стал медленно проваливаться вниз. Потом он остановился, вздрогнул и рассыпался на куски.

Разинув рты, боевики смотрели на место, куда ещё не так давно ушел их командир с двумя неизвестными мужиками. Теперь это место, похоже, стало их могилой. Бросив вёдра и мётлы, парни сели в джип и медленно поехали обратно в город. Только Монин лимузин остался одиноко стоять на месте ночной трагедии.

26

Майор Пацюк с трудом оторвал голову от крышки стола. Сонными глазами он оглядел свой кабинет и, приходя в себя, с силой растёр лицо ладонями.

– Это же надо было такому присниться! – мотнул он головой.

На всякий случай выдвинул верхний ящик стола и с облегчением увидел, что табельный Макаров лежит на своём месте. Довольно хихикнув, он захлопнул папку с материалами по делу гибели Хруста и сунул её в ящик стола.

«Так, скоро Евгений Митрофанович Бойко прибудут собственной персоной! Нужно шефу товар лицом показать! Пора уже и о повышении беспокоиться!» – он глянул на часы и выскочил в коридор. Едва успел спуститься на первый этаж, как в дверях показалась коренастая фигура генерала. Выслушав рапорт оперативного дежурного и демократично поздоровавшись за руку с присутствующими офицерами, кивнул головой Пацюку.

– Давай, Петро, показывай своего «зверя»! – генерал явно был в хорошем расположении духа.

– Прошу! – майор гостеприимно протянул руку в сторону камеры временно задержанных.

– Почему не в ИВСе? – удивился Бойко, разглядывая белокурого здоровяка в свадебном фраке, безмятежно дрыхнущего на скамейке.

– Видите ли… – несколько замялся Пацюк. Он осторожно взял генерала за локоть, отводя в сторону от лишних ушей. – Гражданин Князев является российским подданным, и получить ордер на его арест по подозрению в совершения преступления не было никакой возможности. Кроме того, я думаю, скоро вам начнут звонить из российского консульства.

– Да хоть из Кремля! – пренебрежительно махнул рукой Бойко. – Езжай за ордером на арест! Я сам перезвоню прокурору!

– Ой, не простого человека мы зацепили, Евгений Филимонович! Не накликать бы беду?

– Не каркай! Сопли подбери! – генерал ещё раз подошел к решетчатой двери камеры и пристально посмотрел на лицо спящего мужчины. – Пусть через десять минут его приведут в твой кабинет. Я хочу с ним пообщаться! Посмотрим, что за гусь к нам пожаловал.

Отхлёбывая крепкий чай с лимоном, генерал не спеша просматривал материалы дела по гибели Хруста и его подручных. Вспомнив, что отправил Пацюка к прокурору, снял трубку телефона и набрал номер прокурора области.

– Николай Иванович? С добрым утром! – он вслушивался в голос Куликова. – «Принципиальный гад!» – подумал Бойко. – Николай Иванович! Сейчас к вам подъедет майор Пацюк. Нам нужен ордер на арест гражданина России, некоего Князева Олега Николаевича. Он подозревается в совершении тяжкого преступления. Материалы у нас имеются. Извините! Минуточку! – В дверь постучали, и старший конвоир спросил разрешения ввести задержанного.

– Ну, давайте его сюда! – генерал смотрел на дверь, ожидая того, кто уже успел столько дел натворить.

Вошедший высокий симпатичный мужчина не выглядел испуганным или затравленным. Хотя на его руках, в нарушение закона, были надеты наручники. Всё же спокойствие за безопасность высокого начальства перевешивала любые аргументы.

– Присаживайтесь! – генерал показал задержанному рукой на стул, стоящий прямо перед столом. – Чай, кофе, сигарету? – гостеприимно спросил Бойко.

– Да вы что, милейший? С утра, и так гробить своё здоровье? – Олег с удивлением посмотрел на генерала. – Нет уж! Я лучше немного воздержусь! Да и аппетит немного нагуляю! Знаете ли, не мальчик уже! Пора о здоровье побеспокоиться!

– Вот тут я с вами, Олег Николаевич, абсолютно согласен! О здоровье вам, видимо, придётся очень сильно побеспокоиться, и притом очень скоро!

– Думаю, что не раньше вас, Евгений Митрофанович! – как бы между прочим произнёс Олег.

– Ого! Вы даже знаете, как меня зовут? – удивился Бойко. – Что же вам ещё известно обо мне?

– Всё! – пожал плечами Олег.

– Не понял, – замотал головой генерал, – что значит – всё?

– А то и значит, пока ещё пан генерал Бойко, что всё – это всё! – Князев строго посмотрел на опешившего Митрофаныча.

– Да что ты мне здесь голову морочишь!? – пришёл в себя Бойко. – Это я про твои художества всё знаю! – он ткнул пальцем в раскрытую перед ним папку.

– О! Мы уже перешли на ты? – удивился Олег. – Хотя… как генерал генералу, я думаю, это позволительно.

– Кто генерал? – не понял Бойко. – Где генерал?

– Я генерал! – Олег слегка кивнул головой.

– Тогда я – Римский Папа!

– Нет, Евгений Митрофанович, ты не Римский Папа, ты взяточник и преступник! А чтобы тебе было ясно, кто ты есть, внимательно полистай те материалы, которые лежат перед тобой.

– Что? – взревел, вставая Бойко. Он поднял сжатые кулаки, готовый броситься на Олега и топтать его, топтать!

– Успокойтесь, генерал! – Олег сделал брезгливое лицо.

– Что вы ведёте себя, как истеричная курсистка! Лучше полистайте бумаги! – совершенно спокойно произнёс Олег. – Замечательные, знаете ли, батенька, попадаются материальчики! – скартавил он.

Сообразив нелепость своей позы, генерал медленно опустил руки и, опершись о стол, медленно сел. Его взгляд был направлен на лежащие перед ним материалы, но текста он не видел. «Каков наглец! Меня, старого опера, из себя вывел! Давненько со мной такого не случалось! Стареешь, брат, стареешь!»

– Значит, генерал говоришь? – отдышавшись, спросил Бойко. – А чем докажешь?

– Прошу! – Олег полез во внутренний карман, но скованные руки ему помешали. Он, извиняясь взглядом за задержку, слегка тряхнул кистями рук, и наручники с грохотом упали на пол. Достав удостоверение красной кожи, протянул его генералу.

Бойко сразу узнал эту книжицу. Свою он, как икону, первых полгода по три раза на день рассматривал, пока привык. Не спеша раскрыв удостоверение, стал его внимательно изучать. «Не хило! Князев Олег Николаевич, генерал майор ФСБ РФ! Подпись президента и гербовая печать. Липа?» – мелькнула у него мысль.

– Если есть сомнения, то можете позвонить в Москву! – проговорил Олег, отпивая яблочный сок из невесть откуда взявшегося длинного запотевшего фужера.

Бойко недоуменно уставился на этот фужер, и лишь потом обратил внимание, что Князев сидит не на стуле, а вальяжно расположился в глубоком кожаном кресле.

Генерал помотал головой, отгоняя наваждение, потом по очереди открыл правый и левый глаз. Всё было на месте! Олег сидел на стуле без всякого фужера. Бойко промакнул лоб носовым платком.

– Хорошо! Предположим… – он сделал паузу. – Только предположим, что вы действительно тот, за кого себя выдаете. Тогда объясните, каким образом вы наплодили столько трупов?

– Честно? – Олег с улыбкой посмотрел на генерала.

– Очень желательно! – подыграл ему Бойко.

– Ладно, слушайте! Записывать бесполезно, все ручки засохли! – вздохнул Князев. – Дело было так. Ваш лучший друг и подельник – Сёма Хруст – похитил моего друга Якова Семёновича Черноморца и его сестру, мою нынешнюю жену. Когда я их освобождал, то обнаружил ещё одну заложницу. Вы с ней знакомы! Алина Синицкая, которую ваш лепший кореш в это время жестоко пытал. Поскольку все бандиты на вилле у Хруста были вооружены до зубов и применяли оружие без малейшего колебания, то и я действовал, как на войне. Самооборона, если вам будет угодно!

– А почему вы в милицию не обратились, если знали о захвате заложников и их местонахождении?

– Это к вам что ли? – удивился Олег. – Так вы и так знали, что Хруст делает с неугодными ему людьми и куда потом трупы девает! Или я не прав? Молчите? Значит, прав! Да и времени на беготню не было. Даже если бы милиция и приехала, то уже вряд ли бы кого живыми застали! А это совсем не входило в мои планы! Сёме бы остановиться, но он не послушал вас! А ведь вы ему правильно тогда, в больнице сказали, что спецслужбы трогать – себе дороже! Не послушался Сёма. Попёр на рожон! Да и вы, Евгений Митрофанович, помогали ему по мере сил и средств МВД. Вам он ведь тоже мешал? По вашей указке нас отыскал ваш талантливый подручный, Петрусь. Жаль только, что талант свой на «долю малую» променял. Поделом ему! Прицепом с вами пойдёт! А дальше, спасая невинных женщин, мы попытались уехать, но Хруст, с вашей же помощью, опередил нас. Устроил засаду. Пришлось уходить в безлюдное место. Ну, а там… А ля гер, ком а ля гер! Как говорят французы. На войне, как на войне! Кстати! Все, кто не очень хотел нас убивать, были отпущены домой живыми!

– Очень занимательно рассказываете, Олег Николаевич! – ласково сказал Бойко. – А теперь чего к нам пожаловали? Опять порядок наводить?

– Да что вы? Бог с вами! Нам в ваше хозяйство лезть нет никакого интереса. У меня и моего друга свадьбы. Оба женились в один день, то бишь вчера! И вот, в разгар веселья, появляются граждане бандитской наружности и без особого энтузиазма начинают избивать моих гостей клюшками. Милиция, стоя тут же на втором плане, ждёт команды, не спеша вмешаться в драку. Мы с другом сразу прокачали ситуацию, поэтому в драку не полезли. Решили этот спектакль со стороны посмотреть. А, когда на авансцену выплыл пан майор Пацюк, со своей заключительной арией коварного Яго, мы буквально рыдали от умиления! – Олег опустил голову и прикрыл глаза ладонью. Его плечи сотрясались. Казалось, что он действительно рыдает, но его душил смех. Отдышавшись, он посмотрел на притихшего генерала. – Что, Евгений Митрофанович? Будете отрицать своё участие в этом спектакле? Или напомнить, что сказал вам Пацюк по телефону, когда доставил меня сюда, в отделение милиции? Хотите? Повторю слово в слово!

– Неужели этот мудак при вас звонил? – прокололся Бойко.

– Практически, да! – кивнул Олег. – Так что слова мои к делу вы не пришьёте. Свидетели, которых мы оставили в живых, нас не опознают! Гарантирую! Диктофон, который у вас в столе, так и не включился с самого начала нашей беседы. А теперь – откровенность за откровенность! Кто нанял вас для очередной облавы на меня и моего друга?

Врать смысла не имело. Бойко уже понял это, и лишь нежелание выглядеть наёмной проституткой в собственных глазах заставляло его бороться со своим самолюбием.

– В своё время, когда вы советовали Хрусту не связываться с нами, вы правильно угадали, что будете иметь дело со спецслужбой. Но тогда, как объяснить ваше добровольное участие в этой операции? Неужели вас так прижали? Скорее всего, весьма солидным компроматом! Или я не прав? – соболезнующе произнёс Олег.

Генерал и на этот раз промолчал. «Сейчас! Душу тебе раскрою! – думал он. – Про Браслета, про дискету, которую мне Хруст оставил, с компроматом на меня. Про то, как Пацюка на тебя выводил и вместе с ним готовил провокацию по аресту. Вот так прямо возьму и выложу!»

– А чего? – удивился Олег. – Возьми и выложи! Кроме нас двоих вроде бы никого нет.

– Ты что, мысли мои читаешь? – Бойко потрясённо смотрел на Князева.

– Конечно! – пожал плечами Олег.

– Но ты ничего не докажешь! – прошипел генерал.

– Это не я, а вы, гражданин Бойко Евгений Митрофанович, будете доказывать свою невиновность! Кстати! Вы трубочку телефона забыли положить на место! – улыбнулся Олег. – Надеюсь, что прокурору хорошо был слышен наш разговор? Кстати! Майор Пацюк по ошибке взял папку не с материалами на меня, а как раз досье на вас. Сейчас он его положит на стол прокурору, и лишь потом поймёт свою ошибку. Но будет поздно!

Генерал, не веря Олегу, посмотрел на телефон. Действительно, трубка лежала на столе. Он забыл о ней, когда Олега ввели в кабинет.

«Всё, мне кабздец!» – пронеслось у него в голове. На всякий случай, он приложил трубку телефона к уху, надеясь услышать гудки, но вместо гудков услышал голос Куликова:

– Ну, ты и сволочь! – после чего пошли короткие гудки.

– Что, доволен? – генерал зло посмотрел на Олега. – Думаю, что и тебе ещё предстоят неприятности! – он ткнул пальцем в материалы по факту гибели Хруста и его людей.

– О каких материалах вы говорите? – Олег непонимающе уставился на генерала.

Заподозрив неладное, Бойко опустил глаза, и тут только заметил, что перед ним лежит открытая папка с чистыми бланками протоколов допроса. Он недоверчиво переворошил их, но все они оказались чистыми.

– И вообще, Евгений Митрофанович! Забудьте о моём существовании! – помахав на прощание рукой, Олег растворился в воздухе.

27

Объединённая эскадра ВМС стран блока НАТО выдвинулась в район учений в Баренцевом море. Кодовое название операции – «Морской лев». По легенде группа террористов захватила одну из атомных субмарин русских с ядерным оружием на борту и движется в сторону Исландии, откуда может произвести пуск ракет как по европейским городам, так и по территории США. Задача ВМС НАТО – обнаружить и уничтожить подлодку до того, как она нанесёт ядерный удар.

Командование НАТО поставило в известность Министерство Обороны России всего лишь за сутки до начала учений, объясняя это тем, что в реальных условиях всё может произойти вообще внезапно. Учения, максимально приближенные к боевым, должны проверить готовность как сил НАТО, так и подразделений Вооруженных Сил русских.

В сложившейся ситуации, когда согласие или несогласие российской стороны уже не имеет особого значения, президент, как Верховный Главнокомандующий, дает добро на проведение внезапной проверки боеготовности войск Северо-Западного округа, Балтийского и Северного флотов. Главное, что для разворота военно-административной машины нужно время, а его-то в этой ситуации как раз и не хватало.

Авианосец «Рональд Рейган» медленно двигался на восток в сторону территориальных вод русских. Личный состав находился на своих местах, готовя технику к предстоящим полётам. Все работы проводились согласно штатного регламента, без суеты и спешки.

Где-то глубоко в чреве авианосца глухо выли турбины, но человеческое ухо их не воспринимало. Привыкая к одному уровню шума, мозг прекращает на него реагировать, чтобы защитить нервную систему от постоянного раздражителя. Достаточно хоть немного повысить или снизить обороты турбин, как все на корабле сразу это ощущают. Возникает дискомфорт.

Махмуд за время перехода через Атлантику тоже успел привыкнуть к шуму турбин, но сейчас его охватило раздражение. Авианосец теперь шел малым ходом.

В дверь каюты постучали. Когда Махмуд открыл дверь, то увидел на пороге высокого матроса-негра.

– Сэр! Адмирал Кребс просит прибыть в его каюту! – посыльный козырнул и, сделав шаг в сторону, заложил руки за спину, как бы давая понять, что пропускает Махмуда вперёд.

Закрыв за собой дверь каюты, Махмуд указал рукой вестовому, чтобы тот показывал дорогу. В этом гигантском корабле с бесчисленными коридорами, трапами, лифтами и палубами нужен был проводник, чтобы не заблудиться. Идя вслед за вестовым, Махмуд думал о том, что, видимо, уже приближается время, когда начнётся его часть операции.

Лифт быстро домчал их до одной из палуб надстройки авианосца. Проходя через открытый промежуток между надстройками, Махмуд невольно поёжился от порыва ледяного ветра, сыпанувшего в лицо солёную водяную пыль. Серое, свинцовое море неприветливо раскачивало корабли охранения на четырехбалльной волне, обдавая их брызгами холодной воды.

«Не дай Аллах упасть за борт в такую воду! – подумал Махмуд. – Сорок секунд, и паралич сердца. Тут уж никакие чудеса не помогут!» – он невольно вздрогнул и побыстрее шагнул в теплое, урчащее нутро авианосца.

Адмирал Кребс, дымя сигарой, откинулся на спинку высокого кресла. Предстоящая операция, смысл которой был известен очень узкому кругу людей в правительстве, не вызывала у него одобрения. Когда генерал Хьюз прилетел на авианосец, адмирал понял, что покоя ему не будет. После провала с доставкой этого злополучного камня с Урала, его тихо сплавили на эскадру, где он и рассчитывал дотянуть до скорой пенсии. Но ему достаточно было только глянуть на улыбающееся лицо старины Гарри, чтобы понять, что та, предыдущая игра, ещё не закончена. Гарри изложил ему новый план операции, в которой ключевая роль отводилась арабу Махмуду с его фантастическими способностями, в которые адмирал, впрочем, верил с трудом. Гарри заверил его, что сам был свидетелем, как Махмуд легко вывел из строя новейшую станцию обнаружения и на его глазах вырубил двигатель реактивного самолёта, который для эксперимента стоял от него на удалении в четверть мили. План действий, разработанный парнями в Пентагоне, был проверен и испытан на полигоне, где дал отличные результаты. Но Кребс был военным старой закалки и знал, что самый идеальный план может полететь к чертям из-за ничтожной мелочи которую невозможно предусмотреть заранее. Маленький камешек, сорвавшийся со склона горы, способен вызвать огромную лавину камней. Вот и сейчас у него было ощущение, что где-то они этот камешек не предусмотрели. Адмирал сравнил его с тем камешком, который, попав вам в туфлю, не дает думать ни о чём другом, только о том, как бы скорее разуться и избавиться от него. Где он, этот камешек? Он чувствует его, а нужно ещё найти и избавиться, пока не поздно.

После стука в дверь на пороге каюты вытянулся по стойке «смирно!» вестовой. Козырнув адмиралу, он сделал шаг в сторону и пропустил в каюту Махмуда. Адмирал устало улыбнулся гостю и показал рукой на свободное кресло у стола.

– Как настроение? – поинтересовался Кребс.

– Спасибо, паршивое! – усаживаясь, ответил Махмуд.

– Что-то беспокоит? – адмирал внимательно посмотрел на него.

– Не знаю! – в голосе Махмуда чувствовалось раздражение. – Мне кажется, что мы никогда не начнём операцию!

– Хотите выпить? – адмирал встал с кресла и подошёл к встроенному бару.

– Нет, спасибо! – отмахнулся араб.

– А я, с вашего позволенья, выпью немного! – адмирал плеснул себе виски в пузатый стакан. – В этих широтах всегда хочется тепла и уюта тропиков. За неимением такой возможности, я пытаюсь хоть как-то согреть свои старые кишки этим пойлом. Ваше здоровье! – он чуть приподнял стакан и отхлебнул коричневой жидкости.

Кребс видел, что араба что-то беспокоит, но тот скрывает это. «Может, это и есть тот камешек?» Сделав ещё глоток виски, адмирал затянулся ароматной сигарой и выпустил струю дыма в потолок.

– Не хотите поделиться своими сомнениями? – спросил он Махмуда, внимательно наблюдая за его реакцией.

– Сомнений у меня, адмирал, нет, а вот время ожидания начала операции выматывает здорово! – ушёл от ответа Махмуд. Он не сказал, что не может установить телепатическую связь с Джамалом. Что происходит у него в Одессе – он не знает. Последний раз Джамал сообщил ему, что невесты Хранителей захвачены и спрятаны в катакомбах. Заряды в подземелье почти все установлены и остаётся только ждать появления Хранителей, чтобы похоронить их в катакомбах. Утром Махмуд уже не смог связаться с Джамалом, как ни напрягал свою волю. Всё было бесполезно! Махмуд не хотел признаваться себе в том, что Джамал, скорее всего, погиб. «О Господь, покарай этих псов Хранителей! Они мне ещё ответят за смерть Джамала!» – он понимал, что знать об этом американцам не нужно. Это была часть его собственной операции. Американцы не любят провалов и пугливы, как зайцы. Это только в кино они крутые и бесстрашные. В жизни у них всё подчинено многократной перестраховке и перепроверке. Своих врагов они пытаются сначала завалить долларами, а потом бомбами. Только убедившись, что всё уничтожено дотла и их бойцам не угрожает никакая опасность, вводят туда своих солдат. Вот и сейчас, адмирал чувствует своей старой задницей, что их безупречный план может дать сбой, и потому щупает Махмуда, как козу за вымя. Он не знает, что у Махмуда действует вторая группа, во главе с Ахмедом. Ещё не всё потеряно. Хранители вряд ли знают о готовящемся нападении на их коридоры времени, так называемые «тропы волхвов». Ахмед со своими людьми уже на карельском перешейке. Они уже почти у цели.

28

На берегу небольшого прозрачного озерка, у костра собралась группа не то туристов, не то геологов. Двое мужчин и двое парней в толстых вязаных свитерах и выгоревших на солнце куртках-энцефалитках сидели на камнях вокруг костра, на котором в большом казане варилась еда. Судя по запаху, это была армейская гречка с тушенкой.

– Я же говорил, что здесь нет никакой рыбы! – Андрей медленно наматывал на дощечку леску с крючками. – Видишь! Здесь нет речки, по которой сюда могла бы попасть рыбья икра. Озеро явно питается подземными ключами.

– В крайнем случае, можно смотаться на соседнее озеро, за сопкой! – предложил Черноморец.

– Ага, сейчас! Мы здесь для чего сидим? – Он постучал согнутыми пальцами по своей голове. – То-то! Думать нужно! Не на пикнике!

– Давай ещё начнем маршировать взад-вперёд! Чтобы не расслабляться! – съехидничал Яша. – Что ты, ей-богу, как заполошный!

– Ты хочешь рыбы? – кипятился Андрей. – Хорошо, говори: какую тебе нужно? Сейчас организую!

– Да брось ты, Андрюша! Синтезировать и я могу! Понимаешь, свежая рыбка – это не только уха в форме еды, но и в форме отдыха, – Черноморец явно был настроен лирически.

– Будет тебе отдых, если прошлёпаем Разрушителей! – пробурчал, успокаиваясь, Калинин. Услышав за спиной смешки, он обернулся и увидел смеющихся Лёшу Федькова и Васю Головню. – Нет, Яша! Ты только посмотри на них! – кивнул он головой на парней. – И это Хранители? Да это босяки какие-то!

– Вы, Андрей Иванович, сейчас тоже на полковника не похожи! – засмеялся Федьков.

– Лёха, полковник – он и в Африке полковник. Если не веришь, спроси у Якова Семёновича! Яша, подтверди! – он повернулся к Черноморцу.

– Ну, не знаю! – Яша, как бы извиняясь, развел руками.

– Как это? – удивился Андрей.

– А так это! – хитро прищурился Черноморец. – Где это видано, чтобы полковник с генералом спорил? А? Если только тот, который в Африке, а у нас всё просто. Я начальник – ты дурак! Ты начальник – я дурак! Так что в данном случае ты у нас кто?

– Виноват! Дурак! Исправлюсь! – Андрей поклонился Черноморцу до земли. – Слушаю и повинуюсь! – стоя на коленях возле костра, он сложил руки на груди, как джин из восточной сказки.

– В общем, так! Мы с Лёшкой смотаемся на соседнее озерко, там на выходе много рыбы меж камней шастает, а вы тут проход стерегите. Обойти стороной вас не смогут. Если чего увидите, нас позовёте. Пошли, Лёха!

Идти было не очень близко, но Яша решил, что поработать ножками для организма весьма полезно. Они не спеша поднимались по склону голой каменистой сопки. Вокруг, насколько хватало глаз, виднелись другие сопки, лишь местами покрытые хвойным лесом. За грядой, на которую поднимались Яша с Алексеем, был хороший густой лес, состоящий, в основном, из сосен. По дну ложбины протекал широкий ручей. Падая с уступа на уступ, он шумел небольшими водопадами, выбивая снизу небольшие озерца.

Часть ложбины была перекрыта осыпью камней и создала естественную плотину, через край которой шумным водопадом сбегал поток воды. Вот в этих струях и прыгала время от времени шустрая форель. Всем рыбам рыба!

Поискав что-то в карманах, Черноморец достал две металлические вилки, похожие на трезубец морского царя. Отдав один Алексею, он нашел молоденькую сосёнку и ударом десантного ножа срубил её. Быстро очистив ствол от коры и сухих веточек, он смастерил из него древко и плотно насадил на него свой трезубец. Алексей не отставал от него, и вскоре их орудия лова были готовы.

– Ну, что? Вспомним, как наши далёкие предки добывали себе пропитание? – усмехнулся Яша.

Они встали на камни, внимательно вглядываясь в потоки воды, проносящиеся мимо них. Вот Алексей внезапно нанёс удар вилкой в воду. Секунда – и на ней затрепетала золотистая узкая рыбка.

– С почином тебя! – похвалил Черноморец. Через мгновение он сам чуть не прозевал шуструю рыбёшку, но реакция не подвела. Вот уже и у него на вилке трепещет золотистая форель. Сунув её в целлофановый пакет, висящий сбоку на поясе, Яша опять стал выслеживать рыбу. Время бежало незаметно.

– Ну, что? Хватит, наверное? – Яша прикинул, что у них уже есть штук по двадцать форелей. Хватит на ужин с лихвой.

Они не спеша выбрались на берег и прилегли на теплую от позднего осеннего солнца землю, покрытую толстым слоем хвойных иголок. Говорить особенно не хотелось, и они молча смотрели на осенний лес, отражавшийся в воде озерка. В своей брезентовой одежде они почти сливались с окружающей природой. Возможно, поэтому люди, появившиеся на другой стороне озерка, их не заметили.

Группа из восьми человек бесшумно появилась у воды и, остановившись по команде старшего, стали снимать с себя снаряжение. Они выглядели, как группа туристов, но отсутствие женщин сразу выдавало в них людей, не совсем интересующихся красотами природы. Да и пешком сюда запросто не доберёшься. До ближайшего посёлка три дня пути по камням и сопкам.

– По всей видимости, это наши клиенты! – определил Черноморец. – Лёха, не шевелись, понаблюдаем за нашими гостями. Уйти всегда успеем!

Один из мужчин внимательно проверил свое местоположение по спутниковому навигатору и дал команду остальным становиться на ночевку. Из рюкзаков стали извлекаться палатки, провиант и оружие. С привычной сноровкой, мужчины быстро собирали из разрозненных частей автоматы Калашникова со складным прикладом АКСУ.

В разобранном виде и рассованные по разным углам больших туристических рюкзаков, они не привлекали внимание любопытных граждан.

– Серьёзные ребятишки пожаловали! – Черноморец показал Алексею на двоих боевиков, которые по команде старшего с одними автоматами в руках скрылись за деревьями в направлении, откуда недавно пришли Хранители.

Старший группы вдруг замер и медленно повернул голову в сторону, где на другом берегу озерка притаились Черноморец с Федьковым.

– Лёха! Опусти глаза к земле! – тихо скомандовал Яша. Он буквально почувствовал энергетический луч, прошедший по кругу и скользнувший по их спинам. Затем луч ещё раз прошёл в обратном направлении, чуть задержавшись на том месте, где только что были Хранители. Лишь небольшие вмятины на слежавшейся хвое показывали, что здесь только что кто-то был.

Появившись у своего костра, Яша с Алексеем перевели дух, как после пробежки.

– Чего такие загнанные? – поинтересовался Андрей.

– Наши гости дорогие пожаловали! – сказал Яша, высыпая на газету свой улов.

– Ого! – обрадовался Василий, глядя, как Алексей высыпает из своего пакета ещё порцию такой же красивой рыбки.

– Группа из восьми человек во главе с Разрушителем! Вооружены! Стали на ночевку за соседней грядой. Двое в дозоре с нашей стороны, – коротко изложил диспозицию Черноморец. – Странно, что они прошли через боевое охранение незамеченными. Хотя, после того, что я видел в Одессе, допускаю, что те, кто попались на пути Разрушителю, либо мертвы, либо парализованы. Идут, видно, давно и измотаны!

– Значит, до утра они никуда не двинутся! – высказал предположение Андрей.

– Тогда, может, поужинаем спокойно? – спросил Головня. – От гряды мы далеко, и с этой стороны нас загораживает скала. Так что, огонь виден не будет.

– Согласен! Жарь рыбку, Василий! – Яша потёр руки в предвкушении славного ужина.

Утро выдалось с морозцем. Иней покрыл камни белой пеной. Хранители один за другим нехотя вылезали из тёплых спальных мешков. Вася уже колдовал возле костерка, над которым висел чёрный закопчённый чайник.

– Вась, а Вась? – зевая, позвал Алексей.

– Чего тебе? – спросил Василий, не отрываясь от процесса передвигания полешек в костре.

– Охота тебе с костром возиться? Мог бы уже и стол накрытый организовать!

– Эх, Лёха, нет в тебе романтики! Когда ещё вот так, на природе, по холодку, похлебаешь душистого с дымком чая?

– Ладно, уговорил! – Алексей сделал несколько пружинящих упражнений и присел возле воды. – Ох и холоднющая! – плеснул он себе на лицо студёной водой из озера.

– А ты подогрей! Что, слабо? – подначил дружка Василий.

– Да не слабо, сам знаешь! Только силы нам сегодня и так понадобятся! – отмахнулся от него Федьков.

– Это ты, Лёша, правильно сказал! – поддержал его Андрей, вылезая из палатки. – Силы нам сегодня всем понадобятся! Поэтому, Вася, готовь завтрак на славу! – он трусцой побежал за скалу по нужде.

– Чего это наш господин генерал почивать ещё изволят? – глядя на палатку, сказал Алексей. – Может, им кофей в постель подать? – перемигнулся он с Василием.

– Слава Богу! – донёсся из палатки голос Черноморца. – Хоть один нормальный человек догадался, как надо правильно ухаживать за генералом!

– Во! – поднял указательный палец Алексей. – Что значит вовремя подсуетиться! – сделал он заключение под смех друзей. – Глядишь, и отпуск на родину заработаю!

– Так и быть! – согласился Черноморец, выползая из палатки. – Объявляю вам отпуск на родину сроком на сорок пять секунд!

– Служу Отечеству! – взяв под козырёк, с пафосом произнёс Алексей под смех Хранителей.

– Ладно, господа хорошие. Давайте завтракать, пока наши гости не объявились! – позвал их Василий к разложенным бутербродам и дымящимся кружкам с ароматным чаем.

Ночью Ахмед не спал. Он сидел на рюкзаке, привалившись спиной к стволу сосны, и периодически подбрасывал в огонь рубленые ветки. Спать он не хотел, да и особой необходимости в этом не видел.

С тех пор, как Махмуд сделал его своим помощником и единомышленником, вся его жизнь перевернулась. Из простого борца за веру он стал одним из реальных вершителей судеб людей, а, может быть, и всего человечества. Махмуд наделил его такой разрушительной мощью, что он мог запросто справиться с батальоном пехоты. Зелёные лучи из его глаз резко увеличивали в тысячи раз статическое напряжение в организмах людей, в электроцепях техники, что приводило к необратимым разрушениям. Он способен был на непродолжительную остановку времени в радиусе до двух километров. Ровно настолько, сколько нужно, чтобы успеть выйти из этого круга. Не говоря уже о таких вещах, которые умеют делать обычные экстрасенсы. Сейчас Ахмед чувствовал себя неуютно. Он буквально кожей чувствовал близость Хранителей. Особенно вечером, когда они становились на ночёвку, ему показалось, что на него смотрят не человеческие глаза. Инстинктивно он устремил взгляд своих глаз-лучей на тот берег. В какой-то момент он, вроде бы, зацепил кого-то, но потом, вернувшись обратно, ничего не обнаружил. Через некоторое время он обошёл озерцо и осмотрел противоположный берег, но ничего подозрительного, кроме немного примятой хвои, не обнаружил. «Неужели, Хранители!» – мелькнула мысль. Он кое-что знал о способностях Хранителей, но сам этого никогда не видел. Левитация и телепортация Разрушителям была не подвластна. Такова была плата Первого Разрушителя за нарушение клятвы Хранителя. Потому им были закрыты Коридоры Времени, которыми пользовались Хранители в случае острой нужды. «А мы законопатим эти дырки во времени!» – злорадно ухмыльнулся Ахмед.

– Вставайте, лентяи! – он пнул ногой ближайшего боевика. – Десять минут на молитву, завтрак и выступаем! Идти осталось не далеко. Пусть Господь пошлёт нам победу! – он провел ладонями по лицу сверху вниз.

Через час группа Ахмеда была на том месте, где ночью отдыхали Хранители. Камни затушенного костра ещё хранили тепло, хотя других следов в виде какого-либо мусора не было совершенно. Боевики обошли всё кругом, но следов людей, ушедших отсюда, не нашли. Были только следы от их стоянки к костру. Все! Дальше нет ничего.

«Вот теперь я уверен, что это Хранители! – с каким-то облегчением подумал Ахмед. – Значит, неизбежная развязка уже близко! Пусть мы погибнем, но ещё одним каналом станет меньше! На наше место придут другие Разрушители и когда-нибудь захлопнут Хранителей в нашем времени, как в мышеловке. Они погибнут либо от рук Разрушителей, либо погибнут с очередной цивилизацией. Нить передачи знания Истины будет прервана. Наступит время Хаоса и тьмы. Только он породит порядок и гармонию!»

– Ахмед, куда дальше идти? – спросил здоровенный кавказец, заросший черной шерстью почти до глаз.

– К той скале! – Ахмед показал рукой на дальнюю за озером сопку, как бы разрезанную у вершины странным разломом. – Где-то там наверху должен быть этот камень. Подниматься придётся на виду у Хранителей. Стрелять по всему, что шевельнётся! Главное – прикрыть мой прорыв к камню. Мне нужно будет хотя бы три-четыре минуты, пока я обложу его пластидом. После взрыва камня отходим на место сбора у нашей ночевки. Двое, ты и ты, – он ткнул пальцем в грудь стоявших перед ним боевиков, – выдвигаетесь вперед, в головной дозор. Если Хранители вас пропустят, чтобы накрыть основную группу, постарайтесь подняться как можно выше, и прикрывать нас сверху. Если группа не сможет прорваться, включите этот радиомаячок, и положите его на камень. Всё ясно?

– Да, командир! – ответили бойцы.

– Связь включить! – Ахмед проследил, чтобы все члены группы включили карманные рации с тонким проводом, идущим к мини-наушнику и микрофону. Система хенд-фри – свободные руки – в бою штука весьма полезная. Постучав пальцем по микрофону, убедился, что его все слышат.

– Вперед! Интервал десять шагов! – Ахмед махнул рукой, и дозорная группа пошла вперед. Минут через десять, когда двое передовых боевиков удалились на четверть километра, следом за ними двинулась остальная группа. Под ногами большие мраморные плиты сменялись осыпями. Местами попадались лишайники и мхи. Тогда ногу приходилось ставить аккуратно, рискуя ступить в заросшую ямку. Вывих ноги в нынешней ситуации мог грозить немедленной ликвидацией. Лечить здесь никто никого не собирался. Кроме этого, боевикам всё время приходилось всматриваться в окружающий ландшафт, чтобы своевременно обнаружить притаившихся Хранителей. А те, кого они так старательно высматривали, спокойно сидели на вершине сопки, привалившись спиной к каменному кубу, и наблюдали, как далеко внизу ползет тёмная цепочка людей.

– Как думаешь, когда они доберутся сюда? – Андрей посмотрел на Черноморца.

– Если будут двигаться таким темпом, то минут через тридцать их можно будет уже достать из автомата. – Яша вытянул указательный палец и, прицелившись по нему, нажал воображаемый спусковой крючок.

– А если нам их пугнуть? – предложил Федьков. – Мы с Васей малость пошумим с разных сторон, пусть немного облегчат свой боезапас!

– И охота вам по камням скакать? – зевнув, сказал Яша.

– Да мы недолго! А то всё сидим и сидим, – Лёшке явно не терпелось попробовать свои чудо-способности в настоящем деле.

– Только аккуратно! – Яша погрозил парням пальцем.

– Да мы, чай, уже не маленькие, – басом заверил Василий.

С этими словами молодёжь испарилась. Яша с Андреем с интересом наблюдали, как парни, появившиеся с двух сторон от двигавшейся цепочки боевиков, стали по очереди кидать в них камнями. Ответ не заставил себя долго ждать, и вскоре замерцали пока ещё не слышимые выстрелы. Пули взбивали пыль и каменное крошево там, где секунду до этого показывался Хранитель, а он уже появлялся в другом месте и норовил попасть камнем по голове наступающим.

– Во, паразиты! Что делают! – офицеры с интересом наблюдали за быстрыми и рискованными перемещениями сержантов.

Ахмед, привалившись боком к большому валуну, в бинокль смотрел на лежащий у вершины сопки кубический камень. «Так вот ты какой? – он недобро улыбнулся. Через мгновение он заметил какое-то шевеление возле камня. Присмотревшись, он разглядел двух мужчин, которые, сидя на мхе, следили за боевыми действиями у подножия сопки. – Сколько же их – Хранителей? – Ахмед был неприятно удивлён обнаруженным фактом. – Хотя, с другой стороны, может быть, и хорошо, что они все собрались здесь, в одном месте. Одним ударом всех и уничтожим!» – подумал он. Прикинув, что до сидевших на вершине сопки мужчин ему своим зелёным лучом не дотянуться, решил подобраться как можно ближе.

– Прикройте меня! – произнёс он в микрофон. Правда, стреляли одни боевики, но у страха глаза велики, особенно когда сталкиваешься с чем-то не понятным.

Перебегая от камня к камню, он неотрывно смотрел на вершину сопки, чувствуя, как в нём закипает ненависть к Хранителям, сидящим наверху. Тех, которые отвлекали его людей, он не мог поразить своим взглядом, потому что они очень быстро перемещались, а ему нужно было время, чтобы зафиксировать взгляд на объекте. Поэтому он решил атаковать тех Хранителей, которые сидели на вершине и не двигались.

Перебежками он подбирался всё ближе и ближе к Хранителям. Казалось, они не видят его. Боевики, постреливая по сторонам, тоже поднимались вверх, разойдясь веером по подножью сопки.

– Не кажется ли вам, дружище, что наш самый долгожданный гость несколько увлёкся и оторвался от основной группы? – Андрей показал Яше рукой на мелькавшего между камнями Ахмеда.

– Когда мне кажется, я… – Черноморец перекрестился. – Как думаешь – он хочет попробовать на нас свои «зелёные глазки»?

– Вполне возможно, тем более что никто из нас не пробовал на себе силу их воздействия! – Андрей вытянул руку в направлении Ахмеда и с его пальцев сорвалась крошечная, голубая шаровая молния. Она мелькнула, как пуля, и ударила в камень, к которому Ахмед намеревался сделать очередной бросок. Камень вздрогнул и с оглушительным грохотом раскололся на кучу мелких осколков. Боевики залегли. Ахмед, слегка контуженный и засыпанный мелким каменным крошевом, лежал неподвижно. Он быстро просчитывал варианты дальнейших действий. «В лоб атаковать вряд ли получится! Нужно бросить всех людей для отвлечения внимания в лобовую атаку, а самому скрытно проскользнуть через расщелину и выйти к Хранителям с другой стороны».

Дождавшись, пока его бойцы пойдут в атаку, поливая вершину сопки свинцом, Ахмед, перекатываясь и переползая, достиг расщелины и юркнул между скалами.

«Махмуд! Махмуд!» – мысленно звал Ахмед.

«Я слышу тебя брат!» – отозвался находящийся на авианосце Махмуд.

«Мы связали Хранителей боем. Но силы слишком неравны. Их тут четверо, а Хранителя и одного почти не взять!»

«Я понял тебя! Продолжайте держать их на сопке. Включи маяк! Я скоро вылетаю к вам на помощь! Да поможет вам Господь!»

«Амин!» – ответил Ахмед.

Пули, щелкая, откалывали от камня крошечные кусочки, которые уже изранили лицо и руки Черноморца и Калинина. Хранители, периодически вскидывая руку, посылали шаровые энергозаряды по тому или иному боевику. Возникал взрыв, были раненные, но обходились пока без жертв. Ещё не возник тот накал боя, когда хочется кого-то убить.

29

Махмуд сделал глубокий вдох-выдох, ожидая старта самолёта с палубы авианосца. Он слышал, как лётчики подшучивают за его спиной, что этот араб наложит в штаны от перегрузки при взлёте. «Ну, что же… Посмотрим, кто наложит в штаны!» – Махмуд немного напрягся, следя за тем, как стартёр показывает пальцами отсчёт в обратном порядке, оставшийся до старта. Старт! Чудовищная перегрузка, кажется, вдавила глаза к затылку. Тело сжала какая-то страшная рука. Кажется, что сейчас потечёт кровавый сок сквозь пальцы этой руки. В глазах стало темно. Постепенно перегрузка стала уменьшаться, вернулось зрение, выровнялось дыхание и пульс. «Супер Хорнет», немного завалившись на крыло, стал описывать большой круг над авианосцем, ожидая взлёта второго «Ф-18 Е». Оба самолёта несли по одной крылатой ракете с тактической ядерной боеголовкой. С места второго пилота Махмуд видел, как маленькой, серебристой птичкой с палубы авианосца соскользнул второй самолёт и тоже пошёл на вираж с набором высоты, вдогонку за первой машиной. Пилоты обоих самолётов знают о той задаче, которую они должны выполнить. Им вдолбили, что они выполняют долг перед американским народом и страной. Нужно уничтожить секретные военные объекты, о которых русские сами никогда не заикнутся и будут молчать. Этим американские парни спасут миллионы потенциальных жизней, которые в будущем могут погибнуть от неведомого, страшного оружия русских. В наушниках раздался голос оператора самолёта радиоэлектронной борьбы «А-6Е».

– Тэнго шесть, тэнго шесть… – голос был низкий и какой-то жующий. – Готовы к работе по вашей команде!

– Вас понял! К работе готовы! Ждите команду! – ответил пилот головной машины и развернул самолёт на боевой курс.

Через восемь минут пилоты обоих самолётов перешли на автоматический режим полёта. Ещё через две с половиной минуты оператор самолёта РЭБ нажал кнопку запуска противорадиолокационной ракеты.

– Тэнго шесть! Первый «харм» полетел в гости. Форточка открыта!

– Вас понял! Форточка открыта! – ответил пилот ведущей машины и сглотнул подкативший к горлу ком. Он впервые вторгался в воздушное пространство этих загадочных русских. Насколько гарантированно «хармы» способны ослепить русские РЛС – не известно. У русских всегда оказывается что-то неожиданное. Так случилось с самолётами-невидимками, которых новые РЛС «Кольчуга» не видели, а старые русские РЛС обнаруживали без особых проблем. Миллиарды долларов налогоплательщиков полетели псу под хвост.

«Господи, хоть бы эти умники программисты не напутали чего!» – подумал пилот. Накануне в память бортового навигационного комплекса загрузили новую программу полёта. Пока жаловаться на них было грех. Самолёт ни разу не поднялся выше семидесяти метров, четко огибая рельеф гористой местности. Даже самый опытный пилот не успевал бы маневрировать с той скоростью, с которой управлял навигационный комплекс.

Пилот посмотрел на счетчик времени на бортовом дисплее. Ещё семнадцать минут лететь в автоматическом режиме, прежде чем можно будет перейти на ручной режим управления машиной.

Махмуд успел прийти в себя и теперь, отдышавшись, терпеливо переносил бешеные броски самолёта вверх-вниз и из стороны в сторону. Закрыв глаза, он звал Ахмеда.

«Как у тебя дела?» – спросил он.

«Пока держимся, но это не наша заслуга. Скорее, Хранители не хотят нас уничтожать. Они взрывают всё вокруг нас. Много раненных.

«Ахмед, я уже на подлёте к вам. Продолжай отвлекать Хранителей. Сам лучше спрячься в укрытие!»

«Я понял тебя!»

В этот момент самолёт рывком подбросило и он выровнялся. Пилот взял управление в свои руки.

30

На командном пункте ПВО Северо-Западного округа царила рабочая обстановка, хотя «внезапная» проверка боеготовности немного нервировала. В последнее время активная деятельность президента по приведению в нормальное состояние полуразрушенной системы обороны страны сопровождается частыми учениями и проверками. Уже успели немного привыкнуть. Сегодня, в отличие от предыдущих раз, кроме представителя Министерства Обороны в зале находился ещё и какой-то генерал ФСБ. Он ни во что не вмешивался. Казалось, что он чего-то ждёт. С отсутствующим взглядом следил за работой молоденьких планшетисток, наносивших отметки целей на большие прозрачные экраны. Но вот прозвучали первые доклады со станций дальнего обнаружения, ближе всех расположенных к району учения ВМС НАТО. Князев привстал со своего кресла, вслушиваясь в доклады далёких операторов. Две цели, отделившись от корабля-матки, идут вдоль воздушной границы над территорией сопредельного государства. Впереди них кружит самолёт РЭБ натовцев. Ещё через несколько минут поступило сообщение, что самолёт РЭБ произвёл запуск ракеты радиоэлектронного подавления. На радиолокационных станциях сработала защита от поражения электромагнитным импульсом, превращающим любую аппаратуру, включенную в сеть, в груду дымящегося хлама. Через несколько минут, по расчетам – достаточных для окончания поражающего действия ракеты, радиолокационные станции одна за другой опять вышли на рабочий режим. К сожалению, на экранах радаров было чисто. Две цели, летевшие вдоль границы, исчезли. Предположительно, они нарушили воздушное пространство России и, используя складки местности, скрытно движутся вглубь территории. Наблюдатель от России, принимавший участие в учениях, потребовал объяснений от командующего учениями, но ответ был расплывчатым. Якобы, по непонятным причинам вышло из строя навигационное оборудование обоих самолётов. Делается всё возможное. Связи нет. Всякое бывает. На перехват самолётов нарушителей в район их исчезновения направлено дежурное звено самолётов-перехватчиков «Су-37».

Двигаясь по огромной дуге, пилоты перехватчиков вели визуальный поиск самолётов-нарушителей, что было равносильно поиску иголки в стоге сена, но приказ не обсуждается. С двух аэродромов под Санкт-Петербургом в небо ушли ещё две пары «сухих». Они тоже были нацелены на район, где уже утюжили воздушное пространство два перехватчика. По всему округу была объявлена тревога. По последним разведданным на самолётах-нарушителях были установлены крылатые ракеты с ядерными боеголовками. На стол президенту легла шифровка. Ситуация накалялась с каждой минутой. Цель полета нарушителей оставалась неясной для всех. А если они ударят по Питеру?

«Яша! – послал мысленный вызов Олег. – К вам летят два «Супер Хорнета» с крылатыми ракетами. У них ядерные боеголовки. Вам, вероятно, придётся покинуть район».

«Тебя понял, но, думаю, стоит попытаться их остановить! А я-то думаю, чего боевики в расщелину запрятались?» – бодро произнёс Черноморец.

«Действуй по обстановке! Будет невмоготу, вызывай нас всех!» – Олег хотел бы сейчас быть вместе со своими товарищами, но он помнил, что по второму объекту тоже готовится удар, и нужно отследить его.

31

Подполковник Лагутин и майор Вершков вместе служили уже почти четыре года. Их семьи жили в одном подъезде стандартной панельной пятиэтажки. По иронии судьбы старший сын Лагутина учился в одном классе с дочерью Вершкова, а младшая дочь подполковника – в одном классе с сыном майора. Собираясь на семейные вечеринки, родители друг друга в шутку называли кумовьями. Хотя нет-нет, да и закрадывалась в душу мысль, что, возможно, их дети когда-нибудь переженятся. Но, как говорится: «Человек предполагает, а Господь располагает!»

Сегодня, едва они подняли в воздух свои тяжёлые машины, поступила команда: идти на перехват самолётов-нарушителей. Диспетчер вполголоса добавил, что цели не учебные.

Внизу зелёным лесным морем бугрилась земля, стремительно уносясь назад, под крылья самолётов. В бесчисленных озёрах, как в зеркалах, отражалось небо с облаками. В другой обстановке пилоты, может быть, и полюбовались этой красотой, но сегодня у них была работа. Приближался тот момент, ради которого они не один год тренировали себя. Вся их жизнь сейчас, как в русской рулетке, была поставлена на карту. Страха не было. Появилось желание поскорее обнаружить самолёт противника и обрушить на него всю мощь пушек и ракет. Конечно, они понимали, что против них, скорее всего, будут драться опытные лётчики, воевавшие на Ближнем Востоке. Правда, наши российские пилоты скептически относились к таким горе-завоевателям, беспрепятственно расстреливавшим по спутниковому целеуказанию объекты на земле. Хотелось померяться силами с американскими ястребами войны в настоящем бою.

– Двадцать пятый – двадцать третьему! – услышал Лагутин в наушниках голос Вершкова.

– На связи!

– Топлива осталось на двадцать минут и на обратный путь! – подсказал майор.

– Да вижу я! – даже через декодирующую аппаратуру Вершков почувствовал раздражение в голосе ведущего.

– Может, нам попробовать разделиться? Тогда наши РЛС накроют большую площадь. Хоть какой-то шанс будет!

– Да хрен с ней, с инструкцией! Разделяемся! Идёшь левее меня пятьдесят километров!

– Выполняю! – машина майора, слегка завалившись на левое крыло, ушла в сторону.

Теперь Лагутин летел в одиночестве, поглядывая на экран радиолокационного обзора горизонта. Попадавшиеся изредка самолёты тут же автоматически отвечали, что они «свои», и продолжали полёт своим курсом. Но вот на экране засветились две цели, не отвечающие на запрос автомата «свой-чужой». Они двигались справа налево по экрану, в сторону Вершкова.

– Раз не отвечают, значит, чужие! Двадцать третий! Цели обнаружены! Идут на сближение с тобой! – передал Лагутин.

– Понял вас, двадцать пятый! Вижу их! – майор понял, что времени на уход по кругу к своему ведущему уже не осталось. Лобовая атака – последнее, что реально давало ему шанс завалить одного из противников.

Пилот «Супер Хорнета» тоже видел, что русскому позиция досталась явно проигрышная, поэтому, когда «сушка» легла на встречный курс, американец выругался. Он не любил рассказы про русских камикадзе, которые во время Второй мировой войны таранили своих противников. Это было не по-спортивному. Он считал, что побеждать надо мастерством, а не ломом, как принято у русских. Дистанция быстро сокращалась. На экране дисплея зажглась подсветка цели. Рука плотнее сжала рукоятку с кнопками управления оружием. Пора! С консолей крыльев сорвались два «саиндундера» и ушли вперед, оставляя белый инверсионный след. От русского самолёта тоже рванулись навстречу американцу две ракеты «Р-73» ближнего боя. У русского явно была включена система оптико-электронного подавления, потому что «саиндундеры» завиляли и стали расходиться веером, но русские ракеты приняли их за цели и поразили обе практически одновременно. Уклоняясь от осколков, оба пилота перевернули свои самолёты на правое крыло и разминулись, чудом не чиркнув пузом друг по другу.

Лагутин, занявший позицию правее и выше противника, видел, как самолёт Вершкова чудом избежал столкновения с американцем и уже сзади, выполнив петлю с переворотом, догнал своего ведущего.

Внезапно с переднего «Хорнета» стартовала крылатая ракета. Она резко ушла к земле и, слившись защитной окраской с пятнистой поверхностью земли, пошла на сверх малой высоте к одной ей известной цели. Лагутин только успел произвести пуск «Р-77» среднего радиуса действия. По иронии судьбы, из двух целей ракета выбрала большую. В последний момент пилот «Супер Хорнета» начал выполнять противоракетный маневр и выпустил серию зажигалок-ловушек. На одной из них и сработала ракета, взорвавшись огненным грибом. Взрыв произошел слишком близко от двигателей американца. Осколки, видимо, попали в двигатель и, оставляя за собой все более заметный след, самолёт американца пошел по пологой траектории к земле. Затем внизу вспыхнул купол парашюта, а через несколько мгновений среди зелёной лесной чащи вспух большой багровый шар взрыва. Пилот второго самолёта, резко сбросив скорость, провалился под пару русских самолётов. Внезапно из его кабины к выше летящим самолётам протянулся зелёный луч.

Все приборы на панелях приборов стали выписывать немыслимые траектории. Пропала связь. Сознание лётчиков померкло, и два самолёта с заглохшими двигателями стали падать. В последнее мгновение автоматическая система спасения пилота сработала, и один за другим сработали пиропатроны катапульт, выстрелив в воздух безвольные тела пилотов, зафиксированных в креслах. Через пять секунд включились аварийные радио-маячки. Их сигналы зафиксировал спутник. Махмуд проследил взглядом за падающими самолётами. Он сейчас чувствовал себя богом всемогущим. «Жаль, что нет времени добить пилотов, но сейчас не это главное. Первая крылатая ракета ушла к цели. Маяк Ахмед включил. Бедный Ахмед! Прими Господь его душу! Ракета не промахнется. Пора идти ко второму объекту. Неважно, что топлива хватит только в один конец. Важен результат!»

Махмуд мысленно приказал пилоту идти на Урал по координатам цели, уже введённым в маршрутный бортовой компьютер. Пилот самолёта безвольной куклой выполнил указание Махмуда и, завалив машину на крыло, резко повернул на восток. По пологой траектории «Супер Хорнет» стал набирать высоту и вскоре над фонарём кабины самолёта раскинулось тёмно-фиолетовое небо, усеянное большими, переливающимися звёздами.

32

В район воздушного боя прибыла новая пара «сухих», но кроме трёх догорающих на земле самолётов никого уже не застала. На подходе уже были несколько «Ми-6» – для того, чтобы подобрать пилотов и доставить их в госпиталь.

Одна из радиолокационных станций, следивших за воздушным боем, зафиксировала пуск крылатой ракеты, но вскоре потеряла её из-за сверхмалой высоты полёта. В конце боя, когда два наших «сухих» упали на землю, с экрана внезапно исчезла отметка четвёртого самолёта. Возможно, он упал. Поисковые группы начали прочёсывать квадраты, прилегающие к району падения трёх самолётов.

– Яша! В вашу сторону уже запущена крылатая ракета! Уходите! Вы уже ничего не сделаете! – в голосе Олега звучала тревога за товарищей. – Мне срочно нужно к нашим в Белый Омут. По всей видимости, туда пошел второй самолёт с ядерной боеголовкой. Но главное – на нём Разрушитель!

– С чего ты взял? – отозвался Черноморец.

– С того, как он расправился с двумя нашими перехватчиками! Просто вырубил их и всё! Исчез с экрана радара. Скорее всего, сделал его радионевидимым!

– Не хило! Но думаю, что мы тоже кое-что могём!

– Не могём, а мо́гем! – уточнил Олег.

Никто в центре ПВО округа не заметил, куда делся симпатичный, атлетического сложения генерал ФСБ. Просто сидел в кресле и исчез. Те, кто обратили на это внимание, пожали плечами и опять углубились в работу.

Шум перестрелки уже стих. Последний боевик скрылся в расселине. Хранители их не преследовали. Это несколько настораживало. Ведь с их мощью, если не сказать могуществом, уничтожить группу Ахмеда не составило бы особого труда. Похоже, они не хотели мараться, а это вдвойне обидно, если тебя считают наравне с дерьмом.

На вершине холма, где природа сделала естественный уступ, на огромном, целиковом куске мрамора среди сине – зелёного мха лежал каменный куб. Вокруг него стояли четверо Хранителей. Они смотрели в сторону севера, откуда к ним мчалась крылатая смерть.

Соединив руки над камнем, они стали вызывать свечение воздуха над ним. И вот в небо ударил мощный столб синего света. Не убирая руки, они сместились по кругу поближе друг к другу, и вот их четыре руки оказались вытянуты в одном направлении. Синий столб света, как бы отразившись от их рук, преломился и наклонился к северу, опускаясь всё ниже и ниже. Вскоре он застыл почти над линией горизонта. Летевшая стая ворон, случайно попавшая в его полосу, вдруг вспыхнула и исчезла без следа. Оттуда с севера приближалась ракета. Хранители ждали её. Секунды словно замерли на месте.

– Вот она! – выдохнул Алексей.

Ракета возникла совсем недалеко. Вынырнув из распадка между сопками, она шла к ним, закладывая красивый вираж. Но вот её путь пересёкся с синим лучом. Она вспыхнула без взрыва и исчезла, провалившись в бездну времени.

Секунду спустя в спину Хранителям ударил зелёный луч. Ахмед видел исчезновение ракеты. Он выбрался на край расщелины и невидящими зелёными глазами пытался уничтожить Хранителей. Первым на пути зелёного луча оказался Андрей. На нём вспыхнула одежда. Он упал на колени, силясь встать. Вскинув руку, он послал энергетический заряд в Ахмеда. Сверкающая звёздочка ударила в край скалы, на которой стоял Ахмед. Взмахнув руками, тот уехал вместе с оползнем в расщелину. Зелёный луч ещё продолжал бить в небо. Обессиленный, Андрей упал. Оставшиеся трое Хранителей вытянули руки в сторону отколовшейся части сопки и медленно потянули на себя. С грохотом сопка вздрогнула и обе половины опять соединились, закрыв расщелину и всех, кто в ней находился. Подхватив Андрея на руки, Хранители поднялись в воздух и, перелетев на соседнюю сопку, остановились.

– Нужно что-то предпринять, чтобы впредь непосвящённые не беспокоили камень! – проговорил осипшим голосом Андрей. Он быстро восстанавливался.

– Можно сделать так! – произнёс Василий и все, уловив его мысль, согласно кивнули головами.

Хранители исчезли. На этой сопке остался только Андрей. Зато на соседних сопках вокруг той, на которой был камень, появились Хранители. Все четверо, одновременно, вытянули руки в сторону сопки. Вначале ничего не происходило. Затем земля вздрогнула. Потом ещё и ещё раз. Сопка задрожала. С неё посыпались камни. Медленно, почти не заметно, она стала становиться ниже и ниже. Потом процесс пошёл скорее. Вскоре сопка превратилась в крошечный бугорок с каменным кубом на ярком мхе. Вода озера хлынула в новое углубление и вскоре сомкнулась над священным камнем. Грохот утих. Туча пыли постепенно осела. Наступила тишина, лишь изредка нарушаемая редкими скатывающимися камешками. Сейсмические станции Скандинавии отметили колебания почвы. Американский спутник-шпион зафиксировал огромные клубы пыли над интересующим командование районом. В каюте командующего объединённой эскадрой НАТО, счастливо рассмеявшись, адмирал хлопнул ладонью по раскрытой ладони генерала. Шифрограмма под грифом «совершенно секретно» ушла в Вашингтон.

33

Махмуд, смотрел на проносившуюся под самолётом землю, погрузившись в свои мысли. Поздняя осень выдалась в этом году на редкость тёплой и солнечной. Лишь кое-где среди зелёного моря лесов виднелись белые пятна первого снега.

«О Аллах! Сколько же лесов в этой России? – подумал Махмуд. – Кажется, что она покрыта ими от океана до океана. Зачем русским досталось столько земли? Ведь они не могут освоить её. В наш, двадцать первый век, здесь столько «медвежьих углов», где десятки лет не ступала нога человека! Брошенные посёлки, шахты, прииски. Зарастающие лесом автодороги. Ржавеющие рельсы железных дорог, уходящих куда-то в склоны гор или оканчивающиеся в заброшенных лагерях. По берегам северных рек, как киты, выбросившиеся на сушу, лежат ржавые баржи и катера. На всём печать запустения и разрухи. В России особенно уродливо выпячивается всё то зло, которое несёт русским их безвольное созерцание своих резвящихся воров и бандитов. Видимо, Аллах специально лишил русских разума, раз они позволяют кучке олигархов и поставленных ими правителей, топтать и унижать простой народ. Так им и надо! – улыбнулся Махмуд. – Русские – это стадо баранов, способное затоптать любого внешнего врага, но совершенно спокойно созерцающее, когда их по очереди режут свои же пастухи. Наш мир жесток и несправедлив. Сильные мира сего рвут власть и деньги друг у друга, как бешеные собаки. Не для того, чтобы иметь всё необходимое для счастливой жизни, а ради самого процесса борьбы за власть. Желание повелевать и никому не подчиняться ведёт их на любые преступления. Они далеко не глупые люди, и понимают, что с собой на тот свет ничего, кроме воспоминаний, не заберёшь. Но они находят оправдание своего образа жизни в желании обеспечить комфортную жизнь своим потомкам. Правда, как правило, потомки, если они у них есть, растут в роскоши и распутстве. Они просто вырождаются, освобождая место для других, алчущих сладкой жизни. Им всего мало. Деньги, деньги! – Махмуд вдруг вспомнил анекдот: «Богатый еврей завещал своим близким, чтобы все его деньги похоронили вместе с ним. Родственники мучились, мучились – не могут закрыть крышку гроба. Деньги мешают. Приходит Мойша и говорит: “Что вы мучаетесь? Положите ему в гроб сберкнижку”», – Махмуд, покачал головой. – Ведь Создатель даровал всем живущим на земле природных ресурсов ровно столько, сколько нужно для того, чтобы всем хватало необходимого для нормальной сытой жизни. Но тот, кто первым подтолкнул одного человека забрать кусок у другого человека, был явно дьяволом. Когда один давится вторым куском, а рядом умирает от голода тот, у кого он отнял этот кусок, появляется борьба за выживание. Вот эту борьбу и назвали прогрессом!» Он, Махмуд, и остановит этот процесс взаимопоедания. Этот мир уже не вылечить, его нужно только уничтожить, разрушить. Чтобы на его месте, как после лесного пожара, родилось новое создание, способное ценить жизнь, всего окружающего его мира.

Станции ПВО Уральского военного округа сегодня работали в усиленном режиме. Где-то над территорией страны летит самолёт-нарушитель. Это уже не учебная, а настоящая цель. По информации, поступившей сверху, нарушитель – боевой самолёт НАТО с ядерным оружием на борту, который по неизвестной причине «заблудился» во время учений. Задача поставлена недвусмысленно: обнаружить и, если не захочет приземлиться по требованию истребителей-перехватчиков – сбить!

В воздухе уже находились десятки групп перехватчиков, производящих визуальный поиск самолёта, по непонятным причинам ставшим радионевидимым. Возможно, американцы испытывают новейший тип самолёта-невидимки?

Олег возник в кабинете начальника гарнизона крепости Ключ, когда полковник Железин находился на обходе подразделений. Рутинное занятие – проверять выборочно тумбочки солдат и порядок в казармах, но это дисциплинирует личный состав. Появляется разделение на передовиков и отстающих. Значит, есть, на кого равняться. Есть к чему стремиться. Завтра плановая проверка содержания дороги, соединяющей крепость и железнодорожную станцию. На машине ехать долго, а вот сделать облёт, с промежуточными посадками возле опорных пунктов, можно за один день. Благо теперь в крепости есть своя авиация – два вертолёта. Один штурмовик и один транспортный.

– Валера, я уже на месте! – мысленно сообщил Олег.

– Скоро приду! – Железин посмотрел на начальника штаба. – Продолжайте без меня. Итоги подведём после обеда и объявим на вечерней поверке.

– Есть, товарищ полковник! – бодро ответил начштаба и сурово посмотрел на притихших старшин.

– Как там наши? – войдя в кабинет, Валера пожал руку Олегу.

– Едва справились! – Олег смотрел на расстеленную на столе карту местности. – Один самолёт ушел! Предположительно, двигается сюда, к нам. На борту – ядерная крылатая ракета.

– Ого! Ребята решили сыграть с нами по-крупному! – Валера поскреб в затылке. – Что думаешь делать?

– Что мы думаем делать? – Олег закрыл глаза, вызывая Ивана, Сашу Приходько и Леню Доценко. Валера в этот момент изнутри запер дверь кабинета на ключ.

За столом стали появляться все здешние Хранители. Каждый появляющийся приветствовал остальных девизом «Знания в истине!» Остальные приветствовали его ответом «Истина в знании!», после чего жали ладонь.

– Братья! – обратился Олег к присутствующим. – Настал час нашего испытания! Сюда приближается американский самолёт с ядерной крылатой ракетой на борту. Думаю, объяснять, что это такое, нет нужды. Точность попадания при выдаче координат цели спутником составляет плюс-минус полметра. Если допустим запуск ракеты, то уничтожить её не сможем. Единственный способ избавиться от неё – увести её в глубину времени без ограничения глубины. Возможно, где-то за миллионы лет до нас на этом месте произойдёт взрыв. Будем надеяться, что это не повлияет на будущее. Иного выхода я не вижу. Другие предложения будут? – Олег внимательно посмотрел в глаза каждому.

– Если нам удастся завалить самолёт до того, как он пустит ракету, она взорвётся при падении? – Валера задумчиво вёл пальцем по карте.

– Только при условии, что пилот не успеет запустить программу активации ракеты. Конструкция предусматривает безопасное падение ракеты при ошибке на учениях или в другой нештатной ситуации. Главное – не дать активировать её программу.

– Понятно! – вздохнул Слепченко. – Значит, встречать оцю заразу треба ще на подлёте сюда, – он ткнул пальцем в коричневую полосу Уральских гор на карте.

– Возле камня тоже нужно кому-то остаться. Луч времени одному не вытянуть и навстречу ракете не развернуть, – Валера посмотрел на Сашу и Лёню. – Предлагаю! Мне с Иваном лететь навстречу самолёту, а командир с парнями займутся подготовкой канала времени, если у нас не получится.

Помолчав, Олег кивнул головой:

– Ладно, согласен! – только учтите ещё один фактор: в самолёте находится Разрушитель. Если я не ошибаюсь, то он уже завалил два «Су-37».

– Интересно! Какой он, Разрушитель? – улыбнулся Саша.

– Я тоби потим, писля дила, розповим! – Иван хлопнул его по плечу.

– Ну что, братья? – Олег выдохнул: – Пора!

34

Олег мысленно обратился к президенту: «Первая крылатая ракета ликвидирована!» – коротко доложил он.

«Спасибо! Мне уже доложили, что сбит один американский самолёт. Второй повернул на восток и исчез с экранов радаров. Мы потеряли два «сухих», причем, по непонятной причине. Лётчики, к счастью, живы, но объяснить толком ничего не могут. Говорят, просто вся электроника отключилась, а потом они сами потеряли сознание. Спасибо, что сработала система самоспасения. Живы остались. Нужно найти второй ракетоносец!» – никто из присутствовавших на заседании Правительства РФ, не обратил внимания на то, что взгляд президента как бы остановился. Он как будто думал о чем-то.

«Мы уже готовы к встрече Разрушителя. “Сухие” – это его рук дело. Постараемся справиться!» – Олег улыбнулся Президенту.

«Желаю удачи!» – президент тихонько постучал пальцем по крышке стола.

Махмуд буквально физически ощутил гибель Ахмеда. «Значит, Карельский камень уничтожен! Прости, Ахмед! Ты и твои люди погибли не зря! Пусть волшебные гурии услаждают ваш вечный покой в садах Аллаха! – он провел наложенными друг на друга ладонями по лицу. – Теперь настал мой черед нанести удар по последнему каналу времени. Пусть сгинут Хранители! Хвала Творцу!»

В разрывах облаков показались горные цепи. Урал. Бортовой навигационный комплекс показывал лётчику направление движения к скрытой на большом удалении цели, координаты которой были получены заранее через спутник. «Супер Хорнет» постепенно стал снижаться, чтобы к цели подойти скрытно. Нужно произвести пуск ракеты и, развернувшись, попытаться уйти как можно севернее, где их потом подберет пузатый вертолёт «Суперстелион» корпуса морской пехоты США. Парни из спасательной команды ТРАП уже, наверное, грузятся в вертолёт, стоящий на палубе большого десантного корабля.

Внезапно рядом с самолётом появились люди. Буквально в нескольких метрах от кончиков крыльев. Махмуд потрясённо смотрел на двух летящих по бокам самолёта мужчин. Одежда на них почти не трепетала от набегающего воздуха. Они мчались, как бы в силовом коконе, который огибали белые струйки ледяного воздуха. «Хранители!» – понял Махмуд. Для него это было равносильно гибели. С одним он бы ещё попробовал побороться, но двое – это уже перебор. «Отступать уже некуда, значит, будем бороться до конца! Да поможет мне Аллах!»

Хранители плавно стали переворачиваться на бок лицом к самолёту. Махмуд на долю секунды опередил их. Он направил руку с зелёным перстнем на одного Хранителя, а свой светящийся взгляд на другого. Из кабины самолёта одновременно в обе стороны ударили два зелёных луча. Хранители не успели нанести встречный удар. Силовой кокон исчез. Безвольные тела оглушенных Хранителей тряпичными куклами стали падать вниз. Махмуд оглянулся и помахал им вслед рукой.

– Эй, пилот! Не пора ли сбросить гостинец русским? – спросил Махмуд по внутреннему переговорному устройству.

– До пуска ракеты осталось три минуты! – ответил пилот, как зомби, без всяких эмоций.

Махмуд не видел, как с земли навстречу падающим телам Хранителей рванулись ещё два человека. Приходько вместе с Доценко, уравняв свою скорость со скоростью падения тел своих товарищей, поднырнули под них и, положив их себе на спину, по пологой траектории, устремились к госпиталю в крепости Ключ. Ничего, отлежатся!

Махмуд внезапно почувствовал, что рядом опять кто-то летит. «Неужели, один уцелел?» – мелькнула мысль. Он стал вертеть головой, но попутчика видно не было.

Олег летел сзади, чуть ниже самолёта, скрытый за плоскостями крыльев. Махмуд почувствовал, что внезапно его тело одеревенело. До активации пуска ракеты оставались считанные секунды, но приборы самолёта выключились. Умолк свист двигателей. В наступившей тишине был слышен лишь шум обтекающего корпус самолёта воздуха. Махмуд заметил, что воздух вокруг самолёта светится синим светом. Странно. Но самолёт, поддерживаемый неведомой силой, продолжал двигаться на восток с прежней скоростью. «Нас несёт Хранитель!» – мелькнула мысль.

Они уже давно миновали Белый Омут. Махмуд собрал в кулак всю свою силу воли, пытаясь перебороть силовое поле Князева, но это ему не удавалось. Возможно, он растратил большую часть энергии, а времени на восстановление сил уже не было. Время сброса ракеты уже давно прошло. Без активации системы наведения она сейчас представляет из себя всего лишь безумно дорогую, но бесполезную железяку. Внизу промелькнули последние холмы Восточного Урала. Бескрайним зелёным ковром распахнулась Западная Сибирь.

«О Аллах! Ну почему у этих русских столько не нужной им земли? Мой народ умирает на крошечном клочке каменистой пустыни, а здесь бескрайние просторы, на которых может затеряться целое государство! Только Хаос может дать надежду на рождение более справедливого мира. Будьте вы прокляты – Хранители зла!» – Махмуд в бессильной ярости сжал кулаки.

Вдруг синее свечение померкло. Самолёт начал падать. Ожили приборы, но для экстренного пуска двигателей было уже слишком поздно. Махмуд заметил, как внизу широкой лентой мелькнула Обь. Впереди тысячами зеркал блестели бескрайние Васюганские болота. Крылатая машина всё больше и больше стала заваливаться на нос. Тысячи болотных озер отражали блеклое осеннее небо и тёмную тень падающего самолёта.

Махмуд рванул ручку катапультирования. Взрыв самолёта отшвырнул его в сторону. Едва раскрывшийся парашют не успел достаточно погасить скорость падения, и его тело с громким всплеском погрузилось в болотную жижу. Он уже не вынырнул. Лишь парашют с тихим шелестом полз по болотным кочкам, пока тоже не исчез вслед за стропами, убегающими в бездонную трясину.

КОНЕЦ

Content

Александр Селянин
Тропа волхвов
Боевая сказка

Глава первая Друг познается в беде

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

Глава вторая За далекими лесами, за высокими горами…

1

2

3

4

5

6

7

8

Глава третья По ту сторону времени

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

Глава четвертая Не было печали…

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34