Владислав Глушков

Совмещение реальностей

Глава 1

— Прохор, Прохор, подь скорее сюды, глянь, чего я нашёл.

— Никола, это ж человек, а на него потребно говорить ни чего я нашёл, а кого я нашёл. Сколько можно. Ты уже давненько в городской страже служишь, пора бы и поотвыкнуть от своих деревенских привычек. Хотя, — после недолгой паузы, произнёс Прохор, — это больше похоже на «чего», чем на кого.

Этот странный разговор доносился до Алексея, откуда-то издалека. Он никак не мог раскрыть глаза и соответственно понять спит он ещё или уже проснулся, и относится ли этот странный разговор к нему непосредственно, или это продолжение какого-то странного сна.

— А ну-ка, Никола, ткни его в бок, только легонько, кабы не заколол, может живой ещё.

За этими словами последовал укол в бок чем-то острым и тяжёлым. Алексей начал понимать, что это уже не сон напрягся и постарался открыть глаза. Открыв, их он понял, почему было так неудобно лежать. Вместо мягкой, привычной подушки голова покоилась на каком-то булыжнике, а сам этот булыжник был вывернут из мостовой, на коей Алексей в данный момент и лежал. Голова страшно болела, что невозможно было даже ей пошевелить, а уж о том, чтобы подумать и проанализировать ситуацию, не было и речи.

Тем более, что ситуация была совсем непонятная. Открыв глаза, Алексей кроме мостовой увидел две пары сапог, причём сапог довольно странных. Сапоги были явно мужскими, но отнести их к каким либо известным ему маркам он не смог, и принадлежали они, скорее всего тем голосам, которые он только что слышал.

— Ой, Прохор, гляди, глаза открыл, точно живой. Вот незадача-то, теперь придётся в участок тащить.

— Погоди, Никола, может сам пойдёт. Тута его точно оставлять не можно. Уж больно вид у него странный, да и по голове ему прилично приложили, вроде, как и тем самым булыжником, на котором он почивать изволит.

— Давай, Прохор тогда поднять попробуем, может сам пойдёт?

Парочка потеребила ещё раз Алексея, тот же в свою очередь решил не показывать признаков жизни. «Надо, — подумал он, — пусть несут, а я тем временем огляжусь по сторонам да попытаюсь вспомнить, что такое со мной произошло».

Дослужившись, к своим тридцати семи годам до звания полковника, пройдя все мыслимые и немыслимые горячие точки, офицер спецназа ГРУ Алексей Павлович Мещеряков, ушёл на пенсию. Благо выслуги в льготном исчислении было больше чем лет от роду, и решил переехать в родной Киев. Здесь ему предложили должность начальника безопасности одного из крупных коммерческих банков, на что он немного подумав, дал согласие, тем более что банк купил квартиру и предложил довольно приличную зарплату, превышающую в несколько раз его годовую пенсию.

Постоянные переезды, командировки, так и не дали ему обзавестись семьёй. Как только намечались более или менее серьёзные отношения его обязательно отсылали в командировку, из которой он непременно попадал в госпиталь то с лёгкой контузией, то с пулевым отверстием, что напрочь, отбивало у противоположного пола желание связывать с ним свою судьбу и становиться потенциальной вдовой. Так и дожил он холостяком до своих тридцати семи. Сейчас же, проработав уже год в банке, Алексей серьёзно подумывал обзавестись семьёй. Человек он был ещё не старый, да и внешний вид имел вполне презентабельный. Коротко подстриженные тёмные волосы с лёгкой сединой на висках, сто восемьдесят сантиметров роста, поджарый, с хорошо развитым телом, привыкшим к длительным физическим нагрузкам. Алексей не давал себе расслабляться и на пенсии, три раза в неделю, регулярное посещение спортзала, давало возможность поддерживать себя в хорошей форме. Да и девушку встретил, как ему казалось, вполне достойную. Коренная киевлянка, Аня была скромная, и совсем не похожая на современную молодёжь. Она работала в том же банке, что и Алексей. Они познакомились на какой-то корпоративной вечеринке, и Алексей сразу понял, что это имена та девушка, которую он искал всю жизнь. С ней было как-то покойно и надёжно.

— Тяжёлый, дьявол его забери, — сквозь головную боль и пелену услышал Алексей голос одного из парочки. — Давай, Прохор помогай, дотянем его вон до той повозки и на ней в участок отвезём, чай хозяин не откажет.

— Ты, Никола его для начала переверни, да обыщи, а я пока пойду, подгоню мужика с повозкой сюда.

— Чего его обыскивать-то, вишь совсем не шевелится.

— Обыскивай, тебе говорят, — прикрикнул Прохор. — Мало ли чего, может, притворяется.

Алексей услышал удаляющиеся шаги одного стража, второй же бесцеремонно перевернул его на спину, от чего голова скатилась с булыжника и сильно ударилась о мостовую. Сильная боль в районе затылка пронзила и без того раскалывающуюся на мелкие кусочки голову. Видимо от этого Алексей на мгновение потерял сознание и очнулся уже в повозке. Приятно пахло свежим сеном, повозка медленно катилась, постукивая по булыжной мостовой.

— Опять какие-то странности начинают твориться. — Донёсся до Мещерякова разговор идущих рядом с повозкой стражников. — Странный человек нам, Никола, попался. И одёжка на нём совсем непонятная. Я сколько лет в страже служу, сколько иноземных посольств к нам в стольный град приезжало, а никогда я в таких одеждах людей не видывал. На вид человек не бедный, похоже из знатного роду, а портки рваные и на ногах обувка какая-то непонятная. Бумаг опят же при себе никаких нет, документов.

— Ну, документы, положим, могли и лихие люди позаимствовать, ведь кто-то огрел его этим булыжником. — Ответил второй.

— Могли-то они, конечно, могли, да вот смотри бумажки вот эти, да монеты, вроде как на деньги походят, ведь не взяли их.

— И то, Прохор, верно, но деньги-то больно странные. Монеты так сплошь медяки, иль того мельче. А бумажки? Коль ты таких николь не видывал, так откуда разбойникам-то, про них знать?

— Ты Никола не прав. Разбойники они всякие деньги знают, это мы с тобой на княжеское жалование живём, вот и не охотимся за чужими деньгами, а разбойнички они-то по всему свету шастают, им всё одно какие деньги, лишь бы деньги. Да и штука вот эта, что под мышкой в кобуре у него была. Вроде как оружие, а как действует и чего с ним делать не пойму.

— Может это не оружие, может это такая штука орехи колоть.

— Балда ты Никола деревенская, зачем это господину «орехоколку» с собой в кобуре таскать? Чай у него прислуги дома нету, чтобы орехов наколоть?

Слушал Алексей этот разговор и всё больше и больше ничего не мог понять. Он попытался восстановить события вчерашнего дня, но получалось с трудом. Он, конечно, помнил, что вчера управляющий банком устроил большую корпоративную вечеринку. Банк отмечал свою десятую годовщину и по этому поводу был заказан тихий, уютный ресторанчик на Подоле, на берегу Днепра. Основные торжества прошли в главном офисе, было много поздравлений от клиентов и коллег, посетило банк руководство города, а здесь в ресторане собрали исключительно сотрудников, и поэтому управляющий принял решение отклониться от классического этикета и вечеринку провести в свободной форме.

Жарким июньским вечером все были рады, что можно отказаться от повседневных костюмов и надоевших галстуков. Женщины надели лёгкие летние сарафаны, а мужчины лёгкие полотняные штаны и гавайские цветные рубашки, которые гармонично дополнялись сандалиями на босу ногу. Алексей не был исключением, единственное, что он сделал не так как все. Обул лёгкие летние кроссовки, годы службы отучили от открытой обуви, и прихватил с собой, летнюю куртку. Во-первых, нужно было чем-то прикрыть кобуру, а во-вторых, под утро могло потянуть с Днепра прохладой. Всё это он помнил хорошо, ещё со времён далёкого детства, когда бегали с дворовыми товарищами рыбачить на Днепр. Когда стали немного постарше и родители, хоть и скрепя сердцем, но отпускали, они частенько уходили, попутными катерами на острова, с ночёвкой. Ночь у костра на берегу реки и рыбалка на самой зорьке, что могло быть лучше летними каникулами. Дальше он ещё подрос и до утра уже задерживался на свиданиях, а потом было училище и конечно лагеря, да караулы. Вот в те училищные годы, пожалуй, и выработалась самая стойкая привычка, коль идёшь, куда в ночь, то позаботься о том, что бы поутру не замёрзнуть.

На вечеринке Алексей прилично выпил, много танцевал и веселился, а когда Аня попросила его собираться домой, наотрез отказался.

— Алёша поехали домой, пора уже, времени посмотри уже сколько.

— Анечка, детка, веселье только начинается, а мы с тобой уйдём, некрасиво получится.

— Алёша я сегодня очень устала, да и с каких это пор ты стал обращать внимание на то, что подумают вокруг.

— Аня, давай не будем обсуждать при людях, на что я обращаю внимание, а на что нет. Устала, я сейчас вызову такси и отправлю тебя домой, отдыхать, нет, оставайся здесь и через время поедем вместе.

— Нет, я лучше поеду домой, и лучше к родителям, а то чего доброго придумаешь ещё домой притащить эту Люську, секретаршу. Очень некрасиво может получиться.

— Анечка, дорогая, ну о чём ты говоришь, какая Люська.

На самом деле секретаря управляющего звали Людмила, но она сама себя называла, исключительно Люсьен, поэтому все вокруг её звали просто Люська. Это была длинноногая блондинка с шикарным бюстом и роскошными длинными и густыми волосами, под которыми, к сожалению, скрывался очень коротенький ум. Хотя иногда, Алексею казалось, что она не настолько глупа, как кажется, что всё это игра. Иной раз в её глазах можно было заметить очень глубокий ум, холодную расчетливость, но буквально в следующее мгновение там вновь плескалась наивность и почти детская глупость.

— Всё та же, секретарь шефа, а то я не вижу какими глазами, она на тебя весь вечер смотрит.

— Анечка, я тебя умоляю. Это же она смотрит, а не я на неё. Мне вполне достаточно на тебя смотреть.

— Вот только танцевал ты почему-то весь вечер не со мной, а с ней.

— Я со всеми девушками танцевал.

— Но с нею чаще всего.

— Ладно, Аня, давай не будем, ты тоже никому не отказывала в танце, когда тебя приглашали.

— А что я должна была сидеть и ждать когда ты, наконец, на меня внимание обратишь и пригласишь потанцевать?

— Анечка, солнышко, я на тебя давно уже внимание обратил, и только тобой всё моё внимание занято.

— Что же тогда с Люськой всё время танцуешь?

— Аня, хватит, я не давал тебе повода для ревности.

— Действительно, хватит, Алексей Павлович, — перешла Аня на официальный тон, — вызывайте такси и если захотите меня завтра увидеть, я буду у родителей, позвоните, постараюсь выделить Вам несколько минут.

С этими словами Аня развернулась и пошла в сторону стоянки такси. Это была их первая ссора, и этот разговор Алексей тоже прекрасно помнил, но дальше его мысли терялись. Он снова пил с коллегами, с сотрудниками своего отдела, танцевал, потом все начали потихоньку расходиться. Из размышлений его снова вывел разговор стражей.

— Так вот Никола, мне ещё мой дед сказывал, а ему его дед, что много, много лет назад, перед последним совпадением тоже такое наблюдалось. Люди пропадали совсем бесследно, появлялись ниоткуда. А ещё, говорят, что вчера нашли тело, так жизнь из него выпита была. Оно говорят в покойницкой тайной канцелярии сейчас, пытаются найти, кто это таким паскудством опять занялся.

— А как это выпита, Прохор.

— Да очень просто, Все кто его знали, в один голос утверждали, что от роду ему не более как лет восемнадцать, а на вид было так все шестьдесят. И от чего бы ему умереть? Ран на теле никаких, а он лежит, как будто стрелой прямо в сердце попали. Во какие дела Никола.

Что же со мной происходит? Куда я вообще попал? Размышлял Алексей. На улице рассветало, и за телегой слышались шаги встречных прохожих. Борта повозки были высокие, и поэтому Алексей не мог рассмотреть окружающую его местность. Но вот дорога пошла резко вверх и его взору открылся вид странного старого города. Далеко внизу виднелась широкая река, за нею поля ровными квадратиками колосились начинающими желтеть посевами, ближе, на этом берегу город начинался аккуратными, крытыми соломой мазанками. Ещё ближе поднимались уже двух, трёхэтажные, каменные дома под черепичными крышами. Всё это очень напоминало Киев, но только Киев далеко не двадцать первого века.

Ладно, чего гадать. Дождусь, пока доставят по месту назначения, а там видно будет. И он снова углубился в воспоминания вчерашнего вечера.

И так все разошлись, только вот Люся, секретарь шефа почему-то никак не хотела идти домой. Наверное, Аня таки была права, что-то она от него хотела. Официанты устало бродили между столами, собирая грязную посуду. Алексей уже совсем собрался идти ловить такси, как заметил возле барной стойки её. Люся сидела на высоком стуле и потягивала какой-то коктейль.

— Люсьен, — подошёл к ней Алексей, — может Вас всё-таки проводить домой?

— Алексей Павлович, да какой из вас уже провожатый, — попыталась отшутиться та, хотя по её взгляду было видно, что она ждала именно его.

Неужели Аня права и не пропускающая ни одного приличного мужика охотница в этот раз решила его затянуть в свою постель? Случись это ещё год назад, Алексей, не задумываясь, усадил бы её в такси и повёз к себе домой, но сейчас это было совершенно невозможно. Вот уже почти год, как они встречались с Анёй, и пусть их отношения ещё не были оформлены официально, у них была достаточно крепкая семья.

— Нет, Люся, я всё-таки вызову Вам такси.

— Алексей Павлович, мне пешком идти пару кварталов, до Андреевского спуска, по нему вверх и вот я уже дома, а такси будет объезжать через центр, это будет дольше.

— Хорошо, тогда я Вас провожу, а оттуда уже вызову машину.

Этот разговор вспоминался с трудом, и Алексею не давала покоя мысль о том, что он предшествовал чему-то более серьёзному.

Они шли по ночному Подолу, старыми улицами. Люся, без умолку болтала, обсуждая события сегодняшнего дня и всех прошедших перед нею посетителей. Когда подходили к Андреевскому спуску, Алексея посетило лёгкое чувство тревоги, так и бывало раньше, там, на службе, но тогда это могло предвещать только одно, там за следующим поворотом засада, враг, а что здесь. На всякий случай он стряхнул головой, прогоняя хмель, поправил под лёгкой курткой кобуру, хотя знал наверняка, что оружием, здесь в мирном, спящем городе пользоваться не будет и стал более внимательно вглядываться в темноту. Старая улица поднималась круто вверх, булыжники мостовой уже начала покрывать утренняя роса, и от того они были немного скользкими, когда от дома впереди и справа отделилась тень.

— Ну что, шалава, очередного хахаля тянешь? — Раздался неприятный хриплый голос.

— Ой, Витя, а ты что тут делаешь? Алексей Павлович, это мой одноклассник, Виктор. Витя это наш начальник безопасности, Алексей Павлович. — Попыталась Люся представить мужчин друг другу.

— Да мне плевать кто это, у тебя каждый день новый начальник.

— А ты мне что, муж, отец, что ты меня контролируешь, — взяла она тон повыше. — Мы с тобой уже давно не живём и жить никогда не будем.

— Ну, тогда и ни с кем не будешь, — в голосе молодого человека прозвучала угроза.

— Так молодёжь, — вступил в разговор Алексей, — завтра будете на трезвую голову отношения выяснять.

— А ты мужик лучше иди своей дорогой, может, тогда жить останешься, — посоветовал Виктор.

— Нет, дружок, так разговаривать мы не договаривались, — Алексей встал немного вперёд, тем самым, закрыв собой Люсю.

Атаку слева он скорее почувствовал, чем увидел, но почувствовал вовремя. Кроме Виктора в драку вступили ещё двое, они незаметно вышли из тени. В свете скупых фонарей мелькнули ножи, но державшие их руки были недостаточно опытны в обращении с холодным оружием. Короткими ударами Алексей отключил двоих из нападавших, руку Виктора взял в плотный захват. Ладонь привычно легла на лоб и пальцы мягко, но уверенно надавили на глаза. Но, что-то постоянно не давало ему покоя, какая-то фальшь была во всём разговоре. Но что? Это он понял в следующий момент.

— Люся, набери 102 с мобильного.

С этими словами он стал поворачиваться к девушке, взглянул в её глаза, увидел в них одновременно злость и радость, её рука с огромным камнем уже опускалась на его голову. Темнота и в меркнущем сознании только полный непонимания крик девушки.

— Куда? Куда он делся?

Подъём прекратился, повозка проехала в высокую арку и в скорости остановилась.

— Давай, Никола, вытаскивай его, глянь сначала, может, оклемался уже да сам пойдёт.

Алексей попробовал пошевелиться, голова болеть не перестала, но ноги руки уже слушались, он потихоньку поднялся сам.

— Прохор, гляди, ожил вроде.

— Вот и славненько, давай мил человек, вылазь из повозки да иди с нами, будем разбираться кто ты да откуда.

Мещеряков потихоньку вылез из повозки. Теперь он мог рассмотреть своих сопровождающих. Картинка была ещё та. Перед ним стояло два стражника. Один, видимо, Прохор лет сорока, второй Никола, помоложе, около двадцати пяти. Одеты они были очень колоритно. Свободные прямые штаны из грубой, льняной ткани были заправлены в невысокие красные сапоги и подпоясаны широким кушаком. Распахнутые, длинные кафтаны ярко-синего цвета, открывали свободные, льняные рубахи, которые были зашнурованы спереди разноцветными плетёными шнурками. Рукава кафтанов стражников были отделаны серебристым галуном, причём отделка несколько отличалась, из чего Алексей заключил, что это своего рода знаки различия. Головы были покрыты отороченными мехом шапками, в цвет кафтанов. На боку у стражников висели узкие прямые мечи, в руках каждый держал по копью.

Повозка, на которой его сюда доставили, была запряжена двумя невысокими волами, на ней сидел не менее колоритный возница, хотя одежда его была не столь яркая, как у стражников, да и оружия видно не было.

Вокруг ходили люди, они с интересом смотрели на Алексея. Брусчатка с одной стороны упиралась в ворота, через которые они только что въехали, в обе стороны от них расходилась высокая стена, увенчанная зубцами и башенками, в другую сторону она устремлялась неширокой, прямой улицей, видимо к центру города.

Двери в здании, возле которого они остановились, были открыты, и Прохор тихонько подтолкнул Алексея к ним.

— Заходи, не мешкай, не смущай люд добрый.

Мещеряков вошёл вовнутрь помещения. Его глазам открылась небольшая комната с высокой стойкой, за которой виднелась голова ещё одного стражника, в глубине помещения было несколько решётчатых дверей, за закрытыми на замки, коваными решётками виднелись совершенно тёмные, без окон и какого-либо искусственного освещения камеры. Вдоль одной стены, напротив стойки стоял ряд табуретов, за стойкой и рядом с ней располагались двери, которые вели, скорее всего, в служебные помещения. Это был классический полицейский участок, каких за свою жизнь Алексей видел не мало.

— Проходи, мил человек, присаживайся. Вот господин хорунжий, — обратился Прохор, к сидевшему за стойкой стражнику. — Погляди, какого мы красавца в нижнем городе нашли.

Он достал из висевшей через плечо сумки ПМ и бумажник Алексея, положил всё это за стойку на стол перед начальником.

— А вот это при нём было. Документов никаких, а вот это, похоже, оружие какое, тока я не пойму что оно и к чему.

— Да видать по всему не из наших краёв, иноземец, наверное. Оставляй всё здесь, а его вон в камеру пока. Доложим по команде, а там пусть разбираются, куда дальше. Не понимаю Прохор, и чего вы его сюда тащили. Явно не горожанин. Скинули бы в реку, или канал, какой и никаких забот. Нет, всё тебе надобно. Теперь отписывайся, кто такой, откуда. Чего доброго ещё по тайным канцеляриям затаскают, не дай Бог.

— Да как модно, господин хорунжий, человек вроде как живой ещё был.

— Вот в том-то и дело, что вроде как живой, Вот и сделал бы его вроде как мёртвым.

— Так уж больно приметный, а как с посольством, каким к князю пожаловал?

— И то верно, ладно давай его в камеру. Ты с кем в патруле был?

— С Николой.

— Где этот оболтус?

— На дворе задержался, с возницей, что привёз нас сюда, лясы точит.

— Давай его сюда бегом. Да куда, куда побрёл? Этого вон в камеру спочатку определи.

Прохор провёл Алексея в ближайшую камеру и закрыл за ним решётку. Камера была узкая и совершенно тёмная. В дальнем углу стоял невысокий деревянный топчан, гладко отполированный, не одним задержанным. Недолго думая, Алексей улёгся на него и постарался заснуть. Думать и гадать, что с ним произошло, и куда он попал, смысла не было. Всё одно придётся сидеть здесь и ждать начальства. Хорунжий, по всей видимости, человек, не обременяющий себя лишними проблемами, и тем более не принимающий ни каких решений. Для него самым простым выходом из любой непонятной ситуации было радикальное решение — нет человека, нет проблем.

Проваливаясь в тяжёлый сон, Алексей слышал распоряжения хорунжего.

— Значит так Никола, вот тебе свиток, дуешь сейчас в тайную канцелярию. Знаешь где это?

— Знаю господин хорунжий.

— Вот и хорошо. Значит этот свиток туда, а на словах расскажи подробно, где нашли, как нашли, может, чего говорил или бредил. Да опиши его хорошенько, чтобы заинтересовались, да забрали от нас поскорее. Всё понял.

— Всё, господин хорунжий, я бегом.

Сквозь сон Алексей слышал, как возвращались с дежурства стражники, докладывали о происшествиях за ночь, как приходили новые и получали задание на очередное дежурство. Все они подходили к его камере и тихонько переговаривались. В конце концов, он окончательно провалился в глубокий сон.

Глава 2

Проснулся Алексей от того, что его бесцеремонно перевернули на живот. Кто-то коленом прижал голову к топчану, второй человек умело завернул за спину руки и крепко стянул их в запястьях и локтях узкими кожаными ремешками. После этого его подняли и поставили на ноги.

— Выходи, мил человек, подтолкнули его сзади к двери.

— По обращению не скажешь, что вы меня за милого человека принимаете, — огрызнулся Алексей, слегка разминая затёкшую на жёстком топчане спину.

— Ты не огрызайся, да не перечь, вот разберутся с тем, кто ты да что ты, тогда и определят, как с тобой далее-то обращаться, а пока принимай всё как должное и моли всех Богов, дабы разобрались повнимательнее, да не уличили тебя, в чём незаконном. А то ведь нас со злодеями разговор короток, голову долой, да в яму за городом.

— Добрые вы здесь, как я посмотрю, — кто с ним разговаривал, Алексей не видел, люди стояли за спиной, но судя по голосу, это был человек, лет тридцати — тридцати пяти, очень уверенный в себе.

За стойкой сидел уже другой дежурный, в помещении кроме него находилось ещё два человека, одеты они были во всё чёрное. Эти двое молча, ни чего, ни кому не говоря, взяли Алексея с двух сторон под руки, и повели к выходу. На улице вплотную к зданию, дверь в дверь стояла чёрная карета, куда его и затолкнули. Двери за сопровождающими закрылись, и карета быстро покатила в сторону центра. Ехали недолго, за занавешенными окнами рассмотреть ничего не удавалось, в конечном пункте назначения карета встала также дверь в дверь со зданием, к которому они подъехали. Алексея вывели, провели коротким, узким коридором, затем процессия спустилась по крутой винтовой лестнице, приблизительно на два, два с половиной этажа под землю в подвал. Несколько поворотов узкого коридора с влажными, выложенными булыжником стенами и они упёрлись в кованую дверь.

Дверь неожиданно легко открылась, и Алексея завели внутрь помещения. Идеально круглая комната являлась пыточной, или допросной, как кому больше нравилось. Помещение освещалось факелами, расположенными по кругу на расстоянии примерно метра один от другого. Посередине был расположен очаг, накрытый решёткой, в очаге весело горел огонь, на решётке сверху лежали самые, разнообразные орудия пыток, разогревались. Свод помещения уходил высоко вверх и заканчивался дымоходом. С одной стороны, ближе к стене в потолок был вбит блок, через который перекинута верёвка с крючком. Алексея подвели к нему, крючок зацепили за ремешок, стягивающий локти и на всякий случай подтянули верёвку, так, что Алексей почти повис в воздухе, слегка касаясь носками пола. Затем конвоиры быстренько сняли с него всю одежду, причём, не потрудившись развязать руки, то, что невозможно было снять, просто разрезали, разули, в результате чего Алексей оказался подвешенным на блоке совершенно голым. Напротив блока, по другую сторону очага стоял стол, все его вещи, если конечно, те тряпки, в которые они превратились, можно было назвать вещами, были положены на стол.

Все перемещения от участка до этой камеры пыток, все действия конвойных происходили в полной тишине, ни кто из них не проронил ни слова, создавалось впечатление, что они просто немые. Проделав все приготовления, конвойные тут же вышли. Алексей осмотрелся по сторонам. Короткий, но крепкий сон сделал своё дело. Голова перестала болеть, только немного ныла в месте удара, и он уже мог соображать, но, не смотря на это, Алексей ни как не мог даже предположить где он находится. Всё походило на страшный сон, или ужасную сказку, а ещё было ощущение, что за ним кто-то наблюдает. Руки начали понемногу затекать, Вывернутые и растянутые сухожилия начали болеть, в этот момент двери бесшумно открылись, в помещение зашёл человек в таком же чёрном одеянии. Единственное, что отличало его от конвоиров, так это высокое качество материи, из которой был пошит костюм и безупречность покроя. Ни одна морщинка, ни одна лишняя складочка не нарушали лёгкости линий сюртука. Идеально отглаженные прямые, узкие брюки заправлены в невысокие чёрные сапожки, тончайшей кожи. Стоячий ворот чёрной атласной рубахи был заколот большой перламутровой жемчужиной в серебряном обрамлении. Шляпа с широкими полями закрывала глаза и верхнюю часть лица, поэтому было трудно определить его возраст. Из-под шляпы на плечи спадали такие же, как и одежда, чёрные, тщательно уложенные волосы. Сразу стало понятно, его допрос не доверили мелкому чиновнику. Кто-то из высших чинов, тайной канцелярии, а в том, что Алексея доставили именно туда, он уже не сомневался, решил спуститься в подвалы и задать вопросы лично.

Человек подошёл к столу и начал внимательно рассматривать всё, что на нём лежало. Для начала он осмотрел одежду, прощупал каждый шов, затем в его руках оказалась кобура с разрезанными лямками. Глядя на неё, он о чем-то задумался, но задерживаться не стал. Все вещи, после осмотра летели в сторону к дальней стене. Последними, к стене полетели замечательные кроссовки, а точнее то, что осталось от них после досмотра. Алексей так их любил тончайшая кожа, лёгкая полиуретановая подошва, но после осмотра они превратились просто в маленькие кусочки той самой кожи, умело отделённой от подошвы, которая в свою очередь была разрезана на предмет изучения всех её пустот. Закончив со всем этим, человек обошёл стол и сел в стоящее за ним кресло, только тогда он посмотрел на Алексея.

— Ну конечно, я так и знал, коновалы, — обращаясь не понятно к кому и глядя куда-то мимо Алексея, произнёс человек. — Нет, чтобы разобраться сначала, они сразу на крюк. А может у человека мыслей-то злых, никаких и нет, может он готов сразу чистосердечно во всём признаться. Нет, не понимают, сколько ни учу, сколько не говорю, всё бесполезно. Ну что друг любезный будем говорить или так и будем в молчанку играть? — Этот вопрос был явно адресован уже Алексею.

— Я, конечно, прошу прощения, но я и не отказывался от разговора, меня просто никто ни о чём до сих пор не спрашивал.

— Вот и замечательно, значит, тебя можно снять оттуда, и ты тихо, мирно дашь самые вразумительные ответы на все вопросы, которые меня мучают сегодня, именно с того момента, как этот недоумок стражник приволок нам записку?

— Я просто рад буду ответить на все вопросы, тем более что и у меня самого возникла их масса.

— Ну твои вопросы, я думаю, подождут, до тех пор пока я свои не задам и не получу на них вразумительные ответы.

Человек позвонил в колокольчик, двери тут же открылись и в помещение вошли конвоиры.

— Что же вы лоботрясы, сделали с человеком, а ну-ка немедленно снимите его с крюка, да штаны наденьте, срам какой развели тут.

Двое в чёрном в точности выполнили все распоряжения и потянулись, было к ремешкам на руках, но старший их остановил.

— Стоп, стоп, стоп. Вот руки развязывать, пока не стоит. Мужичок он крепкий, как я погляжу, да и шрамов разных на теле-то не мало, тем более что многие я даже идентифицировать не могу, так, что пускай пока со связанными ручками побудет, от греха подальше. И мне спокойнее, да и ему тоже искушений меньше. Поставьте-ка табуреточку вот здесь возле стола и посадите его, пускай сидит, пока.

Сняли с крюка это конечно хорошо, но вот, что руки оставили связанными, да ещё так прочно и неудобно, вот это плохо. Ну да ничего, — подумал Алексей, — ноги, то свободны, и землю под ними чувствую, а это уже большой плюс, теперь можно и предпринять что-то, в случае опасности. А пока послушаю вопросы, может-таки, в ситуации разберусь. Он обошёл очаг, потихоньку разминая за спиной затёкшие руки, и уселся на приготовленный табурет. Табурет был неудобный, одна ножка на много короче остальных, а само сидение гладко, гладко отполировано и поэтому сидеть, приходилось в постоянном напряжении, чтобы не сползти и не упасть, но это было всё-таки лучше, чем висеть на крюку.

На столе перед Алексеем лежали его бумажник и пистолет. Человек в чёрном открыл бумажник и вытряхнул на стол всё его содержимое.

— Что же, мил человек давай начнём по порядку, для начала назови имя своё и звание.

— Пожалуйста, зовут меня Алексей Павлович Мещеряков, звание — полковник, правда уже в отставке, сейчас начальник безопасности банка, что Вас ещё интересует?

— Кого нас? — Следователь, так окрестил его для начала Алексей, огляделся в недоумении по сторонам, и никого не увидев, продолжил, — Я здесь один или ты думаешь, что тех оболтусов, что тебя сюда привезли, в моём присутствии тоже будет что-то интересовать.

— Как раз про них я думал в последнюю очередь. Правда они испортили мою одежду, и за это стоило бы их наказать, но я понимаю — служба. А «Вы» это только уважительное обращение, если не нравится, то я могу и на «ты».

— Ладно, много не рассуждай. Лучше отвечай коротко и внятно. Имя у тебя вроде и наше, да больно длинное какое-то. Ну, это не самое главное. Разговариваешь ты тоже без акцента, так кто ты всё-таки и откуда. Какой такой банк себе службу безопасности собственную завёл, почему я не знаю? Полковник звание очень высокое, не помню я таких полковников не только у нас, но и у соседей ближайших. Ответил, правда, быстро и без запинки, похоже, не врёшь.

— Ты мне хотя бы скажи, где я нахожусь, — попытался Алексей разъяснить для себя обстановку, — может, я чего дельного подскажу.

— Находишься ты Алексей, Павлов сын в святая святых тайной канцелярии, стольного града Киева, княжества Киевского и беседу с тобой веду я Калиостр, глава той самой тайной канцелярии. Полковником ты себя назвал, а в карманах деньги фальшивые, как у злодея первостепенного, хотя и фальшивыми их назвать нельзя, игрушечные, отсюда вывод не фальшивомонетчик, стало быть, не злодей. Пока.

— В Киеве, правильно и живу я в Киеве, на левобережье, на Дарнице квартира у меня в новостройках. Хотя нет, вот здесь вру, квартиру ту я продал не позднее как вчера и переехал в центр, в район Бесарабского рынка, но какое-то чувство у меня, что не там я, где живу. В каком-то не том Киеве. Или нет?

— Правильное чувство, нету на левом берегу никаких новостроек, луга там заливные и поля крестьянские, деревни да хутора, на много вёрст вокруг. Да и рынка, такого как ты назвал, в центре нет. В центре вообще рынков нет, откуда им взяться в центре, кто это разрешение такое дать может, — больше утверждая, чем спрашивая, сказал Калиостр. — Теперь вот скажи, что это за штуковина, — и начальник тайной канцелярии указал на пистолет.

— Это, оружие моё, личное, пистолет Макарова, в простонародье — ПМ, номер АБ1892, разрешение на ношение имеется.

— Значит всё-таки оружие, я так и думал. А эти дурни орехокол, орехокол… А, зачем спрашивается орехоколу, нужен спусковой крючок, как на арбалете? Разрешение, говоришь, имеется, да оно и должно быть, полковник всё-таки, значит не холоп, и с оружием полное право имеешь ходить, ни у кого не спрашивая, только вот странное оно у тебя. Как работает?

— А ты Калиостр, руки-то мне развяжи, я и покажу, как работает.

— Вот ты на вид вроде умный человек, а такую глупость сейчас сказал. Это чтобы ты меня здесь этим своим оружием и прикончил? Нет, брат, будешь ты сидеть со связанными руками, а понадобится, так недолго и обратно на крюк вздёрнуть. Хотя мне, кажется всё понятно. Опять кто-то из ведунов баловаться стал. Не иначе как из соседнего Мира тебя выдернули. Тогда всё сходится, и деньги твои, вроде как не деньги, и оружие твоё странное и звание высокое, да и имя длинное. Придётся всё-таки князю докладывать, он у нас человек любознательный. — Калиостр, встал из-за стола и покачал головой. Всем своим видом показывая, что совсем не хочет он докладывать Князю. По его рассуждению больше пользы было бы просто отрубить голову, да в яму за городом. Но делать нечего, докладывать-таки придётся. — Ты побудь пока здесь, а я к Его Светлости схожу, доложу про тебя, может и сам сюда прибежит, а может, занят чем. Я распоряжусь, тебе воды принесут, вид уж больно у тебя не здоровый.

Воду действительно принесли, но рук так и не развязали, поили конвоиры. Вода была холодная и вкусная, после первых глотков возмущённый непомерным вчерашним потреблением алкоголя организм начал успокаиваться. Алексей попробовал встать на ноги, конвоиры не выразили ни малейшего недовольства и он начал прохаживаться по помещению, вокруг очага, разминая ноги и стянутые за спиной руки.

Спустя десять, от силы пятнадцать минут двери камеры резко распахнулись, и в неё как ураган ворвался молодой человек. Он резко остановился, увидев Алексея, сложил руки на груди и внимательно посмотрел тому в глаза. Взгляд нежно-голубых глаз, казалось, проник в самую середину. Вновь прибывшему, на вид было лет двадцать пять, двадцать семь, хотя взгляд, казалось, принадлежал умудрённому годами старику.

Одежда, по покрою не многим отличалась от одежды начальника тайной канцелярии, вот только цвет у длинного сюртука и брюк был светло-бежевый, а рубаха ослепительно-белой, её рукава и ворот были отделаны тонким кружевом. Ноги обуты в изящные бежевые туфли. Длинный светло-русый волос несколько растрепался, было заметно, что человек бежал, но, не смотря на это, причёска сохранила прежнюю форму. Аккуратно подстриженные бородка и усы, подчёркивали тонкие, аристократические черты лица и немного прибавляли возраста их владельцу. Молодой человек и Алексей внимательно смотрели друг на друга. То, что к нему прибыл очень высокий гость, Алексей понял по поведению конвоиров. Те согнулись, чуть ли не пополам и моментально покинули помещение.

Спустя несколько минут, в помещение шумно вошёл ещё один человек, это был старец с длинной седой бородой, облачённый в наглухо застёгнутый, длинный халат, тёмно-синего цвета, расшитый золотым орнаментом. Голову его покрывал колпак такого же вида.

— Святослав, друг мой, — запыхавшись, и не глядя на Алексея, вымолвил он, — нельзя так быстро бегать, я ведь стар уже, мне за тобой совсем не угнаться.

— Ты наставник, вполне мог не прибегать к ходьбе, не утруждать свои ноги, а телепортироваться, прямиком сюда. — Не отрывая взгляда, ответил молодой человек.

— Я не мог. Во-первых, ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу эти казематы, а во-вторых, я мог испугать гостя.

— Нет, наставник, этого гостя не так просто испугать. Калиостр, — несколько повысив голос, позвал он.

В камеру тут же вошёл начальник тайной канцелярии.

— Ты как же это сукин ты сын, гостей встречаешь? Я тебе сколько раз говаривал. Поначалу надобно разобраться, что за человек, откуда, по какой такой надобности прибыл к нам, а уж потом, ежели, человек лихой, можно и на дыбу, а ты как всегда всё наоборот делаешь.

— Так посмотри, Твоя Светлость, на вид его, чистый оборванец, и явно не из наших краёв, да ещё и нашли его пьяным в смерть, а может побитым. Разве тут сразу так разберёшься что человек добрый.

— Так спросить надобно сразу. Ну-ка развяжи немедленно! — как тени появились конвоиры и одним движением разрезали ремешки, стягивавшие Алексею руки. — Почему гол? Опять твои штучки. Ты мил человек, извини нас, — обратился юноша к Алексею, — уж больно он у меня бдительный, да и честно сказать дела вокруг творятся больно не утешительные, приходится с подозрением ко всем прибывающим в стольный град относиться.

— Да я понимаю. — Ответил Алексей, разминая затёкшие руки и расправляя плечи, — вот только не пойму, зачем мою одежду и обувь надо было в тряпки превращать. Кобуру порвали, а она была такая удобная, да и новая совсем.

— Владмир, хорошо, что и ты сюда пришёл. — В помещении появился ещё один молодой человек. Возраста он был одного со Святославом, только несколько шире в плечах и выше ростом. Одет был в форму, напоминавшую форму стражников, только отличающуюся цветом и расшитую золотыми галунами. Шапка с меховой опушкой была лихо заломлена на бок, что вселяло полную уверенность в весёлом и необузданном нраве её владельца. Длинный прямой меч и кинжал были густо инкрустированы драгоценными камнями, которые так и переливались в отблесках огня факелов. — Владмир, брат мой, возьми, будь добр шефство над гостем. В первую очередь пригласи моего портного, чтобы одеть и обуть, как полагается, накорми, дай отдохнуть, расскажи о граде и княжестве, а я освобожусь ближе к полудню, тогда и побеседуем более обстоятельно, — эти последние слова были направлены уже в адрес Алексея. — Прошу тебя добрый человек ещё раз не держать зла на ретивость начальника тайной канцелярии, о благе государства печётся. Пошли, наставник, посольство нас ждёт, — с этими словами, увлекая за собой старца, Святослав покинул пыточную камеру.

Глава 3

— Давай знакомиться, мил человек. Я Владмир, брат нашего князя, двоюродный. Командир гвардии, личной охраны Его Светлости. — Он протянул Алексею руку, открытую вверх ладонью.

— Алексей, — коротко ответил тот и крепко пожал протянутую руку.

— Пошли брат Алексий, — по своему несколько исказив имя, пригласил его Владмир, — в более достойное место, приоденем тебя, да и подзаправиться уже пора, солнышко высоко поднялось, а до обеда ещё времени прилично.

С молчаливого согласия начальника тайной канцелярии, Алексей одел на себя то, что осталось возможным надеть, а именно, плавки, порванные брюки и взял свой ПМ, заткнув его за пояс, бумажник положил в задний карман, поднял с пола изуродованную кобуру и вышел вслед, за Владмиром.

У дверей тайной канцелярии их ждала роскошная карета. Алексей внимательно оглядел карету и с пониманием дела глянул на Владмира.

— Это не моя, — констатировал факт Владмир, — князь распорядился. Я всё больше пешком или верхом передвигаюсь. Не люблю эти коробки на колёсах. Говорю ему, мы и пешком до моего дома доберёмся мигом, совсем рядом, а он, говорит, что, мол, негоже гостя в таком виде по граду водить, народ пугать. Ну, тут он конечно прав, видок у тебя, Алексий, не для прогулок по граду. — Заключил он.

— Так ваш сатрап постарался, не понимаю, зачем было всё рвать и резать?

— Ты на Калиостра зла не держи. Он, в общем-то, добрейшей души человек, и собеседник приятный, вот только медовухи не пьёт, это досадно. Ты с ним раззнакомишься, так вы ещё друзьями станете.

— Знаешь, Владмир, как-то не приходилось мне раньше с такого рода службами дружбу водить.

— Не он душевный человек, а что рвение на службе проявляет, так это похвально. Ты вот подумай, а как бы он не побёг сразу к князю на доклад, а продолжал тебя мордовать, покуда не добился бы признания, вот тогда ехал бы ты со мной в карете? Точно скажу не ехал бы. В яме за городом гнил бы.

— Что вы все, про какую-то яму за городом, что за яма такая? И вообще вот скажи лучше, какого признания он мог от меня добиться, кроме того, что я ему сказал?

— Он на дыбе пытать мастер, какое хочешь, признание получит. У него ты даже сознался бы, в том, о чём сроду и не знал и не ведал. Ну, ничего, теперь ты в надёжном попечении. А яма? Так это известно какая, туда всё, что непопадя сбрасывают, мусор всякий, скот падший, до вот злодеев всяких, которых хоронить по всем правилам не полагается. Говорят та яма такая глубокая, что за много тысячелетий так её и не заполнили, что, мол, она до самого центра земли идёт и там всё сгорает, а ещё говорят, что там демоны всякие ночами живятся, мол, вылавливают тех, кто пролетает мимо них, и едят. Но я этому не верю. Не могут они там жить, смрад такой стоит версты на три в округе, что сил нет.

— Владмир, ты мне лучше толком расскажи, куда я попал и каким образом я вообще тут очутился.

— Где ты находишься, я тебе конечно скажу. В стольном граде княжества Киевского, а вот как ты здесь очутился, ежели, тебе самому это неведомо, то тут я тебе не помощник. Я солдат и высоким наукам ворожбы и чародейства не обучен, не к чему мне всё это. Вот князюшка наш, это совсем другое дело, он тебе всё объяснит, по полочкам разложит, а ежели, и он не разберётся то тогда наставник его, Проствет, поможет.

— Это тот старец, что ли?

— Он, родимый, он. Наставник он по совместительству ещё и главный ведун княжества.

— Это что волшебник что ли?

— Можно и так сказать слыхивал я, что в некоторых землях ведунов этим, словом называют. Ну, вот мы и приехали. — Они остановились перед красивыми коваными воротами, за которыми виднелся парк, а в его глубине большой белый дом. — Смотри и карета княжьего портного уже здесь.

У входа в дом стояла более скромного вида карета, запря жженная парой красивых, гнедых лошадей.

Дом Владмира, двухэтажный, большой и красивый. Сложенный из белого камня, по всей видимости, мрамора, насколько Алексей вообще разбирался в камнях, стоял в глубине парка, и был украшен богатой резьбой. Резное крыльцо, спускалось от дверей к каретному подъезду широкой лестницей. Ступени лестницы были стёрты, почём Алексей заключил, что дом довольно старой постройки и если это не «служебное» жильё, то прожило здесь ни одно поколение предков Владмира.

В середине дом выглядел не менее роскошно. В двухсветном холле, с расписным сводчатым потолком от входной двери полукругом в разные стороны расходились две широкие лестницы, ведущие на второй этаж. За ними скрывались покрытые искусной резьбой и позолотой двери, ведущие в помещения первого этажа. Освещался холл витражными окнами, расположенными по периметру всего свода, от того всё помещение было играло разноцветными солнечными зайчиками.

— Приветствую тебя Владмир, командир гвардии Его Светлости, — откуда-то сбоку совсем незаметно вышел невысокий, лет тридцати пяти, аккуратно, но строго одетый человек.

— Бес тебя забери, портняжка! Что за привычка прятаться по углам, а кабы я не в настроении был, и зашибить мог с перепугу.

— Меня Его Светлость прислал, — не обращая внимание на бурчание Владмира, продолжал человек. — Он сказал здесь кого-то одеть нужно. Уж не тебя ли? — этот скептический вопрос был обращён к Алексею.

— Да не бухти ты, — перебил его Владмир. — Его, его, и будь поучтивее, небось, не прислал бы Князь тебя, коль голодранец какой был. Вот погляди Алексий, что за человек, ему одно говоришь, а он всё о своём. Я тебе говорю, попадёшь когда-нибудь со своими штучками под горячую руку. — И снова обращаясь к Алексею, — Ты понимаешь, это он при незнакомцах так ведёт себя, типа дистанцию держит, а так человек как человек, и выпить не дурак, правда слабоват, всяк раз норовит заснуть в самый разгар веселья, говорит, медовуха на него больно усыпляюще действует. На меня она конечно тоже усыпляюще действует, но ведь не так быстро.

— Тебя, Владмир, разве что лошадь перепить может, и куда оно в тебя влезает не пойму. Да ладно нет у меня времени с тобой припираться. Пошли в палаты, я на твоего гостя поближе посмотрю. Человек, вон совсем босой, уже который час, а полы то каменные, холодные, да и одеть его не помешает, а уж потом мы с тобой обсудим, кто правильно себя ведёт, а кто нет.

— Ишь, как тебя прорвало, не любишь правду то о себе. Ладно, не ворчи, пошли в нижние палаты. Там у меня спальни, оружейные, кухня, ну, в общем, всё не парадное хозяйство. Вообще я не люблю наверху быть. Больно там всё торжественно, поднимаюсь туда только по большим приёмам…

— Или когда пьянку очередную устраиваешь со своими дружками, гвардейцами, — продолжил за Владмира княжеский портной.

— Ну, ты и язва Пантелеймон. Ты в глазах гостя из меня уже пропойцу сделал.

— А, что не так? Если бы Его светлость не грозил тебя, всяк раз после этого в вепря превратить, или выслать на дальние границы, то ты спился бы давно.

— Ой, ой, ой! А не ты ли во всех этих пьянках заводила?

Так припираясь, они добрались до крайней комнаты. Комната была достаточно большой. У дальней стены стояла широкая, покрытая балдахином кровать, по углам удобные кресла, несколько стульев, шифоньер, у окна письменный стол с принадлежностями, чуть в стороне книжный шкаф, заполненный книгами, с другой стороны горка с разнообразной посудой. Из комнаты вела ещё одна не очень приметная дверь.

— Проходи брат Алексий. Это гостевые хоромы, располагайся. Вон за той дверью, там нужник, умывальня, в общем, всё, что надо. Вы тут с портняжкой пока разбирайтесь, а я пойду, распоряжусь на счёт завтрака. — С этими словами он вышел.

Алексей ещё раз осмотрелся, и только сейчас заметил, что портной притянул за собой огромный кофр и уже начал его распаковывать.

— Пантелеймон, я правильно понял, так тебя звать, — обратился Алексей к портному, отрывая его от занятия.

— Да именно так. Я придворный княжеский портной. Конечно это не основное моё занятие, у меня в центре большой дом моды, но князя тоже кому-то надо обшивать, ведь не будет он, как простой смерд по крамницам бегать. А тебя Алексий звать, ты прибулец?

— Да я и сам не пойму пока кто я, а звать да, Алексей. Вот и познакомились. Пантелеймон, я пойду пока умоюсь хотя бы, а то как-то скверно себя чувствую.

— Погоди, мил человек. Наставник, конечно, мне тебя показал, но я ещё на месте пару мерок сниму, для уверенности, а там иди, мойся, в порядок себя приводи, глядишь, к тому времени будет и во что облачить тебя для начала. — С этими словами Пантелеймон уже вовсю хозяйничал вокруг Алексея, промеряя его. Буквально через три минуты он закончил и отпустил гостя приводить себя в порядок.

Умывальня с нужником представляла собой достаточно большой и хорошо обставленный санузел. Основную площадь занимала огромная, начищенная до блеска медная ванна, чуть с боку виднелся такой же медный умывальник, поодаль, у другой стены располагался унитаз, несколько своеобразной формы, сделанный их какого-то неизвестного Алексею, белого материала. Труб, подвода воды и отвода канализации видно не было, хотя всё было оборудовано привычными кранами с двойными барашками, что свидетельствовало о том, что вода из них должна течь как холодная, так и горячая.

Алексей попробовал открыть по очереди краны. Всё получилось как дома. Из кранов текла нормальная, чистая вода, холодная и горячая, он добился комфортной температуры и начал набирать ванну. На полочках стояло большое количества различных баночек и бутылочек, что было в них, гадать не хотелось, и он вышел, позвать Пантелеймона, для консультации.

— Пантелеймон, будь добр, подскажи, что там к чему.

— С удовольствием, — отозвался тот, — Вот смотри, — он начал перебирать банки и бутылки. — Вот это, он отставил несколько, — соли для воды, различные аромотизаторы, и тому подобная чепуха. Вот это, — он собрал в кучу ещё несколько бутылочек, — мыло для головы, а это, — он указал на следующую партию, — мыло для тела, вроде всё, ни каких излишеств тут нет, а дальше сам выбирай, что тебе по вкусу, да какой запах больше понравится.

— Спасибо, Пантелеймон.

Ванна набралась, Алексей насыпал туда немного первой попавшейся под руку соли и с удовольствием погрузился в горячую, ароматную воду.

Голова в месте удара болела, он аккуратно ощупал её. Ничего страшного там не было, ссадина и только. Он всё-таки вовремя заметил удар и успел инстинктивно немного отклониться и тем самым смягчить его, если бы не это, всё могло закончиться значительно хуже, булыжник которым приложилась к его голове секретарша шефа, был достаточно велик, чтобы проломить его голову. О том, что толкнуло её на этот шаг, сейчас думать не хотелось. Сейчас надо было обдумать ситуацию, в которую он попал, благодаря этому булыжнику. А ситуация была одно слово — дрянь. С Аней вчера поругались, и она теперь пребывает в полной уверенности, что он, Алексей Мещеряков развлекается с этой стервой, Люськой. Как после этого Ане в глаза смотреть, да и объяснять всё? А что объяснять то он ещё и сам никак не мог понять, да и когда объяснять придётся, тоже. Судя по всему, здесь он задержится надолго.

Казалось, это был какой-то фантастический сон. Сколько раз, погружаясь в детстве, в романы братьев Стругацких мечтал парнишка о дальних мирах, чужих и таких враждебных человеку планетах. Как уже взрослым и опытным воином, оставшись там, на границе с Пакистаном, прикрывать отход своей группы, контуженный и раненый он, попав в плен к духам, на очередном допросе вспоминал приключения вечного воителя и мечтал, что вот сейчас откроется портал и все муки закончатся. Нет, это были только мечты, а муки и страдания заканчивались только тогда, когда на выручку приходили боевые товарищи, и вытаскивали его. И только тогда жизнь начиналась с начала. И был госпиталь и новое задание, и новый бой. Но как случилось в этот раз. Ведь это не красивый фантастический роман. Это жизнь, его жизнь, жизнь, которая уже, якобы начала налаживаться, всё связанное с риском было позади, страданиями, потерей боевых товарищей и постоянным балансированием на лезвии ножа. Как это могло случиться, в этой жизни, в жизни в которой уже появилась Аня, появилась надежда на создание семьи и нормального человеческого быта, в которой не было места боли, страданию и смерти. Так нет вот тебе, пожалуйста. Откуда взялась эта Люська, с её хахалями. Что теперь подумает, Аня, как ей объяснять, что с ним произошло, и что он сейчас не с Люськой кувыркается в постели, а неизвестно где вообще. Да и вернётся ли он домой, придётся ли что-то кому-то объяснять, этого Алексей ещё не знал.

— Алексий, — послышался из комнаты громкий голос Владмира, — хватит там плескаться, вылазь, завтрак готов.

Алексей смыл с себя мыльную воду, насухо вытерся, висевшим в комнате полотенце, и надел красивый атласный халат.

— Ну, вот уже совсем на человека похож, — глянув на него, констатировал Владомир. — присаживайся за стол, хотя нет, сначала оденься, тут Пантелеймон уже кое-что тебе подготовил.

Возле кровати стояли сапоги тонкой кожи, на кровати лежала белая рубаха и чёрные брюки.

— Вот это да, когда же ты всё успел сделать то? Я совсем недолго мылся.

— Ты не расспросами занимайся, а одевайся, — посоветовал Алексею Пантелеймон, — а я погляжу всё ли ладно.

Брюки сели идеально, сужающиеся к низу они мягко облегали ноги, заправленные в сапоги, ни сколечко не топорщились, белая рубаха с широкими рукавами и кружевным воротником, была заправлена в брюки, широкий атласный пояс имел кольца для пристёгивания ножен меча с левой стороны и шлейки для кинжала с правой. Оглядев себя в высоком зеркале, Алексей остался доволен. Сюртук остался лежать на кровати, что не оставил без недовольства Пантелеймон, но Алексей, сославшись на то, что обстановка не официальная, да и лето на дворе, извинился и клятвенно пообещал после завтрака всё-таки сюртук померить. Но портной не отстал, заставил-таки одеться полностью, удовлетворённо крякнул, махнул рукой.

— Так, кажется всё хорошо, подвёл итог Пантелеймон, всё сидит замечательно, на сегодня этого костюма будет вполне достаточно, а к завтрашнему дню, если, конечно ты у нас ещё задержишься, мои подмастерья доставят тебе весь остальной необходимый гардероб. Всё теперь, коль угодно можешь раздеваться.

— Пантелеймон, я понимаю, что всё это должно быть дорого стоит, У нас оплата услуг модельера такого уровня по карману далеко не каждому, я так думаю, что у вас также. Но я не имею средств на всё это.

— За оплату, мил человек можешь не переживать, все мои усилия достаточно щедро оплачены казной.

— Может, хватит уже комплементы друг другу раздавать, идите завтракать уже. — Владмиру давно надоело смотреть это действо, и он явно томился в ожидании завтрака.

Посередине комнаты стоял круглый стол на одной ноге, вокруг него три стула, на одном из которых сидел Владмир и наполнял стоящую перед ним тарелку всем, что было на столе.

«Лёгкий завтрак», как выразился командир гвардии, состоял из жареных куропаток, заливной рыбы, омлета, сделанного как минимум из трёх десятков яиц, овощей, свежего белого хлеба, большого бисквита с фруктовой начинкой и шапкой белкового крема. В центре стола дымился самовар, стояло несколько кувшинов с ягодным морсом. Единственно, чего не увидел на столе Алексей, так это спиртного. Этот факт не оставил без внимания и Пантелеймон.

— Владмир, а что случилось? Почему ты забыл свою любимую медовуху на стол поставить? Не захворал ли ты случаем?

— Не ёрничай портнишка, как я могу перед гостем, да и к князю ещё сегодня идти. Хотя? — Владмир вопросительно посмотрел на Алексея.

— Если всё зависит от меня, — вступил в разговор Алексей, — то я не против, только если можно чего-нибудь не очень крепкого и немного.

— Вот это я понимаю, слова нестоящего мужчины, — с этими словами Владмир достал из-под стола кувшин, емкостью не менее трёх литров.

— Ооо… — только и смог произнести местный Кутюрье.

— Владмир, а не многовато ли с утра? — поинтересовался Алексей.

— Да разве это много Алексий, тем более что не медовуха это, а самое что ни на есть Романское вино, из самого центра Романских Карпат, лёгкое и полезное во всех отношениях, особенно поутру. Всё хватит разглагольствовать, все за стол.

Завтрак за неспешной беседой и хорошим виноградным вином затянулся. Ничего нового, что могло бы расставить точки над «і» Алексей для себя не выяснил. Владмир и Пантелеймон были интересными собеседниками, людьми, хорошо разбирающимися каждый в своём деле, а именно, Владмир в застольях, потасовках, оружии и войнах местного уровня, Пантелеймон же моде, тканях и всё тех же застольях и потасовках, в коих постоянно участвовал, вместе со своим товарищем, командиром гвардии. Единственное, что удалось выяснить так это то, что год шёл 7517-й от сотворения мира и состоял из девяти месяцев. Месяцы в свою очередь были чётные и нечётные. В чётном месяце, было сорок дней, в нечётном — сорок один. Недели состояли из девяти дней. Таким образом, в два месяца укладывалось ровно девять недель. Сутки же, как и дома состояли из двадцати четырёх часов, по шестьдесят минут каждый. За другими знаниями и разъяснениями товарищи посоветовали Алексею обратиться непосредственно к Сятославу, а ещё лучше к Наставнику, уж он точно мог дать ответы на все вопросы.

Вспомнив про Святослава, Владмир подскочил на стуле.

— Всё братья, хватит, и так уже засиделись, нам Алексий, князь велел к полудню у него быть, а мы тут сидим, вино распиваем.

— Ну вот, — не пропустил момента Пантилеймон, чтобы не поддеть товарища, — опять попадёт тебе за то, что спаиваешь людей.

— Это что тебя я, что ль спаиваю, — огрызнулся Владмир, — да и не пили мы совсем, так только немножко. — Он потряс возле уха кувшином, на дне плескалось ещё совсем немного жидкости, — вот даже кушвинчик не допили, — удовлетворённо подытожил гвардеец и разлил остатки жидкости по бокалам, — ну допиваем и в путь.

Сказано, сделано. Бокалы дружно опорожнены и компания начала собираться. Алексей хотел было отправиться, так как и был одет, в одной рубахе ссылаясь на то, что на дворе жарко, но сопровождающие в один голос заявили, что негоже в княжеских хоромах появляться без верхней одежды. Мол, Его Светлость хоть и демократичный князь, но этикет есть этикет, а ещё Владмир заявил, что надобно благородному человеку при себе и оружие иметь и с этими словами потащил Алексея в оружейную комнату.

Комната находилась в противоположном конце здания, имела площадь около, сорока квадратных метров, и была полностью забита всевозможными орудиями для укорачивания века человеческого. Алексей долго рассматривал это богатство, но на чём остановить свой выбор так и не решил. Из всего представленного ему на выбор он мог обращаться только с кинжалами и ножами, всё остальное в его руках было совершенно бесполезным железом. За исключением, пожалуй, только вот того небольшого и достаточно удобного арбалета, про что он и заявил, совершенно безапелляционно Владмиру. Тот немного подумав, выбрал лёгкую шпагу и красивый кинжал. Шпагу на перевязи, гармонирующей с костюмом Алексея, перекинул ему через плечо и закрепил, кинжал пристроил в соответствующие петли.

— Вот так, вроде ничего, а то, что обращаться с этим не умеешь, так оно у князя на приёме и не понадобиться, а там, дело наживное, я враз научу. Дай только срок. Поедем как, верхом?

— Владмир, ты знаешь, я ведь и верхом ездить не умею. У нас давно уже на лошадях ни кто не ездит.

— А что там у вас пешком благородный люд ходит, иль как?

— Да нет, не пешком, у нас там автомобили, это такие самоходные повозки.

— Плохо, княжью карету я сразу отправил, придётся мучиться на кобыле. Я, вообще-то, и предполагал, что наездник из тебя брат Алексий никакой, вот и приказал, самую покладистую кобылу для тебя запрячь. Ничего потихоньку доедем.

Глава 4

Дорога от дома Владмира до хором князя Святослава, была не дальней. Дом и того и другого располагались в центре города, но не смотря на это поездка Алексею показалась утомительной. Он первый раз в своей жизни сидел в седле. Лошади хоть и шли шагом, не торопясь но, тем не менее, надо было иметь хоть малейшие навыки держаться в седле. Алексея трясло и подбрасывало, шпага постоянно била по бедру, рукоятка кинжала упиралась в рёбра, ко всему этому добавлялось ещё жаркое солнце и не по сезону выбранный костюм. Всю дорогу Алексей с завистью поглядывал на своего спутника. Казалось, ему ни что не мешало, даже форменная шапка с меховой опушкой была совершенно уместна под ярким полуденным солнцем. Ни единой капли пота не скатилось из-под неё на лицо командира гвардии. Зато за время дороги Алексей смог в полной мере рассмотреть часть города, через которую они проезжали и его жителей. Надо отметить, что в гости к князю Владмир выдвинулся не в одиночестве. Его, несколько поодаль сопровождало примерно отделение гвардейцев, что, как Алексей предположил, было, необходимым ритуалом при официальном посещении хором.

Народ останавливался и с интересом рассматривал процессию, тем более что господин, едущий следом за Владмиром, был горожанам совершенно незнаком. Со стороны различных группок до Алексея долетали отдельные фразы, в которых содержались самые немыслимые предположения на его счёт.

Так не торопясь они и прибыли к княжескому дворцу. Алексей достаточно хорошо знал свой Киев, и, наложив мысленно на свой маршрут план местности, предположил, что княжий дворец располагался примерно в районе Киевского ботанического сада и занимал вместе с парками и садами всю его площадь. Дворец удивил своей красотой. Резные каменные фрагменты были выполнены с такой тонкостью, что казалось виноградная лоза, вырезанная из малахита и поднимающаяся от земли к портику крыльца, была живой. Если дом Владмира был построен, а может просто, облицован белым мрамором, то княжий дворец сиял разнообразием всех цветов и красок, присущих камню. Периметр дворцового парка охранялся городской стражей, в то время как у входа в хоромы и далее при всех дверях стояли гвардейцы, причём, чем дальше углублялись гости в апартаменты князя, тем старше становились чины охраны. Возле одних дверей он заметил девушек в форме гвардейцев. По всей видимости, в той части располагались апартаменты княгини, или матери князя. Но, не смотря на такое большое количество стражников, опытный глаз Алексея заметил несколько прорех в безопасности высокой персоны, про что и шепнул Владмиру. Тот с интересом взглянул на него, но ничего не сказал.

Князи Святослав принял их в не большом кабинете, больше похожем на курительную комнату по периметру располагались глубокие мягкие кресла, возле каждого из которых стоял маленький приставной столик. На столике стояли пепельницы, несколько небольших бокалов различной формы, маленькие серебряные чашечки, ящички с сигарами, набор трубок и табакерки. В центре комнаты находился небольшой открытый очаг, возле которого лежали тонко-наколотые лучины которые, по всей видимости, предназначались для прикуривания. В очаге весело горел огонь, тоненькие струйки дыма поднимались вертикально вверх и пропадали в потолочном проёме. Не смотря на наличие открытого огня в комнате было свежо, система вентиляции работала превосходно. Чуть в стороне, у одной из стены стоял невысокий столик, а на нём, достаточно комфортно разместилась целая батарея самых разнообразных бутылок.

В комнате находились двое, князь Святослав и его наставник, преподобный Просвет. Они встали на встречу вошедшим. Святослав добродушно улыбался, встречая гостей, его наставник напротив, был достаточно сдержан.

— Проходите, проходите, друзья мои, — обратился к ним князь, но внимательно посмотрев на Владмира, настроение его несколько изменилось. — Владмир, брат мой, я вижу время, ты не потратил даром, ты опять пьян и что самое скверное втянул в это нашего гостя. Я тебя сколько раз просил, умерься в возлияниях, нет, ты вместо того, чтобы воздержаться наоборот начинаешь пить с самого утра, да ещё и добрых людей в это втягиваешь. Пантелеймона, я так думаю беспокоить уже бесполезно.

— Князюшка, ну ты из меня в глазах Алексия совсем уже пропойцу сделал. Мы же совсем немного, так для аппетита и лёгкости разговора. И вообще, — перешёл в атаку Владмир, — я тебя сколько раз просил, ну организуй ты какую-нибудь маленькую войнушку, я соберу гвардию и в поход, там точно времени на развлечения не будет, а так скучно мне, вот я с товарищами и общаюсь.

— Женился бы ты что ли, вон посольство сегодня Романское было, у них там три принцессы на выданье, дождёшься, сосватаю тебя за одну из них, сразу остепенишься.

— Братец, любезный, да что я тебе плохого сделал, они же меня в могилу враз сведут.

— Зато здоровье твоё сохраню. Ладно, хватит не о тебе сегодня речь. Ты уж извини, Алексий, — перенёс своё внимание на гостя Святослав, — проходи, присаживайся, беседа будет у нас долгая. Что предложить тебе? Владмир, отойди от стола с напитками, потерпи хотя бы до вечера.

— Спасибо, князь Святослав. Не знаю, на чём остановиться, тем более что я успел попробовать только замечательное Романское вино, которым угощал нас за завтраком Владмир. Что ещё из напитков у вас есть, не могу даже предположить. Хотя, если возможно я бы сейчас воздержался от алкогольных напитков и с великим удовольствием выпил чего-то холодного, тонизирующего.

Князь хлопнул в ладоши и тут же в комнату зашёл слуга с подносом, на котором стояло несколько запотевших графинов.

— Чего благородному гостю налить, — поинтересовался он, — квас, морс клюквенный, черничный, земляничный.

— Спасибо, лучше земляничного морса.

Прозрачная жидкость, красивого цвета спелой земляники наполнила высокий бокал, тот сразу покрылся испариной, по комнате разнес аромат свежей земляники. Алексей пригубил морс. Вкус напитка был великолепен и он не удержался от того, чтобы сделать два больших глотка. Прохладная жидкость приятно освежила. Тем временем присутствующие самостоятельно выбрали на столе напитки. Князь устроился в кресле напротив Алексея, с удовольствием закурил трубку и приготовился задавать вопросы, выслушивать на них ответы и в свою очередь отвечать на вопросы гостя.

— Как тебе, дорогой гость будет удобнее и привычнее, чтобы к тебе обращались, — задал вопрос Святослав, — из доклада начальника тайной канцелярии я понял, что в твоём мире принято обращаться к уважаемым людям на Вы, так ли это?

— Совершенно верно, и не только к уважаемым людям, а и просто к мало знакомым. Обращение на «ты» в нашем обществе считается более фамильярным и принято между людьми, хорошо знающими друг друга. Хотя у нас есть языки, в которых вообще отсутствуют различия в личностных обращениях. Мне трудно определить на каком языке я разговариваю сейчас. В своём мире я владел свободно несколькими языками. Сейчас вроде разговариваю на родном, русском, но с полной уверенностью я этого утверждать не могу. Судя по вывескам на улицах, которые я успел рассмотреть, правописание значительно отличается от того, к которому я привык, хотя, что самое удивительное прочитал я всё свободно. Но у вас здесь сложились свои традиции, и я ни в коем случае не буду их нарушать, так, что прошу обращаться ко мне, так как удобнее хозяевам.

— Это нормальное явление при перемещении между реальностями, а именно это с тобой и произошло. — Начал разъяснять Князь. — В такой момент человек автоматически настраивается на язык того социума в который попадает. А что касается нескольких языков, так у нас весь мир говорит на одном, это значительно удобнее, чем иметь разные.

— Я прошу прощения, князь Святослав, но я в первую очередь попросил бы пусть вкратце, но всё-таки объяснить, что со мной произошло, и где я очутился. Патриархальность строя мне напоминает давно, давно минувшее прошлое моего мира, но судя по нравам, поведению лиц с которыми я имел честь общаться, время всё-таки близко к моему.

— Нет, — вступил в разговор Наставник, — перемещения во времени назад так же невозможны, как и посещение будущего, это всё сказки для малолетних детишек. Время, субстанция, которая не подвластна каким-либо изменениям. Другое дело реальности. Их множество, они создавались Богами в угоду своим амбициям иногда в бессчётном количестве. Некоторые из них являют собой продолжение прошлых давно забытых, некоторые возникали как совершенно новые и непознанные. Боги игрались, творили. Постоянное соревнование между Стражами Порядка и Хозяевами Хаоса в своём превосходстве сотворило сотни, тысячи, а может и миллионы реальностей. Многие из них уже давно забыты и брошены, как надоевшие игрушки. Но всему есть предел. Даже Боги не могут творить бесконечно. Лимит на создание реальностей в этом Мире исчерпан и теперь время от времени идёт борьба за ту или иную реальность. Время от времени вспыхивают войны между Порядком и Хаосом, эти войны отражаются большими и маленькими войнами в реальностях, но результат всегда един, побеждает Всемирное Равновесие.

— Получается, что я сейчас нахожусь в своём времени, только в другой реальности, но как же тогда, Киев, Днепр?

— Дело в том, что материки, реки, горы они существуют вне реальностей, реальности просто накладываются на них, а города, с городами здесь немного посложнее. Существуют города, такие как Киев, Иерусалим, и многие другие, которые заложены в самой тверди эти города живут сквозь реальности и присутствую во всех. Есть города, заложенные в более высших реальностях, их не существует в низших слоях, но они растут в высшие, а есть города однореальные, и таких большинство. Так же и люди, некоторые, единицы живут сквозь все реальности. Век их недолог, но проследить их путь можно везде. Их часто связывают со всевозможными потусторонними силами, особенно в техногенных реальностях, но, не смотря на все эти поверия, они просто люди. Есть люди способные путешествовать между реальностями, они знают порталы-проходы, они общаются со стражами, божествами границ Чурами. Таких мало, в основном это выходцы древнейшего народа — Ариев. Они живут в Уральских горах и оттуда разносят соль знаний по всем реальностям именно в той мере, в которой та или иная реальность достойна этого. А в основной своей массе люди живут в каждом из промежутков только в одной из реальностей. Но случаются и такие перемещения, которое произошло с тобой. Происходит это обычно в момент смертельной опасности, в миг, когда твоя душа вот-вот должна переместиться в лимб, кто-то из богов решает что мало ты пожил в Мире и можешь ещё сослужить кое-какую службу ему в той или иной реальности. Вот и перемещается такой человек туда, куда взбредёт в голову тому, кто ведает его судьбой. Примерно это с тобой и произошло. Должен сказать, что тебе ещё повезло. Среди многообразия реальностей, есть такие, в которых человеку жить просто невозможно. Это особенно касается тех реальностей, которые ближе к Хаосу. Попади в такую, моментально сходишь с ума, если конечно тебя до этого специально не подготовили. А у нас здесь нормально, ты привыкнешь, конечно, тяжеловато на первых порах будет, но освоишься. Вон смотри, как костюм тебе к лицу пришёлся. Теперь осталось только выяснить, какая миссия на тебя возложена, и тогда, может быть, у тебя появится возможность вернуться домой, особо не привыкая к нашим условиям. Но сильно я тебя обнадёживать не буду, да и вообще, может тебе здесь понравится, и ты сам возвращаться не захочешь.

— Да, утешили, — вздохнул Алексей, — а я-то надеялся, что жизнь спокойная настала, думал, женюсь, детишками обзаведусь и начну жить как все нормальные люди, не тут-то было. Ведь у меня там невеста осталась. Что она подумает? Да ещё и поругались вечером, так ни кстати. Что ей скажу?

— Да не придётся тебе особо ей ничего говорить, это так Наставник пообещал, что вернёшься, но на самом деле вряд ли. Обычно если человек от смерти уходит, то уже не возвращается в ту реальность. Наверняка на твоё место какого-нибудь мертвяка от нас закинули. Баланс то нужно поддерживать. Ну, жену мы тебе и здесь найти можем, — пообещал князь.

— Спасибо, но с этим я как-нибудь и сам управлюсь.

— Ты нам, Алексий, расскажи немного о своём мире, о том, чем занимался там, кроме всего прочего надо будет придумать к чему тебя приспособить, да как помочь домой вернуться, хотя это очень сложно.

— О своём мире я вам конечно с удовольствием поведаю, но может быть будет более интересным мой рассказ, если вы будете задавать вопросы, а я на них отвечать. Поймите, что в моём мире мне всё понятно и о чём рассказывать в первую очередь, на чём остановиться более подробно я не знаю. У вас для меня очень много непонятного.

— Начни, пожалуйста, с общей картины. Обрисуй быт, развитие, а дальше мы, конечно, будем уточнять, — подсказал Святослав.

— Общая картина такая, на территории где мы сейчас находимся, располагается государство, Украина, Киев — столица, севернее — Белоруссия, на восток и Юг — Россия, с Запада — Польша, Венгрия, Молдавия, Румыния. Вот краткое окружение. Сам город Киев значительно более разросшийся, чем здесь. Центральная часть сохраняется в традиционных исторических постройках, хотя и они уже давно не в таком виде как у вас. Строения в основном начала и середины прошлого века. Техника вот основа нашей жизни, без неё уже ни кто не представляет, как можно обходиться. Верхом на коне можно покататься только на ипподроме. Автомобиль, автобус, трамвай, метро, поезда, самолёты — вот основные средства передвижения. В шестидесятых годах прошлого столетия начали осваивать космос, вот общая картина. — Алексей начал рассказ и к своему удивлению понял, что кроме общих понятий он ничего не может рассказать о своём мире. Даже такая близкая ему тема как оружие его мира. Он может рассказать, как им пользоваться, показать, в конце концов, научить, но сама основа — порох, капсюль, как они произведены, какой химический состав тротила или пластида он не знал. Для него было главное всё это применять, правильно и по назначению, но как всё это произвести, оставалось загадкой.

— Общая картина понятна, Наставник, — обратился Святослав к Преподобному Просвету, — кажется, мы уже сталкивались с представителями этого Мира.

— Да действительно, если только это не другое его подобие, заносило к нам оттуда одного авантюриста, кажется, он и до сих пор где-то по соседям слоняется. А чем занимался ты Алексий у себя дома.

— Это всё очень просто. До недавнего времени служил в армии, подразделения специального назначения Главного разведывательного управления. Глубинная разведка, диверсионная работа и всё такое. Последняя крупномассшабная война, которая затронула, практически все континенты и страны нашего мира закончилась в 1945-м году, по нашему летоисчислению, это шестьдесят четыре года назад, но все эти годы ни на минуту не прекращались различные мелкие, локальные войны и конфликты, так что люди моей профессии очень даже востребованы. Полгода назад, решил покончить с военной карьерой, уволился, оформил пенсию и перебрался жить в Киев, здесь устроился начальником службы безопасности одного крупного банка. Вот, пожалуй, и всё обо мне. Собирался жениться, обзавестись детьми и навсегда забыть о кочевой и полной опасности жизни, да видать не судьба. Интересно всё-таки в глаза взглянуть тому, кто моей жизнью вот так легко распорядился, да поговорить с ним, по душам.

— Вот это у тебя, думаю, не получится, — предупредил Алексея Наставник, — да и смысл, всё равно ничего не изменить. А с другой стороны, думаю сидеть у нас в гостях и пить морс, значительно лучше, чем быть закопанным, пусть даже с почётом.

— Может быть и так, ладно поживём, как говориться, посмотрим.

— А вот что касается твоей профессии, — продолжил князь, — то, профессия, конечно хорошая и я думаю, дел для тебя найдётся у нас много, последнее время начали учащаться различного рода набеги на наших границах, не дают соседи жить спокойно. Какие-то непонятные волнения в соседних странах, всё это, скорее всего, связано с очередным грядущим переделом, и как бы там Боги не сражались между собой, а всё равно поддержание равновесия ложиться на плечи простых смертных по всем реальностям. Так что, Алексий обосновывайся основательно в доме у Владмира, осваивайся в нашем мире, а брат тебе поможет. Владмир, поручаю заботу об Алексии полностью тебе, прошу тебя помочь ему освоиться с нашим оружием, расскажи более детально о нашем мире, только ради всего святого постарайся не втягивать его в своё пьянство. А тебя Алексий попрошу повлиять на Владмира. Он человек добрый и порядочный, но постоянное безделье, чем славятся наши гвардейцы, пагубно влияет на него. Владмир не оставишь всего этого, при Наставнике обещаю, разжалую и отправлю на самый дальний кордон, нижним чином.

На этом наставления закончились, но размеренная беседа ещё долго текла в клубах сигарного дыма. Хозяева подробно расспрашивали Алексея о его мире, рассказывали о своём. Беседа затянулась допоздна и когда Алексей с Владмиром покинули дворец, на улице стояла глубокая ночь. Но это ни сколько не смутило главного гвардейца.

— Что-то, брат Алексий, задержал нас Его Светлость, давно уже, и перекусить пора, а он всё разговоры разговаривает. Пошли скорее, я тут неподалёку знаю замечательную харчевню, там готовят великолепных карасей в сметане, а какая у них медовуха… — Владмир мечтательно закатил к небу глаза.

— Владмир, дружище, я так понял, из слов князя, что мне поручено перевоспитывать тебя, насколько я помню, не более чем пару часов назад он обещал тебя на дальний кордон сослать.

— А, пустое, — гвардеец махнул рукой, — не сошлёт, с кем он тогда будет душеспасительные беседы проводить о вреде пьянства и моральном облике? Не я ему нужен здесь.

— Ну, тогда пошли, только запомни, я тебя отговаривал.

— Замётано.

И Парочка свернула в узкую улочку.

Глава 5

Кабачок был действительно небольшой и достаточно уютный. Народу, не смотря на позднее время, было много и все места за массивными деревянными столами были заняты. Густой табачный дым висел в воздухе, не смотря на открытые настежь окна. Компании сидевшие за столами были уже в достаточно высоком градусе, а от того в помещении стоял довольно-таки громкий гул. Сбоку от высокой барной стойки располагалась небольшая эстрада, на которой время от времени сменяя друг друга, выступали танцовщицы. Владмира, видимо здесь хорошо знали и как только они вошли в помещение, возле них сразу возник невысокий, щуплый официант.

— Рад видеть господина Владмира в добром здравии и хорошем настроении.

— Откуда тебе Васька ведомо про моё настроение, и как оно может быть хорошим, если время уже позднее, а у меня ещё маковой росинки во рту не было?

— Прошу прощения, господин, проходи, вон там, в уголке, возле сцены столик свободный, только тебя и дожидается.

— Да вижу я уже и сам, — как Владмир смог увидеть этот столик Алексей не понял, сам он разглядел, что тот свободен только лишь подойдя почти вплотную. Столик в отличие от всех остальных был небольшой и мог разместить за собой не более трёх человек.

По дороге к столику Владмир несколько раз останавливался, встречая знакомых, насколько понял Алексей, почти все они были его подчинёнными гвардейцами. Видимо, так заведено в местной гвардии, что время, проводимое вне службы, употреблялось исключительно на развлечения. Да что в этом удивительного, если вспомнить хорошенько историю собственной державы, то можно обнаружить точно такое же поведение и образ жизни высших сословий, а особенно военных. Да и сами они не особо задумывались о достойном время препровождении в перерывах между заданиями. Остановки и приветствия завсегдатаев заведения несколько удлинили дорогу до стола, но наконец, добравшись, Владмир тяжело опустился на деревянный стул.

— Присаживайся друг Алексий. А ты, почему ещё здесь? — зыркнул гвардеец на официанта.

— Так ведь господин ничего не заказал, — состроил тот невинную рожицу, было заметно, что, не смотря на большие различия, как в социальном статусе, так и в весе, официант не очень-то и боится командира гвардии. Скорее даже вообще не боится.

— А то ты шельма не слышал, как я сказал, что голоден, и не знаешь, что перво-наперво, надо медовуху тащить?

— Прости господин, так медовуха то ж не еда.

— Поговори мне ещё, так быстро за чуб оттягаю, давай лучше штоф побыстрее волоки, ил хочешь, чтобы я от жажды помер?

Официант растворился в клубах дыма, видимо решил больше не играть на нервах голодного гвардейца и испытывать судьбу. Буквально через минуту он возник у столика вновь, на подносе стояла большая, как минимум на литр, стеклянная, гранёная бутылка, наполненная светло-золотистой жидкостью. На столе тут же возникли приборы небольшие рюмочки, стаканы, вслед за бутылкой с подноса перекочевали тарелки с солёными и свежими огурчиками, маринованными грибами, квашеными помидорами, тонко нарезанным розовым салом, чёрным хлебом, свежей редиской и зеленью.

— Вот это я понимаю встреча, а то философствовать он начал. Наливай сразу да можно будет заказ обсудить.

Официант разлил по рюмкам медовуху и застыл в ожидании заказа.

— Ну, брат Алексий давай по маленькой, а то совсем в горле пересохло.

Алексей одним глотком выпил содержимое, жидкость в рюмке оказалась обычной водкой, удивительно мягкой с лёгким медовым привкусом и ароматом. Надо было отдать должное здешним умельцам-винокурам. В его просвещённом, техномире уже давным-давно разучились готовить настоящую водку.

— Как, Алексий, хороша?

— Да хороша, — согласился Алексей, цепляя вилкой, маленький грибочек и отправляя его в рот, — у нас такой не делают.

— Тогда сразу по второй, — Владмир уже сам наполни рюмки, и моментально выпил. — Вот теперь можно и ужин обсудить. Знаешь, что дружочек, неси-ка нам молочного поросёнка, овощи тушёные, для начала карасиков в сметане, я уже ими похвастаться успел, да пожалуй, и хватит, ежели ещё чего надо будет, позовём. Так что ты далеко от нас не отходи.

— Сию минуту, господин Владмир.

Официант исчез, приняв заказ, но ждать его, к великому удивлению Алексея пришлось недолго, не успели они выпить ещё по паре рюмок, как официант возник вновь с подносом заполненным снедью. Глиняные горшочки с тушёными овощами источали волшебный аромат, на огромной тарелке, казалось, купались в сметане небольшие, размером с ладонь караси, а в самой середине стола, заняло достойное место блюдо с покрытым румяной корочкой поросёнком. Как всё это можно было приготовить за столь короткий промежуток времени, Алексей не представлял, да и не стал задумываться над этим. Не заметив на столе ножей, он достал свой кинжал и отхватил заднюю ногу поросёнка, перетащив её к себе на тарелку. Владмир действовал точно также, из чего Алексей сделал вывод, что ножи не подаются по одной только причине, у всякого посетителя этого заведения в обязательном порядке есть при себе что-то колюще-режущее. Оглядев стол и свою тарелку, Алексей только теперь заметил, насколько он голоден. Последний раз они ели дома у гостеприимного гвардейца и было это задолго до полудня, а теперь время приближалось к полуночи.

Минут пять прошло в полном молчании, сквозь монотонный гул заведения было слышно лишь звон посуды, наконец, когда от половины поросёнка остались одни кости, караси исчезли, а на столе появилась второй штоф медовухи, мужчины оторвались от трапезы и оглянулись по сторонам. Возле барной стойки стояли две девушки и довольно откровенно рассматривали Алексея. В том, что их там не было когда они сюда пришли, Алексей был уверен, девушки появились совсем недавно. Владмир перехватил его взгляд и довольно ухмыльнулся.

— Алексий, дружище, я смотрю, тобой уже заинтересовались, но скажу тебе сразу, не стоит обращать на них внимания. Нет если, конечно хочется женской ласки, без каких либо последствий то вариант беспроигрышный, но только на одну ночь. Не обращай на них внимания, хотя… — немного присмотревшись, гвардеец поднял руку, что бы позвать девушек, но совершенно случайно, а может благодаря интуиции, его взгляд скользнул в сторону входных дверей, и рука моментально опустилась, взгляд несколько потух и витязь даже как-то съёжился. — Похоже, нам теперь будет не до девок, — прошептал он Алексею.

— Что такое друг Владмир, — вопрос повис в воздухе.

Алексей бросил взгляд в сторону входа, намереваясь рассмотреть, что за обстоятельство так смутило бравого командира гвардии и замер. К их столу приближались две амазонки. Толпа, заполняющая харчевню, как по мановению волшебной палочки расступалась перед ними. Девушки были одеты в мужские костюмы, подстриженные в аккуратное каре, пшеничные волосы развивались на ветру, создаваемом их стремительным движением, пояс каждой был отягощён изящными клинками, а за плечами виднелись луки и колчаны. На вид девушкам было по двадцать три — двадцать пять лет, изящные фигуры мягко облегали камзолы тончайшего сукна, высокие сапоги подчёркивали, безупречность ног и только одно различало парочку — выражение красивых, тонко — очерченных лиц. На лице первой застыло выражение гнева, её глаза, казалось, сейчас проткнут Владмира насквозь, лицо же второй амазонки живейший интерес ко всему происходящему и настоящее женское любопытство.

Девушки остановились перед самым столиком.

— Вот так значит господин Владмир, ты исполняешь данное тебе Князем задание, так ты следуешь его советам и именно так ты пытаешься убедить меня в своей любви. — Девушка застыла перед гвардейцем, широко расставив ноги и уперев руки в бёдра. — Пьянство, распутные девки. Как ещё до драки не дошло? Просто удивительно, наверное, подруга мы слишком рано пришли, нужно было немного задержаться на службе, дабы застать полную картину.

— Ольга, прошу тебя потише, люди ведь кругом. — Харчевня действительно затихла, и все внимательно следили за разворачивающимися событиями. — Мы же с Алексием только поужинать зашли.

— Да, да я и вижу, а эти шлюхи, — она кивнула в сторону барной стойки, — у вас предусматривались на десерт, с чем, говоришь, должны были их подать?

— Ну что ты Ольга, кстати, познакомься, это господин Алексий, — попытался он перевести неприятный разговор на другую тему.

— Не заговаривай, пожалуйста, мне зубы, мне совершенно всё равно с кем ты пьянствуешь и развратничаешь, можешь вообще забыть обо мне. — Девушка замолчала, и начала было разворачиваться, чтобы уйти, но Владмир подскочил с места и моментально сгрёб её в охапку, да так, что та не то чтобы пошевелиться, а даже вздохнуть, как следует, не могла.

— Олюшка, ну перестань, — прошептал он её на ухо, — о каких таких девках ты говоришь, мы вот вдвоём с Алексием сидим, ужинаем, только-только начали, да и штоф вот посмотри совсем полный, выпили-то лишь по первой рюмочке, так для аппетита.

Буря, начавшая было разыгрываться, стала затихать, а вместе с этим нарастать шум зала. Присутствующие, поняв, что продолжения спектакля не будет, занялись каждый своим. Тем временем возле столика появилось ещё два стула, добавились приборы, и исчезла грязная посуда. Как и когда всё это произошло, Алексей даже не заметил.

— Владмир, дружище, я думаю, дамам стоит присесть за столик, и может ты, всё-таки представишь, им меня?

Владмир нехотя раскрыл объятия, девушки расселись за столом.

— Сударыни, прошу знакомиться, господин Алексий, наш гость из другого мира. Хотя мне почему-то кажется, что никакой он уже не гость. Сдаётся мне, что застрянешь ты у нас в серьёз и надолго.

— Типун тебе на язык, — не выдержал Алексей, — мне, конечно, нравится у тебя в гостях, но нет никакого желания оставаться у вас надолго, не забывай, у меня в Киеве, — здесь Алексей немного запнулся и решил не упоминать о невесте, — работа, да именно работа, и тихая, спокойная жизнь.

— Так ты итак в Киеве, — вступила в разговор спутница Ольги, голос у девушки был очень приятный, и завораживающий.

— Мы отвлеклись, — вновь перехватил инициативу Владмир, — Тебе же Наставник сказал однозначно, что ты туда уже не вернёшься. Как он выразился? Баланс? Да точно баланс. Поэтому не перебивай. Так вот…

— Я и не перебиваю, я только уточняю…

— Ты опять?

— А я всё-таки не поняла, в каком таком Киеве? — Переспросила вторая девушка.

— Да, в каком, и какая работа? — Тоже заинтересовалась Ольга.

— Да уймитесь вы все, наконец, дайте досказать, сейчас всё поймёте. Я продолжаю. В своём мире он был воином, дослужился до полковника и, несомненно, является знатным и благородным человеком. Понятно, теперь в каком? Да у них в мире тоже есть Киев, и стоит он точь-в-точь на этом месте, где мы с Вами сейчас сидим. Как там говорил наставник? Есть города, которые стоят на самой тверди, или что-то типа этого. Да вы должны лучше меня всё знать.

— Конечно, мы ведь в отличие от тебя уроков не прогуливали, — рассмеялась Ольга.

— Вот и скажи потом, что не язва? — Посмотрел Владмир на Алексея. — Ты бы поверил в это?

— Я сейчас уже во что угодно поверю, и в самую первую очередь в то, что ты так за весь вечер и не скажешь, как девушек зовут.

— Так ты сам виноват, начал меня перебивать.

— Всё до конца вечера нем как рыба.

От этого высказывания девушки поперхнулись смехом. Алексей, правда, не понял почему, но для ясности не стал уточнять.

— Спасибо, дружище, тогда слушай дальше, так вот, эти две милые девушки, личная охрана княжной. Ольга — начальник отряда и моя невеста, а вот Катерина её заместитель, ближайшая подруга и совершенно свободная от каких-либо обязательств девушка. К слову обе они на очень короткой ноге с княжной и, несомненно, о тебе и твоих приключениях знают значительно больше, чем даже ты сам.

Алексей поклоном головы поприветствовал каждую из девушек. Они в свою очередь ответили ему таким же сдержанным поклоном.

— Только вот Владмир, я не поняла, что ты здесь рассказывал о моей свободе? — С наигранным возмущением, спросила Катерина.

— Ээ…, я в том смысле, что ты…, ну, что у тебя жениха нет, а так ты девушка очень высоких нравственных правил.

— Господин Алексий, — обратилась Ольга, — раз уж теперь мы представлены друг другу, у меня к тебе тоже будут некоторые претензии. Князь Святослав отзывался о тебе как о человеке строгом, умудрённом жизненным опытом и вообще обладающем массой достоинств. Он надеялся, что ты окажешь на его беспутного братца положительное влияние. Но что я увидела, придя сюда? Я надеялась застать вас двоих дома, а вместо этого нахожу в этом кабаке, изрядно пьяных и зазывающих к себе самых последних шлюх.

Алексей очень внимательно выслушал претензию и решил пока не поздно перейти в глухую оборону, а затем уже действовать по ситуации.

— Прошу прощения, сударыня, но мы ни в коей мере не намеревались здесь задерживаться и тем более развлекаться с этими достойными дамами. — При этих словах Катерина оглянулась на, стоявших возле стойки и чуть не подавилась от смеха. — Мы просто зашли по пути поужинать, продолжил Алексей, не обращая внимания. — Согласен, немного выпили, но только лишь для аппетита и как ты сама можешь видеть совсем немного, штоф-то ещё почти полный. А что опять же касается, этих дам. Разве можно с первого взгляда понять проститутки они или вполне достойные дамы.

Здесь уже не выдержала Ольга.

— Да из какого, такого Мира ты к нам попал, что не можешь самых последних шлюх от достойных дам отличить? У вас, что там все дамы вот такие?

— Да и не собирались мы с ними вообще знакомиться, — изобразил Алексей возмущение, — а что взгляд мой был направлен в ту сторону, так мне всё у вас интересно и я просто рассматривал, это замечательное заведение, его интерьер.

— Ольга, — вступила в разговор досель почти молчавшая Катерина, в её голосе звучала лёгкая ирония, — мне кажется, что нас принимают за этим столом за наивных, глупышек. Сударь, — обратилась она к Алексею, — неужели в твоём мире женщины выглядят настолько иначе, что ты, уже далеко не наивный мальчишка не можешь отличить шлюху от порядочной дамы, да у них же на лбах написано жирным шрифтом — «Отдамся любому и недорого, а может и вообще бесплатно». А что касается вашей трезвости, то конечно я могу с тобой согласиться, вы ещё далеко не пьяны, да и что вообще для двух таких мужчин штоф медовухи, да ещё и под молочного поросёнка. И кого вы хотите обмануть вашим вторым только-только начатым штофом?

Вот этого Алексей никак не мог ожидать, ведь девушки лишь несколько минут назад зашли в харчевню, к этому времени штоф уже давно был поменян. Он понимал, что по неоднозначному жесту Владмира вполне можно было представить их дальнейшие планы, но как они узнали про медовуху.

— Не задумывайся сильно над моими словами, — развеяла его мысли Катерина, — Не уж-то ты мог подумать, что мы, зная Владмира и видя на столе ещё недоеденного поросёнка, будем столь наивны, и поверим в то, что всё это вы умудрились съесть, ничем не запивая? Ну, да ладно, Ольга, между прочим, я тоже голодна и не прочь немного подкрепиться, Владмир, может, ты всё-таки будешь столь любезен, выйдешь из ступора и нальёшь нам по маленькой рюмочке медовухи, для аппетита, как выразился твой друг и новый собутыльник.

Но хмурыми лица девушек оставались недолго, буквально через пять минут они весело смеялись и беседовали, дотошно расспрашивая Алексея, о его прошлой жизни, о нравах и традициях его мира. Официант ещё несколько раз менял на столе штофы, приносил закуски и уносил грязную посуду, а ужин всё продолжался и продолжался, хотя его уже трудно было назвать и ужином, ночь давным-давно вступила в свои права. Домой все добрались ближе к утру, над тем, что все почему-то оказались в доме Владмира, Алексей уже не задумывался ни над чем. Он просто добрался до своих апартаментов и завалился спать, события прошлых суток, выпитая медовуха давно уже сделали своё дело, он еле держался на ногах, да и соображал уже с трудом. Буквально дополз до своёй спальни и провалился в глубокий сон, единственное, что успел подумать: «А может, я всё ещё сплю, и завтра всё будет нормально?»

Но утром всё осталось по-прежнему, Алексей открыл глаза, увидел над собой балдахин, перевёл взгляд, осмотрел вокруг комнату. Нет, ничего не изменилось, и он не вернулся к себе домой. Взгляд остановился на столе в центре комнаты и Владмире сидящем за этим самым столом. Гвардеец пребывал в задумчивости, но почувствовал на себе взгляд, и его лицо расплылось в довольной улыбке.

— Слава Богам, проснулся, ну и горазд ты спать, братец, я уже почитай часа два здесь сижу, дожидаюсь, пока проснёшься, хотя и сам встал не рано. Давай поднимайся скорее, завтрак уже совсем остыл.

Но Алексей не спешил вставать, он вслушивался в себя, вспоминал, сколько вчера было выпито, и ни как не мог понять, почему он сегодня сутра так хорошо себя чувствует. Почему нет того самого похмельного синдрома? Голову, обычно после таких посиделок оторвать от подушки совершенно невозможно, а сегодня как будто и не было всех вчерашних возлияний. Только лёгкая боль в месте, куда приложилась булыжником Люська, но это уже и за боль не считается.

— Что ты там с кровати никак сползти не можешь? — Возмутился Владмир.

— Да вот не пойму, обычно я после такого количества спиртного паршиво себя чувствую ещё дня два, если конечно не похмелюсь…

— Намёк понял, не дурак, — и гвардеец вытащил из-под стола вчерашний графин.

— Ни в коем случае, ты что, так и спиться недолго.

— Да что здесь пить?

— Нет, дружище, тем более что Князь просил тебя обучением моим заняться, а не спаиванием. Вот давай и займёмся. А расслабляться будем в выходные дни. Годится?

— Годится, — несколько понуро произнёс хозяин дома. — Тогда, что делать, квас пить будем, да чай.

— А скажи мне дружище, кофе у вас тут пьют?

— Кофе? Кофе. Да, пьют, но только у меня его в доме нету, не люблю я этот напиток.

— Жаль, конечно, утро без чашки крепкого кофе, это и не утро совсем. Да, что поделать. Но купить то его можно?

— Конечно можно, я скажу повару, пускай прикупит пару пудов.

— Пару чего?

— Как чего? Пудов. Это мера такая есть.

— Владмир, пару пудов кофе, если конечно эта мера соответствует нашему пуду, мне не выпить и за год, даже если я буду очень стараться. А зерно имеет свойство портиться. Поэтому не стоит настолько глобально подходить к вопросу.

— А сколько тогда тебе покупать?

— Ну, я не знаю, ваших мер, грамм двести по-нашему.

— Это сколько же будет? Покажи хоть примерно.

— Примерно, вот столько, две горсти с горкой.

— Понятно, это где-то с полфунта, хорошо, скажу повару. Только учти, гадкий напиток.

— Может, вы просто его готовить не умеете?

— Может. Ладно, хватит болтать, завтракать давай.

Они плотно поели и сразу после завтрака, Владмир повёл гостя в оружейную комнату, следовало подобрать всё, что когда-то может пригодиться.

— Да и вообще, — заключил гвардеец, — не пристало благородному человеку обучение с книг начинать, следует с оружием научиться управляться. А вот потом, если желание будет, тогда можно и почитать чего-нибудь.

В оружейной комнате хозяин отбирал всё на своё усмотрение и складывал Алексею на руки. С этой самой минуты гость почувствовал себя курсантом-первокурсником, ничего не знающим и ничего не умеющим. Ему предстояло вновь проходить науку воина, только теперь уже совсем в другом мире.

Глава 6

Лучики ласкового утреннего солнца пробивались сквозь листву и скакали по лицу Алексея, он открыл глаза и с удовольствием потянулся, что-то было не так. На его плече лежала, красива девичья голова, стриженные и всегда уложенные в аккуратное каре, пшеничные волосы в полном беспорядке раскидались по его плечу и подушке. Девушка пошевелилась, открыла глаза и приподнялась на локте. Первым делом она внимательно посмотрела в глаза Алексея, видимо не найдя в них ничего предосудительного поцеловала его в щёку.

— Но учти, это ещё ничего не значит, — совершенно безапелляционно заявила Алексею Катерина.

Алексей открыл, было, рот, хотел что-то сказать, но, изучив, за проведённый здесь месяц нрав хрупкой воительницы решил промолчать.

Катерина потянулась как кошка, выскользнула из-под одеяла и направилась в купальню, её точёная фигурка светилась в лучах утреннего солнца.

Предыдущий месяц прошёл у Алексея в трудах и тренировках. Военно-политическая обстановка вокруг княжества портилась с каждым днём, с границ всё чаще и чащи приходили тревожные вести и Князь предложил ему послужить на благо его нового государства, и применить на это все свои умения. Алексий согласился, не задумываясь, и вот уже целый месяц осваивал науку фехтования, обращения с копьём, боевым топором, луком и тему подобными смертоносными вещами.

В обращении со всевозможными кинжалами, ножами, сюрикенами и прочими резательно-метательными орудиями прекращения человеческого существования на земле, у Алексея проблем не возникло. Довольно легко он освоился с арбалетами, тем более что ложе выбранного им очень напоминало привычное АКаэМовское, но вот над освоением практики фехтования на мечах, саблях и шпагах, дротики и копья всё это требовало длительных и упорных тренировок. Особым пунктом программы обучения была верховая езда. Быстро освоив принципы и способы седлания лошади, Алексею пришлось потратить не меньше двух недель упорных тренировок для того, что бы хоть немного более или менее уверенно начать чувствовать себя в седле, но его наставнику в ратном деле показалось этого мало. И вот одним прекрасным утром, подходя к конюшням и издали, заприметив своего скакуна, которого держал под уздцы конюх, Алексей заметил что-то неладное. На спине коня отсутствовало такой привычный атрибут как седло.

— Да, друг Алексий, — похлопал его по спине Владмир, — пришла пора осваивать езду без седла, кто знает, в какие передряги отправит нас Его Светлость, — может случиться так, что придётся драпать, а в этом случае сам должен понимать оседланную лошадь нам вряд ли кто предложит.

И мучения Алексея начались снова и снова. Только лишь под вечер у него появлялась возможность немного отомстить Владмиру. Несколько вечерних часов он уделял обучению гвардейца своему боевому искусству — рукопашному бою во всём его совершенстве, каким владел сам. Вот тут-то бравому воину приходилось туго.

Но месяц не прошёл даром и к тому дню, когда в усадьбу пожаловал Князь, пара была готова к любому испытанию. Надо сказать, что частенько в их вечерних тренировках принимали участие Ольга с Катериной. Девушки были намного пластичнее, поворотливее и с удовольствием осваивали премудрости нового боевого искусства. Князь решил лично проверить, насколько хорошо подготовил Владмир Алексия. Надо отдать должное, что он был великолепным фехтовальщиком и довольно прилично управлялся со всем остальным оружием. Изрядно погоняв Алексея, Святослав, удовлетворённо крякнув, бросил шпагу оруженосцу и уселся на краю лужайки, где проходило действо, смотреть, насколько справен Ученик его главного гвардейца в седле. Закончился комплексный экзамен рукопашным спаррингом с Владмиром, где в роли испытуемого выступал уже второй. За этой частью программы Его Светлость наблюдал с особым интересом, ему не знаком был такой вид единоборства.

— Замечательно, — подвёл итог Его Светлость, — Владмир, я смотрю общение с Алексием пошло тебе на пользу, ты многому научился, да и вид у тебя по свежее, месяц в физических упражнениях и без твоей любимой медовухи сделал доброе дело. Хорошо, веди теперь Владмир нас в комнату переговоров, есть у меня поручение для вас.

В комнате стоял большой стол, окружённый двумя десятками стульев, пришедший с Князем оруженосец разложил на нём большую карту и тихо удалился, плотно закрыв за собою двери. Комната переговоров располагалась в самом центре, подвальной части здания, в ней напрочь отсутствовало дневное освещение, но с потолка падал мягкий белый свет тёплого оттенка. Природу этого света Алексей понять не мог, причём он загорался, когда кто-то входил в помещение и становился всё ярче и ярче с каждым присутствующим, а гас, когда все люди покидали комнату. Владмир об этом тоже не мог сказать ничего вразумительного, а найти природу этого самого света где-то в учебниках или книгах, просто не было времени. За день тренировок настолько все уставали, что без памяти валились в кровати.

В комнате остались Владмир, сам Князь с Наставником, Алексий и Ольга с Катериной. Святослав пригласил всех к столу и склонился над картой.

— Алексий, обрати, пожалуйста, внимание. Это наше княжество, — он обвёл карту рукой, от его указательного пальца протянулся тонкий, похожий на лазерный целеуказатель, лучик света. Луч пробежал по карте, и граница засветилась лёгким красным светом. — Вот здесь, — луч метнулся вниз, — с юга дикие степи, в которых в основном хозяйничают кочевые племена, наша власть здесь поддерживается Казачьими поселениями, которые следят за порядком и охраняют от набегов кочевников крестьянские деревни. Казаки конечно и сами пошаливают, но это всё-таки лучше, чем держать здесь регулярное войско. Здесь, — луч скользнул на юго-запад, — по берегам Дуная проходит граница с Романией, эти места стали в последнее время самыми беспокойными. В Романском княжестве пока вполне лояльная к нам власть, но наряду с властью там очень сильно влияние графа Дракула. Он является ставленником сил Хаоса, и, похоже, эти силы начинают именно в его владениях наращивать мощь, для дальнейшего удара, в том числе и по нашим землям. Здесь участились провокации на границе. Приграничные деревни страдают от набегов непонятных, досель не виданных в тех местах варваров. Дальше на западе идут границы с Мадьярским и Полонским королевствами, и если Мадьяры живут с нами в добрососедских отношениях, то этого нельзя сказать о Полонском королевстве, там постоянно возникают какие-то территориальные разногласия и этому в большей степени способствует население наших приграничных районов. Традиционно эти земли довольно часто прибывали то в нашем владении, то во владении Полонского короля, что повлекло за собой смешение родов, а отсюда и всевозможные брожения в умах. С севера в Полесских лесах у нас княжества родичей наших, здесь разногласий никаких никогда не бывает, они выступают как буферная зона между нами и Пруско-Литовскими королевствами, а дальше на восток от нас лежит Великое царство Московия, которое простирается далеко-далеко до самых восточных пределов. Вот такова общая картина. И как вы сами понимаете в настоящее время, нас особо беспокоит положение в Романии.

— Я так понимаю, — попытался прервать Святослава Владмир, — ты Княже, нам отпуск и большое путешествие уже запланировал?

— Правильно братец понимаешь. Даю вам три дня на сборы, поедите вчетвером, вместе с Ольгой и Катериной. Так и внимания меньше к себе привлекать будете, да и веселее вчетвером. Алексий, у тебя что-то вид стал не очень довольный, — обратил князь внимание на изменения в лице гостя.

— Твоя светлость, я, конечно, понимаю, что девушки достойны всякого уважения, и их боевые качества я оценил по достоинству, во время тренировок, но не знаю насколько уместно подвергать их такому риску. Я так понимаю, что не простая прогулка в горы нам предстоит, а обычная разведывательно-диверсионная операция, а там может всё пойти далеко не так как планируется, стоит ли женщин впутывать.

Девушки только что, казалось беседовавшие между собой, на какие-то отвлечённые темы и совершенно не интересовавшиеся всем тем, что говорил князь, услышав слова Алексея, встрепенулись и с вызовом обратили свои взоры в его сторону.

— Ты это, господин хороший на кого положиться не можешь, кого это ты разнеженными барышнями назвал, — вспылила Катерина.

Алексей, не ожидавший такой реакции, даже несколько смутился.

— Боже упаси, Катерина, я ни в коей мере не хотел вас обидеть, просто не было в моей практике ещё случаев, чтобы на задания в группу мне девушек давали. Мужская это работа.

— Тихо, тихо все, — оборвал их перепалку Святослав. — Кому, куда и в каком составе ехать это мне решать, и поверь, Алексий если я считаю полезным такой состав группы, то будет он таковым. Кроме вас четверых, будет ещё два человека.

— Это ещё зачем? — Попробовал возмутиться, в этот раз Владмир.

— А затем, братец мой любезный, что без связи вам никак нельзя, а ни ты, ни товарищи твои не владеют ни каким магическим искусством, это раз, вот и пойдёт с вами один из учеников Наставника. Парнишка ещё молодой, но достаточно смышлёный, то, что в компании с вельможами, коих вы будете изображать, путешествует ученик мага, не привлечёт ни чьего внимания, в последнее время стало достаточно модным нанимать таковых, дабы исключить в путешествии ряд бытовых неурядиц. И вторым человеком будет слуга, негоже вельможам без слуги путешествовать, больно это подозрительно. Вот такой будет состав. Слугу, Владмир, подберёшь сам, можешь из своих взять, можешь у меня одолжить, а можешь вообще на улице подобрать, но к четырём часам пополудни прошу быть вместе с ним в полном составе группы у меня. Кстати старшим группы назначаю Алексия, не обижайся Владмир, опыта у него в таких делах побольше твоего. Всё, на сим, я вас не задерживаю, до назначенного времени можете быть свободными.

Его Светлость вышел из комнаты, следом за ним удалился и Наставник, не проронивший ни слова на протяжении всего совещания. В помещении нависло молчание.

— Ладно сидеть нечего, — нарушил тишину Владмир, — слуга, слуга, — в задумчивости пробормотал он, — Алексий, помнишь того официанта из харчевни, где мы после приёма у Его Светлости ужинали?

— Да, помню, такой, не в меру разговорчивый, как для официанта, но кажется вполне расторопный.

— Именно, я его неплохо знаю. Парень в юности с воришками связался, так я его из какой-то передряги очередной вытащил, с тех пор он в харчевне и обитает, правда, говорят, своё дело он не оставил, мало помалу и сейчас грешит, правда уже не попадается. Так вот я его и в драке видел, очень даже неплохо он себя проявил, а самое главное амбиций у него никаких нет, вполне может за слугу сойти, да и поесть приготовить если чего. В общем, предлагаю его взять, вы дамы как на такую компанию смотрите?

Девушки переглянулись.

— Знаю я этого малого, — ответила Ольга, — шустрый парень, будет не в обузу в таком походе.

— Вот и замечательно, определились окончательно с составом. — Подвёл итог гвардеец, — теперь у всех есть время собраться в дорогу, всё приготовить сегодня, чтобы завтра было время собрать всё недостающее, лишнее выбросить и окончательно подготовиться, только после этого проработаем маршрут.

— Владмир, — перебил его Алексей, — я прошу прощения, что перебил, но до визита к Князю, я хотел бы посмотреть всю экипировку и вооружение группы. И как ты собираешься привлечь Василия?

— За Васькой я сейчас пошлю, ему особо собираться не надо, а ежели чего недоставать будет, так здесь у меня, его и дособираем. Эй, там, есть, кто живой, — прокричал он в оставленные открытыми после ухода Князя двери.

В комнате мгновенно очутился слуга.

— Любезный, вот что беги скорее в харчевню, что возле Княжих палат, ну ты знаешь, где я отужинать люблю. Хватай Ваську, официанта и немедля сюда его ко мне, давай живо, одна нога здесь, вторая там.

— Прошу всех внимания, — взял Алексей на себя руководство. — Владмир, скажи, пожалуйста, что у вас есть из маскировочных костюмов? Если я правильно понял, нам придётся путешествовать в повседневной одежде, а что можно предусмотреть у вас на случай перехода на нелегальное положение и скрытного перемещения в лесистых Карпатских горах?

— Это ты уж больно замысловато сформулировал вопрос. Какое скрытное передвижение? Нет, выступим в том, в чём и здесь ходим, разве, что дамам надо отказаться от привычных форменных костюмов и одеться так, как приличествует вельможным дамам, то есть в платья.

— Замечательно, а не кажется вам всем, что в таких нарядах нас будет в лесу за версту видно?

— А мы и не собираемся ни от кого прятаться.

— Это если всё хорошо, и наша прогулка в горы так и закончиться прогулкой, а если нет? Тогда что? Короче, Владмир, я тебя очень попрошу, пригласи к нам сюда твоего друга, мастера Пантелеймона, я с ним обговорю некоторые детали нашего туалета, и хорошо бы, к окончанию этого разговора присутствие здесь остальных членов группы.

— Пантелеймона-то я приглашу, он придёт обязательно, Васька сейчас приведут, а вот на счёт мага-связного, здесь проблема, боюсь, его мы увидим не ранее чем перед самым отъездом.

Но в этом Владмир ошибся, в двери осторожно постучали, и в комнату вошёл слуга.

— Господин, к тебе посланник от князя, мальчишка какой-то, говорит по срочному делу.

— Зови.

Как только слуга вышел, его тут же на пороге переговорной сменил юноша лет шестнадцати, семнадцати. Стройная фигурка была скрыта под мантией на манер той, что носил Наставник, только более строгой, на лице только-только пробивался пушёк, в тех местах, где зрелому воину приличествует иметь бороду и усы, юноша стоял на пороге в ожидании приглашения и застенчиво хлопал длинными, густыми ресницами.

— Ты ещё кто таков, и по что Князь прислал тебя? — осведомился гвардеец.

— Меня, господин Владмир прислали в поход с вами идти, Его Светлость сказал, что я включён в вашу группу, «Иди, — говорит мол, — познакомься со всеми, пусть на тебя посмотрят, и вообще с этого момента поступаешь в полное распоряжение господина Алексия» — это, наверное, тебя незнакомец, — обратился он к Алексею.

— Вот чёрт, — в сердцах выругался названный незнакомцем, — ещё детей мне в группе недоставало. Тебе сколько лет-то малыш?

— Мне шестнадцать, и я уже далеко не малыш, — в голосе юноши послышались металлические нотки, — я закончил с отличием полный курс боевой магии и имею высший сан, а то, что на вид молод, так это дело поправимое, лет через двадцать вполне буду похож на тебя.

— Ух, ты да юноша у нас оказывается с гонором, ну ладно не обижайся, проходи, присаживайся к столу, попытаюсь сформулировать своё видение похода исходя из имеющегося состава группы. Владмир, дружище, мне так почему-то кажется, что ты личность достаточно известная за пределами княжества, или я не прав?

— Прав, конечно, сколько раз меня Святослав таскал по разным посольствам вместе с собой, а сколь других послов, да и правителей у нас поперебывало так вообще не счесть и везде он меня выставлял как своего брата, потенциального наследника и командира своей личной охраны.

— Вот к этому я и веду. Так и будем основываться на этом. Значит, ты у нас так и останешься братом и потенциальным наследником, путешествующим со своей нареченной невестой. Официальная версия будет звучать как отпуск и путешествие в горы, неофициально, при необходимости контактов с вероятным противником, ты изображаешь из себя обиженного и мечтающего занять место Князя, причём любым путём и с любыми союзниками, коих ты и подыскиваешь в ближайшем окружении. Ольга, как и есть, остаётся твоей невестой, но при этом, тебе Ольга, надо будет изображать изнеженную барышню, и у тебя есть только три дня на тренировку и вхождения в образ. Дальше Катерина, подругой Ольги ты так и остаёшься но, как и она превращаешься в беззаботную пташку, очень удручённую столь некомфортным путешествием, не привыкшую отъезжать от дома далее чем на приём в Княжеских палатах. Юноша, который не имел чести представиться, будет в роли пажа, при этом, малыш тебе придётся снять этот балахон, в который ты наряжен и надеть, гражданскую одежду, соответствующую твоему положению. Какие у тебя отношения с оружием?

— Зовут меня Никадим, — несколько смущённо исправил свою ошибку молодой маг, но тут же его глаза вновь сверкнули, — и я попрошу тебя в последний раз не называть меня малышом. А с оружием я обращаюсь вполне прилично, я владею кинжалом, шпагой, неплохо стреляю из лука и арбалета, однако не понимаю, зачем мне всё это, я значительно полезнее в своих профессиональных навыках.

— Понимаешь, Малыш, ты уж извини, но я здесь человек новый, и к вашим волшебствам не привыкший, да и не верю я в них. Поэтому и интересуюсь твоими навыками во владении оружием, чай не на прогулку идём. Хотя конечно надеюсь, эти твои качества нам не пригодятся, но иногда бывают полезными такого рода умения, а малышом, ты уж извини, я тебя буду называть, хотя бы в силу нашей значительной разницы в возрасте, да и не больно твоё имя соответствует должности пажа. «Малыш» это будет твоё звание или оперативный псевдоним, понимай, как хочешь. И в конечном итоге остаётся только Василий, кстати, вот и он. — При этих словах в комнату вбежал слуга, а за ним ничуть не запыхавшийся официант. — Ну, о нём, — Алексей кивнул в сторону пришедшего, — и говорить особо нечего, слуга он и есть слуга. Проходи Василий, присаживайся и включайся в работу. Вот такова будет наша диспозиция для посторонних глаз и ушей. У кого какие вопросы?

— Всё понятно, — как всегда, с некоторой иронией начала Катерина, — а о себе ты промолчал, какую роль ты себе отвёл?

— Да саму, что ни на есть простую, наёмник, странствующий воин, встретился с вами в дороге, не далеко от града Киева, уж больно понравилась мне одна из дам, вот и решил наняться в охрану к путешествующему вельможе, да заодно и за девушкой приударить, мне же всё равно куда идти, зачем идти. Простая философия наёмника.

— Интересно и какая же из девушек тебе понравилась, — в этот раз интерес возник у Ольги.

— Это не важно, — ушёл Алексей от ответа, — помучайтесь немного, погадайте, — улыбнулся он сразу обеим девушкам. — Всё, дамы и господа, прошу приступить к сборам, Никадим и Василий, прошу следовать за мной. Владмир, прошу тебя, как только прибудет мастер Пантелеймон, отправь его ко мне в апартаменты.

— Нет, давай-таки с девушками разберёмся. А что если у той девушки жених есть?

— Ольга, что для наёмника жених? Сегодня он есть, а завтра может и не быть, если конечно этот вопрос принципиален для девушки, а если нет, то тем более, не стоит его обсуждать, — улыбнулся в ответ Алексей.

— Погоди, дружище, — в свою очередь возмутился Владмир. — Это кого завтра может не быть? Я чего-то не пойму про что вы речь здесь ведёте.

— Так, стоп, я смотрю, мы ещё собраться не успели, а вы из меня сейчас своего кровного врага сделаете. Дамы и господа, ЭТО ЛЕГЕНДА. Всем понятно? Невест чужих я отбивать не собираюсь, можете успокоиться оба. Если Вам настолько интересно чьего ухажёра я буду изображать, так успокойтесь, это будет Катерина. Она девушка свободная, по крайней мере, по легенде. Всё? Вы удовлетворены?

— Нет, — на этот раз подала голос Катерина, — не удовлетворены.

— Что ещё?

— Мне не нравится, что мне отводится роль, такой вот на всё готовой барышни.

— Бог ты мой, Катерина, да не отводится тебе никакая роль, в конце концов, ты ведь можешь и не отвечать на мои знаки внимания, это же у меня роль заинтересованного человека и не только в деньгах, которые я якобы получу за охрану. Ты можешь наоборот всячески отвергать мои знаки внимания. Теперь все вопросы сняты?

На этот раз народ промолчал.

— Отлично, пошли ко мне.

Да своей комнаты, Алексей в сопровождении, приглашённых, добрался в полном молчании и только лишь за закрытыми дверями продолжил разговор.

— «Малыш» ты в основном всё слышал, да и Князь, наверняка посвятил тебя в курс дела, если нет, то чуть позже я постараюсь ответить на все вопросы, которые у тебя возникли. Василий, тебя пригласили сюда с целью составить компанию в путешествии четырём знатным господам, в качестве слуги. Путешествие совсем необременительное, мы с Владмиром и двумя достойными дамами решили прогуляться в Полесские леса, поохотиться, да и вообще поразмяться, уж больно засиделись все в городе, тем более что лето в самом разгаре, надобно и отдохнуть. Если ты согласен на такое предложение, то сейчас придёт мастер Пантелеймон, он снимет с тебя мерки, дабы изготовить одежду, которая не будет противоречить столь высокому твоему предназначению. Все расходы по путешествию берёт на себя Князь, так что не стесняйся в вопросе оплаты своих услуг, цену можешь назвать прямо сейчас, только гляди не прогадай. Ну, как, согласен?

— Что-то темнишь, ты господин Алексий, сроду господина Владмира не тянуло в Полесские леса. Да с другой стороны, мне какая разница, если работа прибыльная, а судя по твоему предложению, так она действительно прибыльная, я согласен. Только вот оплату я сейчас называть не буду, скажу позже, но в день запрошу, не менее чем получаю в неделю в харчевне, вместе с чаевыми и, при этом, всё моё содержание также ложится на плечи работодателя. Что кроме услужения господам от меня потребуется?

— А ты парень не промах. Хорошо на том и порешим. Так вот в твои обязанности будет входить, приготовить еду, если мы будем останавливаться не в харчевнях, подать, прибрать, в общем, всё, что положено делать слуге, я сильно в этом не разбираюсь, если и ты не знаешь, что требуется от слуги, то думаю, господин Владмир тебе быстро объяснит. Так дружище?

— Конечно, объясню, останешься сейчас на минутку, я только за кнутом схожу.

— Нет, нет, я всё знаю, я в курсе.

— Чего тогда прикидываешься?

— А вот и мастер. — В комнату вошёл портной. — Проходи Пантелеймон. Прошу тебя погляди вот на этих двоих, сними мерки, а потом я тебе более подробно расскажу, что я хочу.

Мастер быстро сделал необходимые замеры, и кандидаты в диверсанты удалились заниматься сборами. Пока Пантелеймон занимался обмерами, что-то там прикидывал, рассчитывал, Алексей постарался, как мог изобразить на листе бумаги эскизы будущих костюмов, максимально продумав возможность скрытого ношения различных метательных орудий. Эти эскизы он и представил на суд мастера. Местный Кутюрье долго рассматривал рисунки, на его лице читалось то удивление, то недоумение, в конце концов, он оторвал взгляд от рисунка и посмотрел на Алексея.

— И ты думаешь, сможешь заставить кого-то так нарядиться?

— Я вот что скажу тебе, великий Кутюрье, захочешь жить, ещё не так нарядишься. Видывал я в своей жизни разных франтов, а как только дело касалось вопроса жизни и смерти, то уже ни кто не задумывался кто он и что он, лишь бы выжить. Так что давай лучше я тебе расскажу, какая должна быть ткань, в смысле её расцветки.

— И какая такая особенная расцветка должна быть?

— Расцветка должна быть такая, чтобы в лесу, а мы будем действовать именно в лесу, мы были как можно незаметнее. Ткань должна быть пятнистая, причём пятна самого разного оттенка травянистой зелени, ну и конечно сроки, всё должно быть готово к завтрашнему вечеру, вот так-то любезный мастер.

— Алексий, друг, ты с нашим Князем случайно не брат-близнец?

— Нет, а что очень похож? Я как-то не заметил сходства.

— Да он тоже любитель совершенно нереальные задачи ставить, да ещё и удивляться когда ему говоришь, что это сделать в такие сроки невозможно.

— Нет дружище, ты не понял, это не просьба ин не пожелание, это просто должно быть выполнено, и обсуждению никакому не подлежит.

— Вот именно так и он всегда говорит. Хорошо Алексий, через пару часиков я представлю тебе образцы тканей, да, чуть не забыл, на кого костюмы такие шить?

— Вот теперь о костюмах. Люд у нас самый разнообразный, костюмов таких должно быть шесть, это двое тех, кого ты только, что осматривал, я, Владмир и две прекрасные дамы, Ольга и Катерина, я думаю их тебе представлять не надо. Кроме этих костюмов, к завтрашнему дню необходимо изготовить обычные одежды для молодого мага, он у нас будет в роли пажа, для Василия, одежды подобающее слуге господина Владмира, у самого господина, я думаю в гардеробе достаточно одежды, кроме форменного костюма и конечно надо позаботиться о вышеупомянутых дамах. Что-то мне подсказывает, что платья, в каком либо виде в их гардеробах отсутствуют напрочь. Пантелеймон, я тебя прошу. Девушек одеть так, чтобы сделать из них разнеженных, разбалованных фрейлин которых только что вытащили из их привычных салонов, усадили на коня и неизвестно зачем потащили шататься по лесам и степям. Вот такие не посильные задачи, а что делать?

— А ещё врёт, что из другого мира, — бурча седее под нос, Пантелеймон недовольный покинул апартаменты Алексея, — из какого он другого мира, он точно в родстве с нашим Князем, причём самом близком, может, у старого князя были внебрачные дети на стороне, в самой ранней молодости?

Глава 7

К четырём часам весь небольшой отряд собрался в палатах.

— Алексий, сударь, я попрошу тебя пройти со мной. Пускай твоя команда немного поскучает без тебя.

Пройдя коротким коридором, вслед за Святославом, они несколько раз повернули за угол, затем спустились в подвал на два этажа, минули ещё один коридор и остановились перед массивной, железной дверью. Князь достал ключ и открыл двери.

— Проходи, судя по той вещи, которая была при тебе в момент появления в нашем мире, которую ты назвал пистолетом, многое из содержимого этих ящиков должно быть тебе знакомо.

В помещении, куда они попали действительно на полу, на невысоких трапиках стояло с пару десятков разнообразных, таких знакомых оружейных ящиков.

— Откуда это всё? — только и смог удивиться Алексей.

— Однажды, лет двадцать назад, к нам занесло, так же как и тебя пришельца, такие случаи бывают, время от времени, но была в этом совершеннейшая неожиданность. Пришелец переместился вместе со всеми этими ящиками, он просто сидел на них. Я тогда был ещё ребёнком. Мой отец, вместе с наставником были очень удивлены этому явлению и решили все эти ящики спрятать подальше от глаз, тем более что сам пришелец был на столько ошарашен своим перемещением, что казалось, лишился рассудка. Ничего вразумительного по поводу содержащегося здесь он объяснить не смог. Наши маги и алхимики первое время, по приказу моего батюшки пытались разобраться в сути всего, несколько человек погибло, несколько покалечилось, но принципа действия того или иного приспособления так и не нашли. Так что, пожалуйста, открывай, рассматривай и если что-то из всего этого пригодится в вашем походе, то отбирай и используй.

Алексей уже ходил возле ящиков и рассматривал их. «Замечательно, — думал он, — вот два ящика с РГД-5-ми, а вот и ящичек Ф-1, здесь патронные ящики, что в них, ага, 9 мм, пистолетные, 7,62, отлично, А в этих явно то, куда всё это богатство заряжать, на да вот ящик с АКаэМами, вот и ПээМы, — всё это стало понятным, прочитав надписи на крышках, — а здесь интересно что, — подошёл Алексей к последнему не промаркированному ящику, открыв его, он пришёл в полный восторг, в ящике лежали две новенькие, в заводской смазке эСВэДэшки.»

— Да Княже, действительно порадовал и удивил, не ужель всё это здесь у вас работает? Я, к своему стыду даже не испробовал, будет ли мой пистолет стрелять, думал, что его теперь можно использовать только для того, что бы орехи колоть.

— Работает, конечно. У нас хотя и другими законами в жизни пользуются, но здесь механика и химия, а то, что наши алхимики не разобрались в составах веществ, так это даже к лучшему. Если к нашей боевой магии добавить ещё и это оружие уж больно опасный коктейль может получиться. И передаю всё это я тебе только лишь потому, что очень опасное задание поручаю. Отбери несколько образцов и в следующие два дня, где-нибудь за городом, в стороне от людских глаз постарайся научить своих воинов пользоваться всем этим.

— Хорошо.

— А пока пойдём, кстати, а почему ты Ваську не посвятил в цель вашего похода?

— Да, не знаю я его. У нас так сразу никого с улицы на ответственные задания не берут, сразу проверки всевозможные проходят, всякие секретные службы, особые отделы и после этого только посвящают в секреты.

— Логично, но в этом случае можешь быть спокоен. Все люди, кто работает в местах посещаемых нашими гвардейцами, проверены и перепроверены. Так что можешь со спокойной совестью посвящать его во все тайны.

Ко времени их возвращения все уже разместились в удобных креслах в комнате переговоров, кто покуривал сигару, кто попивал прохладительные напитки, а Наставник что-то им тихонько рассказывал.

— Замечательно устроились, — заключил Святослав, — нет друзья мои, поднимайтесь и пошли все вместе дальше. Будем вооружаться, потом я вам кое-что покажу, затем вас всех ещё довооружит Алексий, и уж только после этого вновь вернёмся сюда и обсудим кое-какие мелочи.

— Похоже, брожения по дворцовым казематам нам предстоит долгое, — пробурчал Владмир.

— Не возмущайся братец. Чай, не на попойку собираешься, подготовиться основательно надо.

Оружейная Князя представляла собой целый арсенал. Народ разбрёлся, по углам подбирая себе всевозможное холодное оружие. Дамы в основном останавливались на том, что можно было удобно и незаметно разместить под походными платьями, мужчины наоборот выбирали видное и соответствующее их легендам. Алексей долго бродил по оружейной, взял пару кинжалов, подержал, проверил их балансировку, удовлетворённо хмыкнул и пристроил за голенищами сапог. Затем примерился к компактному, но достаточно мощному арбалету и уже совсем было собрался покидать комнату, как взгляд его остановился на узком длинном мече в простых ни чем не украшенных ножнах. Он поднял меч, потянул за рукоятку, тот с лёгким шелестом покинул привычное ложе, сталь зловеще сверкнула в неровном свете факелов и меч, казалось, засветился, лёгким недобрым светом. Все, кто находился в помещении, почему-то замерли и обратили к нему свои взоры.

— Так вот кого он ждал, — тихо произнёс Преподобный.

Алексей, убрал меч в ножны и вопросительно посмотрел на Наставника.

— Что ты имеешь в виду Преподобный Просвет?

— Это очень старый меч, он лежит со времён прошлых войн передела реальностей и ещё ни кому, кто бы ни пытался им воспользоваться, никому не удавалось, вынуть его из ножен. Получается, не случайно тебя сюда занесло, да и предположения наши о грядущей войне подтверждаются.

— Хм, умеешь ты Преподобный порадовать человека, что ж, коль так придётся брать, хотя я больше рассчитываю на тот, второй арсенал. Как все подобрали себе то, что понравилось? Всё хватит грабить Князевы сокровища, — не дожидаясь ответа, прекратил заготовки Алексей, — пошли отбирать другое оружие.

С этими словами он покинул комнату и направился в подвал, за ним последовали все остальные. Здесь взяли пять автоматов, одну СВД, каждому по два ПМ, патроны и гранаты забрал все.

— Не многовато ли будет? — поинтересовался Владмир, — да и что со всем этим железом делать?

— Что с этим делать, я вам всем завтра покажу и расскажу, а на счёт многовато, так я думаю, что даже не хватит. Князь-то со своим Наставником нам нешуточную войну пророчит. Так это всё выносим, пакуем и переправляем Владмир к тебе домой. С этого момента все, без исключения проживают у тебя, это будет база подготовки, двое суток работаем без отдыха, уж больно много надо нам ещё освоить, всё берём и пошли к князю, что-то ещё он обещал показать.

Но взять всё не получилось, железа действительно оказалось многовато, для них, поэтому отобранное оружие и боеприпасы сгрузили обратно в ящики, которые и поставили, у входа в подвал, приготовив для последующей транспортировки.

Что-то ещё ждало их в другом конце подвала, там располагался импровизированный морг. На больших каменных столах лежали два тела. Кто это был толи люди толи животные разобрать, ни кто не смог, требовались пояснения.

— Это перед вами представители тех варваров, о которых я говорил, — начал объяснения Святослав, — посмотрите внимательно, с кем вам придётся столкнуться.

Алексей осмотрел трупы. Умерли они явно не своей смертью, у одного был вспорот живот, у другого голова мощным ударом отделена от всего остального туловища. Особи напоминали собой толи пятикантропов, толи австралопитеков, в этом Алексей сильно не разбирался, помнил из школьных учебников, что существовали когда-то такие и были вроде как переходными звеньями от обезьяны к человеку. Тела покрыты густой шерстью, руки удлинены, ногти на пальцах напоминали когти животных и явно не знали что такое ножницы, максимум, что с ними время от времени делали, так это обгрызали, но чащё они, скорее всего, просто ломались. Оскалившиеся рты открывали гнилые, необычной, треугольной формы зубы, из которых явно выделялись клыки. В углу помещения лежала кожаная одежда, залитая кровью, явно принадлежавшая ранее этим двоим. Картина, конечно, была удручающая, даже в мёртвых, обезображенных, телах чувствовалась звериная мощь.

— Эти двое, видимо оторвались от основного отряда и нарвались на казачий разъезд, как видите, они вполне смертны. Но это не главное. Главное то, что таких людей у нас в мире не существует, их явно кто-то призывает, да и действия их непонятны, они не грабят, не уводят людей, они тупо всех убивают, сжигают поселения и исчезают. Казаки попытались проследить, откуда появляются и куда уходят, так вот их следы теряются в Карпатских горах в Романии, как раз в районе Трансильвании, где и обитает граф Дракула. Вот так мои дорогие, теперь вы знаете всё или почти всё. Как и обещал, скрывать я от вас ничего не стал, да и не в моих интересах это. Нам с вами предстоит разобраться, кто воду в колодце мутит, и по возможности восстановить мир и равновесие. Так что ещё совсем немного времени на подготовку и в путь.

— Да, задачка, однако. С обезьянами я в своей жизни ещё и не воевал.

— Не ты один, — поддержал Алексея Владмир.

— Братец, а ты что распереживался? Сам ведь просил войнушку тебе организовать, вот, пожалуйста.

— Я-то просил, но не до такой степени. Это называется, иди брат Владмир туда, сам не знаю куда, и принеси мне то, сам не знаю что.

— Ну, это в нашей работе, нормальное явление, — попытался успокоить гвардейца Алексей.

— Это в какой такой нашей работе? Я солдат, я привык к такому, вот передо мной враг, вот сзади меня войско. Команда и пошла веселуха. А здесь что? Одни вопросы и неизвестно что, где и как.

— Экий ты прямолинейный, ничего за время похода я научу тебя, как распознавать врага, если он не выстроился перед тобой в боевые порядки, да как воевать ежели вокруг одни враги, да как потом ещё и целым домой вернуться, если конечно получится.

— А что не получается?

— Иногда не у всех получается. Тайная война, она жертв требует, точно так же как и явная. Представь себе, не только на поле брани люди гибнут. Ладно, что здесь разглагольствовать, пошли, лучше оружие да снаряжение грузить, пора всё это добро к тебе домой переправлять.

Всё полученное в Княжеских палатах имущество было уложено в повозку на заднем дворе и тщательно укрыто от посторонних глаз, с этой повозкой весь небольшой отряд и вернулся на базу — в дом Владмира. На пороге их встречал Пантелеймон.

— Если вы, господа ни капли не цените своего времени, то хотя бы к чужому можно относиться с уважением, — сварливо начал он.

— Да не ворчи ты, — оборвал его Владмир, — мы люди теперь государственные и будь любезен обращайся к нам подобающим образом. А про свою занятость так вообще лучше помолчи.

— Они люди государственные. А я что сам по себе, я это для себя самого стараюсь с вашими костюмами?

— Ты не ради костюмов стараешься, а ради казны княжеской, — возразил Владмир, настроение его явно подпортилось и он не понятно, почему начал всем грубить. — Небось, нагреешь руки на госзаказе?

— Если тебе не нравится моя работа, то поищи другого мастера, — рассердился Пантелеймон.

— Не сердись Пантелеймон, — вступил в перепалку Алексей, — пошли лучше посмотрим, что ты принёс, и уточним заказ. Владмир, проконтролируй, чтобы всё аккуратно разгрузили.

— А что он начинает? Как заказывать мне платья, так такой любезный всегда. А тут, какая муха его укусила? — Бурчал, не унимаясь, портной.

Алексей с мастером прошли в его комнату, там, на столе уже были разложены образцы тканей. Образцы были даже лучше, чем Алексей мог себе предположить, он отобрал несколько наиболее подходящих вариантов.

— Вот из этих тканей надо будет пошить костюмы, кроме того, необходимо ещё сделать жилеты, из этой же ткани, вот такого образца, — и Алексей вручил мастеру наброски. — Я надеюсь на тебя, дружище, а теперь, извини, ещё много работы.

И Алексей, оставив мастера с его размышлениями, отправился к своему небольшому отряду, который же приступил к разгрузке повозки с оружием. Всё переносилось в арсенал Владмира, где аккуратно складывалось и составлялось.

Когда оружие было разгружено, Алексей ещё раз внимательно всё осмотрел. Кроме всего, у Князя в тайной комнате, нашлось пара биноклей и несколько приборов ночного видения, хотя от последних толку не было никакого. Аккумуляторы давно сели, а подзарядить их было здесь негде, поэтому с такими замечательными устройствами пришлось расстаться. Неожиданно приятно удивил ящик с автоматами, в нём вместо АКМов оказались АКМСы, что давало достаточно преимуществ при их скрытой транспортировке.

Поздно вечером, когда все хлопоты по подготовке были позади, Алексей собрал свой отряд в гостиной.

— Нам предстоит два тяжёлых дня, за это время вы все должны освоить новое оружие, научиться его применять наиболее эффективно, задание нам Князь поставил нелёгкое и от того, насколько вы все освоитесь, будет зависеть наша жизнь. Но кроме сжатых сроков на подготовку и освоение, есть ещё один фактор, который существенно повлияет на нашу дальнейшую судьбу.

— Какой это такой фактор? — Спросила Катерина.

— Отсутствие источника пополнения ресурсов. У нас крайне ограничен запас патронов, и пополнять его нет никакой возможности. Поэтому учиться придётся, как говорится на сухую, с минимальным количеством практической стрельбы. Учитывая ещё и ограниченный срок, задачу считаю не выполнимой, но нам с ней нужно справиться, если хотим выбраться из этой переделки. Поэтому на два дня переходим на казарменное положение, подъём в пять утра, и целый день до отбоя занятия, отбой в одиннадцать вечера. Вот такой распорядок. Вопросы ко мне есть?

Вопросов не было, все достаточно устали за хлопотами дня, что на вопросы сил не осталось. Да и не представляли себе ещё всего того, с чем придётся столкнуться в самое ближайшее время.

— Вот и отлично, потому, что я тоже несколько устал. Тогда расходимся по опочивальням и всем спать, завтра я думаю вопросов появиться много.

Глава 8

Ранним утром все были на ногах и после недолгого, но плотного завтрака приступили к занятиям. Самым сложным, оказалось, растолковать принцип работы оружия. Люди были слишком далеки от всевозможной механики и посему совершенно не понимали, что и как работает. В конечном итоге Алексей решил не тратить время понапрасну, на совершенно бесполезные разъяснения, а перейти к тренировкам. Он вывел всех в глухой угол парка, расставил всевозможные мишени и приступил к холостой тренировке. Прицеливание и плавный спуск, лёжа, сидя, стоя. В самых различных позах. Народ шумел и возмущался, но безукоризненно выполнял всё то, что требовал командир. К концу дня все были совершенно вымотаны совсем не привычным занятием и в дом вернулись, еле волоча ноги. Но цель была достигнута, и на следующий день он решил перейти к практическим занятиям по стрельбе. Всё-таки нужно было приучить народ к звуку выстрелов, отдаче оружия. Для этого выехали подальше за город, облюбовали достаточно комфортный овраг, где можно было укрыться от посторонних глаз. Здесь дела пошли значительно лучше. У каждого были определённые навыки в стрельбе из арбалетов. Конечно, понадобилось некоторое время для того, чтобы привыкнуть к звуку выстрелов, но в конечном итоге все достаточно прилично управлялись с АКМами.

— Замечательно, друзья мои, — похваливал их Алексей. — Катерина, да ты вообще мастер по стрельбе, давай-ка, мы с тобой попробуем освоить вот эту штуку, — и Алексей достал СВД.

После нескольких выстрелов командир отряда удовлетворенно признался самому себе, что снайпер у него в группе теперь есть.

Наскоро пообедав прихваченными с собою припасами, отряд перешёл к освоению пистолетов. Здесь дела пошли несколько хуже, но и патронов, Алексей решил потратить пистолетных больше. По большому счёту там, в деле от ПМов толку будет мало, а вот навыки стрельбы выработаются устойчивые, а значит и на обращении с другим оружием это скажется положительно. Вот и гонял он всех до позднего вечера, пока солнце не начало прятаться за горизонтом, и овраг не погрузился в сумерки. Но к этому времени все довольно прилично стреляли из всех видов наличествующего оружия, и Алексей решил прервать занятия.

— Всё, господа хорошие, на этом наше с вами обучение окончено, поехали домой. Поужинаем, а после ужина прошу всех собраться в гостиной, у нас на сегодня ещё много работы.

— Что ещё не всё? Ты же сам скал, что обучение на сегодня окончено, — удивилась Ольга.

— Да, сударыня, обучение, действительно окончено, и я считаю, что вы отлично справились. Но, есть одно «НО».

— Это ещё что такое ты придумал?

— Это не я придумал, это закон — оружие после стрельбы надо чистить, иначе в следующий раз оно просто откажется стрелять. Или у вас здесь другие законы в обращении с оружием? Клинки не чистите и не точите?

— Отчего, чистим и точим, но так, то же клинки.

— Вот именно, клинки, а здесь сложные механизмы. Вот смотрите. Ольга дай мне свой автомат.

Командир взял у девушки оружие, достал носовой платок и протёр им вокруг дульного среза. На платке моментально образовалось пятно чёрной сажи.

— Это называется нагар от пороховых газов, и вот в таком состоянии все внутренности. Если их не почистить, то в следующий раз этот механизм просто откажется работать. Поэтому не надейтесь, что скоро ляжете спать, пока оружие не будет блестеть как у кота… — здесь он немного осёкся и смущённо посмотрел на девушек.

— Ну, мы тебя поняли, — успокоила его Катерина.

— Вот и хорошо, люблю иметь дело с понятливыми людьми, — улыбнулся командир. — Тогда вперёд, в обратный путь.

Ужин прошёл в молчании и быстро, после чего, Алексей, как и грозился, загнал всех в гостиную, там, на покрытом чистой простыней столе лежало всё оружие.

Здесь Алексей довёл всех до полного изнеможения, заставляя вычищать самые закоулочки автомата. Его опытная рука каждый раз находила где-либо не замеченные учениками остатки нагара, следы пороховых газов, да и просто грязь.

— Всё я больше не могу, что же это за штуки такие, что им столько времени и сил приходится уделять, — в сердцах вымолвил чуть живой от усталости ученик мага.

— Ничего «Малыш» терпи. Эта штука многим в моём мире жизнь спасала, если они о ней достаточно хорошо заботились и любили её, неси сюда, я посмотрю готов он у тебя или нет.

Когда вот оружие было закрыто в оружейной комнате, все вновь собрались в гостиной.

— Завтра у нас не менее ответственный день, друзья мои.

— Что разве мы не завтра выходим? — Владмир был в недоумении, — нам же Его Светлость велел отправиться через два дня.

— Нет, Владмир, не завтра, я попросил ещё один день, у нас остались ещё недоделанные дела.

— Что же это за дела такие, что ты решился просить у Князя отсрочки? — Удивилась Катерина.

— Да дел у нас с вами ещё полно, успеть бы за завтра всё. Во-первых, будем учиться метать гранаты, ставить растяжки и конечно закреплять полученные сегодня навыки. Во-вторых, ещё и собраться завтра надо. Послезавтра с утра вновь двигаем за город, будем дальше постигать науку убивать на расстоянии. А теперь всем спать.

Люди разошлись, а Алексей ещё некоторое время сидел в глубоком удобном кресле, курил сигару и думал. Он достал из ножен свой новый меч и внимательно рассматривал его. По всему клинку, тщательно заточенном, шёл тонкий узор, напоминавший, что-то среднее между арабской вязью и иероглифами. Узор как будто слегка светился. На секунду он отвлёкся, и ему показалось, что за ним кто-то следит. Он оглянулся, встал, прошелся по комнате, нигде ни кого не было, но чувство не пропало. «Наверное, я просто утомился, — подумал он, — всё надо ложиться спать»

Следующий день прошёл не менее хлопотно, но к его окончанию Алексей констатировал, что группа в основном готова. Некоторые проблемы, правда, возникли, когда портной доставил изготовленные костюмы. Если платья, предложенные его мастерством дамам, вызвали у них лёгкий ропот то вполне приличный, по усмотрению Алексея камуфляж вызвал резкую критику и отказ надеть на себя такое даже под угрозой смерти не только со стороны прекрасного пола, но и со стороны мужчин.

— Я к твоему сведению командир гвардии и никогда не прятался от врага, какие бы зубы у того ни были, — бушевал Владмир, — я всегда выходил лицом к лицу на битву и всегда побеждал.

— Да пойми же ты, — пытался успокоить его Алексей, он оделся в привычную для него форму, разложил по множеству карманов разгрузочного жилета магазины, гранаты маленькие дротики и ещё множество различных необходимостей. — Не будем мы постоянно в этом ходить, как можно дольше будем оставаться на легальном положении, и только когда возникнет стопроцентная необходимость раствориться в горах, только тогда облачимся в это и только тогда мы сможем использовать то оружие, обращению с которым учились эти три дня. Это первое. Второе, мы с тобой, точнее ты уже не просто воин, ты лазутчик, диверсант, разведчик, называй, как хочешь, твоя задача подойти к противнику незамеченным и узнать всё про него, для того, что бы потом войска, если это понадобится, действовали более эффективно. И наконец, третье, это не просьба и не предложение — это приказ, дамы и господа. А приказы, не знаю как в вашем мире, а в нашем обсуждать не принято, их просто выполняют. Вот поэтому вам всем ровно пять минут на то, что бы переодеться, и я смог на всех вас посмотреть. Всё, взяли костюмы и разошлись по своим комнатам, хотя можете переодеваться и здесь.

Именно в это время в гостиную и вошли Князь Святослав и Наставник.

— Владмир, я на твоём месте лучше бы не спорил. Алексий прав и, на мой взгляд, костюмы, которые он вам предлагает, имеют вполне приличный вид. Посмотри, какой боевой вид у Алексия, а вот в лесу его, наверное, трудно будет заметить. И насчёт приказа, он совершенно прав. У нас, господин Алексий приказы тоже не обсуждаются, мне казалось, что командир нашей гвардии знает это, или нет, — Князь повернулся к Владмиру.

— Да что ты говоришь, Твоя Светлость, — вступилась за жениха Ольга, — да разве можно такое надеть, это же позор от врага прятаться за листочками да веточками.

— Ольга права, — поддержала подругу Катерина.

— Значит так. Я и слышать ничего не хочу. Я отправляю вас в очень опасное путешествие и хочу не только что бы вы выполнили моё задание, но и вернулись живыми и не очень сильно израненными, а, посему требую беспрекословного подчинения Алексию. И если он требует одеть вот это, значит так надо, и вы будете это надевать, а если он потребует от вас раздеться до нога, то разденетесь. Всё на эту тему разговор окончен. Быстро все облачились в чудные одежды, и я жду вас в переговорной. Пошли Алексий кое-что обговорим, пока твоё войско переодевается.

— Спасибо, Твоя Светлость за поддержку, ты явился очень вовремя.

— Я всегда являюсь очень вовремя, по крайней мере, стараюсь. Да ладно это пустое, мне кажется, что ты справился бы с этим маленьким бунтом и без меня. Скажи мне друг Алексий лучше вот что, ты ничего необычного не заметил в эти два дня.

— Да нет ничего. Разве что? Нет, ерунда.

— Что за ерунда, — поинтересовался Наставник.

— Показалось мне, что за мной кто-то следит, но я никого не заметил.

— Когда это произошло, пожалуйста, расскажи поподробнее.

— Вчера вечером, я остался в гостиной, когда отправил всех спать, хотелось немного посидеть в одиночестве, подумать, выкурить сигару. Так вот сидел я так в размышлениях, покуривал и совершенно непроизвольно потянулся за мечём, захотелось рассмотреть его получше. До этого, понимаете, времени не было. Так вот, в тот момент, когда взял меч, извлёк его из ножен, и стал рассматривать орнамент на его клинке, мне и показалось, что на меня кто-то пристально смотрит. Орнамент как будто немного светился и вот, это ощущение чужого взгляда. Я даже прошёлся по комнате, позаглядывал по углам, но ничего не заметил, хотя чувство не пропало. Ощущение взгляда исчезло сразу после того, как я спрятал клинок в ножны.

— Всё верно. Тебе не показалось, за тобой действительно наблюдали. — Успокоил его Наставник. — Дело в том, что по давним приданиям это клинок называют «Повелителя Драконов». Эти удивительные существа очень давно покинули наш мир. Это древнейший разумный род на Земле. Они посвящены в самые истоки магии. Они не делают её, они в ней живут, с ней рождаются, и с ней умирают. Дело в том, что любое магическое действие возмущает общий энергетический фон, по этим возмущениям мы можем засечь и вычислить то или иное действие, оценить его угрозу. Но магия Драконов нам не подвластна и только лишь временный разрыв в структуре реальности, который происходит при её пересечении можно отследить. Драконы совершенно свободно перемещаются между реальностями. Говорят даже, что они способны перемещаться во времени. Хотя этому доказательств нет. Но в свою очередь они также следят за возмущениями энергетических полей, правда, больше чисто интуитивно. И от них не смогло укрыться то, что меч «Повелителя Драконов» извлекли из ножен. Но первое извлечение видимо осталось без внимания, а вот когда ты взял его второй раз, да ещё и разглядывать стал, вот тогда они уже заинтересовались этим явлением и прислали кого-то посмотреть, кто такой осмелился взять в руки этот клинок. И кому вообще он мог подчиниться, ты же помнишь, мы говорили, что до сих пор, с периода последней войны передела ни кому не удавалось извлечь его из ножен, ты первый.

— С каждым часом становиться всё интереснее и интереснее, — с ехидством отметил Алексей. — Что ещё у тебя, Преподобный, припасено?

— А припасено, как ты говоришь, ещё вот что, — уже вместо умолкшего Наставника, продолжил Его Светлость, к этому времени в переговорной собрался уже весь отряд. — В том районе, куда вы отправляетесь, идут постоянные и мощные возмущения. Причём возмущения тёмной энергии, именно там, откуда появляются эти варвары. Похоже, кто-то открыл тайный портал и перебрасывает в наш мир этих воинов. Вот, пожалуй, и всё. Вашей задачей будет закрыть портал и по возможности уничтожить того, кто его открыл. Вот такая короткая, но очень сложная задача. Я в свою очередь через два дня после вашего ухода начну выдвижение к Романским границам основных войск, но я не имею права нарушить границу, только защищать её в том случае если провокации будут продолжаться. Так, что всё равно основная задача лежит на вас. Вот подробные карты того района. Изучайте и завтра с утра в путь. Желаю вам удачи и жду с победой. Связь будем поддерживать при помощи этого молодого человека, — князь указал на ученика мага, — но помни Алексий про возмущения при всяком магическом действии. По этим сеансам вас вполне могут запеленговать, поэтому сеансы связи должны быть как можно реже и как можно короче. Теперь кажется всё.

Умолкнув, Его Светлость с интересом оглядел весь маленький отряд, облачённый в диковинную одежду.

— А что мне нравится, действительно в лесу, вас будет трудно заметить. Превосходно, вот теперь я верю, что вы вернётесь с победой и живыми.

Князь по очереди обнял всех и без лишних слов удалился.

— Пошли друзья в столовую, ужин давно накрыт и уже, наверное, остыл, — позвал всех Владмир на правах хозяина дома.

— Да, действительно, дамы и господа, пора ужинать. К ужину все могут переодеться в повседневную одежду. Окончательно собираться и укладываться будем после.

— Алексий может сегодня, по случаю завтрашнего отбытия ты снимешь запрет на крепкие напитки, — уже по пути в столовую прошептал он на ухо командиру.

— Пожалуй ты прав, давайте друзья, как говорят у меня на родине, «погладим дорожку», а она нам предстоит ох какая не лёгкая, только всё умеренно, в первую очередь, господин гвардеец это тебя касается.

За столом просидели часа три, сначала все как-то больше молчали, видимо обдумывая сказанное Князем, потом, когда потихоньку начал действовать алкоголь, снимать напряжение и усталость последних дней все заговорили наперебой. За столом сразу обсуждалось несколько тем, и каждый старался ничего не пропустить, а поучаствовать во всех разговорах. Много шуток вызвали изготовленные по эскизам Алексея камуфляжи, народ ни как не мог смириться с тем, что придётся в них ходить. Потом немного пошутили над дамами, мол, как это вы сможете надеть на себя такие роскошные платья, ведь с самых пелёнок кроме мужских одежд ничего не носили.

Изрядно захмелевшая компания разошлась по своим опочивальням глубоко за полночь. Предварительно собрав последнее снаряжение и уложив диковинные наряды. Отъезд был назначен на девять утра и поэтому Алексей не торопил людей, дал возможность расслабиться, выговориться.

… — Но учти, это ещё ничего не значит, — совершенно безапелляционно заявила Алексею Катерина.

Алексей открыл, было, рот, что-то сказать, но, изучив, за проведённый здесь месяц нрав хрупкой воительницы решил промолчать.

Катерина потянулась как кошка, выскользнула из-под одеяла и направилась в купальню, её точёная фигурка светилась в лучах утреннего солнца.

«Конечно, ничего не значит, — подумал он, — будет значить потом, когда вернёмся целыми и дай Бог невредимыми, если вернёмся. А если не вернёмся, то так тому и быть»

Глава 9

Город покинули через главные ворота. Личности все были достаточно известные, и посему народ в полном недоумении разглядывал восседающих на конях девушек в платьях и женских сёдлах. Это было так необычно, что Василию, который заключал процессию, ведя у себя в поводу, ещё двух тяжелогруженых лошадей, приходилось объяснять чуть ли не на каждом углу, что девушки решили бросить военную карьеру и выйти замуж, и вот именно поэтому знаменательному поводу выезжали в горы на отдых. Почтенные дамы с одобрением ему поддакивали, мужчины, знавшие характер обеих, относились к его словам с недоверием, но, в общем-то, всех устраивало такое объяснение, и недолго посудачив над непонятным явлением, народ расходился по своим делам. Расстояние до нижних порогов решили пройти верхом, а там нанять корабль, спуститься вниз к морю, морем дойти до устья Дуная, немного подняться и дальше уже углубиться в горы на лошадях. Этот маршрут хоть и был несколько длиннее, но в первую очередь гарантировал относительную безопасность до самых гор, а это было немаловажно. Отряду надо было сохранить как можно дольше в тайне свои боевые качества. Во-вторых, передвигаться на корабле было несколько быстрее, чем верхом, это не требовало остановок на ночлег и привалы. На своём пути торговые суда делали только редкие остановки для пополнения запаса провианта. Главное было нанять корабль, маршрут которого полностью совпадал с маршрутом отряда. И оказался бы достаточно большим, для того, чтобы взять на борт путников вместе с лошадьми.

Конец июля, солнце стоит высоко, степь изнывает от жары, только лёгкий ветерок слегка колышет траву. На привал решили не останавливаться, есть никому не хотелось, и было решено совместить обед с ужином. Когда солнце сядет и от Днепровских вод повеет долгожданной прохладой, можно будет отдохнуть и подкрепиться. По дороге встречались небольшие деревушки вокруг них обработанные поля, зерновые вызревали, в садах наливались яблоки и груши, дозревали вишни и абрикосы, всё было, так как и у Алексея дома, только вот была во всём этом пейзаже та давняя патриархальность, покой пшеничного поля нигде не был нарушен рёвом трактора. На лугах паслись стада коров и только мальчишки, пастухи. Упитанные и вполне довольные жизнью коровы мирно лежали, пережёвывая траву, и с интересом наблюдали за проезжающими мимо путешественниками. Мальчишки пытались заговорить с господами, но грозный вид охранника быстро отбивал у них такое желание. Хотя несколько самых отчаянных, всё же решились приблизиться к небольшому каравану, за что получили от дам по серебряной монете, чему остались несказанно рады. На дороге встречались только повозки, запряжённые в основном парой волов, редко лошадьми. Они медленно тащились, каждая в своём направлении. В отличие от мальчишек пастухов, озабоченные своими делами возницы редко обращали внимание на путешествующих вельмож. Да и не принято было, каким либо образом препятствовать продвижению господ, наоборот, завидев издали верховой караван, многие старались уступить дорогу или вообще остановиться, убрав свои повозки с неё.

— Владмир, а что это они так резко все с дороги убираются? — Поинтересовался Алексей. — Они же не мешают нам, мы вполне можем разминуться.

— Ну, это дань уважения знатным особам, так принято у нас, если едут навстречу вельможи, а тем более с дамами, то нужно уступить дорогу.

— Может это и правильно, а может, и нет, не знаю, и пока не берусь судить.

— Конечно, правильно, не все же вельможи такие демократы как ты. Некоторых очень даже большие отряды охоронцев сопровождают, вот и предпочитают люди освободить дорогу от греха подальше.

— Это что получается, вельможа и зашибить может того, кто дорогу не уступил?

— Да не только зашибить, может и просто повесить. Ну а уж выпороть, так это как пить дать.

— Это как, вот так запросто взять и повесить, лишь за то, что не уступил дорогу?

— Да.

— А что власть, как на это смотрит, не уж то законов нет, которые, защищают неприкосновенность личности?

— Есть, конечно, но эти самые законы в первую очередь распространяются на вельмож, а уж потом на простых купцов и в самую последнюю очередь на крестьян. Святослав, безусловно, борется с этим, даже какой-то закон выдал, но трудно ему. Если во всех начинаниях, его знать поддерживает, то в этом, настроены решительно против. Что поделать это древние традиции и обычаи.

— Да, запущено всё здесь у вас, надо будет основательно поработать.

— Да ничего не запущено, на этих законах порядок и дисциплина держится. А иначе как его этот самый порядок поддерживать? Только на страхе и уважении.

— Ну, может ты и прав, надо будет разобраться в этом вопросе.

Так неспешным шагом отряд преодолел к концу дня половину расстояния. На ночлег остановились на окраине какого-то села. На берегу Днепра в ивняке разбили лагерь. Василий принялся за приготовление ужина. Алексей, недолго думая, сбросил с себя пыльную одежду и с разбега прыгнул в воду. По-летнему, свежие воды и быстрое течение, моментально смыли всю усталость дня, немного поплавав, он вылез на берег и с удивлением заметил, что все находятся в некотором недоумении.

— А что это вы так на меня смотрите, вы девушки, конечно, извините, может, я и не очень респектабельно выгляжу, но сил моих терпеть всю эту жару уже не было. Я не понимаю, как можно в такую погоду носить на себе столько одежды. А что вы молчите все?

— Понимаешь, дружище, — начал за всех гвардеец, — ты конечно парень отважный и как я понимаю, любишь риск.

— Не совсем так, понапрасну ни когда не рискую. А в чём собственно дело, что такое сильно рискованное я на твой взгляд сделал?

— Дело всё в том, что не купаются у нас вот так запросто в реке. Мало ли кто там может жить.

— Не понимаю, что у вас там крокодилы живут? Так вроде климат не совсем для них подходящий. Рыба, какая, так та разве будет на человека охотиться?

— А русалок ты во внимание не берёшь, — как всегда с лёгкой иронией, граничащей с издёвкой, поинтересовалась Катерина.

— Так вы что вообще в реках не купаетесь? — не обратил он внимание на её слова, — а как тогда освежиться в дальней дороге?

— Вообще-то да не купаемся, — подтвердила Ольга. — С реками, да и другими водоёмами у нас отношения особые, уважительные. Там свой мир и свои правители. На лов рыбы в том или ином водоёме надо получить разрешение у его хозяев. Русалки, это конечно Катерина преувеличила, им особо дела до нас людей нет, но вот водяные Драконы, вполне могут заинтересоваться такой большой добычей.

— Погоди, Ольга, не далее, как вчера мне внушали, что драконы давно уже ушли из вашего мира.

— Это из нашего ушли, а я тебе говорю про водный мир, это совсем другое дело. До чего ты всё-таки бестолковый иногда. Водный мир совсем другой, и мы с ним живём по законам соседства. Водой пользоваться можно, она всё равно возвращается, а вот рыбу ловить, только по разрешению, корабли по рекам и морям ходят, только имея на то лицензии, даже иметь маленькую лодку и то можно только получив на это сертификат. Ни в коем случае нельзя сливать в воду нечистоты и сбрасывать мусор, всё это наказуемо. Купаться, конечно, можно, но только в известных водоёмах, проверенных на наличие враждебно настроенных или просто больших и очень голодных обитателей. Вот такие правила. Так что считай, тебе повезло, что назад до берега добрался.

— Я всё больше и больше замечаю, что ваш мир мне категорически не нравиться. И у кого надо разрешение, на то, чтобы поплавать запрашивать?

— Экий ты не понятливый. На то, чтобы, как ты выразился, поплавать ни у кого, надобно только проверить, водоём, под воду заглянуть, а это только маг может, а нам, перед отъездом князь запретил, понапрасну использовать магию, чтобы нас не засекли. Понял теперь? — попытался окончательно разъяснить Владмир.

— Ладно, закрыли тему, не буду больше. Как говорят у нас, здесь без бутылки все равно не разберёшься. Василий, дружище, что там у нас с ужином, или обедом, как правильно я уже и сам не знаю.

— Вы бы господа хорошие ещё дольше выясняли, что можно, а что нельзя. Давно уже всё готово и стынет.

И действительно на импровизированном столе уже дымился казан с похлёбкой, были нарезаны и разложены хлеб, овощи. Большими пучками лежала зелень, а над углями костра дожаривались два целых зайца. Этих зайцев Василий умудрился подстрелить по дороге и на ходу освежевать. «С поваром нам действительно повезло, — подумал Алексей, — какие ещё есть у него полезные качества, пока неизвестно, но то, что с голоду не умрём это точно».

Отряд расположился на земле вокруг накрытого стола, солнце клонилось к закату, за долгий день и утомительную дорогу все достаточно проголодались. Но почему-то не спешили приступать к трапезе. Ясность в ситуацию внёс гвардеец.

— Командир, день-то был тяжёлый, может для аппетита не помешает и по рюмашке? Тем более что сам говорил, разбираться с нашим миром нужно под хороший штоф медовухи.

— Во-первых, это я говорил в переносном смысле, присказка такая есть в наем мире, А, во-вторых,… Ты что, брал с собой?

— Ну конечно. Какой гвардеец пойдёт в поход без заветного штофа медовухи?

— Понятно. Кто ещё чего прихватил? Выставляем на стол.

Оказалось, что без запасов спиртного в поход вышел только он сам. На столе появилась медовуха в различных по объёму и форме бутылках, и два внушительных бурдюка с вином.

— Замечательно, — удовлетворённо произнёс Алексей, — а теперь, Василий всё это богатство оприходовать, поставить на строгий учёт и выдавать только по моему личному распоряжению.

— Как оприходовать? — Недоумённо спросил официант, среди всего этого богатства оказались и его запасы. — Что значит оприходовать?

— Оприходовать, это значит взять на учёт и спрятать туда, где у тебя хранятся все продукты, вести строгий учёт и выдавать только с моего личного разрешения, и только в самых экстренных случаях. Понял? И упаси тебя Господи, если хоть капля уйдёт на сторону.

— Я-то, конечно, понял, но вот все остальные, — и он указал на спутников и спутниц.

Да, при этих словах лица воинства очень сильно омрачились, особо они сказались на гвардейце. А тем временем Василий не то, чтобы очень уж рьяно, но всё-таки принялся выполнять приказ, собрал всё в кучу и уже собрался тащить к своим запасам, когда Алексей остановил его.

— Погоди, всё-то не убирай, оставь вон ту бутылочку медовухи, да и вина отлей пару литров. Кто, что будет пить, — обратился он к воспрянувшему духом воинству.

Стакан хорошего виноградного вина удовлетворил жажду и обострил аппетит. Алексей с удовольствием съёл большую миску удивительной похлёбки и приступил к зайчатине. Поваром Василий был действительно великолепным, и вся еда довольно быстро перекочевала со стола в желудки присутствующих. Запить всё это, было предложено, чаем с полевыми травами и цветами. Алексей зачерпнул напиток прямо кружкой из казана и потихоньку потягивал горячий, ароматный напиток, прислушиваясь к негромким разговорам, ведущимся за столом. Самому говорить ни о чём не хотелось. Солнце уже село, и лагерь освещался только костром и парой факелов.

— Ну, всё друзья мои, пора и заканчивать затянувшуюся трапезу. Завтра не менее длинный переход и пора отдыхать. Дежурят сегодня ночью, Василий и «Малыш». До двух часов пополуночи «Малыш», затем Василий. Подъём общий через час после восхода, к этому времени, Василий, должен быть готов завтрак. Быстро едим и в путь. Всё, прошу всех отдыхать. Да, вот ещё что. Скажите мне на милость, в стоге сена у вас здесь спать можно, ни кто меня там не съест?

— В стоге сена, конечно, спать можно, не беспокойся, — ответила ему Катерина. — Это же не водный мир. Разве, что хозяин придёт и потребует от тебя уплату за порчу имущества.

— Это что крестьянин придёт ко мне, знатному господину и не побоится, что я его могу выпороть, или даже повесить?

— Да не побоится, потому, что в этом случае закон будет на его стороне. Стог сена, это его собственность, и он может потребовать что угодно за порчу его имущества.

— А каким это образом я испорчу его имущество?

— Как это, каким? Ты его сомнёшь, это раз. Второе, ты его разбросаешь, третье, ты оставишь на нём свой след, и скотина после этого может его не есть, — девушка стояла и загибала пальцы, для доходчивости, уже приготовилась загибать четвёртый, когда Алексей её остановил.

— Погоди. Сколько может стоить такой стог сена?

— Ну, по разным данным, в зависимости от рынка, от одного до трёх гривен.

— А, всего? Ну, это тогда не страшно, мне же Его Светлость жалование выдал за два месяца вперёд, и подъёмные, так что у меня хватит денег заплатить.

— Нет, ты не понял. Плата за порчу имущества, может в сотни, а то и в тысячи раз превосходить стоимость самого имущества, плюс судебная волокита.

— Это что, ты хочешь сказать, что если я буду спать в этом стоге, то с меня могут потребовать три тысячи гривен? Так это моё годовое жалование.

— Вот именно.

— И что теперь делать? Спать на сырой земле?

— Нет можно и в стоге, только его нужно заранее купить.

— Это где я должен хозяина сейчас искать?

— Да его не нужно искать, просто возьми вон тот булыжник, видишь, он лежит недалеко от дороги. Положи его перед стогом, и под него три гривны. Вот и всё.

— Так просто?

— Да, я уверена, что и булыжник здесь не напрасно лежит, хозяин явно поставил стог так, что бы продать его вот таким путешественникам, и стоит только тебе улечься, он будет тут как тут. В первую очередь он заглянет под булыжник, увидит там деньги и пойдёт себе домой. Не увидит, тут же позовёт старосту и обвинит тебя в порче имущества.

— Хорошо, куплю я у него этот стог, что мне с ним потом делать?

— Да ничего, хозяин оставит одну гривну под всё тем же булыжником, таким образом, он выкупит у тебя стог назад.

— Ага, и завтра, точно таким же образом продаст его следующему, Так?

— Совершенно верно.

— А не кажется тебе, что две гривны за ночлег в стогу, это мягко говоря, просто грабёж.

— Наверное, да, в харчевне можно переночевать значительно дешевле, всего за пару гривенников, но ты же покупаешь стог, и можешь делать с ним всё, что угодно, можешь потом просто сжечь, или частично раздать своим товарищам, что бы и им было немного мягче спать на сырой земле.

— А, ну, если так, то конечно. Тогда идите, берите себе сено для постелей.

— Нет, ты сперва, с хозяином рассчитайся, — и Катерина вновь указала на булыжник.

Алексей поднялся и отправился к камню, демонстративно положил под него три монеты, и лишь потом пошёл к заранее облюбованному стожку, который стоял несколько в стороне от лагеря. Причин такому решению было несколько. Во-первых, особых надежд на ревностное дежурство со стороны этой парочки он не возлагал, а посему надеялся только на свой опыт. За многие года службы сон, как говориться «в полглаза» вошёл в привычку и он знал, что среагирует мгновенно на любое изменение обстановки, или появление в лагере постороннего лица, а в этом случае удаление от лагеря давало определённое превосходство. Во-вторых, сон на мягком сене давал достаточно комфортный отдых по сравнению со сном на земле, завернувшись в плащ, и, в-третьих, он просто хотел немного отдохнуть ото всех и обдумать полученную за день информацию.

Алексей лежал, глубоко зарывшись в сено, и раздумывал: «Что же это за мир такой, что купаться в реке можно, только согласовав это действие с какими-то водными правителями. Мир, в котором совершенно не ценится человеческая жизнь, и любой вельможа может просто повесит человека, который не уступил ему дорогу. Но наряду с этим настолько сильны законы, охраняющие частную собственность, и что ждёт их немногочисленный отряд впереди. Как Князь вместе с Наставником решились, возложить миссию „Спасения Мира“, как они выразились, на столь малочисленное и разнообразное воинство. В силе и воинском мастерстве Владмира, конечно сомнений не было, но две дамы, они может и были лучшими телохранителями Княжной, но это совсем не говорило о том, что они смогут быть так же полезны в тяжёлом диверсионном задании. А эти двое, юноша с задатками, как все уверяли, мага, хотя в реальность этого, Алексей никак не верил. И второй — Василий. Конечно повар и заготовщик провианта из него исключительный, но это не главные качества для разведчика-диверсанта».

Пребывая в этих мыслях, и не находя ответов на все свои вопросы, он как-то автоматически достал из ножен меч и стал его рассматривать. Через некоторое время узор на клинке снова стал светиться. Это заинтересовало Алексея, он стал более внимательно приглядываться к клинку, и тут скорее ощутил, чем почувствовал, рядом кто-то есть. Он отскочил в сторону, сделал кувырок и принял боевую стойку. С той стороны, откуда он почувствовал чужое присутствие, на него смотрели два больших, жёлтых глаза. Кошачьи зрачки выдавали заинтересованность.

— И что же смертный ты хочешь там прочесть?

Существо, размером с очень большую корову, лежало возле стога, так, чтобы от лагеря его не было видно. Оно лежало настолько грациозно, что казалось это не огромное животное, а маленькая кошечка, свернулась клубочком у хозяина на коленях. Громадная, несуразная, но полная какой-то необъяснимой грации голова на длинной шее, покоилась на передних лапах.

Алексей внимательно посмотрел в глаза собеседника, так внезапно возникшего перед ним. Во взгляде не было ни капли угрозы, только любопытство. Это успокоило, значит, посетитель не собирается нападать. Он расслабился и осторожно вернулся на своё место.

— Я конечно смертный, но смерти моей многие добивались, а пока, как видишь, жив, так, что и тебе не советую испытывать судьбу.

— Не переживай ты человек, ты конечно интересен как бифштекс, но мы уже очень давно не питаемся разумными существами. А привёл меня сюда только лишь интерес. Интерес к тому, кто же такой смог вынуть из ножен «Повелителя».

Алексей немного успокоился и занял своё мест. Дракон, как он квалифицировал своего собеседника, не проявлял ни малейшей агрессии и казался вполне дружелюбным.

— Что ж, интерес это дело святое. У меня вот тоже возник интерес, с кем это мне приходиться ночь коротать. И как надолго затянется наша взаимно интересная беседа. Ночи нынче короткие и хотелось бы хоть немного отдохнуть, день завтра, понимаешь не лёгкий. Я так понимаю, что принадлежишь ты к племени Драконов. Но местные корифеи мне не так давно рассказывали, что вы давно покинули этот мир, а на поверку выходит, что нет.

— Это ты имеешь в виду местного правителя и его учителя-мага?

— Именно их, а ты как я вижу, достаточно хорошо осведомлён о происходящем здесь.

— Это естественно. Мы действительно давно уже покинули ваш мир, и нас совершенно не интересует та мышиная возня, которой вы здесь занимаетесь, но здесь именно в этом уголке вашего мира, издавна храниться «Повелитель», это та штука, которую ты держишь в руках. Смертные называют его «Мечом Повелителя Драконов». Это немного не соответствует действительности. Драконами не может повелевать ни кто из смертных. Этот меч сам по себе является живым существом, и только он может повелевать нами. Но он имеет некоторую особенность, он может жить только в руках смертного и этот смертный, не зависимо от того, человек он или другое разумное существо, должен быть настоящим воином. Может быть, правда, полубогом, а может ещё чёрт знает кем, этого я точно не знаю, да уже, наверное, и ни кто не знает. Все предания об этом мече давно затерялись в веках. Но только этот, будем называть его образно человек, сможет вынуть «Повелителя» из ножен. Вот поэтому мы и вынуждены постоянно следить за этим уголком вашего мира. Всякое появление «Повелителя» на свет связано с очередной войной передела. Если это действительно так, то вся ваша возня может затронуть и наш мир, а нам так этого не хочется.

— Ну, тут, мне кажется, он ошибся, я не являюсь ни каким полубогом, а тем более чёрт знает кем. Меня по воле судьбы вообще совершенно не понятно для меня как, забросило в эти края. И вместо того, чтобы наслаждаться спокойной жизнью пенсионера, в конце концов, жениться и обзавестись детишками, я вынужден тащиться верхом на кобыле, неизвестно куда в компании конечно приятной во всех планах, но совершенно не приспособленной к той миссии, которой нас нагрузили.

— Ты не прав смертный. Если тебе поддался «Повелитель», то можешь мне поверить ты именно тот, кого он ждал.

— Вот что мне нравиться в этом мире, так это то, что все здесь умеют успокоить. Причём успокаивают настолько безапелляционно, что мне самому хочется во всё верить, — с некоторым сарказмом заметил Алексей. — Пусть будет по-твоему. В конце концов, я сегодня уже устал спорить. Вопрос в другом. Я так понимаю, что мне теперь постоянно придётся с тобой общаться, коль уже ты взялся приглядывать за клинком. Так вот давай тогда переходить на цивилизованное общение. Мне не очень нравиться, что ты постоянно намекаешь на мою смертность. У меня есть имя, я же не называю тебя ящерицей-переростком.

Здесь Алексей понял, что дал маху. Дракон подпрыгнул, ощерился, и его кошачьи глаза засветились недобрым огоньком.

— Никогда, слышишь, никогда не говори Дракону столь обидных слов. Только моя природная сдержанность уберегла тебе жизнь. Был бы, на моём месте кто другой, от тебя в одночасье осталась бы горстка пепла, которую раздул бы по степи в следующее мгновение ветер.

— Я приношу свои глубокие извинения. Но сдаётся мне, не твоя сдержанность мою жизнь уберегла, а вот этот клинок. — Алексей бережно провёл рукой по светящемуся лезвию.

— Отчасти ты прав, — согласился Дракон, успокаиваясь и принимая прежнюю позу. — Но на будущее учти, не стоит так легко оскорблять того, кто сильнее тебя.

— А это ещё бабушка надвое сказала. Мы ведь силами не мерялись.

— Ну, ты смертный совсем зарываешься. Ты что можешь подумать, что победишь меня в схватке? — Вновь начал было возмущаться Дракон.

— Ладно, не кипятись. Я как ты понимаешь, тоже не привык останавливаться перед трудностями. И к твоему сведению, в нашем мире очень много легенд и сказок о том, как добры молодцы расправлялись с такими, как ты, правда там было ещё страшнее, обычно у жертв было по три головы, и эти самые головы, очень даже просто отделялись от туловища. Вот так друг Дракон, так что я подозреваю, что ты тоже смертный, и, имея определённые навыки, эту самую смертность можно доказать.

— Не ты ли собрался её доказывать, — снова вспылил Дракон.

— Ладно, замяли. Давай лучше знакомиться поближе.

— Тоже дело нужное. — С этими словами Дракон достал откуда-то из воздуха приличного объёма бутыль, пару стаканов и увесистый кусок вяленого мяса. — Меня зовут Имануил, — представился он, разливая по стаканам жидкость, очень напоминающую по виду и распространившемуся вокруг запаху, тривиальный самогон, — а друзья меня зовут просто Им.

— Алексей, для друзей просо — Алекс или Лёха, кому как больше нравится и удобнее. Ну что? За знакомство Им!

— За знакомство Лёха. Только сразу, пока мы ещё не пили, хочу предупредить тебя. Нас, в смысле драконов, много.

— Это ты к чему? Опять пугать меня надумал?

— Нет, что ты, — замотал головой Дракон, — мы же с тобой теперь друзья.

— Скор ты, однако, на дружбу.

— А что, я смотрю, ты парень нормальный, я, вроде, тоже ничего, не понимаю, почему двум нормальным парням не стать друзьями.

— Железная логика, — согласился Алексей. — Но к чему ты разговор завёл о том, что вас много?

— Так ты же не даёшь и слова сказать, перебиваешь постоянно.

— Всё молчу.

— Вот и молчи. Так вот о чём это я хотел…

— О том, что вас много.

— Опять?! Ладно, да нас действительно много, это я просто сегодня дежурю в наблюдении. И в другой раз, когда ты вдруг надумаешь с «Повелителем» поиграть, может появиться кто-нибудь другой, не я. А ты меня ещё хорошо не знаешь, спутать можешь. Поэтому смотри не панибратству с самого первого слова, пока точно не убедишься, что это я. Тому, не мне, такое обращение может не понравиться. Хотя это конечно вряд ли кто-то здесь появится, максимум может заглянуть.

— Это почему?

— Дело в том, что нам запрещено без особой надобности покидать место наблюдения и перемещаться куда-либо, но я любопытный, за что и попадает иногда.

— Так ты оказывается ещё и злостный нарушитель дисциплины?

— Ага, как ты догадался?

— Не мудрено. А что если там, на дежурстве, что случится, пока мы здесь с тобой будем вот это пойло употреблять, и ты не заметишь?

— Так, а чего там случиться может?

— Я знаю? Любое происшествие.

— Не, ты не понял. — К этому моменту Дракон уже успел осушить толи четвёртый, толи пятый стакан самогона, и язык у него уже стал слегка заплетаться. — Моя единственная задача на дежурстве за «Повелителем» наблюдать. А коль я рядом с ним нахожусь, то, что ещё может случиться? И где мне сподручнее за ним наблюдать, спрашивается? Конечно находясь рядом с ним. Так что меня ни кто не сможет сегодня обвинить в уклонении от дежурства.

— А в пьянстве на посту? — Поинтересовался Алексей. — Или у Вас это в порядке вещей?

— Тсс… Не нужно так громко. Ты чего только вчера на свет появился?

— На этот?

— Да на этот.

— Нет не вчера, месяц назад.

— Ух, ты, а по тебе не скажешь, я бы тебе лет около сорока дал. Быстро ты состарился, — попытался пошутить Дракон, — погоди, — осенило его, и глаза и без того огромные стали ещё больше. — Да ты не из этого Мира.

— Точно, подтвердил Алексей.

— То-то я чувствую, от тебя другим чем-то пахнет, вот только понять не могу чем.

— Да чем от меня может пахнуть уже, кроме как твоим самогоном?

— Не ты не понял, у тебя кровь другого запаха, не здешнего.

— Вот это ты, Им, сказанул. Не ты меня так больше не пугай. И вообще, какая разница, здешнего запаха кровь, не здешнего…

— Не скажи, брат, кровь она многое может сказать о существе, и запах здесь первостепенно. Вот значит, почему он поддался тебе. Только я никак не могу разобрать, что в этом самом запахе особенного.

— Послушай, ящерица, если ты и дальше будешь принюхиваться к моей крови, то я принюхаюсь к твоей.

— Хамишь, парниша?

— Нет, заявляю с полной ответственностью. Наливай.

Беседа пошла уже на отвлечённые темы, количество самогона, а в том, что это самогон, Алексей перестал сомневаться уже после первого стакана, в бутыли становилось всё меньше и меньше, языки у обоих стали заплетаться, когда Им встрепенулся и насторожился.

— Ты чего Им, что случилось?

— Шухер, брат, кажется, моё отсутствие заметили там, или наоборот заметили моё присутствие здесь.

И через мгновение оба новоявленных друга убедились в том, что эти события произошли одновременно. Тишину ночи, изрядно потревоженную застольем, разорвал душераздирающий крик. Это в свете забрезжившего рассвета проснулся, дремавший на посту Василий, пошёл посмотреть, что там за шум за стогом, в котором должен был спать Алексей и, увидев открывшуюся его взору картину, истошно заорал, поднимая на ноги не только весь лагерь, но, кажется, и соседнюю деревню. Одновременно с этим, из ниоткуда появилась разъярённая голова ещё одного Дракона, которая так зарычала на добродушного Имануила, что тот, враз протрезвев, буквально испарился с лужайки.

— Василий, — обратился Алексей к онемевшему после первого вопля караульному, — успокойся, начинай уже завтрак готовить, а мне дай хоть часок поспать. — С этими словами он рухнул на сено и мгновенно уснул.

Глава 10

Разбудил Алексея яркий солнечный луч, который то и дело прыгал по его лицу и вкрадчивый голосок прелестной Катерины.

— Да, и этому человеку, вверены наши жизни и успех операции, позволь сударь узнать, как это ты дошёл до такой жизни, что в одиночку, спрятавшись ото всех, вылакал почти четверть самогона, да ещё и не первого качества? — при этих словах она внимательно оглядывала и обнюхивала, оставленную Имом, видимо в спешке бутыль.

— Катюша я тебя умоляю, не шуми. И вообще, который час? Нам уже давно пора быть в сёдлах. Почему меня ни кто не разбудил? Что этот лоботряс, Василий проспал на посту всё на свете?

— Этот как ты выразился, лоботряс, — прозвучал откуда-то со стороны голос Ольги, — потерял дар речи и ничего не может объяснить, только машет руками и рычит. Что тут ночью произошло? Будь любезен расскажи нам.

— Да, да, Алексий, — вступил следом Владмир, — объясни, пожалуйста. Как у нас всё конфисковать так это для дела, а как самому всю ночь лакать так ничего. И вообще, откуда ты взял это пойло? — Он в свою очередь, взял из рук Катерины бутыль и понюхал её содержимое, — ничего противнее ещё не приходилось нюхать. Неужели это ещё и пить можно.

Алексей поднялся на ноги, его ещё изрядно шатало. Судя по положению солнца, было раннее утро, и он не очень много времени проспал.

— Друзья мои, не шумите сильно, у меня голова совсем не на месте, и страшно болит. Я попытаюсь вам всё объяснить, только не перебивайте меня. У нас в гостях был Дракон.

Недоумение на лицах сменилось улыбками и откровенным сомнением в здравости ума командира.

— Что вы так на меня смотрите? Думаете, я последние мозги пропил?

— Да нет, просто интересно, что с пьяных глаз не приснится человеку, — съязвила Ольга.

— Я вам с полной ответственностью заявляю, у нас в гостях был Дракон.

— Алексий, — в голосе Катерины прозвучало сочувствие, и забота, — Драконы, это скорее красивая сказка, нежели, правда. Да ходят легенды, что наши края, очень давно населяли Драконы, такие крылатые, разумные и огромные ящеры, но это только сказки, или легенды, как тебе будет удобнее.

— Нет, это не легенды, это действительность, — вступил в разговор молодой маг. Он подошёл к спорящим, и внимательно вслушивался в разговор.

— Вот слышали, что сказал Малыш.

— Да это действительность, как и то, что они давно, очень давно ушли из нашего мира и теперь никак не могут здесь появиться.

— Вот слышал, что сказал Никадим, — передразнила Алексея Ольга.

— Это почему, будь добр объясни?

— Потому, что им под страхом смерти запрещено здесь появляться, только в том случае, если всем реальностям, действительно будет угрожать война передела, и эта война сможет коснуться и их Мира.

— Значит, такая угроза существует.

— Ну, может быть и так, хотя я в этом очень сильно сомневаюсь.

— А я не сомневаюсь ни капли. — Заключил Алексей, — и, кстати, можете вон у Василия спросить.

— У Василия ты сам спрашивай, — Владмир притянул повара за шиворот и поставил в центре круга, тот только мычал и ничего вразумительного сказать не мог.

— Ишь, как его торкнуло, — удивился Алексей. — Васька, ты, что Дракона испугался?

В ответ тот очень часто и утвердительно замотал головой.

— Вот видите, он подтверждает. Ничего Василий, не бойся, он не страшный, мы с ним теперь друзья.

— Кто бы в этом сомневался, — Катерина взяла у Владмира бутыль и ещё раз понюхала содержимое, — ну и гадость, конечно выпив такого и столько не только с Драконом можно подружиться.

— Не хотите верить, не верьте, это ваше дело, я вам ничего не собираюсь доказывать. Просто, мы с ним чудесно проболтали всю ночь, кстати, вот этот пузырёк притащил именно он. Ольга, Катерина, да не смотрите на меня с таким недоверием! Не мог я отказаться, надо было налаживать дружеские отношения с братьями по разуму.

— Я всякие отмазки от твоего друга гвардейца слышала, но вот про Драконов с которыми надо обязательно выпить, он ещё как-то не додумался.

— Оль, ну что ты начинаешь, я-то тут причём? Я сегодня как раз как стёклышко. — Возмутился друг гвардеец.

— Да молчи ты, одинаковые вы оба, как я посмотрю. — Девушка махнула рукой, развернулась и пошла к затухавшему костру, — пошли Катерина, нужно собираться в дорогу.

— Ольга, — строго начал Алексей, — вообще-то у нас не принято подвергать сомнению слова командира, чего бы, они не касались. И кстати, я не оправдываюсь, а говорю сущую правду. Вот от чего, как вы все думаете, Василий пребывает в таком состоянии? Дремал он, понимаешь, дремал на посту, проснулся, и, видать отправился посмотреть на месте ли я. Вышел из-за стога, а в этот момент и за Имануилом, это дракона так зовут, пришли, вот и не выдержали его нервы такой картины, сдали. Я, конечно, попытался, как мог успокоить его, но видать не получилось. А всему виной опять же вот этот клинок. Я его рассматривать начал, вот Дракон и явился, посмотреть, кто это с «Повелителем», именно так он назвал клинок, забавляется. Они следят за ним, понимаешь, постоянно.

— Да всё это действительно похоже на правду, — вновь вступил в разговор ученик мага, — этот клинок, единственное, что связывает Драконов с нашим миром, и он действительно ими повелевает. Только, вот, насколько мне известно им строго настрого запрещено перемещаться сюда, хотя в свою очередь Драконы существа крайне любопытные и если на дежурстве была молодая особь, то он вполне мог покинуть пост и прийти пообщаться с обладателем клинка, тем более что других дел, кроме отслеживания перемещения «Повелителя» у них на дежурстве нет.

— Вот-вот он говорил тоже, самое, да, «Малыш», я, конечно, очень благодарен за поддержку, но откуда тебе так хорошо всё известно об укладе жизни Драконов.

— Не сердись, господин Алексий, всё это очень подробно описано в специальной литературе, ещё много-много лет тому, когда люди ещё поддерживали связь с Драконами. А так как они очень консервативны, то уклад жизни до сих пор, видимо не поменялся.

— Ладно, давайте прекращать дискуссию, быстро завтракаем и в путь. Да может, у кого есть, что от головной боли, боюсь, я не выдержу в седле.

Никадим открыл свою седельную сумку и извлёк из неё небольшой пузырёк. Накапал из него в кружку немного какой-то густой и не очень ароматной жидкости, развёл всё это водой и протянул Алексею.

— Вот выпей, это должно помочь.

Алексей закрыл нос и одним залпом выпил содержимое. Чтобы это доставило ему удовольствие, так нет, но чудесным образом головная боль начала отступать, а вместе с ней уходить и тяжёлое похмелье. Оставалась только усталость, но с этим можно было легко справиться. Что было в кружке, он уточнять не стал, противного запаха хватило, рассудил, что лучше не знать, иначе могло вернуться.

Перекусив на скорую руку, тем, что оставалось от вчерашнего ужина, так как завтрак, Василий в силу своего психологического и физического состояния приготовить не смог, отряд отправился в дальнейший путь. Дорога так и тянулась вдоль берега Днепра, повторяя за ним все изгибы и повороты. Чтобы хоть как-то взбодриться и не заснуть в седле, Алексей время от времени пускал своего коня галопом, несколько удалялся вперёд от основного отряда, осматривал местность и возвращался. Ни чего подозрительного на протяжении пути не было. Редкие деревушки жили своей размеренной жизнью. Крестьяне работали в полях, детвора пасла скот, в общем, всё было также как и у него дома, за одним только исключением, отсутствовала какая-либо техника. Нет, ещё одно существенное различие заметил Алексей. Поля, намного белее ухоженные, не смотря на то, что обрабатывались исключительно руками, скот значительно упитаннее и стада намного больше, чем у него дома.

К вечеру добрались до нижних порогов. Здесь на берегу реки расположился достаточно большой по местным меркам город. Отряд проследовал к центру и остановился в самой приличной гостинице, как и подобает людям их положения. К концу пути Василий немного начал приходить в себя. Он, по крайней мере, успокоился и уже даже отвечал на вопросы, правда, пока только односложно.

Хозяин гостиницы невысокого роста, совершенно круглый мужичёк, неопределённого возраста с радостью встретил постояльцев. Моментально распорядился о размещении коней, переносу поклажи и выделению лучших номеров из тех, что были свободны. Владмир с Ольгой разместились, как и положено в номере для особ княжеской крови. Алексей с Катериной заняли одноместные номера по соседству, а вот Василия с Никадимом пришлось поселить в один номер в некотором удалении от основного отряда. Таковы уж были правила, которые нельзя было нарушать, чтобы не выдать цель миссии.

Разместившись, Алексей с Владмиром, распорядились об ужине, и отправились к причалам, искать корабль для дальнейшего путешествия. Ужинать решили в общем зале гостиничной харчевни, в этом случае можно было контролировать ситуацию и компактно разместиться пусть не за одним, но хотя бы за двумя соседними столами. В порт пошли пешком, надо было и немного размяться, после долгой верховой езды, да и это оказалось значительно быстрее. Передвигаться верхом по узким извилистым улочкам, купеческого города, заставленным различными торговыми лотками оказалось затруднительно.

Городок стоял на пересечении многих торговых путей, а соответственно был забит самым разнообразным людом. Здесь были во множестве представлены купцы из самых различных уголков мира, пёстрые, а иногда и причудливые одежды мелькали повсюду. Очень много было просто шатающейся, путешествующей, как и они знати, ну и конечно город изобиловал самым разнообразным криминальным контингентом, начиная с мелких воришек и заканчивая крупными, как говориться криминальными авторитетами. Всё это было естественно для торгового города, куда стекались потоки товара и денег, города, где заканчивались одни и начинались другие торговые пути. Люди в авторитете, как сказали бы в Мире Алексея, жили здесь на вполне легальном положении и строили такой же, практически легальный бизнес на поборах купцов, грабеже, бандитизме и торговле людьми. При этом они уплачивали достаточно большие налоги в городскую казну, большая часть из которых затем перекочёвывала в казну княжества. Как убедился позже Алексей, такие правила были распространены в этом мире. Не имея достаточно развитых силовых структур, средств связи, да вообще государственности, таким образом, организовывая отношения и разграничивая полномочия, было просто легче управлять государством.

Уже около часа друзья пробирались сквозь эту разношёрстную толпу, и всё это время, что-то не давало покоя Алексею.

— Владмир, ты ничего не замечаешь? Мне кажется или за нами действительно кто-то следит?

Гвардеец оглянулся по сторонам.

— Да нет, я не вижу никого.

— Господи, — одёрнул его Алексей, — да кто так проверяется? Незаметно надо. Так ты только насторожишь того, кто за тобой ходит, и заставишь его делать это ещё осторожнее. Значит так, сейчас заходим в самые разнообразные лавки, останавливаемся чаще возле различных уличных торговцев, в общем, изображаем из себя праздношатающихся и конечно меняем направление в другую сторону от порта.

Через некоторое время стало совершенно очевидным, что вон тот невзрачный молодой человек шёл именно за ними. Кто это был, простой воришка, присмотревший, как ему казалось, богатую и лёгкую добычу или может кто-то из тех, на войну с кем они отправились? На этот вопрос ещё предстояло ответить.

— Владмир, дружище, — остановил Алексей гвардейца, — если я не ошибаюсь, у каждой из этих лавок должен быть чёрный ход и внутренний дворик.

— Это точно, сзади каждой лавки существуют ещё двор, жилой дом и склады, если конечно это достаточно крупная лавка, в мелких же есть всё кроме складов.

— Тогда выбери небольшую, на твой взгляд лавку, и желательно оружейную.

— Да вот прямо перед нами, чудесная лавка, торгующая оружием, у её хозяина дела хоть и идут, хорошо, но складами он явно не утруждает себя, ведь это лишние расходы. А товара много, смотри, она вся буквально забита всевозможными клинками.

— Заходим внутрь, и ты отвлекаешь хозяина, а я постараюсь оторваться и взять этого любопытного оборванца. Слушай Владмир, а почему у вас так много любопытных?

— Не понял. Ты это о чём?

— Ладно, всё проехали, входи уже в лавку, да пригнуться не забудь, а то ещё голову о притолоку проломишь, а дамам будешь рассказывать, что я тебя в драку втянул. — Он легонько подтолкнул гвардейца вовнутрь помещения.

Что-что, а заговорить зубы у гвардейца получалось просто великолепно. Он настолько заморочил голову хозяину, что тот напрочь, забыл, что посетителей было двое. Тем временем, Алексей выскользнул во внутренний дворик, перемахнул через пару заборов и через несколько минут был уже вновь на улице, немного позади того места, где располагалась оружейная лавка. Отсюда он мог, не спеша разглядеть того, кто за ними топал. Это был молодой, лет двадцати, двадцати двух молодой человек. Под скромной, но аккуратной и чистой одеждой просматривалось крепкое натренированное тело.

«Что же неплох, неплох, ну ничего и не с такими красавчиками справлялись». Он неслышно подошёл к парню сзади. Лёгкое, почти неуловимое движение и вот уже рука парнишки в плотном захвате, а под его ребром уютно устроился кинжал.

— Тихо, тихо юноша. Сейчас пройдём вон в ту лавочку и на её заднем дворе мирно побеседуем. И прошу тебя, не дёргайся, иначе так и останешься остывать здесь на улице.

— Хозяин, — обратился Алексей к оружейнику, входя в лавку, — мы тут с товарищем потолкуем у тебя на заднем дворе, а ты будь добр, прикрой на это время лавку, и я тебя очень прошу, не зови стражников, не советую. — Произнося последнюю фразу, Алексей очень уверенно посмотрел на хозяина, так, что тот даже присел.

— Конечно, конечно, — засуетился торговец оружием, — какие могут быть вопросы. Только и у меня к вам просьба будет.

— Какая?

— Когда беседовать закончите, приберите за собой. У меня, сами видите, лавка маленькая, прислугу я не держу, всё самому приходится делать, да вот жена немного помогает. Уж больно не хочется, чтобы она после вас расчленённые останки собирала.

— Это мы, конечно, приберём, не беспокойся, мы законы гостеприимства уважаем. — С этими словами Алексей втолкнул незадачливого соглядатая во внутренний двор. Тот был небольшой и он немного не рассчитал силу. От толчка юноша пролетел через весь дворик и сильно ударился головой о стену дома.

Подняв «задержанного» он поставил его в метре от стены, быстро стянул ему руки за спиной, ударом раздвинул ноги и толчком упёр голову незадачливого пленника в стену, тем самым, обезопасив себя от возможных попыток освобождения.

— Теперь слушай меня внимательно. Допросы языков я проводить умею. Ты скажешь всё, но вот в каком ты будешь после этого состоянии, зависит полностью от тебя. Если быстро и честно всё расскажешь, то уйдёшь отсюда с минимальными повреждениями, если будешь упорствовать, то уж не обессудь, останешься инвалидом, а может и вообще, перекочуешь в мир мёртвых. На раздумье тебе двадцать секунд. По истечении этого времени я начинаю задавать вопросы, а ты на них отвечаешь, быстро не задумываясь и самое главное честно. Понял?

— Да, — выдавил тот сквозь зубы.

— Вот и отлично, время на обдумывание пошло.

Алексей, достал из кармана тоненькую сигару и закурил, сделал несколько затяжек, после чего приступил к допросу.

— Быстро! Имя, откуда родом, что здесь делаешь? Быстро!

— Зовут Радмиром, родом из приграничных Карпат, здесь просто путешествую. — Не задумываясь, ответил тот.

— Пока справно отвечаешь. Быстро! На кого работаешь, кто послал следить за нами? Быстро!

— Ни на кого я не работаю, господин и не следил я за… — , закончить фразу он не успел. Короткий, но сильный удар по почкам, сбил дыхание, пленника перекосило от боли, но он устоял на ногах.

— Я тебя предупредил. Ответа на вопрос я не услышал. Ещё раз. На кого работаешь, и зачем следил за нами? Быстро!

— Господин, поверь, я за вами не…, — от следующего удара пленник упал на землю. Алексей рывком поднял его и поставил к стене, в тоже положение.

— Юноша, ты меня не понял. Я в любом случае получу те сведения, которые хочу получить, вот что будет с тобой после этого, я не знаю. Для начала вкратце обрисую тебе картину. Сперва, я по одному сдеру у тебя все ноготки, начиная с ручек и заканчивая ножками, затем по одному переломаю все суставчики на тех же пальчиках. Если и это тебя не разговорит, то следующим этапом ты увидишь ещё целым, левым глазиком, свой правый глазик на кончике вот этого кинжала — И он поднёс остриё кинжала к глазу пленника так близко, что тот невольно дёрнулся, пытаясь отодвинуться подальше. — Свой правый глазик ты уже не увидишь никак. — Алексей рассказывал всё это пленнику таким ласковым голосом, что казалось, что он читает перед сном сказку, малышу. Владмир стоял рядом в полном оцепенении. Видимо ему ещё не приходилось присутствовать на допросах, а может он просто слишком живо представил себе картину всего, что будет происходить в ближайшие пол часа. — Ну что будем, говорить правду или нет?

— Буду, — выдохнул пленник.

— Значит, начинаем сначала. И не серди меня снова. Больше предупреждать не стану.

— Быстро! Имя, откуда родом, что здесь делаешь? Быстро!

— Радмир, родом из приграничных Карпат, здесь просто путешествую. Не так уже быстро как в прошлый раз, ответил тот.

— Зачем следил за нами? Быстро! По чьему указу? Быстро!

— Господин я клянусь, ни кто не давал мне указаний следить за вами, я просто шёл, — закончить он снова не успел, сильный удар снизу в солнечное сплетение в очередной раз сбил дыхание и поверг его на землю.

— Владмир, дружище, ели бы ты знал, до чего я не люблю этих пленных допрашивать. Но что делать? Информацию то надо получать. А вообще это грязное дело.

— Алексий, но так ведь нельзя. Ты же ему даже слова не даёшь сказать. Я как-то присутствовал у Калиостра на допросе, так я тебе скажу он просто ангел по сравнению с тобой.

— Извини Владмир, беседу прервём, кажется, клиент очухался. Ну что юноша, будет у нас с тобой откровенная беседа, или мне переходить ко второму этапу?

— Будет. — Выдохнул тот.

— Вот и замечательно, мне кажется, ты начинаешь меня понимать.

Алексей поднял пленника и усадил, прислонив спиной к стене.

— Господин, — сквозь ещё не восстановившееся дыхание начал Радмир, — ваш отряд я приметил ещё, когда вы въезжали в город. Вы громко обсуждали, что следует сделать сразу, поехать искать корабль и отправляться дальше или лучше остановиться в гостинице и уже, потом спокойно выбрать наиболее подходящее судно.

— Пока складно, говорили мы об этом. И что тебя так заинтересовало? Что мало путешественников ищут здесь корабли?

— Да не похожи вы на простых путешественников. Вы видели себя в зеркале? На ваших дамах, извините, платья сидят как на корове седло. За версту видно, что они их никогда не носили, да и то, что под платьями железа спрятано не меньше пуда. А на свои лица господа вы смотрели? У вас на лбах написано — воин, а вы из себя вельмож корчите. А этот переодетый в пышный светский костюм молодой маг? И скажи, мне, пожалуйста, какой это вельможа будет путешествовать с «Повелителем» на боку.

При этих словах Алексей немного смутился. Первые фразы о несуразности их внешнего вида были вполне справедливыми. Но вот как мог обычный путешественник идентифицировать меч, висевший у него на боку? Меч, который ни одно столетие пролежал в княжеском арсенале. Вот это было уже интересно. Да и назвал он его правильно, в отличие от Князя. Именно это и привело Алексея в некоторое замешательство. Наставник-то как умён был, и казалось, всё знал, а нет, он тоже называл меч «Повелителем Драконов». Имануил-же, первый Дракон, с которым Алексею довелось познакомиться не позднее как прошлой ночью, назвал его «Повелителем» и почему то именно этому бесшабашному Дракону он верил больше. В конце, концов, это племя имело к мечу самое, что ни на есть прямое отношение. Теперь вот этот, по сути, мальчишка, тоже назвал этот клинок «Повелителем». Что он мог знать про него, и по каким признакам узнать?

— Вот с этого места поподробнее. Что тебе известно о клинке, и как ты его распознал?

— Легенды о «Повелителе» ходят по всему миру и каждому мальчишке известно его точное описание, а вот ещё известно, что храниться он в Киевском княжестве. А ещё в легендах говориться, что вынуть его из ножен может только Герой — Настоящий воин и только в преддверии войны передела. Так неужели ты таскал бы на поясе клинок, который не вынимается из ножен? Ты вроде на человека, который носит оружие только для вида, не похож. — Алексей мельком взглянул на Владмира, тот лёгким кивком головы подтвердил слова пленника. — А ещё по вашему говору я понял, что вы следуете именно из Киева, сам ведь я из Приграничных Карпат, у нас там говор немного другой, — его речь, действительно немного отличалась от речи Владмира и товарищей.

— Пока складно поёшь. Так, а что всё-таки тебя подтолкнуло тебя следить за нами?

— Я же тебе и говорю, господин, из приграничья я. А там в последнее время участились нападения на селения каких-то варваров. Вот и моё поселение пострадало. Всех вырезали, гады, — в глазах пленника мелькнула злость и какое-то нескончаемое горе. — Я был тогда в городе, возвращаюсь домой, а от моего села только пепелище осталось и горы трупов, у всех животы вспороты. Никого не пожалели ни баб, ни деток малых, всех до единого. Там и моя семья была.

— Что-то не больно ты на землепашца похож.

— А я и не говорю, что я землепашец. Я воин-наёмник. Бродил по свету, когда занесло меня в родные края, вот и нанялся в селение стражем, из молодых хлопцев, себе небольшую дружину создал. Поддерживали порядок в округе, народ от шальных людей уберегали, за законом следили. Там и женился, детками обзавёлся, а теперь все они там лежат. Вот и подался к Киевскому Князю, а тут вы. Я сразу понял, что вы по этому делу следуете.

— По какому этому?

— Да по тем безобразиям, что в приграничных районах творятся. Не может же Князь, на самом деле спокойно сидеть и наблюдать за этим. Должен, кого-то послать обсмотреть всё, что бы бороться с этими варварами. Вот вы и соответствуете больше всего этой роли, и путь в те края, как я слышал, держите.

— Смотри-ка Владмир, какой смышлёный парень. Всё-то он приметил, из всего выводы сделал, только вот об одном не подумал, что мы могли его просто прирезать тихонько и оставить валяться на мостовой.

— Нет, вы не могли такого сделать, вы же не разбойники, какие, благородные воины.

— Смотри и здесь он вывод сделал. Так что же ты сам к нам не подошёл, не обсказал всё? Зачем следить было? Или думал на «лохов» нарвался, не заметим?

— На кого, извини, нарвался?

— Ну, это не важно.

— Нет, просто удостовериться хотел. Те ли вы люди кого я ищу? Знаете, как всё иногда бывает? По всем признакам добрые люди, а на поверку оказывается самые последние лиходеи.

— Ну и как? Те мы люди? Удостоверился?

— Те. — С нескрываемым удовольствием подтвердил пленник.

— Вот здесь, я бы на твоём месте не радовался. Нам ведь в походе лишние, не обученные люди не нужны, да и раскрывать мы себя не собирались, пока, так что у тебя, нынче два пути, либо на тот свет, либо в местный участок тайной канцелярии. Выбирай.

— Что ты такое говоришь, господин хороший? Как так можно, как это на тот свет?

— Да очень просто, свидетели нам не нужны, тем более такие догадливые, перережем тебе горло, да и сбросим в местный канал с нечистотами, а там с тобой дальше уже крысы разбираться будут. Владмир, дружище, ты согласен со мной?

— Верное дело, там, в канале кто его искать будет? Да его и так ни кто искать не будет, сам ведь признался, что никого у него из родни не осталось.

— Да что же это вы такое говорите, господа? Не можете вы так поступить.

— Это почему?

— Потому как люди вы добрые, я это сразу заметил, да и на службе вы княжей, а служивый народ не может так с гражданами обращаться.

— Служивый-то мы народ служивый, да только служба у нас тайная, и тайну эту мы должны хранить. Так что выбирай, канал, либо участок.

Пленник расправил плечи, насколько это было возможно со стянутыми за спиной руками, и посмотрел прямо в глаза Алексея. В этом взгляде было всё, отвага, ненависть, наплевательское отношение к собственной жизни, гордость, всё, только вот ни капли страха в нём Алексей не заметил.

— Вот что я тебе скажу, ты, конечно, волен делать со мной всё, что угодно, да только подумай. Нужен тебе проводник в Карпатских горах? Мне отчего-то сдаётся, что нужен. Я ведь не прошу у тебя жизнь, я прошу только возможность отомстить за семью, и умереть, как подобает воину, в сражении, а в том, что сражения будут, и будут жестокие, в этом я ни сколь, ни сомневаюсь, я видел этих варваров, ты — нет. Они так просто не сдадутся, и безопасными станут только мёртвыми. А вас только двое, да ещё две барышни, я, конечно, не исключаю, что они тоже воины, но лишний клинок не помешает, да тех двоих, ведуна молодого, да того, что в услужении я вообще во внимание не беру. Вот теперь и решай. Оставишь жить и возьмёшь с собой, братом стану и спину всегда прикрою, пока, конечно способен буду меч в руках держать. Решишь избавиться от меня, тогда кончай скорее, потому как из кутузки я сбегу и всё равно за вами увяжусь, но тогда буду в тысячу раз осторожнее и уже не дам так легко себя поймать. И вот, что тебе ещё скажу. Прирежешь меня здесь, я тебе каждую ночь являться буду, и пытать, отомстил ты за мою семью или нет. Вот теперь всё. Доставай свой нож.

— Что скажешь, Владмир?

— Тебе решать, ты командир.

— Хорошо, — Алексей достал из-за голенища сапога кинжал, немного поглядел на него, проверил ногтём заточку.

Радмир внимательно следил за всеми его движениями, но эту слежку выдавали только глаза, в остальном он оставался неподвижен. Резким движением Алесей развернул его лицом к стене и моментально разрезал ремешок, стягивавший руки. Владмир только с облегчением вздохнул. Пленник медленно развернулся и, отступив на шаг, облокотился спиной о стену. Было видно, что ожидание смерти, далось ему нелегко.

— Считай, повезло тебе малый. Глаза мне твои понравились. Почти поверил я тебе. Иди, ты свободен, я не буду тебя задерживать, но и с собой взять не могу.

Радмир стоял не шевелясь.

— И чего ты теперь хочешь? Жизнь я тебе подарил. Большего от меня не жди.

— Я одного желаю, за семью отомстить. Возьмите меня с собой в отряд. Я вам пригожусь, я же местный там, хорошо места те знаю. Проводником буду, да и в военном деле кое-что разумею.

— Настырный ты парень, и наглый. Что Владмир, пригодится нам проводник?

— Мне сдаётся, что пригодится. Мы же об этом и не подумали.

— А что думать-то, карты есть. Никогда я с проводниками не ходил. Хотя согласен, это проще и надёжнее.

— Тогда давай возьмём, парень-то толковый, на мой взгляд.

— Ладно, но перед Святославом ты ответ держать будешь, коль, что не так пойдёт, и этот вот толковый парень засланцем окажется.

— Не, не окажется, я людей знаю, этот нормальный.

— Что же на том и порешим. Беру тебя в отряд, повезло тебе парень в очередной раз, скажи спасибо вот этому богатырю, да ещё не забудь Богов отблагодарить, которым молишься.

— Спасибо, господа, я не подведу.

— Да благодарить нас не надо, мы же тебя не на пир берём. Может смертушку свою, там быстрее отыщешь. — Успокоил парня гвардеец.

— На пир я бы не просился.

— Ладно, хватит разглагольствовать. Сейчас ступай в гостиницу, где мы расположились, отыщешь там госпожу Ольгу, передашь, что бы она распорядилась поселить тебя в моей комнате, скажешь, мол, пускай всем говорит, что жених её нового охранителя нанял, да пущай пожалуется, что ей и оного достаточно, и что ни к чему такая расточительность. Как поселишься, будь при дамах и изображай службу. Ежели чего они конечно за себя постоят, но ты до этого допустить не должен. Понял?

— Как не понять, всё понял.

— Вот и ступай, а мы в порт, и так задержались здесь с тобой. Хозяин, — громко позвал Алексей оружейника, тот моментально появился на пороге. — Хозяин вот тебе золотой за беспокойство, и забудь всё что видел, а тем более слышал. Еже ли хоть словом обмолвишься с кем, то твоя жена моментально превратится в нищую вдову. Понял меня?

— Понял господин как не понять. — И оружейник с уважением поглядел на «Повелителя».

«Значит и он узнал этот меч, — подумал Алексей, — с этим нужно что-то решать, больно сильно он нас демаскирует».

Мужчины покинули оружейную лавку, Алексей с Владмиром отправились дальше в порт, а Радмир пошёл в сторону гостинцы.

Глава 11

Не смотря на вечер и севшее уже за горизонт солнце, жизнь в порту кипела. Баржи и корабли грузились товаром. Несколько небольших ладей уже отшвартовывались и выходили в плавание, на их место швартовались только, что прибывшие. Такое оживление несколько удивило Алексея. По тем городам, поселкам и сёлам, которые он уже успел посетить, трудно было сказать, что по ночам люди здесь работают. С заходом солнца жизнь в поселениях прекращалась, если конечно не брать во внимание всевозможные харчевни. В которых, как и положено, для такого рода заведений, с наступлением темноты только начиналось действо. Здешний народ, как понял Алексей, ни чем не отличался от людей его собственного Мира, и тоже привык ночами отдыхать от труда. Здесь же, в порту было всё наоборот, жизнь, казалось, просто закипала с наступлением темноты.

— Владмир, а что ночью порт тоже работает?

— Так он и работает-то больше ночью, чем днём.

— Отчего так, не уж-то, при свете факелов сподручнее, чем при дневном свете грузиться, а тем более швартоваться?

— Да бес его знает. Что-то мне однажды морячёк полупьяный пытался растолковать о традициях и жизненном укладе жителей водных глубин, но толи он был слишком пьян, толи я его не очень внимательно слушал, но факт то, что я ничего из его рассказа не понял. Понял только одно, что выходить в плавание лучше после захода солнца. Вот отсюда всё и идёт. Соответственно причалы освобождаются, подходят другие суда ну и так до самого утра. Днём идёт только погрузка и оформление грузов.

— Понятно, что ничего не понятно. Ладно, для нас это не настолько важно. Куда идти, где корабль лучше искать? Они здесь, где-нибудь, регистрируются?

— Конечно, регистрируются, вон контора, там таможня и регистрация, — Владмир указал рукой на небольшое здание, стоящее, в стороне от причалов.

— Пошли тогда туда.

Алексей толкнул довольно-таки хлипкую дверь, не стучась и не спрашивая разрешения, вошёл вовнутрь. За высокой конторкой сидел и что-то читал клерк, второй мирно дремал, сидя на табурете в дальнем углу комнаты.

— Я же уже всем объявил, сегодня ни оформления, ни отправки больше не будет, — не отрывая головы от фолианта, просипел он. — Покиньте сейчас же служебное помещение.

Алексей навис над клерком, поднял за подбородок его голову, так, чтобы тот встретился с ним взглядом.

— Ты крыса канцелярская как господ встречаешь? — со сдержанной угрозой в голосе произнёс он. — Что не видишь, кто к тебе пожаловал? — И он резко развернул голову клерка в сторону Владмира.

Клерк вскочил и принял строевую стойку.

— Прошу прощения господа, думал, снова эти корабелы припёрлись, сил никаких от них нету.

— Это у тебя сил нету, — продолжал бушевать Алексей, — посмотри, харю какую отъел на государственной службе, на взятках, небось, разжирел? Корабелы, ему, понимаешь, надоели. Посмотри, Владмир, на эту харю, ему корабелы надоели. Ты может, ещё скажешь, что тебе и Его Светлость надоел?

— Как можно, как можно, ни разу, ни от кого, ни единого подношения не взял, хотя каюсь, предлагали и насильно совали. Устоял. Да я всё делаю для процветания казны и Его Светлости. Не вели казнить господин хороший.

К этому времени, второй клерк, дремавший в углу, проснулся, и, видя такую картину, принял наиболее правильное решение, просто испарился, от греха подальше.

Алексей зашёл за конторку, уселся на стул, на котором только что восседал этот служитель закона, взгромоздил ноги в пыльных сапогах на стол и взял в руки фолиант, который так внимательно рассматривал таможенник. Владмир расположился в стареньком кресле, видимо предназначенном для высоких гостей.

— Отвечай, негодяй, да быстро, есть ли в порту корабли, готовые взять на борт господ вместе с их поклажей и конями, для путешествия вниз по реке, и дальше, куда они пожелают?

— Да как не быть? Конечно, есть. Вот совсем недавно пассажирская ладья подошла из самого Дуная. Теперь в обратный путь собирается, только вот никак пассажиров не наберёт. А ладья, очень даже хорошая. И каюты там удобные, и в трюме стойла для лошадей сделаны, и грузовой отсек, вполне приличный, туда много товара и поклажи разместить можно.

— Интересно, такая великолепна ладья и ни кто её до сих пор не зафрахтовал. Отчего так. Что народ перестал путешествовать, или по делам каким плавать? А может, это ты её здесь придерживаешь, да не даёшь возможности пассажиров набрать?

— Да нет, не перестал, путешествуют и в делах ездят, только вот всё больше в сторону Крыма, да дальше на Кавказ, а вот по Дунаю, что-то мало сейчас охочих. Ходят слухи неспокойно там, разбойники какие-то пошаливают. А капитан не желает идти в Крым, ему непременно нужно по Дунаю подняться, приписан он там, и давно уже в порту приписки не был. Так можно и лицензии лишиться, да и семья у него, вроде там, в верховьях Дуная. А слухи, действительно ходят. Не спокойно там.

— Уж не ты ли, шельма, слухи эти распускаешь? — как-то лениво поинтересовался Владмир.

— Как можно? Что ты господин. Да и не знаю я ничего, что там твориться.

— Не уж-то моряки ничего не рассказывают? — Поинтересовался в свою очередь Алексей.

— Как не рассказывают? Конечно, рассказывают, только я господа больше никому. Да и не верю, я в то, что пьяные моряки рассказывают. От них порой таких басен наслушаться можно, что голова кругом идёт.

— Ну и что они рассказывают?

— Молва идёт, мол, что завелось там племя какое-то страшное, наполовину звери, наполовину человеки. Всех убывают, поселения жгут, а вот грабить, что самое удивительное, не грабят. Туда сейчас только всякий лихой люд отправляется. Но не грабители, не воры. Эти кодекс точно соблюдают, а всякие «падальщики». Они в поселения эти забираются, когда уже те звери свою работу сделают и тут уж им раздолье, грабь, не хочу, всё равно никто не помешает. Ни чем не брезгуют, с покойников украшения снимают, с пепелищ всё, что не сгорело тянут. И всё это среди белого дня.

— Что за «падальщики» такие?

— Да это всякая нечисть, которая воровать не умеет, грабить боятся, клинок в руках держать, не способны. Такие, на большой дороге не промышляют, такие только с мертвецов чего стянуть могут. Им теперяча раздолье в тех местах. Варварам-то ничего не нужно, они позабавились, всех вырезали, и поминай, как звали.

— Это ты мародёров, что ли имеешь в виду?

— Да, точно, мародёров, только у нас их так ни кто не кличет, «падальщики» они.

— И что не боятся, эти самые «падальщики», что варвары услышат и вернутся? Смелыми там становятся?

— Так не возвращаются они. Только ночью из гор приходят и ночью же обратно в горы уходят. Днём их ещё ни кто не видывал.

— «Чудны дела твои Господи», — пробормотал себе под нос Алексей, и уже громче, — а куда же они потом с добром награбленным?

— Так по морю всё и расходится, и к нам иногда корабли заходят, но я про все такие случаи начальству докладываю.

— Ладно, коль докладываешь, живи пока. Так, где ты говоришь, стоит тот корабль?

— У седьмого причала, как пришвартовался третьего дня, так и стоит, не может охочих найти.

— У седьмого, говоришь? Это у того, что за пакгаузом, однако и припрятал ты пассажирскую ладью, не мудрено, что капитан пассажиров никак найти не может.

— Нет за пакгаузами там семнадцатый, а она у седьмого стоит, это как выйдите от меня, сразу налево и попадёте к седьмому причалу.

— Точно, это здесь, хорошо. Но смотри, если только капитан мне намекнёт, что ты у него за пассажиров взятку требовал…

— Не извольте беспокоиться, а вообще я вас господа сейчас провожу.

Клерк выскочил из-за конторки и направился к дверям, Алексей схватил его за шиворот и водрузил на место.

— Не переживай так сильно, мы теперь и сами найдём, сиди, вот талмуды свои заполняй. Пошли, брат Владмир, посмотрим на ладью, может, сторгуемся.

— А что ежели не секрет, благородным господам понадобилось в районе Дуная? — Осмелел служащий.

— А вот это, как раз и не твоего ума дело. Есть такая присказка, меньше знаешь, лучше спишь, а соответственно и живёшь дольше. Понял?

— Усёк, не дурак.

— Это хорошо, что не дурак.

С этими словами друзья покинули помещение таможни. Больше там было делать нечего. Всё что знал, чиновник выложил как на духу, а чего не знал, так этого от него всё равно не добиться.

Корабль, стоявший у седьмого причала, представляя собой довольно таки большую двухмачтовую посудину. И принадлежал, по всей видимости, к классу река-море. На палубе у фальшборта в свете факелов друзья заметили одинокую фигуру. Человек явно скучал, уже потеряв всякую надежду найти попутчиков и хоть когда-то покинуть порт.

— Эй, — окликнул его Алексей, — нам бы с капитаном поговорить.

— Я вас слушаю господу, — донеслось в ответ.

— Ты и есть капитан? Тогда может, впустишь на борт? Дело в том, что мы хотим зафрахтовать твоё судно.

— Вахтенный, — окликнул капитан, — спустить трап, принять гостей на борт. — Услышав о том, что корабль может быть зафрахтован, капитан явно ободрился и повеселел.

По его команде на причал моментально спустился трап, и воины взошли на борт корабля.

— Прошу в мою каюту, господа, — пригласил капитан и повёл их на корму судна. Капитан был одет строго, но не бедно. На богатой перевязи висела, шпага, украшенная самоцветами. Как успел заметить Алексей, всё-таки шпага или меч были привилегией человека знатного рода. Более, низшие сословья, хотя и ходили с оружием, но ограничивались, кинжалами, всевозможными ножами, дубинами и тому подобными приспособлениями. А в этом случае и россыпь самоцветов на эфесе и расшитая перевязь, всё говорило о том, что капитан был человеком знатного рода.

— Прошу господа, присаживайтесь, бокал вина?

— Было бы неплохо, — хором согласились друзья.

— Пока выясняли у таможенника, где найти подходящий для нас корабль, совсем в горле пересохло, — уточнил Алексей.

Капитан достал из шкафа три бокала и графин вина. Разлил янтарную жидкость.

— Ах, так это значит, тот прохвост направил вас ко мне, выполнил-таки, своё обещание, я уж думал, пропали мои денежки.

— Так он взял?

— Конечно, взял. А где ты видел таможенника, который не берёт?

— Вот так, друг Владмир, я думал, что хоть у вас чиновники честные, а оказывается всё везде одинаково.

— Так за ними кто проследит, они здесь как князья удельные. — Ответил гвардеец.

Капитан, при этих словах внимательно посмотрел на обоих, хотел, что-то спросить, но видимо передумал, и решил перейти непосредственно к делу.

— Так я вас слушаю господа. Что привело ко мне? Коль дошли до моей посудины, наверняка в курсе, в каком направлении я попутчиков ищу.

— Да мы знаем, в местной регистрационной конторе, нам посоветовали именно твой корабль для путешествия по воде. — Ответил Алексей.

— И куда же вы хотите в таком случае отправиться? Те места, куда я собираюсь идти, не пользуются в последнее время популярностью у туристов.

— Мы хотели бы подняться по Дунаю настолько высоко, насколько позволят тамошние воды сделать это твоему судну, — поддержал товарища Владмир.

Капитан с недоверием посмотрел на обоих, его взгляд ненадолго задержался на клинке Алексея.

— А знают ли господа, что там сейчас не спокойно? Именно по этой причине люди отказались от путешествий в те края.

Алексей пристально посмотрел в умные глаза капитана, немного задержался с ответом, и после непродолжительной паузы промолвил.

— Вот именно поэтому, мы и хотим именно туда. — В глазах капитана он прочёл, что их инкогнито раскрыто тем, точно так же как и молодым стражем, которого они после недолгого разговора в оружейной лавке, отправили охранять дам.

Но капитан оказался мудрым человеком, он ничего не стал говорить по этому поводу. Зачем? Если господа считают, что их секрет должен оставаться секретом, то пускай так считают, рассудил он.

— Когда отходим господа? — только и поинтересовался капитан.

— Как, тебя даже не интересуют условия оплаты? — Удивился Владмир.

— Меня, представьте себе, нет, но если вы дадите денег на снаряжение экспедиции и заплатите жалование моей команде, то я согласен.

— Такой альтруизм, меня настораживает, — в свою очередь удивился Алексей.

— Тут нет ничего удивительного, я ждал вас.

— Как это ждал? — Теперь уже удивились оба, хором.

— Да очень просто, я знал, что Князь Святослав, дознавшись о том, что творится в приграничных районах, должен послать экспедицию для выяснения обстановки, а какой, как не этот путь самый быстрый и надёжный. Вот и прибыл сюда после того как, вернувшись из очередного рейса, нашёл свой дом сожжённым дотла, а всех домочадце, включая прислугу, детей, стариков, коней, собак, в общем, всё живое с безобразно вспоротыми животами. После набега прошло времени не меньше недели и на пепелище уже успели побывать мародёры. Можете представить, какая картина открылась моему взору.

— В таком случае мне не понятно, зачем ты давал взятку этому шельмецу из регистрационной конторы, или из таможни, чёрт его разберёт.

— Как это зачем? Для порядка, я же не мог оповестить всех в округе, что я стою, и буду здесь стоять, пока вы не явитесь? Не мог, меня сочли бы за ненормального. Вот я и делал вид, что ищу попутчиков в те края, пассажиров набираю. И желаю идти только лишь туда. А в другие места, мне теперь просто и не надо. Пока не разберусь с теми, кто такой беспредел натворил.

— Понятно. Тогда поступим так, — отвлёк Алексей капитана от тяжёлых мыслей, — вот тебе двести золотых, — он положил на стол перед капитаном мешочек с деньгами. — Снаряжаешь экспедицию, выплачиваешь жалование матросам, этого должно хватить, по завершении экспедиции мы выплачиваем тебе ещё триста золотых на жалование матросам за те месяцы, что они проведут в ожидании нас. Выходим через два дня. Там на месте нашей высадки ты будешь ждать нас с командой вплоть до окончания навигации. Если к этому времени мы не возвращаемся, ты можешь быть свободен, где и как получишь, оставшуюся сумму я пока не знаю. Но к приходу в порт назначения буду знать, тогда и поговорим. Согласен, на такие условия?

— Вполне. Меня даже удовлетворит только первая сумма, но если вы заплатите и вторую, то матросы будут готовы идти с вами хоть в самую преисподнюю, они уже давненько томятся не берегу и давно ждут команду на выход. Хотя многие из них пойдут и бесплатно.

— Они что у тебя не едят, не пью, им семьи кормить не надо, что готовы работать бесплатно?

— Нет, не то, не другое и не третье. Просто моя команда вся из моего города, и пригородных деревень, я думаю этим всё сказано.

— Понятно, будем считать, что договорились.

— Договорились.

— Тогда по рукам?

— По рукам. А теперь хотелось бы уточнить детали.

— Слушаю тебя.

— Сколько людей и лошадей мне нужно будет принять на борт? Это не праздный вопрос, я должен закупить провиант и подготовить каюты.

— Нас в команде семеро, из них две дамы. Лошадей — девять, две вьючные, остальные верховые. Потянет твоя посудина столько?

— Конечно, потянет. Немного лошадям тесновато будет, да я думаю, они не обидятся.

— Вот и замечательно, значит отходим ровно через двое суток. Успеешь со всем?

— Я успею и за день, мне только провиантом да фуражом запастись, а для этого времени много не нужно, только свистнуть и поставщики тут как тут будут. Они здесь в порту толпами ходят.

— Тем лучше, нам, я думаю, тоже нет смысла здесь задерживаться. Так, дружище? — Алексей посмотрел на Владмира.

— Я что мы в этом захолустье забыли?

— На том и порешим, значит, готовность к выходу — завтра полночь, это время устроит?

— Полностью.

— Тогда остаётся надеяться, что ни какие непредвиденные обстоятельства нас не задержат. Что же, господин капитан, на этом вынуждены откланяться, нас уже заждались.

— Да завтра, господа, до завтра, — капитан проводил гостей до трапа. — Вахтенный, выпустить господ на берег и собрать команду на юте.

Глава 12

— И где, господа, скажите, пожалуйста, вы пропадали так долго? — Встретили их дамы вопросом, — а кого это вы прислали к нам, какой такой охранитель, на кой ляд он нам нужен, он бродит за нами по пятам, шагу не даёт ступить, я уже, чуть было не пришибла его. Владмир, дорогой это ты что старого собутыльника встретил? Что-то вид у него, как после долгого запоя.

— Ольга помолчи немного, — слегка повысил голос Владмир. — Сейчас всё расскажем. Пойдёмте лучше поужинаем, сил нет никаких, так есть хочется. Я слышал в этом заведении неплохая кухня.

— Нет, вы, господа, будьте так добры на наши вопросы ответьте, — поддержала подругу Катерина.

— А после вернёмся сюда в покои и обо всём поговорим. — Настоял на своём Владмир.

Все спустились в зал харчевни, столы уже давно были накрыты и ждали их, а возле столов неизменно дежурил Василий, оберегая их от не в меру подгулявшей публики. Радмир, как и положено охранителю, стоял у дверей комнаты. И как только двери раскрылись, он перекрыл проход, тем самым блокируя подход со стороны лестницы. Комната находилась в тупике, поэтому его действия, Алексей счёл очень грамотными.

— Пошли, Радмир ужинать, хватит охранять, когда мы с Владмиром здесь, это лишнее.

— Ты меня назначил охранителем этих двух дам, вот я и выполняю твои указания.

— Молодец, только настолько явно их исполнять не нужно, во-первых, не стоит привлекать к нам внимание, а, во-вторых, эти дамы сами тебя от кого угодно способны оберечь. Так что пошли. В конце концов, теперь ты стал членом нашей экспедиции, пока, правда на правах кандидата, но это не значит, что есть, не следует.

За ужином ничего не обсуждали, во-первых, в зале было достаточно шумно, а во-вторых, их дела не стоило выносить за пределы узкого круга посвящённых, хотя Алексею всё больше и больше казалось, что про их миссию они сами осведомлены куда хуже окружающих. Поэтому, быстро поужинав, они попросили подать в номер Владмира и Ольги кофе на всех, ликёр, сигары и удалились на совет.

Коротко отчитавшись, о походе в порт и зафрахтованном корабле, Алексей собрался переходить к делу, но его остановили.

— С кораблём всё понятно, а вот что ты скажешь по поводу вот этого, — Катерина кивнула в сторону Радмира, — он хоть и молод, но выглядит совсем даже…

— Девушки, прошу Вас. Это наш с вами новый попутчик, и прошу относиться к нему с уважением, рассказать он о себе сам расскажет. А почему у него такой вид об этом я вам расскажу, но очень коротко. Шли, значит, мы с Владмиром, в порт, никого не трогали, и тут смотрим, кто-то за нами следит, оказался вот этот самый молодой человек, звать его, кстати Радмир. Вот мы и решили спросить у него, зачем он за нами следит, спросили и выяснили, что он нам как попутчик очень даже подходит, но чтобы не тянуть его с нами в порт, отправили к вам в гостиницу. Мы-то наивные думали, что здесь дамы, что они дадут парню умыться, привести себя в порядок. А на самом деле…

— Что на самом деле? — Насторожилась Катерина.

— Да, что на самом деле? — Поддержала подругу Ольга.

— На самом деле, здесь оказались, как и должно было быть, две изнеженные, избалованные, светские дамы, которым нет дела ни до кого, кроме самих себя. И всё хватит об этом. Теперь дорогие мои, подведём итог. За сегодняшний вечер я пришёл к выводу, что о нашем походе не известно разве, что младенцу, и то только потому, что кроме мамкиной сиськи. его ни что пока не интересует. И как, скажите, пожалуйста, в таких условиях можно соблюдать секретность задания? Кто мне вразумительно может ответить, где произошла утечка информации? Слушаю ваши гипотезы.

— Послушай, что ты вообще себе позволяешь, — возмутилась Ольга.

— Нет, это вы меня все послушайте, и очень внимательно, — не выдержал Алексей, — мне наплевать, кто вы и что вы, в каких вы с кем отношениях, мне надоели эти постоянные выяснения отношений. Милая моя, — он обратился к невесте гвардейца, — если я ещё хоть одно слово услышу противоречащее нашей легенде, если ты не начнёшь вести себя, как и полагается леди, смиренной и послушной, если ты, в конце концов, не превратишься из солдафона в женщину, то я просто отправлю тебя, и тебя, — ткнул он на всякий случай пальцем в Катерину, — домой, с соответствующим отчётом. Вот такой как он, думаю, заменит вас обеих на сто пятьдесят процентов. Понятно я выразился.

Девушки несколько опешили от такого проявления начальственного тона командира, первой опомнилась Катерина.

— Успокойся Алексей, — вступила она, — не было никакой утечки информации, сам только наш совершенно нелепый вид выдал нас, правду сказал этот юноша, — кивнула она в сторону нового члена экспедиции. — А капитан? Он просто ждал, у нас действительно другого пути не было.

— Хорошо, с этим я готов согласиться. Следующий вопрос. «Малыш» у вас существуют какие-либо способы проверить, насколько был откровенен это молодой человек, беседуя с нами?

— Алексий, дружище, — вместо Никадима ответил Владмир, — да так как ты беседовал, даже я всю бы правду тебе рассказал.

— Владмир, это к делу не относиться, у меня свои методы разговора, у Малыша должны быть свои и меня сейчас интересуют способы проверки информации. Так как Никадим?

— Конечно, есть, но это магические способы.

— Мы можем их сейчас применить?

— Я думаю, что можем. В этом городе настолько насыщенная магическая жизнь, что отдельное лёгкое возмущение поля никого не заинтересует.

— Сколько тебе надо на это времени? И откуда ты знаешь про насыщенную магическую жизнь?

— Совсем немного в смысле времени, а про жизнь, так это понятно, порт ведь.

— Это не ответ.

— Ты что господин Алексий меня в чём-то подозреваешь? — Мальчик надул губы.

— Ты обиженного то из себя не строй, отвечай вразумительно, откуда знаешь про насыщенную жизнь, иначе и с тобой придётся поговорить, вот так как мы с Радмиром беседовали.

— Да, я постоянно сканирую пространство вокруг нас, но учти, я это сказал не потому, что меня устрашила твоя угроза.

— Это понятно, теперь жду ответ на первый вопрос.

— Времени на это нужно немного. — Повторил Никадим.

— Тогда приступай. Вам я рассказал всё, что поведал мне он, проверь эту информацию, заодно просканируй его на возможность посторонних контактов, если такое конечно возможно. Точно такое же исследование необходимо провести по капитану.

— По капитану сегодня не получится, мне нужен личный контакт.

— Хорошо, тогда этим займёшься завтра, да пожалуй, и всей командой.

Ученик мага, взял пленника, и они уединились в соседней комнате.

— Алексий, — обратилась к нему Катерина, — ты до конца не убедился в честности человека и всё при нём рассказывал, а если проверка даст негативный результат?

— Кати, не волнуйся, полученная им информация в таком случае всё равно не ушла бы дальше этих стен.

— Неужели ты просто так взял бы и убил ни в чём не повинного человека.

— Во-первых, тогда бы он стал врагом, а не ни в чём не повинным человеком, и на войне, а в том, что мы уже на войне я давно убедился, послушав рассказы, в том числе и этого молодого человека. Так вот на войне враг просто уничтожается, единственный кто может уцелеть так это язык, и то только до тех пор, пока он нужен.

— Это что законы вашего мира? Не уж то вы там такие кровожадные, а пленные? Это ведь тоже законы войны, и притом на них можно хорошо заработать.

— Пленные это законы открытой войны, разведка к открытой войне не имеет ни какого отношения. Да мы кровожадны, потому, что зачастую воюем в одиночку против полков и дивизий, и у нас нет возможности всех брать в плен, потому, что сами часто на нелегальном положении. Всё это дела не касается.

— Господин Алексий, — в комнату вернулись молодые люди, — этот человек совершенно чист и то, что он тебе поведал, является правдой. Его можно использовать, коль он того хочет.

— Спасибо «Малыш», что же Радмир, поздравляю тебя с твоим Днём рождения и принятием в группу. — Алексей встал и крепко пожал руку молодому человеку. — Завтра отправляйся на местный рынок и присмотри себе хорошего коня. Он тебе пригодится. А после этого пройдёшь по лавкам и приоденешься.

— Спасибо, конечно, но у меня День рождения не сегодня. — Удивился тот.

— И сегодня тоже, — подтвердила слова командира Ольга.

— Всё господа, расходимся, всем отдыхать. Радмир поселишься вместе с Никадимом. Завтра надо будет тебя приодеть. Завтра рано не встаём, коль есть возможность немного отоспаться, надо ею воспользоваться. «Малыш», тебе ещё будет работа. Составь донесение и отправь Князю. Всё всем покойной ночи, я пошёл спать.

С этими словами Алексей удалился в свой номер, следом за ним разошлись и все остальные. Номер был вполне приличный, из кранов в купальне текла горячая вода, постельное бельё было свежее и хорошо накрахмаленное, полотенца наоборот мягкие и пушистые. Он с удовольствием принял душ, смывая с себя походную пыль и затушив светильник, улёгся в кровать. Нежные руки обвили его шею, и лёгкий поцелуй коснулся губ.

— Не говори ничего, я тоже очень устала, просто так не хочется спать одной в чужом городе, в чужой постели. Давай спать вместе.

— Катюша, но только спать, ни на что другое, я уже сегодня не способен.

Но в этом он ошибался, заснули они только под утро, когда первые солнечные лучики пробились сквозь щели ставен.

Глава 13

Утро следующего дня началось ближе к обеду. Позавтракав, а скорее даже пообедав, разошлись по своим делам. Распределились следующим образом, дамы с Василием в сопровождении были отправлены гулять по местным лавкам, присматривать себе украшения, наряды да благовония. Владмир вызвался сопроводить Радмира на рынок, и помочь с выбором коня. Тот, правда, отнекивался, но гвардеец настоял, сказав, что в этом деле опытнее него не сыскать человека во всём княжестве. Алексей же с Никадимом направились в порт, нужно было проверить команду корабля.

Вся команда корабля выстроилась на верхней палубе. Офицеры, прошедшие проверку отдельно от всего экипажа и получившие допуск в экспедицию теперь внимательно следили за тем, чтобы ни один из членов экипажа не уклонился от свидания с молодым магом. Алексей тихонечко сидел в дальнем уголке каюты капитана и внимательно следил за работой Никадима, а также за реакцией матросов. Некоторым задавал не существенные на первый взгляд вопросы, и в результате совместной работы, было забраковано несколько человек. Ничего не объясняя, людям решено было выдать жалование на месяц вперёд и списать с корабля.

— Господин капитан, — позвал Никадим, выходя их каюты, — тебя командир просит зайти.

— Насколько удовлетворил тебя мой экипаж? — спросил, входя, капитан.

— Всё нормально. Не совсем подходят только вот эти четыре человека, — Алексей пода капитану список. — Прошу тебя, ничего им не объясняй, выдай жалование на месяц вперёд. Если эти люди для тебя дороги, мы готовы обеспечить их жизнь в городе до твоего возвращения и тогда ты снова сможешь взять их на борт, если нет, то пусть нанимаются на другие корабли. Я думаю, что в портовом городе хороший моряк всегда найдёт работу.

Капитан просмотрел список и согласился без возражений списать этих членов команды.

— Теперь вот что ещё, ты сможешь обойтись без этих четырёх?

— Пожалуй, смогу. У меня экипаж был достаточно большой, люди особо не перенапрягались, что же будут немного больше работать, тем более что и денег на жалование ты дал с лихвой.

— Вот и замечательно. Теперь можно собираться в путь. Командуй капитан, а мы пойдём. Скажи только одно, когда отходим?

— Я думал, мы ночью всё обговорили.

— Хорошо, я видимо не совсем правильно сформулировал вопрос. Сколько тебе надо времени, чтобы окончательно подготовиться к отплытию с учётом того, что команда стала меньше и времени на проверку мы заняли прилично?

— Я буду готов к закату, сегодняшнего дня.

— Вот и отлично, значит, на закате и отваливаем. За час до отхода мы будем на месте, готовые к погрузке. Нас шесть, нет уже семь человек и девять гружёных лошадей. Прошу подготовить каюты, соответствующие, нашему положению, не стоит раскрывать перед экипажем настоящую цель нашего похода, в том числе и перед офицерами.

— Хорошо я всё сделаю и буду готов.

— Тогда до вечера.

— До вечера.

— Пошли «Малыш», погуляем по городу, заглянем в какую-нибудь харчевню да выпьем по кружке пива, — весело позвал Алексей молодого мага, выходя из каюты.

Они шумно сбежали по трапу на причал и весело, беззаботно болтая, отправились в сторону города. Зайдя за угол ближайшего, пакгауза, Алексей остановил, разогнавшегося было юношу.

— Постой дружище, рано ещё пиво пить. Давай немного понаблюдаем, так ли всё на корабле будет происходить, как мы рекомендовали. Экипаж на корабле засуетился, то и дело небольшая группа под руководством одного из офицеров сходила на берег и отправлялась в город, видимо за разнообразными припасами. Последними с корабля сошли те четверо, которых забраковал Алексей. Они, живо обсуждая события утра, и хвастаясь друг перед другом полученным, но не заработанным жалованием отправились к ближайшему трактиру. Поведение этой четвёрки не вызвало у Алексея ни малейшего подозрения.

— Вроде всё нормально, теперь и нам можно идти. Пошли «Малыш» теперь пивка попьём, уж больно жарко сегодня.

— Скажи, господин Алексий, а чем тебе не понравились эти четверо?

— Понимаешь, взгляд, да взгляд у них какой-то не уверенный, бегающий. Вроде на первый взгляд и честные люди, а вот этот взгляд. И в глаза не смотрят. Они, скорее всего, конечно честные, но трусы, а трус он всегда самый первый готов предателем стать. Зачем искушать и провоцировать людей. Пускай живут и дальше честными людьми.

— Да, интересная у тебя философия.

— Это не философия, мой мальчик, это жизненный опыт. Ладно, хватит на служебные темы, вот смотри, на мой взгляд, вполне приличная харчевня.

— Э нет, вот здесь твой жизненный опыт подвёл тебя, в этой харчевне нас сто раз обманут, и пиво здесь водой разбавляют, да ещё и намешать могут чего.

— Вот так познания, а мне казалось, что ты только за книгами да фолиантами сидел.

Никадим рассмеялся.

— Было дело, но и в город Наставник меня отпускал, да ещё и предмет такой был, мы по всяким признакам учились честных торговцев от разных барыг отличать.

— Это ещё зачем?

— Молодых ведунов, часто богатые люди в услужение нанимают, так вот одной из обязанностей такого служаки является защита хозяина от сглаза и обмана, а часто и от отравлений и покушений защищают.

— Понятно, ну тогда выбирать тебе.

— Пошли вон в ту, видишь там чуть в глубине, она не очень богатая, но посмотри, люди там приличные сидят, подавальщица ходит скромная, но опрятная и лапать себя не позволяет, не иначе, как дочь хозяина. Хозяин хоть и не богатый человек, но мошенничать себе не позволит, по крайней мере, пиво у него всегда свежее и не разбавленное, поэтому его и ценят. И люди за столами сидят завсегдатаи, там мало случайных.

— Это ты почему определил?

— Смотри, они уважительно к подавальщице обращаются, она на их вопросы отвечает, возле столиков задерживается, беседует, и заказ не принимает, сразу знает, что кому нести.

— Молодец парень, смотри какой наблюдательный.

Они зашли в харчевню, за стойкой, скорее всего, стоял сам хозяин.

— А что хозяин, — обратился к нему Алексей, — правду говорит мой молодой спутник, пиво у тебя действительно самое свежее и не разбавленное.

— Да как ты мог такое подумать, господин? Это ведь только варвар может позволить себе влить в этот божественный напиток хоть каплю воды. А что касается свежести, так я варю ровно столько, сколько выпивают мои клиенты, и ни бочки больше. Поэтому оно у меня не застаивается и портится, не успевает.

— Так ты даже варишь его сам? И рецепт у тебя должно быть особенный?

— Конечно особенный, мой собственный, присаживайся за столик, попробуй.

— Спасибо, присяду, и, пожалуй, не только пива выпью, а и съем что-нибудь. Принеси нам, пожалуйста, для начала по кружке, и предложи что на закуску, только так, чтобы не долго.

— Накормить я вас, конечно, накормлю, а вот пиво, только тебе принесу.

— Это почему так?

— Молод ещё твой юный ведун пиво пить, пущай сперва усы отрастут, вот тогда и макает их в кружку с пивом.

— Вот как? Да, малыш неправильную ты харчевню выбрал, — рассмеялся Алексей, — но мне здесь нравится. Спасибо хозяин за науку, неси, что поесть и мне пива, а этому мальчику, пожалуй, молока.

— Вот это другое дело, сию минуту.

Тем временем Ольга с Катериной уже давно вернулись из похода по лавкам и томились в ожидании. Наконец прибыли Владмиром Радмиром. Это девушек несколько взбодрило, и они переключились на мужчин, расспросив быстренько, хорошего ли коня купили они, принялись исполнять данное Алексеем ещё одно поручение, а именно приодеть молодого человека. Катерина, правда, на первых порах сказалась уставшей и осталась в гостинице, отказавшись от очередного похода по лавкам. Но только Ольга в сопровождении гвардейца и нового охранителя троица покинула гостиницу и вышла на улицу, она тут же выскочила за ними.

К тому времени как Алексей с Никадимом приступили к лёгкой трапезе, всей троице уже порядком поднадоело бродить по магазинам. Но Алексей велел водить Радмира долго и Владмир с Ольгой водили, то и дело, в каждой лавки придираясь то к фасону костюма, то к цвету костюма, то к качеству ткани или шитья. Лавочники очень расстраивались, слыша такую оценку своего товара, но молчали. А Катерина брела за ними на достаточно большом удалении. В её задачу входило обнаружить того, кто вдруг станет следить за троицей, если такая слежка вдруг обнаружится.

Такие меры предосторожности были приняты Алексеем не случайно. Уж больно не верил он во все эти совпадения те, что произошли в последний день. И кто его знает этого ученика Наставника, насколько он глубоко смог просканировать Радмира и капитана. Но все эти меры оказались напрасными. Все вели себя так, как и должны вести честные люди и если и являлись чужими агентами, то были очень глубоко законспирированными.

Глава 14

Путешествие по Днепру завораживало своим размеренным спокойствием. Корабль плавно скользил по водной глади гонимый течением и лёгким попутным ветерком. Время от времени команда налегала на вёсла, что бы слегка подправить курс, да ускорить движение, если вдруг ослабевал или вообще прекращался ветер. Самая напряжённая работа была у лоцмана, тому постоянно приходилось сверяться с ориентирами и корректировать курс, относительно фарватера реки.

В эти дни Алексею, вспомнилось детство. Однажды они вот точно так же с родителями решили спуститься на пароходе от Киева и до самого устья, в Херсон. По Днепру тогда ходили такие небольшие пароходики, выпуска ещё, наверное, прошлого века, они были тихоходные и приводились в движение двумя огромными колёсами с лопастями. Эти колёса располагались по обеим сторонам судна и мерно плескались о воду, тем самым приводя пароход в движение. Этот размеренный плеск и тихое скольжение по воде успокаивали и придавали всему путешествию ощущение настоящего размеренного отдыха. Единственное, что отличало, то путешествие от этого, дым из трубы, громкие гудки при подходе к причалам, и огромные водохранилища, которые пароход старался преодолевать, не отрываясь далеко от берега. В том, что удаление от берега опасно. Вся семья успела убедиться. Алесей уже не помнил, в каком из водохранилищ, так называемых морей, их застал шторм. Но это оказалось страшно. Ветер и непогода разыгрались не на шутку. Это была ночь, дождь, гроза и огромные волны, который кидали маленький пароходик как скорлупку. В эту ночь, наверное, не спал ни кто, люди сидели по своим каютам и молились, те, кто из них знал хоть какую-то молитву, остальные просто ждали. Непогода улеглась лишь к утру. Ветер стих, гроза ушла, восходящее солнце осветило ровными, весёлыми проблесками, лёгкую рябь на воде. Народ потихоньку покидал свои каюты и выходил на верхнюю палубу порадоваться новому дню и утихшей непогоде. С удивлением все замечали, что берега не видно ни с одной стороны. Скорее всего, в такую непогоду корабль был просто неуправляемым, а может наоборот, капитан специально увёл его подальше от берегов, чтобы не дай Господи не выбросило на мель. Всё это так и осталось тайной, но радовало то, что новый день пришёл с солнечными лучами и непогода благополучно миновала.

«Как всё это было давно, — думал Алексей, — как беззаботно всё тогда было, вот бы вернуться назад, да так и остаться навечно в тех самых счастливых годах».

Третий день пути подходил к концу. Корабль вошёл в дельту Днепра, здесь в дельте течение значительно замедлилось, и к парусам, да вёслам обращались постоянно, спасало ещё то, что ветер дул в нужном направлении и команда ещё не слишком сильно напрягалась. Подходили к последнему Днепровскому порту, хотя трудно было назвать его Днепровским, он располагался на самой границе пресных Днепровских вод и морских солёных. Здесь решили встать на стоянку. Надо было пополнить запас продуктов, взять на борт пресную воду, да и походить по городу послушать последние новости из приграничных районов, на всё это необходимо время. Встали на рейде в ожидании сумерек и с наступлением темноты пришвартовались к свободному причалу. Команда, не особо загруженная работой на протяжении плавания, занялась под руководством офицеров пополнением припасов и подготовкой к последующему переходу. А наши герои, прихватив с собой в компанию капитана, сошли на берег и отправились в город, в поисках приличного трактира. Корабельный кок хоть и искусно готовил, но его меню было слишком ограниченным, да и где можно узнать все последние новости, как не в харчевне.

— Господа, — обратился ко всем сошедшим на берег Ярослав, так звали капитана, — я часто бывал в этом городе и знаю здесь одну вполне приличную харчевню. Там и повар хороший и продукты всегда высшего качества, да и выбор напитков достаточно широк.

— В таком случае мы полностью доверяемся тебе, — ответил за всех Владмир, — я здесь ни разу не бывал, да и остальные, я уверен тоже.

Достаточно большой по здешним меркам Город, застроен в основном одноэтажными домами. Только в центре, вокруг городской ратуши было несколько кварталов, в которых разместились большие двух и трёхэтажные дома. Там жила знать и богатые купцы. Как и любой портовый город, он пестрел самой разнообразной публикой и просто кишел различными воришками и бандитами.

— Господа, — предупредил всех капитан, — пока будем двигаться, особенно в толпе будьте предельно внимательны, этот город изобилует карманниками, так, что кошельки лучше всего вообще не выпускать из рук.

— Спасибо дружище, — поблагодарил его гвардеец, снимая с пояса кошель и перекладывая его в потайной нагрудный карман. — Вот теперь, пожалуй, можно и отправляться.

Постепенно отходя от порта и продвигаясь ближе к центру, Алексей заметил, что лавок становилось всё меньше и меньше, улицы понемногу расширялись, а уличные торговцы вообще пропали. В самой центральной части города можно было встретить только редкие, богатые гостиницы и не менее богатые рестораны. Так как назвать харчевнями или трактирами эти заведения уже было нельзя. Они выходили на улицу большими застеклёнными витринами, за которыми открывались огромные залы, освещённые большим количеством различных светильников и канделябров. Но, не смотря на всё это великолепие, ресторан, в который они зашли, был почти до отказа набит самой разнообразной публикой. На широких кожаных диванах в курительных залах, вокруг огромной барной стойки, расположенной в центре главного зала, в отдельных кабинетах, можно было увидеть не только вельмож и богатых купцов, но и публику, принадлежность которой к криминальной среде, не вызывала ни малейшего сомнения. Свободных кабинетов не оказалось, и отряд расположился за большим столом в центральном зале ресторана. Официант возник возле них мгновенно.

— Что господа желают заказать? Выпить, покушать? Могу рекомендовать, из холодных закусок, свежайшая икорочка, замечательная осетрина, копчёный угорь, вяленая оленина, различные соления и маринады.

— Стоп, не тарахти, — остановил его Ярослав. — Сразу неси устриц, икру и копчёного угря, на горячее, суп из акульего плавника с расстегаями из сёмги, запеченную баранью ногу и осётра на вертеле, с десертом определимся позже, а вот выпивка на твоё усмотрение, ко всем блюдам. Всё, пока свободен. И учти мы, ужасно голодны.

— Сию минуту будет исполнено. — И официант растворился в толпе.

— Однако ты хорошо знаешь их кухню, — заметил Алексей.

— Да мне часто приходилось бывать здесь, а так как я люблю вкусно поесть, то долго изучал все забегаловки в этом городе, пока не остановился на этой.

Не успел ещё Ярослав закончить фразу, как на столе уже появились холодные закуски, приборы и напитки. Вот эта удивительная работа местных официантов приводила Алексея просто в восторг. Как это всё происходит, он понять не мог, а кто как не официант мог дать ответ на этот вопрос.

— Да всё очень просто, — ответил Василий, — каждый уважающий себя хозяин заведения, держит у себя в штате кухонного мага. Тот слушает через официанта заказ и тут же отдаёт его поварам. Ведь, заметь, официант, принимая заказ ничего, не записывает и не помечает, думаешь все такие умные, что могут безошибочно всё запомнить? Нет. Дальше ты ещё не успеваешь закончить заказ, а первые блюда уже стоят на раздаче, официанту остаётся только поднести их к столу. Хороший маг при этом ещё и изучает заказ, анализирует, сколько времени надо для приготовления горячих блюд и за сколько времени компания управиться с холодными. Если холодных заказано недостаточно, то он дополняет заказ различными там грибочками, солениями, и тому подобной мелочью. Ведь самое главное, чтобы клиент ни в коем случае не сидел за пустым столом в раздумье, чем закусить очередную рюмку водки. Вот и всё. Сложного тут нет ничего.

— Да, но ведь все эти соления они могут значительно удорожить заказ. А если клиент не рассчитывает на такую сумму?

— Нет, всё, что добавляет маг от себя, клиенту предоставляется бесплатно, всё это уже давно учтено в стоимости основных блюд. Встречаются иногда даже такие клиенты, кто специально заказывает минимум холодных закусок и какое-нибудь больно мудрёное горячее блюдо, для того, чтобы получить максимум бесплатно. Но такие любители обычно не бывают постоянными клиентами, или долго не живут.

— В каком смысле, долго не живут? — Удивился Алексей.

— Да очень просто, если такой человек начинает частенько захаживать в одно и то же заведение, тем самым нанося значительный ущерб хозяину, его могут просто отравить.

— И всё? Так просто? А дальше?

— Что дальше? Дальше его похоронят родственники или выбросят в яму за городом, это в том случае если его некому хоронить.

— Нет, я не о том, а убийство, ответственность за это на кого ложится?

— Ни на кого. С этим просто ни кто не разбирается.

— Почему?

— Он покусился на частную собственность, а частная собственность это священно.

— Вот это да, удивляете вы меня своими законами всё больше и больше. Получается таким образом можно кого угодно отравить и ничего за это не будет.

— Нет нельзя.

— Почему?

— Потому, что у каждого ресторатора на такой случай есть свой запатентованный яд. И только его он может применить, да ещё и история за таким клиентом тянется.

— Хорошо, я куплю у ресторатора его яд и подсыплю его в рюмку неугодного мне человека.

— Нет, не получится, во-первых, каждая порция строго учтена, во-вторых, все порции стоят, как бы так выразиться понятнее, ну, что ли на предохранителе, её может активировать только ведун, что работает в данной харчевне, и то, только если его наблюдения сходятся с доказательствами официантов, свидетельствами поваров, и требованиями хозяина. Иначе этот яд не представляет никакой угрозы.

— Васька, — окликнул бывшего официанта Владмир, — не отвлекай командира, Алексий налито уже давно и закуски на столе, давайте уже к трапезе приступать господа.

Да, подаваемые блюда, были действительно исключительными, а напитки удивительно гармонировали с каждым из них, но засевшая, в голове занозой, после беседы с Василием, мысль не давала Алексею покоя. И мысль эта была совсем не о жизни и смерти любителей покушать за чужой счёт, эти люди его не волновали, его волновало другое.

— «Малыш», — оторвал он от ужина Никадима, — так это получается, что любой маг может подключиться к любому человеку и прослушивать через него всё, что делается вокруг?

— В принципе да, — ответил тот, — но это не такой простой процесс. Во-первых, для этого нужен довольно таки продолжительный контакт с лицом, к которому подключаешься, надо настроиться на человека, а это не так просто. Во-вторых, более или менее грамотный маг моментально определит такого медиума и может его заблокировать, и если ты боишься за нас, то можешь быть спокоен, я постоянно контролирую ментальные поля вокруг нашей группы. Пока никаких попыток подключения, идентификации или просто прослушивания при помощи постороннего медиума не предпринималось. Не смотря на то, что наши новые друзья легко нас вычислили, со стороны врага пока не проявлялось ни какого к нам интереса. Скорее всего, про нас он вообще ещё ничего не знает.

— Ладно, будем считать, что скрытность нашей группы ещё сохраняется.

Ужин шёл своим чередом, на столе менялись блюда, напитки приборы и к тому времени, когда настал черёд десерта, все были сыты и немного во хмелю. Алексей расслабился в удобном кресле и курил сигару, потихоньку потягивая хороший коньяк, когда неизвестно откуда взявшийся, совершенно пьяный молодой щёголь возник перед Катериной и схватил её за руку.

— Ух, ты какая цыпа, пошли, потанцуем с тобой в отдельном кабинете, — заплетающимся языком произнёс он.

Реакция Алексея была мгновенной. Схватив наглеца за локоть, он с такой силой надавил на болевую точку, что тот взвыл и моментально выпустил руку девушки, следующим движением Алексей отбросил мальчишку в сторону. Тот пролетел некоторое расстояние, и удачно приземлился ровно в середину соседнего стола, разметав в стороны все стоявшие на столе закуски. За столом мирно ужинали офицеры местной гвардии. Не поняв, что произошло, они посчитали такое поведение молодого пьянчужки, своим личным оскорблением. Да и как было не оскорбиться, если вся их, к слову сказать, хорошо сшитая, одежда в одночасье оказалась забрызганной, а точнее обильно залитой всевозможными соусами, жиром, вином и тому подобными прелестями. На голове одного из гвардейцев повисли длинные макароны, с которых аппетитный свиной жир капал прямо тому на грудь. Второй стоял весь обвешанный квашеной капустой и тому подобными солёностями. Внешний вид остальных компаньонов не сильно отличался от этих двоих. Это вызвало непроизвольную улыбку на лице Алексея и откровенный смех Владмира. И только Алексей собрался принести невинно пострадавшим свои извинения, как те, заметив такое поведение и то, что пьяный щёголь прилетел со стороны чужестранцев, не углубляясь сильно в раздумья, причислили его к их компании. Клинки моментально покинули ножны, и гвардейцы кинулись в атаку. Делать было нечего, драка так драка, наши герои моментально вскочили на ноги и заняли оборонительную позицию, прикрывая девушек.

— «Малыш», уводи женщин, мы их задержим, — скомандовал Алексей.

— Я что, беспомощная курсистка, — возмутилась Катерина и потянулась, было к кинжалу. Но Алексей вовремя перехватил её руку.

— Катюш, уходите, мы не можем выдавать свою сущность, прошу тебя.

— Нет, я покажу этому сопляку…

— В конце концов, это приказ, — прошипел Алексей.

Девушка сверкнула глазами, но послушалась. Пока ещё в конфликт не втянулись все присутствующие, они могли проскочить к выходу и покинуть место предстоящей драки. А в том, что драка предстоит серьёзная, он убедился в следующее мгновение.

— Гвардейцы нас оскорбили, — крикнул один из потревоженной компании, в тот же момент на ноги вскочила, по меньшей мере, половина зала. Остальные посетители не заставили себя долго упрашивать и моментально покинули удобные кресла, выхватывая из ножен клинки на клич другого субъекта.

— Братва, гвардейцы наших, обижают.

Как знакома была Алексею, да, пожалуй, и всем остальным такая картина, когда из-за одного не в меру перепившего мальчишки начинается настоящая бойня. Причём здесь уже всё равно, кто свой, кто чужой, главное выйти из такой катавасии более или менее невредимым.

Кто их принял за «наших» Алексею так и не удалось разузнать, потому, что в этот миг в ресторане началось что-то невообразимое. Да и к чему это было знать. Скорее всего, просто у тех, кто называл себя «Братвой» бал давний и постоянный конфликт с гвардейцами. И сегодняшнее происшествие оказалось только очередным поводом для выяснения отношений типа кто здесь главнее. Столы превращались в баррикады, отовсюду летели посуда и бутылки. Звон стали заглушал пьяные крики. Отряд занял оборонительную позицию, и потихоньку пробивался к выходу. Алексей уверенно работал двумя клинками, отражая нападения и стараясь не наносить значительного урона противоположной стороне, ограничиваясь лёгкими уколами и небольшими порезами противника. В принципе они не являлись врагами, да и делить им было нечего. Совершеннейший пустяк, пьяная выходка молодого отпрыска богатого рода у него дома закончилась бы максимум лёгкой дракой, а то и просто серьёзной беседой и принесением извинений необоснованно пострадавшей стороне, коей считали себя гвардейцы. И надо сказать они имели на это право. Но здесь нравы были другие. Краем глаза он отметил, что основная масса дерущихся, которые, кстати, к данному конфликту не имели ни какого отношения, дралась как на поле битвы не на жизнь, а на смерть. Вон там, в углу кого-то совершенно откровенно закололи, и он без признаков жизни валялся на полу. А вот и чья-то кисть с зажатым в ней кинжалом упала прямо к ногам Алексея. Да здесь действительно давал выход давний конфликт между гвардией, как инструментом поддерживания законности в городе и теми субъёктами, которые эту самую законность постоянно нарушают. Пока бой набирал обороты, девушки, уводимые молодым магом, успели покинуть заведение, но на этом, удача, похоже изменила отряду. Дерущиеся окончательно замкнули кольцо вокруг отряда, тем самым, отрезав их от пути отступления. Начать сейчас пробиваться к выходу, а до него надо было перейти чуть ли не через весь зал, значило драться со всеми подряд и тем самым восстановить против себя не только гвардейцев, но и их врагов. В этом случае оба лагеря вполне могли объединиться, против непонятной третьей силы, тем более что ею были чужестранцы.

— Пробиваемся в сторону кухни, там должен быть запасной выход, — скомандовал Алексей.

Отряд немного изменил направление движения и усиленно заработал клинками и кулаками, разбрасывая всех, кто встречался на пути. Благо, потревоженные гвардейцы, уже забыли, кто нанёс им оскорбление и с упоением дрались со всеми, кто попадался под руку. Пробиваясь к кухонной двери. Алексей заметил ещё одну группу, движущуюся в том же направлении. Эти люди, так же как и они держались вместе, в отличие от остальных посетителей, которые дрались, с первым кто встречался у них на пути, лишь бы этот первый был одет не так как они и принадлежал к противоположному лагерю. Но вот та группа, что шла параллельно, была иная, и в первую очередь её отличало то, что, так же как и они, те люди старались не наносить существенного ущерба противнику, и точно так же старались покинуть поле боя, а ещё они явно были азиатами. К выходу из зала обе группы подошли вместе и не сговариваясь, объединились. Встав в полукруг, и всё время, сужая его, один, за одним, стали просачиваться в не широкую дверь, пока все не покинули зал ресторана, наполненный звоном стали, криками дерущихся и стонами раненых. Алексей, замыкавший процессию, отбросил последнего нападающего, захлопнул двери и капитан, вставил в ручку уже приготовленный массивный табурет.

Владмир тем временем схватил за шиворот первого попавшегося поварёнка. Здесь за дверями оказалась вся обслуга ресторана, они уже приготовились защищать свою территорию от вторжения.

— Где здесь выход? — Страшно вертя глазами, прокричал он.

Поварёнок от такого грозного вида напрочь лишился дара речи и только моргал глазами, показывая руками в разные стороны.

— Совершенно бестолковый, констатировал факт командир Княжеской гвардии, отбрасывая мальчонку в угол, как надоевшую игрушку, — пошли сами найдём.

И отряд, недолго думая, ринулся в глубину святая святых заведения. Обслуга, поняв, что её территории ворвавшиеся люди ни чем не угрожают, расступилась, пропуская объединённый отряд. Из раздаточной комнаты они выскочили непосредственно в кухню, из неё в длинный коридор, изобилующий различными ответвлениями. При виде несущегося, вооруженного отряда подмастерья и повара тут же разбегались по дальним углам. Путь им попытались, было преградить двое охранников, что они делали здесь в глубине подсобных помещений в то время, когда в зале шла настоящая война, оставалось загадкой. Тем не менее, охранители хоть здесь решили проявить рвение к службе, но, вовремя оценив свои силы и поняв, что бегущие не представляют для заведения никакой угрозы, пока, конечно их не тронули, благоразумно отступили, указав нужное направление движения. Повернув за угол и толкнув очередную дверь, Алексей, а за ним и весь объединившийся отряд выскочили во внутренний дворик. Перемахнув через забор, взобрались на крышу какого-то сарая, пробежали по ней, наводя ужас на мирно отдыхающую в нём живность, и очутились на какой-то узенькой улочке в стороне от злополучного заведения.

— Ух, хороша драка, жаль только до конца не получилось поучаствовать, уж мы бы им показали, кто есть кто, — переводя дыхание, вымолвил Владмир.

— Можешь вернуться и продолжить, — подшутил над ним Ярослав, — если тебе так понравилось.

— Мне не понравилось, — огрызнулся гвардеец, — но драка была хорошая.

— Ладно, хватит вам, давайте лучше осмотримся. Кто ранен? — осадил их Алексей.

— Да, вроде все целы, — ответил за всех Владмир, — а это, что ещё за чуды-юды такие? — Обратил он взор на стоящих в некотором отдалении четверых азиатов.

Четверо, чуть ниже среднего роста, крепко сложенных человека, с раскосыми глазами на круглых лицах, представляли действительно несколько экзотическую картину для этих мест. Одеты они были в длинные шёлковые халаты, красного цвета, расшитые золотыми и серебряными нитями. Из-под халатов выглядывали ноги, обутые в сандалии, за пояс каждого были заткнуты, мечи напоминающие классические самурайские. Незнакомцы заметили, что на них обратили внимание и поклонились. Один из них, видимо старший, сделал шаг вперёд и с поклоном обратился к Алексею.

— Мы были втянуты в драку, так же как и вы не по своей воле, хотя, как я успел заметить как раз вы, и являлись основной причиной этой потасовки. Мы так же заметили, что вы являетесь такими же, как и мы, чужестранцами в этих краях.

— Вы-то может и чужестранцы, — возмутился Владмир, — а вот мы здесь самые, что ни на есть хозяева. Этот город, как и все прилегающие территории, входит в состав Княжества Киевского, где и княжит брат мой двоюродный Святослав.

— Прости благородный человек, за то, что слова мои показались тебе обидными. Но почему тогда отнеслись к вам не подобающим образом?

— Всё очень просто, — ответил за Владмира Алексей, — дело в том, что путешествуем мы инкогнито, и никому в этом городе не известно о прибытии особы Княжеского рода. Иначе нас бы встречали со всеми подобающими почестями. А вообще-то, друг Владмир, стоит задержаться здесь на денёк и нанести завтра визит местному градоначальнику, со всеми вытекающими из этого последствиями. Ну, об этом после. Так, что вас, уважаемые, говорите, занесло в наши края.

— Об этом благородный господин, я ещё не говорил.

— Так скажи не стесняйся, здесь посторонних ушей нет.

— Посторонние уши есть везде и всегда, и если ты их не видишь, то это ещё не значит, что можно говорить обо всём, воин, — ответил азиат.

— Заинтересовал ты меня азиат, что ж, в таком случае давай пройдём к нам на корабль, там и побеседуем, о том, что ищете вы так далеко от родного дома, — ласково, но с потаённой угрозой в голосе произнёс Алексей.

— Только не думай, что ты пленил нас, воин, — предостерёг его собеседник, почувствовав интонацию.

— Это будет видно по вашему поведению. — Уклончиво ответил Алексей.

— Я сразу хочу предупредить тебя, что мы вольные люди, и вольны идти, когда захотим и куда захотим. Даже твой друг, брат Князя Киевского нам не указ, потому, что подданные мы другой короны. Но как приглашение, я принимаю твои слова и готов проследовать со своими спутниками к тебе на корабль.

— Ты знаешь, азиат, а ты меня озадачил, — ответил Алексей. — Не уж то ты думаешь, что мне есть дело, чьей ты короны подданный? Да ни капельки. И пригласил я тебя, только лишь по той причине, что мне интересно узнать кто ты и что ты. А ещё мне не нравится, что ты и твои соплеменники шастаете так далеко от своего родного дома, да ещё и в наших краях, где и так в последнее время неспокойно. Поэтому я не приглашаю тебя и не спрашиваю, пойдёшь или нет. Я утверждаю, что сейчас мы все вместе отправляемся к нам на корабль и там обсудим, что делать дальше.

— Ты тоже меня не понял…

— Давай не будем вступать в дебаты, и не заставляй меня вновь обнажать клинок. Всё разговор пока закончен, продолжим на корабле. Ярослав, куда нам идти?

— Идите все за мной, а проведу вас задними улочками, так меньше вероятности нарваться на городскую стражу и ещё им объяснять кто мы и почему в таком виде.

— Разумное решение, веди.

Глава 15

Немного поплутав, по тёмным, узким улочка, отряд вышел в порт. Ещё издали они увидели свой корабль и две одиноки фигуры на палубе, которые вглядывались в темноту. Подойдя поближе, Владмир махнул рукой, его заметили и замахали в ответ. Мужчины вбежали на борт по спущенному трапу, и тот моментально был поднят.

— Вахтенный, — позвал капитан.

— Слушаю господин капитан.

— Женщины и Никадим на борту?

— Точно так, господин капитан.

— Заготовители все вернулись?

— Точно так господин капитан. Вернулись все.

— Что это ты заладил как попугай? Нормально отвечать не можешь? Ладно, как хочешь, старпома ко мне.

— Слушаюсь. — И матрос растворился в темноте.

— Алексей, я пока проверю подготовку судна, а ты можешь воспользоваться моей каютой, для беседы с людьми, — любезно предложил капитан.

— Спасибо, именно об этом я и хотел просить. Прошу тебя незнакомец пройти со мной, твои люди пусть подождут тебя на палубе. Никадим, мальчик я попрошу и тебя присутствовать при разговоре.

На последние слова, почему-то среагировал азиат.

— Не стоит, воин, утруждать парня, он хоть и очень сильный маг, но у нас магия другая, он её не знает и ни чем тебе не поможет.

— Хорошо, будь, по-твоему, — несколько удивился, но согласился Алексей. — Тогда следуй за мной.

А в это время, Владмир, активно жестикулируя, уже рассказывал девушкам, что происходило в ресторане, после их такого внезапного ухода. Почему-то Алексей был уверен, что правды в рассказе гвардейца будет не больше чем соли в водах Днепра, у его истока. Он улыбнулся своим мыслям и направился в каюту капитана, азиат проследовал за ним. Подойдя к каюте и открыв двери, пропустил гостя, затем вошёл сам. Помещение было ярко освещено, Алексей уселся в глубокое, удобное кресло и предложил собеседнику занять место напротив.

— Я не буду задавать тебе вопросы азиат. Рассказывай свою историю, и только лишь выслушав её до конца, я, возможно, уточню, то, что меня наиболее заинтересует. Устраивает тебя такой разговор?

— Вполне, воин. Я родился в Тибетских горах, в одной из провинций Великой Кхитайской империи. Империи, которая простирает свои земли от северного моря до южного, и от восточного края земли почти до самого западного её края.

— Эк ты загнул, любите вы азиаты всё преувеличивать. До какого западного? До западного края ещё шагать и шагать, от этого самого мета, и в обратную сторону до твоей Кхитайской Империи тоже ещё добраться надо, да не одну державу пересечь. Но это так отступление, продолжай.

— Я не стану с тобой спорить, ты не из нашего мира, может в твоём оно и так, но здесь совсем другая реальность.

— Какая к чётру реальность? Реальность вот она ты стоишь на земле Киевского Княжества и, до твоего Кхитая ещё топать да топать. Ладно, не отвлекаемся, слушаю дальше.

— Так вот, Наш род, боевых магов берёт начало от сотворения мира, а, следовательно, и мой путь на этой земле был предрешён ещё в момент моего рождения. Но это всё не важно. Трое моих помощников, просто воины. В последнее время в великой империи начали твориться странные дела. Стали появляться непонятные люди, они начали жечь наши селения и убивать наших людей. Тогда Великий Император призвал к себе трёх мудрецов и открыл совет. «Мудрецы, — спросил он, — скажите, что это за варвары жгут наши сёла, осушают рисовые поля, уничтожают моих подданных, откуда они берутся и куда пропадают, сделав своё чёрное дело?» Три дня и три ночи думали мудрецы, выслеживали варваров и нашли. Все нити вели сюда, в эти дальние края, в не ведомые нам, Карпатские горы. И тогда Великий Император призвал меня и сказал: «Возьми Ли Шен трёх лучших воинов и иди в Романские Карпаты, к западному краю земли, разузнай, откуда идёт угроза, найди понимание и поддержку местных правителей и тогда Великая Кхитайская Империя будет готова послать своё воинство, чтобы общими силами справиться с наступающей бедой». Вот так и оказались мы здесь Воин.

— Интересно, интересно, славно ты всё рассказываешь, та как ловко у тебя всё получается. Только вот в толк я ни как не возьму, как местные варвары в одночасье могли ещё и в Кхитае оказаться, их, что туда самолётами перебрасывали? Так нет здесь такого транспорта. И ты со своими друзьями как мог так быстро в наших краях очутиться? Топать-то вам вёрст, эдак, тысяч десять, за месяц не осилить никак, месяца три тащиться надо, а варвары и здесь-то появились не так давно.

— Наивны твои слова, хотя на вид ты и мудрый человек. Я же тебе только что сказал, что отношусь к древнему роду боевых магов. Я просто открыл портал и шагнул вслед за своими воинами, и вот я здесь.

— Ага, про порталы я уже, что-то слышал, сдаётся мне, что те варвары тоже, откуда-то из портала появляются, но они появляются здесь у нас, как они там у вас появились.

— Вот опять странны твои слова. Неужели ты думаешь, что маг, способный так долго держать открытым портал между измерениями, не способен перебросить отряд на несколько тысяч вёрст? Да и не маг это вовсе.

— А кто, по-твоему.

— Кто-то из правителей Хаоса, или, в крайнем случае, из их ближайшего круга.

— Час от часу не легче. И что ты там со своим отрядом думал предпринять? Кстати не столь многочисленным.

— В мою задачу входит найти этот портал, отследить, сколько сил они успели сюда перебросить, где они сосредотачиваются. Затем найти контакт с местными властями для выступления единым фронтом, да и по возможности закрыть портал. Вот и всё.

— Что же задачка не сложная. И как ты думаешь её выполнять?

— Теперь уже с твоей помощью.

— Я-то здесь причём?

— Нет, благородный господин, меня не обмануть. С какой целью может идти вверх по Дунаю отряд, состоящий из Призванного Воина, Спутника Героя, двух женщин-воительниц, рыцаря и мага? Да ещё и направленный туда Князем — магом-полукровкой и контролируемый самым могущественным магом этих земель. Нет, только одна у такого отряда может быть цель, полностью совпадающая с моей.

— Вот это ты загнул. И кого это ты называл здесь такими титулами, кого имел в виду.

— Не лукавь Воин. Я же тебе сказал, что происхожу из древнейшего рода боевых магов. Да и магия у нас совсем другая, нежели здесь. Или ты хочешь сказать, что ты уроженец здешних мест?

— Нет вот как раз этого я и не говорил. Меня действительно сюда перенесло, каким-то совершенно непонятным образом.

— Вот видишь, на первый вопрос ты сам ответил, а на все остальные отвечает меч, который висит у тебя на боку.

— Ладно, Ли Шен. Закрыли тему. Добро пожаловать на борт, — и Алексей протянул Кхитайцу руку. — Иди, размещай своих людей, и отдыхаем. Завтра у нас визит к местному царьку.

— «Малыш», — позвал Алексей в открывшуюся дверь Никадима, — зайди сюда, разговор есть.

— Слушай меня мальчик внимательно, — обратился он к магу, когда тот плотно закрыл за собой двери, — вот что поведал мне этот Кхитаец, — и он в подробностях пересказал молодому человеку свой разговор с азиатом. — Я тебя попрошу, сейчас же составь подробный отчёт и отошли его Князю, заодно посоветуйся с Наставником по поводу этого человека.

— Не стоит, — откуда-то из угла прозвучал голос Преподобного, — я и так всё слышал.

От неожиданности Алексей резко повернулся и потянул из ножен клинок. Старый маг сидел в дальнем кресле и улыбался.

— Не надо так нервничать. Ты уж извини, но я весь разговор сидел в этом кресле, и, между прочим, твой собеседник об этом знал. Ты правильно сделал, что доверился ему и принял в команду. Всё что он говорил сущая правда, и помощь его тебе очень пригодится. Вот так, а теперь пойду и я на покой. Его Светлости всё расскажу завтра с утра. Как он его назвал? Маг-полукровка? Интересно, — улыбнулся Наставник. — Кстати, — обратился он вновь к Алексею, — можешь передать Кхитайцу, что Князь дал своё согласие на совместные действия, и более того он уже связался с Императором и обсудил предварительный план. Всё молодые люди, покойной ночи, с этими словами и лёгким хлопком Наставник исчез в облаке телепорта.

Глава 16

— Как это градоначальника нет на месте, где он, — бушевал Владмир, — ты, что шельма, не понял, кто пожаловал к вам? Немедленно позвать ко мне командира гвардейцев.

В приёмную, где на мягких диванах расположилась вся «Свита высокого гостя» вбежал офицер гвардии. Дело в том, что в каждом более или менее крупном городе было расквартировано подразделение Княжеской гвардии, фактическим командующим которой и являлся двоюродный брат Его Светлости, командир гвардии и начальник личной охраны князя наш друг Владмир. Всё это конечно была формальность. В мирное время каждое подразделение действовало совершенно самостоятельно и о существовании какого-то там командующего большинство гвардейцев, которые набирались из местной знати, конечно, слышало, но видеть его никогда не видело, да и сам командующий знал далеко не обо всех своих подразделениях. Предназначение этих частей и подразделений, было охранять законность и государственность на местах, но на самом деле они были инструментом в руках местного начальства, достижения своих личных целей. Именно поэтому особо ни кто не следил за их дисциплиной и «доблестные воины» повсеместно предавались пьянству, а так же разгулу за государственный счёт. Но вот в отличие от рядовых гвардейцев, каждый командир подразделения при назначении на столь высокий государственный пост, был представлен ко двору и лично знаком с командующим всей гвардией — Владмиром.

Ворвавшись в приёмную, офицер открыл, было, рот, чтобы устроить разнос секретарю, выгнать непрошеных гостей, и тем самым устранить мелкую неприятность, но так и застыл на пороге.

— Ага, — елейным голоском произнёс главный гвардеец, — вот и начальство к нам пожаловало. Ты что это сукин сын за анархию развёл в подразделении?

— Я, я, — заикаясь, начал то.

— Что ты якаешь, говорить разучился? Немедленно построить мне на плацу всё своё войско, при полном обмундировании и экипировке, с конным составом. Я считаю до двадцати и выхожу строевой смотр проводить, заодно и зачинщиков вчерашней драки выявим. Понял!? — Рявкнул, Владмир.

— Владмир, душка, — жеманно начала Ольга, подыгрывая своему жениху, — они вчера мне платье всё кровью испачкали, я чуть в обморок не упала, следует их примерно наказать, чтобы не повадно было.

— Ты ещё здесь? — зыркнул на офицера командующий и того как ветром сдуло из приёмной.

Теперь и до секретаря стало потихоньку доходить, что за гости пожаловали к нему в город. Ему стало не по себе и он медленно вдоль стеночки стал пробираться к выходу. Но не тут-то было. Выход из приёмной надёжно охранялся Алексеем. Он ухватил нерадивого чиновника за засаленный воротник и немного приподнял над полом, благо тот был худ да мал, а весил от силы два с половиной пуда.

— Ты куда это собрался? Господин Владмир, смотри, этот решил ускользнуть от ответственности. Так, где ты говоришь твоё начальство?

— Он изволит, — начал что-то блеять секретарь, но начальство в этот самый момент пожаловало само, избавив преданного, но не блиставшего храбростью чиновника от дальнейших пыток, и борьбы между двух огней. А именно такая борьба и шла в голове секретаря, он ни как не мог сообразить, что для него будет лучше, рассказать всё как на духу, этим столичным господам, или остаться верным своему местному хозяину. И первое, и второе было чревато, серьёзными последствиями, и вот какие из них будут более лёгкими, именно эту дилемму он сейчас и решал.

В это самое время в приёмную, шумно пыхтя, вкатился, совершенно круглый градоначальник и с порога бухнулся в ноги Владмиру. На что секретарь среагировал молниеносно, в то же мгновение, лишившись чувств.

— Не вели казнить благородный господин. Отсутствовал на месте исключительно в делах службы, порт проверял, там и доведался о прибытии высокого гостя, и сразу сюда.

— Что же от тебя так медовухой несёт, коль ты по служебным делам отсутствовал? Поднимайся, сукин сын, негоже при нижних чинах в ногах валяться, чай градоначальник, не кто-нибудь. Скажи-ка теперь мне, где начальник стражи, почём я за всё время ни одного стражника на улицах не видел? Где начальник участка тайной канцелярии? Почему в городе злодеев больше чем честных людей? Собрать всех, я с ними беседовать буду. А пока пошли гвардейцев инспектировать будем. Да вон холую своему лекаря вызови, гляди, в углу без сознания валяется.

С этими словами, не обращая больше внимания на градоначальника, Владмир вышел из приёмной, за ним потянулась вся его свита в лице двух чопорных дам, молодого пажа наёмного воина и слуги, замыкал эту процессию вспотевший и трясущийся от страха чиновник. На ходу он успел окликнуть ещё кого-то из своей канцелярии и распорядится о спасении преданного секретаря. Если бы только знал градоначальник, что на самом деле секретарь уже был готов сдать его с потрохами, и только лишь появление самого спасло бедного чиновника от предательства. То ни в коей мере не заботился бы так о здоровье подчинённого. Но он этого не знал, а посему распорядился спасать.

Гвардейцы собрались на удивление быстро, но вид у всего этого воинства был удручающий. Форма, из которой многие гвардейцы уже давно выросли, растолстев, от безделья была измята и грязна, а у некоторых даже порвана. Не бритые, со следами давнего похмелья, а точнее постоянного пьянства на лицах, гвардейцы дышали на инспектирующее начальство тяжёлым перегаром. Конный состав, даже трудно было назвать таковым. Это были клячи, давно доживающие свой век и не видавшие седла отроду. Проходившие всю жизнь в упряжи он видимо были приобретены за бесценок и только лишь для численности, хотя и здесь вышла промашка. У некоторых воинов они вообще отсутствовали. Только лишь офицеры имели более или менее приличный вид, хотя вчера в гражданской одежде они выглядели даже по-щегольски, до определённого момента. Да, офицеров инспекторы узнали сразу, это были именно те соседи по столику, из-за которых всё и началось, точнее, будет сказано, которые и начали драку, не потрудившись сперва разобраться в происшествии.

Подразделение было построено в каре. Владмир из центра внимательно осматривал каждого, а Алексей пошёл вдоль строя.

— Ты, — ткнул он пальцем в первого из вчерашних драчунов, — выйти из строя, ты, тоже, ты, — шёл он дальше, — и ты, все указанные выйти из строя.

Тут его взгляд остановился на отдельно стоящей маленькой группе молодых гвардейцев, их было пять человек. Они в отличие от всего остального воинства были чисто, как говориться, с иголочки одеты, отглажены, начищенные пуговиц и бляхи сверкали на солнце, радуя взгляд. Их кони были накормлены, ухожены и заботливо покрыты попонами. Владмир тоже обратил внимание на эту пятёрку.

— Градоначальник, — позвал он чиновника, — вот этих четверых, если не ошибаюсь это командиры подразделений, вместе с командиром гвардии разжаловать, заковать в кандалы и на галеры, простыми матросами.

— Как можно господин за что?

— Так ты ещё и не знаешь за что? — Владмир подошёл к чиновнику, — я тебе сейчас объясню, только после моего объяснения, ты пойдёшь вместе с ними.

— Нет, господин, смилуйся, я всё понял.

— Так вот, этих четверых, за оскорбление особы княжеской крови, разбой, убийства и все остальные бесчинства, что они творили, вместо того, чтобы блюсти законность и государственность в городе, а этого, — указал он на командира, — за бездействие, халатность и подрыв боеготовности подразделения. Понял!?

— А командовать гвардией кому? — Задал вопрос градоначальник, он уже находился почти в полной прострации и не знал что делать, что спрашивать, что уточнять.

— Вот этим, — указал командующий на отличившихся гвардейцев. — Подойдите ко мне молодцы. Всем присваиваю офицерские чины, как звать, — обратился он к одному из гвардейцев, который казалось, был немного старше остальных.

— Александром, господин командующий, — браво отрапортовал тот.

— Назначаешься командиром отряда.

— Слушаюсь.

— Остальные трое — командирами взводов, первого, второго и третьего, — он поочерёдно ткнул пальцем в каждого.

— Разреши вопрос, господин командующий, — поинтересовался вновь назначенный командир, не досчитавшись одного взводного.

— Валяй.

— А четвёртый взводный?

— Четвёртого взвода больше не будет, не нужен он здесь, расформировать, частично усилить три наличествующие. Понятно?

— Точно так.

— Вам сроку неделя, привести всё подразделение в надлежащее состояние. Пьянство, драки и все остальные мельчайшие нарушения пресекать немедленно и безжалостно. Через неделю, на обратном пути проверю лично, еже ли, что не понравится, весь отряд будет на галерах, а ежели, кто воду мутить вздумает, — повысив голос, с угрозой продолжил командующий, — лично вздёрну на рее своего корабля. Всё командуйте офицеры. Пошли градоначальник с тобой разбираться будем.

При этих словах, ноги у градоначальника стали ватными и он чуть не свалился в обморок прямо здесь на плацу, но кое-как справился с собою.

Инспектирующая процессия двинулась назад, в направлении городской ратуши, а сам инспектируемый, собравшись с последними силами, плёлся в хвосте.

В кабинете градоначальника, который больше походил на будуар светской дамы, их ожидало остальное городское начальство, а именно: начальники городской стражи и участка тайной канцелярии. Лица всех выдавали сильный испуг и недоумение.

— Ну что господа хорошие, значит, так вы выполняете свои обязанности на службе Его Светлости? Не кабинет, а комната свиданий какая-то. Ты, — обратился он к первому попавшемуся, — кто такой?

— Начальник городской стражи, благородный господин, — промямлил перепуганный до смерти местный полицмейстер.

— У тебя стража вообще имеется?

— Точно так, имеется.

— Так почему я ни одного стражника на улицах не видел, почему разбойники и воры в городе живут спокойно, а честным гражданам на улицу и носа казать нельзя? Почему, ответь мне на милость, мены, наследника престола, чуть было не зарезали в этом городе, как неопытного цыплёнка? Я жду ответ! — рявкнул Владмир так, что начальник стражи даже присел от неожиданности.

— Так у меня некомплект, благородный господин. Две трети личного состава стражи недостаёт.

— Что? Как так некомплект, почему?

— Финансирования вот уже третий год нет. Те, что есть стражники, то уже по старинке дослуживают, кто был помоложе, те разбежались, благо в матросах и охранителях на корабли всегда спрос есть, а новых не могу набрать, жалование то нечем платить.

— Что!? — Взревел Владмир, — как это финансирования нет? — И он упёрся взглядом в градоначальника, страшно вращая глазами.

— Владмир, — шепнул ему на ухо, но так чтобы все слышали, Алексей, — наверное, стоит ещё и казначея сюда с отчётами вызвать.

Услышав эти слова, градоначальник переменился в лице, он стал сначала белым как стена, затем покраснел и в итоге, видимо осознав до конца свою дальнейшую судьбу, позеленел. Про то, что речь зайдёт о казначее он и представить себе не мог, даже в самом страшном сне. Не мог самый главный гвардеец вспомнить про казначея, да и что ему там проверять, исторически так сложилось, что не знали гвардейцы толку в бухгалтерских делах. И не должен он был про это вспомнить, всё этот, сопровождающий.

— Дело говоришь, дело. Эй, писаришка, ты ещё здесь, — крикнул Владмир, — двери кабинета тот час открылись, и в них просунулась голова секретаря, которого уже привели в порядок и он вновь был готов принять на себя часть удара. — Тащи сюда казначея да поживее, да с финансовыми отчётами за последние три года. А ты, стало быть, — обратился он к третьему присутствующему, — начальник участка. Скажи-ка мне любезный, как ты допустил, что стража не финансируется, и разбежалась вся? Почему гвардия в таком состоянии? Почему казна, в конце концов, разворовывается? Или ты тоже в этом участие принимаешь?

— Как можно, благородный господин, как можно.

— Что можно-то? что ты заладил? Никадим, — позвал гвардеец мага, — отправь-ка его прямиком в кабинет Калигулы, на приём, пускай там ответ держит. Координаты-то знаешь?

— Знаю.

— И сам с ним смотайся, расскажи подробненько, что тут твориться. Давай одна нога здесь, вторая, тоже уже здесь. Ждём тебя в этом кабинете.

Без лишних слов Никадим взял моментально осунувшегося чиновника за руку и растворился в телепорте. А в это время в кабинете появилось новое действующее лицо. В двери вальяжно, с толстыми фолиантами под мышкой ввалился не менее толстый, чем градоначальник, но более высокий и от этого напоминающий маленькую гору, казначей. Он не обращая внимания ни на кого, бросил свои амбарные книги на стол и развалился в кресле. Владмир с интересом посмотрел на него. Но этот взгляд ничуть, не смутил казначея, видимо он привык чувствовать себя хозяином в этом кабинете, и был уверен в том, что ни один человек из присутствующих не разберётся в его отчётах. Конечно, так бы оно и произошло, потому, что ещё по дороге с плаца, Владмир тихонько предупредил Алексея, что совершенно ничего не смыслит в бухгалтерии и если провести смотр войск и строго взыскать с виновных он вполне способен, то вот проверить отчёты казначея, это для него проблема. Поэтому и не стал его сразу вызывать. Алексей в свою очередь успокоил друга. Работая у себя в службе безопасности банка, ему много раз приходилось проверять такого рода деятельность, да и бухгалтерские курсы перед началом работы он прошёл. И хотя статьи поступлений и расходов в этом мире наверняка отличаются от их, но вот цифры они везде одинаковые и арифметика во всех мирах одна.

Не ожидая приглашения, он уселся за стол и открыл книги учёта. Бухгалтерия хотя и была достаточно путанной, но статей было немного, и со всеми он очень быстро разобрался. Сразу бросились в глаза расхождения, конечно для более глубокого анализа было необходимо время, но то, что воруют, было видно и без подробного изучения, причём воровали в таких непомерных количества, что было вообще не понятно, как здесь хоть что-то ещё работает.

— Да, господин Владмир, воруют здесь нещадно.

— Да как ты смеешь, — тут же возмутился казначей, — это чистая ложь. — Возмутиться то он возмутился, но в лице тоже слегка поменялся, уже не было той уверенности в полной безнаказанности. И как только Алексей начал листать книги, казначей моментально понял, за проверку взялся не дилетант.

— Молчать! — рявкнул, на него Владмир, — и вообще, как ты собака, посмел сесть в моём присутствии!? Писарь, троих гвардейцев ко мне.

Через мгновение в кабинете появились три гвардейца. Они уже успели привести себя в относительный порядок почистить и погладить форму, побриться и теперь выглядели достаточно респектабельно.

— Этого, — указал Владмир на казначея, — в кандалы и в каземат, до-завтра. — В следующее мгновение он навис над сразу как-то уменьшимся чиновником, и зашипел тому прямо в лицо. — И молись всем богам, чтобы твоё воровство не подтвердилось при более глубоком изучении отчётов, в противном случае, если мне с утра на стол положат отчёт о том, что казна разворовывается, то в обед та будешь висеть на площади перед ратушей. Всё увести, — скомандовал он гвардейцам. — Хотя нет, постойте, градоначальника тоже туда, не мог казначей без его ведома воровать.

От этих слов градоначальник лишился чувств. Его покинули последние силы, ноги подкосились, и человек грохнулся на пол.

Дождавшись возвращения Никадима, компания, вволю накомандовавшись, собралась уходить.

— Владмир, вы идите, а я останусь здесь, — решил Алексей.

— Что так?

— Поработаю с документами, чтобы не тянуть их на корабль и как только освобожусь сразу приду с отчётом.

— Как скажешь, только я вот тебе Ваську, на всякий случай оставлю, и прикажу гвардейцев на страже поставить, у этого ворюги, наверняка сообщники есть, как бы они не кинулись спасать его.

— Хорошо, ну всё идите. Распорядись только чтобы меня не беспокоили.

— Да, вот что ещё, — вспомнил, уже выходя, гвардеец, — если захочешь чего поесть или выпить, то ни в коем случае, писаря не отправляй, только Ваську, иначе отравят.

— Спасибо, друг, умеешь ты утешить.

Как только кабинет опустел, Алексей распорядился, что бы секретарь сдал ему ключи от кабинетов, и шёл домой, сам закрылся из нутрии и принялся за работу. Василий тихонько сидел в удобном кресле, время от времени отлучаясь за едой и прохладительными напитками. Время за работой шло быстро, книги просматривались одна, за одной, все нарушения, и злоупотребления, воровство и немного прикрытое расхищение, всё лежало практически на поверхности. Алексей удивлялся, как так можно, совсем не прикрывая своей деятельности жить. Видимо ревизии в этом мире были делом настолько редким, что всякий чиновник считал просто своим долгом тянуть из казны.

Над отчётами Алексей просидел до поздней ночи. Василий мирно дремал в кресле, из приёмной тоже не доносилось ни звука, когда вдруг со стороны балкона донёсся какой-то лёгкий щелчок. Алексей насторожился и в следующее мгновение бросился на пол, арбалетная стрела просвистела над ним и вонзилась в противоположную стену. Упал он очень удачно, со стороны стрелявшего, должно было создаться впечатление, что его выстрел был удачным. От шума падающего тела проснулся Василий и только собрался броситься на помощь, как Алексей жестом приказал ему не двигаться, и делать вид, что дальше спит. В кабинете снова воцарилась тишина. Продолжение не заставило себя долго ждать. В открытую, балконную дверь вошёл человек, он крадучись подошёл к столу, перелистал составленные Алексеем отчёты, собрал их и хотел уходить, когда что-то его задержало. Стрела, понял Алексей, он увидел стрелу. Человек сделал шаг вперёд, его ноги оказались в зоне досягаемости. Подсечка и вот он уже на полу. На ноги вскочили одновременно. Противник оказался неплохим бойцом, но он не мог подумать, что перед ним стоит не какой-то чиновник-ревизоришка, а хороший боец с большим опытом рукопашных схваток. Это и погубило несчастного. Уже через, несколько мгновений он лежал на полу, крепко связанный и готовый к транспортировке.

— Вот теперь Василий вставай и зови, кто там у нас на страже.

Гвардейцы, охранявшие двери появились мгновенно.

— Значит так бойцы, осмотреть двор и прилегающие улицы, не мог он быть один. Проверить посты вокруг здания, если он сюда проник, значит, его либо пропустили, либо те, что стоят на посту внизу, уже мертвы. В любом случае поднимать всё подразделение по тревоге, командира немедленно ко мне.

— Господин Алексий, — казалось, новоиспечённый командир гвардейцев ждал за дверью.

— Слушай меня внимательно офицер. Во-первых, усилить охрану казематов, где содержатся все арестованные, во-вторых, мне коня и одного сопровождающего. В-третьих, прочесать все прилегающие улицы и, в-четвёртых, сделать облавы на всех известных «малинах». К утру, местная тюрьма должна быть забита всеми, кто хоть немного подозревается в противозаконных деяниях. Основное внимание обратить на окружение казначея и градоначальника. Всё понятно?

— Так точно.

— Тогда действуй, а мы отправляемся на корабль.

Алексей собрал разбросанные бумаги. Вытащил из стены стрелу.

— Погоди, — окликнул он командира, — вот эта штука тебе ни о чём не говорит?

Тот внимательно осмотрел стрелу.

— Да, кажется, я знаю, кому принадлежит эта стрела, вот на ней даже маркировка имеется.

— Тогда действуй. Этого, — он указал на пленника, — я забираю с собой.

На корабле, в каюте капитана было людно и шумно. Когда «ревизоры» зашли туда, волоча за собой пленника, там кроме всего отряда оказались ещё и Его Светлость, князь Святослав, его Наставник и тайных дел мастер, господин Калигула.

— Тебе, какая была поставлена задача? — Распекал Князь своего брата. — Какое ты имел право отвлекаться на такие мелочи, кто дал право демаскировать группу?

— Святослав, да я же… — Пытался оправдаться брат.

— Нет, ты меня не перебивай, я знаю что говорю. Ты поставил под угрозу всю операцию. Ты не представляешь, какая беда стучится в двери, может так случиться, что и княжества в скорости не будет никакого. Вот побороли бы эту беду, тогда можно было и за воришек этих взяться.

— Погоди, Твоя Светлость, — сходу встал на защиту друга Алексей, — в городе мы действовали строго в рамках легенды. Если я не ошибаюсь, ты лично придумал, что Владмир, который, является, твоим братом, наследником и носит все остальные титулы, путешествует по этим местам вместе со своей невестой и в нашем сопровождении. А как может вельможа такого уровня спокойно отнестись к нанесённому ему, а в его лице и всей державе, оскорблению. Ведь он не просто богатый вельможа, он принц крови. Это с одной стороны, а с другой, если оставить у себя в тылу вот такое осиное гнездо. Почему ты думаешь, что они будут сидеть, сложа руки, когда враг будет на пороге. Нет, не станут сидеть, встанут и нож тебе в спину воткнут, приблизительно так, как хотели это сделать сегодня со мной. Только я то, что мелочь в их глазах простой ревизор. Меня пристрелили, книги забрали, сожгли и всё проблема решена, а ты, это государство, и надежда всего Княжества.

— Ладно, Владмир не серчай, согласен, немного вспылил, извини. Рассказывайте теперь, что здесь у вас происходит.

— Да всё очень просто, Твоя Светлость, воруют. Вот только поверхностные отчёты о движении бюджетных средств за последние три года. Здесь всё и растраты и злоупотребления. Мало того, что все закупки проводились только через одного купца, скорее всего родственника местного казначея. Это бы ничего страшного, если бы товар поставлялся, а то ведь фураж, форма, вооружение и даже кони, всё только на бумаге, а фактически мы прекрасно сегодня всё видели. Дальше по страже. Жалование, согласно ведомостям, выплачивается в полном объёме на весь штатный личный состав ежемесячно и без задержек, и получают его все стражники, там фактически одни мёртвые души, а на самом деле всё оно тоже в полном объёме получается ни кем иным, как господином градоначальником, вот его личные подписи. Это видимо плата за то, что на все махинации казначея он закрывает глаза. Вот вкратце вам отчё.

— Хороши дела, ничего не скажешь, и это почти в приграничном районе, на морском рубеже. Калигула, куда же твои опричники смотрят, или тоже рыло в пуху?

— С местными, я уже разбираюсь, Твоя Светлость. Сегодня же будет результат и новое назначение, а завтра с твоего позволения лично отправлюсь с инспекцией.

— Отправляйся, отправляйся, и чтобы мне результат был. Всё разбор закончен. Владмир, брат мой. Завтра этих двоих моим именем на виселицу, имущество описать и на покрытие казны, жалование всем по задолженностям выдать. Стражу и гвардию пополнить до полной численности и заставить порядок наводить в городе. Если не управитесь за один день, задержитесь. Всё мы ушли.

— Погоди.

— Что?

— Святослав, я здесь распорядился один взвод гвардии расформировать.

— Что так?

— Командиром не было кого назначить.

— Хоршо, коль так, значит так, только вот что, сделай мудрее, ты тот взвод расформируй. А в остальных увеличь численность и таким образом у тебя останется всего три взвода, а численность всего отряда не изменится. Ослаблять ним рубежи сейчас нельзя.

— Хорошо, я понял, именно так я и думал сделать.

— Вот и хорошо, всё, господа, мы пошли.

И троица растворилась в воздухе.

Что-что, а вот виселицы здесь умели сооружать очень быстро. Горожане, уставшие от беззакония, помогали во всём. Нашлось немало охочих, вступить в стражу, да и гвардия, значительно освежилась молодыми отпрысками знатных горожан. Так что покидали наши герои город, правда, с небольшим опозданием, но зато с чувством выполненного долга. Вновь назначенные офицеры гвардии оказались людьми честными и достаточно расторопными. В местной тюрьме надолго поселились известные всему городу бандиты, долгое время наводившие ужас на население. На третий день провели выборы градоначальника, из числа горожан. Жизнь в городе потихоньку входила в нужное русло, и отряд с лёгким сердцем отправился в путь.

Глава 17

Вверх по Дунаю шли в основном на вёслах. Чем выше поднимались, тем картина открывалась более удручающая. Всё чаще и чаще по берегам встречались сгоревшие дотла деревни и небольшие города. Повсюду валялись не погребённые трупы, раздувшиеся на солнце. От этих мест далеко разносился смрад гниющего мяса. Несколько раз нашим героям даже удалось заметить небольшие отряды варваров, рыщущих по берегу реки в поисках новой добычи. И происходило это уже среди белого дня. Правда они ещё не выступали совсем открыто, и, завидев корабль, моментально скрывались. Но то, что дикари стали появляться уже и днём, было плохим знаком. Однако вскоре настал день, когда достаточно крупный отряд человеко-обезьян не стал прятаться, а при виде корабля они наоборот вышли на самый берег, размахивая дубинками и что-то выкрикивая.

— Ты смотри, — капитан не мог удержать волнение, — эти варвары уже ничего не боятся. Они, кажется, нам угрожают.

Их выкрики, конечно, трудно было принять за членораздельную речь, но то, что эти крики несли смысловую нагрузку, сомнений не было, полу-звери понимали друг друга. Не сговариваясь, все кто был свободен, схватились за арбалеты. Не знавшие до сих пор сопротивления варвары продолжали стоять на берегу и кричать, но после первого залпа, когда большая часть отряда осталась лежать на земле, без признаков жизни, живые и легко раненные быстро удалились. Хотя и остались в некотором недоумении, что это за такая напасть постигла их товарищей.

— Ли, — позвал Алексей Кхитайца, — как ты думаешь, не опоздали мы? Смотри, как обнаглели.

— Нет, ещё успеваем, но кажется, мне, что скоро надо будет высаживаться и углубляться в горы. Где-то там, — он посмотрел вдаль, — идёт усиленная работа по наращиванию сил.

К ним подошёл капитан.

— Уже немного осталось до последнего порта, дальше река не судоходная, я думаю завтра к вечеру, мы должны бросить якорь у причалов. Если, конечно город ещё жив.

— Тогда надо начинать готовиться к высадке, — ответил Алексей, — пошли господа, соберём людей.

В кают-компании собрался весь разросшийся за последнее время отряд. Алексей окинул людей взглядом. Лица были серьёзные и сосредоточенные. Девушки уже давно сняли, порядком надоевшие им платья и были в привычной для себя, мужской одежде. Чем выше поднимались они по реке, тем очевиднее становилось то, что в маскировке уже нет никакого смысла. Путешествовать в этих местах мог разве, что сумасшедший.

— Господа, к завтрашнему вечеру мы прибудем в конечный пункт нашего водного пути. — Начал Алексей, — На этом развлекательная часть путешествия заканчивается и начинается тяжёлая и опасная работа. Поэтому сегодня всем заняться своим оружием и экипировкой. Ещё раз проверить, почистить и смазать оружие. Все имеющиеся магазины, снарядить боеприпасами, оставшиеся, вынуть из цинков, распределить равномерно между всеми. После подготовки оружие спрятать, нет смысла пугать неведомым, местное и без того перепуганное население. Сколько нас человек? Первоначальный отряд — шестеро, Радмир, седьмой, четыре человека из отряда Ли, и того одиннадцать, а коней всего восемь и то двое из них вьючные с поклажей.

— Погоди, Алексий, — прервал его капитан, — а меня ты в расчёт не берёшь?

— Я полагал, что ты останешься на корабле, ждать нас.

— Корабль я оставлю на старшего помощника, он вполне справится с этой задачей — ждать вас. Да и ждать мне кажется, будет некого. Неужели ты думаешь, что столь малочисленным отрядом, вы сможете одолеть их и остаться живыми?

— Вот таких слов, Ярослав, перед заданием говорить не надо. Все и так понимают, что без потерь не обойтись, и кто там поляжет, а кто вернётся, только Богу ведомо, но каждый надеется вернуться, и эту надежду у людей отнимать нельзя. Мы вернёмся все. Вот мой ответ, и приказ. Слышали все? — Он оглядел притихших людей, — да это мой приказ — ВЕРНУТЬСЯ ВСЕМ!

— Извини, может, я не правильно выразился, но я хочу пойти с вами. Я воин, и это мой край, здесь могилы моих предков и здесь в этой земле погребена моя семья, мои дети. Поэтому не время, отсиживаться в ожидании, что придёт добрый дядя и очистит мою землю от этой погани.

— Ладно, я не против. Итого получается двенадцать. Теперь о лошадях. Радмир, Ярослав, как далеко мы сможем пройти верхом, не будут ли нам животные обузой?

— Первое время, — ответил Радмир, — два — три дня вполне можно будет передвигаться на лошадях, дальше в горах они будут бесполезны.

— Замечательно, тогда следующий вопрос. Кто из вас хорошо знаком с городом, где мы будем сходить на берег, возможно, ли, там купить верховых коней? Капитан?

— Город достаточно большой и я думаю, варвары ещё до него не добрались. Как всякий портовый и купеческий город он достаточно хорошо защищён. Раньше торговля там кипела, и приобрести лошадей было легко. Как сейчас обстоят дела, сказать трудно. Конями, да и другим скотом, торговали в основном крестьяне из окружных деревень. Но сейчас мне кажется, что и деревень-то не осталось не то чтобы крестьян. А те, что остались, вряд ли выходят из домов. Сейчас не о прибыли все здесь думают, а о том, как выжить.

— Да, с этим я конечно согласен, а что местных конюшен или купцов каких в городе вообще не было?

— Отчего? Были, конечно, но без пополнения стада, со стороны деревень их запасы давно иссякли. Да и держали они их за городом.

— Да, утешительного мало, но будем надеяться, что местные конюшни ещё не совсем опустели. Ну, а если нет, тогда придётся потревожить местную знать. Кстати, Владмир, здесь, насколько я понимаю, тоже должен стоять отряд гвардии?

— Конечно, должен.

— Вот и отлично, если не найдём лошадей позаимствуем у твоих гвардейцев. Ты не против?

— Отчего не позаимствовать, это можно.

— В том случае, если они не такие же, как в том городке, где вы порядок наводили, — не удержалась Ольга.

— Нет, здешнего командира я хорошо знаю, мы с ним…

— Не надо, Владмир, дальше не продолжай, — остановил его Алексей.

— Да ты совсем не то подумал, дружище, мы с ним учились вместе.

— А, понятно. Хорошо, тогда задача мобилизации группы возлагается на тебя.

— Не вопрос, будет сделано.

— Теперь, Ли, что касается твоего отряда, а точнее вашей одежды. Такие расцветки не вполне уместны в лесистых горах. Вас будет видно за версту, а мы должны передвигаться скрытно, как можно дольше.

— Это наши традиционные одежды и мы всегда в них ходим.

— Пойми Ли, я не против ваших традиций, но ваши красные халаты будут очень далеко видны, а нам нужна скрытность. Поэтому, для начала в городе надо будет купить вам менее яркую одежду, а дальше, об этом позаботится Никадим.

— Что я должен сделать?

— «Малыш» насколько мы себя демаскируем, если сегодня ты отправишься в Киев?

— Я думаю это возможно.

— Тогда сейчас же отправляйся прямиком к мастеру Пантелеймону и завтра к вечеру ты должен вернуться на корабль с шестью комплектами камуфляжа, такого как у нас. Понял?

— Да.

— Тогда вперёд. Твоё оружие я почищу и приготовлю, да и захвати там, у Князя из тайников ещё оружия, на новых членов отряда. Там, кажется, точно такое количество и оставалось.

— Хорошо.

— Нет, постой.

Никадим задержался.

— Для Ярослава и Радмира тоже заказывай, не порядок это, коль они не в форме будут. Это я что-то совсем упустил. Вот теперь точно всё, ступай.

Мальчишка кивнул и растворился в телепорте.

— Вот интересно, — уже самому себе сказал Алексей.

— Что тебе так интересно? — переспросила Катерина.

— Смотри, откуда, кем и с какой целью сюда было заброшено оружие из моего собственного Мира? Не понятно. Того торговца так ни кто больше и не видел. Так?

— Вроде так.

— Теперь, у вас заварушка, меня перебрасывают сюда, именно меня, человека знающего толк в таком деле. И оружие тут как тут. Зачем? Вопрос?

— Вопрос.

Мы собрались вшестером, тут к нам присоединяется Радмир, потом каким-то непонятным образом в порту оказывается Ярослав. Но, мы ведь ещё не знаем, что он напросится с нами в горы?

— Нет, не знаем, — подтвердил Владмир.

— Потом эта драка в кабаке, к нам присоединяется ещё четыре человека и нас становится двенадцать.

— Ты, что решил арифметикой заняться, — не выдержала Ольга.

— Нет не арифметикой, просто сопоставляю факты. Ведь оружия у Князя в подвале, вот этого, из моего мира, ровно на двенадцать человек.

— И что? Да к нам может ещё два десятка людей присоединится, пока мы по лесам будем шастать.

— Нет, не будет больше никого, — сделал вывод командир. Всё состав группы полный, не будет с нами больше никого.

— И тебя это смущает?

— Нет, Катюша, меня смущает другое.

— Что?

— Кто такой умный организовал всё это, и зачем. А самое главное, раз он это всё смог организовать, то значит, уже просчитал и чем всё закончится. Да не нравится мне такой поворот вещей, большой подставой пахнет.

— Да, брось ты не переживай, — отмахнулся Владмир, — всё равно за нас всё решают Боги, что они там надумали, то оно и будет и париться понапрасну не вижу ни какого смысла.

— Да, Алексий, согласилась Катерина. Всё написано в книге судеб, и не нам её переписывать.

— Нет, милые мои, в моём мире существует такая поговорка: «На Бога надейся, а сам не плошай». Вот и привык я рассчитывать как то больше на свои собственные силы, а не надеяться на то, что кто-то за меня уже всё решил и судьбу мне уготовил. И вы эти свои мысли оставьте вот здесь на корабле, в горы мы должны пойти без них, иначе точно не вернёмся. Всем всё понятно?

— Понятно, — согласились друзья, поняв, что спорить бесполезно.

— А того, кто это всё придумал, я рано или поздно всё равно найду, и поспрошаю, что да как. Вот так-то господа, больше у меня указаний пока нет. Прошу всех расходиться и заниматься делами. Времени осталось очень мало. Ли, капитан и Радмир, вас я попрошу пройти со мной в мою каюту. Там я вас познакомлю с оружием, которым вам предстоит пользоваться, и постараюсь научить, с ним управляться. Насколько это конечно возможно в столь ограниченный промежуток времени.

Занятия продлились до позднего вечера. Ученики оказались способными и, хотя практических стрельб провести возможности не было, но к окончанию ускоренного курса все вполне справно управлялись с новинками вооружения. Осталось главное, не пугаться звуков выстрелов, но этому без практики не научить.

Покончив со всеми делами и отпустив людей отдыхать, Алексей вышел на палубу. Дул попутный ветер, шли под парусами. Рулевой хорошо знал фарватер реки, и корабль легко скользил по воде. Алексей оперся о фальшборт на корме судна и закурил.

— О чём, Лёха задумался? — вопрос прозвучал неожиданно, и на него дохнуло тяжёлым устоявшимся перегаром.

— Господи, Им, я тебе когда-нибудь башку отрежу, или глаз выколю. Когда ты научишься предупреждать о своём появлении?

Дракон плыл в кильватере корабля, вытянув шею и положив голову на фальшборт, возле Алексея.

— Да ладно тебе дружище, давай лучше выпьем, — и дракон потянулся было куда-то за неизменным бутылем самогона.

— Нет, Им сегодня пить не будем. Всё кончилось веселье. Началась работа, а это значит, что голова должна быть свежей.

— Ну, как хочешь, — несколько обиженно ответил Имануил. — Вообще то и мне пить запретили. — Признался он.

— Вот как? И кто же это? И почему? Ты что после пьянок буйствовать начал?

— Нет с этим всё в порядке, Просто меня отправили тебе помогать.

— Вы же не ввязываетесь в дела смертных.

— Да не ввязываемся. Но события, происходящие здесь, коснулись и нашего мира, а так как у меня с тобой уже налаженный контакт, вот меня и отправили дальше его, то есть, контакт этот поддерживать.

— Значит, организовать безобразную пьянку, после которой я в седле не мог держаться, насмерть перепугать повара и оставить весь отряд без пропитания на целые сутки, это у тебя называется наладить контакт?

— Не будь занудой, Лёха, ты ещё не знаешь, как мне влетело после того визита.

— А что нарушение дисциплины и у вас тоже не приветствуют? — С издёвкой, поинтересовался Алексей.

— Ещё как не приветствуют. Если бы не смягчающие обстоятельства.

— Это ты имеешь в виду ту бутыль самогона?

— Ну не издевайся, прошу тебя.

— Хорошо, буду, серьёзен, выкладывай, с каким таким делом тебя прислали.

— Дело значит следующее, — продолжил деловито Дракон. — Я послан помогать вам в походе, поддерживать контакт, но в открытое противоборство без команды не вступать. И ещё, наше правительство приняло решение, в случае начала полномасштабной войны за передел реальностей, выступить на вашей стороне.

— Достаточно неплохие вести. Хорошо, только вот, что. Пока мы не углубимся в горы, или хотя бы не отойдём от населённого пункта, на достаточное расстояние наблюдай за нами из-за угла реальности. Потом, когда угрозы перепугать окончательно и до того перепуганное местное население не будет, когда я переговорю со своим отрядом и подготовлю их к твоему появлению, вот только после этого ты можешь присоединиться, к нам открыто.

— Гениальный план, братан. Я удаляюсь, а то меня начальство прямо из таверны выдернуло. Лети, мол, пора уже, а я им говорю, рано, перепугаю всех. А они заладили своё, лети да лети. Все я исчезаю. Как только посчитаешь возможным моё появление, Достань меч и позови, я тут же явлюсь.

— Если не будешь в смерть пьян, — но этих слов Имануил уже не слышал.

В каюте ждала Катерина. Эта хрупкая, но уверенная в себе, дерзкая и немного наивная, острая на язычок девушка, задела душу старого воина. Ему казалось, что он полюбил там, встретив Аню, но сейчас он понял, это было просто очередное увлечение и желание, хоть как-то устроить свою жизнь. Но что самое интересное так это то, что и Катерина ответила ему полной взаимностью. Это было тем более удивительно для их друзей. Владмир так тот вообще не представлял, что эта «свирепая кошка» как он её за глаза иногда называл, когда-нибудь хотя бы взглянет на мужчину, не говоря уже о том, чтобы ответить ему взаимным чувством.

— Что ты так долго, Ал, — только она его так называла, — что-то случилось. Почему задумчивый такой?

— Да нет, Катюша, ничего. Просто заканчивается наше беззаботное путешествие, а от этого грустно. Я всё чаще и чаще начинаю казнить себя за то, что согласился взять в этот поход тебя и Ольгу. Не женское это дело.

— Не переживай милый, во-первых, не тебе было это решать. Все наши судьбы давно написаны и предрешены, и не нам смертным их изменять.

— А кому? Кому как не нам менять наши судьбы? Нет Кати, человек властен над судьбой. И от него, только от него зависит, как сложится его жизнь. И именно это я вам всем говорил не так давно. Не верю я ни в каких Богов. Только в себя, в свои силы, в силы своих друзей.

— Ой, ли? Это ты хочешь сказать, что по собственному желанию очутился тут?

— А как иначе?

— Нет, милый мой, твоего желания, а тем паче влияния на это совершенно никакого не было. Нашими судьбами управляют Боги и только им одним ведомо как они сложатся. Встала необходимость сохранить реальности от передела, вот они тебя сюда и выдернули. А иначе, гнил бы ты уже в земле сырой, с проломленной черепушкой.

— Может ты и права, но только на счёт меня, а вот вас я вполне мог не впутывать в эту историю.

— Но ты же сам вычислил, что всё совпадает, и количество оружия и количество людей.

— Да, вычислил, но вместо вас с Ольгой я мог взять двоих мужиков. А кстати, что, во-вторых?

— Что, во-вторых?

— Ну, ты сказала, во-первых, а что, во-вторых, не сказала.

— А во-вторых, кто бы тебе голову лечил, после твоих попоек с Драконом?

— Так голову мне Никадим, тогда лечил, или я не прав?

— Нет, конечно, Никадим только микстуру дал, а голову я лечила вечером. Или ты забыл? А может, тебе было бы приятнее, если бы вместо меня лечением занимались два мужика? — Только лишь игривая улыбка девушки сдержала гнев Алексея.

— Вот таких слов никогда больше не говори, — строго сказал он.

— Значит забыл.

— Что ты как такое лечение можно забыть. Хотя, — немного подумав, добавил он, — уже, кажется, начинаю забывать.

— Ах, так!? Бессовестный!

И Катерина кинулась на Алексея с кулаками. Он перехватил её руки, крепко обнял и, целуя, увлёк на кровать. Как им хотелось, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.

Ближе к обеду следующего дня поселения на берегу реки стали встречаться чаще, это говорило о приближении к большому городу. К окрестностям города варвары подходить ещё опасались, а может, у них была команда сильно не светиться возле крупных населённых пунктов. Но фактом было то, что чем ближе подходили к городу, тем меньше встречалось разоренных деревень.

Алексей стоял на мостике, рядом с капитаном тот внимательно следил за курсом. В этих водах он ходил без лоцмана, а идти становилось всё труднее и труднее.

— Как думаешь, скоро уже порт?

— Что тут думать, уже не далеко осталось, при таком ходе, если не разыграется встречный ветер, а он не должен разыграться, то часа через четыре будем на месте, как раз к закату, так, что можем сразу и швартоваться.

— Отлично, ладно, пойду вниз в каюту, там должен Никадим вернуться с костюмами. Как только явится, я тебя позову на примерку. Есть на кого корабль оставить?

— Да, конечно, сейчас пойдёт довольно длинный прямой участок, оставлю на старпома, да он на любом участке справится, эти воды хорошо знает.

— Хорошо, я тогда позову.

С этими словами, Алексей покинул мостик и спустился в каюту.

Никадим прибыл примерно через час со всем, заказанным. Командир внимательно осмотрел всё имущество, оружие, костюмы и остался доволен работой.

— Отлично справился Малыш, отлично.

— Да я-то здесь как раз и не справлялся, моё дело маленькое, сходил, принёс. А вот Пантелеймон как всегда очень сильно кричал, и велел передать тебе на словах, что если ты, надумаешь, одеть в такие костюмы всю армию, то он, в таком случае, будет просить Богов, что бы они не допустили твоего возвращения из похода.

— Добрый этот самый портняжка, как я погляжу.

— Да, я ему примерно, то же самое сказал, а ещё пообещал пожаловаться Его Светлости, что, мол, его портной колдовством занимается, и люд добрый изводит.

— А он, что действительно занимается и изводит? А по нему не скажешь, на вид такой милый человек.

— Да нет, это я так, припугнуть его решил.

— И что получилось?

— Странно, но получилось, он перепугался так, что стал у меня прощения просить, и очень просил, что бы я разговор весь этот тебе не передавал.

— А я-то здесь причём? Он в первую очередь Его Светлости должен бояться.

— Нет, ты для него в этом случае страшнее.

— Почему?

— Дело в том, что если ты подашь на него в суд и предъявишь обвинения в порче, или другом, каком, изводящем колдовстве, то его обязательно осудят и могут приговорить к самой страшной каре.

— Это к какой?

— Его могут приговорить к лимбу.

— К чему?

— К Лимбу, это место такое, совсем пустое, там ничего нет ни жизни, ни смерти, вообще ничего.

— Так, всё хватит с меня ваших заморочек, не надо, не продолжай дальше. Такого не бывает, это раз, а второе. Ну и что из того, что я его обвиню, а доказательная база?

— Есть свидетель.

— Свидетель чего, того, что он занимается этим?

— Нет, свидетель его слов. Он сказал — значит сделал.

— Железная логика. Да я сейчас скажу, что я зажарил и съёл Дракона, кто мне поверит.

— Осторожен будь господин Алексий со словами. Слова они всегда сбываются. Но одно дело сказать о физическом действии, а совсем другое о ментальном. Да вряд ли кто-то поверит в то, что ты способен съесть Дракона. Это физически невозможно, а вот извести человека вполне возможно и если кто-то заявляет, что он о чём-то будет просить Богов, а особенно о чём-то нехорошем, то это уже расценивается как ментальное действие, причём совершённое. Ты сказал, Боги услышали, и уже не факт, что они этого не исполнят, если даже ты не попросил их конкретно. А уж если конкретно попросил, да ещё и несколько раз, то наверняка сбудется.

— Прям, так всё возьмёт и сбудется?

— Да всё.

— Значит, если я сейчас попрошу их убрать всю эту нечисть, с которой мы отправились воевать, они это сделают.

— Да сделают.

— Так зачем мы тогда туда идём?

— Это говорит только об одном, они уже это делают, значит, не ты один их об этом просишь, значит, ещё есть, кому просить, именно поэтому ты здесь.

— Вот вы всё здесь закрутили. С ума сойти можно. Сказал человек глупость его за это в суд и чёрт знает куда. Лёг поспать в стогу сена, его за это в суд и на виселицу. Не понимаю я этого, не понимаю. Ладно, не время сейчас разбираться с вашими законами. Будь добр, позови всех мужчин, будем устраивать маскарад.

Мужская половина отряда собралась в кают-компании на примерку. Кхитайцы, как впрочем, и их местные собратья, поначалу наотрез отказались одевать эти, как они выразились, «пятнистые хламиды», и только после того, как им пригрозили запретом участия в экспедиции, согласились. Быстро почувствовав удобство и все достоинства новых костюмов, они так в них освоились, что переодеваться в традиционные одежды, их тоже надо было заставлять. При этом они так шумно сопротивлялись, что в каюту ворвались сперва Ольга с Катериной, причём с обнажёнными клинками, а потом сбежалась и вся свободная от вахты команда. И если с командой капитан справился очень быстро, то девушкам пришлось долго объяснять, чем был вызван этот шум. Но поняв всё и успокоившись, они долго ещё подтрунивали над восточными воинами.

— Всё, друзья, хватит, — прервал веселье Алексей, — пошли собираться и упаковываться, скоро город.

Он встал и, не обращая больше ни на кого внимания, вышел из кают-компании. Катерина немного задержалась, но нагнала командира в дверях его каюты, она обняла его сзади и прижалась к спине.

Алексей на мгновение застыл, потом развёл руки девушки, освобождаясь, и развернулся к ней лицом.

— Ну, что ты? — В глазах стояли слёзы, он не мог поверить, что видит такое, этого просто не могло быть, — что ты, что ты детка, не надо.

— Ал, мне страшно, — девушка поднялась на носки, зажала голову Алексея ладонями и смотрела ему прямо в глаза, — мне страшно.

— Чего ты испугалась, глупая, не надо, ни чего не бойся, я же с тобой, — постарался успокоить её Алексей.

— Я люблю тебя, и я боюсь, что мы с тобой больше никогда не будем вместе. Это последние часы.

— Нет, милая, я тоже тебя люблю, и мы всегда будем вместе, и часы у нас с тобой не последние, у нас будет ещё много-много времени. Мы с тобой будем жить долго и счастливо. — Он хотел успокоить девушку, сказать ей, что-то особенное, но на язык лезли только банальные фразы.

— Ал, я видела сон, там тебя забирали от меня.

— Нет, милая, не родился ещё тот человек, который способен меня забрать, слышишь, не родился и успокойся, сё будет хорошо. — Он поднял Катерину на руки и поцеловал, девушка страстно ответила ему, — Катюша, мы не успеем собраться.

— Но ведь это последний раз, милый, последний раз, я просто должна тебя запомнить таким. — Она не отпускала Алексея и продолжала целовать.

Город возник неожиданно из-за очередного поворота реки, весь отряд уже стоял на палубе в полной готовности спускаться на берег, поклажа, а это было в основном оружие, тщательно упакована и приготовлена к транспортировке, только командир с Катериной впопыхах складывали последние вещи. Им таки не хватило времени собраться. Но зато Катерина успокоилась, непонятный страх отошёл куда-то далеко-далеко, и осталась только огромная любовь.

Судно пришвартовалось к свободному причалу, хотя, по правде говоря, занятым был только один, и то у него стояла сторожевая ладья, принадлежавшая городским властям. К этому моменту весь отряд был в сборе, Алексей внимательно осматривал пирсы и причалы. В порту было полное затишье, ни грузчиков, ни торговых людей, ни праздношатающихся путешественников.

Но дежурные, не смотря на это, были на местах. Они откорректировали швартовку и приняли концы, после чего с корабля спустили трап.

— Пошли господа осмотримся, поищем лошадей, да и поужинать попробуем на берегу. Ли твой отряд остаётся на корабле. Организуй охрану, мы скоро будем. Дальше выступаем с рассветом, если конечно добудем к этому времени лошадей, и нас ни что не задержит.

— Будет сделано, но и вы будьте осторожны в городе много шпионов.

— Спасибо, «малыш» ты, что на это скажешь.

— Действительно присутствует чужая магия, но на нас пока внимания никто не обратил.

— Тогда без лишних слов пошли. Капитан, показывай, где здесь конный рынок. Уже начинает темнеть и нам нет смысла слишком долго задерживаться в городе. Всё-таки на корабле мы будем в большей безопасности.

— Да, конечно, пошли. Вахтенный, после нашего ухода поднять трап, на корабль в моё отсутствие никого не допускать.

— Даже таможню?

— Я сказал никого.

— Будет исполнено.

Отряд живо сбежал по трапу на берег и плотной группой направился в сторону города.

Конный рынок располагался недалеко от порта, но он был пуст. Торговцы давно уже не выводили свой товар на продажу, не было покупателей. На рынке одиноко стояла какая-то кляча, рядом с ней спал крестьянин.

— Эй, уважаемый, — толкнул его в бок Владмир. Тот проснулся и ошарашено, посмотрел на гвардейца. — Где здесь коня верхового купить можно?

— Господин, возьми моего, — предложил тот вместо ответа.

— Ты в своём уме, негодяй, или ты думаешь, что мне пристало взгромоздиться на твою кобылу? Да и не выдержит она меня.

— Она выносливая, — не унимался крестьянин.

— Вот тебе ползолотого, но не за твою клячу, а за то, что ты нас отведёшь к содержателю конюшен, где можно купить, что-то попристойнее.

Крестьянин схватил монету и быстрым движением спрятал её в карман.

— Пойдём добрый господин, в лучшие конюшни тебя провожу.

Конюшни, хоть и расхваливались проводником всю дорогу, были не очень богатыми. Но это было лучше, чем ничего. Конечно, оставалось несколько запасных вариантов, таких как реквизировать коней у местной знати, любо снизить боеготовность гвардейцев, но это были крайние меры и к ним прибегать не хотелось.

Друзьям с трудом, но всё же удалось подобрать шесть приличных верховых лошадей, которых Алексей и приказал хозяину доставить к полуночи на корабль. Денег они всё равно с собой много не брали, и расплатиться пообещали при доставке, оставив хозяину небольшой задаток. Чему купец остался несказанно рад. В городе, который уже жил по законам военного времени было не до торговли. Поступления товара давно прекратились, а о продаже и говорить не приходилось. Поэтому такоё великолепный шанс продать сразу шесть коней, который представился хозяину упускать нельзя, так он решил и с готовностью согласился на все условия, хотя и не забыл назначить за своих коней максимальную цену, аргументировав тем, что найти других господа просто не смогут. Господа особо и не спорили, немного сбили цену и на том сошлись.

Немного походив по опустевшему, некогда крупному торговому центру, в надежде отыскать хоть одно открытое заведение отряд вернулся на корабль. Да, город оставлял удручающее впечатление. Народ как вымер, с наступлением темноты ни одного прохожего не встретилось на улицах. Двери, калитки и ставни плотно закрыты, поверх многих навешаны решётки с огромными замками. Ни одно заведение не работало.

— Да, поужинать на берегу не придётся, Ярослав, я, что там твой повар обещал на сегодня приготовить? — Спросил Владмир, и тут же ответил сам себе, — а, впрочем, какая разница, что. Выбора у нас всё равно нет.

— Да, господа, возвращаемся на корабль, — согласился Алексей.

На самом пирсе они встретили торговца лошадьми, он как раз привёл свой товар. Быстро расплатившись, Алексей велел принять коней на борт и попрощался с купцом, тем более что в порт въехала интересная процессия, и она явно направлялась к их кораблю.

— Это ещё кто пожаловал, Ярослав, ты не знаешь?

— Похоже, городское начальство пожаловало, точно впереди градоначальник.

— Вот такого разворота событий ни кто не ожидал, и отчего это они решили порт посетить в столь поздний час.

— Корабль пришвартовался, редкость по нынешним временам, вот и решили пробить, кого к их берегу прибила, а когда выяснили, решили, что нужно визит вежливости наносить.

— Логика железная. А как они могли пробить? Никадим?

Мальчишки нигде, не оказалось, это притом, что он старался ни на шаг не отходить от Алексея.

— Куда подевался этот паршивец?

— Я видел он к коку заходил, — ответил на вопрос вахтенный офицер.

— Понятно, железная логика, подальше от начальства, поближе к кухне. Делать нечего, пошли встречать начальство. Кто знает, может это и к лучшему. Ярослав и будь добра дай соответствующие распоряжения коку. Ужинать мы сегодня будем поздно и в большой компании.

Глава 18

Прибывшие с официальным визитом градоначальник, начальник городской стражи, командир гвардии и атаман, расквартированного в городе казачьего полка поднялись на борт. Взаимные приветствия были не долгими, после чего Алексей на правах командира, пригласил всех пройти в кают-компанию, для согласования действий. Военный совет был не долгим, от всякой предложенной помощи Алексей отказался.

— Нет, господа, мы конечно благодарны вам за желание оказать помощь в нашем деле, но на сегодня в этом нет надобности. Наша группа и так уже слишком велика, для скрытного перемещения в тылу противника. И такая громоздкость отрицательно сказывается на мобильности, маневренности и самое главное маскировке и возможности скрытного перемещения. Поэтому я вынужден отказаться.

— Тебе виднее, ты мастер в таких делах, — согласился градоначальник, — но что от нас требуется именно в этот момент? Что желать, не дожидаться же пока на нас начнут нападать.

— В первую очередь, вы должны подготовит город к отражению нападения. В случае начала полномасштабных боевых действий, город должен быть удержан и готов к принятию войск, для их последующего развёртывания и переброски в район боевых действий. А значит, установить комендантский час, строгий пропускной режим в город, полный контроль над ментальным пространством в городе и округе, немедленное и решительное пресечение всех враждебных проявлений. Включая и инакомыслие. Понятно, что нужно делать, или уточнять всё по пунктам?

— Понятно, — согласились все хором.

— Отлично. И, последнее, господа, — заканчивал Алексей свою непродолжительную речь, город кишит вражескими шпионами. Вам следует немедленно собрать лояльных к властям магов, ведунов и ведуний и вообще всех, кто хоть немного причастен к этому ремеслу и до утра обезвредить, всю шпионскую сеть. В ваше распоряжение на это время поступают наш молодой маг Никадим, и Ли Шен, специалист в области боевой магии, прошу любить и жаловать. Поэтому прошу немедленно через посыльных дать соответствующие распоряжения и конечно приглашаю всех отужинать с нами.

Ночь в городе прошла беспокойно. Конные и пешие патрули сновали по улицам, то там, то тут слышались крики, стук взламываемых калиток и срываемых решёток. Но со своей задачей градоначальник справился. Как доложили Кхитаец с Никадимом, к утру все враждебно настроенные и состоящие на службе у противника маги были повешены на воротах собственных домов, вся обширная шпионская сеть была уничтожена под корень. Конечно, все эти действия со стороны городских властей не осталось не замеченным, но хозяин шпионской сети, видимо посчитал развернувшиеся события не существенными. А может, просто был занят чем-то более, нужным именно в этот момент, поэтому особого сопротивления не оказывал, как и помощи, своим соглядатаям. Но основное, чего он всё-таки добился, он узнал о прибытии отряда, и дальнейшая деятельность сети была в принципе не нужна. Хотя и это оставалось под вопросом, чистка могла проводиться и по инициативе самого градоначальника. Да риск был безусловный, в такого рода действиях, но вот засветился отряд или нет, сказать было трудно. Но однозначно проведённая акция давала им ещё немного времени оставаться незамеченными, и проникнуть вглубь вражеской территории, на время, затерявшись в лесистых горах Карпат.

Отряд покидал город в конном строю, через главные ворота, на рассвете. Для горожан уже не было секретом, что за корабль бросил якорь в порту в такие смутные времена и многие вышли на улицы проводить их с надеждой на восстановление мира и спокойствия.

Сразу после выхода отряда Ворота были закрыты, а на крепостных стенах выставлены усиленные караулы. С этого момента, по указанию Алексея, городские ворота должны быть постоянно заперты. В город запрещено впускать посторонних, каким бы путём и с какой бы целью они не прибыли. Ворота должны открываться только для выпуска и запуска казачьих разъездов, которые в дневное время должны выходить на патрулирование окрестностей. В городе в своё время была создана группа магов, целью которой стала защита ментального поля, все эти меры предосторожности должны были обеспечить подготовку к приёму основных сил. И конечно обеспечить чистый и надёжный тыл самой группе.

В самом начале пути пришлось покинуть наезженную дорогу, неизвестно кого можно было на ней встретить, да и часто встречающиеся пригородные деревни, лучше было обходить стороной, что бы, не привлекать к себе внимание. Но горные отроги, пока ещё не крутые и не высокие, давали возможность двигаться достаточно быстро и не перегружать лошадей. Кони, те, что купили в городе, не смотря на свой неказистый вид, оказались весьма выносливыми и споро трусили за боевыми конями. Так без приключений и остановок они ехали целый день. Ехали в основном в полном молчании, да и говорить было не сподручно, отряд вытянулся в цепочку, пробираясь узкими тропами.

Заканчивался первый день пути. Друзья достаточно глубоко проникли в лесистые горы. Алексей выехал на небольшую полянку и остановился. Солнце клонилось к горизонту, и пора было становиться на ночлег.

— Господа, — подозвал командир капитана с Радмиром, — где посоветуете остановиться на ночлег?

— Вот, вот, — подхватил Владмир, — и подкрепиться уже не мешает, целый день в седле и ни маковой росинки во рту.

— Это у тебя-то ни маковой росинки? — удивилась Ольга. — А кто не так давно слопал последние припасы, не вставая с седла?

— Не правда, это были совсем не последние припасы, к тому же я видел, что Васька, успел подстрелить пару кроликов и несколько куропаток.

— Именно поэтому ты решил доесть последний кусок вяленого мяса?

— И совсем он был не последним, ещё несколько есть вон в той сумке, — гвардеец указал на одну из вьючных лошадей.

— Так, опять склоки начались, я вас уже один раз предупреждал.

— Нет, Алексий, это мы так, полюбовно, — отозвалась девушка.

— Чёрт с вами, ругайтесь. Радмир, что ты хотел предложить?

— Здесь недалеко древнее святилище, — ответил Радмир. — Место, вполне защищённое как ментально, так и с точки зрения фортификации. Оно расположено на небольшом плато, подходы хорошо просматриваются. Само святилище, как стеной ограждено камнями и представляет, из себя замкнутый круг, саженей двадцать в диаметре. Так, что вполне можно уютно разместиться вместе с лошадьми.

— А Боги не будут против того, что мы там лагерем встанем? — на всякий случай поинтересовался Алексей. Местных традиций в отношении с Богами он так до сих пор и не понял.

— Нет, не будут, — успокоил его Радмир. — Это святилище древних Богов, они давно уже покинули этот Мир, он им стал не интересен. А может, они вообще уже умерли?

— Это как? У вас тут и Боги умирают?

— Конечно, они, к примеру, могут погибнуть в войне передела, и Мир остаётся бесхозным, пока ему не назначат другого Бога.

— Стоп, давай вот на этом остановимся. Хватит того, что ни кто не обидится, веди.

— Прошу всех за мной.

— Нет, погоди ещё минутку, у меня для вас есть ещё одна новость. Василий, — позвал он, отвлёкшегося было, официанта, — тебя это особо касается.

— А что я? Я ничего, я тут, я весь внимание.

— Так вот с сегодняшнего дня к нам присоединится ещё один спутник.

— Это ещё кто? — с подозрением на что-то не очень хорошее поинтересовалась Катерина. — Ты ведь сам сказал, что группа полная, и всё оружие строго по количеству людей.

— А я и не говорю, что это человек.

— Тогда кто?

— Катюша не волнуйся, субъект вполне приличный и достойный во всех отношениях, это Дракон.

— Последние слова всех повергли в короткий шок. Оправилась первой Ольга.

— Это не тот ли достойный господин, с которым ты умудрился накушаться самогона в первую ночь нашего путешествия? Если тот, то субъёкт действительно приличный и достойный во всех отношениях, если конечно не брать во внимание то, что он конченый алкаш.

— Олюшка, да что ты такое говоришь? — удивился Владмир. — Во-первых, откуда тебе его знать, не уж-то ты и с Драконами на короткой ноге? А во-вторых, уже только то, что он согласился принять участие в нашем походе, говорит о высочайшей порядочности этого господина.

— Нет, дорогой мой женишок, я с Драконами, как ты выразился не на короткой ноге, я с ними вообще не знакома, но не далее как позавчера ночью, я имела неосторожность выйти ночью на палубу, подышать свежим воздухом, что-то больно душно было в каюте. Так вот выхожу я и слышу, ещё кто-то не спит. Этими кто-то оказались наш командир вместе со своим достойнейшим другом. Так вот разговор дальше пьянства у них не продвинулся.

— Ольга, — немного повысив голос, строго сказал Алексей, — этот Дракон наш друг и помощник. Его прислали к нам налаживать и поддерживать контакт, в конце концов, ни кто не виноват, что в какой-то момент он оказался любопытнее других своих сородичей. И они предлагают нам помощь. Именно об этом мы с ним говорили. И всё на этом разговоры и обсуждения закончим. Хотите вы или нет, но он будет участвовать в экспедиции. И упаси вас Господи оскорбить его. А что касается подслушанного тобой разговора, то подслушивать надо или никак или качественно. А вот от такого подслушивания, пользы никакой. Ты услышала пару фраз, вырванных из разговора и сразу выводы делать, это чисто женское подслушивание.

— Ух, ты, а что есть ещё и чисто мужское подслушивание.

— Конечно, есть, и вам всем надо к нему привыкать. Всё-таки вы теперь разведчики, и каждый раз, подслушивая, вы должны подслушивать с пользой, получить вся информацию, конечно, всю возможную, для того, что бы сделать правильные выводы, а не надуманные.

— Это у меня-то надуманные выводы?…

Закончить ей Алексей не дал, резко оборвав.

— Да, именно у тебя, и будь добра закрыть теперь рот, выслушать до конца, принять к сведению, и использовать в дальнейшем. Жениха своего, и в будущем мужа, можешь подслушивать как угодно, где угодно и сколько угодно. А вот на работе, должна получать только полную и качественную информацию, от этого очень часто зависят жизни, и твоя в том числе. Всё поняла?

— Всё, — опешила от неожиданности девушка.

— Э, господин командир группы, — решила немного поддержать подругу Катерина, и перевести разговор в другую сторону, точнее вернуть в прежнюю, — А, что он институтка, этот твой Дракон? На дуэль из-за него кого-то вызывать будешь?

— Нет, голубушка, просто, насколько я успел его изучить, для него нет между нами разницы. Ему совершенно всё равно, кто перед ним, мужчина или женщина, всякому оскорбившему вполне может голову откусить, или поджарить, это что кому больше нравится. И всё больше ничего не хочу слышать. Радмир веди к своему капищу.

— Куда?

— Ты что обалдел от новости?

— Честно говоря, немного да.

— Василий, — обратился Алексей к официанту, — а ты как?

— Да не ничего, я же уже знаком с ним.

— Это точно, — поддела его Катерина, — мы тебя после этого знакомства трое суток в порядок приводили.

— Ладно, всё пошли дальше, веди Радмир.

Святилище, действительно располагалось на удобном невысоком плато. Круг из каменного частокола, позволял организовать вполне приличную оборону, в случае внезапного нападения. В то же время, лес как бы опасался этого места, он не подходил к плато метров на сто-сто пятьдесят, что давало замечательный обзор и позволяло ночью обойтись всего одни часовым, конечно установив на основных путях растяжки.

— «Малыш», Ли, — подозвал Алексей магов, — как вам это место?

— Лучше не найти, командир, — ответил молодой маг, — здесь сходятся поля положительной энергии и возведён энергетический купол, что не позволит заглянуть под него тёмным.

— Вот это меня радует.

— Это конечно должно радовать, вступил в разговор, Кхитаец, — но вот в покое нас не оставят. Мне кажется, что они захотят проверить нашу боеспособность и если невозможно под купол заглянуть, под него можно попробовать зайти. Я уверен, они хоть и мельком, но посматривали за нашими перемещениями и уже вычислили наш маршрут.

— Ну, это пока не страшно. Мы не измотаны, да и оружие у нас в порядке. Сейчас, распрягаем коней, ужинаем, переодеваемся, и отдыхать. Дежурим по очереди, по одному часу. Всё. Ли, ты сразу бери своих людей, и пройдём со мной, поставим растяжки. Остальных я ещё дома этому обучил, а вот у вас практики никакой. Только минимум теории, полученной на скорую руку, на корабле.

Пока готовился ужин, Алексей взял Кхитайцев, и они отправились минировать подступы к лагерю.

Из леса к плато вели четыре едва угадывающиеся дороги, их и решено было заминировать. Вряд ли человеко-звери, появись они здесь, будут утруждать себя пробиранием сквозь густо-поросший молодняком лес, если есть, хотя и заросшие, но всё-таки тропы. Да и шумно это. Растяжки поставили на самом выходе из леса, именно здесь, по словам молодого мага, заканчивался купол.

— Всё, друзья мои дело сделано, можно отдыхать более или менее спокойно. О приближении противника мы будем предупреждены. Огнестрельное оружие приготовить, но применять его будем только в самом крайнем случае, боеприпасов у нас не так уж и много, а пополнять их, возможности нет. Так что максимально обходиться местными средствами. Ну а теперь я позову нашего нового друга, и будем ужинать. Василий у нас всё готово?

— Готово-то всё только я вот никак не рассчитывал ещё на один рот, да ещё и такой прожорливый.

— Ну, этот вопрос мы как-нибудь уладим. Если у него всегда бутыль с самогоном под рукой, то должна быть где-то рядом и закуска.

Алексей достал из ножен меч и позвал Имануила. Откуда-то сверху высунулась голова. Дракон обалдело смотрел на всё происходящее, создавалось впечатление, что он ничего не видит и не может понять, как он здесь очутился. То ли он так и не вылезал из той таверны, откуда его не так давно присылали пообщаться с Алексеем, и куда он незамедлительно убыл, как только разговор на корабле закончился. То ли просто ослеп. В конце концов, взгляд его, кажется, сфокусировался на Алексее, он мотнул головой и несколько раз сморгнул.

— Фу, Лёха это ты, а я уж думал, война началась. — Выдохнул он. — Чем это вы здесь накрылись, что я вас еле разглядел, уже думал огоньком плюнуть, для ясности. Вот была бы веселуха.

— Это точно, только я тебе потом за такую веселуху кадык живому вырвал бы, — ответил ему Алексей.

— Это вряд ли, — успокоил его Дракон.

— Отчего ты такой самоуверенный?

— Ну, во-первых, от тебя бы уже только угольки остались, а, во-вторых, у нас на шее кожа самая прочная, бронированная, её ни что не берёт. А вообще не нужно было накрываться всякими куполами.

— Да мы и не накрывались, это какое-то древнее святилище.

— Тогда понятно, вот, оказывается, раньше-то умели делать, сколько веков стоит, а всё как новенькое, не то, что нынче.

— Ты откуда хоть знаешь, как сейчас строят? Хотя какая разница. Всё, хватит там одной головой висеть, падай уже на землю.

Дракон не заставил себя долго упрашивать и тут же материализовался на площадке полностью, во всей красе.

При виде такой картины, лошади бешено рванули в рассыпную, и если бы их заблаговременно не стреножили, то отряду долго бы пришлось ловить животных по лесу. А так они не смогли выскочить за пределы огороженного святилища. Люди быстро успокоили лошадей и привязали. Дракон тем временем, не обращая ни на что внимание, разлёгся на земле и нежился в лучах заходящего солнца. Его изумрудная чешуя отливала каким-то нереально-сказочным оттенком. Алексей на минуту залюбовался представшей перед ним картиной, ведь до этого он видел Дракона только ночью, при свете луны, а ночью, как говориться все кошки серые. Но эта красота не смогла скрыть от опытного глаза и того, что новый друг был в стельку пьян.

— Так, так, так, — протянул командир, — значит, как я и предполагал, из кабака ты не вылезал.

— Ну что ты Лёха, как можно? Ведь на войну собирался, а там всякое бывает, могут даже убить, так не уж-то последние денёчки в своей беспутной жизни Дракону и погулять нельзя?

— Всё закончились твои прогулки. Сейчас ложишься вон там с краешку, и спишь, проспишься, будем говорить. И предупреждаю заранее, если ещё раз, за время всей операции ты позволишь себе даже подумать о твоём любимом самогоне, я для первого раза, в качестве предупреждения, вот этим ножичком. — И он покрутил перед носом обалдевшего Дракона, «Повелителем». — Отрежу тебе то, чем всякий мужчина гордится, а если это не поможет, то следом отрежу и твою вечно пьяную башку. Ты понял меня?

— Понял, понял, — пробурчал обиженно Имануил, удаляясь на покой. — Умеешь ты дружище убедить собеседника.

Через несколько минут, Дракон уже сладко похрапывал в сторонке, возле каменного ограждения, а отряд приступил к ужину.

Солнце окончательно село за горы, плотные сумерки сменила тёмная ночь. Только звёзды мерцали на чёрном небе. Алексей долго вертелся, пытаясь заснуть, но так и не заснул. Катерина тихонечко посапывала рядом, завернувшись в одеяло.

— Что командир не спиться, — прошептал, откуда-то с другой стороны костра Ли Шен.

— Как-то тревожно, Ли. Не пойму. Вроде и тихо, не слышно, что бы кто-то подходил, и часовые стоят, и подходы мы заминировали, сонными нас никак не взять, а всё равно не спокойно.

— Да я вот тоже не пойму. Угроза какая-то висит над нами, а что это не разберу. Но в любом случае, если на нас и решатся сегодня напасть, то выбросят их за пределами круга. И у нас будет возможность отреагировать, поэтому спи, не мучай себя. Впереди ещё много бессонных ночей.

— Согласен, сейчас вот только покурю и снова постараюсь заснуть.

Однако сон тоже был тревожный и, промучившись так несколько часов, Алексей поднялся, сменил на посту часового, это был Никадим.

— Я только заступил, командир.

— Ничего иди, поспи ещё, скоро уже рассвет будем подниматься, мне всё равно не спится, вот я и подежурю.

Небо на востоке уже начало сереть, внизу, на кромке леса поднимался утренний туман. Костёр почти погас, и только мерцание углей освещало площадку. Алексей обошёл по кругу лагерь, какое-то неуловимое движение привлекло его внимание с западной стороны, и в следующее мгновение тишину утреннего леса разорвал первый взрыв, сработала растяжка, а за ним, почти одновременно прогремели взрывы и со всех остальных троп. Рёв, крики и стоны заполнили окружающий лес.

— Подъём, все к бою, — Алексей бросился к сложенному в пирамиду оружию, хватая первый попавшийся арбалет и колчан со стрелами, — быстро распределиться попарно, один стрелок, один заряжающий.

Не понятные явления, убивающие и ранящие, отбросили варваров назад в лес, и это дало несколько секунд отряду проснуться, занять боевые позиции, определенные ещё с вечера и сосредоточиться на бое. И вот, уже в следующий миг варвары, не сдерживаемые ни чем, со всех сторон ринулись из леса к святилищу. Зазвенела тетива луков и арбалетов. Стрела за стрелой безошибочно находили свои цели. Человеко-звери падали, но за ними вставали новые и новые. Несмотря на плотный огонь, они всё ближе и ближе продвигались к лагерю, казалось, они совсем не обращают внимания на потери, им было всё равно, гибнут товарищи или нет. Это был звериный инстинкт, ни кому из них не было дела до своих собратьев. А ещё создавалось, впечатление, что варварами руководят извне, не давая спуску и не предоставляя возможности к отступлению. У них оставалось два пути, либо захватить и уничтожить тех, по чьи души их отправили, либо умереть. Вот именно инстинкт самосохранения толкал их вперёд под стрелы, всё ближе и ближе к святилищу. Рукопашной было не избежать, это Алексей понял почти сразу, но он выдерживал время, стараясь как можно дольше удерживать противника на расстоянии выстрела. При отсутствии у того какого-либо дистанционного оружия, такая тактика давала больше шансов. Надо как можно больше врага положить на расстоянии. К счастью сам противник был вооружен только мечами и дубинами. На земле вокруг лагеря валялось не менее сотни трупов, но это их не останавливало, они упорно продвигались к вершине плато.

— Василий, собери коней в центре и держи, чтобы не разбежались. Господа всем приготовиться к рукопашной. Как только варвары окажутся в двух-трёх метрах от ограждения, переходим в атаку, луки и арбалеты уже будут бесполезны.

— Слушай, Ал, — позвала командира Катерина.

— Что?

— Тебе не кажется, что чего-то не хватает.

— Что ты имела в виду?

— А ты посмотри вон туда, — и Катерина указала на большую тень, немного в стороне.

Алексея и самого с самого начала боя не покидало чувство, что что-то здесь не так. Навязчивая мысль постоянно крутилась в голове, но суматоха боя не давала на ней сосредоточиться, всё-таки он ещё не полностью адаптировался в местных условиях. В этот самый момент внимание Алексея привлекла непонятная гора. Доблестный дракон продолжал мирно храпеть, не смотря на шум битвы, развернувшейся вокруг. Он подскочил к ящеру, схватил его за морду, и поднял её к своему лицу. Тот неожиданно легко проснулся, и в недоумении глядя на потревожившего его сон Алексея, открыл глаза.

— Просыпайся, ящерица, ты в пансионат приехал или на войну? Зашипел прямо ему в лицо командир.

— Лёха чего ты шумишь, — недоумевающее прошипел тот, повернул голову в сторону, — ну ни хрена себе, — тут же осёкся и подскочил, — позор мне несчастному, проспал битву.

С этими словами Имануил прыгнул в сторону, и струя пламени накрыла десятка два варваров, подбегавших к частоколу. Дракон сразу переметнулся на другую позицию и произвёл те же действия, пробежал по кругу, изрыгая пламя, напоминая, Алексею хороший огнемёт с той лишь особенностью, что этот огнемёт был полностью самоходен, да ещё и с наличием интеллекта. Вот уже почти все, кто пробирался к святилищу корчились охваченные огнём.

— Эй, Им, — остановил друга Алексей. — Ты всё-таки поосторожнее, а то сейчас и леса гектаров пять спалишь, нам такой большой костёр ни к чему. Да и осталось их там немного, так добьём. Пошли господа, покончим с теми, кого наш огнедышащий друг не успел поджарить, а то я смотрю, они отступать не спешат.

Отряд покинул укрытие и бросился в атаку. С наружной стороны осталось около двух десятков, ещё целых варваров, тех, что не попали под «свежее» дыхание Имануила. Но для опытных бойцов они не представляли реальной опасности.

Зазвенела сталь, послышались боевые крики, Алексей кинулся в самую гущу, стараясь отвлечь на себя как можно больше противника и тем самым облегчить участь девушек, которые ни как не желали оставаться в стороне от битвы.

Бой проходил скоротечно, и не успело ещё солнце подняться и осветить своими лучами плато, как с нападавшими было покончено. Алексей обходил поле боя, осматривал погибших и подсчитывал потери противника. Всего на земле он насчитал двести пятьдесят трупов. Основная масса полегла от стрел и огня Дракона, только немногих пришлось добивать в рукопашной схватке. Отряд, напавший на них, был очень слабо вооружен. Основная масса орудовала дубинами, хотя и усиленными металлическими шипами. У немногих были очень топорные мечи. Чего-нибудь стреляющего, как-то луки или арбалеты, Алексей вообще не видел. Это и решило ход первого сражения. Да и больно неуклюжи были воины. Их видимо выдернули из какой-то совсем неразвитой реальности. Чувства страха или самосохранения, как показал бой, у них отсутствовали полностью. Они лезли тупо выполнить поставленную задачу, найти и уничтожить всё живое в заданном районе, а поэтому их не остановило ни что, ни мины, ни стрелы, ни огонь Дракона. Их смогла остановить только смерть.

Так закончились первые сутки на территории занятой врагом. Сколько будет, их ещё впереди не знал ни кто, но все были уверены, что это только начало, а впереди ещё долгий и трудный поход и не одно сражение.

— Василий, что там у нас с завтраком, — поинтересовался Алексей, вернувшись после обхода в лагерь.

— Всё в порядке, готово, только вот с ним-то чего делать, — и повар махнул головой в сторону Дракона. Тот сидел на земле, несколько в сторонке, закатив под лоб глаза и обняв передними лапами голову.

От такого вида своего друга, Алексей даже рассмеялся.

— Им, что это с тобой? Кого ты изображаешь?

— Тяжко мне, тяжко и стыдно, — горестно завыл тот, — не прощу себе такого позора, утоплюсь в ближайшем водоёме.

— Да чего ты себе не простишь? — Начал волноваться Алексей.

— Слушай ты больше его, — вступила в разговор Ольга, — голова у него в похмелюги раскалывается, вот и обнял её.

Дракон зарычал, вскочил, было на ноги, но быстро опомнился и принял прежнюю позу.

— Как я мог, проспать начало битвы. Позор мне и не будет прощения на этом свете. Только Смертью Могу искупить свою вину. Полетел я Лёха, утоплюсь.

— Думаешь, если утопишься, то позор смоется? Или ты всё-таки надеешься так голову полечить? — Не унималась невеста главного гвардейца, — позор мой дорогой кровью смывают, а для этого, по крайней мере, надо до следующего боя дожить. Иди вон лучше к Никадиму, он тебе микстурку приготовит, глядишь похмелье и пройдёт.

— Тьфу, до чего противная баба, — плюнул в сторону Имануил, — язва прямо какая то, а не человек. Вот никак не пойму, зачем вы люди вообще женитесь, да ещё и на вот таких язвах, как эта. С ней не то, что жить всю жизнь, с ней уже через день общения рядом находиться невозможно. — Пробурчал он себе под нос и действительно потащился к молодому магу.

— Им, — вдогонку ему прокричал Алексей, — ты полегче, с нашими девчонками, они не только на слово остры, вполне могут и глазки выцарапать ежели чего не понравится.

— Спасибо, учту. — Пробурчал тот.

— Да, да, учти, и не попадайся мне под горячую руку, — огрызнулась Ольга. — И учти вот ещё что, я тебе такие слова прощаю только лишь потому, что у тебя похмелье глубокое после продолжительного пьянства, а это значит, ты сам не ведаешь, что говоришь. В следующий раз, будем разговаривать совсем по-другому. Понял.

— Ладно, тебе, — отмахнулся от девушки Дракон, — вон лучше своего жениха наставляй на путь истинный, а меня есть, кому учить.

— Это, что Им, у тебя тоже невеста имеется? — Удивился Алексей.

— Свят, свят, свят. Не говори такого больше, я боевой Дракон, нам не положено невест иметь. Невесты, это для шаркачей всяких, придворных.

— А ты у нас, типа, босяк?

— Нет, я воин, — Дракон, было, встрепенулся, попытался принять гордую позу, соответствующую званию Воина, но видимо жесточайшая головная боль, вновь дала о себе знать, он схватился за голову и вновь скрючился на земле.

— Ладно, воин, вот держи, это поможет, — Никадим протянул Дракону кружку с какой-то жидкостью.

— Спасибо тебе добрый мальчик. Только ты и понимаешь меня среди этих злобных людей.

— Так уж и злобных, — уточнил, Алексей, потом махнул рукой в сторону Дракона, — Всё хватит слушать басни, пошли завтракать, и пора в путь.

Глава 19

Уже третью неделю блуждал отряд по заросшим лесом горам. То и дело им попадались разрозненные отряды варваров, которые сразу уничтожались, попыток напасть на них больше ни кто не предпринимал. Несколько раз отряду удавалось пленить то одного, то другого человеко-зверя, но добиться от них каких либо сведений оказалось невозможным. Определили, лишь одно. Многие из них, по всей видимости, принадлежали к самым разным кланам, причём враждующие между собой. Это было замечено не сразу, но в самом начале определили, что один отряд очень сильно отличается от другого, как внешне, так и по вооружению и по степени развития. Встречались такие, что находились только в самом начале эволюции, другие видимо зашли ближе к железному веку. Если первые были вооружены исключительно дубинами и каменными топорами, то у других имелись кое-какие мечи, а точнее их подобия. Однажды, совершенно случайно, оказавшийся в руках отряда варвар задержался на этом свете, почему то показалось, что от него можно добиться хоть каких-то сведений. И вот в это самое время на группу, совершенно случайно наткнулся отряд варваров, эти были как раз из того, каменного века. Так вот, прежде чем обратить внимание на противника, они стали радоваться пленению сородича и смеяться над его положением. В свою очередь сородич, посаженный в сделанную наспех клеть, стал метаться по ней, пытаясь вырваться, лишь для того, что бы напасть на своих оскорбителей, и когда понял, что с клеткой ему не справиться, просто перегрыз себе вены на руках.

Отряд же в свою очередь, увидев, что их враг покончил с собой сам, наконец, опомнились и попытались перестроиться в боевой порядок, но это им уже не понадобилось. Группа Алексей, окружила к этому времени варваров, и уже давно расстреливала из луков и арбалетов, чего, те веселясь над положением собрата, даже не замечали.

Эти варвары не понимали человеческого языка, а между собой общались только при помощи жестов и ограниченного числа, почти нечленораздельных звуков и конечно от них невозможно было добиться хоть каких-то сведений. В свою очередь все попытки пройти по следам отрядов варваров, тоже заканчивались неудачами. Следы, во-первых, вели всегда в разные стороны, а во-вторых, обрывались в самых неожиданных местах. Было понятно, что их просто перебрасывают через телепорт. Оставалось одно, прочёсывать весь хребет, в поисках базы сосредоточения, ведь телепорт, по переброске зверей в этот мир, как утверждали маги, был открыт постоянно, и противник всё больше и больше наращивал силы.

Алексей собрал совет.

— В первую очередь мои вопросы будут касаться вас, господа, — обратился он к магам. — Все наши усилия, по поиску базы противника пока тщетны. Скоро месяц, как мы бродим по этим горам, а результата нет. Слушаю ваши предположения о наиболее реальном районе поиска. Без более или менее понятной картины, действия наши бесполезны. Вести поиск, столь малыми силами, на такой большой территории не имея даже представления о том, что и где искать, считаю бессмысленным.

— Надо идти в Трансильванию, — ответил Ли Шеен, — там замечена наибольшая активность, и там местность более приспособлена к сосредоточению крупных сил, тем более таких, с какими мы постоянно сталкиваемся. Там, по крайней мере, можно разные племена разместить по разным ущельям, тогда и сил для их сдерживания потребуется меньше. А то ведь они вполне могут, не дождавшись схватки с главным противником и сами себе глотки перерезать.

— Ты что думаешь, «Малыш»?

— Я согласен с господином Ли. Надо в Трансильвании искать.

— Тогда скажите мне на милость, почему мы бродим кругами, если карты не врут, мы сейчас находимся вот здесь, — он указал своё местоположение, — Трансильвания вот, значит, нам нужно идти вот в этом направлении. Почему до сих пор ни один из вас не указал правильного направления?

— Всё очень просто, нас не пускают туда. — Сказал Ли Шен.

— Как это понимать? Будь добр поясни.

— Ты разве не заметил, что в каком бы направлении мы не шли, мы постоянно сбиваемся с пути и в конечном итоге выходим не там, куда шли. Да мы натыкаемся на отряды, но я считаю, то нам их специально подбрасывают, что бы создавалось впечатление, будто идём туда куда нужно, но результат один и тот же, мы ни на шаг не приблизились к предполагаемому району расположения портала.

— Вот это как раз меня и волнует больше всего. Что будем делать?

— Нужно перестать обращать внимание на варваров, и идти в Трансильванию, не отклоняясь, максимально придерживаясь карты и намеченного пути.

— Отлично. А мы что до этого делали?

— До этого мы гонялись за разрозненными отрядами, которые, как я уже говорил, нам просто подбрасывали.

— Тогда принимаю решение. Меняем направление поиска, перемещаемся в Трансильванию, а там уже действуем по обстановке. «Малыш», свяжись с Князем и доложи ему об изменении маршрута. Где сегодня будем ночевать, господа местные жители?

— Здесь недалеко горная деревушка есть. — Ответил Ярослав, — если варвары до неё ещё не добрались то можно там переночевать, вот только…

— Что только?

— Да драконов они не любят.

— Как это не любят, — возмутился Имануил, — я им ничего плохого не делал. Да и вообще что они про нас знают? Мы уже вот скоро три тысячелетия как этот мир покинули.

— Покинуть-то вы покинули, да только вот сказания о вас ещё живы в этих краях.

— Какие такие сказания?

— А такие. Как вам девушек по оброку отдавали, а вы их потом своим высиживающим яйца самкам скармливали и ещё хвалились, что при таком питании у самок обязательно боевые дракончики рождаются.

— Ложь это и поклёп на благородное племя, — возмутился дракон. — Никогда мы людьми не питались. А самки, когда яйца высиживают, так вообще ничего не едят.

— Лож, не ложь, а люди не любят. — Не унимался капитан.

— Хватит вам, — остановил их Алексей, — я думал вы, уже смирились друг с другом, а вы всё продолжаете.

— С этим невозможно смириться.

— Ярослав, твоим сказкам уже больше трёх тысячелетий, а ты всё обиду хранишь, нельзя так.

Тихая вражда между Драконом и капитаном возникла с самого первого дня и не утихала. Весь остальной отряд принял крылатого, девушки, конечно, частенько подкалывали его по поводу страсти огнедышащего к алкоголю, но Имануил был добродушным существом и все шутки воспринимал правильно. Да и с пьянством в походе он был осторожен. Несколько раз он пытался предложить Алексею втихаря выпить, но тот так посмотрел на друга, что Дракон решил оставить все попытки. А вот с капитаном отношения не сложились. Какая-то многовековая обида жила в том. Теперь стало понятно, какая кошка пробежала между ними.

— Хорошо, — согласился Алексей, — идём в деревню, а там действуем по обстановке. Имануил, на всякий случай переночуешь в лесу, на подступах к деревне.

— Хорошо, — согласился крылатый. — Но последний раз. Больше я не намерен терпеть эти инсинуации.

— Что ты не намерен терпеть, — Алексей просто опешил от такого словарного запаса Дракона.

— Вот эти злобные вымыслы, со стороны твоего, так сказать, друга.

— А, ну да, конечно…

Деревня располагалась в небольшой, но очень уютной долине и была очень хорошо укрыта от посторонних глаз, наверное, поэтому, постоянно рыщущие в поисках добычи варвары её не нашли. Имануила оставили ночевать и охранять лагерь на высокой скале, которая нависала над долиной, а сами пошли в деревню. Жители с недоверием встретили непрошеных гостей. Слухи по округе ходили разные, а здесь такой необычно одетый, отряд, да ещё и лица у половины были диковинные, не виданные в здешних местах.

На околицу вышли встречать их мужчины, вооруженные, кто вилами, кто топором, а кто и вообще длинными дубинами.

— Что привело вас к нам, непрошенные гости, — поинтересовался старший из них.

Алексей остановил отряд на почтенном расстоянии, и слез с коня тем самым, давая понять, что они пришли с миром.

— Мы пришли с миром, уважаемый. Просим позволения переночевать в вашей деревне. Путь у нас долгий ещё предстоит и надо отдохнуть.

— Откуда мне знать, что вы не лихие люди? Сейчас только разный сброд, по горам ходит.

— Здесь у тебя есть только надежда на наше честное слово. Поверишь и впустишь, спасибо тебе скажем, не поверишь, тоже, наверное, будешь прав, пойдём тогда снова в лесу ночевать, под открытым небом.

— Ладно, ты сказываешь, хорошо, — решился старший, — проходите, расквартирую вас. Хоть и одеты вы странно, и лошади у вас сильно гружёные, а чем не видать, да, пожалуй, всё-таки добрые люди. Да и девицы среди вас, я смотрю есть. Сдаётся мне так же, что вон те двое, которые немного позади тебя, из наших мест будут, — старик указал на Радмира с Ярославом.

— Действительно ты прав, Ярослав и Радмир из этих краёв, может не совсем местные, в твоём понимании этого слова, но они и их семьи жили на берегах Дуная. Интересно, по каким, таким признакам, ты их классифицировал.

— Знаешь, чужой человек, в наших краях земляков просто чувствуют.

— А почему меня называешь чужим?

— Потому, как ты и есть чужой, не наш, не мирской. А вот те, что не похожи ни на кого, они хоть и не чужие, а всё одно и не наши.

— Ох, не пойму я твоей классификации старик, но и на том, спасибо, что в ночлеге и отдыхе не отказал.

— Да, проходите, — подтвердил своё разрешение старик, я сейчас распоряжусь насчет поселения.

После этих слов, заслон расступился, и отряд вошёл в деревню. Она была действительно небольшой. С десяток крепких домов стояло в центре, вокруг виднелись узкие полоски возделанной земли. На этих полосках дозревала, колосясь, рожь, вокруг домов были огороды, а чуть дальше, на склонах, расчищенных от леса, пастбище. Деревня жила полностью за счёт натурального хозяйства, и видимо только раз в год, в период проведения ярмарок, осенью люди покидали родные места и отправлялись в ближайшие крупные деревни, что бы обновить инвентарь, продать излишки зерна и овощей, закупить то, что не способно создать их хозяйство.

Дисциплина и порядок в деревне поддерживались на высоком уровне. Как только отряд вошёл в деревню, моментально побежали мальчишки по домам, с распоряжениями старосты о размещении гостей.

Отряд удобно расселился в трёх домах, соседствующих, с домом местного старосты. Большие события, а прибытие в деревню гостей, действительно было для крестьян большим событием, здесь привыкли отмечать всей деревней. По этому поводу в центре деревушки был разведён огромный костёр, над которым на громадном вертеле жарился один из двух добытых Василием по дороге оленей. Одного путешественники сразу отдали Дракону, так как такое тело тоже надо было чем-то питать, да и не весело ему придётся там, в одиночестве на скале, вдобавок, ко всему командир ещё и выпить запретил строго, настрого. Так пускай крылатый, хоть олениной побалуется. Имануил противиться не стал, тут же его освежевал и пока был вне видимости деревенских жителей, моментально слегка обжарил на собственном огне.

— Вот так будет отлично, — сказал он, когда олень покрылся аппетитной корочкой, — не люблю пережаренного мяса, а так просто великолепно.

— Вот лети на скалу и ужинай, и не вздумай показываться на глаза деревенских жителей. Если рано утром выходить не будем, тогда можешь слетать на охоту, позавтракать, но лучше подальше от деревни. — Напутствовал друга Алексей.

— Слушай, командир, а может по случаю короткого отдыха можно чуть-чуть того, — Дракон почесал лапой по шее.

— Если только малейший запах услышу… Короче, я тебя предупредил, — отрезал Алексей.

— Да, всё будет в лучшем виде, командир, не переживай, — ответил Дракон и схватив приготовленного на скорую руку оленя удалился в горы.

Праздник в деревне набирал обороты. Угли пылали жаром, с крутящейся над ними туши срезали готовое мясо и подавали на длинный деревянный стол. Тут же на столе стояли разные овощи, было много зелени фруктов и уже поспевшего к этому времени винограда. Это был первый, тот, что идёт на еду, чуть позже вызревает винный виноград и в таких деревнях начинаются праздники урожая. Виноград давят на вино, участие в этом процессе принимает всё население деревушки, заливают сок в большие чаны и оставляют бродить, а уже старое, выстоявшее в больших бочках год, пережившее зиму и летнюю жару вино разливают по небольшим бочонкам и везут в город на ярмарку.

— Так было всегда, — рассказывал Алексею, старик, присевший рядом с ним за столом, — а в этом году не будет, и в следующем тоже не будет и через год.

— Почему отец? Неурожай был в прошлом году, вина на продажу нет?

— Урожай был сынок, и вино есть, только вот продавать его некому. Город, куда мы обычно на ярмарку ездили, варвары сожгли, а людей убили. Кому теперь вино продавать. И виноградники наши, что на том дальнем южном склоне тоже варвары уничтожили, как только нашей деревни не заметили, не представляю, а то нам с тобой сейчас здесь разговаривать не пришлось бы.

— Ничего отец, положим мы конец этим варварам, не переживай. Будете дальше виноград растить и вино делать, и люди придут, заселят вновь ваши края, будут вино пить и земледельца, вырастившего виноград прославлять. Всё будет.

— Ой, ли сынок. Куда вам десятку человек, с такой оравой бороться?

— Ну, нас-то не десяток, а дюжина. Это большая разница.

— Это ты девок, что ль имеешь в виду?

— Эти, как ты выразился девки, отец, многих воинов за пояс заткнут. Ты не смотри, что они стройны да молоды. С мечём, да с арбалетом управляются не хуже нас.

— Что же это за жизнь такая пошла, что девок на войну посылают, — не унимался сердобольный старик, — неужто в Княжестве Киевском богатыри уже перевелись?

— Есть ещё богатыри, отец, есть. А что ты говорил на счёт полчищ, что тебе известно?

— А вот, что известно, сынок слушай. Проходил мимо нас путник недавно. Спешил он в Киев град, к Князю Святославу. И сказывал, что в неделе пути отсюда, прямо так на закат солнца, вот этих самых толи обезьян, толи человеков, видано, не видано. Рычание стоит там и смрад. Разбросаны они там по всем ущельям, так, что пройти только по хребтам да перевалам можно. Злые они там, видать от голода, что готовы сами с собой драться, да и дерутся, только вот и люди там есть. Боятся их варвары, эти люди там и заправляют, и порядок наводят, если чего, а время от времени собирают группки варваров и отправляют куда-то, видать сюда к нам, что бы, мол, те немного пар выпустили, да подкормились.

— Какой, отец интересный путник к вам заходил. А не сказывал тот путник, откуда ему всё это в таких подробностях ведомо?

— Сказывал, как не сказывать, мы ж тоже не лаптем деланные, поинтересовались, спросили, а он и говорит, мол, служил он там, в графстве Трансильванском при дворе тамошнем, и всё как на духу это выдавал. Только не по его натуре оказалась эта нечисть, вот и сбежал, и отправился к Князю Святославу.

— А вот ещё, не сказывал он, откуда эти варвары берутся?

— И такое сказывал, мол, есть там пещера, в самом центре графства, из этой пещеры они и выходят без остановки день и ночь. И будут выходить, покуда не станет их сила силенная, тогда только в поход на Княжество Киевское и пойдут.

— Спасибо, отец, это ценная зля нас информация. Так говоришь ровно на заход солнца идти надобно?

— Да, ровно на заход.

— Ага, и неделя ходьбы, стало быть?

— Да, сказывал, что мол, цельную неделю шёл.

— А шёл он пешим, или конным?

— Каким конным, ты, что не понял меня. Только хребтами пройти можно. А какой тебе конь по хребту пойдёт?

— Да, тоже верно. Значит на этом, наш конный маршрут заканчивается. Жаль, не охота поклажу на плечах тянуть, да что поделать, такова наша солдатская доля. Спасибо старик ещё раз за информацию, пойду со своими людьми потолкую, обсудим твои слова.

Алексей встал из-за стола и, позвав с собой немного в сторонку весь отряд, пересказал разговор со стариком.

— Вот вам господа, и все разведданные, — обратился Алексей к своему отряду, — только вот как их проверить?

— Можно Имануила отправить, чтобы слетал, обсмотрел всё, — предложил Владмир.

— Это мысль конечно хорошая, надо завтра у него выяснить, какова скорость полёта и за сколько времени он преодолеет расстояние в неделю ходьбы. Но это вариант крайний. Какие ещё есть предложения?

— Пожалуй, это единственный вариант, — сказала Катерина подумав. — Никадим слетал бы быстрее, но он не знает координат, а без координат его посылать нельзя, Хорошо, если выскочит из телепорта посреди толпы варваров, можно сразу обратно нырнуть, ну притащит за собой одного двух, это не страшно. А вот если вообще внутри скалы материализуется, тогда всё конец ему, там и будет погребён заживо.

— Ага, вот такие особенности его передвижения мне как раз и неизвестны, — ответил Алексей, — тогда действительно остаётся только один вариант — Им. Завтра с рассветом его и отправим.

— Ал, вступила снова Катерина, — я могу слетать с ним, он мне не откажет, возьмёт.

— Катюша об этом не может быть и речи, если кого и надо будет с ним посылать, то только кого-то из мужчин.

— Ал, но я же легче, и менее заметна.

— Всё Катерина, — строго прекратил пререкания командир, — этот вопрос считаю исчерпанным. Пошли лучше спать дорогая. Поздно уже, а вставать завтра как всегда на рассвете, ночью ни кто не потревожит. Господа всем спать. Владмир, организуй, пожалуйста, патрулирование. Как ни как война кругом, а мы слишком расслабились, не хорошо. Варвары если и не посещали эту деревню, по нашим следам вполне могут пожаловать. А так не хочется приносить этим добрым людям беду.

— Всё сделаю, командир.

Все отправились по выделенным для них домам отдыхать, деревня ещё продолжала догуливать, свежая оленина и прошлогоднее вино, а так же ощущение праздника отодвинули на задний план все тревоги последнего времени, люди просто веселились и верили в то, что всё будет хорошо.

Разбудил Алексея, душераздирающий, детский крик. И было в этом крике всё и страх и непонимание и что самое интересное — радость. Он схватил меч и выскочил на улицу. По двору бегал маленький мальчонка и, показывая ручонкой в небо, кричал.

— Мама, папа, смотрите, они всё-таки вернулись, они вернулись.

Алексей поднял голову в небо и замер. Картина действительно была величественной. На фоне голубого неба парила изумрудная фигура, переливаясь всеми цветами радуги в лучах восходящего солнца. Имануил, а это был именно он, как всегда забыл о предосторожности, проснувшись с первыми лучами солнца, решил поразмять затёкшее за ночь тело. Ничего лучше он, конечно, придумать не мог, как полетать над самым селением. Но как можно было его ругать за это. Он, то стрелой взмывал ввысь, то плавно по горке скользил к земле, делал всевозможные мёртвые петли и бочки, в общем, выполнял все самые сложные фигуры высшего пилотажа, да так грациозно, что Алексей не мог оторвать взгляда. Только наполнившая деревню благоговейная тишина и легкие толчки в бок заставили его опустить голову. Рядом стояла Катерина и легонько подталкивала, увидев, что он обратил на него внимание, девушка указала головой по сторонам. Алексей оглянулся. Вся деревня высыпала на улицу и заворожено смотрела в небо. Рядом оказался вчерашний старик.

— Слава, Богам, вернулись, родимые. Теперь точно смуте конец. Подниматься народу пора и идти войной на варваров. Теперь точно осилим. И заживём по старому, тихо и мирно.

— Что это ты такое говоришь, отец? О чём это ты.

— Да посмотри, это же Дракон в небесах летает. Значит, вернулись они.

— Что-то я не пойму тебя отец. Смотри, какой зверюга в небесах летает. Разве можно такому радоваться? И что значит вернулись? Это что не местный ваш зверь?

— Да какой же это зверь, чужой человек? Это не зверь, это Дракон, он разумный. И не живут они в наших местах, давно не живут, покинули они наш мир. И очень давно покинули, а вот теперь вернулись.

— Так чему радоваться то? Слышал я, что всякие безобразия Драконы творили.

— Это, какие такие безобразия?

— Разве не несли вам драконы бед всевозможных? Разве не требовали девушек в качестве оброка, для скармливания их самкам своим?

— Да где ты милый человек, глупостей таких наслушался? Кто тебе гадостей таких про это благородное племя наговорил?

— Были люди, — уклончиво ответил Алексей и поискал глазами капитана, тот стоял неподалёку и внимательно прислушивался к разговору. — Тогда расскажи мне, отец, что у вас рассказывают про них. И тогда я, может быть, познакомлю вас.

— Не уж-то ты это можешь?

— Могу, отец, могу.

— Тогда слушай. В старых писаниях идёт речь об этом удивительном племени. Говорится там, что придёт смута в наш мир, принесут её звери невиданные, будут они нести смерть и разорение и не остановят их до тех пор, пока не вернутся в мир Драконы. И тогда поднимется весь люд как один и восстанет против зверей и победит их на веки вечные, управлять ими будет человек, «Повелителем» владеющий. Постой, постой, мил-человек. То-то я смотрю, меч у тебя на боку сильно загадочный.

Но дальше Алексей слушать старика уже не стал, а отправился искать капитана, который внезапно исчез, пора было задать ему несколько вопросов. А заодно, позвать Имануила, для знакомства с местными жителями. Он отошёл в сторону, и обнажил меч.

— Им, — тихонько позвал Алексей, — хватит летать, спускайся в деревню.

Дракон, тут же заложив вираж, сложил крылья и перешёл в крутое пике. Увидев падающее на них огромное тело, крестьяне бросились врассыпную. Но опасаться было нечего над самой землёй, Имануил выровнял полёт, сделал круг и мягко приземлился в центре деревни, подняв тучи пыли.

— Лёха, что случилось?

— Да ничего страшного, просто люди хотят познакомиться с тобой. Пожалуйста, уважаемые, — обратился он к осмелевшим, вновь сходящимся крестьянам, — это наш друг — Имануил, из племени Драконов. Он путешествует с нами.

Крылатый стоял, гордо подняв голову, рассматривая всех с высоты своего роста. Самыми первыми к нему начали подбегать, вечно неугомонные мальчишки.

— И всё-таки, — задумчиво произнёс Алексей, — куда делся капитан.

Ярослава он нашёл в доме, куда того определили на постой. Он сидел, на табурете, понурив голову, и что-то бормотал себе под нос.

— Сударь, — обратился к нему командир, — я требую разъяснений.

— Как я мог? — Бормотал тот, — как я мог? Нет мне прощения, обидеть такого благородного господина.

— Ярослав, что ты все причитаешь, как девица, внезапно лишившаяся невинности? Ответь мне сейчас же. На каком основании ты распускал слухи о кровожадности Драконов?

— Не вини меня, господин Алексий, всему виной древние родовые склоки. Когда ещё Драконы жили в наших места, они что-то не поделили с моими предками. Мой род ведь тоже берёт начало ещё со времён сотворения реальности. Давно забыта причина вражды, но грязные предания до сих пор распространяются среди нашего рода, вражда живёт. Старик прав, существуют манускрипты, в которых предсказывается возвращение Драконов и их участие в освобождении мира. Но в нашем роду говорят, что эти книги написали сами Драконы, что бы, когда они вернутся и вновь начнут свои грязные дела, люди не испугались их и пустили в свои поселения. Таким образом, они, мол, хотят бдительность усыпить. Познакомившись с Имануилом, у меня начали зарождаться сомнения, но внушаемые с детства чёрные мысли заглушали их. Только теперь, увидев ликование людей, я понял, насколько был не прав.

— Хорошо, если всё это правда. Теперь пойди и извинись перед Имануилом. И извинись обязательно публично. Я думаю, он простит тебя, он более великодушен, чем ты. — С этими словами Алексей развернулся и вышел из хижины.

— Постой, командир.

— Что ещё? — Остановился Алексей в дверях.

— Ты действительно думаешь, что он меня простит?

— А ты погляди вон туда, и сам поймёшь.

Алексей указал Ярославу на окно, из него открывался вид на центральную площадь, где творилось, что-то совершенно неописуемое. Дракон, распластавшись, лежал на земле, с его лица не сходила улыбка, он был несколько ошарашен, и в то же время крайне доволен таким приёмом. А приём состоялся действительно знатный, и не от того, что вокруг собралась вся деревни, не от того, что наперебой люди пытались добиться от него, где они, Драконы, так долго скрывались и от чего не появлялись в этом мире. А от того, что деревенская детвора отнеслась к нему как к огромной живой игрушке. Они лазили от хвоста и до самой головы, использовали крылья шею как горку, катаясь с самой вершины Дракона прямо на землю, барахтались в пыли и снова карабкались на вершину.

Совет собрали на лужайке возле деревни. Это получилось не скоро, люди никак не хотели отпускать Имануила, а тот и сам был рад позабавиться с детворой. Но Алексей не дал затягиваться веселью. Праздник праздником, но они сюда не отдыхать пришли.

— Им, пока ты там, на вершине лопал, своего оленя, нам открылись новые обстоятельства. — Начал командир.

— Я что сам там прятался? — Возмутился дракон.

— Я тебя ни в чём не упрекаю, только констатирую факт. Так вот в результате опроса местного населения мы получили разведданные, которые необходимо проверить. И эта задача под силу только тебе. Скажи мне, пожалуйста, какова у тебя скорость полёта, какое расстояние ты можешь преодолеть без посадки, и какую полезную нагрузку можешь на себе нести?

— Лёха, ты меня пугаешь. Я и слов то таких не знаю.

— Интересно, слово инсинуация та знаешь, а вот фраза полезная нагрузка тебе не знакома. Послушай, ящерица, — не выдержал командир, — хоть тебя и принимали здесь с распростёртыми объятиями, это совсем не значит, что можно закосить под дурака и уклоняться от выполнения поставленной задачи в тылу. Понял?

— Вот теперь понял, нет проблем.

— Тогда слушай ещё раз, немного упростим задачу. За, сколько времени, ты сможешь преодолеть расстояние в семь дней пути?

— За семь дней, — невозмутимо и с некоторым удивлением, ответил Им.

— Ты продолжаешь?

— Я не понимаю, в чём меня хотят обвинить на этот раз. Семь дней пути это семь дней пути, я не способен искривлять пространство и время. Хотя нет, с пространством я немного загнул.

— Согласен, мной вопрос был сформулирован не точно. Семь дней пути, это для пешего человека, по горам. А тебе, сколько надо времени полёта?

— А так бы сразу и спрашивал. До заката управлюсь.

— На себе ты сможешь кого-нибудь нести?

— Я тебе, что кобыла верховая? — Обиделся крылатый.

— Им давай оставим все обиды в стороне. Это нужно для дела. Ты сможешь понести Никадима?

— Этого птенца? Легко.

— Тогда слушай задачу. В полдень берёшь на крыло «Малыша» и отправляешься строго на запад. В семи днях пути, пешего путника, по непроверенным данным сосредотачиваются крупные силы противника. Враг постоянно наращивает свой контингент и, по всей видимости, уже близок к готовности выступать. Вы должны с рассветом, как можно скрытее облететь все ущелья, в которых дислоцируется противник, оценить масштаб угрозы и самое главное, найти пещеру, из которой они выползают. Да ещё. Обязательно взять координаты всех хребтов вокруг ущелий, для возможности последующей переброски туда наших войск. Вот такая задача. Справишься?

— Справлюсь. — Дракон, наконец, понял, что игры закончились и ему предстоит настоящая работа.

— Мы из деревни выдвинемся завтра на рассвете. Ровно в полдень я тебя позову, к этому времени вы должны закончить облёт. И ни в коем случае не вступать в контакт, с противником. При малейшем подозрении, что вас обнаружили уходить. Всё понятно? Вопросы есть?

— Нет, всё понятно, не беспокойся, управимся в лучшем виде.

— Тогда готовьтесь и с Богом.

— А нам господа представилась возможность немного отдохнуть перед следующим броском. Предлагаю всем хорошенько выспаться. Но перед этим. Подготовить снаряжение, боеприпасы разложить по рюкзакам и разгрузочным жилетам, всё подогнать. Дальше пойдём пешком. Лошадей оставляем здесь в деревне. Я думаю, крестьяне присмотрят за ними. Всё задело.

Глава 20

В тронной пещере, проживавшего здесь много тысячелетий назад, Крылатого народа было пусто и грязно. Скопившийся за эти года мусор покрывал толстым слоем, некогда сверкавший отполированным белым мрамором пол. Анфилады по периметру зала, поддерживаемые колоннами их красного и розового мрамора, покосились, а кое-где и совсем обрушились. Дневной свет давно уже не проникал в этот зал. Пропускавшие его некогда окна, расположенные в куполе пещеры давно засыпаны камнями, завалены селевыми оползнями. Но сейчас в пещере темно не было. Зловещий свет исходил из середины зала. Там на высоком постаменте в троне, сложенном из человеческих костей и украшенном черепами восседал Демон. Ростом около трёх метров, кошачьи лапы, но со значительно удлиненными пальцами постоянно, то выпускали, то втягивали, острые, напоминающие кинжалы когти. С длинных острых клыков, выступающих изо рта, капала слюна. Кожа, огненно-красного цвета, казалось, горела сама по себе. Из одежды на Демоне была только набедренная повязка, слегка прикрывающая чресла и широкая перевязь на которой висел, украшенный самоцветами, длинный и широкий меч.

Это был Вельдавул. Хозяева Хаоса сделали его, шутя, детишкам на потеху и себе в услужение. Около двух столетий служил он верой и правдой в доме у одного из Хозяев, да так бы и оставался игрушкой в руках капризных детей, если бы однажды в кабаке, на краю реальности не встретил Странника. Долго жаловался Вельдавул Страннику на свою жизнь, пока тот не оборвал его.

— А что ты мне всё плачешься в жилетку. Возьми да удери в другую реальность, стань там хозяином, да и живи припеваючи.

— Это как? — удивился доморощенный Демон.

— Да очень просто, вот сейчас допьём это пойло, вставай и иди.

— А куда?

— Да хоть вот сюда, — и Странник открыл перед Демоном окно в этот Мир.

Вельдавул с упоением глядел на раскинувшиеся поля, на покрытые лесами горы, на быстрые чистые реки, маленькие деревни и большие города. Всё больше и больше проникался он желанием, завладеть всем этим, превратить в свою вотчину и править именно здесь, что не успел Странник захлопнуть окно, как Демон прыгнул в него и исчез в ближайшей пещере.

Но радость его от обретённой внезапно свободы была недолгой. Буквально в следующее мгновение рядом с ним вырос его Хозяин.

— Ну и что ты глупый младенец задумал, — задал тот вопрос, усаживаясь на камень.

— Не смей меня больше так называть. Я теперь свободный Демон и властен, делать с этим Миром, всё, что захочу.

— Глупое ты создание. Всего твоего умишки-то и хватало только на то, что бы с детишками забавляться. Ты думаешь, кто-нибудь позволит тебе нарушить Великое Равновесие? Или Стражи Порядка, оставят твою забаву без внимания и разрешат безнаказанно пакостить, в их вотчине? Да, вот ещё что.

— Что?

— Ты назвал себя свободным демоном, не слишком ли рано, или ты забыл закон рождения и освобождения?

— Нет, Хозяин не забыл, я помню его, — сказав это, Демон чуть не зарыдал. — Но я хочу быть свободным.

— Глуп ты ещё и молод. Считаешь, тебе плохо жилось у меня? Считай, мне в принципе всё равно, и глубоко наплевать на твоё мнение. — Хозяин продолжал сидеть на камне, всем своим видом показывая полное безразличие к проблемам Демона. На его лице читалась многовековая усталость.

— Что мне делать, Хозяин? — заскулил Демон. — Помоги мне, дай свободу и власть над этим Миром.

— Хорошо, я добр сегодня и, пожалуй, отпущу тебя. Я дам тебе силу, ты сможешь найти в Мирах войско и открыть портал для его переброски. Я передам тебе власть над некоторыми магами в этом мире. Это тёмные маги и они помогут тебе в твоём деле. Я сделаю даже больше, я соберу Хозяев Хаоса на войну с Порядком, но ты должен за шесть месяцев покорить этот мир. Ты должен захватить Княжество Киевское и получить от Князя Святослава вот этот клинок, — Хозяин приоткрыл окно в оружейную Князя и показал Вельдавулу «Повелителя». — Если этого не произойдёт в назначенный срок, ты будешь мной лично передан Стражам Порядка, как субъект, нарушивший Большой Договор. Это раз. Но есть для тебя ещё одна опасность. Если ты не будешь достаточно осторожен в своих приготовлениях, и в эту пещеру вернутся Драконы, а один из их спутников будет вооружен тем самым клинком. То здесь тебя спасёт только твоя сила и ловкость. Сумеешь устоять в бою против него, останешься, хотя бы жив. Не сумеешь и дашь себя пронзить «Повелителю», отправишься в Лимб на вечные времена. И тут вот уже я не знаю, что лучше, быть судимым Стражами Порядка за нарушение Большого Договора, о котором, ты в принципе ничего не знаешь или вечно стыть в Лимбе.

— Но, Хозяин?

— Что тебе ещё, глупыш?

— Откуда они узнают, что я собираю здесь войско и что мне нужен именно этот клинок?

— Вот это твоей глупости я и боялся с самого твоего создания, — пожал плечами Хозяин Хаоса, — ты думаешь, твоё бегство замечено только мной? Конечно, нет, из Чертогов Порядка, уже запрашивали о твоём местоположении и очень сильно интересовались, с какой целью я тебя сюда отправил. Поэтому не волнуйся, они найдут тебе достойного противника.

С этими словами Хозяин растворился в воздухе, оставив Демона в полном недоумении. Но, недолго думая тот взялся за дело. Он попробовал открыть портал, и у него это получилось. С радостными криками Вельдавул бросился бродить по Мирам в поисках воинства. Бродить пришлось недолго. Вельдавул сам по себе был очень не далёким в развитии, поэтому и миры ему открывались точно такие же, недоразвитые, вот в одном из них он и натолкнулся на племена человеко-зверей. Эти племена постоянно враждовали между собой, а, следовательно, как ни кто подходили на роли завоевателей, да и не требовали ничего за свою службу, только удовлетворения их инстинкта убивать. Что могло быть лучше. Таких солдат нужно только контролировать и использовать отдельно племя от племени. А как только Мир падёт, они сами перегрызут друг друга. Так решил Демон, не подумав даже над тем, что эти племена многие века пребывали в непримиримой вражде и, тем не менее, выживали и даже преумножались.

Найдя войско, Вельдавул вернулся назад. Теперь ему требовались маги, которые смогли бы, во-первых, помогать ему в покорении мира, а, во-вторых, контролировать войско. Именно таких, он и нашёл здесь в старой Трансильвании. Одним посулил власть, другим, менее сильным пригрозил и начал готовиться к войне, наращивая войско. Он открыл постоянно работающий портал и начал перегонять племя за племенем, вручая вновь прибывших на попечение очередного мага-недоучки, способного только лишь контролировать таких вот воинов. Но такого рода субъектам вполне хватало полной власти над варварами. Они упивались своим всемогуществом, властвуя над зверями, и жестоко кара их за малейшие провинности. Время шло, Вельдавул торопился. Из всего разговора с Хозяином и запомнил две вещи, которые его пугали, по-настоящему пугали, это Лимб и поставленные сроки, в которые он не укладывался. Именно последнее обстоятельство злило его больше всего. Он уже не контролировал ситуацию, все силы уходили на поддержание открытым огромного портала, и не оставалось и малейшей возможности следить за тем, кто завладел так нужным Вельдавулу мечом.

Сейчас за спиной Демона был открыт портал, из которого цепочкой выходили человеко-звери. Попав в этот мир, они грязно ругались на того, кто призвал их сюда, пытались ввязаться в драку с себе подобными, но их быстро приводили в чувство несколько магов, собирали в группы и отправляли дальше в ущелья, под руководство командиров полчищ.

Внезапно в пещеру вбежал, одетый во всё чёрное, человек. Он подбежал к трону и поклонился Демону.

— Хозяин у нас неприятности.

Демон взревел, но всё же оторвал взгляд от портала. Тот тут же закрылся и поток прибывающих, прервался.

— Сколько раз тебе говорить, безмозглый червяк, — взревел Демон, — что бы ты, не отрывал меня от дела. У меня осталось не так много времени на все приготовления, а ты отвлекаешь по пустякам.

— Прости великодушно, хозяин, но там Дракон.

— Что ты мелешь червяк? Какой Дракон? Откуда ему здесь взяться? Ты же мне докладывал, что единственный Дракон, появившийся в этом мире, был уничтожен нашими доблестными воинами вместе с теми людишками, что посмели вторгнуться на мои территории.

— Так и было, господин. Все кто был в том древнем святилище мертвы.

— Тогда откуда Дракон? Ты, мерзкий червяк ответишь у меня за это, — прошипел демон. — Показывай.

Человек повёл рукой и вместо части купола, Демон увидел парящего широкими кругами над долиной Имануила с Никадимом на спине. Он схватил мага за горло и поднёс прямо к своей пасти. Создавалось впечатления, что голова неудачника сейчас будет просто откушена.

— Это же тот самый Дракон и мальчишка из той компании, — шипя и плюясь прямо в лицо мага, произнёс Вельдавул, — как это понимать прыщ?

— Я не пойму Хозяин. Туда был брошен усиленный отряд, после нашего вторжения плато не подавало ни каких признаков жизни.

— Хоть один воин вернулся оттуда?

— Нет, хозяин.

— Так что ты мне здесь пытаешься впарить? Как они могли всех уничтожить, если сами полегли все до одного. Пошёл вон отсюда и если ты мерзкая каракатица до завтрашнего дня не решишь эту проблему, то я не знаю, что с тобой сделаю. Самое лучшее, на что ты можешь рассчитывать, так это не очень долгую смерть. Всё иди, мне работать надо.

Сегодня уже подходил к концу четвёртый месяц из отведённых Вельдавулу, а у него всё ещё не было накоплено достаточно сил. Он всё чаще и чаще корил себя за то, что привлёк на свою сторону этих совершенно бестолковых животных, которых нашёл в какой-то совершенно забытой всеми, дальней реальности. Они были тупы и кровожадны. Ими совершенно невозможно было управлять. Их можно было только посылать убивать, но и остановить после этого было тоже невозможно. Они оставляли в живых только особей своего вида, да и то только тех из них, кто принадлежал к их племени.

Он никак не мог понять, что вся беда кроится в нём самом, что попадал он в такие же недоразвитые реальности, как и сам. Что в эту реальность, в этот Мир, который он сейчас мечтал покорить, Вельдавул попал, только лишь благодаря беспечности подвыпившего Странника. Именно он открыл окно и не успел его вовремя закрыть. Вот здесь Вельдавл оказался более спрытным. Иногда он подумывал о том, почему бы ему просто не остаться в той реальности, где он нашёл своё войско, и не управлять этими пускай и совершенно бестолковыми обезьянами. Но это тоже было невозможным. Хозяин поставил ему конкретную задачу и ещё более конкретные условия, а времени на их выполнений оставалось всё меньше и меньше.

Но чаще всего Демон корил себя за то, что вообще решился на эту авантюру, на побег, разве плохо ему жилось у Хозяина, ну донимали детки, ну издевались над ним втихаря, когда Хозяин не видел. А так всё было даже лучше чем теперь. Он делал то, что умел, следил за детьми, у него были законные выходные, когда можно было отправиться в ближайшую таверну, где подавали отменный спирт, и можно было весело провести время.

Теперь же вот уже четыре месяца он сидел безвылазно в этой проклятой пещере и из последних сил поддерживал открытым портал.

«Может быть, всё-таки плюнуть на всё и вернуться, — же в который раз подумал Демон, — нет, нельзя, суд вот, что меня ждёт в таком случае, и на снисхождение со стороны Стражей Порядка надеяться нечего, те спуску не дадут, засудят по полной программе. Нужно продолжать. Что здесь страшно? Какой-то мифический герой, человечишка с каким-то мечом может меня отправить в Лимб. Это ещё бабка надвое сказала, шансов у него маловато. Плохо если войну не выиграю, это конечно плохо, но с другой стороны ещё немного сил поднакопить и можно будет начинать. Нет, я выиграю, ещё немного варваров и пойду на Киев. А всё остальное сделают эти звери».

Так сидел и размышлял Вельдавул, а человеко-звери всё шли и шли через портал в этот Мир.

Глава 21

— Всё хватит, — Имануил повернул голову к Маленькому магу, — чего тут высматривать и так всё понятно.

— Им, погоди, я ещё не все координаты взял, ты же так быстро всё облетел.

— А чего их тут брать, я и так все знаю.

— Откуда, ты ведь в первый раз в этих местах, сам говорил, — на всякий случай уточнил Никадим.

— Что ты можешь знать смертный мальчишка, — высокопарно начал Дракон. — Это наши исконные земли. Много тысячелетий в этих местах обитал Крылатый народ. Координаты этих мест вот уже сотни веков сохраняются в подсознании каждого Дракона. Мы рождаемся с этими знаниями. Вон там внизу на южном склоне вход в тронную пещеру, кстати, оттуда и выходят эти зверьки. Постой, — Дракон даже остановился на мгновение в воздухе, от чего чуть не рухнул камнем на землю. — Значит, этот монстр там и обосновался. Вот почему наши правители обеспокоились, — больше для себя, чем для спутника пробормотал Имануил.

— Им, дорогой ты мой.

— Что тебе птенец?

— Ты так больше не делай.

— Как?

— Не останавливайся, я еле удержался. — Никадим сидел, судорожно вцепившись в шею Дракона.

— А, хорошо, можешь немного отпустить меня, а то не ровён час задушишь. Успокойся, я уже в норме.

— Хорошо, только, пожалуйста, без таких резких манёвров.

— Ладно, ладно, отпускай уже, смотри лучше вон в ту сторону. — Дракон указал на запад, — смотри внимательно, там, на западном склоне мои родовые пещеры, и, кстати, именно там я только что заметил пару замечательных, жирных баранов. Полетели, поймаем и пообедаем.

— А мы что уже всё сделали?

— Я же тебе сказал, что всё, полетели.

Не дожидаясь ответа, Дракон спикировал к склону, где им были замечены бараны.

Бедным животным не повезло. Они никак не ожидали охоты, да ещё и с воздуха. Молниеносно спикировав, Имануил схватил животных задними лапами и моментально свернул шеи.

— Иди дрова собирай, их здесь много. А я пока разделаю наш обед.

— Ты думаешь, ни кто не заметит костра?

— Нет, ни кто, мы же не видим отсюда никого, значит и нас ни кто не видит.

— Железная логика. А как насчёт дыма, который будет от костра подниматься?

— Послушай, умник, — не выдержал Дракон, — я-то могу и так их съесть, хотя и не люблю сырого мяса, а вот ты что будешь кушать.

— Ладно, не сердись, пойду собирать дрова, — согласился Никадим.

Прошло совсем немного времени и вот уже освежеванные туши мирно жарятся над углями.

— А ты знаешь, мальчик, кажется, нас заметили. — Имануил уже насытился, и теперь его потянуло на размышления.

— Конечно, заметили, ты, что не видел, как эти обезьяны вопили и кидали в нас камнями, как будто могли докинуть.

— Я не имею в виду, птенец этих безмозглых тварей. Нас заметил их хозяин. И был очень расстроен нашим появлением. Вот это уже не хорошо. Теперь они предпримут всё возможное, для нашего уничтожения. Печально, а ведь я ещё совсем молодой, даже подругой не успел обзавестись.

— Что ты раньше времени панихиду начал по нам справлять? А кстати, сколько тебе лет?

— Совсем немного, всего лишь третья сотня пошла.

— Ого, — присвистнул Никадим, — и ты называешь себя молодым?

— Глупец, Драконы бессмертны, то есть вечны.

— Почему тогда ты боишься погибнуть?

— Мы бессмертны в годах. Это значит, что мы не умираем от старости, как вы. Наша продолжительность жизни не ограничивается возрастом, но её легко можно укоротить, отрезав нам голову, проткнув сердце, ну или ещё, как-нибудь умертвив. Войны, несчастные случаи, да и просто драки значительно сокращают наше существование.

— Так вы постоянно воюете друг с другом?

— Нет, воюем мы очень редко, но очень часто дерёмся, и драки бывают со смертельным исходом.

— А как же закон, как наказание за убийство.

— Если ты убил в честной драке, то это не наказывается, другое дело, если просто убил. А Драки это всё естественно. Да и надо же, в конце концов, как-то регулировать численность, а иначе нас расплодиться слишком много. Тогда…

Но договорить Имануил не успел. Он как-то весь напрягся, моментально схватил в одну руку молодого мага, в другую, недоеденных баранов и застыл. В следующее мгновение вместе со своей поклажей он растворился в воздухе и вывалился прямо в центре лагеря, откуда его позвал Алексей.

— Так вот значит, как вы свой долг выполняете.

Начал, было, Алексей, приняв суровый вид, но народ чуть не умер от смеха при виде совершенно обалдевшего от внезапного вызова, да ещё и отрыва от трапезы, Имануила. Тот свалился из ниоткуда с зажатыми в одной руке недожаренными баранами, а в другой еле дышащим Никадимом. Но не выдержал и сам рассмеялся, настолько нелепо выглядел крылатый.

— Им дружище, — сквозь смех прокричал Алексей, — выпусти ты «Малыша», задушишь ведь.

Крылатый встряхнул головой, разжал руку и молодой маг грохнулся на землю, хватая ртом воздух.

— Братан, ты чего, разве можно так. Я чуть не подавился, хорошо ещё успел этого птенца схватить, а то, так бы он и остался там, в окружении этих прожорливых обезьян.

— Смотрите, за Никадима он переживает. А баранов, наверное, и не выпускал из рук? — не задержалась Ольга с колкостью.

— Как всегда обидные слова, говоришь, женщина. Конечно, переживаю. Баранов можно новых поймать и зажарить. А вот где такого второго птенца найти?

— Ладно, бросай уже и баранов, — вступил в разговор Владмир. — Мы как раз на привал остановились, пообедать решили, они хорошим подспорьем нам будут.

— Действительно, Им, отдай баранов Василию, он их до ума доведёт, а сам рассказывай, что видели, что узнали.

— Всё, братан, видели, всё узнали. Обезьян там этих полчища несметные и всё прибывают да прибывают. Обосновался этот монстр, в Тронной пещере.

— Погоди. Какой Тронной пещере?

— Понимаешь, какое тут дело. Все эти ущелья, наполненные сейчас зверьми, когда-то давным-давно были нашими исконными землями. Так вот в самом центре земель расположена Тронная пещера наших Владык, вот в ней и свил себе гнездо Демон.

— Откуда ты про Демона знаешь? Ты видел его?

— Нет, не видел. Но кто ещё может в таких количествах без перерыва воинов перебрасывать в этот мир?

— Согласен, дальше.

— Дальше мы облетели все ущелья, обезьян очень много и они всё прибывают и прибывают. Но все они разбросаны по ущельям поплемённо. Мне кажется, что этому есть свои причины. Я видел, как даже внутри племён меж ними затевались драки, которые жесточайшим образом пресекались магами-надсмотрщиками.

— Вы взяли координаты этих мест?

— В этом не было необходимости. Я уже рассказывал Мальчишке, что координаты этих мест у каждого Дракона в подсознании с самого рождения. Я смогу их безошибочно передать любому. Это не самое главное.

— Что же ещё?

— Нас заметили.

— Кто?

— Мне показалось, нет, я уверен, что из пещеры за нами наблюдали. Демон нас видел, и он остался, очень недоволен, нашим появлением. Теперь они приложат все усилия для того, чтобы нас уничтожить.

— Это плохо. Скажи теперь, пожалуйста, если ты понял, что вас заметили, почему сразу не вернулся, а остался там обедать?

— Мы спрятались.

— От кого, от Демона? Каким образом?

— Нет не от Демона, но он на нас посмотрел, разозлился и больше не смотрел.

— Значит, смотрел кто-то другой, кто ему помогает. Не может же он сам в этом Мире порядки устанавливать, должен быть у него помощник.

— Да это верно, об этом я не подумал.

— Теперь следующий вопрос. Как ты думаешь, насколько силён этот Демон?

— Мне кажется не очень.

— Почём делаешь такие выводы?

— Помощников много, это раз, второе, был бы силён, не тянул бы себе в качестве войска, совершенно безмозглых обезьян, и третье, когда он на нас смотрел, поток прекратился, значит, он не может одновременно поддерживать портал и делать что-то иное.

— Вот здесь молодец, наблюдательный, и наблюдения ценные. Значит, не так он могуществен, как нам кажется. Почему тогда так забеспокоились не только в этом Мире, но и в вашем?

— Тронная пещера это священное место, туда многие силы сходятся. После ухода Драконов, она была законсервирована, как он в неё попал не понятно. Скорее всего, он своё могущество, частично из наших источников питает.

— Значит если его вырвать их Тронной пещеры, он станет ещё слабее?

— Скорее всего, так оно и есть.

— Что же господа, — подвёл Алексей итог короткого совещания, — наша спокойная жизнь закончилась. По всем признакам в покое нас теперь не оставят, придётся воевать. И воевать серьёзно, идти сможем только по хребтам, я так думаю, что долины они все перекроют, и будут стараться достать нас. Вот так-то, а пока, давайте обедать. Василий, что у тебя?

— Всё готово, командир, прошу всех к столу.

— Отряд расселся вокруг импровизированного стола, — Алексей достал припрятанную флягу и плеснул в кружки по глотку спирта. — Выпьем за удачу, она нам ох как понадобится.

Глава 22

Война действительно началась буквально сразу после обеда. Стоило только отряду спуститься со склона, как они обнаружили, что все тропы, дороги и долины перекрыты, им удалось проскочить на соседний склон и уйти вверх к перевалу, пробившись через не очень многочисленный отряд человеко-зверей. Но это был последний лёгкий участок пути. Дальше пришлось идти козьими тропами по самому хребту, о том, что бы спуститься вниз и хоть часть пути преодолеть по долине, не было и речи, с каждым шагом варваров на дорогах и в долинах становилось всё больше и больше.

Не смотря на то, что к осени ночи становились длиннее, отдыхать не приходилось. Стоило всего на час задержаться на месте, и тут же поблизости открывался портал, откуда появлялся враг, враг непримиримый и жестокий, враг, которого невозможно было обратить в бегство, его можно было только убить, и они убивали.

Спасало огнестрельное оружие. Алексей уже давно снял вето на его использование, иначе им спастись, и пробиться к долине Тронной пещеры было бы невозможно. Только благодаря старым, добрым автоматам Калашникова, да гранатам, которых был приличный запас, они ещё оставались живыми. Да ещё тот факт, что порталы, выпускавшие варваров, всегда открывались ниже по склону, и врагу приходилось карабкаться вверх, что значительно замедляло его продвижение.

Сегодня отряд двигался из последних сил, подходили к концу восьмые сутки пути. Пути практически без отдыха, но всё равно, значительно затянувшегося. До перевала, за которым была долина Тронной пещеры, оставался день перехода. На исходе были силы, а боеприпасы почти все закончились прошлой ночью. Друзья набили последние магазины, остатки патронов, а их было не так много, отдали Катерине, они предназначались на решающую битву. Оставались ещё мечи и совсем немного стрел, но это был уже самый последний вариант. Вариант подороже продать собственные жизни.

Предыдущая ночь была самой напряжённой. Варварам казалось, не будет конца. Их расстреливали практически в упор, но они всё равно лезли и лезли, подгоняемые магами-надсмотрщиками. Алексею казалось, что их заперли, и вырваться отсюда уже никогда не получится. Заканчивались патроны, заканчивались силы у Имануила, оказалось, что Дракон тоже не может бесконечно извергать пламя, ему для этого, что-то ещё нужно, и не только отдых. Но с рассветом, ряды варваров значительно поредели, и с восходом солнца отряду удалось вырваться из ловушки, пробившись к вершине.

На эту последнюю ночёвку отряд остановился в небольшой пещерке почти на вершине скалы. Вниз уходил крутой, чистый от леса склон, сверху нависал достаточно большой козырёк. Такое расположение давало возможность обеспечить хорошие огневые позиции при очень сложных путях подхода. Имануил в пещерке не поместился и остался ночевать на козырьке.

— Отдыхать, друзья мои, — после быстрого ужина распорядился Алексей. — До полуночи времени осталось совсем немного, а в полночь как обычно надо ждать гостей.

К этому режиму за последние дни они уже привыкли. Не было и ночи, чтобы их не беспокоили, исчезали же, успевшие выжить звери с первым лучом восходящего солнца, тогда люди опускали оружие, подсчитывали оставшиеся боеприпасы и ложились ещё на час отдохнуть, а через час снова поднимались и шли вперёд.

Ровно в полночь ночь разорвали дикие крики, открылся очередной портал и человеко-обезьяны, поползли по крутому склону вверх, в надежде доползти и разделаться, наконец, со своими врагами. Их как обычно подгоняли снизу маги-надсмотрщики, но плотный огонь останавливал их задолго до заветной цели. Трупы и тяжело-раненные катились вниз по склону, сбивая идущих сзади и тем самым значительно затрудняя продвижение. Время от времени с карниза взлетал Имануил и в это время весь склон покрывался горящими, дико-орущими комками, катящимися по склону вниз.

— Экономить, экономить боеприпасы господа. Осталось совсем немного. Катюша, ты постарайся достать вон тех магов. Они, правда, хитрые, не открываются, но ты постарайся.

— Хорошо Ал, сделаю.

И она сделала. Стоило лишь на мгновение одному из них открыться, как пуля, выпущенная из СВД, продырявила ему череп. Обезьяны, лишившись сдерживающего фактора, кинулись на своих собратьев, и в этот момент открылся и второй маг. Конец битвы был решён. Звери, лишённые контроля тут же кинулись друг на друга, перегрызая глотки и вспарывая животы.

— Всё для нас работа на сегодня, кажется, закончилась. — Подвёл итог Владмир, — если не пришлют замену надсмотрщикам, то в скорости они сами себя перережут.

— Подведём итог господа, — собрал Алексей отряд, — сколько у кого боеприпасов осталось?

Вокруг валялись пустые магазины и обоймы. Люди проверили всё, перетряхнули ещё раз и без того, опустевшие рюкзаки. Боеприпасов осталось совсем не густо. В общей сложности набралось два магазина. Гранаты были израсходованы все. Имелся небольшой запас стрел для арбалетов и два колчана стрел для луков.

— Да, плохи наши дела. Теперь остаётся, только одно двигаться, двигаться вперёд. Они нас вычисляют только на стоянках, хотя ночью идти мы ещё ни разу не пробовали. Ладно, делать нечего. Все боеприпасы отдать Катерине. Огнестрельное оружие оставляем здесь, дальше его тянуть, всё равно смысла нет. Ли одного человека на вход, наблюдать за варварами, Радмир, Василий, оружие сложить в дальнем углу пещеры, забросать камнями. Остальным отдыхать.

И вот теперь они двигались без остановок. Уже обошли два небольших ущелья, забитые человеко-обезьянами. Ввязываться в бой, тем самым обнаружить себя на сегодня было просто недопустимым, поэтому шли очень осторожно.

— Впереди последний перевал, — остановил всех Радмир, — Здесь по горам не пройдём, хребет высокий и троп нет. Что будем делать?

— Сколько времени надо, что бы обойти его? — спросил Алексей.

— Обходить далеко, потеряем не менее двух суток, нам надо на противоположные склоны, за ними ущелье, а в центре гора, которую Имануил называет Тронной пещерой.

— Им, твои предложения.

— Обходить нельзя, много времени потеряем. Они нервничают, поэтому и бросали на нас такое количество войск. Раз нервничают, значит у них очень мало времени. Я вас перенесу через Лимб. Мы выйдем из Лимба в моих родовых пещерах. Оттуда хорошо просматривается вход в Тронную, и очень хороший плацдарм для развёртывания наших сил.

— Хорошо, только вот что, — засомневался Алексей, — не опасно ли это для простых смертных, такое путешествие?

— Нет не опасно, — ответил вместо крылатого, молодой маг, — только надо подготовиться. У вас у всех хорошие нервы и сильная психика, поэтому вы должны выдержать.

— Почему «вы», а ты что не идёшь с нами?

— Ты не понял, господин Алексий. Я подготовлен, я и так частенько брожу этими маршрутами.

— Тогда инструктируй, «Малыш», что время зря терять?

— Путешествие займёт всего мгновение, но вы должны быть готовы к тому, с чем придётся столкнуться. Во-первых, холод, холод который проникает в самую душу и полная пустота, а в этой пустоте блуждают потерянные души, те, кто не заслужил следующей жизни, или вечного покоя в садах Порядка, либо лабиринтах Хаоса, те, кто наказан вечным скитанием. Вы можете встретить там своих знакомых или друзей. Ни в коем случае не обращайте внимания на их просьбы, взять с собой. Это очень большое преступление и как только вы откликнитесь на их зов, тут же останетесь вместе с ними в вечной пустоте. Вот и всё. Лучше всего закрыть глаза, уши и просто на миг задержать дыхание.

— Что ж инструктаж вполне исчерпывающий. Что дальше делать, Им? — спросил Владмир.

— Берите всё необходимое и крепко хватайтесь за мои гребни на хвосте, через три минуты отбываем, — скомандовал Дракон.

— Не так скоро, Им, ещё нужно всё снаряжение собрать, проверить и тогда отбывать. Да может подкрепиться перед таким серьёзным путешествием?

— Вот это ты командир как всегда вовремя придумал, подкрепиться не мешает, страх как не люблю по Лимбу на пустой желудок слоняться.

— Нет, — возразил Никадим, — тебе, конечно, всё равно, ты привык, а вот людям, с непривычки лучше уж с пустым.

— Ладно, господа, доверимся профессионалам. Всем подогнать снаряжение, что бы ни что не мешало, не болталось, отправляемся в Лимб. Три минуты оправиться.

Почему то Алексею показалось, что эти три минуты тянутся вечно, он давно уже подтянул все ремни и лямки и готов был отправиться в невиданное доселе путешествие, но время всё не кончалось и не кончалось.

— Командир, пора, — вывел его из задумчивости Владмир.

— Отлично, итак, господа все хватайтесь за нашего огнедышащего друга. Вперёд Им!

В следующее мгновение наступила кромешная тьма. Холод пронзил до самых костей, казалось, кровь остановилась и застыла в венах и от этого, всё тело рвало на мелкие кусочки. Алексей открыл глаза, он лежал на краю ледника, а там чуть дальше, только осталось протянуть руку на самом краешке, ухватившись слабеющими руками за льдину, висел над пропастью Пашка.

Одной рукой ухватившись за вогнанный в льдину, по самую рукоятку, штык-нож, он тянулся второй к краю обрыва. Надо дотянуться, надо помочь. Старый друг и боевой товарищ Павел, сколько дорог исхожено вместе, от скольких засад уходили, прикрывая один другому спины. И ведь всегда выходили, выходили живыми, хотя и сильно потрёпанными, часто израненными, но живыми возвращались домой. А, сейчас пытаясь поддержать его на тропе, Павел сам поскользнулся, и вот теперь его над пропастью удерживала только страховка и впившиеся в лёд, уже онемевшие пальцы.

Что они делали в этих горах, чужих и враждебных. В горах, в которых полег не один солдат и офицер. В горах, откуда они уже давно ушли. Уже десять лет прошло, как прекратила существование страна, посылавшая сюда на протяжении десяти лет пацанов, сразу после школы, как на убой, совершенно не задумываясь, что будет с ними дальше. Страна исчезла, а тайны её остались и вот уже другая Держава, послала их, группу полковника Мещерякова найти и уничтожить эти законсервированные когда-то секреты. Они, конечно, выполнили задание, нашли и уничтожили, только вот получилось так, что искали эти секреты не только они. Поэтому из всей усиленной группы остались живыми лишь он и старый друг Павел. Шестеро легли там, на старой законсервированной базе, когда на неё вышли практически одновременно они и те, кто шёл с другой стороны. Шестеро, это была половина группы, но даже такой ценой они не смогли оторваться. Четвёртые сутки шли они, уходя от преследователей всё выше, и выше в горы и казалось уже дошли, осталось только спуститься вниз с ледника, а там должна ждать вертушка. Когда стало понятно, что всем не уйти, ещё четверым пришлось остаться на краю ледника, прикрывать отход, а они вдвоём уходили и уносили то, что нельзя было уничтожить, и невозможно было оставить.

Алексей тянулся к руке друга и видел, как тот, молча, отпустил одну руку, достал нож и одним сильным движением перерезал страховочный фал.

— Не сметь!!! — Закричал Алексей, отпустил удерживающий его от сползания штык-нож и броском кинулся к другу.

— Назад!!! — услышал он за спиной крик и почувствовал, что его кто-то хватает за ногу, в тот же момент он успел схватиться за руку Павла.

Все с грохотом упали на пол пещеры.

— Что это ещё за жмура, братан, ты с собою приволок? — Первым оправился от перехода Имануил. — Вот, что вы люди за народ такой? Стоит вам в Лимб попасть, так и норовите всякую гадость оттуда себе в дом тянуть. Сказано же было нормальным, человеческим языком, закрыть глаза, уши и рот, ни к чему не прикасаться и ни на что не отвлекаться. Нет, мало того, что сам чуть там не остался, так ещё и мертвяка за собой приволок.

Алексей огляделся по сторонам. Он лежал на камнях, рядом сидел Дракон, вокруг стояли и сидели его товарищи и ещё, возле него на полу лежал его старый друг Пашка, без сознания, но живой. Пашка которого, он не успел тогда в тех далёких горах схватить за руку. Пашка, который спас ему жизнь ценой своей собственной жизни. Вот он лежал рядом, замёрзший, без сознания, но живой.

— «Малыш», а ты говорил, что нельзя ни с кем вступать в контакт. Им, не шуми, он не мёртвый, просто замёрз сильно и без сознания.

— Так там все такие, там, других нет, это им наказание такое в вечности.

— Не может быть ему такого наказания, — резко оборвал Дракона Алексей, — «Малыш» говори скорее, что с ним делать, как в сознание приводить.

Молодой маг ошалело крутил головой.

— Не может быть, ещё ни кому не удавалось, выбраться из Лимба, вступив в контакт с приговорёнными, а тем более, вытащить кого-либо оттуда. По крайней мере, я про такие случаи не слышал.

— Я признаюсь тоже, — согласился Дракон.

— Я вам сказал, что он не приговорённый, это мой друг.

— А что твой друг не может быть приговорённым? — Удивился Дракон.

— Нет, не может, он погиб спасая мою жизнь. За что его приговаривать?

— За то, что погиб, — невозмутимо ответил Дракон.

— Ещё одно слово и я тебя задушу. Быстро говори, как его в порядок привести.

— Так мне говорить или молчать? Ты братан определись в своих желаниях. — Слегка обиделся крылатый.

Пока они, таким образом, спорили, Павел зашевелился, открыл глаза и огляделся. Тяжело поднявшись на локтях, сел.

— Почему-то я так и думал, что ты мне и после смерти покоя не дашь, — улыбнувшись, обратился он к Алексею. Так, как будто они только вчера расстались. — Опять ввязался в какую-то авантюру? Опять Мир спасаешь? Меня-то, зачем было за собой тянуть?

— Пашка, дружище, — радостно похлопал его Алексей по плечу, — оглянись, ты живой, это реальный мир. Но только вот. — Несколько смутился командир.

— Что? Только вот… — Павел с интересом осмотрелся по сторонам, его взгляд сперва задержался на девушках, потом остановился на Драконе, — теперь я, кажется, начинаю понимать, о чём ты хотел мне сказать.

— Да, Пашка, ты всегда понимал меня с одного только взгляда, именно это я тебе и хотел сказать. Жить то нам осталось как всегда недолго. Прости брат. Я опять втянул тебя в авантюру. А коль так, то знакомься с моими друзьями. — И Алексей по очереди представил Павлу весь свой отряд.

— А теперь ты меня хоть в курс дела введи. Где мы и что нам поручено.

— Слушай, всё предельно просто…

— Подожди, — перебил Павел, — сначала, вкратце расскажи, чем тот наш поход закончился? Ты дошёл, и тебя где-то позже прикончили, или ты тоже не дошёл?

— С чего ты взял, что меня прикончили?

— Да потому, что вот это всё может быть только на том свете.

— Дошёл я тогда Пашка, дошёл. — Успокоил друг Алексей, — хотя и жалел, что не сиганул вслед за тобой в ту пропасть.

— Что так?

— Ох, потаскало меня ведомство наше, да ещё и ФСБ подключилось. Еле отписался, что всё остальное уничтожено, и вы погибли там все, а не сдались с этим хламом и не ждёте меня где-нибудь на Канарах.

— Да, умеют у нас поблагодарить. Ну, тогда рассказывай, где тебя зацепило и благополучно в земельку закатало.

— Нет, брат, как только отстали от меня, плюнул я на всё и написал рапорт, благо выслуги на троих хватало. Правда, не отпустили сразу, отправили ещё одну дыру штопать. Но уж когда вернулся, ни на какие уговоры не поддавался, уволился в чистую, и в Киев. Устроился начальником безопасности банка, где сейчас и работаю.

— Что-то не больно на банк похоже, да и вообще мне кажется, что банков здесь нет. Вообще-то мало мне верится в твои, россказни. Вот этих чудовищ, — и Павел указал на Имануила, — я частенько видел, там, откуда ты меня выдернул, — он скривился и поёжился, — фу, противное место. Я вот только не понял, что это было, Рай или Ад. Для Ада как-то больно холодно, а для Рая, уж слишком мерзко.

— Братан, — прервал их разговор Имануил, — чего это он меня чудовищем называет. Ты ему скажи, что я обидеться могу и немного его поджарить.

— Братан!? Вот это да, но даже разговаривает, — искренне восхитился Павел, — а мимо меня там всегда такие молчаливые летали, недоступные.

— Какому нормальному существу, кроме твоего друга, — огрызнулся в свою очередь Дракон, — придёт в голову мысль рот в Лимбе раскрывать и орать на всю вселенную.

— Мальчики, — вмешалась в их милую беседу Катерина. — Может вы всё-таки, закончите спорить и друг другом любоваться. У нас ещё дел невпроворот.

— К сожалению, Катюша ты права. Так вот Паша, рассказывать тебе о местной теории строения мироздания я не буду, долго это. Попал ты к нам в самый разгар событий и порадовать тебя тем, что жизнь твоя от этого стала легче, я не могу. Нам поставлена задача провести разведку сил противника, что мы благополучно и выполнили. Теперь надо собирать войска и переходить к боевым действиям.

Павел недоуменно смотрел на Алексея.

— С кем придётся воевать? Ты это хотел спросить.

— Вообще-то да, и это тоже, а ещё кем такая задача поставлена, ты же сказал, что уволился и теперь в банке подвязался безопасность ихнюю блюсти.

— Подойди сюда, — позвал Павла Владмир, давно стоящий, у края пещеры. — Вон смотри. Их там внизу как тараканов за печкой.

Тот глянул вниз и ужаснулся.

— Так это же зверьё.

— Точно, дружище, но это зверьё намерено завоевать здешний мир, и знающие люди говорят, что если у них это получиться, то и нашему родному не сдобровать. Получается, что нам с тобой снова вместе мир спасать. Короче диспозиция у нас такая. Нас мало, но нам, как я понимаю, край надо прорваться в пещеру, откуда выходят вереницы этих вот чудищ, и поговорить там по душам с тем, кто их сюда пригласил. Основные же силы будут заниматься методичным уничтожением живой силы противника. Так? — и он оглядел присутствующих.

— Приблизительно так, — подтвердили все хором.

— Тогда надо собирать большой совет. Имануил, Ли, «Малыш», отправляйтесь в столицы и зовите сюда правителей с магами и военачальниками, будем войска расставлять и начинать действовать. Свою миссию мы исполнили, место сосредоточения противника определили, откуда исходит угроза, выяснили, теперь нужно принимать меры к нейтрализации этой самой угрозы. А здесь без большой битвы не обойтись.

Глава 23

В Тронной пещере крылатого народа творилось, что-то неописуемое. Портал, через который приходили войска вот уже больше часа, как не работал. Вельдавул пребывал в ярости и не мог её сдерживать, по всему полу пещеры были разбросаны разорванные на куски тела варваров. В дальнем углу, чтобы не попасть под горячую руку прятался маг. Демон бушевал, он крушил всё, всё, что попадалось под руку, и возможно было сокрушить.

— Как ты посмел, червь, прийти сюда с таким известием. Ты, который желает быть моим наместником в этом мире. И ты думаешь, что я, такому червю смогу доверить целый мир, когда ты с десятком людишек и одной ящерицей переростком справиться не можешь? Где ты прячешься, вылезай лучше сам. Найду, хуже будет.

— Хозяин, — подал голос маг, — я бросил на их уничтожение отборные силы, но этот Дракон сжёг всех, к тому же, я докладывал, люди пользовались каким-то непонятным оружием.

— Что в нём может быть непонятного, в оружии? Это кусок железа, предназначенный для убийства себе подобных. Ты что никогда не видел оружия? — Немного успокоившись и задумавшись, пробурчал Демон.

— Оно не похоже на всё, с чем я знаком. Это и не боевая магия и не обычные арбалеты, к которым мы привыкли. Оно страшно грохочет и убивает на очень большом расстоянии. Последние маги-надсмотрщики были убиты, находясь почти в половине версты от пещеры, в которой засели противники. Это совершенно необъяснимо.

— Что ты мне здесь втираешь, червь, — вновь вспылил Вельдавул, — мне наплевать какое у них оружие. Меня интересует, как ты смог допустить, что они добрались до этих мест, целыми и невредимыми?

— Хозяин, я делал всё возможное.

— А должен был делать и невозможное. Почему магией их не сгубил?

— Их кто-то всё время прикрывал, я не мог до них добраться.

— Кто их мог прикрывать, этот мальчишка? Так у него ещё молоко на губах не обсохло. Или может этот недоумок Дракон, который давным-давно пропил последние мозги. Ты же сам мне докладывал, что среди них нет ни одного серьёзного противника, что с любым из них ты справишься шутя. Ладно, с тобой позже будем разбираться. Учти, если мне суждено погибнуть то я тебя с собой заберу, для развлечений. Всё показывай мне их.

— Слушаюсь мой господин.

И маг раздвинул стену. Перед Демоном распростёрлась большая пещера, на каменном полу расположились наши герои и что-то обсуждали.

— Это где, — спросил Демон мага.

— На западном склоне Хозяин.

— Как они туда попали.

— Дракон провёл их через Лимб.

От этих слов Вельдавула всего передёрнуло. Это ужасное место, куда Хозяин обещал поместить его на вечные времена, если он не справится со своим заданием. Когда-то очень давно, когда Вельдавул был ещё совсем молодым демоном, он неосторожно пошутил при гостях Хозяина, выставив его подругу не в лучшем виде. Все гости восприняли шутку как глупость, и не стали обращать внимание на неразумного. Но вот подруга Хозяина затаила злость и когда гости разошлись, потребовала примерно наказать негодяя, Хозяин долго противился но, в конце концов, не выдержал, и отправил молодого Вельдавуда под арест, в Лимб, на трое суток. Эти трое суток в совершенной пустоте Вельдавул запомнил на всю жизнь. Пустота и холод, холод, проникающий в самую душу, а ещё эти Драконы, постоянно шныряющие туда-сюда и совершенно не обращающие внимание на мучения молодого Демона. Им было всё равно, они даже не смотрели в его сторону, а так просто перемещались каждый по своим делам. Вот это, пожалуй, было самым невыносимым.

Дело в том, что, не смотря на то, что Вельдавула сотворили исключительно для забавы, с самого сотворения, у этого Демона проявились огромные амбиции и непомерное самомнение это при такой же непомерной глупости. Он покорялся и подчинялся Хозяину, невозможно не подчиняться тому, кто тебя создал. Терпел все выходки детей, но всегда исподтишка пытался сделать какую-нибудь гадость, в отместку за своё унижение. Он порой даже не понимал, что любой ребёнок, способен сделать с ним всё что угодно, и за это даже не будет наказан. Что они все терпят его выходки только ради веселья, которое эти самые выходки глупого и амбициозного Демона им доставляет. Вот и в тот раз шутка над подругой Хозяина была исключительно местью, за её отношение к нему. Она откровенно презирала его, и ни сколько не скрывала своего презрения, а наоборот, всякий раз давала понять, что он, Вельдавул создан только лишь им в услужение, и терпят его только лишь потому, что дети всегда чем-либо заняты. Своим недалёким умишком Вельдавул ни как не мог понять, что он никогда не сможет стоять ни то, чтобы на одной ступени с Хозяином и его окружением, а даже хоть немного приблизиться к ним. Роль игрушки всё время угнетала Вельдавула, и когда Странник открыл перед ним окно, тот не задумываясь, сиганул в него. И так всё хорошо шло, пока не появился этот отряд.

— Кажется вместо того, чтобы поубивать их всех, ты увеличил их численность, — обратился Демон, вглядываясь в сумерки пещеры. — Что это ещё за новый персонаж?

— Я не понимаю, мой господин как это у них получилось, но этот чужестранец приволок, с собой из Лимба ещё одного человека.

— Что!? — Взревел Демон, — ты букашка понимаешь, что говоришь. Из Лимба невозможно кого-то притащить, на это способны только Хозяева Хаоса и Стражи Порядка. Он что принадлежит к тем или другим?

— Нет, мой господин.

— Тогда как здесь оказался этот? От него точно пахнет холодом Лимба.

— Я не понимаю, Хозяин. Это выше моего разумения.

— Ты понимаешь, что это катастрофа. Если он начнёт собирать свою армию там, то это будет непобедимая армия. Там нет живых, но и нет мёртвых, поэтому их просто невозможно убить, а соответственно и победить. Поднимай сколько нужно воинов, бросай все силы, но эти червяки, вместе с ящерицей-переростком должны быть мертвы к сегодняшнему вечеру. Понял меня!?

— Понял, мой господин, всё сделаю, мой господин.

— Всё хватит причитать, пошёл вон.

И Демон отвернулся от сворачивающегося экрана. Стоило ему хоть на мгновение продлить разговор, и он непременно бы увидел, как в пещеру начали прибывать всё новые и новые лица.

Маг покинул Тронную пещеру, и отправился выполнять приказания Демона, а Вельдавул вновь открыл портал и начал восстанавливать нанесённые самим собой себе потери.

Глава 24

А тем временем в пещеру прибывали всё новые и новые люди. Первыми появились Князь Святослав с Наставником, следом за ними Правитель Кхитая со своими советниками и полководцами и последней прибыла королева Драконов.

— Ну, вот, кажется все в сборе, — на правах хозяина апартаментов, взял на себя роль ведущего собрание Имануил. — Господа я имею честь представить вам Её Величество, королеву Драконов, верховную правительницу, нашего племени, — и он сделал неуклюжий поклон в сторону высокородной гостьи. Королева, действительно была величественна, её кожа отливала Золотом даже в полумраке пещеры, — Вместе с ней прибыл верховный главнокомандующий, и мой старинный друг — Арганиил, прошу любить и жаловать.

— Имануил, — строго одёрнула крылатого королева, — не место и не время сейчас паясничать. Или ты опять пьян?

— Как можно, как можно Государыня? Ни капли в рот не брал с момента убытия. — Тут Дракон конечно слукавил. Алексей ни один раз видел, как тот втихаря, после очередного боя нет-нет, да и потянется за заветной бутылью. Но надо отдать ему должное, всегда ограничивался несколькими глотками. — Теперь господа прошу представить ваших правителей и их сопровождающих.

— Не стоит, — остановил всех Святослав. — Все мы прекрасно знаем друг друга, а вот вам, доблестные разведчики не мешало бы представить нам нового члена вашей команды. Алексий, будь добр скажи, кто этот человек и как он к вам прибился. Не самое подходящее время подбирать, кого попало на пути.

— Извини, Твоя Светлость, но это ни кто попало, а мой старый друг, боевой товарищ, Павел. За него я ручаюсь как за самого себя. Ни один раз мы друг другу спину прикрывали в различных передрягах, да практически с того света вытаскивали. Вот только в последний раз у меня этого не получилось. — И Алексей вкратце поведал, кто такой Павел и откуда он взялся в их команде.

— Отчего не получилось? — Удивился Павел, — очень даже получилось, правда, должен сказать тебе, раньше получалось значительно быстрее. Да и вытащил ты меня, немного не туда, мягко говоря.

— Невероятная история, — подвёл итог рассказу Преподобный Просвит, — вытащить из Лимба, давно погибшего человека, на это способны только Стражи Порядка и Хозяева Хаоса, но ты не являешься ни тем, ни другим. Да и вообще как он оказался в Лимбе? Если праведный человек, да ещё и в бою погиб, Порядок должен был пристроить, к новой жизни определить, если бы худым был то Хаос к себе забрал бы и тоже к новому существованию готовил бы, но столько лет в Лимбе?

— Да, видимо, правосудие у них там не очень скорое, — заключил Павел, — ведь кровушки на мне не мало, профессия такая была, а вот какая из неё за правое дело пролита, а какая нет, это, пожалуй, они и выясняли между собой. Тем более я так думаю, что у каждого из них своя, правда. Как вы тут говорите, Порядок, Хаос? Чудно.

— Ничего привыкнешь, — успокоил друга Алесей.

— А что делать, и не к такому привыкали. Там в прошлой жизни мы-то с тобой не задумывались, только верили, и приказы исполняли, так Лёха? И слышать никогда не слышали ни про какой Порядок и Хаос.

— Да уж точно, когда было задумываться, ежели, тебе говорили «Надо», а ты отвечал «Есть». Ладно господа, коль все прибыли я доложу обстановку и диспозицию противника, — и он подойдя к разложенной на каменном полу карте начал подробно описывать всё, что удалось узнать группе, очертив места сосредоточения сил противника.

— Всё предельно ясно, — заключил Святослав, — у врага войск довольно много и нам необходимо перебросить в этот районы практически все свои силы, тем самым оголив остальные границы. Но я так понимаю, что ты господин Император и ты Королева, прибыли к нам сюда не из праздного любопытства. Демон, обосновавшийся в Тронной пещере, угрожает не только Киевскому Княжеству, а всему нашему миру, и именно с этого может начаться очередная война передела. И в этих условиях, такое оголение наших границ чревато нежелательными последствиями. Поэтому, господа я вас спрашиваю. Кто готов оказать нам помощь?

— Князь Святослав, ты странные вопросы задаёшь, — отозвался Император, — мы собрались здесь не чай пить. Следовательно, нам нужно действовать вместе, сообща. Очередная война передела, никому не нужна, она ставит под угрозу существования весь наш Мир. Поэтому Кхитайская империя готова предоставить свои войска, мы возьмём на себя вот эти ущелья, — и Император очертил круг к востоку и югу от ущелья Тронной пещеры.

— Тогда нам остаются западные и северные ущелья, — согласился Святослав, это значительно легче. А что предложит её Величество?

— Мелок вы мыслите, люди, впрочем, как всегда. Вы забываете об одном. Война передела грозит уничтожением не одному вашему миру, она грозит уничтожением всем мирам, которые будут в неё втянуты. А уже сегодня в конфликт втянуто, по меньшей мере, три Мира и Пределы Хаоса, именно оттуда сбежал этот недоумок Демон. Да точно три Мира, это ваш, затем мир, из которого доставляют сюда войска и наш мир, мир Драконов, потому, что задействованы поля и силы нашей Тронной пещеры, а она была тщательно законсервирована и скрыта от людей. Ведь именно там открываются все пути в наш Мир. Да ещё и «Повелитель», который, безусловно, представляет собой желанный инструмент, как для Хаоса, так и для Порядка. Ни тем, ни другим невозможно владеть им не нарушая Вселенское Равновесие, именно поэтому он и хранился в Вашем мире, покуда вот этот непонятный для меня человек не извлёк его из ножен. Поэтому, я предоставлю четыре эскадрильи Драконов, этого будет вполне достаточно для обеспечения поддержки с воздуха, и уничтожения основных сил варваров. Как вы понимаете, один Дракон может нанести значительный ущерб противнику, но вы так же понимаете, что как только вы войдёте в непосредственную близость с противником, Драконы будут бесполезны. Основное их оружие это огонь, испепеляющий всё живое огонь. Поэтому предлагаю провести первоначальную массированную атаку с воздуха, а уже потом переходить в рукопашную и уничтожать всех, кто уцелеет или сможет спрятаться от огня. Уверяю, вас таких найдётся не мало, и вашим воинам будет работа.

— Отлично, — подвёл итог Святослав. — На этом плане предварительно и остановимся. У кого будут уточнения или предложения, господа военачальники?

— Позволь мне, Твоя Светлость.

— Слушаем тебя Алексий.

— Есть один план, — начал Алексей, — мы заметили, что все эти варвары очень ограничены в мышлении и ещё более агрессивны, они постоянно дерутся между собой и сдерживают их агрессию только надзиратели, постоянно присутствующие среди полчищ. Так вот, после огневой обработки с воздуха, я предлагаю, одному из Драконов, взять «на крыло» Павла и вместе с ним облететь все ущелья. Он всё равно здесь человек новый и не владеет местным оружием, так, что использовать его, в обычном бою смысла нет, но он отличный снайпер, а у нас ещё осталось немного патронов. Вместе с Драконом они облетят все ущелья и с безопасного расстояния выбьют всех надсмотрщиков, звери, почувствовав свободу, тут же начнут разборки между собой и основным силам останется только войти в ущелья и закончить работу, зачистить территорию.

— План хорош, — поддержал Алексея Кхитайский Император, — я, правда не знаю, о чём идёт речь, и что такое патроны, но если этот план сработает, нам будет значительно легче.

— Я тоже согласна, я выделю одного опытного Дракона и прикажу ему, как ты выразился, взять человека «на крыло».

— С твоего позволения Правительница, — обратился к королеве её главнокомандующий, — я возьму на себя выполнение этого задания.

— Не пристало, конечно, главнокомандующему лично участие в битвах принимать, но, видать и битва у нас будет не простая. Я согласна Арганиил.

— Тогда я пойду, обсужу со смертным наши совместные действия.

— Вот вроде всё и решили, остаётся дело за малым — штурм Тронной пещеры. — Заметил Алексей.

— Какие будут предложения? — Спросил Святослав.

Но в этот момент совет был прерван с совершенно неожиданной стороны. К правителям подбежал Василий, стоявший на карауле у входа в пещеру и особо не церемонясь, обратился к Алексею.

— Командир, у нас, кажется небольшие неприятности.

— Что случилось?

— Будь добр, посмотри сам.

Все совещающиеся, не сговариваясь, ринулись к выходу из пещеры и выглянули наружу. Картина, открывшаяся их глазам, была ужасной. Вверх по практически вертикальному склону карабкались тысячи человеко-обезьян. Они с трудом удерживались на скалистом крутом склоне, многие срывались вниз, сбивая с ног ползущих снизу, но с завидным упорством карабкались всё выше и выше.

— Господа, — заметил Князь Святослав, — кажется наше место пребывания обнаружено, вот только интересно, противник обнаружил нас всех или только группу Алексия? Хотя теперь это не важно, все решения мы приняли и коль нам не дают времени немного подготовиться, то нужно просто начинать воевать. Но это не страшно, наши войска уже пребывают в готовности и могут выступить сию минуту. Алексий, что думаешь?

— Думаю, Твоя Светлость, что обнаружена только моя группа, поэтому нет смысла показывать полностью наши силы. Всё-таки если мы перейдём в массированную атаку с рассветом, а пока нужно просто малыми силами сдерживать и не допустить их к этой пещере.

— Согласен. Что вы думаете господа?

— Мне кажется твой военачальник прав, — согласился с Алексеем Император.

— Да, мы тоже поддерживаем его, — кивнула Королева.

— Тогда так и поступаем. Наставник, я попрошу, тебя приведи сюда полк лучников, размести их по гребню и пусть отстреливают ползущих.

Преподобный исчез, и через несколько минут с вершины хребта на нападающих обрушился град арбалетных и лучных стрел.

— Арганиил, — услышал рядом Алексей голос Королевы Драконов. — Может и нам пару Драконов вызвать на подмогу смертным?

— Не стоит Твоё Величество, — ответил за главнокомандующего Мещеряков, — они пока, кажется, не знают, что здесь собралась такая тёплая компания, и умают, что это мы оказываем сопротивление. Максимум, что можно будет сделать, так отправить Имануила на подмогу, но пока и лучники прекрасно справляются. А Дракону нужно дать немного отдохнуть, он хоть и бессмертный, но всё же не железный.

— Я смотрю ты, чужестранец, сдружился с нашим непутёвым стражем. Это хорошо, я давно не видела, что бы люди проявляли такую заботу о крылатых.

— А ты вообще людей давно видела?

— Твоя, правда, давно. В смысле живых давно. В Лимбе, то их много, но там они все мёртвые. Кстати и вот этого припоминаю, — она указала на Павла, — он мне ещё там показался подозрительным. Так оно и вышло.

— Это чем я такой подозрительный? — Возмутился Павел.

— Да сразу ты мне каким-то не очень жмуром показался.

— Твоё Величество, услышать такой сленг от Имануила, нормально, но от особы королевской крови, я никак не ожидал, — удивился Алексей.

— Что там сленг, ты лучше вот ответь, коль видела, что я не мертвяк, и что не место мне там, почему не вытащила? Знаешь, это было не самое лучшее место, в которых, я побывал за свою жизнь.

— Не обижайся человек, но не наше дело вмешиваться в дела людей, а тем более Богов, как вы их называете.

— Железная логики, моя хата с краю, я ничего не знаю. Слушай, командир, а Драконы случайно не давние предки твоих хохлятских родственников? Кажется, этот философский постулат я чаще всего слышал на твоей далёкой родине.

— Кто знает Паша, — задумчиво ответил Алексей, — честно говоря, я уже ничему не удивляюсь.

— Твоё Величество, — не унимался недавно спасенный.

— Что тебе ещё?

— Так, коль не ваше дело вмешиваться в людские склоки, что тогда ты здесь делаешь?

— Алексий, а что люди сейчас стали все такие непонятливые, или это твой друг себе в Лимбе мозги отморозил? Я же говорила всем, человек, что данная склока, как ты её назвал, затрагивает все буквально Миры, и наш тоже, и что она может потянуть за собой Войну Передела, следовательно, разобраться с Демоном не только ваше дело, но и наше.

— Ладно, ты уж не серчай, Твоё Величество, это я просто наговориться не могу после стольких лет молчанки. Мне же там, ни с кем разговаривать не приходилось.

— Да я и не серчаю, человек, в конце концов, может и недолго тебе говорить то осталось.

— Ух, ты, ещё совсем недавно как с нашим командиром общаешься, а утешать у него уже научилась.

— Нет, не научилась, просто мы Драконы лукавить, так как вы, люди не умеем. А ты сам знаешь, что завтра в бой, и неизвестно, кто из него вернётся. Вот и говорю, то, что думаю.

Алексей старался не ввязываться в разговор, он просто стоял и понаблюдал за тем, что происходит на склоне, но тут его отвлёк Павел.

— Лёха.

— Да?

— Ты мне скажи, что вообще происходит?

— А ты так до сих пор и не понял? Война, Паша, всё как обычно, вокруг нас очередная война, только теперь, кажется не местного значения.

— Нет, я не об этом. С тем, что опять война я кое-как разобрался.

— Тогда о чём?

— О том, что вы, значит, будете там внизу сражаться, а я должен висеть на шее этого птеродактиля и наблюдать сверху, как вас будут рвать на клочья вон те звери?

— Паша не горячись, и прошу тебя, будь сдержан в общении с нашими друзьями. Драконы, конечно весьма непривычны для нас, но здесь их уважают, да и обидчивы они, меня спасает только вот этот ножичек, который они называют «Повелителем», — Попытался успокоить друга Мещеряков. — В конце концов, это они пришли к нам на помощь, и, заметь, совершенно добровольно. А что касается задачи, так ты, как ни кто другой знаешь, насколько, бывает, важна на войне, казалось самая незначительная задача. Так вот твоя задача, это половина нашего успеха.

— Я, конечно, понимаю, но не привык я отсиживаться за спинами товарищей.

— Да и не могу я тебя с собой взять. Пойми ты дурья голова. Я бы с великим удовольствием отправил на отстрел надсмотрщиков Катерину, но в рукопашном бою, к сожалению, ты её не заменишь.

— Ты хочешь сказать, что эта девчонка дерётся лучше меня?

— Здесь Паша, лучше. Она в совершенстве владеет всеми приёмами фехтования, а там, — он указал рукой в сторону долины, — это главное, для того, чтобы выжить и победить. В конце концов, Паша, ты солдат и будь добр выполняй приказы, без обсуждений. — Рассердился Алексей, ему уже порядком надоело всех упрашивать. — Или за годы, проведённые в Лимбе, ты этому разучился?

— Хорошо, я понял тебя, я сделаю, всё. Ни один патрон не будет истрачен напрасно, но учти, после того как я выполню это задание, я присоединюсь к вам.

— Если мы к тому времени ещё будем живы, то милости прошу. — Пробормотал Алексей, отходя и давая понять, что на этом обсуждение закончено.

Прекратив разговор, Алексей развернулся и прошёл в середину пещеры, туда, где была развёрнута карта. Правители продолжали стоять над ней и что-то тихонько обсуждать друг с другом. На карте то и дело вспыхивали разноцветные камешки.

— Что это за огоньки, — поинтересовался Алексей у Святослава.

— Это прибывают войска, полки высаживаются в районах сосредоточения и докладывают о готовности, а мы проверяем по карте. Ты друг Алексий бери свой отряд и иди вглубь пещеры. На сегодня ваша работа закончилась, вам надо отдохнуть. Завтра перед вами будет стоять, кажется, самая сложная задача — пробиться в Тронную пещеру и уничтожить Демона. Это будет очень нелегко. Так, что идите, поужинайте, выпейте вина и отдыхайте.

— Хорошо, Твоя Светлость, так и сделаю.

— Только я тебя прошу, присмотри за братом, не стоит ему сегодня увлекаться.

— Обязательно, да и вообще не справедливо вы все его в пьянстве упрекаете. Совсем он не пьяница. За весь поход он даже не вспомнил ни разу о спиртном. А в городе, так это всё от безделья, Ты его, Твоя Светлость, нагружай работой побольше, чтобы он «нужность» свою чувствовал, и занят был всё время.

— Так чем же таким я его нагрузить могу, коли мир вокруг?

— Да хоть бы теми же инспекциями. Или забыл, как он в последнем порту порядок навёл.

— Это да, такого я от брата не ожидал.

— И заметь по собственной инициативе. Ну, да ладно, пойду я к людям. — И с этими словами Алексей удалился вглубь пещеры.

Друзья уже ждали его вокруг разложенного костра. Василий, которого сменили на часах лучники Князя, успел приготовить нехитрый ужин.

— Где ты ходишь, дружище, — с упрёком встретил его Владмир, — ужинать пора, сам говоришь всегда: «Война войной, а обед по распорядку».

— Так, то ж обед, а я к ужину опаздываю. — Улыбнулся Алексей, — Пашка, дружище, хватит уже там за варварами наблюдать, теперь достаточно наблюдателей, иди, скорее, ужинать будем, — позвал Алексей друга. — Или ты там, в Лимбе не только приказы разучился понимать, а и вкус пищи совсем позабыл?

— А ты сходи, посиди там пару годочков, узнаешь, — огрызнулся Павел, подходя к костру.

— Не обижайся, придёт мо время, посижу и я, а пока мы здесь, в Мире, то можно и поесть, да и выпить понемногу. Может, завтра все мы там будем…

— Ладно, не спорьте, — остановила друзей Ольга, — прав командир, завтра может, все тут головы сложим, а вы начинаете.

— А мы и не спорим, Олюшка, так немного, отвлекаемся от грустных мыслей, — ответил Алексей. — Им, братан, доставай свой бутыль с самогоном, и не делай такое непонимающее лицо, ты думаешь, я не замечал, как ты время от времени к нему втихаря прикладываешься.

— Тока королеве не говори, братан, — попросил крылатый, потянувшись за самогоном, — со свету сживёт, коли узнает, что я в походе позволил себе. И вообще, это совершенно не влияло на мои боевые качества. Ведь, правда? — На всякий случай уточнил Дракон.

— Правда, правда, — успокоила его Ольга.

— Ну, если даже ты со мной соглашаешься, я спокоен.

— Наливай, успокоившийся ты наш, — поддёрнула Дракона Катерина.

— Девчонки, и что вы на меня такие сердитые всегда? — Поинтересовался Им, разливая самогон по кружкам.

— Да, не сердитые мы вовсе, и даже наоборот, нравишься ты нам. Как друг. Правда, Катерина?

— Правда, правда, — поддержала подругу Кати. — Вот закончится эта война, сядем мы также кружочком, возле костра, где-нибудь на берегу Днепра, и уж тогда точно нажрёмся до зелёных соплей, твоего замечательного самогона.

— До чего приятны мне твои слова Катерина, я даже готов расцеловать тебя, — и крылатый потянулся к девушке.

— Эй, полегче, полегче, без фамильярностей, — отпрыгнула она в сторону. — Я хоть и призналась тебе в дружеской любви, но это ещё не значит, что можно целоваться лезть, тем более что зубы ты, наверное, уже и забыл, когда чистил в последний раз.

Эта маленькая весёлая перепалка немного сняла напряжение. Друзья выпили и приступили к ужину.

— Друзья мои только я попрошу не увлекаться спиртным, всё-таки день завтра тяжёлый. — Предупредил всех командир.

— Не, братан, не будем, успокоил его Имануил, наливая ещё по одной и отправляя бутыль в тайник, где-то между реальностями, — вот только сейчас с Ярославом мировую на брудершафт выпью и всё. Бери Ярослав, выпей и не держи больше зла на наше племя. А то нехорошо получается, завтра нам сражаться бок обок, спину друг другу прикрывать, а ты всё какие-то обиды многовековой давности хранишь. Оставь их здесь. Брось вот в этот костёр и забудь.

— Прости меня Имануил, прости за всё. Ведь я верил, в то, что в семье говорили, передавали из поколения в поколение, верил и только сейчас понял, насколько был не прав. Прошу тебя поверь мне и доверь свою спину.

— Ну, вот и замечательно, — подвёл итог Алексей, — теперь я спокоен. Отряд будет действовать как одно целое.

— Только вот меня ты в это целое, почему-то, не включил, — с некоторой обидой отозвался Павел.

— Пашка, я думал, мы это уже обговорили и закрыли тему. Но если ты настаиваешь на своём участии, я дам тебе шанс. — Это решение пришло Алексею неожиданно, но он подумал, почему и нет, иначе Павлу всё равно ничего не доказать. — Бери меч, любой. Проведём спарринг. У нас два снайпера. Вот поединок и решит, кому из вас двоих на Драконе летать, а кому в рукопашной сражаться. Катюша не сердись, но тебе придётся показать мастерство.

Противники встали напротив друг друга. Вся команда с интересом наблюдала, чем закончится такоё небезопасный поединок. Мечи были настоящие, боевые, и защиты на соперниках не было никакой. Первые выпады и удары Павла, показали всем, что с мечом он обращаться совершенно не способен. Он пытался восполнить этот недостаток быстрой реакцией, молниеносными движениями, Старался войти в контакт и тем самым перевести фехтование на рукопашный бой, но Катерина очень ловко удерживала его на расстоянии, в тоже время не наседая и давая мужчине возможность понять самому, кто победитель в этой схватке. В конечном итоге, совершенно измотанный боевой товарищ бросил меч.

— Всё, прекрасная Амазонка, сдаюсь, уделала ты меня. Но мне кажется, Лёха, что те звери не столь искусны в фехтовании.

— Да не столь, — согласился командир, — именно поэтому мы с тобой договорились, что как только ты истратишь все патроны, и положишь максимально много надсмотрщиков, ты присоединяешься к нам. Я думаю, что Арганиил с превеликим удовольствием доставит тебя к нам. Ты как думаешь Им?

— Конечно, доставит. Он ведь тоже не дурак подраться, и с радостью поддержит нам компанию. Это он сейчас такой степенный, когда его главнокомандующим назначили, а вот помню в детстве, мы с ним были… — и Имануил пустился в воспоминания глубокого детства. Народ понемногу начал расходиться от костра.

Ранняя осень в горах, слегка уже позолотила деревья. Ночи стояли прохладные, но от костров воздух в пещере немного прогрелся. Алексей ещё долго курил, слушая тихие воспоминания крылатого, и раздумывая над завтрашним днём. Долина хорошо представлялась ему, и сейчас он мысленно прокладывал маршрут к Тронной пещере. Плохо, конечно, что коней пришлось оставить в деревне, сейчас они бы очень пригодились. Верхом пробиться к Тронной, было бы значительно проще и быстрее. А в этой битве дорог был каждый час, каждая минута. Чем быстрее остановиться поток прибывающих, человеко-зверей, тем быстрее закончится битва.

Нежные руки обвили сзади его шею, тёплые губы лёгким поцелуем коснулись вот уже вторые сутки не бритой щеки.

— Пойдём спать, дорогой, — прошептала Катерина ему на ухо, — хватит думать, завтра будет день и будет битва, а пока пошли я тебе кое-что расскажу.

— Да детка, пошли, — ответил Алексей, аккуратно высвобождаясь из объятий и вставая. — Так что ты хотела мне рассказать?

Они улеглись в дальнем углу пещеры, завернувшись в одеяла.

— Ал, никому, я так думаю, что даже Богам, неизвестно, что с нами будет завтра.

— Почему, вдруг ты решила, что ваши Боги стали столь не информированными?

— Не перебивай меня, будь так добр, иначе я тебе не скажу самого главного.

— Это чего, того, что любишь меня больше своего меча?

— Господин Алексий, — Катерина попыталась казаться строгой, — я попросила не перебивать.

— Хорошо, дорогая, молчу, говори.

— Понимаешь, я не хотела тебе не говорить, но не выдержала, решила, что это будет несправедливо, ты должен знать, может, тогда будешь осторожнее и останешься жив.

— Что же такое важное ты хочешь мне сказать?

— Ал, у нас будет ребёнок.

Алексей подпрыгнул на месте.

— Что ты сказала, повтори ещё раз.

— У нас будет ребёнок.

— Почему ты молчала об этом?

— Я не знала, стоит или не стоит говорить тебе об этом в походе. Ты бы стал меня опекать больше необходимого, и мог пропустить, что-то очень важное. Твоё внимание было бы сосредоточено больше на мне чем на задании.

— Катюша, милая моя, как ты могла хранить это в тайне, от меня, и что мне теперь делать? Я не могу пустить тебя завтра в бой, но и не могу не пустить. Как тогда отнесутся к этому товарищи, как посмотрит на меня Владмир? Но я знаю, что нужно сделать.

— Что? — Насторожилась девушка.

— Павел рвётся в бой, значит, завтра я удовлетворю его желание, и ты, а не он полетишь на Драконе.

— Нет, милый, этого делать не нужно.

— Почему?

— Потому, что если твой друг завтра погибнет, ты сам себе никогда этого не простишь, а он погибнет, у него нет шансов в рукопашном бою, а у меня есть.

— Но, Катюша, я не могу рисковать теперь уже двумя, самыми дорогими для меня людьми. Я не могу…

— Ничего не надо, милый. — Оборвала его Катерина. — Мы завтра вместе пойдём в бой и или вместе погибнем или вместе выйдем победителями и тогда, я тебе клянусь, я навсегда сниму этот мужской костюм и буду тебе верной и любящей женой. У нас родиться мальчик, а потом девочка и ещё будет много детей.

— Милая моя, — он, не останавливаясь, целовал её лицо, — именно так всё и будет, мы поселимся в маленьком, уютном домике на круче Днепра, на краю Киева и навсегда забудем о войнах и смерти. Мы будем растить наших детей, и воспитывать в них любовь к жизни и людям.

— Конечно дорогой, в маленьком домике, на берегу Днепра.

Они так и уснули, крепко обняв друг друга, завернувшись в одно одеяло, с верой в такое близкое и такое далёкое одновременно счастье. Счастье, от которого их двоих отделял всего один день и страшная битва.

Глава 25

Солнце поднималось из-за гор, освещая всё вокруг розовым светом. Прибывшие Войска, стояли в районах сосредоточения, готовые по первой команде ринуться в атаку. Лучники и арбалетчики то и дело поднимали своё оружие, чтобы проверить руку, лишний раз прицелиться, стрелы были вложены, осталось только натянуть тетиву. Все ждали, ждали воздушной атаки. И в один момент хлопанье сотни крыльев разорвало тишину. Драконы, разделившись, появились внезапно для всех. Они просто выпали в нужном месте из той, своей реальности и, разделившись моментально на звенья, спикировали в ущелья и долины. Это были их родовые земли и каждый из них, точно так же как и Имануил хранил в подсознании координаты этих мест. Именно по родовому признаку были построены и боевые порядки. Драконы вываливались из межреальности и в тот же момент устремлялись в атаку. Перед самой землёй они выходили из пике, окатывая всё живое огромными шлейфами пламени, и взмывали вверх, чтобы вновь набрав высоту и побольше воздуха снова зайти в пике, несущее огонь и смерть всем кто находится на земле. Это была ужасная и величественная картина. После каждого такого захода на земле появлялись новые сотни живых факелов, которые в дикой панике и с ужасным рёвом носились по ущельям и падали догорать, а те, кого ещё не коснулось пламя, пытались спрятаться хоть куда-нибудь, но укрытий не было. Пока землю обрабатывала «авиация» лучники. Спустившись немного ниже по склонам, выцеливали и добивали охваченных пламенем варваров, а пехотные полки спускались с гор, подходя вплотную к противнику, прикрываясь щитами от испепеляющего пламени. Над всем этим безумием носился главнокомандующий Арганиил с Павлом на спине.

Тот очень удобно устроился на Драконе, хотя для этого пришлось приспособить конное седло. Увидев эту штуку, Арганиил наотрез отказался от своей миссии.

— Твоё Величество, — возмутился главнокомандующий авиацией. — Да как это понимать? Я что им кобыла верховая?

— Арганиил, мне кажется, люди ни сколько не хотят тебя унизить, просто так им будет проще делать свою работу, ты уж согласись, будь добр, — попросила его Королева, совсем как то не по-королевски, а по-домашнему.

И Алексей уловил эту интонацию Драконессы, ему удалось уговорить Арганиила.

Ты пойми, я никогда не посмел бы просить тебя надеть вот это, — указал Алексей на седло, — но ведь Павлу надо было не только летать, ему ещё нужно стрелять, именно от его выстрелов зависит успех нашего мероприятия, а для стрельбы его руки должны хоть иногда быть свободными.

И Арганиил согласился. Теперь он парил в воздухе выше всех, время от времени корректируя действия своих сородичей, но в основном полностью подчиняясь Павлу. Он пролетал немного, выбирал позицию и делал короткую остановку в воздухе. Как это у него получалось, Алексей не понимал, но именно во время этих коротких остановок Павел производил один, точный выстрел, после которого упавшие замертво надсмотрщики высвобождали звериные инстинкты своих подопечных и те не задумываясь, бросались в бой на своих давних врагов из соседних племён.

Алексей стоял, в окружении своего отряда на краю пещеры, и наблюдал за происходящим вокруг. Напряжение ожидания боя царило в воздухе, это чувствовали все. Давно закончились разговоры, сейчас даже всегда бесшабашный Дракон стоял и молчал. О чём думали, товарищи, этого Алексей не знал, да и некогда было над этим задумываться, перед ним стояли задачи, задачи, которые он должен выполнить любой ценой. Это уничтожить Демона и уберечь Катерину. Он знал, он верил, что обе эти задачи выполнит, чего бы это ему не стоило. Он стоял и выжидал удобного момента, когда варвары, не сдерживаемые магами-надсмотрщиками, полностью втянутся в выяснение отношений между собой, когда основные силы войск коалиции, так для себя он назвал армии этого мира, приблизятся к рубежу атаки и когда путь к Тронной пещере станет хоть немного свободен.

Наконец момент настал, пора было спускаться и вступать в решающую битву, но он всё ещё медлил, выжидая, просто ему нужно было сохранить весь свой отряд. Но до бесконечности тянуть нельзя, когда то всё равно приходится принимать решение, и он его принял.

— Всё, господа пора, — Алексей, не оглядываясь, прыгнул на крутой склон, начиная спуск вниз к огню и смерти.

Оглядываться нельзя, так он решил для себя ещё очень давно, иначе можно встретиться глазами с теми, кто идёт за тобой, остановится, пожалеть и потерять. Потерять самых близких. В бою нет места жалости, есть расчетливость, рассудительность, всё, что угодно, но только не жалость, жалость это смерть, твоя или твоих товарищей, а смертей допустить нельзя. Только так можно пройти сквозь огонь и воду и привести домой всех живыми, пускай израненными, но живыми. И эти принципы всегда помогали ему в жизни. Его группы считались заговорёнными, из самых сложных передряг, они всегда выходили с минимальными потерями.

Как то оно будет сегодня? Этого не знал ни кто, и только он, Алексей, командир отряда знал, и верил, он как обычно, не оглядываясь, проведёт своих людей в самое пекло и выведет их живыми, живыми и по возможности невредимыми.

Цепляясь за редко растущие деревья, отряд почти кубарем катился вниз. Повезло только Имануилу, он ушёл с карниза пещеры в планирование и теперь заходил на посадку в месте предположительного выхода группы, подготавливая небольшой плацдарм, он выпустил несколько длинных струй пламени, уничтожив несколько десятков человеко-зверей. Внизу их встретили горы трупов, набитых лучниками за ночь, за ними шла небольшая полоска, свободная от врага на которой уже стоял крылатый. Друзья выстроились клином, на острие которого оставили Дракона и врубились в беспорядочную толпу варваров, направив основной удар на Тронную пещеру. До входа было около версты пространства, заполненного тлеющими трупами и дерущимися между собой варварами. Драконы и Павел сделали своё дело, и теперь отряд, прикрыв лица тканевыми повязками, врезался в эту толпу. От смрада горелого мяса, было трудно дышать. Клинки выскользнули из ножен, и сталь запела свою погребальную песню. Звери, занимавшиеся перед этим разборками с себе подобными, внезапно, увидев общую опасность, объединились и попытались привести свои ряды в боевой порядок. Но это им трудно удавалось. Не было общего руководства, да и вековые межплеменные распри то и дело брали верх. То тут, то там постоянно вспыхивали маленькие, локальные потасовки, что сильно мешало организованному сопротивлению. Но и силы были очень уж неравны. Как бойцы они тоже не представляли серьёзной опасности, в этом друзья уже не раз имели возможность убедиться, но количество брало своё.

Алексей рубил и колол, время от времени группа разбивалась на более мелкие отряды, по два — три человека, но потом вновь выстраивалась клином. Уже через полчаса все были с ног до головы залиты кровью врага. Свои мелкие порезы не замечались. Одежда задубела от чужой крови, рук не чувствовали, но продолжали отбивать атаки и медленно продвигаться вперёд. Княжеские войска теснили варваров со всех сторон и от этого они сбивались всё в более и более плотную толпу, а меч всё пел свою песню, снося голову, пропарывая животы, отрубая конечности. Иногда Алексею казалось, что клинок живёт своей собственной жизнью, и он, держащий его в руке, просто не в силах управлять этим несущим смерть куском железа. Его рука давно уже онемела от усталости, но не в силах была остановить эту смертоносную пляску живого металла.

Плечо к плечу шла Катерина. Он ни на минуту не выпускал её из вида, стараясь насколько только можно облегчить ей работу, прикрыть. Она с благодарностью смотрела в его спину, стараясь избежать взгляда в глаза, чтобы не отвлечь. И вот впереди показалась чёрная пасть Тронной пещере, к ней шёл пологий подъём, а за ним узкий каменный мост через глубокую пропасть. Мост был не широкий, по нему от силы мог пройти один Дракон, разминуться два всадника или пройти в ряд три человека.

Подъём, казавшийся издалека довольно пологим, на самом деле оказался неожиданно крутым, а сопротивлений варваров, неожиданно упорным. Казалось, они совсем позабыли о межплеменной розни и все как один встали на защиту своего хозяина. Но вместе с эти, Алексей заметил, что и поток пополнения, непрерывно выходивший из пещеры, прекратился. Чувствовалось, что кто-то взял руководство над этой неуправляемой толпой. Битва стала упорнее и жёстче.

Дыхание сбивалось, руку, в которой был зажат меч, Алексей уже не чувствовал, но именно теперь подозрения Алексей утвердились, действительно меч стал жить своей собственной жизнью, взяв от человека всё, что ему было нужно и измотав его до такой степени, что он уже не в силах был управлять своей рукой. Меч безошибочно находил врага и разил его в самое сердце, проламывая грудную клетку. Упираясь в сердце, он на мгновение замирал, потом прокалывал мышечную ткань входил вовнутрь и снова замирал, как будто напивался свежей крови. То же самое происходило, когда Алексей рубил. Меч замирал, коснувшись сонной артерии, и останавливался в ней. В такие моменты меч, а точнее древние руны на нём начинали светиться. Самым непонятным для Алексей было то, что когда голова отлетала, он не замечал привычной, артериальной струи крови. Казалось, что в теле её вообще не оставалось, только остатки тоненькой струйкой стекали на землю из упавшего. Над тем, что происходило, Алексей не задумывался, не было сил, да и времени. Он всё больше и больше боялся за Катерину. Видел, насколько она устала, чувствовал, что вот-вот ещё немного и силы, совсем покинут, девушку, она упадёт и откажется от всего. Но девушка держалась, как впрочем, и все остальные товарищи.

Подъём заканчивался, впереди хорошо просматривался мост, варвары напирали со стороны пещеры, но друзьям всё равно удавалось теснить их к узкому мосту. Они не понимали, что происходит, им не давали идти вперёд и постоянно подпирали сзади, не предоставляя возможности к отступлению. Боевой дух человеко-зверей давно уже опустился значительно ниже нулевой отметки, и они готовы были уже нырнуть в портал, вернуться в свой жестокий, но такой родной Мир, однако такой возможности им ни кто не предоставлял им такой возможности. Они сталкивались со своими сородичами на самом краю моста, две волны разбивались друг о друга и со страшными криками ужаса падали в бескрайнюю пропасть.

Внезапно страшный рёв разорвал шум боя. В этом рёве было всё, ненависть, непонимание, злость, ярость, и что сааме главное, в этом рёве, Алексей уловил оттенок страха. Вот именно этот спрятанный глубоко, глубоко страх порадовал Мещерякова. Все на мгновение замерли, а в следующий миг варвары, находившиеся на мосту, бросились вниз в пропасть, они решили, что в пропасти у них может быть есть шанс выжить, но зажатыми между наступающим отрядом и Демоном такого шанса нет наверняка. Вот теперь Алексею открылась полная картина. На противоположном конце моста в выходе из пещеры стояло чудовище. Нечеловеческий рост и горящая красная шкура поразили Алексея. Тело бугрилось мышцами, звериный оскал открывал два ряда клиновидных зубов, с длинных клыков стекала слюна и кровь только, что разодранных на клочья варваров. В одной руке Демон держал за пояс обезглавленное тело мага в другой его голову, из которой высасывал мозги. В следующее мгновение он отбросил человеческие останки, и они полетели вниз в пропасть вслед за пропавшими там человеко-зверями.

— Стойте смертные там, где стоите, — проревел Вельдавул, — стойте и останетесь живы. Мне не нужны ваши жизни, для освобождения от наказания мне нужна только одна, его, — и Демон указал длинным пальцем с выпущенным когтем на Алексея, точнее даже не его жизнь, а его меч.

— Мой меч, ты чудовище, получишь только после того, как отберёшь мою жизнь, — прокричал в ответ Алексей.

— Это будет не сложно, — ответил Демон, делая шаг на мост.

— Но прежде чем взять его жизнь тебе придётся потрудиться, красная трусливая обезьяна, — выпрыгнула вперёд Алексея Катерина.

— Я раздавлю тебя как блоху, человеческая самка, — взревел Вельдавул.

— А это мы ещё посмотрим, кто кого раздавит, — поддержал товарищей Имануил, нависая над ними всем своим телом и прикрывая от внезапной атаки Демона. — Лёха, зашептал он тут же на ухо командиру, — делать нечего, придётся тебе с ним сражаться, тут до гадалки не ходить. Но перед тем как ты ступишь на мост, я открою тебе великую тайну нашего народа.

— Им, дружище, по-моему, не время интриг и загадок.

— Это не интрига и не загадка, мост, на который ты готовишься ступить, это мост судьбы. Он недаром вышел встретить тебя здесь. Значит, ваши судьбы как-то связаны и он не может существовать, покуда, живёшь ты. Мы поможем тебе, но конечный результат схватки зависит только от тебя. Кто-то связал Ваши судьбы воедино, скорее всего, конечно это Хозяева Хаоса. Но кто бы этого не сделал, выход один — ваша схватка, только она теперь решает судьбы Миров.

— Вот зачем ты это всё сейчас сказал?

— Как зачем? Ты должен знать, что именно от тебя зависит всё, не только в этом Мире, а во всей Многообразной Вселенной.

— Спасибо, конечно, Им, но не верю я в это. Каждый раз, встречаясь со смертью лицом к лицу, я становился на такой мост, и только от меня зависело, выживу я или нет. А ещё, если честно, то в эти мгновения мне было глубоко наплевать на всё Многообразие Вселенной, впрочем, как и сейчас. Я просто знаю, что этот безмозглый переросток не оставит меня в покое, пока я не отрежу его бестолковую голову, а мне хочется спокойно жить и растить своего сына. Именно поэтому только от меня сейчас, впрочем, как и обычно зависит моя жизнь.

— Только ли? — Прозвучал рядом знакомый голос.

— Пашка, ты? Конечно, нет, ещё и от моих друзей, которые прикрывают мне спину.

— Тогда вперёд, — скомандовала Катерина и первой шагнула на мост. Он не успел остановить её. Да и не смог бы?

— Нет, братан, ты не прав, — пробурчал сзади Дракон, — не ты решаешь свою судьбу, и то, что вы встретились именно на этом моту доказательство того. Но впрочем, если ты не веришь, твоё дело. Только не дай ему опередить тебя. Середина моста, это ось равновесия, лучше вам встретиться на его стороне, тогда у тебя будет хоть и небольшой, но перевес.

На эту реплика Алексей уже ничего не ответил, он спешил опередить, вырвавшуюся вперёд Катерину, и первым встретить Демона.

Рядом шёл верный друг Павел. Алексей сделал несколько широких шагов и опередил подругу. А Демон, несколько замешкавшись тоже огромными шагами, рванулся вперёд. Они сошлись ровно на середине моста, и началась нечеловеческая схватка. Демон был вооружён двумя обоюдоострыми клинками и орудовал ими воистину в совершенстве. Друзьям удалось окружить его, но казалось у Демона и на затылке есть глаза. Трудно было удержаться ровно на середине, ни одна сторона не намерена была отступать. Время от времени Демон заходил на сторону отряда, и в эти мгновения казалось, что всё, скоро битва будет проиграна, и Миры погрузятся в водоворот очередной войны, но в следующий миг люди собирались с силами и загоняли Вельдавула ближе к пещере. И тогда наблюдавшие за схваткой с облегчением вздыхали. Арганиил, следивший за поединком из родового гнезда Имануилиа несколько раз порывался броситься на помощь, сражающимся на мосту, но Королева каждый раз останавливала его.

— Нет, Арганиил, ты там ни чем не поможешь, это не твоя битва, просто сиди и смотри, и готовься к худшему.

Точно в таком же состоянии находились и все войска, разгромив окончательно все отряды варваров, люди собрались на краю пропасти. Битва уже длилась больше часа, но ни кто из присутствующих даже не пытался ступить на мост и помочь дерущимся. Основная масса человеко-зверей, к этому времени уже была мертва, а остальных пленили и Драконы искали пути, как переправить их в родную реальность. Кроме крылатых, эта задача была никому не по плечу.

Алексей из последних сил отбивался от атак Демона, но было заметно, что и тот порядком устал. Его существенно выматывали нападения Павла и Катерины, он постоянно рассеивал внимание, и Алексею в который раз удалось избежать смертельного удара. Он ушёл от свистящего меча вниз, и нанёс рубящий удар по ногам Вельдавула. На этот раз удар достиг своей цели. Меч скользнул по ноге Демона и перерезал тому сухожилия под коленом. Тот взревел и рухнул на мост, в следующий момент Алексей прыгнул и занёс меч для последнего, смертельного удара, но Вельдавул был быстрее, он перевернулся, и, схватив одной рукой за ногу Катерину, бросился вниз с моста.

— Посмотрим, что ты сейчас будешь делать смертный, — проревел он Алексею и начал растворяться в темноте ущелья.

— Ал!!! — Закричала в ужасе девушка.

— Нет!!! — Прокричал Алексей, бросаясь вниз, вслед за любимой. В самый последний момент он успел схватить её за руку.

Казалось, они падали в бесконечность, держась за Катерину и не прекращая драться.

— Отпусти её и останешься, жив, — прокричал Алексей.

— Она мне не нужна, но она ключ к тебе. Мне нужна твоя жизнь смертный и только твоя, а ещё больше мне нужен вот этот меч. Отдай мне его, и я поставлю вас двоих обратно на мост, целыми и невредимыми. Тебе ведь Дракон уже рассказал, что это мост судьбы? Так вот я отпущу ваши судьбы, вы вновь вернётесь в ту реальность, откуда выпали. Ты думаешь, падаешь вниз на землю? Нет, мы летим в Пределы Хаоса, к моему Хозяину, я обещал ему добыть этот самый клинок и я, таки исполню его волю, пускай даже таким способом. — И демон рассмеялся в лицо Алексея.

— И ты хочешь, что бы мы тебе поверили, лживая помесь обезьяны и крокодила, — прокричала в ответ Катерина.

— Тогда вы умрёте оба. Ты, жалкий человечишка немного позже, после того, как с тобой наиграются детки моего Хозяина, поверь, они очень изобретательны и ты ещё не раз будешь молить свою Судьбу о скорой кончине, но это тебе не поможет. А вот её жизнь, я заберу сейчас, что бы тебе было ещё больнее. Ведь эта самка носит твоего ребёнка, не так ли? — Проревел демон, вновь расхохотался, да так, что холод от этого смеха пронзил Алексея до самых костей, и вместо того, чтобы нанести удар Алексею он направил свой меч, в живот девушки, намереваясь оборвать сразу две жизни. Жизнь этой такой нежной, такой любимой и такой беззащитной женщины и жизнь их ещё не рожденного, малыша.

Алексей взревел, рванул на себя любимую, стараясь предотвратить смертельный удар, а вторая его рука, с вытянутым вперёд мечом устремилась к груди Демона. Или ему показалось, или меч действительно жил своей совершенно отдельной жизнью, но клинок начал удлиняться и вот уже сталь коснулась груди Вельдавула, прорезала мощные грудные мышцы, с хрустом сломала рёбра, коснулась сердца, вонзилась в него и замерла, пронзив его насквозь. Живая сталь отказалась пить его чёрную кровь.

Но Мещёряков видел, что не только «Повелитель» достиг цели, он не сумел вырвать из руки Демона Катерину и клинок Вельдавула проник глубоко в тело девушки. Боль и горечь охватили Алексея. Дикая боль обожгла всё тело. Меч, казалось, раскалился, добела коснувшись тела Демона, и этот огонь передался всему телу, нечеловечески обжигая его, а душа в момент опустела, опустела, почувствовав утрату всего того, что он приобрёл в последние дни, утрату, такой дорогой и впервые такой любимой женщины. Утрату ещё не рождённого, но уже существующего, где-то далеко ребёнка, его ребёнка. Ребёнка, о котором он мечтал всю свою сознательную жизнь. Но вместе с этим до сознания Алексея докатилось всеобщее ликование, ликование оттого, что Демон был покаран и на земле вновь восстановился мир и равновесие. Но это ему было уже всё равно, он падал в бездну и полностью отдался этому падению, как когда-то в затяжных прыжках, приготовившись встретить землю, где бы она теперь не была, в Чертогах Порядка, в Пределах Хаоса или вообще у чёрта на куличках. Ему было совершенно всё равно, казалось, он умирал вместе со своей любимой, и в следующее мгновение Алексей потерял сознание.

Глава 26. Эпилог

Назойливый, бесконечный, звенящий звук проникал в самое сознание и не отпускал, он требовал вернуться и человек вернулся. Алексей открыл глаза, огляделся по сторонам, с трудом понимая, где находится. Наконец сознание окончательно вернулось, и человек понял, что он лежит на полу в коридоре своей Киевской квартиры. Этот назойливый звук оказался дверным звонком, который не замолкал, Алексей с трудом поднялся на ноги, всё тело болело, болели натруженные мышцы, болели мелкие порезы, но он поднялся и пошёл открывать двери. На пороге стояла Аня, Алексей не сразу узнал девушку, его взгляд с трудом сфокусировался на её лице.

— Мещеряков, где ты пропадал столько времени, и вообще, на кого ты похож? Неужели ты всё это время пьянствовал?

Она окатила Алексея ледяным взглядом, отодвинула его и вошла в квартиру.

— Посмотри в зеркало, на что ты похож. Весь в какой-то грязи. Ты что на помойке валялся? А это что у тебя в руке, — и она указала на зажатый в руке «Повелитель», — неужели меч? Где ты взял эту железяку, и что, в конце концов, произошло? — она внимательнее пригляделась к нему. — Это что не грязь? — Девушка пощупала костюм Мещерякова, весь в запёкшейся крови, — Ты, что в крови весь? С ног до головы? Ты где был всё это время? Что с тобой произошло, и что ты натворил? — Закричала Анна, стуча кулаками в грудь Алексея.

Тот стоял, не двигаясь, потом отстранил девушку, молча, развернулся и пошёл в ванную комнату, бросив «Повелителя» в коридоре на пол. Здесь он смог осмотреть себя с ног до головы. В большом, на всю стену зеркале напротив него стоял враз постаревший, осунувшийся мужчина в форме непонятного происхождения и образца весь с ног до головы залитый засохшей кровью. Он сбросил с себя одежду, что далось не просто, в местах порезов она присохла к телу и отрывалась вместе с запёкшейся кровью, это было больно, но Алеексей не чувствовал этой боли, другая более тяжёлая и невыносимая поднималась из самой глубины сознания и заполняла всего. Ещё раз, осмотрев себя, он залез под душ.

Струи горячей, чередующейся с ледяной, воды смывали грязь, пот и чужую кровь. Из открывшихся вместе со сброшенной одеждой, мелких порезов, сочилась его собственная кровь, смешиваясь с водой и стекая дальше в канализацию. Сознание потихоньку возвращалось к нему, а вместе с сознанием и ощущение пустоты, как будто душу взяли, вывернули наизнанку, хорошенько вытряхнули и вернули на место, не оставив внутри ничего. И только воспоминания как ножом врезались в голову, по венам стекали к сердцу и замирали там болью и ледяным камнем оседали на дно. Алексей закрыл воду, вылез и, надев халат, и вышел из ванной комнаты. Прошёл в гостиную.

Аня сидела в комнате, на журнальном столике стояла чашка дымящегося кофе, неимоверно дурманящий аромат разносился по всей квартире. Аромат, который так всегда любил Алексей, свежее смолотого и сваренного кофе. Но сегодня он оставил его равнодушным.

— Лёша, объясни, наконец, что происходит, где ты был, почему ты весь изранен? — Начала Анна, уже немного успокоившись.

— Ань, не надо вопросов, ладно, — умоляюще попросил он, потянулся за чашкой, засуетился, что-то ища, потом спохватился и пошёл в ванную. Там в кармане сброшенной одежды оставалось несколько сигар.

— Ты же не куришь, — попыталась остановить его девушка.

— Не курил, — уточнил он.

— В тот вечер, точнее ночь, когда ты не пришёл из ресторана домой, ни кто не придал этому значения, тем более что и Люська куда-то исчезла. А через день нашли в пригороде её труп, и менты сразу стали связывать его с твоим исчезновением. Но управляющий сумел убедить их рассматривать хотя бы две версии убийства, и очень скоро выяснилось, что Люська давно уже работала на конкурентов, какая-то фирма, я уж и не помню какая, пыталась завладеть активами банка, а ты им здорово в этом мешал, вот и решили тебя убрать. Все и поверили, что тебя убрали, даже панихиду справили, только я одна знала, что ты живой и верила, что вернёшься. Люськиных убийц скоро поймали и они рассказали, что пытались убить тебя, но ты каким-то непонятным образом исчез. Им конечно ни кто не поверил, но знаешь как там, в ментовке, нет тела — нет дела. Вот, и списали тебя на пропавшего без вести, а объединять дела по убийству, и по пропаже оснований не нашли.

— Ты как здесь-то оказалась? И почему двери своим ключом не открыла? Я же давал тебе его.

— Сама не знаю, что-то сегодня весь день не на месте была, весь день сюда тянуло, вот я сразу после работы и поехала, не надеялась, конечно, тебя застать, но как видишь, застала. А ключ, почему то не открывал замок, вот я и подумала, что ты мог изнутри закрыться на щеколду, и начала звонить, минут десять стояла, звонила без перерыва.

Аня всё рассказывала и рассказывала, а Алексей всё слушал и слушал. Потом, он, молча, встал, достал из бара бутылку коньяка, налил себе полный стакан и залпом выпил. Глубоко затянулся сигарой.

— Ты всё-таки скотина Мещеряков, я перед ним тут распинаюсь, а он решил нажраться, в одиночку, хоть бы мне предложил рюмку, — и она заплакала.

— Аня не плачь, не надо, — подошёл к ней Алексей сел рядом и обнял за плечи. — Спасибо тебе что звонила, наверное, это твой звонок вырвал меня сюда, иначе я мог бы затеряться где-то между реальностями, хотя, может, это было бы и к лучшему.

Девушка уткнулась ему в грудь и окончательно разрыдалась.

— Не надо Аня не плачь, — успокаивал он её, — ты даже не представляешь как мне плохо. Ты извини меня, я постараюсь тебе всё рассказать и объяснить, но боюсь, ты не поверишь, в это очень трудно поверить. Но это будет немного позже, а сейчас мне надо самому всё осознать и попробовать жить со всем этим дальше.

— Значит, я не поверю, — вырвавшись из его рук и вмиг перестав плакать, резко сказала девушка, — я не поверю. А кто тогда поверит? Она? Та, с которой ты всё это время пропадал неизвестно где? В каком кабаке, ты устроил очередную драку, Мещеряков?

Алексей налил себе ещё один стакан коньяка, плеснул немного золотисто-коричневой жидкости во второй и протянул его Ане.

— Да, — ответил он, — та, с которой я всё это время был, она поверит, потому, что знает, мир устроен далеко не так, как мы себе представляем. И я верю, что она жива, только затерялась где-то между реальностями, и не родившийся наш сын тоже жив, и он родится, а я найду их, и мы поселимся в маленьком домике, на краю города, на Днепровской круче и будем вместе растить детей.

— Мещеряков, ты что бредишь, — в ужасе прошептала девушка, — какой сын? Какие реальности? Реальность только одна и она вот перед твоими глазами.

— Нет, милая Анна, ты глубоко ошибаешься.

— Ладно, согласилась девушка, пускай будет и так, давай я тебе хоть эти все порезы обработаю, йодом замажу да забинтую.

Ему действительно ни кто не поверил, а он и не старался, кого-либо убеждать. Просто снова начал ходить на работу. Налаживать несколько разболтавшееся без него хозяйство, а ещё перестал ездить на машине. На следующий день Алексей пошёл в салон и купил себе нового двухколёсного друга. Он носился по городу на мощном БМВ и в дождь и в снег и в слякоть. На работу и с работы, по служебным делам и на отдых. И как не убеждал его управляющий, что человек его статуса должен ездить в середине транспортного средства, а не верхом на нём. Он всё равно не изменял своей новой привычке. Алексей даже имя ему дал — Имануил.

— Почему Имануил, — спросил его управляющий.

— Не знаю, просто похож он на одного моего знакомого Дракона.

Сергей Викторович просто пожал плечами, ничего не сказав. Да после многомесячного отсутствия у Алексея появились некоторые странности, но эти странности совершенно не влияли на качество его работы, а это для управляющего было главным. А странности? Да у кого их нет.

А в выходной день, рано утром, Алексей неизменно седлал своего друга и летел за город, там, на высокой Днепровской круче, садился на землю, свесив ноги, и просиживал так в глубокой задумчивости до самого вечера. В эти короткие выходные дни его не останавливало ни что ни снег, ни дождь. Ему было всё равно, какая пора года на дворе, он просто ехал загород и сидел, сидел на высокой круче, погружаясь глубоко в себя.

Так было и этим ранним июньским утром. Солнце поднималось далеко на востоке, и вот его первые робкие лучики окрасили воды нежным розовым цветом. Алексей сидел на своём месте, свесив ноги и нашёптывая такое дорогое имя, как будто звал её.

— Что ты там, братан, всё время шепчешь, — услышал он сбоку такой далёкий и такой знакомый голос. Он резко повернулся, рядом, в своей неизменной, кошачьей позе, свернувшись клубочком, лежал крылатый друг.

— Им, — подскочил Алексей, — ты откуда?

— Чудак человек, вроде и знаешь всё, а вопросы странные задаёшь. Из дому я. Меня королева прислала и Князь.

— Да мне плевать, кто тебя прислал. Ты мне лучше сажи, что с Катериной, она жива?

— Этого я не знаю.

— Так какого лешего ты припёрся, — в сердцах крикнул Алексей.

— Значит, вот так мы теперь встречаем старых боевых друзей.

— Извини, друг. Не могу я жить, вот здесь пустота, — и он взялся рукой за сердце, — пустота и холод. И умереть не могу, не в силах.

— Это потому, что ты полюбил по-настоящему.

— Но ты же должен знать. Я видел, ты бросился за нами в пропасть и летел следом. Что там было дальше? Я сознание потерял. Куда Кати делась? Ты должен был подхватить её.

— Извини, братан, но я не успел. Ты пронзил Демону сердце и тот умер, умер навсегда, но, умирая, он не успел разжать руку и утащил Катерину в какую-то реальность. Сам полетел дальше в небытие, а она застряла, где-то. Мы пытались её вычислить, но пока ничего не вышло. А ты не сознание потерял, ты просто провалился к себе домой.

— И что теперь будет, я здесь, а она там. И это вот благодарность за спасение мира?

— Этого никому не известно, кроме как Вершителю Судеб. Он в очередной раз перетасовал колоду, и может, оставил вас в покое, а может, приготовил ещё какой-нибудь финт, кто знает. Но судя по тому, что разделил, на покой надеяться тебе не приходится.

— Да кто он вообще такой, этот Вершитель, и какое он имеет право распоряжаться нашими судьбами?

— Вот в этом случае, я тебе шуметь не рекомендую.

— Почему это?

— Да потому, что толку от твоих возмущений всё равно никакого не будет. Вершителю совершенно наплевать на все наши эмоции он, что хочет то и делает, поэтому давай выпьем, самогон у меня как всегда под рукой.

— Давай, дружище, тащи свой бутыль, только у меня закуски нет никакой.

Крылатый извлёк неизменный бутыль самогона и большую вяленую оленью ногу.

— Ничего страшного сегодня у меня закуска есть, — констатировал он факт.

Они пили молча, время от времени Дракон пытался завести разговор, вспоминая былой поход, но Алексей его не поддерживал и разговор сам по себе сворачивался.

— Э нет, так дело не пойдёт, — наконец возмутился, изрядно подвыпивший Имануил, — надо с этим, что-то делать. — И он исчез.

— Ну, вот и этот пропал, — заключил Алексей, наливая себе в небольшой металлический стаканчик ещё порцию самогона.

Но Дракон не исчез, минут через тридцать-сорок он вновь появился на берегу в сопровождении весёлой троицы. Это были Владмир, Ольга и старинный боевой товарищ, Пашка.

— Это значит вот такие у вас здесь кони, — Владмир ходил кругами возле мотоцикла и рассматривал его. — А как, брат Алексий он кушает?

— Лёха, вот это да, — восторженно причитал Павел, — класс, дашь прокатиться. Всю жизнь мечтал о таком, но теперь точно не суждено.

— А удержишь, после кобылы-то? — поинтересовался немного оживший Алексей. — Вообще друзья вы как здесь очутились? Олюшка, Владмир, да я смотрю, у вас скоро пополнение в семействе будет?

— Да уже скоро, — подтвердила Ольга, поглаживая, заметно округлившийся живот.

— А мой вот сын вместе с Катюхой, неизвестно где, — вновь сник, воспрянувший было духом командир.

— Ну вот, снова хныканье началось, — Имануил лежал на краю обрыва и жарил на собственном огне двух жирных индюков.

— Им, ты, где дичью обзавёлся.

— Да вон там, на том берегу гуляли, я их и сграбастал, там целое стадо было, но я подумал, что нам перекусить двух хватит.

— Им ты что, это же хозяйские индюки. У нас здесь домашняя птица просто так не ходит.

— А мне всё равно, когда кушать хочется, домашняя она или дикая. Ты что не будешь?

Друзья расположились кружочком и принялись за аппетитных индюков, обильно запивая их знаменитым Имовым самогоном. Так просидели целый день, по Днепру время от времени проплывали теплоходы, проносились быстрые катера, баржи везли грузы вверх и вниз по реке. Завидев, издали какое-либо плавсредство Дракон тут же прятался, а Алексей всё удивлялся, как их тёплая компания до сих пор не привлекла ничьего внимания. Много говорили, но всё время очень деликатно обходили тему последнего боя. Вдруг уже в сгущающихся сумерках, Алексей немного в стороне уловил некоторое движение и тут же к разложенному на берегу костру вышел Преподобный Просвит.

— Что же это ты ящерица делаешь, — набросился он на крылатого, тот враз сник и постарался отойти подальше в сторону, а потом вообще попытался скрыться в другой реальности. — Куда? — Ухватил его в самый последний момент за крыло маг. — Тебя, зачем сюда прислали?

— Меч забрать, твоё преподобие. — Понурив голову, ответил Дракон.

— Вот именно, меч забрать. А ты что, очередную пьянку, организовал? Да ещё и кучу собутыльников сюда приволок. А вот от тебя Ольга, я ни как не ожидал такого неразумного поступка. — Обратился наставник к невесте главного гвардейца.

— Постой Наставник. Зачем, ты его сюда прислал? — Спросил Алексей, он начал потихоньку понимать, что вся эта встреча организовалась не случайно, и далеко не по инициативе крылатого друга.

— А ты как будто, Алексий и не помнишь, что «Повелитель» спокойненько у тебя на стене висит? А должен, в Княжеском арсенале храниться. Ведь ежели, эта ящерица-алкоголик так легко тебя нашёл, то значит и любой другой может. Значит, меч в чужие руки может попасть, и тогда ещё вопрос против кого он использован будет. Нет не порядок это. С испокон веков место его сбережения определено, значит, там он и должен храниться, да и защита в Княжеском арсенале стоит соответствующая, нечета твоим хоромам, хотя эту лачугу и хоромами то назвать трудно.

— Но ты же сам говорил, что не всякому под силу его из ножен извлечь. Да и вообще, что это ты так неуважительно о моей квартире отзываешься? Там всегда чисто и порядок, а то, что маленькая, так не зарабатываю я на большее жильё, и, кстати, по нашим меркам квартира очень даже приличная. А с другой стороны мне одному больше и не нужно. И вообще, когда это ты там побывать успел? Ты знаешь, что незаконное проникновение в жилище карается законом?

— Вот тут ты меня конечно уделал. До законов ваших мне в принципе дел нет никаких, я так просто заглянул и никуда не проникал, то, что квартира, как ты назвал своё жилище чистая и ухоженная, это я тоже заметил, что касаемо размеров, так здесь ты прав, всяк живёт по своим потребностям. А вот теперь что касается «Повелителя», да не всякому, но ведь ты сумел, значит и ещё кто-нибудь сумеет. И вообще, что вы здесь собрались? — Теперь уже рассержено обратился Наставник к весёлой компании.

— Как что? — возмутился Павел, — ты посмотри Преподобный, ведь на нём совсем лица нет, мы его хоть немного в чувство привели, а то не ровён час и помрёт от хандры.

— А чего хандрить-то Алексий.

— А то ты не знаешь? — ответил за него Владмир.

— Знаю, но здесь не хандрить надо, а искать. Ты не стой как столб, — обратился он к Дракону, — быстро меч сюда тащи.

— Подожди Наставник, — оборвал его Алексей, как искать, где?

— В реальностях, в других мирах, — ответил тот, принимая, протянутый крылатым клинок, — ну, вот, всё в порядке, теперь все по домам.

Друзья по очереди крепко обняли Алексея, и вместе с Имануилом растворились в воздухе.

— Постой, — остановил Алексей Наставника, схватив того за рукав, — как искать, я же не умею, как Дракон перемещаться между реальностями.

— Это тебе только кажется. Ведь тебе раньше казалось, что и реальность только одна, та в которой ты живёшь, а оказалось что это не так. Ты ведь переместился и туда и назад. И в Лимбе побывал, и даже друга оттуда вытащил, а этого ещё никому не удавалось. Придёт время, и ты поймёшь, что можешь. Надо только очень этого хотеть. А может они вообще где-то рядом ходят, просто ты их не замечаешь? Может тебе удобнее замкнуться и лелеять своё несчастье, вместо того, чтобы искать? Искать и найти.

И с этими словами Преподобный Просвит мягко убрал руку Алексея и растаял в ночном воздухе с лёгким хлопком закрывающегося за ним телепорта. А Алексей до самого утра просидел у догорающего костра, время от времени подбрасывая в него ветки. Из последних слов Преподобного он понял, что всё ещё будет. И любовь, и счастье, и радость, и большая семья с множеством детишек, которых он будет растить и воспитывать. Будет всё чего достоин человек, только надо к этому стремиться, искать своё счастье, тем самым, даря счастье другим. Искать и бороться за него, даже если придётся для этого вновь спасать мир. И он завтра же отправиться на поиски, поиски своей любимой и своего сына. Он перевернёт весь этот мир, а если понадобиться и всю огромную, разнообразную вселенную, но найдёт их.

Content

Владислав Глушков
Совмещение реальностей

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26. Эпилог