Барбара Макмаон

Рискни и выиграй!

Глава 1

Казалось бы, тихий шепот набегающих на морской берег волн должен был успокаивать Жанну Мари Россе, но у него не было такой власти. Она смотрела на сверкающий простор расстилавшегося перед ней Средиземного моря. Солнце стояло высоко над головой в безоблачном небе. Песок на пляже был ослепительно-белым, лишь кое-где темными точками виднелись «любители солнечных ванн» на разноцветных полотенцах. Для приезжающих сюда людей, жаждущих отдыха, такая обстановка была просто идеальной. Идеальным убежищем для тех, кто решил сделать остановку среди суматохи и суеты современной жизни. Жить здесь круглый год – мечта многих.

Для Жанны Мари это место – дом, где ей обычно радостно на душе, но сегодня давняя горечь заполнила сердце. Сегодня трехлетняя годовщина смерти ее мужа, она все еще скучает по нему, и эта боль, кажется, не утихнет никогда. Как ни странно, но к этому чувству примешивается злость на него, за беспечное отношение к своей жизни, за желание каждый раз при подъеме рисковать своей жизнью. Ведь ей нет еще тридцати, а она уже вдова, мать-одиночка и владелица гостиницы, расположенной за тысячи миль от ее семьи. Она покачала головой в попытке отогнать грустные мысли. Она должна быть благодарна судьбе, тем более это место она выбрала сама. Но иногда она скучает по американской еде, семейным встречам и старым друзьям, которых видит очень редко.

У нее не хватит сил покинуть эту узкую полоску земли, с которой тесно связаны ее воспоминания о Филиппе. Они провели здесь вместе несколько каникул, любуясь морем и исследуя небольшой городок поблизости. Или просто сидели на широкой веранде и наблюдали закат, наслаждаясь близостью друг друга и не подозревая, что это не будет длиться вечно. Из-за него она так восхищалась каланками, утесами, которые, казалось, могли обеспечить всех мужчин и женщин из разных уголков Европы захватывающим альпинизмом.

Ее сын, Александр, дремал в своей комнате. В такие минуты она могла побыть наедине со своими воспоминаниями и тоской по дому. Она присела на веранде, нахлынули воспоминания лучших дней, проведенных вместе, ведь самое худшее осталось уже позади. Теперь она могла вспоминать те моменты, когда они были вместе, могла вспоминать о его смерти.

После смерти Филиппа она могла бы вернуться в Америку, но ей хотелось, чтобы Александр знал своих бабушку и дедушку. Александр был единственным, что осталось у родителей Филлипа от их сына, не считая небольшого количества фотографий. Родители Жанны Мари приезжали раз в год, кроме того, между визитами они много общались через Интернет. У них уже было шестеро других внуков, а у семьи Россе был только Александр.

Нельзя было сказать, что она не любила Францию. Когда-то она даже мечтала о том, чтобы учиться здесь в школе и, возможно, работать. И естественно, она никогда не планировала выходить замуж за француза, но любовь все расставила на свои места, и вот она уже более десяти лет живет во Франции. Первые годы их совместной жизни были действительно замечательными.

«Что заставляло его каждый раз рисковать своей жизнью?» – в сотый раз она задавала себе этот вопрос. Он называл это – бросать вызов своему страху. Взбираться по горам, используя лишь тонкие веревки и специальные приспособления, приносящие наименьший вред скалам. Как будто им не все равно.

Жанна Мари всего лишь хотела иметь любящую семью и никогда не понимала его страсти. Она вспоминала их поездки по Европе, где местом их назначения всегда были какие-нибудь крутые скалы или горы. Несколько раз она пробовала подниматься вместе с ним – ей всегда было страшно, но она хотела быть рядом. Ее страх и неопытность раздражали его. Закончилось это все тем, что он перестал привлекать ее к этому занятию и поднимался всегда один.

Она посмотрела направо, на каланки – одно из любимых мест скалолазов. Захватывающий вид моря и побережья с этих скал делал их еще более популярными. Рассматривая причудливую игру света и тени на скалах, она подумала, что благодаря им у нее есть постоянный заработок, и она может все время быть рядом с сыном. Однако для Жанны Мари всегда оставалось загадкой, зачем все те, кто приезжают сюда покорять каланки, рискуют своими жизнями, ведь при падении их ждет неминуемая смерть.

Были и другие вещи, которые она не осознавала. Но сейчас ее свободное время иссякало, и надо было готовиться к приему гостей, которые должны были прибыть через несколько часов. В ее небольшой гостинице было заранее заказано семь номеров. Летом всегда было много постояльцев – комнаты редко оставались пустыми более одной ночи. Жанна Мари хорошо управлялась со своим маленьким бизнесом. Конечно, она не богата, но их семья не испытывает никаких материальных трудностей.

Она всегда заботилась о том, чтобы в номерах были живые цветы. Комнаты всегда были чистыми, готовые принять новых постояльцев, простыни свежими. Горькие воспоминаниями прошлого она отложила на потом, сейчас самое важное – это встреча новых гостей.

Два часа спустя Жанна Мари сидела на высоком стуле за стойкой в гостиной и оглядывала комнату. Для удобства гостей здесь были расставлены диванчики и стулья. Александр весело играл в лучах солнца возле одной из открытых французских дверей. Он мог долгое время играть со своими любимыми машинками и игрушечным грузовиком. Позже, когда заселился последний гость, Жанна Мари повела Александра в ванную. Солнце садилось, освещая западную сторону гостиницы и наполняя атмосферу солнечной теплотой. Жанна Мари не опускала занавески, притемнявшие широкую веранду, она хотела, чтобы первое впечатление гостей оказалось самым положительным – залитая лучами солнца гостиница выглядела действительно красиво. Лучи падали на полированные деревянные поверхности, на мраморный пол, где не было ни крупинки песка, который был ее проклятием. Удобная мебель располагала путешественников к тому, чтобы присесть и отдохнуть. Высокие стулья на передней веранде привлекали возможностью наблюдать красивый закат и вид искрящегося моря.

Она услышала звук подъехавшей машины и выжидательно посмотрела на вход. В списке гостей остался всего один человек – одинокий мужчина. Сегодня оставалось вселить одного гостя, и она могла быть свободна все оставшееся время.

Она ждала, наблюдая сквозь одну из французских дверей. Некоторые из них были открыты, чтобы вечерний морской бриз проникал в комнаты. Она услышала, как хлопнула дверца машины, звук шагов по гравию на стоянке перед гостиницей. Он оказался в поле зрения, но вместо того, чтобы войти внутрь, прошел на веранду, рассматривая море и горы, находившиеся справа.

Стойка, где находилась Жанна Мари, была сбоку, и с веранды ее не было видно, зато она могла прекрасно рассмотреть мужчину. Он держал себя чересчур самоуверенно, что сразу насторожило ее. Большинство французских мужчин слишком высокомерны. Хотелось верить, что на это у него есть причины. Он был высокого роста, широкоплечий и длинноногий. В его темных волосах играли лучи заходящего солнца. Они были коротко острижены, но все равно было заметно, что они слегка вьются. Она подумала о том, что, скорее всего, родители его обожали, и он так и вырос баловнем судьбы.

Она пересмотрела всю информацию о нем. Нет ни жены, ни детей. «Был ли он женат? Или он был слишком занят собой, чтобы связывать с кем-то свою жизнь?» – подумала Жанна Мари. Со своей укромной позиции она могла наблюдать за ним незамеченной сколько угодно долго, ведь он не видел ее.

Сумка, которую он держал, была небольшой. Он снял номер на неделю. Когда она увидела, что он рассматривает утесы вдоль моря, то сразу поняла, что он приехал покорять их. Она представила его на подъеме, его сильные ноги и подготовленное тело, с легкостью преодолевающее метр за метром отвесной скалы, сильные пальцы цепко хватаются за ничтожно маленькие расщелины, тело вытягивается, чтобы найти следующую опору.

Она открыла карточку прибытия, положила ручку и стала ждать. К своему удивлению, ей не хотелось отводить от него взгляд. Его широкие плечи, сильные руки выдавали его принадлежность к тем, кто бросает вызов не прощающим ошибок скалам. Когда он повернулся, чтобы войти внутрь, она увидела его плотно сомкнутые губы и мужественный подбородок. Входя, он осмотрелся, бросив на несколько секунд хмурый взгляд на ее сына, и увидел ее.

Мужчина пересек гостиную уверенной походкой, дававшей понять, что он тот, кто привык быть хозяином своей жизни. Он посмотрел на нее оценивающим взглядом, и она впервые за несколько лет почувствовала себя женщиной. Она пожалела о том, что у нее не было времени причесать волосы и подкрасить губы. Жанна Мари наблюдала за его приближением и ругала себя. Сердце ускорило темп, и это действительно удивило ее. Он был всего лишь гостем, но очень симпатичным, и любопытство возрастало с каждой секундой. «Интересно, чем он занимается?» – подумала она. С такой внешностью он мог бы быть актером или моделью, хотя больше было похоже на то, что его внешность не так для него важна, чтобы зарабатывать на ней.

– Бонжур, – поприветствовал он ее.

– Месье Соммер? – спросила она, стараясь не обращать внимания на его сильную грудь, глубокий голос и некоторую атмосферу отчужденности, витающую вокруг него.

Когда их глаза встретились, она поняла, что он что-то скрывает, и заинтересовалась. «Кто он?» – возник у нее вопрос. Теперь она хотела узнать о нем больше.

– Моя комната свободна? – спросил он. Его голос был низким и мелодичным.

Она не могла отделаться от желания слышать этот голос рядом с собой по ночам, рассказывающий секреты и говорящий о любви.

– Конечно. – Жанна Мари протянула ему для подписи карту прибытия и почувствовала необычное волнение.

Она не была из рода мечтательниц, но тогда откуда это? Она ощутила запах его туалетной воды, и это вызвало порыв бесконтрольного желания. Она слишком долго была одна, вот и все. Пытаясь скрыть свои чувства, она смотрела, как его рука округлыми буквами писала имя. Его почерк был необычен, что еще больше притягивало. Судя по его одежде можно было предположить, что он бизнесмен, а по тому, что он много путешествовал, – он искатель приключений. Любопытство все более возрастало, несмотря на все ее попытки избавиться от него. Обычно она мало интересовалась своими гостями, но этот мужчина заинтриговал Жанну Мари помимо ее воли.

– Может быть, вы посоветуете хорошее местечко, где можно поужинать? – поинтересовался он, кладя ручку на стол.

– «Черный кот», – сказал Александр, подойдя к мужчине. – Привет, я Александр. Я здесь живу.

Рядом с ним ее сын выглядел таким маленьким. Ему было пять, и мальчик рос очень быстро, но ему было еще очень далеко до Мэттью Соммера, да и станет ли он когда-нибудь таким же высоким.

Мэттью несколько секунд смотрел на Александра сверху вниз перед тем, как спросить:

– Это действительно хорошее место?

Александр улыбнулся и утвердительно кивнул:

– Если мы хотим куда-нибудь сходить, мы всегда посещаем «Черного кота». Это мамин любимый ресторан.

– Тогда, должно быть, он действительно хорош. Женщины лучше нас разбираются в этом, – серьезно ответил месье Соммер.

Александр просиял. Жанна Мари была благодарна Мэттью за то, что он серьезно воспринял ее сына. Александру не хватало общения с мужчиной. Она хотела, чтобы ее брат Том жил неподалеку. Или отец. Или ее двоюродные братья. У Александра конечно же был дедушка, но он был намного старше его, и иногда ему было сложно долгое время развлекать мальчика.

Мэттью посмотрел на нее:

– Так значит, ваш любимый?

– Да, превосходная кухня, и недорого. Возможно, вы также захотите посетить местечко, находящееся неподалеку, где открывается замечательный вид на горы. Я полагаю, вы приехали сюда ради занятий альпинизмом? – Она старалась произнести это нейтральным тоном, но все-таки в голосе читались нотки заинтересованности.

– Да. Я слышал, что скалы здесь сложны для подъема, а природа просто замечательна. – Его взгляд задержался на несколько секунд на ее лице, он изучал его, немного склонив голову набок. – Что-то еще?

– Просто будьте осторожны.

– Мой папа погиб, упав со скалы. – Александр всего лишь хотел поддержать разговор, и Жанна Мари пожалела, что вообще заговорила об этом.

– Это было давно, Александр. Я думаю, месье Сом мер будет очень аккуратен. Ты помнишь – мы не рассказываем гостям наши семейные проблемы, – мягко сказала Жанна Мари Александру.

Мэттью посмотрел на Жанну Мари, потом на Александра. Хотела бы она знать, о чем он подумал.

– Ваша комната номер шесть. Это угловая комната, с видом на горы. – Жанна Мари подала ему ключи и жестом указала на широкую лестницу, построенную вдоль стены: – Наверх и налево.

– Спасибо. – Он с легкостью поднял свою сумку и вскоре скрылся из вида.

Жанна Мари с облегчением вздохнула. Встреча с новым гостем всколыхнула в ней вереницу разнообразных чувств. Она предпочитала в качестве гостей семьи с маленькими детьми, но не одиноких сексуальных мужчин, которые уверены в том, что могут покорить весь мир. И особенно если всего один взгляд на него мог нарушить ее душевное равновесие. Она слишком долго была одна.

Она еще раз перечитала его карту прибытия, как будто его имя и адрес могли дать ей какую-то дополнительную информацию. Минуту спустя, огорченно вздохнув, она отложила ее и постаралась выкинуть своего нового гостя из головы.

Скоро приедет Рене, студент, который работает у нее по вечерам. Она передаст ему всю информацию о новых гостях и сможет быть свободна весь оставшийся вечер и побыть с Александром. Пока Жанна Мари ждала его, ее мысли снова вернулись к Мэттью Соммеру. На вид ему было около тридцати пяти. В таком возрасте у него должна быть жена, возможно, она просто не разделяет его любви к скалолазанию. Жанна Мари могла это понять. Но когда Филипп путешествовал, покоряя вершины, она всегда была рядом, устраивалась в какой-нибудь деревне в горах или городке, чтобы быть рядом с ним, когда он не был занят альпинизмом. И все-таки, есть ли у очаровательного француза жена или он путешествует один?

Мэтт Соммер осмотрелся, войдя в комнату, и бросил сумку на кровать. Комната была просторная, с высокими потолками, широкими окнами и отличным видом из окна. На комоде стояли свежие цветы. Он обратил на них внимание, однако подумал, что хозяйка гостиницы могла бы не тратить на них свое время. Для него комната – это всего лишь место для сна.

Он пересек комнату и посмотрел из окна на горы, которые собирался покорить. Его друг Поль посоветовал ему эти места, но сам решил расположиться в Марселе. Это означало постоянные ночные вечеринки и не очень располагало к подъемам по утрам. Человек, противостоящий природе, которая не терпит ошибок и требует постоянного внимания, должен быть сосредоточен и собран. Он приехал сюда, чтобы отдохнуть, забыть о прошлом, хоть ненадолго, но освободиться от всего того, что его беспокоило.

Мэтт понимал, что всегда должен быть осторожен при подъеме. Но если что-то случится, так и должно было произойти. Он это заслуживает.

Он снял номер в этом тихом городке на неделю и планировал совершить несколько подъемов с Полом или без него. Целую неделю он будет предоставлен сам себе. Никто из его семьи не знал, где он, личный помощник получил четкие указания беспокоить его только в случае крайней необходимости.

Довольно долгим взглядом он изучал скалистые утесы, потом обернулся, чтобы внимательнее изучить комнату, в которой будет жить следующие несколько дней. Чистота и порядок были первыми словами, которые приходили на ум при осмотре. Кровать была застелена белым мягким пледом. Тонкий тюль слегка колыхался от проникавшего в комнату морского бриза. Он мог оставлять окно открытым на всю ночь, чтобы слышать мягкое шуршание волн. Солнце светило в окно, и, если бы оно было закрыто, в комнате стало бы жарко – хозяйка гостиницы, несомненно, знала об этом и обо всем позаботилась. На стенах висели картины, у окна стояло два стула. Он присел на один из них, посмотрел на кровать. Он подумал о том, что Марабелль бы здесь понравилось. Однако прервал свои размышления о ней, ее больше нет, и он больше не будет думать об этом. Но Мэтт знал, что она нашла бы это место замечательным, ведь ей всегда нравилось море.

Он поспешно встал, быстро разложил одежду в шкафу, стоящем у стены. Теперь самое время исследовать небольшой городок и, возможно, разузнать про излюбленные места альпинистов. Городок располагался в небольшой бухте и на первый взгляд показался очень самобытным. Изначально он был маленькой рыбацкой деревенькой и не так давно открылся для туристов, поэтому все еще хранил на себе печать тех времен. В главной части города располагалась пристань.

Здание гостиницы оказалось старше, чем ему показалось на первый взгляд. «Как молодая вдова стала ее хозяйкой?» – подумал он. Жанна Мари была довольно мила и дружелюбна, какой, пожалуй, и подобало ей быть. Мадам Россе выглядела очень молодой для вдовы. Не то чтобы для этого существовал какой-то особый возраст, но все-таки. Ее сын очень милый мальчик. Понимает ли она, как ей повезло. Он бы все отдал за то, чтобы его сын был жив.

Сын и жена Мэтта погибли в автокатастрофе. Марабелль была за рулем, а должен был быть Мэтт. Он подавил в себе приступ раздражения. Ничто никогда не облегчит боль потери. Его семья была рядом, но никто из них не мог себе даже представить того, что чувствовал он. Потеря, от которой сердце разрывается на мельчайшие осколки и никогда не заживает.

«Та женщина внизу может это понять. В какой-то степени. Как она с этим справляется? Помогала ли ей семья, когда погиб муж? Или она хотела, чтобы все ушли и оставили ее наедине с горем?» – подумал Мэтт.

Марабелль была красива, любовь пришла очень быстро и закончилась еще быстрее, мгновенно. Он приехал сюда вспомнить то, что раньше ему нравилось и, возможно, поможет забыть произошедшее, хотя бы на несколько часов в день.

– Скоро ужин. – Жанна Мари позвала Александра.

– Я не хочу есть, – ответил он, играя недалеко от края воды.

Она посмотрела на его маленькие следы на мокром песке и улыбнулась. Когда-нибудь он станет выше ее, и его следы также станут намного больше, чем сейчас.

Она подошла к нему и потрепала его волосы.

– Очень плохо. Нам быстро надо покушать, или ты будешь доедать свой десерт уже в пижаме.

Александр рассмеялся:

– Можно мы сегодня поужинаем в «Черном коте»?

– Я думала приготовить сегодня на ужин салат и суп.

Жанна Мари собрала полотенца, из соображений скромности надела накидку на купальный костюм. Об обуви они не беспокоились, перед тем как войти в дом, они на пороге стряхнут с ног весь песок.

– Пожалуйста, мам. Сегодня особенный день. Гостиница полна посетителей, а ты всегда говоришь, что это хорошо.

– Да, это хорошо, поэтому, я думаю, мы действительно можем сходить поужинать в «Черного кота», только перед этим ты должен умыться и переодеться.

Александр даже не знает о том, что сегодня годовщина смерти его отца. Жанна Мари с грустью подумала о том, что мальчик очень мало помнит его, а Филипп так его любил.

Вскрикнув от радости, мальчик побежал к гостинице. Жанна Мари последовала за ним, давая ему возможность опередить ее. Они взбежали на веранду, и Александр прямиком направился в свою комнату. Мальчик был так рад – Жанне Мари хотелось баловать его почаще. Она кивнула Рене за стойкой.

– Все хорошо? – спросила она.

– Как всегда.

Рене любил читать, и в руках у него обычно была какая-нибудь книга.

– Мы решили сегодня поужинать не дома.

Он кивнул и продолжил чтение.

Когда Александр умылся и надел чистую одежду, а Жанна Мари приняла душ, было около семи часов вечера. Большинство жителей городка не ужинали так рано, но Жанна Мари укладывала Александра спать в восемь, поэтому ранний ужин был их нормой. Они шли в центр города, наслаждаясь прекрасным теплым вечером. Была середина мая, но уже можно было купаться и загорать, что с удовольствием делали туристы. Все свободные номера в гостиницах будут заняты до конца месяца. Их городок будет полон людей и превратится в оживленный туристический центр, так как количество жителей существенно возрастет из-за приехавших отовсюду искателей тихого отдыха.

Они подошли к кафе, он не успела Жанна Мари дотронуться до ручки двери, как Александр вскрикнул:

– Здесь один из наших гостей!

Она осмотрелась и увидела Мэттью Соммера немного позади них. У нее опять сбилось дыхание при виде его. Он без сомнения шел именно сюда. Жанна Мари улыбнулась, потянув дверь на себя, – он последовал совету Александра.

Мэтт догнал их, придержал дверь и жестом пригласил их пройти в кафе.

– Я решил последовать вашему совету и посетить это место, – проговорил он, когда они вошли внутрь.

После яркого солнца ее глазам потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к искусственному свету. Она кивнула и взяла Александра за руку.

– Я думаю, вам понравится.

– Вы будете кушать с нами? – спросил Александр.

– Нет, – быстро ответила Жанна Мари, но тут же поняла, что это прозвучало достаточно грубо, и, улыбнувшись Мэтту, добавила: – Я думаю, месье Соммеру будет неинтересно обедать за одним столом с маленьким пятилетним мальчиком.

Он слегка кивнул и ответил:

– Я тоже не лучшая компания для ужина.

Жанна Мари кивнула в ответ, повернулась и поздоровалась с официантом.

– Только вы и Александр? – спросил он.

– Да, – ответила она и, еще раз взглянув на Мэтта, сказала: – Приятного аппетита.

Она не расстроилась из-за того, что он не захотел составить им компанию. Она старалась не иметь близких отношений со своими гостями. Да и бизнесмену, который приехал сюда для занятий альпинизмом, будет совершенно неинтересна болтовня пятилетнего мальчика. Однако где-то в глубине души она, скорее всего, все же хотела, чтобы он, не обращая внимания на ее слова, согласился с ними поужинать.

Она и Александр заняли одно из лучших мест в патио. Кафе было почти пустым. Только два других отдаленных столика были заняты, Жанна Мари даже не слышала, как за ними разговаривали. Она открыла меню, чтобы просмотреть его, хотя уже заранее знала, что будет заказывать для себя и Александра.

Мэттью сидел за столиком неподалеку. Просматривая меню, она старалась не смотреть на него. К счастью, он сидел к ней спиной, и она не видела, куда он смотрит. Но время от времени она не могла удержаться от того, чтобы не бросить на него беглый взгляд. «Что в нем есть такого, что так меня привлекает?» – подумала она. Он не казался особенно дружелюбным. Своим поведением он словно говорил всем окружающим о том, чтобы они держались от него подальше. Внешне он был привлекателен, но казался надменным. Она еще не знала, нравится он ей или нет, но Мэтт, без сомнения, заинтересовал ее.

– Я буду курицу, – сказал Александр.

– Как обычно. А я съем кусочек пирога.

– Как обычно, – произнес он ее голосом и заулыбался.

Жанна Мари закрыла меню и положила его на стол. Она посмотрела на Мэтта – он все еще продолжал просматривать меню. С долей сожаления она подумала о том, что хотела бы, чтобы он присоединился к ним. Возможно, за ужином она узнала бы о нем что-то еще и поняла, что они совершенно разные люди, и тогда этот обманчивый интерес прошел бы сам собой.

Если бы они ужинали вместе, она бы молчала, как стеснительный подросток. Скорее всего, ему все-таки скучно ужинать одному. Она даже хотела пригласить его, однако потом решила, что пусть все останется как есть.

Когда заказ был принят, Александр достал свои машинки и начал играть с ними на столе. Пока Александр был занят машинками, Жанна Мари смотрела на Мэтта. После того как официант принял его заказ, Мэтт начал просматривать брошюры, которые принес с собой. Похоже, это были брошюры из ее гостиницы. Одна была рекламным проспектом, завлекающим туристов за покупками в местные магазины, вторая была путеводителем по каланкам, а третья – о спортивном магазине, предлагающем различные товары для альпинистов.

Александр посмотрел на маму и спросил:

– Я смогу брать свои машинки с собой в школу, ведь я пойду туда первый раз в сентябре?

– Скорее всего, нет. Все твое внимание должно быть направлено на занятия.

Теперь она должна была уделить все свое внимание сыну, а не смотреть на мужчину за соседним столиком.

Когда принесли еду, Жанна Мари помогала Александру справиться с его порцией. Она не заметила, когда принесли заказ Мэтта и что он закончил ужинать в то же самое время, что и они.

В кафе было все так же малолюдно.

За ужином Мэтт не спешил – еда была превосходная. Он слышал разговор между хозяйкой гостиницы и ее сыном. Их смех напомнил ему о тех временах, когда он ужинал вместе со своей семьей. Его сыну было бы сейчас семь. Боль опять железными тисками сжала ему сердце. Сын, которого он обожал без памяти, лежал сейчас рядом с его женой в семейной могиле. Он посмотрел перед собой, пытаясь отогнать прочь воспоминания. Марабелль бранила мальчика, когда он вел себя слишком шумно. Теперь он бы позволил ему делать все, что ему захотелось, ведь он так мало пожил на этом свете. Сыну мадам Россе сейчас столько же, сколько было его сыну, когда пьяный водитель грузовика врезался в их седан и убил жену и сына. Он думал о том, что, если бы он был за рулем, он, возможно, среагировал бы быстрее и смог избежать столкновения. Или лучше бы умер вместе с ними, а не остался жить со всей этой горечью, лежащей тяжелым камнем на сердце.

Он хотел сказать Жанне Мари, чтобы она берегла и баловала своего сына. Чего теперь не будет у него. Он держал боль внутри себя, а для окружающего мира была видна лишь маска, скрывающая неотступную горечь, которая находилась внутри. Он постоянно слышал одну и ту же фразу – время лечит. Ему все врали. Эта рана в его сердце никогда не заживет.

Только во время подъема он ненадолго забывал обо всем. Напряженная сосредоточенность была необходима для покорения вертикальных стен скал. А усталость после него давала гарантию того, что он проспит до утра без ночных кошмаров.

Он надеялся на то, что не сделал ошибку, выбрав эту гостиницу, ведь Мэтт не ожидал увидеть здесь молодую, симпатичную хозяйку и мальчика.

Пока он ел, он думал о женщине, сидящей позади него. Ее муж умер, упав со скалы. Но она успешно управляется с гостиницей. Она была ему интересна. Его братья были бы рады узнать о том, что он заинтересовался и думает о чем-то другом, помимо своего прошлого. Его дядя сказал бы, что это шаг вперед. Его тетя даже надеялась бы на что-то. Но Мэтт как-то не особенно представлял, во что это может вылиться, кроме как в обычное общение в течение последующей недели.

Альпинизм – опасный вид спорта. Он хорошо это знал. Любой смельчак, потеряв на секунду самообладание, мог погибнуть или покалечиться, но это не останавливало его. Покорить отвесную скалу, преодолеть все трудности и достигнуть вершины – это многого стоит. Ни с чем не сравнимый восторг, когда ты покоряешь вершину, которая выше предыдущей. Человек, противостоит природе, и иногда природа побеждает, потому что человек заходит слишком далеко в своем безудержном стремлении. Альпинизм помогал Мэтту ненадолго отвлечься от мыслей о его потере.

Он не завидовал мадам Россе. Она растит своего сына одна. У Марабелль большая семья, которая помогла бы ей справиться с потерей, если бы с ним что-то случилось. Семья Мэтта пыталась ему помочь, но он отказался от их помощи. Ему было легче пережить все это самостоятельно. Это был его личный ад, но теперь он уже вырвался оттуда.

Мэтт услышал шум позади и понял, что их ужин окончен и счет уже оплачен. Секунду спустя он неожиданно почувствовал, что мальчик подошел к нему сзади, встал рядом и спросил, улыбаясь:

– Вам понравился ужин? Ведь правда это хорошее место?

Улыбка мальчика отогнала плохие мысли, и Мэтт кивнул:

– Да, здесь действительно хорошо.

Мальчик заулыбался еще шире:

– Мне тоже здесь очень нравится.

– Иди сюда, Александр, – позвала его Жанна Мари.

Выйдя из кафе несколько минут спустя, Мэтт увидел Жанну Мари и ее сына, идущих по пляжу. Они сняли обувь и, по-видимому, решили вернуться домой вдоль моря.

Он давно не гулял по пляжу и продолжал смотреть на них, пока кто-то не вышел из кафе, смеясь, и он не обнаружил, что стоит прямо перед выходом. Поддавшись какому-то неожиданному порыву, он спустился к пляжу и тоже пошел вдоль воды.

Мальчик бегал у края моря, почти забегая в воду и отскакивая, когда катящаяся волна хотела до него достать. Он беззаботно смеялся. «Когда я в последний раз чувствовал себя таким же беззаботным? Смогу ли я снова быть таким?» – задумался Мэтт.

Глава 2

Утром Жанна Мари поставила кофе на столик перед пожилой парой из Нанта, но они, изучая утренние газеты, даже не взглянули на нее. Она осмотрела столовую и была довольна тем, что ее гостям нравится завтрак, который она для них приготовила. Три семьи также попросили сделать им завтраки, которые они возьмут с собой. Многим из них нравились морские прогулки, и они не хотели перекусывать где-то в городе.

Пробежав в голове список гостей, она поняла, что Мэттью Соммер еще не спустился. Или он ушел раньше всех, пока все спали, а она готовила на кухне завтрак? Она посмотрела на часы – было почти девять. Он уже должен был проснуться.

Спросив, не желает ли кто-нибудь еще что-то, она отправилась на кухню делать уборку. Александр сидел за небольшим столиком, сделанным специально для него. Он опять играл со своими машинками и был полностью поглощен игрой. Иногда Жанне Мари тоже хотелось быть маленькой, не думать о будущем, быть по-детски счастливой и окруженной любовью своих родителей. Ее родители были преподавателями в университете в Беркли, штат Калифорния. Теперь она немного скучала по суете студенческого городка.

Она скучала по родителям все больше и больше, но не давала им понять этого, когда они созванивались. Написать письмо по электронной почте было легче, можно было подобрать нужные слова. Ей нравилось жить в Сент-Барт. Когда-нибудь она и Александр поедут в Калифорнию на каникулы, но пока ее родителям было легче приехать к ним в гости во Францию, чем везти маленького Александра так далеко.

Она любила Францию. Как любила память о Филиппе. Эта гостиница досталась ему после смерти его дедушки. Она соединяла их, и именно поэтому она не могла отсюда уехать. Иногда она мечтала о том, какой бы могла быть их жизнь, если бы он не погиб. Но, видно, не судьба, и в последнее время эти мысли приходили на ум все реже и реже.

Сейчас, после завтрака, ей нужно было перемыть всю посуду и подготовить все для завтрака к следующему утру. Она сама пекла хлеб и булочки. Ей нравилось готовить различные пироги, а для тех, кто хотел завтрак на английский манер, она готовила различные суфле и выпечку.

После того как Жанна Мари вымыла всю посуду, ее мысли опять сосредоточились на Мэттью Соммере. Она хотела знать, что он делал вчера вечером, после того, как вернулся из кафе. Он прошел прямиком в свою комнату. В ее гостинице не было телевизоров и радиоприемников, но была небольшая библиотека, состоящая в основном из романов и детективов. Но она не могла представить месье Соммера за чтением книги. Было в нем что-то особенное, какая-то внутренняя энергия, которая требовала постоянных физических нагрузок, а не спокойного размеренного чтения.

Может быть, он с самого утра отправился покорять утесы? А может, заболел и все еще в кровати? Может быть, ей подняться проверить номер шесть. Так, на всякий случай, думала Жанна Мари.

Она знала, что это глупо. Но если он уже ушел, то даже и не узнает, что она проверяла.

В десять часов Жанна Мари подошла к стойке, чтобы проверить кое-какие счета. Александр играл на веранде, прямо перед открытой французской дверью. Погода была хорошая: нежный бриз дул со стороны моря, солнце еще не достигло зенита, поэтому было не жарко. Она сразу же заметила конверт и узнала почерк на нем. Если бы она увидела его раньше, то необходимость проверять комнату шесть отпала бы сама собой. Жанна Мари вынула лист бумаги, почувствовав некоторое волнение, и быстро прочла короткое послание: «С утра ушел в горы. Не вернусь до темноты, решил начать с одного из самых сложных подъемов на Ле-Кассе-Ку».

Она покачала головой и опять сложила листок. Возможно, напрасно он решил начать с самого сложного. Хорошо, что у него хватило смекалки указать точное место, где надо будет искать, если он не вернется. Она вздрогнула при мысли о том, что может случиться с одиноким альпинистом. Там должен быть кто-то еще. Возможно, он объединится с кем-нибудь, какими-нибудь такими же одинокими скалолазами, которые во время подъема будут присматривать друг за другом и помогут, если что-то пойдет не так.

Ее гости приходили и уходили в течение дня. К вечеру она заволновалась, а когда опустились сумерки, она не находила себе места. Мэттью Соммер все не возвращался. Она приготовила ужин для себя и сына и попросила Рене сообщить ей, если Мэттью вернется. Во время еды она не могла думать ни о чем другом, беспокойство росло. Он уже должен был вернуться. А если он сорвался? Что она будет делать, если придут полицейские, сообщат о его смерти и попросят отдать его вещи? Ситуация показалась ей знакомой.

У нее постоянно останавливались альпинисты, но она лично никогда ни о ком так не переживала. Ей даже стало смешно. С ним все в порядке, почему она так за него волнуется. Но все равно беспокойство не покидало ее.

– Парень за стойкой сказал, что вы хотели меня видеть. – Мэтт стоял возле входа в кухню.

Жанна Мари взглянула на него и задержала дыхание. Он выглядел уставшим и заметно загорел. Одежда была грязной и потертой. На щеке был небольшой порез, который кровоточил, волосы были серыми от пыли. Он смотрел ей прямо в глаза, настороженно и сосредоточенно.

Она почувствовала, как слегка забилось сердце. Она изводила себя весь вечер зря.

– Я просто хотела удостовериться, что вы вернулись. Что не надо вызывать поисковую группу, – ответила она тихо.

– Привет, – сказал Александр и заулыбался. – Вам нужно принять ванну. А потом вы не хотите прогуляться со мной по пляжу?

Просящий тон Александра чуть не разбил Жанне Мари сердце. Он редко просил что-то у гостей. Она бы хотела, чтобы у нее был хороший знакомый мужчина, который будет примером для ее сына. Ведь он видится с дедушкой так редко.

– Нет, дорогой, месье Соммер устал и голоден.

– Да, ужин бы не помешал.

Она кивнула:

– Вы сегодня где-нибудь перекусили? – Она знала, подъем отнимает много энергии.

– Я позавтракал в кафе, и там мне сделали бутерброды с собой, которые я съел, сидя на небольшом выступе, вид с которого был просто замечательным. По-моему, я больше хочу пить, чем есть.

Она быстро поднялась и отправилась за стаканом воды, успокоенная, что с ним все в порядке. Когда она подавала ему стакан, его пальцы дотронулись до ее руки, и по ее телу словно пробежала волна. Она отступила, желая, чтобы его не было в ее кухне, в ее гостинице. Он разбудил в ней чувства и ощущения, которым не следовало просыпаться. Она не любила каких-то личных отношений со своими гостями. Он преступил эту черту уже тем, что зашел на кухню. Рене мог ее предупредить.

– Вы можете поужинать со мной. Мама хорошо готовит, – сказал Александр.

Мэтт посмотрел на Жанну Мари вопросительно, вскинув одну бровь.

Она хотела сказать, что в ее гостинице еда предоставляется два раза в день и никто не ест на хозяйской половине, для этого есть столовая, но ангельское выражение личика Александра свело ее решимость на нет. Ведь он просил не много. Как она могла отказать?

– Не надо беспокоиться, я поужинаю где-нибудь в городе, – сказал Мэтт и поставил стакан на стол.

– Вы можете принять душ, пока я тут все приготовлю. У нас есть тушеное мясо, я подогрею его для вас. Все будет готово через двадцать минут.

Мяса она приготовила достаточно, она планировала, что они с Александром будут есть его несколько дней, но что не сделаешь ради радости сына.

– Хорошо, я буду через двадцать минут. – И он вышел, не сказав больше ни слова.

Жанна Мари выдохнула с облегчением. Она подошла к плите, подогрела мясо. Также у нее был хлеб, который она испекла утром, и салат.

Пока он будет есть, она предупредит его о том, что она не кормит гостей ужином и сегодняшний ужин в ее части дома – это исключение. Ведь он просто гость, а гость понятие непостоянное – они приезжают и уезжают.

Однако она все же чувствовала себя взволнованной. Личное общение, конечно, важно, если ты хозяйка гостиницы и особенно если хочешь обзавестись постоянными клиентами, но, по ее мнению, в это не входил общий ужин на ее половине дома. И особенно с тем, кто, как ей показалось, может без особых усилий перевернуть ее жизнь.

Когда пришел Мэтт, Жанна Мари и Александр уже закончили ужинать. Его волосы были еще мокрыми, порез на щеке заклеен прозрачным пластырем. Конечно же он знал, что может поцарапаться, и был готов к этому. Его щеки были слегка красными – сгорели на солнце. Но он все равно выглядел очень сильным и здоровым. Жанна Мари не питала каких-то особенных иллюзий по поводу своих гостей. Надо положить конец всему этому в самом начале, пока еще ничего не произошло.

– Я могу накрыть вам на веранде, там можно полюбоваться на море, – предложила она в попытке выпроводить его со своей половины.

Взглянув на их пустые тарелки на маленьком столике, он ответил:

– Да, конечно, было бы хорошо.

– Я могу составить вам компанию, – вызвался Александр добровольцем и прижал к груди две машинки.

Когда она несла тарелку и приборы, она надеялась на то, чтобы никто из ее гостей тоже не попросил ужин. Она и так много работала, и на ужин у нее уже не хватит сил.

Жанна Мари поставила тарелку на один из стеклянных столиков на веранде. Шторы, защищающие от солнца, были заранее опущены, чтобы здесь было не жарко. Она подняла одну из них для лучшего обзора, при этом оставив опущенной ту, которая защищала то место, где стоял столик.

– Принесу вам что-нибудь попить, – сказала, снова спеша на кухню. Обычно она не оставляла Александра наедине с гостями, когда они ели, но несколько минут, пока она сходит на кухню, не повредят.

Она принесла кувшин воды и высокий стакан. Жанна Мари вспомнила, сколько воды всегда пил Филипп, вернувшись после подъема, как будто умирал от жажды.

– Вам еще что-нибудь нужно? – спросила она.

– Нет, все отлично, – ответил Мэтт, когда она ставила на стол кувшин с водой, – много воды – это очень хорошо.

– Я знаю.

Она робко присела на соседний стул, смотря на море в золотистых отблесках заходящего солнца. Скоро станет темно. Она уложит Александра и останется наедине со своими мыслями. Она не знала, нужно ли ей идти на кухню. Возможно, это выглядело бы грубо? «Может, он хочет остаться один или я все же должна вести себя как хозяйка?» – подумала Жанна Мари.

– Вы сегодня целый день провели на скалах.

– Я действительно сегодня рано встал, потом я много времени провел наверху, любуясь ошеломляющим видом. Теперь понятно, почему все рекомендуют эти места.

В его голосе не было того энтузиазма, который она обычно слышала от других альпинистов. Он молчал.

– Эти утесы настолько знамениты, что правительство задумалось над их сохранением и защитой. Планируют либо закрыть их для альпинистов и туристов вообще, либо сократить количество людей, имеющих к ним доступ.

Она взглянула на него. Похоже, еда ему нравилась. По-другому и быть не могло, ведь она вкусно готовит. Но после смерти мужа ее перестало это привлекать. Сперва она даже никого не принимала. Она хотела, чтобы никто не видел ее горя. Несколько первых месяцев после его смерти она занималась переездом из своей марсельской квартиры в этот дом. Потом училась тому, как следует содержать гостиницу.

– Я видел мусор, пока поднимался, и он был даже на вершине, – сказал Мэтт. – Люди могут быть беспечны и легкомысленны. Именно таких не следует подпускать к горам.

Она кивнула:

– Но как это сделать? Устраивать им тест на беспечность?

Он пожал плечами:

– Получается, что за поступки нескольких человек накажут всех.

– Если вы уже справились с ужином, есть еще мороженое, – сказал Александр, подойдя к столу и наблюдая за тем, как Мэтт ест.

– Ужин и так превосходный, – весело ответил он.

– Я помогал маме печь хлеб, – произнес мальчик с гордостью. – Она разрешила мне взбить тесто.

– Ты отлично справился.

Александр улыбался и смотрел на Мэтта с нескрываемым восторгом.

– Вы сегодня поднимались на гору?

– На скалу, а не на гору, – ответил Мэтт.

– Мой папа поднимался и на горы. Я тоже хочу, когда вырасту. Я поднимусь на самую высокую гору и увижу все!

– Да, вид с вершины не может сравниться ни с чем, – согласился с ним Мэтт.

– Можно подняться с вами? Давайте поднимемся на гору.

– Я не разрешаю. Александр, не надоедай нашему гостю, – сказала Жанна Мари строго. Ей не нравилось, когда Александр говорил о подъемах и альпинизме. Его дедушка часто рассказывает ему о тех временах, когда они вместе с Филиппом занимались скалолазанием. Ей не нравились его мысли, но, с другой стороны, она понимала, что, когда он вырастет, он будет решать все сам. Если у него будет такое же хобби, как у его отца, она надеялась, что это не закончится тем же. Она боялась даже думать об этом.

– Все хорошо, он мне не надоедает. На самом деле, когда мой сын был одного с Александром возраста, я устроил ему несколько легких подъемов по утесам.

– Я тоже могу. Я большой. Мне уже пять. – Александр смотрел на Мэтта со смесью восторга и просьбы.

Жанна Мари почувствовала, как екнуло сердце. У него есть сын. Тут же пришло понимание, что он просто гость, а она хозяйка гостиницы.

Ей не понравился взгляд Александра. Он может подумать, что Мэтт герой, и начать подражать ему, а ведь Мэтт пробудет здесь всего шесть дней. Однажды, год назад или около того, Александр привязался к одному из гостей, который приехал сюда со своей женой и дочерью. Он проводил с ними много времени. А когда они уехали, грустил не одну неделю и не мог понять, почему они больше не вернулись.

– Александр, ты не хочешь мне помочь с десертом? – спросила Жанна Мари, быстро встав, немного сожалея о том, что она пытается отстранить сына от нового гостя. Она не хотела, чтобы Александр надоедал Мэтту, пока тот не скажет что-нибудь, что может обидеть ее сына. Хотя, если у него есть сын, он должен знать, как вести себя с детьми.

– Конечно. – Он положил машинки на стол и побежал на кухню.

Жанна Мари не хотела, чтобы Мэтт подумал что-то плохое. Теперь стало понятно, что он женат и у него есть сын. «Где сейчас его семья? Возможно, они остались дома, потому что он не хотел на них отвлекаться? Или они просто отдыхают отдельно?» – думала Жанна Мари по дороге на кухню. Она не могла этого понять, но некоторым парам нравится отдыхать врозь.

Мэтт посмотрел вслед уходящей Жанне Мари, последовавшей за своим сыном на кухню. Причем он подумал о ней как о Жанне Мари, а не как о мадам Россе.

Он знал то, что в гостинице не подают ужин, поэтому она могла отказать ему, но не стала. Завтра он проснется позже и закажет себе завтрак и обед с собой. Сделав глоток воды, он посмотрел на море и белый песок пляжа. Он не верил, что упомянул о своем сыне в простой беседе. И ничего не случилось, даже стало как-то легче. Он вспомнил, как его сын гордился тем, что они вместе с папой совершили восхождение. И как он потом хвастался Марабелль.

Он закончил свой ужин и откинулся на стуле. Первый раз за долгое время он чувствовал себя почти удовлетворенным. Мышцы приятно болели после подъема, да и мясо оказалось очень вкусным. И ему понравилось рассказывать об Этьене. Он не хотел забывать своего мальчика.

Зазвонил его мобильный телефон. Он посмотрел на номер и ответил.

– Привет, дружище. – Это был его друг Поль.

– Привет, что-то случилось? – спросил Мэтт. Он знал, в это время Поль был на одной из вечеринок. Он слышал музыку на заднем плане.

– Мы отлично проводим время. Тебе надо приехать. Здесь не так долго добираться. Со мной пара очаровательных девушек. Можем отдыхать хоть до утра.

За последний год Поль пытался построить отношения с несколькими женщинами. Он считал, что Мэтту также уже пора начать строить новые отношения. Поль никогда не был женат и, наверное, ничего не понимал в этом. Для горя ведь не существует временных рамок – когда оно должно забыться, когда прошлое должно исчезнуть из памяти и можно будет снова обзавестись семьей. Мэтт больше не представлял этого, один раз все потеряв, он не хотел пережить это еще раз. Страх перед потерей, неожиданной и ужасной, нельзя было просто так игнорировать.

– Вечеринка до утра, а с утра подъем? – спросил Мэтт. Да это чистое безумство, которое наверняка закончится плачевно.

– Мы ведь немного поспим перед подъемом. Я сегодня побил свой рекорд и на подъеме и на спуске.

Даже в альпинизме Поль словно соревновался с кем-то.

– Тебе понравился вид сверху? – спросил Мэтт.

– Да какой там вид? Вода внизу, перед лицом – скала. Завтра при подъеме я могу показать тебе, каких результатов я добился.

Жанна Мари и Александр вошли на веранду. На подносе было три тарелки, Александр торжественно нес три ложечки.

В другой раз Мэтт отказался бы от десерта, но не сегодня. Тем более это было хорошим предлогом окончить разговор.

– Выпейте там за меня. Сегодня меня не ждите, но я на связи. Встретимся на неделе и покорим какую-нибудь неприступную вершину.

– Ты многое упускаешь.

– Да, жаль, – ответил Мэтт, не веря своим словам.

Он закрыл телефон, когда Жанна Мари ставила перед ним на стол тарелку. Александр торжественно протянул ему ложку и сел на стул напротив. Жанна Мари пододвинула ему тарелочку поменьше. Она сидела справа от Мэтта, посматривая на него неуверенно, словно хотела удостовериться, что он не против их компании.

Яблочный десерт был очень вкусным, и ванильное мороженое было как нельзя кстати.

– Очень вкусно.

Даже его повар редко готовил такие вкусные десерты.

– Спасибо.

– Вам надо предложить гостям еще и ужины. Я думаю, им очень понравятся ваши блюда.

Она слегка улыбнулась и пожала плечами:

– Меня и так все устраивает. Для меня это будет чересчур.

– Почему?

– Вечера я стараюсь посвящать Александру. Ведь это не так просто – накормить пятнадцать человек, и это отнимает много времени. Я стараюсь готовить очень вкусные завтраки. Если вы попробуете, вы поймете.

– Я думаю завтра утром попробовать один. Но я проснусь очень рано.

– Я могу приготовить завтрак к шести тридцати, если меня предупредят заранее. Иногда посетители, занимающиеся дайвингом, или те, кто совершают морские прогулки, просыпаются очень рано. Я также готовлю им обед с собой.

– В шесть тридцать было бы хорошо.

Мэтт наслаждался десертом. Он посмотрел на Александра, который все тщательно выбрал ложечкой и облизал ее будто с надеждой, что будет еще. Он напомнил ему Этьена. Он почти улыбнулся, но, резко осознав, что это не его сын, почувствовал укол горечи в сердце. «Все маленькие мальчики так делают? Этьену бы понравился этот десерт», – подумал он.

Александр посмотрел на Мэтта, опуская ложку на тарелку, и спросил:

– Вы пойдете со мной на прогулку? Вы возьмете меня с собой на гору?

– Месье Соммер сегодня слишком устал, чтобы гулять с нами. И тем более гор у нас тут рядом нет, – сказала Жанна Мари.

Ночь была замечательная, тем более расстроенное лицо мальчика и то, с какой быстротой Жанна Мари попыталась его отговорить, склонили Мэтта к мысли о том, что надо согласиться. Он сам не знал, почему хотел побыть рядом с ними, но чем больше она хотела от него отделаться, тем больше ему хотелось остаться. В его комнате, в одиночестве, не было ничего, кроме воспоминаний, от которых он тщетно пытался избавиться.

– В конце концов, мне не восемьдесят лет. Хороший ужин подействовал благотворно, и теперь можно идти. Небольшая прогулка перед сном не помешает, – произнес он, глядя на нее.

– Ближе к утесам становится каменисто, – ответила она, посмотрев на каланки, теперь возвышавшиеся черной стеной в темноте.

Что в ней было такого, что ему хотелось, чтобы она была рядом? Обычно он не искал компании. Возможно, просто она заинтересовала его своей самодостаточностью или каким-то своим особенным мягким обаянием? Она не флиртовала с ним, не пыталась его заинтересовать собой. Не подбирала темы для разговора, чтобы вдруг не напомнить о том, что случилось. Но она, конечно, ничего не знала. Это существенно меняло дело.

Жанна Мари вымыла тарелки и поговорила с Рене перед тем, как вернуться на веранду. Мэтт слушал Александра, который рассказывал ему о своих машинках, о том, как он помогал печь хлеб, и том, что ему не надо больше спать днем, потому что он больше не ребенок, он пойдет осенью в школу. Он рассказал ему об отце, который покорил самую высокую вершину, и теперь он тоже так хочет.

Мэтт кивал мальчику, слушая его по-детски честную речь. Он был так похож на Этьена. Воспоминания становились все ярче. Он вспомнил, как они гуляли по винограднику и мальчик задавал ему бесчисленное количество вопросов, казалось миллионы вопросов. Как бы Мэтту хотелось ответить на них все.

– Ну что, прогуляемся? – спросила Жанна Мари, зайдя на веранду.

Когда Мэтт встал, Александр взял его за руку. Он был удивлен чувству, которое испытал при этом, он хотел защищать этого мальчика. Мэтт скучал по Этьену. Он был рядом с ним всего пять лет. Это очень короткий срок. Этьен должен был вырасти, жениться, у него была целая жизнь впереди. Но он ушел от него навсегда.

На несколько мгновений Мэтт забыл прошлое и просто шел рядом с мальчиком. Он вспоминал счастливые дни, проведенные рядом с сыном.

Прогулка проходила в молчании, не считая постоянной болтовни Александра. Казалось, он был способен болтать даже без какой-либо реакции на это взрослых. Мэтту не хотелось ничего говорить. С одной стороны – море, впереди – утесы. Тут и говорить-то особо было не о чем.

Жанна Мари посмотрела на Мэтта, она была смущена.

– Вы хорошо справляетесь. Наверное, потому что у вас есть свой сын. Он может говорить без остановки часами.

– Он ведь маленький, ему еще многому надо научиться. В его возрасте жизнь кажется очень простой.

Странно, но он наслаждался прогулкой. Едкая боль потери сына словно притупилась в обществе этого мальчика.

– Вы здесь выросли? – спросил Мэтт, когда Александр побежал вперед, изучать выкинутое на берег дерево.

Она покачала головой. В темноте было сложнее ее видеть. Скоро ориентиром для них станут лишь огни домов в городе, располагавшихся вдоль берега.

– Я родилась и выросла в Калифорнии. Мои родители преподаватели в университете в Беркли. Мы жили недалеко от студенческого городка. Я познакомилась с Филиппом, когда приехала во Францию по обмену на первом курсе. Я осталась здесь и окончила университет в Сорбонне. Когда мы поженились, мы жили в Марселе. Он был родом оттуда. Его родители до сих пор живут там.

– И вы не вернулись в Америку, решили остаться здесь?

– Эта гостиница осталась Филиппу после его дедушки. Когда дедушка был еще жив, здесь всем занимался управляющий. Но когда он не работал, мы проводили здесь много времени вместо него. Когда Филипп умер, я решила, что здесь мне будет лучше всего. Тем более, она позволяет мне зарабатывать деньги и проводить достаточное количество времени с сыном. А также его бабушка и дедушка живут неподалеку. Александр – это все, что у них осталось от их единственного сына.

– Очаровательная деревушка. Правда, очень тихая.

– Да, и именно это нам очень подходит.

Он хотел бы видеть ее лицо, но темнота не позволяла ничего увидеть.

– Чем вы занимаетесь по вечерам?

– Я люблю читать. Или работаю со счетами, если не успеваю все сделать в течение дня. У меня есть компьютер, и я часто переписываюсь с друзьями и родными. Ну и конечно, у меня есть Александр.

– Он не похож на болтуна, по крайней мере, до сегодняшнего вечера. Однако это вовсе не мешает ему быть очень милым.

Она улыбнулась, но он этого видеть не мог.

– Он может быть смешным и рассудительным одновременно – и даже не подозревать об этом. Меня все устраивает. Я думаю, что мне не надо что-то сейчас менять.

– Вы могли бы найти мужа. Нелегко растить ребенка в одиночку.

– У меня уже был один. Второго я не жду.

– Разве кто-то сказал, что у женщины может быть всего один муж?

– А сколько у вас было жен?

Он ненадолго задержался с ответом:

– Одна.

– Ведь вы мужчина, которого устроила одна женщина.

– Она и мой сын погибли в автокатастрофе, когда пьяный водитель врезался в их машину. Это было два года назад.

– Извините. Это ужасно.

Жанна Мари была поражена. Она не могла себе представить, что было бы, если бы она потеряла и Филиппа, и Александра. Она дотронулась до его руки:

– Мне так жаль.

Они помолчали несколько минут. Потом, чтобы сменить тему, она спросила:

– Где живете вы?

– У нас есть собственное хозяйство в долине Луары.

– Замки и виноградники. У вас там замок? – спросила она с улыбкой.

Он немного помолчал. Ей бы тоже хотелось видеть сейчас его лицо.

– У моей семьи есть один, – сказал он наконец.

– Вы шутите! Удивительно. Один из тех, которые так сложно обогреть, и кажется, что в них всегда холодно?

Мэтт был удивлен ее вопросом. Обычно, если дело доходило до замка, о котором он старался не упоминать, первым вопросом было, насколько он большой и когда его можно посмотреть.

– Комнаты, которые не используются, закрыты. А те, в которых мы живем, сопоставимы по размерам с обычным домом, поэтому его не так сложно прогреть, как вы можете подумать.

– Конечно, это не мое дело, просто я всегда, когда смотрю на такие дома, думаю о том, как же его топят. У нас здесь нет таких проблем зимой из-за теплого климата.

– Вы король? – спросил Александр.

– Нет. Этот замок принадлежит нашей семье много лет. Я зарабатываю на жизнь так же, как все.

– Вы работаете на собственном предприятии?

– У нас виноградники и винодельческое хозяйство, – ответил он и стал ждать ее реакцию.

– Я слышала о ваших винах. Они хороши. – Она резко остановилась и посмотрела на него.

Он тоже остановился и посмотрел на нее. Как известно, звезды не дают много света, поэтому он не мог хорошо рассмотреть ее лицо.

– Вы сейчас говорите правду? – спросила она, пытаясь рассмотреть его лицо.

– Я никогда не вру, – ответил он тихо. Неужели она подумала, что он пытается набить себе цену? Зачем? Он просто приехал отдохнуть и вовсе не собирался кого-то впечатлять собой.

– Тогда почему вы сняли номер в моей гостинице, а не в каком-нибудь пятизвездочном отеле?

– Мне просто было нужно то, что вы предлагали, – покой, тишина и место для занятий альпинизмом.

Ему вовсе не нужны были вечеринки, которые так любит Поль и раньше так любила Марабелль.

Теперь она знала, кто он. Как скоро изменится ее отношение к нему? Лучше бы он ничего не говорил. Никто не должен знать о его горе, потому что сострадание напрасно, оно не может ничего изменить.

– Александр, тебе пора спать. – Жанна Мари взяла сына за руку. Они пошли по короткому пути к гостинице, срезав и пройдя по траве, а не вдоль пляжа.

Она больше ничего не сказала ему, пока они шли рядом. Когда дошли до гостиницы, она направилась прямиком на свою половину, пожелав ему перед этим спокойной ночи.

Мэтт стоял в холле и наблюдал за ними несколько секунд, пока дверь в их комнату не закрылась. Он предполагал разные реакции на его слова с ее стороны, но такого он не ожидал.

– Вам что-нибудь надо, месье? – спросил Рене из-за стойки.

– Понять женщину, – тихо ответил он.

– Извините?

– Нет, ничего.

Поднимаясь по лестнице, Мэтт думал над тем, почему он действительно выбрал именно эту гостиницу и почему его так заинтересовала хозяйка гостиницы.

Глава 3

Жанна Мари проснулась рано, чтобы приготовить завтрак для постояльцев гостиницы. Она начала с завтрака для Мэттью Соммера, миллионера и отчаянного альпиниста. Жанне Мари было известно достаточно о винодельческом бизнесе, чтобы фамилия Соммер была ей знакома. Круги его общения были далеки от ее небольшой семейной гостиницы. Она должна была держаться от этого гостя подальше, и вчерашний разговор подтвердил это.

Она почему-то грустила весь вечер, возможно после разговора о его семье. Это действительно страшно – потерять жену, но еще ужаснее – сына. Она не представляла, что будет, если что-то случится с Александром. Все деньги мира никогда не вернут родного человека, если с ним что-то случится.

Свежие круассаны уже лежали в корзинке. Она от крыла печь, достала оттуда крендельки, и кухня наполнилась ароматом корицы. Работа на кухне ее успокаивала и приносила радость. Она радовалась тому, что ее гостям нравятся ее завтраки.

– Тут пахнет, как в первоклассной пекарне. – Мэтт стоял в дверном проеме.

Она посмотрела на него:

– Если займете один из столиков в столовой, я через несколько секунд принесу вам завтрак.

Она накрыла на столы еще прошлым вечером, чтобы сэкономить время. Два столика стояли у окон, выходящих в сад. Так как Мэтт спустился первым, он мог выбрать любой столик, какой захочет.

– Этот мне подойдет.

Он пересек кухню и выбрал крайний стол в углу, возле их стола. Она нахмурилась, ведь этот стол находился на их половине, а не в столовой. Было еще рано, и, возможно, он не хотел сидеть один, пока она работает здесь. И здесь она могла быстрее удостовериться в том, что ему ничего не надо.

Она поставила на стол горячие булочки и круассаны и спросила у него, что он желает – кофе или горячий шоколад.

– Я предпочту шоколад. Глюкоза и дополнительная энергия.

Жанна Мари принесла также варенье и конфитюр и поставила на стол.

– Ваш напиток сейчас будет готов.

Она продолжила выпечку хлеба для остальных гостей. Некоторая выпечка была хороша как горячая, так и холодная, поэтому у нее уже было достаточно хлеба, который она могла потом использовать для готовых завтраков. Она старалась не замечать своего непрошеного гостя. Александр обычно не просыпался раньше восьми. Ей нравилось работать одной по утрам, в тишине. И теперь она чувствовала себя неловко под неотрывным взглядом его темных глаз, следящих за каждым ее движением.

– Чем больше я смотрю на вас, тем больше мне кажется, что вы не используете свой талант в полной мере?

Она взглянула на него:

– Какой?

– Ваши блюда фантастично вкусны. Вы могли бы быть хозяйкой ресторана.

– Я же вам сказала, что я довольна положением вещей. Я не думаю лишь о том, как мне заработать больше денег.

– Деньги никогда не бывают лишними.

Она остановилась.

– За деньги можно купить вещь, которую хочется. Но они не в силах вернуть потерянную жизнь.

Это правда. Он бы все отдал, если бы можно было изменить случившееся два года назад. Может быть, можно было избежать того несчастного случая?

Она периодически бросала на него взгляд, и каждый раз их глаза встречались. Разве он не мог смотреть куда-нибудь еще?

Желая сменить тему и отвлечь его от себя, она сказала:

– Сегодня вы опять будете рисковать жизнью?

– Я думаю, все будет хорошо. – И он испытующе посмотрел на нее.

Сердце в груди Жанны Мари забилось быстрее. Нахмурившись, он повернулась так, чтобы их взгляды не могли больше встретиться.

– Если вы вчера были на вершине, значит, вы уже видели открывающийся оттуда вид. Зачем вам сегодня туда подниматься?

– Сегодня будет другой подъем.

Она пожала плечами:

– Все равно вид сверху один и тот же.

– Вы когда-нибудь его видели оттуда?

Она кивнула:

– Да, много раз. Туда есть дорога, более безопасный путь, чтобы полюбоваться открывающимся оттуда видом.

– В том-то и дело, что этот путь не такой захватывающий.

– У мужчин и женщин разные вкусы. У меня нет желания в течение нескольких часов видеть перед собой только каменный утес.

– А чем бы вы хотели заниматься часы напролет?

Она посмотрела на него, слегка улыбнулась:

– Мне нравится печь. И это действительно доставляет мне удовольствие. Однажды я даже готовила для специального мероприятия, которое проводилось в честь Победы 1945 года.

Позвонил звоночек. Последняя выпечка была готова. Она положила в корзинки по салфетке и начала раскладывать варенье в отдельные тарелочки, чтобы поставить на каждый стол по одной. Через двадцать минут она сварила кофе и проверила, хватит ли у нее готового горячего шоколада, если вдруг кто-то захочет еще.

Она все-таки решила побольше узнать о своем госте. Налив себе кружку шоколада, она оперлась на стол, отпила ароматный напиток и посмотрела на него.

– А ваша семья знает, что вы уехали заниматься альпинизмом?

– Да. У меня даже есть двоюродный брат, который тоже альпинист. Не все умирают, кто этим занимается.

– Мне это известно. Филиппа привлек к этому его отец. Они любили подниматься вместе. Но он не участвовал в серьезных подъемах на горы, которые занесены в список самых рискованных и опасных для альпинистов.

– Многие занимаются этим, потому что это приносит им удовольствие. И не только мужчины. И у большинства не бывает ничего серьезнее ободранных пальцев или перелома.

Он встал и с кружкой в руке приблизился к ней. Она почувствовала, как сбилось дыхание. Она хотела уйти, но колебалась и не хотела, чтобы он понял, что волнует ее. Ей было почти тридцать, и в ее возрасте такое поведение казалось ей странным.

– Я бы хотел заказать у вас завтрак с собой, – сказал он, наклоняясь к ней очень близко, словно хотел поцеловать.

Поцеловать ее? Откуда у нее появилась такая мысль?

Буквально на секунду Жанна Мари была будто под гипнозом. Она словно бы не поняла смысла сказанной фразы. Она почувствовала его запах, приятный и свежий, словно запах в лесу после дождя. Она рассмотрела его глаза, обратила внимание на гладкие, недавно выбритые щеки. Какая-то особая, исходящая от него энергия, притягивала и завораживала одновременно. И все-таки в его взгляде была грусть. Теперь она знала, откуда это. В ее глазах можно было уловить что-то похожее.

Вдруг она поняла, что уже несколько секунд смотрит прямо на него, и сделала шаг назад, отведя взгляд.

– Да, конечно, – ответила она и повернулась, чтобы достать свежие багеты.

Ее руки слегка дрожали, а дыхание все еще не наладилось. Каждый сантиметр кожи ощущал его присутствие, он все еще стоял рядом. Он лишал ее спокойствия, пробуждая в ней понимание того, что она женщина. Ничего подобного она не чувствовала уже долгие годы.

Она быстро сделала бутерброд и завернула его. По том она взяла печенье, яблоко и сок и положила в коробочку для завтрака, на которой была изображена ее гостиница. Она повернулась и подала ему.

– Не выбрасывайте ее в неположенных местах, – предупредила она его. – По ней сразу понятно, откуда она.

– Из-за рисунка на ней? – Он изучающе посмотрел на коробочку, а потом снова на нее.

– Некоторые люди любят забирать эти коробочки с собой в качестве сувенира. Они напоминают им о том, что они были здесь. У меня в гостях была пара, которая купила десяток таких коробочек, чтобы потом класть в них подарки для своих родных.

– Хорошая идея. До встречи. – Он повернулся и вышел, не сказав больше ни слова.

Жанна Мари почувствовала облегчение. Она опять была одна. Она быстро убрала на столе, за которым он завтракал, и попыталась настроиться на нужный лад перед началом нового дня. Она старалась выкинуть из головы все мысли о своем недавнем госте. Но это было не так легко сделать. Если он завтра опять придет к ней на завтрак сюда, она отправит его в столовую!

* * *

Мэтт вернулся в гостиницу раньше, чем в прошлый раз. Он поднимался на утесы с западной стороны с тремя другими альпинистами, которых встретил у подножия. Этот подъем был легче предыдущего, и он не оставался так долго на вершине. Когда он до стал завтрак, приготовленный Жанной Мари, он вспомнил о ней, как она суетилась утром на своей кухне.

Он припарковал машину на стоянке, вынул сумку со снаряжением, в которой также лежала коробочка от ланча, и направился в свою комнату. На веранде в тени сидели три женщины. В центре сидела Жанна Мари. Они рассмеялись и подняли свои стаканы, провозгласив тост. Когда Жанна Мари делала глоток, она увидела его.

Она что-то тихо сказала, и две другие женщины повернулись, чтобы взглянуть на него, пока он шел к одной из открытых французских дверей. Он увидел возле выхода четверых детей: Александра с машинками, мальчика в солнечных очках и двух девочек-близнецов. Такая домашняя обстановка когда-то царила и в его доме.

– Я вижу, вы опять совершили удачный подъем? – спросила Жанна Мари.

Он кивнул и направился внутрь.

На середине лестницы он услышал, что Александр бежит за ним. Он обернулся, мальчик взбежал по лестнице и поравнялся с ним:

– Можно мне пойти с вами?

– Мне надо принять душ и сменить одежду.

– А завтра вы опять поедете совершать подъем? Можно мне с вами? Я хочу научиться.

– Я подумаю.

– Мама не может меня этому научить. Она не умеет, а вы можете.

Мэтт хотел отправиться дальше, но молящий взгляд карих глаз Александра остановил его. Глаза Этьена были совсем другими, голубыми, однако в них была та же самая вера и доверие к взрослым. Он не знал хорошо его и его мать, но знал, что мальчик очень этого хотел.

– Мы завтра спросим твою маму об этом. – Он надеялся, что Жанна Мари откажет, и так вопрос отпадет сам собой.

– Хорошо. А вы не хотите сходить со мной искупаться? – спросил Александр. – Вы переоденетесь, и потом мы пойдем на пляж. Мама не отпускает меня туда одного, только с взрослым человеком.

– Твоей маме лучше знать, – сказал Мэтт. Мальчик выглядел таким искренним. Мэтт стал подниматься по лестнице.

– Она не отпустит меня одного. Можно взрослым будете вы? Пожалуйста.

Мэтт заколебался. Детям нужно так мало для счастья. Что бы делал Этьен, если бы ситуация сложилась по-другому и в той аварии погиб Мэтт, оставив своего сына одного? Кто-нибудь посвящал бы ему свое время?

– Я буду хорошо себя вести и не пойду в воду, пока вы мне не разрешите, – сказал Александр и поднялся на три ступеньки.

Он посмотрел на мальчика и понял, что, если бы его не было, он бы хотел, чтобы кто-то посвящал его сыну свое время. Тем более искупаться в море – хорошая идея. Он может принять душ потом.

– Надо сперва спросить у твоей мамы, отпустит ли она нас.

Александр просиял и побежал вниз по лестнице спрашивать разрешение.

Мэтт шел по коридору и думал о том, правильно ли он поступает. Он приехал сюда, чтобы обо всем забыть. А Александр, играющий на пляже, так похож на его Этьена. Однако странным было то, что боль, которую он ощущал, вспоминая о своем сыне, теперь стала не такой всепоглощающей. Мэтт был уверен – Этьен теперь в лучшем мире. Сын другого человека нуждается во внимании. Странно, почему Александр выбрал именно его.

Мэтт вошел в комнату и быстро сменил одежду, надел другую футболку и вытащил из шкафа большое полотенце. Спускаясь вниз, он мог слышать разговор женщин, а они, в свою очередь, не слышали его шагов по деревянной лестнице.

– Честно, Жанна Мари, почему бы тебе не разузнать все и не прикинуть свои возможности?

– Он ведь просто гость.

Он узнал голос хозяйки гостиницы.

– Если он берет Александра с собой, значит, это не просто так, – послышался голос второй женщины.

– Нет, он просто вежлив. Вы сами знаете, я не имею личных дел с гостями, – возразила Жанна Мари.

Он медленно подходил ближе. Значит, она близко не общается с гостями. Интересно, почему? Некоторые могут хотеть больше чем ужин. Похоже было на то, что вчера, гуляя с ним, она сделала для него исключение, даже несмотря на то, что Александр был с ними.

Мэтт вышел на веранду. Александр сразу же подбежал к нему:

– Мама сказала, чтобы я вас не беспокоил. Я вас беспокою?

– Нет. Я бы не согласился, если бы действительно не имел это в виду, – сказал Мэтт Жанне Мари. Он взглянул на двух других женщин. Они обе, улыбаясь, сперва посмотрели на него, потом на Жанну Мари.

Мэтт снял футболку и бросил ее рядом с полотенцем на песок. Он погрузился в море, стараясь отогнать мысли, которые приходили на ум. Он был счастлив в браке. Потом чуть не умер от горя. Чрезмерная закрытость не принесет желаемого облегчения. Когда он вернулся на работу, он стал избегать вечерних прогулок вдоль виноградников, потому что они напоминали ему о том, как он гулял здесь с Марабелль и Этьеном. Для него было проще погрузиться в работу с головой и игнорировать всякий отдых. Теперь он просто так не отдаст свое сердце в заложники несправедливой судьбе.

Вода была прохладной и бодрящей. Он отплыл на некоторое расстояние от берега. Повернувшись, Мэтт посмотрел на деревушку. Справа на волнах качались лодки, несколько зданий примыкали прямо к берегу своими двориками, в которых наслаждались вечерним солнцем туристы.

Было хорошо поплавать после подъема. Чуть позже он поест в городе и посмотрит на приготовления к празднованию Дня Победы 1945 года, которое пройдет на этих выходных. Он подумал, что деревушка будет выглядеть действительно красиво. Не то чтобы он собирался праздновать. Он больше вообще не хотел никаких праздников. Он вспомнил, как сложно они ему давались без сына и Марабелль, особенно первый год, так сказали ему его родные. Он чуть ли не рычал, словно раненый медведь, когда ему желали счастья. Он думал, что и теперь праздники не принесут ему никакого удовольствия.

Освежившись в воде, он вышел на берег. Он еще не успел выйти из воды, как сразу подбежал Александр. Мальчик ему доверял и хотел провести с ним время.

Если бы кто-нибудь неделю назад сказал бы ему, что он будет играть на берегу моря с пятилетним ребенком, он бы сказал, что этот человек сошел с ума. Но сидеть и слушать его разговоры было лучшее, что случилось с ним за последнее время. Ему даже не надо было что-то говорить мальчику, можно было просто кивать.

Его отрешенность от семьи заставляла Мэтта думать обо всем случившемся больше, чем следовало. Когда он проводил время с Александром, мысли отступали. Оставалась единственная мысль – мысль о его матери. Мэтт повернулся и посмотрел на веранду: женщины там уже не было. Он удивился, что она полностью доверила ему мальчика. Через какое-то время Жанна Мари появилась на веранде и, посмотрев на них, махнула один раз. Она все-таки приглядывала за ними.

Мэтт отвернулся. Завтра он вернется в гостиницу поздно, чтобы больше не быть увлеченным на берег маленьким мальчиком.

– Ну что, пойдем домой? – спросил он у Александра, когда стало становиться темно. Сейчас он быстро примет душ и отправится в город на ужин.

– Это обязательно? – Мальчик поглядел на Мэтта. – Тут так весело.

– Мне надо принять душ и пойти поужинать, – сказал Мэтт, надевая футболку.

Ему хотелось смыть морскую соль и надеть чистую одежду. Встав, он посмотрел на море. Эта поездка была хорошей идеей. Он надеялся избавиться от размышлений при помощи альпинизма, но общение с этим мальчиком тоже помогало. Очень неожиданно!

Александр тоже встал и шел рядом с Мэттом, когда они возвращались в гостинице. Подойдя к гостинице, он увидел на веранде Жанну Мари, разговаривавшую с пожилой парой. У пожилой женщины были темные волосы, и одета она была в дорогой костюм, мужчина же был одет повседневно.

Александр остановился и заулыбался, увидев их.

– Это же бабушка и дедушка! – И он радостно забегал по веранде.

Жанна Мари увидела из-за плеча мадам Россе, как Мэтт идет к ним навстречу, а Александр бежит впереди него. Неожиданный приезд Эдриен и Энтони Россе удивил ее. Они не позвонили, просто приехали из Марселя. Александр их увидел и бежал для того, чтобы их поприветствовать. Каждый раз, когда она видела их вместе, она убеждалась в своей правоте, в том, что она должна остаться во Франции, сколько бы родители ни уговаривали ее вернуться домой.

Эдриен заметила ее взгляд и обернулась. Увидев Александра, она улыбнулась, но улыбка почти исчезла с ее лица, когда она увидела незнакомого мужчину.

– Кто этот человек? – спросила она.

Энтони тоже обернулся.

Жанна Мари подождала, пока они подойдут ближе.

– Это Мэттью Соммер, один из моих гостей. Он великодушно согласился присмотреть за Александром, пока он будет играть у воды.

– Привет, – сказал Александр, подбежав к бабушке и дедушке.

Оба наклонились, чтобы его обнять.

Когда Мэтт ступил на веранду, Жанна Мари представила ему своих родных:

– Мэттью Соммер, это родители моего мужа, Эдриен и Энтони Россе.

Энтони протянул ему руку.

Мэтт поздоровался с Энтони, поприветствовал мадам Россе и направился в гостиницу.

Жанна Мари знала, что Эдриен будет задавать ей вопросы про Мэттью.

– Вы останетесь на ужин? – спросила она.

– Я приглашаю вас всех на ужин, чтобы тебе не надо было готовить, – сказал Энтони. – Еще нам надо поговорить о планах на лето. Мы хотим, чтобы Александр приехал как-нибудь к нам, заодно и ты отдохнешь.

– Летние месяцы такие напряженные. Я помню это еще с тех времен, когда я была маленькая и жила здесь, – сказала Эдриен.

– Я сейчас только переодену Александра, и мы с удовольствием присоединимся к вам. Может быть, вы желаете лимонад, пока будете ждать?

– Ничего не надо. Мы посидим здесь, на веранде. Поторопись, Александр, – сказала Эдриен. – Мы хотим, чтобы ты рассказал нам обо всем, чем ты занимался последнее время.

Он улыбнулся и побежал в дом. Жанна Мари последовала за ним.

– Мэтт будет с нами ужинать? – спросил Александр у Жанны Мари, когда она посадила его в ванную, чтобы быстро сполоснуть.

– Мы обычно не едим с нашими гостями, – ответила она.

Она надеялась на то, что Александр не упомянет о вчерашнем ужине. А также что Эдриен и Энтони не заметили, как Мэтт смотрел на Александра. Она не хотела, чтобы ее родные поняли что-то не так.

Через сорок минут Жанна Мари и чета Россе вошли в один из самых дорогих ресторанов. Их проводили за круглый стол, откуда открывался отличный вид на море. Когда Жанна Мари начала просматривать меню, она увидела сидящего прямо перед ней Мэттью Соммера. Она моргнула. Почему он выбрал именно этот ресторан?

– Там Мэтт. Он может покушать с нами? – спросил Александр и помахал ему рукой. – Он мой друг. И ему будет скучно есть одному.

– Я уверен, он справится, – ответил Энтони, продолжая изучать меню, но через несколько минут поднял глаза и спросил, глядя на Жанну Мари: – Или нам по каким-то причинам надо его пригласить за наш стол?

Она покачала головой:

– Он всего лишь гость в нашей гостинице, и ничего более. – Больше всего ей не хотелось, чтобы ее родные подумали, что у нее есть мужчина.

Она нахмурилась и опустила глаза вниз, будто изучала меню. Что они подумают, если ей понравится другой мужчина? Ведь это не будет означать, что она больше не любит Филиппа. Скорее всего, они все же боятся, что кто-то другой займет место их сына.

– Готовы заказать? – спросил Энтони.

Она сосредоточилась на чтении и отогнала от себя мысль о том, что она может полюбить кого-то еще. Это было на нее не похоже. Снова связать свою жизнь с кем-то казалось ей невероятным.

– Почему Мэтт не может покушать с нами? – спросил Александр.

– Александр, ведь этот человек просто гость в вашей гостинице, он вам вовсе не друг, – ответила Эдриен.

– Он мой друг. Скажи, мама!

– Просто знакомый, – сказала Жанна Мари, – а ведь твои бабушка и дедушка хотят провести этот ужин с тобой и мной, а не с тем, кого они совсем не знают.

Выражение лица Александра приняло упрямое выражение, он откинулся на стуле и закинул одну ногу на другую.

– Сядь правильно, Александр, – строго приказал Энтони.

– Не хочу, – ответил тот, не глядя на дедушку.

Не желая, чтобы это вылилось во что-то большее, Жанна Мари нагнулась и что-то прошептала ему на ухо. Он сразу же выпрямился и улыбнулся матери.

– Я буду вести себя, как самый лучший мальчик!

Эдриен сузила глаза и спросила:

– Что ты ему сказала?

– Что он должен вести себя хорошо. И он будет. Думаю, я закажу пасту, – ответила она спокойно. Ей не нравилось то, что она подкупила его в обмен на хорошее поведение. Она не знала, как отнесутся к ее тактике родные. И сможет ли исполнить обещанное.

Она надеялась, что Александр не выдаст секрет о том, что она разрешила ему пойти домой с Мэттью, а не ехать с дедушкой и бабушкой. Было бы хорошо сказать об этом Мэтту, пока он не уйдет, и заручиться его словом. У него не было причин так делать, но ведь у него же был сын. Может быть, он все поймет и порадует Александра.

К тому времени, как Мэтт попросил счет, Жанна Мари все более уставала от своих родных. Они весь вечер пытались уговорить ее отпустить Александра к ним на каникулы и обсуждали все подробности, как будто он не сидел рядом с ними с все более возраставшим смятением. Она улыбнулась ему, пытаясь его приободрить. Она знала, что они будут хорошо за ним приглядывать, но считала, что он еще маленький, чтобы провести все лето без нее.

Когда она увидела, что Мэтт собрался уходить, а она ему даже ничего еще не сказала, она резко встала. Эдриен и Энтони посмотрели на нее с нескрываемым удивлением.

– Месье Соммер, пожалуйста, мне нужна ваша услуга. Я была бы вам очень благодарна, если бы вы пошли домой с Александром вдоль пляжа. Я пообещала ему, что он пойдет с вами домой, если будет хорошо себя вести в течение ужина. И он вел себя как ангел. Не могли бы сделать это для меня? Я подойду к вам, как только мы оплатим счет. – Она боялась отворачиваться, отвести от него глаза.

– Вы доверяете мне вашего сына? – спросил он мягко.

– Ведь вы сейчас намерены идти в гостиницу?

Он кивнул.

– Тогда, если вы исполните мою просьбу, я перед вами в долгу.

Он посмотрел на нее задумчиво:

– Хорошо. Я провожу его домой вдоль берега.

– Вы меня выручили. Я знаю, что прошу многого, но вы ему действительно нравитесь.

– Тогда я могу попросить у вас об обратной услуге?

– Да.

– Но вы еще даже не знаете, что я хочу попросить. – Он почти улыбнулся.

– Что угодно. Вы мне здорово поможете.

– Ранний завтрак. Я хочу отправиться в новое место, и оно довольно далеко, поэтому проснуться мне надо будет пораньше.

– Это не проблема. Я приеду домой так быстро, как только смогу. Если вы придете раньше, можете оставить Александра у Рене, он за ним присмотрит.

Россе смотрели на Жанну Мари с интересом, когда она вернулась за стол, Александр – с надеждой.

– Мы уходим? – спросил Александр, глядя на Мэтта.

– Только после того, как пожелаешь дедушке и бабушке спокойной ночи, – ответила она.

– Пока. – И мальчик соскочил со стула, быстро обнял их и побежал через весь ресторан. Он смотрел на Мэтта доверчивыми глазами: – Я готов.

– Я вижу. – Мэтт взял мальчика за руку, кивнул Жанне Мари, и они вышли из ресторана.

– Что тут происходит? – спросила Эдриен, заметно раздраженная ситуацией. – Почему мальчик уходит с чужим мужчиной? Ты с ним встречаешься?

– Нет. Я сказала вам правду, он просто гость в нашей гостинице. Он согласился отвести Александра домой, – ответила Жанна Мари, занимая свое место. – Это даст нам немного свободного времени поговорить о нем. Я ценю, что вы хотите забрать его на лето, и думаю, что ему это понравится.

– Ты ведь даже толком не знаешь этого человека. Как ты могла позволить ему уйти вместе с Александром? Он может украсть его, и мы его больше никогда не увидим, – сказала Эдриен.

– Я знаю его домашний адрес, и я очень сомневаюсь, что он собирается сделать это. Он приглядывал за ним сегодня вечером на берегу моря. Мэтт потерял своего собственного сына два года назад. Я думаю, когда он с Александром, это напоминает ему о сыне.

– Александр может понять все неправильно. Он может отнестись к нему не просто как гостю, который уедет через некоторое время, – тихо сказала Эдриен.

– Он привык к тому, что наши гости непостоянны. Тем более ему не помешает проводить время с людьми с различным пониманием жизни.

– Ему нужен отец, – печально произнесла Эдриен.

– У него есть отец, замечательный человек, – сказала Жанна Мари.

– Пусть Александр приедет к нам в гости. Нам нравится, когда он с нами, – сказал Энтони. – И если не на все лето, то пусть хотя бы настолько, насколько ты его отпустишь.

– Ему это понравится, – ответила Жанна Мари. Она хотела вернуться в гостиницу. И дело было не в том, что не доверяла Мэттью Соммеру. Просто она чувствовала себя неудобно перед ним.

Она не захотела поехать на машине, сказав, что хочет пройтись после ужина. Попрощавшись с родными, она была рада остаться одной и поспешила домой. Надо было собрать вещи Александра в дорогу, но именно в этот момент она думала о том, как прошла его прогулка с Мэттью Соммером.

Подойдя к гостинице, она была удивлена, когда увидела Мэтта и Александра, сидящих на веранде в тени, несмотря на то что из французской двери лился свет.

– Решаете вопросы мирового масштаба? – спросила она с улыбкой, присаживаясь рядом на один из стульев. Она посмотрела на Мэтта, потом на сына. Она была благодарна Мэтту, что он остался с Александром, а не пошел прямиком в свою комнату.

– Мам, ты знаешь, что у Мэтта есть лошади? И он почти каждый день на них катается.

– Нет, я этого не знала. Наверное, это очень интересно.

– Мы можем поехать к Мэтту в гости? Я смогу покататься на лошади, – спросил Александр.

– Нет, дорогой. Мы живем здесь. Месье Соммер просто наш гость. Мы не можем.

– Мам, я хотел бы покататься на лошади, – настаивал Александр.

– Может быть, когда ты подрастешь, мы найдем тебе лошадь, чтобы ты попробовал на ней прокатиться.

Александр ненадолго задумался. Потом он улыбнулся Мэтту и сказал:

– Это потом. Давайте сейчас спросим у мамы.

– Спросите о чем?

– Можно я пойду с Мэттом к утесам? Он покажет мне, как подниматься по ним.

Жанна Мари нахмурилась:

– Месье Соммер приехал сюда, чтобы заниматься серьезными подъемами, а не для того, чтобы учить тебя.

Мэтт пожал плечами:

– Один вечер не помешает. Если вы разрешите. С несколькими легкими подъемами он справится. Я знаю, на что способен мальчик в его возрасте. Мой сын просто обожал альпинизм.

Жанна Мари посмотрела на них, в глаза Александра, полные надежды.

– Мне надо подумать. А теперь тебе пора спать. Мы обсудим все позже. – Она встала и подала сыну руку.

Мальчик спрыгнул со стула и подошел к ней.

– Мы можем поговорить об этом завтра.

– Возможно. – Жанна Мари не хотела причинять какие-то неудобства гостям. Даже несмотря на то, что он проводил сегодня вечером ее сына домой.

После того как Жанна Мари уложила сына, она занялась кое-какими домашними делами. Справившись с ними, она решила посидеть недолго на веранде. Было приятно расслабиться в тишине, дожидаясь последних гостей. Иногда она представляла, что ждет с прогулки Филиппа.

Однако в этот вечер ее мысли были о Мэттью Соммере. Ей хотелось, чтобы он решил выйти на веранду подышать свежим воздухом перед сном и присоединился к ней.

Вечер был прохладным. Она сидела в тени, наблюдая за морем, темным и загадочным в столь позднее время. Вспоминая о сегодняшнем разговоре с родителями Филиппа, она хотела, чтобы они больше говорили о нем. Она скучала по нему. В прошлом году на празднование Дня Победы они отправились с подругой Мишель и ее семьей. Александру очень понравилось, но она огорчалась каждый раз, когда муж Мишель поднимал сына и сажал себе на плечи, чтобы ему было лучше видно. Рядом с Александром тоже должен был быть отец! Он уже вырос большой, и она не могла сама поднять его.

Во время последнего праздника, проведенного вместе, Александр был еще совсем маленьким у Филиппа на руках. Она вспомнила этот день с теплой улыбкой, удивленная тем, что теперь ей не было так больно: боль словно притупилась. Первый раз она не чувствовала себя раздавленной тяжестью своего невыносимого горя. Неужели она сделала шаг вперед, о котором ей многие говорили?

Возможно, это встреча с Мэттом Соммером так на нее повлияла? Она подумала, что, скорее всего, это именно так.

Глава 4

Следующим утром Жанна Мари готовила пироги для гостей, когда на кухню вошел Мэттью. Она посмотрела на него и поняла, что рада его видеть, но не показала этого.

– Я могу накрыть вам завтрак в столовой, – сказала она, заканчивая раскладывать пироги, которые очень любили гости за их необыкновенный вкус.

– Здесь тоже хорошо, – сказал он, присаживаясь за стол, где завтракал вчера.

– Но это кухня.

– И поэтому я не могу здесь позавтракать?

Она нахмурилась, не зная, как убедить его и показать ему, что из-за него ей сложно работать. Она хотела, чтобы он ушел в столовую, иначе сейчас она потеряет над собой контроль и будет смотреть только на него. Жанна Мари негромко вздохнула и начала готовить ему горячий шоколад. Она поставила кружку на стол, прямо перед ним. Он взял ее за руку.

– Я причиняю вам какие-то неудобства?

Легкая дрожь пробежала по телу и осталась где-то внутри. Она вздохнула:

– Нет. Просто я не привыкла, что здесь кто-то находится, пока я работаю.

Она осознала проблему, которая резко открылась перед ней, он – мужчина, а внутри нее женщина, чувства которой, может быть, еще дремлют, но готовы вот-вот проснуться. Она не могла думать больше ни о чем, его теплая рука держала ее руку. Она чувствовала его запах, и это волновало ее. Она хотела бы быть смелой настолько, чтобы сесть рядом, забыв о том, что ей надо готовить для гостей, и слушать его, узнавать о нем все новое, чего она еще не знала.

– Я буду вести себя тихо как мышь, – пообещал он ей.

– Не очень хорошее сравнение применительно к кухне, – ответила она и мягко высвободила свою руку. Его пальцы нежно проскользили по коже ее руки. От этого прикосновения по шее пробежали мурашки. Она отвернулась, пытаясь убедить себя в том, что он всего лишь гость, который рано или поздно уедет отсюда, и что у нее еще много несделанных дел. Он не тот человек, который должен ей понравиться. И тем более не тот, с кем надо начинать строить отношения.

Хотя за последнее время она еще не встретила ни одного мужчину, который бы заинтересовал ее так, как Мэттью Соммер. Или он просто был настолько не похож на Филиппа? Ее муж был дружелюбным и быстро сходился с новыми людьми, заводил друзей. Мэтт же, наоборот, был тихим, необщительным и словно игнорировал всех вокруг.

– Пироги еще будут готовиться около получаса. Но у меня есть круассаны и булочки. Также я могу приготовить вам омлет.

Он посмотрел на часы:

– Я планировал сегодня выехать пораньше, но мой друг Поль позвонил мне вчера поздно вечером. Мы собирались сегодня совершить подъем вместе. Я встречаюсь с ним в Марселе. Но хорошо его знаю, пока я не буду стучаться к нему в дверь, он не проснется. Скорее всего, он проснется к двум.

Жанна Мари посмотрела на него:

– А почему вы не сняли номер в Марселе?

– Это место подходит мне.

– Понятно. – Если бы он не приехал сюда, она бы никогда не познакомилась с ним. А это не так плохо. Жанне Мари не нравилось чувство, которое Мэтт разбудил в ней, потому что оно напоминало ей о том, чего она лишилась.

Мэтт наблюдал, как она работала. Ей действительно нравилось готовить. Она могла бы зарабатывать на этом хорошие деньги. Ведь у нее талант, и она может достигнуть большего.

Думая об этом, он понял то, что ее отношение к нему не изменилось после того, как она узнала о нем правду. Она относится к нему, как к остальным гостям, ни больше ни меньше симпатии, нежели к другим. Она хотя бы не боится сказать лишнее, чтобы не напомнить ему о сыне и жене.

Жанна Мари, казалось, была из тех редких людей, которые довольны жизнью, какая бы она ни была. Жалко, что он не мог быть таким же. Горечь утраты не оставляла его. Желая отделаться от преследовавших его мыслей, он искал перемен, покоряя горы, выкладываясь полностью. Он знал, что сон после этого будет глубоким и спокойным.

– Сейчас я подогрею для вас круассаны, – сказала она, ставя перед ним тарелку с сыром и омлетом.

– Спасибо. А когда завтракаете вы?

– Рано утром, перед тем как начать готовить.

Он начал завтракать, наслаждаясь вкусом еды.

– Возможно, сегодня я поужинаю в Марселе перед тем, как возвратиться.

– Если вы вернетесь поздно и я уже буду спать, входная дверь будет открыта, как всегда.

– Вы не будет за меня волноваться?

– Я не волнуюсь о тех гостях, которые приезжают сюда покорять каланки.

Он медленно ел, наслаждаясь вкусным завтраком. Допив горячий шоколад, он подумал о том, чтобы попросить еще, но вместо этого поставил кружку на стол и сказал:

– Завтра вечером я могу взять с собой Александра для подъема, если вы, конечно, разрешите.

Он долго думал об этом прошлой ночью. Конечно, Александр – это не Этьен, но его присутствие вызывает схожие чувства. Сейчас мальчик живо интересуется окружающим миром, и почему бы Мэтту не помочь ему в этом.

– Почему вы хотите это сделать? – Она посмотрела на него изучающе.

– Из-за моего сына.

– Если он вам не помешает, я думаю, будет хорошо, чтобы его первый подъем проходил под присмотром. Я не хочу, чтобы он переусердствовал в свой первый раз. Возможно, после нескольких первых попыток у него пропадет интерес.

– Или это затянет его еще больше.

– Это меня и волнует больше всего.

– Наверное, вы хорошая мать, если разрешаете ему: ведь я знаю, что вы этого не одобряете.

– Я не то чтобы не одобряю, просто боюсь, что с ним может что-нибудь случиться. Я думаю, все матери такие. Но я стараюсь чрезмерно не опекать его. Если я начну это делать, его мир станет неинтересным, и самым захватывающим занятием в нем будет езда на велосипеде.

Мэтт кивнул. Он помнил, как Марабелль переживала за Этьена, когда он учился ездить верхом на пони. Мальчик просто обожал эту лошадку. Он тогда упал несколько раз, но ничто не могло затмить его восторга.

Он хотел остаться еще на одну чашку шоколада и поговорить с Жанной Мари, но он договорился с Полем встретиться пораньше и теперь надеялся, что его друг не умирал от похмелья.

Жанна Мари следила за тем, как Мэтт удалялся. Он бесцеремонно вторгся в ее личное пространство, но теперь кухня, после его ухода, показалась ей более пустой, чем обычно. Она не могла придумать, как ей сделать так, чтобы он больше не приходил сюда. Он беспокоил ее своим присутствием. Его неожиданные вторжения в ее заранее спланированную жизнь оставляли ее взволнованной и беспокойной после того, как он уходил. Она не хотела просыпаться, снова волноваться и любить, а потом терять. Лучше не испытывать сильных и волнующих чувств, так спокойнее.

Оставив мысли, она продолжила работу по кухне. Ее жизнь была полной, ее все устраивало, и она как нельзя лучше подходила для них с Александром.

В течение дня она занималась своими обычными делами. Две семьи уехали, две других должны были въехать. Когда позвонила Мишель, чтобы спросить, пойдут ли они на празднование Дня Победы, она была рада передышке.

– С удовольствием. Александр тоже спрашивает у меня, пойдем ли мы.

– Парад начнется в одиннадцать. Мы можем встретиться на том же месте, как в прошлом году.

– Отлично.

Празднование Дня Победы было большим праздником в Сент-Барт. Филипп всегда вспоминал, как родители привозили его сюда на праздник. Ему очень нравилось, даже больше, чем теперь Александру. После свадьбы они были всего один раз на празднике. Теперь празднование Дня Победы значило для них немного больше: они делали то, когда-то очень нравилось Филиппу. Она рассказывала Александру, как его отец любил бывать здесь. Ей хотелось, чтобы он не забывал его.

Она подумала про Мэттью Соммера. Что он будет делать в этот день? Опять очередной подъем? Наверное, людям без семей в праздники особенно одиноко, не с кем разделить радость. И особенно тяжело вспоминать, как они проводили время в кругу тех родных, которых потеряли. Но у нее был Александр, а у Мэтта не было никого.

Ведь она могла бы пригласить его отметить День Победы с ними.

Она задержала дыхание при этой мысли. Последние несколько лет она смотрела на фейерверк со своей веранды в окружении гостей, но никогда не проводила весь день с ними вместе.

Вечером позвонила Эдриен.

– Мы с Энтони можем забрать Александра в понедельник на следующей неделе, – сообщила она.

– Я могу привезти его сама. Мне как раз надо в Марсель за покупками. В какое время удобнее?

– Конечно, мы бы хотели, чтобы он пробыл с нами так долго, насколько это возможно, поэтому было бы хорошо, если бы ты привезла его с утра. Но у тебя ведь много работы с утра в гостинице, поэтому приезжай, как освободишься.

– Мне еще нужно ему купить кое-какую одежду.

– Ему нужны плавки и новые ботинки. Мы будем ходить вечером на прогулки.

Парк у побережья моря в Марселе был одним из самых его любимых мест.

– Ему нравится гулять в этом парке.

Она положила трубку, радуясь тому, что дедушка и бабушка Александра живут так близко. Но ей было тяжело с ним расстаться, даже ненадолго. Обычно она разрешала ему оставаться на несколько дней, даже несмотря на то, что родные просили оставить его у них дольше. Она очень скучала по нему.

Она закончила всю работу и решила сходить погулять с Александром на пляж. Он будет рад услышать свежие новости.

После десяти Жанна Мари пошла закрывать французские двери. Рене ушел полтора часа назад, и все гости, кроме Мэтта, уже вернулись. Как поздно он собирался сегодня вернуться? Или, возможно, он собирается сегодня остаться в Марселе? Может быть, он должен был позвонить и предупредить ее? – думала Жанна Мари.

Она услышала, как машина припарковалась на стоянке. Мэтт вернулся. Она ничего не могла с собой поделать, ее сердце забилось быстрее. Она ждала его появления с нетерпением, стоя возле открытых дверей.

Он увидел ее, когда вошел на веранду.

– Надеюсь, я вас не разбудил. Вы же встаете очень рано.

– Нет, я обычно всегда в это время выхожу закрывать двери. Как сегодня прошла ваша встреча с другом?

Она закрыла за ним дверь, когда он вошел, повернулась к нему лицом. Он еще больше загорел. Его сила привлекала, и она невольно подумала о том, как лежат ее волосы и выглядит ли она хорошо. Это было так глупо. Ведь она его даже не интересовала, он все еще горевал из-за своей потери, подумала Жанна Мари.

– Поль превратил все в соревнование. На подъеме он старался меня опередить, да и на спуске тоже. Я не думал, что у нас будет что-то наподобие соревнования.

– А вы раньше поднимались вместе?

– Один или два раза. Я знаю его этот соревновательный дух. Он всегда такой. Только в этот раз я чувствовал себя как-то по-другому. Сегодня в первый раз после смерти Марабелль и Этьена мы поднимались вместе.

– Это ваша семья? – спросила она мягко, она не знала их имен.

Он кивнул.

– Они разделяли вашу любовь к альпинизму? Судя по тому, что ваш сын сделал несколько легких подъемов, скорее всего – да.

– У Марабелль были свои интересы. Я думаю, что Этьену это действительно нравилось.

– Филиппа тоже научил его отец. Вместе они покорили много вершин. Я думаю, это были хорошие времена. Тогда они были очень близки.

– Любое совместное занятие сближает родителей и детей. Этьену очень нравилось гулять со мной вдоль виноградников. Наверное, именно по этому я скучаю больше всего.

– Расскажите мне про него. Не хотите чего-нибудь выпить? Бренди? Кофе?

Он так долго сомневался, что она даже подумала, что Мэтт откажется. Но он кивнул и сказал:

– Бренди, если у вас есть.

Жанна Мари сходила на кухню и принесла бутылку бренди и два стакана. Мэтт ждал возле одного из мягких диванов, перед которым стоял небольшой столик.

Она поставила стаканы и протянула ему бутылку. Он налил им по чуть-чуть и сел на диван рядом с ней.

– Сколько было лет вашему сыну? – спросила она. Иногда ей хотелось говорить о Филиппе, вспоминать те времена, когда они были вместе, делиться этим. Сперва это было сложно, но потом даже начало приносить радость.

– Ему было пять. Он был одного возраста с Александром. У него были светлые волосы и голубые глаза. Он был очень веселым и дружелюбным мальчиком.

– Чем он любил заниматься?

– Ходить за мной по пятам. – Мэтт ненадолго задумался, а потом рассказал Жанне Мари о прогулках и поездках за покупками на рынок. Однажды они потеряли его там. Он вспомнил, как тогда волновался.

Пока он рассказывал, Жанна Мари представила счастливую семью, все члены которой думали, что так будет всегда. Так же было и у них с Филиппом. Она жалела о его потере. Как же ему тяжело, подумала она.

Мэтт взглянул на часы.

– Уже поздно. Наверное, я вас уже успел утомить.

– Мне никогда не скучно слушать о детях. – Лучше она услышит все это сейчас. Они провели вместе уже почти час, и ей было действительно интересно слушать. Но тут она вспомнила про празднование и набралась смелости его спросить.

– В воскресенье мы пойдем смотреть на парад в честь Дня Победы. Вы не хотите сходить с нами? – спросила она и задержала дыхание.

– Я не думаю, что хочу туда пойти. – Он поставил пустой стакан на стол и поднялся. – Я пойду к себе и все-таки дам вам выспаться.

Она тоже поднялась, осознав, как близко к нему сейчас стояла. Не успела она сделать шаг назад, он дотронулся до ее щеки и сказал:

– Мне понравилось рассказывать вам о моем сыне. Я постоянно скучаю по нему. Он был частью меня, и поэтому я никогда не смирюсь с его потерей.

– Мне тоже понравилось слушать о нем. Мне так его жаль, вы даже себе не можете представить.

– Никто не может.

Он наклонился и поцеловал ее. Сперва это было просто легкое касание, но потом он положил руку на ее шею, а второй рукой притянул ее ближе к себе. Поцелуй становился более страстным.

Этот поцелуй застал Жанну Мари врасплох, и она еще ничего не успела сообразить, как он отпустил ее. Она посмотрела ему в глаза, испугавшись чувств, которые вспыхнули внутри.

– Спасибо, – сказал он и легкой походкой направился к себе, преодолевая по две ступеньки за раз.

Она все еще стояла, удивленная, пораженная.

– Спокойной ночи, – сказала она в пустоту, все еще не придя в себя. Она не знала, что подумать. Почему он ее поцеловал, ведь он не проявлял к ней никакого интереса, подумала она.

Она медленно опять опустилась на диван, смотря на лестницу. Возможно, это было своего рода спасибо за то, что она его выслушала, и ничего большего он не имел в виду.

Мэтт подошел к окну и посмотрел в ночь. Он все еще ощущал близость Жанны Мари. Она не такая высокая, как Марабелль, но такая же притягательная, мягкая, соблазнительная. «Как я мог ее поцеловать, ведь между нами ничего не было?» – подумал Мэтт. Она просто его внимательно выслушала, и все. Хорошо, что она не дала ему пощечину.

Он чувствовал облегчение оттого, что рассказал кому-то о сыне, вспомнил те дни, когда они были вместе. Тогда он не мог знать, насколько они ценны и что превратятся в дорогие сердцу воспоминания. Она поняла его, потому что у нее есть сын и она также лишилась мужа.

В комнате было темно, ночь была непроглядна, как и его ощущения внутри. «Как я мог поцеловать другую женщину? Но ведь Марабелль больше нет», – подумал он.

Он начал раздеваться. Он никогда не думал, что поцелует другую женщину, но что-то было в Жанне Мари, что заставляло его моментально забывать, кто он и где он находится. Он должен перед ней извиниться, если она первой не выгонит его из гостиницы.

Лежа в кровати, он долго думал. Мэтт положил руку на лоб, потом сжал ее в кулак. Вместо того чтобы перед ней извинится, ему хотелось еще раз поцеловать ее и чтобы она ответила на поцелуй.

На следующее утро Мэтт спустился на завтрак позже, чем обычно. Сначала ему надо было найти место, где он сможет обучать Александра, а потом он заберет его. Если Жанна Мари отпустит мальчика. У подножия было несколько мест, где уклон был невелик, как раз то, что нужно для маленького мальчика.

Он спустился по лестнице и вошел в столовую. Два стола были заняты, на одном стояла грязная посуда, два были свободны. Он сел за один из них. Как только он присел, Жанна Мари вышла из кухни. «Может быть, у нее есть магические способности?» – подумал он.

– Шоколад или кофе? – спросила она, подойдя.

– Сегодня кофе.

Она кивнула и указала на буфет:

– Есть свежие газеты, если вам интересно. Я сейчас принесу вам кофе.

Она собрала грязную посуду на поднос и пошла на кухню. Он поднялся и, взяв одну из газет, вернулся на место. На самом деле новости его не особенно интересовали. Он ждал, когда вернется Жанна Мари.

Она вернулась с чашкой кофе и улыбнулась ему. Также она принесла оладьи, свежий хлеб, апельсиновый сок и рулет с корицей. Поставила все на стол и посмотрела на него:

– Вам еще что-нибудь нужно?

Он знал, что не может попросить ее посидеть с ним. Он даже соскучился по ее обществу по утрам.

Стало понятно то, что выгонять его она не собиралась. «Мы теперь должны делать вид, как будто ничего не было?» – подумал он.

– По-моему, всего достаточно.

– Приятного аппетита, – сказала Жанна Мари и, справившись у других гостей, ушла.

Через минуту появился Александр и сразу подошел к Мэтту.

– Привет, мы сегодня поедем покорять скалы? – спросил он и сел на стул напротив Мэтта. – Мама сказала, что поедем. Сейчас?

– Чуть позже, если мама тебе точно разрешила.

– Мы заберемся на самую вершину?

– Нет, для начала мы просто потренируемся.

– Я хочу покорить самую высокую гору!

– Альпинизм – это такой вид спорта, которому сперва надо научиться. Все начинают сначала с легкого и постепенно усложняют задачи. Поэтому пока ты еще не можешь покорить гору.

Александр задумался. Мэтт скрыл улыбку, делая глоток кофе и давая мальчику время подумать. Дети обычно хотят получить все и сразу.

– А завтра мне можно будет забраться на гору? – спросил Александр с надеждой.

– Нет, пока ты не будешь таким же высоким, как я.

– Но я никогда не буду таким высоким!

– Когда вырастешь, будешь.

С долей сожаления Мэтт подумал: «Но я никогда не увижу, каким ты вырастешь».

– Так мы скоро поедем? – спросил Александр, закинув одну ногу на стул.

– После обеда. Мне надо еще кое-что сделать.

– Можно мне с тобой?

Мэтту словно показалось, что это говорил Этьен. Он тоже всегда так спрашивал. Сколько раз Мэтт говорил своему сыну нет. Если бы он мог предвидеть будущее, он бы всегда брал его с собой.

– Сначала мне надо позвонить на работу. Потом продумать наш сегодняшний маршрут. Но потом я вернусь, и, если твоя мама разрешит, мы начнем.

– Пойду спрошу у нее, – сказал Александр и, быстро соскочив со стула, побежал на кухню.

Через минуту появилась Жанна Мари и подошла к его столику:

– Александр вам мешает?

– Нет, я сказал ему, что, как только я разберусь с работой и продумаю наш с ним маршрут, мы можем начать. Ему многому надо научиться, если он хочет покорять вершины без каких-либо последствий. Вы ему разрешаете поехать со мной?

Жанна Мари медленно кивнула:

– Если мне можно тоже поехать с вами.

Мэтт был не уверен в том, нужны ли ему два ученика, особенно симпатичная хозяйка гостиницы, рядом с которой он не мог сосредоточиться ни на чем другом. Скалолазание подразумевает под собой неусыпное внимание и контроль.

Он посмотрел ей в глаза, она была смущена и тихо сказала:

– Мы будем готовы после обеда.

Жанна Мари волновалась не меньше Александра. Она надела штаны, кроссовки и футболку. Несколько раз она уже пробовала подниматься по утесам с Филиппом.

Она надеялась, что правильно сделала, разрешив сыну попробовать. Она знала, что Филипп рассказывал ему об их с дедушкой занятиях альпинизмом. Это было его хобби, его страсть.

Перед тем как выйти, она опустилась на колени перед Александром, посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Послушай, ты должен делать все так, как будет говорить тебе Мэтт. Он профессионал. Ты должен слушать его очень внимательно. Ты меня понял?

– Я понял, – торжественно пообещал Александр.

– Если не будешь его слушать, мы сразу поедем домой.

– Да, мама, – ответил Александр и побежал в холл. – Мэтт, мама сказала, чтобы я тебя слушался. Я буду.

Мэтт стоял возле выхода. Он кивнул, потом повернулся и посмотрел на Жанну Мари. Она почувствовала волнение, но не могла понять, это оттого, что она встретилась взглядом с Мэттом, или потому, что дала разрешение Александру.

Она попрощалась с Рене. Он пришел сегодня пораньше, чтобы дать им возможность уехать.

Скоро они втроем уже шли по неровной тропинке у подножия утесов. Море переливалось в солнечных лучах.

– Повтори то, что я рассказал тебе сегодня утром, – сказал Мэтт.

Александр повторил слово в слово все правила безопасности и подготовки.

– Хорошая память, – сказал Мэтт, удивившись. Мальчик действительно хорошо его слушал.

Жанна Мари была рада тому, что Мэтт согласился помогать мальчику и обучать его. Он сразу же научил его всем предосторожностям. Она сама знала не все из того, что ее сын сейчас повторил. Филипп практически не давал ей никаких инструкций, больше надеясь на то, что она сама все почувствует.

«Мэтт так заботиться об Александре, потому что он еще маленький? Или он всегда так благоразумен?» – подумала Жанна Мари.

Они подошли к небольшому холму справа от тропинки. Мэтт остановился и некоторое время смотрел на него. Он повернулся к Жанне Мари:

– Я думаю, этот подойдет.

Она кивнула. Холм был достаточно каменистый, но не крутой. Было много выступов, за которые можно было ухватиться, и даже росли несколько небольших деревьев. Она могла бы с легкостью подняться на вершину пешком.

– Да. – Посмотрев на холм, она успокоилась и больше не волновалась за сына и за себя.

– Так, начнем. Александр, слушай меня внимательно, – сказал Мэтт. – Сначала надо все осмотреть и решить, где нам лучше подниматься. Потом, когда начнешь подниматься, надо постоянно смотреть на выступы, чтобы быть уверенным в следующем шаге. Ты понял?

Мальчик кивнул, в его глазах горело нетерпение. Мэтт указал на несколько выступов и кочек. Посмотрел на Жанну Мари:

– Есть какие-то вопросы?

– Нет. Я готова для подъема.

– Вы с нами? Я думал, вы хотите просто за нами присмотреть.

– Я слышала все, что вы говорили. Думаю, мне надо это закрепить. Может быть, я наконец пойму, что люди находят в этом. Тем более, вы сами говорили, что, если у детей и их родителей схожие интересы, они станут ближе.

– Тогда следуйте за нами. Я буду возле Александра.

Мэтт сказал Александру идти первым, указав места, за которые взяться и куда поставить ноги. Мэтт всегда находился рядом с мальчиком, чтобы, если что-то пойдет не так, сразу помочь ему или схватить его, если он соскользнет. Но при этом Мэтт давал ему достаточно места, чтобы Александр думал, что он все делает сам.

Мальчик медленно поднимался, следуя инструкциям Мэтта. Жанна Мари подождала, когда они будут впереди ее, и начала свой подъем, смотря перед собой, как сказал Мэтт. Было интересно двигаться от одного уступа к другому, словно ты поднимался по лестнице. Камни под руками были теплые. Через несколько метров она почувствовала душевный подъем. Она так долго ненавидела альпинизм, но теперь поняла, что ей нравится.

Возможно, она бы никогда не решилась попробовать, но поняла, что это намного интереснее, чем она предполагала.

– Мама, я поднимаюсь! – крикнул Александр, посмотрев на Жанну Мари через плечо.

– Не отвлекайся, – сказал Мэтт. – Ты можешь сорваться, если будешь смотреть по сторонам. Сосредоточься.

– Хорошо, – ответил мальчик.

Скоро он достиг относительно ровной площадки наверху. Когда Мэтт оказался рядом с ним, он заулыбался и сказал:

– Я сделал это. Я поднялся.

– Да, и у тебя неплохо получалось.

Вскоре к ним присоединилась Жанна Мари. Она посмотрела на двух довольных сидящих мужчин.

– Я тоже это сделала, – сказала она.

Справа от них была небольшая пещера, дальше утесы были уже намного круче.

Она села на край свесив ноги. Они поднялись на тридцать метров вверх. Не высоко, но она была благодарна за внимание, подаренное Мэттом ее сыну.

– Как красиво. Посмотри, как далеко мы можем все видеть, почти до Африки. – Она посмотрела на Мэтта: – Я не знаю, как вас благодарить. Я почти поняла, что привлекает скалолазов.

Он кивнул:

– И чем больше осваиваешься, тем больше хочется приключений.

– Возможно. Но сейчас мне пока и так достаточно. Александр, ты отлично справился. Ты должен рассказать об этом своему дедушке. Он будет гордиться тобой.

– Может, он будет брать меня с собой.

– Я думаю, да.

– Теперь мы должны подняться на вершину, – сказал Александр, смотря на соседние утесы, и подскочил.

Глава 5

Мальчик стоял на краю и смотрел вдаль.

– На сегодня хватит. Тем более, нам еще надо спуститься, а это сложнее. Ты должен хорошо чувствовать свои ноги, потому что ты не видишь куда идешь, как при подъеме.

Александр подошел к краю и посмотрел вниз. Мэтт взял мальчика за руку:

– Не так близко.

Мэтт был терпелив и бдителен, и Жанна Мари была ему благодарна за это. Она знала, что рядом с Мэттом мальчик в безопасности. Этот подъем открыл ей на многое глаза.

Она подумала про Филиппа, он не смог бы быть таким терпеливым. С ней он не был. «Требовал бы он от него что-то сверх его сил? Или не стал бы с ним заниматься, если бы у него сперва не получалось? Нашел бы он время для него?» – подумала Жанна Мари.

Спуск действительно оказался сложнее. Мэтт спускался первым, потом Александр. Жанна Мари посмотрела вниз, пытаясь продумать спуск заранее, и поняла, что она не помнит, как поднималась. Теперь холм казался круче. Теперь она не была уверена, куда ступить правильнее, чтобы не сорваться.

– Ты справишься. Попробуй немного левее, – сказал Мэтт. Он и Александр были в пяти метрах от нее. Она попробовала несколько мест и повисла над краем. Она пыталась нащупать ногой выступ и почувствовала подходящий. Она медленно переместила на него свой вес. Жанна Мари выдохнула с облегчением. Она вытянула вторую ногу и попыталась найти следующую опору.

– Попробуй немного ниже, – услышала она голос Мэтта.

И она ее нашла. Она спускалась медленно, и, когда она опустилась на землю, ее руки и ноги тряслись. Но она справилась, благодаря тому, что Мэтт ей подсказывал.

Она сидела на камне, сложив руки на груди, чтобы они немного отдохнули.

– Вот это да. Спускаться вниз намного сложнее, – сказала она.

– Ты хорошо справилась. И Александр тоже.

– Это все из-за того, что ты здесь. С подъемом я бы справилась, но одна спуститься я бы не смогла.

– Смогла бы. Просто нужна практика.

– И много силы. Мои руки и ноги словно вареные макароны.

– Да. А я уже и забыл это чувство. – Он заулыбался.

Жанна Мари посмотрела на него. Сейчас он выглядел на десять лет моложе. Она в первый раз увидела, как он улыбается, и ее сердце дрогнуло. Он был очень красив. Она знала, что горе отняло у него радость. Но сегодня с ними, возможно, он забыл, хотя и ненадолго, обо всем и наслаждался моментом. Его зубы казались очень белыми из-за того, что он загорел. На него такого она могла смотреть целый день!

– Было весело, мама, – сказал Александр, прыгая вокруг нее. – Мы можем еще раз сделать это?

– Как-нибудь в другой раз, если я сегодня выживу, – ответила она.

– Мы можем пойти к машине, и там вы сможете отдохнуть.

– Хорошо, что мы приехали на машине. Мне кажется, я бы не смогла дойти домой, – сказала она, пытаясь встать.

Мэтт подал ей руку, и она оперлась на нее. Он поднял ее на ноги, и его рука мягко скользнула по ее руке. Сердце опять екнуло. Она отвела взгляд, чтобы он ничего не понял. Жанна Мари медленно пошла к машине. Сегодня был особенный день. Она узнала о себе много нового и каким терпеливым может быть мужчина. Не то чтобы ее отношение к Филиппу изменилось, но теперь у Жанны Мари появились вопросы, о которых она не задумывалась раньше. У него были свои недостатки и слабости, как и у любого другого человека.

Погода в воскресенье с самого утра выдалась отличной. Небо было кристально чистым, температура приемлемой, и с моря дул постоянный бриз. С самого утра Жанна Мари ощущала волнение и предвкушение, чего с ней не было уже много лет. Она старалась не вспоминать о подъеме, но это было очень сложной задачей. Она вспоминала о Мэтте и расстраивалась оттого, что через несколько дней он уедет. У них нет будущего. Она была до сих пор удивлена его добрым отношением к Александру и к ней, когда она была один на один со скалой.

Она решительно гнала от себя мысль о том поцелуе. Это был ничего не значащий жест благодарности за то, что она его выслушала. Никакой романтики. По крайней мере, с его стороны. Если бы он захотел поцеловать ее еще раз, она позволила бы это сделать.

Сегодня она и Александр проведут весь день в обществе Мишель и ее семьи, наслаждаясь праздником и парадом, и закончится он на ее веранде, откуда они будут наблюдать фейерверк, взмывающий над морем и отражающийся в его волнах, что будет вдвое усиливать впечатление.

Она была занята на кухне, но надеялась, что справится со всем до девяти. Она сообщила всем гостям о том, что завтрак сегодня подается до восьми тридцати. Если они не успеют, она оставит холодные завтраки, хлеб, выпечку и кофе в буфете, где все это можно будет взять.

Все гости, кроме номера три и Мэтта, уже позавтракали. Как раз в то время, когда она несла грязную посуду на кухню, спустился Мэтт.

– Я сейчас принесу шоколад, – сказала она, указывая на пустой стол, и поспешила на кухню.

Жанна Мари поставила посуду в раковину, налила шоколад. Положила на поднос завтрак, роллы и варенье. Легким движением она подняла поднос с едой и понесла Мэтту.

Он занял один из столов возле окна. Она улыбнулась ему, поставила поднос на стол и выставила его завтрак.

– Я сегодня приготовила пирог. Подала вам еще хлеб и роллы. Что-нибудь еще? – Она старалась не задерживать на нем свой взгляд. Он словно тоже старался на нее не смотреть.

– Ничего больше не нужно. Спасибо. – Он потянулся к кружке с шоколадом. – Как вы себя сегодня чувствуете?

Она вытерла руки о передник, стараясь успокоить бьющееся сердце. Она бросила взгляд по сторонам, все гости ели.

– Помогла горячая ванна. Я немного сегодня неуклюжая, но ничего не болит. Дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится, – сказала она и, взяв поднос, удалилась на кухню. Сердце билось, как будто пробежала несколько миль.

Через минуту вбежал Александр:

– Привет, мам. Уже пора идти на парад?

– Еще рано. Сперва мне надо прибраться на кухне, и наши гости еще завтракают.

– Там есть Мэтт?

– Не беспокой его, – предупредила она его и начала мыть посуду.

Через несколько секунд она обнаружила, что на кухне была одна. Она быстро вытерла руки и пошла к двери. Александр стоял у стола, где сидел Мэтт. Жанна Мари поспешила к ним:

– Пойдем, Александр. Я тебя покормлю.

– Я хочу позавтракать с Мэттом, – сказал мальчик. – Можно мне покушать с тобой? Тебе одному скучно.

– Можно, – ответил Мэтт.

– Он может поесть на кухне.

– Ничего страшного, если он посидит со мной, – Мэтт посмотрел на нее, – если у вас нет каких-либо причин, по которым Александр действительно не может здесь сидеть.

– Мне кажется, вам нравятся покой и тишина.

Мэтт посмотрел на мальчика:

– Я думаю, утренняя беседа лучше всего.

Александр заулыбался. Он сел на стул напротив Мэтта.

– Мама, я буду кушать здесь. – Мальчик посмотрел на Мэтта: – Сегодня мы идем на празднование Дня Победы. Там будет много интересного. Пойдем с нами?

– Ты помнишь, мы ведь идем с Мишель, Марком и Пьером.

– Мэтту они понравятся. Марк такой же высокий. Так получится, что у каждого будет друг: Мишель с Марком, я с Пьером, а ты с Мэттом. Я буду хорошо себя вести.

– Я думаю, у Мэтта уже есть планы на сегодняшний вечер, – сказала Жанна Мари. – Сейчас я принесу тебе завтрак. Не приставай к Мэтту.

– Что ты сегодня будешь делать? – спросил Александр, когда Жанна Мари ушла.

– Я собирался опять подняться на каланки, – ответил Мэтт.

Он сказал правду. Он думал сегодня встать пораньше, но не получилось, потому что плохо спал ночью.

Пока Мэтт ел и слушал болтовню мальчика, он все больше склонялся к тому, что надо изменить планы и пойти с Жанной Мари и Александром на праздник. «Будет Жанна Мари такой же приветливой? Или она не любит смешивать общества своих гостей и друзей?» – подумал Мэтт. Вчера она быстро ушла к себе, после того как они вернулись, сказав, что ей надо принять горячую ванну.

Он ушел ужинать в город и не видел ее до сегодняшнего утра.

– Я люблю праздники. Я люблю всякие вкусности и парад. И что там всегда много людей. Иногда я не вижу ничего из-за того, что я еще маленький, и мама поднимает меня. Отец Пьера поднимает его высоко, а моя мама не может так. Ты высокий. Ты сможешь поднять меня очень высоко, и я точно все увижу.

– Если я пойду с вами.

– Пожалуйста.

Когда Жанна Мари вернулась на кухню с завтраком для Александра, они оба посмотрели на нее.

– Мама, Мэтт пойдет с нами на праздник, поднимет меня высоко, и я все увижу.

Жанна Мари посмотрела на него:

– Вы все-таки пойдете с нами?

– Если вы не хотите, чтобы я его поднимал, то я не буду. Но со мной Александр будет выше, вам так не кажется?

Она кивнула и поставила тарелку перед Александром, пытаясь понять, что здесь происходит.

– Я думала, у вас на сегодня планы.

– Я могу сделать это завтра, – ответил Мэтт.

Жанна Мари не знала, что сказать. «Мы проведем целый день вместе», – подумала она.

Они вышли из гостиницы в десять часов. Александр был очень рад. Он бегал вокруг них, то забегая вперед, то подгоняя их сзади. Жанна Мари шла немного поодаль, сохраняя дистанцию с мужчиной, шедшим рядом с ней. Он еще ни разу не улыбнулся, как вчера. Ей даже показалось, как будто он пожалел, что согласился пойти. Но все равно он ведь пошел с ней сегодня. Она подумала: «Что скажет Мишель, когда увидит нас вместе?»

Центр деревушки был полон палаток, располагавшихся по обе стороны главной улицы. Здесь можно было купить все, что угодно: от свежих печений до шарфов, солнечных очков, резных фигурок из дерева, картин и различных поделок. Когда они вошли в толпу, Жанна Мари взяла Александра за руку, чтобы он не потерялся в толпе.

На каждом фонаре и палатке развевался триколор. День был отличный, это можно было понять по счастливым лицам людей. Но для Жанны Мари он не был таковым, потому что она волновалась из-за мужчины, шедшего рядом с ней. Она слишком увлеклась своим гостем. Хотя они были окружены множеством людей, но ей казалось, как будто они были с Мэттом наедине.

Время от времени Мэтт осматривался, ища глазами Александра. Небольшая группа играла в центре городка. Вокруг них столпились люди, чтобы насладиться музыкой. Они останавливались почти возле каждой палатки. Жанна Мари не сказала ни слова. «Неужели весь день сегодня пройдет в молчании?» – подумал Мэтт. Он остановил ее, взяв за руку. Она обернулась и посмотрела ему в глаза.

– Если вы не хотите, чтобы я вас сопровождал, то так и скажите.

– Конечно же вы можете пойти с нами. Вы ведь здесь, не так ли?

– Вы не сказали ни слова с того момента, как мы вышли из гостиницы. Я подумал, что вам неприятно мое общество, и вы бы хотели, чтобы я был за миллион километров от вас.

Она покачала головой:

– Нет, я очень рада, что вы пошли с нами. Просто… – Она пожала плечами. – Я не знаю, как объяснить. Если вы хотите правду, то я чувствую себя неловко. Первый раз после смерти мужа меня сопровождает мужчина. Из-за этого я чувствую себя как-то странно. Я знаю, что мы не на свидании, но другие ведь не знают, и мне потом придется что-то им объяснять, а ведь на самом деле ничего не было. Что-то я сама уже запуталась.

Он кивнул:

– Я понял. Меня тоже первый раз после смерти семьи сопровождает женщина. Не важно, о чем мы оба думаем, но для Александра это должен быть хороший день. А остальные пусть думают что хотят.

Она кивнула с облегчением, что он все понял. Для нее сейчас самым важным было то, чтобы ее сын хорошо провел время. Но также она хотела этого для Мэтта. Он слишком долго живет с этой болью в сердце.

– Вы и я знаем правду. Разве так важно, что думают остальные? – спросил он, наклонясь к ней, чтобы она могла его слышать. Она почувствовала его дыхание рядом со своим ухом и посмотрела на него широко раскрыв глаза. Мэтт тоже был удивлен странным чувством, он ощутил, как волна желания пробежала по его телу.

Его взгляд упал на ее губы, и она инстинктивно облизнула их. Время вокруг остановилось. Мэтт ничего не мог с собой поделать.

Жанна Мари быстро отвела взгляд и повернулась к палатке, возле которой они стояли.

– Здесь отличные вещицы, вырезанные из дерева, – произнесла она хриплым голосом.

Он пришел в себя через несколько секунд. Мэтт был поражен тем, что он способен испытывать это чувство после смерти Марабелль. Он отступил и начал разговор с продавцом, который предлагал купить фигурки из дерева. Кровь толчками бежала по венам. Он посмотрел по сторонам, но вокруг никто не заметил ничего необычного. Никто не уловил его странной реакции. И ни у кого не было права осуждать его, ведь это была нормальная реакция мужчины на симпатичную женщину.

– Мы ничего не будем покупать, можно мы просто посмотрим, – сказал Александр.

Мысленно поблагодарив мальчика за его слова, Мэтт сделал глубокий вдох, избегая смотреть на Жанну Мари.

Теперь Мэтт сфокусировал все свое внимание на мальчике.

С друзьями Жанны Мари они встретились в назначенном месте незадолго до начала парада. Мишель была удивлена тем, что Мэтт сопровождает Жанну Мари и Александра. Она постаралась не подать виду, сразу начав знакомить его со своим мужем и сыном. Александр и Пьер были друзьями, поэтому они начали живо обсуждать, что бы им хотелось увидеть на параде.

Парад должен был скоро начаться, Мэтт понял это по тому, что количество людей росло. Он поднял Александра, чтобы тот смог что-то увидеть, кроме ног и спин. Он сосредоточился на параде, стараясь не думать о женщине, стоящей рядом. Когда они начали протискиваться в толпе, Жанна Мари была вынуждена подойти ближе к Мэтту. Он ощутил запах ее духов, легкий и свежий. Теперь она не была для него просто хозяйкой гостиницы, и он не знал, хорошо это или плохо. Когда она с ним не разговаривала, он мог чувствовать себя более или менее спокойным. Теперь он следил за каждым ее шагом.

– Смотри, какой я высокий, – сказал Александр, широко улыбаясь и наклоняясь к Пьеру, который тоже сидел на плечах у отца.

– Я тоже, – ответил ему Пьер смеясь.

Первыми в параде прошла группа музыкантов, которые играли национальный гимн. Дальше последовали украшенные машины с людьми, которые махали всем окружающим, танцоры и музыканты из школы городка, ветераны в форме, которых все приветствовали особенно горячо. Потом были пожарные машины, которые гудели и иногда поливали людей водой.

Через сорок пять минут парад закончился. Мишель и Марк пригласили Мэтта и Жанну Мари с ними пообедать.

– Извини, Мишель. Мне надо вернуться в гостиницу, – сказала Жанна Мари.

– Почему? – спросила Мишель. – Там вместо тебя Рене, он со всем справится. Тем более, я уверена, все твои гости здесь, на празднике.

Жанна Мари повернулась к ней вполоборота, чтобы Мэтт не мог ее видеть, и показала глазами на него. Мишель широко улыбнулась и тихо спросила:

– Чтобы остаться с ним наедине?

– Нет! – ответила Жанна Мари, испуганная словами подруги. Она так и знала, что подруга сразу об этом подумает. – Мне неловко оттого, что Мэтт весь день потратит на нас.

– Я хочу покататься на карусели, – сказал Александр.

– Мы всегда катаем Пьера, – ответила Мишель, смотря на смущение Жанны Мари.

– Там есть карусели? – спросил у нее Мэтт.

Жанна Мари повернулась и кивнула, понимая, что ей не удастся просто так улизнуть и закрыться в своей комнате.

– Я сторонник того, чтобы позволять детям наслаждаться жизнью, пока они могут это делать, – сказал Мэтт.

Ее возвращение в гостиницу откладывалось. Он проведет здесь целый день, окруженный людьми. Он не хочет остаться с ней наедине, а тем более со своими мыслями.

– Да, спасибо. Александр будет рад.

Время летело незаметно. Несмотря на свои отчаянные попытки быть подальше от Жанны Мари, он ловил себя на том, что смотрит в ее сторону. Ему нравился ее смех. Она умела получать удовольствие от простых вещей, что заставило его задуматься. Все теперь казалось ему светлее, красочнее. Даже это странное чувство, которое не проходило и не покидало его ни на минуту. «Что по этому поводу думает она?» – возник вопрос в голове Мэтта. Она предусмотрительно сохраняла дистанцию. Хотя она врезалась в него несколько раз, пробираясь в толпе. Он позволял своим пальцам на краткое мгновение мягко дотрагиваться до нее. Ее кожа была мягкая как шелк.

Жанна Мари знала многих людей в своем городке и постоянно со всеми здоровалась. Она представляла Мэтта, упоминая только о том, что приехал сюда покорять каланки. Она игнорировала все заинтересованные взгляды.

К трем часам Александр устал. Он опустил голову на плечо Мэтта и замолчал.

– Александр, ты как там? – спросил Мэтт.

– Я устал.

– Он же обычно спит в это время. Я отнесу его домой. Сегодня было хорошо и очень весело. Спасибо вам, Мэтт, что пошли с нами. Надеюсь, вам тоже понравилось? – Она посмотрела на Мэтта, потом на сына.

– Я пойду в гостиницу с вами. Он устал, чтобы идти пешком, и слишком тяжел, чтобы нести его.

Сегодня еще можно совершить восхождение. Надо же как-то отвлечься от мыслей о женщине напротив.

– Спасибо.

Они направились в сторону гостиницы. Для стороннего наблюдателя они показались бы обычной молодой семьей – мама, папа и ребенок. На секунду Мэтт допустил мысль о том, что он хочет, чтобы это было правдой. Но вдруг ему стало не по себе. Он не хотел искать замену Марабелль и Этьену. Он не хотел больше любить кого-то. Жизнь слишком непредсказуема, чтобы так рисковать, ждать ее очередного удара.

Когда они достигли гостиницы, Мэтт отдал Жанне Мари Александра, который уже почти спал.

– Спасибо, – поблагодарила она его еще раз.

– Не за что.

Она отправилась на свою половину, он поднялся наверх к себе в номер. Быстро переодевшись, он вышел. Она разговаривала в холле с Рене. Она посмотрела на него:

– Вы уезжаете. Не слишком ли поздно для восхождения?

– Я нашел одно интересное место, хочу посмотреть, какой вид открывается оттуда, – сказал он, не останавливаясь. Сегодня он выложится полностью, чтобы хорошо спать, и приведет мысли в порядок. Его физически привлекает эта женщина, но он не должен поддаваться ее обаянию. Она всегда будет в тени Марабелль, да и рисковать своим душевным спокойствием ради обманчивой любви ему больше не хотелось.

Жанна Мари смотрела ему вслед. Она провела рукой по губам и вспомнила их поцелуй. Она забыла об этом в суматохе дня, но теперь воспоминания вернулись. Она осознала, что ей нравится Мэтт, и влечение было настолько сильным, как когда-то она чувствовала к Филиппу. Когда он нагнулся к ней, чтобы сказать что-то, она подумала, что он опять хочет ее поцеловать. Но она неправильно поняла ситуацию. Мэтт отвернулся, и момент был утрачен. Она весь день старалась не обращать на него внимания, но внутри вскипала страсть. Он высокий, смуглый и красивый мужчина, тот самый типаж, который так любят описывать в любовных романах. Его тело было стройное и сильное. Когда он улыбался, его глаза все равно оставались грустными, но даже таким он пленял ее сердце.

– Это глупо, – сказала она тихо.

– Простите? – переспросил Рене.

– Ничего. – Она покачала головой и отправилась на кухню готовить лимонад, а потом решила посидеть на веранде. Этот день должен пройти хорошо, чего бы это ни стоило. Александр, скорее всего, проспит до ужина. Он проснется как раз к фейерверку. Она вздохнула и посмотрела на пляж и море. Наблюдать фейерверк с веранды будет отличным завершением дня. Фейерверки взрывались над морем, поэтому любоваться разноцветными огненными вспышками отсюда было удобно. Обычно Жанна Мари приглашала своих гостей и друзей полюбоваться чудом пиротехники. Это уже превратилось в традицию и напоминало о тех днях, когда был жив Филипп.

Почему-то теперь воспоминания их лучших дней уже так не тревожили ее. Теперь она злилась на него из-за его беспечности. Он так необдуманно рисковал своей жизнью и оставил ее и Александра одних. Она не могла оценить, чья потеря более тяжела, но, как никто другой, ощущала эту пустоту внутри, в том месте, где когда-то была любовь.

Она сидела без движения, различные мысли кружили в голове. Но, помимо ее воли, они возвращались к Мэттью Соммеру.

С этим надо было что-то делать. Она заглянула внутрь и предупредила Рене, что пойдет прогуляться и скоро вернется. Выйдя на пляж, Жанна Мари сняла с ног сандалии и понесла их в руках. Она шла вдоль берега.

Жанна Мари направилась к каланкам. Возможно, они с Мэттом встретятся и поговорят, пока будут вместе идти назад.

Когда она достигла камней, ей уже надо было разворачиваться и идти обратно. Скоро проснется Александр. Повернувшись, чтобы идти назад, вдалеке она неожиданно увидела Мэтта, который стоял и смотрел на море. Она остановилась и решила подойти к нему. Но он выглядел очень серьезным и сосредоточенным, и она не могла решиться.

Достаточно долго она стояла в нерешительности. Потом она пробралась по камням к тропинке, которая вела на утес. «И что я ему скажу?» – подумала Жанна Мари.

Мэтт тоже увидел ее и пошел навстречу.

– Гуляете? – спросил он, подойдя на расстояние, когда уже можно было расслышать его слова.

– Александр спит, и поэтому я решила немного прогуляться.

– Не буду вам мешать.

– Нет, ничего страшного. Я уже собиралась идти назад. Вы выглядели таким серьезным, любуясь морем.

– Я подумал о кругосветном морском путешествии.

– Ого, рискованное мероприятие. Я не знала, что вы умеете управлять кораблем.

– Да, очень рискованное, потому что я никогда не плавал сам. Я бы хотел надежный корабль, который все выдержит, и команду из моряков-энтузиастов.

– Вы когда-нибудь плавали на дальние расстояния?

– В Средиземном море несколько лет назад в составе команды. Мне это подходит. На воде я практически недоступен для окружающих.

– Вы любите опасные хобби. Не хотите попробовать собирать марки или фотографировать? – спросила она улыбаясь.

– Только если делать фотографии с покоренных вершин.

– Если камера не упадет и не разобьется.

– Такого не будет.

– А вы когда-нибудь падали?

– Несколько раз соскальзывал. Но ничего серьезного.

– Это большая удача.

– Не все скалолазы срываются.

– Я знаю. Но есть менее опасные увлечения.

– Да, но что может с этим сравниться?

– Путешествовать, например.

– Где бы вы хотели побывать? – спросил Мэтт.

– Я бы хотела посетить Лондон.

– Что-то конкретно?

– Все. От Вестминстерского аббатства до знаменитого колеса обозрения.

– А вам не страшно будет на нем прокатиться?

– Я люблю риск. Я ведь приехала во Францию из Америки. Вчера я совершила подъем. Я думаю, что вид из кабинки «лондонского глаза» будет замечательным.

– Скорее всего. Вид с вершин всегда тоже удивительно красив, – улыбаясь, сказал Мэтт.

Дорога назад заняла намного меньше времени, чем ей казалось. Александр играл на веранде и, увидев ее, побежал навстречу.

– Могу я пригласить вас и вашего сына сегодня вечером на ужин? – спросил Мэтт.

– Вам совсем не обязательно приглашать нас на ужин, – ответила она быстро.

– Если бы вы знали меня лучше, то заметили бы, что я редко делаю то, чего не хочу. Это будет… хорошим завершением дня. – Мэтт говорил, заранее подбирая слова.

– Мама, где ты была? Рене мне сказал, что ты скоро вернешься, но тебя долго не было, – сказал Александр, подбежав к ней.

– Я решила пройтись. Я думала, ты будешь спать еще долго, но теперь я ведь здесь. Мэтт пригласил нас сегодня вечером на ужин.

– Давайте встретимся через полчаса, мне надо переодеться и привести себя в порядок, – сказал Мэтт.

Жанна Мари кивнула. Она сама хотела привести себя в порядок перед ужином.

В комнате она долго не могла решить, что надеть. Ей нравилось голубое платье, которое подчеркивало фигуру. «Не будет ли оно смотреться чересчур нарядно?» – подумала Жанна Мари. Ведь дома она одевалась достаточно просто.

Она решила выбрать розовое, которое оттеняло цвет ее щек, выбрала подходящие туфли. Жанна Мари взглянула на себя в зеркало. Оттуда на нее смотрела женщина, которая сейчас находилась на пороге чего-то нового. Будет ли она счастлива или опять все закончится сердечной раной и печалью? До этого она никогда не задумывалась о том, что у нее может быть другой мужчина. Она любила Филиппа, но теперь его нет рядом. Возможно, сейчас самое время задуматься о своем будущем. Александр ведь не будет жить с ней постоянно, он вырастет, поступит в колледж и женится. Может быть, он даже будет жить на другом континенте, так же как и она сейчас.

Все рестораны будут сегодня полны людей из-за праздника.

Волнение, светившееся в этот вечер в ее глазах, невозможно было не заметить. Была ли она готова к этому?

– Вам нравится ухаживать за виноградниками и делать вино? Вы всегда хотели этим заниматься? – спросила Жанна Мари, когда они наконец сели за стол в «Черном коте». Люди вокруг были в приподнятом настроении, и Мэтт действительно чувствовал связь с ними.

– С самого детства я знал, что хочу этим заниматься, и мне это по-настоящему нравится. Если я куда-то уезжаю, то всегда с радостью возвращаюсь домой. Я не могу представить для себя другого призвания. Я думаю, вы не мечтали о том, чтобы стать хозяйкой гостиницы. – Он вспомнил виноградники, чувство постоянного волнения о погоде и насекомых. О сочных гроздьях винограда, тяжело свисающих с лозы прямо перед сбором урожая. Он уже начал скучать по этому.

Она рассмеялась. Мэтт удивился звуку ее смеха и посмотрел на нее. Она сегодня так хорошо выглядела, глаза блестели, щечки были розовыми. Он хотел, чтобы она больше смеялась. Он подумал, что, скорее всего, она не так часто смеется.

– Это совсем не то, чего бы я хотела. До того как я познакомилась с Филиппом, я хотела быть историком в сфере искусства, возможно, преподавать. Мне очень нравились занятия в университете. Но я влюбилась по-настоящему, и счастье моей семьи стало для меня самым главным. Все так странно получилось. Филипп не хотел сам управлять гостиницей, но после смерти дедушки продавать ее отказался. Даже его мама хотела продать ее, хоть это и было место, где прошло ее детство. Я никогда не подозревала о том, что стану ее хозяйкой и буду управлять ей. Жизнь непредсказуема.

– Да, – согласился Мэтт.

После того как принесли их заказ, Александр говорил о параде и том, что благодаря тому, что Мэтт поднял его так высоко, он все увидел.

На минуту она задумалась о чем-то другом. Мэтт немного наклонился к ней и сказал:

– Сегодня не тот вечер, чтобы грустить.

– Извините, я просто задумалась об отце Александра. Он так скучает по нему. Я действительно благодарна вам за то, что вы пригласили нас сегодня. Посмотрите, какой он сегодня счастливый.

– Моему сыну было столько же, сколько и ему сейчас. Подумайте о том, сколько всего он не узнал, – сказал Мэтт, посмотрев на Александра.

– Вы, несомненно, правы, сегодня не вечер для грусти. После того как мы вернемся, будем смотреть с веранды фейерверк. Я очень люблю это зрелище. Вам понравится.

Мэтт наконец перестал думать о другой женщине и сосредоточился на той, которая была сегодня с ним рядом. Это конечно же не означало того, что Мэтт забыл свою семью, а Жанна Мари своего мужа. Но они ведь оба живы, а жизнь дана для того, чтобы жить.

Несколько гостей гостиницы уже сидели на веранде, когда они вернулись домой. Они заняли свободные стулья, а Жанна Мари пошла на кухню, чтобы принести печенье и пироги, которые она приготовила заранее. Скоро все гости на веранде пили холодный лимонад и ели десерт.

Огненные вспышки в небе были великолепным окончанием сегодняшнего праздника Дня Победы. Этот праздник был самым веселым из всех. Она уже не так сильно волновалась рядом с Мэттом и ценила его заботу о ее сыне. Должно быть, он был хорошим отцом своему сыну.

Глава 6

Жанна Мари уложила Александра спать, но ей спать еще не хотелось. Она вернулась в холл и начала приводить там все в порядок. Рене уже ушел, и она скоро закроет входную дверь.

Она вышла на веранду и удивилась, увидев Мэтта, который все еще сидел там. С бьющимся сердцем она подошла к нему.

– Вы не пойдете сегодня в город? – спросила она, присаживаясь рядом.

– Мне нечего там делать. Здесь всегда так красиво на праздник?

– Да.

– Вы часто ездите в Марсель? – спросил Мэтт.

– Не так часто, как бы мне хотелось. Родители Филиппа там живут, и Александр ездит к ним в гости. В этот понедельник я отвезу его к ним на пару дней.

– Во сколько вы собираетесь ехать?

– Вечером. А что?

– Я мог бы отвезти вас. А потом мы могли бы поужинать там где-нибудь вдвоем.

«Еще один ужин?» – подумала Жанна Мари. На этот раз он пригласил ее одну. Не важно, что она думала о сегодняшнем вечере, но ужин в Марселе вдвоем – это уже свидание.

– Почему вы меня пригласили?

– Я хочу отблагодарить вас за ваше гостеприимство.

– Я хозяйка гостиницы, вы мой гость. Ничего, кроме платы за ваш номер, не надо. «Значит, это просто спасибо», – подумала Жанна Мари. Она надеялась, что это было что-то большее.

– Это просто потому, что я хочу еще раз поужинать с вами. Я хочу провести с вами побольше времени, перед тем как уехать.

– Только вы и я?

– Только если вы не хотите, чтобы Александр пошел с нами, – ответил Мэтт.

Это будет не похоже на свидание, если Александр будет с ними. Не было ничего плохого в том, чтобы поужинать с гостем перед его отъездом.

– Мы отвезем его до ужина к бабушке и дедушке. И да, я с удовольствием с вами поужинаю.

Теперь это было свидание! Она не ходила на свидания уже много лет. Она не думала, что это случится еще когда-нибудь, по крайней мере, пока Филипп будет рядом. Но ведь его рядом больше нет.

– Может быть, мне продлить свое проживание здесь на несколько дней?

Она вспомнила о заказанных номерах и сказала с сожалением:

– Все номера будут заняты.

– А я и не подумал об этом. Может быть, тогда мне подыскать что-то другое?

– Я попробую найти для вас комнату.

– У вас еще будет время это сделать, а теперь давайте наслаждаться вечером. Если все комнаты будут заняты, мы сходим поужинать, а когда вернемся, я отправлюсь домой.

– Но это будет поздно.

– Мы можем снять комнаты в Марселе и вернуться утром, я соберу вещи и тогда поеду домой.

Жанна Мари сделал глубокий вдох. Она вспомнила тот поцелуй и затаила дыхание. Один лишь поцелуй с ним вызвал в ней такую бурю чувств, что же будет, если они проведут ночь вместе?

Она немного покраснела от этой мысли – хорошо, что было темно.

– Я не могу, мне ведь надо готовить завтрак гостям. Надо вернуться домой, не важно, как поздно это будет.

– Хорошо.

Вечер был замечательный, с моря дул мягкий бриз, она сидела рядом с мужчиной, в которого была влюблена. Он взял ее за руку и держал в своей. Все ее мысли сейчас были только о нем, о его теплой руке, о том, что ее теплое прикосновение пробуждает в ней желание. Многие женщины мечтали бы о таком. Она счастливица.

Чтобы отвлечься, она спросила:

– Что вам сегодня наиболее понравилось?

Казалось, они чувствовали друг друга, хоть вокруг и было темно. Она могла сидеть так вечно. Из города доносилась приятная музыка, слышался мягкий шепот волн. Все проблемы отступили. Прошлое исчезло, будущее было неясно. Было только настоящее.

– Еда. – Он помолчал. – Расскажите мне о Филиппе.

Она колебалась. Она не хотела рассказывать о нем Мэтту, хоть он и был важной частью ее жизни.

– Он был высоким мужчиной, с темными волосам. Похож на своего отца, с которым вы уже встречались. Он был необыкновенно живым, всегда в движении. Я постоянно удивлялась тому, как ему хватало терпения для занятий альпинизмом. Он всегда был чем-то занят и не мог долго сидеть спокойно.

– У вас был собственный дом?

– Нет, мы жили в большой квартире в Марселе возле моря. Филипп хорошо зарабатывал. После его смерти квартира казалась мне слишком пустой, и я решила ее продать и переехать сюда.

– Вам надо как-нибудь приехать в долину Луары, особенно весной. Там очень красиво.

Мэтт надеялся на то, что завтра будут свободные номера. Поль тоже скоро поедет домой, но Мэтта это не особенно расстраивало. Он больше был занят вечеринками.

Он подумал о муже Жанны Мари. Филипп проводил свои каникулы, покоряя вершины. Мэтт бы поехал туда, куда бы захотела поехать она. Ему не понравились возникшие мысли, и он посмотрел на нее. Она казалась такой спокойной. Ему это очень нравилось. А также как она смотрела, когда слушала тебя, как будто говоривший был для нее сейчас единственным человеком на свете. Ее маленькая ладонь была такой теплой и мягкой в его руке. Сейчас он хотел поцеловать ее, но не знал, как она отреагирует. Был только один способ проверить это.

Он нежно пожал ее руку и отпустил.

– Я пойду спать. Если я смогу остаться еще на несколько часов, сообщите мне об этом.

Она быстро встала и оказалась очень близко к нему.

– Мне тоже надо идти. Светает рано, а завтрак никто за меня не приготовит.

– Перед тем как идти спать… – сказал Мэтт, медленно привлекая ее к себе, чтобы она могла отстраниться. Но она не отстранилась.

Он нежно поцеловал ее. Губы Жанны Мари показались ему сладкими на вкус. Они были теплыми, и он почувствовал, как она сразу ответила ему. Она прижалась к нему всем телом, стараясь быть ближе к нему, насколько это было возможно. Желание нарастало. Мягкие изгибы ее тела возбуждали его, и он чувствовал, как желание нарастало с каждой секундой. Он желал ее. Она была тем, что хотел сильнее всего. Остальной мир исчез, в темноте были только они двое. «Пойдет ли она со мной в мою комнату?» – подумал Мэтт.

Эта мысль удивила его. Он отстранился, пытаясь заглянуть ей в лицо, но ничего не смог разглядеть. Он поцеловал ее в шею, поднялся к щеке. Он чувствовал ее запах, мягкую кожу, слышал ее дыхание, пока она держала его в своих объятиях.

Он остановился, прижимаясь к ней. Он никогда не думал о другой женщине. Может быть, для него это слишком быстро? И для нее тоже. Но Мэтт не мог побороть желание, сжигающее его изнутри.

– Мне надо идти, – сказала она тихо, проводя рукой по его щеке. – Сегодня был замечательный день.

Он отпустил ее и смотрел, как она вошла внутрь. Его учащенное дыхание стихало. Он опять поцеловал ее. И она ответила. Он вспомнил, как это было. Жанна Мари была такой женственной и желанной. Он думал, что так не будет уже никогда, но ее поцелуи убедили Мэтта в обратном.

Мэтт встал до рассвета. На кухне было темно.

Он прошел к машине, не желая сегодня утром встречаться с Жанной Мари. Он должен был подумать о вчерашнем. Оставив машину неподалеку от утесов, Мэтт пошел каменистой тропинкой к тому, который присмотрел в прошлый раз. Он остановился у подножия. Вокруг никого не было, что было опасно в том случае, если что-то случится. Дотянувшись до первого уступа, он подумал о Жанне Мари. «Вчерашний поцелуй многое изменил между нами», – возникла мысль в голове Мэтта. Он не хотел больше ни с кем строить отношения после потери Марабелль и Этьена. «Так о чем же я вчера думал, когда целовал Жанну Мари», – рассуждал он.

Солнце еще не поднялось, чтобы осветить каждый выступ, но и так было достаточно. Сегодня он хотел совершить быстрый подъем и вернуться в гостиницу. Он хотел видеть ее. Он думал о ней. Он хотел большего.

Достигнув вершины, он прилег на теплый камень и закрыл глаза. Воображение сразу нарисовало ее лицо. Он первый раз за долгие годы чувствовал себя живым. И Мэтту нравилось это чувство, боль в душе отпускала его. Он никогда не забудет, что произошло, но он двинется дальше. Именно так ему говорили люди вокруг.

Он сел и развернул завтрак, смотря на блестевшие воды Средиземного моря.

Несмотря на все его попытки отгородиться от окружающего, он был частью настоящего, а не прошлого. Когда они были вместе с Александром, мальчик всегда говорил что-нибудь смешное. Мэтт надеялся на то, что никогда не сделает мальчику больно. Быть героем для этого мальчика – огромная ответственность.

Жанна Мари, какой бы она ни была, разбудила в нем желание ее целовать и проводить с ней время.

Жанна Мари сидела за стойкой и работала со счетами. Три номера освободились, два уже были забронированы. Цифры расплывались перед глазами, и она снова оказывалась на веранде, вспоминая их вчерашний поцелуй. Вчера она почувствовала желание, страсть, ей понравилось, как он целовал ее. Сегодня утром Жанна Мари проспала, и, когда пришли первые гости, она только-только достала хлеб из печи.

Она услышала, как на стоянке припарковалась машина, и сердце сразу забилось быстрее. «Это, наверное, Мэтт», – подумала она. Она посмотрела на веранду, предвкушая момент, когда снова увидит его. Она соскучилась по нему. Она вспомнила, как сегодня утром, вместо того чтобы идти прямиком на кухню, она отправилась проверять наличие номеров.

Мэтт появился на веранде и вошел в одну из французских дверей. Войдя, он сразу нашел ее глазами. Жанна Мари вдохнула и улыбнулась ему.

– Все прошло удачно? – сказала она своим обычным голосом, что ей очень понравилось. Она надеялась, что он не заметит, как сильно у нее бьется сердце.

– Отлично. Вы проверили наличие номеров? – Его взгляд говорил о том, что он тоже думал о вчерашнем поцелуе. Его темные глаза смотрели на нее, взгляд скользил по губам.

– Да, все было забронировано, но каким-то чудом утром раздался звонок и заказ был отменен. Вы можете остаться еще на несколько дней, если хотите.

– Я хочу. На завтра все остается в силе? – Его голос был низким, она смотрела ему прямо в глаза, и это было единственное, что она могла сейчас сделать. Она еле сдерживалась, чтобы не протянуть руку, дотронуться до его подбородка, почувствовать тепло его загоревшей кожи.

Она кивнула.

– Я думаю лучше всего выехать в три, отвезти Александра и отправиться на ужин.

– Хорошо. А где он? – Мэтт осмотрел холл, посмотрел на пляж.

– Он у Пьера до вечера. – Он все еще смотрел на нее, и она не могла отвести взгляд. Она хотела, чтобы между ними сейчас не было стойки.

Быстрым движением он дотронулся до ее носа, и ей понравилось это прикосновение. Оно доказывало, что произошедшее вчера не было обманом или фантазией.

Приехали двое новых гостей. Жанна Мари почувствовала огорчение. Мэтт обернулся, быстро попрощался, сказав, что они увидятся позже, и взбежал по лестнице. Она кинула на него быстрый взгляд перед тем, как поприветствовать своих новых гостей.

Жанна Мари пошла к Мишель, чтобы забрать Александра перед ужином. Недолго поболтав, они вдвоем отправились домой. Мальчик рассказал о том, чем они с Пьером сегодня занимались, во что играли, а потом спросил:

– Мэтт приехал? Я хочу ему обо всем рассказать.

– Да, он уже вернулся.

«Интересно, что он делал все это время в своем номере?» – подумала Жанна Мари. Он больше не спустился после того, как она приняла гостей.

– Он в своей комнате, но тебе лучше подождать, пока он сам не спуститься вниз. Не беспокой его.

– Я не буду, но я знаю, он хочет все узнать.

– Все равно тебе придется подождать, пока он сам не выйдет.

Александр кивнул и сел на один из диванов в холле.

Глава 7

Жанна Мари приготовила мальчику на ужин суп и салат. После ужина его настроение улучшилось, но он все равно с нетерпением ждал Мэтта. Она тоже. Она надеялась, что по ней это было не так заметно, как по Александру.

– Завтра ты поедешь к бабушке и дедушке и останешься у них на ночь.

– Можно мне взять с собой машинки?

– Конечно. Дедушке будет интересно.

– Может быть, мы совершим с ним восхождение. Ты как думаешь, Мэтт возьмет меня еще раз с собой?

– Возможно. – Она даже сама была бы не против.

– Мэтт! – Александр бросил свои машинки и побежал к двери. – Сегодня моя машина обогнала машину Пьера.

Мальчик обнял Мэтта за ногу и смотрел на него сияющими глазами. Мэтт присел, чтобы быть с ним одного роста.

– Как интересно. Ты должен мне все об этом рассказать. Твоя была самой быстрой?

– Да. Но мама сказала, что в следующий раз может выиграть Пьер, хотя моя действительно быстрая.

– Жизнь состоит не только из побед, но они очень приятны, – ответил Мэтт и посмотрел на Жан ну Мари.

– У нас сегодня на ужин суп. Может быть, хочешь поесть с нами? – Она хотела, чтобы он согласился.

Мэтт кивнул и поднялся, и они направились к столу. Возле него стояло три стула, четвертой стороной он был приставлен к стене. Из окна был виден сад.

Жанна Мари быстро накрыла на стол и села напротив Мэтта.

Мальчик говорил очень много, пока Жанна Мари не прервала его:

– Хватит. Ешь, пока суп не остыл. Потом расскажешь Мэтту обо всем.

Мальчик нехотя взял ложку.

– Но Мэтт должен услышать все.

– Сперва покушай, – сказал ему Мэтт. – У вас опять все номера заняты? Сегодня люди целый день ходят туда-сюда по лестнице.

– Да. В одной семье даже ребенок, о котором меня не предупредили заранее. Надеюсь, он не будет ночью плакать.

– Ты не любишь, когда в гостинице есть маленькие дети?

Жанна Мари кивнула.

– Если меня предупреждают заранее, я заселяю семьи с детьми в крайнюю комнату над кухней. Надеюсь, ребенок проспит эту ночь спокойно, у меня есть идея.

– Я все съел, – сказал Александр, пододвигая свою пустую тарелку к Жанне Мари. – Теперь мне можно рассказывать дальше?

Мэтт улыбнулся. Он такой же нетерпеливый, как Этьен. Мэтт посмотрел на Жанну Мари и поднял вопросительно бровь.

– Да, теперь можно, – сказал она.

– Завтра я поеду к бабушке и дедушке. Ты еще будешь здесь, когда я вернусь?

– Да, Мэтт еще будет здесь.

– Тебе нравится бывать у родных?

– Конечно, мы будем кушать мороженое, гулять в парке и смотреть мультики. У них есть телевизор. У нас нет. А у тебя есть?

– Есть.

– Я бы хотел, чтобы у нас тоже был. Может, мы сходим с ними покататься на лошадях, чтобы я научился. А потом я приеду к тебе в гости, и уже буду уметь.

– Возможно.

Жанна Мари взглянула на Мэтта:

– Зря ты обнадеживаешь его, мы ведь не поедем тебе в гости.

– Почему? Я вас приглашаю. – Он действительно хотел, чтобы они приехали. Посмотрели, где он живет и работает.

– Может быть, еще супа? – спросила она, чтобы сменить тему.

– Да, пожалуйста.

После ужина Мэтт предложил прогуляться. Воздух был свежим и бодрящим. Он знал, что Жанна Мари не пойдет без сына, что его устраивало. Мэтт понял, что ему также нравится компания мальчика.

– Ненадолго. Нам еще надо собрать вещи к завтрашней поездке.

– Может быть, вместо того чтобы ехать после обеда, мы поедем в Марсель утром?

Александр посмотрел на Мэтта:

– Ты тоже поедешь в Марсель?

– Я завтра повезу вас туда.

– Отлично! – И мальчик запрыгал вокруг Мэтта.

– Нам нужно возвращаться, Александру еще нужно сходить в ванную перед сном, – сказала она час спустя. Смеркалось.

– Если я искупаюсь в море, мне не надо будет мыться. Ты почитаешь мне на ночь? – спросил Мэтта Александр, кладя в его большую руку свою маленькую ладошку.

Мальчик не требовал, он просто сказал то, что думал. Держа его маленькую ручку в своей, Мэтт удивился возникшему желанию защищать его. Жизнь по ступила с ним несправедливо – в таком раннем возрасте он потерял отца. Кто теперь научит его быть мужчиной?

Солнце только что скрылось за горизонтом, и его стихающий отсвет был все еще виден в сумерках. Мягкий шепот волн, медленно накатывающих на песчаный берег, успокаивал. Звезды на небе еще не появились, но, когда они подойдут к гостинице, небо будет ими усыпано. С Александром посередине, держащим их обоих за руки, они, должно быть, выглядели как счастливая семья.

Мэтт все чаще и чаще думал об этом, но что-то в нем противилось этому. В конце концов, он был просто на отдыхе. Он посмотрел на Жанну Мари и был удивлен ее безмятежностью. Она радовалась жизни – у нее есть сын, теперь еще есть Мэтт. Незаметно для себя самой она очаровывала его, и он понимал, что тоже желает этой безмятежности, этой тихой семейной радости.

– Мы можем купаться в темноте? – спросил Александр, когда они подошли к гостинице.

– Небезопасно, – ответила Жанна Мари.

– Это не опасно, зато весело, – сказал Мэтт.

Он бы хотел искупаться с Жанной Мари. Посмотреть на нее в купальнике, дотронуться до нее, поцеловать ее, опять почувствовать ее в своих объятиях.

– Возможно. – Она сомневалась.

– Можно, мама? – Александру идея очень понравилась.

Мэтт посмотрел на Жанну Мари:

– Почему нет?

– Хорошо, давайте купаться.

– Ура, – закричал Александр и помчался к гостинице.

Через десять минут они были у воды. Жанна Мари стеснялась Мэтта.

– Мама, поторопись, – позвал Александр, уже стоя по колено в воде.

– Кто последний, тот слабак, – сказал Мэтт и, бросив полотенце, поспешил к Александру.

В одно мгновение она сбросила одежду, догнала их и пробежала мимо, обрызгав.

– Мама, подожди меня.

Александр доплыл до нее и обнял за плечи:

– Как весело.

Мэтт подошел к ним:

– Освежает.

– Вода прохладная, ты имеешь в виду? – Вода была прохладной, но приятной.

– Если ты умеешь плавать, можно проплыть немного.

– Хорошо.

– Я буду плыть рядом с Мэттом.

«И я!» – сразу же промелькнула мысль в голове Жанны Мари.

Когда они вернулись, Мэтт, почувствовав ногами дно, встал. Александр плыл за ним, а Жанна Мари уже шла сзади.

– Если ты устал, можешь обхватить мою руку, – предложил Мэтт Александру.

– Там страшно.

Мэтт осмотрелся:

– Никакой разницы, если бы мы купались днем, только ничего не видно.

Жанна Мари взяла Мэтта за руку. Он притянул ее ближе. Она почувствовала теплоту его кожи, хотя вода была прохладной.

– Я хочу на берег, – сказал Александр.

Мэтт обхватил рукой талию Жанны Мари. Она по смотрела на него, жалея о том, что ничего не видно. Ее сердце забилось.

На мгновение она подумала о том, что хотела бы, чтобы Александр уже спал, и они с Мэттом были вдвоем. Купались, целовались, касались друг друга.

Александр выскочил на песок быстрее всех.

– Было весело.

Когда Жанна Мари вышла из воды и склонилась, чтобы взять полотенце, она почувствовала на себе взгляд Мэтта.

– Жалко, нет солнца, – сказал Мэтт, стоя рядом с ней и наблюдая, как она вытирается полотенцем. Она тоже взглянула на него, на его широкую грудь и сильные руки.

– Давайте еще раз.

– Не сегодня. Тебе пора спать, – сказала Жанна Мари, надевая короткую накидку.

Она выжала воду из волос и опять посмотрела на Мэтта, жалея о том, что он уже надел футболку.

На следующий день Александр сидел сзади и, казалось, был больше взволнован тем, что находится в машине Мэтта, чем визитом к родне. Они отвезут его к бабушке и дедушке после обеда, и потом Жанна Мари пробудет с Мэттом весь остаток дня.

Это не было свиданием в прямом смысле этого слова. Она не верила в это.

Первый раз за долгие годы она была предоставлена сама себе и решила насладиться этим. Они зашли в ресторан, в котором она никогда не была раньше. Она все осмотрела, пытаясь запомнить каждую деталь, чтобы потом вспоминать долгими зимними вечерами. Она должна запомнить этот счастливый вечер.

Официант принес меню – в ресторане был большой выбор рыбных блюд.

– Куда ты поедешь на следующих каникулах? – спросила Жанна Мари, не надеясь на то, что он назовет ее гостиницу.

– Этой зимой я поеду кататься на лыжах. Ты умеешь кататься на лыжах?

– Раньше умела, но это было давно, еще до рождения Александра. Лыжи популярны в Калифорнии.

– Мне тоже нравится.

– Нет желания больше покорять вершины, теперь только съезжать оттуда на лыжах?

– Я не так предан альпинизму, как Филипп, скорее всего, был. Я люблю разные виды спорта.

Подошел официант и принял у них заказ. Когда он ушел, Мэтт спросил у Жанны Мари о ее планах на оставшееся лето.

– У меня заняты все номера вплоть до августа.

– У тебя будут каникулы осенью?

– Может быть, но только на неделю.

Еда была подана, разговор продолжался, и они узнавали друг друга все больше и больше. Когда пришло время уходить, Жанне Мари не хотелось. Ее особенный день подходил к концу, и она хотела, чтобы время остановилось.

Они быстро доехали до гостиницы. Рене, как всегда, читал книгу, когда они вошли. Он посмотрел на них:

– Уже вернулись?

Жанна Мари посмотрела на часы, было почти полночь. Они приехали намного позже, нежели она предполагала.

– Прости, что мы так поздно. Ничего не случилось.

– Нет, все хорошо. – Он положил закладку между страниц и встал.

После того как Рене вышел, Мэтт посмотрел на нее и сказал:

– Я завтра рано встаю, хочу совершить последнее восхождение. Завтрак в шесть тридцать?

– Да, как обычно. Спасибо за замечательный день.

– Мне тоже понравилось, – ответил он и поцеловал ее.

Она надеялась, что все гости уже вернулись и не застанут их в холле. Она почувствовала волнение, когда его рука обхватила ее за талию. Замечательное окончание замечательного дня.

Она старалась не думать о том, что завтра его последний день здесь. Она думала о пустых днях впереди, как она будет вспоминать его поцелуи.

Время опять остановилось, она утопала в страсти и желании, ожидая большего. Он отстранился.

– Тебе сейчас обязательно идти спать?

– Ты имеешь в виду что-то конкретное? – Она не была уверена, готова ли она.

– Как насчет ночного плавания?

Прохладная вода немного охладит ее пыл.

– Я согласна. Уже два раза за неделю.

– Я вернусь через пять минут. – Он быстро поцеловал ее.

– Хорошо.

Она хотела отступить, но он удержал ее, чтобы поцеловать еще раз.

– Не задерживайся. – Ее даже не надо было об этом предупреждать. Она не хотела упускать ни минуты.

Зайдя в воду несколько минут спустя, она почувствовала себя молодой и беззаботной. Они слышали смех и всплески воды ближе к центру города. Мэтт и Жанна Мари плавали до тех пор, пока звуки не стихли. Легкий бриз освежал, вода была похожа на шелк. Все ее чувства были обострены до предела просто присутствием Мэтта.

– Где я живу, нет моря.

– Я, честно говоря, обычно не хожу купаться ночью. Мне больше нравится наблюдать за отсветами фонарей, отражающихся на воде.

– Твое общество превратило этот вечер в нечто очень особенное, – сказал он, подплывая ближе.

Она попробовала нащупать дно, было еще слишком глубоко.

– Давай поплывем к берегу, – предложила она, надеясь, что, когда они доплывут до той глубины, где можно будет стоять, он не уйдет в гостиницу.

Они поплыли назад на свет. Когда глубина была по пояс, она встала и пошла к берегу, наклонившись, чтобы вода вытекла из уха.

Когда Жанна Мари выпрямилась, Мэтт стоял рядом. Он убрал мокрые пряди с ее лица и поцеловал ее снова. Она ощущала его теплые ладони на своих щеках, мягкие губы опять касались ее губ. Она прижалась к нему ближе, ощущая теплоту его кожи, которая становилась горячей в тех местах, где их тела соприкасались. Он обнял ее и прижал к себе еще плотнее. Жанна Мари чувствовала волны, накатывавшие на берег, но лишь как-то отдаленно – все ее сознание было наполнено близостью Мэтта.

Желание все возрастало, теперь она отчетливо поняла, что хотела близости с этим мужчиной. Она сразу полюбила его и пока не задумывалась над тем, что будет, когда он уедет. Сейчас она не могла перестать его целовать, это было невозможно, и хотела близости с ним так сильно, что сама удивлялась этому.

Их языки сплетались, он целовал ее подбородок и шею. Она прижималась к его сильной груди. Руки Мэтта держали ее крепко, надежно, но нежно. Теперь он больше не сдерживал своих чувств, отдаваясь страсти, так же как и она.

Мимо промчалась лодка, осветив их огнями. Поднялись волны. Жанна Мари немного отступила и засмеялась. Она попыталась рассмотреть его лицо, различила лишь очертания.

– Мне надо идти, – сказала она, потому что ей надо рано вставать. Но на самом деле Жанне Мари не хотелось уходить, однако что-то внутри подсказывало ей, что она не готова сделать следующий шаг, хотя он тоже еще ничего не сказал об этом.

– Да, скоро уже утро, – сказал Мэтт, направляясь к их полотенцам.

В глубине души расстроенная этим, она пошла следом. Она протерла волосы полотенцем и завернула их в него, надела накидку.

Он тоже вытерся и надел футболку. Она сделала несколько шагов к гостинице, но, поняв, что Мэтт не идет следом, повернулась и сказала:

– Спокойной ночи, Мэтт. Спасибо еще раз за хороший день.

Он стоял возле края воды, еле видимый в темноте.

– Спокойной ночи, Жанна Мари. Это был хороший день, не правда ли?

– Да, очень.

Она пошла в гостиницу и направилась прямиком на свою половину. Сердце все еще учащенно билось. Она облизнула губы, почувствовала вкус соленой воды и Мэтта. Зайдя в комнату, она постаралась отогнать от себя желание, которое переполняло ее. Эти поцелуи ни к чему не приведут, они не будут вместе. Однако ей хотелось, чтобы они целовались вот так в будущем.

Мэтт смотрел ей вслед с сожалением. Ее теплое тело в его объятиях возбуждало его. Бесхитростный взгляд заставлял позабыть обо всем. Ее губы были сама страсть и нежность.

Мэтт очень хорошо провел сегодняшний день, с ним как будто произошло маленькое чудо. Поцелуи Жанны Мари заставляли его забыть обо всем. Она была так не похожа на Марабелль, но постепенно ее образ вытеснял из памяти воспоминания о жене. Поняв это, он заволновался и решил пройтись. Неяркий свет луны давал ему возможность видеть дорогу. Он не мог забыть Марабелль, она была его единственной любовью. И сына. Боль их потери никогда не оставит его.

Но в его голове звучал смех Жанны Мари. Сегодня они провели вместе замечательный день, она была весела. Долгое время он не обращал ни на кого внимания, но сегодня был действительно заинтересован.

Утром он еще раз поднимется на утесы, последний раз перед тем, как уехать. Мысли о доме, о работе успокаивали. Отдых пошел ему на пользу, но всегда должен был помнить о том, что у него есть предприятие, которым кто-то должен руководить. Каникулы закончились, пришло время вернуться домой.

Утром Мэтт вошел на кухню. Ароматы, витавшие там, были поистине замечательны. Жанна Мари пекла роллы с корицей, и Мэтт мог определить, что они очень вкусные, только по исходившему от них запаху.

– Доброе утро, – сказала она, бросив на него мимолетный взгляд и опустив глаза, когда он подошел поближе. – Шоколад будет сейчас готов.

– Доброе утро. Я могу сам налить, если ты позволишь, – сказал он, смотря на нее.

Он хотел поцеловать ее, но не знал, как она к этому отнесется, ведь если поцелуй затянется, то завтрак будет подан с существенной задержкой.

Она кивнула, и он сам налил себе горячий напиток. Он наблюдал за тем, как она работала. Это было красиво. Руки быстро двигались над столом, раскатывали тесто, посыпали его корицей и сворачивали в роллы. Она была полностью сосредоточена на работе.

– Может, я могу тебе чем-то помочь? – спросил он.

– Нет. Лучше присядь. Я принесу тебе первый готовый ролл, примерно через сорок минут. – Она взглянула на него и опять сосредоточилась на том, что делали ее руки. – По-моему, сегодня будет дождь. Я бы посоветовала тебе быть осторожнее, – сказала Жанна Мари.

Мэтт кивнул. Она знал даже лучше ее, как опасны могли быть мокрые скалы.

Несмотря на все его попытки, она оставалась сосредоточенной на работе. Немного расстроившись и не понимая, почему она не хочет разговаривать, он вышел из кухни, как только доел завтрак. Жанна Мари собрала ему с собой коробочку с завтраком, которую он положил в рюкзак перед тем, как выйти. Когда он вышел из дома, небо на востоке горело красным. Он быстро поднимется наверх, позавтракает последний раз на вершине каланков и отправится домой.

Он хотел провести остаток дня рядом с Жанной Мари, даже если они будут просто сидеть на берегу и разговаривать. Даже если будет дождь, они смогут посидеть в гостиной, возможно, затопят камин, чтобы в комнате было тепло и приятно, будут разговаривать.

– Забудь об этом, – прошептал он, дотянувшись до первого выступа.

Он поднялся за три часа. Как раз за столько, за сколько планировал. Он сел на узкий камень и вынул завтрак, который она приготовила для него. Он не сильно хотел есть, но все равно открыл коробочку. Он задумался о работе, пролистывая в голове список дел, которые надо сделать по возвращении.

Мэтт посмотрел на Сент-Барт сверху. Отсюда он не видел гостиницу и часть городка. Лодки плавали в море, которое сегодня казалось серым, а не голубым, как обычно. Он посмотрел на небо, скорее всего, дождь начнется раньше, чем он предполагал. Быстро закончив завтрак, он осмотрелся, не забыл ли что-нибудь, и начал спуск вниз, но не с той стороны, с которой предполагал это сделать.

Первые капли упали, когда он был на полпути вниз. Секунды спустя большие капли застучали по скалам, заливая водой уступы и лицо, ослепляя его, разбиваясь о скалы. Мокрые выступы скалы были небезопасны. Он попробовал спускаться быстрее, при этом старался быть предельно осторожным. Может быть, лучше было бы остаться наверху, пока не закончится дождь. Однако скалы все равно были бы мокрыми.

У него не было возможности протереть лицо рукой, поэтому он старался смахнуть воду с глаз, тряся головой. Он плохо видел, только мокрые скалы, серое небо и медленно приближавшуюся землю.

Когда он был в пяти метрах от земли, он потерял ногой опору. Он повис на руке, пытаясь нащупать ногой что-нибудь подходящее, чтобы опереться. Одна нога нащупала маленький уступ. В кровь выделился адреналин. Он резко вдохнул, почувствовав, как соскользнули пальцы и скала начала быстро отдаляться.

Моментальная боль, и Мэтт потерял сознание.

Глава 8

Дождь был такой сильный, что Жанна Мари, сидевшая за стойкой и работавшая со счетами, не могла видеть море. Он лил несколько часов подряд без остановки. Она надеялась, что Александру нравится у родных, и думала о том, чем они сейчас занимаются дома. Она периодически посматривала на вход в ожидании Мэтта. Он был слишком опытным альпинистом, чтобы спускаться в дождь, поэтому, скорее всего, пережидает где-то ливень.

Скоро приедут ее новые гости. Неудачный день для прибытия – все красоты городка и моря не видны из-за дождя. Казалось будто на улице уже почти вечер, хотя еще не наступил полдень. Как только приедет Рене, она отправится в Марсель забирать Александра.

Когда Жанна Мари услышала, что на стоянку подъехала машина, она еще раз все проверила. Все вокруг выглядело теплым и домашним в приглушенном свете холла. Она достала карточку прибытия и положила на стойку ручку.

К ее удивлению, внутрь вошел полицейский. Сердце упало. Она моргнула, внутри накатила волна страха – такое уже было. Она смотрела, как он подходил к ней, пытаясь сдерживать дыхание, которое будто застревало в горле. «Что-то случилось с Мэттом! Нет, только не это!» – стучала в голове одна-единственная мысль.

– Мадам Россе, – поприветствовал ее полицейский. – Мэттью Соммер один из ваших гостей?

– Да. Он снимает комнату здесь.

«Пожалуйста, только бы с Мэтттом ничего не случилось!» – думала Жанна Мари.

– Сегодня с ним произошел несчастный случай. Он сорвался со скалы. Его отвезли в больницу в Марселе. Он просил вам сообщить.

Худшие подозрения сбылись, но хотя бы он не погиб. Она выдохнула:

– Так он не умер?

– Нет, и он просил вас предупредить, чтобы вы не волновались, что он сегодня не вернется в гостиницу.

Она поблагодарила Бога, что Мэтт не разбился, и попыталась улыбнуться полицейскому. Она часто моргала вместо того, чтобы не расплакаться.

– Спасибо, что сообщили. Как его общее состояние?

Полицейский заглянул в блокнот:

– Сломана рука, ушибы и царапины, сотрясение. Ему придется забыть об альпинизме в ближайшее время.

– Еще раз спасибо, что сообщили.

Страх медленно отступал. Сотрясение и сломанная рука – она не могла представить его больным, ведь он был в такой хорошей физической форме.

Офицер попрощался и направился к выходу. У порога остановился и, обернувшись, сказал:

– Больница Святой Марии. На улице Жерарда.

– Спасибо.

Полицейский уже шел по веранде, когда приехали новые гости. Они удивленно и заинтересованно посмотрели на него. Регистрация не заняла много времени, потом она проводила их в номер, но делала это на автомате, так как все мысли ее были о Мэтте. Она должна поехать к нему и лично убедиться в том, что он жив и поправится. Она не думала над тем, почему ей надо было сделать это, ей просто хотелось увидеть его.

Когда Жанна Мари вернулась к стойке, она позвонила в больницу. Навряд ли они скажут ей что-то конкретное, она должна лично увидеть его, но, пока не пришел Рене, она не могла покинуть гостиницу.

Ее преследовал страх того, что Мэтт упадет. Она думала, что уже не будет больше ни к кому так относиться, как к Филиппу, но Мэтт стал для нее таким родным и так много для нее значил. Теперь она знала наверняка, что любит его, и так хотела поехать к нему прямо сейчас.

Жанна Мари хотела видеть его, дотронуться до него, успокоить себя мыслью, что он выжил и все будет хорошо. Она смотрела на часы с нетерпением. Рене не будет еще сорок пять минут. Она не знала, выдержит ли столь долгое ожидание. Она надеялась, что ему вкололи обезболивающее и он не чувствует боли. Она должна попасть к нему как можно раньше.

Рене приехал ровно в три.

Через две минуты она уже шла к машине. Поездка в Марсель словно длилась целую вечность. Каждый километр давался с трудом. Когда она подъехала к больнице, она быстро вошла внутрь и спросила его палату.

– Он еще в операционной, – сказала медсестра в приемном покое, проверив. – Ему надо вправить руку и зашить несколько порезов. Скоро он будет в палате. Вы родственник?

– Нет, я его друг. Но мне очень надо увидеть его.

Медсестра кивнула:

– Второй этаж, западное крыло. Там послеоперационная комната ожидания, вас позовут, когда он придет в себя.

Она уже была близка, но еще не рядом с ним. Жанна Мари присела на стул в комнате ожидания. Она не могла представить себе ничего, кроме Мэтта, лежащего у подножия скал. «Кто нашел его? Насколько опасны его раны, если ему понадобилась операционная?» – думала она. Вопросы не иссякали, было столько всего, что бы она хотела узнать сейчас.

– Мадам Россе? – в проходе появилась медсестра.

– Да! – вскочила Жанна Мари.

– Вы можете увидеть месье Соммера. Кстати, он спрашивал о вас.

Она последовала за медсестрой в палату Мэтта. Его правая рука была в гипсе, везде были порезы и ссадины, левая сторона головы была в бинте. На щеке и левой руке было несколько зашитых порезов.

– Что случилось? – спросила она, встав справа от его кровати. Она взяла его за руку, чтобы ощутить, что он жив. – Полицейский напугал меня до полусмерти. Я подумала, что ты… – Она не закончила фразу, он был жив и поправится.

– Извини, – сказал он тихо.

– Я очень рада, что ты поправишься.

– Падать, конечно, не входило в мои планы. Может, год назад мне было все равно, но теперь нет.

Она нежно сжала его руку и кивнула:

– Конечно, ты не хотел. Все хорошо. Ты поправишься и снова будешь покорять вершины… – Ее сердце сжалось от боли.

Она знала, как это тяжело – потерять любимого человека. Она бы никогда не подумала, что когда-то Мэтту было все равно, погибнет он или нет. Он думал, что если упадет, то так и должно было случиться. Жанна Мари была рада, что он больше так не думает.

Он ненадолго закрыл глаза:

– Моя голова и тело болят невыносимо.

– Ты поправишься, просто нужно время.

Он опять закрыл глаза.

– Я оставлю тебя, чтобы ты отдохнул, – сказала она, хотя на самом деле не хотела оставлять его одного. Ему нужен был отдых. Теперь она могла идти – она увидела его.

Его пальцы сжали ее руку.

– Пожалуйста, не уходи. Я закрыл глаза просто потому, что у меня все двоится в глазах. Прямо сейчас я все равно не засну. Меня только что разбудили после анестезии.

– У вас есть еще пять минут, потом мы перевезем его в палату, где вы сможете его навещать. – Медсестра подошла к кровати Мэтта. – Как вы себя чувствуете?

– Так, будто я упал со скалы.

Жанна Мари еле заметно улыбнулась. Страх за его жизнь немного отступил на задний план. Она надеялась, что он скоро поправится, его рука заживет и после падения не останется никаких следов.

После того как медсестра вышла, Жанна Мари опять сжала его руку:

– Мэтт, ведь ты же мог разбиться или получить какие-нибудь серьезные травмы.

– Мог, но ведь со мной все в порядке. Дождь начался раньше, чем я предполагал. Я уже почти был внизу. Я не хотел, чтобы так вышло, честно.

– Я знаю.

Он посмотрел на нее и спросил:

– Для меня важно, чтобы ты знала это.

– Я знаю это. Закрой глаза и немного отдохни. Я еще недолго побуду здесь.

Пока Мэтта перевозили в другую палату, Жанна Мари позвонила родственникам и сказала, что заберет Александра позже назначенного срока. Потом отправилась искать его новую палату.

Она взглянула на него, лежащего на больничной койке. Дождь за окном все лил. Его лицо было все в синяках и ушибах, рука – в гипсе. Он обернулся, посмотрел на нее и улыбнулся. Он выглядел, словно что-то решил для себя, что-то действительно важное.

– Ты осталась?

– Я же обещала, – ответила она мягко, подошла к кровати и присела на стул для посетителей прямо перед ним.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хуже, чем раньше. Чем больше проходит времени после анестезии, тем больше я начинаю ощущать, как болит каждый сантиметр моего тела, – сказал он со слабой улыбкой. Он будто черпал силы от ее присутствия.

– Что сказали врачи?

– Сказали, что головная боль скоро пройдет, так же как и двоение в глазах, но они не знают точно, когда это будет.

– Закрой глаза. Ты можешь разговаривать с закрытыми.

– Да, так лучше, – ответил Мэтт, закрывая глаза.

– Когда тебя выпишут?

– Через несколько дней, в зависимости от того, станет ли мне лучше. И при условии, что есть кто-то, кто присмотрит за мной.

– Ты поедешь домой? – спросила она. Конечно, он отправится домой, ведь больным дома и стены помогают.

– Я не знаю. Дорога достаточно дальняя. Сейчас я не могу даже сидеть, что уж говорить о нескольких часах подряд.

Повисла тишина, он не шевелился, и Жанна Мари подумала, что он заснул. Она не хотела, чтобы Мэтт возвращался домой. Она хотела, чтобы он остался с ними.

Она сказала тихо:

– Ты можешь остаться в комнате Александра. У него там стоят две кровати, они, конечно, не особенно большие, но я думаю, что тебе подойдет.

– Спасибо за заботу, но я не думаю, что из меня получится хороший пациент.

Она рассмеялась:

– Все мужчины такие. Сейчас это лучше для тебя, чем дорога домой. Конечно, если ты не настаиваешь. Я знаю, Александр любит поболтать, но мы найдем ему другие занятия. Ты можешь читать, общаться с другими гостями, вообще делать все, что захочешь, пока не поправишься.

Он открыл глаза и посмотрел на нее:

– Я буду для тебя лишней заботой. Ты ведь сама говорила, что сейчас у тебя все так, как бы тебе хотелось.

– Я буду рада тебя принять. – Ее сердце забилось быстрее от мысли о том, что она будет действительно счастлива, если он останется у них, хоть и ненадолго.

– Я должен тебе за это отплатить.

– Хорошо. Я включу все в счет. – Поняв, зачем она делает это, он поймет, что она любит его. Пусть пока думает, что этот просто доброта с ее стороны.

Она любила Мэттью Соммера, но ведь он пока ничем не показал этого со своей стороны, кроме тех поцелуев, того, что пригласил ее в ресторан и хорошо относился к ее сыну.

Он снова закрыл глаза и кивнул:

– Это мне подходит.

Она приняла это во внимание, но знала, что поможет ему бескорыстно.

– Мне надо будет несколько раз посетить доктора. Он сказал, что мне придется ненадолго забыть об альпинизме.

– И это правильно, – ответила она.

Почему она всегда влюблялась в тех мужчин, которые рискуют своими жизнями ради скал и высоты? Она посмотрела на него, и ее сердце застыло, ведь если бы он упал с большей высоты, она могла потерять его навсегда.

«Но ведь когда он поправится, он вернется домой. И что я буду делать дальше?» – подумала она с горечью.

Он открыл глаза:

– Спасибо тебе, что пришла, Жанна Мари.

Она улыбнулась:

– Я не могла остаться в стороне, – она надеялась, он никогда не узнает правду.

Раздался стук в дверь, и в палату вошел мужчина.

– Сюрприз. Я спешил к тебе, думал, ты страдаешь совсем один, а ты тут в компании такой милой женщины. Может быть, мне надо упасть со скалы вместо тебя, – сказал он улыбаясь.

– Поль, что ты здесь делаешь? Я думал, ты уже уехал, – сказал Мэтт.

– Не смог удержаться от того, чтобы не остаться еще на пару дней. Я позвонил, чтобы спросить, не хочешь ли ты совершить со мной последний подъем, и узнал, что ты здесь. Я ведь не мог поехать домой, пока не навестил тебя и не удостоверился, что тебе ничего не нужно. Похоже что нет. – Он улыбнулся Жанне Мари.

– Это Жанна Мари, хозяйка гостиницы, в которой я остановился. А это мой друг, Поль Жардан, – сказал Мэтт.

– Теперь понятно, почему ты не захотел остановиться в Марселе. Очень приятно, мадемуазель, – сказал Поль.

– Мадам Россе. – Жанна Мари поднялась и кивнула Мэтту: – Я позвоню попозже, чтобы узнать, как твое самочувствие. А теперь отдыхай и набирайся сил. Приятно было с вами познакомиться, месье.

– Постой. Поль приехал ненадолго.

Поль кинул взгляд на своего друга:

– Да, я просто хотел убедиться, что все в порядке. Я еще пробуду здесь несколько дней. Может быть, тебе что-нибудь нужно?

– Нет, все хорошо, точнее, будет хорошо, когда рука заживет.

– И твои ушибы и порезы. Похоже, ты проскользил по скалам.

– Похоже на то.

Жанна Мари не знала, уходить ей или нет. Он попросил ее остаться, но, если к нему приехал друг, она не нужна.

– Ладно. Я еще раз приеду завтра в то время, когда у тебя никого не будет. Выздоравливай. Мадам. – Поль попрощался и вышел.

– Может быть, мне надо уйти, чтобы вы могли поговорить? – сказала Жанна Мари.

Он опять взял ее за руку:

– С тобой мне лучше. Во сколько ты забираешь Александра?

– Чуть позже, а пока я побуду с тобой.

– Как ты без него?

– Очень скучаю, а ведь он у бабушки и дедушки всего сутки.

Она сразу вспомнила о том, как они ночью купались в море и целовались. Она сидела на краю кровати и чувствовала, как его пальцы сжимают ее руку. Она жалела о том, что не может избавить его от боли. Если бы с ним что-то случилось, она бы, наверное, не смогла пережить это еще раз.

– Расскажи мне, как все произошло.

Она внимательно слушала его рассказ. Мэтт рассказал о том, что его нашли другие альпинисты и тогда, поняв, что он выжил, он поблагодарил Господа. Если бы они его не нашли, он бы еще долгое время лежал на земле под дождем.

Его рассказ испугал ее.

* * *

Жанна Мари не стала рассказывать семье Россе о том, что Мэтт упал, и она навещала его в больнице Святой Марии. Они, как обычно, радостно встретили ее, а Александр сразу рассказал о том, что спал в комнате своего отца. Как они гуляли в парке и ели мороженое. Жанна Мари знала, он мог болтать без остановки. Но пусть лучше Александр рассказывает о том, как провел время, чем задает вопросы о Мэтте. Она любила мать и отца мужа, но все-таки Жанна Мари жила своей жизнью и не хотела, чтобы они как-то вмешивались. Ей казалось, они не поймут, если она полюбит другого человека. Но ведь она сама еще не была ни в чем уверена.

Скоро она и Александр уже ехали к гостинице. Тогда Жанна Мари и рассказала мальчику обо всем случившемся и сказала, что Мэтт пока побудет у них, а потом уедет домой. «Сколько времени займет его восстановление?» – думала Жанна Мари.

Александр забеспокоился и засыпал ее вопросами. Он хотел увидеть Мэтта, но они были уже почти дома.

– Он скоро приедет к нам, – сказала она, уже устав отвечать на вопросы. – Он будет спать с тобой в комнате, поэтому веди себя тихо и не оставляй игрушки на полу.

– Я стану самым лучшим ребенком на свете!

– Ты уже такой.

Через два дня Мэтт позвонил и сказал, что его могут выписать, если она все еще согласна принять его. Жанна Мари подтвердила свои намерения. Они разговаривали по телефону несколько раз в день, но она больше не ездила к нему в Марсель. В гостинице было много работы, и Жанна Мари не могла позволить себе отсутствовать почти целый день.

Она уже сдала его комнату пожилой паре из Нанта. Жанна Мари представляла его сидящим на кухне, когда заходила туда. Сколько он пробудет здесь? – дни, недели – следы его присутствия останутся в воспоминаниях. И все же он останется с ними немного дольше, и только это сейчас имело значение.

Мэтт без особых неудобств преодолел расстояние из Марселя до гостиницы. Она хотела забрать его на машине, но все-таки «скорая помощь» с врачами была безопаснее. Его рука болела, голова кружилась. Чтобы у него не двоилось в глазах, он закрывал глаза. Сперва надо было справиться с сотрясением, это просто сводило его с ума.

Но сейчас это не сильно его беспокоило, он ехал к Жанне Мари. Доктор сказал, что его сотрясение, скорее всего, пройдет через несколько недель. Еще несколько недель он будет слышать ее смех, она будет смотреть ему в глаза. А что будет после того, как они будут укладывать Александра?

Медсестра помогла ему выйти из машины и сесть в кресло, которым он должен пользоваться, пока его сотрясение не пройдет. Он был одет в новую одежду, которую Поль принес ему. Мэтт был рад тому, что теперь он уже не в больнице. Он улыбнулся про себя, здесь он впервые за много лет ощутил спокойствие и удовлетворенность, которые чувствовал только в стенах родного дома.

Когда он оказался в холле, за стойкой был Рене. Он поднял глаза и сказал:

– Подождите одну минуту здесь, – и, быстро выйдя из-за стойки, направился на половину хозяйки. Через секунду на пороге возникла Жанна Мари, а следом выбежал Александр.

– Ты уже здесь, – сказала она, вытирая руки о фартук. – Мы не ждали тебя так рано.

Она улыбнулась и подошла к нему. Он хотел, чтобы она поцеловала его, но вокруг стояло слишком много людей, и она, скорее всего, посчитала это неуместным.

Он удивился, что огорчился этому.

Александр подбежал к нему, посмотрел на кресло, а потом на Мэтта и сказал:

– Как ты?

– Рука болит, а так ничего. – Он был рад видеть мальчика.

– Если хочешь, я нарисую на твоем гипсе веселую рожицу. – сказал Александр и заулыбался.

– Я согласен, только чуть позже. Хорошо? – Рука и голова ужасно болели, но идея ему понравилась.

«Скорая» уехала.

– Мои вещи остались в номере? – спросил Мэтт у Жанны Мари.

– Нет, я уже перенесла их в комнату Александра. Тебе, наверное, надо отдохнуть перед ужином. Я приду и разбужу тебя, когда придет время есть. Поездка тебя вымотала.

– А я и не знал, что это будет так сложно. Через несколько минут я уже чувствовал каждый ухаб на дороге.

Александр прислонился к его руке:

– Так жаль, что ты упал.

Жанна Мари строго посмотрела на него.

– Даже сквозь все эти разноцветные ушибы и синяки видно, что ты устал.

– Они фиолетовые, – добавил Александр.

Мэтт рассмеялся, но боль в голове сразу же напомнила о себе.

– Кровать уже готова. Поспи чуть-чуть. А там, в зависимости от твоего состояния, решим, где будем ужинать. Возможно, я принесу тебе поесть в комнату. Да, на ужин суп.

– Это очень хорошо. Потому что из-за лекарств у меня нет особого аппетита. Да и принятие пищи теперь для меня нелегкое занятие.

– Я и Мэтт будем спать в моей комнате, – сказал довольный Александр.

– Я подумала, что, может, несколько первых ночей ты будешь спать со мной.

– Но я хочу спать с Мэттом. Ведь у меня в комнате две кровати. Я буду ложиться вовремя, и кроме того, Мэтт хочет, чтобы я спал с ним, правда, Мэтт?

– Разреши ему, Жанна Мари, – сказал Мэтт, неспособный противостоять просьбе в детских глазах.

– Я подумаю.

– Как прошло время у бабушки с дедушкой? – спросил Мэтт у Александра. На самом деле он очень устал и хотел лечь в кровать, но решил не торопить события. Если он сейчас ляжет, то, скорее всего, проспит до утра.

– Мы кушали мороженое, катались на качелях и гуляли в парке. Мы смотрели папу по телевизору, потому что был дождь.

– Твоего папу показывали по телевизору?

– У бабушки и дедушки есть записи с ним на дисках. Он много улыбался, и он мне нравится.

– Конечно, он тебе нравится, – сказал Мэтт, думая о том, как это, когда у тебя остались только записи с отцом на дисках. Мэтту сейчас тридцать два, и ему до сих пор кажется, что его отец слишком мало был рядом с ним. «Это должно быть ужасно, потерять отца, когда ты маленький, и теперь даже не иметь возможности вспомнить его?» – подумал про себя Мэтт.

– У тебя есть записи с твоим отцом? – спросил Александр, прислонившись к его руке.

Мэтт кивнул:

– Есть несколько. Много записей, на которых моя жена и сын.

– Твоя рука болит?

– Не только рука.

– Мама должна тебя поцеловать, и все пройдет. Мне она всегда так делает.

Мэтт улыбнулся про себя. Он был совсем не против, чтобы Жанна Мари целовала его, пока он не выздоровеет. Ей придется много раз поцеловать его, чтобы боль прошла. Мэтт бросил на нее взгляд.

– Пойдемте. О поцелуях поговорим позже. – И она взялась за ручки его кресла.

– Идет. – Мэтт закрыл глаза и лишь слышал, как Жанна Мари сказала Рене, что будет у себя, если что-то случится.

– Тебе помочь раздеться? – спросила Жанна Мари, когда они уже были в комнате Александра.

Мэтт открыл один глаз и осмотрелся. Ему хотелось прилечь. Сделав над собой усилие, он встал и пересел на кровать.

– Я, скорее всего, просплю до утра.

– Я зайду в шесть, может быть, ты проснешься и захочешь есть.

– Хорошо. – Он закрыл глаза и уже не видел, как она вышла, просто почувствовал, как опустела комната. Через несколько минут Мэтт уже спал.

– Проснись, Мэтт, – сказала Жанна Мари, зайдя в темную комнату некоторое время спустя.

Она дотронулась до его лба, рука была прохладной и мягкой. Нежно она откинула волосы с его лба и прислонилась к нему щекой.

– Жара нет. Ты проснулся?

Мэтт вдохнул ее запах и пожалел о том, что был болен. Он мог бы воспользоваться ситуацией. Она замолчала, и он открыл глаза. Она выглядела взволнованной, и Мэтт сказал:

– Все хорошо.

– Я пришла проверить, как ты тут. Тебе нужна тишина и отдых, поэтому я не знаю, разрешать ли Александру спать с тобой в одной комнате.

– Он расстроится, если ты не позволишь ему, – ответил Мэтт. Он не хотел чем-то расстраивать мальчика.

– Ты хочешь перекусить? Я могу принести.

– Может быть, только суп. Налей бульон в кружку, и я выпью его. – Мэтт поднял руку в гипсе. – Сложно есть левой рукой.

Жанна Мари вышла, чтобы принести ему ужин, думая о том, не сошла ли она с ума, когда предложила Мэттью Соммеру остаться в их доме, пока он не выздоровеет. Она хотела, чтобы они стали больше чем друзьями. Хотела, чтобы он опять целовал ее. Она хотела, чтобы после его отъезда они опять увиделись. Может быть, она хотела стать его женой, но сама еще не знала ответа на этот вопрос.

Каждый раз, когда Жанна Мари смотрела на Мэтта, всего в синяках и царапинах, она хотела подарить ему часть своей жизненной энергии, чтобы он быстрее поправлялся. Она хотела обнять его и хотела, чтобы он знал, как она за него переживает.

Он быстро выпил бульон и откинулся на подушку.

– Через час я буду укладывать Александра, а пока поспи еще, если сможешь заснуть, – сказала Жанна Мари.

Она убрала на кухне, быстро помыла Александра и помогла ему надеть пижаму.

– В комнате не шуми, может быть, Мэтт опять заснул.

И он не произнес ни звука. Она поцеловала мальчика перед сном.

– Мама, ты должна поцеловать Мэтта тоже, чтобы он быстрее поправился, – шепнул Александр Жанне Мари.

– Время лучшее лекарство, – ответила она и потрепала его по волосам.

– Пожалуйста, мама.

– Хорошо, а теперь спи.

Она подошла к Мэтту и нагнулась над ним, чтобы поцеловать в лоб. Жанна Мари поймала себя на мысли о том, что хотела бы делать так каждый день.

Жанна Мари прошла в холл на веранду. Звуки моря успокаивали ее. Она села на стул и посмотрела на воду, надеясь на то, что во взволнованные мысли придет спокойствие. Было уже достаточно темно, и она не могла ничего хорошо рассмотреть. Жанна Мари попыталась расслабиться и доверила ночному бризу все свои мысли о Мэтте. Все больше и больше она влюблялась в него, хоть и пыталась этому противостоять. Она не могла думать только за себя, мнение Александра тоже играло важную роль. Мальчик почти не помнил отца, поэтому ему было гораздо легче. Александр уже привык к Мэтту, и после его отъезда он будет очень по нему скучать. Она хотела защитить сына настолько, насколько это было возможно.

Пора идти спать. Перед тем как пойти к себе в комнату, она заглянула у ним. Оба спали. Она подошла к Мэтту и легонько потрясла его.

– Мэтт?

– Что? – Он открыл один глаз.

– Просто хотела проверить, как ты. Ты знаешь, какой сегодня день?

– Этот день я бы хотел проспать. Все хорошо, Жан на Мари. Иди спать.

Она кивнула и вышла.

Она заглядывала к ним еще раз ночью.

Утром в положенное время Александр не спустился на завтрак. Жанна Мари прошла к ним в комнату. Она услышала, что они разговаривают, еще не дойдя до двери.

– Кто-нибудь будет завтракать? – постучала она в дверь и вошла.

Александр сидел на кровати Мэтта.

– Я буду, если Мэтт будет, – сказал Александр, вскакивая с кровати.

– Конечно же я буду, – сказал Мэтт. – Я могу съесть огромный омлет. Хороший сон мне действительно помог. И тот факт, что я уже не в больнице.

Когда они позавтракали, Жанна Мари предложила Мэтту посидеть на веранде. Погода была хорошая, и она иногда приходила посидеть рядом с ним. Александр играл на песке со своими машинками.

Все казалось таким идеальным, что в голову невольно приходили мысли о том, что у них могла получиться семья. Но это были только ее глупые мечты. «После того как Мэтт приехал он ни разу не пытался меня поцеловать», – думала Жанна Мари.

Он выздоровеет и уедет.

А она снова останется одна.

Глава 9

Спрятавшись от солнца, Мэтт наслаждался теплом. Было хорошо дышать свежим воздухом. Море тихо накатывало на берег, Александр, играя с машинками, разговаривал сам с собой. Мэтт повернул голову и посмотрел на Жанну Мари, сидевшую рядом, и не смог отвести от нее взгляд. Его чувство удовлетворенности жизнью исчезло и появилось желание. Несмотря на боль во всем теле, он знал, что хочет ее. Он хотел ее целовать и ласкать всю ночь напролет. Когда она была рядом, его чувства вскипали – такого раньше не было никогда.

Даже воспоминания о том, как он дотрагивался до ее щеки, будили в нем желание. Он хотел заключить ее в объятия, целовать и никогда не отпускать.

Наконец отведя глаза, он постарался заглушить в себе эти чувства мыслями о работе. Болезнь Мэтта задержала его здесь.

Он все еще скучал по жене и сыну, но Жанна Мари помогла ему снова полюбить жизнь. Когда-нибудь он состарится и умрет. «Что станет с производством вин Соммера?» – думал Мэтт. Это было их семейное дело на протяжении долгих лет. У него есть двоюродные братья, которые смогут обо всем позаботиться, когда его не станет. Но он все-таки хотел, чтобы его сын продолжил дело. Мэтт не задумывался о возможности того, что у него может быть еще один сын. А ведь он еще молод. Но хватит ли у него смелости рискнуть и создать семью?

Очень скоро они привыкли к новому распорядку дня. Сперва Жанна Мари готовила для гостей, потом кормила на кухне завтраком Мэтта и Александра. После уборки на кухне она присоединялась к ним на веранде, где Мэтт проводил большую часть дня, отдыхая, разговаривая с Александром или глядя на море.

Иногда он много общался по телефону по поводу работы. В первый день в их доме Жанна Мари слышала, как он разговаривал с тетей, которую уверял в том, что с ним все хорошо, описывая более оптимистично свое состояние.

– Скоро я поправлюсь и смогу сидеть за рулем, – сказал ей Мэтт.

«Сначала должно наладиться зрение», – подумала Жанна Мари. Но Мэтт не сказал своей тете об этом осложнении.

С каждым днем Мэтту становилось лучше. Он креп, головная боль проходила, и к концу недели двоение в глазах было лишь воспоминанием. Они много разговаривали, и она узнала много нового о его братьях, друзьях, идеях о совершенствовании производства. Он тоже спрашивал ее о родителях, племянниках и друзьях. Когда они обсуждали любимую еду, она запомнила те блюда, которые ему нравятся больше всего. Когда он сказал, что ему нравится голубой цвет, она начала надевать чаще голубые платья.

Александру нравилось вдвое больше внимания. Он приходил к Мэтту, чтобы рассказать, что с ним случилось за день, и спрашивал, когда они опять будут покорять скалы.

– Я никогда не упаду, – сказал мальчик.

– Я тоже редко падал. Это было глупо с моей стороны подниматься в дождь. Запомни это.

– Сегодня нет дождя. Может, мы совершим подъем сегодня? – как-то спросил Александр.

– Я не могу, пока у меня вот это, – ответил Мэтт, поднимая руку в гипсе.

– И полностью не восстановишься. Александр, не приставай к Мэтту, – строго сказала Жанна Мари.

Каждый день мальчик говорил об альпинизме. После первого удачного, достаточно легкого, подъема Александр считал, что может скоро сравниться с Мэттом. И это пугало Жанну Мари. Скорее всего, тогда, разрешив ему подняться, она совершила ошибку.

– Пойдем купаться, – предложила она.

– Мэтт пойдет с нами?

– Ему нельзя, пока у него гипс.

– Тогда я хочу остаться с ним здесь.

– А если я буду на берегу, ты будешь купаться? – спросил Мэтт.

Дважды в неделю приезжали гости, и она не могла ходить с ними. Она смотрела на них, как они шли рядом. Мэтт – немного согнувшись, чтобы лучше слышать то, что говорил ему мальчик. Он так подходил для ее сына. Несмотря на свою потерю, ему нравилось быть с мальчиком.

Но особенно Жанне Мари нравились ночи, когда, после того как они укладывали мальчика и уходил Рене, они вместе сидели на веранде. Говорили, целовались, были вместе наедине. Два раза они ходили гулять вдоль берега моря. Его колено больше не болело.

Тогда она чувствовала себя ближе к нему, чем когда бы то ни было. Его поцелуи были мечтой любой женщины. Его ласки разжигали желание, а слова заставляли трепетать.

Она хотела пойти дальше. Но он пока не заходил дальше поцелуев и ласк. Возможно, ему хватало и этого.

Он никогда не говорил о будущем.

А она всегда думала об этом и боялась.

В среду позвонила Эдриен и спросила, могут ли они приехать и провести день с Александром. Она была рада пригласить их, но, когда повесила трубку, подумала о том, что они скажут, когда увидят здесь Мэтта. Она не могла сказать им о его падении и о том, что здесь он поправляется.

Скрывать это было глупо. Она не хотела, чтобы они знали, просто потому что это их расстроит, ведь они так любили своего единственного сына. Она тоже его любила, но жизнь двигалась дальше. Она сама не знала, что полюбит опять. Или ей все-таки надо хранить все в секрете?

Она не любила сложности и недопонимание. Но ведь она не могла ничего сказать, пока не была уверена в его отношении.

«Может кто-нибудь так целовать и при этом ничего не чувствовать?» – думала Жанна Мари.

В четверг Эдриен и Энтони приехали в десять.

Мэтт сидел на веранде, когда они приехали.

Они удивились, увидев его, но радушно поприветствовали и вопросительно посмотрели на Жанну Мари.

Вчера за ужином Жанна Мари сказала Александру и Мэтту, что они приедут. А также то, что Россе не знают о том, что Мэтт здесь.

Мэтт подозревал, что они также не будут рады, узнав о его чувствах к бывшей жене их сына.

– Мы немного погуляем по городу, потом пообедаем, а потом пойдем на пляж. Александр ведь так любит строить замки из песка. Мы вернемся до обеда, – сказала Эдриен.

– Будете с нами ужинать?

– Я буду рад пригласить вас всех на ужин, – сказал Мэтт.

Жанна Мари взглянула на него и кивнула:

– Я согласна.

Эдриен и Энтони посмотрели друг на друга.

– Слушайся бабушку и дедушку, – сказала Жанна Мари Александру и, улыбнувшись, посмотрела на Эдриен: – Он будет хорошо себя вести.

– Конечно, он же сын Филиппа. – После этих слов они удалились.

Жанна Мари вздохнула.

– И мой тоже, – сказала она им вслед.

– Я думаю, это относилось ко мне.

Она пожала плечами. Жанна Мари так старалась не выдавать своих чувств, но, может, Эдриен что-то поняла? Она посмотрела на Мэтта. Теперь, когда он почти выздоровел, он выглядел хорошо, и она могла часами смотреть на него.

Чем дольше он оставался у них, тем больше она боялась его отъезда. «Могу ли я отпустить его, не сказав ничего о своих чувствах? И если окажется, что он тоже меня любит, как я скажу об этом Эдриен и Энтони?» – переживала Жанна Мари.

– Жанна Мари? – Он подошел к ней.

Она улыбнулась.

– У нас есть целый день наедине. Что будем делать?

Выражение его лица было серьезным. Он убрал волосы с ее лица, пропуская их между пальцами.

– Завтра я уеду домой. Меня не было слишком долго. Я ведь собирался отсутствовать всего неделю.

Ее сердце похолодело. Она старалась принять эту новость и при этом сохранить улыбку на лице.

– Да. Конечно. Тебе надо вернуться домой.

Она развернулась, но он остановил ее, взяв за руку.

– Так чем ты сегодня хочешь заняться? – спросила она.

– Может быть, мы прогуляемся, а потом сходим в «Черного кота». Завтра я буду весь день в дороге, поэтому мне надо рано встать.

– Ранний утренний завтрак моя специализация.

«Завтра утром! Осталось двадцать четыре часа». – Она не могла это вынести. Она запомнит сегодняшний день до секунды и будет молиться о том, чтобы не расклеиться окончательно, когда он уедет.

– Так жалко, что мы не можем искупаться. Мне это понравилось, – сказал он, нежно держа ее за руку. Она хотела прижаться к нему, рассказать обо всем и никогда не отпускать.

– Мне тоже жаль. Я сейчас приведу себя в порядок, и мы можем идти.

Зайдя в свою комнату, она застонала от огорчения. Он останется в ее воспоминаниях, она до сих пор не могла поверить в то, что он уедет. Теперь время пришло.

Мэтт стоял на веранде, любуясь морем. В гавань заходили лодки. Он бросил взгляд на скалы, может быть, он еще раз осмелится на них подняться. Он должен вернуться домой. Он будет много работать и изменит их производство к лучшему, сделав его еще более знаменитым и узнаваемым.

Это падение изменило его жизнь навсегда. Теперь он будет относиться к каждому новому дню как к подарку, так же как это делает Жанна Мари. Он многим ей обязан. Ей и Александру. Он улыбнулся от воспоминания о мальчике. Он очаровывал людей, сам того не понимая. Мэтт будет по нему скучать.

И будет скучать по Жанне Мари.

– Я готова, – услышал он сзади.

– Давай пройдемся по центру, поедим и вернемся обратно по берегу, – предложил он.

– Хорошо.

В центре еще было нарядно после празднования Дня Победы. Он взял ее за руку, и их пальцы сплелись. Сегодня он последний раз посетит город в компании Жанны Мари.

«Приедет ли она когда-нибудь ко мне в гости? Хочу ли я чего-то большего от Жанны Мари? Что будет после того, как я покину Сент-Барт?» – думал Мэтт.

И все-таки мысль о том, что надо будет прощаться, беспокоила его.

– Ты уверен в том, что сможешь доехать домой? – спросила она, пока они шли.

– Головные боли почти прошли, лишь иногда я чувствую головокружение. Хорошее напоминание о том, что надо сосредотачиваться на том, что ты делаешь.

– А ты не был сосредоточен?

– Мое внимание было отвлечено.

– Но я думала, ты упал из-за дождя.

– Так и было. Но я задумался и не поспешил, когда понял, что скоро начнется дождь.

«Могу ли я сказать ей, что думал о ней?» – подумал Мэтт. Он понял то, что в последнее она постоянно была в его мыслях.

Она зашли в спортивный магазин.

– Ищешь что-то конкретное? – спросила Жанна Мари.

– Нет, просто смотрю. Хороший магазин для такого маленького городка.

После того как они обошли весь магазин, он спросил:

– Готова перекусить?

– Да.

Когда они были возле «Черного кота», он заметил мадам Россе, сидящую в соседнем кафе и читающую книгу.

– Это Эдриен? – спросил Мэтт.

– А где Александр и Энтони? – Она посмотрела по сторонам.

– Я их не вижу. Может, они в одном из магазинов?

Когда они поравнялись с кафе, где сидела Эдриен, Жанна Мари высвободила руку и подошла к ней.

– Эдриен, где Александр? – спросила Жанна Мари.

Она посмотрела на них.

– Они ушли. Александр сегодня весь день рассказывал о том, что теперь он скалолаз, и, я думаю, он захотел показать это дедушке.

– Они пошли к утесам?

– Я не думаю. Они скоро вернутся. Он ведь на самом деле не умеет лазать по скалам?

– Он совершил один легкий подъем.

– Но ведь ему всего пять.

– Подъем был легким. И я знаю, что ваш муж опытный альпинист. С ними все будет в порядке. Не беспокойся, – сказал Мэтт.

– Тебе легко говорить. А вдруг Энтони забудет о том, что Александр еще такой маленький, и решит, что может больше, чем есть на самом деле.

Жанна Мари посмотрела на каланки.

– Мы пойдем назад и найдем их, если ты хочешь, – сказал Мэтт, тоже засомневавшись.

– Энтони занимается альпинизмом уже много лет и ни разу не падал, – ответила Эдриен и посмотрела на его гипс.

– Давай пойдем прямо сейчас, – предложила Жанна Мари.

– Я пойду с вами, – сказала Эдриен, закрывая книгу.

Жанна Мари знала, что дедушка никогда не причинит Александру вред, но все же она хотела убедиться, что мальчик в порядке. Мэтт опять взял Жанну Мари за руку, это казалось ей таким естественным, тем более теперь, несмотря на взгляд Эдриен, она волновалась только об Александре.

– Хорошо, что ты пошел со мной, – прошептала она, когда они спешили по главной улице.

– С ним ничего не случится, – ответил Мэтт и сжал ее руку.

– Он все, что у меня есть. Я не могу потерять его.

– Не драматизируй.

Он знал, что Жанна Мари была напугана, но не мог допустить мысли, что дедушка не сможет присмотреть за Александром. Когда они вышли из города, дорога стала более неровной и каменистой, и они стали идти медленнее.

– Как твое колено?

– Нормально.

Когда они приблизились к утесам, Александра и Энтони не было видно. Жанна Мари была взволнована и уже представляла, как ее сын упал с утеса и разбился так же, как его отец.

– Ну, где же они? – спрашивала Жанна Мари. Они пошли по горной тропинке, смотря по сторонам. Иногда им приходилось перебираться через камни. Теперь уже они были далеко от Сент-Барт.

Они встретили людей и спросили, не видели ли те мальчика и пожилого мужчину. Туристы ответили, что никого не видели. Жанна Мари побледнела от страха.

– Стойте. Я не могу поверить, что они ушли так далеко. – Эдриен начала волноваться.

– Нам надо подумать. Я думаю, что мы уже встретили бы их, если только они не зашли туда, где я еще не был, – сказал Мэтт.

– А может, они уже вернулись и мы просто упустили их? – спросила Эдриен.

– Надо пройти дальше.

– Если туристы не видели их, значит, они либо вернулись домой, либо где-то свернули с тропинки.

Скоро они были возле того места, где поднимались втроем, но там никого не было видно.

– Стойте, прислушайтесь!

Они услышали тихий плач. Жанна Мари задержала дыхание, чтобы лучше слышать и понять, откуда он. Было похоже на Александра.

– О боже, он там.

Александр стоял на высоте семи метров. Энтони Россе не было.

– Он опять пытался подняться там, где мы были в прошлый раз.

– Где Энтони? – Эдриен испуганно схватила руку Мэтта. – Я не вижу его.

– Александр, мы тебя видим. Стой там, не шевелись, – крикнул Мэтт. – Помаши мне рукой, если ты меня слышишь, но не шевелись.

Мальчик махнул.

– Я не могу спуститься вниз. Я не знаю, куда поставить ногу. Мэтт, подскажи мне. Дедушка спит.

Что-то маленькое упало на землю.

– Моя машинка, – вскрикнул Александр и наклонился, чтобы посмотреть.

Жанна Мари замерла от страха. Она не могла дышать. Она хотела взлететь к своему сыну, но на самом деле не могла даже пошевелить ногами.

– Назад! – закричала она.

– Как он смог забраться туда?

– Как это сделал в прошлый раз. Ты тоже уже поднималась здесь. Это то же самое место.

– Но тогда ты был с нами. Я не могу подняться.

Мэтт подвел ее к подножию утеса. Он изучал уступы. Он обернулся и сказал:

– Я не вижу его дедушку, что-то не так. Он явно не мог заснуть. Мадам, вы должны вернуться в город и, чем быстрее, тем лучше, позвать на помощь. Скажите, что в горах произошел несчастный случай и нам нужен медик. И будьте осторожны, если с вами что-то случится, мы не дождемся помощи. Возможно, у вашего мужа был сердечный приступ.

– О нет, Энтони!

Мэтт опять посмотрел на утесы.

– Чем раньше вы приведете помощь, тем быстрее мы доберемся до него.

Если бы Мэтт был в своей обычной форме, он бы за пять минут забрался на утес и спустил бедного мальчика прямо в руки матери.

– Я не могу сейчас подняться, – сказал он. – Моя сломанная рука не выдержит мой вес. Ты должна это сделать, Жанна Мари.

Она посмотрела на него и заплакала:

– Я не умею, я ведь не скалолаз. Ты должен, Мэтт. Он ведь такой маленький. Мэтт, пожалуйста. Ты должен спасти моего сына.

Глава 10

Мэтт посмотрел ей в глаза:

– Я бы все отдал, если бы я мог, но просто физически не могу этого сделать. Это легкий подъем, тем более ты уже поднималась здесь и можешь сделать это еще раз. Ты должна забраться туда и оставаться с мальчиком, пока не приедут спасатели. Потом они спустят вас без проблем.

– Я не могу. – Она посмотрела на утес с ужасом в глазах. Он знала, что в тот раз Мэтт направлял ее и она не сможет ничего сделать сама.

– Ты можешь. Это легко, даже пятилетний с этим справился. Я буду направлять тебя. Ты также должна посмотреть, как там Энтони. Поверь мне, Жанна Мари, я никогда бы не сделал вам зла.

– Если я упаду, у Александра не останется никого.

– Посмотри на меня. Ты не упадешь. Я знаю, как тут подняться, и буду подсказывать тебе каждый твой шаг.

– Ты знал, что ты делал, и все-таки упал. А я поднималась всего несколько раз, и никогда одна. Я могу упасть и разбиться.

– Или можешь подняться и побыть со своим мальчиком, пока не приедут спасатели.

Она посмотрела ему в глаза. Слезы высохли.

– Я боюсь до смерти.

– Я знаю. Но ты можешь это сделать. Подумай об Александре. Он нуждается в тебе. Я никогда не позволю чему-то плохому случиться с тобой.

– Мама, забери меня отсюда! – Александр опять стоял у самого края и смотрел вниз.

– Отойди от края, я иду, – прокричала она, глубоко вдохнула, посмотрела на Мэтта и поцеловала. – На удачу, – сказала она, быстрым шагом подошла к скале и взглянула вверх – скала показалась бесконечной.

– Отодвинься вправо на метр. Ты видишь несколько выступов?

– Да.

– Посмотри сюда, – сказал Мэтт и указал на несколько похожих выступов выше. – Поставь ногу сюда, а рукой схватись вот здесь. Так, хорошо. Подтянись и ухватись за выступ в тридцати сантиметрах от тебя. Хорошо. Теперь передвинься немного вправо.

Шаг за шагом она медленно продвигалась вперед. Она полностью сосредоточилась на подсказках Мэтта. Теперь она не находила это интересным, но хотя бы не сложным.

Мэтт внимательно наблюдал за ней, выискивая для нее наиболее безопасный путь. Один раз ее нога соскользнула, и Мэтт затаил дыхание. Она быстро поставила ногу на место и нашла новую опору. Через пять минут она достигла выступа, где был Александр. Она обняла его и отвела подальше от края.

Сердце Мэтта бешено колотилось. Поднимаясь сам, он не испытывал такого страха, но за нее он волновался каждую секунду. Она могла сорваться и покалечиться, а может, и что еще хуже.

– Энтони там? Вы в порядке? – прокричал Мэтт.

– Он без сознания. Дышит, но у него синие губы.

Спускаться будет сложнее, чем подниматься, особенно для Александра. Теперь Мэтту оставалось толь ко ждать спасателей. На самом деле это очень страшно, когда люди, которых ты любишь, находятся в опасности.

Любишь? Он закрыл глаза. Любимые. Он любил Жанну Мари. Чувство страха за ее жизнь расставило все на свои места. Утром он хотел уехать, думая только о своей работе. Теперь ему совсем не хотелось уезжать, его сердце было в плену. Он не ожидал, что полюбит снова.

Он услышал ее голос.

– Я ослабила ему воротник, но он не приходит в сознание. Похоже на сердечный приступ.

– Он не может упасть?

– Я отодвинула его от края. Я попробую оттащить его с солнца, но он тяжелый.

– У него нет видимых повреждений?

– По-моему, нет. Александр говорит, когда они поднялись, он тяжело дышал, а потом потерял сознание.

– Александр навсегда запомнит, как его мама спасла его.

– Спасибо тебе. У меня до сих пор все трясется от страха. Лучше бы у спасателей нашлись веревки, чтобы я закрыла глаза и ничего не увидела, пока они будут спускать меня вниз.

Он рассмеялся. Он бы сам хотел спасти мальчика, это было бы очень легко.

В ожидании спасателей Мэтт присел на широкий камень. Он не видел Жанну Мари и Александра, но слышал их тихий разговор. Сколько времени уйдет у пожилой женщины на то, чтобы уговорить команду спасателей собраться? Он надеялся, что не долго.

Солнце припекало. Голова Мэтта начала болеть, ведь он еще не совсем оправился от падения. «Что бы я сделал, если бы Жанна Мари упала?» Он даже не хотел об этом думать.

Он хотел, чтобы они принесли воду. Мэтт обернулся на тропинку, но никого не было видно.

Вдруг он услышал звук приближающейся лодки. Через несколько мгновений несколько человек выскочили из лодки на утесы. На их плечах были связки веревки. Впереди был полицейский.

В нескольких словах Мэтт объяснил им ситуацию и предложил первыми снять женщину и ребенка.

– Через несколько мгновений вы будете на земле, – крикнул им Мэтт.

И действительно, скоро они оказались возле него. Мэтт обнял Жанну Мари и посмотрел на Александра:

– Вы оба в порядке?

– Я потерял мою машинку, – сказал Александр, оглядываясь.

Скоро спасатели сняли со скалы и Энтони.

– Лодка будет быстрее и безопаснее, – сказал им Мэтт, когда спасатели понесли его к лодке.

Удостоверившись в том, что они втроем доберутся до Сент-Барт сами, спасатели уплыли.

– Я вижу мою машинку! – Александр побежал ее поднимать. Когда он вернулся, он выглядел расстроенным: – Она сломана.

– Хорошо, что сломалась только она, – сказала Жанна Мари, прижимая к себе сына.

– Я не упал, как папа или Мэтт, но там было действительно страшно, особенно когда дедушка уснул и я остался один. Я хотел, чтобы Мэтт был рядом. Он самый лучший.

– Несмотря на то, что у тебя есть Мэтт, тебе лучше больше не взбираться на скалы.

Мэтт поцеловал ее в щеку:

– Я был до смерти напуган, что с тобой может что-то случиться.

– Ты поцеловал маму? – спросил Александр и встал между ними.

– Да. – Мэтт поцеловал его в макушку. – И тебя, потому что ты цел и невредим.

– А ты гордишься мной? Я показал дедушке, как я умею лазать по скалам. Он сказал, что будет гордиться мной только после того, как я спущусь.

– Спуск – самое сложное, запомни. И ты правильно сделал, что не стал спускаться сам.

– Да, мама!

Александр взял Жанну Мари и Мэтта за руки. В этот момент Жанна Мари была счастлива, как никогда в жизни. Выйдя на пляж, они сняли обувь и пошли по мокрому песку босиком. Александр побежал вперед.

– Уже никакого страха, – сказал Мэтт, наблюдая за мальчиком.

– Дети. А вот я никогда этого не забуду.

– Я тоже.

Она посмотрела на него:

– Почему ты заставил меня? Ведь твоя рука почти зажила. Ты сам мог забраться туда.

– Зато теперь у меня совершенно новое видение вещей.

– Что ты имеешь в виду? Я так рада, что ты был там.

– Я тоже рад.

Показалась гостиница. Александр был уже почти на веранде.

– Надо позвонить в больницу и спросить, как там Энтони. Если он в сознании, спросить, о чем он думал, когда разрешил Александру подниматься.

– Я думаю, он знал, что мальчик уже поднимался здесь. Если бы у него не случился приступ, они вернулись бы еще до обеда.

Жанна Мари позвонила в больницу, где ей сказали, что с Энтони все хорошо, его состояние стабилизировалось. Была надежда на то, что восстановится полностью.

– Так мы все-таки сходим сегодня в «Черного кота»? – спросил Мэтт.

– И вернемся домой по пляжу?

– Да. – Теперь многое изменилось, и ему следовало надо всем этим подумать.

Жанна Мари уложила Александра спать. Потом она пошла в душ сама, чтобы смыть с себя всю грязь и выкинуть из головы воспоминания, когда она увидела сына, стоящего на скале.

Жанна Мари думала о Мэтте, надевая красивое платье. Она обязана ему больше, чем сможет когда-либо отдать. Ее сын был жив. И он очень нравится Мэтту.

Она спустилась вниз и, не застав там Мэтта, немного расстроилась. Она прошла на веранду и нашла его там, сидящего в дальнем углу на стуле.

– Хорошо выглядишь, – сказал он, вставая.

– Спасибо.

– Жанна Мари?

Она медленно подняла на него взгляд.

– Я хотел немного подождать.

– Чего?

– Перед тем, как попросить тебя выйти за меня замуж.

Она затаила дыхание.

Мэтт встал, подошел к ее стулу и присел на одно колено:

– Я хотел подождать, пока ты сегодня уложишь Александра и Рене уйдет домой, чтобы мы были наедине. Я люблю тебя, Жанна Мари. Для меня это стало ясно сегодня, когда я подумал о том, что ты можешь упасть, и я осознал, что вторую такую потерю уже не переживу. Ты покорила мое сердце, а я никогда не думал, что полюблю снова. Сегодняшний день мне доказал, что я не могу представить моей дальнейшей жизни без тебя. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, и не уеду, пока не удостоверюсь, что теперь ты часть моей жизни. Может быть, это слишком быстро и мы почти не знаем друг друга, но мне кажется, что я нашел моего спутника жизни. И это ты.

Он поцеловал ее, и сердце заныло от щемящей радости. Он ее любит? И она его. Так и должно было быть.

– Я хочу видеть тебя каждый день, есть твои вкусные завтраки, слышать каждый день твой смех, видеть улыбку, дотрагиваться до твоей кожи. Я хочу, чтобы ты стала частью моей жизни. – Его глаза светились искренностью.

Она дотронулась рукой до его щеки. На глазах по казались слезы. Он взял ее руку в свою и поцеловал. Он хотел обнять ее, но перед этим все-таки услышать ответ.

– У меня есть сын…

– Которого я уже успел полюбить. Он замечательный, и я всегда буду рад подать ему свою руку. В долине Луары, здесь, где бы мы ни жили. Позволь мне любить вас до конца моих дней.

Она хотела что-то сказать, но он поцеловал ее и заключил в свои объятия, и они вдвоем упали на пол веранды. Жанна Мари была счастлива как никогда. Она прижалась к нему, позволяя своей любви, которую она скрывала от него, расцвести.

– Мама, мама, почему ты на полу целуешь Мэтта? – спросил Александр, прибежав на веранду.

Они сели и посмотрели на мальчика.

– Я попросил твою маму стать моей женой и поехать жить со мной в замок. Тебе это нравится? – спросил Мэтт, протягивая ему руку.

– А мне можно с вами?

– Конечно, я ведь не могу забрать ее без тебя. Теперь я жду ее ответа, – сказал он Александру, и они оба посмотрели на нее.

Она рассмеялась и опять дотронулась до лица Мэтта, теперь она могла делать это когда хочет.

– Я тоже люблю тебя. Это честь для меня – стать твоей женой. На каникулы мы можем приезжать сюда. А сколько детей ты хочешь?

– Много.

Она посмотрела на каланки.

– Я никогда не думала, что полюблю снова. Сколько счастья может быть даровано одному человеку.

– Я самый счастливый. Я потерял семью, а теперь нашел новую. Ты будешь самой счастливой женщиной на свете, если я буду в силах это исполнить.

– Я уже. Я люблю тебя, Мэттью Соммер, и буду любить всегда.

– И я, – сказал Александр, улыбаясь. – Вместе мы сможем покорить самую высокую вершину!

Content

Барбара Макмаон
Рискни и выиграй!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10