Светлана Беллас

Тамбовский бомж

Сборник рассказов

Тамбовский бомж

Его имя когда-то открывало все двери в городе. Ему, как никому, матерому ловеласу, успешному бизнесмену по продаже машин.

О, как это было давно, и уже стёрто из памяти. Сейчас он никто, уставший мужик, вне возраста, в поизносившейся одежде, житель Вселенной, без имени, без всех регалий, житель без определенного места жительства. Обидно, больно, но судьба решила так с ним дерзко пошутить. В отместку на что?!

В этот осенний день, он шёл по улицам ночного города, крадучись, как кот, которому некуда идти, единственная тропа в подворотню, в близлежащий подвал. Дорога, что вела его в потерянный рай, а ад, им пережит в те дни, когда лишался всего, казалось бы, дарованное судьбой навсегда.

Те дни…

Шмыгнув в подвал от внезапного удушья, он почувствовал себя полумертвым. Напрягая мысль, старался понять, что тревожит, это был наплыв страха, что его опять взял в свои лапы. От захвата воздуха ртом, мозг прочищался, перед глазами бежали картинки из прошлого, он с напряжением вспоминал своё имя, но так и не смог, мозг твердил, как бы в насмешку, издеваясь: «Бомж, Бомж, Тамбовский Бомж…»

Скатилась слеза, внутреннее «Я» спросило: «А было ли оно у тебя, вообще, имя?» Хватаясь рукой за область сердца, вглядываясь в темень, в ужасе спросил:

— Тогда кто же Я?

Плача поплёлся в сторону подвала, спустившись по ступенькам вниз, открыв дверь, исчез в проёме, теряясь в темени.

Послышался грохот, в глубине чёрной дыры показался слабый блик «лампочки Ильича». Мужчина, спотыкаясь, дошёл до окна, копошась под ним начал располагаться, как у себя дома. Прислонившись к стене, достав из — за пазухи бутылку водки, открыв, стал нервно поглощать содержимое и кажется, ему становилось легко. Закрыв глаза, пробормотал:

— Кайф!

Я в своём раю, пусть потерянном — живой и здоровенький, и хрен с ним с именем. Мы все приходим с одним именем — Раб Божий! Это имя и уйдёт с нами и его при жизни никто никогда не отнимет. Он, резко сделав выпад вперед, показал неопределенно кому фигу, ерничая, потрясая фигой, произнёс:

— На-ка выкуси!..

Допив остатки капель из бутылки, пульнул в стену, та разбилась вдребезги, приведя этим в восторг «тамбовского бомжа». После чего тот обмяк, закрыл глаза, зарыдал. В голове промелькнула целая жизнь, где он был — счастливым.

Он увидел себя совсем мальчиком, бегущим за мальчишкой на велосипеде и клянчившим — дать ему прокатнуться. Сколько же ему было тогда?

Да, да…

Он вспомнил — 10 лет. А на велосипеде был сосед, Колька Денисов. Тот был всего — то на два года старше, но уже прошёл через детскую комнату милиции. Отпетый хулиган, двоечник, поджигатель близлежащих мусорных урн, умеющий достать деньги на кино: легко и просто, а главное быстро.

Пользуясь особенным методом — клянча у влюблённой парочки на мороженое: «Дайте 10 копеек, не хватает…»

И как не странно, это срабатывало. Он, как вожак всех нас младших «шкетов» водил ватагой в кино в «Родину», «Зарю», это были близлежащие кинотеатры, недалеко и от дома и от школы. Прогуливали школу, частенько.

Надо же вспомнил, друга, Кольку, а своё имя, где-то в глубине, не хочет открыться, просто давно никто его не называл по имени, всё панибратски: «Эй, гусар! Тамбовский бомж…»

Да, а ведь когда-то, точно гусарил…

Он погрузился в нирвану, вытаскивая себя из прошлого, появились тени — он и она, первая женщина, Ленка, соседка, лет на 5 старше, которая не пропускала мимо себя никого, кто носил «мужской пол».

Она реактивно созревала, как женщина, училась овладевать тонкостями женских штучек и экспериментировала на «малолетках»…

Как-то, однажды утром в воскресный день, она зашла уже в расплывчатости вспоминается: «Зачем?»

Родителей не было дома, и стала испытывать на прочность. Прижав к стене, касаясь языком щеки, заглядывая с дерзостью в глаза, шептала:

— Алло, парнишка, я здесь, возьми меня!

Нащупывая мужское начало, которое на глазах, заявляло о себе, что оно есть и ого — го…

Придя в неистовство, схватив её голову двумя руками, трепал непослушные волосы, в которых утопал, хмелея, искал губы, пристрастно впиваясь, кусал их. Уже оказавшись на диване, раздевал, нервно рукой рвал лифчик, приходя в неописуемый мальчишеский восторг. Чувствуя её дыхание, сходил с ума, ощущая тепло женского тела, впивался поцелуями в него. Волосы были препятствием, их отдувал в сторону, путаясь в них, неприлично сплевывая в сторону волосинки.

Она, содрогаясь, снова провоцировала:

— Возьми меня, мальчик, я твоя!

После этих слов в голове чувствовал хаос — время остановилось, дыхание застряло где-то внутри. Помнится, она, исследуя тело юнца, коснулась шрама, след от аппендицита, тело содрогнулось, повеяло холодком, но когда её рука опустилась ниже, бросило в жар. И неописуемый шок. Она впивалась поцелуями в губы, тело юнца дрожало, чувствуя запах женщины, отстранив её напряженное тело назад, кинулся с пристрастию на него, терзая губами соски, ощущая патологический голод самца, брал её, как мечтал в своих фантазиях — дерзко, по — дикому, непристойно. В объятиях упали на пол. Тело было обмякшее у обоих, расслабленное донельзя. Смотрели друг на друга, не осознавая, что произошло — здесь и сейчас. Все было шикарно, но почему-то не ощутил того оргазма, о котором хвастались ребята постарше.

Она смотрела безотрывным взглядом с чёртиками в глазах. С каждым проникновением их внутрь, ощущал перевозбуждение, теплую влагу между ног. Плоть брала плоть безотрывно, кажется, что она кончила несколько раз. После чего лежа на полу в объятиях, ощущая шёлк волос на груди, ощущал бешеное сердцебиение и не только своего, но и её сердца. Она искоса наблюдала за мужчиной, который познал её плоть.

…Да, это было первое чувство к женщине, он его в последующем скрывал, боясь, что игрушка для неё, ведь у него переходный возраст — прыщи, ломка голоса. Каким же все-таки именем она называла?

Сидя, прислонившись к стене, стуча кулаком по лбу, заставлял вспомнить, но тщетно. Перед глазами мелькнуло новое лицо, женщина, Лариса Котова, именно она сделала его имя, что утеряно в прошлом. Силясь вытащить прошлое на свет, простонал…

Вначале 90-х уже окрепла система кооперативов. Лариса была одной из влиятельных, успешных дам, набравшая силу в денежном эквиваленте. Её кооператив по пошиву нижнего белья процветал. Бельё от Ларисы носили «на ура», оно было — модным и стильным и долгожданным подарком для любой женщины. Именно своим откровенным нижним бельём, она сразила его, студента ТИХМА. Она его закадрила в «Центральном» и пригласила на шампусик к ней домой. Он согласился, она была интересной собеседницей, дающая откровенные ответы юнцу.

Хотя какой к чёрту юнец? 21 год. Вечер с ней был продолжением встречи в ресторане «Центральный».

Она была под шефе и это ей шло. Немного выпив шампанского, перешли на ты, плавно перейдя из кухни в спальню. Присев на край кровати, она поманила пальцем, последствие не заставило себя ждать. Она была в шикарном нижнем белье, и это на фоне постели пастельных тонов… «Вау!»

Воспоминание погрузило в то время, отчего стало тяжело на душе. Как, же это было давно, но всё же, правда. Может быть, и она вспоминает то время? То, как он исследовал языком каждую клеточку кожного слоя её тела.

Свидания с ней, доставляло блаженство обоим. Тёплое дыхание за её ухом, заставляло, поддаваться любому его желанию. Как-то сами собой разводились в сторону колени, и она разрешала войти в неё. «Как?» По-разному. Порой с нежностью, порой грубо, как повелителю ночей. Непредсказуемо. Все заканчивалось поутру, когда она сделав на скорую руку макияж, бежала на работу, оставив деньги на ресторан, чтобы после пар перекусить. Она не успевала готовить. Всё время уходило на секс. От заката до рассвета.

Однажды, придя с работы, приняв душ, соблазнив в который раз в благодарность заявила:

— Знаешь, «сладенький», пора и тебе зарабатывать!.. Я проведу деньги через тебя, ты поедешь в Польшу за машиной. Это тебе от меня стартовый капитал. Как-то так! Учись жить, пока я жива!

И именно с е лёгкой руки я успешно вошёл в бизнес. Первая иномарка была продана. Поехал за новыми двумя. И так пошло поехало. Ларочка Котова! Дай Бог тебе здоровья!.. «Сладенький!?» Опять без имени…

…Да, она дала стартовый капитал, ввела в свет, но до чёртиков надоедала своей ревностью, наверно это и неудивительно, по природе женщины — собственницы, не могут не ревновать. Правда, она сотни раз обещала не ставить в рамки, но то были лишь сиюминутные обещания. К ним привыкнуть нельзя, но можно просто их игнорировать. Зачем им женщинам знать: «Было или нет с другой?» Что меняет, в сущности? Ничего, так не лучше ли не провоцировать своей ревностью, тогда не получишь ответ, что вполне не для ушей любящих и верных.

Ларочка, скорее всего, была садомазохистской, травила свою душу пикантностями встреч любимого мужчины с другими женщинами.

Она от этого сходила с ума и была разъярённой тигрицей в постели, поедала с ног до головы, но это был настоящий кайф, есть что-то трогательное в роли «кролика». Если честно, то не хранил верности к ней, был не раз влюблен и не в одну. Бросал и Ларочку и другую ради той, что моложе. Снимешь, бывало, у «Кабака», посадишь в новенькую AUDI, отъедешь с ней в тёмную улочку, как-то так незаметно нажимаешь на кнопку — блокировки дверей, и «птичка» в клетке. Пару комплиментов и та уже раздевается перед тобой, наскоро, небрежно, снимая до нитки всё с себя, а главное, нагленько глядя в глаза. Начало времён безнравственности. Всегда срабатывало на 100 %.

И однажды попал в сети настоящей львицы. Ради её сладких уст шёл на всё, чтобы только удержать в своих объятиях. Вконец разорил Ларочку, та спустила все деньги, чтобы только не дал дёру от неё. В ногах валялась, обещал, но все же прошёлся «танком», как по асфальту. Безжалостно. Все её деньги спустил в «Казино» и для чего? Чтобы осчастливить «Светку-конфетку», что была избалована многими до начала — начал. Не хотел стоять в очереди, решившись идти ва — банк, потерял всё, что пришло с подачи Ларки. В итоге остался ни с чем.

Всё остальное вспоминается смутно. Помнится, что выбросили, как щенка из «Казино», при падении, скорее всего, ушла память, как песок сквозь пальцы. Помнится крик: «Убили!» Что было дальше — провал…

Пришёл в себя на свалке, остальное — не жизнь, сплошное мытарство, мыкался по углам, как и сейчас.

В воспоминаниях сон пришёл неожиданно. Он был затяжной, проснувшись, ощутил неудобство и сильную головную боль, хотелось есть. Приподнявшись, освободившись, поплёлся к выходу. Выйдя, не мог понять — утро или же вечер…

Порошил снег. Едва передвигая ногами, с любопытством шёл на освещенную улицу.

Вечерний город… Огни, витрины в своём одиночестве. Толпа молодых людей, скопившаяся около ночного клуба. Модно одетая молодежь стремилась попасть внутрь, удавалось не всем, а только по — блату и по пропускам. Подъезжали все новые иномарки.

Динамичное движение на дороге лакированных до блеска машин бесило. Ведь среди всего этого, он, плохо одетый мужчина пожилого возраста, спешит перебежать в неположенном месте…

На него кричат из окна авто, он останавливается, уступает дорогу, как перед барином. Машина отрываясь, срывается на большой скорости вперёд. И он, вытирая лоб, перебегает. На него смотрят со стороны прохожие, не понимая поведение пожилого человека, но тот им не старается ничего объяснять, смотрит сквозь них. Его взгляд в направлении кафе, где смех, музыка, счастливая жизнь.

Он подходит туда. Близ входа в кафе, в пакетике лежат остатки еды, озираясь по сторонам, забирает, не удерживается, откусывает кусок сандвича. Вытирает набежавшую слезу, отходит в сторону, продолжая жевать на ходу, бредёт по улице, заглядывая в окна в витрины магазинов. Останавливается около одной из них. Смотрит на себя, старается понять: «Почему он никто!?»

Магазин «Модной одежды». Витрины дорого стильно оформлены. Из него выходят поздние покупатели с пакетами, пара, наверняка, успешных людей, лет 45 лет, красиво одеты, счастливые, они улыбаются, радуясь новым покупкам, медленно сходят со ступенек, мужчина берёт у женщины пакет со старыми вещами, выбрасывает в мусорную урну. Женщина направляется к авто «Порше». Мужчина её догоняет.

«Тамбовский бомж» стоит у витрины с ужасом оглядывается на реальность жизни, его начинает пугать то, что рядом — смех, радость, счастье.

Он смахивает набежавшую слезу. Заглядывает в рядом стоящую мусорную урну. Хладнокровно роется на поверхности. Находит пакет с выброшенной рубашкой и пиджаком, берёт, рассматривает, кладёт назад в пакет. Отходит с пакетом в руках от магазина.

Мужчина и женщина, стоят у авто с болью провожают того взглядом.

Они переглядываются. Женщина кивает головой в сторону бомжа. Мужчина ей кивает в знак понимания, бежит в направлении того, останавливает окриком:

— Эй, дядя!..

Бомж не понимая, что он такого сделал, оглядывается. Мужчина расплывается в улыбке, радостно кричит:

— «Шарик!»

Бомж, угрюмо бормочет:

— Тузиком, ещё не был.

Мужчина, извиняясь, признается:

— Прости, мужик, на кореша по детству, ну очень похож. Вылитый Толян! Я, Николай Денисов. Извини!

Вынимает из кармана портмоне, достает деньги, отсчитывает — тысячу рублей, подает тому. Как-то неловко чувствуя себя в данной ситуации, произнес:

— Ты, это мужик, не обижайся, возьми, пожалуйста, я прошу! Ну, очень, на «Шарика», Толяна, похож, как две капли воды! Вылитый!

Бомж отрицательно качает головой. Мужчина кивает в сторону своей жены, признается:

— С Ленкой серебряную свадьбу отмечаем! Бери, не обижай!..

Бомж категорично отмахивается руками, изумляясь поступку, оправдывается:

— Я же нормальный! Не надо.

Мужчина хлопает его по плечу, добродушно смотрит в глаза, мягко улыбается. Делает жест «Пока», убегает к своей жене.

Бомж растеряно провожает взглядом. Рядом слышна речь прохожих, которым он совершенно безразличен. Шум машин раздражает. Память сверлит мозг, что это и есть Колька Денисов, друг из детства, а Ленка, никто иная, как его первая любовь. Значит, он, Толян. Анатолий! Это уже шаг в новую жизнь, может ещё не всё потеряно…

Дамская любовь

Ирина, женщина среднего возраста, стоит на мосту, не понимая происходящего с ней. Она смотрит на гладь воды, и ей кажется, что жизнь вот сейчас здесь заканчивает свой путь. По грязной воде плывет белый пароход. Она подходит к перилам моста, пристальнее всматривается вдаль. На палубе шум, снуют счастливые люди, что открыли для себя нечто новое, совсем иную жизнь. Ирина испугано отшатывается от перил, принимая во внимание чью-то радость, как факт, что жизнь не желает заканчиваться. Она пораженная вошедшему новому чувству радости, что вселилось, сейчас в ее душу, улыбается уголками губ, отходит от перил, идёт по мосту, оставляя за плечами своё прошлое, что её подвело к критической черте.

Всплывают кадры из прошлого.

Она, врач стоматолог, принимает очередного клиента. Он, Михаил Округлый, богат, известный журналист, молод, красив. Она серенькая не броская женщина. Они ровесники, но глядя на пациента, выглядит старше него. Он из вежливости старается с ней кокетничать, не обращая внимания на неё вообще, как на предмет своего внимания, скорее для приличия. Она стесняется, прячется за деловую ситуацию, осторожно обрабатывая десны. Михаил с извинениями, сплевывает слюну изо рта, Ирина с пониманием пожимает плечами. После обработки, Ирина ставит его перед фактом, что необходимо ещё несколько посещений и что сегодня, ему точно нельзя есть. На что он сетует, так как у него назначена встреча с издателем, Аркадием Стольным. Столик уже заказан, ужин царский. Ирина смущена признанием. Михаил смотрит на неё с интересом и решается пригласить на совместный ужин, всё — равно оплачен. Она нехотя соглашается.

Он уходит, она остаётся в раздумьях, с интересом всматривается в зеркало напротив, не находя в себе ничего интересного. После приёма идёт в первый, попавшийся по пути, магазин одежды. Смотрит вечернее платье, но цены кусаются. Она уже хочет идти на выход, но её останавливает за руку одноклассница, хозяйка этого магазина Ольга Климанова. Она, ярко одетая дама, видно, что преуспевает в делах бизнеса, спрашивает, что и как.

Ирина рассказывает, что живёт с матерью, не замужем, хотя и пора, вот приглашена молодым, успешным журналистом, называет того по имени. У Ольги сразу же округляются глаза, она начинает ей говорить все сплетни о нём, рассказывает, что у него был роман с одной из продавщиц, молоденькой девушкой, Леной Касаткиной, указывает кивком головы на неё, та стоит, красит губы: молодая, красивая, высокая. Ирина тяжело вздыхает, мысленно сравнивая себя с ней. Ольга, не обращая на это внимание, говорит, что тот её бросил, подчиненная, слишком дорогая штучка оказалась, хотела взять с него всё по максимуму, вплоть до женитьбы.

Она решается насолить подчиненной, подводит под руку к ней Ирину и просит обслужить по высшему классу, шепчет на ухо Ирине, что гардероб ей от неё в подарок. Та сконфужено, выдергивает свою руку, хочет уйти. Ольга с силой держит, когда видит, что Лена, хочет её обслужить, освобождает руку и уходит, ссылается на массу дел.

Лена подбирает Ирине — платье, обувь, аксессуары, остается довольна собой. Для Ирины это испытание, она никогда себя не баловала, считала, что это в её жизни не главное. Она всё время и средства тратила на спец. литературу, необходимую для написания диссертации.

Лена Касаткина сияет, она блеснула вкусом, на глазах преобразила «серую мышку». Ирина, обретя некое равновесие, выходит с покупками из магазина и ей кажется, что мир стал теплее и добрее.

Ужин проходит на уровне, Аркадий Стольный заинтересовывается Ириной, несколько раз приглашает на танец. Михаил со стороны с ленивым интересом смотрит на парочку. Не понимая, что в ней, Ирине, вообще, есть хорошего…

Ему звонит на телефон Лена Касаткина, с очередными передергиваниями и требованиями. Он отключает телефон, смотрит на спокойную Ирину, у которой наверняка не было ни флирта, ни романа. По возвращение к столику, Аркадий ему на ухо признаётся, что Ирина ему интересна, если он не против, то хотел бы с ней встретиться тет — а — тет.

Михаил с пониманием принимает его желание, тем более он от него, как от издателя зависим. Просит разрешения уйти, так как срочные дела, ему только, что звонили по телефону. Уходит. Аркадий после ужина предлагает покататься по городу, проезжая мимо своего дома, вспоминает, что якобы не кормил кота. Они останавливаются, идут к нему на квартиру. Аркадий угощает Ирину кофе с коньяком, начинает к ней приставать. Она нервничает, не знает, что делать, вдруг ей на телефон звонит Михаил, спрашивает, как обстоят дела, сознавая, что он поставил ее в неловкое положение. Она умоляет её забрать отсюда.

Михаил же, как раз в объятиях Лены, что лежит рядом с ним на кровати и щебечет, сколько ей в жизни надо, а самое главное, ей не хватает, именно его. Он вырывается из ее объятий, едет на квартиру к Аркадию, дверь не заперта, входит, видит, как Аркадий ползает возле ног Ирины и обещает ей за ночь любви миллионы, сознавая, что перед ним девственница.

Михаил влетает, ссорится с Аркадием, забирает Ирину, они уезжают. Ирина не может прийти в себя от пережитого, ей стыдно. Он предлагает отвезти её домой. Но Ирина боится, что мать сразу поймёт неладное. Ей надо немного времени, чтобы прийти в себя. Они катаются по городу, затем, едут по адресу Ирины. У подъезда прощаются. Михаил уезжает в машине мысленно прокручивает случившееся, ему жалко Ирину. Она приходит домой, не включая света, идет к себе в комнату, сжавшись в клубочек, лежит на кровати. Заходит мать, Раиса Степановна, пенсионерка, в недавнем прошлом, она заслуженная учительница, спрашивает: «Что и как?!» Ирина не поворачиваясь, говорит, что всё хорошо и что подаренное платье мужчинам понравилось. Мать идёт на выход, бормочет, что Ольга Климанова была хорошая и ученица и подруга, что наконец-то, её дочь вышла в свет, не киснет дома. Она мечтает о внуках.

На следующий день, Аркадий закатывает истерику в своём кабинете, что его, Михаила знакомая, дикая, «серая шейка», что надо предупреждать, он всегда думал, что у него девицы только легкого поведения, просит, как-то замять, отнести от него букет цветов. Михаил едет к ней на прием, отдает цветы от Аркадия и приносит извинения, она бросает цветы в мусорное ведро. Михаил смеётся, оценивая, что она не такая уж «серенькая», с характером. Он вечером ждет ее у входа в клинику с цветами, она их принимает, они гуляют. Завязывается роман. Периодически звонит Ольга, радуется за подругу.

Проходит время. Лена в магазине ходит сама не своя, её тошнит, она истерично разговаривает с кем-то по телефону, все в магазине обращают на это внимание. Как-то проходя мимо, Ольга слышит фразу: «Если ты, Мишенька, откажешься от отцовства, я вскрою себе вены».

Услышав это, Ольга все же не решается рассказать подруге. Михаил же делает вид, что у них все хорошо с Ириной, старается решить проблему, заставить Лену сделать аборт. Та, кажется, соглашается, ждёт его с деньгами у себя, он приезжает, открывает своим ключом квартиру Лены. В ней тихо, никого нет. Он оставляет на столе деньги идёт на выход, проходит мимо ванной, дверь приоткрывается. Он заглядывает и видит, что Лена сидит в окровавленной ванне. Понимает, что та вскрыла вены. Вызывает скорую. Ее спасают, на беременность это не отразилось, плод сохранен. В ожидании в коридоре он дает себе слово, что если Лена будет жива, то женится на ней.

В магазине сплетни, все жалеют Лену, корят и ругают ту, что им стала на пути помехой. Ольга звонит и рассказывает обо всём Ирине, сетуя на «ДАМСКУЮ ЛЮБОВЬ». Ирина рыдает, мать её расспрашивает. Узнав о случившемся и ребёнке, советует не быть третьей лишней. Ирина тайком идёт в клинику, где в реанимации лежит Лена. Надев белый халат, в маске заходит в палату. Рядом с кроватью Лены сидит Михаил, он плачет, не обращая внимания на вошедшего врача. Ирина смотрит и решает, что между ними все закончилось в эту минуту, навсегда.

Газеты и журналы пестрят о такой яровой любви Михаила и Лены. Чёрный пиар сделал Михаила героем дня. Он идёт на повышение.

После больницы Лена становится женой Михаила. Ирина узнаёт о свадьбе от Ольги. И из-за окна ресторана, где проходит торжество, наблюдает, там за стеклом целуются молодые «ГОРЬКО». Она в слезах бежит по тротуару, не понимая куда — зачем…

Остановка на мосту. Страх. Желание уйти из жизни. Что-то останавливает. Она идет по мосту, резко от толчка в животе останавливается. Ирина понимает, что беременная, недолго думая, набирает моб. Михаила, пишет СМС: «ПОЗДРАВЛЯЮ! Я СЧАСТЛИВА!» Смеётся, бежит вдаль навстречу своему будущему, кричит: «ДАМСКАЯ ЛЮБОВЬ!..»

А в это время, Михаил сидит за праздничным столом в объятиях Лены, получает сообщение по моб, СМС, он вырывается из крепких объятий, читает, сереет на глазах. Смотрит в зал, выглядывая Ирину, но её нет. Она стремится в будущее.

Озеро Тахо

(историческая легенда)

…Несколько ярких страниц из истории любви.

Белый, выгоревший песок манит отдохнуть на нём, вдали длинные тени высокогорных хребтов и яркий диск палящего солнца, прорисовывается контур приближающего силуэта. Белое тело, белые кудри, изваяние из мрамора.

Пляж. Уединенное местечко недалеко от резиденции, монолитного сооружения из белого камня с большими витражными окнами и прилежащей зеленью парка. Большие спускающиеся к воде мраморные ступени, обрамленные красивыми перилами через одну ступень, чередовались вазоны с цветами.

Песок притягивает игрой песчинок на солнце, голубизна волны успокаивает глаз. Джон Кеннеди, как простой мужчина «без галстука» сидя за столиком на террасе с чашечкой холодного кофе в руке рассеянно всматривается вдаль, наблюдая за движением прибрежных дежурных катеров…

На волнах уже несколько раз грезится милое создание, похожее на молодую девушку, которая пытается приблизиться к бухте и выйти на песок. Её пугает движение охраны по прибрежной полосе. Два охранника в темных костюмах, темных очках, неимоверно высокого роста, со строгими лицами, ходят навстречу друг другу, измеряя семимильными шагами окрестность пляжа. У одного из охранников резко срабатывает «вызов» по рации, он останавливается, внимательно вслушивается; второй приостановившись, ожидает дальнейшего приказа. Первый получает приказ, кивает головой второму, они незаметно исчезают как — будто их здесь и в помине не было. За ними наблюдает аквалангист, показавшись из набегающих волн, он так, же вслед за ними исчезает в воде.

Наконец девушка осмеливается, выходит на раскаленный песок. Мокрое тело на ветру моментально поглощают солнечные лучи. Кудряшки волос тут же от палящего солнца сохнут и небрежно развиваются.

Молодая женщина хорошо сложена, на вид лет 27, с озорным блеском карих глаз, кончиками пальцев взъерошивает непослушные волосы, стараясь их распушить, делает вид, что она никого не видит перед собой и что на пляже она одна. У неё учащенное прерывистое дыхание, томный взгляд, поглаживая себя, выдавливает остатки воды на отдельном, откровенно — открытом, ярко-голубом купальнике. Ей ничего не остаётся, как кокетливо упасть на песок. И она это делает, привлекая к себе внимание.

Белое тело, белые кудри на раскалённом добела песке. Это нечто! Мерлин, а это именно она, с удовольствием нежится под палящим солнцем, сознавая, что под пристальным вниманием Президента. Ведь она умышленно посягнулась на его одиночество. Молодая женщина углубилась в свои мысли. Вдруг она слышит мужской голос над собой, обращенный к ней. Мужчина неплохо сложен, высокого роста, с зелеными глазами. Он в цветной с абстрактным рисунком шелковой рубашке поверх белых шорт, на вид лет 35, с выцветшими рыжими жесткими, немного волнистыми волосами, наклоняясь над ней с любопытством разглядывает. Вслух как бы, между прочим, говорит:

— Здесь нельзя находиться посторонним! Мерлин с недоумением кокетливо приподнимаясь на локтях с неподдельным вызовом, вглядываясь в лицо, спрашивает:

— Это Вы мне сказали? — Кеннеди обескураженно подтверждает. — Да!

Мерлин резко встаёт, по её телу струйками бежит искристый песок, она его порывисто стряхивает то одной, то другой рукой, с дерзостью и вызовом обращаясь к Джону Кеннеди:

— Н — да?! — немного озлобленно, сверкая глазами в его сторону, с вызовом парирует, — а что, здесь такое? Военная база?

Ответ последовал незамедлительно, сдержанный:

— Нет! Просто, здесь, живу — Я…

Мерлин хмыкнула, с наигранной нервозностью, стряхивая с лица песчинки колючего песка, вспыльчиво возмущаясь:

— Нет, Вы только посмотрите! Вы что Король?

Джон Кеннеди глядя на неё, улыбаясь уголками губ, с гонором произнёс:

— Нет! Берите выше! Я — Американский Президент!

Ответ казалось, её сконфузил. Она с недоверием посмотрела, хмыкнув.

Не выдержав её невежества, в лоб спросил:

— Вы что не американка?

Мерлин сияя в улыбке, наивно изобразила наигранное удивление, играя кокетливо глазами, выпалила:

— Кеннеди не ходит вот — так, как Вы по пляжу без галстука. Он педант!

Кеннеди вглядываясь в Мерлин, с подковыркой, резко парируя, бросает в ответ:

— Может, поведаете мне кто он такой?

Мерлин раскрепощено, горя желанием откровенничать, призналась:

— Я лично с ним не знакома пока.

Кеннеди, спровоцированный, с любопытством спросил:

— Вы, что всех знаете в США? Мерлин оживленно преподнося саму себя «ЗВЕЗДОЙ», тараторя, выпалила:

— Почти всех! Я ведь МЭРИЛИН МОНРО! Я — АКТРИСА КИНО! — с любопытством глядя на него в упор, с вызовом, — слышали наверно и Вы обо мне?

У Кеннеди появилась улыбка на лице во весь рот, она явно его рассмешила своей детской непосредственностью, он признался:

— Или. «Дела — Государственные!» Не до кино, знаете, ли!

Мерлин резко смотрит на свои часы, прикусывая свои пухленькие губки, демонстративно с полуоборота обращаясь к Кеннеди, соизмеряя все ж дерзким взглядом, с обидой и вызовом в голосе раскланивается:

— Извините! Мне нужно к своему бунгало плыть. Я здесь недалеко отдыхаю. Мили две! Вон там! — она указывает в направлении левой части побережья, где видны крыши бунгало, так, как бы, между прочим, бросая, — если скучно будет?! Заглядывайте ко мне в гости! — с оттенком сарказма в голосе добавляет, — у нас оно гостеприимней. Живем без охраны! Ходим ножками в гости, а не вплавь. Могли бы и оценить.

С опозданием она скрестила руки на груди, вспомнив о своей наготе:

— Я не одета! Извините за посещение, Мой Президент!

Джон Кеннеди растерянно, так же холодно прощается с «мраморной» Леди, уже уходя, оделяя ту взглядом, с некой досадой произносит:

— До скорой встречи!..

Молодая женщина отошла, медленно удалялась, раскачивая свои округлые бедра. Сознавая, что она привлекает к себе не абы какое, а повышенное внимание. Несколько раз на ходу легким движением руки аккуратно приподняла непослушные волосы, лишними штрихами держа мужской взгляд в напряжение. Встреча с Президентом её взволновала, от переполнения мыслей в голове, она говорила сама себе вслух, обращаясь к себе, как к подруге, встревоженно:

— Да уж сам Президент!.. Так можно сойти и по — настоящему с ума. Однако. Он милый, не смотря на то, что рыжий. Ей стало смешно.

Она была настроена — покорить Президента, от предвкушения, непроизвольно улыбнулась с блеском в глазах, с какой — то загадочностью. Озорно приподнимая волны песка, то одной, то другой ногой, с ускорением направилась к озеру, которое казалось океаном. Волны накатывались на горячий песок и обратно убегали в озеро.

На другой части пляжа остался, он, Президент Кеннеди, что уже направлялся к резиденции, размеренно шагая по горячему песку. В голове, которого, рисовалась картинка — вдалеке: «Мерлин выходит из волн озера. Он, стоит на горячем песке, устремляя на неё взгляд…»

Обрывая видение, пугаясь мыслей, спешит сказать:

— Мистика! Среди бела дня, из волн, «русалка»…

Щелкая пальцем перед собой, насмехаясь сам над собой:

— А — у! Я здесь! Привет! Очнитесь, Президент! — сконфужено, — немного бледная, наверно альбиноска. Кожа пахучая, высохшая у носика. Запах Шанель № 5. — усмехаясь, — «Артистка!» Надо же здесь на «ТАХО» на краю земли. Интересно: какова она в фильмах? «Милашка!» Надо попросить Фреда найти ленту с её участием. Жаль, конечно, но не слышал ничего об этой девчонке.

Его возвратил к реальности толчок в области сердца, машинально приложив ладонь, немного сжавшись от боли, вслух озадаченно произнес:

— Надо показаться врачу.

Три дня назад.

Большой светлый кабинет, практически посередине стоит большой письменный стол из красного дерева, на столе большая настольная лампа, вычурной работы с зеленым плафоном в виде лотоса. В красивых рамках на подставках стоят несколько семейных фото: Жена, дети, братья, отец, мать.

В кабинете справа от входа, стоят несколько шкафов с библиотекой, слева два кресла, около большого витражного окна с тяжелыми жёлтыми шелковыми шторами стоит аквариум. Кеннеди в темно сером костюме, голубой рубашке, на рукавах, блеском отдают золотые с бриллиантами запонки. Президент кормит рыбок, подбрасывая корм. Он периодически вытягивает руки из рукавов, которые мешают в кормлении — бросить корм на весу, не с руки, боится намочить костюм. Стук в дверь.

Кеннеди поворачивая голову в направлении двери, продолжая всё же подкидывать корм, спрашивает:

— Да, да! Войдите! В дверях Фред с папкой в руке ловит взгляд своего Президента.

Тот кивает головой, показывая рукой жест — «ВХОДИ», и направляется к столу, чтобы сесть, садится.

Фред. Высокий блондин лет 38, в дорогом строгом черном костюме в безукоризненной белой рубашке, волосы набриаллинины, спешно направляется к столу, останавливаясь около него с правой стороны, кладёт папку на стол, кивает головой в сторону двери, вслух говорит:

— Там Гувер из ФБР рвётся, словно с цепи сорвался. Впустить? — кивком, опять показывая в сторону двери.

Джон Кеннеди, разводя руки в стороны, сидя за столом, кивает, вымученно произносит:

— Притащился! Я и сам понимаю, что базы красных достаточно близки к нам, что не хочется оголять тылы, но не время сейчас идти в штыки. Миру надо отдохнуть. Да! Сейчас «Оттепель!» Вьетнам…Что теперь Куба?

Фред, молча искоса смотрит на Президента, приподнимая взгляд на того, устало:

— Мной компромисс ещё не найден. Не дадут покоя. Я понимаю, что хочется при власти поиграть в «Машину времени», набить карманы. Нет! «Оттепель!» Зови! Тут же махнул рукой, как-то совсем уж отрешенно, молча направился к двери, открывая дверь, столкнулся с Гувером.

Вошел мужчина, на вид истеричная личность, лет 50, небольшого роста, грузного телосложения, с одутловатым лицом и с залысиной, которую он периодически пытается вытирать носовым платком. Раскачиваясь из стороны в сторону, неся своё упитанное тело, он шёл к столу, за которым сидел Джон Кеннеди, остановившись, вглядываясь своими глазами навыкате, не скрывая возмущения, возмущенно произнёс:

— Когда кончится, понимаешь бардак в стране? Когда мы укоротим вожжи этим «Краснопузым» с островка? Не дня не ночи покоя нет. «Проходной двор, а не страна!» Так за всем в стране не уследишь. Их базы надо отвести подальше от наших берегов. Ну, никакого гаранта нашему спокойствию нет!

Президент, привстав за столом, зло вскинул взгляд и спокойно до въедливости стал объяснять, с презрением обрывая истерику:

— Америка! Сейчас не нуждается в обороне! Она — СИЛЬНАЯ СТРАНА!

Фред, стоя около аквариума, со стороны оценивал ситуацию, периодически подбрасывая корм рыбкам. Кеннеди, зло, бросая вспыхнувший взгляд в его сторону, перешёл на повышенный тон, крича:

— Да, перестань, же ты их мне перекармливать, видел только, что кормил.

Тот, отряхивая ладони, отошёл к столу, встав с левой стороны. Гувер зло глядя на обоих, резко направился к выходу, бормоча про себя:

— Тоже мне Наполеон Бонапарт! Друг — НАРОДА! Демократию развел! Бардак! Граждане СВОБОДНОГО МИРА! Утопист! — хлопнув увесистой дверью, он вылетел, как ошпаренный из кабинета.

Он вышел из воспоминаний, очутившись у открытой площадки на фоне огромных витражей, где на зеркальном полу из глянцевых плит, находилась масса вазонов с цветами, рядом несколько пальм, столик на двоих, на нем уже стояло горячее какао, сыр, французская булочка.

Джон Кеннеди, медленно поднявшись с последней ступени, подойдя к столику, рассеянно взял в руки чашку с какао резко поставил обратно, стуча по подлокотнику стула ребром ладони, вслух невольно произнеся:

— Она! Такая хорошенькая! Чёрт побери!.. Я, кажется, как мальчишка влюбился в эту, смазливую дамочку. Она — такая сексуальная! Галатея, только с руками, такая же — ледяная и этот цвет кожи…Мраморный…

Не веря нахлынувшим чувствам, с догадкой в голосе прошептал:

— Влюблён?! тут же хмыкнув, добавил, — с такой очаровашкой, действительно можно сойти с ума. Вышла из воды, пала на белый песок, высохла, встала и нагло удалилась… Смелая — чертовка!

Вспомнилось недавнее видение…

…Мерлин стоит на песке в ярко-голубом мини купальнике, трусики — полосочка и «крохотный бюстгальтер». Обворожительно улыбается, с кокетством поправляет волосы, распушая их на ветру в лучах солнца…

Джон Кеннеди, возвращаясь к действительности, качая головой, неожиданно для себя произносит, подытоживая:

— И впрямь — «АКТРИСА!» Такие купальники только модницы из ГОЛЛИВУДА носят.

Его оторвал от мыслей укоряющий взгляд со стороны, на террасе стоял как страж помощник Фред. Он недовольно наблюдал за Джоном Кеннеди, оценивая его новое впечатление.

Джон Кеннеди, со вздохом сел на стул, обращаясь к Фреду, жестикулируя в просьбе «по — быстрей», нервно прикусывая губы попросил:

— Фред! Найди, мне фильм с участием Мэрилин. Фамилии не знаю. Прищуриваясь:

— Ты ведь видел наверняка её фильм, да? Наверняка не проскользнула мимо твоего «ястребиного взора», а Фред? Зацепила любопытство, небось, и твоё?

Фред, медленно подойдя к столику, с видом знатока и стража встав с правой стороны стола, с лукавством произнёс:

— Как не видеть? Она — известная актриса, Мой Президент! Мягко скажем: «Любимица — Американского Народа!» Я ею восхищаюсь, поэтому и разрешил ей с Вами встретиться!.. Позволил!

Округлив глаза Кеннеди, подпрыгнул, ёрзая на стуле с любопытством уточняя:

— Даже так! С этого места подробнее! Она что так хорошо играет? По — моему! Она глупа! Слишком много улыбается.

На что, Фред отрицательно покачал головой, ехидно поглядывая на Президента, сказал:

— Вы не правы, Мой Президент! Она совсем не глупенькая. Мы её проверяли «от и до». Она патриотична, более того, ложась спать, орёт, как «Скаутка» на все ближайшие кварталы — американский гимн. И она… — жестикулируя указательным пальцем, — за партию «Демократов» голосовала.

Президент, с интересом ёрзая на стуле, с неподдельным любопытством, уточняет:

— Ну, и как она «Штучка»? Замужем? Так, ты присядь. В ногах «ПРАВДЫ НЕТ», как говорят русские.

Он указывает на рядом стоящий стул:

— А, то, как «ВАНЬКА-ВСТАНЬКА!» Кстати, ты эту «дурацкую игрушку» в «Музей ИСКУССТВ» отдал?

Смеясь, здоровым смехом во весь рот. Фред кивая, отодвинул стул, садясь, с сарказмом даёт полное инфо:

— Её нельзя назвать «гулящей». Джим Дагерти — первый муж, был механиком на судне, в торговом флоте служил, потерпел фиаско, оставил ей право выбора, считал ее «вертихвосткой». Она снималась в дешевых журнальчиках. Молодость — авантюризм. «Адью!» Со слезой на глазах, говорят, ему сказала. Артисточка нормальная! Вторая Дитрих! Второй её! Джо Ди Маджо бейсболист — «перелетная птица». Последний — Артур Миллер, драматург. Не выдержал. Не сошлись характерами. Тесновато для двух «ЗВЁЗД» стало рядом.

Джон Кеннеди подался корпусом вперёд, от любопытства впиваясь глазами, заинтригованно:

— Значит, мне можно сходить к ней на свидание? Раз уж, Вы — такие шустрые.

Фред сидя, кивает.

— Зачем, проверяли даму? Ведь, я и она, да и другие — «СВОБОДНЫЕ ЛЮДИ!» Неужели в нашей Америке нет права на любовь?! Какой ужас!..

Фред испуганно смотрит невинными глазами на Президента, замешкав, натянуто произносит:

— Мой Президент! Прошу Вашего прощения!

Поспешно приподнимаясь со стула:

— С Вашего позволения я отлучусь, на пару минут. Скажу всем! Что Вы вольны делать свой выбор в дружбе, сами! Пусть перед Вашими глазами, хотя бы открыто не снуют. — Фред направился в резиденцию.

Оставшись один, Джон Кеннеди, ерзая на стуле, стучит указательным пальцем по столу, громко выкрикивая вдогонку:

— Так и хочется всем всё знать, следя за мной, да?!

Ерзая на стуле, усаживаясь удобней, взявшись за подлокотники:

— Неужели, я не имею права — решать все свои проблемы без подсказок?! Неужели, я в вашем лице «дегенерат»?!

Продолжая выкрикивать исчезнувшему из поля зрения Фреду. Кивая головой, отбивая дробь указательным пальцем по столу, с угрозой в голосе, командно:

— И попрошу с сегодняшнего дня! Меня так ревностно не опекать, Господа! Я здесь на отдыхе, надеюсь — понятно высказался для всех?!

Нервно поглядывая по сторонам в поиске кого — ни будь из присутствующих, едва сдерживаясь, рявкнул:

— Опекуны!

В дверях, показался Фред, с напряжением выдавив из себя:

— Да, Мой Президент! — кивая в сторону помещения, — там Ваш брат на связи из «Белого Дома». Ждёт!

Джон Кеннеди, срываясь с места, порывистым, резким шагом направился в помещение. Фред молча проводил его своим въедливым взглядом.

Через минуту Кеннеди попал в большой светлый кабинет с большими панорамными витражами. Балконная дверь открыта, капроновая занавесь колыхалась от сквозняка. В правом углу массивный угловой диван с множеством подушек. На левой стороне вдоль стены, стояла массивная стенка из светлого ореха. На полу массивный бежевый ковер с орнаментом, на нём стоял большой стол, на котором в разброс лежали журналы, стоял графин из чешского хрусталя с водой, рядом два стакана из такого же хрусталя, телефонный аппарат, трубка снята, лежала в стороне. Новая эпоха новшества в стиле апартаментов.

Джон Кеннеди почти бегом вбежал вглубь кабинета, тут же взяв лежащую трубку на столе начал кричать в трубку:

— HELLO! Малыш, я тебя ждал сегодня. Пару дней тебе тоже не помешало бы отдохнуть.

На другом конце был брат. Роберт Кеннеди, мужчина на вид 40 лет, в стильном костюме, серовато-стального оттенка, в черной рубашке, волосы немного волнистые, челка небрежно спадала на глаза, несколько нервничал, вспотев от ожидания, вытирал, носовым платком лоб. На нервах, из-за длительного подхода брата к телефону, у него ходили желваки скул, но стараясь быть уравновешенным, цинично, всё же в шутку ответил:

— HELLO, ДЖО! Все никак не сорвусь, бумаги, сам понимаешь. Кому-то отдыхать, а кому-то лямку тянуть. Завтра прилечу, жди!

Кеннеди парировал:

— Лямку тянуть! Зануда! Приезжай, жду! И тут же с озлобленностью бросил трубку на аппарат. Взяв стакан, нервно стал наливать воду из графина, в руке чувствовалась дрожь. Поставив стакан, поспешил к уголку, как ватный падая на него.

Не замедлил появиться в дверях Фред. Джон Кеннеди показал жестом «Проходи!» Тот подошёл к балконной двери, закрыв, тихо произнес:

— Жара! Вам включить кондиционер?

Кеннеди отрицательно махнул головой. Нервно встав, подошёл к окну, посмотрев вдаль, разворачиваясь, пошёл назад к столу, налив воду из графина, стал пить, губы дрожали, не сдержавшись с ехидством произнёс:

— Братец мой заработался! Бумажки с места на место устал перекладывать на моем письменном столе. Один — он работает! Хлопая по бокам плетью опущенными руками от обиды, выдавил:

— Завтра прилетит! Подготовь ему комнату! Чтоб не было не одного комара! У него аллергия!

Кеннеди направился в ванную комнату, которая находилась справа от дивана-уголка, оттуда уже прокричал:

— Меня на ужин не ждите! Я иду на свидание!

Скривившись от такой новости, Фред поспешил на выход. В дверях, напутствуя, он пожелал:

— Желаю провести хорошо сегодняшний вечер! Постарайтесь всё же не влюбиться, Мой Президент!

Вышел с ухмылкой. Кеннеди высунув голову в шампуне из проема двери, игриво парировал:

— Не переживай, Старик, за меня! Пусть она в меня влюбляется! Я — ПРЕЗИДЕНТ! И не такие влюблялись! — после чего резко закрыл дверь в ванную комнату.

Мерлин в это время, уже находилась в небольшом коттедже с накладывающим отпечатком национального быта.

Открытая терраса с множеством пальм, на подоконниках и в висячих кашпо декоративные цветы, посередине террасы плетеный стол, рядом с ним такое же плетеное кресло. Сама Монро в легком сатиновом сарафанчике сидящая на ступени. Упираясь об террасу ладонями на прямых руках. С высоко поднятым к лучам солнца лицом, любовалась голубым безоблачным небом. На террасе была тишина, ее нарушил появившийся слуга, молодой индианец, лет 23, с сияющим лицом, с явным желанием угодить госпоже, в белой до пят одежде из бязи. В одной руке он держал телефонный аппарат на длинном шнуре, который тянулся из комнаты Мерлин из открытой балконной двери, в другой руке трубка телефона.

Мерлин обернувшись на шорох шагов, кивком головы, указала слуге, чтобы тот поставил аппарат на стол. Он, поставив, молча удалился.

Молодая женщина, стремглав подбежала к столику, пав в кресло, взяла трубку. Осмотревшись по сторонам, наконец, поняла на террасе совершенно одна. Машинально поправив прическу, ответила:

— Роберт! Какой Вы — не хороший! Я из — за Вас проплыла «милю» навстречу с Вами. А Вы?! — с лукавством, — я же плохо плаваю, вдруг утонула бы? Нельзя же так! Вы меня обманули! Зато, случайно.

Растерянно:

— Ну, скажем, не совсем случайно!.. Скорее из любопытства познакомилась с вашим братом. Нашим Президентом! Он и Вы — не похожи!

При этом она сделала капризное лицо, пожимая плечом одним — другим на ответ с другого конца, отреагировала легкой улыбкой, продолжая жеманничать:

— Нет! Мне он не показался — лучше! Я Вас жду — завтра!

Немного сконфужено:

— Но, Роберт! Какой Вы — ревнивец! Конечно же — одна! Скучаю и никого сегодня в гости не жду! Я устала от внимания, только не Вашего!

При этом вновь поправила прическу, нежно теребя кончиками пальцев.

С комфортом раскинувшись в кресле, вальяжно смакуя каждый слог, произнесла:

— Целую Вас, Мой Дорогой! До завтра!

Положив трубку, вибрируя пальцами круговыми движениями по столику, замкнув их в замок, резко встала, отряхивая помятый сарафан по бокам, как — то загадочно улыбнувшись, самодовольно подытожила:

— Неплохо для начала! Вот — это популярность! Но, что-то здесь не так! «Штучки Роберта!» Это случайное знакомство?! Этот «Лис» Роберт что-то от меня хочет. Никогда не знаешь, что у него будет в голове.

В рассеянности от впечатления, она тут же убежала с террасы через балконную дверь в свою комнату.

Прошло время. Вечер застал Мерлин в комнате. Это большая, светлая комната. На панорамном окне во всю стену красивые атласные зеленого цвета шторы затянутые наглухо. Во всю комнату низкая широкая постель, за спинкой на стене большое зеркало, по обе стороны кровати маленькие тумбы, на одной телефон, на другой журналы на которых стояла тарелка с пирожными и стакан апельсинового сока. На кровати беспорядок, покрывало откинуто, подушки небрежно лежали в разброс, разбросаны вещи: купальник, сарафан и белый махровый халатик. Дверь в ванную комнату приоткрыта, оттуда доносился плеск воды, который тут же стих.

Мерлин напевая, вышла из ванной, на голове завязанное тюрбаном махровое полотенце, туловище спрятано под таким же полотенцем.

Она, на ходу скинув с себя полотенце, которое с тяжестью упало на ковер, пройдя по нему, очутилась у кровати.

Взяв белый халатик, поспешила одеть, старательно подвязавшись поясом.

Игриво посмотрела на себя в отдаленное зеркало над кроватью. Сняв полотенце с головы, бросила на пол.

Неожиданно позвонил телефон. Она вздрогнула. Но решившись ответить, подошла к тумбе, подняв трубку, радостно улыбнулась, сев на кровать, начала доверительно щебетать:

— Привет, Эмми! Ты не поверишь! С кем я сегодня познакомилась, вещие сны сбываются! Два дня снился: «Ухаживал, цветы дарил, в любви признавался. И, вдруг…»

С той стороны, кто-то торопил.

Мерлин продолжила, затягивая интригу:

— Не спеши! Сейчас упадёшь! С самим нашим Президентом!

Слыша щебет восхищения, самодовольно улыбаясь, откровенничала:

— Нет! Не из КИНОКОМПАНИИ! С Президентом Америки!

С того конца обратной связи послышалась искаженная речь, Мерлин выпалила:

— Всё, Эммочка! Ничего не знаю пока: что и как?! Сама в облаках!

Восхищенно:

— Глаза зеленые! Короче: может быть! — прощаясь — пока-пока! Милтону привет! Пусть подготовит мой контракт!

Щебет с той стороны в трубке, она уже не слышала, но старалась всё сказать любопытной подруге:

— Возможно, и будет наше с ним свидание, надеюсь! Только бы до завтра… Завтра «лис» прилетает. Всё-всё! Целую! Бай-бай!

Положив трубку на аппарат, встала, подошла к окну, отодвинув занавесь, задумчиво стала вглядываться вдаль. Всё ещё светло, хотя солнце нехотя переходило в закат на фоне отдаленных, малахитовых гор.

Под чистым, безоблачным небом, вдалеке сияла голубизна озера, по которому сновали два катера.

Это напомнило детство, где не было такой красоты…

… Невольно она вошла в него. И очутилась в маленькой комнате с одним окном, на котором сидела кошка, среди стопки старых газет и пустой бутылки из — под виски. Занавеска была серого от грязи цвета, завязана массивным узлом посередине. Рядом с окном стояла деревянная кровать, не застеленная. На противоположной стороне стены стоял открытый шкаф для одежды, забитый донельзя, часть ее валялась на полу. На этом фоне стояла приемная мать Мерлин, Грейс, 35 лет: не высокая, сероглазая женщина с короткой стрижкой русых волос. Она была одета в скромное, заношенное серое платье, стараясь собрать одежду в руки, тут же силясь, упаковывала в небольшой чемодан.

Наконец набив, та сделала попытки его закрыть, от бессилия зарыдала, присаживаясь на кровать, в слезах что-то говорила ей, Мерлин, смотревшей на нее, стоя около шкафа.

Норма Джин (Мэрилин), белокурая девушка, 16 лет, немного полновата с потухшими, голубыми глазами, одета в белую юбку «солнце-клёш» с непонятным орнаментом и в маленькую, вязаную кофточку с короткими рукавами, наглухо застегнутую, в белых спортивных тапочках, опираясь, скрещенными руками сзади о стену, продолжая молчать, с тяжелым взглядом глядя на истерику Грейс. Мать в отчаянии, бессвязно бормотала:

— Ты уже взрослая — красивая, умная, ищи себе мужа! И постарайся ему дать — всё! Любовь, преданность и чистоту.

Она вытирала тыльной стороной ладони, размазывая по лицу слезы, не глядя девушке в глаза, напутствуя:

— Никогда не плачь, даже если не будет денег на хлеб! Знай! Ты всё имеешь, только найди-то в себе. Это тебе мой материнский от сердца — совет.

Мерлин подойдя к чемодану, молча заперев, безразлично посмотрев на Грейс, та до сих пор размазывала по лицу поток слёз, в слезах стараясь не упустить главного, бормотала:

— Пиши, приезжай, скучай по мне! Я твоя мать, не родила, но воспитала. Ты моя дочь! И Эрвину, отчиму, постарайся все простить! Теперь он тебя никогда не обидит, будет далеко, на западе. Уткнувшись в подушку, женщина зарыдала навзрыд.

Норма Джин (Мерлин) безмолвно вышла из комнаты, оставив мать одну. Мать, поднимая голову, не удержавшись, крикнула вдогонку:

— Дочка! За нищего замуж лучше не выходи! Ищи богатого: политика или бизнесмена!

Перед глазами закрытая дверь, разделяющая сегодняшний день от прошлого…

…Вечер внёс хаос и в уединение Джона Кеннеди. Он в это время пребывал где-то далеко. Этому свидетельствовало то, что он сидел в махровом халате на угловом диване, и что в пепельнице на столике лежала куча недокуренных сигар. Взяв в руку новую сигару, прикурив, он резко встал, в задумчивости подойдя к окну, стал напряженно смотреть вдаль. Впереди — вид на озеро: солнце в закате, видны две подвижные точки в виде катеров. Со вздохом, признаваясь самому себе, констатировал:

— «Сладкая!» К такой даме, наверняка, мужчины липнут. Дорогого стоит! У меня же дети, а из-за неё не могу уснуть.

Теребя волосы:

— Глупец! Лететь в лапы искушения? Бред! На свидание? Все отбегался! Любимая женщина «АМЕРИКА!»

Тут же стал махать рукой, развеивая смог от сигары по комнате.

В дверь постучали. Джон Кеннеди, резко затянув штору, повернувшись к двери, крикнул:

— Да, да! Войдите!

Вошёл Фред с подносом в руке, на котором чай с лимоном. Поставив поднос на стол, направился, размахивая руками к окну, принюхиваясь, втягивая ноздрями воздух, с укором:

— Вы, же дали слово врачам, Мой Президент! Ваше сердце принадлежит, на — сегодня АМЕРИКЕ. Не искушайте судьбу, Вы — НАМ ВСЕМ НУЖНЫ! Въедаясь взглядом в лицо Президента, поддел:

— Так зацепила эта белобрысая? Кажется, Вы грозились: поздно вернуться.

Джон Кеннеди подошёл к уголку, пав на него, сев удобнее, на колкость своего помощника, со вздохом парировал:

— Несерьезно, было бы, сразу лететь в объятия-незнакомки. Завтра к ней загляну в гости. Надо найти предлог. Днём ничего не обяжет к постели.

Выбрасывая вперед указательный палец:

— О!.. Просто — так!

Фред, подойдя к столу, забрал поднос, отнёс Кеннеди, предлагая выпить. Тот резко взял с подноса чай, выпив залпом, тут же поставил пустой стакан обратно. Помощник с округленными глазами, решился съязвить, растягивая удовольствие:

— Да! Талия, ножки…Молчу!

Джон Кеннеди, сидя как на «шарнирах», оборвал на полуслове, срываясь:

— Перестань!.. Не говори никогда, мне свои мысли вслух! Я имею пока ещё свою голову на плечах, заучили вы все меня. Лучше прояви усердие! Принеси горячий чай и два сэндвича! Я голодный! И постарайся со мной сегодня не разговаривать!

Фред стоял в оторопи от такого приказа, с обидой развернувшись, пошёл в направлении двери, бурча себе под нос:

— Крыша из-за Монро, поехала… «Чапай, думать будет»… Кажется, Роберт перестарался в своих планах…

Хлопнув дверью, вышел.

Джон Кеннеди на нервах, стал бить ладонью себе по лбу, раздраженно, вслух, причитая:

— Завтра! Братец, Вездесущий, явится — собственной персоной. Ну, да ладно! Надо еще дожить! Куда бы от всех мне спрятаться, никакой личной жизни…

…В комнате полная темнота. Мерлин в белом пеньюаре лежа под покрывалом на кровати, ворочаясь, не может уснуть. Она резко скидывает покрывало, отбрасывая его в сторону, нащупывает около кровати комнатные шлепки, сбивчиво пытается надеть, сначала не на ту ногу, неловко подпрыгивая в одной, до конца всовывая стопу в одну — другую шлепку, идёт к занавеси, раскрывая её наотмашь, вглядывается в ночную даль. Кроме звёзд на небе и луны, она ничего не видит. Отворачиваясь, идет к кровати, присаживается на постель, обхватив голову двумя руками, закусывая губы, говорит:

— Не пришёл! Ну, и чёрт с ним! Завтра Роберт прилетит, двоих спровоцирую. Интересно! Неужели нашу встречу, этот «Лис» подстроил? Как я устала от его политики.

Подавленно, — вот — она: его любовь! — Зло, — а ещё «руку» просил… Все мужики «СВОЛОЧИ!..»

Нащупав под подушкой рукой, пузыречек с успокоительными таблетками, нервно открыв «шляпку», достает, щурясь от слабого света, сразу несколько, крутит по сторонам головой, не замечая на тумбе стакана с водой, глотает, передергивая телом, залезает под одеяло, закрыв глаза, старается заставить себя уснуть.

Ветер с балкона колышет штору, в зеркале отражается отсвет блика луны. Кажется, что она опять вернулась в прошлое или все же в будущее?!

…Ей до боли знакома небольшая комната и в тоже время совершенно другая, вокруг все белого цвета — шторы на маленьком окне, кошка, сидящая на окне, горшок с цветами, большая кровать под балдахином с набросанными подушками и покрывалом.

Мерлин в белом до пят пеньюаре, в порыве летит навстречу Кеннеди, который входит в комнату из проёма без двери, в его руках букет из белых роз, они встречаются. Он падает перед Мерлин на колено, счастливая берёт из его рук цветы и бросает вверх.

Он встает с колена, обнимает её, целуются. И вдруг всё исчезает…

…Мерлин резко проснувшись, приподнимаясь на кровати, откидывает покрывало в сторону, ничего не понимает… Хватаясь за голову, тормошит пряди волос, вспоминает…

…Вспомнив, встав в рост на кровати, заглядывает в зеркало. Вслух, гримасничая сама с собой, с досадой произносит:

— Опять, этот навязчивый сон! Ну, не пришел он вчера. Не лги мне сон! Хотя, сегодня пятница! Сны сбываются под пятницу. Уже улыбаясь, обнадеживая:

— Значит, сбудется! Или я не Мэрилин Монро!

Спрыгнув с кровати, с верой в себя, она направилась в ванную комнату, на ходу напевая про себя детскую песенку «Мой, любимый Августин»…

Она попала в свою любимую обитель, которую обожала. Это — большая светлая комната с окном, на котором жалюзи. Посередине большая чугунная ванна, рядом с ней тумбочка из белого пластика с умывальником, над которым висит большое овальное зеркало, на тумбочке множество флаконов, баночек, зубные щетки, мыло, половинка лимона; на крючке — вешалке на кафельной стене висит большое махровое полотенце, на полу на глянцевых бежевых плитках постелены ковровые дорожки. В правом углу сан. узел, кипельно — белый с красивой «сидушкой» из искусственного меха розового цвета, на нём рулон розовой туалетной бумаги. Перед ним такой же половик под ноги. На закрытой двери, на вешалке весит белый короткий, махровый халат.

Мерлин поднимая жалюзи на окне, упиваясь, вдыхает свежий воздух. Направляясь к ванной, по движению снимает и бросает на пол пеньюар, скидывая тапочки. Подойдя к умывальнику, тщательно себя рассматривает. Волосы беспорядочно ниспадают до плеч, она их теребит, кривляясь перед зеркалом, ловя на себе свой любопытный взгляд. Со вздохом произнося:

— Привет! С добрым утром, «Куколка!»

Повернувшись к ванне, открыв вентиль, стала наблюдать, как из носика смесителя струится горячая вода, пробуя, нечаянно обожглась, открыв второй вентиль, пробуя вновь, становится в рост в ванну, медленно переключая воду из носика крана на душ. Стоя, принимая душ, нежится под лавиной струек падающих сверху — вниз; выглядывая из-за потока воды, наощупь с тумбочки берет шампунь, мыло и лимон, ставит на подлокотник ванны. Мягкими движениями руки намыливает непослушные волосы, радуясь хорошему настроению, смывает с головы пену, пытаясь напевать, но капельки воды ей мешают. Взяв мыло, под струей воды размыливает, оно дает пену, намыливает груди, при этом нежа саму себя любимую, змейкой изгибая податливое тело то, поднимая, то опуская их руками. При этом смывая мыло с тела под струей воды, периодически переключая — подачу воды горячей на холодную.

Кульминация принятия душа — это применение лимона. Натерев половинкой соски, от пощипывания прикусив свои губы, приподнимая груди, легким прикосновением рук, балдея как кошка, шепчет:

— Это, ли не блаженство?!

Наконец, омовение себя, красивой, закончено. Сняв полотенце с крючка, вытерев легкими движениями тело, Мерлин наматывает его на голову.

Довольная сама собой, выходит из пропахнувшей ароматами ванны, выключая воду.

Подойдя к зеркалу, всматриваясь, с кокетством улыбнувшись отражению в зеркале, с задором говорит: «Утро — вечера: мудреней!»

— А, целовался, он во сне даже очень ничего!.. — подмигивая, — да! Вы, Милочка — сексуальна! Ножки! Немного разморились. Не ровненько стоят.

Опять гримасничая перед зеркалом, всматриваясь в него, ерничая, добавляет:

— Не столь красавица! «Смазливая!» При этом гладя рукой по ягодицам и животу, самодовольно подытоживает:

— А животик, а «попочка»… Нет слов! Такое увидеть днём — не покажется мало! Не сдержавшись, закатив вверх глаза, с поднятыми вверх руками, с благодарностью:

— Господи! Спасибо Тебе, за любовь! Отойдя, идёт на выход, снимая с вешалки на двери белый махровый короткий халат. Открыв дверь, выходит.

Кажется — это была завязка романа, который вырвали из реестра памяти времён. А было ли вообще так?! Всё самое интересное скрыто от нас. Нельзя скрыть одного, что было…

4 августа 1962 г.

…В большой комнате находились понятые и полицейский, прибывший на срочный вызов. В ней пахло спертым, затхлым запахом спиртного.

На большой кровати, распластавшись, лежало безжизненное тело Мерлин, волосы были растрепаны, халатик пеньюара испачкан коньяком, лицо было мраморным и отчужденным, в кулаке горсть успокоительных таблеток. На столике возле кровати стояло: стакан с водой, аспирин, начатый коньяк и русская водка.

Полицейский, немолодой негр, лет 40, осмотрев тело, почесывая затылок, говоря самому себе, изумляя понятых, двух старушек из соседних квартир, предположил:

— Да! Пахнет убийством… Дамочка растрепанная! Явно вырывалась, капли коньяка на пеньюаре об этом же свидетельствуют. Почесывая затылок:

— Таблетки же не пила, по счёту все налицо. Нет! Это — убийство!

Понятые поддакивая, кивали головой. Он глядя сквозь них прикрикнул:

— Ну, что стоите, вызывайте «911!» Посторонние здесь, точно, присутствовали, минимум один человек! Я звоню в ФБР…

Немного ранее. В этой же комнате.

…Мерлин сидит у ночного столика, накладывая на лицо дневной макияж. Ждёт гостя. В дверь постучали.

Она резко срывается с пуфика, на ходу поправляя непослушные волосы, игриво одернув на себе полы красного шелкового пеньюара, движением рук приподнимая всё еще роскошную грудь, не спрашивая: «Кто?» Открыла дверь.

В дверях стояли — Эдвард, брат Президента, и Фрэд, телохранитель Джона Кеннеди. Кого-кого, а их она не ожидала увидеть здесь и сейчас.

Встретила с непониманием, брезгливо отшатываясь от них на шаг назад, прикрывая оголенность полами пеньюара.

Первым к ней обратился Эдвард:

— Послушай, «Малышка». Не жди брата больше никогда! Он не для тебя! Поиграли в любовь, достаточно уже. Отстань от нашей семьи!.. Найди себе кого попроще!.. Неужели в ГОЛИВУДЕ мужиков не найдётся, чтобы тебя потискать, «Кошечку!» На себя посмотри!..

Она была выпивши.

— Он — ПРЕЗИДЕНТ! А ты кто? Его репутация должна быть — чистой. ФАНТАЗЁРКА! Он вышел, не прощаясь с ней.

Фред последовал за ним, но вдруг остановился, глядя с жалостью на неё, тихо сказал:

— Не пейте много! Это чревато! Можете так с ума сойти! Вы же совсем молодая, не портьте себе жизнь.

Махнув обреченно рукой, достал из кармана таблетки от головной боли и снотворные, зная о её мигрени. Не оборачиваясь, вышел.

Мерлин обессиленная подошла к кровати, обхватив руками голову, зарыдала, спазмы сдавливали полушария мозга. Нестерпимая боль до тошноты. На столе стояла водка, коньяк и аспирин. Стакан водки и аспирин были выпиты залпом, слезы текли градом. Она в порыве потянулась к коньяку, руки дрожали, разлив на себе несколько капель, ей вдруг стало очень жалко саму себя.

Она сжалась, легла на кровать. Истерика последовала моментально, начала метаться из стороны в сторону по кровати, ввысь крича кому — то, неистово в вопле:

— Господи, прости! Он предал меня! Значит и вправду! Никогда меня не любил, а может очень любил, поэтому и отпустил, и это я не хочу его отпускать? О, Боже!.. — в глазах появились слёзы, в душе тупая боль.

Она упала в обморок. Перед ней пронеслась её жизнь…

1930 г. Лос-Анджелес…

…Маленькая голодная девочка, глядит в окно, мимо проходит строй солдат. Один из строя машет ей рукой. Она, горько улыбаясь краями губ, прижимает к себе сломанную куклу…

1936 г.

…Мать с посторонним пьяным мужчиной, моряком в постели. Она на них смотрит из-за занавеси, которая разделяет общую комнату на две части. Слезы на лице уже чуть подсохли…

НЬЮ-ЙОРК 1960 г.

…Дни славы! Поклонники! Мужские глаза…Аплодисменты… Цветы, на которые у неё была всегда аллергия… АЛЛЕРГИЯ! АЛЛЕРГИЯ!

Вот и на этот раз произошёл курьёз. Токсичное отравление аллергическое удушье и смерть.

Последнее, что она видела, это появление перед глазами ГОСПОДА ОТЦА, он её звал к себе:

— Мерлин, ты устала брести по тернистому пути. Я тебе помогу, возьму на руки своё любимое дитя и отнесу в рай.

Уставшая женщина и впрямь почувствовала его заботу.

Он продолжал звать:

— Ты достойна: ЛУЧШЕГО!

Она тихо закрыла от усталости глаза, поверив Господу, спокойно прошептала:

— Я иду к тебе, ГОСПОДЬ! Я здесь больше никому не нужна…

Ты сможешь

Ольга Сухова, Руководитель Компании, молча, стоит у окна своего кабинета. За окном льет сильный дождь. Она всматривается в толпу снующих под зонтами людей. Эта суета сует напоминает ей ее жизнь из прошлого, дорогу, что привела к успеху.

…Она подросток ученица 11 класса живет с матерью, Александрой Владимировной, которая постоянно на работе. Мать, воспитательница в детском садике и занимается воспитанием дочери, исключительно, по телефону. Ольга ведет хозяйство, во всем помогает своей матери. Та по возвращении с работы ее хвалит, сетует на свою нелегкую жизнь. И настоятельно требует, чтобы Ольга никогда так как она мать живет — не жила. И в дальнейшем добивалась в жизни, как можно большего, считая, что она при рождении Ольги упустила шанс, бросила учебу в престижном институте. Со стороны наблюдая за Ольгой, постоянно ей твердит: «ТЫ СМОЖЕШЬ!» Видя ее упорство во всех начинаниях, верит в нее.

Та ходит на подготовительные курсы в университет, желая самостоятельно поступить на бесплатное отделение, так как у матери нет на учебу денег, а отец Юрий Николаевич им не помогает, живя в другой семье. Его вторая жена родила от него троих детей, сидит с ними дома. Он бывший прапорщик, военный пенсионер, подрабатывает таксистом, чтобы прокормить вторую семью. Мать Ольги относится как не странно с пониманием, перед ней прошли сотни детских судеб, поэтому не вмешивается в его жизнь, где-то, как-то в глубине души храня к нему прежнюю любовь. Они с дочерью довольствуются лишь ее заработком. Поступление в Университет становится для Ольги поистине испытанием. В ночи перед экзаменами она засыпая себе как установку говорит:

— Ты сможешь!

В день экзамена, перед дверью экзаменационного кабинета собирается в кулак и смело без страха идет сдавать предмет. Со стороны на нее смотрят, как на странную девушку. Она замкнута, так как сосредоточена на своей цели — добиться в жизни как можно большего. Ее не понимают: откуда в ней такая тяга — стать в этой жизнь состоявшимся, успешным человеком. Она поступает в университет, там знакомится со сверстниками, у нее появляются подруги, Клава и Люба. Люба городская, росла в обеспеченной семье, избалована. Клава деревенская девушка, старается зацепиться за городскую жизнь. Ольга безотказно им помогает в учебе, своим упорством доказывает, что в жизни не стоит просто жить, надо стремиться к раскрытию себя и доказывает им, что и в них тоже есть то, что они не хотят видеть. Она вселяет веру в них, те считают ее «буравчиком», сетуя, что им не дано, так убеждать, ей в шутку говорят, что она точно должна выйти замуж за миллионера. На что, та им говорит, что она сама добьется всего в жизни и будет зарабатывать из всего — легко и сколько хочет. Со стороны это вызывает смех, одной из подруг.

Люба, отчуждается, считает ее, Ольгу гордячкой, к тому же никогда не жившей в благополучных условиях. «Не шиковала, не жировала». Она периодически настраивает Клаву против нее, оговаривая ее за глазами. Клава мечется от одной подруги к другой. Ольга знакомится на дискотеке с Андреем, делится с Клавой, та передает Любе, что тут же в свою очередь ее оговаривает, говорит, что она карьеристка готова идти «по трупам». Андрей через некоторое время расстается с Ольгой. Он приехал из глубинки, из детского дома и он не хочет связываться с амбициозной девушкой, когда та в принципе — «никто и звать ее никто», идет по жизни со своей идеей — фикс.

Вскоре он женится на Любе. Ольга переживает, плачет по ночам, не понимая, что она неправильно делает в жизни, что даже такие, как Андрей ее предают, ставя красивые «генеральские хоромы отца жены» — выше любви; она точно знает, что он в глубине души, любит ее. Одним утром она требует от себя выдержки, встает с постели, повторяя себе под нос: «ТЫ СМОЖЕШЬ!» Клава ссорится с Любой, говоря той, что она испортила жизнь троим — себе, Андрею и Ольге, что он, тот вообще ей не нужен, что он игрушка в ее руках. Любе с ним дискомфортно, так как он из детдома, тайно ему изменяет с водителем ее отца — генерала. Однако Андрей делает вид, что не видит. Ему не хочется уходить из богатой семьи.

Конец учебы в Универе. Ольга заканчивает его с красным дипломом. Мать ею гордится. Отец тоже, хотя он по-прежнему в тяготах, в поиске заработков. Ольга смотрит на жизнь родителей с ужасом, ведь это необратимый процесс в замкнутом круге. Ночами она видит себя — успешным руководителем Компании и ей не хочется утром просыпаться. Ей страшно, каждое утро роится один и тот же вопрос: «ЧТО ДЕЛАТЬ, КАК ДАЛЬШЕ ЖИТЬ?»

Она берет себя в руки, говоря вслух самой себе:

— Ты сможешь! И уезжает из своего города, чтобы начать новую жизнь. Она видит себя в будущем отчетливо, в нем она — достигает успеха и помогает тем, кто в поиске себя. Она находит себя, устроившись в известную дистрибьюторскую компанию. В ней же, Ольга находит таких же стремящихся идти вперед людей. Им не страшно заплатить свою «цену», пусть эта большая часть их жизни — работа, работа и строгий подход, прежде — всего к себе. Она разрабатывает маркетинговый план компании, в нем главной целью является — создание новых возможностей. Руководство ее план не берет во внимание, Ген. Директор Игорь Ханученко, так долго шедший к своему пьедесталу, в ней видит прямую угрозу, он через зама Алексея Горюнова изживает Ольгу из компании.

Она выбита из колеи, ей трудно даются дни одиночества. В слезах, ночами конспектирует свой путь к успеху, сосредотачивается на «ЗА и ПРОТИВ», плюсах и минусах. Вновь, говорит себе: «ТЫ СМОЖЕШЬ!» И хочет создать свою компанию по прямым продажам, помочь инициативным людям, добиться личного и финансового успеха. Мать приезжает к ней, чтобы поддержать в ее начинаниях. Собрав свои и матери сбережения от продажи квартиры, Ольга вкладывает в дело 80 тыс. долларов. Вскоре к ней приезжает Клава, загоревшись её идеей, она тоже участвует в бизнесе, вносит 20 тыс. долларов, наследство от бабушки. Поверив в себя, они убеждают инвесторов. Им дают деньги на развитие, утверждая их бизнес-план. Банкир, Николай Шульгин поражается целеустремленности Ольги и Клавы и Игоря Николаева, что вместе с Ольгой уволился из компании, так как влюблен в нее и слепо ей доверяет во всех ее проектах. Николай Шульгин проникается заразительным вдохновением Ольги и ее друзей. Мать Ольги не перестает гордиться своей дочерью, пусть, они сейчас живут на съемной квартире, она верит в намерения дочери — добиться всего в этой жизни. Вдохновение других к успеху, сломало стереотип делового подхода. Бизнес Ольги процветает. Шульгин проникается глубокими чувствами к Ольге. Они встречаются. Игорь Николаев встречается с Клавой. И один и другой делают своим дамам предложение. Они соглашаются, решая сделать свадьбу в один день. Клава приглашает свидетельницей Любу, хочет чтобы они все помирились, жизнь у них с Андреем не сложилась как того хотелось…

…Ольга стоит у окна, дождь за окном перестал. Она вздыхает, завтра свадьба, приедет Андрей с семьей, у него маленькая дочь.

СВАДЬБА ОЛЬГИ И КЛАВЫ. Молодожены счастливы, со стороны на них смотрят Андрей и Люба, последняя жалеет, что некогда предала подругу. Ольга и Клава подходят к ней, мирятся. Теперь и Люба заражена их вдохновением, и знает, что станет, наконец, счастливой, она им верит, как себе. КЛАВА И ОЛЬГА, ШУЛЬГИН, НИКОЛАЙ ей хором говорят: «ТЫ СМОЖЕШЬ!» Им становится смешно, глаза у всех сияют, Андрей тоже улыбается, веря их лицам. Все счастливы.

Новогодний подарок

(Подкидыш)

Преддверие Нового Года. Наталия Молчанова суетится на кухне, ждет прихода мужа Анатолия.

Делает замес теста. В голове утренняя ссора с мужем, он ей выговаривает, что ему надоело жить по ее законам. Отмечать Новый Год с ней вдвоем за пять лет совместной жизни, они ни разу не отмечали его в кругу друзей, а тем более в ресторане. Отмечая при этом, что они теперь это могли бы себе позволить, так как он хорошо сейчас зарабатывает, что он директор в школе, да и она уже завуч по внеклассной работе, казалось бы, что твердо и уверенно стоят на ногах. И вскользь произносит, что она стала небрежно относиться к своему имиджу и это не от того, что она на седьмом месяце беременности, а от безразличия, прежде всего к нему, как к мужчине. В голове, только ближайшие роды — распашонки, пеленки, пустышки, бутылочки, памперсы. Он срывается на крик, говорит, что все надоело. Одевается, опрометью вылетает из квартиры.

Через некоторое время, неожиданный звонок по телефону. Наталия испачканными в муке руками берет мобильник, отвечает.

Это звонит мать, Анна Ивановна Сухова, пенсионерка, она пытается шутить, спрашивает: «Что не вернулся ли наш, горе-папа?» Дочь отвечает, что и не думал, предполагая, что у него возможно уже есть другая, с которой он и пойдет сегодня в новогоднюю ночь в ресторан «МАРИЯ», некогда им любимым еще с холостяцких времен. Она рыдает, бросает грязную посуду в раковину идет в комнату, мать старается ее приободрить, обещает к ней скоро подъехать.

Наталия, сидя в кресле, прокручивает их первое знакомство, именно в том ресторане, как он за ней ухаживал. Дальнейшие их встречи, в которых проявлялась любовь, крепко держа их в объятиях чувств. Первое знакомство с ее матерью, та не приветливо встретила простого учителя, отмечая про себя, что хватает учителей в их доме, она тоже была еще недавно педагогом по русскому языку. И тащила дочь из последних сил на мизерную зарплату, дав ей образование, и не какое — ни будь…

Дочь закончила аспирантуру. Именно там на нее положил глаз, Анатолий, тоже учась в аспирантуре. Он прослеживал за ней по пятам после занятий, не решаясь с ней познакомиться. И лишь однажды…

… В том ресторане, когда ее в одиночестве оставила подруга, Галя Носкова, ссылаясь на занятость, он, осмелев, подошел и уже познакомившись, чувствовал себя абсолютно счастливым.

…Как это было давно и недавно…

…Наталия идет на кухню, сдерживая слезы, старается слепить подобие пирога, ставит в духовку. Безразлично нарезает салаты, чтобы как-то убить время и заглушить боль.

Резкий звонок в дверь. Она, придерживая руками живот, бежит открывать. Открыв, видит на площадке завернутого в конверт малыша, в нем записка «ДАРЮ!»

Наталия смотрит, не понимая: что это такое? Тут же со страхом беря малыша, идет с ним в квартиру. В голове проносятся предположительные измены мужа. Она в растерянности, если не сказать в безумии, не знает, что ей делать.

Ребенок начинает плакать. Наталия истерит, бегая по комнате, схватившись руками за голову. Открывается входная дверь, входит обеспокоенная мать, что открыла дверь своим ключом. Та, срываясь с беспокойством с места, несется в кухню, из нее валит дым, явно подгорает пирог. Затем, мать входит в комнату и видит то, что и ее выводит из равновесия, не понимая, осматривает дочь, та еще в положении.

Анна Ивановна спрашивает, что здесь происходит? Наталия срывается на крик, аргументируя, что всё это Анатолий, какая-то дамочка от него понесла и ей подбросила в подарок, сует лист бумаги, на нем крупными буквами написано «ДАРЮ!». Мать и дочь ссорятся. В конце — концов. У дочери начинаются схватки. Мать вызывает скорую, та приезжает, врач осматривает Наталию. Говорит, что преждевременные роды, также осматривают малыша, отмечая, что девочка, только что рожденная, от силы, как день — два и её срочно необходимо госпитализировать. Все едут в больницу.

В больнице, в процессе родов врачи борются за жизнь Наталии будущего ребенка, а также параллельно за жизнь ребенка подкидыша. Оказалось, что у них недавно случилось ЧП, день назад к ним привезли с вокзала девушку без документов, та сказала, что скоро приедут родные и их привезут. Молодая женщина родила девочку и номерок на руке «подкидыша», подтверждает, что это их «ПРОПАЖА», так как молодая мамаша с ней сбежала, украв из комнаты выписки принесенный кем-то конверт.

В больнице обеспокоенная суета. Идет борьба за три жизни. Мать Анна Ивановна сидит в ординаторской, разговаривает по телефону с Галей, та поздравляет с наступающим Новым Годом. В ответ, той сообщается, что на них свалились беды, что Наталия в тяжелом состоянии, а она не знает, где Анатолий, тот устроил утром ссору и ушел неведомо куда. Зав. отделения смотрит телевизор, в сводках новостей сообщается, что сбита на смерть молодая девушка, при ней не оказалось документов. Врач тяжело вздыхает. В адрес Анне Ивановне говорит, что это именно та девушка, что подбросила Наталии «малышку». Мать выключает мобильник, смотрит бегущие кадры, плачет. В ординаторскую вбегает мед. сестра, кричит, что мать, Наталия, умирает. Надо выбрать кого: младенца или мать? Дежурный врач уже в мыле, всё что мог, предпринял, ему необходимо знать: за чью жизнь бороться?

Новогодняя ночь. Анатолий бродит по улицам города, заглядывая по пути, в одно, другое кафе, где все присутствующие веселы и беззаботны в ожидании Нового Года. Ему на мобильный телефон звонит Галя и сообщает, что Наталия в больнице и там происходит что-то не предсказуемое. Он, трезвея, берет такси, мчится в больницу. Сталкивается нос к носу с тещей, та рыдая, бросается ему на шею, говоря, что надо сделать выбор. Кого спасать? Анатолий мечется, не знает, чью жизнь выбрать. Слышит отдалённый крик младенца «подкидыша», хватаясь за голову, затыкая уши, смотрит то на врача, то на тёщу, та с мольбой смотрит на зятя. Анатолий выбирает жизнь Наталии. Врачи спасают ее. Она в бессознании, сердце дышит на ладан. Мать и Анатолий находятся в фойе больницы в напряженном ожидании. Со стороны доносится крик младенца, все того же «подкидыша», у каждого щемит сердце от боли, к ним выходит врач и Зав. отделения.

Анна Ивановна и Анатолий, одновременно обращаются к ним с единственной просьбой отдать им «подкидыша», ссылаясь на то, что это было «свыше», ей, Наталии, предназначено, как «новогодний подарок». Зав. отделения идет на это ради спасенных жизней.

Встреча Старого — Нового Года. За столом семья: Наталии, Анатолий, Мать, Галя, как крестная мать, а рядом в коляске малышка Ангелина. Все счастливы!

Неблагодарный

(Ловушка)

6.30 мин.

Подольск. Утро провинциального города. Женщина с собачкой неспешно прогуливается по протоптанной тропинке в парке. Вдруг собака натягивает поводок и несет хозяйку в кусты. Женщина, повышая голос, призывает собаку к спокойствию, но по — инерции бежит за ней. Она не выдерживает темпа, бросает поводок, останавливается, тяжело дышит. Увиденное… Её пугает.

Она кричит дурным голосом. Сбежавшиеся соседи вызывают скорую и милицию.

7.00 мин.

Под деревом лежит распластанный труп мужчины, лицо изуродовано, залито кровью. Рядом работает оперативная группа из пяти сотрудников.

Производится съемка на камеру, периодически мелькает вспышка фотоаппарата. Эксперт-криминалист обходит кругами вокруг трупа, надиктовывает четко на диктофон то, что им обнаружено на трупе, двое сотрудников стоят рядом с женщиной, которая рассказывает о случившемся с ней, таком неприятном событии, она до сих пор не может отойти от увиденного и пережитого ею.

Произошедшее потрясает. Это зверское убийство. Выстрел в область сердца, на боку видны синяки, кровоподтеки буквально по всему телу и на голове. Видно, что бил профессионал спортсмен, скорее — всего киллер не профессионал.

7.10 мин.

Холл УБОПа. Оператор ведет съемку. Назойливый журналист, пытается выудить информацию о сводке преступности у дежурного. Ему говорят, что есть одна из «горячих». Он спрашивает: «ГДЕ?» Ему не говорят.

По лестнице спускается Начальник УБОП полковник Рязанов. Журналист бежит к нему, тыча перед глазами, показывает документ, подтверждающий, что он с телевидения, что он просто обязан быть на месте преступления.

Он получает информацию. Исчезает взволнованный.

7.10 мин.

На месте происшествия. Один из оперативних сотрудников находит в кармане убитого документы. Читает. Из рядом стоящей машины скорой помощи два санитара берут носилки. Несут к месту происшествия, подходят к трупу перекладывают на носилки, молча несут к машине, ставят в салон. Садятся на лавку. У кабины о чем-то между собой разговаривают водитель, врач и мед. сестра. Водитель кивает головой. Врач и медсестра садятся в салон машины.

К месту происшествия подъезжает машина, журналист и оператор, тут же на ходу порываясь к машине скорой помощи, производят съемку. На него выходит один из сотрудников УБОПа, преграждая путь запрещая съемку. Журналист на вытянутой руке показывает свое удостоверение и разрешение. Ульянов «КРИМИНАЛЬНЫЕ НОВОСТИ». Он выкрикивает: «Я журналист! Вы не имеете права, скрывать информацию!» Сотрудник вскакивает на подножку машины скорой помощи, нагибаясь, садится рядом с врачом и медсестрой, закрывая дверь.

Группа оперативников идет в направлении джипа, садится, уезжает.

Машина скорой помощи резко трогается с места. Журналист и оператор снимают в след на камеру.

8.01 мин.

Совещание в кабинете Рязанова. За столом начальники отделов.

И это понятно, ведь когда случаются такие громкие происшествия, которые попадают под категорию главного управления по борьбе с организованной преступностью, много работников милиции поднимают из архива данные о всех, начиная с ранее судимых и т. д. родственников, близких.

8.10.

В одной из квартир спального микрорайона, Николай, молодой человек в возрасте 23 лет, стоит около плиты, варит кофе, с кем-то общается по телефону. Курит, руки дрожат, спрашивает у собеседника, нервничая:

— Ты говоришь, что все нормально?

8.11

В другой части города.

Толпа пассажиров стоящая на остановке рассеивается, исчезая поочередно в автобусе.

Молодой человек «ШЛЫК», постоянно оглядывается, приглушенно говорит в моб. телефон, заверяя:

— Все о, кей, старик! Тип-топ! С тебя зарплата! Не задерживай!

8.15 мин

Николай тушит сигарету. С нервным фальцетом, кричит:

— Да, катись, ты! Как договорились!

Выключает мобильный, кидает на кухонный стол. Потом подходит, берет в руки, несколько раз пробует набрать номер, на мониторе высвечивается «ПА». Ему не отвечают.

8.20 мин.

На кухне в другой квартире в другом спальном микрорайоне находятся несколько сотрудников УБОПа. За ними журналист и оператор, ведут съемку.

Алёна, жена Панова сидит на стуле за столом, рядом с ней стоит ее мл. сын, Сергей,17 лет, обнимает мать за плечи. Она плачет, рассматривая предложенные ей для опознания фото, кивая головой дочитывая список вещей обнаруженных на трупе.

Она подтверждает, что на фото ее муж, Олег Панов, бизнесмен из Самары, что так и не вернулся домой, хотя спешил. И зачем они только переехали из Подольска?..

Убитая горем женщина достает из кармана халата моб. тел. показывает входные звонки, на котором зафиксированы его звонки, последний был вчера в 11 вечера. Вспомнив, говорит, что исчезли часы «Seico Kinetic», все остальное наверно на месте. Она по его карманам не имела привычки лазать. Старший сотрудник УБОПа, подполковник Туев, предлагает родственникам убитого проехаться в морг на опознание. Алёна машет рукой, отрицательно качает головой, тяжело хватая воздух, хватается рукой за область сердца.

Сергей видит боль матери, говорит, что это точно отец на фото, сейчас они не поедут, если можно позже.

Сотрудники прощаются. Журналист и оператор, пропуская их вперед, делают еще несколько съемок. Опустошенная Алёна не в состоянии запретить. Сергей подходит к ним и выпроваживает. Дверь закрывается. Сын перед матерью стоит в шоке.

9.20 мин.

Во дворе столпотворение. Соседи сдавленным тихим шепотом обсуждают приезд сотрудников милиции. Один, другой смотрят на окна на третьем этаже.

За бордюром на проезжей части останавливается «BMW». Из нее выходит Николай, поднимает взгляд на свои окна. Тут же перехватывает взгляд соседей именно на его окна. Опрометью вбегает в подъезд.

На лестничной площадке ниже на этаж стоят сотрудники УБОПа, прикуривают сигареты. Вслух произносят фамилию убитого.

Навстречу им поднимается спеша Николай, тот останавливается рядом с оперативниками. Представляется, спрашивает: «Что здесь произошло?»

Ему говорят об убийстве отца. На лице выступает пот. Его просят спуститься вниз с ними к машине. Все спускаются.

9.30 мин.

Журналист и оператор снимают зевак у подъезда, опергруппу, которая общается с Николаем. Они стоят около джипа, берут у него показания, спрашивая: «Где он был в момент убийства, сегодня с 0.30 до 3 часов ночи…» Он говорит, что был дома с девушкой, что несколько раз пытался дозвониться на телефон отца, показывает мобильный телефон. Звонки действительно зафиксированы. Перезванивают девушке, представившись, спрашивают о нем: что и как… Она им подтвердила слова Николая. Сказав, что действительно они были вместе.

Сотрудники предлагают ему позже подойти к ним. Николай понимающе кивает. Группа садится в джип, исчезает. Журналист и оператор снимают последние съемки, охи-ахи соседей, удрученного Николая, после чего, тоже садятся в машину, исчезают за поворотом дома.

9.42 мин.

В машине трое. Ульянов взахлеб общается с шефом по мобильному. Кричит, что это будет «БОМБА», что эфир для его хроники забит. Ответ ему явно нравится, он толкает в бок оператора, тот как-то недопонимая радости журналиста, вяло улыбается уголками губ.

Водитель тяжело вздыхает. Ульянов приказывает ему ехать быстрее, чтобы успеть смонтировать материал к эфиру.

9.50 мин.

Ольга, молодая женщина, 23 лет, ухоженная, сидит на кресле смотрит по телевизору новости. Показывают события криминальной хроники. Она качает головой из стороны в стороны, повторяя одно и то же, что «этого не может быть…» Ей кажется, что она ослышалась, подбегает к телевизору, пристально смотрит, вслушивается. Говорят о смерти Олега Панова, бизнесмене из Самары, который незадолго переехал с семьей в Подольск. Предполагается, что «заказное убийство». Она идет к креслу съежившись, садится, рыдает. «Это все она, жена! Из-за денег!»

18.40 мин.

В кабинете начальника УБОП три человека. Рязанов, Туев, Николаев. Идет просмотр материала отснятого журналистом только что из студии привезли оригинал.

На экране мелькают кадры с места происшествия и на квартире убитого. Перед глазами жена и мл. сын. Оперативники всматриваются в лица.

Олег Панов бизнесмен из Саратова. Бизнес начал успешно разворачивать, еще в 90-х. Шел в гору.

Алёна, его вторая жена, рядом с ней сын от второго брака. Сергей успешно учится на спорт. факе, на первом курсе. Имеет взрослый разряд по боксу.

Очень уважал отца и хотел быть таким же крепким как и отец. В молодости, он тоже был боксером, имел первый взрослый разряд.

Все присутствующие в кабинете переглядываются.

Рязанов держит руку на подбородке. У всех возникает один вопрос: «А за что он мог бы убить отца?»

Звонок моб. тел.

Николаев отвечает по телефону. Все с напряжением всматриваются, прислушиваются. «ШЛЫК» назначает встречу, чтобы отдать деньги. Он дает координаты встречи. Отключает телефон. У всех присутствующих загораются глаза.

Рязанов набирает номер, идет вызов, наконец, ему отвечают, он разговаривает с прокурором, говорит, что через полчаса будет у него, нужна санкция на арест при задержании.

19.30 мин.

В кабинете Рязанов и прокурор. Рассматривают фото.

Прокурор настоятельно просит ускорить ход следствия.

Рязанов рассказывает, что жена не причастна. Мл. сын скорее всего тоже нет, он любил отца. Не похож на убийцу, да и только что звонил журналист, берет интервью у них дома.

19.30 мин.

Журналист Ульянов общается с Алёной и Сергеем. Каждый из них скорбит о смерти Панова. Оператор с их разрешения снимает на камеру.

Жена убитого сидя за столом рядом с сыном и Ульяновым, рассказывает о любви Олега Панова как к ней так и к детям. Что только живя здесь в Подольске, между ними пробежала черная кошка. Скорее всего, женщина, так как он к ней охладел. Панов периодически не ночевал дома. Алёна смотрит на сына, он не понимая, не ожидая такого от отца, шокирован, вскакивает с места, отходит к окну плачет. Мать сопровождает его тяжелым взглядом. Ульянов, видя свою неуместность — присутствовать в такой мизансцене вынуждено прощается, оператор и он выходят из кухни.

Слышно, как захлопнулась дверь.

20.40 мин.

В кабинете Рязанова, Туев, Николаев. Напряженно всматриваются в мелькающие кадры на мониторе. Перед ними мелькают кадры, где опергруппа общается с Николаем. Он постоянно отводит взгляд от сотрудников, потом резко смотрит на них въедливым взглядом.

Рязанов констатирует, что взгляд загнанного волка. Что у него что-то в жизни не так…

Николай Панов. Незаконнорожденный сын Панова. Алёна вышла за него замуж уже беременная от другого. Но он не знал. Панов его воспитывал любя, в 2010 г. вытаскивал, как мог — правдами и неправдами из дерма. Николай подсел на наркотики. Воровал деньги из дома вплоть до драгоценностей Алёны. Панов бросил на спасение все связи в Самаре, чтобы спасти сына. Устроил в клинику под Подольском. Еле-еле выходили. Устроил на юридический факультет, купил квартиру в Подольске, подальше от Самары. Стажировку сына устроил в МИНЮСТЕ.

Панов имел осложнения с наркомафией, которая его бизнес поставила под угрозу. Он мужественно претерпевал кризис лишь бы сын шел в карьерный рост. Представил к нему телохранителя, жили первое время вместе. Спорт пошел на пользу. Сейчас он юрист-консультант на большой фирме.

Все присутствующие многозначительно переглянулись.

У всех вопрос: «КТО!?»

Пожав плечами, они выключили монитор. Сказав друг — другу: «ДО ЗАВТРА! НЕ СПОКОЙНОЙ НОЧИ». Вышли из кабинета, предварительно Николаев выключил свет.

00.12 мин.

В студии просмотр отснятого материала. На мониторе мелькают события дня. С телеэкрана Алёна общается один на один с Ульяновым.

4 ЧАСА НАЗАД…

За столом сидят Алёна, Ульянов, у окна в напряжении стоит Сергей. Оператор снимает на камеру.

Алёна, отчаявшись обрести в себе силу духа, просит Сергея сходить за лекарством в ночную аптеку. Он выходит из кухни. Слышно, как хлопает входная дверь.

Алёна тяжело вздыхает, просит Ульянова остаться наедине и без камеры. Журналист смотрит на оператора. Тот, понимая его взгляд, оставляет на кухонном столе камеру, незаметно включает «авто».

Выходит из кухни.

Оставшись наедине, она рассказывает, что у них с Олегом в последние месяцы проблемы, что у мужа появилась другая женщина, годившаяся ему в дочери. Он не вовремя оказался на перекрестке судьбы той женщины. Зачастую брал на себя все ее тяготы, проблемы, забывая свои. Не уделяя внимания своей семье.

Подавая руку помощи чужой, оттолкнулся от близких. Забота, помощь переросли в любовь. И они все оказались в треугольнике — рока или любви. Какие проблемы у той женщины были, она не знает, но скорее — всего: очень большие, если Олег их поставил во главу семьи. Ссорясь с отцом, сын Николай вдруг узнает, что он не родной. Он это воспринимает болезненно. И она переживает о своих мужчинах.

00.56 мин.

Зал в квартире Пановых большой, проходной, дверь в другую комнату открыта.

Алёна с открытыми глазами в темноте лежит на диване-уголке.

Слышны шаги в другой комнате тихий голос Сергея:

— Мам…

Алёна включает в изголовье бра. В комнату входит Сергей, присаживается с краю рядом с ней, плачет, спрашивает: «Правда, что Николай не родной ему брат и что у отца другая женщина, что тот хотел их бросить?»

Алёна молча качает головой, он ей говорит, что все слышал, как она рассказывала журналисту, что стоял за дверьми.

6 ЧАСОВ НАЗАД…

Сергей тихо открывает входную дверь, также тихо закрывает. За дверьми разговор, он подходит к двери на кухню, прильнув, слушает.

Алёна признается, что их семейная драма разрешиться должна была на днях иначе, что они уже подали на развод и на раздел имущества. И что Олег «от много — чего не хотел просто — так отказываться». Ему доставалось всё, как с потом, так порой и с кровью. Что начать все заново, он уже не сможет. Его бизнес и так значительно похудел.

Сергей застыл от таких слов у двери. Отпрянув назад к стене, он несколько раз стукнул головой об стену.

2.00 мин.

Сергей, прильнув к плечу матери, безудержно плачет, бормочет: «Мне тебя не жалко! Ты предал нас!» Мать старается успокоить его. Сергей, прислонившись к подушке, устало засыпает. Мать гасит ночник.

9.00 мин.

В УБОП идет оперативка. За столом сидят — следователь, Рязанов, Николаев, Туев.

Идет обсуждение вчерашних событий. Вопрос: «Как организовать ловушку „Шлыку“, чтобы через него выйти на заказчика». Так как первая попытка провалилась. «Шлык» не пришел на встречу. Деньги, что должны оставить забрал не он, а скорее всего собака, которую оперативники просмотрели у мусорного бака.

Звонок на моб. Николаева.

Он общается со «Шлыком» назначает встречу на автобусной остановке. Говорит, что работу сделал, «Шлык» считая, что имеет дело со своим «корешем» соглашается лично встретиться.

Стук в дверь.

Все оборачиваются, входит Олег Панов. Его приглашают сесть за стол.

Резкий стук в дверь. Входит запыхавшийся Ульянов с пропуском в одной руке в другой отснятая кассета. Он застывает в изумлении.

9.30 мин.

Около окна дежурной части стоит Ольга, она хочет узнать полную информацию о гибели Панова. Ее просят подождать, по телефону связываются с Туевым.

Он тут же появляется. Они знакомятся. Идут с ним по лестнице в его кабинет.

9.35 мин.

В кабинете начальника УБОП за столом сидят — следователь, Рязанов, Николаев, Панов, Ульянов, последнему рассказывают об оперативной операции.

Что была необходимость в том, чтобы сымпровизировать смерть, заставить через вторую предоплату обещанного гонорара выйти на заказчика.

12.00 мин.

Ольга рассказывает о своих взаимоотношениях с Пановым. Очень расстроена. Она плачет, шепчет, что не верит в смерть Панова. Говоря: «Он был очень хороший человек!»

12.10 мин.

«Шлык» крутится в среде среди людского потока. С кем-то общается по телефону. Постоянно повторяя: «Да, понял, о, кей, хорошо, Шеф!»

В толпе появляется Николаев с сумкой, «Шлык» нервно озираясь, идет к нему навстречу. Проходя мимо Николаева, толкнув, сунул пакет, что резко достал из своего кармана, в открытую сумку Николаева. Из толпы на «Шлыка» накинулись оперативники, которые стояли в толпе ожидающих автобус. Его скрутили и посадили в машину, которая тут же из неоткуда в одно мгновение подъехала.

13.30 мин.

В кабинете следователя за столом сидит следователь напротив испуганный «Шлык» рядом сидят Туев, Николаев.

Он рассказывает, как Николай перетёр с ним свои сопли, что у отца кризис, с матерью постоянно ссорятся, появилась девица. «Старый!» Точно по фазе сдвинулся, всё из семьи стал выносить. У матери не копейки не останется, если они с отцом разведутся, да и как оказалось, он слышал в ссоре выкрики отца, что «Колька не мой сын! И так, чем мог — помог!» Короче! Надо отца того! Приговорил. Хотел найти лекарства, чтобы имитировать сердечный приступ. Но дефицит, только по рецепту с красной печатью. Никто не дал рецепта. Он сказал, что видел в спортзале, там, где сам тренируется одного «качка», как показалось, от денег не откажется. Сознался, что из хохмы предложил ему, а тот и согласился. В «попятную», как-то неудобно перед Коляном «ГУСЕМ!» Держится за него, все-таки юрист. Вдруг пригодится.

14.00 мин.

По коридору УБОП идёт Ульянов и Панов. О чем-то громко разговаривают, в руках журналиста диктофон. Доносятся слова Панова: «Ну, не верю, что Колька меня заказал! Хоть убейте, не верю! В голове не укладывается у меня, сын же ведь!»

14.03 мин.

Около окна дежурки стоит Ольга и настоятельно просит повторной встречи с Туевым, как ей показалось, вспомнила самое главное о ссоре с Пановым.

Она отказалась разбить семьи, чтобы строить с ним «свою».

Из коридора на неё выходят Ульянов и Панов. От неожиданности, она столбенеет. Он спешно бежит к ней, обнимает, целует. Оглядываясь на Ульянова, прощается, выходят с Ольгой из дежурного помещения.

14.20 мин.

В кабинете Прокурора за столом сидят трое — Туев, следователь и прокурор.

Они согласовывают мотив ареста. Заказное убийство. Прокурор подписывает санкцию. Туев и следователь тяжело вздыхают, поднимаются с мест, прощаются с прокурором идут к двери, выходят.

16.00 мин.

Николай у себя на квартире лежит на диване, смотрит телевизор, пьет коньяк.

Звонок в дверь.

Он открывает, вбегает оперативная группа захвата. Скручивают, ставя к стене лицом, обыскивают, разворачивают к себе лицом, показывают санкцию на арест. Николай подкашивается на ватных ногах. В истерике говорит, что не хотел, но отец предал семью.

Его выводят из квартиры.

18.00 мин.

На кухне за столом сидят Алёна, соседка, разговаривают о похоронах, около плиты Сергей, варит кофе.

Слышно, как хлопнула входная дверь. Все с ожиданием смотрят на дверь.

В дверях появляется Панов, Алёна обмякла, соседка ее успела поддержать, сын смотрит, не понимая, испуганно, словно видит привидение. Алёна сквозь слезы клокочущем голосом спрашивает: «Ты живой!?» Олег резко: «Да, сынок твой приговорил, Николаша, да я соскочил! Наша милиция спасла! Вырастил ИУДУ!» Подходит к столу, бросает ключи на стол, выходит.

Хлопает входная дверь. Все вздрагивают. По лицу Сергея бежит слеза.

9.40 мин.

В зале суда не многолюдно. Сидят — соседка, Алёна, Сергей, Туев, Николаев, Панов.

За заграждением плачет Николай. Алёна вытирает сухие слезы. Соседка ее успокаивает. Сергей безотрывно смотрит на брата.

Судья зачитывает решение суда.

Панов встает и уходит, не дожидаясь приговора. Хлопая дверью.

Рождественская ночь

Канун Рождества. Мария Маркова 48 лет, возвращается из Москвы на свою любимую дачу, что находится в окрестности Санкт-Петербурга в имение бабушки, где происходит ритуально встреча Старого Нового Года. Она идёт по перрону с пакетами, наконец-то, найдя свой вагон, заходит. Уютно расположившись на месте, листает оставленный кем-то журнал. Поезд трогается, уставшая от беготни по магазинам в поиске подарков, она впадает в дрёму. От сильного толчка, остановки, Мария просыпается, оглядывается по сторонам, все присутствующие спят. Ей не по себе, нарастающая внутренняя тревога. Она пытается понять: что это может быть? Переволновалась, идет в туалет умывается, смотрит в зеркало, в нем видит, как в окне поезда, стоящего на другой платформе: мужчина слишком груб по отношению к женщине, то берет за плечи, то наотмашь отталкивает в сторону.

Мария всматривается в приоткрытое окно, женщина, напротив, за окном соседнего поезда, падает вниз на сидение, мужчина снимает с вешалки дорогую шубу, исчезает из купе. Перед глазами Марии мельтешит дверь с зеркалом, в нем она видит отражение лежащей женщины. Два поезда трогаются одновременно.

Мария обескураженно стоит у окна, отворачивается, смотрит на закрытую дверь, не зная как ей поступить, но тут же решается рассказать проводнику. Тот вызывает наряд и начальника поезда. Сообщение о возможном убийстве передается начальнику поезда, что только что был отправлен с другого пути, а также и начальникам близлежащих вокзалов.

Уже в купе, успокоившись, Мария пытается уснуть. Она спит практически до места прибытия.

На вокзале ее встречает двоюродная сестра, Ирина Проклова, они едут в имение бабушки.

По дороге Мария делится своим переживанием, ей не дает покоя та история. Мысль: «Что там произошло?» — теребит ее мозг, пугает.

Она рассказывает сестре, та выслушав, звонит своему другу Игорю Портнову 39 лет, редактору местной газеты. Это старая связь, Ирины и Игоря, скорее на интеллектуальном уровне. Они частенько прорабатывают вечерами версии того или иного убийства в их городе.

Игорь Портной по своим каналам зондирует почву о возможных произошедших убийствах сегодняшним вечером в ночь на рождество. Но данных на этот счет абсолютно никаких нет. Труп в вагоне предполагаемого поезда не обнаружен лишь одни вещи. Но данные пассажирки есть, в сумочке были найдены визитки.

Это Алла Кочетова 23 лет, живущая в Москве. Её муж Владислав Кочетов, директор турагентства.

Троица, Мария Маркова, Ирина Проклова и Игорь Портной в имении, они совещаются. Игорь предлагает дать шанс молодой журналистке, Инге Белой, что рвется в бой, дать ей возможность, найти сенсацию, она освещает криминальную хронику. Звонит девушке, сотруднице, даёт ей редакторское задание.

Идут предновогодние подготовки, генеральные уборки. Инга Белая 22 лет, устраивается прислугой в дом Владислава Кочетова.

Сам Владислав Кочетов в запое. Со слов второй прислуги, Кати, Инга узнает о том, что Алла, жена, ему изменяла, та и по ее мнению транжирила деньги направо налево, вот и сейчас на Новый Год.

Владислав купил той дорогую шубу, собираясь положить подарок под ёлочку, но Алла так и не появилась в доме после очередной ссоры с мужем. Скорее — всего, та и впрямь собрала вещи и уехала к матери, но и у той ее нет, так как Владислав, хозяин отзвонился Ольге Петровне, тёща не сном, не духом не знает, где его жена, ее дочь. Владислав предположил, что та укатила в круиз с очередным любовником.

Инга Белая сообщает обо всём этом троице из имения. Те прорабатывают версии. Опять же по своим каналам Игорь Портной наводит справки: Где, что, когда?

Оперативники прорабатывают версию убийства Аллы Кочетовой, после сигнала Марии Марковой.

Единственно, что известно, так это то, что в вагоне была именно Алла Кочетова, на ней была действительно дорогая шуба, по — крайней мере, кто-то выходил из купе Аллы, и на плечах была шуба.

Это со слов проводника. Однако тот не смог рассмотреть кто, так как шли в направлении другого выхода в сторону второго тамбура. Тогда подумалось, что может за минеральной водой в ресторан, как показалось проводнику, пассажирка часто бегала в туалет были слышны рвотные позывы.

Оперативники беседуют с Владиславом и при обыске обнаруживают шубу, с мужа берут подписку о невыезде.

Проводник после предъявленного фото шубы, говорит, что это именно та шуба, что была на пассажирке в тот вечер.

Поиски тела Аллы безуспешны.

И вот, обходчик находит труп молодой женщины, недалеко от той станции, где Мария Маркова заметила в окне ту нелепую сцену. Лицо убитой отдаленно напоминает пропавшую Аллу Кочетову.

Звонят мужу, он в объятиях любовницы, Нади Молнар, менеджера из турагентства. Они вместе едут на опознание. Муж не может точно сказать, что это Алла, только Надя настаивает на этом, однозначно.

Он звонит матери Аллы, та в шоке, выговаривает ему по телефону, что это он довел Аллу до того, что с ней произошло, лучше бы та вышла за Сергея Николаева свою школьную любовь.

Муж знает о первой любви Аллы, даже то, что та хотела из-за нее покончить с собой после выпускного вечера.

Матери Ольге Петровне Молчановой он вдруг вспомнился, так как ещё утром столкнулась с ним в магазине, тот покупал большую куклу, явно, что, уже стал отцом, даже где-то как-то ему позавидовала, так как в браке с Владиславом у дочери до сих пор нет детей как и любви.

Инга Белая, узнав о разговоре Владислава с матерью Аллы Ольгой Петровной Молчановой со слов другой прислуги, Кати, отзванивается в имение. Там координируют ее действия, Мария Маркова, Ирина Проклова, Игорь Портной, наперед предполагая ход событий, советуют съездить к матери Аллы и выведать все что можно о ней, о муже, о первой любви.

Инга едет к матери Аллы и за чаем выспрашивает всё и обо всех. Мать, Ольга Петровна Молчанова, убитая горем так, как думает, что дочь мертва, в слезе признается, что это она виновата в разрыве с Сергеем Николаевым. В 11 классе Алла забеременела от Сергея, и она, как мать уже накануне родов наотрез отказалась принимать дочь с ребенком в своём доме, боясь пересудов, ведь она директор школы. Да и у дочери жизнь только начиналась и матерью она еще успеет стать и от мужа, а не от какого-то «Дон Жуана» Сергея Николаева, что по ее информациям переспал с половиной девочек из класса. Они Алла и мать тогда отказались от ребенка. Потом Алла уехала в Москву, там окончила институт и вышла замуж за Владислава Кочетова, поначалу та работала в его турагентстве, но из — за его ревности бросила работу, сидела дома.

Оперативники проверяют версию на беременность. Она подтверждается. Они сообщают об этом мужу Аллы, тот напивается, уже наедине с собой прокручивает ссору с Аллой, где та ему в насмешку говорит, что чуть не согласилась стать матерью от такого «козла», как он, так как она застала в рабочем кабинете его с Надей Молнар. Владислав в злости говорит, что ребенок не от него, что Алла нагуляла. Та на нервах идёт собирать вещи, на ходу говорит прислуге Кате, что едет к матери.

Предпраздничная суета.

Владислав покупает Алле шубу, именно ту, что та хотела. И вот теперь эта шуба, как напоминание о ней, но уже в прошедшем времени.

Оперативники сбились с ног. Редактор Марии Марковой и Ирине Прокловой сообщает новости, полученные от следователя с пылу с жару, тот говорит, что концов не найти.

Идут праздничные приготовления; троица, Мария, Ирина, Игорь Портной в имении, по телефону отзывают Ингу, считая ее порыв в поиске — найти что-либо и кого-либо, является бессмысленным.

Говорят, чтобы та приезжала, напоминают, что завтра — Старый Новый Год.

Инга Белая настаивает на своем, что надо довести версию до конца, едет к Ольге Петровне Молчановой, спрашивает: «Где рожала ее дочь?» После чего идет к Глав. врачу, наводит справки о родах Аллы Молчановой. Он говорит, что история тех дней так поразила всех, это первый случай отказа, вот так, чтобы бабушка наперёд отказалась от внучки или внука, не зная даже пола ребёнка, исхода родов. Глав. Врач рассказал, как тогда героем предстал отец, парнишка Сергей Николаев, настоял на своём отцовстве, взяв дочь Елену Николаеву в семью своих родителей простых рабочих. Девочка Лена родилась за 5 минут до Старого Нового Года, 5 лет назад.

Инга Белая берёт адрес, едет к Сергею Николаеву. Дверь открывает девушка, Алла Кочетова, из-за спины вырастает Сергей, на руках у него девочка, дочь Лена с куклой на руках. Он в хорошем расположении духа, явно троица — сплоченное семейство.

Инга Белая говорит, что его Сергея и Аллу Кочетову видели в поезде в рождественскую ночь. Он не отвергает этот факт. Алла и Сергей улыбаются. Говорят, что попытки насилия не было и в корне. Просто они поссорились.

Они встретились в Москве в магазине, Алла стояла и рассматривала куклу. Она в слезах отошла от прилавка и шла: не зная куда, зашла машинально в отдел с шубами. Сергей, заметив ту, еще в отделе игрушек, сопровождал девушку, идя незаметно по пятам. Застыв перед шубой, Алла расплакалась, после чего резко пошла на выход. Сергей решил, что слёзы из-за шубы, купил ей её и выбежал за Аллой. Но та на такси уехала на вокзал. Когда Алла вошла в вагон, он вошел за ней. Там он ей отдал шубу, но Алла отказалась принять, он повесил подарок на вешалку. И началась разборка: кто виноват?! Алла в слезах просила его уйти, она не может простить не себя, не его за то, что отказалась от дочери. Он ее начал трясти за плечи. Взяв шубу накинув на плечи, выбежал из купе и торопливо пошёл в направлении тамбура. Алла, упав на сидение, стала безудержно рыдать. Сергей нервно курил в тамбуре, когда объявили, что поезд уже сейчас отправляется вдруг вбежал в купе Аллы и сказал, что дочь у него, он ее отец. Взял Аллу за руку, накинув ей на плечи шубу, оставив вещи в купе, они сошли на ходу уже отправившегося поезда, благо скорость была слабая.

Сегодня, в канун Старого Нового Года, они отмечают рождение новой семьи и дочери.

Инга с радостью сообщила об этом троице в имение, там ее ожидают со всеми подробностями. И радуются, что развязка произошла так быстро и благополучно.

ВСТРЕЧА СТАРОГО НОВОГО ГОДА.

Владислав Кочетов в стельку пьяный, коротает встречу Нового Года с любовницей, он плачет, шампанское не лезет в горло, да и Надя надоела, перед глазами Алла.

Алла, Сергей и дочь Лена ждут мать Аллы Ольгу Петровну Молчанову, та приезжает, плачет, просит у всех прощение. Алла хватается за бок у нее шевеление плода. Сергей с радостью кричит, что и у него теперь будет сын!..

Счастливая семья встречает Старый Новый Год.

В имении в старом доме тоже встречают Старый Новый Год. Инга в центре внимания со своими рассказами. А за окном зима. Впереди новые истории с чистого листа…

Сердце отца

Ресторан. Все посетители разошлись. Со столов собрана посуда и остатки еды. Женщина уборщица Полина моет полы. Старик пианист Аркадий играет за роялем. Она его хвалит, он с благодарностью ей кивает. Она заканчивает мытье полов выходит из зала, выключая большой свет. Пианист тяжело вздыхает, смотрит по сторонам, сегодня был его последний рабочий день. Домой он явно не спешит. Он кладет руку на область сердца, сползая на пол, умирая…

Несколько месяцев назад.

…Старик — пианист собирается домой, хочет закрыть крышку на рояле, к нему подходит молодой человек Борис 30 лет, что весь вечер пил и смотрел, как он наигрывал мелодию за мелодией. Он просит сыграть мелодию, напевает. Аркадий начинает играть, он ему подыгрывает. Старик смотрит на него, вспоминает себя в молодости, именно этой мелодией он покорял сердца, когда был молод. Он удивлен. Она, казалось бы, была уже им самим давно забыта. Стёрта им из памяти.

Аркадий смотрит с интересом, спрашивает:

— Откуда он знает мелодию.

Тот отвечает, что из прошлого, в котором не было ему места. Так как мать любила лишь одного мужчину его отца. Которого впрочем, он ни разу не видел.

Словно что-то шевельнулось в душе старика-пианиста, он вслух признался, что всё происходит по иронии судьбы. Всякое бывает.

Он говорит, что молодой человек уж очень увлекся выпивкой, так нельзя в столь молодые годы искать ответы на дне бокала с вином. Борис с сарказмом съязвил, что о нем давно никто не заботился. Заверил, что это не частое явление, просто его подружка Любаша не ожидая его появления, предавалась любовным утехам с юным мальчиком. Он оставил ее с ним, отдал ключ, и сейчас, он просто на распутье, не знает куда идти. Аркадий пригласил того к себе гарантируя постель, а на утро обещал крепкий кофе. На что молодой человек согласился.

Квартира старика-пианиста была без всякого излишества, единственное, что было, это большой белый рояль. Борис расположился на раскладушке, тут же крепко уснул. От него несло перегаром. Он во сне кричал, стонал; то гнал, то звал Любашу. Глядя на него, старик не мог заснуть. Все переваривал в голове: кто этот молодой человек, откуда он знает его мелодию из забытого и им прошлого. В нем была Светлана, девушка, его поклонница, студентка муз. училища, что приходила в ресторан и до закрытия слушала его игру на рояле.

Однажды, она, осмелившись, на выходе подошла к нему, чтобы открыться в поклонении его таланту. Они познакомились, стали встречаться. Это было то белое пятно в прошлой жизни.

Выйдя из прошлого, он сел за рояль и стал тихо наигрывать мелодию за мелодией. Молодой человек, открыв глаза, пришел в восторг. Перед ним настоящий маэстро. Он вскочил и начал восторгаться, говоря, что нашел, того кто поможет ему выйти из списка неудачников, что они разбогатеют на его композициях.

Скоро, он действительно, продает композиции пианиста, что являет свое творчество под псевдонимом «ЛИСТЬЕВ». Приходит слава, деньги, но старик все же верен себе, работает в своем ресторане. Молодой человек по — пьяни ругает его, что не стоит этого делать, ведь у них теперь есть деньги, в россыпь бросает их перед ним. Старик смотрит на него с сожалением, убежденный, что это не главное в жизни. Молодой человек живет на широкую ногу. Казино, девицы, одно-другое авто. В конце — концов, он теряет над собой контроль, оказывается в долгах. Он их не может отдать. Звонит матери в другой город, требует деньги, она живет с отчимом, который тяжелобольной. Она действительно не в состоянии сейчас помочь ему. Он кричит в трубку, что ей до него никогда не было дела, бросает в укор, что могла бы сказать и имя отца. Она говорит, что он умер.

Борис приходит к Аркадию, уже на подпитии, напивается, рассказывает, что и как, и что родная мать ему не хочет помочь. Он достает из портмоне фото, трясёт им перед глазами Аркадия, рвет на клочки, идет на диван и отключается от передозировки алкоголем. Старик собирает клочки фото и застывает в ужасе, это фото Светланы. А молодой человек — его сын. Вот откуда тот знает мелодию отца. Утром он разговаривает с молодым человеком, тот слезно умоляет взять кредит. Он идет в банк, но из-за возраста ему отказывают. Тогда они планируют кражу в ресторане, это последнее, что может помочь в разрешение проблем. Аркадий соглашается выкрасть деньги в последний рабочий день. Он часто заходил к директору ресторана и тот при нем набирал код сейфа. Вот наступает последний рабочий день. Директор добр, выдал зарплату и подъемные за хорошую службу в ресторане. Они по-дружески выпили коньяк. На мобильный позвонила жена директора у них сегодня юбилей. Он, вспомнив об этом, выбежал из кабинета, уже в дверях на ходу попросил Аркадия закрыть за собой дверь и оставить ключ охраннику. Воспользовавшись этим, старик-пианист взял спокойно все деньги из сейфа. Отдав ключ охраннику, вынес через служебную дверь деньги своему сыну. Тот на радостях не знал, как и благодарить. Старик, тяжело вздохнув, пошел в зал. Его мучили угрызения совести, он не мог идти домой. Решив, что все закончено, он написал записку, что просит его простить, ему очень нужны были деньги для его сына. Он попросил вслух прощение у Светланы, выпил несколько таблеток от сердца, и…

Габи

Москва. 2014 г. Осень.

Лида девятнадцатилетняя девушка работает в книжном магазине, молча разбирает книги на стеллажах и полках, с трепетом перебирая классику. Она недавняя школьница, приехавшая в Москву, заочно учится на литфаке и ей это как никому близко. С детства мечтала быть героиней таких вот книг. Сколько она их перечитала, прячась от матери под одеялом. Та её постоянно ругала, говоря, что скоро станет «слепой» от чтения взрослых книг, где всё слишком возвышенно и неприменимо к жизни. Вздыхая констатируя: «Мечты, мечты, а любви настоящей в реальной жизни нет». Лида свою мать понимала, так как отец не подарок пьет, денег не приносит и это точно не жизнь о какой мечтала мать.

Однако у нее у Лиды своя жизнь и в ней есть место мечтам о любви. Лида просто уверена в том, что есть и непременно встретит свою настоящую любовь и станет такой — женственной, любимой, как и героини книг великих мастеров пера.

Она подносит к носу книгу В.Гюго «Отверженные». Нюхая ощущает свежую типографскую краску. Понимая, что действительно: Не все понятно в этой жизни.

Но также понимает и то; всё же как это здорово, что она обыкновенная девчонка сейчас находится в этом мире книг среди такого бомонда авторов, что притягивают к себе внимание, кажется, что они все твои друзья и их судьбы близки не меньше чем их герои. Жаль, что всё перечитать невозможно. А сколько новых авторов, которых никто не знает…

Мимо проходят поздние покупатели. Одна из пожилых покупательниц, смотрит новый роман неизвестного писателя Стефки Модар «ГАБИ». Читает аннотацию. Фыркает, говоря:

— Вот «сегодняшним» уж точно писать о В.Гюго «кишка тонка» — далеко до него. Небрежно бросает книгу обратно полку.

Лида стоит около неё, не понимая столь агрессивного настроения покупательницы, та опять, фыркает:

— Это вам молодым только читать ерунду.

Уходит. За ней выходят остальные покупатели. Девушка, закрыв магазин, подходит к стеллажу, беря столь небрежно брошенную книгу, начинает читать. Входит охранник, спрашивает: «Идет ли она домой?» Так кивает. Берёт книгу с собой, уходит.

Уже по дороге домой, сидя в электричке, читает роман…

…Трансильвания. В.Гюго странствует по дорогам, ищет девушку Габи 15–16 лет, ее табор кочует по Венгерскому Королевству. Гюго останавливается в корчме в отведенной ему комнате, он остается один на один со своими мыслями, вспоминает их знакомство; тогда Габи ему нагадала любовь, сказав с уверенностью, что девушка будет копия она. Последнее время она не выходила из головы, мысли путались и возвращались к ней к этой девушке цыганке (венгерке).

В Париже он не может отвлечься от мыслей о ней. Не находя себе места в круговерти парижской суеты он едет к отцу Бруно аббату с ним некогда его познакомил Герцог де Роган, чтобы там отдохнуть, скинуть с плеч бремя мыслей что так тяготят. Его с теплотой встречает аббат отец Бруно, отводит келью, чтобы он мог отдохнуть и сосредоточиться на письме своих трудов, дает в помощь помощника, чтобы тот записывал за ним. Гюго часто погружаясь в себя, ищет то самое главное, помощник за ним не успевает записывать. Гюго срываясь, отчитывает за плохой почерк и неаккуратность.

…Лида невольно бросает: «Я бы постаралась — словечко в словечко записать. Мне бы туда в то время, я бы была усердной, чтобы вот так с первых уст узнать историю любви; почерпнуть: как правильно влюбляться, ведь она до сих пор этих чувств так и не познала.»

Вдруг неожиданно для себя даже пугаясь этого, она переносится в то время, оказывается стоящей за спиной послушника, ловит каждое слово Гюго, что тот диктует тому.

Она замечает, как послушник засыпает над белым листом бумаги, коряво выписывая буквы, не сдержавшись, бьёт по его по голове, чтобы тот был усердным, а не ловил мух. Тот от боли вскрикивает. Гюго с укором смотрит, рявкая, выгоняет, тот в поклоне исчезает, ступая задом к двери. Ругаясь, садится писать сам. Сквозняк открывает дверь. Гюго встает, недовольно с руганью идет, чтобы закрыть.

Лида считая, что она виновна в его плохом настроении, неким образом потревожила великого мастера, тут же выбегает. Растворяясь в туннели времени. За ней с треском захлопывается дверь…

… Очутившись у себя дома отдуваясь, оглядываясь по сторонам, читает дальше…

…Помощник послушник жалуется на Гюго. Отец Бруно укоряет Виктора Гюго, вызывает на откровенность, видя, что тот влюблен и безнадежно. Предлагает тому, посмотреть своему страху, своей мечте в лицо. Гюго соглашается, едет в Париж.

Собор Парижской Богоматери его притягивает, как магнит, ведь именно там, на площади, он встретил Габи. Он на мессе просит простить Господа, дать ему встречу с ней. Заканчивается месса, толпа, его выносит в день, на площади многолюдно, среди праздно гуляющих он встречает мальчишек-цыганят, спрашивает: где Габи. Они говорят, что не знают. Мол, она — птица вольная. С интересом спрашивают, что не влюблен ли он в нее? Констатируя, что из-за таких, как Габи можно сойти с ума. Гюго им признается, говоря, что знает, проходит через это. Отойдя от них, оглядываясь на безмолвствующий собор, он мысленно спрашивает себя: «Как дальше жить?..»

…Объявляют станцию, Лида не понимая, смотрит по сторонам. Выходит. Идёт по улице. Заходит в продовольственный магазин. Покупает кефир и булочки, фрукты. Выходит. Идёт домой. У подъезда с ней здоровается дворник, она с ним машинально здоровается, оставляя того без внимания, тогда как раньше всегда справлялась о здоровье, семье. Торопливо входит в подъезд, едет в лифте, заглядывая в книгу, читает…

…Гюго в Трансильвании, в корчме. Чтобы как-то отвлечься от мыслей, он спускается вниз, в зал, стараясь понять этих людей в этой незнакомой ему стране, теряя всякую надежду найти ту, что не дает ему покоя, все-таки решается узнать о ней у корчмаря и пинцера (официанта). Корчмарь говорит, что она Габи кочует по Франции. Гюго поспешно собирается в обратный путь во Францию.

…В один из вечеров, он не найдя в себе куража, чтобы писать, идет в дом толерантности к Мадам Розетт, чтобы отвлечься. Мадам с профессиональной хваткой предлагает ему новенькую, говоря, что не объезженная, вчера был сеанс, так клиент выбежал от девки, сам не свой. Начинает ее расхваливать.

В доме уже ходят слухи о нем, как о ценителе женских прелестей и что он не обидчик, а наоборот, что у него трудный период, он безнадежно влюблен, если и обидит то не со зла, а из-за какой-то «суки», что не дает ему покоя.

Девушки по углам шепчутся, говоря, что если ослушаться Мадам Розетт то та может побить или отвести в сарай к псу, а тогда будет то, что будет. Этого все в доме страшно боялись. Мадам Розетт входит в комнату к девушкам, их трое — Нора, Изабелл и Габриэлла (Габи), они сидят на кроватях, сжавшись, как перепуганные мыши, в ожидании, в страхе.

Мадам говорит, что Габи повезло, сегодня в гостях, именно тот, с кем и она бы с легкостью переспала, только уже старовата для него, где-то в глубине души Мадам Розетт сохнет по нему по Гюго. Габи это принимает тупо, на днях она потеряла близких, ее родственники погибли в зажжённой кибитке, в которой они мирно спали. Она чудом осталась жива, так как отлучалась на реку.

Войдя в затемненную комнату, Габи в ажурной тунике поразила Гюго, подойдя к ней, он стал ее раздевать, как ценитель женщин, вошел в экстаз от ее аромата тела и волос. Он понял, от той кто был перед ним действительно можно было сойти с ума. Габриэлла была холодна и безразлична, он же в ней на подсознании видел свою Габи. Он брал ее с неистовством. Утром он расшторил окна и увидел ту, с кем провел ночь, это была и вправду его Габи. Он не понимал, что она здесь делает, осознав, присел на кровать и расплакался. Увидев его, Габи с радостью сказала, что надо ей верить, все-таки судьба свела их, они встретились. Он пообещал ее выкупить у Мадам Розетт.

Мадам Розетт сидела в муках глядя на свое отражение в зеркале, молодость убегало безоглядно. Она подумала о Гюго, что того ещё до сих пор нет, что не дай Бог, что-то опять случится из-за новенькой. В комнату постучали, она пошла открывать. В дверях стояли Гюго и Габи. Накоротке бросив комплимент Мадам, Гюго стал предлагать цену за Габи, заверяя, что ему просто необходима муза…

…Лифт останавливается, Лида торопливо на автомате выходит, не глядя открывает свою дверь. Заходит внутрь. На кухне выкладывает покупки, кладет книгу на стол, читает…

…Розетт, торгуясь, уступила, скинув с 50 до 20 золотых. Гюго с Габи покинули дом Мадам Розетт, оставив ту в недоумении.

Лида радуется, что все — таки, есть, те силы добра, что вот так связывает воедино судьбы. Неловко повернувшись, роняет книгу, подняв, садится на уголок, открывая книгу на новой странице, вчитывается…

…Прошло несколько десятилетий. Гюго возвращается в прошлое…

…Он сегодняшний, в преклонных годах, отдает себе отчет за свое малодушие, ошибки молодости.

На столе среди кучи бумаг бутылка «Бургундского вина», наполовину выпита, пустой стакан и свеча, сидя в кресле, пьяный, старается сосредоточиться и написать на листке, коряво выводит имя ГАБИ…

….Лида входит в то время, стараясь утешить В.Гюго, став, невольной свидетельницей, вдруг нечаянно узнав, больше чем кто-либо о нем. Она никогда не думала, что так дорого необходимо заплатить за любовь; думая, что пока к этому не готова. Невольно вырывается шепот:

— Да девчонка, тебе досталось, но я как никто завидую, ведь тебя так любят…

… По щекам бегут слезы, как и у Гюго. Лида, пятясь, отходит назад, исчезая, не желая мешать и ему Гюго очистить свою душу слезами…

Сидя на уголке, смахивая слезу, читает…

…Габи в домашнем платье, стоит у окна, она любуется днем через окно, оглядывается, видит сидящего Гюго в другой комнате за письменным столом через открытую дверь. Она счастлива.

Габи прячется за ширму. Стук в дверь. Гюго идет открывать дверь. На пороге появляется Андре блондин лет 25, оглядывается, смотрит, обводя глазами комнату с сарказмом говорит, что узнал о Гюго у его судьи, вот решил проверить, укоряет, что тот стал ходок по девочкам. Бросая реплики, сокрушая воздух, как ревнивец: «Не спрятана, ли здесь новая пассия?» Габи не выдерживает, выходит из-за ширмы, поражает Андре своей красотой. Но он тут же начинает ту обзывать — цыганкой. Габи с дерзостью парирует тому, между ними перепалка. Посылая угрозы, Андре выбегает из квартиры Гюго.

Лида вытирает поток слез, зло, бросая:

— Сволочь! Листает страницы…

…Таверна Le PROCOPE, как — всегда в ней завсегдатаи — Дюма, Мюссе, Сент-Бёв, Мериме, балагурят, смеются над шутками Дюма за бокалом «Бургундского».

В таверну влетает распаренный Андре, глазами ищет Сент-Бев, найдя, выкрикивает:

— Шарль!

Сент-Бев откланивается, спешит к Андре. Дюма шутит в адрес Андре, говоря, что тот переходной флажок, чем смущает других.

Андре пересказывает встречу с Гюго, рассказывая о Габи, отмечая, что та в положение, говоря, что Гюго женился по — молодости не нагулялся, теперь по молоденьким ходит.

Адель (жена Гюго) в муках принимает рассвет, он Гюго не пришел. Она вспоминает, как все было — любовь со стороны Виктора, он так ее добивался, отбивал от брата Эжен, что сох по Адель. А она же капризно принимала ухаживания Виктора. Поссорившись с Эженом, она дала согласие выйти замуж Виктору. Мать Гюго (Софи) категорически была против свадьбы с семейством Фуше. Не пережив желание сына — жениться она умерла. А вот генерал Гюго, живя на расстоянии от семьи, был рад породниться с Фуше. Все готовились к свадьбе, кроме Эжена.

Выйдя из воспоминаний, Адель стало жаль Эжена, признаваясь самой себе, что она виновна в его безумие, и что тот любил, как никто ее по-настоящему.

Время идет своей чередой. Габи в ожидание Гюго, тот должен привести доктора, чтобы ее осмотреть. Наконец, она услышала цокот копыт, разговор, это приехал Гюго с врачом. Доктор Месье Питивьере был восхищен Габи, они проследовали в кабинет, там он ее осмотрел, констатировал, что роды будут вот-вот.

А в это время, Адель не находила себе места. Она сидела в кухне, гадала на картах. Ступая не слышно, в кухню вошла пожилая прислуга Забель, застав за гаданием свою госпожу стала укорять. Подойдя к ней, посмотрев на карты, сказала, что плохие дела, а карты не лгут. Потом сказала, что не стоит из — за Гюго маяться, советуя, что ей надо найти отдушину, поклонника и жить ради себя и детей…

…Гюго, сидя в кресле, выходит из полудремы из прошлого, он отмахивается от кого-то, гримасничая, кричит, что тот повадился к нему, а он еще — ЖИВОЙ! Посылая за бутылкой, бросает в его сторону пустую бутылку, откидывается на спинку кресла, вновь впадает в полудрёму, шепчет, что мама Софи еще не звала…

…Лида наливает кефир, пьет, жует булочку, читает…

…Ночь. Габи лежит на диване, стонет, рядом с ней клюет носом Доктор, Месье Питивьере, сонными глазами смотрит на роженицу. Гюго поехал за кормилицей. Габи плачет, сквозь слезы ей видится огонь…

Она вспоминает трагическую ночь, гибели родственников…

…За окном серел рассвет, когда начались роды. Кормилица Анетт и доктор принимают роды. Наконец малыш нехотя родился. Гюго счастлив. У него сын от любимой женщины…

…Поужинав, помыв стакан, Лида, на автомате идёт в душ, принимает, стоя под струей, на расстоянии руки читает…

…Счастье жило рядом с ними Гюго и Габи, и та не хотела иметь свидетелей, настояла, чтобы Анетт была рассчитана, своего сына хотела воспитывать сама рядом с любимым мужчиной.

В одно ясное утро Габи без разрешения Гюго пошла в собор, чтобы окрестить сына. Гюго же страшно переживал за них, на улицах творится, черти что.

Но любви волна обволакивала коконом, в котором жили он Гюго, Габи и сын. Одно омрачало, Адель, она снилась, укоряя в изменах.

Идиллию счастья нарушил Андре, что зашел сообщить, что у детей Гюго скоро будет, быть — может, новенький папенька, Сент — Бёв, что его мужские возможности, Адель, со слов Сент — Бев, показались на голову выше. На что Гюго сказал, что он не жадный! Андре ушел «не солоно хлебавши». Спеша рассказать Сент — Бев. Последний просто был в негодование, ведь он был влюблен в Адель. Он спешит к Адель, уведомить о безразличие мужа. Та падает в слезах в его объятья. В этот момент в доме появляется Гюго. Забель силится задержать у двери, но входит в кабинет и видит измену Адель. Сказав, что им не будет мешать, только пришел за рукописью, уходит. Сент — Бев тут же исчезает с глаз долой…

…Память тревожит Гюго, он вспоминает этот эпизод, сидя письменным столом мысленно возвращаясь к нему…

Андре всегда путался на его пути, он вспоминает их первую встречу. В тот день Адель при содействии кухарки Забель пыталась вытравить ребенка. И он Гюго шел в дом толерантности. Тогда его утешил Андре ласками и заботой в своих объятьях на ложе в квартире Андре…

…Габи подойдя со спины, обратила внимание, что Гюго где-то далеко не с ней, приревновала, взяв сына, ушла, хлопнув дверью.

Адель, как жена Гюго, тоже проживали дни в муках, Сент-Бев, как друг семьи докучал своим приходом, ставя палки в колеса, стараясь открыть глаза той на мужа…

…Виктор Гюго в полудреме, лежа на диване, вспоминает Габи. Ее образ мерещится явью. Он считает ее предательницей и это его доводит до безумия.

Габи, тоже, как неприкаянная бродит по Парижу не знает, где ей найти приют. Она опять в соборе, опять просит помощи.

А в это время на другом конце Парижа стоя у окна сквозь ливень в открытую форточку в безумие кричит Гюго:

— ГАБИ!!!

…Лида, стоя в пару, в ужасе понимает, что устроила парилку, берет халат, одевает, уходит в спальню. Удобно расположившись на кровати, читает, входя в то время, следуя за Габи, говоря, что та делает большую глупость, ведь Гюго ее любит…

… Габи, оказывается у дома толерантности, стуча в дверь, сквозь слезы бормочет:

— Здесь меня поймут и примут, здесь такие как и я «отверженные»…

… Лида уговаривает:

— Не делай глупость, все наладится. — но Габи ее не слышит…

…Мадам Розетт со свечой в руке встречает ту с малышом на руках.

Перед Лидой захлопывается дверь. Оглядываясь по сторонам та не понимает: «Почему Габи ее не послушала». Только сейчас осознав то, что лишь потому, что она здесь без особого приглашения, как не прошеная гостья вошла в другое столетие и ее никто не может слышать. Тяжело вздыхая, ворочаясь на кровати, перелистывая страницы, продолжает читать…

…Для Габи началась старая жизнь, только теперь она должна отрабатывать за двоих.

Девушки ее встречают настороженно с непониманием: отчего она вновь здесь. И вновь в этом доме ставка на нее.

В один из вечеров посещает Дюма. Он в переполнении чувств, восхищается новенькой и только утром он понимает, с кем переспал…

…Этого Гюго до сих пор не может спокойно перенести. Прошло столько лет, а боль не отпускает…Он в окружение пустой бутылки «Бургундского», огарка свечи, кучи бумаг…

…Лида стоит за его спиной, умоляя того не пить, говоря что его все любят, что он пока об этом ничего не знает. Но то, что его сейчас его любит Габи, это точно. Гюго сбрасывает бумаги со стола. В крик, посылая проклятия. Лида вздрагивает, исчезает. Гюго, возвращается в прошлое, сознавая свое одиночество, рисуя перед собой Габи из своей молодости…

…Он блуждает в поиске Габи по городу. Подойдя к собору, входит внутрь, украдкой от любопытных взглядов, он вымаливает встречу с Габи. Выйдя на улицу, находит сорванца, спрашивает: Где Габи? Тот сказал, что не знает. Неожиданно Гюго остановил Андре, спросил, как бы с беспокойством: что случилось. Гюго его послал куда подальше. Тот сказал, что с удовольствием и что может взять с собой и Гюго к Мадам Розетт, у нее появилась «куколка». Они разошлись. Очутившись в таверне, все только и говорили о «куколке» о которой всем хвастался Дюма. Все собираются к Мадам Розетт. Гюго это насторожило.

Вечером, оказавшись у дома толерантности, Гюго был свидетелем появлением новых гостей в этом доме. И вот неожиданно из двери вылетает Андре и кричит:

— Сука!

Гюго кажется, что Андре посылает угрозы в адрес Габи. Про себя думая, что ведь не он, Анри сюда ходит, но и другие.

Посещения были частыми в этом доме, приход Андре с Сент-Бев девушкам казался карой небесной. Последний визит Андре был настоящим насилием для Габи, он хотел превзойти Гюго, на что Габи ответила ему плевком. Андре был в бешенстве. Прибежав к Мадам Розетт, стал требовать повиновения за деньги, что платит. Мадам была в комнате с сыном Габи, тот начал плакать, она в ярости стала его душить подушкой. Андре испугавшись, стал кричать, что тот лишь ребенок, в страхе опрометью выбежал из комнаты…

…Гюго не находил покоя, думая: «Ну почему не отпускает то прошлое, он уже несколько часов вне реальности…»

…Лида вскакивает, бросает в сторону книгу, идет к окну. Там сплошная ночь. Осознав, что это всего книга, успокаивается, ложится, читает дальше…

…Гюго снится сон, что Габи бежит к нему навстречу, за ней летит ангел их сын. Он бежит к ней со словами:

— Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!

Вдруг, сгущаются тучи, невидимое зло отбирает Габи, ангел пытается вмешаться, она вырвавшись, бежит к сыну, он исчезает. Все исчезает.

…В этой реальности, Габи лежит на полу в холодной комнате, бегают крысы. Она видит сон, что Гюго на коне врывается в ее ком проблем, кажущимся частоколом, пропастью, она карабкается наверх, где стоят особи безликие и глумятся, а среди них Мадам Розетт на руках сын, которого та хочет скинуть в бездну. Вдруг она слышит крик:

— ГАБИ!..

Голос наполняет пространство. Она вылезает из пропасти, голос Господа говорит, что она в раю, а они Гюго и сын остаются землянами.

Все дороги ведут к Мадам Розетт.

Гюго придя в себя, оказывается у двери дома толерантности, стучит, ему открывает девушка Изабелл, отдав сына, исчезает за дверью.

Этот дом пугает. Внутри творятся оргии. За неповиновение Габи отведена ключницей и Мадам Розетт в сарай, оставлена наедине с псом.

Придя домой с малышом на руках, Гюго не находит взаимопонимания с женой, та отказывается принять малыша. Но у ребенка горячка, его берется лечить Забель, вспоминая, что она женщина христианка.

А в доме толерантности накаляются страсти. Все стоят у сарая с факелами в руках, криками стараются взбесить собаку, ключница пытается натравить собаки на Габи, та бросается на ключницу раздирает. От толпы отделяется Андре, он перепуган, бежит в префектуру. Там говорит, что в доме толерантности ведьма. Полиция идет и видит, что в сарае собака охраняет Габи, а рядом труп ключницы. Собаку пристреливают, Габи арестовывают.

Тюрьма Бисетр. Габи в кандалах на цепях. Идет по двору по улюлюканье.

А в это время, Гюго видит сон, как сжигают на костре Габи. Она сквозь чад кричит:

— Господи, спаси моего сыночка! Он не виноват…

Вспомнил слова мага — чаклуна: «Детей будет много, но ты будешь их оплакивать…»

…Гюго не в силах переносить волну прошлого, он сидел в кресле в забытьи, закрыв глаза, в поиске ответа шел шаг за шагом в прошлое, он смотрел на лист бумаги, сквозь слезы шептал: «ГАБИ» …Возвращаясь в то время…

…Адель мается в присутствии малыша. В который раз она гадает. Посмотрев на карты, Забель говорит ей, что рядом ходит смерть…

…Сын!.. С этим возгласом просыпается Гюго. Всех в доме переполошив криком, находит Забель с сыном на руках, та отдает письмо Адель, в нем она просит принять решение — кто ему дороже.

Он берет сына уходит из дома, оказывается перед собором, в толпе разговоры о казни ведьмы…

…Тюремный кортеж останавливается на Гревской площади. Скопление людей. Все охают-ахают. Звучит барабанная дробь. Гвардейцы препровождают Габи к месту казни к эшафоту. В толпе Гюго с сыном на руках. Два чиновника судебного ведомства вешают табличку на шею Габи «ВЕДЬМА». Толпа кричит: «Ведьма!»

…Лида, лежа на кровати, вслух кричит: «Габи не ведьма! Это Вы готовы убить за любовь. Варвары!»

…Гвардейцы сдерживают напор толпы. Зачитывается приговор. Барабанная дробь замолкает. Тишина. Габи стоит у виселицы, смотрит в толпу, раздается плач ребенка. Она видит Гюго с сыном. Она с обреченностью закрывает глаза. Про себя шепчет:

— Он спасет.

…ДОЖДЬ…

…Лида видит себя в толпе, с недоумением смотрит на окружающих, с жалостью на Гюго и Габи. Рыдая, шепчет:

— Вы убиваете настоящую любовь. С напряжением всматриваясь вперед на Габи…

Та сквозь дождь и слезы смотрит с нежностью на Гюго с сыном, вздрагивает от безысходности. У нее дрожат губы. На ее голову набрасывают мешок.

Лида, замерев затаив дыхание, стоит не шелохнувшись.

Гюго прижимает к груди сына и стремится вырваться из лап толпы…

Лида провожает его взглядом. Исчезает. Дочитывает книгу…

…Утром Гюго отправляет сына к Отцу Бруно…

…За окном бушует дождь, очнувшись из забытья, Гюго пишет на клочке бумаги ГАБИ, целует, шепчет:

— Прости меня…

…Лида шепчет:

— Я буду молиться за Вас. Я тоже хочу такой любви.

Засыпает.

Утром идёт на работу. В метро как всегда толпа. Из сумки выпадает книга «ГАБИ», её поднимает парень, отдает. Они смотрят друг на друга. Спешат на электричку вместе вбегают в один вагон. Улыбаются. Они едут счастливые болтают. Лида думая: «Может современная любовь не такая как в те далекие времена, но и сегодняшняя тоже — классная, в животе вот уже начинают летать бабочки, заводя этим душу и та тоже начинает парить — легко, уютно, комфортно, хочется жить и быть счастливой». И она счастлива и, кажется, уже чуть-чуть любима. Невольно смотрит на книгу, незаметно для глаз парня, шепчет: «Я была рада с Вами познакомиться, но сейчас у меня свой роман». Оставляет книгу на освободившемся месте. Объявляют остановку, толпа выносит их вдвоем из вагона.

Они, идущие рядом друг с другом, громко и беззаботно болтая, теряются в людском потоке.

Бег от судьбы

70-летие олигарха Александра Любимова проходит бурно и шумно в его загородном доме. Молодая жена Ирина Милявская фаворитка этого вечера собирает группу людей из пяти человек вокруг себя и предлагает им вылететь на частном самолете мужа в тайгу на прииски, чтобы показать, как ее муж стал миллионером.

В момент суеты по организации юбилея она с телохранителем меняет лекарство, зная, что муж обязательно примет его на ночь. Мотив исчезновения с торжества как бы — каприз жены, но этим они делают себе АЛИБИ, их не будет в момент смерти мужа.

А значит! Золотые прииски после его смерти достанутся ей, и она станет: свободна и богата.

И они разыгрывают с телохранителем предлог, как раз, как бы ради развлекательной прогулки, якобы летят, чтобы утереть носы гостям тем, кто сомневается в богатстве мужа. Доказать, что там, на приисках: золота — море в перспективе на несколько десятков лет. Чтобы это осветить в прессе они берут с собой вездесущего журналиста.

Группа без разрешения Александра Любимова собирается лететь. Самолет стоит уже несколько часов на ремонте, командир экипажа наотрез отказывается лететь, но жена Ирина Милявская приказывает, запугивает увольнением. Тот, зная, что Любимов очень любит жену и потакает ее капризам, нехотя соглашается.

Над тайгой сплошной туман, они попадают в зону магнитных бурь, вся аппаратура на борту самолета отказывает, шасси не выпускаются.

Неуправляемый самолет падает на воду, проскочив до берега озера, соприкасается с твердым грунтом, ломается, экипаж гибнет, погибает один из 5 гостей. Все оставшиеся в живых это воспринимают с ужасом.

Они выбираются, бродят по чащобам, выходят на делянку «диких золотоискателей»…

Внутри избы на стенах они читают нацарапанные записи о гибели людей, предысторию тигра-людоеда. Один из посетителей делянки убил тигренка, теперь тигрица мстит людям.

Встреча с уссурийским тигром приводит всех в страх. Мужчины устанавливают круглосуточное дежурство, но тигр убивает одного, растерзав на глазах у одного из гостей Олега Боткина.

Троица остается в страхе перед завтрашним днем. Один из троицы, Олег Боткин, смотрит на объятия Ирины Милявской и ее телохранителя Андрея Хардикова, злится, сцепившись в момент истерики с ними, он провоцирует их, выкладывая версию отъезда. Говорит, что он невольно слышал между ними разговор, как они обговаривали отъезд, чтобы замести след в запланированном убийстве, что Ирина поменяла лекарство-снотворное на то, которое вызывает удушье, как аффект — аллергического характера, тем более что Любимов должен быть выпивши. Они специально его подпаивали, он Олег Боткин это заметил. Происходит драка телохранителя Андрея Хардикова с Олегом Боткиным пронырливым журналистом. Хардиков защищаясь, убивает, не рассчитанным броском на острый деревянный кол.

Они его хоронят, через час могилу вскрыл тигр, распотрошив труп.

Александр Любимов на вечеринке действительно почувствовал себя плохо, но исчезновение жены вывело его из себя, он читает в ее мобильнике, который нашел рядом с лекарством на тумбочке в спальне СМС. Прочитав переписку с телохранителем, он понимает, что жена ему изменяет. На нервах он сталкивает с тумбочки лекарство, топчет ногами, бросает в стену ее телефон.

Ему звонят и говорят о крушении самолета. Забыв о ненависти, он вылетает на место крушения. С экипажем вертолета ведет поиск.

Ирина с телохранителем выходят из чащоб к берегу, их преследует тигр. Умываясь на реке, Ирина привлекает тигра, он бросками бежит к ней, из чащи выбегает телохранитель с дровами в руках видит тигра и в стороне от него Ирину.

Он бросает дрова, с дубиной в руке несется наперерез тигру. Схватка. Оба смертельно ранены. К телохранителю подбегает Ирина, рыдает. Он умирает у неё на руках. Со стороны на них смотрит тигр, его взгляд стекленеет, последний выдох исполненного долга мести, он умирает.

Ирина бегает по берегу, громко кричит ввысь, теряя, верю и надежду. Это — крик отчаяния. И вдруг, до нее доносится гул вертолета. Она смотрит с напряжением в небо, не понимая, откуда здесь взялся вертолет. В проеме двери вертолета она замечает силуэт Любимова, муж ее нашел. При встрече, она ему с болью вся в слезах признается в измене. Александр Любимов видит трагедию, прощает. Они улетают.

На берегу лежат — телохранитель и тигр.

Чупакабра

Время летних каникул. Группа подростков из четырех человек студенты археологического факультета второкурсники находятся в заброшенной отдалённой деревне в Чернобыльской зоне, осматривают окружающий этнос старый полуразваленный храм. Снаружи им он кажется эхом из прошлого, их внимание притягивает его дримучесть средневековья, скрип двери, перезвон от ветра колокольчика. Подростки приближаются, отшатываются от волны сквозняка и крика эха: «В ХРАМ! В ХРАМ! В ХРАМ! ТАМ!..»

Ребятам это кажется мистикой, скорее всего галлюцинацией из-за страха, что проникал в их души. Но они не подавая вида, решаются войти. Егор старший из группы рукой нащупывает на фресках оттиск какого-то знака, стряхивая вековую пыль, ощущает под ладонью клык, он отшатывается. К нему подходят Алла, Света, Аркадий, на фресках видны группы людей, горящих в огне похожие на оборотней, один явно бегущий за девочкой наполовину животное. «ЧУПАКАБРА!» Так показалось всем. Сначала это было принято, как сказка не только их поколения, но и средневековья. Каждый из ребят попробовал пошутить над этим. Ведь никто не верил в то, что писали в ИНФО в последнее время об этих чупакабрах. Достоверных сведений нет, скорее всего — байки от прадедов, чтобы чем-то напугать столь не верующую не во что молодежь. Описание тоже расплывчатое.

Рост ее около метра чуть выше, ниже. Тупая морда то ли лисы, то ли волка, то ли собаки, тело без чётких форм.

Самое главное с длинными ногтями и неимоверной прыгучестью. Жертву убивает обескровлением.

Всем становится не по себе в этом заброшенном храме. Они идут в расположение лагеря, что расположился не далеко от старой платины.

Лагерь локации. Не обжитое место. Глухомань. На берегу стоят две палатки, в подлеске микроавтобус арендованный ребятами. Из пойманной рыбы девушки под присмотром Егора готовят уху. Вокруг котла над огнем, вдыхая аромат ухи, ходит Аркадий, то ли нагнетая обстановку, то ли шутя, рассказывает о чупакабре. Скорее всего, для своей же храбрости. Девочкам становится не себе, они говорят, чтобы тот им всем не портил аппетит и вообще не пугал, они вышли из того детского возраста, когда на сон грядущий рассказывались страшилки. Егор предлагает принести котелки, чтобы всем налить ухи и просто посидеть у костра. Девчонки его поддерживают, наиграно смеются. Отведав ухи, решаются перед сном прогуляться, разбиваются на парочки. Егор с Аллой идут к платине, тогда как Аркадий и Света сделав пару шагов, все же решаются вернуться, побыть наедине, они встречаются и им хочется любви, нежели неизвестности, идут в микроавтобус. Когда они остаются наедине, занимаются любовью. И понимают, что микроавтобус раскачивается, они думают, что это от их движений. Света смеется, что они настолько энергичны, продолжают заниматься любовью. Происходит то же самое. Им не хочется уже интима. Света просит принести ей горячего чая, Аркадий бежит к догорающему костру, подбрасывает ветки, ставит разогревать чайник, делает чай, наливает в термос, идёт к Свете. Ее там нет. Он мечется по территории, ему звонит его преподаватель, спрашивает, как у них там дела, ведь именно он им посоветовал поехать в ту местность, чтобы почувствовать запах неизвестности, старины. Аркадий плохо соображая, говорит, что здесь, как начало показало, делать нечего, что завтра утром они возвращаются. Преподаватель Юрий Головатый 35 лет, потирая руки, говорит вслух, что те — юнцы и им слабо нюхать историю предков, ноздря не выросла. Собирается тут же выехать к ним, чтобы те не срывались с места. Он то же некогда делал вылазку в те забытые Богом места, чтобы зарядиться атмосферой средневековья на учебный год, жить любознательностью, открывая для себя не познанное.

Аркадий в смятении, он не может негде найти Свету. С опаской ходит по окрестности.

А этим временем Егор и Алла прогуливаются у платины, любуясь звездным небом, спадающей с платины лавины воды. И им не до предрассудков, им незачем нагнетать страх, им вдвоем хорошо. Каждый счастлив в отсутствии посторонних глаз.

Они целуются. В этот миг каждый ощущает чье-то вмешательство со стороны, за ними явно кто-то наблюдает. Они видят вдали горящий взгляд. Боясь, что это каждому со страха показалось, решаются пройтись, поболтать на отвлеченную тему, например о Свете и Аркадии, влюбленной парочке, предполагая, что те точно занимаются сексом. Но их смущает горящий взгляд, что ходит призраком за ними.

В это время, Аркадий обследуя подлесок, находит обнаженную Свету с двумя кровавыми точками на шее. Она мертва. В паническом страхе, Аркадий срывается с этого места, сломя голову бежит к микроавтобусу. На ходу звонит Егору, тот не отвечает.

Егор и Алла на мостике. Тьма кромешная. Шелест, ощущение тяжести на своих плечах, он падает. По нему словно, проехал «танк», он не может поднять голову. Крик. Он поднимает голову, видит тёмный силуэт, вновь крик Аллы. Егор встает, бежит к ней. Темное пятно расплывается. Крик Аллы. Ее тело падает с мостика, его, как «куклу» поглощает вода.

Егор в ужасе, он ничего не понимает, не может дать ответ на вопрос: что происходит?.. Звонок на мобильный.

Он отвечает, это Аркадий. Тот в истерике. Егор рассказывает и о новой трагедии, приказывает сидеть в микроавтобусе, он сейчас будет на месте.

Аркадий бежит к микроавтобусу. Звонит Юрий Головатый. В это время происходит прыжок со стороны ему на плечи, Аркадий сбрасывает неопознанный объект, чудовище, из руки выпадает мобильный телефон.

Головатый в машине слышит шум, некое рычание. Он взволнован, достает из-под сидения оружие, кладет рядом на сидение, включая скорость, мчится к ребятам.

Тело Аллы выносит на берег. Она лежит на берегу без чувств.

Аркадий бежит к микроавтобусу, вбегая в него, закрывает двери и окна. Подбегает чудовище с неимоверной силой раскачивает автобус, Аркадию очень страшно. Эхо доносит крик Егора:

— Аркаш!..

Эхо оглоушивает шумом, «Чупакабра» несется в подлесок. Тогда, как Егор вбегает на место стоянки микроавтобуса с другой стороны. Увидев его, Аркадий открывает дверь, кричит:

— Скорей сюда!

Егор бежит к машине, едва успевает закрыть дверь, как рядом с машиной уже находится, явно в ярости, то зверьё, не похожее не на кого. Им страшно. Чудовище раскачивает автобус.

На местность дислокации лагеря, на берег въезжает машина Юрия Головатого, он выход бежит с ружьем по берегу находит выброшенное тело Аллы, она все еще без чувств, но жива. Он берет тело на руки, идет с ним к машине. Подойдя открывает заднюю дверь, кладет Аллу на сидение. Закрывает дверь, идет искать дальше. В подлеске находит мертвое тело Светы, относит его к машине, загружает багажник. Возвращается, по дороге находит мобильный Аркадия. Звонит Егору, тот говорит, что их сейчас разорвет зверь, они сидят в микроавтобусе, объясняет место нахождения. Юрий Головатый мчится на помощь к ребятам.

Ребята стараются отогнать «Чупакабру», включая зажигание, нажимая несколько раз на педаль газа. Это ввело чудовище в дисбаланс. Оно напугано отшатнулось. Ребята немного обрадовались, но ненадолго. Озверев «Чупакабра» начала стучать по стеклу окон.

Звон битого стела.

Лапа чудовища уже нащупывала их тела, Аркадий нервно нажимал на педаль. «Чупакабра» раскачивает микроавтобус. Он начинает пламенеть.

Выстрел. Чудовище падая, оседает. Юрий Головатый несется к ребятам на помощь, они пытаются выбраться, но дверь заклинила.

Их преподаватель, подбежав, открывает дверь, ребята быстро выпрыгивают из пламенеющей машины. Очутившись на свободе, попадают в объятия преподавателя, слышат взрыв.

Они идут к машине Головатого.

Тот сожалеет, что им посоветовал сюда приехать, говоря, что вот такого здесь раньше не было, это, скорее всего мутация собак, лис, волков. Явно один род извел другой.

Юрий рассказывает, как нашел девушек, сожалеет, что погибла Света. Хорошо, что хоть Алла жива, она в бессознании в машине. Егор бежит к машине. Находит Аллу, обнимает, целует, та приходит в себя.

Юрий и Аркадий у багажника, смотрят на тело Светы. Аркадий осторожно поправляет тело, целует в губы, плача отходит, садится на переднее место. Алла и Егор сидят на заднем сидении в обнимку. Багажник закрыт, Юрий Головатый идет на свое место. Включает зажигание. Машина срывается с места. Оставляя после себя клубы пыли. Ребята, обернувшись, смотрят назад…

Вдали обгорелая машина и останки чудовища «ЧУПАКАБРЫ».

Возвращение из ада

Пожилая женщина Александра Ивановна Маркова 87 лет, сидя на скамейке в старом парке, вспоминает прошлое, то начало ее первой любви.

Вспоминается школа, последние учебные дни, выпускной бал. Первые признания в любви ее Николаем. Их последний день в той мирной жизни, на том старом их тайном месте в бухте, мимолетные часы любви. Война, которая ворвалась в их жизнь, разрушила их планы. Слепая бомба разлучила ее Сашу с Николаем, он остался лежать, распластавшись в воронке. Паника, страх — навсегда закрыта дорога в счастливое детство.

Родители Саши идут вместе, боясь разлучиться добровольцами на фронт. Саша с подругой Ольгой Кравцовой идут на курсы мед. сестер. Она переживает трагедию с Николаем, не один раз уже тайком бегала в бухту, но там так и не нашла тела Николая. Смерти ровесников Сашу омрачают. Один за другим уходят на фронт мальчишки, и нескольким родителям одноклассников уже пришли извещения о гибели их сыновей.

Ольга и Саша, обивают пороги военкомата. Им отказывают, при осмотре на призывном пункте обнаруживают, что Саша беременная. Приходит известие о гибели родителей с фронта.

Николай приходит после контузии в себя, он не понимает, где он находится. Ему рассказывает женщина Анна Станиславовна Данилова, как к ней принесли его, ее знакомые, практически труп, найденного в бухте, как она его выхаживала, не ожидая его полного исцеления. Что в бреду он звал какую-то Сашу.

Николай наконец-то окончательно пришёл в себя, испугавшись, что рядом нет Саши, он вспомнил тот злополучный день. Испугался, приняв тот факт, что Саши, скорее всего, нет, тогда их разлучил авианалет и обстрел с борта бомбардировщика бомбами.

Саша с Ольгой, уже в который раз идут в военкомат, просятся на фронт. Ольга Кравцова идет на фронт. Саше отказывают, так как у нее маленький ребенок. Проводив подругу на фронт, Саша переезжает в другой город к своей бабушке с надеждой, что та оставит малыша у себя и она отправиться на фронт.

В это же время Николай встав на ноги, идет к себе домой, но его дома, как и многих на их улице нет. Стоят обугленные стены. Возвращается к Даниловой, рассказывает, что он обязан мстить за Родину, родителей, за Сашу, вскоре отправляется добровольцем на фронт. Анна Станиславовна его отправляет со слезами, говорит, что он ей, как сын. Он отправляется на фронт.

Николай попадает в пехотные войска в развед. роту. Беспощадно отстреливает немцев, видя в них — убийц родителей, Саши и вообще его народа, что не дали ему достичь той светлой мечты — быть счастливым.

Он получает ранение, в медсанчасти случайно встречает Ольгу, которая в их батальоне мед. сестра. Та радуется, что он жив и здоров, говоря, что она и Сашка его считали уже мертвым. Рассказывает, что Сашка была беременная от него, родила сына, осталась в тылу. Николай окрылен — он отец. Саша жива. Он пишет ей письма, но ответа нет.

Письма от Николая приходят кипами. Наконец бывшая соседка Саши, она же почтальон решается написать на конверте «Адресат выбыл». Раннее она этого не делала, так как солдату нужна вера, знать, что его ждут.

Получив такой конверт, Николай ищет смерти, постоянные вылазки, дерзкие нападения на нем. подразделения. Ольга видит его состояние, понимает причину, говорит, что «Адресат выбыл», это еще не смертельный случай, что Саша непременно найдется, она жива. В одной из вылазок его тяжело ранят, он держится за жизнь, помня, что где-то Саша и сын.

Саша растит сына, живя во времянке у бабушки Марии Ивановны и тетки Раи, которая отягощена тем, что надо кормить семью — дочь 15 лет, Сашу с её ребенком. Тетка работает на токе на мельнице, не покладая рук с утра до ночи, тайком приносит горстями муку.

Слышны отголоски боев. К городу подтягиваются нем. войска. Саша идет в военкомат, просится на фронт, ее не берут, сов. войска готовятся к отступлению. Саша хочет бежать с ними, оставив ребенка на бабку с теткой, но двоюродная сестра Клава, проговаривается, рассказывает своей матери, ее Сашу запирают, подперев дверь, она не может выйти.

В город входят нем. войска. По городу идут облавы, зачистка.

В городе немцы. Вечером невозможно пройти по улицам города. Саша с двоюродной сестрой Клавой, ночами ходят стирать белье на речку. Как-то вечером они нарываются на двух пьяных немцев, те их ведут в комендатуру. Клава пытается отвлечь от Саши немцев, сознавая, что у нее малыш, вырывается из их рук, бежит вперед. Немцы бегут за ней, выпуская из рук Сашу. Та убегает. Клаву бьют, измываются над ней, насилуют. Потом насытившись жертвой, полуживую оставляют валяться в кустах. Под утро она приходит вся окровавленная домой.

Проходят девять месяцев стыда и позора. Каждый норовит бросить косой взгляд на дом Марии Ивановны. Хлеб достается тяжело. Тетка без работы. Она сожительствует за еду с Павлом Носковым. Клава рожает. Толпа зевак из соседей наблюдает за родами сквозь окно, ее осуждают. Саша принимает роды двоюродной сестры, так как другие отказались. Крик ребенка приводит в чувства всех. Удовлетворившие своё любопытство женщины исчезают. Тетка все чаще и чаще гонит из своего дома Павла Носкова. Ему надоедают ее капризы и детский крик. Грозится всех их выгнать из дома.

Саша ночами бегает по городу, расклеивает от руки написанные листовки «СМЕРТЬ ФАШИСТАМ И ИХ ХОЛУЯМ», городская полиция прочесывает город. Павел Носков точит зуб на девчонок соседок, постоянно к ним придирается.

Одним утром в дом к Марии Ивановне заходят полицейские с немцами. Павел Носков упивается властью и местью. Он выгоняет из дома бабку, тетку, говоря, что их дом подходит под комендатуру. На улице стоит машина, в нее сажают молодых, готовят их к отправке в Германию. Дв. сестру с ребенком отправляют в Германию. Бабка цепляется за офицера, в ногах умоляет не угонять внучку, тетка кидается на полицейских с кулаками, один из них стреляет в тетку, потом офицер стреляет в бабушку. Сестру с ребенком увозят на машине.

А в это время Николай делает вылазку к немцам, взрывает в том городе нем. комендатуру.

Нач. полиции Павел Носков сосед вваливается во времянку к Саше, говорит ей, что здесь будет жить писарь из комендатуры Ганс Штольц, ранее заверив того, что она девка самостоятельная, справная, по молодости, по глупости родила, может ему и уколы делать, у него частенько бывает сильная мигрень. Ганс живет в одной комнате с Сашей, с интересом наблюдает за ней, как она, такая молодая, управляется с дом. хозяйством, воспитывает в таких условиях войны сына. Он до войны был учителем рисования. Ганс часто рисует портреты Саши, Коленьки, он делится с ними пайком, берет всю мужскую работу на себя, озлобляя этим, как Носкова, так и вездесущих, осуждающих соседок. Всячески ограждает от выпадов полицейского и его шантрапы, которые часто пристают к ней с нежностями и ласками, она их отвергает.

Ганс и Саша вместе ходят в бухту, где та, под его охраной стирает белье. Между Гансом и Сашей расположение друг к другу.

Одной из ночей они проводят вместе. Ранним утром их будет шум за окном. Грохот мотоциклов, шаркающее движение машин, протертыми протекторами по щебенке. Слышны крики со стороны улицы, плач детей. Облава. Ганс вскакивает, подходит к окну, Саша бежит к сыну, хватает на руки, прячется за печкой.

Входит Павел Носков, рыщет по времянке, выводит из-за печи Сашу с ребенком на руках, тащит к выходу. Ганс преграждает путь. Ссорится с офицером. Его хватают, срывают с него погоны, выводят из времянки. Павел Носов волочит Сашу, потом устав, со злорадством бросает ее во дворе. Он удовлетворен, так как писарь теперь ему не помеха. Ганс разжалован в рядовые, он как простой солдат служит в штрафном батальоне.

Идет наступление советских войск, слышна канонада. Саша молится о спасении Ганса. Как в наказание в каждом сов. солдате ей мерещится Николай. Она сквозь слезы кается, что просит помощи и спасения ему нем. солдату.

На выходе из города, немцы и полицейские нарываются на сов. войска. Павла Носкова и его приспешников в перестрелке убивают. В стороне стройбата взрывы. Саша бежит туда. Ганс увидев ее, бежит ей навстречу, пригибаясь под обстрелами. Ее окликает по имени советский солдат, она оборачивается, Ганс разворачивается, смотрит на него, слышен выстрел, он падает, из груди капает кровь. Саша смотрит на кричащего мужчину, сов. солдата.

Это Николай, вдали за ним бежит счастливая Ольга. Саша кидается в направлении него, опомнившись, смотрит в сторону Ганса, тут же бежит к нему. Белые листы из гимнастерки с окровавленными портретами разлетаются по улице. Ольга собирает портреты, стоит с окровавленной стопкой на них Саша и ее сын.

Николай рассказывает, как долго он шёл сквозь годы к ней к Саше и что их ждет в тылу его крестная мама Анна Станиславовна…

…Небо голубое, сияет солнце. В парке тихо, слышен щебет птиц, со стороны к ней идет Николай с букетом цветов на груди ордена. Александра Ивановна смахивает слезу, встает, счастливо улыбается. Они целуются, выходят из парка на шумную улицу, направляются к памятнику павшим в Великой Отечественной Войне, возлагают цветы. Молча, стоят.

Туннель в прошлое

Сегодняшнее время. Украина. Совместная (Украина-Немецкая-Русская) Выставка картин «Хроника военных лет». Иностранные гости ходят, рассматривают картины военных лет. Один из немецких гостей на рисунке, пробитом пулей, узнает себя. Смотрит на рисунок, подпись художника отсутствует. Он подходит к директору галереи и утверждает, что на рисунке, именно он, что это рисовал некогда им укрытый в подвале, еврейский мальчик начинающий художник. Это был 41 год. Фамилия художника Милович.

1941 г. Оккупация. Западная Украины.

Он обер-лейтенант Штольц со своим мотострелковым подразделением ведет зачистку. Уничтожается еврейское население, прочесываются дома, подвалы. Выкуривают смертельно напуганных людей фугасами. За несколько дней в городе исчезает еврейское население. Кого-то расстреляли, кого-то вывезли в Германию, кого-то в концлагеря.

Штольц «уставший» от зачистки населения ищет себе квартиру на окраине города, чтобы не видеть слез, крика о помощи, проклятия, ни в чем невинных людей.

Он находит квартиру, хозяйка полячка пани Валевская живет с дочерью Крысей 16 лет. В подвале она прячет сына своего друга Болислава Миловича, который чудом спасся, ему 10 лет. Он видел, как на глазах расстреливали его близких, горожан. Сидя в подвале, чтобы отвлечься от страха, он рисует на стенах все виденное им еще вчера. Трагедию народа.

Штольц, напившись, пристает к Крыси, она убегает в подвал, закрывается. Он пытается открыть, не может. Идет за фугасом. Стреляет, входит. На стенах видит рисунки мальчика, он в шоке. Около окна находит мальчика за коробками и Крысю, они сидят в обнимку.

Штольц изумленный спрашивает: кто рисовал. Тишина. Ему не отвечают. Он начинает орать и стрелять вверх из пистолета, на крик и стрельбу в подвал спускается пани Валевская. Ей страшно за детей. Штольц расспрашивает ее о мальчике, та признается, что он еврей сын хорошего друга.

Он берет того за шкирку хочет вести в комендатуру. Слышит за окном лай, стрельбу, «выкуривание» фугасом жителей из соседних домов. И тут он осознает, что происходит, что творит и он своими руками. В их квартиру, на первом этаже стучится патруль, он выходит, говорит, что все в порядке, те уходят.

Он проникается уважением к мужеству пани Валевской, к ее дочери и мальчику. Он их опекает от посягательств со стороны жандармерии и коменданта, говорит, что женщина и дочь его обслуживающий персонал. Мальчику он приносит альбомы, карандаши (графит) и тот рисует портреты хозяйки ее дочери его, своих родителей по памяти и зарисовки дня.

Сегодняшнее время.

По адресной городской справке находят Болислава Миловича ветерана войны. С ним разговаривают, напоминают о тех днях. Приглашают подъехать на выставку.

Он встревоженный собирается, вспоминает…

…Идет наступление сов. войск, город освобожден от немцев. Мальчик прячется в подвале, за пазухой хранит свои рисунки, несколько хранит хозяйка у себя за каф. печкой.

Идет чистка сов. войсками. На пани Валевскую наговаривают соседи, мол, что она жила с немцем. К ним входит патруль, делает обыск. За кафельной печью находят рисунки. На рисунках — она дочь и немец. Сосед подтверждает, что это постоялец, обер-лейтенант Штольц, который уничтожал еврейское население у всех на глазах. Ее называют «шлюхой», хотят расстрелять вместе с дочерью, из подвала выбегает мальчик, преграждает, пуля достается ему. Он ранен, спасли рисунки, что за пазухой, на них сюжеты тех страшных дней. Он еврей. Хозяйку и дочь отправляют в концлагерь.

В больнице мальчик рассказывает о родителях пани Валевской и Штольце.

Раненый офицер советских войск, Бойко Василий Иванович, проникается вниманием, берет на память рисунки с кровью и дыркой от пули. Мальчик остается при госпитале, ухаживает за ранеными, делает рисунки…

Сегодняшнее время.

Болислав Милович известный художник с интересом ходит по галерее смотрит работы тех лет. Издалека он замечает свой рисунок на нем кровь, около него стоят два старых человека с переводчиком и директором галереи.

Милович смотрит на рисунок и на немца, тот в свою очередь с любопытством, напряженно всматривается в Миловича. Они узнают друг друга, кидаются в слезах радости в объятия. Штольц расспрашивает о пани Валевской. «Мальчик» говорит, что они были в концлагере в Сибири. Миловичу предоставляют право расписаться на рисунках.

Рядом стоящий старик, стоит, безмолвно смотрит, в глазах слезы — счастья. Он узнал мальчика в пожилом человеке, того, что в те военные дни подарил ему эти рисунки. Он называет по имени: «БОЛИК! Это я Василий Иванович Бойко»…

Болислав всматривается, узнает, благодарит, что сберегал рисунки тех лет. Василий Иванович признается, что боится, что скоро умрет, и рисунки исчезнут, как хлам «старика».

Они все обнимаются, с волнением ходят, рассматривают картины, рисунки тех военных лет. Сегодняшним днем они все прошли туннель, ведущий в их прошлое, оно очень тесное от воспоминаний, трагедий, осознав что и в нем нет места — ВОЙНЕ. Сегодня войну вытесняет ПАМЯТЬ И ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ!

Content

Светлана Беллас
Тамбовский бомж

Тамбовский бомж

Дамская любовь

Озеро Тахо

Ты сможешь

Новогодний подарок (Подкидыш)

Неблагодарный (Ловушка)

Рождественская ночь

Сердце отца

Габи

Бег от судьбы

Чупакабра

Возвращение из ада

Туннель в прошлое