Вадим Демчог

Мифология многоликости

Как каменный лес, онемело,

Стоим мы на том рубеже,

Где тело – как будто не тело,

Где слово – не только не дело,

Но даже не слово уже.

А. Галич

Защиту интеллектуальной собственности и прав ООО «Издательство „Вектор“» осуществляет юридическая компания «Усков и Партнеры».

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельца авторских прав.

Эта книга не имеет отношения к «чистоте передачи» конкретных духовных, театральных, философских, психологических и каких-либо других традиций! Скорее, она суммирует опыт художественного обобщения, опыт безответственной артистической игры с информацией , почерпнутой при многолетней работе с текстами и методами, которые эти традиции предлагают.

Если кого-то заинтересует та или иная духовная, театральная, философская, психологическая или какая-либо другая традиция из представленных в книге, прошу обратиться к прямым источникам информации!

Время шутов

(немного о времени, в которое писалась эта книга)

Дорогие друзья, я (ниже по тексту – автор) очень рад выходу нового издания моей книги «Самоосвобождающаяся Игра», рад и ее новому названию, которое мне очень нравится.

В предисловии к новому изданию у меня нет иных задач, кроме как описать среду, в которой рождался этот Текст, так что смело можете его перелистнуть, если вам и так все ясно!

В любом случае сегодня времена уже иные! На смену эпохе постмодернизма пришел постпостмодернизм, и многое, что 30 лет назад, в эпоху информационного прорыва, обжигало новизной и страстно хваталось для эксперимента, сегодня, возможно, покажется избыточным нагромождением. Предлагаемая вам книга появилась в то время, когда, с одной стороны, все слова уже были сказаны и, как считал весь остальной мир, не было ни одного, что открыло бы человечеству что-то еще, с другой – выросшие «за каменной стеной», мы были духовно голодны и после крушения стены бросались на любую информацию, пришедшую «оттуда». Творческие потенции Культуры, как утверждали идеологи постмодернизма, к этому времени были тотально исчерпаны, истине было отказано в существовании, авторитеты всех времен безжалостно свозились на помойку, страна жила в среде массового разочарования, и прежде всего в возможности искусственного переустройства мира и человека! Европейские идеологи не предлагали ничего иного, кроме как тупо развлекаться, тиражируя и гнойно высмеивая ранее накопленное человеческой культурой. Нам же, в эйфории информационного прорыва, казалось, что все только начинается!

Итак, автор этой книги, которого постмодернизм, как вы знаете, скоро убьет, родился в 1963 году, и в 5 лет ему было совершенно плевать, что в 1968-м на страницах журнала «Плейбой» журналист Лесли Фидлер провозгласил новую трилогию мировой истории: 1) парадигма Традиции, 2) парадигма Нового времени и 3) парадигма Постмодернизма. Третья оказалась средой, в которой автор вырос и, совсем не сознавая, но чуя и апеллируя больше к подсознанию, что грандиозные дворцы культурных накоплений прошлых поколений неудержимо оползают в пропасть гнойно-ироничного и даже циничного осмеяния, то есть многие прежние категории если не теряли своего значения, то уже не могли рассматриваться как смыслообразующие, жизнеутверждающие парадигмы, воспринял мысль о том, что истины прошлых эпох больше не работают. Эта мысль стала одной из самых больных заноз в сердце автора!

Бодрийяр, Делёз, Деррида, Хайдеггер к этому времени уже достаточно раскачали мир, констатируя исчезновение всех принципов и законов, что удерживали бы его от распада, внеся в лексикон автора такое понятие, как «симулякр» (псевдовещь, лишенная смысла форма). Творить в этой среде, как чувствовал автор, не представлялось возможным! Поиск смысла был изначальной бессмыслицей! Мир воспринимался как сгусток манипуляций и насилия!

Сознание тщетности каких-либо усилий проявилось в том, что автор (а он тогда работал в одном из питерских театров) просто ушел из профессии на 10 лет. И в ситуации «бесконечно длящегося конца» (когда все давно кончилось, а жить надо) автор начал делать первые наброски к этому Тексту, что его буддийские учителя Оле и Ханна Нидал назовут чуть позже «Самоосвобождающаяся Игра».

Итак, всем, кто испытывает настойчивое желание погрузиться в этот избыточно-тяжеловесный Текст, перед тем как пустить вас на глубину с чудовищными перепадами давления, я хочу сказать, что творцов культуры всех веков всегда пробивало на определенные формы истины. Когда же в середине ХХ века пришло так называемое Время шутов (то есть время постмодернизма-и-затем-постпостмодернизма), на этом сломе возникла идея, что любой истине, какой бы наиновейшей она ни была, не следует доверять! И когда пройдет действие внутримозговой психоделии, что, как известно, лечится только временем, любая истина потеряет свою убедительность! То есть с любой истиной, даже предложенной на страницах данной книги, есть смысл медитативно играть, легко впуская на территорию ума и не менее легко отпуская, когда придет время ей уйти!

Но самое увлекательное в этой игре то, что даже истине о недоверии ни одной из форм истин тоже нет смысла доверять!

С этим напутствием автор и хотел бы пригласить вас на глубину.

Пользуясь случаем, хочу также склониться в поклоне перед людьми, которые уделили часть себя работе над вторым изданием этой книги. Разгрузили ее от лишних, тяжеловесных формулировок и сносок, причесали, придав тем самым читабельный вид. Это прежде всег о редактор – Кирилл Алексеев, выполнивший самую черную работу; ведущий редактор – Наталия Смирнова, имеющая немыслимое терпение в общении с автором; дизайнер обложки Татьяна Орлова; внутренние рисунки сделала Ольга Бегак; верстку – Екатерина Егорова; аудиомедитации собраны и смонтированы Александрой Дроган. Спасибо всем вам за корректное, внимательное, любящее отношение к моему тексту. Работа с вами была наслаждением.

ДЕМЧОГ

11.11.2011

От автора

Способность актера очаровывать зрителей возникает лишь тогда, когда последние не знают, как это делается. Держите свои методы в тайне.[1]

Дзэами Мотокиё[2]

Эта крайне спорная и противоречивая книга представляет собой предельно сжатый экскурс в несколько тем моей индивидуальной, как я ее называю, мифо-технологии, или воображариума игры.

Излагая здесь опыт персональной самоорганизации в профессии, проще говоря, свою «кухню», я никому не хочу навязывать этот способ ви́дения, так как это мое, и только мое восприятие артистических возможностей Ума[3].

А как известно, то, что может быть важным и полезным для меня, для других может оказаться совершенно не важным и абсолютно бесполезным.

Один из самых пытливых мастеров своего времени, Михаил Чехов, в 38 лет, пытаясь свести свою, мягко скажем, «непростую» кухню к некоему целому, писал следующее:

«…В моем сознании начала складываться такая сложная философская система, что нечего и думать о применении ее к театральному искусству. Сам я, пожалуй, и смог бы использовать ее при постановке или игре на сцене, но как передать ее другим? Актеры, в особенности хорошие, боятся всяких рассуждений, систем и методов, которыми теоретики театра готовы задушить их. Я сам боюсь их до отчаяния, и вот я сам сочинил систему, которую без естествознания и астрономии, пожалуй, и не поймешь!»[4]

Исходя из этой оговорки и следуя словам одного из общепризнанных мастеров игры Джорджо Стрелера: «Истинность или фальшивость какой-то театральной системы выявляется только на примере каждодневной сценической работы»[5], а также следуя за тенью великого Эйнштейна, который утверждал, что «для объяснения событий во Вселенной человечество не сможет изобрести ничего нового, кроме как теорию игр»[6], и наконец просто в целях экономии времени я «смонтировал» книгу в рекламном стиле и тем не менее – как методологическое пособие, по принципу голограммы.

Это означает, что «главки» текста являются серией динамических кадров, так называемых пазлов, просматривая которые можно быстро сориентироваться, для вас эта информация или нет.

Возникнув из задач классической теории вероятностей, теория игр превратилась в самостоятельный раздел в начале 1950-х.

Математическое понятие ИГРЫ необычайно широко. Оно включает в себя так называемые салонные игры (шахматы, шашки, го, карточные игры, домино), а может использоваться и для описания моделей экономической системы с многочисленными конкурирующими друг с другом покупателями и продавцами, для обсуждения статистических проблем, возникающих при непрерывном контроле производственного процесса, а также для решения военных задач, например, при определении оптимальных маневров подводной лодки, преследуемой обнаружившим ее надводным кораблем противника.

Не вдаваясь в детали, игру в общих чертах можно определить как ситуацию, в которой одно или несколько лиц («игроков») совместно управляют некоторым множеством переменных и каждый игрок, принимая решения, должен учитывать действия всей группы.

Таким образом, нет смысла брать этот чрезвычайно «избыточный» текст последовательным штурмом, главу за главой… Это, скорее, справочник, или, лучше – «словарь» моих многолетних дневниковых записей, собранных в цельный пазл книги по настоятельной просьбе моих друзей и учеников, и гораздо эффективнее исследовать их методом «прыжков по диа гонали» с выхватыванием наиболее привлекательных заголовков.

Одним словом, выбирайте то, что интригует более всего, и входите в свой воображариум через двери, которые распахиваются сами. В любом случае, если играющий стиль мышления вам близок, входя через что-то одно, вы войдете в целое.

Если же что-то из предложенного покажется вам не совсем сумасшедшим и, возможно, даже пригодным для использования, берите, наслаждайтесь и будьте счастливы. Если же, напротив, вы не найдете здесь ничего, что было бы полезным для вас, отбросьте книгу в сторону и наслаждайтесь поиском чего-либо еще, творите свое и будьте счастливы с этим.

ДЕМЧОГ

26.11.2001

Вступление

Все должно быть настолько простым, насколько это возможно. Но ничуть не проще.

А. Эйнштейн

Мир настолько широк и богат, что мы вынуждены упрощать его, чтобы осмыслить. Составление географических карт – хороший пример. Реальная территория – это не карта. Идти по ней не то же самое, что скользить пальцем по гладкой поверхности бумаги. Мир всегда богаче, чем те идеи, которые мы имеем относительно него.

Итак, у нас в руках не что иное, как карта. На ней изображены мои персональные пути познания территории мастерства и успеха, местоположение моей индивидуальной творческой силы, а также собранные примеры техник и методов, спонтанно открываемых мной и другими мастерами, с целью защиты своего призвания и, как следствие, достижения надежных и, возможно, даже выдающихся результатов!

С другой стороны, эта работа, как мне думается, является предельным испытанием потенциала «игры как таковой» – игры, говоря словами Йохана Хейзинги, как первичной категории, существование которой «не связано ни с какой-либо ступенью культуры, ни с какой-либо формой мировоззрения. Каждое мыслящее существо в состоянии тотчас же возыметь перед глазами эту реальность: игру… даже если в языке нет слова, обобщенно обозначающего это понятие. <…> Можно отрицать почти любую абстракцию: право, красоту, истину, добро, дух, Бога. Можно отрицать серьезность. Игру – нельзя»[7]. Еще раз: все серьезное можно отрицать, но только не игру! И это действительно очень точное определение – эта книга является испытанием! Ни больше, ни меньше! Испытанием игры как таковой, которая, следуя Платону, «более всего отвечает месту и роли человека»[8]. Прислушиваясь также к словам великого фон Гёте, утверждавшего, что человек является в полном смысле человеком толь ко тогда, когда играет[9], и, наконец, господина Шиллера: «…Эстетическое творческое побуждение незаметно строит посреди страшного царства сил и посреди священного царства законов третье радостное царство игры и видимости, в котором снимает с человека оковы всяких отношений и освобождает от всего, что зовется принуждением…»[10], – можно прийти к выводу, что в игре происходит своеобразное снятие реального и переключение в план нереального, что в результате формирует новый мир, существующий по избранным и гораздо более эффективным законам.

Все эти гениальные творцы «идеальных Вселенных» считали, что люди игрового типа способны творчески преобразовать свои жизни в произведение искусства… и подобная жизнь способна стать разновидностью творчества, а сама игра – своеобразной идеологией артистизма.

Могу сказать, что именно это сумасшедшее предвосхищение гениев стало тем «скелетом», на который я, гонимый некоей пассионарностью, тщательно, день за днем на протяжении вот уже 30 лет наращиваю «мясо» своей «экстремальной» и предельно искренней системы воззрений. И тем не менее я не надеюсь на то, что этот взгляд удовлетворит «вкусы» кого бы то ни было еще, кроме меня самого. В грубом стиле это книга для самого себя! И она писалась, говоря словами Луиджи Риккобони[11], только для того, чтобы внутри своего собственного существа «отличить чистое золото натурального исполнения от фальшивой алхимии плохо понятого искусства». Здесь слишком много персонального воображения, нелинейной, или, лучше, «неточной логики», так называемой логики сна, опрокидывающей, женской, чему фактически невозможно или очень трудно научить.

Но можно научиться!

Одним словом, все нижеследующее – это тотально персональный и, возможно, немного сумасшедший взгляд: на мир, который становится все меньше; на культуру, которая все больше унифицируется, запутываясь в сетях масс-медиа; на профессию актера, неотделимую сегодня от яростного театрального эксперимента ХХ столетия и от мощного прорыва в таких научных дисциплинах, как квантовая физика, нейрофизиология, биология, химия и т. д.

Это, если хотите, мой восторженный гимн всему тому «сверхскоростному» научно-техническому безумству, с которым Ум современного актера вынужден справляться; гимн диктатуре компьютерных игр и цифровых технологий, которые контролируют сегодня современную мораль, этику, иллюзии, надежды и представления о прошлом и будущем большинства людей, формируя тем самым взгляды и идеалы завтрашнего человека; гимн эпохе мгновенных, сводящих с ума людей прошлых поколений средств коммуникаций, когда «весь мир становится одной гигантской информационной биржей»; гимн миру, в котором «реальность» и «виртуальность» взаимопроникаемы[12]… современному уровню знания человечества о себе (когда в одном месте ученые рас щепляют последние частицы атома материального мира в пустоту, а в другом – обнаруживают, что за счет сильной концентрации новые частицы возникают фактически из ничего)…

Это не что иное, как гимн человеку эпохи Цифровой революции, который учится любить «беспорядок мультимедийности» и вместо стабильности и предсказуемости исповедует «цифровой хаос» и шальную прерывистость бесконечных изменений; вместо контроля и руководства «сверху вниз» отстаивает позицию «на равных», где каждый испытывает амбицию быть лидером; вместо стремления к определенности демонстрирует конструктивный спор и терпимость к двусмысленностям. Гимн человеку, вступающему в эру беспрецедентной изменчивости и беспорядка, которым, как кажется, уже не будет конца; человеку, который инстинктивно понимает, что искать постоянства в современном ему мире бессмысленно и что инновации и изобретательность – это уже не преимущество, а тотальная необходимость!

Информационная изощренность достигает в современном мире просто поразительных скоростей. Передовые поисковые интернет-системы уже сейчас могут просматривать 3 миллиарда веб-страниц за полсекунды в поисках информации, дающей ответ на вопросы людей по всему миру. Это примерно 2000 запросов ежесекундно – 170 миллионов ежедневно, 64 миллиарда в год, – осуществляя поиск среди документов на 72 языках. А ведь совсем недавно системы такого типа существовали только в мечтах. Эра замкнутых компьютерных систем уступила дорогу новому обществу открытых, глобальных коммуникационных сетей. «Тим Бернерс-Ли, отец интернета, уже планирует дальнейшие шаги. Он называет их созданием „семантической сети“ (Semantic Web). Это „разумная сеть, которая в конце концов поймет человеческий язык и сделает работу с компьютерами столь же простой, как и работу с людьми“. Конечная цель заключается в „превращении Интернета в гигантский мозг. Каждый компьютер, имеющий выход во „Всемирную паутину“, будет обладать доступом ко всему знанию, накопленному человечеством в области науки, бизнеса и искусства за 30 000 лет, начиная с того времени, когда мы стали разрисовывать стены пещер“. Сегодня, впервые за всю историю человечества, мы знаем, как сохранить почти всю важнейшую информацию, накопленную в мире, и обеспечить мгновенный доступ к ней – практически в любой форме и практически любому человеку на Земле, а кроме того, как объединить всех людей в глобальную сеть обучения»[13].

Итак, это несомненно то, что я искренне переживаю как жест радостного приветствия всем тем откровениям, благодаря которым сегодняшнее человечество обоснованно (то есть опираясь на научные факты) способно заявить: «Я знаю, что не существую, я – это великая иллюзия», но иллюзия, обуреваемая неудержимой потребностью в реализации своего персонального мифа! Иллюзия, яростно устремляющаяся к открытию и освоению миров, в которых в отличие от прежних столетий действуют совершенно другие и гораздо более интересные законы. Миров, в которых время-пространство многомерно и потому – возможно все! Миров, в которых ход событий нелинеен и потому – возможно все! Миров, в которых господствует неточная логика и потому – возможно все! Миров, интерпретируемых сегодня огромным количеством способов, доходящих до бесконечности, и потому, опять и опять, – возможно все!

Действительно все!

Часть I

Театр реальности

В этой игре ты можешь стать в сем, чем хочешь!

Тимоти Лири[14]

Место действия

«Первой ассоциацией, которую вызвала у меня эта книга, был роман Германа Гессе „Игра в бисер“. Мастер Игры у Гессе должен составить партию из запахов летнего утра, мелодии Моцарта и математической формулы, а другой мастер – продолжить ее. И чем красивее были ассоциации, чем шире они охватывали разные сферы искусства, науки, реальной жизни, тем прекраснее считалась партия. Искусству составления партии учились годами, и только через много лет ученик становился Мастером, способным понять и оценить красоту настоящей партии»[15].

Итак: «Весь мир – театр. В нем женщины, мужчины – все актеры…»[16] В этой самой известной из всех (после «To be or not to be») формуле Шекспира есть что-то несомненно большее, чем просто философская игра Ума или культурологический трюизм. Я уверен, что гений Потрясающего Копьем[17] говорит здесь о феномене, который с точки зрения последних научных данных выходит за рамки любых интеллектуальных построений, концепций и понятий, то есть о природе реальности!

Находясь под обаянием личности великого мистификатора[18] (или, по словам Вольтера, «гениального варвара»), а может быть, и в его честь в своей персональной творческой лаборатории я называю этот феномен Театром Реальности. И это, несомненно, что-то фантастическое!

Если мы попытаемся максимально просто описать это явление, то получим примерно следующее: с одной стороны, Театр Реальности – это пространство, с другой – явления, происходящие в этом пространстве. С одной стороны, он целое, с другой – часть! С одной стороны, он един, с другой – множественен! С одной – игрив, постоянно извергает из себя все разнообразие форм, с другой – пуст, так как эту игривость невозможно схватить и присвоить! Так, из своего естественного состояния богатства этот безжалостно изменчивый организм безостановочно испытывает свой потенциал, наслаждается игрой возникающих феноменов и затем снова возвращает все это в изначальное – состояние сути, или – пустоты… и этому бесконечно вращающемуся во всех направлениях и самообновляющемуся процессу нет конца и предела! Это действительно, действительно что-то уникальное и тотально непостижимое!

Так, порождая «из самого себя и внутри себя несчетное множество индивидуальных образов, отдельных единиц сознания, обладающих различной степенью автономности и независимости»[19], Театр Реальности проявляет свой поистине вселенский юмор. «Диапазон этой божественной игры всех игр огромен – от галактик, солнц, планет, движущихся по своим орбитам, и лун, через растения, животных и людей до ядерных частиц, атомов и молекул. <…> Испытывая творческую страсть исследователя, ученого и художника, творческий принцип экспериментирует со всеми мыслимыми переживаниями в их бесконечных вариациях и сочетаниях…»[20], поет, танцует, играет, вверх ногами все опрокидывает и начинает сначала! «Умелец Игры играет как органист на органе, и совершенство этого органа трудно себе представить – его клавиши и педали охватывают весь духовный космос, его регистры почти бесчисленны, теоретически игрой на этом инструменте можно воспроизвести все духовное содержание мира».[21] Но при всем при этом играющее пространство невозможно схватить и удержать даже на мгновение! Невозможно определить и тем самым подчинить, возведя себя в ранг властителя, гения, Бога, режиссера и т. д. и т. п.

И почему?

Да потому, что шальной электрон в дерзких экспериментах квантовой механики при каждой новой попытке его исследовать принимает новую форму[22].

И о чем это говорит?

О том, что у Театра Реальности нет и не может быть формы, образа, или, лучше сказать – «сущности», так как «что бы мы ни попытались описать, наш Ум не может отделиться от этого»[23]. Он невольно оказывает воздействие, то есть творит форму того, что исследует, форму того, на что смотрит! И это означает, что, исследуя что-либо, например линии на своей ладони, мы видим прежде всего свой собственный «ментальный архив»!

Неуловимость Театра Реальности уходит своими корнями в так называемый парадокс восприятия.

И этот парадоксальный парадокс – действительно парадоксален! Несмотря на то, что его основные положения «запатентованы» за несколько тысячелетий до Эйнштейна и Гейзенберга, для многих он и сегодня прозвучит как атомный взрыв: мы живем и творим в мире, который сами создаем! И каким образом? О! Это самая высокая и самая веселая шутка из возможных! Обратите внимание – до настоящего момента мы годами собирали информацию о том, какова окружающая нас реальность. Но сегодня, как мы уже знаем, даже критически настроенные ученые способны признать, что обнаруженные ими мельчайшие частицы материального мира не существовали до того, как они начали их искать.

То есть под сомнение поставлена сама реальность объекта в отрыве от смотрящего на нее субъекта. И здесь, вместе с прозорливым Джоном Данном, можно восторженно воскликнуть: ох уж этот наблюдатель! «Невозможность полностью избавиться от этой фигуры постоянно затрудняет исследование внешней реальности. Как бы мы ни изображали вселенную, изображенное всегда будет нашим творением»[24]. Дж. А. Уилер утверждает то же самое: «Наблюдатели необходимы для того, чтобы вселенная возникла»[25]. Проще говоря, «чтобы наблюдатель имел работу под названием наблюдать, он должен создавать что-то, чтобы наблюдать это»[26]. И все это означает, что информация, собранная нами о жизни, не является истинной! Это только наша индивидуальная версия истины! Одна из ее многочисленных граней! Еще раз: информация, собранная нами о жизни, – всего лишь наша индивидуальная версия истины!

Теперь посмотрим в сторону авторитетов: в 1926 году Нильс Бор формулирует так называемую Копенгагенскую Интерпретацию квантовой теории, согласно которой «…мир-как-он-известен-науке не является моделью реального мира, но представляет собой модель человеческого Ума, который создает модель реального мира»[27]. Получается, что окружающий нас мир – «часть нас самих, наш собственный продукт, плод нашей логически-художественной картины»[28]. Другими словами, наше сознание может менять результаты любого внешнего эксперимента в зависимости от того, во что оно верит… Чуть-чуть иначе, своими словами: все, что мы воспринимаем извне, является проекцией наших собственных убеждений, возвращающихся к нам в формах того, что мы видим и слышим, то есть фантастическая игра нашего собственного воображения записывается нашим же сознанием как форма реальности! Экзистенциально-гуманистическая психология, проходя через «горнила» алхимического становления, приходит сегодня к тому же выводу, что и большинство квантовых физиков: «все, о чем мы говорим, сконструировано нашим умом», и все реально ровно настолько, насколько мы верим в отобранный нами обман восприятия, в так называемый trompe l’њil[29]. Внимание: отобранный нами обман глаз! И все это означает, что мы построили свои мнения, убеждения и уровни ожидания на опыте, который смело можно назвать иллюзорным!

Теперь, чтобы перевести это научно-абстрактное философствование в практическую плоскость, ответим на следующие вопросы: удовлетворяет ли нас наша версия реальности? Раскрывает ли она наш творческий потенциал? Чувствуем ли мы себя реализованными, добившимися того, о чем мечтали? Одним словом: рабо тают ли наши убеждения? Является ли она наша жизнь «настоящим делом»? Если да, можно аккуратно опустить эту книгу в ближайшее мусорное ведро. Если нет – добро пожаловать в Самоосвобождающуюся Игру (в дальнейшем – Алхимия Игры или Путь Игры).

Действующие лица Театра Реальности

Одним из самых сильных впечатлений в моем артистическом развитии (и спустя много лет я вынужден признать это) является наблюдение за тем, как моя маленькая дочь Анастасия играла в куклы. На сегодняшний день в моем довольно объемном артистическом багажнике этот опыт, несомненно, один из самых поразительных, возвышенных и чистых.

И как я определяю его?

Это – тотально естественное состояние Ума, в котором ребенок-бог через себя-играющего наслаждается процессом творения себя-действующего, себя-куклы. То есть: в этой возвышенной игре ребенок, отождествляющий себя с куклой, переживает массу самых разнообразных состояний, чувств и эмоций (от невероятного счастья до чудовищных болевых ощущений; плачет, бьется в истерике, безумно страдает, испытывает привязанность, ответственность за другого, героическое воодушевление и т. д.); ребенок-творец жесточайшим образом подвергает себя-куклу всем этим драматическим истязаниям, фонтанирует предельным обострением предлагаемых обстоятельств, то есть играет на полную катушку; а смотрящий на все это ребенок-бог переживает удивительный, родственный по своей природе сакральному, трепет и восторг, своеобразный экстаз, и вдохновение, и, самое главное, наслаждение процессом присутствия во всей этой самоосвобождающейся игровой потенции!

Итак, во время обычной игры ребенок присутствует в некоем крайне сложном с точки зрения современной психологии состоянии, в котором три уровня сливаются в одно целое. И речь здесь идет не о детях индиго, но об обычных детях и об их самом что ни на есть обычном положении Ума – в момент присутствия в процессе игры!

В дальнейшем, уже войдя в поток профессии, для того чтобы хоть как-то организоваться в неуемной игривости и тотальной неуловимости Театра Реальности и испытывая дерзкую амбицию к обобщению вышеописанного опыта, я счел возможным (а также невероятно интересным) использовать для этой работы несколько простых символов того дела, каким, волею судьбы, стал заниматься[30].

Итак, внимание! Если, отбросив все лишнее, попытаться ответить на вопрос: «Без чего театральная игра не может существовать?», мы придем к трем основным вещам:

• без того, кто смотрит (зрителя)[31];

• без того, кто играет (актера); и

• без того, в кого (или во что) играют (роли).

Проверено и доказано огромным количеством способов: большего для создания театральной иллюзии и, как мы выясним позднее, иллюзии жизни не требуется! Надеюсь, что люди «игрового типа» очень легко меня поймут, так как в качестве основных действующих лиц Театра Реальности я использую три основных аспекта их мира: зрителя, актера и роль! Еще раз: того, кто смотрит; того, кто играет; и того, в кого играют!

Я не претендую на новизну самой идеи, но в дальнейшем буду формировать и разворачивать карту игрового потенциала безграничных возможностей Пространства Театра Реальности на примере взаимодействия этих трех аспектов. Именно поэтому в тексте так много назойливо-акцентирующих внимание восклицательных знаков.

И еще раз, внимание!

Такова основная схема: зритель + актер + роль =театр реальности!

При желании, в обратном порядке: театр реальности =>то, что смотрит + то, что играет + то, во что играют!

Сразу же отмечу, что, будучи разделенными, зритель, актер и роль рассматриваются в Алхимии Игры как три неблагородныесубстанции. Но, соединяясь в одно целое, они обретают способность трансформировать свою разобщенность и ограниченность в единую благородную сущность – золото образа – самое мощное явление из возможных![32]

Добро пожаловать внутрь!

Три уровня Театра Реальности[33]

Итак, мы сами создали свой мир!

Каким образом?

Дело в том, что все процессы, происходящие в пространстве, непосредственно связаны с нашим мозгом. Более того, современные научные данные говорят о том, что структура внешней реальности формируется спектром частот волн нашей мозговой активности. То есть окружающий нас мир таков, каким отражает его воспринимающая способность нашего мозга. Еще раз: структура внешней реальности формируется спектром частот волн нашей мозговой активности! Чуть иначе: окружающий нас мир таков, каким отражает его воспринимающая способность нашего мозга!

И что все это означает? Уже с конца 60-х годов ХХ века (а в восточных культурных традициях немного – на 5000 лет – раньше) известно, что при работе мозга возникают электрические и магнитные поля. Наиболее сильные порождаются ритмической активностью коры, посылающей около 800 импульсов в секунду, что в наше время регистрируется электроэнцефалографическими приборами (ЭЭГ)[34].

А теперь будьте еще более внимательны!

1) Если колебания электрического и магнитного полей мозга достигают частоты 20–40 циклов в секунду, то мы обнаруживаем себя в плотном, двойственном мире. Мы разделяем его на «я» и «ты». На «то, что внутри» и «то, что снаружи». На «того, кто смотрит» и «то, на что смотрят». На субъект и объект. В игре я называю это внешним уровнем Театра Реальности.

2) Если же наш мозг балансирует на уровне 8–12 циклов в секунду, в этом состоянии реальность уже менее плотна, более способна к метаморфозам и трансформации, к перетеканию из одной формы в другую. Это внутренний уровень Театра Реальности, знакомый нам большей частью по сновидениям, а также по химическим и психотропным приключениям[35]. Еще раз, это – внутренний уровень реальности!

3) И, наконец, если наш мозг производит волны частотой 1–2 цикла в секунду и ниже, на этом уровне реальность предстает как абсолютная открытость вне форм и ограничений, пустота, обнаженный потенциал. «Здесь даже упасть некуда. Кругом сплошная пустота. De facto здесь нет никаких возможностей выяснить, имеет ли вообще место сам процесс движения».[36] И это – тайный уровень театра реальности!

Итак, структура Театра Реальности – многоплоскостная. Совсем в духе одного из отцов трансперсональной психологии Кена Уилбера[37] он состоит из внешнего, внутреннего и тайного миров.

В своей работе «Духовный путь» Уилбер указывает на то, что «великие духовные традиции сходятся на существовании трех аспектов реальности: грубого, тонкого и причинного уровней бытия. Грубый уровень – это тело, сенсомоторика, это мир, который мы воспринимаем в бодрствующем состоянии через наши органы чувств. Тонкий уровень – это мир ума и его проекций, который мы воспринимаем зримо во сне и в определенных медитативных состояниях. Причинный уровень – это царство чистого сознания, свободного от образов и форм, совершенно свободного и целостного. Мы соприкасаемся с причинным уровнем в состоянии глубокого сна без сновидений, где «нет ничего», но его тайны начинают воистину раскрываться для нас, когда мы входим туда в полном сознании, что случается в состоянии глубокой медитации.

Так как это фундаментально важно, повторю еще раз.

1) На внешнем уровне реальность представляет собой плотный, двойственный мир. Только здесь существует модель, в которой смотрящий отделен от того, на кого он смотрит. В гуманистических направлениях современной психологии этот уровень называется бета (β), в моей узконаправленной версии игры – уровнем роли.

2) На внутреннем – это способный к метаморфозам, неплотный, недвойственный, но тем не менее проявляющийся мир воображения и сна, называемый иногда парадоксальным миром. Научное название – альфа (α), в игре – уровень актера.

3) На тайном эта же реальность пуста, то есть свободна от каких бы то ни было представлений о себе. Научное название – дельта (δ), в игре – уровень зрителя.

Другими словами:

1) на внешнем уровне Театр Реальности проявляется как роль;

2) на внутреннем – как актер (то есть творческая потенция); и

3) на тайном – как зритель (то есть как пустая, смотрящая в себя основа всего сущего)!

Но самое интересное в том, что ни один из этих уровней в отдельности не есть реальность, – только все три вместе.

Внимание!

Запомним это на дистанцию всего дальнейшего чте ния – только все три вместе!

Получается, что о Театре Реальности можно сказать и то, что он есть, и то, что его нет, и даже то, что он есть и нет одновременно. Это действительно что-то фантастическое! Итак, мы очертили безграничную территорию большого Театра Реальности (или, говоря алхимическим языком, макрокосмическую орбиту). Теперь, следуя словам выдающегося японского актера Йоши Оида[38]: «Первое, чему должен научиться актер, это география собственного тела», есть смысл рассмотреть орбиту поменьше.

Инструмент «homo ludens»[39]

Исходя из того что у нас нет возможности определения реальности «как таковой» (мы можем описывать только свои идеи о том, какой реальность представляется нашему Уму), можно сделать вывод, что у нас не может быть чистой реальности, но только нейрореальность, то есть реальность, преломляемая через нашу собственную нервную систему.

Говоря словами из книги «Arcana artis» Мирчи Элиаде: «Делание можно довести до совершенства посредством ему же подобных вещей и в этом смысле совершающий Делание должен быть и сам объектом Делания»[40]. Идея не нова. Факт, что в физическом мире существует прямая взаимосвязь между явлениями макромира и микромира, испокон веков является общим местом. Микропроцессы, например расширение Вселенной с момента Большого Взрыва, происходят по той же схеме, что и процессы в микромире, на атомном уровне. Вращение планет вокруг звезд осуществляется идентично вращению частиц атома вокруг ядер. Формирование зародыша человека повторяет стадии эволюционного процесса всей органической природы.

Таким образом, в микромире нет ни одной прогрессивной схемы, которая не повторялась бы с поразительной доскональностью в макромире. То есть: «В теле актера действуют такие же законы, как и в теле зрителя»[41]. И логика этого соображения ведет к следующему: чтобы познать законы макро-театра, нам необходимо подробно рассмотреть то, что мы привыкли называть «собой», или «я», – наш персональный микро-театр!

В большинстве своем мы даже не подозреваем о том, что обладаем маленькой копией Вселенских законов Большого Театра Реальности, которая, если вспомнить схему, предложенную великим Фрейдом, образуется из трех «слоев» – бессознательного, подсознательного и сознательного: «Бессознательное – глубинный фундамент психики, определяющий всю сознательную жизнь человека и даже судьбы личности и целых народов. <…> Подсознательное (или предсознательное) – это особая пограничная область между сознанием и бессознательным. <…> Сознание – это поверхностное проявление психики на стыке с внешним миром, и зависит оно прежде всего от бессознательных сил»[42]. Таким образом, в трехслойном пироге Фрейда мы опять наблюдаем: смотрящее бессознательное, творящее предсознательное и действующее сознательное, то есть зрителя, актера и роль.

Понятно, что этот «персональный» микрокосмос всегда при нас, как мобильный телефон или ноутбук, но самое интересное в следующем: две вышеописанные модели Театра Реальности – это зеркальное взаимоотражение друг друга! И эта мысль, совсем в духе Григория Сковороды[43] и его китайского собрата по духу Чжуан-цзы, более чем важна: зеркальное взаимоотражение друг друга! «Он в тебе, а ты в нем», или «…внешний мир и я составляем единое целое»[44]! Это означает, что энергия не передается, но отражается мгновенно, зеркальным способом.

Итак: «Мы и мир – те половины, из которых состоит целое»[45]! «Человеческое тело и окружающая его энергетическая система являются миниатюрной копией более глобальной, универсальной системы» (Д. Шустерман[46]). В этом плане интересна также трактовка реальности, данная в конце 1940-х годов Н. Бердяевым: «Реальность возникает не сама собой, а в результате активности… субъекта, когда он мыслит, сочиняет, переживает»[47], то есть реальность – это не данность, а потенциальность.

Реальность неотделима от нашей творческой потенции, от того, как мы способны ее менять, с ней и ею играть. Но если Бердяев утверждает, что именно субъект (автор) своей активностью «делает форму формой, реальность реальностью»[48], то по Бахтину реальность – это не столько проекция личности, сколько диалог, «необходимое условие их коммуникации»! То есть здесь нет кого-то, кто работает на другого (и изначально нет вопроса, что первостепенно, курица или яйцо), но оба присутствуют в ситуации мгновенного взаимодополнения друг друга, взаимопроникновения и взаимообогащения. Это «динамичная паутина взаимосвязанных событий»[49] с потенциалом молниеносной коммуникации. Одним словом, «то, во что вы верите, – неверно! Ваша вера в истину истинна лишь в тех пределах, которые находятся между внутренним и внешним опытом. Эти пределы – ваши убеждения, через которые нужно переступить»[50].

Или, словами британского нейропсихолога Ричарда Грегори: «Наши ощущения не воссоздают непосредственную картину мира; они предоставляют возможность для проверки наших гипотез о том, что ожидает нас в будущем»[51]. Из этой же когорты утверждение Эйнштейна, что нелепо строить теории на основе одних только наблюдений, что теории сами решают, что поддается нашему наблюдению. И здесь, как говорится, не позволяйте фактам ввести вас в заблуждение! Осознание этого момента дарит нам неописуемый восторг! И почему? Потому что мы начинаем понимать, что обладаем безграничными возможностями! Так рождается то, что в Алхимии Игры мне нравится позиционировать как Человек Возможный[52], то есть Виртуальный (Homo Theatralis)[53]. Человек, который «есть» и «нет» одновременно! И это означает, что человек не является данностью, следуя зову так называемого инстинкта игры[54], он обладает потенцией. Точно так же как природа целостности зерна скрывается в потенциальности стать растением и принести плоды, так сила человека покоится не в том, что он есть, а в том, чем он может быть. Таково рождение Homo Virtus, или Homo Universale[55]!

Возможно, кто-то отнесется к этой идее как к «избитой» форме мистического идеализма. Но лично для меня, как и для огромного числа людей во всем мире, которые настойчиво демонстрируют новый взгляд на креативные возможности человека, это практический, то есть работающий идеализм! Это то, что приносит конкретные, фактические результаты. Но вместе с тем это, безусловно, схема, ограниченная конструкция, то есть один из бескон ечного числа способов описать неописуемые возможности потенциала Ума.

Природа Театра Реальности

Итак – о чудо!

Известная нам Вселенная организована не механистическим, но виртуальным образом[56]. Это означает, что «внутри атома материя не существует, а, скорее, „может существовать“; атомные явления не происходят, а, скорее, „могут происходить“»[57]! То есть сегодня окружающий нас мир можно смело назвать Вселенной возможности! Еще пример: когда на ускорителе происходит столкновение электронов и позитронов и они аннигилируют в пустоту, то есть исчезают, энергия, которую они несли, остается, она никуда исчезнуть не может. И естественным резонансным способом она оформляется в так называемый Z-базон, который мгновенно распадается. То есть как только возник, уже исчез. Причем со скоростью, которая неподвластна регистрации и на сегодняшний день вообще контролю ученых.

В итоге мы получаем безумную с точки зрения традиционного мышления реальность, в которой «кварк меняет свою семью или „вкус“, протон становится нейтроном и испускает позитрон и нейтрино. Материя и антиматерия нейтрализуют друг друга, чтобы стать чистой энергией. Энергия движения одной частицы трансформируется в другую частицу, и наоборот. Вследствие квантовой неопределенности энергии пространство вокруг нас наполнено невообразимо огромным числом частиц, имеющих мимолетное, призрачное существование»[58].

Если же взглянуть на эту тему совсем упрощенно, то «до виртуальной реальности мы стояли перед необходимостью выбирать одну из двух фундаментальных реальностей. Первая – это практический мир, населенный другими людьми, где ты не один и где ты должен есть и работать, чтобы выжить и т. д. А вторая – это внутренний мир твоего воображения, где ты сталкиваешься с бесконечностью своего воображения и его разнообразием, но при этом ты совершенно один в своих снах и грезах и в твоем психоделическом путешествии. <…> Таким образом, находясь между реальным миром, который груб и материален, и внутренним миром, исполненным жизни и красоты, виртуальная реальность предлагает нам третий вариант: мир, который так же объективен, как физический мир, и при этом так же, как и он, принадлежит всем людям, но в то же время является не материей, а потоком воображения и относится к сфере воображаемого в гораздо большей степени, чем мир реальный. И что самое потрясающее в нем – это возможность делать сны и грезы реальными, делать их объективными»[59].

Итак, «виртуальное» происходит от слова virtus – власть, возможность, сила. Это означает, что под термином «Виртуальная Реальность» понимается реальность в возможности (в становлении) в противоположность реальности актуальной. Сам термин предложен Джейроном Ланьером[60]. И если мы услышим то, что сфокусировано в короткой, емкой фразе: внутри атома материя не существует, а, скорее, «может существовать»; атомные явления не происходят, а, скорее, «могут происходить»! – то мы действительно «опрокинем на свой мозг радугу»[61].

Получается, что Мироздание работает по тому же принципу, что и частицы, названные в физике элементарных частиц виртуальными: «их особенность в том, что, с одной стороны, они есть, поскольку проявляются в процессе взаимодействия других частиц, но с другой – их, даже потенциально, нет в других частицах – они существуют только актуально, то есть только здесь и теперь – порождаются в процессе взаимодействия других частиц, выполняют свою функцию и исчезают, как будто их никогда и не было»[62].

Виртуальные процессы лежат также в основе современной квантово-полевой теории материи. В ней «элементарная частица» рассматривается как закристаллизовавшаяся, «замедленная» статистическая виртуальность. Другими словами, виртуальные частицы – это первичное состояние материи, из которого формируется уровень элементарных частиц. Так, виртуальные частицы на сегодняшний день манифестируют собой основной «строительный материал» динамического формирования основных элементарных частиц, а из них, далее, атомной и постатомной структурированности материи (Эрекаев В. Д. Виртуальное состояние ранней Вселенной. Концепция виртуальных миров. СПб.: Изд-во РХГИ, 2000).

Таков мой (или лучше сказать – наш) мир! В нем абсолютно все «существующие формы материи – лишь кратковременные соединения единой энергии… нет ничего постоянного… ни одной твердой формы… все, что переживается, – не более чем электрические волны в одном случае и частицы – в другом»[63], а следовательно, и сама реальность может рассматриваться как нечто, состоящее либо из отдельных частиц (атомов), либо из колебаний (волн). Это же видно невооруженным глазом: «большая часть живых форм, населяющих Мировой океан, погибает уже через несколько минут после рождения. Человеческая форма тоже довольно быстро обращается в прах и исчезает, как будто ее и не было. Трагично и жестоко? Да, но только если вы наделяете каждую форму индивидуальностью, забывая о том, что ее сознание – это божественная суть, проявляющая себя через форму»[64].

Например, «если в аквариуме родится малек и вы назовете его Джоном, выпишете ему свидетельство о рождении и поведаете ему историю его предков, а через несколько минут им закусит другая рыбка из этого же аквариума, вы очень расстроитесь. Но лишь потому, что вы вообразили его отдельной сущностью, каковой он никогда не был. Вы вычленили крошечный фрагмент из непрерывного динамического процесса, заострили внимание на одном молекулярном танце и представили его обособленным от остального Бытия существом»[65].

И одно существо пожирается другим несомненно с божьей помощью. И это означает, что «жизнь, если посмотреть на нее рационально и без иллюзий, представляется не более чем абсурдной историей, которая рассказывается слабоумным математиком. И когда наука докапывается до сути вещей, она обнаруживает там лишь нескончаемый безличностный танец черепашьихволн и грифоновых частиц. В какой-то момент частицы и волны сплетаются в гротескном, сложном мозаичном танце, при этом отдавая себе отчет в абсолютной абсурдности себя самих…»[66]. Так формулируется типичный игровой подход к Миру. И это первое, что очень важно твердо уяснить в понимании фантастической природы Театра Реальности.

Второе: «Мы не просто пассивно принимаем впечатления из „внешнего мира“, но активно создаем их! И это означает, что из огромного океана всевозможных сигналов наш мозг выхватывает только те, которые соответствуют нашим ожиданиям. Потом мозг организует эти сигналы в так называемый туннель реальности, который соответствует нашим представлениям о мире»[67], стягивает их в образ мышления и в итоге уплотняет в то, что мы определяем как реальность. Роберт Антон Уилсон называет это импринтированием[68].

В квантовой теории этот закон формулируется по-разному, но чаще всего физики выражают его так: «Нельзя исключить наблюдателя из описания наблюдаемого»[69]. Копенгагенская концепция утверждает даже, что в отсутствие наблюдателя реальности вообще не существует. И, наконец, еще один взгляд: «Наблюдатели необходимы для того, чтобы вселенная возникла»[70]! То есть: «Такие отличительные признаки, как „чистое“ и „грязное“, создаются Умом в процессе оценки. Если Ум считает что-то грязным, мы называем это грязным. Если Ум считает что-то чистым, у нас складывается представление о чистоте. Следовательно, все создает наш собственный Ум. Ум – творец. Вся Вселенная – не что иное, как Ум»[71]!

И все это означает, что сегодняшняя теоретическая физика уже способна доказать: в пустом пространстве существуют некие точки бифуркации, воздействие на которые «полем сознания» приводит к возникновению не только элементарных частиц, но и «более сложных физических объектов»[72]. Получается, что человек сам, посредством своих собственных творческих усилий «сводит сигналы из окружающего мира к своим собственным категориям и воспринимает лишь то, что прямо отвечает на вопросы, которые он сам способен задать»[73]. В итоге его мозг находит форму даже там, где ее нет вовсе! Одним словом, «мы видим то, чему верим»[74]. И так возникает важный онтоло гический вопрос: «А не начинается ли существование определенных форм с того, что мы их постулируем?»[75] Далее возможно только отступление из дневников Вернера Гейзенберга: «Одурев от опытов, я часто выходил в сад прогуляться и в который раз задавал себе один-единственный вопрос: неужели природа настолько абсурдна, какой предстает нам в наших атомных экспериментах?»

Итак, «наше воспринимающее „я“ не может быть найдено нигде в картине мира, потому что оно само и есть картина мира»[76]. Эти слова принадлежат Эрвину Шредингеру. А вот отрывок из древнеиндийского текста под названием «Аннутараштика»: «Это не Природное Бытие вызывает к жизни различные проявления. Они появляются, будучи созданными вами. Несмотря на нереальное, они становятся реальными благодаря моментальной спутанности восприятия. Великолепие этой Вселенной порождено вашей волей. Она не имеет другого происхождения. Поэтому ваше великолепие сияет во всех мирах. Несмотря на единственность, вы имеете много форм»[77].

Подведем черту: Театр Реальности – это беспредельно сложная оркестровка взаимоотражающих игр макро– и микромиров. Один – зеркально отраженная модель другого, и наоборот, а в итоге оба – одно неделимое целое! И это фантастическое на первый взгляд допущение помогает понять не только то, «почему наши фантазии, желания и страхи оказывают такое мощное влияние на реальные события, но и то, как материализуется созданный мозгом образ»[78]. Если перевести вышесказанное на язык Игры, то получится следующее: если энергия смотрящего пространства (зритель) осознана и «оседлана» нами, то мы будем способны оказывать влияние на обстоятельства внешнего мира; если же она не осознана и находится в состоянии бесконтрольности, обстоятельства внешнего мира будут оказывать влияние на нас и, как следствие, формировать нас. Говоря проще: «Или мы танцуем мир, или мир танцует нас»[79]!

Вывод: изучив «клавиатуру» своего микро-театра, мы можем оказывать мощное обратное воздействие на ткань макро-театра, внося изменения с помощью персонального творческого усилия. Тем более что, говоря словами Лурианской каббалы, «от самого человека зависит совершенствование высших миров и самого Бога»[80]. И это означает, что «легче расширить понимание „человека“, чем снова и снова изобретать Всевышнего»[81]. Согласен, для мозга, воспитанного в суровых традициях диалектического материализма, все это может звучать ошеломительно! Но предположим, что это пока очередная парадоксальная гипотеза.

Сцена Театра Реальности

Известно, что центром гравитации предмета является бесконечно малая точка, но, опираясь на нее, весь предмет находится в равновесии. «Это не интеллектуальное понятие и не физическое местоположение, которое можно было бы определить какой-то магической маркировкой. Это динамичный, вибрирующий, живой центр равновесия и стабильности».[82] Карл Юнг для обозначения того, что имеется в виду, использовал слово «мандала» (магический круг), в центр которого помещался некий Великий человек, Мастер, или Божество.

Следуя Платону, который, как известно, уже рассматривал круг как символ психики, в наше время круг или сферу как символ Самости определили К. Г. Юнг и М.-Л. фон Франц. Итак, традиционно считается, что круг выражает целостность психики во всех ее проявлениях, включая взаимоотношения между человеком и всей природой. Где бы ни появился символ круга: в примитивном культе солнца или современной религии, в мифах или снах, в мандалах, нарисованных тибетскими монахами, в планах городов (у которых есть мундус – центр) или сферических построениях древних астрономов, – он всегда указывает на единственный наиболее существенный аспект жизни – ее абсолютную завершенность. В этой связи интересно отметить, например, что индейский охотник племени наскапи рисовал своего Великого человека не в образе человеческого существа, а в виде мандалы (магического чертежа). Знаменитый круг мастера дзен Сангая также символизирует собой единство, закругленность, совершенство, или озарение человека. Абстрактные мандалы были характерны также и для европейского христианства. Это подтверждают окна кафедральных соборов, олицетворяющие человеческую Самость, перенесенную на космический план (космическая мандала в образе сияющей белой розы явилась в видении Данте). Таким образом, любое священное или мирское здание, город, схема проекта, имеющие в плане мандалу, являются проекцией архетипического подсознания на внешний мир (см.: Человек и его символы. М.: Серебряные нити, 2002).

Реальность всей культуры, «все искусство, религия, наука и технология, все, что когда-либо было сделано, сказано и продумано, произошло из этого созидательного центра»[83]. Известно так же, что «иммунная система организма коренится именно в этой загадочной стране… как и все архетипические образы и устремления»[84].

Итак, несмотря на монотонный голос скептика, мы решаемся предположить, что наши мечты прямо здесь и сейчас – реальность.

И это уже огромная победа! Фактически выход на сцену Театра Реальности означает «прокол в иное измерение»[85], обнаружение так называемого центра тяжести, или центра циклона, то есть того положения Ума, из которого мы можем легко «дотянуться» как до зрителя, так и до роли; но в то же время это не «пустая» плоскость зрителя, где не за что схватиться; но и не «окаменевшая», черная плоскость роли, где все уже застыло в форме (в маске); это та самая плоскость, где возможен живой танец, живой акт творчества-любви. Это непосредственное, открытое во всех направлениях место для игры, из которого разворачивается так называемый «театрон – место для зрелищ»[86]. Или лучше – площадка для танца[87], или, обращаясь к символам алхимии, rotundum – круг совершенства, в котором все находится в состоянии «сейчас и навсегда»[88]. Формулой Друнвало Мельхиседека: «Священное Пространство сердца, в котором познается собственный потенциал как источник всякого творчества»[89]; «Зона прозрачности»[90], или, словами Эрика Нойманна, «некое небесное место». Возвращаясь к Гессе, это сцена магического театра; для Матса Эка[91] – «Внутренняя Сцена», для Брайана Роута[92] – «безопасное место», «театр сна»; или еще мощнее: «состояние транса» (то есть глубокого расслабления); или более философски: «бытия», а не «делания»; или совсем просто: состояние «грез наяву». И наконец, для Сатгуру Свами Вишну Дэва – «Поле Игр Беспредельного»[93]. Одним словом, это не место, но как бы творческая потенция, «не пустота и не материя, а та промежуточная сфера утонченной реальности, которая адекватно может быть выражена только с помощью символа»[94].

Итак, внимание: сцена театра реальности – это эпицентр мира сновидений! rotundum – круг совершенства, в котором все в состоянии «сейчас и навсегда»! Именно отсюда, совсем в стиле магического реализма[95], как мощная пружина, разворачивается наша сумасшедшая фантазия о мире, о себе в нем, о качестве реальности… Иначе говоря, «если вы обнаружите пустую сцену внутри себя, вы обнаружите источник вдохновения»[96]. Вы обнаружите целое психической природы, которое «лежит посредине, как живое единство водопада предстает в динамической связи верха и низа»[97]. Одним словом: «Оставайся в центре круга, и пусть все вещи следуют своим путем»[98]. И вот – мы уже готовы предположить, что наши мечты прямо здесь и сейчас являются реальностью! Но – и это крайне важно – за рамки простого фантазирования подобная игра Ума выйдет только в том случае, если мы приступим к работе над своим проектом на частоте мозговой активности волн 8–14 ц/с, то есть из самого эпицентра Театра Реальности – с уровня альфа (или в версии игры – на уровне актера). Привлекая образное мышление, можно даже сказать, что вход в это положение Ума охраняется так называемым Стражем Забвения, или Стражем Сна. И это означает, что как только наш мозг успокаивается до частоты активности волн 8–14 ц/с, мы проваливаемся в сон и в момент пробуждения актера в нас, то есть в момент самого эффективного для творческой работы состояния, пребываем в бессознательности.

Внимание! Так мы просыпаем свою собственную гениальность!

Подведем черту: мощный «торнадо» нашей творческой потенции, обнимающий собой уровни зрителя, актера и роли, разворачивается из эпицентра альфа-уровня, то есть из позиции присутствия на сцене Театра Реальности. Приводя пример из области музыки, можно сказать, что это «промежуточная нота, которая, собственно, и создает аккорд»[99]. Ссылаясь же на слова Ананды Кумарасвами: «Бог везде, и это „везде“ – сердце»[100], можно даже с уверенностью воскликнуть, что сцена Театра Реальности – это и есть пробужденная, или, лучше, проснувшаяся творческая потенция!

Забегая немного вперед, можно даже сказать, что благодаря использованию методов игры граница между внутренней (сценой Сердца) и внешней (сценой Мира) сценами будет постепенно стираться, пока абсолютно не исчезнет и мы не окажемся на сцене Театра Реальности, которая вне разделения на «внутреннее» и «внешнее», на «здесь» и «там», на «я» и «ты».

Часть II

Алхимия игры

Я больше уже не человек, я ищу другой образ.

Даг Райт

Игра как она есть

Согласен, вопрос поставлен крайне амбициозно!

И вне сомнений, прежде чем двигаться дальше, есть смысл уделить внимание теме исторического контекста подобных исследований. Понятно, что этот феномен (феномен Игры) крайне многолик, и в данной главе я кратко коснусь только наиболее ярких его проявлений.

Итак, считается, что начало последовательным философским исследованиям феномена Игры положили И. Кант и Ф. Шиллер. Оба указали на сходство между игрой и художественной деятельностью, сойдясь на том, что в этом случае «проявляется человеческая свобода». Можно также сказать, что метафизика Игры ХIХ века вышла из игровой терминологии таких авторов, как К. Леви-Строс[101] и Ж. Ликан, а методологической основой для ряда теорий игровой деятельности становится на рубеже XIX–XX веков биогенетический закон Геккеля[102], согласно которому история развития индивидуального организма в сжатом виде повторяет основные черты и особенности развития тех форм, от которых он произошел.

Итог по всем работам XIX века подводит швейцарец К. Гросс («Игры людей» и «Игра»). Он начинает утверждать, что «непосредственным побуждением к Игре является регулярно образующийся в человеке избыток сил» и что Игра – первая «оковка» общества, «цепь, сплетенная из цветов». Далее особый вклад в теорию Игры вносит голландец Бейтендейк[103]. От игры с предметом и образом он ищет пути в духовную сферу, в область воображения и творчества: «Сфера игры – это сфера возможностей, фантазии, гностически-нейтрального»[104]. В дальнейшем немец Х.-Г. Гадамер в книге «Истина и метод» вводит понятие Играв аппарат герменевтики (теории понимания и истолкования текстов, произведений искусства, исторических событий и т. д.), а великий Эйнштейн признает, что «для объяснения событий во Вселенной наука не может предложить ничего лучшего, чем теория игр».

Нельзя не упомянуть также и Германа Гессе с его возвышенной «Игрой в бисер», которого, правда, на целое столетие опередил Иоганн Пауль Фридрих Рихтер (Жан Поль)[105], создавший удивительный художественный космос, построенный по законам игры. Играя метафорами, философемами и целыми традициями, он включил все сущее в универсальную трагикомедию смыслов, полную бесконечных отражений, подобий и образов. Вслед за Гессе немец Ойген Финн впервые ставит понятие игра наряду с такими феноменами человеческого бытия, как смерть, труд, любовь и т. д. «Языком трансценденции» называет игру немец Хайдеггер[106]: «Мы должны понимать бытие как субстанцию, исходя из сущности игры, и притом такой игры, в которой мы являемся смертными. Смерть есть неупоминаемый масштаб неизмеримого, то есть наивысшей игры, в которую человек когда-нибудь впадал, на которой он присутствовал».

Затем Максимилиан Волошин[107], в своем крайне дерзком и бесстрашном стиле, выводит игру за пределы морали и заявляет, что она «до добра и зла»[108]; глобалист Ясперс определяет «состояние мира как игры», а Гуссерль бесстрашно опускается в недра этого феномена, ставя вопрос об игре сознания, о том, как в смыслообразующем потоке ума строится картина мира. Метод языковых игр, в которых через «проигрывание» языка можно выявить его скрытые аспекты и возможности, предлагает Л. Витгенштейн[109], французский семиотик Ролан Барт[110] сравнивает текст со сценическим пространством, наполненным драматической игрой, а испанец Ортега-и-Гассет пытается решить проблему выживания человека в условиях игр «массовой культуры».

Театр возникает из очистительных обрядов. Бессознательные наплывы звериной воли и страсти, свойственные первобытному человеку, пронзаются музыкальным ритмом и находят исход в танце. Здесь и актер и зритель слиты воедино. Затем, когда хор и актер выделяются из сонма, то очистительный обряд для зрителей перестает быть действием, а становится очистительным видением, очистительным сновидением. Зритель современный остается по-прежнему тем же бессознательным и наивным первобытным человеком, приходящим в театр для очищения от своей звериной тоски и переизбытка звериных сил, но происходит перемещение реальностей: то, что он раньше совершал сам действенно, теперь переносится внутрь его души. И сцена, и актер, и хор существуют реальным бытием лишь тогда, когда они живут, преображаясь в душе зрителя. Театр – это сложный и совершенный инструмент сна. <…> Если же мы сами станем анализировать свое собственное сознание, то мы заметим, что владеем им лишь в те минуты, когда мы наблюдаем, созерцаем или анализируем. Когда мы начинаем действовать, грани его сужаются, и уже все, что находится вне путей наших целей, достигает до нас сквозь толщу сна. Дневное сознание совсем угасает в нас, когда мы действуем под влиянием эмоции или страсти. Действуя, мы неизбежно замыкаемся в круг древнего сонного сознания, и реальности внешнего мира принимают формы нашего сновидения. Основа всякого театра – драматическое действие. Действие и сон – это одно и тоже. <…> Зритель видит в театре сны своей звериной воли и этим очищается от них, как оргиасты освобождались танцем. Отсюда основная задача театра – являть воочию, творить сновидения своих современников и очищать их моральное существо посредством снов от избытка стихийной действительности. <…> Поэтому темой театральных пьес служит всегда нарушение закона (Максимилиан Волошин. Лики творчества).

Наиболее знаменитым исследователем теории игры заслуженно считается нидерландец Йохан Хейзинга. В своем основном и уже ставшем классическим труде «Homo Ludens (Человек Играющий)» ученый наглядно демонстрирует, что все сферы человеческой культуры (искусство, философия, наука, политика, юриспруденция, военное дело и т. д.) находят свои корни в игре и играются с самого начала: «Одна старая мысль гласит, что, если проанализировать человеческую деятельность до самых пределов нашего познания, она покажется не более чем игрой». Ортега-и-Гассет подобно Хейзинге считает, что игра стоит у истоков культуры, и подобно Гессе наивно видит единственный путь защиты культуры от тотальной дегуманизации в сохранении ее ценностей «аристократами духа» – интеллектуальной и творческой элитой. Эту мысль развивает так же, бельгийский драматург Мишель де Гельдерод. Для него «игра – единственный шанс, единственная реальная сила, способная вернуть реальности ее ценность и целостность»[111].

Вслед за этими персонажами особенно пристально всматривался в игру Н. Гартман. Говоря: «одно в другом играет», он приводит в пример поэзию, называя ее «полуконкретностью». В поэзии события реальны, так как описываются, но их нет, так как они выдуманы: «Они – плод игры и через игру осуществляются». Так, игра, по Гартману, есть способ бытия: «играющее значит являющееся». Крайне интересной кажется также книга М. Бахтина «Эстетика словесного творчества», в которой автор вскрывает коренное отличие искусства от игры, утверждая, что в игре принципиально отсутствуют зрители и авторы: «игра в них не нуждается, она будет игрой и без них».

В 1960-х на сцену выходит веселый пророк игры Тимоти Фрэнсис Лири, тщеславный, беспечный, высокомерный шут-провокатор, одержимый манией саморазрушения, признанный лидер альтернативной культуры: «Жизнь – это великий и смешной танец, и нам всем здорово повезло, что мы здесь. Все занятия человека – это не что иное, как развлекательное кино. Единственно возможная позиция – это радоваться и удивляться. Все в этом мире не так серьезно, не так важно, как это кажется. Мы все участвуем в гигантском шоу, и я искренне желаю всем вам принять в нем участие»[112]. Лири поддерживает его друг Джон Бересфорд: «Теперь все превращается в игру, и тигры ведут себя по тем же правилам, что и остальные игроки, раскрываясь в свете и цвете, под восхитительную мелодию свободной игры сознания». «В действительности только те, кто видит культуру как игру, могут принять эволюционную точку зрения, могут оценить и сохранить то великое, что призваны сделать человеческие существа. Воспринимать все как „серьезную, покоящуюся на твердых основаниях реальность“ – значит не понимать самого главного, с холодным безразличием игнорировать величие игр, которым мы должны обучиться».[113]

Среди современных естествоиспытателей феномена игры можно отметить так же Роберта де Роппа, который в отличие от вышеотмеченных довольно сложных и крайне запутанных исследований предлагает следующую очень простую схему: он разделяет человеческие игры на «материальные» и «метаигры». Все разнообразие первого типа вращается вокруг удовлетворения себя материальными благами: деньгами и тем, что на них можно купить, властью, общественным положением, сексом и т. д.; второй тип уводит за пределы этого мира, апеллируя к истине, красоте, знанию и т. п.

На вершине «метаигр» де Ропп размещает некую Великую игру – поиск пробуждения, или освобождения. И эта игра, с его точки зрения, сводится к тщательно продуманным механизмам проработки внутреннего мира, то есть своего собственного сознания, своих собственных мыслей и психоэмоциональных состояний.

Конечная цель – глубокое проникновение в природу внутренних игр, познание своего творческого потенциала, способного на чудесную трансформацию и процесс освобождения. Но «нужна какая-то очень большая внутренняя сила, чтобы прожить эту игру полностью».

В этом контексте интересной также покажется книга Станислава Грофа[114] «Космическая игра», в которой можно найти очень много общего с восточной философией (обогнавшей неторопливый Запад на несколько тысячелетий), например, с видением великого китайца Чжуан-цзы, у которого «весь мир – кладезь чудесных игр, бездонных неопределенностей и превращений».

Невозможно не упомянуть прекрасный текст современного мастера Сатгуру Свами Вишну Дэва[115] «Драгоценное ожерелье наставлений о Пути божественной Игры», в котором раскрывается феномен так называемой «Божественной игры» (Лилы) – «как спонтанное, беспричинное проявление Абсолютным Умом своих энергий без ограничений, накладываемых смыслом, логикой, законами кармы, без мотивации и стремления к результатам»[116]. Или, в Кодексе Мастера: «Мастер, будучи единым с Беспредельным Духом, живет в измерении Игры. Игра есть Путь, смысл и цель. Вне Игры есть только Ничто. <…> Мастер играет потому, что, после того как он стал Мастером, для него ничего не имеет смысла…»[117]

Георгий Гурджиев[118] в своих многотомных наставлениях утверждает также, что «цель любого духовного учения – сделать человека Актером с большой буквы, то есть сделать его играющим на самом себе». Его ученик, легендарный английский режиссер Питер Брук, в своей прекрасной книге «Пустое пространство» определяет игру как «развернутое в открытом мировом пространстве действо, в котором жизнь и личная трагедия человека предстают во всей своей полноте. <…> Все возможно, если у нас „под рукой“ пустое пространство».

В контексте рассматриваемой темы несомненно интересными покажутся тексты грандиозного японца Дзэами Мотокиё «Предание о цветке стиля», китайца Хуан Фань-чо «Зеркало просветленного духа», Пань Чжи-хэна «Пение феникса». И, вспоминая также примеры из буддийской, индуистской, суфийской, египетской и многих других культурных традиций, можно сказать, что в них термин игра употребляется прежде всего тогда, когда духовная практика становится легкой и не требующей усилий. Образ игры поэтически передается в этих культурах как медитативная самоуглубленность актера или танцора, отождествленного с качествами божества, и т. д. и т. п.

Сегодня Феномен Игры активно исследуют очень многие авторы, в том числе и психологической ориентации. Знаменитый создатель трансактного анализа Эрик Берн в книгах «Игры, в которые играют люди» и «Люди, которые играют в игры» (взяв за основу одну из идей Тимоти Лири) особым образом использует термин «игра», обозначая им так называемые автоматические жизненные стратегии. По мнению Берна, у ребенка, с которым, к примеру, жестоко обращались в семье, «автоматически вырабатывается „жизненная стратегия“ выступать в „роли жертвы“. В этом случае его отцу достается „роль насильника“, а его матери – „роль спасительницы“». Став взрослым, такой ребенок выйдет в мир, считая себя «вечной жертвой», и эта узкая, столь увлеченно разыгрываемая в семье игра превратится для него в единственный способ получать заботу и любовь через мучительный поиск актеров, желающих сыграть в пьесе его жизни роли спасительницы и преследователя.

Американка Жан Ледлофф в книге «Принцип преемственности» уже впрямую касается так называемого актерского диагноза – потребности человека «находиться на сцене перед большой аудиторией почитателей, чтобы доказать, что он действительно центр внимания, хотя на самом деле его гложет необоримое сомнение в этом. Болезненное позерство и нарциссизм – еще более отчаянные претензии на внимание, которое безрезультатно стремился получить в свое время ребенок от матери»[119]. Она также указывает на то, что можно проследить прямую связь между поведением матери и формированием будущего «актера».

В этом же направлении размышляет француз П. Бюгар. Он опирает мотивы актерского творчества на нарциссизм, эрос и агрессию. По наблюдениям ученого большинство актеров происходит из скромных и чаще всего неблагополучных семей, что наводит на мысль, что сценическая деятельность избавляет натуры определенного склада от неврозов, позволяя им сублимировать энергию либидо в страсть к самоутверждению, компенсируя недостаток внимания со стороны родителей в детстве.[120]

Дж. Дилбек, австрийский психотерапевт, также говорит о том, что всю эту бешено-невротичную игру под названием театр можно определить как вынужденную «самотерапию» детской травмы, уходящей корнями в отношения с матерью – «в мучительную потребность ребенка стремиться в центр вни мания Матери-Вселенной и в катастрофический недостаток этого внимания»[121], что впоследствии формирует человека, постоянно стремящегося в эпицентр одобрения Матери-Вселенной, постоянно борющегося за ее вознаграждение (то есть за аплодисменты).

Менстр Кирк, в своей более прямолинейной манере, утверждает даже, что «актерство – это болезнь!»[122], а изящная формула Чи Зудэ, что в XXI век мы входим под знаменем Поколения Актеров, действительно находит все больше и больше подтверждений.

Поколением Актеров Зудэ называет детей, которых вырастили обеспокоенные современными скоростями, вечно занятые и куда-либо спешащие матери; детей, страдающих так называемым комплексом Протея[123]. Это поколение детей, которые невероятно страдали от недостатка материнского внимания, и чем сильнее был этот дефицит, тем сильнее страсть Человека-Актера восполнить его за счет Сцены Театра или Сцены Жизни.[124]

В более общих чертах описывает современную ситуацию автор книги «Теория и театр» Андрей Павленко. Он утверждает, что к началу ХХI века «современное рас-творение Представления обнаруживает себя в специфической форме – „Представления в каждом“. <…> Разъединение человека и мира достигло такой глубины, что теперь нет необходимости „упаковывать“ это разъединение в „эстетически привлекательные формы“. <…> Каждый обязан представлять. Каждому позволено достигать успеха только в той мере, в какой он следует требованию осуществления „Представление в каждом“»[125].

Автор документального фильма «Игра Господа» Джейк Хорсли[126] выпустил блистательную книгу «Воин Матрицы», в которой вслед за сатаной Мильтона из «Потерянного Рая» утверждает, что «Ум – сам по себе, и внутри себя может Ад сделать Раем, и Адом – Рай».

Игорь Калинаускас в книге «Игры, в которые играет Я» вторит ему: «Только вы можете стать гениальным режиссером и главным действующим лицом этой великолепной игры, и только вам дано выиграть Себя, свою Жизнь, свой мир»[127].

Сегодня в мире вращаются сотни детально разработанных систем, иллюстрирующих принципы, например, финансовых игр. Они основаны на опыте людей, подогреваемых спортивным азартом виртуозно играть на сцене театра денег в игры денег, делающих деньги. «Эти люди любят игру денег больше, чем любую другую игру. Они уже знают, что деньги – не вещь, но просто идея, созданная и играющая в их голове».[128]

Мы можем наблюдать также, какой огромный наплыв игровых концепций испытывает педагогика (см., например: Зандер Б., Зандер Р. Искусство возможности), как формируются спортивные и научные игровые модели, и т. д. и т. п. И все это указывает на естественное рождение некоей новой парадигмы, наступление эпохи, эры культуры игры! И мир сегодня представляется как невероятных размеров виртуальный пазл, составленный из очагов-стеклышек игровых моделей, как сознательно, так и бессознательно создаваемых человеком для развития, наслаждения и всяческой самореализации. И любые человеческие проявления, как высокие, так и низкие, любые устремления, как вверх, так и вниз, все религиозные, социальные, политические, творческие, научные и другие модели – все это разные формы игровых конструкций, с помощью которых современный человек достигает той или иной технологической вооруженности в достижении своих крайне изощренных целей.

Итак, в контексте новой парадигмы сегодня такие слова, как театр, актер, игра, игровая потенция, роль, начинают использоваться все чаще и чаще в самых разнообразных контекстах и смыслах: артистические игры, технологии перевоплощения, Человек Играющий, Театр Сна, игровая терапия, магический театр, игра Ума, театр внутренних путешествий, искусство быть как собой, так и другим; театр виртуальных приключений и т . д. и т. п. И все это означает естественный запрос в информационной оснащенности, позволяющей современному человеку обнаружить себя на равных с игровым многообразием современного мира!

И еще раз: все это указывает на рождение некоей новой парадигмы, наступление так называемой эпохи игры!

Таков, как мне кажется, краткий обзор основных взглядов на феномен игры на сегодняшний день, доступных моему пониманию и пытливости.

Прямое введение в Круг Мастерства, или в Мистический Круг

Или, еще лучше, в магический театр![129]

Этот стартовый метод из разряда Технологий Священного[130] представляет собой живую, убедительную возможность искусственного обзора фантастических возможностей Театра Реальности, то есть прямого выхода за пределы двойственности. Она заимствована из практики Станислава Грофа и называется холотропным дыханием. В буквальном переводе этот термин означает «ориентирование на целостность» или «движение в направлении к целостности» (от греч. holos – «целое» и trepein – «двигаться в направлении чего-либо»). Сам метод основан на организованных формах интенсификации дыхания, благодаря чему карта Театра Реальности разворачивается в опыт непосредственного переживания и последовательного прохождения через несколько уровней самотрансформации. (В традиционной алхимии этот опыт рассматривается через символику Трех Ступеней: нигредо, альбедо и рубедо.[131])

Теоретически, достигая в потоке холотропного дыхания апофеоза, «наша автономность как бы размывается и исчезает. И в этом состоянии лучезарного единства мы ощущаем, что Вселенная – это единая энергетическая система, а вещи – это всего лишь преходящие электроволновые проявления… Мы как бы пробуждаемся от заблуждения обособленности своей формы и включаемся в космический танец, в котором все жесты, слова, действия и события равнозначны по ценности; исчезают „ты“, „я“, „он“; их мысли становятся нашими, ее чувства моими, и каждая клетка нашего тела поет песнь свободы!»[132] Говоря словами самого Грофа: «У нас возникает ощущение, что одновременно мы Всё и Ничто. И поэтому мы можем внезапно воспринять все формы пустыми, а саму пустоту – как обремененную формами. Так мы достигаем состояния, в котором способны ясно видеть, что мир одновременно и существует, и не существует»[133].

На самом деле у практики холотропного дыхания очень глубокие корни. Еще в 1882 году венский невропатолог Йозеф Брейер экспериментально доказал, что можно эффективно излечивать случаи невротизма и истерии, если, погрузив больного в гипнотическое состояние, приводить его к воспоминанию тех аффективных переживаний или конфликтов, которые когда-то были испытаны им, а затем ушли внутрь и как бы забылись. Этот метод гипнотерапии был назван Брейером катарсическим – от древнегреческого слова «катарсис» – очищение страстей. Через десять лет великий Фрейд заглянет чуть дальше и докажет, что выявление аффективных переживаний, ставших бессознательными, возможно и без применения гипноза. Для этого достаточно предложить больному длительно в пассивном состоянии высказывать все те мысли и ассоциации, которые как бы случайно приходят ему в голову, ничего активно не меняя в их течении. И это открытие станет днем рождения великого Психоанализа. Затем, спустя чуть более четверти века, в спор с великим учителем вступит непослушный ученик Карл Юнг. Он приведет неопровержимые доказательства того, что корни многих аффективных переживаний уходят далеко за пределы персональной сферы, за пределы непосредственной жизни индивида и далеко не ограничиваются проблемами, связанными с нереализованным сексуальным влечением. И только Станислав Гроф спустя более чем полвека примирит этих двух исполинов, позволив им встретиться на перинатальном уровне, так сказать, в утробе матери, как раз между персональностью и трансперсональностью. И эта встреча станет возможной в предложенной Грофом ситуации, когда больной сам, с помощью холотропной процедуры, превратится в своего собственного психоаналитика.

В этом положении Ума возможно все! Действительно все! Все чувства доступны! Потому что здесь «мысль и вещь равны по плотности»[134] и «мы можем „примерять“ разные настроения, меняя их, как одежды. Субъекты и объекты кружатся, трансформируются, взаимоперетекают друг в друга, сплавляются, вновь разъединяются, танцуют и поют!»[135] Это космическое шоу предоставляет нам возможность на время как бы «выйти из невротических обстоятельств своей роли и обнаружить возможность воссоединения с истоком»[136], на мгновение «не знать ничего, совершенно ничего»[137] и двигаться «в направлении центрального организующего принципа – архетипа трансцендентной внутренней жизни»[138].

Инициация[139] в этот углубленный процесс самоисследования приводит к одному из самых мощных опытов, возможных при прохождении через «холотропное дыхание», – так называемой встрече лицом к лицу с процессом смерти-возрождения, который тотально меняет картину физического мира. Так «на смену образа „твердой“ материи приходит представление об энергетических потоках»[140].

Или вот рассказ Раймона Абеллио: «Однажды, несколько лет назад, я прогуливался среди виноградников, охватывающих карнизом озеро Леман и образующих один из самых красивых пейзажей в мире. Он такой прекрасный и величественный, что мое „я“ расширилось и растворилось в нем, и неожиданно произошло событие, необыкновенное для меня. Я сто раз видел ниспадающую охру обрыва, синеву озера, лиловатость Савойских гор и глубины сверкающих ледников Гран-Комбен, но я впервые понял, что никогда не видел их. В тот день я неожиданно узнал, что я сам создавал этот пейзаж, что он был бы ничем без меня: „Это я тебя вижу, я вижу себя видящим тебя, и видя себя, я создаю тебя“. Этот подлинный внутренний крик – крик демиурга во время сотворения им мира. Он не только остановка старого мира, но проекция „нового“. И в одно мгновение мир и в самом деле был заново создан».[141]

Или вот еще: «Теперь я возвращаюсь назад… к Целому, частью которого являюсь… Какое счастье – вернуться! Да, теперь я наконец знаю, кто я такой, кем был с самого начала и кем останусь всегда… Я – часть Целого, мятущаяся, жаждущая вернуться, но живая, ищущая выражения в действии, творчестве, созидании, росте, больше оставляющая, чем берущая, а превыше всего жаждущая принести Целому дары любви… и в этом парадокс полного единства и одновременного существования части. Я познал Целое… Я – Целое… и, даже существуя как часть, являю собой всю полноту целого…»[142]

И еще: «Я растворился в море, стал кораблем, его белыми парусами и летящими брызгами, стал красотой и ритмом, лунным светом и высоким небом. Без прошлого и будущего, в мире и единстве со всем и в диком восторге я принадлежал к чему-то большему, чем моя собственная жизнь или жизнь Человека, – к самой Жизни! Как будто невидимая рука одернула занавес внешней видимости вещей. На секунду во всем был смысл»[143].

И этим историям нет конца. Уильям Блейк, например, говорит об этом опыте так: «Внезапно, без предупреждения, у меня возникло ощущение поглощенности пламенем, ощущение того, что весь я и разум мой заполнились облаком или дымкой розового цвета»[144]; Данте заявляет, что был превращен подобным переживанием «из человека в Бога»; Яков Бёме: «Земного языка недостаточно, чтобы описать все то радостное, счастливое и прекрасное, чем полнятся внутренние чудеса Бога»; Тютчев, вторя Гёте, определяет это словами: «Всё во мне и я во всем»; Илаханем восклицает: «Сандосиам, Сандосиам Эппотам!» – «Радость, везде радость!» Поль Валери: «Бывают минуты, когда все тело мое освещается. Я вдруг вижу себя изнутри». Олдос Хаксли: «…Букетик цветов, сиявший собственным внутренним светом. Эти складки – что за лабиринт бесконечно многозначительной сложности!.. Я видел то же, что и Адам в утро своего творения, – длящееся миг за мигом чудо обнаженного бытия»[145]. Герхард Дорн: «Так он (человек) придет к тому, чтобы своим внутренним взором (okulis mentabilis) увидеть несчетные искры, сверкающие день ото дня все сильнее и сильнее и переходящие в яркий свет»! Эдвард Карпентер: «Глубокий, глубокий океан радости внутри»; Уолт Уитмен[146]: «Я доволен – я вижу, танцую, смеюсь, пою… Я странствую, изумляясь своему собственному свету и ликованию! Я пою для тебя, о смерть!»

Так мы выходим за пределы узкого, хилотропного модуса сознания[147] и запускаем естественную динамику нашей устремленности к совершенству. Так мы «призываем из бездонных глубин нашего сердца себя-Бога, обретая понимание, что сознание, энергия и телесная форма – суть одно»[148]. И это означает, что мы перестаем быть куклой, марионеткой, сансарной обезьяной[149]. Куда бы мы ни взглянули в окружающей нас природе, говоря словами Яна Сметса, «мы не видим ничего, кроме целостностей. И не просто целостностей, а иерархических: каждое целое является частью какого-то более крупного целого, которое само входит частью в еще большее целое. Поля внутри полей внутри новых полей, протянувшихся через космос и связывающих каждую и всякую вещь с любой другой»[150]. Так мы «выходим за пределы актерского мастерства»[151] и начинаем понимать, что «жизнь – это бесконечная творческая игра (пьеса). Участие в этой игре – высочайшая радость. Мы – соавторы каждого мгновения жизни с универсальным творческим потенциалом»[152].

Мастера китайского театра не случайно провозглашали «сущностью театра чистую радость игры (Си), которая выс тупала как акт внутреннего самоопределения человека»[153]. Так «наш новый мир зовет нас к себе»[154]! И теперь важно правильно направить этот эволюционный процесс.

Банк позитивных впечатлений

Когда «каникулы» заканчиваются, мы включаемся в работу по сознательному освоению территории Театра Реальности, или, в практической версии, Круга Мастерства. В системе методов самоосвобождающейся игры строительство этого магического круга начинается с сознательного накопления в Уме так называемых позитивных впечатлений. Более прибыльного банка в принципе не существует, так как здесь – самые высокие дивиденды!

Достаточное количество позитивных впечатлений трансформируется со временем в качество взгляда, позволяя раскрыться целостному, самоосвобождающемуся мировидению. Таким образом, именно Банк Позитивных Впечатлений выделяет средства на приобретение новой, более совершенной версии реальности.

И как все это работает?

Как мы уже знаем, природа Театра Реальности изначально пластична. То есть не существует какой-то одной реальности, так как в каждом отдельном случае она имеет особую структуру и форму в зависимости от того, кто и в каком состоянии ее воспринимает, то есть «наблюдатель (в нас) создает наблюдаемое», и это означает, что возможности воспринимаемого нами мира зависят от того, что мы считаем для себя возможным.

Исходя из этих фантастических положений и следуя словам Торо: «я не знаю более мощного факта, нежели способность человека возвышать свою жизнь путем сознательных энергичных усилий»[155], а также поддавшись очарованию идей великого идеалиста Ухтомского[156], мы начинаем с того, что решаем видеть окружающий нас мир на максимально высоком уровне! Так, не задумываясь о последствиях, мы дерзаем поднять планку восприятия в своем Уме на самую высокую метку! И это действительно очень мудро, так как внешний мир – это зеркальное отражение нашего внутреннего потенциала. Таким образом, в центр нашего видения реальности мы помещаем идею о том, что «все возможно».

Например, как гласит квантовая теория, «электрон, находящийся в атоме, при определенной стимуляции может исчезнуть с одной орбиты и появиться на другой. Иными словами, он не передвигается в пространстве с одного места на другое, он просто исчезает с одного уровня и тут же проявляется на другом. <…> Но прежде чем электрон окажется в состоянии покинуть привычную орбиту, ему необходимо накопить достаточное количество энергии. Так, подобно электрону, накапливающему энергию перед скачком, человек, желающий покинуть старый, насиженный уровень и совершить качественные перемены, должен „с головой“ окунуться в позитивные фантазии и мечты, для того чтобы увидеть свою жизнь на новом уровне. Только после этого он может заявить о своем праве перейти на иную ступень социальной лестницы»[157]!

Еще раз: возможно все!

И именно благодаря внутреннему убеждению в этом мы начинаем перепрограммировать свой Ум с позиции бедного и вечно в чем-то нуждающегося человека на позицию богатого и сильного! Так, следуя технологии Бенджамина Зандера[158], по которой мы всем своим партнерам изначально ставим высшую отметку, а также в соответствии с законом, которому американский социолог Роберт Мертон[159] дал название «эффект Матфея», имея в виду библейское изречение «имущему дается», мы своей собственной рукой подписываем контракт на поднятие фактически «неподъемного» веса! Но мы уже очень хорошо знаем: пространство не может надорваться. В нем возможно все!

И еще разок: высочайшая отметка, поставленная самому себе, «не имеет ничего общего ни с хвастовством, ни с возросшим самолюбием! Ее назначение не в том, чтобы вести счет нашим личным достижениям. Эта оценка снимает нас с того пьедестала, на котором лишь две ступеньки – „успех“ и „поражение“; она похищает нас из „мира измерений“ и переносит во „Вселенную возможности“. Эта система координат позволяет нам разглядеть в себе человека и быть тем, кто мы есть, не сопротивляясь нашим склонностям и не отрекаясь от них»[160]. И это как раз то, с чего начинается практическая Алхимия.

Мотивация

Необходимость в правильно организованной мотивации имеет очень глубокие корни в нашем Уме. Как известно, в нашем мозгу имеются участки, способные реагировать на нейротрансмиттеры: опиоидные пептиды (энкефалины, эндорфины), а также на другие «гормоны удовольствия». Синтезом и выделением всех этих веществ сам же мозг и управляет. Установлено также, что с помощью этих веществ можно подкреплять те или иные формы поведения. И именно таким образом «наш мозг вознаграждает сам себя за некоторые виды деятельности, которые, по-видимому, предпочтительны ввиду полезности для адаптации»[161]. Таким образом, наша «внутричерепная машина» обладает уникальной системой самопоощрения, что и служит для него «главным механизмом мотивации»[162] к тому или иному творческому процессу. И если мы находим приемы, позволяющие стимулировать эту внутреннюю систему самопоощрения и повышать ее чувствительность, то можем во много раз увеличивать эффективность своих творческих устремлений.

Как же можно проявить и воспитать свою мотивацию?

Методологически этот процесс выглядит очень просто: мы сознательно решаем стать – зеркалом мира! Еще раз: зеркалом мира! Ни больше, ни меньше! И это действительно очень «большой вес». Вес, который нам предстоит поднять самим! Технологически это означает, что в ситуациях, когда сами люди не видят себя уникальными или великими, мы стараемся видеть их таковыми. Возможно, они чувствуют себя даже никчемными или ничтожными, мы же отражаем их подлинный потенциал. То есть не то, какие они есть, а то, какими они могут быть![163] Ведь мы даже по себе знаем, что «в общении человек оценивает не то, насколько другой интересен, но то, насколько другой подходит для реализации его собственной значимости»[164].

Еще раз: не то, какие они есть, а то, какими они могут быть! К слову сказать, это объемное видение называется в Игре виртуальным. Используя его, мы «видим человека таким, каким замыслил его Бог и не осуществили родители»[165]. Мы как бы надеваем на него рубашку на два размера больше, на вырост, и утверждаем, что его способности действительно соответствуют этим возможностям!

Идея не нова. Во многих педагогических и психологических дисциплинах, а также в восточных «системах просветления» считается, что, видя других на максимально высоком уровне, сильными и значительными, то есть помогая им достигать того, чего они действительно хотят, мы получаем в ответ «впечатления богатства». Благодаря этому, казалось бы, искусственному процессу наш собственный Ум становится более счастливым и, как следствие, открытым к радости, силе и еще большему росту. Мы ведь отлично знаем: наблюдатель создает наблюдаемое! То есть наша реальность такова, какой мы ее видим, или завтра будет такой, какой мы ее видим сегодня. Эту часть нашей внутренней работы можно сравнить с «олимпийским» канадским трамплином. Без него наш Ум не перестанет быть ориентированным на то, чтобы хватать и присваивать себе свободное игровое проявление Театра Реальности, а это положение бедного, невротичного и зажатого Ума, не способного отдать другим, а следовательно, и создать ничего, что было бы действительно им полезно.

Итак, первый и самый главный код в системе кодов пути самоосвобождающейся Игры: наше самораскрытие начинается с мысли о других! Предложенный 2500 лет назад самим Буддой, этот метод действительно поражает свой незатейливостью. Когда он появился в моем кармане, мне уже не так сложно было оторвать руки от земли, а мой хвост значительно уменьшился в размерах. И это как раз та техника, которая, следуя поучениям остроумнейшего барона Мюнхгаузена, позволяет взять себя за косичку парика и вытащить из болота нигредо.

Еще раз: фундаментом для выхода за рамки территории роли является богатый позитивными впечатлениями и доверяющий своей собственной силе Ум, в открытом, ясном и безграничном пространстве которого появляется виртуальная потенция Человека Возможного. Человека, кости которого убеждены в том, что возможно все!

Очищение

Это долгосрочный проект, и он непосредственно связан с процессом накопления позитивных впечатлений в Уме. Традиционно «очищение подразумевает освобождение энергии от материи для того, чтобы энергия могла объединиться с Умом»[166]. Можно сказать, что здесь работают те же законы, что и в процессе наращивания физических мышц в тренажерном зале, только речь идет об Уме. А работа с Умом, как известно, требует в десять раз больших усилий, времени и количества повторений одного и того же действия. Поэтому, «если у вас есть возможность не входить во все это – не входите»[167], это очень тяжелая работа! Невероятно тяжелая!

И что же такое – очищение?

Очищение означает, что реализовано только то, что отдано! То есть свободно от личностных хватательных рефлексов, очищено от присваивания себе. Наилучшим, с моей точки зрения, примером здесь будет театр марионеток и его деревянные актеры. В свое время мне довелось насладиться несколькими эталонными представлениями этого удивительного искусства. И каждый раз я наслаждался уникальным мастерством деревянных актеров быть тотально свободными от личностных хватательных рефлексов, то есть тотально чистыми.

Например, в бирманском театре марионеток Йоке Тай Табини есть божество Нангадо. Оно украшает рукоять-крестовину, с помощью которой актер театра приводит марионетку в движение. Нангадо является предводителем очень капризных духов (Нат-с), которых перед каждым спектаклем следует умилостивлять. Нангадо изображается голым, в форме гермафродита, то есть одновременно как с мужскими, так и с женскими половыми признаками. Перед тем как начать работать с куклой, артист театра должен с помощью определенных заклинаний пробудить магическую силу Нангадо и отождествить себя с ней. Таким образом, кукловод оказывается в позиции, в которой, подчиняя себе марионетку, сам подчиняется более могущественному кукловоду, как бы отдаваясь в его руки и, следовательно, очищаясь.

Психологически эта модель программируется следующим образом: нет лучшего способа получить все богатство мира, чем мысленно изо дня в день отдавать все, что имеешь, безгранично богатому Творческому Принципу Вселенной. Нет лучшего метода обрести столь желанный для артистов талант, чем изо дня в день отдавать Творческому Принципу Вселенной само представление о том, кто хочет иметь этот талант. Нет лучшего способа обрести любовь, чем подносить представление о том, кто хочет любить и быть любимым, изначально исполненному любви Творческому Принципу Вселенной.

Выглядит довольно тяжеловесно. Для практического использования нужны подробные комментарии. Дело в следующем: когда идея о себе как о ком-то, кто может иметь что-либо, растворяется, все необходимое возникает само по себе, без усилий, так как, «именно отдавая, человек получает; именно забывая себя, себя находит»[168]. То есть технологически это предполагает своеобразную переинсталляцию, освобождение своего биокомпьютера от старых и неэффективных эго-программ, «личиночных» накоплений и загрязнений, для того чтобы на это освободившееся место можно было загрузить новый, намного более скоростной и оснащенный неличностностью взгляд.

Итак, реализовано только то, что очищено от личностных хватательных рефлексов! И это очень важно услышать! Мы имеем право взять из этого мира ровно столько, сколько в силах ему дать![169] Так мы готовим себя к будущему успеху, защищая акт творчества зрелой «неличностной» мотивацией. И это один из самых важных моментов духовной сделки с творцом: «Получив великий Дар, ты уже не в состоянии оставить его себе. Для того чтобы продолжать путь к беспредельным возможностям, тебе приходится отдавать, отдавать и снова отдавать – так, как отдает Бодхисатва, чьи руки и сердце настолько горячи, что, если не раздать обретенный дар, он просто сгорит дотла»[170].

Ха!

Квантовый скачок

Результатом очищения является осознание, что все происходит «на наших ладонях». Метод, который помогает утвердиться в этом, называется в игре квантовым скачком[171]. И он базируется на природной доверчивости смотрящего в нас пространства.

Дело в том, что всемогущий зритель (как внутри нас, так и вовне) не отличает реальные события от событий, которые мы ярко себе вообразим. Для него реально все, во что мы верим, как в реальное! Профессиональные артисты очень хорошо знают, когда зритель отвергает их фальшь, начинает зевать, кашлять, ронять номерки и т. д.; и наоборот – будучи обескураживающе наивным, он готов поверить в самую несусветную чушь, если сам артист непоколебимо в ней убежден. Здесь нет никаких ограничений! Абсолютно никаких! Все передаваемые из уст в уста фантастические истории о чудесах, по сути, рассказывают о людях, которые сознательно или неосознанно обнаружили внутри себя некую реальность, в которой эти чудеса действительно были возможны. Систематически утверждаясь в переживании этой реальности, они в конце концов делали ее достоянием внешнего мира.

И точно с таких же позиций рассматривается вопрос о наличии в мире Бога или любви: если человек сам творит свою Вселенную, он сам и заполняет ее всем необходимым: величием или низостью; любовью или ненавистью; божественностью или демонизмом. Отсюда следует, что вопрос о существовании Бога, любви или каких-либо других высоких идеалов зависит только от того, прилагает человек творческие усилия, чтобы наполнить ими свой мир, или нет! И с точки зрения этого мощного механизма самой досадной ошибкой будет позволить кому– или чему-либо разрушать или как-либо ограничивать нашу способность творить свою мечту!

Итак, «пока мы линейно отслеживаем реальность, она не меняет своего качества. Изменение происходит посредством квантового скачка в момент, который мы не можем отследить сознанием. К новому состоянию можно прийти только через состояние неопределенности, когда мы переходим к целостному взгляду, отказываемся от контроля в мелких деталях»[172]. Так, опираясь на багаж позитивных впечатлений в Уме и следуя идеалистическим наставлениям таких выдающихся мыслителей, как Платон: «…Чтобы жить достойно и не быть раздавленным социальной обыденностью, необходимо, в творческом подъеме, вызвать образ, вообразить иной мир, новое небо, новую землю»[173] – и Уолтер Батлер[174]: «Мы должны построить свою собственную вселенную, здесь, в этом мире», – мы, совсем в духе артистического безрассудства, бесстрашно разбегаемся и прыгаем! И что это означает? Мы воображаем в своем уме некое идеальное место, где наши мечты уже являются реальностью!

Медитация

После стартовой техники искусственного введения в «картографию» Театра Реальности я применяю в Игре методы медитации, или, пользуясь европейской терминологией, концентрации внимания. Эти техники «доступа во внутренний мир», подобно экзерсису для Ума, призваны утвердить и организовать искусственно созданный «камертон» присутствия в переживании потенциала Театра Реальности за счет систематического тренинга и самостоятельных творческих усилий.

И что же это за методы?

Медитация означает «пребывание в том, что есть»[175], или «в настоящем»; «хранение единого»[176], или состояние «свободы от известного»[177]. В понимании тибетского буддизма медитировать означает «испытывать стабильное состояние Ума»[178]. Мастер буддийской медитации Тартанг Тулку[179], например, говорит о позиции «0»: «ноль дает существующему разрешение быть»; для Калу Ринпоче[180] медитация – это «способ вхождения в состояние всеобщей взаимосвязанности»; цель трансцендентальной медитации Махариши[181] – отразить разум Природного Закона; языческие источники говорят о методах углубления в себя как о формах диалога с «Той, что знает»; Упанишады определяют медитацию как средство «познания Того, знание чего дает знание всего»; на алхимическом жаргоне медитация чаще всего это «Strenua inertia», то есть деятельная праздность; по определению Руланда, слово meditatio иногда употребляется алхимиками для указания на внутренний диалог адепта с кем-то невидимым (с Богом, с самим собой в образе учителя, с непосредственным учителем, с ангелом и т. д.).

В «Hermetic dictum», например, термин meditari используется как созидающий диалог, посредством которого вещи переходят из бессознательного в активное состояние; для Тезауруса Роже слово meditation означает обнаружение семантического пространства, в котором рациональное и иррациональное присутствуют как атрибуты целостности. Для Юнга это «обнаружение Я (self) в тихой точке середины вещей». Для Чарльза Тарта это проникновение в «среду, в которой человек воспринимает себя „нереальным“»[182]. По словам Стивена Волински[183], это «состояние без состояния», для Кена Уилбера – способ «вырваться из кинофильма жизни», для Арнольда Минделла – «развитие метанавыка»[184]. Для Тринле Гьямцо – искусные методы, с помощью которых аннулируется «точка отсчета» самоидентификации[185]. В контексте Пути Игры я называю медитацию пребыванием в Золотом Сечении Образа.

Говоря обо всем этом, я прекрасно понимаю, что «не рассказываю ничего нового. Мудрецы прошлого всегда говорили одни и те же слова, а когда они писали, то всегда получалась одна и та же книга. Они всегда передавали нам один и тот же сигнал, повторяемый на разных языках, с использованием метафор времени и исторической эпохи, в которую они жили. Но сигнал был один: „Отключите сознание. Выйдите из собственного эго и посмотрите на него со стороны. Прекратите хотя бы на миг роботическую деятельность. Прекратите игру, в которой участвуете“»[186]. Игру, в которой «опьяненные существованием во времени, озабоченные клеванием, мы забываем дать жизнь той части себя, которая смотрит»[187] и все рационализирует.

«С отказом от привычки к рациональной мысли / интерпретации мир рушится, и остается только чистая энергия, сознание – код. Этот код можно прочесть или переписать, как того пожелает воображение».[188] Так постепенно в процессе медитации «линейный» мир ролей уступает место «нелинейной» творческой реальности актера, объединяющей все противоположности в единое целое благодаря знанию о пустотной природе зрителя. То есть мы начинаем как бы меньше смотреть и больше видеть. Говоря словами Питера Брука, «чтобы добиться определенного качества, надо прежде всего создать пустое пространство. Пустое пространство способствует рождению нового явления»[189]. Мистер Судзуки[190] более технологичен: «Пусть тело и ум станут похожими на камень или кусок дерева. Когда же все признаки жизни уйдут, а вместе с ними ограничения, и ни одна идея не будет беспокоить ваше сознание, вдруг – смотрите! – вас внезапно окутает ясный свет, из которого лучится радость!»

Итак, с чего же мы начнем?

Дадим своим глазам мягко закрыться и сосредоточимся на дыхании. Вдох – выдох, вдох – выдох. Это легко.

Теперь попробуем сознательно сконцентрироваться на тире, то есть той самой черточке, которая разделяет вдох – выдох на две части. Это означает, что между вдохом и выдохом есть пространство, так называемый пустой экран. Обнаружили? Продолжайте: вдох – пространство – выдох, вдох – пространство – выдох.

Теперь чуть сложнее: между выдохом и новым вдохом тоже есть пространство. Обнаружили? Пробуем: вдох – пространство – выдох – пространство – вдох – пространство – выдох – пространство…

А теперь совсем сложное задание: удержим пустое пространство, на которое спроецируем вдох – выдох, как фильм на экран. Это будет выглядеть следующим образом: пространство – пространство – пространство – пространство… а на его фоне вдох – выдох – вдох – выдох – вдох – выдох…

Еще раз про то же, но чуть иначе.

Многим известны истории о «странной» привычке Моцарта, который в периоды подавленности и творческой растерянности уходил на пруд, где рвал несколько листов бумаги на маленькие кусочки, бросал их в воду и затем часами смотрел на их медленное кружение. Считается, что так он входил в нелинейное состояние, в котором мог переживать события не с точки зрения времени, последовательно, но с точки зрения Вечности, то есть одновременно: «Я не прослушиваю в своем воображении партии последовательно, я слышу их звучащими одновременно»[191].

Это один из ярких примеров спонтанной самоорганизации Ума великого художника. Механизм этой шутки гения очень прост: во-первых, когда мы удерживаем Ум на одной точке, концентрируя его, например, на биении своего сердца, энергия, повязанная множеством различных объектов, освобождается и мы оказываемся в переживании энергетического избытка, и это одна сторона медали; другая в том, что, используя даже самую простую форму медитации, то есть концентрируя внимание на кончике носа (на точке, где, как мы чувствуем, входит и выходит тоненькая струйка воздуха), мы позволяем «когортам» мыслей и чувств «маршировать» в том направлении, в каком им нравится, с одной стороны – не вступая с ними в бой, с другой – не следуя за ними. И «какие бы объекты ни проявлялись, мы не стремимся схватить их и, в то же время наблюдая с острой бдительностью, спокойно расслабляемся. Возникающее светоносное состояние, лишенное измышлений, в котором не удерживаются ни понятия, ни явления, – это изначально освобожденная природа Ума, глубинное состояние Царя Всетворящего»[192].

Итак, мы начинаем вырабатывать в своем Уме так называемую дистанцию к играм собственной роли, то есть перестаем следовать за картинками в Уме (как ослики за болтающейся перед носом морковкой). Мы перестаем хватать их, но позволяем резвиться «как детям в песочнице». Мы обнаруживаем тот самый «центр тяжести», вокруг которого по-прежнему радостно и спонтанно «вихрится» все многообразие мыслей-явлений, с одной только разницей – мы больше не пойманы этой «ментальной оргией»! Таков механизм достижения так называемой вивенции[193], механизм проникновения в «безмолвную зону» мозга. Фактически все медитации из компендиума Алхимии Игры заканчиваются проникновением в лучистое сияние «пустого пространства»[194] Театра Реальности, которое за играющими в нем трагедиями и комедиями; в сияние самого зеркала за отражающимися в нем картинками; в белизну самого экрана за бесконечным мельтешением ролей.

В начале 90-х годов прошлого столетия известный американский психолог Эрнест Росси, изучавший активность мозга, обнаружил, что не обремененный необходимостью что-либо делать человек пребывает в сознании 90 минут, затем на 20 минут впадает в измененное состояние сознания, в некий транс – и так весь день. Росси назвал этот процесс ультра-ритмом и экспериментально доказал, что «такой ритм свойствен для тех, кто свободен заниматься тем, чем хочет» (Росси Э. Двадцатиминутный перерыв. М.: Изд-во «Остров», 1999). Таким образом, люди артистического стиля жизни имеют естественную склонность к проникновению в состояние, которое в игре я называю Сценой Театра Реальности, уровнем альфа (α) или – позицией актера, то есть творящего существа.

Подведем черту.

Человечеством создано множество различных форм медитации. Как простых, так и сложных. Но у всех одна и та же суть: Ум приводится к состоянию покоя (на уровень 8–14 ц/с), и затем из положения, когда его ничто не беспокоит, происходит глубокое проникновение в природу не-игры, в положение «0», в пустоту, в состояние естественного свечения и богатства. То есть, «концентрируясь, мы совершенно естественно возвращаемся к сути света – загораться, освещая все вокруг»[195]. Как говорят мастера, этот опыт – первый шаг к обретению бесстрашия! И именно оно имплантирует в наши кости вкус к свободе! «Поэтому настойчиво изучай, медитируй, трудись, работай, варись, и очистительный поток омоет тебя, проявляя подлинную Aqua Vitae».[196]

Механика творческого процесса

Начнем с того, что попробуем расшифровать один из советов великого Дали: «Работать надо в состоянии, близком к полудремному»[197]. Известно, что в состоянии бодрствования наш мозг способен обрабатывать не более 20 % поступающей в него от органов чувств информации, остальные 80 % просто не доходят до сознания.

Но это только в состоянии бодрствующей роли (на уровне бета – β). Важно также отметить, что в состоянии медитации (на уровне альфа) в работу одновременно включаются оба полушария головного мозга, особенно верхние доли, или церебральный кортекс. Как известно, левое полушарие, более логическое, отвечает за точность исполнения конкретных действий и изучение деталей, то есть работает в линейном режиме; правое же работает в нелинейном, латеральном[198] режиме произвольного доступа, то есть является обобщающим, более творческим и интуитивным. В целом разницу между двумя полушариями можно определить очень просто: левое воспринимает объект по его названию, имени; правое – по тому, как он выглядит. Считается также, что левое связано с сознательным (мужским) мышлением, а правое – с подсознательным (женским). То есть левое считает деревья, правое восторгается лесом. Одним словом – оба важны, так как в союзе двух возникает целостная модель мира.[199]

А теперь внимание!

Чем ниже частота волн нашей мозговой активности, тем шире и разнообразнее диапазон комбинаций нервных клеток. То есть на уровне альфа (в позиции актера) информационным потокам в мозгу предоставляется более широкий спектр возможностей образовывать новые соединения, творить нечто новое, какой бы сферы деятельности это ни касалось! Чаще всего это положение называют позицией силы, чуть реже – позицией экстаза! В нем, по утверждению доктора Джерр Леви, наши «два мозга» находятся в бесконечном взаимопроникающем танце, «обрабатывая информацию поочередно, сменяя друг друга в ритме, зависящем от общего состояния мозга. Сделав свое дело, одно полушарие передает накопленные результаты другому»[200].

Так, игра различных синестетических комбинаций между нервными клетками мозга, нейронами (а их в одном человеческом мозгу больше, чем установленное число атомов во всей известной нам Вселенной), образует так называемый творческий процесс. Считается, например, что «гениальные личности склонны использовать все имеющиеся в их арсенале чувства, образовывая синестетические связи между ощущениями. Эта способность возвращает их к истокам восприятия, свойственного детям, к истокам формирования понятий»[201]. Физиологически это выглядит так: «Когда левое полушарие видит абсолютное единство, оно начинает расслабляться и мозолистое тело (пучок волокон, соединяющих оба полушария) открывается по-новому, обеспечивая объединение двух половин. Связь между правым и левым полушариями укрепляется, информация передается туда и обратно; противоположные стороны мозга начинают объединяться и действовать синхронно. Это особым образом включает шишковидную железу и дает возможность медитативно активизировать световое тело»[202], то есть, говоря словами Марка Чиксентмихали[203], таким образом творческая личность входит в поток, или в потоковое состояние сознания.

и опять развертывается во времени» (Красота и Мозг. Биологические аспекты эстетики / Под ред. И. Ренчлера, Б. Херцбергера, Д. Эпстайна. М.: Мир, 1995). Считается также, что именно это положение Ума является основным свойством гения, и с точки зрения Уильяма Джеймса именно оно предполагает пугающее, конфликтогенное, а иногда даже весьма разрушительное нарастание вызовов, своеобразное «вчувствование в вызовы Бытия и подтягивание себя к ним», то есть особое, чаще всего бессознательное магнетизирование кризисных, провокационных, обостряющих ситуаций, для работы с которыми, несомненно, нужно иметь определенные навыки.

Марк Чиксентмихали, создавший концепцию потока, считает, что современные так называемые редукционистские теории в психологии плохо объясняют поведение людей. Его теория мотивации основывается на эмпирически проверенной зависимости между навыками человека и требованиями к нему. Цель метода – создать такой уровень навыков и требований, при котором человек входит в состояние Потока (state of Flow). Поток предполагает отсутствие сопротивления и высокий уровень мотивации вопреки препятствиям. Характерный пример: альпинист, взбирающийся на опасную скалу, отдавая все силы, целеустремлен и предельно сосредоточен, он – в состоянии Потока. В своей работе «По ту сторону скуки и тревоги» Чиксентмихали предложил в качестве характеристики интринсивной мотивации определенное эмоциональное состояние – радость от активности. Он попросил шахматистов, хирургов, актеров и альпинистов описать свои профессиональную и осуществляемую на досуге деятельности и прошкалировать то радостное ощущение, которое они испытывают при этом. Выявившееся при опросе центральное описательное понятие он обозначил как поток (flow).

Поток представляет собой радостное чувство активности, когда индивид как бы полностью растворяется в предмете, с которым имеет дело, когда внимание всецело сосредоточено на занятии, что заставляет забывать о собственном «Я»; поток есть «целостное ощущение, испытываемое людьми, когда они полностью отдаются своей деятельности». Это условие приводит также, если следовать логике Чиксентмихали, к размыванию различий между игрой и работой. Переживание потока не есть какое-либо исключительное событие, оно появляется также в форме микропотока в различных мелких и незначительных повседневных эпизодах, таких как мечтания (или фантазии), напевание, посвистывание и т. п.

Чиксентмихали просил испытуемых в течение дня подавлять такого рода эпизодические активности и обнаружил, что депривация потока делала людей усталыми и утомленными, усиливала головные боли и раздражительность, мешала расслаблению и сосредоточению. Повседневная рутинная деятельность становилась человеку в тягость, а спонтанная творческая активность уменьшалась.

Вывод: большинство современных артистов находятся в глубочайшем заблуждении, если думают, что внешне возбужденное состояние Ума – это и есть вдохновение. Вдохновение находится совершенно в другой стороне! Это состояние тотальной сосредоточенности и непоколебимой внутренней ясности. Состояние внутреннего свечения! В Алхимии Игры я рассматриваю его через отождествление с качествами Повелителя Игр.

Повелитель Игр

Прежде чем впустить вас в эту главу, я хотел бы обратить внимание на тот уникальный факт, что большинство методов работы, интуитивно открываемых многими талантливыми артистами, или подавляются ими, или прячутся глубоко внутри, потому что их «детскую», во многом эксцентричную наивность невозможно правильно оценить в демонической модели мира. Это область наших снов, наших внутренних игр, для объяснения которых чаще всего не найти слов. Но именно здесь, на уровне наивного сказочно-мифологического обобщения формируется персональный язык секретных методов, сплавляющий воедино золото всего профессионального опыта Великих Мастеров прошлого и настоящего. Именно здесь, с помощью наивно-эксцентричных внутренних ритуалов, создается мощь индивидуальной «психической реальности». И по большому счету, совсем не важно, в какие формы облечен этот процесс, палитра этих игр может иметь невероятный диапазон. Важно одно: чем мы себя видим, тем мы и становимся!

И как это работает?

Как мы уже знаем, вещи возникают в пространстве только потому, что мы концентрируемся на них. Используя этот механизм Ума и следуя наставлениям своих учителей, мы визуализируем в пространстве перед собой светоэнергоформу Мастера, владеющего всеми секретами артистического мастерства. И затем, следуя совету Эйнштейна, который воображал себя и свет как одно целое, мы в процессе медитации сливаемся с его качествами, фактически становясь им, то есть переживаем себя им[204]. На протяжении тысячелетий этот метод использовался в разных духовных традициях. В том числе и в буддийских, к которым я имею непосредственное отношение: в традициях Алмазного Пути[205] и Великого Совершенства[206], для отождествления с творческой потенцией Великих Мастеров. Леонардо да Винчи также использовал его, говоря при этом: «Это может показаться смешным и нелепым, но тем не менее очень полезно для того, чтобы вдохновить Ум на различные изобретения»[207].

Здесь хорошим примером, как мне кажется, может быть упоминание о компьютерных мирах как о средах, в которых вырастают современные дети, говорящие на «особом языке». Становясь сегодня элементом культуры, компьютерные игры оказывают ничуть не меньшее, но даже большее влияние на мозг, чем обычная внешняя реальность. «Никогда раньше не было способа так глубоко погружаться в нереальный мир и иметь там настолько большую свободу поведения».[208] Если же взглянуть на проблему с точки зрения Пути Игры, то компьютерные миры настойчиво учат современного человека все глубже и глубже проникать во внешний мир как в мир своего воображения. То есть современный человек уже сегодня формирует свое видение мира из тех возможностей, которые он заимствует в процессе отождествления со своим теле-видео-компьютерным отражением, или, говоря словами Арто[209], «Магическим распорядителем», «Мастером священных церемоний», который, подобно спящему Вишну, видит во сне Вселенную и как зритель с наслаждением созерцает игру собственного снотворчества.

Следовательно, опять и опять: с кем или с чем человек играющий отождествляет себя, тем он и становится! Концентрируясь в своих медитациях на Божестве Игры, важно знать, что визуализируемая нами так называемая мана-личность[210] – это не что-то внешнее по отношению к нам, это наше идеальное представление о своих собственных творческих возможностях, так называемый эталон творческого могущества! Можно также сказать, что это зеркало, в котором отражается наш собственный артистический потенциал, достигший наивысшего профессионального совершенства.

Говоря словами Михаила Чехова, «образ, видимый мной, сознается мной одновременно как мое исполнение и как исполнение кого-то, кто превосходит мои способности во много раз…»[211]; или Сальвадора Дали, который перед выходом в свет приговаривал: «Пора надеть на себя Дали»; или из «Брихадараньяка-упанишады»: «Кто поклоняется иному божеству, кроме самого себя, думая: „Он – одно, я – другое“, тот не знает ничего. Поклоняться следует с мыслью о том, что он – ты сам, ибо в нем все становится единым»[212]; и, наконец, из гностического «Евангелия от Фомы»: «Я – все: все вышло из меня и все вернулось ко мне. Разруби дерево, я – там; подними камень, и ты найдешь меня там. <…> Тот, кто напился из моих уст, станет мной. И я также стану им…»[213]

Ссылаясь также на Кена Уилбера, важно отметить, что Повелитель манифестирует собой весь «спектр сознания», «Великую Холархию Бытия»[214], проявление изначального мастерства, «вивентивное пространство полностью реализованных возможностей»[215], пространство истины игры, тотально закругленного потенциала человека как Великого Артиста, способного сгущать из пространства и растворять в нем же всевозможные и самые разнообразные формы! Говоря же словами Юнга, это – Самость[216], или Хомо Тотус, вечный человек, символизирующий собой божественную природу. Одним словом, это воплощение творческого принципа вселенной!

Внимание! Он (этот принцип) обозначается в Игре знаком π – «пи»!

Число π (отношение длины окружности к диаметру) тысячи лет считалось мистическим, древние греки даже построили на нем целую религию. Обозначение числа π происходит от греческого слова perijerio (окружность). Впервые это обозначение использовал в 1706 году английский математик У. Джонс, но общепринятым оно стало после того, как его (начиная с 1736 года) стал систематически употреблять Леонард Эйлер. В конце XVIII века И. Ламберт и А. Лежандр установили, что π – иррациональное число, а в 1882 году Ф. Лидерман доказал, что оно трансцендентное, то есть не может удовлетворять никакому алгебраическому уравнению с целыми коэффициентами.

На протяжении всего существования числа π вплоть до наших дней велась своеобразная «погоня» за десятичными знаками числа π. Леонардо Фибоначчи около 1220 года определил три первых точных десятичных знака числа π. В XVI веке Андриан Антонис определил шесть таких знаков. Франсуа Виет (подобно Архимеду), вычисляя периметры вписанного и описанного 322 216-угольников, получил девять точных десятичных знаков. Андриан Ван Ромен таким же способом получил пятнадцать десятичных знаков, вычисляя периметры 1 073 741 824-угольников. Лудольф Ван Кёлен, вычисляя периметры 32 512 254 720-угольников, получил двадцать точных десятичных знаков. Авраам Шарп получил семьдесят точных десятичных знаков числа π. В 1844 году З. Дазе вычисляет двести знаков после запятой числа π, в 1847 году Т. Клаузен получает двести сорок восемь знаков, в 1853-м Рихтер вычисляет триста тридцать знаков, в том же 1853-м четыреста сорок знаков получает З. Дазе, и в этом же году У. Шенкс получает пятьсот тринадцать знаков. На данный момент число π известно с точностью до пятисот миллиардов знаков, в которых так и не найдены какие-либо повторения. И, если верить работе американского физика Дэвида Бейли, такие повторения не будут найдены никогда. Одним словом, доказать, что π – нормальное число, никто пока не сумел и, судя по всему, не сумеет доказать уже никогда, так как с точки зрения расчетов Бейли числа в π подчиняются теории хаоса, а значит, случайны. По словам физика, доказательство того, что π – случайно и никогда не повторяет самое себя, нужно отнюдь не ради очередного математического курьеза: «это важное научное достижение, – говорит он, – на котором могут быть основаны такие чисто практические вещи, как создание невзламываемых шифров, например».

Известно, что с буквой, числом и знаком π связано множество самых разнообразных легенд, курьезов, сумасбродств и парадоксов. Можно даже сказать, что оно – тотально «наш персонаж», живое, игривое, сверкающее невинностью, и, опираясь на теорию хаоса, обладает просто фантастическим чувством юмора! Достаточно вспомнить несколько драматических (и даже трагических) историй, связанных с π, чтобы убедиться, что благословение этого знака транслирует колоссальную инициирующую силу. В нем в закодированном виде содержатся все написанные и ненаписанные книги и вообще любая информация, включая структуру ДНК.

Как и пентаграмма, число π непосредственно связано с золотой пропорцией и, как следствие, с природой Лика Образа. И еще одна деталь: ПИ – это инициалы Повелителя Игр. Здесь, вспоминая еще раз слова великого эксцентрика от физики: «…Для объяснения событий во Вселенной человечество не сможет изобрести ничего нового, кроме как теорию игр»[217], – можно сказать, что если число π заговорит с миром, то это произойдет только на языке Игры! Самоосвобождающейся Игры!

Творческий Принцип Вселенной

Итак, «кому из нас не приходило в голову, что дух и материя, душа и тело, мысли и воля, а также движение универсума являют собой единый Образ Божий. Ну а тот, кто отбрасывает от себя мысли об этом, обречен на отвратительный обман»[218]. Используя терминологию Юнга, можно сказать, что природа Повелителя – нуминозна[219], то есть познаваема только через непосредственное переживание. Его форма (или форма Божества Игры) – это глубоко индивидуальный и, я бы даже сказал, сакральный вопрос. Интеллектуально и сразу ответить на него невозможно.

Лично для меня Творческий Принцип Вселенной проявился спустя много лет практики, во сне, в форме фиолетово-бордового джентльмена, который мирно сидел напротив меня, спиной ко мне, и смотрел куда-то вдаль, в том же направлении, что и я. Все пространство вокруг сияло красноватым предзакатным светом (хотя, возможно, это был и восход) и вибрировало чем-то вроде моих любимых «Оды к радости» Бетховена и «Karmina Burana» Карла Орфа.

Впечатление было таким сильным, что все сомнения относительно подлинности происходящего были как бы стерты одним мощным жестом. Я проснулся с переживанием невероятной ясности и завершенности, как будто мой мозг был опечатан каким-то универсальным знанием. Когда я пишу эти строки, я прекрасно осознаю, что никому и никогда не смогу передать суть этого переживания. Это принадлежит мне, работает, развивает и защищает только меня. Единственное, ради чего я все же делаю это, – манифестация возможности подобных образных обобщений, оказывающих глубокое влияние на эволюционный процесс творческой личности. Затем, уже сознательно, все чаще и чаще сливаясь воедино с этой формой энергии и света, я все больше и больше раскрывался перед всепроникающим взглядом этого, уже развернувшегося ко мне, Божества цвета индиго, по-отцовски как бы обнимающего меня мягким радужным светом.

И именно с этих очень значительных переживаний началось мое общение с Мастером. Так произошла трансмиссия, или встреча умов! Или, говоря языком глубинной психологии, – мое второе рождение. Затем, уже по прошествии времени, Повелитель стал как бы впитывать в себя мощных представителей общечеловеческого коллективного бессознательного, проявляя, говоря словами «Бхагавадгиты», свою всюдуликость.

В его фигуре я стал различать черты божественных Гермеса Трисмегиста[220], Джордано Бруно, Моцарта, любимых мною Шекспира и Пушкина, Микеланджело и Леонардо; великолепного Брейгеля[221] и Алистера Кроули[222], Ван Гога и Гогена, Карла Густава Юнга, Антонена Арто и Тимоти Лири; уникального и не вписывающегося ни в какие рамки Николу Теслу[223]; сумасшедших Шопенгауэра, Ницше, Вацлава Нижинского, Сальвадора Дали и Другпы Кюнлега[224]; глубочайших Хуан Фань-чо[225], Идзумо-но-Окуни[226], Бхарату[227], Дзэами Мотокиё[228] и Кацу Оно[229]; гениальных Чарли Чаплина, Альберта Эйнштейна, Михаила Чехова, Рышарда Чешляка[230] и Питера О’Тула[231], Жана-Луи Барро и Соломона Михоэлса[232]; моих реальных учителей Зиновия Корогодского, ламы Оле Нидала, мастера безумной мудрости Тринле Гьямцо и многих, многих других.[233]

Так родился некий, пользуясь современной терминологией, супертренд – центральная фигура «корпаративной религии» под названием Самоосвобождающаяся Игра. Но важно еще и еще раз отметить – мой персональный супербренд, Божество Игры, мой Повелитель – это поле силы, которое сформировано мной и воодушевляет только меня, воздействуя посредством очень тонких связей и игр творческой потенции моего Ума с самим собой. Это мой, и только мой Персональный Миф. Моя, и только моя игра. Мой, и только мой тайный код доступа к таинственным архетипам[234], резервам коллективного бессознательного[235], к тому, что воодушевляет, защищает и направляет – только меня! И каждому, кто способен контролировать иронию относительно вышесказанного, придется искать, звать и ждать проявления своего, и только своего Мастера – того самого, кто сфокусирует персонально для него так называемый Образ Творческого Принципа Вселенной! Одним словом: «Если родите то, что внутри вас, это спасет вас, если не родите то, что внутри вас, это убьет вас»[236].

Итак, «не стесненный никакими пределами, ты, человек, сам определяешь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю. Я ставлю тебя в центр мира, чтобы оттуда тебе было удобно обозревать все, что есть. Я не делаю тебя ни небесным, ни земным, ни смертным, ни бессмертным, чтобы ты сам, свободный и славный мастер, формировал себя в образ, который предпочтешь»[237]. Или, словами еще одного безумца: «…Преобразуй все в образ твоей воли, и приведи ее к совершенству…»[238] Действуй смело и решительно! Так возникнет фигура, пробуждающая в нас глубокие уровни доверия. Наш персональный и единственный в своем роде метамиф, супер-Образ!

Но! Здесь очень важно помнить, что «…он не личность, а то, что никогда не было рождено и никогда не умрет»[239]; то, «что ни на чем не стоит, и вместе с тем нет ничего, на чем бы он не стоял»[240], то, что реализовало состояние единства зрителя, актера и роли, состояние Великой Печати Истины Игры! Этот «психотропный образ» (эйдос) является исходной точкой всех тренинговых усилий в Игре как на территории жизни, так и на территории профессии. То есть, прежде чем приступить к упражнениям, развивающим, например, артистическую пластику, голос, дикцию, чувство командной сплоченности и т. д., необходимо войти в так называемое «психическое отражение»[241] качеств Повелителя Игр, пережить непосредственное отождествление со своим совершенным двойником и выполнять все необходимое от имени его изначального совершенства[242]. Так, великий Дали в своих «Магических секретах мастерства» на последнее место ставит секрет № 50, который заключается в том, что от всего прочитанного в его книге не будет никакого толка! «Ибо последний магический секрет этой книги состоит в том, что, когда вы садитесь перед мольбертом и начинаете писать картину, совершенно необходимо, чтобы рукой вашей водил ангел».[243] Или из Гермеса Трисмегиста: «Если ты не можешь стать подобным Богу, ты не сможешь его понять. Подобное понимает подобное. Возвысься над всеми высотами, снизойди ниже всех глубин, сделайся подобным в себе всем чувствованиям всех вещей сотворенных: воде, огню , сухому и влажному – и ты познаешь Бога». Одним словом, вспоминайте чаще про «золотого Ангела в самих себе, который светит сквозь фильтр ваших индивидуальностей»![244]

И как со всем этим работать?

Добро пожаловать в «хорошую» компанию!

Золотая Гирлянда Мастеров Вдохновения

Итак, Гений Повелителя Игр неотделим от Золотой Гирлянды Мастеров Вдохновения!

И что это такое? Это – линия передачи состояния вдохновения, «Зал славы», или при желании можно назвать это традицией, Артистическим тотемом[245] или Магистерием! Для Золотой Гирляндыне существует границ, и она вне времени! Это реальность, сотканная из так называемых Любящих Глаз, реальность, в которой враждебность и блокирующие эмоции растворены в любви и доверии. Это могут быть материнские глаза, глаза любящих нас людей и близких друзей; глаза тех исторических лиц, которым мы доверяем; глаза тех, чей пример воодушевляет нас, вселяет в нас уверенность в себе, в ком мы готовы признать авторитет Мастеров Вдохновения. Глаза тех, чья сила, как мы чувствуем, течет через нас, когда мы исчезаем, уступая место тому, что во много раз превышает наши личностные возможности. Одним словом:

И музыке вселенной внемля стройной,

И мастерам времен благословенных,

На праздник мы зовем, на пир достойный

Титанов мысли вдохновенных.[246]

Для одних Золотую Гирлянду Мастеров возглавят Кин, Сальвини[247], Дузе и Бернар[248]; для других – Станиславский, Мейерхольд, Крэг, Товстоногов, Эфрос; для третьих – Декру[249], Арто, Гротовский, Брук, Джон Малкович, Йоши Оида, Том Хэнкс и Ал Пачино. Здесь нет никаких ограничений, но важным моментом является то, что любой из них не личность со сложным характером, а пример максимально эффективного творческого положения Ума.

В одном из писем Николы Теслы другу читаем: «В „каракулях“ высокочастотной электромагнитной разрядки я обнаружил нечто поразительное – я обнаружил само движение мысли. И вскоре ты сможешь лично прочитать свои стихи самому Гомеру, я же буду лично обсуждать свои открытия с самим Архимедом».

Или вот отрывок из безымянного алхимического трактата периода Золотого века: «Как часто я видел их Sacerdotes Aegyptiorum[250], вызывающих восторг моего разума, нежно целующих меня и тем самым облегчающих понимание двойственности их парадоксального учения. Как часто они дарили мне наслаждение чудесных открытий в области сложных доктрин древних, предъявляя мне герметический сосуд, саламандру, полную луну и восходящее солнце»[251].

Точно так же в одной французской поэме XII века благочестивый фокусник приносит в жертву Богородице свои лучшие фокусы, для того чтобы порадовать ее и призывая ее пройти сквозь себя… «Так, спектакль, разыгранный человеком, может быть подарком, способным осчастливить божество, и потому сам по себе является высшей ценностью».[252]

Одним словом, все разнообразие методов Золотой Гирлянды Мастеров сводится к разным формам игр с силовым полем[253] вневременных качеств вдохновения, с Силовым Полем Традиции[254]! Например, людям с воображением, точно так же как и одному из самых революционных мыслителей своего времени Никколо Макиавелли, который развивал свои идеи с помощью воображаемых диалогов с великими умами прошлого, нетрудно будет представить уровень игры, если они работают в одном потоке с такими мощными фигурами общечеловеческого коллективного бессознательного, как Эйнштейн, Шекспир, Бетховен, Пушкин, Моцарт, да Винчи, Ницше, Сальвадор Дали, Микеланджело, Пикассо и др.

И почему это возможно? Потому, что во Вселенной ХХI века «не существует изолированных систем; каждая ее частица находится в „мгновенной“ (превышающей скорость света) связи со всеми остальными частицами. Вся Система, даже если ее части разделены огромными расстояниями, функционирует как единая»[255]. И это означает, что опыт всех Великих Мастеров как прошлого, так и будущего явится сюда с «зеркальной скоростью», стоит только «щелкнуть пальцами», искренне захотев этого! И «если кооперирование нескольких миллиардов клеток в нашем мозге может породить уникальную способность сознания, то почему не допустима идея, что кооперирование всего творческого потенциала, накопленного человечеством, не предопределит то, что великий Конт[256] называл сверхчеловеческим верховным существом?»[257]

Еще раз: опыт всех великих мастеров как прошлого, так и будущего явится сюда с «зеркальной скоростью», стоит только щелкнуть пальцами, искренне захотев этого!

И после паузы: именно из глаз Золотой Гирлянды Мастеров Вдохновения соткана сверхчеловеческая светоэнергоформа Повелителя Игры. Его танцующая фигура возникает из них и, как облака в небе, растворяется в них же. Мельчайшие частицы его прозрачной светоэнергоформы – это бесчисленные глаза Мастеров, бесчисленные глаза традиции, содержащие в себе все творческое богатство и разнообразие вдохновенных состояний Ума.

Прибежище

Это основной ориентир в методах Игры, палочка-выручалочка, или та самая «соломинка», за которую рекомендуется хвататься в стартовых практиках и в дальнейшем во всех кризисных ситуациях жизни. Фактически процесс принятия прибежища означает обнаружение основы, фундамента, источника своей способности к творчеству. И это означает – принятие прибежища в своей собственной творческой силе, неотделимой, как понятно, от Творческого Принципа Вселенной!

И как оно, Прибежище, выглядит?

Смотрите – мы на сцене Театра Реальности. Перед нами наше Прибежище. Мы можем представлять его по-разному, например, более абстрактно (в форме океана, вмещающего все самое важное и ценное); или, напротив, более детализировано (в форме дерева, на ветвях которого восседают различные аспекты жизни в профессии); в форме объемного круга, силового поля Игры, или, говоря алхимическим языком – пузыря, в центре которого находится Повелитель Игр (или его буква π,) а вокруг, как лучи солнца, – Золотая Гирлянда Мастеров Вдохновения.

Любые способы возможны, но принципиально одно – понимание того, что образ Прибежища символизирует нашу собственную творческую силу, то есть, представляя образ Прибежища, мы как бы смотримся в зеркало своей собственной артистической Миссии, в зеркало своего собственного призвания. Именно поэтому есть смысл подойти к этой работе ответственно, с определенной долей последовательности и активного воображения. Ведь мы уже хорошо знаем: «мы то, на что смотрят наши глаза».

Итак, читаем и видим то, о чем читаем (рис. 1): прямо перед собой мы представляем Повелителя Игр (1) как эссенцию артистического мастерства; по правую руку от него – образ (2), каким мы хотим видеть себя по прошествии нескольких лет практики (то есть наше идеальное представление о нашей собственной творческой реализации); за спиной Повелителя – методы, предлагаемые Игрой (3), а также тексты самых разнообразных мастеров, указывающие нам на достижение идеальной реализации; по левую руку – команда единомышленников (4), которая поддерживает нас на пути к нашим идеалам; перед фигурой Властелина – движущаяся в бешеном танце его подруга – Повелительница Танца (5), воплощение нашей интуиции и всескрепляющей любви; под Повелителем – свита Защитников (6) и трансформированных демонов, которые когда-то доставляли нам проблемы, но теперь, убежденные нашим упорством на пути, готовые защищать нас и всячески помогать; и наконец над фигурой Повелителя – вся линия передачи Мастеров Вдохновения (7).

Рис. 1

Так выглядит Дерево Прибежища в традиции Пути Самоосвобождающейся Игры[258].

Теперь, представив все это благородное собрание перед собой, мы понимаем, что все они очень рады нашему выходу на сцену Театра Реальности, нашей готовности обнаружить свою предельную творческую силу. Они искренне улыбаются нам, излучают свет любви и открытости, возможно, аплодируют нам и всячески транслируют желание быть зачатыми нашей игрой, нашей творческой силой. В ответ на это радушие мы раскрываем три наших центра (зрителя, актера и роли) и скользим по полу, простираясь перед своим Прибежищем, так, что все части нашего тела: ступни ног, колени, таз, живот, грудь, голова и вытянутые вперед руки, – оказываются на полу. Затем мы встаем и повторяем это движение снова и снова, произнося при этом текст молитвы-призывания Повелителя Игр[259].

Мы повторяем молитву и простирания тела перед силовым полем мастерства так долго, как считаем правильным, или до тех пор, пока не устанем[260]. Поначалу можно делать одно простирание перед каждой строчкой молитвы, но впоследствии вы сами почувствуете возможность произносить ее постоянно, независимо от движения тела своей марионетки.

В заключение Дерево Прибежища, увенчанное Золотой Гирляндой, растворяется в свете, и потенция всех Мастеров Вдохновения вливается в форму Повелителя Игр. Из трех центров Повелителя изливаются три световых потока (белый, красный и синий) и вливаются в наши соответствующие центры. Мы повторяем аффирмацию: «Золотая Гирлянда Мастеров, работай через меня», или: «Дорогие Мастера Вдохновения, работайте через меня». Радужная форма Повелителя Игр также растворяется, сначала в букве π над его головой, и затем эта буква уходит в свет, и этот свет вливается в нас. Это может происходить по-разному: или через макушку головы, или непосредственно через сердце, или снизу, через тайное место, кому как удобно. Теперь, действуя в двойственном мире, мы пребываем в единстве с недвойственной позицией Повелителя, с его знанием и опытом так хорошо, как можем.

И для чего вообще нужно это изнурительное «изуверство» над собственной психофизикой?

Дело в том, что традиционные методы медитации, основанные на спокойном созерцании, недостаточно продуктивны в мире современных мультискоростей. Вместо этого, например, учителя тибетского Алмазного Пути и Махамудры (Чаг Чен), Великого Совершенства (Дзог-Чен) или такие, как Ошо[261], настаивают на так называемой динамической медитации, которая призвана как бы «встряхнуть Ум», прежде чем погрузить его в «пассивное созерцание». С точки зрения этих мастеров, бесполезно заставлять современных гонщиков, артистов или боксеров сидеть в неподвижной, безмолвной медитации, поскольку они все равно будут размышлять над своими внутренними конфликтами, стратегиями и разного рода перспективами. «Энергия нуждается в выходе, ей необходим катарсис. Вы растворяетесь в бытии через действие. А когда энергия вышла и вы расслабились, вот тогда замрите, умолкните…»

Прибежище еще можно объяснить как обещание. Это наше сокровенное обещание всем Мастерам Вдохновения, во всех временах и местах, оправдать их взгляд, их доверие, их уровень. Это обещание защитить профессию, утвердить ее подлинный масштаб и т. д. и т. п. Звучит довольно помпезно, но зато эффективно при попытке практически соответствовать этому уровню общения.

И самое главное из того, что я знаю о процессе игры с безграничной творческой потенцией Повелителя Игр и его команды: «Чтобы уговорить Бога выйти из глубин нашего сердца и тотально затопить собой двойственный мир, мы должны заинтересовать его не выгодой, но игрой. Мы обязаны быть не просто пешками, которыми играют, но партнерами по игре»[262]!

Как красиво звучит, согласны?

И как же развить эту позицию «равного» перед лицом Бога? Суть в следующем: не пытайтесь слепо следовать его указаниям! Это самый прямой путь к тому, чтобы он потерял интерес к игре с вами! Рекомендации таковы: настойчиво прикладывайте усилия к тому, чтобы внести в игру что-то новое, уникальное, свое. Тормошите Бога своими идеями, доставайте его своими выдумками и придумками. Настойчиво проявляйте воображение!1 Свежесть в игре, парадоксальность решений, неординарность подходов, «опрокидыши» и непредсказуемости – вот что делает игру действительно увлекательной для Бога. И нет более мощного способа заручиться поддержкой Вселенской Творческой Силы, чем постоянное провоцирование своего божественного партнера к диалогу, вниманию и ответной реакции. Это и есть магический ключ к Вдохновению, или, говоря словами Алхимии Игры – к Вращению Колеса Высшей Радости.

Вращение колеса высшей радости, или Природа Вдохновения!

В современной психологии феномен вдохновенного состояния Ума называется эвроактивным приступом, или эвропатологией; упоминаемый чуть ранее Марк Чиксентмихали называет его состоянием Потока; в Игре мне нравится называть этот феномен Вращением колеса высшей радости!

Итак, при подробном анатомировании тела вдохновения великие Мастера обычно вычленяют три основных качества[263].

1) Когда Ум обнаруживает себя пустым, то есть тот факт, что он никогда не был рожден, никогда не умрет и ему невозможно причинить какой-либо вред, возникает бесстрашие. Это качество проявляется на тайном уровне как основная характеристика обнаружения зрителя в нас.

2) Из бесстрашия естественным образом пробуждается радость, то есть способность к спонтанной игре. Это внутреннее переживание мощной творческой потенции, то есть узнавание актера в нас.

3) А радость, возникшую в результате открытых возможностей, уже невозможно отделить от других – она естественным образом разливается повсюду в тех или иных формах игры – это любовь. Именно она проявляет реальность роли в нас.

Эти три абсолютных качества в единстве: бесстрашие, радость и любовь – составляют, по мнению Мастеров, состояние высочайшего человеческого функционирования, смысл и истинную природу творчества – неуничтожимое вращение колеса высшей радости! Повелитель Игр представляет собой непосредственный процесс работы этого атомного реактора. И это означает, что реальность как таковая самовдохновенна! Антонио Менегетти называет этот феномен «Ин-се» – универсальной реальностью.[264] Буддийским аналогом этого можно считать единство «Трех Тел Будды»: Дхармакайи, Самбхогакайи и Нирманакайи[265], то есть пустоты, творческой потенции и любви. В Алхимии Игры манифестацией этого единства является греческая буква π, украшающая пространство над головой Повелителя Игр.

И еще раз, в грубом стиле: бесстрашие + радость + любовь = вдохновение! Оно вмещает в себя всех и вся и не принадлежит никому. Оно – неличностно! Фактически состояние вращения колеса высшей радости – это цель всех методов в Игре. Но фундаментом для сознательного запрыгивания на этот высокий уровень функционирования является предварительное кропотливое накопление позитивных впечатлений в Уме. Поэтому и говорится, что «право творить по вдохновению»[266] – это долгосрочный проект. Говоря словами великого Тальма, «актер должен быть одарен от природы организацией особого рода. Ибо понятно, что человек, предназначенный изображать страсти в высочайшем их напряжении, во всем их неистовстве, должен обладать исключительной энергией»[267].

Психосоматика. М.: ННБФ «Онтопсихология», 2003). Антонио Менегетти – итальянский психолог, доктор философии, теологии и социологии.

Теоретически саму технологию можно объяснить как процесс отождествления с формой Повелителя Игр (как одиночной, так и в союзе со своим женским аспектом) и в более сложной версии – с использованием так называемого виртуального дыхания, что, в свою очередь, приводит к самому драгоценному феномену в профессии – к виртуальной позиции ума, или к позиции π, в которой все три уровня Театра Реальности сливаются воедино, для того чтобы создать наимощнейшее по своей эффективности переживание «Дышащего образа».

Практически механизм вращения Колеса Высшей Радости работает следующим образом: сначала мы, успокоив Ум, растворяемся в пустотной природе зрителя (женский принцип). Затем уверенным жестом ставим в центр этого пространства «точку-ось», то есть вносим элемент «заземления», идеи, или цели (мужской принцип). Как только мы это сделали, пространство зрителя круговыми движениями начнет как бы стягиваться к центральной точке, циркулировать вокруг нее, придавая идее-цели все большую плотность. Это называется opus circulatorum. Знаменитый алхимик Михаель Майер говорит об этом так: «Герой приводит в движение эти круговращения, оставляя в сияющей субстанции ртути, как в зеркале, формы, откуда человеческое усердие может добывать золото»[268]. И далее: так «сияющая глина, замешенная рукой самого Величайшего и Всемогущего Гончара с земной субстанцией, собирает и задерживает лучи солнца».

Так на «территории вдохновения» рождается «многосенсорный человек», то есть существо с эволюционно продвинутым сознанием, с более развитой интуицией и более тонко воспринимающее окружающий мир…[269]

Идея вращения не нова, она отражает фундаментальный принцип мироздания и имеет место фактически во всех практических системах познания и самопознания. Известно также, что «молекулы, атомы и элементарные частицы являются сферическими вихрями, которые, в свою очередь, представляют собой проекции вихрей пространств более высоких топологических измерений, чем трехмерное (гипервихрей)»[270]. Этот процесс спиралевидного стягивания пространства к центру в некоторых восточных традициях называется танцем «телоглазого» дракона вокруг жертвы, и неминуемым следствием этого танца-охоты является вдохновенное рождение Вселенной новой мыслеформы.

Далее нам остается только удерживать в Уме состояние осведомленности о трех составляющих этого процесса: 1) о пустом, и поэтому тотально бесстрашном пространстве зрителя; 2) о вибрирующей интенсивной радостью творческой потенции актера; и 3) о жесте теплоты, сочувствия и любви, проявляющемся через активность роли.

И еще несколько маленьких иллюстраций к тому, что есть вдохновение: «В ночь с 22 на 23 сентября 1912 года художник, за пять часов написавший Приговор, оставил в своем дневнике запись: „Только так можно писать, только в таком состоянии, при таком полнейшем раскрытии тела и души“. Он знал, что создал шедевр. Но лишь пять месяцев спустя, 11 февраля 1913 года, работая над корректурой Приговора, осознал смысл написанного. Здесь нет позы. Кто хоть однажды испытал такое, знает, о чем здесь речь. При всей глубочайшей продуманности Улисса и Поминок они несут на себе следы этой вечно бурлящей бездны, выбрасывающей огненные протуберанцы из своих недр. Черные дыры, пожирающие память. Безвозвратность и незабываемость, переходящие друг в друга. В этих нижних пластах сознания дремлют боги и демоны забытых религий, пережитки кровавых и извращенных варварских цивилизаций, олицетворения подавленных инстинктов человечества»[271].

В истории современной медицины одним из самых ранних изложений универсальной формулы «этапа борьбы», предвосхищающего непосредственное «озарение», является формулировка Роберта М. Йеркса и Джона Д. Додсона – двух видных ученых начала XX века. Их исследования доказали, что повышение стресса влечет за собой улучшение физической формы и повышение эффективности труда. Другими словами, чтобы достичь максимальной продуктивности, нам необходимы напряженный период накопления и аналитическая оценка своих действий на любом подготовительном этапе любого проекта. И когда интенсивность воображения становится нестерпимой, тогда «Корнелий Агриппа в пятнадцатом веке гласит о двадцатом, евангелисты пишут Евангелие, Рыбак Духовный пишет „О сообщении души и тела“, а великие мистики в темноте своей вещают истину о грядущем»[272]. Однако, и это также важно знать, связь между стрессовым напряжением и результативностью озарения существует лишь до определенного уровня. Эти же ученые установили, что когда стресс становится чрезмерно сильным, физический мозг перестает быть управляемым, его продуктивность быстро идет на спад. Таким образом, «люди, стремящиеся „включить“ в себе механизм озарения, должны освоить этот принцип точно так же, как и любую другую новую концепцию»[273].

Говоря о процессе создания своего «Вертера», фон Гёте также утверждает, что написал это «сочиненьице» подобно лунатику и сам изумлялся ему, когда обрабатывал; Байрон сознается, что, сочиняя «Чайлд Гарольда», «был наполовину помешан, витал средь метафизики, гор, озер, ненасытной любви, невыразимых мыслей и находился под кошмаром своих собственных проступков»; Глюк полагает, что мелодии «прилетают к нему неведомо откуда»; Гайдн уверяет, что все сделанное им – «промысел Божественной воли»; Шюц пишет о Паганини: «В момент, когда он берет в руки инструмент, его существа как будто касается сам Господь, проходящий по всему его существу каким-то небесным огнем. Всякое чувство слабости оставляет его тогда, он становится совсем новым существом, весь преображается…» Шопенгауэр же, подводя черту под бесконечным списком подобных заявлений, указывает на то, что «творчество гения всегда – действие сверхчеловеческого существа, отличного от самого индивидуума и лишь на время поселяющегося в последнем»; всезнающий Беттинелли вторит им всем, ведь он уже знает, что «самый благоприятный для поэта момент может быть назван сном, приснившимся в присутствии разума, который, по-видимому, следит за его течением с открытыми глазами»[274].

И в заключение еще об одном важном нюансе: «Вращается лишь то колесо, которое наполнено энергией»[275]. И это означает, что на практике проникновение в динамику процесса вращения Колеса высшей радости достигается с помощью постановки дыхания, или подчинения его эффекту сознательности.

Дыхание

Как известно, «тело актера опирается на дыхание»[276]. Дыхание же связано с частотой сердечных сокращений. Если прямо сейчас, ради эксперимента, мы начнем дышать быстро и поверхностно, то частота нашего пульса увеличится; если же мы будем дышать медленно и глубоко – уменьшится. Это означает, что работа нашего мозга ритмична в самой своей основе. И уже давно известно, что «путем повторения зрительных или слуховых стимулов эти ритмы можно возбуждать или усиливать вплоть до достижения необычных субъективных состояний»[277]. Одним словом, частота и глубина дыхания непосредственно влияют на работу нашего мозга. С одной стороны, оно (дыхание) обусловлено спектром частот волн нашей мозговой активности; с другой – регулируя дыхание, мы можем регулировать электромагнитные излучения мозга.

В Игре дыхание классифицируется следующим образом:

• зритель в нас дышит в частоте, соответствующей дельта-волнам. Можно сказать, что это тайное, «затаенное», или даже «отсутствующее» дыхание. Недаром говорят: «смотрит, затаив дыхание». Это очень глубокое, нижнее дыхание, которым дышат новорожденные дети: всем телом, то есть воздух входит не только через нос или рот, но как бы через поры кожи всего тела;

• актер в нас дышит в частоте, соответствующей альфа-волнам. Это среднее, сконцентрированное дыхание художника, находящегося в процессе творчества. У такого дыхания есть цель, направление, мотивация, миссия, оно сильное и организованное. Мне нравится называть его жестким дыханием;

• роль в нас дышит в частоте бета-волн. Это верхнее дыхание, способ, которым дышит современный взрослый человек. Известно, что стрессы и беспокойства заставляют нас укорачивать дыхание, формируя верхнее, беспокойное (соревновательное) дыхание, ограниченное верхней частью грудной клетки.

Итак, три вида дыхания! Нам нужны они все, причем одновременно! То есть мы должны научиться дышать особой, четвертой формой дыхания, объединяющей три в одно. Это просто, но не легко. Нужен ключ! Вот он.

Мышца вдохновения

Люди, обладающие так называемой харизмой (от греческого charisma – «дар», «подарок»), способные создать нечто неординарное, отличаются высоким уровнем энергии. Известно также, что их мозг потребляет большее количество энергии, чем мозг обычных людей. Это легко понять, так как речь здесь идет о более высоких скоростях обработки информации в «биохимико-электрическом компьютере»[278].

Но секрет успеха харизматичных людей еще и в том, что, поставляя в мозг изначально большее количество энергии, они включают те его области, которые у обычных людей, при нормальной дозе, как бы «дремлют»! И это важно повторить еще раз: «Наш мозг устроен таким образом, что некоторые его области активизируются только при достижении определенной энергетической напряженности, что расширяет границы возможностей и открывает новые неожиданные способности»[279].

Звучит замечательно, но прежде чем приступать к нижеописанным методам, следует все же приучить свою нервную систему и сам мозг к работе с большим количеством энергии, иначе верхняя часть черепной коробки может в один прекрасный момент просто отстегнуться. Это означает, что, прежде чем «включить насос», есть смысл «прочистить шланг».

Внимание! Это действительно, действительно очень важно! Формы дыхания, предлагаемые мной ниже, сопровождаются «фантастическими изменениями потенциала мозга, на многие тысячи микровольт»[280]. Это в сотни раз превышает границы нормальных значений потенциала обоих полушарий и во много раз больше тех значений, которые достигаются при воздействии сильнейших психотропных препаратов. Волновая картина энцефалограммы, снятая в момент работы мозга в этой позиции, ясно показывает одновременное наличие бета-волн, типичных для состояния бодрствования; альфа-волн, характерных для состояния сна; а также дельта-волн, возможных только в состоянии глубокого сна.

Известны инновационные исследования группы Сары Лазар, которая провела серию опытов с использованием функционального сканера MRI для исследования физиологического состояния мозга нескольких профессиональных медитаторов (речь идет об адептах индийской монотеистической системы просветления – сикхах, в основе традиции которых лежит сочетание принципов ислама и индуизма). Интересно то, что по мере достижения глубокого успокоения мозга в целом изолированные отделы в нем, в особенности те, которые отвечают за функции внимания, ориентацию в пространстве и времени и общий «контроль», в частности принятие решений и выбор фокуса концентрации ментальных усилий, становились чрезвычайно активными. Герберт Бенсон и Уильям Проктор в своей книге «Как стать Гением» называют это положение мозга феноменом успокоительного возбуждения. Они могут показаться на первый взгляд достаточно противоречивыми, однако, утверждают Бенсон и Проктор, на самом деле и покой сознания, и его высокая активность являются естественными составляющими здорового состояния человеческого мозга. При наличии такой нейрофизиологической основы присутствие в процессе «творческого озарения» протекает, естественно открывая путь к опыту пиковых состояний.[281]

Повторим еще раз – одновременное наличие:

1) бета-волн, типичных для состояния бодрствования;

2) альфа-волн, характерных для состояния сна; и

3) дельта-волн, возможных только в состоянии глубокого сна!

Продолжим: у мышцы, о которой идет речь (лобково-копчиковой мышцы), довольно большая история. Ее невероятный потенциал известен с древнейших времен. В зависимости от контекста использования ее называли мышцей любви, мышцей силы, здоровья, успеха, победы… «алмазной» или «золотой» мышцей.

Самая известная версия использования лобково-копчиковой мышцы уходит корнями в индо-китайскую сексуальную йогу. Адепты этой йоги используют ее для удержания семяизвержения и выработки целительного «многооргазмического» стиля ведения любовной игры[282]. В контексте Алхимии я называю эту мышцу Мышцей Вдохновения, и это действительно что-то волшебное! Она простирается «от лобковой кости до копчика, поддерживает анус и граничащие с ним внутренние органы, не давая им опуститься; находится на расстоянии 2–3 см от кожного покрова; управляется в основном со стороны нерва, который контролирует активность половых органов и сфинктера. От нее также идет ответвление, которое у женщин соединяет нижнюю часть позвоночника с маткой и мочевым пузырем, а у мужчин – с простатой и мочевым пузырем»[283].

Если эта мышца сильна, то человек играющий обеспечен колоссальным источником энергии, подлинным генератором харизмы. Фактически это корень артистического магнетизма!

И почему это так? Потому, что «в этой мышце укоренено пять-восемь сантиметров вашего пениса, и чем она крепче, тем сильнее эрекция, глубже оргазмы и эффективнее сдерживание эякуляции»[284]. Считается, что хорошим методом тестирования этой мышцы является попытка прервать мочеиспускание. Это легко, если мы способны управлять мышцей, то есть напрягать и расслаблять, важно также, чтобы при этом одновременно не напрягались ягодицы, живот и мускулатура бедер. Если все соответствует сказанному, то наша Мышца Вдохновения сильна и нам нужно только поддерживать ее в состоянии силы. И это означает также, что мы можем смело приступать к изучению того, на каком языке говорить с самым сложным сексуальным органом во Вселенной – нашим головным мозгом.

Виртуальное дыхание, или Дыхание Мифа

Это дыхание Героя, или, говоря словами могучего безумца Ницше, дыхание Космического Танцора. Уже в одном цикле это дыхание заключает в себе грандиозную мистерию «смерти и возрождения».

И почему оно так важно? Дело в том, что наше мировоззрение, а также выводы, которые мы извлекаем из общения с миром, определяются количеством циркулирующей в нас энергии. Разница между оптимизмом и пессимизмом, например, заключается всего лишь в наличии или отсутствии энергии. Характеристика убеждений, которые человек проецирует во внешний мир, зависит только от количества энергии. Мы можем создать, например, очень тонкие, запутанные и при этом очень темные миры, но сложность и темнота будут определяться только отсутствием энергии и, как следствие, – ясности!

Вывод: все в нашей жизни зависит от правильной настройки и работы нашего энергогенератора!

Он запускается следующим образом: один большой вдох как бы дробится на три части. Сначала делается самый большой глоток воздуха, и он в форме синего светового шара оседает в нижней части живота; затем делается добор – второй глоток воздуха, он поменьше, наполнен красным светом и, опираясь на предыдущий, оказывается на уровне сердца; третий добор – это шар белого света, он опирается на красный и оказывается на уровне головы (рис. 2). Затем следует «сжатие» Мышцы Вдохновения, и выдох происходит за счет того, что мы как бы выдавливаем весь воздух, начиная с нижней части живота, наверх, через макушку головы (рис. 3).

Здесь важно уточнение: речь идет не о системе кундалини-йоги[285]! В методах Алхимии Игры для так называемого вхождения в поток используется другая схема, точнее, схема «срединного нерва», или, другими словами, «центральной колонны», «стержня» или «канала»[286]. Этот «срединный нерв» проходит через центр тела снизу вверх, связывая воедино три основных центра: нижний (зрителя), средний (актера) и верхний (роли), раскрывается раструбом на макушке головы и украшается диадемой в виде буквы π. Процесс замыкания всех трех центров в единую электрическую цепь и есть, как я его называю, Дыхание Мифа, или дыхание, связывающее нас с Вечностью.

Рис. 2

Рис. 3

Со временем технологическая раздробленность вдоха исчезнет, но суть останется: важно заполнить весь диапазон нашего инструмента, то есть зритель в нас должен получить свою порцию воздуха, актер свою и роль – свою. В итоге наше физическое тело превращается в храм Театра Реальности, в нижнем центре которого сияет буква δ (дельта); в среднем – буква α (альфа); в верхнем – β (бета). Все три буквы дышат, все три работают и все три довольны!

Это дыхание можно выполнять как отдельно, так и в соединении с медитацией на Повелителя Игр. В этом случае оно выглядит так: Повелитель (как символ Большого Театра Реальности, то есть макрокосм) сидит перед нами (Малый Театр Реальности, то есть микрокосм) в своей светоэнергоформе. Мы пребываем в покое, взаимоотражая друг друга. Делая первый глоток воздуха, мы представляем, как маэстро излучает синий свет буквы δ из своего нижнего центра в наш (рис. 4). Затем мы делаем добор (второй глоток), представляя, как маэстро излучает красный свет буквы α из своего сердца в наше (рис. 5); и третий глоток, представляя, как маэстро излучает белый свет буквы β из своего лба в наш (рис. 6).

Затем мы сжимаем Мышцу Вдохновения и, фокусируя энергию в процессе выдоха, поднимаем ее по центральному энергетическому каналу вверх в диадему буквы π. После чего через макушку головы Повелителя Игр энергия снова возвращается к Мастеру. Он снова излучает качества своих трех центров в нас, мы снова поднимаем энергию, собирая ее в букве π, и снова возвращаем Мастеру.

Рис. 4

Еще раз, в грубом стиле: при каждом вдохе мы как бы заглатываем форму Повелителя Игр целиком и переживаем его присутствующим внутри, как бы заполняющим нас. В этот священный момент мы действительно до краев заполнены качествами Мастера. Затем в момент выдоха мы позволяем ему выйти обратно в пространство через макушку головы, и снова заглатываем, и снова отпускаем, и т. д. Когда же приходит время закончить практику, мы заглатываем Повелителя и уже не отпускаем, тщательно перевариваем его качества в себе и сияем ими на благо всех.

Рис. 5

Возможен и другой вариант, менее напоминающий «свирепый каннибализм»: находясь перед нами, Повелитель растворяется в свете, этот свет вливается в нас, и мы остаемся в сознании реализации недвойственного переживания Театра Реальности. В процессе дыхания возможно также визуализировать учителя над собой и при выдохе отдавать все ему или представлять себя в его сердце, а учитель при этом – все, что вокруг, и т. д. и т. п.

Рис. 6

Все эти версии и варианты (которых огромное множество) приводят к одному: макрокосм и микрокосм сливаются в одно целое. И мы остаемся в этом переживании так долго, как возможно[287]. Подобные формы визуализации и дыхания являются также фундаментом для Танца Сверхмарионетки, упражнений на развитие артистической пластики и голосового диапазона (таких как «Единое Тело», «Коллективное Горло», «Сити-Пати»[288], «Тотальное Слово» и мн. др.[289]).

И еще раз: посредством этой формы дыхания мы вводим свой мозг в экстремальную позицию, в которой в сотни раз превышаются границы нормальных значений потенциала мозга, так как в этом мощном положении он одновременно производит бета-, альфа– и дельта-волны. Этот уникальный феномен закругленного электрического поля мозга, манифестирующий, с одной стороны, высокую энергетическую загрузку мозга, а с другой – одновременное глубокое расслабление, называется в Игре виртуальной позицией Ума!

Виртуальная позиция Ума

Virtus означает «вдохновенный», то есть «способный к победе»! «Обладать тем, что зовется virtus, значит обладать разрушительной силой, победоносным духом (Genius). Virtus доказывается непобедимостью»[290].

Как уже известно из сказанного выше, феномен виртуальной позиции Ума заключается в том, что в ней одновременно производятся бета-, альфа– и дельта-волны в нужных пропорциях[291].

Но, как мы помним, ни один из этих уровней по отдельности не есть реальность. Только все три вместе! Обычный ребенок переживает себя в этой позиции, погружаясь в естественное состояние потока, в состояние Игры.[292] Когда это состояние единства возникает спонтанно, оно кажется очень простым, но при сознательной попытке соединить несоединимое – довольно капризно, требует внимания, упорства и многолетних упражнений. В счастливые мгновения встречи с этим положением Ума мы можем чувствовать, что, с одной стороны, исчезаем как личности, с другой – начинаем заполнять собой все театральное пространство… мы затаиваем дыхание вместе со зрителем; ровно и уверенно дышим вместе с актером; а также можем совершать невероятные дыхательные пируэты от имени роли…

В этом «мистическом» состоянии соединения несоединимого все в нас и вокруг нас дышит и не дышит вместе с нами; «каждый атом вибрирует интенсивной радостью и скрепляется любовью»[293]. Высшие бесстрашие, радость и любовь уже здесь, манифестируя состояние предельной эффективности.[294] И как это происходит? Фактически это как раз то, о чем невозможно говорить, и лучше обратиться к опыту великих. Вот он:

Я – не тот и не этот объект.

Я – то, что делает все объекты проявленными.

Я – высшее, вечно чистое.

Я – ни внутреннее, ни внешнее…

Не участвующее в иллюзии «того» и «этого».

Единственный без второго.

Реальность без начала…

Блаженство без конца…[295]

Или проще: «Когда я забываю, кто я такой, я служу тебе. Через служение я вспоминаю, кто я, и знаю, что я – это ты»[296]. Или совсем просто: «В моей собственной душе произошло величайшее из чудес – Бог вернулся к Богу!»[297] Одним словом, «больше нет отдельного эго, смотрящего в материальный мир, – есть только Бог, взирающий на Бога, сознание, наблюдающее свои проявления… Все люди, все существа, все живое – и уж конечно, не одно только эго – живут Божественным и в Божественном»[298]. То есть «наш мир озаряют два света. Один дает нам солнце; другим отвечает ему свет глаз. Мы можем видеть только благодаря их единению; мы будем слепы, если не станет одного из них»[299]. И последний раз, словами великого Гёте и великолепного Ангелуса Силезиуса: «Глаз образовался в свете ради света, чтобы внутренний свет встретился с внешним»[300]; «Господь – мой центр, где я его объемлю, и окружение мое, где я в нем растворяюсь»[301].

Так работает виртуальная позиция Ума! У нее нет конкурентов. Это самая совершенная позиция из возможных: «Есть у меня в хоккее нечто куда более ценное, чем слава, и не сравнимое ни с чем… боюсь только, что в пересказе оно, это нечто, будет выглядеть слишком приблизительным. Его надо пережить самому, чтобы почувствовать и понять до конца. Я жду его всегда и всегда надеюсь, что свидание состоится. Всякий раз оно приходит неожиданно, и миг его начала неуловим. Я мчусь по льду, и шайба на кончике моей клюшки. И нет ничего, кроме игры. И сама она, игра, и ее ритм, и шайба, и мое тело покорны моей воле. В этот миг я ощущаю себя не просто сильным, я всемогущ, неудержим, и нет для меня в мире ничего невозможного. „Остановись, мгновение, ты прекрасно!“ У каждого эти слова вызывают свои ассоциации, каждый живет ради своего мгновения. Я тоже. Оно уходит неожиданно и незаметно, как пришло. Но я знаю: оно возвратится снова».[302]

Здесь же хорошим примером будут слова великого циркового жонглера Каро, которые приводит в своей книге Николай Демидов[303]: «Я не наблюдаю шариков со стороны, я вступаю с ними вместе в одну общую движущуюся систему. Я живу их жизнью. Я действую как бы помимо своей воли: руки ловят и бросают сами, без моего рассудочного вмешательства. А иногда кажется, что сами шарики заставляют мои руки приноравливаться к ним и успевать за ними»[304].

Лично для меня самое первое и самое сильное сознательное переживание присутствия в виртуальности связано с участием в одной из коллективных сессий холотропного дыхания Станислава Грофа. После примерно 40 или 50 минут интенсивной практики я оказался в переживании, в котором с удивительной ясностью созерцал себя самого, рождающего себя же. То есть я смотрел, я рождал (творил роды) и я же рождался. Все это, по рассказам ситтеров[305], сопровождалось невероятной силы спазмом в щиколотках и запястьях, обильными слезами и самым искренним смехом из возможных. Это было присутствие в стопроцентной виртуальности.

Можно сказать, что боль в запястьях и щиколотках я переживал на уровне роли, динамично пробивающейся через накопленные блоки к преодолению; на уровне актера я испытывал радость игры, и именно в этом причина смеха; а на уровне зрителя я заливался слезами, наслаждаясь процессом самоосвобождающейся трансформации.

Затем, становясь с годами все более устойчивой, эта позиция Ума много раз посещала меня, например, на танцевальной вечеринке с друзьями, в моменты занятия любовью, при предельном разгоне машины на хорошей дороге и, конечно же, на театральной сцене, закругляя весь мой опыт в неописуемое состояние вращения Колеса Высшей Радости.

Можно сказать, что, находясь в этой позиции, тело как бы «действует „само“, без контроля со стороны человека, когда мысли отсутствуют и „руки опережают сознание“… само же сознание при этом расширяется»[306]. Считается также, что эта позиция наделяет обладателя тремя великими способностями: властью, независимостью и силой.[307] Как я отмечал выше, даже боль здесь переливается всеми цветами радуги, вибрируя глубочайшим смыслом и интенсивным наслаждением. Одним словом, все, что бы ни происходило в данном положении Ума, все полно радости, величия и гармонии… Соединяясь в одно целое интенсивной вибрацией электрической природы, это переживание, вероятно, и называется Любовью, в ее освобожденной от личностной фиксации, то есть самоосвобождающейся потенции, в ее самом высоком и чистом проявлении.

Итак, в сияющей как тысяча солнц виртуальной позиции Ума, в которой объект, субъект и действие слиты в одно целое, Театр Реальности «закругляется» в гармоничную, самодостаточную модель, символизируемую в Алхимии Игры буквой π. Здесь растворенные в едином смотрящий, играющий и действующий естественным образом превращают очерченные временем и местом обстоятельства в счастье реализации.

Внимание! Это реальный опыт! Центр и критерий артистического мастерства! Выше нет ничего! Ничего!

Забегая вперед, можно отметить, что в моменты присутствия в этой позиции Ума происходит так называемая трансурановая кристаллизация мозга, то есть «инкрустация» мозга атомами стабильных трансуранов, что обеспечивает его эволюционное развитие. И это как раз то, чего «можно ожидать от триумфа теории поля, квантовой теории и теории общих систем в антропологии. Непосредственное переживание этого феномена, а не чтение о нем в книгах, по-прежнему вызывает отчетливый шок. Когда „я“ (роль) и „поле восприятия“ (зритель) становятся одним, „я“ трансформируется полностью, „проходит очищение огнем“, как говорят мистики»[308]. Результат: «инсайт» проникновения в стихию Образа.

Золотое сечение образа, или то, что Лука Пачоли[309] называет Божественной Пропорцией

Это самое значительное и самое увлекательное явление в Игре. Самым азартным игрокам процесс игры с образом дарит ни с чем не сравнимое удовлетворение. Но! Постигнуть природу образа можно только постигнув природу Повелителя Игр, природу Театра Реальности, то есть самого пространства, которая за пределами двойственности. Отсюда ясно, что с демонической, дуально-личностной программой здесь нечего делать! Говоря языком традиционной алхимии, он «не абстрактен и не конкретен, ни рационален, ни иррационален, ни реален, ни нереален. Он всегда есть и то и другое: он – поп vulgi[310], то есть аристократическая озабоченность того, кто выделяется из нее»[311]. В сокровенных друидических текстах это называется наугаль, что означает «без слов». Это – качество вибрации! Так что «попытки описать наугаль словами приводят к его бесконечному прощению: как можно превратить в слова то, что не может быть превращено в слова?»[312]

Итак, будучи детищем неделимого пространства Театра Реальности, обладая виртуальной природой, Образ являет свой Лик только в результате Великого Делания, алхимической переплавки неблагородных и разрозненных элементов демонической модели в золото самоосвобождающейся версии Игры. А если говорить об этом еще более сложным языком буддийской Теории Познания, то получится следующее: «Он существует; Он не существует; Он существует и не существует; Он не существует и не не существует»[313]. Одним словом, чтобы познать это: «Transmutemini in vivis lapides philosophicos, то есть превратите сами себя в живые Философские Камни!»[314] И это означает, что Золото Образа[315] выплавляется в нас самих, из эссенции нашего самоуничтожения, самосожжения, самопреодоления. И это как раз то, что называется формулой игрового положения Ума, формулой числа π, или, лучше – Заклинанием Образа![316]

Самое сложное для понимания здесь заключается в том, что Образ не нуждается ни в ком, кто бы его сыграл. И вообще его невозможно сыграть. Уловить его проявление можно только в состоянии искренней идентификации с неличностными качествами Повелителя Игр. То есть:

• зритель в нас проявляется как качество пустоты Образа;

• актер – как потенция творческих возможностей Образа; а

• роль – как непосредственное проявление энергии и действенной природы Образа.

Великий Платон также знал о золотом делении. Его диалог «Тимей» посвящен математическим и эстетическим воззрениям школы Пифагора и, в частности, вопросам золотого деления. Греки верили, что понимание сути «золотого соотношения» позволяет человеку приблизится к Богу, и утверждали, что Бог заключен именно в этом числе. В свое время великий Дюрер, после встречи с Лукой Пачоли, подробно разрабатывал теорию пропорций человеческого тела. Важное место в своей системе соотношений он отводит золотому сечению. Астроном Иоганн Кеплер называет золотое сечение одним из сокровищ геометрии. Он первым обращает внимание на значение золотой пропорции для ботаники (рост растений и их строение). Леонардо Фибоначчи, опираясь на эту идею, разрабатывает так называемую Спиральную зависимость, описывая последовательность развития живых существ, благодаря которой растение «знает», сколько листочков ему нужно выпустить и на какую высоту выбросить стебель. В 1855 году немецкий профессор Цейзинг публикует свой труд «Эстетические исследования». Он абсолютизирует пропорцию золотого сечения, объявив ее универсальной для всех явлений природы и искусства. В настоящее время отчетливо просматривается, что золотому сечению в природе подчинено практически все: от спирали ДНК до спирали галактики. В искусственных изделиях и сооружениях наличие золотого сечения придает им красоту и гармоничность. Другой пропорцией должно быть число π, являющееся математической константой Вселенной. Мерность пространства, равная или приближенная к π, – идеал для жизни, в том числе и разумной. Сегодня считается, что зарождение всей органической жизни и ее существование возможны только в мерности, равной числу π.

Далее, уже в процессе игры, благодаря Закону зрелища внешний зритель автоматически проникает в виртуальную плоскость Образа и, с наслаждением терзая «струны неизъяснимого ужаса и бесконечной жалости, которые способна вызвать у человека только подлинная, высокая Трагедия»[317], получает возможность «переплавить» в огне бушующего сопереживания грязь и гной иллюзорного, застоявшегося несовершенства, взрываясь в итоге катарсическим волшебством переживания целого!

Такова мощь Образа! Он вне двойственности! И это означает, что его невозможно увидеть ни внешним, ни внутренним взором. Он проявляет свою непостижимость не вовне и не внутри… и это и есть Artis Auriferae Volumina Duo[318]! Итак: «Я узрел его в доме своем, среди всех этих обыденных вещей. Он возник неожиданно и стал неописуемо единым, и слился со мной, и врос в меня так, что не было ничего между нами, как огонь врастает в железо и свет в стекло. И он сделал меня подобным огню и подобным свету. <…> Мне неведомо, как изъяснить вам это чудо… Я человек по природе и ангел – милостью господней»[319].

Еще раз: его невозможно увидеть ни внешним, ни внутренним взорами! Но куда же смотреть? Ответ: в процесс взаимопроникновения первого и второго! Золотое Сечение Образа проявляет свою непостижимость не вовне и не внутри, но в единстве первого и второго! Его невозможно увидеть обычными глазами, но только с помощью «многоок ой, всеохватной, всепроникающей интуиции». Абу-Касим (Иль-Ираки) говорит об этом так: «Он говорил загадками, постоянно смешивая внешнее и внутреннее… в темных, неясных выражениях он говорил, что поистине внешний мир является только покрывалом, скрывающим мир внутренний…»[320] Методологически для втягивания внешнего зрителя в суть этого переживания в Алхимии Игры используется ЗАКОН ЗРЕЛИЩА.

Закон зрелища

Он, как и Формула Успеха, вне морали и с одинаковой силой работает как в демонической, так и в самоосвобождающейся версиях Игры[321]! Все сводится к тому, что внешний зритель, оказываясь в ситуации смотрения, естественным образом перенимает состояние, в котором находится объект его внимания.

Возьмем, к примеру, всем известный «принцип болельщика». Концентрация внимания игроков на достижении цели во время, например, футбольного матча приводит болельщиков к состоянию, в котором у них начинают сокращаться те же мышцы, что и у игроков. Такова природа восприятия – она физиологична. Известны случаи с легендарным Сальвини, который в роли Отелло, упав на сцену, поднимался так, что вместе с ним вставал весь зал. Или с не менее великими английскими актерами Эдмундом Кином[322] и Давидом Гарриком[323], немцем Сандро Моисси[324], после игры которых зрители жаловались на болевые ощущения в тех или иных частях тела.

И о чем это говорит? О том, что «пребывание человека в виртуале всегда видно. И результат его деятельности обязательно несет неизъяснимую печать этого. Гениальное или даже талантливое произведение отличается от профанного тем, что в талантливом присутствует авторский гратуальный[325] заряд, в котором создавалось данное произведение»[326].

И мысли в голове волнуются в отваге,

И рифмы легкие навстречу им бегут,

И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,

Минута – и стихи свободно потекут.

Вывод: мир не поверит в вас до тех пор, пока вы сами не поверите в себя! Если артист внутренне пребывает в разделенной, демонической версии, то зритель естественным образом перенимает эту же узкую версию игры; если же артист берет на себя ответственность за стопроцентное владение своим инструментом, если он решает «переинсталлировать» свой внутренний компьютер с дуально-демонической версии на самоосвобождающуюся, постигает механизмы вхождения в виртуальную позицию Ума и начинает игру в целостной версии, то энергия внешнего зрителя будет изначально вписана в самоосвобождающуюся модель Игры!

Сконцентрируемся на этом: мир не поверит в вас до тех пор, пока вы сами не поверите в себя! Если ум артиста пребывает в разделенной, демонической модели, то зритель естественным образом будет перенимать эту демоническую позицию; если же ум артиста с помощью целенаправленных усилий настраивается на самоосвобождающуюся виртуальность, то энергия внешнего зрителя изначально будет вписана в эту версию игры!

То есть у смотрящего пространства изначально не будет выбора, так как оно изначально в целостной позиции! Изначально в игре, результат которой – Самоосвобождение! И вот здесь у зрителя начинают сокращаться те же мышцы, что и у артиста; тогда зритель незаметно для себя начинает вставать со своих кресел вместе с ним, рыдать, теряя face-control, глупо смеяться, падать в обморок и переживать всю ту гамму чувств, в которую артист его увлекает. В этот момент «зеркальный эффект» виртуальной позиции Ума показывает свою молниеносную силу; тончайшие нити невидимой энергии соединяют обе стороны рампы в единое целое; а опытный мастер держит эти нити натянутыми, виртуозно управляя бурным течением и радостным танцем самой мощной энергии из существующих!

Пучина Многоглазая

В современном мире 92 % информации человек получает через зрение. Остальные 8 % делят между собой слух, осязание и обоняние. Исходя из этой статистики можно без труда определить, что, управляя зрением, управляешь человеком!

Это означает, что «в этой части мира, которая привыкла смотреть и где культура сформирована во внешних, зрительных формах, для духовного освобождения есть смысл использовать именно эту способность – страсть к поглощению зрительных форм»[327].

Еще раз: в этой части мира, которая привыкла смотреть и где культура сформирована во внешних, зрительных формах, для духовного освобождения нужно использовать страсть к поглощению зрительных форм!

Это первое!

Второе, что важно: «внутри самой зрелищно-двойственной модели мира существует механизм, преобразующий ее в единство, – механизм самоосвобождения»[328]. То есть возможность «оседлать» эту потенцию изначально присутствует в нашем Уме. Она заключается в игривом взаимодополнении трех основных уровней Театра Реальности: тайного, внутреннего и внешнего.

Как мы помним, тайный – это безграничная, вне форм, потенция смотрящего пространства – зритель; внутренний – творческая способность актера направлять эту энергию на конкретный сценарий; внешний – все та же энергия зрителя, только оформленная актером в реализацию задуманного – в роль. И вся эта «пирамидальная» конструкция опирается на «безмолвную зону» пустоты, на так называемое нулевое поле, на «пространство вариантов»[329], или «соковое сознание»[330], где хранится колоссальный энергетический потенциал.

Можно сказать также, что возможности Зрителя-пустоты поистине невообразимы, он может все, и рано или поздно нам придется в это поверить.

Но внимание! Его природа тотально безответственна. Он готов питать собой все что угодно. Будьте осторожны со своими желаниями и страхами!

Они сбудутся!

И эту важную вещь следует повторить еще и еще раз: в процессе, казалось бы, безобидного смотрения скрыта чудовищная сила! Это мощь Танцующей Виртуальности, что традиционно определяется как Танец Дракона! Составленное из «глаз-искр» тело танцующего Дракона (символ хаоса) – очень сильный образ. Известно, что безжалостные удары его хвоста смертоносны! Под свою ответственность я дерзнул бы даже провести некоторые аналогии с тем, что китайцы называют Дао[331], безымянным началом («в глазах Дао хранится тьма вещей»).

Известны также аналоги из тибетской культуры, так называемые Мандалы Глаз[332], именуемые Океаном Восприятия, или современные научные гипотезы, в которых вмещающее всё и вся пространство предстает в форме «мыслящей (или смотрящей) материи»[333]. Но для выражения тех же самых смыслов в АлхимииИгры мне нравится использовать другой классический вариант, на этот раз – русский: «В сказке о Василии Буслаевиче говорится, что плыл он к зеленым лугам; тут лежала Пучина Многоглазая. Стал он вокруг похаживать, сапожком ее попинывать. „Не пинай меня, – говорит Пучина, – и сам тут будешь!“ Расшутились тут люди Василия и стали через Пучину прыгать. Все перепрыгнули, а Василий прыгнул да задел ее пальцем правой ноги – да тут и помер»[334].

В ряде культур глаза рассматриваются как место пребывания души. Считается, что через зрачки душа попадает в тело и покидает его. Этим путем в организм могут попасть также и злые духи. Например, колдун своим взглядом способен направить демонов на все то, на что посмотрит, поэтому порча именуется сглазом. По средневековой легенде, когда Александр Македонский оказался у ворот рая, навстречу ему выкатился глаз. Он положил на одну чашу весов все драгоценности, а на другую глаз, чаша с глазом перевесила. Одним из основных образов суфийской традиции являются Глаза Сердца. В раннехристианских храмах окна были круглой формы и назывались «Okulus» (по-латыни – «глаз»). В египетской традиции глаз является посредником между внешним светом Солнца (Ра) и духовным светом Познания (Гор). Так, Око Гора являет нам отношения между пра-мандалой Солнца и пра-мандалой Души, символический третий глаз, сияющее сердце солнечных богов.

Еще один интересный образ, связанный с глазами, это Мамка Глаз из алтайской шаманской традиции. Она выглядит как маленькая девочка, но «на лбу у ней солнце, а на груди семь месяцев. Она кутается в темное покрывало неба, усыпанное звездами-глазами». В «Алхимической свадьбе Христиана Розенкрейца» Валентина Андрэа находим: «В ужасе я оглянулся и увидел восхитительную Деву с большими красивыми крыльями, усыпанными множеством глаз».

Известны также иллюстрации алхимического Орла, покрытого глазами (символ посвященности); тело египетского божества Беаза и буддийского Рахулы (школа Ньингма) соткано из глаз; также буддийская Белая Тара носит глаза на ладонях и ступнях; на тела вождей во многих африканских и австралийских племенах наносятся татуировки большого количества глаз.

Третий глаз на лбу Шивы появился, когда его жена Парвати закрыла ладонями два других глаза. Считается, что этот глаз особенно губителен: его огнем Шива сжег, в частности, бога любви Каму, отвлекающего его от аскетических подвигов. В этом контексте интересен также Василиск, мифическое существо с телом человека и головой петуха. Защититься от его смертоносного взгляда можно только обвешавшись зеркалами, тогда этот монстр погибает от мощной энергии своего собственного взгляда. Одним словом, примеры архетипической символики, связанной с энергией смотрения (или с энергией осведомленности), можно найти во всех культурах мира.

Итак, Пучина Многоглазая!

По мнению Дэвида Бома, в каждом ее кубическом сантиметре скрыта энергия триллиона атомных бомб![335] Элементарные частицы, как почти столетие назад уже доказали пионеры квантовой физики, «покоятся во всех возможных структурах, пока – потревоженные нашими наблюдениями или измерениями – не обоснуются в некоторой точке действительности. Наше наблюдение – человеческое сознание – является самым важным в жизни элементарных частиц. Они становятся чем-то определенным благодаря нашему сознанию»[336]. И получается, что частица (или, говоря языком Самоосвобождающейся Игры, – роль) спит до тех пор, пока в театральный зал Вселенной не приходит некто, желающий смотреть, изучать, постигать, исследовать реальность – то есть зритель.

Квантовые исчисления показывают также, что «мы и вся наша Вселенная живем и дышим среди некоего моря движения – квантового моря света, некоего Нулевого Поля. <…> Это совершенный алхимический мир чистого потенциала. Он делается реальным и, в некотором смысле, менее совершенным, только когда в него вторгается сторонний наблюдатель, который, как кажется, и останавливает хаотичность»[337].

Это и есть – Пучина Многоглазая!

То самое (на самом деле – безглазое) осознавание, пустота-полнота, нулевое поле, пространство вариантов, что спит само в себе до тех пор, пока кто-то не дерзает его пробудить. И до сих пор остается загадкой, что заставляет Вселенную пробудиться ото сна…

Единственное, что на данный момент мы можем извлечь из этой удивительной игры смыслов, сводится к следующему: если мы смотрим сознательно, мы формируем внешний мир; если мы смотрим несознательно, внешний мир формирует нас!

Есть смысл подумать об этом, включая «на автомате» телевизор или компьютер! Есть смысл обращаться с атомной энергией смотрения сознательно! Есть смысл хорошенько задуматься над фразой Екклесиаста: «Не насытится око зрением» – и обратить наконец внимание на то, какие «фильмы» мы просматриваем в своем Уме, в положении, максимально близком к состоянию альфа, например, перед тем как засыпаем. Дело в том, что они никуда не исчезают! Они записываются на «жесткий диск» мозга, затем сбрасываются для обработки на более глубокие уровни Ума и затем всплывают на поверхность в форме ситуаций нашей повседневной жизни!

И это означает, что «истина – всего лишь слово», и ясно одно: если наша роль переживает что-либо с убедительной верой в «предлагаемые обстоятельства», зритель в нас возведет это переживание в ранг истины! «Если думающий (роль) замыслит, что Солнце вращается вокруг Земли, смотрящий (зритель) услужливо организует восприятие так, чтобы оно соответствовало этой идее; если же думающий решит, что Земля вращается вокруг Солнца, то смотрящий организует свидетельства по-новому»[338] и в дальнейшем будет яростно питать этот сценарий «электричеством смотрения». И это опять и опять означает, что есть смысл очень хорошо задуматься над тем, что мы сами, и только мы, своими собственными глазами, пишем сценарии своих жизней!

Бесконтрольно фокусируя энергию смотрящего пространства Пучины Многоглазой, мы сами сажаем кактус, на котором спустя время обнаруживаем свой зад! Мир, как зеркало, всего лишь отражает наше отношение к нему. «Когда мы недовольны миром, он отворачивается от нас. Когда мы боремся с ним, он борется с нами».[339] Когда мы грозим ему кулаком, он грозит в ответ. Это естественная игра нашего собственного восприятия, которую мы осознаём или нет! Такова природа мира-вместилища, в нем нет ничего не от нас!

Итак, еще и еще раз: мы имеем дело с абсолютной силой! Великий Ньютон называл ее Sensorium Dei, визуальным органом Бога; безымянный поэт описывает это видение как «покой и безумье, всюду смерть. Всюду Божьи глаза»[340]; так, совсем в стиле Алекса Грея[341], зрачки предельного Шекспира пронизывают все повсюду, фразой: «Я знаю каждого из вас!» затягивая нас в пространство, в котором, следуя музыкальному воображению английского писателя и лингвиста Дж. Р. Толкиена, «не от чего отсчитывать время»[342]. Бесспорно одно: электричество глаз способно создавать и питать своей энергией как гениев, так и монстров! И важно раз и навсегд а уяснить: «Кем мы себя видим, тем мы и становимся»[343].

И последний раз, словами фантасмагорического Гебрея: «Человек – это то, чем он себя воображает!»[344]

Энергия глаз

По-латыни – virtus animi! По Уильяму Блейку – «Вечное Наслаждение»[345]. Это как раз тот сорт энергии, с каким я имею великое счастье работать: «Ее зовут Радостью и Наслаждением, и, хотя она постоянно кружится в нас, никто ее не видел своими очами…»[346]

Известно, что у нее много названий: греки называли ее phren – дух, жизненная сущность, или эфир; в латыни для обозначения духа и дыхания также употреблялось одно слово – spiritus; индийцы называют единство дыхания и творящего духа праной; китайцы – ци; японцы – ки; русские – пучиной многоглазой; барон Карл фон Райхенбах[347] называет эти субматериальные силы од или одической силой; иудейские пророки – руах (ruah или ruwah); великий Парацельс – археем (archaeus); Дени Дидро – живой молекулой; Вильгельм Райх – оргоном; бушмены Южной Африки – нум; для герметистов это эрос; для африканского племени догонов – амма; у оккультиста-кроулианца Остина Спейра[348] это киа; у адептов дзогчена – ригпа[349]; считается также, что головной убор фараонов, пернатые змеи Мексики и Южной Америки, шаманская атрибутика и т. д. и т. п. – все это указывает на использование особого сорта энергии, являющейся источником психической силы, харизмы, таланта, различного рода достижений и даже гениальности.

Театральному человеку легче всего понять энергию глаз как энергию смотрения, растворенную в темноте зрительного зала, энергию глазельщиков[350], как называл зрителей Шекспир. Это то, чего не видно, но тем не менее эта «невидимость» заполняет собой всё! Говоря словами поэта: «У ночи (темноты) – тысячи глаз»! Она пронизывает актера изнутри, течет по его кровеносным сосудам, пульсирует в сердце. Это среда его обитания! Ведь «если ты театральный актер, то ты существуешь только до тех пор, пока на тебя смотрят»[351]. Если же нигде нет зрительских глаз, то, как говорят англичане: «Out of sight, out of mind»[352]!

На своем личном примере могу сказать, что я переживаю себя рыбой в океане этой энергии и неотделим от ее силового поля[353]. Это, подобно тотально изощренному видению Алекса Грея, «море бессознательного, переливающееся искрами множества „глаз“». Это мой внутренний воздух, моя внутренняя пауза. Я проявляюсь из нее и, исчерпав себя в роли, возвращаюсь в нее же…

Скажу, возможно, странную вещь: я никогда не играю перед внешним зрителем. Всегда из внутреннего зрителя-пустоты, им и для него. А то, что эта игра становится достоянием внешнего мира, это уже отражение. Я как бы опрокидываю внутреннего зрителя на внешнего, внутреннюю модель Вселенной на внешнюю. Можно сказать, что внешний зритель присутствует при моей разборке с Вечностью. То есть я играю для Бога, или все же для Вечности, находящейся в каждом из смотрящих на меня зрителей. И это означает, что без зрителя я мертв. Я лишен диалога с Божественным в себе.

Или, еще более экстравагантно: три уровня Театра Реальности можно метафорически рассмотреть как глаза Роли, глаза Актера и глаза Зрителя. Глаза Роли смотрят вовне; глаза Актера – внутрь; глаза Зрителя – скрепляют все любовью. Совмещение этих трех уровней рождает глаза Повелителя Игр, или глаза Образа. Одним словом, когда человек играющий обнаруживает для себя этот удивительный «инфрасмысл»[354] глаз, с одной стороны, он оказывается «в едином океане текучего электричества, в бесконечном потоке со-существования и любви»[355]; и с другой – вся Вселенная оказывается на его ладонях.

И почему?

Потому что, когда глаза богов или просто мудрых и опытных людей смотрят на тебя, «их взгляд дарит тебе новое рождение. Внутри тебя рождается что-то огромное и в то же время нежное и хрупкое, так что ты естественным образом сбрасываешь груз долгих лет ограниченности и неверия в свои силы. В их взгляде соединяется бесконечная любовь и таинственное лукавство – они видят Божество, обитающее в шумном переполненном доме»[356].

Таково благословение Пучины Многоглазой. Так из фантастической фактуры Пучины Многоглазой можно лепить все что угодно! Любую ситуацию! Любую форму! Любую роль! Стягивать из пространства и растворять… стягивать и растворять… стягивать и растворять… Говоря словами Ричарда Фейнмана: «Возникать и аннигилировать, возникать и аннигилировать – какая пустая трата времени»[357]! Так возникает мощный символический ритуал, в «экстатическом состоянии [которого] преобладает переживание интенсивной любви, счастливое осознание электрического, сексуального танца; экстатическое волнообразное единство…»[358] В этот момент я знаю, что способен сыграть все, что захочу! «…И воспоминания о прежних заблуждениях отдельности, об ограниченности и боли вызывают ликующий смех».[359]

Фактически шкала методов в Игре классифицируется в зависимости от того, как артист использует энергию смотрящего пространства. Если он не готов держать в руках Энергию Глаз, тогда ему лучше сконцентрироваться на методах «отсечения» (подобных четвертой стене Дидро[360]) и упорно «качать мышцы Ума». Если же его амбиции распространяются на то, чтобы держать Энергию Глаз «в узде», тогда ему необходимо освоить такие методы, как «внутренние игры» Михаила Чехова или, например, методы работы со Сценой Театра Реальности или мужским и женским аспектами из компендиума Пути Игры.

Но если он уже готов к тому, чтобы не проводить разделения между собой и зрителем, если он понимает, что реализуется не он, а смотрящее пространство, что он всего лишь инструмент, тогда его метод – это квантовый прыжок в пустоту с пустыми руками. Тогда он – Повелитель Игр! Повелитель Вдохновения! Повелитель Виртуальности! Тогда он – Танцующее Божество Любви! Он вне восприятия, вне зрелищности, обнимает собой все и никому не принадлежит, так как «сущность жизни нельзя увидеть: она содержится в Свете Сердца. Свет Сердца нельзя увидеть: он хранится в глазах»[361], точно так же как «конечная цель артиста – не визуальное, визуальное – только средство, но не цель…»[362]. Одним словом, «самого главного глазами не увидишь»[363]. И это утверждение, опираясь на сложные и довольно пространные вычисления, доказывает современная астрофизика: «Более 90 % массы Вселенной увидеть невозможно»[364]. И последний раз, словами досадующего Мейерхольда: «Актер застрял на мире видимого!»[365] Идите глубже!

Opus magnum, или Мистерия Трансмутации

Суть в следующем: присутствие в виртуальной позиции Ума способствует трансурановой кристаллизации мозга, то есть «инкрустации» атомами стабильных трансуранов. Об этом мы уже коротко говорили, теперь есть смысл остановиться на этой теме немного подробнее. Что это за атомы? Они возникают в период стрессового пребывания Ума в виртуальной позиции. Интересно, что их невозможно зафиксировать, но результаты их воздействия наглядны. Известно также, что их виртуальное присутствие обнаруживается только в процессе взаимодействия других частиц, то есть они существуют только «актуально, здесь и теперь – порождаются в процессе взаимодействия других частиц, выполняют свою функцию и исчезают, как будто их никогда и не было»[366].

Но! В эти моменты, говоря простым языком, наш мозг растет! То есть эволюционирует! Это происходит потому, что «стресс (который нельзя определить ни как негативный, ни как позитивный) порождает в организме высшего животного мощный всплеск психической энергии. Этот всплеск приводит к механической сшибке атомов различных элементов в новые элементы (стабильные трансураны), не существующие в мертвой природе…»[367]. Так с их помощью наш мозг, как огромный колеблющийся жидкий кристалл, генерирующий психическую энергию, трансформируется в иное, более совершенное состояние[368].

Пользуясь алхимической терминологией Юнга, по мере развития этого процесса происходит так называемое «нагревание», «возгонка», или, как это принято называть в традиционной алхимии, мультипликация (умножение, увеличение, усиление), или, говоря словами Авиценны, «формирование одушевленных мысленных образов, с помощью которых Ум познает себя»[369]. То есть «в момент, когда ты осознаешь свою внутреннюю сущность, частота твоих колебаний изменяется, и изменяется окружающая тебя Вселенная. Таков космический закон»[370]. Итак, «артист должен гореть, если он действительно хочет творить»[371], однако «повышение температуры должно соответствовать усилению способности Ума выдерживать такое нагревание, чтобы осуществить мультипликацию в пределах своего внутреннего, сакрального пространства»[372]. И «тот, кто сам не работал у горна, будь он даже мудрейшим и тончайшим теоретиком, никогда не поймет, ни сколь тесна связь художника с материей – Госпожою Мысли его, ни какими откровениями она может с ним по делиться, будучи выведена огнем из своего сонного состояния»[373]. Так рождается новый стиль присутствия в мире, новое видение мира – мифологическое, то есть слитое воедино с Вечностью[374].

Все вышесказанное подразумевает, что «мозг человека, претерпевающего трансурановую мутацию, может аккумулировать космическую энергию по принципу лазера, отражая и приумножая»[375], то есть становится способным на акт теургии, «творчества всего сущего путем эманации, отчуждения из мозга копий идей (форм) как психофизических голограмм с последующей их материализацией»[376].

Практически теургическая потенция Театра Реальности осваивается в Игре через отождествление с качествами Повелителя Игры. Его грандиозный мозг, как известно, может все![377] «Он находится в субъядерных гравитационных полях, которые создают соразумное, глубоко проникающее, вездесущее и одновременно существующее, единое физическое поле, всегалактический сознательный компьютер, в который всасывается индивидуальный нейрогенетический организм».[378] В нем нет полярности, нет дуализма, но есть множественность, то есть его «аппарат» способен проецировать реальность множественности миров вне объект-субъектного разделения.

И как только происходит эта трансформация сознания, «человек начинает участвовать в центростремительном танце мироздания»[379]. В танце, который Христиан Розенкрейц именует «Химической свадьбой»[380] и в котором «мы – это миллиарды световых лет от головы до пят, наши тела безграничны, и это и есть Вселенная»[381]… И сознавать это – одно сплошное изумление, «причем это изумление – радостное, ибо числом трансформаций человек меряет собственное могущество, и, следя за этими превращениями, мы как бы ликующе скользим по поверхности Природы»[382].

Итак: Мистерия Трансмутации порождает внутри нас сущность, которую в отличие от «кристаллизованного человека» алхимиков, «шизофренического тела» Жиля Делёза[383] и «Кибер-личности» Тимоти Лири я называю Мультипликационным Человеком[384], или Сверхмарионеткой. Но подробнее об этом мы поговорим в следующей книге, сейчас же настало время изменить «угол обзора» и посмотреть на Игру с другой точки.

Часть III

Метафизика игры

Ars amandi infinitum![385]

Чем быстрее ты двигаешься, тем больше контролируешь ситуацию.

Тимоти Лири[386]

Мужской и женский аспекты Игры

Игра – явление эротическое.

Танцующий, играющий поток жизни сексуален в самом высоком смысле. То есть во Вселенной, говоря словами Ральфа Эмерсона, «мы встречаем полярность или действие и противодействие в каждом явлении природы»[387].

На сегодняшний день ни для кого уже не секрет, что две основные противоположности Мироздания являются двумя аспектами творческого организма. Например, женское в художнике связано с открытостью и интуицией. Это способность видеть сразу много уровней, нежность, умиротворенность, открытость. Мужское – это энергия, сила, интеллект… способность уверенно и волево следовать одному направлению, ловкость, точность, выдержка и т. д. Известно также, что когда эти внутренние аспекты творческой личности пробуждены и осознаны, тогда мужское грациозно танцует в нем с женским и мы имеем полноценный творческий акт, достигающий своего разрешения через естественно возникающий ритм взаимопроникновения и любви. Если же эти аспекты не пробуждены и не осознаны, то отношения между мужским и женским напоминают танец двух пьяных людей и сводятся к невротическому преобладанию с одной стороны и невротическому подчинению с другой.

Когда артист переживает отождествление только с мужским аспектом себя, это выражается в отсутствии простора для танца. Это можно сравнить с попыткой танцевать в маленькой, заставленной вещами комнате. Много энергии и мало места для ее проявления. Если это так, нереализованная энергия блокирует сама себя в комплекс, и такова природа артистического «зажима». Когда же артист пробужден только к женскому аспекту себя, но не имеет контакта с мужским, это проявляется в избытке пространства при отсутствии энергии. И опять нет танца, потому что нет структурирующей активности. Здесь безграничный потенциал женского поглощает сам себя в «кислое» равнодушие и лень. И это другая сторона «зажима».

Вывод: весь спектр артистических комплексов и зажимов, а также проблем взаимоотношений с партнерами и с режиссером сводится к одной-единственной причине – к отсутствию зрелых взаимоотношений между мужским и женским в едином творческом организме.[388] Разберемся в этом, начиная, как и положено, с самого невозможного – с познания природы женского.

Повелительница Танца

Женщина – это самое эфемерное из всего, что проявляется в окружающем нас мире. Она соткана из игры, вибрирует непостоянством и каждое мгновение готова раствориться в танце чувственных переливов. Не будет преувеличением сказать, что она так же неопределима, как и сам «бушующий космос» Театра Реальности, являясь отражением мужской способности очертить территорию своих возможностей.

Женский аспект проявляется в Игре в форме Повелительницы Танца. Новый персонаж в мифологии Игры, поэтому остановимся на нем подробнее. Эта молодая и невероятно игривая femme inspiratrice[389] может являться как в виде человеческого существа, так и в форме божества, а также как игра сил феноменального мира.

Считается, что этот собирательный образ всех Муз вместе взятых (если брать европейский аналог) пробуждает интуицию и дарит внезапное озарение. Ее еще называют Тем, Что Знает или Пучиной Многоглазой. Герберт Гюнтер говорит о ней так: «Она есть все, что не включено в сознательный психический склад человека и представляется „иной чем“ и „более чем“ он сам»[390]. Натан Кац анализирует ее «как символ сил, действующих в мужской психике, которые всплывают из лабиринта подсознания, чтобы исцелять и сплачивать сознательное „я“»[391]. Джозеф Кэмпбелл говорит об этом, приводя в пример санскритское понятие шакти, что означает «деятельную силу» мужского божества. «Следуя аналогии, можно сказать, что жена является шактисвоего мужа, а любимая женщина – шакти своего возлюбленного; к примеру, шакти Данте была Беатриче»[392].

Общеизвестно, что Музы: Клио, Евтерпа, Талия, Мельпомена, Терпсихора, Эрато, Полигимния, Урания и Каллиопа – несут в себе божественный Огонь, или дыхание Богини Весты. Все вместе они образуют тетрактис – начало и конец, слитые в единое целое, божественную Декаду – женский принцип игры Ума. Их корни уходят в греческую мифологию. Все девять – дочери верховного бога Зевса и богини памяти Мнемозины. Музы обитали на вершине священной горы Парнас или на склонах священной горы Геликон. Они черпали воду из Кастальского ключа и одаривали ею избранных, и те, изведав этой живительной влаги, становились поэтами и певцами, танцорами и актерами, музыкантами и учеными. Музы-сестры водили дружные хороводы, танцевали и пели под звуки золотой кифары, на которой играл бог солнца и искусств Аполлон. Почти все сестры имели отношение к театру, но только две из них, Мельпомена и Талия, являются символами сценического искусства. Мельпомена сначала считалась музой трагедии, но затем расширила свои «владения» и стала музой и покровительницей драматического театра вообще. Известно, что театр называют храмом Мельпомены. Она изображается украшенной виноградными листьями, с венком из плюща на голове, на котурнах, с трагической театральной маской в одной руке и мечом или палицей – в другой. Талия (ее имя на древнегреческом означало «расцветаю», «разрастаюсь») стала покровительницей комедии и легкой веселой поэзии.

Уходящий корнями в тантрические источники, это образ просветленной женщины, «наделенной магическими силами, всемогущей волшебницы, способной принимать какой ей вздумается облик»[393], обладающей силой одним лишь точным словом или жестом пробуждать мужчину к непосредственному переживанию реальности. Считается, что результатом визуализации ее сотканной из глаз светоэнергоформы является растворение чувства разделения между внешним и внутренним и превращение «медитатора» во всеобъемлющее силовое поле Энергии Глаз. Безграничное, электрической природы видение потенциальности.

Этот принцип готов упорно работать на нас, активизируя способность к интуитивному проникновению в природу Игры; но в то же время она в любой момент может выбить стул из-под нашего заднего места, если мы становимся излишне тяжеловесны, пафосны или слишком привязаны к ситуации. Так мы познаем, что «Ум и то, что появляется, изначально чисты. <…> Любые возникающие умственные состояния и мыслительные процессы никогда не становятся тем, чем они кажутся»[394]. Эти стремительные, жестокие выпады огненной подруги Повелителя подобны резким взмахам окровавленного ножа, отсекающим наши спазматические реакции. Гнев Той, Что Знает заставляет нас выпустить из рук то, за что мы так судорожно цепляемся[395], ясно показывая, что «все сфабриковано Умом и потому эфемерно»[396].

Иногда капризная игривость этой прелестной леди может быть даже пугающей: «Ты никуда не денешься от этой игривой девушки. Она любит тебя. Она ненавидит тебя. Без нее твоя жизнь превратится в сплошную скуку. Но она будет постоянно обманывать тебя. Когда ты попытаешься поймать ее, она исчезнет. Схватить ее – значит схватить свое собственное тело. Она до безумия игрива. Ставка в этой игре – твоя жизнь»[397]. Но, как известно, «двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры»[398]. С другой стороны: «…Когда она становится нашей союзницей, мы начинаем видеть не парой глаз, а многоокой интуицией… мы становимся похожи на звездную ночь и взираем на мир тысячью глаз»[399]. И это первое качество Повелительницы Танца – динамическое, или сексуальное.

Второе – женственное, всепоглощающее, или материнское. В этом случае она Magna Mater[400]: «…Не имеет ни формы, ни цвета и сама не обладает никакой основой… она „нерожденная“, подобна небу; не создана в результате какой-либо деятельности и не имеет какой бы то ни было причины. Она – исконная, пустотная природа всего и вся»[401]. Это пространство зрителя, из которого возникают все мысли и роли… мать всего сущего. «Чрезвычайно величественная и безумно прекрасная… нежная, энергичная, ласковая, сверкающая… субатомная, текучая, скоростная природа вещей…»[402] И под финал: «Помни, все в мире – лишь игра твоих Шакти»[403]. И последний раз, словами Будды Гаутамы: «Будь мысленно всегда среди женщин!»[404] То есть «постоянно веди внутреннюю сексуальную игру»[405].

Женский аспект Игры

Эту главу я посвящаю женщине, которая безжалостно учила меня женской логике, и слава богу, что это чудовищное время имело место в моей жизни.

Вот один из самых важных снов этого периода: все началось с ясного осознания того, что я проецирую на эту женщину женскую часть себя (говоря терминологией Юнга – свою аниму). И я спрашиваю ее во сне: «Почему меня так тянет к тебе? Что воплощается в тебе такого, чего я не знаю о себе и чего недостает мне?» И ответом на этот вопрос явилось своеобразное приглашение в кратер женского подземелья. Я вижу (или, скорее, переживаю) себя в форме темного женского начала, которому мужская часть меня очень хочет отдаться. Мужчина во мне желает как бы расслабиться в женском, довериться ему, спуститься или проникнуть в него. Вместе с тем я ощущаю огромную силу и право на это путешествие, защищенное четким осознанием ясной мужской эрекции.

Возможно, – думал я по пробуждении, – это можно еще определить как непреодолимую тягу окунуться в виртуальность Пучины Многоглазой, раствориться во всепроникающей интуиции. «Раствори свое тело, превратив его в глаза, чтобы видеть, видеть, видеть…»[406] С точки зрения глубинной психологии, корректировал я себя, это путешествие и битва с драконом за «сокровище» является необходимым этапом взросления художника и героя. Так во мне зарождалась потребность работы с широким спектром методов, касающихся женского аспекта Игры. Их можно сравнить с проходом над ужасной пропастью по очень тонкой дощечке.

И что же делает это развлечение таким опасным?

Речь идет об одной из самых увлекательных и азартных игр в Алхимии Артистического Мастерства. Это яростная и полная глубочайшего смысла битва Повелителя Игр с демоном Игры за смотрящее пространство, за женщину, за ее интуицию и безграничный потенциал! И в чем здесь суть? Дело в том, что зрителя можно увлечь только эмоционально наполненной игрой. А королем эмоции является не кто иной, как демон Игры. Виртуоз Конфликта! Искусный игрок в «дурака» с пятью козырными картами. Почему с пятью? Потому что основных эмоций, с помощью которых он подчиняет себе мир, – пять: гнев, зависть, гордость, привязанность и глупость. Именно искусство смешивания этих базовых эмоций делает его преферанс виртуозным, а его мастерство приготовления так называемых Раса – практически неотразимым.[407]

Возможно, кому-то будет приятнее видеть пять базовых эмоций не в форме карт, а как музыкальные ноты в системе пентатоники или еще как-либо, но важно одно – именно с помощью этих составляющих демон с виртуозностью истинного мастера разворачивает феерическую партитуру своих «Нибелунгов».

Так или иначе, используя роковое разделение нашего сознания на «я» и «внешний мир», он закладывает в основу любой нашей активности (артистической, политической, научной, военной, спортивной, религиозной и т. д.) не что иное, как эмоцию, и после того как она вспыхивает в нашем Уме, он спускает лошадей! Далее, влекомые азартом, мы уже не можем не находить в этих «ядах» удовольствие, начинаем преднамеренно усиливать их, пока не оказываемся целиком поглощенными ими. «Я уверен, что все мы знакомы с тем, как при чувстве злости, например, человек спешит съесть шоколадку, сходить в кино или заняться сексом, чтобы справиться с этим эмоциональным состоянием».[408] Так демон Игры, используя одно из самых известных выражений знаменитого американского мистификатора Финеаса Барнума[409]: «Ежеминутно на Земле рождается один простофиля», – вожделенно загоняет нас, безжалостно используя крепкие словечки, пинки и хлыст, а «загнанных лошадей», как известно, пристреливают. Итак, игра окончена! Мы «в дураках»! Мы сужены до границ роли и не видим ничего, кроме эмоций, распаляющих в нашем Уме конфликтогенную потенцию!

И что же делать? Для того чтобы использовать эту сложную систему методов, важно понять, что «эмоции – погода в нашем внутреннем мире». Она может быть дождливая, солнечная, ветреная… и какая-либо еще… одним словом, проблема не в эмоциях! Проблема в том, что Ум, захваченный эмоциями, теряет свою целостность, а следовательно – силу! Далее мы начинаем допускать, что действительно существуем, что мы лучше или хуже других, более талантливы или, наоборот, бездарнее, чем другие, и т. д. и т. п. Так демон Игры делает нас пленниками своей империи, впрягая в свою роскошную колесницу вместо лошадей.

Говоря словами незабвенного Станиславского: «Все то, что идет от внешних причин, может вызвать к жизни только деятельность инстинктов и не пробудит сверхсознания, в котором только и живет истинный темперамент и интуиция. <…> Инстинкты должны быть очищены, облагорожены бдительным вниманием человека. Тогда в каждой эмоции, в каждой страсти будет найдено временное, преходящее, условное, и не к этому будет привлечено внимание, а к тому органическому, неотделимому от интуиции, что везде, всегда и всюду, во всех страстях живет и будет единым каждому человеческому сердцу и сознанию»[410].

Но самым фантастическим нюансом в этой игре является то, что в эмоции скрыта невероятная созидательная мощь! То есть «молекулы эмоций запускают работу всех органов и систем тела»[411]. И эта созидательность клас сифицируется в Игре как проявление пяти мудростей Игры. И их нельзя найти нигде, кроме как в самих эмоциях! Еще раз: их нельзя найти нигде, кроме как в самих эмоциях! И каковы основные механизмы этой увлекательнейшей игры?

Пять мудростей Игры

Начнем с того, что разберемся с самим словом «эмоция» (от лат. emotio – потрясаю, волную). «Э» означает «наружу», «моция» означает «движение». Получается – движение наружу! Итак, «пять органов чувств и их объекты – вот те принципы, на которых построена Вселенная мира явлений»[412]. И чтобы «оседлать» это неумолимое движение, нам следует узнать соответствующую каждой из этих пяти эмоций мудрость. То есть войти в самое сердце «эмоционального торнадо». Следовательно, нам нужно начать работать с объектами, которые повышают наши эмоциональные реакции.

Известно, что любая эмоция сопровождается выделением тех или иных гормонов и на каждую клетку одновременно могут действовать несколько видов гормонов, и она выбирает нужные ей в данный момент времени. Гормоны выделяют дополнительную энергию для преодоления межклеточных барьеров, но в целом действие их определено физико-химическими условиями. Известно также, что все железы внутренней секреции являются закрытыми и вмешиваться напрямую в их функцию невозможно, но только опосредованно, через эмоционально-волевые и творческие всплески. Но – и на это есть смысл обратить особое внимание – «если реализуется только волевой фактор без наличия вдохновения и доброжелательности, то возникает проблема с фонацией и опасность инсульта». Живые отрицательные эмоции могут довести ситуацию до абсурда, а положительные – до эйфории и самолюбования, если человек слишком доверится ситуации и потеряет самоконтроль. Вывод: светлая улыбка синтеза – залог успешной и здоровой работы.[413]

Но внимание! Говоря это, Мастер дает нам мощные техники, позволяющие увидеть суть того, что происходит в этот момент. «Снимите с тантрической йоги ее вуалирующую терминологию, и останется простая техника медитации: стимулируйте желание, а затем используйте его как объект для медитации, и оно превратится в осознанность – поле пустоты и чистого удовольствия».[414] Или чуть иначе: «С великой радостью принимайте, братия мои, когда впадаете в различные искушения»[415].

С помощью этой глубокой системы методов, которую Гурджиев и Успенский, например, называют «психотрансформизмом», человек играющий открывает для себя женский аспект Игры и начинает понимать, что эмоция, как, собственно, и играющий с ней темперамент, – это чистая энергия, то есть неоформленное, иллюзорное образование, про которое вообще ничего определенного сказать нельзя, точно так же как про демона Игры. Одним словом, «о чем бы сейчас ни зашла речь – о гневе, влечении, невежестве или смятении, мы не морализируем, не пытаемся отличить хорошее от плохого. Мы говорим о ярчайшей энергии. Вся наша жизнь полна этой необычайной яркости – яркой скуки, яркой злости, яркой влюбленности, яркой гордыни, яркой ревности. В жизни гораздо больше этой энергии, чем созданного ею добра и зла»[416].

Итак, истинная природа эмоции – это открытое, ясное, безграничное пространство, пространство зрителя, и когда мы осознаем это, мы освобождаемся от ее мучительной власти, овладевая при этом основой выразительности артистического искусства! И как же практически начать работать с этими «священными чудовищами»?

Для работы с этими мощными сгустками энергии можно использовать буддийский метод, который называется Ткацкий Станок. Его суть в интеграции любых эмоциональных переживаний с целостной, виртуальной позицией Ума.

Традиционно наставления по этой практике выглядят примерно так: «…Когда идешь, целиком иди; когда стоишь – стой; когда ты счастлив, пребывай целиком в счастье; когда несчастлив – в несчастье; когда болен, пребывай целиком в бо лезни; когда голоден – в голоде; когда боишься, пребывай целиком в страхе; когда тебе что-то не нравится, пребывай целиком в состоянии нелюбви»[417], но при этом присутствуй в состоянии осознавания того, что происходит. Одним словом, «держи экран», на который проецируется кино безграничного разнообразия твоего эмоционального богатства!

Ткацкий Станок

Это самая простая, самая глубокая и самая секретная практика из всех. Секретная не потому, что ценнее других, но просто потому, что требует высокого уровня ответственности и развитого сочувствия к миру людей. Кроме того, она трудновыполнима, требует последовательности и великого упорства. Одним словом – «высший пилотаж». И тем не менее это самая главная практика в Игре, все сводится к ней и работает на нее.

Коротко ее суть в следующем, – памятуя о том, что «актер – это атлет сердца»[418], и следуя словам фантастического «невидимого актера» Йоши Оида: «В идеале любое телесное упражнение должно быть упражнением силы твоего воображения, а не просто физическим тренингом»[419], мы успокаиваем Ум и входим в виртуальную позицию.

Для начала мы стараемся достичь интегрирования с виртуальной позицией простых действий (мы делаем жесты, ходим, произносим одно слово, два, три, стихотворную строку). Цель – достижение раскрытия Сокровенной Красоты объекта в виртуальной позиции Ума. Когда простые действия уже не отвлекают нас от наслаждения виртуальностью, мы усложняем задачу, то есть начинаем экспериментировать с более активными действиями (танцем, бегом, пением, чтением стихов), а также с более сильными эмоциями, такими как сомнения, печаль, робость, страх. Когда же и в этом мы чувствуем себя легко, в работу идут такие трудноконтролируемые эмоциональные состояния, как гнев, зависть, гордость, сексуальное желание, страсть и т. д., и все это должно обнаружить свою Сокровенную Красоту, то есть неотделимость от присутствия Вечности.

К примеру, один из самых сильных дисциплинарных методов – ежедневный бег. Но эти три или четыре ежедневных километра есть смысл пробегать не просто так, но с определенной позицией в уме. Например, с визуализацией жизненного сценария в груди. Здесь в удержании концентрации очень помогает счет количества дыханий. Но важно не просто считать дыхания, а видеть их как накопление (увеличение) энергии, за счет которой жизненный сценарий в груди становится все сильнее, начинает сиять, разрастается, увеличивается, выходит за границы тела, поглощает весь мир вокруг и т. д. В этом случае мы не просто бегаем, укрепляя сердце и мышцы, но совершаем ритуальное служение, посвященное усилению своего жизненного сценария, то есть практикуем Алхимию Жизни. В итоге ни одно физическое движение в жизни не делается вне тренировки воображения. Даже принятие душа, смотрение телевизора, поглощение пищи и испражнение – все это неотделимо от определенного образа в уме. Все эти мгновения смешивания жизненной обыденности и воображения становятся частью профессионального тренинга. И даже жизнь в целом начинает рассматриваться как профессия.

На эту тему у меня есть великолепная история: моя прелестная дочь была в детстве довольно мужественным ребенком. И тем не менее и с ней приключались слезы. Как-то раз, ей было около четырех лет (или пять), она подбегает ко мне и, захлебываясь, начинает жаловаться на какую-то девочку, которая что-то там… Слезы текут нескончаемым потоком. Горе, конечно же, безутешно и безбрежно. Я механически отряхиваю ее от песка и, вытирая платком бесконечные слезы-горошины, говорю: «Слушай, ты так взаправдашно сейчас плачешь, такое ощущение, что тебе действительно больно! И сопли реальные, ну ты как мама, настоящая актриса, давай-ка сюда нос…» И вдруг меня пронзает: «Слушай, – говорю я, – а можешь еще раз так же?» Пауза. Раздувая ноздри, она бросает на меня полный презрения взгляд и злой прыгающей походкой идет обратно к песочнице.

Проходит несколько месяцев. Ситуация повторяется. На этот раз падение с велосипеда. Снова слезы, сопли, вселенская обида, и вдруг, уже уткнувшись в мои объятия, она неожиданно вздергивает голову. Пауза. Растирая слезы по щекам, она смотрит мне в глаза и, потирая разбитое колено, с лукавым прищуром цедит сквозь зубы: «Я сейчас это сыграю!», – и через секунду проигрывает все случившееся с виртуозностью опытной актрисы. Я восторженно аплодирую. Она хохочет и явно гордится собой.

Итак, «мощь человеческого разума сводится на нет, если сам человек ставит какие-то жесткие границы своей пытливости»[420]. И это означает, что «иррациональная полнота жизни учит нас не отбрасывать ничего и никогда»[421]. Если мы посмотрим на людей, которым удалось сконцентрироваться и увидеть перспективу своего развития, то нам бросится в глаза следующее: «…Они используют провалы и неудачи; они используют неблагоприятные, казалось бы, негативные обстоятельства и события, они используют бесконечные изменения, чтобы обрести мастерство, творческую активность и, как говорят французы, – réussite[422]. Они готовы безжалостно отбросить в сторону неработающие старые приемы и найти подходящий образ мыслей, который приводит их к достижению желаемого результата…»[423] В их стремлении к цели даже боль, как физическая, так и душевная, обнаруживает свою Сокровенную Красоту, практически иллюстрируя известную индийскую пословицу: «Боль – всего лишь твое мнение»[424], или чуть иначе: «Боль – это сигнал о существовании ошибочных убеждений»[425], или так: «Боль – это невежество»[426]!

Так достигается «Акробатизм тела и духа»[427], и что бы ни проявлялось: форма, звук, запах, вкус, осязаемое, – все это по сути своей подобно сновидению, иллюзии. «Все эти формы пустоты, звуки пустоты, запахи пустоты, вкусы пустоты и прикосновения пустоты – лишь видимости, не имеющие реальности, и в поведении следует относиться к ним как к некоему призрачному мареву, блесткам мишуры. <…> Наблюдая за ними, следует оставаться в полном покое, и тогда сознание, в котором нет никакого цепляния за эти проявления, обнаруживает себя в недвойственном состоянии самоосвобождения. Благодаря такой практике поведения объекты наслаждения становятся тем, что называется „Украшением абсолютного измерения“».[428] И это означает, что если мы способны видеть свои нечистые действия как абсолютную реальность, как пустоту, тогда все ошибки естественным образом превращаются в достоинства. Говоря стихами из Хеваджра-тантры: «Как грязь очищается грязью, так и страсти очищаются страстями».

Использование страстей путем полного интегрирования с ними, при условии органичного присутствия в виртуальной позиции Ума, традиционно именуется – Безумной Мудростью!

Три ступени Ткацкого Станка

Это мой любимый метод.

Итак: все сводится к тому, что мы интегрируем (смешиваем) присутствие в виртуальной позиции Ума со своей повседневной жизнью. «Главное здесь – суметь ввести любую относительную ситуацию в практику и объединиться с ней»[429], то есть обнаружить ее как составную часть виртуальной позиции Ума. Нечто подобное можно найти уже у Зосимы Панополийского, греко-египетского алхимика-гностика. Он называет стадии Великого Делания обретением медного, серебряного и золотого человека: «Будь настойчив, и ты найдешь, что ищешь: медный человек станет серебряным, а серебряный – золотым»[430].

Первая ступень (ступень малых способностей, или медная) определяется так: мы прикладываем усилие и интегрируем. Она означает «освобождение благодаря наблюдению». В классическом дзогчене в качестве примера дается капля росы, испаряющаяся под лучами солнца. Это означает, что, удерживая Ум в виртуальной позиции, мы рано или поздно вынуждаем объект, возникающий в Уме, обнаружить свою Сокровенную Красоту и освободиться в своей естественной природе. Говоря словами Падмасамбхавы, «если швырнуть палку льву, он неотрывно смотрит на источник – того, кто бросает, тогда как взгляд собаки следует за брошенным предметом»[431]. И это означает, что нам больше следует подражать мудрости льва, чем глупости собаки, то есть смотреть на причину возникновения того или иного явления, на непосредственный источник эмоции или мысли. В лицо самой энергии. Итак, «как мысли черные к тебе придут…»[432], разуй глаза и настойчиво смотри, смотри, смотри – в самое сердце их возникновения! Эта ответственность и есть – наш Львиный Взор!

Вторая ступень (ступень средних, или серебряных способностей) обозначается так: как только возникает – интегрируется. Традиционно она иллюстрируется образом снега, падающего на поверхность озера. Это означает «освобождение в момент появления», то есть любой чувственный контакт, едва возникнув, освобождается сам собой, без малейшего усилия сохранить осознанность. И опять у объекта нет другого выбора, как обнаружить свою Сокровенную Красоту. Так наши «страсти становятся нашим украшением: ведь если мы не обусловлены ими, не привязаны к ним, то можем позволить себе забавляться ими как игрой собственной энергии, чем они, в сущности, и являются»[433]. Со временем, наблюдая появление на сцене нашего Ума, например, злости или гордости, мы будем радостно восклицать: «О, привет, Джон!», или: «А вот и Ваня!» Мы сможем даже сознательно приглашать их на сцену, давая им остроумные прозвища и наслаждаясь их игривой проказливостью.

Третья ступень (ступень высших, или золотых, способностей) обозначается так: само освобождает себя. Пример – свернувшаяся в клубок змея; одно движение – и она уже свободна. Здесь объект, как только возникает в Уме, – уже интегрирован, уже свободен. На этом уровне нет даже различия между возникновением и освобождением: «…Что бы ни возникало в Уме – будь то покой или движение, мы просто объединяемся с тем, что само освобождает себя»[434]. В этом состоянии «мы больше не выполняем привычные действия в принудительном порядке, мы действуем с безумной непринужденностью, ни от чего не отрекаясь. Ничто больше не может доставить нам беспокойство, все возникает само по себе и освобождается само по себе»[435], обнаруживая танец Сокровенной Красоты присутствия в Вечности. «Развитие такого видения сравнивают с лесным пожаром: оно длится, пока чувство объекта не угаснет само собой».[436] В традиции дзогчен этот процесс называют обретением Радужного Тела[437].

Итак, помним: наш мир – квантовый, то есть определяется «при помощи чисел (единиц информации)»[438]. И это означает, что «все на самом деле в шутку. Если вы бедны – забавляйтесь этим. Если вы богаты – забавляйтесь тем, что вы богаты. Если приближается опасность – это также довольно забавно. Если приходит счастье, то тогда еще забавнее. Мир – просто площадка для игр, и мы здесь играем, забавляемся… Только когда вы забываете, что все это игра… приходят страдания и муки. Но как только вы отказываетесь от мысли, что все это всерьез, и осо знаете, что это лишь сцена, на которой мы играем, страдание тотчас же прекращается»[439]. Мы начинаем смеяться и самоосвобождаться!

Теперь коротко и энергично о мужском (фаллическом) аспекте Игры.

Мужской аспект Игры, или Четыре искусства Мастера

Итак, сценарии, которые мы регулярно отыгрываем внутри, создают плоть внешнего мира. Механизм управления этим грандиозным законом находится у каждого из нас между ушами, скрываясь в секретных лабиринтах нашего собственного мозга.

Например, если с помощью визуализации мы решительно удерживаем в своем сердце сияющую всевозможными талантами светоэнергоформу Повелителя Игр, излучая на всех вокруг его качества, то со временем наше тело начнет транслировать его способности, а внешний мир естественным образом структурируется в Силовое Поле безграничной творческой потенции маэстро, в его Квантовую Страну. Другими словами, если работа с женским аспектом Игры сводится к обнаружению энергии как основы всего феноменального, то работа с мужским аспектом Игры – это искусные технологии пробуждения и направления этой энергии для достижения определенных целей. Так, включая в себя четыре искусства, мужской аспект Игры обладает неограниченными возможностями, раскрывая любую ситуацию и разрешая любую внешнюю проблему.

И как это работает?

1) Первое, что делает Мастер, так это успокаивает смотрящее на него пространство. Это происходит естественным образом из присутствия Мастера в эпицентре альфа-уровня, на Сцене Театра Реальности.

2) Затем, используя Формулу Успеха, мастер воодушевляет смотрящее пространство широтой возможностей. Здесь за счет непоколебимой убежденности в том, что все необходимое прямо сейчас способно стать реальностью, пробуждается мощный интерес зрителя к Игре.

3) Далее благодаря Закону Зрелища Мастер очаровывает зрителя, за счет чего раскрывается мощь его невообразимой творческой потенции. Это означает, что Мастер виртуозно направляет энергию смотрящего пространства в нужное русло. Так, он позволяет зрителю поднять весь необходимый вес и через ритмическую пролонгацию уверенно «танцует» зрителя к состоянию единства.

4) И, наконец, Мастер защищает зрителя, то есть смотрящее пространство достигает пика своей актуализации через удовлетворение зеркальным отражением своего потенциала. В итоге у восхищенного зрителя не остается сомнений в том, что все богатство возможностей Театра Реальности принадлежит ему. Вес взят!

Так Мастер поднимает зрителя на пьедестал реализации. Получается, что шквал зрительских аплодисментов или молчание глубинного потрясения не принадлежат Мастеру, он не может да и не собирается присваивать их себе. Аплодируя Мастеру, смотрящее пространство само благодарит себя за игру. Мастер только отражает процесс самоактуализации пространства Театра Реальности. Что же касается конкретной технологии, то любое действие, как на территории жизни, так и на территории профессии, Мастер совершает в эти четыре приема, и хорошо бы знать их не хуже, чем передачи в своей автомашине![440]

Танец Союза

Одна из зачарованных вершин в компендиуме методов Игры. Этот танец суммирует все уровни Театра Реальности, требует высокой степени внутренней культуры, а также опыта и дисциплины.

Существует множество способов работы с «Любовной Теургиией»[441]. Например, в одном случае танец символизирует способность настоящего открыться идеалу будущего; в другом – алхимический союз внешнего, внутреннего и тайного уровней (зрителя, актера и роли); в третьем – союз женских мудростей и мужских искусств[442], в четвертом – единство сверхчеловеческого и метачеловеческого, порождая тем самым – богочеловеческое[443] и т. д. и т. п., но все они ведут к одному результату – к состоянию, в котором не остается никого, кто что-то делает с другим.

Процесс связан с последовательным освобождением от личностного представления о себе как о творце, и в итоге внешний и внутренний миры сплавляются в одно целое, обнаруживая мощный механизм защиты творческого процесса – исходное состояние любой игры, пустоту, нечто по ту сторону границ и искусственных построений. В этой позиции бинер[444] мужского и женского (сера и ртуть; искусные средства и интуиция), сливаясь в одно, образуют некое плазменное состояние, в котором центр находится в каждой точке безграничного пространства. И это означает, что «Бог – не мужчина и не женщина. Бог – танцующее единство первого и второго. Бог – сам танец»[445]. И Царство Небесное не «в нас», а «между нами», в единстве первого и второго, в преодолении разделенности на внутреннее и внешнее.

Еще раз: в Любовном Союзе центр находится в каждой точке безграничного пространства! Это как бы действие-интуиция, или интуиция-действие, то есть открытое пространство, неотделимое от своей собственной активности, пульсирующей в каждой частичке этого пространства. Одним словом, «и мужчиной и женщиной я рожден»[446]. Здесь нет разделения на некое пространство вовне и действие внутри, это одна единая субстанция, проявляющая ту самую радость, под которой и подразумевается игра как таковая. Она, подобно числу π, обладает вулканической природой, но вулкан как бы повсюду. Пространство извергается активностью в каждой частичке себя. Оно не думает, оно играет!

В этой позиции «сознание обнаруживает, что „тело“ – это полиморфная лаборатория дзенского наслаждения, рассчитанная на плавание в невесомости с триллионами весело совокупляющихся каждую секунду клеток»[447]. Так в экстазе вакхического Танца Союза аккумулируемое волшебной формулой Кроули «любить сознательно» пространство взбивается в «квантовую пену»! Так средневековое представление алхимиков о conjuctio oppositorum[448] реализуется в пробирке человеческого тела с помощью любви между мужчиной и женщиной, приводящей тела в иное энергетическое состояние, высвобождая тем самым творческие силы, которым ничто не может противостоять: «Осознанно переживаемый оргазм совпадает с озарением, которое вызывает в человеке скрытого в нем Бога»[449]. Так рождается Мер-Ка-Ба[450], или Homo glorificatus – Человек прославленный, то есть строенный.

В этих глубоких практиках сотканная из «глазоподобных пузырьков» форма Повелительницы Танца, символизирующая безграничную интуицию и знание о пустотной природе всего феноменального, всегда в союзе с активной формой Повелителя Игр, манифестирующего четыре искусства.

В европейской традиции этот тантрический принцип наглядно демонстрируется ребисом[451]. В индуизме говорится, что, «лишившись Шакти, женского олицетворения жизненной силы, Шива, воплощающий собой способность к действию, становится трупом»[452]. В современной метаантропологии Назипа Хамитова это единство сверхчеловеческого и метачеловеческого, создающее триумф самосотворения Богочеловека. И так, подобно алхимии Средневековья и тантризму древних индусов, интуиция современных мыслителей «учит нас, что для человека путь к совершенству открывается только в тот момент, когда мужчина и женщина работают совместно»[453]. И именно в динамике этого символического соития, реализующего пассионарность Инстинкта Игры, разворачивается Совершенное Силовое Поле Фрактальной Мандалы, проявляющее чудо из чудес – Колесо единства противоположностей.

Итак: «Никому не дано познать подлинного блаженства, пока единство не победит и не поглотит разделенность»[454]! Фактически этот союз и является виртуальной позицией Ума; позицией Вращения Колеса Высшей Радости; позицией π, полной тотального бесстрашия, искрящейся радости и всепоглощающей любви; позицией, в которой мы просто «танцуем, танцуем и танцуем танец за танцем»! Или, говоря словами индуистского священного писания Тирумантирам[455]: «Когда танцует Творец, танцуют и созданные им Миры»!

Дальше нечего искать! Это позиция совершенства! Она означает, что проявление формы (мужской аспект) и тот факт, что она пуста (женский аспект), не являются чем-то существующим по отдельности. Это парный танец, парное взаимодействие, взаимопроникновение и взаимодополнение: здесь пустота не может быть отброшена в пользу формы, но и форма не может быть отброшена в пользу пустоты. И все это означает, что «алхимия – всего лишь победа любви, „сплав“ эротики и духовности? <…> Коронованный андрогин символизирует оргазм, как королевское дитя – вновь обретенное детство, то есть поэтический дар!»[456] Дар совершенства! Дар свободы! Дар игры!

Так, «конфликт между двумя измерениями сознания является выражением полярной структуры нашей психики, которая, как и всякая другая энергетическая система, зависит от напряжения, создаваемого противоположностями»[457]. Именно из этого «прямого и обратного взаимодействия полов исходят великие пути всей человеческой культуры, а не только одного искусства»[458]. Когда же «распря достигнет основания вихря, в сердце этой круговерти проявится любовь, и все сойдется вместе, чтобы быть одним-единственным»[459]. Но опять и опять: «Все, что приближается к сущности, раздваивается»[460]. Такова природа Театра Реальности!

Забегая вперед, отмечу, что спиралевидный динамизм Танца Союза приводит к тому, что в определенный момент мужской аспект Игры вынужден отпустить хватку, расслабиться и дать пространству интуиции проявить свою мощь, пережить свой оргазм, вызванный интенсивностью мужских вложений. «Мы сможем подняться к тайнам бытия, лишь дав увлечь себя вечно женственному».[461] И более того, мужское отпускает себя до такой степени, что бесстрашно прыгает в этот оргазм как в воронку, дав, таким образом, женскому качеству пространства возможность поднять мужское еще выше, за пределы «точечной» самоидентификации.

В итоге мы пребываем в переживании, когда: «Я – вездесущий центр каждой сферы, равно как и она – окружность, пребывающая нигде»[462]. Те же самые процессы прослеживаются и в ядерной физике: Расщепляя атом, ученые обнаруживают, что материя и энергия взаимопереплетаются друг с дружкой (как в любовном союзе), их невозможно разделить между собой; то есть мы имеем одну материю-энергию, как и одно пространство-время. Точно так же, как в зародыше каждый пол имеет все зачатки другого пола. Но вместе с тем важно помнить и о том, что Михаил Чехов называет чудом , о «чуде сохранения полной самостоятельности и силы своей индивидуальности при полном слиянии воедино с другой, такой же самостоятельной и сильной индивидуальностью. Это – чудо, которое понять нельзя, его можно только с изумлением пережить, вначале хотя бы и в самом ничтожном намеке!»[463]

Это – Чудо Свободы!

Игра в свободу

Теперь о самом бесчеловечном в профессии человека играющего. И «только через ваш труп вы поймете все это!»[464] Суть в том, что только преодолев явление, можно действительно владеть им. Только преодолев себя, можно действительно владеть собой; только преодолев профессию, можно действительно владеть профессией; только преодолев страсть к успеху, можно обрести истинный успех; только преодолев любовь, можно действительно обладать любовью; только преодолев жизнь, можно поистине жить.

И что значит преодолеть?

Это значит – познать пустотную природу явления! И только с позиции пустоты, с позиции зрителя можно рассматривать вопрос о свободе! Любовь есть, но она пуста; весь спектр эмоций здесь, но они пусты; все формы и явления происходят, случаются, но они свободны от самих себя; мир играет и вращается в невероятной динамике, но он изначально ирреален. Все это одновременно и есть, и нет!

Еще раз: есть и нет одновременно!

И это означает, что Мастер является хозяином самому себе только в том случае, когда преодолевает самого себя. Только в этом случае он является подлинным Мастером! И это еще один способ понять природу невротического инстинкта творческой личности, его разрушительность и страстное стремление к преодолению, к росту. Разрушая старые, узкие схемы (творческие, социальные, сексуальные, психологические), талантливый невротик пытается преодолеть явление, выйти за его пределы, достичь того, что в мире людей принято называть свободой.

Итак, чудовищное заблуждение! До сих пор нам хотелось верить в то, что любовь – высшая сила, и это действительно так, но только любовь, пропущенная через жернова преодоления, через алхимический акт трансформации, переплавки; прошедшая процесс пропускания ее сырого полуфабриката сквозь череду эволюционно-трансформирующих механизмов. И отсюда закон: для того чтобы обрести что-то высшее, нужно поднести в жертву низшее! И это означает, что для обретения любви или истины профессии необходимо поднести свой узкий, личностно-личиночный взгляд на природу явления, которое мы хотим обрести!

Так греко-египетский алхимик-гностик Зосима Панополийский говорит в одном из своих трактатов: «Жертва обновляет меня, отметая грубую плоть тела. Так, посвященный в необходимость, я становлюсь духом»[465]. И далее он пишет, что в этом ритуальном подношении перенес невыносимое насилие. Он был расчленен мечом, ему отрубили голову и содрали кожу, кости его были смешаны с плотью и «сожжены в огне очищения». Таким образом, через трансформацию тела он стал духом.

Алхимические операции начинают называть «мучением» уже арабы. В сочинении «Testament» Джафара Садика можно прочитать, что мертвые тела нужно подвергнуть мучению Огнем и всем видам Страдания, чтобы они смогли воскреснуть, ибо без страдания и смерти нельзя приобрести жизнь вечную. В более позднем алхимическом сочинении «Allegoriae super Lifbrum Turbae» также говорится: «Поймай человека, побрей его и тащи по камню… до того момента, пока его тело не умрет»[466].

Глубокий смысл всех этих обрядов теперь покажется нам вполне понятным: «Дабы нечто сделать досконально или чтобы упрочить жизненную целостность, которой угрожает болезнь, вначале нужно вернуться ad originem, а затем воспроизвести космогонию. <…> Если выражаться современной терминологией, инициатическая смерть аннулирует Мироздание и Историю, уносит все несчастья и избавляет от греха, то есть полностью освобождает от всех крушений, которым может быть подвергнуто человеческое существование»[467].

Для реализации чего-то подобного Уильям Блейк, например, накрывал стол и приглашал мертвых пророков на чашку чая. Тимоти Лири, дополняя его, говорил: «Пригласите какого-нибудь великого покойника на чай и создайте обстановку, благодаря которой он смог бы поучаствовать в уникальности момента»[468]. Одним словом, нужно преодолеть себя как личинку! Превратить себя в восприятие без воспринимающего, в знание вне мяса, в тотальное знание[469].

Демоны Игры

Суть в том, что искусство как таковое – демонично! Иначе это явление искусством не назвали бы! В основе лежит искушение, совращение, воодушевление теми или иными формами игры. Хозяином территории искушения, конечно же, является демон, или, следуя греческой традиции – Дионис3. Будучи неосознанным, он неуправляем и может нести необратимые разрушения! Если же его подчинить сознательности – он дарит силу и может быть крайне полезным. Можно даже сказать, что Мастер «вызывает демонические силы, чтобы заставить их себе служить, и тем самым превращает в союзников. Дьявол, как интеллект атавистический – это первобытная мудрость, клеточное сознание, изначальная энергия, – позвоночник человечества, его хребет. Он разрушает или порабощает только тогда, когда воля волшебника повелевает им неверно»[470].

И как все это работает практически?

Известно, что творческую личность, будь то художник, поэт, актер или музыкант, преследует некий невротичный инстинкт созидательного саморазрушения. В процессе потворства этому инстинкту творческая личность как бы скармливает себя по кусочкам некоей силе, освобождаясь в итоге от привязанности к себе как к некоему плотному образованию, которое творит. И в этом случае насытившийся демон также исчезает, оставляя проявление неличностной формы, то есть великого произведения искусства. И именно этот простой механизм используется Повелителем Игр в нижеописанной игре[471].

Итак, мы начинаем с представления о том, что входим в Круг Мастерства. Затем наш Ум превращается в красную танцующую форму Повелительницы Танца, в сердце которой синий, пылающий сгусток энергии, символизирующий тотальную волю к Игре!

Теперь внимание! Начинается кровожадное шоу!

Острым ножом Повелительница Танца распарывает наше лишенное Ума тело и складывает куски в чан, стоящий на трех камнях или черепах. Под чаном естественным образом вспыхивает огонь, раздуваемый зловещими ветрами. Кровь, внутренности, кости и куски мяса начинают кипеть и превращаются в нектар с соблазнительным ароматом. Распространяясь повсюду, этот аромат возбуждает и «сводит с ума» многочисленных демонов, которые начинают кружить над чаном как вороны. Это наши гордость, страх, желание славы, лень, вожделение, глупость, ревность и т. д. и т. п. Прибывает также и сам демон Игры со своей свитой. И все эти «высокопоставленные гости» жадно набрасываются на приготовленное нами из самих себя блюдо и поглощают его с завидной скоростью, смачно чавкая.

Когда все собрание насытилось и визг «краснорылых чудовищ» смолкает, мрачную оргию сменяет глубокое молчание, через которое мы, неожиданным для себя образом, познаем пустотность всего произошедшего. И что это означает? Вопрос: когда мы добровольно скормили свое плотное представление о себе, что осталось? Ведь в результате этих кровожадных игр демон и его свита съели того, кто их проецирует, то есть того, для кого они являются реальными. Но из всего сказанного ранее нам известно, что если изъять субъект (того, кто воспринимает), то исчезает и объект (то, что воспринимается). Таким образом, демон, попавшись на свою собственную алчность, уничтожил сам себя. Итак, творца, который создал всю эту иллюзию, нет – его съели, а демон, который искусил его к творчеству этой иллюзии, оказался в ситуации, когда нет того, кто его спроецировал…

Ужасно смешно! Так искусный Мастер бесцеремонно, как пушкинский Балда, впрягает силу демона в свою воловью упряжку и заставляет пахать поле самоосвобождающейся версии Игры. Фактически глупый демон просто ловится «на живца». Этим «живцом» является не что иное, как наше собственное эго, то есть представление о себе как о творце, имеющее в своем источнике ограничивающую двойственную установку. Пока эта установка существует, существует и демон, избавиться от которого силой невозможно…

И почему? Потому что, когда мы его агрессивно отталкиваем, мы вкладываем в него силу «рикошета»; надменно же притворяясь, что его нет, мы разжигаем его изощренное тщеславие и жажду мести… Но, к счастью, в потенциале пути Игры есть другая возможность – сделать «их высочеству» подарок, то есть поднести свое эго во всем богатстве соблазнительных качеств и ароматов. Все это означает, что само творческое жертвоприношение, тот, кто его совершает, и тот, для кого оно предназначено, не имеют самосущей природы, то есть пусты! Это всего лишь метафора! А идея артистического самопожертвования, охватившая нас, – всего лишь мираж, иллюзия, родившаяся из слепой и глупой гордыни! И это, собственно, все, что можно сказать о формальной части ритуала.

Еще раз, в жестком стиле: «Войди в ад. Когда черти и демоны накинутся на тебя и начнут мучить, – расслабься до уровня пустоты, обрети свою подлинную природу. Пока ты пребываешь в ней, силы ада не могут причинить страданий»[472]. Вывод: скрытая внутри демонической модели огромная энергия способна работать на благо, а не во вред. Находясь внутри демонической обуреваемости игрой, мы можем быть свободными и счастливыми, играя и самоосвобождаясь, то есть проявляя иллюзорное тело!

И еще раз: находясь внутри демонической обуреваемости игрой, мы можем быть свободными и счастливыми, играя и самоосвобождаясь!

Иллюзорное тело

Итак, наш творческий инструмент не может не эволюционировать. В противном случае он замерзает, засыхает, сжимается. Для процесса эволюции нашему инструменту нужны схемы, которые могли бы описать динамику его развития, так называемые туннели реальности.

Вот еще один такой «туннель», еще одна «игра», еще одна временная схема для развития.

Но прежде оговорим одну деталь: все нижеописанное – не упражнение, это следствие естественного эволюционного развития творческого инструмента. Нет смысла насиловать свой Ум, пробуя проделать то же самое прямо сейчас. Вспомним: «…Реальность нельзя взять „штурмом“, поспешными действиями… эффекта нельзя добиваться как цели, он – следствие естественного процесса»[473]. Еще и еще раз уяснив это, приступим к описанию.

Итак, мы представляем собой Театр Реальности как таковой, то есть в процессе творчества мы способны проявляться в строенном теле: 1) как взгляд из пространства (зритель-режиссер); 2) как спонтанная творческая сила (актер); 3) как форма игры (роль).

Теперь внимание!

Фокус данного метода в следующем: при определенной степени знания своего инструмента и соответствующей натренированности мы способны присутствовать во всех аспектах творческого акта одновременно! И это откровение уже не звучит для нас чересчур революционно, то есть в нашем компьютере уже есть тот «файл», в котором мы храним информацию об уникальной способности Ума переживать себя тотально, то есть целостно. И это как раз то, что манифестирует опыт практической Алхимии. Он показывает, что мы способны обнимать три уровня одновременно, вводя Ум в виртуальную позицию.

Понятно, что поначалу нам очень трудно! Мы прыгаем с одного уровня на другой, и это крайне утомляет. Но со временем мы обретаем силу пребывать в триедином танце, что происходит благодаря ежедневному призыванию Повелителя Игр, отождествлению с качествами и способностями Сверхмарионетки и непосредственным прогулкам по Фрактальной Мандале. В итоге мы оказываемся в позиции, в которой, с одной стороны, мы защитники, мы контролируем и направляем процесс из позиции пустоты, то есть творим взглядом; с другой – мы спонтанная творческая сила, «наращивающая мясо на скелет»; и с третьей – мы многоликая форма Игры. И это означает, что, владея этим положением Ума, мы сами вправе выбирать, как распределять свою энергию! «Нужно быть многострунным, чтобы заиграть на гуслях Вечности».[474]

Итак: иллюзорное тело (или, говоря словами Гротовского: лучистое, светоизлучающее, светоносное тело актера, или, словами «Тайны Золотого Цветка» – Бриллиантовое Тело[475]) – это тело Повелителя Игр. Можно даже сказать, что его нет, что оно – это творческая потенция Игры, и оно же – есть, то есть проявляется в разнообразных формах. Одним словом, это феномен строенности в едином!

Вот слова Эудженио Барбы[476] об игре Рышарда Чешляка в легендарном спектакле Ежи Гротовского «Стойкий принц»: «Передо мной был актер, – Актер, нашедший в себе… особую уязвимость открытой раны. <…> Все его тело было насыщено фосфоресцирующими частицами. Это была неистовая сила урагана. Сила такого натиска, что большему, казалось, уже не вырваться наружу»[477]. Или точнее: «Есть в этом создании актера какое-то психическое излучение. <…> Все, что технично, становится в вершинные моменты роли просветленным изнутри, легким, буквально невесомым. <…> Не передать происходившего. Не передать транслюминации – вот этого людского существа, не передать вибрации всего пространства»[478]. «Само собой разумеется, это горение обставляется спиритуалистическими оправданиями. Актер предается демону театра, он жертвует собой, будучи внутренне пожираем своей ролью; его физический труд, всепоглощающая телесная самоотдача Искусству достойны сочувствия и восхищения; мускульные усилия актера не остаются неоцененными, и когда в финале он кланяется публике, изможденный, отдавший спектаклю все свои гуморальные ресурсы, то его приветствуют словно рекордсмена, ему втайне желают отдохнуть и восстановить свою внутреннюю субстанцию – всю ту жидкость, которой он отмеривал купленную нами страсть»[479].

И еще раз: 1) нет; 2) потенция и 3) есть. Три в единстве! Тело числа π!

Самое простое методологическое объяснение всего вышесказанного сводится к тому, чтобы видеть себя как одежду Бога или любого симпатичного нам божества. Это означает, что Будда или Шива носят наше физическое тел о, как джинсы с рубашкой, как куртку или комбинезон и транслируют таким образом свои совершенные качества через эту форму одежды…

Примерка иллюзорного тела

Итак, иллюзорное тело Повелителя – это зритель, актер и роль, мощным жестом связанные в один узел.[480] Примерка этого костюма проделывается с помощью четырех движений.

1) Сначала наш Ум настолько наполняется хорошей энергией, что обретает способность оставаться там, где есть. Он, со всем своим содержимым, чувствует себя «как дома». Это период сознательной работы с Банком Позитивных Впечатлений.

2) После этого Ум перестает «играть в игры», то есть быть искусственным и надевать на себя лживые маски. Он перестает бояться и метаться «в поисках кого-то, от кого зависит наше счастье»[481]. Это становится возможным благодаря сильной связи с Повелителем Игр и Гирляндой Мастеров Вдохновения. В этом месте мы обнаруживаем, что происходящее «здесь и сейчас» намного фантастичнее любых проекций и концепций.

3) Когда же для нас более важным становится зритель, мы запрыгиваем на третий уровень. Здесь сквозь приходящие и уходящие картинки-роли начинают проглядывать Глаза самого пространства, и процесс осознавания становится более важным, чем то, что осознается.

4) И, наконец, наступает состояние, в котором нет необходимости прикладывать усилия для игры. Мы начинаем действовать совершенно спонтанно, поскольку тот, кто смотрит; тот, кто играет; и то, во что играют, больше не разделены. Это состояние абсолютной сознательности, когда творец сознает не только себя и свое творение, но и пространство, проявляющее через него свой потенциал, является состоянием Невинности, то есть иллюзорного тела Мастера.

С этих пор Мастер способен проявляться в той форме, какая максимально эффективно раскрывает потенциал смотрящего пространства. Он может предстать как в мирной форме Будды, так и в форме яростной женской, кровожадной стихии, выпускающей наружу чьи-нибудь кишки… он может проявиться в форме любого из богов, любого мифологического персонажа… в форме языческих сил природы или героев того или иного произведения искусства. Он сама неожиданность, сама игра, сама виртуозность, для которой наибольшее наслаждение – опрокинуть собственное предыдущее утверждение!

Итак, в парадоксальном танце-игре тела – индиго-потенции все превращается в свою собственную противоположность, в опровержение любого застывшего утверждения. Здесь нет верха, как нет и низа. Все взаимопроникаемо и постоянно переворачивается «вверх дном». Абу-ль-Касим говорит об этом качестве Самоосвобождающейся Игры так: «И вершина этой горы смешана с ее основанием, и ее нижайшая часть достигает высочайшей, ее голова находится на месте задницы и наоборот…» По словам Юнга, такие выводы возникают из интуитивного понимания парадоксальной природы бессознательного, «и корни этой интуиции находятся в Prima materia, как в вечно изменяющейся субстанции или даже эссенции, которая обозначалась именем Меркурий[482] и понималась как парадоксальное двойственное существо, называемое monstrum, hermaphroditus или rebis»[483]. Когда же мы испытываем идентификацию с чем-то подобным, мы естественным образом проявляем те формы, какие максимально необходимы для раскрытия потенциала смотрящего пространства. Но! «Чем больше свободы, тем больше ответственности»![484]

Парадокс технологии…

…Или, говоря словами Артура Кларка, «по настоящему развитая технология неотличима от магии»! То есть «чем больше высвобождается энергии, тем больше необходимо структурирование»[485]. И я уверен, что именно эта формула объясняет мою настоятельную потребность в столь яростной систематизации опыта! Именно это утверждение раскрывает тайный смысл глубокой потребности в мощной режиссуре, перегорающей сегодня в себе самой из-за недостатка мощности противоположного, актерского полюса.

Повторим еще раз: чем больше высвобождается энергии, тем больше необходимо структурирование! Тем жестче должна быть режиссура! Но, как известно, выработать правильную технологическую структуру невозможно! Точно так же, как невозможно научиться тому, как правильно творить! И почему? Потому что любая застывшая режиссура, любая застывшая «технология создает эффект, противоположный желаемому»[486]. Или, как говорил тот же Эйнштейн, «законы природы становятся вполне понятными только тогда, когда они уже не верны». В практической науке это означает, что среди данных всегда содержится нечто вроде бы случайное, а за ним новая реальность, в которой прежние закономерности уже не работают.

И как это понимать? Дело в том, что самым жестоким и вместе с тем основным условием творчества «является незнание, уязвимость, преклонение перед чудом жизни, неспособность контролировать наших близких, наших детей и коллег, то есть все то, что делает нас людьми»[487]. Дело еще и в том, что «Неразрушимое проявляется в человеке только тогда, когда он снова и снова открывает себя уничтожению… Только многократное прохождение по разрушительным сферам делает связь с не гибнущей Божественной Сущностью крепкой и неразрывной»[488].

И это как раз то, что наглядно объясняет необъяснимую очарованность творческого невротика разрушительными процессами. Из своего личного опыта я могу сказать, что мои самые большие победы начинаются из самой что ни на есть обнаженной и тотально незащищенной позиции. Из позиции, которая требует величайшего мужества, так как в ней нет ничего, на что можно было бы опереться! Из позиции жестокости! Прошлые заслуги – абсолютная иллюзия, самый коварный обман, который может преследовать Мастера! И для того чтобы жить подлинно художественной жизнью, «нужно научиться пребывать в состоянии полной уязвимости, которую многие люди просто не в состоянии выдержать»[489].

Так, «творческие личности отличаются от всех других тем, что регулярно сталкиваются и постепенно научаются жить с этим страхом, хотя и расплачиваются за это дорогой ценой, а именно: отсутствием чувства безопасности, ранимостью и беззащитностью перед собственным „божественным безумием“. <…> И чем более творческой личностью является человек, чем большими возможностями он располагает, тем чаще он сталкивается с тревогой, ответственностью и чувством вины – просто потому, что, инициируя изменения, он вынужден за них отвечать»[490]. И все же он снова и снова «решительно отбрасывает то, что ранее считалось незыблемым, ради более высокого уровня сознания. Это делает его уязвимым на некоторое время, ибо, только доверившись высшим силам, он открывается жизни. Но снятие защитных оков, одиночество и сомнения – это цена, которую новатор платит за новый опыт: за глубокое переживание силы, поддерживающей его, когда опоры отброшены»[491].

И что же такое быть незащищенным в своей профессиональной защищенности? Возьмем, к примеру, обольщение и любовь: «…В первом случае безусловно необходима техника, во втором она абсолютно бесполезна. Ранимость, отсутствие контроля, острые переживания, боль от разлуки, жажда встречи, безумие ревности, забытье экстаза, тяжесть тревоги – все это характеризует любовь. Если вы знаете, как любить, это называется обольщением. Есл и же не зн аете как – это становится любовью»[492]. И все это означает, что если вы знаете, как творить, это – технология! Если же не знаете как – любовь!

Вывод: чем больше любви течет через нас – тем в большей дисциплине мы нуждаемся! И еще раз: чем больше любви течет через нас – тем более технологичными мы должны быть! Держите баланс!

Заключение

Человеческая цивилизация создала огромное количество Игр! Любая из них – религиозная, философская, социальная, политическая, научная, творческая и т. д. – всего лишь способ объяснить мир. И суть любой из них – исчерпать себя. Все это – костыли для финального растворения в свете. То есть любая игра возникает только для того, чтобы за счет лихо заверченного сюжета самоосвободиться в свет, или пустоту, или Хаос, как вам будет угодно!

Я не учитель, но могу поиграть в учителя! Я не гений, но могу поиграть в гения! Я ни плох, ни хорош, но могу поиграть в плохого и хорошего! Я ни то, ни другое, ни третье, но могу поиграть и в то, и в другое, и в третье!.. ПОИГРАТЬ! То есть раскрыть себя через одну из граней целостности… Одним словом, меня нет, но есть игра в меня любого – большого и маленького, ничтожного и великого, ужасного и прекрасного! Игра – все! Я – ничто!

Сознание того, что вы играете свой порок или достоинство (свой гнев, похоть, нарциссизм, талант, гениальность), обладает самоосвобождающим действием! Не пытайтесь удержать игру своих пороков и достоинств, своей чувственности и коварства (при попытке удержания все это записывается на жесткий диск подсознания), созерцайте игру этих порывов как энергию, и она самоосвободится в Пустоту-Полноту!

Хаос при определенном ракурсе взгляда превращается в Пустоту-Полноту! Проблема не в сходящем с ума мире, но в нас! Слаженный Хор создается из Хаоса не за счет внешней муштры, но за счет внутренней работы. Просто хоровая гармония усложняется. Хаос – не конец света, но более высокий уровень порядка. Люди хотят мыслить самостоятельно! И это естественный результат усложнения той игры, в которой мы оказались.

Это не вам плохо! Это актер, который вас играет, играет вас плохо. Меняйте бездарного актера на гениального! Или выращивайте такого.

Об этом и многом другом – в следующих книгах цикла «Играю щий в Пустоте».

Приложения

Медитация на Повелителя Игр

Это самая простая и самая важная для начинающих практика медитации.

С ее помощью артист запускает в свою внутреннюю среду «вирус» качеств Повелителя Игр, который со временем съедает старую двойственно-демоническую версию.

Войдем в Круг Мастерства, сядем прямо и слегка прикроем глаза.

Представим, что все вокруг нас растворяется в некоем подобии сна, в игре форм энергии и света, пока окончательно не исчезает в открытом, ясном и безграничном пространстве.

Сейчас прямо перед нами в пространстве раскрывается невероятной красоты цветок. (Это может быть лотос, орхидея, лилия, хризантема или любой другой цветок, вызывающий чарующие эмоции.)

На этом полностью раскрытом цветке, выражая потенциал и силу Театра Реальности, в ослепительном радужном сиянии возникает мирная форма Повелителя Игр, форма энергии и света.

Мы знаем, что он не личность, но сила и любовь всего пространства, отражающая наши безграничные творческие возможности.

Мы приветствуем Повелителя Игр следующими словами: «Дорогой Мастер, пожалуйста, позволь мне реализовать состояние истины игры как единство трех твоих измерений: того, кто смотрит (зрителя); того, кто играет (актера); и того, кого играют (роли)».

В ответ на это обращение Повелитель излучает во всех направлениях Радужный Свет Истины Игры. Он достигает всех известных и неизвестных нам Гениев и Мастеров Вдохновения, все они растворяются в нем, и затем Свет снова возвращается к Повелителю Игр и сливается с ним в одно целое.

Сидя перед нами в позе медитации, величественный и прекрасный, нежный, энергичный, ласковый, сверкающий, он «сияет как тысяча солнц».

Теперь Повелитель излучает из своего нижнего центра (четыре пальца ниже пупка) в наш соответствующий центр мощный СИНИЙ СВЕТ (рис. 7), и мы чувствуем, как Мастер передает нам свое глубокое знание о пустотной природе смотрящего пространства.

Это знание символизируется сиянием буквы δ (дельта), но визуализация самой буквы необязательна. Мы просто принимаем свет, наполняясь им и переживая единение с опытом Мастера.

Рис. 7

Теперь Повелитель излучает из своего сердечного центра в наше сердце КРАСНЫЙ СВЕТ (рис. 8), и мы понимаем это как передачу нам творческой силы, с одной стороны, и как раскрытие нашей собственной творческой потенции – с другой. Этот процесс символизируется сиянием буквы α (альфа). Мы принимаем красный свет в свои сердца и, наполняясь им, наслаждаемся мощным переживанием единой с Мастером творческой потенции.

И наконец, излучая из своего верхнего центра, из своего лба в наш лоб кристально ясный БЕЛЫЙ СВЕТ (рис. 9), Мастер передает нам «искусство действия», искусство активного сочувствия и любви, что символизируется сиянием буквы β (бета). Мы принимаем мощный белый свет в свою голову и, чувствуя, как он наполняет ее, наслаждаемся мощной вибрацией активного сочувствия к миру ролей.

Рис. 8

Итак:

1) из нижнего центра Повелителя, четыре пальца ниже пупка, в наш соответствующий центр, входит благословение синего света, который пробуждает ИСТИНУ ЗРИТЕЛЯ в нас;

2) из сердечного центра Повелителя в наше сердце – красный свет. Он пробуждает ИСТИНУ АКТЕРА в нас; и

3) из верхнего центра Повелителя в нашу голову – кристально ясный белый свет. Он пробуждает ИСТИНУ РОЛИ в нас, истину ДЕЙСТВИЯ, МОТИВИРОВАННОГО РАЗВИТЫМ СОСТРАДАНИЕМ К МИРУ РОЛЕЙ!

Рис. 9

Теперь все три Света одновременно вливаются в наши соответствующие три центра (рис. 10), и, удерживая в Уме эту визуализацию, мы повторяем формулу-призывание: «Повелитель Игр, работай через меня»!

Наполняясь Светом Истины Игры, мы повторяем формулу-призывание так долго, как возможно.

Рис. 10

Свет наполняет нас все больше и больше, и мы становимся подобными трехцветному огненному шару, большому, горячему и сияющему (рис. 11).

Рис. 11

В заключение мы визуализируем, как форма Повелителя Игр перед нами, «сияющая словно тысяча солнц», растворяется в своем собственном Свете, и весь этот Свет вливается в нас.

Мы покоимся в переживании несокрушимого единства с мастерством и опытом Повелителя Игр.

Свет от нас устремляется во все времена и места, раскрывая мир к бесстрашию, творческой радости и активному состраданию.

Мы пребываем в этом переживании так долго, как считаем правильным.

В заключение Свет Истины Игры возвращается из пространства к нам, и как только он касается внешней формы нас – Повелителя Игр, она (первый щелчок пальцами) исчезает. Свет вливается в сияющую в голове букву β (бета), и она (второй щелчок пальцами) исчезает. Далее свет вливается в сияющую в сердце букву α (альфа), и она (третий щелчок пальцами) исчезает. Свет втекает в сияющую в нижней части живота букву δ (дельта), и она тоже (четвертый щелчок пальцами) исчезает.

Мы покоимся в осознавании, полностью лишенном формы, вне центра и границ.

Теперь наше собственное представление о себе сгущается из пространства в радужную форму Повелителя Игр, и мы стараемся сохранять это чистое видение во всех ситуациях жизни. Мы смотрим на мир глазами Повелителя Игр, берем мир в руки Повелителя Игр и действуем в нем, ведомые мотивацией Повелителя Игр. Мы выходим на сцену мира, полного неограниченных возможностей и украшенного фрактальными узорами и цветами. Здесь все лучится и имеет смысл. Каждый атом вибрирует радостью и скрепляется любовью. Все свежее и новое. Это ВОЛШЕБНЫЙ МИР ПОВЕЛИТЕЛЯ ИГР, и здесь все существа обладают совершенством, независимо от того, сознают они это или нет.

Практика Очищения

Ее цель – вычистить все блоки, зажимы, страхи, комплексы, неверное понимание и мешающие эмоции, такие как гнев, зависть, гордость, страх и пр. На практическом уровне ОЧИЩЕНИЕ означает, что РЕАЛИЗОВАНО ТОЛЬКО ТО, ЧТО ОТДАНО! То есть свободно от личностных хватательных рефлексов, очищено от присваивания себе.

Итак, войдем в Круг Мастерства, сядем прямо и слегка прикроем глаза.

Сейчас в пространстве над нашей головой раскрывается невероятной красоты цветок. (Это может быть орхидея, лилия, хризантема, лотос или любой другой цветок, вызывающий чарующие эмоции.)

На нем, прямо из пустого пространства, выражая потенциал и силу Театра Реальности, кристаллизуется греческая буква π (пи; рис. 12).

Мы знаем, что она представляет собой эссенцию качеств Повелителя Игр и символизирует наши безграничные творческие возможности.

Мы приветствуем символ Повелителя следующими словами: «Дорогой учитель, пожалуйста, очисти нас от всего, что загрязняет и ограничивает».

В ответ на это обращение буква π начинает вибрировать и излучать Радужный Свет Истины Игры во всех направлениях. Этот свет достигает всех известных и неизвестных нам Гениев и Мастеров Вдохновения; всех творческих личностей: поэтов и актеров, мыслителей и ученых, музыкантов, художников, всевозможных харизматиков и лидеров… и как только свет касается их, в то же мгновение все они растворяются в нем! Затем этот свет возвращается к букве π над нашей головой, и как только он касается ее, в это же мгновение буква π взрывается в лучезарную форму Повелителя Игр. Он парит в нескольких сантиметрах над нашей головой в позе медитации, величественный и прекрасный, нежный и энергичный, ласковый и сверкающий, а в его сердце вибрирует буква π.

Рис. 12

Сейчас мы повторяем наше обращение: «Дорогой учитель, пожалуйста, очисти нас от всего, что загрязняет и ограничивает».

В ответ на это обращение буква π в сердце очистительной формы Повелителя Игр начинает излучать нектар Истины Игры. Он очень быстро наполняет прозрачную форму Повелителя, и теперь из правой ноги, спущенной с цветка, этот нектар начинает истекать в нас через макушку головы (рис. 13).

Проникая в нас, нектар вымывает все вредное и мешающее. Все блокирующее и загрязняющее. Мы видим, как ложные эмоции и представления выходят из нас в форме грязи и гноя и поглощаются землей. Новый поток нектара омывает нас снова и снова, оставляя совершенно чистыми.

Проделывая эту визуализацию, мы повторяем формулу: «Дорогой учитель, сделай все неличностным и чистым».

Наполняясь очищающим нектаром, мы повторяем формулу Повелителя так долго, как возможно.

При этом нектар наполняет нас все больше и больше, и мы становимся абсолютно прозрачными, как бы состоящими только из тонкой оболочки света.

В заключение мы визуализируем, как очистительная форма Повелителя Игр над нами растворяется в свете, этот свет вливается в нас. И мы остаемся в переживании несокрушимого единства с чистотой и совершенством Мастера, с его тотальной чистотой и неличностностью.

Рис. 13

Так мы постигаем покой и чистоту Экрана за изобилием действия и напряженности играющего мира. «И сколько бы крови ни проецировалось на Экран, сам Экран всегда чист!»

Теперь наше собственное представление о себе сгущается из пространства в радужную форму Повелителя Игр, и мы стараемся сохранять это чистое видение во всех ситуациях жизни. Мы смотрим на мир глазами Повелителя Игр, берем мир в руки Повелителя Игр и действуем в нем, ведомые мотивацией Повелителя Игр. Мы выходим на сцену мира, полного неограниченных возможностей и украшенного фрактальными узорами и цветами. Здесь все лучится и имеет смысл. Каждый атом вибрирует радостью и скрепляется любовью. Все свежее и новое. Это ВОЛШЕБНЫЙ МИР ПОВЕЛИТЕЛЯ ИГР, и здесь все существа обладают совершенством, независимо от того, сознают они это или нет.

Практика развития сочувствия

(«Любящие Глаза»)

Фактически это самая первая медитация из компендиума Игры, то есть самая важная. В ней мы работаем с особой формой Повелителя Игр, имя которой Любящие Глаза. Она ответственна за развитие все скрепляющей любви, активного сочувствия и непоколебимого сострадания к миру ролей.

Итак, войдем в Круг Мастерства, сядем прямо и слегка прикроем глаза.

Сконцентрируем внутренний взор на своем сердце и прислушаемся к его биению.

Представим, что прямо сейчас в нашем сердце кристаллизуется маленькая (в половину большого пальца) фигурка энергии и света Повелителя Игр. В этой медитации он предстает в форме Любящих Глаз. Его прозрачное тело как бы соткано из глаз. Он сидит на живом, красивом цветке, развернувшем свое очарование простым, легким жестом (рис. 14).

Рис. 14

Мы знаем: он не личность, он манифестация всепоглощающего сочувствия и любви смотрящего пространства, отражающая тем самым наши безграничные творческие возможности.

Мы приветствуем Любящие Глаза следующими словами: «Дорогой учитель, пожалуйста, наполни нас состраданием к миру ролей».

В ответ на это обращение-призыв Любящие Глаза излучает в пространство Радужный Свет Истины Игры.

Он устремляется из нашего сердца во все времена и места, достигает всех Гениев и Мастеров Вдохновения; всех творческих личностей: поэтов и актеров, мыслителей и ученых, музыкантов, художников, всевозможных харизматиков и лидеров… и как только свет касается их, в то же мгновение все они обретают форму Любящих Глаз.

Одни большие как горы, другие маленькие как пылинки, все они устремляются к форме Повелителя Игры в нашем сердце и, как снежинки, падающие на гладь озера, сливаются с ним в одно целое. Сидя в нашем сердце в позе медитации, величественный и прекрасный, нежный, энергичный и ласковый, он начинает вибрировать от избытка энергии и «сиять как тысяча солнц» (рис. 15).

Сейчас этот мощный всепроникающий свет устремляется из нашего сердца во все времена и места. Он избавляет мир от страдания и боли, всех людей от страхов и комплексов и наполняет всех повсюду творческой реализацией, силой и покоем. Мы видим, как мир раскрывается навстречу этому теплому, все излечивающему и освобождающему свету, как он расцветает под любящим взглядом Повелителя Игр, и испытываем радость от этого уникального процесса.

Рис. 15

Вливаясь во всех людей повсюду, свет наполняет их изнутри и трансформирует в форму Любящих Глаз.

Этих мощно сияющих очагов излучения становится все больше и больше. Мы восторженно наблюдаем, как весь мир становится усыпанным невероятной красоты фрактальными мандалами и узорами Любящих Глаз, как он начинает сиять теплотой, любовью и творческой реализацией. Мы пребываем в наслаждении от этого зрелища так долго, как считаем правильным.

Теперь свет из мира начинает возвращаться к нам, и как только он касается нас, мы тоже превращаемся в форму Любящих Глаз. Каждый атом нашего тела начинает вибрировать любовью и сочувствием, мы начинаем аккумулировать мощную вибрацию, начинаем «сиять как тысяча солнц» и, подобно Повелителю Игр в форме Любящих Глаз, начинаем излучать мощную энергию в пространство.

В итоге нет ни одного места во Вселенной, куда бы не достигал наш свет, и нет ни одного атома в пространстве, который не лучился бы сознанием своего величия и тотальной реализации. Итак, мы сидим в лучащейся форме Любящих Глаз, в наших сердцах маленькая сияющая фигурка Любящих Глаз, вся Вселенная усыпана бесчисленными звездами Любящих Глаз, и каждая точка в пространстве является его вибрирующим любовью центром.

Мы повторяем следующую формулу:

«Каждый атом вибрирует радостью и скрепляется любовью!»

«Каждый атом вибрирует радостью и скрепляется любовью!»

«Каждый атом вибрирует радостью и скрепляется любовью!»

Повторяя ее снова и снова, мы покоимся в переживании несокрушимого единства с любящей и естественно реализующейся в этой любви Вселенной.

Мы пребываем в этом переживании так долго, как считаем правильным, повторяя формулу Любящих Глаз снова и снова так долго, как считаем правильным.

В заключение Вселенная растворяется в свете, и весь этот свет устремляется к нам в форме Любящих Глаз, и как только он касается ее, она медленно растворяется в нем, становясь с ним одним целым. Теперь в пространстве остается только маленькая фигурка Любящих Глаз, которая прежде находилась в нашем сердце. Свет втягивается в нее, и она (щелчок пальцами) мгновенно исчезает.

Мы покоимся в осознавании, полностью лишенном формы, вне центра и границ.

Спустя необходимое время наше собственное представление о себе сгущается из пространства в радужную форму Любящих Глаз, и мы стараемся сохранять это чистое видение во всех ситуациях жизни. Мы смотрим на мир многоокой интуицией Любящих Глаз, берем мир в руки Любящих Глаз и действуем в нем, ведомые мотивацией Любящих Глаз.

Так мы выходим на сцену мира, полного неограниченных возможностей, щедро украшенного фрактальными узорами и мандалами цветов. Здесь все лучится и имеет смысл. Каждый атом вибрирует радостью и скрепляется любовью. Все свежее и новое. Это ВОЛШЕБНЫЙ МИР ЛЮБЯЩИХ ГЛАЗ ПОВЕЛИТЕЛЯ ИГР, и здесь все существа обладают совершенством, независимо от того, сознают они это или нет.

Примечания

1

В средневековой Японии «зрелищность» приравнивалась к демонической стихии, и методы ее укрощения держались в глубочайшей тайне, подчиняясь строгой секретной традиции передачи от одного поколения мастеров другому.

2

Дзэами Мотокиё (1363-1443) – второй патриарх японского театра «Но». Выработал эстетическое кредо театра и изложил его в своих трактатах, таких как «Предание о цветке стиля» (Фуси Кадэн. М.: Наука, 1989) и др. Развил учение о мастерстве актера и создал новую по содержанию драму – «иллюзорно-художническую», которая отражала буддийское миросозерцание мастера.

3

К понятию Ум я подхожу с точки зрения Алмазного Пути тибетского буддизма (Ваджраяна), используя этот термин как характеристику открытого, ясного и безграничного пространства. «Все есть Ум. Все явления возникают в Уме, развиваются в нем, достигают пика своей реализации и исчезают в нем же». Считается, что Ум не имеет ни основания, ни опоры, ни корня, ни истоков, и даже Просветленные не могут описать этот опыт в терминах.

4

Чехов М. А. Жизнь и встречи. Литературное наследие: В 2-х т. Т. 1. Воспоминания. Письма. М.: Искусство, 1986.

5

Стрелер Дж. Театр для людей. М.: Радуга, 1984. Джорджо Стрелер (1921– 1997) – знаменитый прогрессивный итальянский режиссер, один из основателей миланского «Пикколо театро», первого в Италии стационарного драматического театра.

6

Теория Игр – раздел математики, предметом которого является анализ принятия оптимальных решений в условиях конфликта.

7

Хейзинга Й. Homo Ludens (Человек Играющий). М.: Прогресс, 1992. Йохан Хейзинга (1872–1945) – нидерландский историк культуры. Его классический труд «Homo Ludens (Человек Играющий)» раскрывает сущность и значение игры как источника культуры.

8

В другом переводе диалога Платона «Тимей» фраза выглядит так: «Жизнь нужно прожить как игру» // Собр. соч.: В 4-х т. Т. 3. М.: Мысль, 1999.

9

Вопреки всеобщему убеждению, что фраза принадлежит Ф. Шиллеру, многие исследователи настаивают на авторстве Иоганна Вольфганга фон Гёте.

10

Шиллер Ф. Письма об эстетическом воспитании // Собр. соч.: В 7 т. Т. 6. М.: Художественная литература, 1955.

11

Луиджи Риккобони – один из крупнейших итальянских артистов комедии dell’arte XVI века.

12

Согласно прогнозам большинства передовых специалистов, через 2–3 десятилетия интернет будет представлять собой фактически полную копию реального мира. «Это будет означать не только путаницу между „реальностью“ и „виртуальностью“, в которую неизбежно втянется любой человек, но и построение „сознания“ для мыслящей материи. Это „сознание“, как и в случае с сознанием человека, будет представлять собой манипулирование набором абстракций и понятий, соответствующих всем реальным предметам и явлениям. Однако в данном случае абстрактная копия реальности будет несоизмеримо более адекватна реальности. Подобное взаимопроникновение реального мира и интернета, слияние вычислительных и производительных мощностей и будет отправной точкой в создании мыслящей материи, контролирующей ноосферу и превращения планеты в единый мозг» (Мищенко А. Цивилизация после людей. СПб.: Изд-во А. Голода, 2004).

13

Драйден Г., Вос Дж. Революция в обучении. Научить мир учиться по-новому. М.: Парвинэ, 2003.

14

Тимоти Лири – гарвардский профессор-психолог, ставший лидером молодежной Революции Сознания. Создатель нейрологии и инфопсихологии – наук, исследующих творческий потенциал человека с эволюционной точки зрения. Автор книг: «История будущего», «Семь языков бога» и др.

15

Виль-Вильямс Е. Приглашение на партию // Дилтс Р. Стратегии гениев. Т. 1. М.: Независимая фирма «Класс», 1998.

16

Бессмертные слова, вложенные великим Шекспиром в уста философа и бездельника Жака из пьесы «Как вам это понравится». Шекспир У. Собр. соч.: В 8 т. / Пер. Т. Щепкиной-Куперник. М., Интербук, 1997.

17

По мнению некоторых шекспироведов, дословный перевод имени Шекспир (Shakespeare – shake spear) – «трясти копьем».

18

См.: Гилилов И. Игра об Уильяме Шекспире, или Тайна Великого Феникса. М.: Артист. Режиссер. Театр, 1997; о. Козминиус, о. Мелехций. Шекспир, тайная история. СПб.: ИД Нева, 2003.

19

Гроф С. Космическая Игра. М.: Ин-т трансперсональной психологии; Изд-во «Саттва», 2000.

20

Там же.

21

Гессе Г. Игра в бисер. М.: Радуга, 1984.

22

Речь идет об опытах немецкого физика Вернера Гейзенберга, установившего невозможность измерения траектории электрона в пространстве и доказавшего, что сам факт наблюдения за электроном меняет его движение и вносит погрешность в эксперимент.

23

Джонс Р. Физика как метафора. Tempe: New Falcon Publications.

24

Данн Дж. Эксперимент со временем. М.: Аграф, 2000.

25

Джон Арчибалд Уилер – профессор Принстонского университета, на учный консультант американских президентов по атомной программе. В 1967 году не только ввел сам термин «черная дыра», но и создал американскую школу «чернодырочников».

26

Волински С. От транса к просветлению. Психотехники де-программирования сознания. М.: ИВЦ «Маркетинг», 2002.

27

Капра Ф. Дао Физики. СПб.: Орис, 1994.

28

Лири Т. История будущего (Оригинальное название «The Game of Life»). К.: Janus Books, 2000.

29

Обман зрения (фр.).

30

Здесь считаю важным обратить внимание на этимологию слова «театр»: «театр» (θεατρου, от греческого θεοζ – бог и ρεω – протекать) означает «как Бог струится и проявляется, каким Бог предстает перед народом». θεοζ содержит корень θη, составляющий также и τιθημι (полагать, устанавливать), следовательно, θεοζ означает «тот, кто устанавливает». Кроме того, слово «театр» может быть возведено к θεοζ и ανερ, ανδροζ (человек) и означать «Бог человека», «как Бог действует в человеке», «через человека». Получается, что в этом термине сочетаются корни человека и Бога… (Менегетти А. Кино, Театр, Бессознательное. Т. 2. М.: Изд-во ННБФ «Онтопсихология», 2003). Андрей Павленко в своей замечательной книге «Теория и Театр» дает немного иную этимологию: Τό ύέατρον – «место для зрелищ». Театр – это, попросту говоря, «зрелище». Слово ύέατρov произошло от глагола ύέατρον, означающего «зреть», «смотреть», «видеть», в том числе «созерцать умом»

31

Меня часто спрашивают, какое место занимает в этой схеме режиссер. Отвечаю словами Е. Гротовского: «Режиссер – это профессиональный зритель», то есть тот, кто обладает даром творить взглядом.

32

Тему цельности театра можно встретить у многих мастеров игры, например у великолепного Джорджо Стрелера: «Основополагающее свойство театра – это его цельность, единство элементов, единство, не знающее настоящих столкновений и существенных противоречий. Театр как фактор объединяющий, и только объединяющий, – это и есть та истина, которую тщетно ищут авторы эстетических теорий. Я сказал бы даже больше: уже признав эти составляющие театр элементы, актер чувствует, что театр из них еще надо сделать, что театр рождается не из одновременного присутствия всех его элементов, но из особого акта преображения, из накала, которого достигает зрелище спустя какое-то время» (Театр для людей. М.: Радуга, 1984).

33

В данном «скоростном» изложении эта теория сильно упрощена. На сегодняшний день и наука о мозге, и квантовая механика утверждают, что все поведенческое многообразие человека зависит от электрохимических процессов, происходящих в его голове. Так, все разнообразие человеческих ролей (стоит ему, например, принять спиртное или наркотик, испугаться, уснуть или сесть в медитацию) соткано из различных сочетаний мозговых волн, что, в свою очередь, разворачивает разные формы реальностей.

34

Электроэнцефалограф (ЭЭГ) был изобретен немецким физиологом Гансом Бергером для изучения биологической активности мозга.

35

Маслоу называет зависимость человека от наркотиков потребностью в самоактуализации; Адлер в ранний период своего творчества – стремлением к совершенству; для Тимоти Лири это – стремление к Богу. С точки зрения игры разные виды наркотиков – это не что иное, как транспортные средства, с помощью которых демон игры переносит всех желающих в заманчивое состояние творческого могущества. Взамен он просит «не много» – волю. Обратной стороной медали этих путешествий является полная потеря способности подниматься в гору, не используя транспортные средства. Одним словом, наркотик – это отличная технология для сжигания мозгов и творческого потенциала.

36

Мельхиседек Д. Тайная египетская мистерия. СПб.: ИК «Невский проспект», 2004.

37

Кен Уилбер широко известен как один из основателей спектральной психологии и наиболее выдающийся теоретик трансперсональной психологии. Считается, что именно Уилберу удалось создать наиболее интегральную, синтетическую модель роста, развития человеческого сознания, позволяющую объединить взгляды различных психологических школ и получить наиболее адекватные выводы относительно уровня развития личности, социума, а также возможных путей их дальнейшего развития и терапии. Его основные идеи изложены в книгах: «Спектр сознания», «Никаких границ», «Проекция Атмана», «Социабельный Бог».

38

Йоши Оида – легендарный японский актер театра и кино, преподаватель мастерства актера. Получил классическое образование в Японии. В 1968 году по приглашению Ж.-Л. Барро приехал в Париж для работы с П. Бруком. Его блистательную игру можно видеть в таких фильмах, как «Махабхарата» (1990) и «Гамлет» (2001) П. Брука и мн. др. С 1979 года делает собственные постановки, отличающиеся утонченной природой актерского существования, японской чувственностью, поразительной глубиной и отточенностью стиля. Его книга «Невидимый актер» (Berlin: Alexander Verlag, 2001), написанная совместно с Лорной Маршал, до сих пор не переведена на русский язык.

39

Термин Йохана Хейзинги: Человек Играющий. В нем, как мне кажется, больше содержания и глубины, чем в привычных «артист» или «актер». Во избежание путаницы оговорюсь: термин «актер» я использую применительно к схеме «зритель-актер-роль» из системы методов игры; термин «артист» я использую, когда речь касается непосредственно профессиональной потенции; и, наконец, термин «Человек Играющий» я использую применительно к игре на «сцене жизни». В процессе развития, то есть Великого Делания, Человек Играющий претерпевает трансформацию и начинает называться Человек Возможного, Потенциальный, или Homo Virtus. Арнольд Минделл называет его worldworker (работающий с миром).

40

Цитата из арабского анонимного алхимического текста Х века, использованная Мирчей Элиаде в книге «Arcana artis» (Элиаде М. Аrсana artis // Великое Делание. К.: Новый Акрополь, 1995). Аналоги можно найти повсюду: «Ты – это вся Вселенная. Ты во всем, и все в тебе. Солнце, Луна и звезды вращаются внутри тебя» – это из Свами Муктананды; кое-что подобное находим в «Аштавакара-Гите»: «Вселенная, чудесным образом возникшая во мне, пронизана мной… из меня рождается мир, во мне он существует, во мне растворяется»; и Шри Нисаргадатта Махарадж вторит им всем: «И ты уже не сомневаешься в том, что не ты в мире, а мир в тебе»… и т. д. и т. п. до бесконечности.

41

Лекок Ж. Поэтическое тело (Berlin: Alexander Verlag / Пер. Ф. Степанова. 2000). Жак Лекок (1921–1999) – французский театральный педагог, основатель «Парижской международной школы театра». Начиная с 1960-х годов школа приобретает статус легендарной и становится стартовой точкой для вхождения на так называемый путь актера. В числе учеников Жака Лекока – Люк Бонди, Саймон Мак Бёрни, Кристоф Марталер, Ариана Мнушкин, Ясмин Реза.

42

Колташов В. Г. Диалектическая психология. 2005.

43

Григорий Саввич Сковорода (1722–1794) – украинский мыслитель. Согласно Сковороде, человек и мир – это две бездны: «он в тебе, а ты в нем».

44

«Небо и земля родились одновременно со мной; внешний мир и я составляем единое целое» (Чжуан-цзы // Древнекитайская философия. Т. 1. М.: Мысль, 1972).

45

Новалис (Фридрих фон Харденберг; 1772–1802). Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

46

Дейл Шустерман – терапевт-хиропрактик, один из наиболее влиятельных и успешных медиков нового поколения целителей, сочетающий свои исследования по лечению позвоночника с принципами Каббалы: «Каббала основывается на представлении, что мужчина и женщина созданы по образу Космического Творца. Следовательно, мы должны уметь, как Леонардо, видеть в нашей человеческой форме космический рисунок. Вдобавок к тому что наше тело отражает более высокий образец, наши внутренние качества имеют ту же природу, что и божественные, подобно тому как капля воды содержит в себе свойства целого океана» (Гебл М. Дж. Расшифрованный Код да Винчи». Мн.: Попурри, 2005).

47

Н. Бердяев утверждал, что он не верит в объект, а только в объективацию, которая представляет собой проекцию вовне, в реальность активности субъекта. По сути реальность по Бердяеву – это и есть объективация познавательной способности личности, то есть приписывание существованию такого устройства, которое человек в познании эманирует и экзистенцирует из себя и собой (Бердяев Н. Самопознание. М.: Международные отношения, 1990).

48

Там же.

49

Капра Ф. Поворотный пункт: наука, общество и подъем культуры» (Н. Новгород: «Элис», 1995).

50

Лилли Дж. К. Центр циклона. М.: Сфера, 1997.

51

Зандер Б., Зандер Р. Искусство возможности. М.: ИД «Вильямс», 2004.

52

Формула К. Б. Сигова. Немного иная формула встречается также у Джин Хьюстон в книге «Человек Возможный» (М.: Старклайт, 2004).

53

Мексапетян А. Г. Язык театра: Мир-как-Театр // Язык и метафизика. Ереван, 2001.

54

Инстинкт игры – я думаю, и более того – уверен, что нет инстинкта глубже. Все остальное (воля к власти, воля к жизни и т. д.) нанизывается на этот самый главный – инстинкт игры. Он означает глубинную потребность человека соединить все уровни бытия в единый целостный Образ, соединить реальное и нереальное, действительное и возможное. И это как раз то, что Назип Хамитов, например, определяет как бытие-на-пределе, то есть то, что позволяет родиться единству метачеловеческого и сверхчеловеческого, порождая тем самым богочеловеческое (Хамитов Н. Философия Человека: от метафизики к метаантропологии. М.: Институт общегуманитарных исследований, 2002). С точки зрения Самоосвобождающейся Игры это зритель-актер-роль, в других схемах, например буддийских, это триединство обнаженной пустоты, творческой силы и сочувствия. Одним словом, три в одном – и есть реализация инстинкта игры, который преследует разворачивание так называемой тотальной реальности. С моей точки зрения, уродует человека, сводит его с ума именно нереализованность инстинкта игры.

55

Homo Universale – универсальный человек.

56

Термин уходит своими корнями далеко в глубь веков. Уже в XII веке средневековый логик Дунс Скотт употреблял латинский термин virtu-aliter. Во второй половине ХХ века идея виртуальности возникает независимо друг от друга сразу в нескольких сферах науки и техники. (Мигдал, 1989; Фейман, 1988).

57

Капра Ф. Дао Физики. К.: София, 2002.

58

Рикарда М., Тхана Т. К. Квантовая частица и цветок лотоса. Путешествие к границе, где встречаются наука и буддизм (Нью-Йорк: Краун паблишерс, 2001).

59

Из интервью, взятого Робертом Форте у Джейрона Ланьера // Тимоти Лири: Искушение будущим. М.: Ультра. Культура, 2004.

60

Джейрон Ланьер – ученый, специалист по компьютерам, композитор, визуальный художник, известный автор публикаций на тему виртуальной реальности. Он придумал термин «виртуальная реальность» и основал VR-индустрию. В настоящее время преподает на факультете компьютерной науки Колумбийского университета и является основателем Международного института эволюции мозга.

61

Одно из выражений Тринле Гьямцо – Далай-ламы XII (1856–1875).

62

Носов Н. Виртуальная психология. М.: Аграф, 2000.

63

Речь идет о корпускулярно-волновой гипотезе, согласно которой электрон может быть одновременно и волной, и частицей.

64

Толе Э. The Power of Now. К.: София, 2005.

65

Там же.

66

Гарднер М. Из аннотации к «Алисе в Стране чудес» Льюиса Кэрролла (The annotated Alise). New York, 1960.

67

Уилсон Р. Квантовая психология. М.: Janus books, 2001. Роберт Антон Уилсон – доктор психологии, друг и соратник Тимоти Лири, развивший его учение о нейрологической эволюции. Туннель реальности – термин Тимоти Лири.

68

Импринтирование – «более или менее жестко заданные программы, которые мозг создает в определенные (запрограммированные) периоды своего развития. При этом происходит фиксация на соответствующих моделях поведения. Самый простой пример: вылупившийся в инкубаторе цыпленок отождествляет первый увиденный движущийся объект с матерью. Установленный таким образом импринт действует автоматически как генетическая программа» (Лири Т. История будущего. К.: Janus Books, 2000).

69

Джонс Р. Физика как метафора. Arizona: New Publications Tempe.

70

Джон Уилер.

71

Палден Шераб Ринпоче, Цеванг Донгял Ринпоче. Львиный взор. СПб.: Уддияна, 2003.

72

Шипов Г. Явления психофизики и теория физического вакуума. М.: Яхтсмен, 1995. Говоря просто, это те самые точки в пространстве, в которых удивительным образом мысль соединяется с материей. И работая с этой «клавиатурой», как бы дерзко это ни звучало, можно позволить себе «играть музыку реальности», то есть формировать задуманное!

73

Красота и Мозг. Биологические аспекты эстетики / Под ред. И. Ренчлера, Б. Херцбергера, Д. Эпстайна. М.: Мир, 1995.

74

Тихоплав В. Ю., Тихоплав Т. С. Гармония хаоса, или Фрактальная реальность. СПб.: ИД «Весь», 2003.

75

Там же.

76

Шредингер Э. Материя и разум. Ижевск: Регулярная и хаотическая динамика, 2000.

77

Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

78

Kehoe J. Mind power into the 21st century. Canada: Zoetic Inc. 1997.

79

Стафф Б. Законы Тролля.

80

Трактат, касающийся доктрины зла, из Лурианской каббалы (цит. по: Нойманн Э. Происхождение и развитие сознания. М.: Рефл-бук; К.: Ваклер, 1998).

81

Кроули А. Замечания о теургии // Возбужденный энтузиазм. М.: Старклайт, 2003.

82

Крам Т. Ф. Управление энергией конфликта. М.: АСТ; Рефл-бук, 2001.

83

Нойманн Э. Происхождение и развитие сознания. М.: Рефл-бук, 1998.

84

Эстес К. П. Бегущая с волками. К.: София; М.: Гелиос, 2002.

85

Тринле Гьямцо. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

86

Иллюстрированная история мирового театра / Под ред. Дж. Р. Брауна. М.: Бертельсман Медиа Москау АО, 1999.

87

Говоря словами К. Юнга, срединная область, «метакса» для проникновения в так называемую «психическую реальность».

88

Круг – сцена, яйцо, сфера, философское Яйцо Мира, ядро начала и зародыш, из которого возникает мир. Это также совершенная структура, в которой объединяются противоположности. В центре круга обитает божественный гермафродит, сочетающий в себе противоположные полюса, мужской и женский.

89

Мельхиседек Д. Живи в сердце. М.: София, 2004.

90

Зоны прозрачности – «места силы», своеобразные акупунктурные точки Земли, на которых, по преданию, строились различные культовые сооружения. Считается, что они играли огромную роль в благополучии соответствующего сообщества, позволяя гармонизировать отношения человека и природы.

91

Матс Эк – выдающийся хореограф нашего времени. Общепризнанный гений modern dance. Руководитель знаменитой шведской труппы «Куллберг балет». Автор скандально известных авангардистских версий «Жизели», «Лебединого озера», «Спящей красавицы», «Кармен» и др.

92

Брайан Роут – известный австралийский психотерапевт, применяющий в своей практике методы гипноза (см.: Язык гипноза. М.: Эксмо-пресс, 2001).

93

«Поле Игры – есть священное пространство, в которое попадает Мастер, пройдя врата недеяния. Мастера говорят, что поле Игры не находится где-то снаружи, бессмысленно разыскивать его, подобно затерянной стране, его можно найти, только изменив восприятие, обретя единый вкус… Живя в поле Игры, Мастер может казаться грезящим существам обычным человеком, однако это не так, поскольку мир Мастера бесконечно далек от мира грезящих существ, хотя целиком включает их» (Сатгуру Свами Вишну Дэв. Кодекс Мастера. Кн. I. Контур Пути. Одесса: ВМВ, 2006).

94

К. Г. Юнг. Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

95

Магический реализм – в литературе, театре и кино – реально переживаемая фантастическая ситуация. Наглядный пример можно почерпнуть из произведений таких латиноамериканских писателей, как Изабель Альенде, Хорхе Луис Борхес, Габриэль Гарсиа Маркес, Хулио Кортасар, Мигель Анхель Астуриас, Карлос Фуэнтес и др.

96

Тринле Гьямцо (цит. по: аудиозапись лекции. Варшава, 1994).

97

Юнг К. Г. О психологии образа трикстера // Радин П. Трикстер. Исследование мифов североамериканских индейцев. СПб.: Евразия, 1999.

98

Лао-цзы. Дао дэ цзин // Древнекитайская философия. Т. 1.

99

Натаф А. Мэтры оккультизма. СПб.: Академический проект, 2002.

100

Кумарасвами А. К. Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

101

Клод Леви-Строс – известный французский этнограф и социолог, один из главных представителей структурализма. Эволюция культуры, согласно его воззрениям, представляет движение к единству чувственного и рационального начал, утраченному современной цивилизацией.

102

Эрнст Генрих Геккель (1834–1919) – немецкий естествоиспытатель и философ.

103

Фредерик Якоб Бейтендейк – голландский психолог, профессор университета в Гронингене. Им разработана общая теория человеческих поз и жестов, дан феноменологический анализ психологии женщины, психологии игры, улыбки, чувств боли, стыда, ситуации «встречи» и т. п. Бейтендейк – автор около 300 работ.

104

Эльконин Д. Б. Психология игры.

105

Иоганн Пауль Фридрих Рихтер (Жан Поль; 1763–1825) – немецкий беллетрист – юморист и сатирик.

106

Мартин Хайдеггер (1889–1976) – немецкий философ-экзистенциалист.

107

Максимилиан Александрович Волошин (1877–1932) – недоучившийся студент Московского университета. Один из образованнейших людей своего времени. Круг его интересов – от географии до биологии, от философии до астрономии (член Французского астрономического общества с 1927 года).

108

Волошин М. Лики творчества. Л.: Наука, 1988.

109

Людвиг Йозеф Иоганн Витгенштейн (1889–1951) – австрийский философ, один из наиболее влиятельных мыслителей ХХ века.

110

Ролан Барт – французский семиотик, для определения характера культуры и ее части, культуры художественной, введший в обращение термин «текст». Текст – это и пространство, в котором идет образование значений, следовательно, множественности смыслов. Ввиду своей многосложности текст символичен и поддается расшифровке «скриптером», который, владея ключом – культурным кодом, проникает во внутренние смыслы культуры, охватывая знанием по возможности полный объем мира культуры.

111

Гельдерод М. Театр. М.: Искусство, 1983.

112

Тем, кто интересуется информацией о жизни и творчестве этого веселого разбойника, есть смысл посмотреть книги: «Тимоти Лири: Искушение будущим» в серии «Жизнь запрещенных людей» (М.: Ультра. Культура, 2004); «Штурмуя небеса. Подлинная история ЛСД от расцвета до запрета» (М.: Ультра. Культура, 2006); блестящую работу самого Лири «История будущего» (К.: Janus Books, 2000).

113

Цитата из интервью Хьюстона Смита «Тимоти Лири и психоделическое движение», данного Роберту Форте // Тимоти Лири: Искушение будущим. М.: Ультра. Культура, 2004.

114

Станислав Гроф – один из основателей трансперсональной психологии, врач-клиницист, работавший в LSD-терапии, доктор медицины, оказавший революционное влияние на современную психоаналитическую теорию. Его исследования – это новый взгляд на такие области, как структура бессознательного, измененные состояния сознания, взаимосвязь психотерапии и религии. Цит. по: Апинян Т. А. Игра в пространстве серьезного. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2003.

115

Сатгуру Свами Вишну Дэв – русскоязычный мастер практической Адвайты и Лайя-йоги в традиции авадхутов-махасиддхов, основатель и настоятель Монастыря йоги (Адвайта-йога-ашрам) «Гухья Самаджа». С 1989 года обучается Лайя-йоге в традиции сиддхов у своего коренного Учителя, а также классической Раджа-йоге и Кундалини-йоге у различных Учителей. С 1992 по 1995 год посвящает себя аскетичной практике в уединении, благодаря которой реализовывает состояние «сахаджа-самадхи».

116

В шиваизме божественная игра обозначается термином «айшварья». Другим его аналогом является «виласа» – подлинная Природа Абсолютного Ума. Абсолютный Ум в своем проявленном состоянии развертывает свои энергии, то есть манифестируется. Эта манифестация беспричинна, спонтанна, необусловленна («безумна» с точки зрения человеческой рациональности). Но именно она лежит в основе любой рациональной манифестации как ее сердечная сущность. Если же мы смотрим на проявление активности глазами недвойственности, она предстает как немотивированная беспричинная игра энергий Абсолюта – лила, или виласа.

117

Сатгуру Свами Вишну Дэв. Кодекс Мастера. Кн. I. Контур Пути. Одесса: ВМВ, 2006.

118

Георгий Гурджиев – человек-легенда, великий мистификатор и духовный шарлатан, по словам Колина Уилсона: «Блестящий и поразительный психолог, не уступающий Ницше», по словам Маргарет Андерсон: «Миллион человек в одном». Основой учения Гурджиева (изложенного в красочной, метафорической манере в книге «Все и вся: сказки Вельзевула, рассказанные внуку») является утверждение, что человечество погружено в сон: «Тело бодрствует, но человеческое „я“ спит». Чтобы разбудить это «я» и поднять его на более высокую ступень сознания, Гурджиев предлагает (помимо путей факира, монаха и йогина) путь творчества, или «путь искусного (cunning) человека. Искусный человек, как считал Гурджиев, не позволяет своему прошлому стать будущим, он пытается капля за каплей отыскать в себе божественную искру, истинную свою сущность и начинает, все больше и больше освобождаясь от сценариев прошлого, писать собственный сценарий будущего. В книге «Агенты разведки» Тимоти Лири излагает четыре основных правила, которые мастер применял в основанном им в 1920 году в Фонтенбло «Институте гармоничного развития человека»: 1) пытайся добраться до сути событий, от которых остальные люди отмахиваются как от таинственных и загадочных; 2) никогда не делай чего-то только потому, что это делают другие; 3) никогда не думай так же, как думают другие; 4) доверяй только собственному видению мира, а не тому, как видят его другие, да и собственному мнению доверяй не очень на долго. Он учил также, что есть способ избегнуть индивидуальной смерти, и этот способ – постоянное рождение собственного «я»: «Бессмертие – возможно, ведь у возможности гораздо больше вероятностей, чем у действительности».

119

Ледлофф Ж. Как вырастить ребенка счастливым. Принцип преемственности. М.: Генезис, 2004.

120

Bugard P. Le Comédien et son double. La psychologie du comédien. Paris: Stock, 1970.

121

Дилбек Д. Ребенок снаружи и изнутри. К.: Новая книга, 2003.

122

Источник информации утерян. Выписка из моих дневников.

123

Комплекс Протея – стремление прожить много жизней, легко менять маски, роли, прыгать из одного персонажа в другой, играть формами. Протей – в греческой мифологии сын Посейдона, морское божество, пастух тюленьих стад Посейдона, супруг богини Псаматы.

124

Чи Зудэ. Поколение Актеров. СПб.: Изд-во «ВП», 2005.

125

Павленко А. Теория и театр. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2006.

126

Джейк Хорсли – автор книги «Воин Матрицы» («Matrix Warrior»; СПб.: Амфора, 2004), написанной по мотивам знаменитого фантастического фильма Э. и Л. Вачовски «Матрица».

127

Калинаускас И. Игры, в которые играет Я. СПб.: ИК «Невский проспект», 2003.

128

Кийосаки Р., Летчер Ш. Квадрант денежного потока. Ужгород: СВIТ, 2001.

129

Этот термин заимствован из романа Германа Гессе «Степной волк». Герман Гессе (1877–1962) – крупнейший немецко-швейцарский романист ХХ века. Автор таких известных произведений, как «Степной волк», «Демиан», «Паломничество в страну Востока» и, пожалуй, самого известного – «Игра в бисер».

130

Технологии Священного – технологии, по определению Станислава Грофа, выводящие за границы отождествления с узким, биографическим уровнем психики и называемые им холотропными. Благодаря использованию подобных практик происходит так называемый выход за пределы личного, или «превосхождение персонального». К подобным практикам относятся различные сочетания пения, дыхания, барабанного боя, ритмичной пляски, пост, уединение, чувственное голодание, причинение сильной физической боли, техники лишения сна и т. д. и т. п.

131

Нигредо – первая стадия, соответствующая этапу разрушения всего старого, отжившего, мешающего дальнейшему развитию. «На этой стадии разрушаются и отмирают отработанные, сковывающие нас формы и стереотипы – привычный мир рушится, а новый еще не возник. <…> Возникает ощущение, что мир разваливается на части, а время остановилось». Альбедо – этап, следующий за нигредо. На этой стадии происходят формирование, закалка и развитие новых потенциальных сценариев будущей судьбы. Именно здесь мы обнаруживаем так называемую Сцену Театра Реальности, или Сцену Сна. Рубедо – последняя стадия, с помощью которой описывается этап реализации. Непосредственное следствие соединения противоположностей (мужского и женского, внутреннего и внешнего) в единое целое. Это мир победы, героев и гениев! (По материалам: Лири Т., Метцнер Р., Олперт Р. Психоделический опыт. Львов: Инициатива, 1998; Гроф С. Космическая Игра. М.: Изд-во Ин-та трансперсональной психологии; Изд-во «Саттва», 2000; Файдыш Е. Мистический космос. М.: Изд-во М. Леонтьевой, 2002).

132

Лири Т., Метцнер Р., Олперт Р. Психоделический опыт.

133

Гроф С. Надличностное видение. М.: АСТ; Изд-во Ин-та трансперсональной психологии; Изд-во К. Кравчука, 2002.

134

Тибетская Книга Мертвых (Бардо Тхёдол) / Пер. и комментарий Намкая Норбу Ринпоче. СПб.: Изд-во Шанг-Шунг. СПб., 1999.

135

Там же.

136

Гроф С. Космическая Игра. М.: Изд-во Ин-та трансперсональной психологии; Изд-во «Саттва», 2000.

137

Пинт А. Из гусеницы в бабочку. М.: Ангел Принт, 2000.

138

Цит. по: Платания Й., Лее Е., Круглянский В. Юнг для начинающих. Мн.: Попурри, 1998.

139

Инициация (initiatio) – начинание, введение, посвящение.

140

Капра Ф. Уроки мудрости. М.: Изд-во Ин-та трансперсональной психологии, 1996.

141

Абеллио Р. Тетради кружка метафизических исследований. Цит. по: Бержье Ж., Повель Л. Утро магов. Киев: София, 1994.

142

Монро Р. Великое странствие (Monroe R. The Ultimate Jorney. N. Y.: Doubleday, 1994).

143

О’Нил Ю. Долгий день уходит в ночь.

144

Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

145

Хаксли О. Двери восприятия. Рай и Ад. Олдос Хаксли (1894–1963) – легендарный автор антиутопии «О дивный новый мир», а также книг «Двери восприятия» и «Рай и ад», посвященных психоделическим опытам. Один из виднейших интеллектуалов ХХ в. Блистательный эрудит и страстный пророк социальных и научных преобразований.

146

Уолт Уитмен (1819–1892) – американский поэт, журналист, эссеист.

147

Хилотропный модус сознания (противоположность холотропному модусу) – термин, предложенный Станиславом Грофом и определяющий ориентированность сознания на материю (греч. hile – материя). Это состояние сознания, в котором мы находимся в нашей повседневной жизни и которое западная психиатрия рассматривает как единственно нормальное и «законное», полагая, что в нем правильно отражается объективная реальность мира. В Алхимии Игры я называю это положение ума – ролью. В хилотропном модусе сознания артист считает себя физическим телом, что естественным образом ограничивает способности восприятия. В противоположность узкому и ограниченному хилотропному модусу холотропный артист предполагает восприятие себя как неограниченного силового поля Творческого Принципа Вселенной.

148

Бхайравананда. Мистерии тантры. Мир Закатного Солнца. Мн.: Изд. В. П. Ильин, 2003.

149

Там же.

150

Цит. по: Уилбер К. Проект Атман. М.: АСТ; Изд-во Ин-та трансперсональной психологии; Изд-во К. Кравчука, 2004.

151

Ричард Раш, режиссер фильма «Трюкач» (The stunt man), о мастерстве игры английского актера Питера О’Тула.

152

Алекс Грей, современный американский художник и перформер. Его вдохновенная и вдохновляющая книга «Миссия Искусства» прослеживает развитие человеческого сознания через историю искусств и, исследуя роль становления и так называемого Пути Художника, ведет к раскрытию потенциала Священного Искусства.

153

Малявин В. Китайская цивилизация. М.: Дизайн. Информация. Картография; Астрель; АСТ, 2003.

154

Петров В., Воеводин Д. Танец Шивы, или Космический беспредел. М.: Солвент; Локид-Пресс, 2003.

155

Генри Дэвид Торо (1817–1862) – американский мыслитель и писатель. Выдвигал идею ненасильственного, индивидуального сопротивления общественному злу. Источник цитаты утерян.

156

Алексей Алексеевич Ухтомский (1875–1942) – один из выдающихся отечественных мыслителей ХХ века. Его учение о доминанте как универсальном принципе, лежащем в основе активности всех живых систем, предвосхитило целый ряд направлений современных исследований. Ухтомский создал стройную концепцию человека на стыке различных наук: физиологии, психологии, философии, социологии и этики.

157

Чин-Нинь Чу. Секреты Мага Дождя. Делай меньше, достигай большего. К.: София; М.: Гелиос, 2001.

158

Бенджамин Зандер – дирижер Бостонского филармонического оркестра и профессор консерватории в Новой Англии. Помимо своей основной деятельности читает лекции об «Искусстве возможности» для менеджеров и руководителей бизнес-структур. Этот профессор уже на первом занятии ставит своим студентам высшую отметку, предлагая им выполнить одно-единственное требование – написать учителю письмо, датируемое концом учебного года, подробно рассказав, какие усилия они собираются предпринять, чтобы соответствовать высшей оценке. То есть нужно представить себя в будущем и, как бы оглядываясь назад, описать то, что было открыто и постигнуто в профессии за время обучения.

159

Роберт Кинг Мертон (1910–2003) – американский социолог, президент Американской социологической ассоциации. Вошел в историю мировой социологии как основатель социологии как науки, а также благодаря теоретическому анализу социальной структуры. Существуют и другие афористические выражения этого явления: «успех порождает успех», «ресурс идет к ресурсу», «деньги к деньгам» и т. д.

160

Зандер Б., Зандер Р. Искусство возможности. М.: ИД «Вильямс», 2004.

161

Красота и Мозг. Биологические аспекты эстетики / Под ред. И. Ренчлера, Д. Эпстайна. М.: Мир, 1995.

162

Там же.

163

Некорректное воспроизведение известной фразы Людовика XIV: «Будьте не тем, что вы есть, а тем, чем вы можете быть».

164

Зеланд В. Трансерфинг реальности. СПб.: ИД «Весь», 2004.

165

Марина Цветаева. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

166

Свами Сатьянанда Сарасвати. Тантрические практики преображения. Изд-во «Алока», 2001.

167

Чогьям Трунгпа Ринпоче. Миф свободы и путь медитации. Беркли; Лондон: Изд-во «Шамбала», 1976.

168

Франциск Ассизский. Цит. по: Уолш Р. Основания Духовности. М.: Академический проект, 2000.

169

Вадим Зеланд в замечательной серии книг «Трансерфинг реальности» (СПб.: ИД «Весь») дает этой технологии название «Фрэйлинг». Главный принцип Фрейлинга формулируется так: «Откажитесь от намерения получить, замените его на намерение дать, и вы получите то, от чего отказались. Действие этого принципа основано на том, что ваше внешнее намерение использует внутреннее намерение партнера, не ущемляя его интересов».

170

Кэплэн М. На полпути к вершине. К.: София; М.: ИД «Гелиос», 2002. Бодхисатва – в буддийских традициях духовный воин, «отважное и просветленное сердце», герой, давший обещание не уходить в нирвану до тех пор, пока будет страдать хотя бы одно живое существо. Бодхисатвы живут в лоне общества со всей его борьбой и терзаниями. Их путь – это не отрицательный путь отречения и уединения, но положительный путь утверждения и преобразования мира благодаря состраданию и мудрости. Труд всей их жизни, их ежедневная задача состоит в освобождении людей от невежества, страсти и зла.

171

В буддийской традиции дзогчен – «спонтанный скачок».

172

Нефедов А. Трудно быть Магом. Мн.: Книжный дом, 2005.

173

Платон. Диалоги. М.: Мысль. 1986.

174

Уолтер Эрнест Батлер (1898–1978) – общепризнанный отец оккультизма Новой эпохи. Считал оккультизм такой же достоверной наукой, как химия или электричество. Утверждал, что Мудрость приходит с личным опытом и через общение с Внутренним Учителем, интуицией, которую Батлер называет «единственным истинным учителем».

175

IX Кармапа Ванчунг Дордже. Махамудра, рассеивающая тьму неведения. СПб.: Изд-во «Алмазный путь», 1996.

176

Выражение буддийского патриарха китайской школы Тянь-тай – Ху-ЭйСи (VI век). (См.: Торчинов Е. Даосские практики. СПб.: Мир Востока, 2001.)

177

Формулировка Джидду Кришнамурти (1895–1986), индийского духовного учителя, философа, писателя.

178

Кюнзиг Шамар Римпоче. Лекция в Кемптене, сентябрь 1992 г. Здесь требуется уточнение: «самтен» означает в буддийской практике первую стадию медитации, то есть приведение Ума в сконцентрированное положение, затем идет вторая стадия, которая называется «тингедзин», то есть глубокое проникновение в природу объекта концентрации.

179

Тартанг Тулку – буддийский учитель, мастер медитации. Автор книг «Релаксация Кум нье», «Время, пространство и знание».

180

Калу Ринпоче – легендарный буддийский учитель, мастер медитации. Автор книг «Основание буддийской медитации», «Самоцветное украшение устных наставлений» и мн. др.

181

Махариши Махеш Йоги – основатель культового движения трансцендентальной медитации (ТМ). Постоянно подчеркивает, что трансцендентальная медитация не является религиозной доктриной и совместима с любым вероисповеданием, поскольку представляет собой научно обоснованные психологические упражнения для снятия стресса, физического оздоровления и раскрытия сверхспособностей.

182

Tart C. T. Transpersonal Realities or Neurophysiological Illusions? // The Metaphors of Consciousness. New York; London: Plenum Press, 1981.

183

Стивен Х. Волински – доктор философии, терапевт и инструктор по гештальт и райховской терапии, по психосинтезу, психодраме-психомоторике, трансактному анализу и Нейролингвистическому программированию. Считается одним из основателей «квантовой психологии», разработчиком «Квантовых семинаров» и вместе с Кристи Л. Кеннет основателем Института квантовой психологии. (В русском переводе известна его книга: От транса к просветлению. Психотехники депрограммирования. М.: ИВЦ «Маркетинг», 2002.)

184

«Если вы не сможете выйти на метауровень, чтобы оставаться свободным от зависимостей, если вы не овладеете метанавыками, ваши обычные навыки работать не будут. Никто не будет вам доверять» (Минделл А. Сидя в огне. М.: АСТ; Изд-во Ин-та трансперсональной психологии; Изд-во К. Кравчука, 2004).

185

Тринле Гьямцо – один из моих учителей, в многочисленных личных беседах с ним всегда показывал цель медитации как аннулирование «точки отсчета самоидентификации себя с собой». «И это очень опасный трюк, – говорил он. – Для подобного „прыжка в пустое пространство“ необходимо иметь готовый и очень тренированный Ум. Но человек, способный делать подобные прыжки, волен „танцевать реальность“! Умение аннулировать свою „точку отсчета“ – это великое искусство и мастерство, балансирующее на грани безумия. Будь осторожен» (Тринле Гьямцо. Из личных бесед).

186

Лири Т. Семь языков Бога. К.: Janus books, 2002.

187

Гротовский Е. От бедного театра к искусству-проводнику. М. Артист. Режиссер. Театр, 2003.

188

Хорсли Дж. Воин Матрицы. СПб.: Амфора, 2004.

189

Брук П. Пустое пространство. Секретов нет. Искушение скукой. М.: Артист. Режиссер. Театр, 2003.

190

Дайсэцу Тэйтаро Судзуки (1870–1966) – японский философ и выдающийся авторитет в области дзен-буддизма, автор многочисленных работ на эту тему. Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

191

Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

192

Рабчжампа Л. Драгоценный корабль. СПб.: Уддияна, 2002. Лонгчен Рабчжампа (1308–1363) – в традиции ньингмапа тибетского буддизма один из трех главных воплощений бодхисатвы Манджушри.

193

Вивенция – с точки зрения современной психотерапии «место, где мы остаемся наедине со своей истинной природой и действуем с ней заодно. Все маски сорваны. Мы – это наше аутентичное, изначальное Я. <…> Видеть глазом вивенции – означает воспринимать все с позиции чистого сознания» (Каплан Р. Сознательное зрение. К.: София, 2003).

194

Брук П. Блуждающая точка. Статьи. Выступления. Интервью. М.: Артист. Режиссер. Театр, 1996.

195

Крам Т. Ф. Управление энергией конфликта. М.: АСТ; Рефл-бук, 2001.

196

Генрих Кунрат, мистический писатель XVI и начала XVII века; с библейской теософией соединял идеи каббалы и герметической философии или алхимии. Его главное сочинение «Amphitheatrum aetemae Sapientiae» (1609) пользовалось большим авторитетом среди алхимиков и адептов тайных знаний.

197

Сальвадор Дали. 50 магических секретов мастерства. М.: Эксмо, 2002.

198

Термин латеральное, или боковое мышление принадлежит мальтийскому ученому Эдварду де Боно (1933). Доктор де Боно разделил человеческое мышление на два типа: вертикальное, использующее традиционные логические пути «причина-следствие», и латеральное, возникающее при разрыве очевидной последовательности мышления и получении решения с другой стороны. Он же подробно разработал и описал методы работы и механизмы этого творческого мышления.

199

Например, французский антрополог Клод Леви-Строс определяет левое полушарие как «позитивное», правое – как «мифическое»; Томас Гоббс называет левое «направленным», правое – «свободным». Для Роджера Сперри левое – «сукцессивное», правое – «симультанное».

200

Известно, например, что «у многоопытных музыкантов при прослушивании музыки левое полушарие занято не меньше правого. Это показывает, что высшее понимание музыки обусловлено у них „сотрудничеством“ обоих полушарий: музыка, сначала преобразованная из временной последовательности в некий пространственный образ, затем как бы „считывается“ с него

201

Дилтс Р. Стратегии гениев. М.: Независимая фирма «Класс», 1998.

202

Мелхиседек Д. Древняя тайна цветка жизни. Т. 1. К.: София, 2001.

203

Марк Чиксентмихали – легендарный американский психолог венгерского происхождения.

204

См.: Приложения. Медитация на Повелителя Игр.

205

Алмазный Путь Тибетского Буддизма (Ваджраяна) – последовательные методы быстрой трансформации, основанные на мотивации и философии Великого Пути (Махаяна). Они несут передачу свода поучений об истинной природе Ума и сосредоточивают в себе энергию просветленного сознания, поднявшегося над иллюзией «эго». Вершиной Алмазного Пути является учение о Махамудре, что переводится как Великий знак. Я имею к этой традиции непосредственное отношение через связь с живым учителем в линии передачи, ХVII Гьялвой Кармапой.

206

Дзогчен (rdzogs chen), Великое совершенство – наивысшее, самое глубокое учение Будды Шакьямуни. Его санскритское название – атийога, или махасандхи. Из девяти йог это девятая, высшая йога, завершающая колесница. Основой этой традиции является Прямое Введение в недвойственное состояние. Считается, что о дзогчене нельзя сказать, что он принадлежит к культуре какой-либо страны, но верно также, что эта традиция передавалась через культуру Тибета, в частности, через таких учителей, как Гараб Дордже (184 г. до н. э.), Лонченпа (1308–1363), Чжанчуб Дордже (1926–1978) и современный учитель Чогьял Намкай Норбу.

207

Леонардо да Винчи. Избранные произведения. Мн.: Харвест; М: АСТ, 2000.

208

Бурлаков И. Homo Gamer. Психология компьютерных игр. М.: Независимая фирма «Класс». Библиотека психологии и психотерапии. Вып. 86. 2000.

209

Антонен Арто (1896–1948) – французский поэт, драматург, актер и теоретик театра. В 1930-х гг. выдвинул новаторскую теорию крюотического театра (Театра Жестокости).

210

Термин, заимствованный Карлом Юнгом из меланезийского словаря. Означает могущественную, надприродную силу, исходящую от сверхъестественных существ, предметов, действий или событий. В юнгианской системе взглядов осознание архетипа мана-личности означает для мужчины окончательное освобождение от отца, для женщины – от матери. После того как это произошло, к индивиду впервые приходит настоящее ощущение собственной истинной личности.

211

Чехов М. Об искусстве актера. М.: Искусство, 1986.

212

Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

213

Цит по.: Кемпбелл Дж. Мифический образ. М.: АСТ, 2002.

214

Термин Кена Уилбера, выведенный из терминологии Артура Кёстлера, который заметил, что все сложные иерархии состоят из холонов, или порядков возрастания целостности. Кёстлер указал также, что «великая иерархия бытия» часто изображается в виде ряда концентрических кругов или сфер, или «гнезд в гнездах», и поэтому ее вернее назвать Великое Гнездо Бытия. Таким образом, мир устроен холархически, он содержит области внутри областей (Уилбер К. Око Духа. М.: Изд-во Ин-та трансперсональной психологии; Изд-во К. Кравчука, 2002).

215

Каплан Р. Сознательное зрение. К.: София, 2003.

216

Самость (термин К. Г. Юнга) означает некий глобальный архетип, который вбирает в себя все остальные, то есть квинтэссенция всех архетипов – организующее и объединяющее начало, придающее жизни человека направление и смысл. Считается, что это одновременно первоначальность, источник человека и его конечная цель, кульминационная точка его роста, то есть его реализация и осуществление. В интеллектуальном отношении Самость является не чем иным, как психологическим концептом, ментальной конструкцией, предназначенной для выражения непознаваемой сущности, которую мы не можем осмыслить как таковую, поскольку по определению она превосходит наши способности понимания. Ее вполне можно было бы также назвать «Бог в нас». Первоначала всей нашей психической жизни, кажется, неотрывно укореняются в этой точке, и все наши наиболее возвышенные и наиболее решающие акты направляются к ней (Моаканин Р. Психология Юнга и Буддизм. М.: Панглосс; СПб.: ИД «Коло», 2004).

217

Знаменитое выражение Альберта Эйнштейна.

218

Иоганн Вольфганг фон Гёте. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

219

Нуминозность – от лат. numen – «воля богов», «могущество богов», «божество». Нуминозное означает присутствие богов, знак высшей силы, даваемый человеку посредством чего-то действительного.

220

Гермес Трисмегист (Гермес Триждывеличайший) – имя синкретического божества, сочетающего в себе черты древнеегипетского бога мудрости и письма Тота и древнегреческого бога Гермеса. В христианской традиции – вымышленный автор теософского учения (герметизма), излагаемого в известных под его именем книгах и отдельных отрывках (так называемый герметический корпус).

221

Питер Брейгель (точнее, Брёгел) Старший, или «Мужицкий», или просто Клоун Питер (жил примерно с 1525 по 1569 г.) – нидерландский живописец. Считается одним из основателей фламандского и голландского реалистического искусства.

222

Алистер Кроули – один из самых «трудных детей» европейского оккультизма. Имя этого человека, объявленное «персоной нон грата» в большинстве европейских стран, до сих пор окружено ореолом мрачных легенд и дурной славы.

Считается также, что Кроули во многом обогнал свое время и истинный смысл его идей становится понятен только сейчас – в эпоху телевидения, компьютеров и психоделических препаратов, когда жесткая грань между желаемым и действительным оказывается все более размытой, а число пленников «отдельных реальностей» растет день ото дня.

223

Никола Тесла (1856–1943) – физик, инженер, изобретатель в области электро– и радиотехники, изобретения которого опередили как свое, так и сегодняшнее время.

224

Другпа Кюнлег – один из самых известных тибетских поэтов и учителей безумной мудрости.

225

Хуан Фань-чо (конец XVIII – начало XIX в.) – один из основателей и патриархов китайской театральной традиции. На основе взглядов буддийской школы Чань развил поразительной глубины учение о мастерстве актера.

226

Идзумо-но-Окуни (эра Эдо, прим. 1600 г.) – легендарная японская актриса-танцовщица. Славилась своим уникальным воздействием на зрителя, динамичным танцем и мощной, чувственной игрой.

227

Бхарата – легендарный автор индийской «науки» о театральном искусстве – «Бхарата Натьяшастра» (ученый свод, обобщающий достижения древнеиндийских теоретиков театра, ок. III–IV вв.). Считается также, что это был мифологический персонаж, наделенный Брахмой уникальной сверхспособностью укрощать демонические силы, мешающие ясному пониманию сути театрального искусства.

228

Дзэами Мотокиё (ок. 1363 – ок. 1443) – японский актер и драматург.

229

Кацу Оно, или Оно Кадзо, вместе с Тацуми Хиджикато является основателем традиции буто.

230

Рышард Чешляк (1937–1990) – один из ведущих актеров «Театра-лаборатории» Ежи Гротовского.

231

Питер О’Тул – один из самых талантливых и экстравагантных актеров лондонской сцены.

232

Соломон Михайлович Михоэлс (1890–1948) – выдающийся актер, режиссер, художник-новатор. С 1929 года художественный руководитель Московского государственного еврейского камерного театра. Среди актерских работ Михоэлса наиболее известны Король Лир и Тевье-молочник.

233

Этот феномен известен в психологии как «эффект Райкова». Он называется «искусственное перевоплощение». Владимир Райков использовал в своих экспериментах метод глубокого гипноза с целью убедить человека, что он физически стал одним из известных гениев. В своих гипнотических опытах он перевоплощал людей, например, в Рембрандта, и у них необычайно быстро проявлялись способности к рисованию. Известно также, что множество гениальных людей примеряли на себя маски гениев прошлого, используя тем самым технику символического заимствования чужих индивидуальностей.

234

235

Означает наличие в каждом индивиде безличного психического царства, соединяющего в себе весь опыт прошлых поколений: «Истинная история духа хранится не в томах и не в памяти, но в организме каждой личности».

236

Евангелие от Фомы.

237

Пико делла Мирандола. Речь о достоинстве человека. Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

238

Кроули А. Таро. Мн.: Литератор, 2000.

239

Тринле Гьямцо. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

240

Из интервью Рам Дасса, взятого Робертом Форте и Ниной Грабой // Тимоти Лири: Искушение будущим. М.: Ультра. Культура, 2004. Рам Дасс (Ричард Алперт) – автор многочисленных книг, среди которых наиболее известны «Психоделический опыт» (в соавторстве с Тимоти Лири и Ральфом Мецнером), «Будь здесь», «Это только танец», «Зерно на мельницу».

241

Воронов И. Секретные боевые искусства старого Китая. СПб.: Б&K, 2001.

242

Трудно не согласиться с тем, что успешность или неуспешность наших действий определяют тончайшие нюансы наших внутренних состояний. Поэтому «важно делать ставку не на действия, а на состояния, на внутренние образы. Именно внутренние образы являются наиболее полным отражением реальной действительности и гарантией успеха нашей деятельности» (Васильев С. Реальная виртуальность. Приозерск, 2001).

243

Сальвадор Дали. 50 магических секретов мастерства. М.: Эксмо, 2002.

244

Роберт Окер. Цит. по: Кэрролл Л., Тоубер Дж. Дети индиго. К.: София; М.: Гелиос, 2001.

245

Тотем – нуминозное, надличностное духовное сообщество или существо, воплощение творческого духа, фокус идей, род, то, что наделено маной и к чему следует подходить с предельной торжественностью. В грубом стиле тотем – это «небо», оплот определенного закона и порядка. Но это не небесное место, не обитель Бога. Это то, что символизирует традицию и обнимает весь священный и магический строй определенной группы людей, независимо от того, населено ли это «небо» определенными фигурами – духами, предками, тотемными животными, божествами, или является абстрактной «массой сил» и т. п. Ритуальное вступление в духовный мир родового тотема производится с помощью различных средств (например маски), но независимо от способов инициаций цель одна – преодолеть границы личностного и привести к источнику, откуда посвящаемый берет свое существование.

246

Гессе Г. Игра в бисер. Из сочинений Йозефа Кнехта / Пер. С. Апта. М.: Радуга, 1984.

247

Томмазо Сальвини (1829–1915) – величайший итальянский актер. В 16 лет уже играл в составе Королевской флорентийской труппы, затем играл в труппах Доменикони и Кольтеллини.

248

Сара Бернар (1845–1923) – сценическое имя французской актрисы Розины Бернард. Блистала на сцене «Комеди Франсез» в Париже в трагических ролях, причем как мужских (Гамлет), так и женских (Корделия, Офелия и мн. др.).

249

Этьен Декру – создатель современного театра пантомимы. По словам Жана-Луи Барро – «Великий „говорящий“ мим». Начал в 1923 году в школе «Вье Коломбьен» у Капо. В начале своей карьеры учил политиков искусству красноречия.

250

Гирлянду учителей, наставников Великого Делания (лат.). В дословном переводе – Египетских жрецов.

251

Есть предположение, что этот отрывок принадлежит одному из самых древних источников по алхимии, «Tractatus aureus» («Золотой Трактат»), приписываемому Гермесу, а в Средние века принимаемому даже как арабский источник.

252

Клаус Л. Раса и душа. Цит. по: Перин Р. Гипноз и мировоззрение. СПб.: ЛИО «Редактор», 2002.

253

Поле – современное название для невидимых организующих сил природы. Например, Душу Мира, anima mundi, сегодня называют гравитационным полем. Известно также, что «атом более чем на 99,9 % – пустое пространство, или, точнее, поле. Электроны, протоны, нейтроны – не просто частицы, а паттерны вибрации в пределах этих полей; как частицы же они занимают ничтожно малое пространство». Так, «материя – это не какая-то отдельная, самостоятельная вещь; это нематериальные связи и отношения» (Фокс М., Шелдрейк Р. Физика ангелов. М.: София, 2003).

254

Традиция – линия передачи энергии, методов, принципов, взглядов, передаваемых из поколения в поколение. Считается, что нет более мощного явления, чем традиция, отдавшись потоку которой адепт очень легко преодолевает личностные ограничения в мастерстве владения тем или иным искусством. Известно также, что для сильной, пассионарной фигуры, прошедшей сквозь мощную дисциплинарную огранку в той или иной традиции, в определенный момент сама традиция становится постаментом или трамплином для собственного преодоления. Таким образом, вырастая в жестких дисциплинарных рамках традиции и достигая за счет ее мощи неличностного проявления, адепт обретает способность изменять и корректировать течение самой традиции дальше. Что касается европейской театральной традиции, то ей в отличие от восточной пришлось неоднократно переживать так называемые «периоды разрыва» – периоды, когда традиция не поддерживалась живыми держателями Линии преемственности.

255

О теореме Белла // Энциклопедия ХХ век. Монарх, 2001.

256

Исидор Огюст Мари Франсуа Ксавье Конт (1798–1857) – французский философ, основатель позитивизма и социологии. Главные идеи Конта изложены в его шеститомном шедевре «Курс позитивной философии» и четырехтомной «Системе позитивной политики».

257

Haldane J. B. S. The Inequality of Man. London: Pelican, 1998.

258

Примерно так же оно выглядит и в буддийских школах Алмазного пути, откуда мною взято это понятие. Но необходимо отличать одно от другого. То, что предлагается мной, имеет косвенное отношения к буддизму. И для получения точной информации о буддийских практиках есть смысл обращаться к буддийским специалистам.

259

Текст молитвы составлен Тринле Гьямцо 13 октября 1989 года в Варшаве.

260

Практическим и весьма полезным дополнением к этому упражнению является использование надеваемых на ладонь четок из 25 бусин, с помощью которых можно очень просто отсчитывать количество сделанных простираний. Счет – очень важный дисциплинирующий аспект практики. Например, перед началом практики вы ставите себе задачу выполнить 300 простираний и обещаете не останавливаться, пока это количество не будет достигнуто. Четыре круга на четках дают в сумме сотню и т. д.

261

Ошо – Бхагаван Шри Раджниш (1931–1990), скандально известный и тем не менее просветленный Мастер, не принадлежащий ни к одной из традиционных религий. Последователи называют его одной из самых выдающихся и революционных личностей, когда-либо рождавшихся на Земле, а раздраженные обыватели, политики и священники – «духовным террористом», «секс-гуру» и т. д. Цит. по: Роланд П. Откровения. Мудрость веков. М.: ИД «Ниола-Пресс», 2000.

262

Бхайравананда. Мистерии Тантры. Мир Закатного Солнца. Мн.: Изд. В. П. Ильин, 2003.

263

Здесь имеется в виду не только восточный взгляд на природу вдохновения, заимствованный мной из древних текстов адептов дзен и чань-буддизма: японца Дзэами Мотокиё, китайца Хуан Фань-чо, а также современного учителя тибетской традиции Карма Кагью, мастера медитации Тенга Ринпоче; природу вдохновения как единство бесстрашия, радости и любви интуитивно объясняли и великий Микеланджело, и Людвиг ван Бетховен.

264

Ин-се – посредник трех модусов Бытия в онтопсихологии Антонио Менегетти. Эти три модуса следующие: 1) метафизическое, трансцендентное, или «Бытие как Бог» (зритель); 2) всеобщее, творческое, или «Бытие как универсальное соучастие во всех вещах» (актер); 3) индивидуальное, или «Бытие как соучастие во мне, существующем здесь и сейчас» (роль; см.: Менегетти А.

265

Три Тела Будды (или три очищенных измерения) проявляются в состоянии абсолютной реализации как Три-кайя. Дхармакайя соответствует состоянию Сущности, пустотности всех явлений. Самбхогакайя – это измерение творческой активности, игры в самоосвобождение. Нирманакайя – измерение непосредственного проявления формы, как чистой, так и нечистой (хотя там уже нет никаких следов двойственности). Три Тела в одном составляют Свабхарвикакайю – Измерение Истины.

266

Чехов М. Об искусстве актера. М.: Искусство, 1986.

267

Франсуа-Жозеф Тальма (1763–1826) – знаменитый французский актер, любимец Наполеона I. Цит. по: Гуревич Л. Творчество актера: О природе художественных переживаний актера на сцене. М.: Изд-во «ГИТИС», 2002.

268

Майер М. Первичный двигатель, который вращает колесо. Цит. по: Велицкая Л. Символы алхимического опуса. СПб.: Мэйнстрим, 2000.

269

Термины Гэри Зукава (Обитель души. СПб.: Монетный двор, 2002).

270

Клименчук И. Основы естествознания XXI столетия. М.: Изд-во «21 век преображение», 1998.

271

Гарин И. Воскрешение духа. М.: Терра, 1992. Речь в этой цитате идет о Джеймсе Джойсе и его признанных пророческими произведениях «Улисс» и «Приговор».

272

Там же.

273

Бенсон Г., Проктор У. Как стать Гением. Аутотренинг творческого потенциала. М.: Эксмо, 2004.

274

Саверио Беттинелли (1718–1808) – писатель-космополит и один из самых крупных литературных критиков XVIII в. Друг, последователь и популяризатор Вольтера в Италии. Цит. по: Гирш В. Гениальность и вырождение. Полемика с Ломброзо и Нордау. 1895 г. СПб.: Потаенное, 2005.

275

Степанов Д. Использование принципов классической китайской стратегии в современном бизнесе. СПб.: Крылов, 2002.

276

Арто А. Чувственный атлетизм. СПб.: Симпозиум, 2000.

277

Красота и Мозг. Биологические аспекты эстетики / Под ред. И. Ренчлера, Б. Херцбергера. М.: Мир, 1995.

278

Лири Т. История будущего. К.: Janus Books, 2000.

279

Эггетсбергер Г. Х. Сексуальная энергия. Ключ к здоровью и процветанию. СПб.: Весь, 2000.

280

Там же.

281

Бенсон Г., Проктор У. Как стать Гением. Аутотренинг творческого потенциала. М.: Эксмо, 2004.

282

Chia M., Abrams D. A. The Multi-orgasmic man. San Francisco: Harper, 1996.

283

Эггетсбергер Г. Х. Сексуальная энергия. Ключ к здоровью и процветанию. СПб.: Весь, 2000.

284

Chia M., Chia M., Abrams D., Abrams R. The Multi-orgasmic couple. San Francisco: Harper, 1998.

285

Кундалини в классической литературе по йоге изображается в облике сверкающей, словно молния, богини, которая дремлет в нижней части живота, свернувшись змеиными кольцами. Цель йогина, практикующего эту практику, заключается в том, чтобы пробудить спящую энергию кундалини и заставить ее подняться вдоль позвоночника по специальным каналам к макушке головы.

286

Многие кукловоды до сих пор называют нить, которая крепится к макушке головы куклы, золотой. В Алхимии Игры золотая нить, проходящая сквозь центр тела артиста, ассоциируется с центральным каналом, который используется в таких практиках, как Дыхание Мифа или Дыхание Сверхмарионетки.

287

Иногда мне рассказывают о довольно экстравагантных переживаниях, когда медитаторы превращаются в саму букву π и пребывают в сознании единства с качествами Повелителя Игр в форме буквы. Это, несомненно, возможно. В любом случае здесь нет никаких ограничений, важно только глубокое доверие к тому, что символ манифестирует качества Повелителя Игр.

288

Сити-Пати – медитативная практика из буддийского компендиума, тибетской традиции Гелугпа.

289

Некоторые из этих практик будут описаны в следующих книгах.

290

Киньяр П. Секс и страх. М.: Текст, 2000.

291

В кельтской сакральной традиции аналогом трех миров Алхимии Игры являются Аннун, Абред и Гвинвид. Здесь секрет единства трех миров раскрывается перед настойчивостью Парсифаля и Тельезина, сливаясь в образе священного Котла Грааля.

292

С точки зрения Игры артист должен уметь быстро и точно попадать в виртуальное «состояние играющего ребенка». Но это действительно возможно только при развитых и глубоко осознанных Внутренних Родителях. Союз мужского и женского, Божественный Гермафродит и есть в символике Игры родители виртуальной позиции Ума.

293

Нидал О. Каким все является. СПб.: Изд-во «Алмазный путь», 1995.

294

Недавно Лоренс Домеш, изучающий действие мозговых волн во время глубокой медитации, доказал, что «совместный резонанс миллионов клеток выводит сознание в иной фазовый режим. Концентрация внимания во время медитации организует нейрофизиологические процессы так, что они начинают действовать в режиме резонанса. Результатом является неограниченная осознанность». На языке нейрологии это означает, что «чем большее количество нейронов действует синхронно, тем более сложные и многочисленные задачи могут они выполнять. В „чудотворстве“ количество нейронов, действующих в резонансе, максимально» (Хьюстон Д. Человек Возможный. М.: Старклайт, 2004).

295

Шанкара, индийский философ и ученый. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

296

Древнеиндийский афоризм. Цит. по: Уолш Р. Основания духовности. М.: Академический проект, 2000.

297

Мейстер Экхарт. Цит. по: Моле Л. Мистицизм. Н. Новгород: Боярд, 1997.

298

Уолш Р. Основания духовности. М.: Академический проект, 2000.

299

Заджонг А. Охота за светом: история близнецов – света и сознания. К.: Орфей, 2003.

300

Лоренц К. Оборотная сторона зеркала. М.: Республика, 1998.

301

Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

302

Интервью с хоккеистом А. Якушевым. Цит. по: Носов Н. Виртуальная психология. М.: Аграф, 2000.

303

Николай Васильевич Демидов (1884–1953) – театральный педагог, режиссер, пытливый исследователь творческого процесса актера, один из соратников К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко.

304

Демидов Н. Творческое наследие. СПб.: Гиперион, 2004.

305

От английского слова sitter – сиделка, нянька. Человек, который наблюдает за процессом практики и, если это необходимо, включается во взаимодействие, помогая распаковать, вскрыть рвущийся наружу опыт.

306

Носов Н. Виртуальная психология. М.: Аграф, 2000.

307

1) Власть создателя над Виртуальной Вселенной, которую он создал. 2) Не зависимость, то есть возможность выходить за пределы реального мира, свобода от ограничивающих правил и законов. 3) Сила, то есть способность избавляться от своей телесной оболочки, становясь при этом непобедимым, бессмертным.

308

Уилсон Р. А. Психология Эволюции. К.: Janus books, 1999.

309

Монах Лука Пачоли (ок. 1445–1514) – итальянский математик, одной из заслуг которого была разработка теории геометрических пропорций. Главными трудами Пачоли являются книги «Divina Proportione» – «Божественная пропорция» (1503) с блестяще выполненными иллюстрациями самого Леонардо да Винчи и «О сумме арифметики, геометрии, пропорциях и пропорциональности» (1449), своего рода энциклопедия, суммирующая все математические познания той эпохи.

310

В данном случае: не для черни (лат.).

311

Юнг К. Г. Психология и алхимия. М.: АСТ, 2008.

312

Руны. Астролокид. Рунические знания как единая система. Введение в рунологию. М.: Локид, 1998.

313

Некорректная цитата из буддийской Теории Познания. Корректная звучит так: «Нельзя сказать, что явление существует; нельзя сказать, что явление не существует; нельзя сказать, что явление существует и не существует; и нельзя сказать, что явление не существует и не не существует». (Из курса «Намше еще», вступление к которому было прочитано Топгалой Римпоче в Элисте в мае 1994 г.)

314

Одно из программных требований классической Алхимии, выдвинутых последователем Парацельса Герхардом Дорном в ХVI в.

315

Впервые понятие золотого сечения ввел в употребление древнегреческий философ Пифагор (VI в. до н. э.), позаимствовав это знание у египтян и вавилонян. Авторство оспаривает также великий древнегреческий астроном Клавдий Птоломей (90–160). Но всеобщую известность принесли этой идее работы Леонардо да Винчи, который, скорее всего, подарил миру и само словосочетание золотое сечение.

316

«Основа магической формулы или мантры такова: коль скоро мы знаем главную тональность (ноту) какой-либо сущности, будь то стихия, явление, предмет или божество, мы можем, используя эту тональность, воздействовать в приказном смысле на эту сущность» (К. Г. Юнг. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников).

317

Уайльд О. Портрет мистера У. Х. // Шекспир У. Сонеты. М.: Эксмо, 2002.

318

Искусство сотворения золота (лат.).

319

Симеон Новый Богослов. Божественные Гимны преподобного Симеона Нового Богослова / Пер. с греч. Сергиев Посад: Тип. И. И. Иванова, 1917. Симеон Новый Богослов (949–1022) – византийский религиозный писатель, поэт, философ-мистик. Ученик Симеона Благоговейного.

320

Из письма Перегринуса Тиса своему брату Медардусу. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

321

Подробнее об этих версиях Игры – в следующих книгах.

322

Эдмунд Кин (1787–1833) – национальный гений Великобритании. Трагический актер, известный своей неистовой саморастратой. Умер в 46 лет на сцене театра в Ричмонде в роли Отелло на руках сына Чарльза (тоже актера) со словами: «Прости! Отелло больше не существует».

323

Давид Гаррик (1717–1779) – овеянный легендами английский трагик. С точки зрения Николая Демидова, автора книги «Типы актера», Давид Гаррик «был удивительным, неповторимым гармоническим сочетанием всех четырех типов. Блестящий имитатор и мим, он пугал мгновенными перевоплощениями без всякого грима из одного человека в другого» (Демидов Н. Творческое наследие. Искусство актера. СПб.: Гиперион, 2004).

324

Александр (Сандро) Моисси (1880–1935) – великий немецкий трагический актер. По происхождению албанец.

325

Так Н. Носов, автор книги «Виртуальная психология», называет позитивно заряженную виртуальность. Я называю гратуал самоосвобождающейся виртуальностью.

326

Носов Н. Виртуальная психология. М.: Аграф, 2000.

327

Тринле Гьямцо. Цит. с аудиозаписи лекции. Варшава, 1994.

328

Тринле Гьямцо. Цит. с аудиозаписи лекции. Варшава, 1994. Радмила Моаканин в книге «Психология Юнга и буддизм» также обращает внимание на многочисленные аналогии между восточной (буддийской) и европейской (алхимия, гностицизм) системами просветления: «Среди наиболее поразительных идея освобождения человека посредством внутреннего преобразования; идея о том, что психика несет в себе самой свой собственный потенциал освобождения; идея о необходимости быть направляемым, но также о возможности избавления от всякого внешнего авторитета…»

329

Формула Вадима Зеланда, используемая им в замечательной серии книг «Трансерфинг реальности» (СПб.: ИД «Весь»).

330

Лоуренс Д. Г. Психоанализ и бессознательное; Порнография и непристойность. М.: Эксмо, 2003.

331

Дао – безымянное начало вещей, вселенский принцип, главная составная часть и принцип роста. Философия Дао называется даосизмом. Ее основы изложены в книге Лао-цзы «Дао дэ цзын» (Книга пути).

332

Мандала Глаз – согласно разделу Упадеша учения дзогчен, глаза именуют океаном, через который отражается большая часть спектра восприятия, и в последней стадии практики дзогчен глаза являются вратами света, посредством которого происходит объединение внутреннего и внешнего пространства и проявляется Тело Света (Арага Карма Чагме. Путь через врата смерти. Улан-Удэ, 1999).

333

Мыслящая (или смотрящая) материя – термин, используемый многими современными учеными для объяснения особого вида материи, развивающейся по своим законам и имеющей, как убедительно доказывается, например, в книге Алеся Мищенко «Цивилизация после человека», свою историю и свое будущее. «Уже понятно, что эволюция мысли идет независимо от эволюции жизни в целом и человеческого мозга в частности. <…> Рано или поздно мыслящая материя на пути своего развития столкнется с ограниченностью человеческого мозга, что приведет ее к созданию не-человеческих и полу-человеческих носителей мыслящей материи. Новые носители, к созданию которых уже сейчас вплотную подходят и кибернетика, и биология, будут иметь возможность отойти от человеческой схемы мышления и тем более не будут копировать особенности поведения человека (эмоции, эгоистические мотивы, комплексы, инстинкты и т. д.). Возможно, эра носителей мыслящей материи наступит за несколько десятков лет. Современный человек – переходное звено между живой и мыслящей материей – является создателем и в то же время препятствием на пути мыслящей материи, которое ей предстоит преодолеть для создания более мощных и, что не менее важно, более долговечных носителей» (Мищенко А. Цивилизация после человека. СПб.: Изд-во А. Голода, 2004).

334

Бычков А. Энциклопедия Языческих Богов. Мифы древних славян. М.: Вече, 2001.

335

По утверждениям Дэвида Бома, наша Вселенная – всего лишь бледная тень более глубокого порядка. Когда современные ученые подсчитали минимальное количество энергии, которое скрыто в изначальной основе нашей реальности, они обнаружили, что каждый кубический сантиметр вакуума содержит больше энергии, чем вся энергия всей материи во всей наблюдаемой Вселенной! «Некоторые физики до сих пор отказываются всерьез принимать эти расчеты и полагают, что где-то скрыта ошибка. Дэвид Бом считает, что этот бесконечный океан энергии действительно существует и, по крайней мере, указывает на бесконечно протяженную, скрытую природу импликативного порядка. Другими словами, несмотря на свою видимую материальность и огромные размеры, Вселенная не существует сама по себе, а всего лишь отпрыск того, что неизмеримо больше и загадочней ее. Более того, она даже не является производной этого неизмеримого нечто, она лишь мимолетная тень, дальний отголосок более грандиозной реальности» (Талбот М. Голографическая Вселенная. М.: София, 2004).

336

Мак-Таггарт Л. Поле – поиск тайных сил Вселенной. СПб.: ИД «Весь», 2007.

337

Там же.

338

Уилсон Р. А. Психология эволюции. К.: Janus books, 1999.

339

Зеланд В. Трансерфинг реальности. СПб.: ИД «Весь», 2004.

340

Гарин И. Неизвестный Толстой. Харьков: СП «ФОЛИО», 1993.

341

Алекс Грей – современный американский художник и перформер. С именем Алекса Грея связана так называемая классификация этапов творческого процесса, подробно изложенная им в книге «Миссия Искусства». Грей выделяет шесть основных стадий, указывая при этом, что не все художники признают каждую из них в своей работе. Итак: 1) формулировка: открытие художником предмета-проблемы; 2) насыщенность: период интенсивного исследования предмета-проблемы; 3) инкубация: период подсознательного просеивания информации; 4) вдохновение: вспышка персонального решения проблемы; 5) переход: обеспечение внутреннего решения внешней формой; 6) интеграция: разделение творческого импульса с миром и получение обратной связи».

342

Каплан Р. Сознательное зрение. М.; К.: София, 2003.

343

Нидал О. Великая печать. Взгляд Махамудры. СПб.: Изд-во «Алмазный путь», 1999.

344

Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

345

Цит. по: Натаф А. Мэтры Оккультизма. СПб.: Изд-во «Академический проект», 2002.

346

Эмпедокл. О природе вещей // Эллинские чтения. № 12. Н. Новгород: Ака демический проект, 1993.

347

Барон Карл фон Райхенбах – известный мистик, философ и медиум-практик XIX века. Во всех своих книгах яростно доказывал, что «сенситивные», обладающие особо тонкой чувствительностью люди способны видеть исходящее от живых существ (и от мертвых предметов) свечение, напоминающее сияющие облака или даже языки пламени.

348

Остин Осман Спейр (1886–1956) – превосходный английский художник-духовидец, маг и спиритист, преданный последователь великого Кроули. Общепризнанный патриарх Магии Хаоса – одного из самых молодых течений в современном оккультизме. Сам маг называл свою систему «Культом Zos Kia».

349

В буддийской традиции дзогчен считается, что энергия ригпа возникает тогда, когда Ум проявляет свою яркость и ясность. Это и есть осознанность. Если расслабиться в этой игре энергии ригпа, наша способность понимать расширяется, а сострадание естественно возрастает. Ригпа – это осознанность, наступающая в чистом и полном присутствии.

350

Другой перевод – глазастиков.

351

Марсель Марсо, легендарный французский актер-мим. Признан национальным достоянием Франции. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

352

Известная английская поговорка. Русским, очень приблизительным, аналогом может быть: «С глаз долой – из сердца вон».

353

На мифологическом языке некоторых культурных традиций эта основа всего имеет фактуру Дракона, «пружинистое» тело которого вместо чешуи усыпано огромным количеством глаз, символизирует способность к спонтанному перевоплощению, трансформации и игре. Считается также, что нет ничего во Вселенной, что было бы сокрыто от его всепроникающего взгляда, недоступно для его уникальной способности впитать в себя, трансформировать для своей пользы, удовольствия и игры.

354

Термин принадлежит Жилю Делёзу. См.: Делёз Ж. Логика смысла. М.: ИЦ «Академия», 1995.

355

Лири Т., Метцнер Р., Олперт Р. Психоделический опыт. Львов: Инициатива; К.: Вист-С; Ника-центр, 1998.

356

Хьюстон Дж. Человек Возможный. М.: Старклайт, 2004.

357

Цит. по: Грин Б. Элегантная Вселенная. М.: УРСС, 2004.

358

Лири Т., Метцнер Р., Олперт Р. Психоделический опыт.

359

Там же.

360

«…Пишете ли вы или играете, думайте о зрителе не больше, чем если б он вообще не существовал. Вообразите себе у края сцены стенку, отделяющую вас от партнера; играйте так, точно занавес не поднимался» (Дидро Д. О драматической поэзии // Собр. соч.: В 10 т. М.; Л.: Academia, 1936).

361

Неодаосский трактат «Тайна Золотого Цветка». Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

362

Жан Луи Барро. Источник утерян. Выписка из моих дневников.

363

Высказывание Лиса из «Маленького принца» Антуана де Сент-Экзюпери (СПб.: Мир, 1993).

364

Тхуан Т. К. Вселенная. Большой Взрыв и все, что за ним последовало. М.: Астрель; АСТ, 2002).

365

Мейерхольд В. Инструкторские курсы. М.: О.Г.И., 2001.

366

Носов Н. Виртуальная психология. М.: Аграф, 2000.

367

Гужва И. Решение трех задач с одним неизвестным. Цит. по: Латышева Л. Философия Чуда. Донецк: Сталкер, 1998.

368

Например, «известный факт», что нейроны мозга не продуцируются, в настоящее время уже экспериментально опровергнут. Установлено, что новые нейроны постоянно продуцируются в мозгу, и особенно в тех его зонах, которые постоянно стимулируются.

369

Авиценна. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

370

Йог Бхаджан. Цит. по: Сингх Р. Искусство трансцендентального секса. СПб.: Janus Books, 2002.

371

К. Г. Юнг. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

372

Хиллман Дж. Исцеляющий вымысел. СПб.: Б.С.К., 1997.

373

Канселье Э. Алхимия. М.: Энигма, 2002.

374

Более подробную информацию об алхимических играх, объединяющих внутреннее и внешнее, сознательное и бессознательное, можно почерпнуть в работах К. Г. Юнга «Психология и алхимия», «Aion», «Психология переноса», «Misterium Coniunctionis».

375

Гужва И. Решение трех задач с одним неизвестным. Цит. по: Латышева Л. Философия Чуда. Донецк: Сталкер, 1998.

376

Там же.

377

Подробнее об этом процессе см.: Латышева Л. Философия Чуда.

378

Лири Т. История будущего. К.: Janus Books, 2000.

379

Там же.

380

«Алхимическая свадьба Христиана Розенкрейца». Автором текста считается лютеранский пастор Иоганн Валентин Андрэа.

381

Петров В., Воеводин Д. Танец Шивы, или Космический беспредел. М.: Солвент; Локид-Пресс, 2003.

382

Барт Р. Мифологии. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 1996.

383

Делёз Ж. Логика смысла. М.: ИЦ «Академия», 1995.

384

Процесс мультипликации непосредственно связан с практической алхимией. Весь секрет состоит в растворении физических форм в психологическом образе (в традиционной алхимии в образе Меркурия, в контексте Алхимии Игры в образе Повелителя Игр) и продолжении движения вне грубых препятствий материального мира.

385

Искусство любви беспредельно! (лат.)

386

Из воспоминаний Майкла Горовица о Тимоти Лири «Пророк в бегах» // Тимоти Лири: Искушение будущим. М.: Ультра. Культура, 2004.

387

Эмерсон Р. Природа. М.: Грин Лайн, 1987. Ральф Вальдо Эмерсон (1803– 1882) – американский философ, эссеист и поэт. Один из основателей трансцендентализма. В своих взглядах постулировал основополагающее значение самоценной и богоподобной природы человеческой души.

388

В традиции европейской алхимии это божественный гермафродит (союз серы и ртути); у древних египтян – Исида и Осирис; в шекспировской алхимии – Феникс и Голубь; в китайской даосской практике – игра и взаимодополнение инь-ян (феникса и дракона); тот же аналог в тибетском буддизме – яб-юм; в системе воззрений К. Г. Юнга – анимус и анима; у Алистера Кроули – Пан и Артемида; у Ницше – Дионис и Ариадна; раннее выражение андрогинной целостности находит себя в союзе Шивы и Шакти, Бхайравы и Бхайрави; еще раньше в Янусоподобной паре арийского Солнечного Колеса и т. д. и т. п.

389

Вдохновительница (фр.).

390

Gunter H. The life and teaching of Naropa. Princeton University Press, 1994.

391

Цит. по: Шо М. Страстное просветление. М.: Добрая книга, 2001.

392

Кэмпбелл Дж. Мифический образ. М.: АСТ, 2002.

393

Шо М. Страстное просветление. М.: Добрая книга, 2001.

394

Рабчжампа Л. Драгоценный корабль. СПб.: Уддияна, 2002.

395

В тибетской буддийской традиции этот принцип женской стихийности называется Дакини (Небесная Танцовщица).

396

Sudzuky T. D. Zen Doctrine of No Mind. Shambhala Dragon Editions, 1989.

397

Чогьям Трунгпа Ринпоче. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

398

Ницше Ф. Так говорил Заратустра. СПб.: Азбука, , 1996.

399

Эстес К. П. Бегущая с волками. К.: София; М.: Гелиос, 2002. Известно, что в восточных храмах нередко встречаются очень странные для религиозной среды процедуры сексуального возбуждения прихожан. Инициаторами этой игры являются специально воспитанные в храме танцовщицы. После их пробуждающего сексуальное возбуждение танца с этой энергией работают служители храма, направляя ее движение в нужные центры.

400

Magna Mater – Великая мать (лат.)

401

Вангьял Т. Чудеса естественного Ума. М.: Либрис, 1997.

402

Лири Т. История будущего. К.: Janus Books, 2000.

403

Бхайравананда. Трикасамарасья Каула. Мн.: Изд. В. П. Ильин, 2003.

404

Известное изречение Гаутамы Будды в пересказе Васиштха, сына Брахмы.

405

Искусство Любви. От философии до техники. Антология. СПб.: Амфора, 2002.

406

Руми. Цит. по: Сингх Р. Искусство трансцендентального секса. СПб.: Janus Books, 2002.

407

В «Бхарата Натьяшастре», ученом своде, обобщающем достижения древнеиндийских теоретиков театра (ок. III–IV вв.), приписываемом полулегендарному актеру и мудрецу Бхарате, раса описываются следующим образом: «В театральном искусстве имеется восемь раса: любовное, комическое, трагическое, яростное, героическое, устрашающее, отвращающее и волшебное. Эти восемь раса были определены самим Друхиной. Раса слагается из порождаемых внутренней природой эмоций и чувств. Основных чувств – восемь: любовная страсть, смех, горе, гнев, энергия, страх, отвращение и изумление. Дополнительными чувствами называются тридцать три, а именно: удрученность, изнеможение, тревога, зависть, опьянение, усталость, вялость, подавленность, замешательство, отчаяние, воспоминание, уверенность, стыд, неуравновешенность, радость, возбужденность, скованность, высокомерие, отчаяние, нетерпение, сонливость, истерия, дремота, пробуждение, раздражение, скрытность, ярость, рассудительность, болезнь, безумие, умирание, испуг, размышление, остолбенение, потение, поднятие волосков, дрожание голоса, дрожь, побледнение, слезы, обморок и т. д. Знатоками театрального искусства сказано: „Так же как вкус пищи порождается сочетанием различных веществ, соусов и приправ, раса возникает от слияния различных эмоций и чувств. Как от патоки и прочих продуктов, приправ и соусов образуются шесть вкусов, так и постоянные чувства, сочетающиеся с различными прочими чувствами, приобретают свой „вкус“. Тут обычно спрашивают: „Как же попробовать раса?“ На это Бхарата отвечает: „Точно так же, как разумные люди, чтобы узнать различные вкусы, вкушают пищу, приготовленную под разными соусами, испытывают радость и удовольствие, точно так же разумные зрители, любуясь украшенной различными чувствами речью, жестами, внутренним порывом, вкушают бхавы и испытывают радость и прочее. <…> Отсюда и происходит раса театрального искусства“, – так говорят» (Столепестковый лотос: Антология древнеиндийской литературы / Пер. фрагментов с санскрита И. Д. Серебрякова. М.: Восточная литература,1996).

408

Волински С. От транса к просветлению. М.: ИВЦ «Маркетинг», 2002.

409

Финеас Тэйлор Барнум – неутомимый выдумщик и энергичный предприниматель, основатель и менеджер знаменитого цирка, носящего его имя, и автор множества идиом и словечек, вошедших в повседневную речь. Величайший американский мистификатор, «Король пуффа», то есть веселого надувательства!

410

Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

411

Перт К. Б. Молекулы эмоций: почему ты чувствуешь так, а не иначе. Цит. по: Драйден Г., Вос Дж. Революция в обучении. М.: Парвинэ, 2003.

412

Бхагават-Гита. М.; Л.; Калькута; Бомбей; Нью-Дели: Бхактиведанта Бук Траст, 1986.

413

По кн.: Прокопьев В. П. Всегда здоровый голос. СПб.: Изд-во Буковского, 2003.

414

Из аудиозаписи лекции Кейта Даумена (Сан-Франциско, май 1994). Кейт Даумен – мастер медитации в тантрической традиции тибетского буддизма.

415

Иаков. Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

416

Безымянная цитата. Выписка из моих дневников.

417

Жанг Жунг Ньян Гьюд. Цит. по: Вангьял Т. Чудеса естественного ума. М.: Либрис, 1997.

418

Арто А. Чувственный атлетизм. СПб.: Симпозиум, 2000.

419

Оида Й. Невидимый актер. Berlin: Alexander Verlag, 2001. То же самое говорят очень многие мастера, начиная с Дзэами Мотокиё и кончая Тринле Гьямцо: «Любое физическое движение, прогулка по городу, беседа с другом, принятие пищи, испражнение и т. д. – не могут быть отделены от сознательной работы с умом…» (Из лекции в Варшаве, май 1988).

420

Винер Н. Творец и будущее. М.: АСТ, 2003.

421

Платания Дж. Юнг для начинающих. Мн.: Попурри, 1998.

422

Réussite (фр.) – результат, успех, удача, достижение. То, что удалось, чему повезло получиться.

423

Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

424

Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

425

Жикаренцев В. Обретение внутренней силы. Программа «Школа Мира». 1991.

426

Ли Юй (1611–1680), легендарный китайский драматург, теоретик театра и театрального искусства.

427

Крыжицкий Г. Философский балаган. Театр наоборот. П., 1922.

428

Рабчжампа Л. Драгоценный корабль. СПб.: Уддияна, 2002.

429

Намкай Норбу Ринпоче. Кристалл и путь света. СПб.: Сангелинг, 1998.

430

Источник цитаты утерян. Выписка из моих ранних записных книжек.

431

Пример взят из книги: Палден Шераб Ринпоче, Цеванг Донгял Ринпоче. Львиный взор. СПб.: Уддияна, 2003. Падмасамбхава (санскр. padma-sambhava) – Гуру Ринпоче (VIII в.). По легенде, родился из лотоса как эманация будды Амитабхи. Воспитывался в доме Индрабхути (одного из махасиддх), правителя страны Уддияны. По достижении совершеннолетия много путешествовал по Индии, настойчиво изучая методы ваджраяны. В зрелом возрасте по приглашению тибетского царя Тисонгдэцэна отправился в Тибет, где распространял буддизм вместе с философом Шантаракшитой. Считается, что Падмасамбхава получил от благосклонных Дакини секретные поучения, из которых почерпнул необычайную силу. Рассказывают также, что он покорил всех гневных демонов Тибета, оставив только тех, что пообещали быть защитниками учения. Через пятьдесят лет святой исчез чудесным образом. Считается основателем древнейшей тибетской буддийской школы ньингма (Evana-Wenti W. Y. The Tibetan book of the Great liberation. L. 1964).

432

Пушкин А. Моцарт и Сальери // Соч.: В 4 т. Т. 3. М.: Худ. лит, 1999.

433

Намкай Норбу Ринпоче. Кристалл и путь света. СПб.: Сангелинг, 1998.

434

Там же.

435

Вангьял Т. Чудеса естественного ума. М.: Либрис, 1997.

436

Намкай Норбу Ринпоче. Кристалл и путь света. СПб.: Сангелинг, 1998.

437

Согласно тибетским легендам, «когда сидха достигает Радужного Тела, это видится так, будто его материальное тело растворяется в небесном пространстве или в чистой, лучащейся радужным светом энергии. Материя трансформируется в энергию, и эта светоносная энергия остается субстанциональным носителем сознания. Радуга символизирует соединение Земли и Неба» (Золотые письмена. Традиция Дзогчен. Тексты. М.: Цасум Линг; Ин-т Общегуманитарных Исследований, 1999).

438

Лири Т. История будущего. К.: Janus Books, 2000.

439

Swami Vivekananda. Bhakti Yoga. Calcutta: Advaita Ashram, 1978.

440

То же самое можно рассмотреть и с точки зрения Платона и Сократа, которые разбивали мужской принцип Игры на четыре рода Божественного безумия: 1) любовь; 2) поэзия; 3) таинство и 4) прорицание. Первый род приписывался Венере и Эроту, второй – Музам, третий – Дионису, четвертый – Аполлону (см.: Платон. Федр. М.: Прогресс, 1989). Итак: первое, что делает Мастер, так это успокаивает смотрящее пространство Любовью; затем воодушевляет его Поэзией; далее очаровывает зрителя Таинством и, наконец, защищает Прорицанием. Такую же параллель интересно провести и с современным гением Дэвидом Бомом, который открыл, что физическая Вселенная – это «развертывание» и «свертывание» четырех основных составляющих: пространства, энергии, массы и времени (продолжительности). То есть первое, что делает мастер, так это успокаивает смотрящее пространство своей идентичностью, тем, что оно такое, какое есть, ни больше ни меньше; второе – воодушевляет его энергией; затем очаровывает временем (пролонгированностью) и, наконец, защищает массой. «Все, что существует в мире как мы его знаем, от легкого возбуждения чувств любви до железобетонных зданий, состоит из этих четырех первичных элементов» (Волински С. От транса к просветлению. М.: ИВЦ «Маркетинг», 2002).

441

Являясь восточным аналогом европейских ритуалов «Священного Брака», Любовная Теургия превращала партнеров в божественных существ, акцентируя внимание на измененных состояниях сознания. Указывала на наличие в сперме любовников священной силы и обещала трансформировать своих адептов в бессмертных, обожествленных существ.

442

Здесь речь идет о высочайших поучениях буддийской Ваджраяны (Алмазной колесницы).

443

«Метачеловек есть результат эволюционирования женского начала, оно с необходимостью соединяется со сверхчеловеческим как мужским. <…> Под сверхчеловеческим можно понимать единство гениальности и героизма, под метачеловеческим – соединение гениальности и святости. <…> Их единство составляет Богочеловеческое. Это андрогинное соединение действительной любви-целостности, побеждающей скуку обыденности и тоску предельного бытия. Синтезирование сверхчеловеческого и метачеловеческого начал в личности Богочеловека означает действительное преображение человеческой природы. Только разрешение противоречия сверхчеловеческого и метачеловеческого, а не бегство от него, может выводить человечество к той эволюции личности, триумфу самосотворения Богочеловека, которая способна преодолевать глобальные проблемы человечества на пороге 3 тысячелетия» (Хамитов Н. Философия Человека: от метафизики к метаантропологии. К.: Ника-Центр; М.: Ин-т общегуманитарных исследований, 2002).

444

Бинер (фр. binaire) – двоица, диада, парные понятия (напр. инь-ян, яб-юм, сера-ртуть, феникс-голубь и т. д. и т. п.).

445

Шри Шанкарачарья. Саундарья-лахари. Цит. по: Юдолф Дж. Ар., Lord of the Dance (Повелитель Танца). М.: Мэтр, 1998.

446

Василий Валентин. Двенадцать ключей мудрости // Свинцовые врата Алхимии. История, символы, практика. СПб.: Амфора, 2002.

447

Лири Т. История будущего. К.: Janus Books, 2000.

448

Союз противоположностей (лат.).

449

Алистер Кроули. Цит. по: Бауэр В., Дюмотц И. Энциклопедия символов. М.: Крон-пресс, 2000.

450

Мер-Ка-Ба – световое человеческое тело. Египетское слово «Мер-Ка-Ба» возникло из трех понятий: «Мер» есть особый вид света, световое поле; «Ка» означает «Дух» (человеческий) и «Ба» – интерпретацию действительности, то есть человеческое тело. В целом под словом «Мер-Ка-Ба» можно понимать сам образец Творения, благодаря которому возникло все, что существует (По материалам книги: Мельхиседек Д. Тайная египетская мистерия. СПб.: ИК «Невский проспект», 2004).

451

Двойная вещь (res-bis), то есть ребис Великого Делания, золото, или философское солнце. Символом ребиса является круг с точкой в центре. Тантрическим аналогом – дворец божества – мандала. Победоносное сдвоенное существо из книг по алхимии, изданных в 1618 году во Франкфурте. Имея две головы, мужскую и женскую, ребис символизирует идею совместной работы над Великим Деланием.

452

Эстес К. П. Бегущая с волками. К.: София; М.: ИД «Гелиос», 2002.

453

Бауэр В., Дюмотц И. Энциклопедия символов. М.: Крон-пресс, 2000.

454

Ангелиус Силезиус, Силезский Ангел (Иоханнес Шефлер, 1624–1677), немецкий поэт-мистик. Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

455

Тирумантирам – древнее священное писание. Считается, что оно создано великим индийским сиддхой Риши Тирумуларом.

456

Натаф А. Мэтры оккультизма. СПб.: Академический проект, 2002. По мнению же Антуана Лорана Лавуазье (1743–1794), «алхимия – это прежде всего искусство, а не техника. Это Искусство Любви, Королевское Искусство, и его герметический, сокровенный характер есть не что иное, как творческий акт уважения к Живому». Согласно теософской версии, андрогинами являлись древнейшие боги – Осирис, Зевс, Дионис и др. Имя Яхве дешифруется на две составляющие – мужское Ях и женское Хова. В Каббале андрогином является высшая магическая фигура – Макропрозоп. Эквивалентом символики андрогина служит также сочетание розы и креста в розенкрейцерианской традиции. В ведийской мифологии это – Ардханаришвара. Боги-андрогины есть также в пантеонах Египта, Китая, Персии, Палестины, Греции, языческой России и др. (см.: Символы, знаки, эмблемы: Энциклопедия. М.: Локид-Пресс, 2003).

457

Юнг К. Г. О психологии образа трикстера // Радин П. Трикстер. Исследование мифов североамериканских индейцев. СПб.: Евразия, 1999.

458

Нойман Э. Происхождение и развитие сознания. Миф о трансформации. М.: Рефл-бук, 1998.

459

Эмпедокл (495–435 до н. э.), чудотворец и колдун, врач, жрец. По словам Аристотеля, первый греческий философ, который добавил к трем элементам (воде, воздуху и огню) землю. Исходя из взгляда, что мировой процесс есть не что иное, как игра сменяющихся в вечных ритмах форм смешения и разделения, Эмпедокл заключил, что в мире нет ничего, что возникало бы, и ничего, что исчезало бы.

460

Жан Парвулеску. Цит. по: Фомин О. Благородный письмоводитель извергающего // Канселье Э. Алхимия. М.: Энигма, 2002.

461

Авторство и источник цитаты утеряны. Выписка из моих дневников.

462

Кроули А. Книга Закона. М.: Остожье, 1998.

463

Чехов М. Из писем к Н. Д. Волкову // Литературное наследие в двух томах. Т. 1. М.: Искусство, 1986.

464

Реплика Актера из пьесы Тома Стоппарда «Розенкранц и Гильденстерн мертвы». СПб.: Миг, 2000.

465

Зосима Панополийский из Египта. Трактат об умениях.

466

Allegoriae super Librum Turbae. Цит. по: Элиаде М. Алхимия и инициация // Великое Делание. К.: Новый Акрополь, 1995.

467

Элиаде М. Аrсana artis // Великое Делание. К.: Новый Акрополь, 1995.

468

Кэйси К. У. Призывание духа Тимоти Лири // Тимоти Лири: Искушение будущим. М.: Ультра. Культура, 2004. Кэролайн У. Кэйси – автор программы «Шоу активного визионера» и лидер астрологическо-политическо-духовно-учебно-ритуального театра.

469

«Был один замечательный учитель по имени Вэй у Вэй, который умер лет двадцать назад. У него был китайский псевдоним, но на самом деле он был ирландским аристократом. Он использовал термин, который я очень люблю: апперцепция. Суть этого термина подразумевает восприятие без воспринимающего, познание без познающего. Апперцепция, о которой он говорил, есть знание вне организма, Тотальное знание. Это не относительное восприятие» (Ликермэн У. К черту ум! Путешествие в недвойственность. М.: Открытый мир, 2006).

3 Известно, что актеры в древней Греции сами себя называли «ремесленники действ Дионисовых» или просто – «ремесленники Диониса».

470

Хорсли Дж. Воин Матрицы. СПб.: Амфора, 2004. «Волшебники нередко повторяют, что, прежде чем стать Богом, необходимо сначала стать дьяволом. Соперник есть не что иное, как тень человека, отброшенная на живую энергетическую картину Вселенной. Когда люди сливаются со своей Тенью, они способны изменить направление своего „вращения“ и обратиться к истинному свету бытия».

471

Корни этой остроумной технологии можно проследить практически во всех шаманских традициях (включая тибетский бон). Иногда она иллюстрируется следующими крайними описаниями: вступая на путь трансформации, адепт призывает различных духов и демонов, предлагая им в пищу свое физическое тело. Демоны убивают будущего шамана, расчленяют его на части, варят в кипящей воде, вынимают кости, складывают их заново и обтягивают возрожденной плотью, и только тогда шаман получает все свои атрибуты. Затем он возвращается в мир людей, и начинается фаза реализации (см.: Файдыш Е. Мистический космос. М.: Изд-во М. Леонтьевой, 2002).

472

Бхайравананда. Мистерии тантры. Мир Закатного Солнца. Мн.: Изд. В. П. Ильин, 2003.

473

Жюльен Ф. Трактат об эффективности. М.: Московский философский фонд; СПб.: Университетская книга, 1999.

474

Белый А. Символизм. Книга статей. М.: Мусагет, 1910.

475

Следуя комментариям К. Юнга, главное содержание китайского трактата «Тайна Золотого Цветка» – это Бриллиантовое Тело, другими словами, обретение бессмертия посредством трансформации.

476

Эудженио Барба – польский режиссер, педагог, теоретик театра.

477

Цитата из статьи Натэллы Башинджагян «Стойкий принц». Впервые опубликовано на польск. яз. в альманахе «Театральный дневник». В русском переводе статья опубликована в книге: Гротовский Е. От бедного театра к искусству-проводнику. М.: Артист. Режиссер. Театр, 2003.

478

Там же.

479

Барт Р. Мифологии. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 1996. Из Барта же: «Если актер работает в полную силу, если он честно выжимает мне из своего тела все что может, если мне несомненны его тяжкие усилия, то я признаю этого актера отличным и стану выражать ему свою радость от того, что вложил деньги в талант, который их не украл, а вернул сторицей в форме достоподлинного пота и слез. Актерское горение хорошо своей экономичностью: я, зритель, наконец-то могу поверить, что я получаю за свои деньги. <…> Буржуазной публике, наверно, никогда не устоять перед такой очевидной „самоотверженностью“, и, думаю, если актер умеет вызывать у своего зрителя слезы, то он всегда сумеет его увлечь: его трудовые усилия наглядны так, что судить глубже уже невозможно».

480

Имеется в виду Дыхание Мифа, в процессе которого Три Божества (синего, красного и белого центров) сливаются в одно целое.

481

Ричард Бах. Источник цитаты утерян. Выписка из моих дневников.

482

Меркурий (рим.), Гермес (греч.) – очень сложный бог. Известные атрибуты – крылатые сандалии и увитый змеями жезл. Способен проявляться в самых разнообразных и крайне неожиданных формах, являясь посланцем богов, обладает умением мгновенно превращаться в свою собственную противоположность. Известно множество изображений Меркурия в виде солнечно-лунного гермафродита (rebis), стоящего на крылатом круге, символе prima materia, или хаоса. Он также легко принимает формы резвящихся в огне саламандр, усыпанных глазами драконов, змей, львов и орлов (символы посвященности). И самое интересное, что Меркурий присутствует как в начале, так и в конце Великого Делания: он есть Prima Materia. Он суть первоначальный гермафродит, который, играя, разделяется в классическом «братско-сестринском дуализме», чтобы в процессе прохождения через акт трансмутации (нигредо-альбедо-рубедо) снова воссоединиться в лучистой форме единства.

483

Источник цитаты утерян. Выписка из моих записных книжек.

484

Лири Т. Семь языков Бога. К.: Janus books, 2002.

485

Там же.

486

Фарсон Р. Менеджмент абсурда. Парадоксы лидерства. М.; К.: София, 2001.

487

Там же.

488

Дюркхейм К. Пути трансформации. Изд-во «Студенческий мир», 1999.

489

Левелин Воэн-Ли. Цит. по: Кэплэн М. На полпути к вершине. К.: София; М.: Гелиос, 2002.

490

Петрова Н. Дао Творческого карьериста. Бизнес как способ самореализации. М.: Эксмо, 2005.

491

Там же.

492

Фарсон Р. Менеджмент абсурда. Парадоксы лидерства. М.; К.: София, 2001.

Content

Вадим Демчог
Мифология многоликости

Время шутов (немного о времени, в которое писалась эта книга)

От автора

Вступление

Часть I Театр реальности

Место действия

Действующие лица Театра Реальности

Три уровня Театра Реальности

Инструмент «homo ludens»

Природа Театра Реальности

Сцена Театра Реальности

Часть II Алхимия игры

Игра как она есть

Прямое введение в Круг Мастерства, или в Мистический Круг

Банк позитивных впечатлений

Мотивация

Очищение

Квантовый скачок

Медитация

Механика творческого процесса

Повелитель Игр

Творческий Принцип Вселенной

Золотая Гирлянда Мастеров Вдохновения

Прибежище

Вращение колеса высшей радости, или Природа Вдохновения!

Дыхание

Мышца вдохновения

Виртуальное дыхание, или Дыхание Мифа

Виртуальная позиция Ума

Золотое сечение образа, или то, что Лука Пачоли называет Божественной Пропорцией

Закон зрелища

Пучина Многоглазая

Энергия глаз

Opus magnum, или Мистерия Трансмутации

Часть III Метафизика игры

Мужской и женский аспекты Игры

Повелительница Танца

Женский аспект Игры

Пять мудростей Игры

Ткацкий Станок

Три ступени Ткацкого Станка

Мужской аспект Игры, или Четыре искусства Мастера

Танец Союза

Игра в свободу

Демоны Игры

Иллюзорное тело

Примерка иллюзорного тела

Парадокс технологии…

Заключение

Приложения

Медитация на Повелителя Игр

Практика Очищения

Практика развития сочувствия («Любящие Глаза»)

Примечания