Светлана Уласевич

ПОЛТОРА ВОИНСТВЕННЫХ МЕТРА, ИЛИ БЕРЕГИТЕСЬ ЗЛОБНОГО ДРАКОНА!

Посвящается тебе, мой дорогой читатель!

Спасибо за терпение и понимание!

За дельные советы и помощь в сражении с черновой рукописью хочу поблагодарить:

Диментова Бориса Лейбовича («дядю Борю»), Иванец Марину Григорьевну, Каширину Елену Алексеевну, Саманову Викторию Александровну, а также Рябинину Викторию Викторовну за участие и поддержку.

Без вас эта книга была бы совсем другой.

Также спасибо большое Марине Морозовой за профессиональное «переписывание» текста, бесценные советы и комментарии.

Автор

У меня всего два режима работы: злой и спящий.

Боевая ипостась Светланы Драко

ПРОЛОГ

(Для тех, кто хочет вспомнить содержание предыдущих книг)

Итак, здравствуйте. Меня зовут Балаур Светлана Александровна.

Говорят, внутри каждой девушки живет какой-нибудь зверек: у кого-то это котенок, у кого-то — хомячок. Так уж вышло, что мой «хомячок» хладнокровный, чешуйчатый и плюется огнем. Да-да, не смейтесь: во мне живет дракон. Самый настоящий.

Полагаю, любой человек и нечеловек хоть однажды желал, чтобы у него где-то на земле оказался собственный замок. Моя детская мечта сбылась. Правда, вначале эта «явь» обернулась чем-то из разряда «бойтесь своих желаний». У меня действительно имелся замок, но, увы, без привычных удобств и в другом мире. А сама я, как выяснилось, принадлежу к благородному и могущественному роду Драко, которому уже около тысячи лет.

Но в комплекте к имуществу и титулу наследуется много проблем, военных конфликтов и список врагов, по длине соперничающий с «Повестью былых лет Геи». (Собственно, именно по ходу истории мира он и пополнялся.) К счастью, со мной на Гею перенесся мой двоюродный брат Вик, с которым мы основательно встряхнули родной мирок, нашли еще одного братишку и конкретно озадачили правителей эльфов, вампиров и инкубов. Стоило мужчинам меня увидеть, как у них в голове рождался вопрос: «А не мой ли она потомок?» И пока они выясняли степень моего возможного родства, мы с Виком получили их поддержку и, заключив временное перемирие с оборотнями, уничтожили главного злодея.

Мои сомнения в нечеловеческой сущности разрешились, стоило мне превратиться в дракона. Вот тогда и пришлось всерьез задуматься о собственном образовании. Как дракон я должна была научиться управлять своими способностями и возможностями, как правитель — знать географию и историю Геи, а также населяющих ее рас, их привычки, повадки, возможности. И мое образование началось с истории возникновения Геи.

В фамильной библиотеке Драко хранятся сразу несколько версий. Начну с довольно высокопарной.

Легенда о Сотворении мира и первого дракона

Людская версия

В начале создал Творец небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Мастера носился над водою. И решил Всемогущий: «Да будет свет!» И стал свет. И увидел Творец, что он хорош, и отделил свет от тьмы. И назвал свет днем, а тьму ночью. День первый.

И решил Мастер создать твердь и отделил воду, что под твердью, от воды, что над твердью. И назвал твердь небесами. И было это в день второй.

А на третий день Бог создал сушу и отделил ее от воды. И назвал сушу землей, а собрание вод — морями. И потом разбил чудный сад, создав траву, деревья и кусты, приносящие плоды. И все это очень Ему понравилось.

И сказал Творец: да будут светила на тверди небесной для знамений, и времен, и дней, и годов, чтобы освещали землю: большое светило днем и малое — ночью. Так возникли солнце и луна и звезды и появились суточные и годовые ритмы. День четвертый.

На пятый день решил Творец, что пора населить моря и небо живностью, — и наполнились воды рыбами и пресмыкающимися, и полетели по поднебесью птицы.

Но мало этого показалось Мастеру, и решил Он разместить в своем саду дивный зоопарк и вывел всевозможных диковинных животных, в том числе и драконов. И увидел Творец, что не хватает в Его заповеднике хозяев, и сказал: «Создадим человека по образу Нашему и подобию и дадим ему власть над тварями, что в море, и над пернатыми, что в небе, и над всем живым, что наполняет землю». Так создал Он человека по образу Своему. И повелел людям плодиться и размножаться, и наполнять землю, и обладать ею, и дал им власть над тварями в море, и над пернатыми в воздухе, и над всеми животными, двигающимися по земле. И привел также драконов и наказал им всячески служить и помогать человеку. День шестой.

А на седьмой день Всевышний отдыхал.

Однако драконы придерживаются несколько иного мнения. Причем их версия существует в двух вариантах.

История возникновения мира

Версия для маленьких драконов

Итак, в начале была Тьма. Что бы ни говорили людские хроники, мы, древнейшие и мудрейшие, знаем, что первое совершенное существо, которое Великий создал по Своему образу и подобию из мрака бездны, было драконом. И было оно женского пола, дабы дать жизнь всему сущему, и впитало в себя всю черноту ночи, всю таинственность, красоту и притягательность мглы, и назвал Виртуоз Свой шедевр Тьмою. И расправила драконесса крылья свои, и помчалась по бескрайним просторам Вселенной.

Но чтобы не грустила она в пути, создал Маэстро ей спутника, полную противоположность, и назвал новое существо Светом. И была у него чешуя цвета слоновой кости, и сияла она во мраке бездны, освещая путь красавцам-супругам. И слились два дракона в вечной нити судьбы, вечном танце Света и Тьмы, вечной борьбе Доброты и Коварства. День первый.

И родились от этого брака хитрец Сумрак и прелесть Заря. И вобрали они от родителей лучшее, что имели те. Кожа Сумрака была сине-сизой, и тяготел сын больше к мраку. Зорюшка же родилась алой, как страсть, и тянулась она к светлой стороне. И восхитился Творец Своими созданиями, и сплел из сияния Света еще одного дракона — золотистую красавицу Солнце. День второй.

Но влюбился в себе подобную Свет и забыл про жену-противоположность. И обозлилась Тьма, как и все драконы, и объявила предателям войну. И поныне, где есть Солнце со Светом, нет места Тьме, а где Тьма — там неуютно Свету и Солнцу. Но встали дети на защиту отца. И теперь между ночью и днем летят в бесконечность Заря да Сумрак. День третий.

Но не любит Творец, когда ссорятся дети Его, и решил Он на четвертый день разбить чудный сад, чтобы отвлечь шедевры Свои от междоусобицы. И создал Мастер траву, деревья да кусты. И придумал Маэстро разместить в получившихся джунглях дивный зоопарк, и вывел всевозможных диковинных животных драконам для пропитания. Но не хватало в заповеднике рабочих, чтобы ухаживать за всей этой красотой и поддерживать ее для драконов, и создал Виртуоз людей. И велел им служить и подчиняться Перворожденным. День пятый.

А в шестой день Всевышний много чего натворил, да так, что на следующие сутки уже отдыхал. Но мы-то ведь драконы, а не люди, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Это только человеки отслеживают, что там творил какой-то демиург, а у нас есть занятия поважнее.

А совсем рядом с этой рукописью лежит зачитанная до дыр «взрослая» версия Сотворения мира, каковую мы и приводим ниже.

Вариант для «всех своих»

Для посвященных и совершеннолетних драконов

Итак, в начале царила пустота. Но свято место пусто не бывает, и во Вселенную приехал Мастер. Так как для Гения ничто не помеха, Свое первое творение Он вылепил в темноте и из сгустка мрака, и это был дракон.

И конечно же он оказался бабой! А что вы хотите? Маэстро работал в полной… темени! Вот и забыл додать кое-какие недостающие детали! Впрочем, надо признаться, Он не учел еще пару душевных качеств, таких как совесть, доброта, отзывчивость, милосердие. Итого, получилась абсолютная гадина! То есть земноводное в полном смысле этого слова. Но обещав, — женись. В общем, что получилось, то получилось. Создатель вздохнул и назвал зверюгу Тьмой (и надо сказать, имечко подошло ей как нельзя лучше!).

Первый блин, так сказать, комом. Но худое начало — энтузиазму не помеха! И Господин решил созидать дальше, а чтобы зловредный «лаваш» не мельтешил перед глазами, Творец создал дракоше землю и небо. Однако Он здорово недооценил Свое создание! А ведь оно было бабой! И естественно, по законам жанра баба стала капризничать, что ей скучно, муторно, одиноко.

И решил Всемогущий отвлечь болезную, а для того создал ей… мужа. И назвал дракона Светом, а чтобы Тьма сильно его не обижала, Искусник извлек из ящера одно ребро и сделал костяные наросты и шипы по всему телу. (Миф о создании бронежилета.) Звездные войны. Эпизод первый.

Но бедняга, в отличие от Мастера, не питал иллюзий относительно дам, и в частности своей будущей жены, редкостной гадины, то есть земноводной в полном смысле этого слова! «О Великий Создатель! — как и все мужчины, взмолился он. — За что я перед Тобой провинился? Почему отдаешь меня этой… женщине?» — «Не боись, — прошептал Маэстро. — Исполняй свои обязанности прилежно, и из второго твоего ребра Я сделаю тебе любовницу!» (Миф о создании первого договора.)

И был Свет усердным супругом, и родились у них с Тьмой дочь Заря и сын Сумрак. И увидел Мастер, что сие хорошо, и создал в соответствии с обещанием красавицу-Солнце. (Миф о выполнении первого договора.) И стал Свет целыми днями пропадать у любовницы. (Миф о супружеской верности.) Само собой разумеется, дамы с первого взгляда возненавидели друг друга. Где есть Тьма, нет места Солнцу, и, естественно, наоборот. (Миф о женской дружбе.) Звездные войны. Эпизод второй.

Но так как Солнце тоже было бабой, а значит, редкостной гадиной, то есть настоящей земноводной в полном смысле этого слова, то Тьма побоялась связываться с равной, то есть с такой же зубастой, когтистой скотиной, то есть крупным рогатым животным в полном смысле этого слова, и переключилась на благоверного.

Как истинный мужчина, Сумрак понял отца и встал на его защиту. (Миф о мужской солидарности.) Как настоящая женщина, Заря поняла мать и тоже встала на защиту отца, ибо дочери смерть предка была невыгодна. (Миф о первом адвокате.) Звездные войны. Эпизод третий.

«О Великий Творец! — как и все представители сильного пола, взмолился Свет. — Что я Тебе сделал?! Мало того что Ты создал мне редкостного характера жену, так еще и одарил любовницей исключительной вредности! Одна требует алиментов, вторая — свадебного платья! За что поставил между двух огней?!» — «Не боись», — вновь прошептал Мастер и сделал Свое творение человеком. (Миф о возникновении камуфляжа.) — «Господин! — укоризненно качнул головой дракон. — Пусть облик мой изменился, но суть осталась та же! Благоверные легко найдут меня на голой земле!» И Творец создал траву, деревья и кусты, дабы подопечный мог в них надежно прятаться. (Миф о первом полигоне.) Звездные войны. Эпизод четвертый.

«Повелитель! — все так же укоризненно качнул головой беглый супруг. — Пусть есть где прятаться, но я же единственное живое создание на земле! Рано или поздно мои половинки выжгут здесь все на фиг и найдут меня!» (Миф о женской солидарности.) — «Действительно!» — почесал затылок Виртуоз и создал в маскировку Своему творению похожих на него людей. (Миф о появлении людей. Им эту версию не рассказывать!) А чтобы вся банда не умерла с голоду, Творец создал животных. Звездные войны. Эпизод пятый.

Но покой Создателю только снился! «Творец! — услышал он укоризненный голос Сумрака. — Что я Тебе сделал?! За что Ты оставил меня в вечном террариуме? Мама сцепилась с Солнцем, сестра истинная гадина, то есть земноводное в полном смысле этого слова. Я хочу зажить наконец по-настоящему, в мире и покое. Сделай мне из двух моих ребер красавицу-жену и прелесть-любовницу!» — «А ты уверен?» — робко переспросил Творец. — «Абсолютно!» — заверил его Сумрак. (Миф об одних и тех же граблях.) И выполнил Всемогущий просьбу создания Своего, ибо просите, и будет вам! И зажили они все… весело! Звездные войны. Эпизод шестой.

А на седьмой день Всевышний наслаждался сотворенным блокбастером. И научился Сумрак (от великой нужды) превращаться в человека, и попросил у отца укрытия. (Миф о первом политическом убежище.) И дамы, оставшись наедине друг с дружкой, тоже научились принимать хрупкий беззащитный облик (миф о женской сущности), и зажили все с тех пор еще веселее. А звезды, которые вы видите ясной ночью в небе, не что иное, как сбежавшие с земли драконы. Звездные войны. Эпизод седьмой.

Забавно, что эльфийский вариант истории утверждает, что первыми были эльфы, вампирский — вампиры, гномы твердят о первых гномах, инкубы и суккубы распространяются о любви.

Народ Тван кон Су никакой версии не приводит, зато орки и урки на две страницы вещают о Великом дыме и первом окурке. Но больше всего меня поразила последняя рукопись о Создателях. Итак, как вы уже поняли, в начале…

Вся правда о создании дракона

О, женщины! Кто вас придумал?!

Если Творец, о чем Он думал?!

Земля была безвинна и пуста, и тьма летала над бездною, и Дух Творца носился над водой… Но это все было потом, а в начале женщина! Не-эт, не дракон! Госпожа, рожденная по образу и подобию Мастера. Зачем и для чего Он ее создал, оставим на совести нашего Маэстро.

Главное то, что без ее жаркого и активного участия, как, впрочем, всегда и получается, у нашего Искусника никогда не получился бы дракон. Собственно, наш Мастак собирался, следуя школьной программе, создать ящерку. Маленькую такую, не больше ладошки.

Но нет бедствия хуже скучающей женщины! Помощница, назовем ее так, перепробовала за какой-то час все виды женских истерик и, не получив от погруженного в расчеты благоверного никаких признаков ответа, решила заняться уборкой. То, что красавица перепутала реактивы, стало мизером по сравнению с той чудовищной слизью, которая полезла на следующий день из пробирки Мастера!

Не в силах больше с нею справиться, Великий притащил кастрюльку-скороварку, сгрузил в нее ужасающие последствия Своего эксперимента, залил утилизирующей жидкостью, и, так как спиртовка не могла обеспечить длительного прогрева для разложения органики, Виртуоз отнес свое «творение» на кухню, снял с огня кипящий бульон и поставил в срочном порядке Свою бурду.

Благоверная оной подмены не заметила и спокойно закинула в кастрюльку нарезанные овощи и мясо, приправив все ударной дозой специй, к величайшей радости светящейся зеленой жидкости. Что-то неладное чудо-женщина заподозрила лишь тогда, когда из-под крышки на нее уставилась черная как уголь клыкастая голова. Но позвать мужа женская гордость опять же не позволила. Кто ж признается, что не умеет готовить?

Лишь окончательно умаявшись бить половником вылезающую гадину (возможно, именно этот эпизод лежит в основе злопамятности Тьмы), Помощница решила запереть «неудавшийся супчик» в противоположном конце замка, в странной комнатке с толстой свинцовой дверью. Супруг всегда старался обходить стороной это помещение, наведываясь внутрь лишь в крайних случаях, а посему можно было не опасаться, что «бульон» заметят до того, как леди придумает способ его кустарно утилизировать. Собственно, почему у покоя были такие толстые свинцовые двери и с какого перепугу размещался он в дальней части здания, красавица не задумалась. Не обеспокоил ее и факт странного отношения мужа к данной комнате.

Так она и поступила. Наутро госпожа застала в кухне озабоченного Мастера, лихорадочно обшаривающего помещение.

— Милая, — наконец решил тот обратиться к подруге. — Ты не видела здесь дурно пахнущей кастрюли?

— Какой? — всполошилась та, надеясь все-таки утаить неудавшийся шедевр.

— Той, которую я поставил вместо этого бульона! — извлек Мастер из-под стола недоваренный суп.

— Ой! — обрадованно хлопнула в ладоши красавица. — Так это была твоя кастрюлька?! Как хорошо, что я не вылила ее.

— Куда? — испуганно охнул Искусник.

— Не волнуйся, — весело пожала плечами Помощница. — Я заперла твою зверушку в маленькой странной комнатке со стенами и дверью из свинца!

— Кого ты поместила в ядерный реактор? — вкрадчиво уточнил Маэстро, пытаясь пригладить вставшие дыбом волосы.

— Твою зверушку, — беззаботно ответила прелестница. — Черная такая, чешуйчатая, с пастью, полной зубов. Надо сказать, довольно мерзкое создание. Однако череп у нее крепкий! Не взял ни половник, ни чугунная сковородка!

Но договорить ей не дал грохот в дальнем конце замка. Подхватив полы халата, Виртуоз кинулся в сторону домашнего реактора, а уже через пять минут матерился на всех языках мира.

— Дура! — орал Он. — Ты только посмотри, что наделала! Эта зверюга теперь растет не по дням, а по часам!!!

— У меня есть новости похуже, — скорбно вздохнула красавица, глядя Мастеру за спину, — твоя зараза еще и летает! И, кажется, плюется огнем…

Так появился первый дракон… Очень злобный из-за негуманного обращения с животными.

Думаю, Гринпису последнюю легенду лучше не показывать!

Но пока мы с Виком осваивались в новом мире, неизвестные недоброжелатели решили подложить нам очередную свинью. А именно прокляли на бой с Ведущими магами мира. В сжатые сроки мы должны были не только определиться со своими способностями, найти пятого члена команды, но еще и умудриться победить сильнейших магов. К счастью, нам повезло. Пока мы искали пятого дракона, он пришел к нам сам в лице Мортифора — короля оборотней.

По способностям Ладиина оказалась прообразом Либ-им-и-до, мага, отвечающего, как ни странно, за любовь. Мортифору выпала роль Айрессена Задира, Ведущего мага-Воина. Норри принял на себя судьбу Тих-о-иня, мага «с искусными руками», а Вик личину Колиго Авидидаса (в народе Хапуги). Ну а мне достался Квипрокво, Ведущий маг мира, обладающий даром создавать Недоразумения. Что вполне закономерно. К счастью, драться нам не пришлось, так как эти самые маги оказались нашими родителями. А зачем делить место, которое и так тебе достанется. И все бы хорошо, если бы неизвестные враги не перешли в активное наступление, нарушив границы мира и оторвав меня от очень увлекательного занятия.

Итак, поехали!

Часть первая

ОДИН ПРОТИВ ВСЕХ

1

Хорошо могла бы сложиться судьба Серого Волка, если бы он не заговорил в лесу с незнакомой Красной Шапочкой…

NN

Райдер Цециди

Дракон был красивым. Большой, изумрудно-зеленый, он гордо кружил в лазурном небе. Я не мог определить, самец это или самка, но мощь зверя завораживала. Да, в ближайшие дни мне придется здорово потрудиться. Нет, как эрговский воин, я не волновался. В конце концов, это не первый мой дракон. Без ложной скромности признаюсь, что уже давно заслужил титул элитного убийцы. На моем счету много ящеров всех мастей и «шерстей». Но еще никогда я не стоял вот так и не любовался своей будущей добычей.

Потенциальная жертва сделала надо мной еще один вираж и понеслась прочь, к золотистой линии горизонта бескрайнего пшеничного поля. Нужно идти по следу.

Купол, который создала Дорвана Драко, в очередной раз сработал на славу. Все-таки слишком сильные эмоции вложила умирающая драконесса в него, слишком отчаянно хотела она защитить собственное потомство: при перемещении у меня произошла частичная амнезия. Почему я так уверен в своем диагнозе? Да потому что помню все, что не связано с нынешним заданием. Хотя нет. Я все-таки помню, как мне приказали убить правящую княжну дома Драконов. Вот только знать бы еще, как она в человеческой ипостаси выглядит!

Как ни странно, но заполучить изображение княжны или слепок ее ауры не получалось. На Гее княжна никак не отображалась на наших артефактах, словно ее и не было в поле видения, а написанные картины и рисунки при пересечении щита сгорали, сохраненная информация — стиралась. На Земле заснять княжну тоже оказалось задачей не из легких. Там ее аура постоянно менялась, а пленка и прочие приборы (включая магические) опять же давали смазанную картинку. Просто полтергейст какой-то! Так «фонят» только демиурги и эрги! Интересный случай. Неужели это действительно потомок первых драконов? Пришлось считывать память двух посланных за ней сущностей. Но у тех в голове (если так можно выразиться о бестелесных созданиях) оказался полный кавардак с кучей мусора.

Голова после перемещения слегка побаливала. Странно. До сих пор мелкие артефакты, враждебно настроенные против Драко, проходили через щит без всяких сбоев. На сущностей переход тоже не повлиял. И только у меня случилась локальная амнезия! А ведь мне уже доводилось бывать на Гее у друга в гостях, и память не подводила. Правда, тогда моей целью не было убийство главы семейки Драко, да и сами они в ту пору куда-то отлучились. Может, теперь щит так сработал в присутствии правящей княжны? Или он все-таки настроен на защиту? Или наложились оба фактора? А впрочем, не важно. Если шум в ушах постепенно проходил, то настроиться на цель не получалось. Знаете такое чувство, когда в мозгу вертится одна и та же мысль, но сфокусироваться на ней не удается? Так и описание мишени. Очень приблизительное. Невысокая, спортивная. Волосы темные, глаза — карие. Но под такую картинку может подойти половина женского населения Геи. М-да, влип!

Через час ходьбы я наткнулся на симпатичную хрупкую девушку. Незнакомка чем-то завораживала. Большие шоколадные глаза, конечно, не такие огромные, как эльфийские, но очень выразительные. Длинные черные ресницы подчеркивают красоту глаз. Изящная фигурка затянута в приталенное льняное платьице. На голове венок, в руках пучок колосьев. Было в этой девушке что-то милое, загадочное и одновременно удивительно трогательное. Мне доводилось видеть дам в тысячу раз прекраснее, но в этой малышке жило что-то особенное, неповторимое и притягательное.

— Вы принесены в жертву Дракону? — поинтересовался я, чтобы хоть как-то начать диалог. Хотя вполне возможно, что незнакомку действительно отдали ящеру. Чешуйчатые падки на хорошеньких девушек. А эта может послужить достойным откупом.

— Простите? — с очаровательной улыбкой изумилась девушка.

Ага, значит, она не жертва.

— Тогда что такая красавица делает одна в поле?

— Это угроза или комплимент? — прищурилась собеседница, невольно отступая назад.

В больших глазах промелькнула тень испуга и настороженности.

Нет! Не надо убегать! Я хочу с тобой пообщаться. Стараясь успокоить незнакомку, я попытался изобразить на лице удивление:

— Что?

Красавица тут же приободрилась, расслабленно вздохнула и шутливо произнесла:

— Ну, немного нервничаешь, когда незнакомый сильный воин находит тебя, слабую и беззащитную, привлекательной, а вокруг — чистое поле.

— О! — засмеялся я, кляня про себя ее проницательность. — Не волнуйтесь, я не причиню вам вреда.

Девушка вновь улыбнулась, и ее лицо словно солнцем озарило. Да, мне определенно нравится эта девица, и с каждой минутой все сильнее и сильнее. В какой момент мои мысли перескочили с задания на то, как ее соблазнить, я так и не понял, но решил, что работа может и подождать. В конце концов, ничего с драконом не случится. Днем раньше, днем позже. А я получше с целью познакомлюсь, с местной знатью пообщаюсь (и главным образом с одной местной), последние слухи выведаю.

То, что незнакомка была не из простых смертных, выдавали ее речь и осанка. Простолюдинки так не держатся, сколько одеждой ни маскируй. А девушка явно образованна. Если она не знатная дама, то явно бастард или любовница какого-нибудь лорда. Я огляделся. Рядом были эльфийские земли и территория оборотней, чуть дальше вотчины Драконов. Проверим догадку?

— Не подскажете ли, прекрасная незнакомка, каким образом повезло мне встретить вас? Вы собираете урожай?

Девушка глянула на пучок колосьев в руке и рассмеялась:

— О нет! Я просто гуляю.

— А не боитесь ли это делать, когда в небе летает дракон?

— Никогда не знаешь, когда он появится.

— Он?

— Ну вы же сами сказали, что это дракон, — растерянно пожала плечами собеседница.

— А вы не знаете? — поинтересовался я, пытаясь выяснить ее отношение к моей мишени.

Вдруг она любовница одного из братьев моей цели? Кстати, а сколько у Драко этих братьев? Хотя не суть важно. Мне же не их убивать надо. А сохранившаяся в мозгу информация о внешности драконессы, как я и опасался, оказалась отнюдь не специфической. Вон, даже моя незнакомка подходит под описание! Хотя нет. У нее волосы каштановые, а на солнце медью отливают. На всякий случай я сосредоточился и попытался почувствовать в стоящей передо мной красавице «родственную» кровь драконов. Все-таки надо проверить. Но нет. Человек. Правда, очень необычный. Полукровка какая-то.

— Я драконам под хвост не заглядываю, — растерянно покачала головой собеседница.

— А по цвету? Разве народ не знает, какого цвета их госпожа?

— Вотчины Драко там, — махнула рукой девушка. — А мы сейчас на территории эльфов. Я не подчиняюсь Драконам и людские сплетни не слушаю.

Значит, драконы ей безразличны. Прелесть-то какая! Жаль, конечно, что последние слухи не узнаю, ну да не все потеряно. Идем дальше.

— Рядом владения оборотней.

— Да, мы очень близко от границы, — согласилась красавица.

— А не боитесь?

— Кого? Оборотней? — усмехнулась девушка. — Они же на мирных людей не бросаются. Чего их бояться?

Так, у малышки нет предубеждения против лохматых.

Неужели ее любовник один из них? Или эльф? А может, она все-таки знатная леди?

— Как ваше имя, госпожа?

— Я не госпожа. Зовите меня просто Ланой. А к вам мне как обращаться?

— Райдер. Но можете звать меня просто Раем.

— Рай, — мягко повторила она, и мне понравился звук собственного имени из ее уст.

Хм, что-то со мной не так. Уж не очаровывает ли меня крошка? Я проверил девочку на наличие магического воздействия, но все оказалось чисто. Если меня и охмуряют, то лишь за счет природного обаяния. Но какого убойного! Словно у нее суккуб или инкуб в роду был!

— А что вы здесь делаете, Лана?

— Собираю травы. Я знахарка. А вы что делаете в поле? Пшеницу мечом косите?

— Нет, — улыбнулся я и вдруг решил покрасоваться перед девушкой. — Я охотник на драконов.

— Ух ты! — восхитилась она, глядя на меня уже совсем другими глазами.

Я говорил, что моя профессия в процессе обольщения действует безотказно?

— А вы не боитесь?

— Чего? Драконов? — хмыкнул я. — Их убивать — моя работа. Такая же рутинная, как отстрел бешеных животных.

— Как же такая опасная вещь может быть обыденной? — не поверила она.

— Пригласите к себе на чай — расскажу, — пообещал я, срываясь с места в карьер. Да, вот такая я скотина, но нет у меня времени на ухаживания.

— На чай? — изумилась Лана. — Но ведь ваш дракон уже улетел! Разве вам не надо его ловить?

— Для вас я могу выделить время, а ящер подождет.

Девушка задумалась, на ее лице отразилось сомнение.

Я уже испугался, что мой сладостный досуг сорвется, но незнакомка слегка тряхнула головой, словно решаясь на что-то, и произнесла:

— Хорошо, идемте.

Я чуть не подпрыгнул от радости. Кажется, вроде с чего бы? А все равно хорошо. Вот такой я лоботряс. Меня на задание послали, а я вместо этого девчонок клею. Наверное, любвеобильность мне как профессиональная издержка от работы передалась. С кем поведешься, от того и наберешься. Ведь охотясь на драконов, вместе с их кровью приходится многое от них перенимать.

Девушка пошла рядом со мной по вытоптанной тропке в сторону леса. Я огляделся. По обе стороны тропинки колышется поле. Слева над кромкой леса вьется дымок. Если я правильно сориентировался, там находится деревня, где жители заняты сельскохозяйственным обслуживанием эльфийских конопляных полей.

Мы подошли к опушке, и Лана свернула вправо, направляясь не к человеческому жилью, а глубже в лес. Она не из села? Интересно!

— Одна живете? — спросил я.

— Да, — кивнула спутница. — А как вы охотитесь на драконов?

— Обыкновенно. Сначала выслеживаю, знакомлюсь с привычками, а потом убиваю.

— Как?! Они же сильные и умные!

— Какие они умные? — махнул я рукой. — Жадные и похотливые твари, вот они кто!

Впрочем, если посмотреть на меня в нынешней ситуации, то кто бы говорил! Я и сам от ящеров недалеко ушел. Чтобы победить дракона, надо думать, как он, вести себя, как он. И в этом преуспел!

Девушка смотрела на меня с восхищением и интересом. Щеки ее раскраснелись, глаза горели. Красота!

— И как у вас получается? — выдохнула она. — Они же такие большие!

— Это секрет, — уклончиво улыбнулся я. Все-таки не дело профессиональные тайны выбалтывать на каждом углу только для того, чтобы произвести впечатление на местную красавицу.

— И вам совсем-совсем не страшно, отправляясь на охоту? Вдруг попадется умный и хитрый дракон?

— Не попадется, — отмахнулся я. — Сами по себе драконы во многом похожи. Да и я не лыком шит.

— Вы, наверное, очень сильный? — восхищенно прошептала Лана, робко дотрагиваясь до моих бицепсов.

— И умный, и смелый, и фехтую хорошо, — похвалил я сам себя. Пусть знает, какая я прелесть.

Девушка слегка улыбнулась и качнула головой. Мы продолжили путь и через двадцать минут остановились у небольшого, но очень аккуратного деревянного домика. Он был настолько свеженьким и чистеньким, что казалось, только что сделан.

— Это новая постройка, — словно прочитав мои мысли, пояснила спутница. — Ее в прошлом году поставили. Предыдущая основательно прогнила, и мы ее сожгли.

— И кто вам ее сделал?

— Лорд Лерри велел крестьянам из деревни расстараться, — пожала плечами Лана.

Лорд Лерри? Даже так? Для кого-то он «его величество» или «господин Лерри ванн Дерт», а для тебя просто «лорд Лерри»? И стал бы правитель эльфийских лесов заботиться о простой знахарке? Кажется, я догадываюсь, чья ты любовница.

Интересно, а мне твой лорд Лерри не отрежет лишние, не задействованные при убивании драконов конечности, если застукает нас вместе? Надо будет уточнить в ближайшее время.

Мы вошли в дом. Нас встретила прибранная, отделанная сосной гостиная с массивным столом посередине. Лана махнула рукой, приглашая меня присесть, а сама скрылась за дверцей, ведущей скорее всего в кухню. Я огляделся.

Да, простые знахарки так не живут! Не то чтобы комната была обставлена с каким-то шиком. Нет. Все очень даже скромненько, но со вкусом. Правда, под потолком всякие веники из трав висят. Картину они, конечно, слегка портят, зато запах приятный.

Я подошел к одной из дверей и приоткрыл ее. Это оказалась спальня. На удивление просторная комната с широкой, отнюдь не деревенской кроватью. Уже отсюда видно, что постель мягкая и удобная. Заботливый лорд Лерри! Поспособствовал, чтобы знахарке сладко спалось, с душой подошел к делу. Как для себя старался! Хотя чего иронизировать? По всей видимости, Лерри для себя родимого усердствовал. Чтобы удобнее было с красавицей ночи делить. Даже при беглом осмотре заметно, что комната подстроена «под мужчину». Нигде ничего лишнего, никаких рюшечек, украшений, мягких игрушек. Строгий минимализм: сундук с одеждой у стены да пара книг на полке. Я прямо ощущаю здесь энергетику эльфийского короля. Все пространство словно кричит: «Это моя территория! Я ее пометил!»

Мои губы непроизвольно расплылись в улыбке. Сегодня Лерри перестанет быть здесь единственным доминантным самцом. Уж я об этом позабочусь!

Я хотел заглянуть в соседнюю дверь, но вошла хозяйка с вазочкой, наполненной печеньем.

— Чай будет через десять минут, — предупредила она. — Варенье хотите?

— А какое? — повернулся я к ней, не без сожаления закрывая дверь. Исследовать дом при хозяйке было неудобно.

— Яблочное, малиновое, клубничное.

— А можно все?

— Как пожелаете, — улыбнулась она. — Скажите, а вы с детства мечтали быть убийцей драконов?

Лана принялась протирать стол и готовить его к чаепитию. Уходить она явно не спешила. Простушка простушкой, а вон как явно намекает не вынюхивать ничего у нее за спиной. Я вздохнул и подошел к стулу.

— Это потомственная профессия. Мой отец, мама и старший брат были охотниками на драконов. И моя участь тоже была решена.

— Вам нравится?

— Работа как работа, приносит нормальные деньги.

— Так это бизнес? — удивленно округлились глаза девушки. — Вам платят за это?

— Никакой уважающий себя убийца не будет рисковать жизнью, если ему дракона не закажут. Что мы, идиоты, умирать за высокие идеалы?

— Значит, местного дракона тоже кто-то заказал? Да быть того не может! Драко все боятся!

— Но я же здесь, — улыбнулся я.

Знахарка покачала головой и скрылась на кухне. Через пару минут она вернулась с тарелкой аппетитно пахнущих булочек в одной руке и подносом, на котором стояли блюдца с вареньем, во второй.

— Будьте осторожны, — произнесла она, накрывая на стол. — Местные драконы очень хитрые и изворотливые. А еще они прирожденные воины.

— Я знаю, — кивнул я, присаживаясь за стол.

Девушка так соблазнительно намазывала яблочное варенье на булочку, что у меня просто слюнки потекли, а в животе заурчало. На вкус это оказалось так же божественно, как и на вид. Лана разлила чай и подвинула ко мне ароматную кружку. Чай она тоже заваривать умеет. Может, плюнуть на все и украсть ее по дороге домой? Лорд Лерри новую забаву найдет, да и не пристало эльфийскому королю с простой знахаркой путаться. А я не гордый, мне сойдет. Девушка взглянула на меня и подарила чарующую улыбку. С каждой минутой она все красивее и красивее.

— Лорд Лерри, наверное, очень доволен, что вы так хорошо устроились?

— Да, он очень радовался, когда домик удался.

И я догадываюсь почему!

— Он сказал, — продолжила тем временем собеседница, — что сделал все, как хотела моя прапрабабушка.

— Кто? — опешил я.

— Прапрабабушка, — послушно повторила девушка. — Между нами говоря, он ее очень любил. А обо мне просто заботится, проведывает иногда. Меня, если честно, это внимание немного напрягает, ведь я такого обращения не заслужила.

Ага, как же! По одному разрезу твоих глаз можно догадаться о причинах столь нежной заботы! Так вот ты какая, знахарочка! Значит, ты не любовница, а бастард ушастого короля! Ну, цветочек дивный, одни сюрпризы от тебя!

— А молодой лорд к тебе ходит?

— Норри?

Нет, я просто умиляюсь! Норри! Даже «лорда» добавить забыла! Кто б еще осмелился назвать наследника эльфийского престола, официально признанного бастарда дома Драконов, его высочество Норри ванн Дерта просто по имени?

— Да, я его имел в виду.

— В последнее время редко, но раньше часто навещал. То отвар какой прихватить, чтобы очередная пассия не забеременела, то чайку от нервишек попить.

Я хлебнул ароматного чая. Однозначно заберу ее с собой. Эльф, конечно, о ней заботится, но вот с парой у малышки будут проблемы. Не любят ушастые лорды жениться на полукровках-ублюдках, пусть и королевского рода. А я ей дом, семью и высокое положение в обществе обеспечу. Для нас, охотников на драконов, в браке главное не знатность и титулы, а гены, с которыми у крошки все в порядке.

Возможно, вначале Лана и побуянит, погорюет, что забрали от родных, но со временем привыкнет. Тем более что в моем доме не рабыней будет, а госпожой. А там дети появятся, и она окончательно успокоится. Стерпится — слюбится, как говорят. За собственным детенышем женщина пойдет и в огонь и в воду, и семью так просто не разрушит. У прекрасного пола на первом месте интересы детей, и они порой охраняют их даже в ущерб собственным. А я буду хорошим отцом. Давно мечтал о карапузах, да вот маму им до сегодняшнего дня не находил.

Лана сидела напротив и маленькими глотками пила из кружки. Порода проявлялась даже в этом. От ее задумчивого взгляда становилось слегка неуютно. Казалось, она читала мои мысли. Но-но, красавица, не стоит меня бояться. Я стану тебе хорошим мужем, вот увидишь. Тебе понравится. А Лерри потом передам, что с тобой все хорошо, и даже навещать его разрешу, не волнуйся.

На мой мысленный монолог хозяйка никак не отреагировала, но, увидев, что моя кружка почти опустела, подошла и подлила еще чаю, придвинув параллельно извлеченные из буфета пирожки с повидлом. Приятно было сидеть и молча наблюдать друг за другом. Не каждый может вот так разделить с тобой момент тишины. С каждым мгновением девушка нравилась мне все больше и больше.

— У тебя заказ только на одного дракона? — задушевно спросила она. Я даже не заметил, когда мы успели перейти на «ты», но было здорово чувствовать себя своим.

— Да. На главу дома Драконов, — ответил я и сам удивился легкости, с какой выдаю информацию. Но девушка мне так нравилась, что ей просто невозможно было солгать.

— А остальные?

— Бастарды не считаются наследниками, — поморщился я. — Так уж вышло, что только в законном браке рождается полноценный дракон и наследник рода. А побочные линии чаще всего очень слабы. Нужно нечто из ряда вон выходящее, чтобы бастард сравнялся по силе с законнорожденным Драко и мог наследовать трон.

— То есть за бастардами после смерти главы дома Драконов ты не будешь охотиться?

— Нет, — ухмыльнулся я. — Иначе мне бы пришлось тут половину населения вырезать. А это даже моим господам не по карману.

— А что ты знаешь о своей цели?

Сам не знаю почему, но я рассказал о Драко все, что знаю. Девушка слушала сосредоточенно и внимательно. Лана явно понимала, о чем речь. Какая же она у меня умница!

— А как ты будешь ее убивать, Рай?

И я снова все рассказал. Я сдавал одну профессиональную тайну за другой. Я поведал, как мы пытаемся втереться в доверие к дракону и раздобыть его кровь, вливаем ее в свои вены, становясь псевдоисцеленными, а затем убиваем хозяина. Мы редко сходимся с «объектами» в ближнем бою, большей частью полагаясь на косвенные методы убийства. Все-таки в фехтовании многое решает мастерство. Драконы в этом плане очень сильные, выносливые и умелые создания. Далеко не каждый охотник может его зарубить. Так зачем рисковать? Нас и так мало.

Я как ребенок радовался ее улыбке и рассказывал, рассказывал, рассказывал… Почему-то именно ей мне хотелось поведать правду. Даже то, что мне запрещено было разглашать: уязвимые места охотников на драконов, наши сильные стороны, коронные приемы. Как приятно иногда сбросить с плеч тяжкий груз тайны, поделиться с кем-то наболевшим, высказать затаенное! Я даже покаялся, как в пять лет воровал конфеты из буфета. Лана слушала душевно, время от времени возвращаясь к теме драконов и моих хозяев. А мне хотелось раскрыть ей все тайны мира. Она единственная достойна доверия, она поймет, она сохранит.

Я проболтался, что Драко заказали эрги, а потом рассказал и об эргах, моих господах, и про структуру моего мира. Лана внимательно слушала про демиургов и эргов, которые всегда работают в паре. Эти две энергетические сущности как два антипода друг друга. Демиурги — созидатели, они придумывают и строят миры, иногда управляют ими, но чаще перепоручают сию функцию Ведущим магам мира.

Ведущие маги мира — феноменально сильные маги из плоти и крови. Их потомки наследуют обязанности родителей и продолжают присматривать за миром. В своем мире они практически боги, но взамен они привязаны к нему и вынуждены подчиняться эргам. Маги ежегодно сдают им отчеты и держат в курсе всех дел.

Эрги — антиподы своих ближайших родственников-демиургов — поглощают энергию, уничтожая тем самым любое живое существо. Если эрг со своей армией входит в мир, тот прекращает существовать, потому что вся его энергия и жизнь выкачивается за секунды. В распоряжении эрга столько миров, сколько ему их создаст его брат-демиург.

Управлять и наблюдать за таким большим штатом и при этом не нарушать равновесия эргам помимо Ведущих магов мира помогают и другие слуги — различные сущности.

Охраняют энергетическую пару антиподов оборотни, живущие в межмировом пространстве во дворце эргов и демиургов. Вервольфы являются также основной боевой пехотой. Они практически универсальны, уничтожают всех неугодных, кроме драконов. Последних умерщвляют специально обученные охотники на драконов. Иногда охотников привлекают для кардинального устранения других конфликтов и недоразумений. Но очень редко, потому что решать проблему с помощью убийцы драконов то же самое, что забивать золотым микроскопом гвозди.

За равновесием во Вселенной наблюдает Эквилибриум. Он же является Высшим судьей при различных спорах.

Что касается Геи, то ее создали давно. Мир перешел по наследству нынешнему демиургу Юко и эргу Эхрншту. Юко никогда не интересовался Геей, и Эхрншт уже сто пятьдесят семь лет пытается войти в нее.

— Почему?

— Замыслы хозяина неведомы. Возможно, он решил избавить Юко от ненужного мира. Эрги — санитары Вселенной, они уничтожают бракованные, бесполезные, отжившие миры.

— И что мешает сделать эргам это прямо сейчас?

— Драконы, которые считают себя хозяевами Геи и всячески выдворяют захватчиков. Последний раз княжна Дорвана успешно сдерживала всевозможные атаки. Тогда эрги создали теневую интригу, в результате которой, по одной версии, правители наиболее значимых государств объединились и убили княжну Драко, а по второй — бездействовали в ответственный момент, что опять же уничтожило Дорвану. Но перед смертью она умудрилась создать вокруг планеты мощнейший щит, не позволяющий эргам и их приспешникам проникать на Гею.

— Но раз ты здесь, значит, он разрушен?

— Нет, мы можем его ненадолго прокалывать в особо уязвимых местах. Такого портала максимум хватает на перенос одного воина с мечом, но чаще всего переносится какой-нибудь артефакт, способный разрушить этот самый щит.

— Нечто вроде бомбы изнутри?

— Почти, но я, если честно, этим не интересовался, поэтому особо не вникал, как они будут проникать в ваш мир.

— А почему отправили тебя, а не эрга? Ведь его появление здесь принесло бы больший урон, чем твое.

— Эрг не может долго находиться без защитного костюма. В защитной капсуле он может прожить лет сто пятьдесят — сто семьдесят, а без нее, не питаясь, несколько дней.

— А почему же эрг не может питаться? Например, найти дракона и выпить его жизнь.

— Во-первых, эргам запрещено входить в миры, официально не предназначенные для уничтожения. А во-вторых, они не умеют драться. Даже питаясь энергией, в этом мире эрги уязвимы как простые смертные. А для высасывания чьей-то жизни нужно время и контакт. Вряд ли жертва будет любезно ждать, пока ее убьют, поэтому эрги являются в мир только под защитой своей армии. Кроме того, высасывание душ тоже убивает эрга. После «зачистки» они должны вернуться в межмировое пространство и переварить полученную энергию, иначе погибнут.

— Значит, оборотням нельзя доверять, так как они слуги эргов?

— Нет. Предполагается, что населяющие миры оборотни либо сотворены по образу и подобию эрговских оборотней, либо являются их дальними потомками. Возможно, эрговские вервольфы отправились на очередное задание, но не смогли вернуться обратно, и им пришлось ассимилироваться с местным населением. А может, отслужив, оборотни просто переселялись в другие миры. В любом случае нынешние оборотни никак не связаны с эргами.

— А как ты собираешься убить главного дракона?

— Не знаю, пока не решил. Либо я достану как-нибудь ее кровь, либо попытаюсь пристрелить издалека. На худой конец, сойдусь с Драко в ближнем бою. Я слышал, она плохо фехтует, плюс рост у нее для полуторника маловат, да и сила развилась не до конца. Пройдет еще несколько месяцев, прежде чем она научится использовать полную силу дракона. Вот тогда эта красавица сможет как пушинку поднимать не только двуручник, но и булаву. А пока я выше, сильнее, выносливее и более умелый.

— А после убийства что будешь делать?

— Вернусь домой, но прежде украду тебя у эльфов, — признался я.

— А что будет с этим миром?

— Не знаю, — пожал я плечами. — Что-нибудь да получится. Пока меня не особо интересует его дальнейшая судьба. Я свое задание выполню, все остальное не важно. Ведущие маги что-нибудь придумают.

Увидев, что моя кружка вновь опустела, Лана вскочила из-за стола и направилась на кухню.

— Я хочу еще угостить тебя нашим фамильным напитком! — сверкнула она глазами и скрылась за дверью.

Я улыбнулся и откинулся на спинку стула. Почему-то исследовать дом больше не тянуло. Тело охватила какая-то вялость и странная расслабленность. Хотелось пойти к Лане на кухню, обнять ее и, может быть, поцеловать, но на душе было так хорошо, что даже двигаться не было ни малейшего желания.

Лана чуть ли не вприпрыжку вернулась, неся в руках аппетитно пахнущую кастрюльку. Откуда у моей маленькой девочки столько энергии?

Фамильный напиток оказался потрясающим на вкус. Никогда прежде подобного не пробовал. Горячее тепло приятной тяжестью разливалось по телу. Я даже не заметил, в какой момент оно переросло в реальное, а когда это случилось, было уже поздно. На голову опустилась тьма, и мир стремительно завертелся, а следом пришла пустота и яркий, манящий свет…

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Охотник выглядел обычным мужчиной. Высокий, широкоплечий. Кожаная одежда выгодно подчеркивает накачанные формы. Длинные черные волосы собраны в хвост. Добродушные карие глаза, породистый нос. Наверное, от девушек отбоя нет. В целом он очень даже красивый. Но главная опасность заключалась в том, что от него совсем не веяло угрозой. И эта обманчивая, свойственная человеку уязвимость подкупала, что было еще хуже. Кроме того, его внешность казалась мне смутно знакомой. Кого же он мне напоминает?

Сложнее всего для меня было прикинуться крестьянкой. Точнее, еще труднее мне далось решение обратиться в человека и встретить пришельца лицом к лицу. Вот идет он по следу дракона, готовится встретить злобного ящера. А тут бац — чудовище в уязвимой человеческой ипостаси. Какой подарок!

А если не узнает меня, все равно риск. Вдруг он психопат или маньяк какой-то. А тут я, и вокруг чистое поле… С мужчиной моя людская ипостась вряд ли справится. А если воспользуюсь силой дракона, то выдам себя с потрохами. А какой козырь у охотника в рукаве — неизвестно. Все-таки не зря же он числится охотником на драконов, и, судя по моему вещему сну, лучшим.

Блин! Как ни крути — рискованно! Вряд ли его забыли проинструктировать и дать мое описание. Впрочем, в облике дракона я еще больше напоминаю цель, а вот людей с похожей внешностью может быть несколько (если только у него нет каких-нибудь приборов для моего опознания). Хотя теперь, когда стадия моего взросления завершилась, я откуда-то знаю, что при желании могу изменить свою ауру. А если в моих генах есть примесь чужой крови, то даже под расу предка в силах скосить. На это и будем делать упор, если что. В конце концов, среди людей и нелюдей существует большая вероятность встретить двойника, чем среди драконов.

Я приземлилась, обернулась и сосредоточилась на своей одежде. Хорошо, что корона Драко максимально помогает замаскироваться. Все-таки полезный подарок мне преподнес Мортифор. И не важно, что реликвия прежде принадлежала моему роду.

Так, теперь надо определиться с расой. Благо Дорвана обеспечила меня вариантами. Суккубы тут, увы, не подойдут. Еще не хватало нарваться на неприятности из-за чрезмерного обаяния. С другой стороны, если взять от них четвертинку, чтобы нравиться собеседнику и чтобы он, флиртуя, меньше думал, но при этом не перегнуть палку, то нормально. За основную расу возьмем человеческую (спасибо маме!). Чтобы не возникло никаких вопросов по поводу каких-либо моих не к месту проявляющихся необычных способностей, прибавим на всякий случай долю еще какой-нибудь нелюдской крови. Оборотней (частица Мортифора) не будем брать. Слишком близко в ветви эволюции они подходят к драконам. Вампиры — отнюдь не безобидная раса, это может охотника насторожить. Остановимся на эльфийской крови. К счастью, портал открылся на границе с эльфийскими землями, недалеко от конопляных полей.

Честно говоря, мне очень повезло. Еще в прошлом году Лерри выстроил здесь для нас временный домик. Конечно, он хотел разместить драконов в собственном замке, наверное втайне надеясь присмотреть за шкодливыми гостями. (Даже спальню мне выделил рядом со своей.) Но братья наотрез отказались сидеть в четырех стенах и попросили поселить нас на природе. Желая произвести на драконов впечатление (все-таки Лерри ничего не делает просто так), ушастый правитель подошел к данному делу с размахом и приказал за пару недель поставить нам терем. В результате у крестьян появился еще один повод ненавидеть Драко. Но домик удален от человеческого жилья, и нас это не особо волнует.

После выполненной по договору работы старший ванн Дерт, словно предчувствуя беду, не торопился разрушать постройку. Да и нам было жалко терять летнюю дачку. За прошлое лето мы ее уже порядком обжили, я даже нужные нам с Артуром Семину травы умудрилась там сушить. Видя мои частые посещения фазенды, как любили мы с братьями называть ее в шутку, Лерри распорядился, чтобы слуги убирали в доме два раза в неделю и каждый день приносили свежую сдобу (а вдруг я захочу перекусить?). Как видите, хитрый эльф знает, как приручить дракона.

Охотника я ждала с дрожью в коленках. Вдруг он все-таки меня сразу узнает и решит прибить? Хотя, моделируя ауру, я и облик свой слегка изменила, точнее, расставила во внешности акценты. Так, например, эльфийская наследственность проявилась в том, что собеседник в первую очередь обратит внимание на глаза. Их форма и разрез у меня не изменились, но для собеседника они будут казаться типично эльфячьими. И если ему приказали найти и убить кареглазую шатенку, то, глядя в мои карие глаза, он будет видеть эльфийский разрез, и мозг противника отметит, что про такой признак ему не говорили. Хотя от присланного охотника чего угодно можно ожидать. К счастью, и тут мне подфартило. Незнакомец осмотрел меня с чисто мужским интересом. Ну-ну. Смотри-смотри.

Я попыталась прислушаться к чувствам стоящего напротив меня человека. Ага. В его мозгу проскочила мысль проверить меня на «родственную» кровь. Но, полностью сосредоточившись на моем соблазнении, визави не успел это сделать. Хорошо. Увеличим обаяние.

И в ту же минуту меня словно кипятком по хребту ошпарили. Этот поганец заподозрил неладное! И сначала проверил меня на магическое воздействие, а потом еще и наличие «родственной» крови! Ну не гаденыш ли?! Я напряженно вслушалась в его чувства и облегченно вздохнула. Не засек. Хотя, может, он притворяется? Так, в гости напрашивается. И что будем делать, шпионка самопальная?

Мужчина стоял напротив и пристально всматривался в мои глаза. Ну что, Света, решайся? А, ладно! Была не была! Вдруг он все-таки не догадался, кто я, и просто пытается устроить себе вечерок досуга?

Охотник расплылся в довольной улыбке и последовал за мной. Ну-ну, погоди ж у меня, зараза подозрительная! И нечего нас тупыми похотливыми тварями обзывать! Направляясь к домику, я больше всего боялась, что на кухне не окажется еды и мой обман раскроется. Что касается идущего рядом охотника, то его мысли и желания пропечатались на лице крупным шрифтом. Однако пока его «добыча» сопротивляться не спешила, он переходить к силовым методам тоже не торопился. И по дороге не приставал, что говорит в его пользу.

Конечно, приглашать его в уединенный домик в лесу было несколько экстремально. Прожив двадцать один год почти простым человеком, я еще не научилась полностью полагаться на силу дракона. Но, естественно, если он попытается перейти к более решительным действиям, я трансформируюсь. Вряд ли он сможет завалить здоровенную зубастую гадину в ближнем бою. Хотя кто его знает? Самонадеянность может оказать мне плохую услугу.

Несмотря на то что никакой магии я в нем не чувствовала, нужно быть настороже. Не зря же эрги признали его одним из лучших охотников на драконов. Мало ли во что он превратится, если я обернусь? Хотя внутреннего зверя я в нем тоже не ощущала. Даже интересно, как такой простой человек способен убить могущественное и опасное существо. Но не стоит зазнаваться. Я же не знаю, какие у него козыри в рукаве. Только по этой причине я и решилась на свою маленькую аферу. Врага нужно знать получше.

Живущий где-то под ложечкой въедливый червячок сомнения твердил, что он меня уже вычислил и только ждет момента, чтобы прирезать в тишине. Все-таки непрост этот парень. Ой как непрост! Однако враждебности к своей персоне я не чувствовала. Это хорошо.

Расслабившись, я учуяла толику драконьей крови у него в венах. Малое количество, буквально капли, но очень разной. Словно на протяжении всей жизни его лечили десятки драконов.

Мои предположения подтвердились, когда Райдер под действием самопальной «сыворотки правды» рассказал о способе убийства драконов с помощью их крови. От такого метода у меня мурашки по спине побежали. Это какой же надо быть бездушной, хладнокровной сволочью, чтобы убить того, кто искренне считает тебя другом и не ждет предательства?! Ведь не так-то просто втесаться дракону в доверие. И уж конечно мы не разбрасываемся своей кровью направо и налево. Мы делимся ею только с теми, кто нам поистине дорог, кому безгранично доверяем. Ведь кровь — это частичка нас, нашей души. Мы отнюдь не доверчивые и наивные, как щенки! Надо очень долго с нами общаться, дружить, проявлять бескорыстие… Молчу уже о том, чтобы тщательно скрывать свои чувства, ведь мы безошибочно угадываем плохое отношение.

Да уж! Гад ты, парень, гад! И хозяева твои хитрые гады. Когда я узнала, в какую передрягу мы влипли, на душе стало еще хуже. Вот попали так попали! А ведь только из одной переделки выкрутились! Что ж нам так везет?! По идее это я, Квипрокво, должна всем несчастье приносить, а пока только сама огребаю на свою пятую точку. Как в песенке: «Говорят, не повезет, если черный кот дорогу перейдет, а пока наоборот — только черному коту и не везет!»

Выведав всю возможную информацию, я не знала, что делать. С одной стороны, отравить человека — страшное зло и большой барьер для меня, с другой — отпустить охотника на драконов я тоже не могу. Он пришел по мою голову и не отступится, пока не убьет. Или он меня, или я его. Но как же трудно решиться на хладнокровное убийство! Одно дело распорядиться чьей-то жизнью в бою, защищая себя и находясь под действием хищной природы дракона, и совсем иное — повторить то же самое в мирной жизни, будучи в трезвом уме и твердой памяти!

Взгляд остановился на ампуле с ядом. Впрочем, чем мой поступок не самозащита? Райдер же столько зла наделал моим собратьям! Стольких уничтожил. Он же знал, на что идет, когда становился охотником на драконов, понимал риск. Это естественный отбор. Законы жизни. Дрожащая от нервного напряжения рука потянулась к сосуду, но в последний момент остановилась. Ненавижу моменты, когда нельзя проявлять слабость!!!

И зачем ты явился сюда, Райдер Цециди?! Зачем выбрал такую профессию?! На твоих руках кровь моих собратьев, но я не хочу, чтобы ты снился мне в кошмарах! Не хочу помнить тебя до конца своих дней и корить себя за подлость! Ёптр! Ну почему во мне преобладают гены благородного Света, а не Тьмы?! Насколько было бы проще, будь ее во мне хотя бы половина!

Ладно, поступим иначе. Понимаю, что делаю большую глупость, но не могу по-другому! Ну что ж, начнем свой благородный идиотизм. Пусть будет охотнику Высший суд. Выживет — сойдемся в бою, нет — его проблемы.

Откупорив склянку с сильнейшим снотворным, которое мы с Артуром Семину разработали совсем недавно (действует даже на оборотней), я закрыла глаза и от души тряхнула пузырьком над чаем. Если парень умрет от передоза, я не виновата, я не видела, сколько лила. Будем считать, что моргнула…

Когда к моим ногам упал бесчувственный охотник, я уже восприняла это спокойно. Говоришь, драконы тупые и мстительные создания? Ну что ж, поздравляю, ты встретил того, кто тебя провел. Оставлять мужчину в домике не хотелось. Во-первых, он еще дышал. Вдруг оклемается и выживет? А во-вторых, никакой хищник не оставит в своем логове гниющий труп, если, конечно, не планирует его в будущем съесть.

Я не поклонник мяса с душком, поэтому, подняв с пола бессознательное тело, закинула его на плечи и потащила в лес. Что б я делала без драконьей силы? Именно с ее помощью я сумела когда-то в колодце поднять меч и отрубить голову оборотню. А без нее я бы там, извините за грубую откровенность, обделалась бы.

К счастью, теперь, когда мои способности всегда со мной, я спокойно тащила на горбу взрослого мужчину, и единственным неудобством было его более крупное телосложение. Из-за этого я чувствовала себя запыхавшимся гепардом, волокущим добычу и клянущим весь белый свет: себя — за то, что пожадничал и сцапал слишком крупную дичь; нахлебников — за то, что они отбирают улов и приходится его спасать, а саму дичь — за то, что она такая толстая.

Впереди маячили заросли малины. Надо оттащить тело как можно дальше от дома. Если спящего охотника съедят звери — значит, судьба. Насколько помню, за малинником пролегает глубокий овраг. Хм, в который раз убеждаюсь, что я очень «добрая» девочка. Впрочем, я дракон, а они, по словам Райдера, иными быть и не должны. Как он там говорил? «Вредные, агрессивные, влюбчивые хищники, универсальные машины для убийств?» Я же вот не убила. Выходит, с браком «машинка»? Не знаю, с кем до этого работал Райдер, но не все драконы мстительные гады.

Многие из нас — удивительные обаяшки, веселые по натуре, благодушные создания, к которым тянутся люди. Правда, потом эти самые человеки почему-то хотят нас убить. И чаще всего это чьи-то отцы и братья. Странно, почему нас так не любит мужской пол?

В моей голове раздался шепот. Кажется, со мной хочет связаться Вик и пытается не сделать это неожиданно. Вдруг от внезапно раздавшегося в голове голоса я дернусь и что-нибудь испорчу? Какой у меня умный брат!

«Чего тебе?» — пропыхтела я.

«Привет. Чем занимаешься?» — бодро спросил Вик, на этот раз уже нормальным тоном.

«Будущий труп до оврага тащу, — честно призналась я. — Не желаешь помочь своей хрупкой и беззащитной сестренке?»

«Это ты-то хрупкая и беззащитная? — прыснул Вик. — Скажи это той несчастной жертве, которую ты собираешься отпустить в свободный полет!»

Я даже обиделась. Нет, ну какая наглость! Я все-таки слабое и нежное существо, а не терминатор какой-то! Как назло впереди нарисовался ствол поваленного дерева. Вот незадача! Пришлось временно сосредоточиться на собственной силе и перемахнуть через преграду.

«Так чего ты хотел?» — все еще обиженно буркнула я, поправляя на плече тело охотника. Так и норовит сползти, гад! Даже в бессознательном состоянии вредничает! Нет чтобы помочь бедной и беззащитной мне!

Хотя если смотреть правде в глаза, не такая уж я и беззащитная. Если меня обижают, стараюсь дать сдачи, а потом еще и мщу с лихвой. Ведь если хоть раз необоснованно прощу — совсем на голову сядут, а я не настолько сильная, чтобы это допустить. Спасибо Макиавелли за совет!

Вот и барону Каракурту вместе с его подданными отомстила. Не могла спустить с рук такое предательство, да и смерть отчима мы давно обещали Ладушке. Однако народ Геи все равно поразился, когда на вотчинах барона за ночь взбесились все помидоры и сожрали обитателей замка да деревни. Помню, тогда я здорово испугалась, боялась повторения «всеядного» картофеля. Все-таки не ожидала, что мои «предсмертные» мысли могли обладать такой силой. Но пронесло. Хищные томаты куда-то делись, и пока все тихо. Это счастье.

Ладиина к наследству отнеслась философски, мило уступив безлюдный замок и земли мне. Точнее, это мы так решили. На самом деле от нашей красавицы ни слуху ни духу. Это уже маман перед моим вылетом из замка сообщила, что дочка Нох-рам-Лукуша спешно потащила Либ-им-и-до под венец. Ну иного мы и не предполагали. Если Лада не объявилась, значит, пока все хорошо. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!

Пока я предавалась воспоминаниям и размышлениям, Вик предусмотрительно молчал.

«Так чего ты хотел?» — повторила я свой вопрос.

«Лада объявилась», — сообщил кузен.

Внутри у меня что-то ухнуло. Ну вот! Накаркала!

«За наследством?» — с надеждой уточнила я. Авось еще обойдется.

«Не совсем, — поправился Вик. — Это мне пришлось связаться с Ладииной, дабы решить некоторые возникшие юридические моменты».

«А подождать не мог?! — разозлилась я. — Зачем тебе надо было ее трогать?!»

«Надо было! — огрызнулся брат. — Но об этом потом. Ты не переживай так! Не знаю, можно ли уверенно говорить, что наша красавица за такой короткий промежуток времени несколько успокоилась и изменилась, но ей сейчас глубоко не до нас. Мама полагает, этим мы обязаны мерзкому характеру ее супруга, который занялся ее перевоспитанием. Что он с ней делает — неизвестно, но прогресс налицо. Она, кстати, отказалась от имущества Каракурта в нашу пользу. И еще, тут согласно Ладушкиному брачному контракту…»

«Какому именно? — хмыкнула я. — У Ладушки этих контрактов, как фантиков у ребенка».

«Который Нох-рам-Лукуш составлял, — раздраженно отозвался Вик. Не любит, когда его перебивают. Да еще по делу. — Так вот, согласно вампирским правам, если Лада, будучи твоей супругой, выйдет замуж за равного тебе по рангу лорда, то все ее мужья от предыдущих браков переходят тебе, как „пострадавшей стороне“, в качестве моральной компенсации».

«Только этой напасти мне сейчас для полного счастья не хватало!»

Да что ж мне так везет?! Вот как чувствовала, что тот пунктик мне еще аукнется! Ну почему ни разу не пронесет?! Почему все получается не как у людей?! Хоть бы раз подфартило!

«Свет… — подозрительно мягко произнес Вик. Ой, чую, не к добру это! — Это еще полбеды. Тут эти вылезшие из пирамиды вампирчики так обрадовались такому повороту событий, что немедленно поспешили в твой замок. Собственно, я всю зубастую банду в данный момент и принимаю».

«Передай им, что я их отпускаю на вольные хлеба и разрешаю строить свою жизнь так, как они того хотят».

«Э-э-э нет! — протянул Вик. — Все не так просто! Они не хотят с тобой расставаться. Говорят, где еще они найдут такой выгодный брак, да еще под защитой самого Дракона? Между прочим, супружество с тобой, сестренка, оказывается, удачный и престижный пункт в собственном резюме!»

«Тьфу! Да что ж это такое?! Не Лада, так ее гарем!»

«Да не расстраивайся ты так! Очень толковые кровососы».

«Этого-то я и боюсь!» — вздрогнула я.

Впрочем, те вампирчики в момент знакомства не казались таким уж большим злом. Может, и не доставят хлопот.

«Они предложили построить на наших землях сеть казино „Пирамида“ и щедро делиться прибылью с нами, — продолжил тем временем Вик. — И мне их идея очень нравится. Я с радостью возьму предприимчивых родственников в оборот. Ты только соглашайся».

«А Мортифор?» — спросила я.

«А что Мортифор?» — не понял Вик.

«Он теперь мой супруг, и такие вопросы мы должны решать вместе».

«Ты уверена, что хочешь с ним посоветоваться?»

«Вить, мы теперь одна семья, и я не хочу обижать его, решая что-нибудь за его спиной».

«Свет, — тихо сказал Вик, — тут такое дело. По банальной случайности мой папа прибыл на несколько часов раньше, а сосед по даче, увидев его машину в столь непрезентабельном состоянии, позвонил ему и все рассказал».

«И как это связано с нашим Мортифором?» — Почему-то мое сердце екнуло. Вроде как супруг на переговоры с моим отцом собирался.

«Ну тогда от жестокой расправы меня спасли наша „битва“ с Ведущими магами мира и шумиха, вызванная твоей свадьбой, — вздохнул Вик. — А теперь родители решили сбросить напряжение, зарядив для этих целей ружья и выбрав мишень покрупнее и полохматей. В общем, Мортифору теперь не до разговоров со мной, если ты понимаешь».

О! Это я великолепно поняла! А вот теперь я очень волнуюсь за Мортифора. Пусть мы мало с ним общались тет-а-тет, и большую часть времени он провел рядом со мной под личиной Кейси, я почему-то воспринимала оборотня как нечто близкое и достойное доверия. И эта непонятная симпатия к нему возникла уже давно, оказавшись настолько сильной, что даже наша ненормальная свадьба не смогла испортить хорошего отношения. И разрывать узы Гименея я не то что не спешу, но и не хочу! Может, Морти начать подрабатывать дрессировщиком особо опасных существ? Хотя нет. Тут другая причина. Думаю, пора себе признаться, что я начинаю влюбляться в лохматого гада, если уже не влюбилась. Чем-то паразит меня зацепил, и это зарождающееся чувство совсем не похоже на прежние влюбленности. Оно гораздо глубже и взрослее.

И самое обидное то, что я вынуждена сейчас разбираться с каким-то охотником, а не стать буферной зоной между Мортифором и папой с дядей. Даже слово в защиту мужа сказать не могу! Обидно!

«Свет, — отвлек меня от мрачных раздумий Вик. — Наш гарем решил основать на твоих землях сеть центров отдыха и реабилитации несчастных вампирских мужей, мотивируя это тем, что зубастые жены за ними на территорию Драконов не полезут. Как тебе идея?»

«Р-р-р! Не вотчина, а политубежище какое-то!»

«Какая, однако, экономическая жилка! — восхитился Вик, чье настроение зашкаливало за отметку „превосходно“. И даже то, что дядю Олега не удалось обмануть с бумером, не омрачало его радужных мыслей. Хотя что ему хмуриться? Это ведь Мортифор отдувается теперь за всех, попав под горячую руку. — Нет, ну какие молодцы!» — продолжал тем временем восторгаться кузен, найдя собратьев по духу.

«Вот согласуешь все с Мортифором, тогда вперед, — буркнула я. — Все детали на тебе».

«То есть ты передаешь дело мне?» — радостно отозвался Вик.

«Если с Морти договоришься», — поспешила предупредить я. С кузеном надо держать ухо востро. Забудешь что указать — огребешь по полной.

«Ладно, — вздохнул Вик. — Я с ним разберусь. Удачного тебе времяпрепровождения с твоим трупом».

«Угу, и тебе того же и по тому же месту», — парировала я нашим излюбленным устойчивым выражением и отключилась от ментальной связи.

Доковыляв до оврага, я стряхнула с плеч тело и столкнула его вниз. Вот и еще один представитель сильного пола возненавидит драконов, если, конечно, выживет. Склон оврага был крутым и каменистым. Если Райдер в процессе полета свернет себе шею, то мое чувство вины от этого не возрастет. Хотя сейчас начинаю думать, что гуманнее было его еще в хижине прирезать, чем вот так мучить, косвенно убивая. И для сердца спокойнее было бы. А то гадай теперь, тревожься: выжил он или нет? Но спускаться и проверять тоже не рискнула. Еще самой не хватало оступиться и шею сломать.

Решено, в следующий раз буду действовать бескомпромиссно и жестче. Плевать на чувство вины. Лучше сразу их убивать, чем вот так глупо рассусоливать! Раз — и как отрезал! Прочь гуманизм! Долой сомнения! Себе дороже получается. М-да, дожила. Там человек, возможно, умирает, а я прикидываю, как в будущем убивать буду. Куда я, блин, деградирую?!

Хотя на фиг такие мысли. У меня есть проблемы важнее. Ситуация с какими-то мифическими эргами откровенно не нравилась. Это же надо: существа, способные поглощать энергию! Только таких гостей нам еще не хватало. С другой стороны, кушать местного жителя, а особенно дракона, то же самое, что пытаться полакомиться моей плотоядной картошечкой. Вроде и вкусно, и безобидно, а с зубами, сволочь. В процессе обеда так тебя покусает, что мало не покажется.

Кстати, как сообщил мне недавно Артур Семину, мой корнеплод очень удачно прижился на болотах Драко, заняв там место основного хищника в пищевой цепи. К счастью, его как-то умудрились есть киморы. В результате чего пищевая цепь замкнулась, и мое творение удачно вписалось в схему равновесия.

«Все, хозяйка, — прервал мои размышления желудок, — как сказал кто-то из великих: война войной, а обед строго по расписанию! И хватит лирических отступлений! Нам жрать пора!»

И правда! Полет с последующим за ним допросом охотника очень здорово раззадорил аппетит. А Драконы должны питаться регулярно, иначе у них возрастет агрессия. В злобном состоянии ничего путного в голову не приходит, а в бою нужно в первую очередь думать.

Я вздохнула и направилась в приграничную с эльфами деревню Коноплянка. Там нормальная корчма. Местные жители встречали меня уже не столь враждебно, как в предыдущие визиты.

Лерри ванн Дерт открыто мне благоволил, и крестьяне не решались портить отношения с главным работодателем. Да и я по сравнению с другими драконами — меньшее зло.

Корчмарь хмуро глянул на меня из-под отросшей челки и протер столешницу.

— Чего изволите? — вежливо спросил он, понимая, что грубить мне нет смысла. Во-первых, как уже говорилось, я по сравнению с братьями просто лапушка безобидная. Во-вторых, я всегда хорошо плачу. Ну а в-третьих, драконы крайне обидчивые, злопамятные создания, и это еще один повод быть воспитанным при общении с нами.

— Как обычно, — вздохнула я. — Мясо и еще раз мясо.

— И под мясным соусом, — понимающе хмыкнул корчмарь.

Я кивнула и расслабилась, пытаясь поудобнее угнездиться на высоком табурете перед барной стойкой.

— Вот она! — внезапно раздался окрик, и что-то тяжелое опустилось на мою голову.

Мир покачнулся и потемнел…

2

Один ум хорошо, а два не положено по штатному расписанию.

Анатолий Рас

Приходила я в себя медленно. Дико болела голова, и слегка поташнивало. Блин, сколько раз я уже попадаю в неприятности в этом недружелюбном мире! Пора бы хоть чему-то научиться! Так нет! Мы так и не уяснили необходимости беречь тылы! Позорище! А еще княжна! Дракон! Стыдобища одна!

Нос уловил запах пыли, картофеля и чего-то еще. Кажется, я в мешке, а судя по тому, что ноги и руки стреножены и все тело свернуто в компактный комок, я однозначно в старом пыльном мешке из-под картофеля. Атас!

У меня тут на княжество готовится нападение, за мной послали профессионального наемного убийцу, а я, вместо того чтобы предупредить братьев и спасать вотчины, еду бесплатным грузом неизвестно куда! Р-р-р! И голова-то как болит!

«И жрать хочется!» — мрачно напомнил желудок.

«И в таком настроении мы ну крайне необщительны и недружелюбны!» — прошипела темная сторона моего сознания. Как я уже успела догадаться, она отвечала за дракона.

Бешенство красной пеленой застило глаза. Что ж мне так часто по голове попадает?! Убью!

Лошадь, на которой меня везли, испуганно всхрапнула и споткнулась. Кажется, она почувствовала во мне хищника. Всадник раздраженно осадил животное и разозленно пнул меня ногой.

Носок сапога больно врезал по ребрам. Ах ты, гад! Я плюнула на вежливость и гигиену и, извернувшись, цапнула обидчика через мешок за эту самую ногу. Попала как раз куда метила: в мякоть чуть выше колена. Судя по вырвавшемуся стону и соленому привкусу во рту, мои зубы уже успели трансформироваться. Отлично!

Недоброжелатель выругался и завозился. Вдруг я почувствовала, как взлетаю в воздух, меня в мешке прокрутили несколько раз над головой и швырнули на землю. Больно-то как! Слава Высшим силам, обошлось без травм.

Была бы человеком или полудраконом, окочурилась бы или, в лучшем случае, сломала бы себе хребет. Но полноценные драконы на удивление живучи, и я радовать врагов своей смертью не собираюсь. Голова кружилась и болела, тело превратилось в сплошной синяк, перед глазами плыли цветные круги, но внутри уже включился режим частичной трансформации. Ох, сейчас кому-то не поздоровится!

Сдерживающие меня веревки треснули, но не порвались. Мешок, впрочем, тоже. Что за фигня? Из чего это сделано? И тут меня осенило, что обидчики, возможно, знают, как обращаться со злобными драконами. Вот влипла! Видно, это мне расплата за Райдера. Что же делать?

Вдруг до сознания дошло, что где-то в радиусе ста метров матерится подозрительно знакомый голос.

— Идиоты! — орал он. — Психи! Вам что сказали? Найти и вежливо пригласить княжну на обед! В правила вежливости входит подбираться сзади, оглушать по голове и тащить в пыльном старом мешке из-под картошки в замок?!

Хм, действительно мешок. Угадала! Молодец я!

— Нет! — продолжал бесноваться все тот же голос под монотонные сбивчивые оправдания. — На этом вы не остановились! Вы привязали мешок к седлу и припустили галопом, не заботясь, как и обо что бьется ваша ноша!

Так вот отчего у меня голова болит! Р-р-р! Покусаю!

— А потом еще так спустили на землю! Это, по-вашему, надлежащее обращение со своей королевой?!

— Королевой?! — испуганно выдохнули мужские голоса. — Разве брак равноправный?

— Да, мои идиоты! Да! — взревел все тот же баритон. — Где вы были, когда это во всеуслышание на Гее объявили?!

— Ой!

— Ой?! Всего лишь «ой»?! Я вам покажу «ой»! Дрянь беспросветная! С Мортифором будете сами разбираться и мешок сейчас сами откроете! Я не хочу оказаться поблизости, когда это случится!

— Все так плохо?

— А ты поди открой! — язвительно посоветовал голос.

Кому же он принадлежит? Каутинусу? Да, точно! Это же Каутинус!

— Каутинус! — с надеждой заорала я. Голова отозвалась болью. Только бы не сотрясение.

Поодаль чертыхнулись и, похоже, отвесили пару оплеух. Затем раздались тяжелые шаги, чьи-то решительные руки приподняли и развязали мешок. В глаза ударил яркий солнечный свет.

— Это не я, — мрачно буркнул седовласый оборотень. — Это те идиоты!

И указал на испуганно жмущихся друг к другу парней. В исполнении здоровенных качков это смотрелось особенно умильно.

— Простите нас, госпожа, — дрожащим хором проблеяли они. — Мы не знали, что вы наша королева.

— Идиоты, — согласилась я с Каутинусом.

— Как накажете, моя госпожа? — вежливо поклонился седовласый советник, срезая с меня веревки.

Я задумалась. После всего случившегося отыгрываться на обидчиках не было ни физических, ни моральных сил. Хотелось свернуться клубочком — и чтобы никто не трогал. А потом спать, спать, спать.

— Пусть Мортифор сам их наказывает, — переложила я проблему с больной головы на здоровую.

— Миледи, пощадите! — бухнулись мне в ноги оборотни, явно осознав, что Морти за такое обращение по головке не погладит. — Лучше сами убейте! Будьте милосердны.

— Хорошо, — кивнула я. — Пусть Каутинус проследит, чтобы вас не убивали.

Оборотни вздрогнули и мрачно поднялись с колен. На озадаченных лицах отчетливо читалось, что в ближайшем будущем ничего хорошего они для себя не ждут. Каутинус осторожно дотронулся до моего лба и прощупал голову, а затем и тело на наличие переломов. Не обнаружив существенных повреждений, он облегченно вздохнул и протянул мне две фляги.

— Выпейте, станет легче.

— Что это?

— Одно зелье тонизирующее и обезболивающее, а второе — исцеляющее.

Я принюхалась к напиткам и выпила. От обоих эликсиров несло исцеляющей магией. Это я поняла по нежному, еле слышному запаху трав и камфары. К счастью, зелья, в отличие от самой магии, на дракона действуют, особенно если последний принимает их добровольно. Правда, после обезболивающего варева возникли довольно странные ощущения. Все тело слегка одеревенело, даже кончики пальцев онемели. Зато исчезла головная боль.

Общеисцеляющее зелье разлилось внутри приятным теплом, которое постепенно все возрастало и возрастало. В какой-то момент жар стал просто нестерпимым, все мое тело покрылось испариной, и я уже боялась, что вот-вот мой белок свернется, и организм не выдержит. Может, мне вовсе не лекарство, а яд дали? Чтобы тут же под кустиком замести следы? Но внутренний огонь вдруг резко погас, словно исполнил свою миссию и исчез.

Подул ветерок — и телу стало прохладно и хорошо. Я взглянула на свои руки. Следы от веревок исчезли, даже синяк, не помню какой давности, рассосался. Вот, значит, зачем мне исцеляющее зелье дали. Чтобы вернуть презентабельный вид. Вряд ли Мортифор ожидает к обеду побитую и покалеченную даму.

Вместе с хорошим самочувствием вернулся и мой оптимизм, а вместе с оптимизмом и аппетит. Каутинус подвел ко мне оседланного жеребца и лично подсадил в седло. Оборотни мрачно разошлись по своим коням. Надо признать, лошади у оборотней им под стать: огромные, мощные, с толстыми крепкими ногами, что неудивительно, если учесть, какой вес приходится этим богатырям носить на своей спине. Эту породу вывели вервольфы специально для себя и, кажется, называют драгами.

— А где остальная часть отряда? — вдруг настороженно спросил Каутинус. Хм, а став моим союзником, он оказался очень даже толковым подданным.

— Поехала за другими драконами, — поежились оборотни. — Мортифор еще ее братьев пригласил.

Я внутренне похолодела. Еще не хватало, чтобы Норри с Витькой были избиты и доставлены на ужин в мешке. Не думаю, что это поможет Мортифору наладить отношения с шуринами. Однако приглашение короля вервольфов на обед в замок радовало. Оно означало, что Морти благополучно пережил отцовское сафари. Наверное, он действительно верткий. Я почти на сто процентов уверена, что вначале папочка хорошенько отвел душу на Мортифоре, а потом уж соизволил говорить. После разборок с мамой отцу всегда хочется стрелять.

Интересно, как муженьку удалось договориться с близкими? Что он пообещал дяде и папочке? И как умаслил мамочку? Н-да, страшная у нас семейка! Куда ни глянь — одни хищники да великие мира сего. Если с нами такие союзники, то кто против нас?

Наша процессия медленно отправилась в путь. Я искренне надеялась, что хотя бы для Норри, как для наследника дружественной державы, сделают скидку и не будут бить. А вот за Витьку я откровенно боялась. Если эти дубы не слышали про новоиспеченное родство, то к бастарду дома Драконов вряд ли будут снисходительны. Вик с рождения воин, а не жертва, и это тревожило еще больше. В случае сопротивления двухметровые костоломы изобьют его до потери сознания. Я попыталась дотянуться до кузена по ментальной связи, но мне никто не ответил. По спине вновь пробежал неприятный холодок. Каутинус словно угадал ход моих мыслей и послал двух воинов к отделившимся отрядам предотвратить намечающийся инцидент. Только бы они не опоздали!

Мои скорбные размышления прервал показавшийся впереди отряд всадников.

— Занять оборонительную позицию, — скомандовал Каутинус. — За королеву отвечаете головой.

— Это свои, — буркнул кто-то из оборотней.

Я с ужасом присмотрелась к приближающимся воинам. У луки седла их предводителя болтался мешок. Сердце испуганно екнуло. Вожак отряда вскинул руку в приветственном жесте, и Каутинус ответил, повторив движение. Прибывшие поравнялись с нами и хмуро взглянули на меня.

— Почему эта дрянь не связана и на коне? — рыкнул предводитель побочного отряда, презрительно кивнув на меня.

Мои спутники побледнели и шумно сглотнули.

— Потому что «эта дрянь» ваша королева, — спокойно ответил Каутинус, выезжая чуть вперед и словно невзначай прикрывая меня своим корпусом. — Где вы были, когда объявляли о браке вашего господина? Или у вас уши землей забиты?

— Откуда мне знать, что ты не врешь? — прошипел вторичный вожак. — Вдруг ты заодно с этой тварью?

— Осторожнее в выражениях! — осадил собеседника Каутинус. — Во-первых, ты ставишь под сомнение слова королевского советника. А во-вторых, эта тварь, как ты выразился, имеет право казнить вас и миловать наравне с его величеством. А будешь продолжать грубить — прочувствуешь это на собственной шкуре!

— Я не понял, откуда мне знать, что ты не лжешь? — упрямо повторил воин.

— О силы! — рыкнул Каутинус. — Тепер-р-рь понимаю, почему Тилацинов не бер-р-рут в ар-р-рмию!

— Не смей оскорблять мой род! — взревел представитель этих самых Тилацинов.

— А ты вылезай хоть иногда из-под земли и слушай новости! Кого ты привез?

— Вот, — рыкнул солдат и скинул на землю мешок.

Внутри кто-то шевельнулся и слабо застонал. По голосу я узнала Норри! Меня как ветром сдуло с коня. Развязав мешок и увидев помятого братца, я стала торопливо его ощупывать на наличие переломов.

— Идиоты!.. — застонал Каутинус. — Вы что, не смогли сообразить, что так обращаться с наследником престола недопустимо?!

— Он же дракон! — невозмутимо произнес главарь.

— Он еще и племянник правителя дружественного нам эльфийского государства и по совместительству его наследник! Вы подумали, что на все это лорд Лерри ванн Дерт скажет?! А что будет с союзом, когда Норри станет королем?

Солдаты нахмурились. По виду было ясно, что они пытаются думать, но это им удается с трудом. Да, дураки есть в любом виде и расе. Печально.

Первым, как и следовало ожидать, сориентировался Каутинус. Подскочив к эльфенку, он протянул ему тонизирующий и восстанавливающий эликсиры.

— Извините, пожалуйста, — прошептал он. — Я на этих идиотов рапорт подам.

— Угу, — хмуро вздохнул Норри. — Я вообще не понял, зачем меня надо было бить по голове и совать в мешок, если я и так был согласен ехать?!

— Как зачем? — возмутился кто-то из эскорта Норри. — А правила?

— Чего? — опешили мы.

— По правилам пленников правителя требуется везти в мешке и оглушенными, — порадовал нас чудесами своих умозаключений незадачливый оборотень.

Каутинусу, видно, уже надоело повторять «идиоты», поэтому он просто вздохнул и закатил глаза. Да, похоже, кого-то ждут штрафы. А возможно, и увольнение. Уж Мортифор хорошенько накажет за причинение вреда племяннику лучшего друга. А вот за Вика он вряд ли будет так стараться. И тут меня прошиб пот. Вик!

Впереди появился еще один отряд всадников. Стоящие рядом оборотни приветственно подняли руки. Ой-ой! А вот и кузена везут. Надеюсь, они его не покалечили. Иначе я сама с них шкуру спущу!

Через пару минут прибывшие поравнялись с нами. Каутинус, предчувствуя беду, закатил глаза и приготовился к выдаче очередного разноса. Я наспех окинула взглядом воинов, но мешка при них не заметила. Зато предводитель светил огромным фонарем под глазом. Прочие члены отряда тоже выглядели слегка поцарапанными и помятыми. Кто-то их хорошенько отходил.

Увидев Каутинуса, главарь нового отряда понурился и, опустив голову, пролепетал:

— Прости нас, господин, мы не справились с заданием его величества. Дракон слишком воинственным оказался и не захотел захватываться в плен.

— Да, — поддакнул второй оборотень. Видно, заместитель вожака. — Мы не знали, что он так умеет. И силища у него уже драконья прорезалась. А потом он еще каких-то юных вампиров свистнул, и они все вместе так нас отметелили, мы еле ноги унесли. — И оборотень рефлекторно потер бок.

— Дебилы! — вздохнул Каутинус. — От вас требовалось всего лишь вежливо пригласить его на обед и с почетом проводить до замка! А вы к нему с дракой полезли!

— Тогда еще раз прости нас, господин, — хором отозвались те.

Каутинус печально махнул рукой и подсадил меня на драга. Конь озадаченно взглянул на свою спину, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Если лошади не чувствуют всадника весом до семидесяти килограммов, то у драгов этот порог, наверное, значительно выше, и оттого конь пребывал в легком затруднении, не понимая, что за копошение у него на спине. Я подобрала поводья, чтобы животное почувствовало хозяйскую руку.

— Вы свяжетесь с Виктором Венатором? — с надеждой обернулся Каутинус ко мне. — Мой лорд очень хотел видеть вас в своем замке на обеде.

Ага, значит, Морти жаждет наладить семейные связи. К чему бы это? Что он задумал? Ладно, если Мортифор хотел нас всех видеть, то не будем его разочаровывать. Я закрыла глаза и попыталась настроиться на Витькину волну. Теперь, когда он и Норри вступили в последнюю стадию взросления, в нашей связи случаются перебои. Как ни странно, на этот раз Вик нашелся почти сразу.

«Чего тебе?» — хмуро отозвался он.

«Чего рычишь на родную сестру?» — возмутилась я.

«Да тут какие-то амбалы настроение попортили. А утро так хорошо начиналось, мы с вампирчиками бизнес-план разработали».

«Не переживай. Тут нас Мортифор к себе на обед приглашает».

«А-а-а! — протянул Вик. — Значит, выпутался, зараза! Я же говорил, что он верткий! А ты мне не верила!»

«Вот и поздравь его лично».

«И как я к нему заявлюсь? Прилечу?»

«Попроси Артура, он тебе с порталом поможет. Морти с нами переговорить хочет».

«Полагаю, моральный ущерб за подпорченную шкуру взыскать».

«Вить, крутись как хочешь, но я тебя жду. И еще, к нам пришла крутая гадость. Передай Артуру, что нам как можно скорее нужно связаться с мамой и папой».

«Хорошо», — ответил Вик и отключился.

Заметив, что я открыла глаза, оборотень внимательно посмотрел на меня.

— Он будет, — успокоила я Каутинуса. И тут я сообразила, что существует способ установить связь с родителями, не прибегая к помощи Артура. — Скажите, пожалуйста, а здесь есть где-нибудь поблизости храм одного из Ведущих магов мира? Желательно, Квипрокво или Хапуги.

— По пути к замку есть храм Айрессена Задира, — произнес Каутинус. — Квипрокво у нас в противоположной от замка стороне, ближе к границе с Драко. Часовня Хапуги очень далеко.

— А Тихони?

— Его храм у нас в долине Мастеров, но это тоже значительный крюк по дороге.

Ладно, раз Задир, пусть будет Задир. Тем более что соседу с нижнего этажа гораздо проще связаться с нашими, чем моей тете Марине звонить из Минска в Москву. Может, оно и к лучшему.

— Едем к часовне Айрессена.

Каутинус молча кивнул и пришпорил коня. Я пустила своего скакуна в галоп следом за ним. Эх, жаль, Злыдень в замке остался! Мы бы с ним размялись. Впрочем, когда еще выдастся возможность прокатиться на драге? По обе стороны от меня пристроилось по паре оборотней. Бывшие мои обидчики — нынешние телохранители. Интересные повороты судьбы.

— Что ты задумала? — поравнялся со мной Норри. После зелий он выглядел значительно лучше. По крайней мере, все видимые синяки и царапины сошли на нет. Полагаю, чувствует он себя тоже лучше, раз уже начал задавать вопросы.

— Нам надо с родными посоветоваться. — И я рассказала Норри все, что узнала от охотника.

— М-да, — вздохнул эльфенок. — Я о таком не знаю. Надо с дядей поговорить.

— Давай, — согласилась я. — Чем больше источников информации, тем лучше.

Остаток пути мы провели наедине со своими мрачными мыслями. Эрги — это тебе не все предыдущие проблемы, тут одним везением не обойдешься. По идее родители должны о них знать. А если нет, то, похоже, придется возвращаться и откапывать труп того охотника. С другой стороны, все что можно я у него уже выведала. Все-таки при допросе полезно и к сознанию подключаться. Увы, но борьба с эргами в более высоких инстанциях не входит в компетенцию Райдера, а вот маман должна знать, как сражаться с данной бюрократией. Только бы получилось с ней связаться.

Храм Задиры представлял собой ничем не примечательную деревянную часовенку. Маленькая, беленькая, компактная. В небо тянется покрашенный золотистой краской шпиль. В общем, эта хлипенькая конструкция никак не тянула на прибежище мага войны. Хотя, как успел поведать мне Каутинус, у людей эти храмы более основательные и частенько являются по совместительству крепостями. Нелюди же подобными мелочами не заморачиваются.

Эскорт решил подождать меня снаружи. Я вошла внутрь. На стенах красовались фрески баталий и битв. Отрубленные головы, ноги, руки, всевозможные иллюстрации мечей, копий и прочего оружия существенно отличались от убранства традиционных храмов. Неудивительно, что дядя Вася запил! С таким антуражиком и свихнуться можно! Хотя есть в пьянстве соседа и какой-то сакральный смысл. Вот что еще делать магу войны во времена мира? Или посмотрим с другой стороны. Может, пока дядя Вася тихонько себе напивается, на Гее царит мир, а когда он трезвый — война?

«Ага, особенно когда опохмелу нет!» — фыркнуло левое полушарие.

«Да ладно тебе, язва!» — возмутилось правое.

Я подошла к алтарю и уставилась на черные свечи. Ну и что прикажете делать? Возвращаться и советоваться с Каутинусом как-то неловко, я ж вроде как приближенная к великим мира сего, должна знать. Здравая часть моего мозга твердила, что именно тогда, когда ты делаешь все сам, не глядя в инструкцию, и случаются мелкие катастрофы. В моем случае они, к сожалению, крупные. Ну ничего. Начнем с аналогии. Моя подруга обычно зажигает свечу и молится. Можно, конечно, обойтись и без свечи. На результат, по-моему, это действие не влияет, но у нас же здесь есть свечи, значит, будем работать с тем, что имеем. Из ряда черных свечек я выбрала самую большую и массивную (чтоб надежней было) и задумалась. А чем поджигать? Ни спичек, ни кремня у меня нет. Все-таки планировалась вылазка на пару часов, а не боевой поход. М-да, дела. Впрочем, огонь должен быть всегда со мной. Дракон я или не дракон?

Я призвала драконью сущность и постаралась аккуратно плюнуть на фитилек. Тот вспыхнул на пару мгновений и потух. Уже принят вызов? А что дальше-то? На всякий случай я тихонько позвала: «Дядя Вася?» Ответа не последовало. Хм, попробуем громче. Надеюсь, он не в запое.

Но и на более громкий вызов он не отозвался. Может, крикнуть? Я попробовала. Тишина. Только оборотни за пределами часовни посмеиваются. Вот жуки, а?! А может, надо все-таки свечку зажечь и вслух имя назвать? Я сосредоточилась и плюнула старательнее, но искра проскочила и снова потухла. Блин! Что ж у меня какой-то бракованный огонь получается! Надо качественнее работать!

На всякий случай я взяла еще одну здоровенную свечу (вдруг моя дефектная?) и плюнула уже от души. Пламя, которое полыхнуло, захватило не только две свечи в моих руках, но и все свечки на алтаре, да, собственно, и весь алтарь. А рядом стояли лампадки с маслом… В общем, пламя, получив доступ к маслу, фугануло вверх и перебросилось на декоративные гирлянды. Не знаю, чем были смазаны гирлянды, но они тоже мгновенно вспыхнули, а огонь переметнулся на деревянные стены, которые, будто по закону подлости, очень даже легко прихватились. Ой, блин, вызвала, называется, дядю Васю!

— Дядя Вася! — заорала я, отойдя от шока. — Дядя Вася, ваша часовенка тут горит! Извините!

Кажется, пора драпать. И тут что-то внутри деревянного храмика громыхнуло.

«Он что, здесь тротил держал?» — проскочила у меня последняя мысля, прежде чем что-то тяжелое обвалилось на мою голову. Однозначно сегодня не мой день!

Через минуту я пришла в себя от ощущения, что на мне что-то лежит. Пошевелила хвостом — нормально. Что-то с грохотом упало, подняв в воздух облако гари. Тьфу! Весь нюх отбило! Я открыла глаза и увидела уменьшенный вариант моих сопровождающих. Значит, я от страха превратилась в дракона, а часовня обвалилась на меня уже бронированную. Хорошо. Плохо, что мою команду слегка разбросало взрывной волной. Хотя могло быть и хуже.

К счастью, оборотни по живучести стоят на втором месте после драконов, и, когда грянул взрыв, большая половина отряда успела скрыться в ближайшем овраге. А те, что все-таки пострадали, отделались ушибами и глубокими царапинами, которые благодаря регенерации исчезали прямо на глазах. Паре оборотней деревянные остатки часовенки угодили в тело. Нелюди быстро извлекли их и наспех перебинтовали раны. Да, другие спутники со мной просто не выживут.

Я огляделась в поисках Норри. Братишка, радостно улыбнувшись, помахал мне рукой из облюбованного всеми оврага. Из чего могу сделать вывод, что он тоже времени зря не терял и спасался, как мог. Видно, в моей компании у него в спешном порядке выработался рефлекс выживания. Молодец!

А вот кони, к сожалению, к таким поворотам судьбы не привыкли и, вырвавшись, умчались прочь. Наименее пострадавшие члены отряда отправились на их поиски.

Я потянулась и размяла крылья. Так, повреждений вроде нет. Все слушается нормально. Прекрасно. Мои благодушные размышления прервал чей-то всхлип:

— Что? Что ж это такое?

Я обернулась и увидела дядю Васю, растерянно разводящего руками. От него здорово несло перегаром, но большие круглые глаза были уже абсолютно трезвыми.

— Что здесь произошло? — пролепетал он.

— Я здесь произошла, — покаялась я, склоняя перед соседом голову. Стыдно-то как! — Извините, пожалуйста, я вас хотела вызвать, но, боюсь, немного переборщила с набором номера, или как там у вас это называется. Я все починю. Обещаю.

Дядя Вася в полном офигении уставился на огромного черно-зеленого дракона, восседающего на обломках его часовни. Со стороны это могло еще выглядеть и так, как будто я ее раздавила. Хотя дядю Васю на мякине не проведешь. Он цепко осмотрелся и предположил:

— Ты что, взяла мои взрывные свечи?

— А они так называются?

— Ага! — гаркнул дядя Вася. — Кто тебя учил, темнота? Их же надо использовать только во время войны! Чтобы вызывать мою помощь!

— Дядя Вася, простите! Я не знала!

— Дядя Вася? — переспросил он, глядя на громадного зеленого монстра (моя броня уже сошла).

— Да, это я, Света из квартиры номер тринадцать! Вы меня еще Вертушкой, когда я была маленькой, называли.

— Татьянина дочка? — опешил наш сосед, задумчиво почесывая затылок. Такое чувство, что он только что от глубокой спячки пробудился.

— Да! — обрадовалась я. — Мне ваша помощь нужна! Понимаете, я сейчас не могу связаться с мамой, потому что ее храм далеко, а кристалла переговоров у меня нет. Но мне срочно надо с ней посоветоваться. Не могли бы вы переговорить с ней или с моим отцом и попросить, чтобы они оба со мной связались?

— А напрямую к отцу ты не можешь подключиться?

— Нет! — всхлипнула я. — Опять же переговорного кристалла нет. А иными способами я до него почему-то достучаться не могу.

— Бедный ребенок! — зацокал языком дядя Вася, все еще глядя на свою разрушенную часовню. — До родителей добраться не может. А самой свои проблемы решать?

— А я и решу, вот только разрешения у них спрошу! — рыкнула я.

— А без разрешения никак нельзя? — с какой-то надеждой спросил дядя Вася.

— В вашей часовенке я уже вызвала вас без разрешения.

Дядю Васю передернуло.

— Понял, — вскинулся он. — Жди здесь. И НИЧЕГО НЕ ТРОГАЙ!

Я вздохнула и окинула взором поляну. Оборотни медленно приводили себя в порядок. Все-таки хорошо, что у них, по легендам, несколько жизней.

«А другие рядом с тобой долго и не продержатся!» — хмыкнуло левое полушарие.

Да, что-то в этом утверждении есть. Я вернулась в человеческую форму и присела на краешек поваленного дерева. Несмотря на мой безобидный вид, спутники не торопились подходить ко мне.

Озадаченный дядя Вася вернулся через полчаса.

— Никто не открывает дверь, — озабоченно произнес он.

— А тетя Ира?

— Она в магазин ушла, — парировал сосед.

— А вы откуда знаете? — воспрянула я духом.

— Бабульки во дворе доложили.

— Может, тогда подождете тетю Иру? Или маме позвоните.

Дядя Вася вздохнул и вновь исчез в портале. Интересно, где мои родичи могут быть после семейных разборок? Через пару минут дядя Вася вернулся с мобильным телефоном.

— Держи, — хмуро произнес он, протягивая мне трубку.

— Что это? — удивилась я, прекрасно зная, что сотовые телефоны на Гее не действуют.

— Это артефакт, — лекторским тоном изрек дядя Вася и нетерпеливо добавил: — А теперь бери трубку, и покончим скорее со всем этим.

Я взяла предложенный предмет и поразилась, услышав в трубке мамин голос.

— Мам, у нас тут проблемы, нужна твоя консультация.

Следующие десять минут ушли на то, чтобы вкратце передать известную мне информацию. Пришлось даже признаться, что я сделала с наемным охотником.

— Свет, охотники на драконов — это серьезно! — услышала я дрогнувший голос родительницы. — Пожалуйста, пообещай, что будешь держаться от них подальше.

— Нет! Я просто жажду с ними более близкого общения! — съязвила я. — Мам, ну как будто я сама не понимаю, чем мне может грозить встреча с ними!

— Может, и понимаешь, но не осознаешь, — отрезала мама. — Свет, они профессионалы в своем деле. Они рождены, а точнее выведены, чтобы вас уничтожать. И это у них прекрасно получается. Раньше у эргов и демиургов в услужении были только оборотни. Но те со временем перестали удовлетворять предъявленным требованиям, и тогда ни с того ни с сего появились драконы. Подозреваю, здесь не обошлось без генетических разработок. Однако драконы отказались служить кому-либо. И тогда эрги стали их уничтожать. Оборотням не удалось справиться с поставленной задачей. Тогда в хрониках эргов появляется второе белое пятно, и на боевую арену выходят охотники на драконов. Им удается то, в чем прогорели оборотни. Происхождение охотников на драконов хранится под грифом «Секретно». Делай выводы, дочка.

— А зачем эргам и демиургам смертные слуги?

— Они, бестелесные сущности, в нашем мире уязвимы, и, чтобы более-менее долго существовать, им нужны защитники и тела. Они способны создать физическое тело, но без подпитки энергией долго не продержатся. Да и для исполнения их воли нужны руки смертных. А вообще, эрги не имели права подсылать к тебе охотника!

— Это еще почему?

— У них нет лицензии на твое убийство. Точнее, документ еще не подписан. А без разрешения твое убийство — типичное браконьерство!

— Очаровательно! — хмыкнула я. Быть объектом браконьерства оказалось неприятно. — Предлагаешь мне сообщить об этом следующему охотнику?

— Или этому, если он вдруг выживет, — философски отозвалась мама.

— Типун тебе на язык! Не каркай! — возмутилась я. Мне для полного счастья еще восставшего мертвеца не хватало! Или недобитой жертвы. Что в итоге одна и та же головная боль. — И вообще, ты всерьез полагаешь, что, если я напомню ему о нарушении, меня не будут убивать?

— Не думаю, что его это остановит, но, убегая, напоминай ему об этом почаще.

— Спасибо, постараюсь, — сухо заметила я, на минуту представив, как лось, улепетывая от браконьера, вдруг останавливается и начинает зачитывать нарушителю закон. Забавное зрелище получится, жаль только, что я непосредственный участник.

— Ладно, — вздохнула мама. — Ты там пока у себя в мире постарайся ни во что не вляпаться, а я попытаюсь зарубить их ходатайство о выдаче лицензии. Будем упирать на то, что ты редкий вымирающий вид, особо ценный для биогеоценоза Геи.

— Угу, — скорбно отозвалась я. — К сожалению, некоторых таковыми признают лишь посмертно. Мам, ты разведай еще, пожалуйста, чего этим сущностям от нас надо. Ведь проще устранить корни проблемы, чем все время подчищать ее последствия. И еще, а где папа?

— Папа? — вдруг растерялась мама.

Хм. Похоже, за двадцать лет родители настолько привыкли шифроваться друг от друга, что теперь открывшаяся тайна их немного нервировала. Ну что ж, привыкайте. Я не виновата, что вы сошлись, я всего лишь результат ваших решений.

— Твой папа отправился в мир драконов, — наконец призналась мама. — Сказал, что надеется заручиться их поддержкой. Он почему-то уверен, что будет война.

— Странно, а почему я о мире драконов ничего не знаю?

— Он сказал, что потом все расскажет.

Поразительно, как много я не знаю о своих родителях!

— Время, — вдруг жестко перебил нас дядя Вася. — Артефакт не вечный, сворачивайте разговор.

— Ну так ты постарайся там ни во что не вляпаться, хорошо? — попросила мама.

— Хорошо, — заверила я, надеясь сдержать обещание, но на всякий случай решила произнести слова, которые мы всегда забываем сказать, пока не оказывается слишком поздно. — Я тоже тебя люблю. Буду у Мортифора.

Мама ничего не сказала и отключила связь. Дядя Вася радостно фыркнул и, схватив артефакт, исчез в портале, сочтя свой долг выполненным. В конце концов, он — маг войны, а не мобильной связи.

— Спасибо! — крикнула я ему вслед.

— Ну что? — подошел ко мне Каутинус. — Едем?

— Да, — кивнула я, и меня снова подбросили на гигантского драга.

Оборотни перестроились так, чтобы у Норри и у меня было по четыре охранника, и, отправив вперед разведчиков, пришпорили жеребцов.

Поездка по территории оборотней во главе королевского отряда подарила мне массу новых впечатлений. Когда мы проезжали первую деревню, я думала, что местные закидают меня камнями. Но все обошлось. Крестьяне, забыв про вечную неприязнь оборотней и драконов, с интересом всматривались в наши лица и молча склоняли головы. Неужели их так разведчики настращали?

Краем глаза я увидела, как поравнялся со мной Каутинус. Легким кивком головы он попросил притормозить. Когда наши кони перешли на легкую рысь, королевский советник наклонился и тихо произнес:

— Выпрямитесь, ваше величество, улыбнитесь. В конце концов, вы здесь королева, а не конвоируемая на обед жертва.

— А ваш народ меня на сувениры не разорвет? — осторожно спросила я. Насколько помню, драконов нигде не любили, а оборотни мое племя патологически ненавидят.

— Нет, — краешком губ улыбнулся Каутинус. — Во-первых, они уже в курсе, что с драконами воевать себе дороже, а во-вторых, они знают, что их недовольство не изменит решения Мортифора. Однако, если позволите, я дам небольшой совет.

— Конечно, — кивнула я. — Буду только благодарна.

— В таком случае, — теперь уже открыто улыбнулся советник, — смею доложить, что нашему народу очень любопытно посмотреть на княжну Драко. Поэтому не удивляйтесь, когда во всех деревнях вас будут разглядывать, и постарайтесь дать им себя как следует рассмотреть. У нас так принято. Подданный должен знать своего господина. В мирное время вы с Мортифором совершили бы круг почета по нашим землям, но сейчас, как понимаете, это невозможно. Жаль, что вы в походной одежде. Было бы прекрасно, если бы на вас было какое-нибудь торжественное одеяние, выделяющее вас из толпы. Вам этим народом править, и чем лучше вы покажете себя, тем охотнее будут слушаться ваших приказов. Вы здесь не гостья, а полноправная госпожа, поэтому выше голову, расправьте плечи, дайте понять, что вы — хозяин, а не тварь дрожащая. Мы не терпим слабости и страха.

Я задумчиво кивнула и вслушалась в эмоции собеседника. Советник меня недолюбливал, однако к легкой неприязни примешалось какое-то новое, непонятное для меня чувство. И самое удивительное, что, несмотря на все это, Каутинус действительно хотел мне помочь. Он говорил правду, и это дорогого стоило.

— Спасибо, Каутинус, я учту. Ваш совет очень ценен.

Что ж, проявим уважение к чужим обычаям. Реликвия Драко, словно почувствовав охватившее меня хорошее настроение, выросла до зубчатой короны с внушительными рожками. Судя по тяжести, это официальная корона главы дома Драконов. Жаль, зеркала нет, чтобы проверить собственные предположения.

Следом за короной стала изменяться и одежда. Сапоги вытянулись до колена, захватив внутрь себя черные кожаные штаны. Куртка превратилась в привычную накидку-платье, правда, парадный вариант, расшитый золотом и серебром. На плечах каким-то чудом оказался кожаный плащ, который на скаку развевался на манер нетопыриных крыльев. Это я поняла из мысленного образа, что отправил мне развеселившийся Норри. Сам он тоже приосанился в седле и по возможности привел в порядок одежду, нацепив на лицо свою самую невозмутимую и наглую маску. Каутинус окинул парадное одеяние дома Драконов беглым взглядом и, одобрительно кивнув, выехал чуть вперед. Скакавшие рядом телохранители также приободрились и даже как-то воспрянули духом.

Вторая деревня приняла нас на «ура». Отряд перестроился так, чтобы и меня охранять, и любопытствующим жителям был доступен максимальный обзор. Оборотни спокойно смотрели на «явление княжны под конвоем», улыбались, а некоторые даже приветственно махали. Дети срывались с мест и бежали за нами вслед. В целом, никакой агрессии или недовольства я не ощущала. Странно, но нелюди хоть и выглядели хмурыми, негативных чувств ко мне не испытывали. Скорее уж там смешалось любопытство с какой-то лично мне непонятной гордостью. Впрочем, кто их, нечеловеков, разберет? Я и себя-то, дракона, не всегда понимаю. Слишком привыкла к мировоззрению человека, а вот норов да повадки все равно берут свое.

Однако следует признаться, что скакать в группе вооруженных всадников и чувствовать себя хозяином положения на удивление приятно. Даже какая-то гордость берет. В третьей деревне я уже вошла во вкус, четвертую и пятую посетила как полноправная хозяйка. Чувствуя мое улучшающееся настроение, Норри лукаво подмигнул и пришпорил коня. Я подстегнула своего жеребца, Каутинус, похоже, успокоился и с чувством собственного достоинства скакал впереди. Телохранители постепенно ко мне привыкли и даже потихоньку принялись подначивать: «А не обогнать ли нам этого ушастого хмыря?» Я с улыбкой морщилась и мотала головой.

Синхронный и равномерный галоп отряда приводил меня в восторг. Драги сильные и выносливые. Галоп у них тяжелый, даже кажется, слегка медлительный, но зато на удивление ровный и стабильный. В городе такая махина не развернется, однако в чистом поле это настоящий танк, и, замечу, довольно быстрый.

С каждой минутой мы все больше и больше походили на летящий на всех парах поезд. Посланные вперед разведчики успешно информировали о нашем приближении, поэтому в деревнях мы почти не снижали скорости.

Вот и сейчас мы резво въехали в очередное поселение и мчались мимо выстроившихся вдоль дороги жителей, когда под ноги моему коню выскочил ребенок. Я автоматически дернула на себя поводья, резко повернув голову коня вправо. Жеребец обиженно взвизгнул и встал на дыбы, ударив копытом лошадь едущего рядом телохранителя. Та в свою очередь развернулась и поддала задом моему коню, одновременно с этим преградив дорогу процессии. Краем глаза я заметила, как кинулся меня ловить ехавший справа телохранитель.

— Ребенок! — крикнула я, надеясь, что тот догадается убрать из-под ног жеребца растерянного карапуза.

Со мной-то ничего не станет. В лучшем случае утихомирю животное, в худшем — поздороваюсь с землей. А вот дитенка эти мамонты могут затоптать. За мной, кстати, недовольные столь внезапной остановкой животные тоже встали на дыбы, скинув с себя двух седоков. Мой конь тяжело опустился рядом с головой одного из них.

— Жив? — осведомилась я, соскакивая с седла и подхватывая своего жеребца под уздцы.

Скакун снова попытался взвиться, приподняв меня над землей, но уздечка, видно, больно врезалась ему в губу, охладив пыл. Я обернулась проверить ребенка. К счастью, малыша подхватил Каутинус, и я поспешно отвела свою коняку из кучи хаоса. Члены отряда стали торопливо растаскивать и успокаивать разбушевавшихся животных. Откуда-то из толпы выскочила зареванная мамаша и прижала свое чадо к груди. Остальные жители деревни с тихим ужасом наблюдали за случившимся. Чья-то сильная рука перехватила поводья моего коня. Оглянувшись, я увидела одного из приставленных мне телохранителей.

— Покиньте опасную зону, моя королева, — пробормотал он, мягко толкая меня в сторону жителей деревни.

Хм. Это еще спорный вопрос, где нынче более опасная зона! Тем не менее я послушно подошла к матери малыша и тихо осведомилась, все ли в порядке. Оборотниха, еще совсем молодая девушка, с удивлением посмотрела на меня и молча кивнула, мол, все нормально.

Малышу образовавшаяся куча-мала очень понравилась. Похоже, он даже испугаться не успел, зато его мать нервы потратила за двоих. Теперь же вертящий головой карапуз протянул ко мне руку и спросил:

— Ты плавда длакон?

— Правда, — кивнула я.

— И летать умеешь?

— Умею, — призналась я.

— А покатаешь? — загорелись глазки юного парламентария. Его мать испуганно вжала голову в плечи и смущенно шикнула на ребенка.

Я чуть было не ляпнула: «Как-нибудь в другой раз», но вовремя опомнилась. Хватит с меня обещаний. Вдруг оно тоже какое-то осложнение принесет? Или вот примчится ко мне этот малыш в разгар дипломатических переговоров и потребует исполнить обещание. И что тогда? Вставать с трона и играть в лошадку? В то же время очень хотелось сказать что-нибудь хорошее этому ожидающему ответа малышу.

— Извини, — притворно покаялась я. — Я не умею никого катать на спине.

— Жаль, — огорчился малыш.

— Мне тоже, — кивнула я.

Мне послышалось или вокруг все облегченно вздохнули? Интересно, это они мне ребенка доверить боялись или страшились меня отдать на растерзание крохе? Ладно, подумаем об этом завтра.

— Миледи, — подвел ко мне коня один из телохранителей. — Нам пора.

— До свидания, — попрощалась я со всеми и вскочила в седло.

— Пока-пока, — помахал мне вслед малыш. Ох, сдается, мы с ним еще встретимся.

— Виват королеве! — вдруг грянул в деревне слаженный хор, отчего мой жеребец даже присел на задние ноги.

Я подняла на прощанье руку и пришпорила коня.

После этого происшествия отношение оборотней ко мне резко улучшилось. Телохранители сбились вокруг меня в более плотный квадрат и кидали почти нежные взгляды. Даже скакавшие в хвосте отряда ярые противники драконов перестали презрительно хмыкать и ворчать под нос, что мы «злобные, ни к чему не годные твари».

3

Если погрузиться в проблему достаточно глубоко, мы непременно увидим себя как часть проблемы.

Аксиома Дюшарма

При нашем приближении ворота замка гостеприимно открылись. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь я посещу «Волчью пасть» не гостьей, а членом королевской семьи. Кони оживились и с удвоенным энтузиазмом зацокали по булыжникам двора.

— Княжна! — выскочил из замка мне навстречу молодой оборотень, который скрыл меня когда-то под своим плащом и утверждал, что я приношу ему удачу. — Княжна, как же я рад вас видеть!

Подбежав ближе, он, несмотря на возмущенный взгляд Каутинуса, схватил поводья жеребца и, передав их подошедшему конюху, протянул руки, чтобы помочь мне спуститься. Я послушно соскользнула в его объятия.

— Я тоже рада тебя видеть.

— Дием, — лучезарно улыбнулся юноша. — Зовите меня Дием.

— Момент? — автоматически перевела я с латинского. Имена у оборотней чаще всего что-нибудь означают и, что самое интересное, берутся из «языка некромантов», который на восемьдесят процентов совпадает с латынью на Земле. — Кто же тебя так назвал?

— Папа сказал, что им с мамой надо мной долго трудиться не пришлось, — проказливо ухмыльнулся парень.

— Дием, — кашлянул за моей спиной Каутинус, — думаю, ее величеству не интересны подробности твоей биографии. И куда ты тянешь королеву?

— К Мор… — начал было оборотень и тут же поправился: — К моему королю. Он госпожу Светлану уже заждался.

Каутинус поджал губы и прожег юного оборотня негодующим взглядом, а затем прошипел:

— Позволь все-таки мне проводить ее величество к нашему повелителю.

— Уверен, госпожа не будет возражать против моей компании, — весело произнес Дием.

Хм. Странно! Сначала этот юноша чуть не оговорился и не назвал Мортифора по имени. А теперь он еще и осмеливается возражать советнику, наплевав на иерархию. Кто же он?

Каутинус неодобрительно скривился и холодно отрезал:

— Дием, может, наша королева и приносит вам удачу, но помните, что красивая женщина в равной степени влечет и погибель. Прошу со мной, моя королева. — Он подхватил меня под руку и поспешил прочь.

— Всего вам хорошего, моя королева! — крикнул мне вслед Дием и, насвистывая, направился по своим делам.

Я его не видела, но отчетливо слышала звук удаляющихся шагов и залихватскую мелодию. Каутинус молча тащил меня по коридорам в сторону тронного зала. За нами быстрым шагом следовал Норри. Я решила не спрашивать у советника про странного юношу, чтобы не навлечь на него беды. Все-таки Каутинус Лупус Альбус отчетливо ему намекнул, что Мортифор может приревновать и казнить юного фаворита. Впрочем, последний никак не прореагировал на угрозу. Он либо уверен в собственной безнаказанности, либо очень хорошо держит себя в руках. И то и другое настораживает, поэтому лучше пока держаться от него подальше.

При приближении к тронному залу стали отчетливо слышны крики и ругань.

— Я сказал нет! — рявкнул Мортифор.

— А мне плевать, что ты говоришь! У нас есть документы! — По голосу я узнала в оппоненте Вика. Значит, он уже прибыл, это радует.

— Документы, — передразнил его крайне раздраженный Мортифор. — В одно место засуньте себе эти документы! Я не согласен.

— Но закон есть закон! — вмешался смутно знакомый баритон. — Вы не можете его так просто проигнорировать, даже если вы и король оборотней, и муж княжны на равных правах. Мы ее собственность.

— Однако нажитая уже в браке! — парировал супруг. — И я имею право требовать ее отказа от вас! Наши законы не приемлют полигамии!

Ой! Это, кажется, вопрос о вампирчиках подняли. Интересно, к чему они придут? Я-то уже наметила простое и подходящее всем решение, но озвучивать его пока не буду. Посмотрю, до чего Вик с Мортифором договорятся. Да и чего скрывать, мне забавно наблюдать, как эти двое спорят между собой. Не то чтобы я любила раздоры, нет. Просто у меня создалось впечатление, что Вику и Морти самим очень нравится подтрунивать друг над другом.

Я в сопровождении советника вошла в тронный зал. Однако ни Мортифор, ни Вик, ни стоящие за его спиной вампиры не соизволили на нас взглянуть. Каутинус уже собрался кашлянуть для привлечения внимания, но я торопливо вскинула руку, останавливая его. Уж очень хотелось послушать и посмотреть, что же будет дальше.

— Да какая полигамия?! — возмутился Вик, обходя пышущего гневом оборотня. — Это же чисто формальность! Они только на бумаге будут числиться Светиными мужьями. Подумай сам! У малышей потрясающая экономическая жилка! Сколько доходов они принесут нашей семье, а в обмен всего лишь просят числиться мужьями Драко.

— Так, может, тебе самому на них жениться? — ядовито выплюнул Мортифор.

— Я не по этим делам! — покачал головой кузен.

— Но это ведь чистая формальность! — подначил его мой супруг.

— Но есть же какие-то общепринятые нормы! — возмутился Вик.

— Вот и я о том же! У оборотней не принято иметь нескольких жен или мужей.

— Но ведь Света не оборотень! — вклинился Ивар-сан-Мар.

— Но и не вампир, чтобы увязать в вашей супружеской паутине! — взвился Мортифор.

Это точно. Брачные отношения вампиров настолько сложны и запутаны, что простым смертным лучше туда не лезть. У мужчины может быть несколько жен, а у женщины — до семи мужей. Супруги приобретаются, наследуются, обмениваются в соответствии с их законами и юридическими документами. В результате только вампир может разобраться во всех хитросплетениях их супружеского макраме. Думаю, если бы они не тратили столько времени на свои внутренние разборки, то мир давно бы оказался завоеванным этой сильной и агрессивной расой. А так, похоже, излишняя сложность внутривидовых отношений у нелюдей — своеобразный защитный механизм природы. Ведь пока те разбираются друг с другом, миром правят обычные люди, у которых тоже бывают свои сложности, но отнюдь не такие грандиозные.

— Но у нее прапрадедушка вампир! — парировал Ивар-сан-Мар, тряхнув черной гривой в золотой сетке.

— У моей жены вообще в родословной мало кто не отметился, но это же не значит, что она должна жить по правилам всех кровей, что в ней намешано! И вообще, Ивар, насколько мне известно, у Ладиины было только три мужа. Что вы здесь делаете? Группа поддержки?

— Вообще-то мои документы уже подписаны, и я официально являюсь ее четвертым мужем, к счастью, всего лишь несколько дней и без страшных для моей психики последствий!

— Морти, они еще и драться прекрасно умеют! — словно жеребцов принялся расхваливать Вик стоящих перед ним вампирчиков.

— И вообще, мы тихие и незаметные! — вклинился кровосос с темно-бордовыми глазами и такими же лентами в волосах. Кажется, это Фарт-рам-Ром — первый муж Ладиины. У него еще сарки в роду отметились.

— Вы не понимаете! — вздохнул Мортифор, садясь в кресло. — Вот как бы вы отреагировали, если бы у вашей жены кроме вас оказался еще какой-то гарем?!

— Нормально бы отреагировали! — парировал Касандр-рам-Дар, сверкая хитрыми темно-синими глазами.

— Вам же лучше будет! — поддержал его Дарт-сан-Мар, которого я прозвала Серебряным. — Вот устанете вы от супруги, захотите отдохнуть. А тут мы отвлечем ее внимание. Или вам надо будет заняться государственными делами, а жена заскучает, так мы тут как тут!

— Это как раз меня и не устраивает! — рыкнул Мортифор, напряженно барабаня пальцами по подлокотнику кресла.

Согласна! Я бы тоже злилась, окажись у Морти где-нибудь запасной гарем. Да еще из прекрасных образцов женской породы.

В этот момент Вик оторвал от Мортифора взгляд и наконец-то заметил нас с советником.

— О! Света! Как хорошо, что ты пришла! — обрадовался кузен.

Мортифор тут же подскочил с кресла и направился ко мне. Странно, что они раньше нас не заметили. Сзади хлопнула дверь, и к нам присоединился Норри. А этого прохвоста где так долго носило?

— Миледи, — промурлыкал Мортифор, целуя мою руку. — Как я рад тебя видеть. Обед почти остыл.

— Я тоже рада тебя видеть в целости и добром здравии, — улыбнулась я. — У вас тут грандиозные дебаты, как я погляжу.

— Маленькое недоразумение, которое скоро разрешится, — небрежно махнул рукой Вик.

— Только если ты сам на них женишься! — отрезал король оборотней.

— Пожалуйста, не прогоняйте нас! — хором взвыли вампирчики, бухаясь на колени. — Мы очень хорошие, тихие и полезные!

— Дурдом! — буркнул Мортифор.

Я сцедила в кулак улыбку и успокаивающе похлопала мужа по руке. Оригинальный они нашли выход! Интересно, что они скажут, когда мое решение услышат? Вот забавно-то будет. Никаких жертв, все просто как дважды два.

Каутинус покосился на взбудораженную компанию и осторожно попятился к двери, видно желая оказаться подальше от скандала. Однако его надеждам не суждено было сбыться.

— Как доехали? — спросил его Мортифор.

— Я бы хотел подать обо всем рапорт позже, ваше величество, — поклонился седовласый оборотень. — Когда вы разберетесь с более насущными проблемами. — Он выразительно обвел взглядом всю нашу компанию.

— Хорошо, — кивнул монарх и махнул рукой. — Иди и вели подать нам обед в малую гостиную.

— Будет сделано, мой господин, — поклонился советник и поспешно скрылся.

— Ну что? Продолжим? — улыбнулся Вик.

— В малой гостиной, — отрезал Мортифор и подал мне руку, чтобы проводить.

Я вежливо кивнула и положила свою ладонь поверх кисти Мортифора. Мы с ним вышли первыми, за нами, тихо переговариваясь, последовали Вик с Норри, и замыкали процессию расстроенные вампирчики.

Странно, я с этим миром знакома недавно, но существующие в нем воззрения на природу и общество, этикет и манера поведения стали для меня такими же привычными, как дыхание. На Гее я чувствовала себя как рыба в воде, а собственный статус ничуть не тяготил. Мне уже не нужно думать, как вести себя или говорить, это происходит само собой. Осанка, походка, манера держаться. Я словно впитала их с молоком матери. Наверное, есть что-то справедливое в выражении «кровь не водица». Благородное происхождение все-таки сказывается. Быть княжной становится с каждым днем все легче и легче.

— Вик, но с гаремом действительно не дело, — вполголоса произнес Норри.

— Это еще почему? — фыркнул кузен.

— Ну если с Мортифором что-нибудь случится, то второй в очереди мой дядя. А его Светин цветник тоже не приведет в восторг. Эльфийскому королю еще сложнее будет от них избавиться.

— Совсем оборзел, ушастый?! — хором возмутились вампиры, переходя на повышенные тона, чтобы и Мортифор их хорошо расслышал. — Мы тебе избавимся от нас!

— Молчали бы, несчастные! — огрызнулся эльф, недовольный тем, что его шепот вынесли на всеобщее обсуждение. — В вашем положении диктовать условия не приходится.

— Мы тебя с твоим дядей в гробнице замуруем! В качестве пробных образцов!

— Всех ее женихов не угробите, — с явным наслаждением включился в перепалку Мортифор. — Вы на ее руки посмотрите: там же только ленивый своего кольца не оставил.

Вампирчики задумчиво посмотрели на мои украшения, оценили масштаб предстоящих работ и сильно огорчились.

— Слушай, — вдруг тихо произнес Норри, обращаясь к Вику, — а может, не будем пока оборотня убивать? С ним хоть какая-то стабильность. Тут же настоящая анархия начнется, если Света овдовеет!

— Да, братцы, — вздохнули вампиры, представив, как все претенденты явятся по мою душу в случае вакансии и скольких им придется уничтожить в борьбе за место под солнцем. — Без лохматого начнется Армагеддон! Мортифора надо беречь и лелеять.

— Знаете, ребята, а вы начинаете мне нравиться, — хмыкнул супруг.

— Так, может, договоримся? — оживились вампиры.

— Действительно, — прищурился Вик, — неужели нет никаких документов, по которым можно ограничить их права? Чтобы они считались членами семьи и находились под нашей защитой, но не исполняли супружеские обязанности? Взамен им будет предоставлена полная свобода в выборе партнера. Или что-то в этом роде… Почему не составить новый, уточненный брачный контракт?

— А идея хорошая! — оживились вампиры. — Если хотите, мы финансовые отчеты будем сдавать вам, Виктор, а во всем остальном отчитываться перед Мортифором.

Обернувшийся супруг задумчиво прищурился, рассматривая вампиров. Идея приобрести таких помощников ему понравилась. Вот только форма этого самого приобретения вызывала раздражение. Вампиры наблюдали за оборотнем едва дыша. Наконец Морти тихо произнес:

— Я подумаю над этим вопросом.

— Да незачем думать, — не выдержала я. — Есть гораздо более простое и удобное для всех решение.

— Да?! — подпрыгнул Вик. — И какое?

— Я отпущу их и сделаю своими вассалами. На вассалов Дракона не распространяются никакие законы, кроме законов Дракона. Вассалы не принадлежат своей семье, потому что они связаны через кровь с сюзереном и принадлежат только ему. Они свободны от всех, кроме меня. Отношения вассал — сюзерен нельзя отменить, они на всю жизнь. Нельзя и предать своего сюзерена, потому как сам тоже умрешь.

— Но твоя кровь свяжет их с тобой и сделает тебя зависимой от них! — возмутился Мортифор. — Они смогут на тебя влиять! А это недопустимо!

— Мортифор, ты знаешь, что все мое княжество и все мои подданные связаны кровью с Драконом, то есть со мной? — призналась я. — Все здания, дороги, артефакты построены и созданы на крови Дракона.

— Как?! — опешил оборотень. — Как такое возможно?

— Приятно знать, что я тебя смогла удивить, — улыбнулась я. — Эту схему придумали давным-давно мои предки, но тебе и вампирчикам я открою тайну, только если поклянетесь держать язык за зубами.

— Клянемся! — хором ответили вампирчики.

— Жизнью? — обернулась я к ним.

Конечно, требовать такую цену с них было излишне. Став моими вассалами, они и так не смогут разгласить подробности. Но вот с Мортифора лучше взять клятву. Пусть в данный момент мы и члены одной семьи, но в жизни всякое может случиться. В конце концов, если бы мои предки доверяли свои секреты каждому (пусть и супругам), то долго бы не прожили.

— Клянусь жизнью, — хмыкнул Мортифор.

С одной стороны, ему не понравилось, что с него взяли клятву, с другой, было очень интересно узнать решение. Ведь у оборотней проблема та же, что и у драконов. Тот, кто получает доступ к нашей крови, приобретает над нами власть. Поэтому только в исключительных случаях мы лечим собственной кровью. И если Мортифор узнает, как его народу удалось избежать данной зависимости, то очень обрадуется.

— Все элементарно. Вампиры поклянутся на крови моих предков, которые уже умерли. А мои правнуки будут использовать для обрядов мою кровь.

— Но линия наследования должна быть прямой? — поинтересовался Ивар-сан-Мар. — Как это получается?

— Честно говоря, я сама до конца не разобралась в механизме появления главы дома Драконов. Но примечательно, что главный дракон появляется только в законном браке. Бастарды сильны, но по возможностям слабее, и, лишь унаследовав трон, они становятся чуточку сильнее.

— А как понять, старший ты дракон или нет? — вдруг повернулся ко мне Мортифор.

— Не знаю, — пожала я плечами. — Я это просто чувствую. Да и по способностям. Кто раньше войдет в силу, тот и главный.

— Но у вас с Виком, похоже, не сильная разбежка во взрослении, — заметил Мортифор. — Да и Норри недалеко отстал.

— У нас сильные генетические линии. Дядя Олег с папой почти равноправные драконы. Они братья. Просто папа, как законный сын, чуть главнее и потому немного сильнее.

— Значит, ты будешь сильнее Вика? — поинтересовался Фарт-рам-Ром.

— Возможно, — кивнула я. — А может, и нет. Не стоит забывать про то, что мужские особи в природе в большинстве случаев физически сильнее.

— У драконов очень ценятся ментальные способности, — пояснил Мортифор. — А они зависят от старшинства.

В малой гостиной нас ожидало настоящее пиршество, и разговор пришлось прервать. Ели мы молча. Вик и Норри, вступив на пору взросления, стали питаться еще обильнее и чаще, чем раньше. Я с умилением любовалась их клычками. Став полноценным зрелым драконом, я заметила, что мои клыки слегка удлинились и стали выдаваться над линией остальных зубов. Не сильно, но вполне ощутимо, чтобы меня причислили к нелюди. Вот и сейчас челюсти у моих братьев едва заметно изменялись в этом направлении. Значит, скоро их взросление завершится. Последними всегда изменяются зубы.

Интересно, что именно они являются одним из основных критериев оценки партнера, как делового, так и брачного. Собственно, по ним нелюди определяют друг друга. Если у собеседников удлиненные клыки, это хорошо, с ними можно иметь дело. И наоборот: если у нелюдя они обломаны или еле заметны, то лучше с таким дело не иметь — подведет. Плохая кровь, разбавленная либо гнилая.

Еще я заметила, что после пробуждения генов дракона мне просто до дрожи стали нравиться зубки Мортифора. Вот так незаметно сознание нелюдя становится в тебе доминантным, напрочь вытесняя остатки человеческого.

Словно прочитав мои мысли, Мортифор обернулся ко мне и улыбнулся. Я улыбнулась ему в ответ и постаралась запрятать мысли про Райдера как можно дальше. Странно, почему мне так не хочется рассказывать про охотника? Ведь Мортифор знает, что я довольно ядовитый цветочек. Но что же меня смущает?! Почему интуиция кричит молчать?

— Свет, — вдруг прервал мое наблюдение Мортифор. — А что дала разведка, в которую ты слетала?

Вот блин! И что ему говорить? Как подать информацию, чтобы и проблему осветить, и о некоторых скользких моментах умолчать? Историю про охотника на драконов я решила опустить. Мало ли что? Зачем мужу знать, что на досуге я спаиваю незнакомцев и бросаю их помирать в овраге.

— Точно! — встрепенулся Вик и ухмыльнулся. — На северо-востоке Артур зафиксировал всплеск чужеродной магической энергии, что свидетельствует о вторжении враждебных гостей. Извините, что прервал вас в самый интересный момент.

— Не в самый, — буркнул Мортифор, — мы до него не дошли из-за некоторых особо наглых личностей.

— Как я рад, что ты оценил лучшие черты моего характера, — расплылся в улыбке Вик и обернулся ко мне. — Так кто это был, Света? Ты вроде какой-то будущий труп до оврага тащила, когда мы с тобой связывались в предпоследний раз?

— Угу, — хмыкнула я, сдерживаясь, чтобы не придушить братца-предателя. Вот и как теперь выкручиваться? Сдал, как стеклотару! Придется все рассказывать. — Это был какой-то эрговский наемник.

— Какой? — насторожился Морти и привстал над столом.

Хм, а с чего это он так заинтересовался незваным гостем? Интуиция вновь напомнила не рассказывать все про охотника. Что-то тут было нечисто.

— Не знаю, — как можно безразличнее пожала я плечами. — Высокий, бритоголовый качок с мечом на поясе. Я не разбираюсь в иерархии эргов.

Мортифор вновь присел за стол и, как мне показалось, облегченно выдохнул. Он что, за меня так переживал? Разве у охотников на дракона есть какая-то универсальная форма одежды или отличительный знак? Или Мортифор волновался за кого-то конкретного? Возможно даже последнее, потому что воинов с армейской стрижкой при эрговском дворе навалом, а Мортифор успокоился при описании прически. С другой стороны, может, длинные волосы как раз и являются характерной чертой охотников на драконов? М-да, задачка. Чтобы отвлечь Мортифора от опасной темы, я поспешно рассказала об эргах с демиургами. Все слушали молча, мрачно пережевывая пищу.

— А как ты узнала об эргах и их планы? — вдруг спросил Мортифор.

— У охотника спросила, — пробурчала я.

Оборотень если и заподозрил, что я что-то недоговариваю, то виду не подал. Хитрый он, гад! Вик, словно почувствовав, что я не хочу распространяться о случившемся, обернулся к Мортифору:

— А что ты знаешь об эргах и демиургах?

— Не много, — поморщился оборотень. — В основном то, что они являются главными хозяевами мира и терпеть не могут беспорядка. Около ста семидесяти лет назад они хотели уничтожить Гею, но в последний момент передумали. Сейчас, похоже, совсем не проявляют к нашему миру интереса, позволяя ему развиваться самостоятельно.

— Я так не думаю, — вздохнула я, вспоминая свои сны.

— Почему? — изумился Норри.

— Потому что мне постоянно приходят видения о том, что они хотят захватить наш мир.

— Но зачем это им? — фыркнул Вик. — Если они хозяева, то могут взять и прийти.

— Вероятно, что-то им мешает, — предположила я и рассказала о Носящем перстень и Владеющем замком.

— Странно, — пожал плечами Мортифор. — Я ни о чем таком не слышал.

— А что, если Гея действительно окружена каким-то щитом, и эргам для того, чтобы войти в этот мир, нужно пробить его защиту? — предположил Вик.

— А Владеющий замком и Носящий перстень что-то вроде ключа с замком? — предположил Мортифор.

— А почему нет? — воодушевился Вик. — Света говорила, что замок Михея располагался на пересечении энергетических линий. Что, если у перстня такое поле, что при его внесении на территорию замка возникнет локальный взрыв, который пробьет щит?

— Или откроются звездные врата? — предположил Норри.

Так, эльфенку больше фэнтези не давать. Начитался уже! Он вообще великолепно прижился в нашем мире! У Норри талант адаптации.

— Вполне может быть, — задумчиво согласился Мортифор, пережевывая кусок мяса. — Но в таком случае, нам нужно не допустить, чтобы кольцо было внесено в поле замка.

— Но для этого надо еще найти кольцо, — мрачно заметил Норри. — И где гарантия, что упоминался замок именно Михея?

— Мои сны, — подала я голос. — Из них ясно, что «Твердыня Амено» и есть тот самый замок, эрги очень расстроились, когда мы разрушили здание. Кроме того, на руинах я чувствовала огромные энергетические потоки.

— Ну, допустим, замок мы нашли, — кивнул Вик. — А перстень где? Вдруг, пока мы сейчас тут разговариваем, кто-то крадется к замку, чтобы открыть портал?

— Это было бы плохо, — хором вздохнули вампирчики.

Я отрезала кусок мяса и задумалась. Где мог быть перстень? И главное, кто его хозяин? Я вспоминала все свои приключения и злоключения, и постепенно в голове складывалась занятная мозаика.

— Мортифор, — повернулась я к оборотню, — а можно задать тебе один вопрос?

— Да, конечно, — кивнул супруг, подкладывая мне на тарелку подливу к мясу. Заботливый.

— А почему ты хотел завоевать мир?

В глазах вервольфа на минуту отразились изумление и легкая растерянность, словно он действительно не понимал, зачем ему весь мир. Оборотни самодостаточная раса. Им не нужны груды золота и глобальное господство. Их главное богатство — их территория, которая довольно обширна и которую они берегут как зеницу ока. За свои земли ликантропы стоят горой, но завоевывать весь мир — странное желание для замкнутого и берегущего внутренние устои вида. На данном этапе развития их вполне устраивает звание наиболее опасной и живучей — после драконов — расы. Благодаря такой репутации связываться с оборотнями никто не спешит, и это позволяет им большинство сил вкладывать во внутреннее развитие. Случись сейчас война — и она серьезно спутает Мортифору все планы, ударив по экономике и отбросив развитие расы на несколько лет назад. Нет, на данный момент вервольфов более чем устраивает мир и процветание.

Похоже, те же мысли вертелись в голове супруга, потому как он снова взглянул на меня и, растерянно разведя руками, тихо произнес:

— Я не знаю, что меня тогда дернуло. Просто хотелось, и все.

— Так, может, во всем виновато твое фамильное кольцо? — Я продемонстрировала Мортифору его перстень с лунным камнем. — Сущности говорили, что Носящий перстень будет хотеть завоевать мир! И ты действительно хотел!

— Тогда почему на тебя не действует? — фыркнул Вик.

— Потому что она — дракон, своеобразная аномальная зона для магии, — улыбнулся Норри. — Многие артефакты на Свете не работают. Исключения представляют серьезный материал для исследований.

— Идея интересная, — кивнул Мортифор. — Но здесь кое-что не сходится: нашему фамильному перстню много лет, и он не может быть подделкой, потому что я чувствую родство с камнем. В нем заключены души наших предков.

— Но ты говорил, что оправа у кольца из мельхиора, — заметила я, вспомнив, что у оборотней аллергия на серебро. — А у этого перстня оправа из серебра.

— Не может быть! — возразил муж.

— Но я же дракон! Я чувствую драгоценные металлы! — возмутилась я. — Неужели ты не можешь отличить серебро от мельхиора?

— Как будто это так легко! — буркнул Вик, сам не заметив, как заступился за Мортифора.

— Вик, если мы с тобой поспорим на деньги, то голову могу дать на отсечение, что ты справишься! — напомнила я кузену о его замечательных способностях.

— А о какой сумме речь? — сразу же оживился тот.

— Вот и я о том же! — подначила я Вика и обернулась к супругу. — Морти, давай забудем на время, что я дракон, и посмотрим на ситуацию с другой стороны. Мельхиор — сплав меди с никелем, иногда с добавками железа и марганца. Если его понюхать, то можно почувствовать специфический медный запах. Это может уловить даже человеческий нос, не то что твой! Разве ты не чувствуешь, что у кольца уже нет медного запаха?

— Но, Свет, мы же с тобой знаем, что нельзя доверять лишь органам чувств: они могут и ошибаться, — возразил Мортифор. — Нужно провести анализ.

— Тогда давай растворим кольцо в подогретой концентрированной азотной кислоте. А потом к полученному раствору добавим соляную кислоту. Серебро выпадет в осадок, образовав хлорид серебра белого цвета. А никель, медь и добавки железа с марганцем останутся в растворе. Кроме того, сами по себе растворы меди и никеля чаще всего окрашены в голубой или зеленоватый цвет. Это будет видно невооруженным глазом. Конечно, если хочешь, можем потом провести дальнейший анализ…

— Света, стоп! — возмутился Мортифор. — Это фамильный перстень! Он у нас более четырехсот лет, и ты предлагаешь растворить его оправу в кислоте?!

— Да, извини, Остапа понесло, — покаялась я. — Но можно еще воспользоваться ляписным карандашом. Мельхиор должен позеленеть, а позже и почернеть.

— Но серебро тоже может почернеть, если ляпис будет недостаточно качественным либо в воздухе будет содержаться сера. Последнее еще ладно, но где на Гее найти качественный ляпис? — осадил меня Мортифор.

— Да, проблема, — согласилась я. — А если его взвесить, а потом методом вытеснения воды измерить объем? А затем прикинуть по плотности? Хотя мы же не знаем веса вашего камня. И тебе не понравится идея разобрать кольцо на камень и оправу.

— Да вам проще отлить из кольца пулю и выстрелить в вампира! — язвительно фыркнул Вик, вспоминая комиксы. — Подействует — серебро, нет — мельхиор.

— Зачем вампир, если у вас оборотней под боком хоть отбавляй! — удивленно возразил один из вампирчиков. Кажется тот, у кого сарки в роду отметились.

Ну конечно! Мы настолько привыкли к обыденности мира, что сразу отмели все «волшебные» варианты, остановившись на наиболее правдоподобных и часто используемых. А ведь решение, такое простое, изящное решение, было так близко! Вероятно, та же догадка посетила и Мортифора, потому что он тут же велел позвать одного из телохранителей. Теперь все, что нам нужно, — чистокровный оборотень.

Я сняла кольцо и протянула его вошедшему пареньку, предупредив, что он может обжечься. Парень опасливо коснулся перстня и тут же отскочил в сторону, баюкая пострадавшую руку.

— Жжется? — удивленно спросил Мортифор.

— Да, — растерянно кивнул телохранитель. — Серебро. Я бы даже сказал, что очень качественное.

— А у вас нет, случайно, аллергии на какие-нибудь заклятия? — уточнила я у парня. Вдруг это не проявление его родословной, а какой-то побочный результат?

— Нет, — качнул головой он. — Я абсолютно невосприимчив к магии. По крайней мере, защитная магия перстня на меня никак не отреагировала, ведь я не собирался причинять вам вред, госпожа.

Ага, интересно! Это очень хорошая новость. Однако получается, что и полукровки могут реагировать на перстень, если имеют что-то против меня. Надо учесть на будущее.

— А насколько чистая у вас родословная? — внезапно поинтересовался Вик.

— Как снег, — улыбнулся телохранитель.

— Да, — подтвердил Мортифор. — Его генеалогическому древу можно позавидовать.

— А сестры у вас есть? — задал Вик каверзный вопрос.

— Это к моей родословной никак не относится, милорд, — коварно улыбнулся телохранитель, зная, что Вику подобную информацию лучше не выдавать.

Кузен прищурился, окинул оборотня пристальным взглядом и раздраженно повернулся к Мортифору:

— Давай сюда еще один пробный образец. Мало ли что в жизни бывает. Не стоит так легко доверять родословным. Уж я-то знаю.

— Действительно! — авторитетно подтвердил Норри. Уж он-то перепортил, а точнее, улучшил не одно генеалогическое древо. Мы с Мортифором понимающе переглянулись и создали целую тестовую группу, чтобы образовалась хорошая выборка и полученные результаты можно было интерпретировать с достоверностью в девяносто пять процентов.

Однако из всей компании ни у кого из чистокровных не обнаружилось спокойной реакции на металл. То, чего легко касался Мортифор, вызывало сильное жжение или нагрев (в зависимости от чистокровности) у испытуемых.

— Похоже, это действительно серебро, — вздохнул Мортифор, выпроводив тестовую группу к придворному лекарю. — Несколько лет назад у меня пропало кольцо, но буквально через пять часов нашлось. Я подумал, что оно у меня с пальца соскользнуло и под кровать закатилось, когда я… спал.

— Так уж и спал? — подозрительно прищурился Вик, пряча в уголках губ хитрую улыбку.

Мортифор проигнорировал намек и задумчиво постучал пальцем по губе.

— А вообще-то хорошая была у эргов идея! Я собирался позволить Михею завоевать большую часть мира, а потом устранить его либо ядом, либо внутренним переворотом. Захват территории и поддержание на ней порядка значительно ослабили бы его армию. Я же в то время уже вывел много различных видов разумных существ, способных противостоять не только людям, но и нелюдям. Одни догберы чего стоят! Они способны положить до тысячи воинов за несколько часов, моим оборотням не нужно было бы воевать самим. Михей был обречен. Его замок давно меня привлекал из-за слухов, согласно которым он стоит на пересечении энергетических линий. В таком месте хорошо выводить новые виды. Перстень после той потери я не снимал с руки больше никогда. Будучи полукровкой, я не заметил подмены мельхиора на серебро. Явись я хозяином в «Твердыню Амено» — и портал стопроцентно открылся бы. А я даже не чувствовал, что это происки врагов! Навязанная воля была моими желаниями, причем они вплелись в сознание так органично, что я даже не понял, где граница моих мечтаний, а где чужих. Мне казалось, что я разрабатывал эту идею с детства. Хотя по сути мне это господство нужно как собаке пятая нога. Меня вполне устраивает своя территория, а королевские обязанности порой сильно напрягают, идя вразрез с моими желаниями и исследованиями. Я для того и пощадил отца в финальном поединке, чтобы было на кого оставить страну, пока я отдыхаю. Но когда я носил перстень, то ничего не замечал! Какая тонкая магия!

— Морти, а как перстень попал на земной рынок, если ты его после потери не снимал? — задала я мучивший меня вопрос.

— Буквально после того, как вы взорвали замок Михея, перстень загадочно исчез.

— И ты его не искал?

— Искал, но мы не могли поднять шум. Ты просто не знаешь, насколько это могущественная реликвия в чужих руках. Если бы мы выдали свое беспокойство, то про пропажу узнали бы остальные государства и принялись бы его искать. А это нам меньше всего было нужно, поэтому поисками кольца занималась тайная служба.

— Но как он оказался на Земле?

— Это я и сам хотел бы знать, — вздохнул оборотень.

— Интересно, а если теперь Света с перстнем явится в замок Амено, он откроется? — поинтересовался Вик.

— Если учесть, что Света — нейтральная зона, то, может, и нет, — пожал плечами Норри.

— Но лучше не рисковать, — решила я.

— И что ты предлагаешь? Снять перстень?

— Нет, пока на мне кольцо, эрги его не видят и не могут использовать, стоит его снять — и оно может попасть тому, кто окажется восприимчивым к его магии. И вот тут-то эрги с человека не слезут, пока тот не выполнит их волю.

— Вряд ли Мортифор кому-нибудь отдаст свою реликвию, — хмыкнул Вик.

— Что случилось однажды, может и повториться, — покачал головой Норри. — А Мортифор уже дважды терял кольцо. Третий раз не за горами. Пусть лучше его поносит Света. Снять драгоценность с дракона — равносильно изощренному самоубийству, особенно если дракон женского пола и в своем праве.

— Это да, — оскалилась я, представив, как кто-нибудь попытается хотя бы протянуть руку к моей собственности. Голову откручу!

— Значит, решено, — кивнул Мортифор. — Тем более я не собираюсь лишать Свету колечка. Пусть мои подданные привыкнут к королеве. Только вот «Твердыню Амено» Свете лучше обходить стороной.

— Да не вопрос, — улыбнулась я и вгрызлась в кусок мяса. Драгоценности у меня не отнимают, еда под боком. Красота! Жизнь определенно налаживается!

— А что с эргами будем делать? — подал голос обеспокоенный Норри. — Меня столько лет мучили этикетом и прочими необходимыми наследнику науками, что я не собираюсь так просто уступать им этот мир!

— Ого! Кажется, в Норри просыпаются истинные гены дракона! Интересно, какой из него получится ящер?

— Если эрги пытаются захватить этот мир, вряд ли они уповают только на перстень, — задумчиво произнес Мортифор. — Возможно, у них есть еще запасные варианты.

— Мне кажется, они ищут уязвимые места в щите. Если не создают их сами через какие-нибудь артефакты.

— Твою теорию нужно проверить, — кивнул Норри. — Я свяжусь с дядей. Пусть подключит своих магов-аналитиков.

— Мы можем разведать у вампиров, — подал голос Ивар-сан-Мар.

— Но только если вы выдадите нам документ, что мы под вашей защитой! — поднял вверх палец Фарт-рам-Ром.

— Если хотите, после принятия вассалитета у вас появится татуировка в виде моего фамильного тавро.

— Хотим! — оживились вампиры. — Очень хотим! Это было бы просто прекрасно!

— В таком случае, у вас есть время подумать, на какую часть тела вы его хотите, — улыбнулся Вик. — Потому что если дать решать это Свете, то все может очень печально закончиться!

— Да брось! — поморщилась я. — Не такая уж я и вредина!

— Самое обидное, — хмыкнул Вик, — что ты накаркаешь от чистого сердца и всей широты душевной, но так, блин, что мало не покажется!

— Да не проблема, — отмахнулись вампирчики, — нам хоть на лбу! Главное, чтобы остальные ее видели.

— А вот это вы зря так беспечно ляпнули, — заметил Норри. — Как бы у вас действительно это тавро на лбу не появилось!

— Ай! Перебьемся.

— В таком случае, надо вызвать сюда Артура Семину. Ехать для обряда в мой замок нет времени.

— Я предоставлю тебе зал, пентаграмму, если нужно, и все необходимые ингредиенты, — кивнул мне Мортифор. — А пока Каутинус свяжется с твоим Артуром Семину.

Он хлопнул в ладоши, призывая слугу, и озвучил приказ. Появившийся оборотень поклонился и поспешно выскочил исполнять монаршую волю. Хм, оперативно! А Морти прекрасно выдрессировал своих подданных!

— Ну, если с вампирами разобрались, предлагаю вернуться к более насущным проблемам, — заметил Вик.

— Да, нам надо отправить послов и разведчиков в другие страны и закоулки Геи, — поддержала я брата. — Кроме Клыкастого материка есть еще два, населенных людьми, а также Проклятый и Темный материки.

— Ну, допустим, нападать с Проклятого материка эргам невыгодно, — заметил Норри. — После войны магов там сейчас аномальная зона, со своими странными законами и всяческими мутантами. Тяжело нападать оттуда, где физическим оболочкам долго не выжить. А потом еще миновать Гиблое море, омывающее с двух сторон континент.

— Но именно в тех местах мог прохудиться щит. Там же магические аномалии.

— Да, Свет, но кто рискнет это проверить? — вздохнул Норри.

— А у вас нет службы наблюдения за экологией мира?

— Спроси что полегче, — улыбнулся Морти. — Но я могу послать разведчиков к людям. Хоть в большинстве стран магия не в чести. Но у них есть крайне интересные технологии. Да и вампирчикам можно доверить такое ответственное занятие. Чего им всем четверым на родину тащиться?

— Сделаем в лучшем виде, — буркнул Дарт-сан-Мар. — Только обряд проведите.

— А на Темном материке можно Аргелла попросить изучить обстановку. Плюс я спрошу у Артура, у нас с некоторыми человеческими странами деловые соглашения, можно дипломатов к ним послать.

— Сведем твоего Артура с моим Каутинусом, пусть разбираются, кто, куда и каких послов отправит, — кивнул Мортифор. — Заодно и разведка поработает.

— Угу, — хмыкнула я, вспоминая, есть ли разведка у меня. Вроде как была, но с ней разбирались папа с дядей Олегом. А в последнее время разведка так классно спряталась, что я о ней и не вспоминала. Позор мне, позор! Надо будет все прибрать к своим рукам и устроить на досуге всем встряску. Тем более что еще столько стран не охвачено.

— Нам еще надо отправить весточку суккубам, друидам, гномам, оркам, уркам, народу Тван кон Су и людям.

— Ну, положим, урков и орков можно заинтересовать мешком конопли, — ухмыльнулся Норри. — За нее они тебе не то что трещинки в защите, сам щит к ногам положат.

— Еще с сарками надо договориться, — заметил Вик. — К ним надо будет одного из будущих вампиров послать.

Я обернулась к Фарту-рам-Рому:

— Ну что? Навестите свою бабушку?

— Сделаю, госпожа, — кивнул вампир, — только сюзереном станьте.

— Не волнуйтесь, — постаралась я успокоить вампиров. — Все будет в лучшем виде.

— Нам еще необходимо проведать Гвиневеру, — задумчиво произнес Мортифор. — Уж кто-кто, а она прекрасно может предсказать, с какой части света ждать беды. Благодаря ей нам и Проклятый материк не надо будет исследовать.

— А что мы сделаем с уязвимыми местами в щите, когда их найдем? — подал голос один из вампиров. Кажется, Касандр-рам-Дар.

— Как что? — изумился оборотень. — Латать дыры, а если не получится, то подтягивать к местам трещин международную армию. Пора объединиться и запустить этих эргов туда, откуда он придут. Пусть знают, что мы и сами с зубами.

— Это да! — радостно прошипел дракон внутри меня. — Мы им зададим жару!

— Да так, что им мало не покажется! — ощерились братья, в которых тоже пробуждался зверь.

Да, если тот охотник на драконов и выжил, то ему сильно не повезло, ибо он тут оказался один против всех нас.

Часть вторая

ВСЕ ПРОТИВ ОДНОГО

1

Брак — единственная война, во время которой вы спите со своим врагом.

Франсуа де Ларошфуко

Никогда не думала, что дипломатические расшаркивания занимают столько времени. До сих пор мне как-то везло и все вопросы удавалось обсудить и решить в довольно краткие сроки. Впрочем, на людей ушло больше усилий, чем на всех нелюдей, вместе взятых. Человеческая структура власти поражает своей бюрократией. К счастью, львиную долю переговоров взял на себя Артур Семину.

С Каутинусом они были заочно знакомы, но до этого никогда вместе не работали. Что неудивительно для бывших врагов. Первая их личная встреча, положившая начало сотрудничеству, прошла относительно гладко. Правда, на ней присутствовали также мы с Мортифором. Кто знает, может, в наше отсутствие они друг другу голову оторвут? Я надеюсь, что нет. И один, и второй слишком ценные работники, чтобы терять их в глупой грызне.

С королем суккубов я разговаривала лично. Как-никак мой родственник. Арк как обычно позвал меня в гости, а Вэрт аж приплясывал, когда я пообещала как-нибудь заглянуть на их молодежную вечеринку. Моя цена в мире инкубов в качестве объекта безответной любви возросла на несколько порядков, ведь теперь я не просто дракон, а законная жена оборотней. Как успел поведать юный инкуб, прочие подростки ему так завидуют, что он подпитывается их энергией без какого-либо контакта. Мое обещание взять с собой Мортифора несколько омрачило радужное настроение родича, однако вскоре он улыбнулся и заявил, что даже из его присутствия извлечет выгоду. Вот уж прохвост.

Пока я разбиралась с родней, Вик подготовил все для ритуала вассалитета, а также помог Артуру и Каутинусу разослать послов и шпионов по странам. Обряд я проводила уже в полуобморочном состоянии. Какое счастье, что хоть свою кровь не пришлось давать. А так можно было бы смело место на кладбище подыскивать. Через час мое княжество пополнилось четырьмя подданными. Теперь по закону иерархии свободные вампирчики подчиняются мне, потом Мортифору как супругу их сюзерена, а уж потом Вику и Норри.

Довольные вассалы расцеловали нас всех и разъехались выполнять задания. Не омрачил их радости и тот факт, что тавро Дракона проявилось не на лбу, как ожидали Вик с Норри, и не на предплечьях, как загадали сами вампиры, а на крестце. Вик еще долго смеялся, что теперь мы с вампирчиками в одном комплекте. (Нарисованное Витькиным другом тату дракона у меня так и не смылось. Увы, нет ничего более постоянного, чем временное.) Что касается новых вассалов, то им демонстрировать принадлежность Дракону будет проблематично. Пришлось выписывать грамоты.

Отдав Артуру последние поручения, я стояла у окна и наблюдала, как солнце медленно движется к кронам деревьев. Какое счастье, что в гости к Гвиневере мы решили поехать завтра с утра. Дорогу я бы сегодня просто не выдержала. Проходящие мимо меня слуги-оборотни признаков агрессии не проявляли, но и на контакт идти не спешили, что меня очень устраивало. Сейчас пойду слегка перекушу и завалюсь спать. Вот только заставлю себя сделать еще хоть пару шагов.

Сзади на плечи осторожно легли широкие ладони.

— Ты устала, — заботливо заметил незаметно подошедший Мортифор. — Хочешь отдохнуть?

— Ты даже не представляешь как! — вздохнула я.

— Хорошо. — Мортифор прижал меня к себе. — Но учти, что размещать жену в спальне для гостей как-то неудобно. Мои слуги наше раздельное проживание не поймут, поэтому могу я предложить к твоим услугам свою кровать?

— В аренду? — пошутила я. Милое подтрунивание с Морти всегда поднимало мне настроение. А в этом я сейчас очень нуждалась.

— Безвозмездно! — притворно возмутился супруг, легонько массируя мои плечи. Под умелыми пальцами мышцы сладко ныли и постепенно расслаблялись. — Причем в комплекте к постели еще числюсь и я!

— Слушай, — обернулась я к мужу, — а где продаются такие гарнитуры? У меня подруга хотела приобрести парочку.

— О, — улыбнулся оборотень, — это штучное производство, эксклюзивное, причем чаще всего создание мебели и комплекта к ней происходит на дому. Но тебе достается прекрасный здоровый экземпляр бесплатно. Кроме того, в качестве дополнительных услуг он может транспортировать вас до пункта назначения на руках.

— Бесплатный сыр только в мышеловке, — заметила я, щелкая наклонившегося Мортифора по носу.

— О, кошка к данному набору не прилагается, — сладко зашептал мне на ухо Мортифор. — Она идет отдельной комплектующей частью и только по желанию клиента. Вместо нее вы получаете меня, милое обаятельное существо.

— До трансформации или после? — прищурилась я.

Мортифор прыснул в кулак и томно прошептал:

— По желанию клиента. Спешите! Выгодное предложение! Согласившись сейчас, вы получаете одновременно и человека, и питомца. Причем, заметьте, меня не надо выгуливать по утрам.

— О да! Ты сам прекрасно выгуляешься!

— Самообслуживание, — пожал плечами супруг.

— Неси, — улыбнулась я, прикрывая глаза.

В ту же секунду Мортифор подхватил меня на руки, но из-за усталости создалось ощущение, будто тело закружил вихрь. Ну надо же, как себя довела! Сознание плыло и балансировало на грани реальности и царства Морфея. Надо спать. Однозначно спать. Прислонившись к широкой груди Мортифора, я не смогла сдержать зевок и тихо призналась:

— Знаешь, Морти, а я тоже оборотень. Днем я еще ничего, а вечером превращаюсь в бревно.

Его тихий смешок было последнее, что я запомнила перед тем, как отключиться…

Проснулась я, когда по телу уже гуляла вечерняя прохлада. Первым, что увидела, оказались трепещущие на ветру балконные шторы. Ага, значит, это шикарные королевские апартаменты на третьем этаже. Я приподнялась и осмотрелась. Обстановка полностью соответствовала данному определению. Стены обиты коврами, резные столики из черного дерева с золотыми инкрустациями. У стен многочисленные шкафы с книгами, прямо напротив кровати висит лесной пейзаж. Размещенные на полках и прочих горизонтальных поверхностях подсвечники с горящими свечами погружали спальню в мягкие полутени.

Через приоткрытую дверь была видна часть приемного покоя с огромной хрустальной люстрой на потолке. Несмотря на то что свечи в люстре не горели, было понятно, что та комната выдержана в более светлых тонах.

— Выспалась? — уточнил лежащий под боком Мортифор. Сам он, лежа на спине, увлеченно читал какую-то книгу, время от времени поглаживая пальцами мое бедро.

— Не очень, — призналась я, пытаясь справиться с легким головокружением. Организм еще не успел до конца проснуться. — Что такое интересное читаешь?

— «Взаимоотношения эрга и его демиурга. Краткий свод правил и законов».

— Круто! Где ты взял такую полезную книженцию?

— Места знать надо, — улыбнулся супруг и пояснил: — В универсальной библиотеке миров.

— Ух ты! Надо и мне туда записаться!

— Обязательно, — улыбнулся Мортифор. — А пока держи, я и тебе интересную книжечку принес.

Я глянула на маленький томик формата «роман в карман» и обалдела.

— «Все что нужно знать ценному вымирающему виду при незаконном отстреле»? Мило. И как ты думаешь, я успею подать жалобу на браконьерство прежде, чем меня убьют?

— Я ее уже подал от твоего имени, — успокоил меня Мортифор. — Сейчас главное, чтобы канцелярии успели прочитать и обработать жалобу до того, как сюда зашлют охотника на драконов. С этими типами лучше не шутить. Они очень опасны, Света, и свое дело знают. Нам будет очень плохо, если один из них просочится в наш мир.

«Или выживет тот, кого мы оставили в овраге!» — напомнило левое полушарие про мое преступление.

«Надеюсь, обойдется!» — вздохнуло правое полушарие.

«Ага! — фыркнуло левое. — Индюк тоже думал, что купается, пока вода не закипела!»

«Типун тебе на язык!» — хмыкнули с правой стороны.

— Свет, ты понимаешь, что охотникам на драконов лучше не попадаться? — встревоженно взглянул на меня Мортифор. — Обещай, что, как только увидишь лохматого индивида и почувствуешь «родственную кровь», уберешься прочь от такого человека как можно дальше!

Ага! Значит, Мортифор волновался за меня. Прелесть-то какая! Правда, обещать Мортифору побег от очередного злоумышленника я не могла. А что, если он не оставит мне выбора?

— Свет? Ты меня слышишь?

— Извини, отвлеклась. Даю слово, что в большинстве случаев я постараюсь поступить именно так, как ты мне советуешь.

— Не в большинстве, а во всех случаях! — строго заметил Мортифор.

— А если враг не оставит мне выбора?

— Так сделай, пожалуйста, все, чтобы не оказаться в подобной ситуации.

— Как скажешь, — пожала я плечами и попыталась перевести разговор в иное русло: — А кто такие канцелярии?

— Это штат Великого Эквилибриума. Великое Равновесие, Главный Мастер, Дуализм Вещей — его называют по-разному, но смысл один. Когда-то давным-давно именно он создал Вселенную и множество миров. По своему образу и подобию он создал демиургов. Они тоже способны творить миры, чем, собственно, и занимаются. Однако их работы в основном различные отражения уже существующих миров. Считается, что Вселенная бесконечна, однако увеличение количества миров способствует возрастанию энтропии, а любая система стремится к равновесию. Тогда в противовес Эквилибриум создал эргов — тех, кто уничтожает миры. Но наблюдать за почти совершенными созданиями быстро наскучило Главному Мастеру, и появились более простые, телесные сущности. К тому же Эквилибриуму понравилось наблюдать за творческим процессом демиургов. Новое занятие ему так запало в душу, что он больше не творит миры, а наблюдает за равновесием. Дуализм вещей его завораживает. Впрочем, он является великим воплощением дуализма. Он — зло, и он же — добро. Половину суток он несет свет, другую часть времени — тьму. Для того чтобы наблюдать за эргами и демиургами, у Эквилибриума целый штат: разведчики, доносчики, вестники и канцелярии. Разведчики — смуглые, темноволосые создания с нетопыриными крыльями. Вечно прячутся в тени. Хитрые и изворотливые. Но им и нужно быть такими, чтобы выжить. В человеческом обществе их принято считать демонами. Хотя по сути разведчики ничего плохого не делают. Они лишь собирают информацию и передают ее доносчикам, тонким полупрозрачным субстанциям и теням, которые способны просочиться куда угодно и принести весть откуда угодно. Нередко доносчики выполняют функцию разведчиков. Вестники — удивительно красивые гуманоиды с лебедиными крыльями. Эквилибриум создал их такими, чтобы люди и прочие расы верили приносимым вестям. Их, как ты догадалась, в христианстве называют ангелами. Таким образом, Эквилибриум диктует свою волю. А канцелярии имеют тело-бочонок, на каждую сторону света у них по паре рук и четыре головы. Таким образом, канцелярии могут принимать заявления со всех сторон и одновременно их обрабатывать. Эргам и демиургам понравилась система Эквилибриума, и по образу и подобию вестников, доносчиков и разведчиков они создали своих слуг, но те не такие интересные, как оригиналы. К тому же, заметь, как демиурги создали Ведущих магов мира, чтобы те присматривали за порядком в мирах, пока они будут творить другие миры. Замечаешь иронию? Они повторяют своего создателя — Главного Мастера. Мне уже самому интересно, чем закончится этот неосознанный плагиат.

— Значит, где-то есть отражение Геи?

— Исходя из вышесказанного — существует, но я, путешествуя по мирам, не встречал ничего подобного нашей Гее. В каком-то плане наш мир, несмотря на то что его жители схожи с жителями других миров, уникален. Иного такого нет.

— Если это авторский мир, то зачем его уничтожать?

— И сам не знаю, — вздохнул Мортифор. — Оригинал всегда лучше подделки, да и эрги должны уничтожать отражения. Подсвечник Главного Мастера может расцениваться как преступление.

— Думаешь, они собираются учинить мятеж?

— Мастер создал их по своему образу и подобию, ему неинтересна власть, он стремится к равновесию. Это же стремление заложено в основу сотрудничества эргов и демиургов. Не думаю, что они собрались воевать против устоев мироздания.

— Тогда наш мир — все-таки копия.

— Но очень странная, — покачал головой Мортифор.

— А что делает ее такой особенной?

— Ты.

— Что?

— Ты, — улыбнулся Мортифор. — Я побывал на многих мирах, но нигде не встречал таких драконов, как ваша семейка. Вы иные. Есть тупые ящеры, есть те, кто способен думать, некоторые умеют даже говорить, встречаются очень мудрые, обладающие магией индивиды. Все они таскают золото и девиц, некоторые способны на ограниченное время превращаться в человека, но никто из них не может жить в двух ипостасях, как оборотень. Если предположить, что драконы — искусственно выведенные существа, то ты — последняя разработка.

— И теперь эту последнюю разработку хотят уничтожить, — хмыкнула я. — Хотя я скорее преграда на пути к цели, нежели сама цель.

— Вот поэтому я и подал жалобу. Ты уникальна, чтобы тебя убивали из-за какой-то случайности. Говорят, где-то есть мир драконов. Там живут только они. Но я не знаю, обитают ли там тебе подобные. Вдруг вы потерянные или сбежавшие образцы?

— Ну спасибо! — фыркнула я и слегка ударила Морти по плечу, выбивая книгу. — Сейчас я тебе покажу сбежавший образец!

Шутливая возня плавно перетекла в поцелуи и объятия. Мортифор отдавал ласке всего себя, и с каждым прикосновением его энергия неспешно перетекала ко мне, напитывая мой резерв. Видно, сказывалось наследство суккуба. В истощенном состоянии я подпитываюсь за чужой счет. Впрочем, Мортифора мой энергетический вампиризм не беспокоил, и он с радостью делился кипящей в нем жизненной силой. Ура! Кажется, сегодня мне удастся стребовать с него супружеский долг! Наконец-то! А то мешают тут всякие!

С отработанной сноровкой Мортифор извлек из моего наряда орты и, аккуратно сгрузив их на прикроватный столик, сражался с корсетной шнуровкой платья-накидки. Последнее словно жило своей особенной жизнью и никак не хотело покидать тело хозяйки, сплетая шнурки в причудливые узлы. Глядя на сосредоточенное и вместе с тем азартное выражение лица Мортифора, я тихонько посмеивалась и помогала ему в этом нелегком деле чем могла. Наконец мы одолели накидку и шутливо «дали пять» друг другу. В отличие от меня Морти раздевался гораздо быстрее. Вот она, особенность оборотневской одежды!

— Мое! — довольно заметила я, запуская руку ему в шевелюру.

— Твое, твое, — успокоил меня Мортифор, довольно жмурясь от массажа головы.

Какое счастье, что вечером и друзья, и враги предпочитают заниматься своими делами! Хоть завершение дня будет приятным! Только я так подумала, как в дверь осторожно постучали. Нет, ну что за закон подлости, а?! Кого еще нелегкая принесла?!

Мортифор замер и приложил палец к губам, призывая молчать. Надеешься, что пронесет? Сомневаюсь! Словно в ответ на мои мысли, в дверь снова заскреблись.

— Милорд, — робко раздалось с противоположной стороны. — Простите великодушно за беспокойство! Мы понимаем, что вы с госпожой сейчас очень заняты, но к вам прибыл ваш кровник и настаивает на срочной аудиенции.

При слове «кровник» Мортифор резко побледнел и задеревенел. У него даже кожа похолодела. А игривое настроение как рукой сняло, что меня особенно возмутило. Что же там за гад такой, раз Морти так разволновался?

— Что за кровник? — прошептала я. — Очередная сволочь?

— Нет, — мотнул головой Мортифор. — Это человек, с которым я связан собственной кровью, как с тобой. Он мой друг. Когда-то он спас мне жизнь, потом я вытянул его с того света, а пять лет назад он снова меня спас. После случившегося мы с ним как братья. Не как те, что у меня были, а как ты с Виком и Норри.

— Ну, для брата я полом не вышла, — заметила я.

— Не придирайся к словам, ты понимаешь, о чем я.

— И давно ты его знаешь?

— Уже почти двадцать лет. Еще в школе в свернутом пространстве пересекались.

— Ого! Солидный срок!

— Я вас как-нибудь обязательно познакомлю, — пообещал Морти, покидая ложе и спешно одеваясь.

— Что ж, пошли, — вздохнула я, вставая следом за оборотнем. Раз вечер обломался, хоть с таинственным кровником познакомлюсь. Интересно же взглянуть на человека, которому Мортифор обязан жизнью. Хороших людей на свете мало, и их стоит знать в лицо.

— Э-э-э… — смутился супруг, растерянно глядя на меня. — Ты хочешь встретиться с ним прямо сейчас?

— Да, а что? Я помешаю?

— Ну вообще-то, — потупился Мортифор, осторожно отступая к двери, — я хотел спровадить его до утра. Ведь далеко не каждый день судьба дарит нам тихий вечер…

Мортифор не договорил, но я и так поняла, к чему он клонит, и как никто другой разделяла его идею насчет вечера.

— Тогда выкинь его пинком под зад и продолжим начатое, — откинулась я на подушки.

Мортифор мгновенно преодолел разделяющее нас расстояние и, порывисто поцеловав, пообещал:

— Не скучай, я мигом.

— Ну смотри, — прошептала я. — Задержишься — и я подам иск за втюхивание кровати, не укомплектованной оборотнем! Потребитель должен защищать свои права. А если не явишься, я потребую заменить бракованный товар на исправный!

— У комплекта пожизненная гарантия, возврату и обмену он не подлежит! — ухмыльнулся Мортифор и скрылся за дверью.

Ну что ж, раз образовалась пауза, почитаем про законы эргов и демиургов. Может, удастся найти лазейку для спасения нашего мира?

Райдер Цециди

— Да как вы смеете меня задерживать?! — рыкнул я и вошел в покои Мортифора.

Оборотни пытались меня остановить, но после пробуждения в овраге мое настроение было хуже некуда. А задержать взбешенного охотника на драконов не так-то просто. В такие моменты начинает просыпаться дремлющая в жилах сила дракона. Да и сами мы не хилого десятка. Любой подмастерье может скрутить взрослого оборотня в бараний рог. Другое дело, конечно, опыт. Впрочем, калечить слуг Мортифора я не спешил. Все-таки Морти мой давний друг и спаситель. Если бы неон, гнить бы мне сейчас в небытии.

Грязный, уставший и злой, я хотел лишь: умыться, поесть и выспаться. Хотя нет, еще с Мортифором переговорить.

— Милорд там не один, — пролепетал слуга, кидаясь мне наперерез и тем самым мешая войти в спальню. — Вам лучше туда не входить!

— Не волнуйся, я ничего нового для себя там не увижу! — фыркнул я, пытаясь отодвинуть отчаянно удерживающего меня парня.

— И все-таки я бы не советовал вам туда ходить! — пропыхтел юноша, преграждая мне путь.

Интересно, что ж там за девушка такая, что меня не пускают? Кого это Морт охмурил? Но стоило мне продвинуться чуть ближе к заветной двери, как она раскрылась и из проема выскользнул Мортифор. Хм, насколько помню, оборотень раньше любовниц в свою спальню не приглашал, довольствуясь их комнатами или гостевыми покоями. Похоже, нынешняя пассия для него значит чуть больше. Судя по тому, как он аккуратно и плотно прикрыл дверь, мои подозрения были небеспочвенными. Весь вид друга тоже говорил сам за себя: взъерошенный, с припухшими губами. Кажется, я выцарапал его прямо в процессе.

— Я не вовремя?

— Даже не представляешь насколько, — прямо ответил он.

Ого! Похоже, спроваживает! Такого раньше не бывало!

— Подождет твоя красавица.

— Ну и поганец же ты у меня, — без обиняков заявил Мортифор, прикусывая губу. — Такой момент испортить!

— Ну не одному же мне обламываться! — фыркнул я. — Нет, ну какая все-таки тварь!

— Кто? — насторожился оборотень, проходя и присаживаясь в кресло напротив столика. Похоже, он смирился с судьбой. Вон, даже вино на двоих разливает.

— Да местная одна, — поморщился я. — Представляешь, слежу я за драконом…

— Зачем? — удивился друг.

— Как зачем? — возмутился я. — Убить приказали. Ты же сам еще два года назад предлагал! Такие деньги сулил! А сейчас вуаля? Я здесь и работаю для тебя бесплатно! Ты разве не рад?

— О-о-о… — иронично протянул друг. — Я просто в восторге!

Кровать в спальне предательски скрипнула. Мортифор резко насторожился и прислушался. Я тоже невольно заинтересовался происходящим в спальне. Увы, но для меня там царила тишина, зато Мортифор, похоже, вполне ясно представлял, что там происходит. На миг мне показалось, что он не может сдержать волнения. Наконец друг успокоился и обернулся ко мне.

— Сейчас многое изменилось, — неопределенно махнул он рукой. — Я уже вполне доволен соседством.

Судя по непроницаемой мине, которую он состроил, смею предположить, что Морт очень даже доволен соседством. Спит он с драконом, что ли?

— И скажешь, не заинтересован в ее смерти? У них же самка теперь глава дома? Я прав?

— Княжна, — поправил меня друг. — Нелюди делятся по полу, как и люди.

— Э нет, — хмыкнул я. — Самка. Ты понятия не путай!

— Она другая, — осторожно поднял палец вверх Мортифор.

— Слушай, друг, я тебя не узнаю! Что с тобой случилось?

— Я пересмотрел свое отношение к драконам.

Неужели мои подозрения близки к истине? Нет, не хочу этому верить! А если и да, то я очень даже вовремя пришел! Пора выручать товарища из паутины лжи.

— Шутишь? Ты же их всегда ненавидел! Они тебе всю жизнь испортили!

— Ты пришел за информацией? — вдруг перебил меня Мортифор. — Это так срочно, что ты поднял меня с постели? Насколько знаю, убийство дракона второпях не делается!

— Ну, я еще надеялся, что ты приютишь своего названого братца и посочувствуешь нашей горькой мужской доле.

— Рай, — вздохнул друг, — давай начистоту. Ты не маменькин сынок и далеко не нытик, поэтому твое поведение я не могу назвать адекватным. Чего тебе от меня так срочно надо?

Я задумался, с чего вдруг действительно так поспешно ворвался в апартаменты моего побратима, стянув его буквально с девочки, и теперь убиваю его время. Ведь мог же прийти, как раньше, и поселиться в покоях, которые Морт держал исключительно для меня. Его слуги относились ко мне как к господину, поэтому незачем было просить приюта. Так чего я здесь сижу? Собственный ответ мне не понравился. Неужели я старею и теряю хватку? Хотя вон и Морт ведет себя странно. Может, это нормально? Какое-нибудь весеннее обострение?

— Ты не поверишь, — вздохнул я. — Но мне нужно выговориться! Она просто вывела меня из себя!

— Та-а-ак, — вдруг стал серьезным Мортифор. — С этого места поподробнее. Что за девочка?

— Ну, значит, следил я за драконом, пошел следом, эдак через полкилометра встречается мне девушка полностью в твоем вкусе: маленькая, хрупкая. Фигурка, впрочем, ладная, хоть я и люблю покрупнее, помясистее. Но эта крошка меня тоже зацепила. Глазищи — во! Огромные. Шоколадные! Потрясающе красивые! На голове веночек. В общем, эдакая девочка-цветочек. С виду симпатичная, но со второго-третьего взгляда — красавица! И чем больше смотришь, тем больше она тебе нравится! И без всякой магии, представляешь?! Ни драконьих чар, ни вампирского обаяния, ни приворота суккубов. Ничего! Она просто стояла и смотрела! Человек, но есть в ней что-то загадочное, притягательное. Какая-то изюминка. Я сначала подумал, что она принесена в жертву дракону, но она с улыбкой опровергла мое предположение. Потом я посчитал ее любовницей какого-нибудь эльфийского лорда. Поверь мне, она этого достойна. Впервые я так сильно хотел абсолютно незнакомое мне существо.

Кровать в спальне снова предательски скрипнула. Мортифор опять насторожился и замер. Похоже, девушка его еще не забраковала, потому как друг облегченно вздохнул и расслабился. Я тоже успокоился. Слуху Морта можно доверять. Если он считает, что все в порядке, значит, так и есть.

— Да, — иронично улыбнулся побратим. — Это не твой стиль.

— Вот именно! — фыркнул я. — Но она меня очаровала, и я пошел за ней. В какую-то халупу. Ну да это не важно, ведь тогда я чувствовал, что она проявляет ко мне интерес, и мне было все равно, куда меня ведут.

— Потерял бдительность? — ехидно ухмыльнулся визави. — Ты?!

— Да не чувствовал я от нее опасности! — взорвался я. — Простая хрупкая человеческая девчонка. Кто же знал, что эта стерва меня какой-то дрянью опоит!

— Чем? — вдруг подобрался Мортифор.

— Да не знаю, — отмахнулся я. — Мы таких снадобий не изучали. От чая ничем не отличается. Только хлебнешь — и тебе вдруг так про жизнь поговорить хочется! Причем правду, правду, и ничего, кроме правды!

— Ясно! — прошипел Мортифор, сжимая и разжимая кулак.

— Да вот ничего не ясно! — возмутился я. — Это не твои зелья, Морт, я бы их распознал! Хоть ты и мастер развязывать чужие языки, но этот рецепт не из твоего арсенала! Голова до сих пор как чугунная. Слушай, до меня только что дошло: если эта крошка придумала его сама, то она просто гений!

Кровать в спальне опять предательски скрипнула. Да что ж там за вертихвостка обитает?! Надоело уже смотреть, как Мортифор в очередной раз превращается чуть ли не в большое ухо. Интересно, дождется его красавица или нет?

— Ты, случайно, не слышал о встреченной мною умелице?

— Зачем тебе она? — напрягся друг, словно я на его собственность посягнул.

Ну-ну, что ты нервничаешь? У тебя вон любовница есть!

Я уже хотел было поделиться своими планами, как меня отвлекла мелькнувшая в окне тень.

— Слушай, а что у тебя по карнизу только что прошло? — не выдержал я.

— Что? — растерянно моргнул Морт.

— Я говорю, по карнизу кто-то гуляет, — ухмыльнулся я, кивая на окно за спиной друга.

— Ёптр турен имбарр! — вдруг осенило друга. — Извини, Рай, я скоро.

И король оборотней поспешно скрылся в спальне. Вопреки моим ожиданиям, за стенкой царила тишина.

Я подошел к двери спальни, постучал. Никто не ответил. Тогда я осторожно взялся за ручку и приоткрыл. Сиротливо белели смятые простыни. Похоже, Морта не дождались.

Ну и сволочь же я! Говорят, у хороших друзей схожие биоритмы. Похоже, так и есть. Не одному же мне обламываться.

Мортифор одиноко стоял у окна и напряженно всматривался в даль. Я подошел к нему и, положив ладонь на плечо, поинтересовался:

— Ну и где твоя красавица?

— Не знаю, — мрачно буркнул Мортифор.

— Ну не улетела же она! — продолжал я сыпать соль другу на рану.

— С нее станется, — пробормотал под нос оборотень.

— Кто она у тебя? Ангел?

— Ангел, — согласился друг и тихо добавил: — С перепончатыми крыльями.

Я прямо обалдел. Неужели Мортифор связался с демоном? Ну не с драконом же он, в конце концов, якшается?! И тут меня осенило:

— Она что у тебя, вампирка?

— Есть немного, — горько согласился побратим и махнул рукой. — Давай, что ли, поедим, раз обоим сегодня ничего не перепало.

— Давай, — горестно вздохнул я.

Мортифор велел подать ужин, и мы устроились за небольшим столиком в приемной.

— Нет, ну какое коварство! — в который раз возмутился я, вспоминая утреннюю незнакомку.

Мортифор вздохнул и налил мне вина.

— Выпей, — протянул он мне бокал и авторитетно заявил: — Помогает.

— Угу, — хмыкнул я. — Ты с этой тварью не встречался!

Мортифор взглянул на меня так, что мне на секунду показалось, будто он полностью понимает мои чувства.

— И что ты собираешься делать? — вкрадчиво спросил он.

— Как что? Убью дракона, но сначала найду эту тварь!

— И убьешь? — насторожился друг.

— Нет, — поморщился я. — Выясню, на кого она работает, а потом заберу с собой.

— Зачем?

— Запала в душу, зараза! Хочу ее.

— Она же тебя с обрыва спустила! — мягко напомнил Морт. — Зачем рисковать? Вдруг она тебя снова спустит, ты рискуешь вообще не проснуться.

— А я ее все равно хочу! — капризно выдохнул я.

Что греха таить, чем-то меня эта паразитка зацепила.

Знаю, что она гадость и что я еще хлебну с ней всякого, но одной моей иррациональной части все доводы рассудка были до голубой звезды. Увезу ее. Хоть силой, но увезу!

Непонятно только, на кого она работает. Вроде тогда о Драко она отозвалась очень даже презрительно. Хотя она может оказаться великолепной актрисой. Тем более что расспрашивала-то в основном о драконах. Но почему тогда не убила? Рука не поднялась? Не верю!

Если она работает на врагов Драко, то зачем было тащить меня в овраг? Можно же было просто объединиться! Кому еще, кроме драконов, нужно было вывести меня из строя?

— О чем задумался? — спросил меня Мортифор, все это время внимательно следивший за моими умственными потугами.

— О девушке, — признался я. — Я просто не понимаю, на кого она работает и зачем устроила со мной такую сложную комбинацию.

— А если это просто неудачная попытка убийства?

— Я не верю, что она могла облажаться, — поморщился я. — Не такой у нее характер.

— Может, тебя спасли Высшие силы? — предположил Морт.

— Ага! Как же! — хмыкнул я. — Ты еще скажи, Высшее провидение.

— Ты должен убить только главного Дракона или бастардов тоже? — спросил Мортифор.

Хм, а вот это уже занятно! С чего у него такой интерес к судьбе драконов?

— Странно, та девочка тоже об этом спрашивала, — внимательно посмотрел я на Мортифора. — А какой в этом твой интерес?

— Обыкновенный, — пожал плечами друг. — По твоему заказу я оценю степень угрожающей этому миру опасности. Ведь ты работаешь на эргов, а они простой чисткой драконов не занимаются. Я уже обращался к тебе с просьбой уничтожить Драко и ознакомился с работой системы.

Мортифор спокойно смотрел мне в глаза, и я не чувствовал фальши. Видно, мне показалось. После общения с той девушкой я стал слишком подозрительным. Надо будет взять отпуск. А еще лучше отойти от дел и завести семью. Хватит с меня драконов!

— Рай, — оторвал меня от моих размышлений Мортифор. — Что мне делать с моими людьми? Подскажи, пожалуйста. Эргам нужно уничтожение мира?

— Честно говоря, я не знаю. Но из контекста понял, что они просто хотят что-то забрать, а драконы им сильно мешают. Если я убью ее, то, скорее всего, все решится тихо и мирно. Но не волнуйся, в ближайшее время я постараюсь выяснить судьбу Геи и конечно же предупрежу тебя.

— Спасибо, — прижал Мортифор кулак к сердцу.

— Не за что, друг, — улыбнулся я.

— А теперь, может, отдохнешь? — улыбнулся Мортифор.

— С удовольствием, — ухмыльнулся я.

— Прислать тебе девочку?

Соблазнительная идея! С другой стороны, на территории оборотней обитают только оборотни, а они все отличаются высоким ростом, а сейчас мне хотелось чего-то маленького и хрупкого, о чем я и известил Мортифора.

— Что ж, пошлю кого-нибудь в человеческое селение, постараемся подобрать что-нибудь по твоему изменившемуся вкусу, — улыбнулся Мортифор и встал с кресла. — Идем, я провожу тебя в твои комнаты.

2

Подсознательно мы делим врагов на съедобных и несъедобных.

«Пшекруй»

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Вот блин! Попала так попала! Вселенная бесконечна, шанс встретить случайного прохожего дважды — ничтожно мал, а о вероятности того, что он может оказаться хорошим знакомым твоих близких, вообще молчу! Все-таки Вселенная — это тебе не деревня. Но мне, видно, как всегда везет не по-детски! Это ж надо, чтоб так подфартило! Охотник на драконов — кровник Мортифора! Ну разве так в жизни бывает?!

Факт, что Мортифор готов был заплатить любые деньги за мое убийство, тоже не особо поднимал настроение. Еще больше огорчало то, что Райдер охотится за мной по заданию хозяев. Интересно, а как можно убить эрга? Нет заказчика — нет проблемы. Вопрос только, где найти охотника на эргов? И существуют ли такие? Надо будет выяснить это у Мортифора либо из книжечки. Ох, попала так попала!

За дверью разговор становился все интересней и интересней, но что будет, если Райдер сюда войдет?

«Капут будет!» — услужливо подсказало левое полушарие.

«И не говори! — почти впервые согласилась правая половина мозга. — Они там сейчас как раз дошли до твоего описания, и, кажется, Мортифор о тебе догадался!»

«Не к добру это!» — привычно предостерег спинной мозг.

Впрочем, я и без него чувствовала, что дело пахнет керосином. Надо рвать отсюда когти. Хоть я и во вкусе Мортифора, но вряд ли он не открутит мне голову после услышанного, ну а если еще мы с Райдером столкнемся, то настанет Армагеддон.

Тихонько соскользнув с кровати, я стала одеваться, стараясь не шуметь. Слух у Мортифора великолепный, если почувствует неладное, не знаю, чем все обернется. Лучше по-тихому смыться, подумать о решении проблемы и встретить ее лицом к лицу, но одетой и вооруженной. Веские аргументы типа ортов за поясом придают чувство уверенности в завтрашнем дне.

А вот и мой родной карниз! Какое счастье, что я могу гулять по нему беспрепятственно. Осторожно проскользнув мимо окна приемного покоя, я шмыгнула в соседнее помещение. Все-таки какая прекрасная у оборотней привычка проветривать комнаты в жаркие дни! Что бы я без нее делала?

«Висела бы, как летучая мышь, на карнизе!» — буркнуло левое полушарие.

В комнате я сняла со стола вазу и приложила к стене. Послушаем разговор дальше. Конечно, находиться близко от охотника на драконов очень рискованно, но, с другой стороны, упустить такую важную и интересную беседу крайне неосмотрительно.

Значит, бастарды, как я выяснила ранее, ему действительно не нужны. Уже хорошо. Хоть Норри с Виком не придется бегать по всей Гее, и мне меньше волнений. Отвечать за свою шкуру проще, чем за чью-то. Ответственности меньше, и можно порой рискнуть. Интересно, если я разрешу забрать эргам то, что им здесь нужно, они отстанут от меня? Надо будет уточнить, можно ли сесть с этими сущностями за стол переговоров. Почему не решить проблему мирно? Впрочем, надежда на такой исход ничтожно мала. С моим-то везением.

Когда Мортифор предложил Райдеру проводить его до покоев, у меня отлегло от сердца. Если супруг не хочет оставлять Райдера без присмотра, значит, беспокоится о моей целости и сохранности.

«Либо о сохранности своего замка, — тихо заметило левое полушарие. — Ведь если вы столкнетесь на узенькой тропке, тот может и не выстоять!»

«Замечательно! — фыркнуло правое полушарие. — Только ты могло так успокоить хозяйку!»

«Я реалистка!» — хмыкнули с левой стороны.

Когда шаги мужчин затихли в коридоре, я осторожно высунулась наружу. Никого. Ура! Но куда пойти? К себе? Так у нас с Мортифором общие покои. Спрятаться у Вика? Так я не знаю, где они… В конце коридора появился охранник — плечистый оборотень в кожаных доспехах.

— Эй! — окликнула я его. — Не подскажешь, где в замке разместились мои братья?

— Никак нет, ваше величество! — гаркнул он так, что я подпрыгнула на месте.

— Тихо ты! — шикнула я. — Твои вопли режут мне слух!

— Извините, моя госпожа, — покаянно склонил оборотень голову, но я успела заметить мелькнувшее в глазах злорадство.

— А где находятся покои кровника Мортифора?

— Идемте, я вас провожу! — обрадовался вервольф.

— Не надо! — остановила я его. — Ты мне просто скажи, а я, если захочу, сама дойду.

— На этом этаже, в западном крыле, — указал рукой вервольф.

По его хитро сверкнувшим глазам я поняла, что что-то здесь нечисто. Уж не врет ли он мне? Скорее всего. Я огляделась. От королевских покоев четырьмя лучами расходились коридоры: два из них были строго противоположны, два шли под углом и через двадцать метров куда-то сворачивали. Там, наверное, опять развилка. Оборотень показал мне на прямой, освещенный коридор, но интуиция подсказывала, что туда идти не стоит.

— Вот ты где! — вынырнул из восточного коридора Мортифор и, подхватив меня под локоть, втолкнул обратно в свои покои. — Ну и как это понимать?! — рыкнул он. — Как много нового я узнаю о тебе с каждым днем!

— Кто бы говорил! — огрызнулась я. — Я понимаю, что у каждого свой скелет в шкафу, но у тебя, Морти, их там целое кладбище!

— Ты тоже не мягкая и пушистая!

— Ну конечно! Я ведь гладкая и чешуйчатая!

— С каких это пор ты мне врешь, Света?! Почему ничего не сказала про Райдера?

— Чтобы ты волновался? — невинно хлопнула я ресницами.

— О, как будто я сейчас меньше волнуюсь! — прошипел Мортифор. — Ты представляешь, что я ощутил, когда понял, что охотника на драконов и его мишень разделяет всего лишь хрупкая деревянная преграда!

— Как будто я этого не осознавала! — парировала я.

— А когда ты смылась через окно, у меня чуть все блохи не подохли!

— А они у тебя есть? — заинтересованно глянула я на его шевелюру.

— Света, не переводи тему! Когда я вел Райдера в его комнату, то перед каждым поворотом у меня сердце замирало: казалось, вот сейчас повернем, а там ты. Никогда не сбегай из покоев без моего ведома, особенно если по замку ходит Райдер. На сегодняшний момент он один из лучших в своем деле!

— Это меня успокоило! А каково мне было в замкнутом пространстве сидеть и гадать, зайдет он сюда или нет?

— Я бы не пустил!

— Я тебе верю, но мне все равно было страшно!

— О! Это хорошая новость! — обрадовался Мортифор. — Если ты боишься, значит, не будешь делать глупости.

— Я их и так стараюсь не делать.

— Просто порой так получается, — фыркнул Мортифор.

— Что прикажешь делать? — буркнула я. — Как нам прожить с Райдером в замке и не столкнуться? Посадишь меня на цепь?

— Идея хорошая, но практически неосуществимая, — с огорчением покачал головой Мортифор. — Тебя ведь не удержишь под замком. Давай-ка быстренько собираться и сматываться отсюда. Утром слуги скажут Райдеру, что я отбыл по срочному делу.

— А он поверит? — с сомнением взглянула я на оборотня.

— Ну такое бывает, — пожал плечами Морти и коротко добавил: — Иногда.

Прекрасно! Ну что ж, да здравствуют старые добрые времена! Снова неприятности на хвосте, и снова мы драпаем от них в лучших семейных традициях. Только теперь в нашей компании пополнение. Точнее, замена вспыльчивой Ладушки на вдумчивого Мортифора.

Мы поспешным шагом завернули за угол и прошли буквально метров сто, когда столкнулись нос к носу с Каутинусом.

— Мой лорд, — поклонился он. — Миледи, — одарил он меня кивком и тут же снова обернулся к Мортифору: — У нас проблема, милорд. Лорд Виктор уединился в спальне с младшей дочкой Цезаря Куон Альпинус Отиса, нынешнего посла Волыменской империи.

— Я знаю, кто такой Цезарь, — перебил Каутинуса Мортифор. — Проблема в чем? Ближе к теме.

— А проблема в том, что этот самый отец как раз приехал повидать дочурку и застал парочку на месте преступления. Там такой шум поднялся. Он всех Драко до седьмого колена помянул. А вы же знаете, что покои юной Цирцеи располагаются как раз рядом с комнатой лорда Райдера…

— И? — подобрался Мортифор.

Мне тоже резко поплохело. Вот так засада. Если братик столкнулся с охотником на драконов, то дело пахнет керосином.

— И он вышел из комнаты поинтересоваться, что за шум, — вжал голову в плечи Каутинус.

— И чем все кончилось? — испуганно прошептал супруг.

— Пока не знаем, — пискнул королевский советник, на всякий случай отступая подальше от нас.

В этот момент с противоположного конца коридора нам навстречу выскочил Вик. Поравнявшись с нами, он притормозил и прошипел:

— Что у тебя за беспредел в замке, зятек? Почему какой-то псих с длинными черными волосами гоняется за твоими гостями с секирой наперевес?

— Что? — опешила я.

— Где он сейчас? — побелел Мортифор.

— Чуть дальше по коридору, — махнул рукой Вик. — Сейчас здесь будет.

— Вот дерьмо! — рыкнул оборотень и, наказав: — Прячься! — схватил меня под локоть и втолкнул в первую попавшуюся дверь.

Краем глаза я успела заметить, как Мортифор пнул Вика ногой под зад со словами:

— А ты беги дальше!

— Никуда я не пойду! — прошипел за дверью Вик. — Мы в ответе за тех, кого приютили! Гостей беречь надо!

— А я тебя и берегу, поэтому и советую тебе бежать! Это охотник на драконов! — приглушенно ответил ему Мортифор.

— А что он здесь делает? Специально, что ли, пригласил?

Мортифор не ответил на обвинения кузена, потому что в этот момент на сцене появился Райдер.

— Вот ты где, скотина! — заорал он.

— Я не скотина, я — гад! — огрызнулся Вик. — Биолог недоделанный!

— Паразит!

— Я же сказал тебе, что отношусь к гадам, дебил!

— Сейчас станешь трупом! — взревел Райдер.

— Райдер, стой! — крикнул Мортифор.

— Морт, с каких пор у тебя по замку бастарды драконов разгуливают?!

— Дипломатическая миссия, — парировал супруг. — Это дипломат.

— Вот и я заметил, как он связи налаживал с дочкой дипломата!

— А тебе какое дело? — рыкнул Вик. — Что ты взъелся? Завидно, да?

— Убью!

— Рискни здоровьем!

— Не сметь!!! — рявкнул Мортифор так, что даже я по другую сторону двери встала по стойке «смирно». Вот это командный голос! В школу бы его, старшим классам лекции читать!

Вдруг меня сзади вежливо похлопали по плечу. Я недоуменно обернулась и столкнулась нос к носу с госпожой Морой Канис Руфус Авидус, моей несостоявшейся соперницей и убийцей. Блин! Похоже, у меня милое, ненавязчивое хобби — влипать в неприятности! Из комнаты не выскочишь — там Райдер, и здесь не останешься — тут разгневанная соперница, а это еще опасней, чем охотник на драконов!

— А ты что здесь делаешь? — опешила я. Вот кого-кого, а ее я увидеть здесь ну совсем не ожидала.

— А ты что думала, дочку знатного вельможи так легко отодвинуть в сторонку? — презрительно хмыкнула та, наступая на меня. — Я здесь жду, когда мой папаша разберется со всем этим недоразумением. Как видишь, не так-то легко не учитывать интересы моего рода.

— Моего тоже, — мрачно буркнула я и отскочила в сторону, так как девица тут же атаковала.

Я шустрая, но оборотень в движении, а особенно женского пола — это сила, с которой нужно считаться. Острые когти противницы царапнули по лицу. Меня прошиб холодный пот, когда я поняла, что один из них прошел в каком-то миллиметре от глаза. А оборотниха ухмыльнулась и нарочито медленным движением слизнула с пальцев мою кровь. Вот же дрянь!

— Я тебя по стене размажу! — прошипела она, и я поняла, что красотка не шутит. Эта может! И кажется, она сейчас преуспеет в том, в чем облажался Райдер.

Инстинкт самосохранения услужливо подсказал держаться от нее подальше, и я отступила на несколько шагов назад, тем самым приблизившись к окну. Бывшая невеста Мортифора торжествующе осклабилась и сделала молниеносный рывок ко мне.

Удар пришелся в плечо. Вначале меня охватило удивление и злорадство, что гадина промазала мимо сердца, но тут я почувствовала, что неуклонно заваливаюсь назад, теряя равновесие. Время замедлилось, я, отчаянно замахав руками, попыталась выровняться, но Мора все с той же противной улыбочкой еще раз толкнула меня в плечо. И я поняла, что падаю! Страх пробрал до мозга костей! При всем желании трансформироваться я не успею — и перелом позвоночника мне обеспечен! А соперница, торжествующе скалясь, смотрела из окна и махала мне ручкой!

— Прощай, тварь! — одними губами прошептала она.

В немом отчаянии я вновь взмахнула руками. Жить хотелось до крика, до боли! Время приостановило свой бег, словно я попала в какую-то параллельную заторможенную реальность. Тут я увидела, как видоизменяются мои руки, превращаясь в лапы, и почувствовала вырастающие за спиной огромные кожистые крылья. Какая-то часть сознания, принадлежащая чему-то древнему и мудрому, шепнула, что если я сейчас очень постараюсь, то смогу выжить. Я изо всех сил захлопала крыльями, пытаясь выровняться и зависнуть в воздухе. И получилось! Тело мое уже заканчивало трансформацию в дракона. И когда последняя чешуйка проклюнулась на хвосте, я оказалась стоящей на земле перед замком. Время вновь побежало в привычном ритме.

Смех Моры оборвался, девушка побледнела и отступила от окна. Кажется, она только что поняла, что заставлять меня летать было плохой идеей. Очень плохой. Я учуяла ее страх и, взмахнув крыльями, поднялась на уровень третьего этажа. Не столько из мести, сколько из-за природных инстинктов. Как хищника, меня привлекает страх добычи. Я заглянула в окошко — и это было моей ошибкой. Что-то острое и холодное метнулось навстречу моему глазу; еле успев уклониться, я заметила меч. Ах ты, сволочь крупного масштаба! Сначала убить меня хотела, а теперь изувечить?! Ну, погоди!

Мама учила, что драться женщине нехорошо. Если в причине раздора замешан мужчина, то тем более не рекомендуется, так как это характеризует женщину не с лучшей стороны. Но! Во-первых, Мортифора здесь нет, во-вторых, он ничего не узнает, а даже если и узнает, спихнем все на задетое женское самолюбие и самозащиту! А в-третьих, меня постепенно охватывало чисто женское древнее чувство под названием «убить гадину!». Я так просто свое не отдам!

Я просунула в окошко лапу и постаралась схватить обидчицу. В комнате взвизгнули, и что-то больно царапнуло по пальцу. Наверное, это Мора попыталась отрубить мне палец мечом, но клинок скользнул по боевой чешуе, потому что послышался лязг металла о камень и тихие ругательства противницы. Я двинула лапу на звук, но там уже была пустота. Верткая, зараза!

Пошевелив конечностью, я опрокинула шкаф. И, кажется, книжные полки. Чуткий слух уловил, как задергалась ручка двери. Ага! Щас я тебя! Соперница пискнула, но успела поднырнуть под лапу. Ловить вслепую оборотня оказалось не так просто, как представлялось вначале. Убрав лапу и слегка отодвинувшись, я вновь заглянула в окно, но теперь уже с безопасного расстояния.

Моим глазам предстал разозленный, как пантера, Мортифор.

— Ёптр турен имбарр! — рассерженно прошипел он, скрестив руки на груди. — Ты что здесь творишь?! Это так в твоем понимании спрятаться?! Ты понимаешь, что тебя только слепой не заметит?! Как я спрячу в своем замке гадину весом в три тонны?!

— Я-то все понимаю! А вот ты чем думал, когда меня с Морой в одной комнате запер?! — возмутилась я, невольно переходя на рык.

Мортифор испуганно подпрыгнул и, оглянувшись, приложил палец к губам, призывая к молчанию. Я и сама, сообразив, что повышать голос вблизи охотника на драконов чревато, поспешно прикусила язык.

— Кстати, а где оборотниха? — прошептала я. — Вдруг она теперь доносит обо всем Райдеру?

— Не волнуйся об этом! — поморщился оборотень. — Быстро превращайся обратно!

— Как будто я сама этого не знаю! — пробурчала я и сосредоточилась на своей ипостаси.

— Ну скоро ты там? — раздраженно прошипел Мортифор, нервно поглядывая по сторонам.

— Я стараюсь! — огрызнулась я и вновь позвала свою человеческую сущность, но никакого отклика не получила.

Сколько бы я ни взывала к человеческой природе — ничего. Только сердце колотилось от страха, что я сейчас не успею обернуться человеком и Райдер схватит меня на месте. Блин-блин-блин! Что же делать?!

— Ну чего ты копаешься?! — взвыл Мортифор.

— Я не знаю, — проскулила я. — Похоже, я застряла в облике дракона!

— Час от часу не легче! — простонал супруг и, встав на подоконник, скомандовал: — А ну, подставляй шею!

— Зачем? — непонятно почему насторожилась я.

— Подставляй, тебе говорят! — прикрикнул оборотень.

Ну что ж! Была не была! Вряд ли Мортифор задумал что-нибудь плохое. Я послушно сделала то, что мне велели. В следующую секунду король оборотней запрыгнул мне на загривок и проворно вскарабкался на спину, устраиваясь поудобнее между роговыми пластинами.

— Полетели, — пришпорил он меня каблуками.

— Чего? — опешила я.

— Не чего, а полетели! — рявкнул Мортифор. — Ну же, Свет, взлетай, пока Райдер нас не поймал здесь с поличным!

Имя охотника на драконов подействовало на меня лучше, чем любой ускоритель, и, расправив крылья, я сделала пару шагов в сторону.

— Вперед! — поторопил меня супруг, нетерпеливо ерзая на спине.

Я сделала пару шагов для разбега и оттолкнулась, ловя воздушные потоки. Хвала Высшим силам, хоть с умением летать проблем не возникло. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.

— Стой! — закричали снизу голосом Виктора, и что-то вцепилось мне в хвост.

Я взревела и испуганно замахала крыльями.

«Свет! Ты там полегче! — послышался у меня в голове голос Виктора. — Не бойся, у тебя на хвосте всего лишь я».

«А где охотник на драконов?»

«Следом бежит».

«Ёптр турен имбарр! Это в твоем понимании, что у меня на хвосте лишь ты?! Ну что ж, господа, держитесь!»

Я резко метнулась в сторону и пошла на вираж, набирая высоту. Надо признаться, очень вовремя, потому как там, где совсем недавно я летела, пронеслась стрела. Вряд ли Райдер надеялся прибить меня такой жалкой стрелой. Скорее всего, на кончике был яд. А это значит, фиг с ним, с виражом. Просто убегаем.

«Ай! Свет, это что за кульбит?! — раздраженно зазвучал у меня в голове голос кузена. Похоже, ни он, ни Мортифор, ни Райдер не ожидали, что я сумею прервать намеченный маневр на трети пути. — Тебя что, в летную школу отдать?»

«Не нравится, в следующий раз сам повезешь!» — огрызнулась я, удаляясь от опасного места.

Мало того что Витька меня обругал, так еще и Мортифор от испуга выпустил когти в мою спину. Больно же!

— Ты там полегче! — буркнула я супругу. — Шкура не казенная!

Проведенный с Мортифором свадебный обряд сделал меня намного уязвимее перед ним. Наверное, таким образом природа позаботилась о супругах Дракона, подарив им возможность эффективно защищаться. К сожалению, именно сейчас это свойство сыграло плохую услугу.

— Прости, — виновато пробормотал он. — Я сейчас все залечу.

— И каким это образом, если на меня магия не действует? — огрызнулась я.

— Кровью своей! — в тон мне ответил супруг. — Если я тебя теперь могу поранить, то, наверное, могу и исцелить.

— Предполагаешь? — прошипела я. — А если не прокатит? Ты учти, что я после превращения уменьшусь, а твои царапины — нет! — И, заметив, что теряю высоту, поспешно добавила: — Поторопись с лечением, потому что в человеческом облике я с такими ранами не выживу!

— Сейчас-сейчас! — не на шутку испугался Мортифор и принялся нараспев читать заклинание.

Его монотонный бубнеж немного успокаивал. Я вдохнула воздух полной грудью и решила, что обязательно припомню охотнику попорченную шкуру. Хоть он в этом и не совсем виноват, но не на Мортифоре же мне зло срывать? Он свое, родное, а свое жалко убивать. Что ни говори, а злопамятная я. Увы, драконы все такие. Вик вон тоже до сих пор папе ремня простить не может. А было это в первом классе. Понимаю, что нельзя быть таким. Вредно для здоровья, но, наверное, злопамятность помогает драконам яд вырабатывать.

3

Если детки затихарились — значит, жди беды!

Александр Балаур, отец и дядя правящей триады дома Драконов

Мы приземлились в деревне, точнее, рухнули на крайнюю хату, взметнув в небо горы трухи и пыли. Наверное, я была бы не я, если бы научилась приземляться плавно и степенно, как и полагается любому уважающему себя дракону. Занятые выкапыванием друг друга из завала, мы не замечали, что творится вокруг. Когда же я в перерыве между уговариванием Вика извлечь из-под полусгнивших бревен Мортифора и объяснением «зачем оно мне надо» отвлеклась, то обнаружила, что нас со всех сторон обступили порядком разозленные оборотни и с мрачным любопытством наблюдают за нашими потугами. Вик, увидев новых действующих персонажей, быстренько смекнул, что Мортифор нам таки нужен, и на удивление шустро извлек взъерошенного вервольфа из-под обломков.

Опознав в нашем спутнике своего короля, оборотни облегченно вздохнули, однако опускать оружие не спешили. Краем глаза я заметила, как двое плечистых воинов попытались аккуратно оттеснить меня от Мортифора.

— Я заплачу хозяину дома за причиненный ущерб, — попыталась я разрядить обстановку и успокоить тех, кому мы свалились на голову.

— Изба была нежилая, — хмуро произнес высокий плечистый оборотень. Наверное, староста.

— Вот и чудненько! — обрадовался Вик.

— Там нечистая сила водилась, — буркнул кто-то из оборотней.

— Вот видите, какая от нас польза! — взмахнул руками брат, пытаясь прикинуться белым и пушистым. (Надо признать, получалось у него не очень.) — Мало того что мы избавили вас всех от ненужного дома, так еще и нечистую силу шуганули!

— Скорее вы ее напугали, и теперь она будет шляться по всей деревне, — мрачно изрек староста.

— Мы постараемся возместить причиненный ущерб, — поспешила я успокоить возроптавших оборотней.

— Нам бы комнату на ночь, — добавил Вик и очаровательно улыбнулся.

Окружившие нас мужики его дружелюбия не разделяли. Наоборот, увидев моего обаятельного братца, они мрачно сплюнули, перекидывая из руки в руку грабли, и оттеснили женщин за спины. Кажется, Витькина слава бежит впереди него. Если бы не моя усталость после трансформации, я бы испугалась. А так на душе царил полный пофигизм. Я тихонько сползла Мортифору под ноги. Сейчас самое главное, чтобы на меня не наступили. А остальное — мелочи. В какой-то момент мне стало даже интересно, чего они хотят больше: начистить нам рожи за то, что мы лишили нечистую силу приюта, спасти от нас своего короля или защитить своих дам?

Накалившуюся обстановку разрядил Мортифор. Наклонившись, он подхватил меня на руки и, поприветствовав селян, попросил комнату. Любимому королю отказать не осмелились.

Нас с почетом отвели в домик старосты и поселили на втором этаже. Когда нам с Морти отвели одну комнату на двоих, Вик попытался возмутиться, но благоразумно заткнулся, увидев, как Мортифор провел пальцем по брачной цепочке на шее. Вообще-то движение получилось очень двусмысленным. С одной стороны, оно могло означать: «Как я люблю эту цепочку», а с другой — «Только пикни, и секир-башка тебе будет!» Вик зятя прекрасно понял и решил не выступать. Все-таки два дракона (а если учесть, что Вик еще не закончил стадию взросления, то полтора дракона) против деревни оборотней — спорный расклад сил. Лучше не рисковать.

В домике Фокуса, как назвал старосту Морти, было светло и чисто. Приведя с помощью магии одежду в порядок, я умылась и плюхнулась на кровать. Хоть досплю. Рядом пристроился супруг.

— Раньше у меня за весь год не случалось столько неприятностей, как с тобой за один день, — вздохнул Мортифор.

— Ну извини, — пожала плечами я. — Наследственность у меня такая.

Пусть мама у меня и отвечает за недоразумения, зачастую данное явление сопряжено с неприятностями.

— Твоя наследственность — это отдельная песня, — поежился муж, видно, вспомнив тестя с тещей. — Кажется, ну вот все уже, более крутого переплетения генов быть не может. Так нет! Еще чего-нибудь выплывет!

— Да ладно, — поморщилась я, — как будто твоя родословная хуже.

— Ну у меня она более однотипная.

— Тебя это беспокоит? — пошутила я, пародируя психолога из рекламы. — Хочешь об этом поговорить?

— А давай мы будем не обсуждать мою родословную, а поучаствуем в ней напрямую, — навис надо мной Мортифор.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — улыбнулась я, обнимая мужа за шею.

И мы, образно выражаясь, занялись вопросами генетики. Взрослые люди меня поймут, а более юные ознакомятся с ними сами несколько позже. В жизни каждого человека и нечеловека есть моменты, которые хочется оставить при себе либо разделить их только на двоих. И зрителям тут не место. Приблизительно что-то такое прорычал Мортифор, накладывая на комнату чары неслышимости и невидимости. В результате за дверью раздался возмущенный ропот, а пытающиеся подсмотреть за нами в окно дети рухнули вместе с веткой в кусты колючек. Мораль: любопытство — грех!

Где-то в середине ночи меня разбудил шепот мужа.

— Свет, — согрело его дыхание мне ухо. — Мне тут отлучиться где-то на часик надо, пожалуйста, не волнуйся и никуда не уходи.

— Издеваешься? — пробормотала я, поправляя одеяло. — Покажи мне ту силу, что заставит меня вскрутиться ни свет ни заря, покинув теплую и такую удобную постель.

— Это хорошо, — облегченно вздохнул Мортифор. — Это правильные мысли.

— Тебе хоть ничто не грозит?

— Нет. Тут обиженный жених свою невесту с другим поймал. Родители своевольной дочери не хотят разрывать помолвку и просят меня разрешить их спор. Тут еще родители третьей стороны подкатили. В общем, где-то за час должен управиться. Спи давай.

— Удачи, — пробормотала я.

Мортифор поцеловал меня в плечо и вышел, а я погрузилась в объятия Морфея.

Второе пробуждение оказалось гораздо грубее первого.

— Княжна, княжна! — пыхтели у меня над ухом. — Вставайте, княжна!

— Что такое? — подскочила я, уставившись на двух смущенных детей, черноволосого мальчика лет тринадцати и светленькую девочку лет девяти. Когда мы поднимались в комнату, я видела, как их прятала за своей юбкой жена старосты. Наверное, это их отпрыски. Кажется, Мортифор называл их Фатум и Террор.

— Беда случилась, — потупились отроки.

По моей спине пробежал холодок.

— Что-то с Мортифором? Виком? — выкрикнула я первое, что пришло на ум.

Дети непонимающе моргнули и замотали головами.

— Нет, с ними пока все в порядке, но будет плохо, если мы сейчас не решим нашу проблему, — тряхнула кудрями девочка, Фатум, по-моему. — Понимаете, нам было скучно…

— И мы решили вызвать демона, — перебил сестру мальчик.

— Чего?! — опешила я.

— Ну я в одной книге читала, — затараторила девочка, — что присутствие дракона способствует нарушению границы миров. В сочетании с пентаграммой это дает возможность вызвать любое существо с минимальными усилиями и практически без ритуала.

— Представляете, как здорово! — вновь перебил сестру Террор.

— Да уж! Восторг! — буркнула я.

— Вот и я о том же! — обрадовался мальчишка, довольный, что нашел в моем лице единомышленника. — В общем, пока взрослые разбирались с дочерью плотника…

— Сын кузнеца виноват не меньше! — нахмурилась девочка.

— А нечего было ему драться с Терцией голышом в сене! — парировал мальчик.

— Он не дрался! — возмущенно замотала головой девочка. — Они там детей делали! Я в книге читала!

— Стоп! — перебила я юную библиофилку. — Что там с демоном?

— Удалось! — гордо похвастался Террор.

Сестра, похоже, его радость разделяла не до конца.

— Понимаете, — прошептала она, — я не знала, что присутствие двух драконов удваивает результат. Мы хотели попробовать вызвать маленького такого, безобидного путешественника по мирам, чтобы он принес нам конфет, которые мама заперла в буфете.

— А получили вот такенное чудовище! — восторженно развел руками Террор. — Рога — во! Глазищи — во! А зубы аж досюда, — провел он рукой по груди.

Если указанные параметры правдивы, то я не хочу покидать теплую и относительно безопасную постельку. Насколько понимаю, они хотят, чтобы я загнала его обратно.

— Где? — вздохнула я.

— В хлеву, — понурила девочка голову.

— Идемте, я покажу, — нетерпеливо подпрыгнул мальчик.

Я подскочила с кровати и принялась одеваться.

— Как хоть его обратно загнать?

— Я не знаю, — растерянно пожала плечами девочка. — Я не успела этого прочитать.

— Больше никогда не смей так делать! — возмутилась я. — Из-за твоей халатности могут пострадать люди!

— Это я уже поняла, — угрюмо кивнула девочка.

— Бери книгу — и живо читай, как его вернуть обратно, — приказала я Фатум и повернулась к Террору: — Веди, экспериментатор. И что вас дернуло границу миров беспокоить?!

— Так скучно же было! — вскинулся мальчишка.

Блин! До чего же нынче развитая молодежь пошла! От нечего делать вызывать потустороннее существо! Лучше бы они за юной парочкой на сеновале подсматривали!

«А как же твой лозунг, что любопытство — грех? — хмыкнуло правое полушарие. — А как же право на уединение?»

«Ну, если выбирать между ними и паранормальной хренью, то лучше бы первое! — фыркнула аналитическая половина мозга. — Впрочем, от деток с такими именами иного и ждать невозможно!»

Я вспомнила латынь. Террор и Фатум — Ужас и Исход, причем чаще всего роковой. Да уж! Обласкали родители деток! Надеюсь, я переживу их последнюю забаву.

Мы с пацаном вбежали в сарай и выругались. Причем синхронно и одинаково грубо. Посередине помещения сидела огромная чешуйчатая тварь и доедала корову, без всяческих усилий разрывая тушу на куски. Рога у демона действительно были знатные. На глаза я не обратила внимания, так как больше всего меня беспокоили его когти и клыки. Вот те были на самом деле гигантскими.

— Зови Вика, — приказала я. — Только не объясняй ему ничего, а скажи, что я его здесь жду. И сестрицу твою тащи! Вместе с книгой желательно!

Энергично кивнув, мальчик тут же смылся. Видно, идея находиться с плотоядным чудовищем один на один его прельщала не так сильно, как задумка вызвать. Я тешила себя надеждой, что, по крайней мере, оно хоть сытое. К счастью, тварь продолжала свой поздний ужин (или ранний завтрак?), не обращая на меня никого внимания.

И я вновь присмотрелась к объекту. В распрямленном состоянии он (а этот оказался именно мальчиком) будет метра два — два двадцать. Почти как оборотень. Нормально. Вот только мысль о победе грубой силой можно отмести как самоубийственную. Конечно, дракон чисто теоретически способен надрать зад кому угодно, вот только в моем случае, к сожалению, это правило отдыхает. А после того, как подвела боевая ипостась, я ввязываться в драку не рискну. Интересно, а на мирные переговоры он пойдет? Впрочем, проверять свои дипломатические способности я не спешила, предпочитая не отвлекать от еды голодную зверюгу.

Сонный Вик появился минут через пять. Увидев вызванного детьми пришельца, брат сморгнул, протер глаза и снова уставился на тварь. Опять протер глаза и, убедившись, что существо в сарае не сонный глюк, хрипло спросил:

— Это еще что за хрень?

Я хотела ответить, но слова застряли в горле, потому что именно в этот момент тварь отвлеклась от еды и посмотрела на нас. Смерив нас долгим взглядом, она обиженно прогундосила:

— Я не хрень! Я Арктеривул! Я пришел убивать!

— А может, не надо? — всхлипнули из-за спины Вика притихшие дети.

Потусторонний чудик задумался на минуту, а потом энергично кивнул:

— Надо! Меня вызвали, я должен исполнить заказ клиента и получить в оплату его душу.

Дети побелели и отступили к дверям. Угу, страшно стало? А нечего было с высшими материями баловаться! Впрочем, юную призывальщицу я недооценила. Она внезапно собралась, решительно тряхнула головой в ответ на какие-то свои мысли и вышла вперед.

— А если заказа не будет? — осторожно спросила она.

— Тогда я убью призывающих и заберу их души.

— А души-то зачем? — удивилась я.

— Надо, — вздохнул путешественник по мирам и скорбно пояснил: — Коллекция. Перед Ариохом нечем похвастаться.

— А если ты не справишься с заданием? — уточнила Фатум.

— Ну тогда я уйду ни с чем.

— А моральная компенсация? — встрепенулся Вик.

Пришелец глянул на моего кузена и растерянно пожал плечами.

— Компенсаций пока не было. Я с заданиями справлялся.

— А если будет? Сколько заплатишь?

— Вик! — попыталась я остановить распоясавшегося братца, но куда там!

— А зачем мне думать о компенсации, если такого не случалось? — растерялся Арктеривул.

— Всегда бывает первый раз, — пожал плечами Вик. — Так сколько дашь?

— Сначала задание, — тряхнуло головой чудовище. — А потом торг!

— Тогда убей дракона! — выступила вперед Фатум. — Это я тебя вызвала!

— Ты что творишь?! — возмутилась я. — Что я тебе сделала?!

— Вы мне ничего не сделали, — невинно моргнула девочка. — Просто я читала, что убить дракона — невозможно. Он сам кого хочешь замочит, а следовательно, задание невыполнимое!

Да что ж мне так везет?!

— Слушай ты, книжный червь, это только в теории драконы непобедимы!

— А на практике тебя могут привлечь за убийство твоей королевы, — пояснил Вик.

— Ой! — побелела девочка.

— Всего лишь «ой»?! А просто загнать его назад слабо было? — возмутилась я. Стоящий между мной и девочкой Арктеривул растерянно переводил взгляд то на нее, то на меня.

— Да я не знаю, как его назад вернуть! Там на другом языке было написано!

— А у взрослых спросить?

— Так меня же за вызов демона отругают! — возмущенно фыркнула Фатум.

— Тебе в любом случае уши надерут, — огорчила я кроху. — А так еще и покушение на королеву припишут.

— Вот же ж ёптр турен имбарр! — выругалась девочка.

— Так я не понял, — вмешался в нашу беседу чешуйчатый чудик. — Мне убивать дракона или нет?!

— Рискни, — кивнула девочка и, поймав мой испепеляющий взгляд, развела руками. — Извините, но мне тоже жить хочется. Кроме того, драконов здесь два.

Арктеривул посмотрел на меня, затем на атлетически сложенного Вика и изрек:

— Завалить крупного дракона — большой почет, но убить маленького — проще! — и кинулся на меня.

— А вот это ты зря! — крикнул ему вдогонку Вик. — Она у нас с подвохом. С большим таким подвохом, на три тонны!

К сожалению, мой большой подвох выныривать из глубин сознания не собирался, подводя в основном меня. Потустороннее существо, к счастью, оказалось не таким проворным, как я. А может, все дело в страхе и желании жить, но на потолочную балку я просто взлетела. Пришелец простер ко мне руки и что-то зашептал. Я на всякий случай переместилась со своего места в уголок и приготовилась к неприятным последствиям. Но ничего не произошло.

— Магия не действует, — констатировал Арктеривул и, обхватив опорную балку, принялся ее раскачивать.

Под его силой конструкция зашаталась. Устоять на узенькой балке стало проблематично, и я юркнула в сторону окна в крыше.

— Свет, ты только не убивай там демона! Нам еще с него деньги стрясать! — напутствовал меня Вик.

Угу, постараюсь! Если меня саму не убьют. Хотя в таком случае Вик с него все равно стребует компенсацию. Как бы ситуация ни обернулась, братишка внакладе не останется. Выбравшись на крышу, я вдохнула холодный воздух и перепрыгнула на стоящую рядом будку. Слух уловил, как заворчали внизу цепные кобели. Собаки у оборотней крупные, легко разрывают умдыря на мелкие кусочки, так что лучше им на глаза не попадаться.

— Мы за тебя болеем, княжна! — крикнула мне снизу Фатум.

— Да, замочи его! — поддержал сестру Террор.

Какие все-таки у старосты милые детки! Выбравшееся на крышу существо растерянно посмотрело на меня и заорало:

— Иди сюда! Драться будем!

— Вот еще! — хмыкнула я. — Тебе надо, ты и иди! Твое задание, в конце концов!

— Какая нынче несговорчивая дичь пошла! — посетовал Арктеривул и скакнул на будку.

Я в тот же момент спрыгнула на землю. Как и ожидала, деревянная крыша не выдержала веса демона, и он провалился вниз. Потревоженные псы встретили чужака неласково. Послышались звуки грызни и сдавленный вой. Кто кого грыз, лучше не вникать. Целее психика будет. Я кинулась к Фатум, так и держащей в руках злополучную книгу.

— Быстрее показывай часть про отправку на иностранном.

— Зачем? — опешила девочка. — Эту гадость собаки загрызут!

— На твоем месте я бы не полагалась так на судьбу, — вздохнула я, наученная горьким опытом.

Как раз в этот момент дверь будки вывалилась из петель, и на пороге появилась упомянутая гадость в компании двух страшных чешуйчатых тварей.

— Что это? — ошарашенно выдохнул Террор. — Где наши Жучка и Полкан?

— Как вы собак назвали? — офигела я.

— А это я в книжке прочитала, — отмахнулась юная библиофилка и обернулась к рогатому путешественнику между мирами. — Так, где наши малыши?

— Нет их больше! — рыкнул Арктеривул. — Я их обратил в своих помощников! — И, указав на нас, крикнул: — Взять их!

Четвероногие чешуйчатые твари ощерились и прыгнули на детей.

— Ах вы собаки! — выругался Террор и бросился в сторону поленницы, где торчал вогнанный в бревно топор.

— Это хорошая идея! — согласился Вик и бросился следом.

Фатум столь позорно отступать не собиралась. Увидев приближающуюся к ней тварь, она закрыла глаза и завизжала. Звук получился настолько высоким, что от шока затормозили не только превращенные собаки, но и мы с демоном. Зато на жителей деревни крик ребенка, похоже, произвел обратный эффект, потому что земля просто затряслась от топота ног.

— Что здесь происходит?! — рявкнул подоспевший Мортифор.

Я, воспользовавшись тем, что Арктеривул отвлекся на приблизившихся оборотней, тихонько отступила к бочке с водой и спряталась за ней. Позорный ход, конечно, но стоять на всеобщем обозрении — великая глупость. А так хоть обзор относительно приличный, а если путешественник по мирам приблизится, я почувствую по вибрации воды и смогу что-нибудь предпринять.

— Что здесь происходит?! — повторил свой вопрос король вервольфов.

— А то ты не видишь?! — огрызнулся Вик, швыряясь в обращенных собак дровами. Пока у брата получалось с переменным успехом. Доставалось и псам, и оборотням, стоящим поблизости, и даже растерянно озирающемуся окрест потустороннему чудику. Перед последним Вик искренне извинялся, но попадать не переставал. (Учитывая проблематичную меткость Виктора, могу предположить, что в тварь он целился специально, чтобы хоть как-то помочь мне.) — Маленький безобидный путешественник по мирам, предполагаемый добытчик конфет тут случился. Вот этот! Ой, извините за бревно, уважаемый Арктеривул, опять нечаянно в вас попал. А может, отзовете собачек?

— Но это не путешественник по мирам! — растерянно взвыл Мортифор. — Это универсальный межпространственный похититель душ и по совместительству наемный убийца. Класс А по шкале опасности!

— Совершенно верно, — хмуро прогундосил Арктеривул, кивнув моему мужу. — А теперь извините, я должен убить княжну-дракона!

— Как убить?! — взвился Мортифор. — Зачем убить?! Куда вы опять влезли?!

— Это не мы! — возразил лорд Венатор.

— Да что ж вам неймется так? — продолжал тем временем распекать Мортифор. — Я вас только на несколько часов оставил и попросил быть паиньками! А вы что?! Откуда эта дрянь взялась?!

— Это не мы! — обиженно надулся Вик. — Это детки этого монстра вызвали!

— Ну молодцы! — фыркнул Мортифор. — Вы еще свалите все на беззащитных детей!

— Ну да! Они очень беззащитные, — хмыкнул Вик, глядя, как обернувшиеся волками детки рвут на части своих бывших собак.

Универсальный межпространственный похититель душ внезапно тряхнул головой и глухо произнес:

— Я не дрянь и не монстр, я Арктеривул, я пришел убивать!

— Яшкин кот! — ошалело выдохнул Мортифор. — Что же вы наделали?!

— Повторяю: это не мы, а вон те дети! — взвыл Виктор.

— Я не Яшкин кот, я Арктеривул, я пришел убивать! — возмутился потусторонний наемный киллер.

— Да заткнись ты! Это выражение такое! — хором рявкнули Витька с Морти.

— Достал уже своей занудностью! — пробурчал кузен.

— Я не зануда и не демон! Я универсальный межпространственный похититель душ!

— Да хоть балерина! — огрызнулся Вик и обернулся к Мортифору: — Как его обратно зафигачить?

— Обратно его может отправить только призвавший, — растерянно развел руками Мортифор.

— Она языка не знает!

— Тогда тварь проще убить, — решил Мортифор и, схватив торчащие в стоге сена вилы, метнул их в похитителя душ.

Импровизированное копье попало в грудь, но существо спокойно его выдернуло и махнуло рукой в сторону моего мужа. Мортифора сдуло как осенний листок.

— А на тебя магия действует, колдун! — обрадовался Арктеривул. — Это хорошо! Я вырву твое сердце и заберу душу!

Я пришла в ярость. Ну уж нет! Мортифора я никому в обиду не дам! Универсальный гад тем временем направился к лежащему на земле оборотню. Мой благоверный попытался встать, но не смог. Морти словно какая-то сила пригвоздила к земле.

— А ну стоять! — крикнула я потустороннему пришельцу, распрямляясь. — Его душа принадлежит мне!

— Она не может тебе принадлежать! — возмутился Арктеривул. — Ты дракон, а не похититель душ!

— А мне плевать!

— Ты нарушаешь закон! — негодовал чудик.

— А ты, кажется, охотишься за мной! — напомнила я ему.

— Света, что ты делаешь?! — вскричал Мортифор. — Беги лучше.

— Колдун дело говорит, — согласился с ним универсальный убийца. — Тебе лучше уйти!

— А что, поможет?

— Нет, — отрицательно мотнул головой Арктеривул и кинулся на меня.

Вопреки моим страхам вторая ипостась не подвела: я встретила противника во всеоружии и в промежуточной трансформации, став с противником примерно одинаковой массы и комплекции. Вот никогда не знала, что, если сильно захочу, могу призвать фамильный меч — Мудрость. Такой подлянки похититель душ от меня не ожидал и даже отступил сначала, но потом, словно опомнившись, ринулся в бой. Минут пять мы просто фехтовали. Вернее, межмировой путешественник атаковал, а я просто старалась увернуться и блокировать удар. В какой-то момент универсальный гад замахнулся, чтобы сразить меня сильным рубящим ударом. И я этим воспользовалась. Как говорил Ред Баттонс: «Никогда не поднимай руку на ребенка. Ты оставляешь незащищенным пах».

Меч выпал из вражеских рук, которые сразу же схватились за пострадавшее место. Все-таки я садистка. Так врезать, да еще используя силу дракона — надо быть очень жестоким нечеловеком. Похитителю душ, скорчившемуся на земле в позе зародыша, было уже не до меня. Единственное, о чем он просил, это чтобы его добили. Я уже по доброте душевной хотела исполнить его просьбу, но меня остановил Вик:

— Света, погоди. А деньги?

— Какие деньги? — удивился Мортифор.

— Компенсация за невыполненное задание, — пояснил Вик.

— Вор!.. — простонал Арктеривул. — Я тут мучаюсь, а ты последнюю монету норовишь забрать!

— Я не вор! — огрызнулся Вик, наклоняясь над чудиком. — Я — дракон! Запомни это на будущее!

— Да уж учту!.. — простонал визави. — Надо было тебя выбирать.

— А вот это не факт, — хмыкнул Вик. — Хотя ты был обречен уже тогда, когда решил, что Света самый безобидный вариант. А теперь плати. Думаю, двухсот тысяч золотых нам будет вполне достаточно.

— Сколько?! — взвыл Арктеривул. — Я бедный похититель душ, а не швейцарский банк!

— Это твои проблемы! — парировал Вик. — Или нам отдать тебя ей? — И он указал на меня.

Арктеривул смерил меня затравленным взглядом, судорожно сглотнул и произнес:

— Я достану деньги!

— Вот и чудненько! — хлопнул в ладоши Вик и милостиво разрешил: — Свободен.

Стоило пришельцу исчезнуть, как оборотни подхватили непутевых чад за уши и потащили наказывать. Я подошла к Мортифору и поинтересовалась:

— А почему, увидев похитителя душ, ты сказал «Яшкин кот»? Я бы поняла, если бы ты выругался матом или знаменитым на Гее «ёптр турен имбарр». Но почему так?

— «Яшка» в переводе с эльфийского означает «поганый, зловредный». Где-то на юго-западе твоих лесов водится зверь семейства кошачьих с препротивнейшим нравом. Встреча с ним означает самоубийство. Так и повелось в какой-нибудь патовой ситуации упоминать его в качестве ругательства.

— Понятно, спасибо.

Я тоскливо покосилась на небо, где уже намечалась заря. Скоро в путь.

— Пошли, может, доспим? — предложил Мортифор, проследив мой тоскливый взгляд.

— Нам же спешить надо.

— Ничего, время терпит. Райдер ни за что не догадается, что ты тут.

— Ну тогда пошли, — кивнула я и обернулась к Вику.

— Идите-идите, — замахал руками Вик. — Я сначала умоюсь.

— Ты только без приключений, — предупредила я.

— Как скажешь! — отсалютовал мне Вик.

В голову закралась мысль, что кузен куда-то намылился, но я ее поспешно отогнала. Вик — мальчик взрослый. Не пропадет. А если влипнет в беду — разбудит.

Проснуться получилось уже поздним утром. Все еще подавленная детской выходкой жена старосты обхаживала меня со всех сторон.

— Вы уж извините, ваше величество, детскую глупость. У нас и в мыслях не было вас убить!

— Что, правда? — хмыкнула я, почувствовав в ее словах ложь.

Хозяйка покраснела, как будто ее застали за чем-то предосудительным, и тихо ответила:

— Теперь нет. Вы и детей наших спасли, и с королем ладите. Сильная правящая семья — основа благополучного государства. К тому же по сравнению с рыжей бестией вы не худший вариант.

Я прямо поперхнулась. Это как же их всех достала Мора, что они предпочли на месте королевы дракона, а не соплеменника? Что она им сделала?

Дверь распахнулась, и на пороге появились Норри с Виком.

— Привет, сестренка! — радостно помахал мне эльфенок.

— Извини, что у нас не было случая сказать тебе «доброе утро»! — кивнул Вик.

— Но мы были очень заняты, — довольно улыбнулся эльф.

— Оно и понятно! — фыркнул Мортифор. — До меня дошли слухи, а точнее, обрывки ругани о ваших шашнях с дочкой мясника и о том, как вы едва не повстречались с ножом ее отца!

Виктор рассмеялся, замотав головой:

— Все это враки! То были дочь плотника и его топор!

— Когда-нибудь, друзья мои, вам попадется отец, который бегает быстрее вас! — предупредила я.

— А вот для этого Великий Эквилибриум и дал нам лошадей! — подмигнул мне довольный Норри.

Засмеявшись, братья дали друг другу «пять». Да уж! Спелись, нечего сказать!

— Эх, хорошо-то как! — сладко потянулся Норри.

— Да, ты прав, нет ничего лучше! — поддакнул брату Вик.

— А кто мне говорил: «Никакой оргазм не сравнится с тем, когда сходится баланс»? — не выдержав, передразнила я кузена-бухгалтера.

— Нет, Свет, — вздохнул Вик. — Лучше первое, потому что баланс только раз в квартал!

— А сколько длится квартал? — заинтересовался Норри новым словом.

— Тебе не понравится, — ответил на какие-то его мысли Вик. О чем они подумали, я предпочла не вникать.

— Как дела в замке? — спросил Мортифор.

— Пока стоит, — обрадовал его Норри. — Правда, у меня есть две новости: плохая и еще хуже. С какой начать?

— С плохой.

— Ну, — поморщился эльф, — Райдер решил, что Света похитила Мортифора.

— Что? — опешила я.

— Суровая реальность, — ухмыльнулся Норри. — После ваших с Мортифором полетов охотник, на ваше счастье, отмел версию о союзе дракона с оборотнем. Слуги не торопятся говорить правду, а вот лорд Карнификус вовсю подогревает неприязнь Райдера к правящему дому Драконов.

— Вот же свек-р-р! — выругалась я. Ну ничего! Отольются тебе, старый пень, мои слезки! Мои нервные клетки не только оживают и восстанавливаются, но еще и пытаются отомстить виновным в их гибели!

— А что предпринял Райдер? — встревожился Мортифор.

— Он, кстати, так испугался за твою жизнь, что почти сразу же собрал вещи и отправился на ваши поиски.

— Куда? — напрягся Мортифор.

— Вот это и есть вторая плохая новость! — жизнерадостно сообщил Норри. — Райдер практически сразу взял правильное направление.

— Значит, он едет сюда?! — прошиб меня холодок.

— Ага!

— Так чего же мы медлим?!

— А я почем знаю, — легкомысленно пожал плечами Норри. — Я вас догнал, плохую новость сообщил, а дальше командуйте. Куда мы теперь?

— Нам надо к Гвиневере, — вздохнул Вик.

— Но Райдер догадывается, куда мы едем, — заметил Мортифор. — Почти все путники стремятся спросить благословения у королевы Луары. А Света еще с ней в родстве. Нам надо запутать следы.

— И что ты предлагаешь?

— Мы разделимся и отклонимся от маршрута. Здесь в ста километрах на север есть деревня. Там мы встретимся. Вы с Норри поезжайте на его пегасах на запад и восток. Эти создания легко возьмут нужный темп. У Райдера же простой конь, он не выдержит такой скорости передвижения, тем более по лесу. Мы же со Светой помчимся на север.

— Морти, а как, если простой конь в лесу не ходок? — спросила я. — А мо и метаморфы остались у тебя в замке.

— Ну не совсем в замке, — потупился Норри. — Я их выпустил. Они обернулись тобой с Мортифором и отправились отвлекать внимание Райдера. Скорее всего, Злыдень с Чернулей сейчас морочат ему голову в двухстах километрах от нас.

— А они не пострадают? — встревожилась я.

— Вряд ли, — поморщился эльф. — Для метаморфов такая работа не впервой. А убить их крайне сложно.

— Но не невозможно, — вздохнула я.

— Не переживай, — потрепал меня по плечу Мортифор. — Ты лучше готовься покататься по лесу на спине у оборотня.

— Это будет незабываемое приключение! Оборотни передвигаются по лесу так же свободно, как и эльфы, — хмыкнул Норри, словно знал, о чем говорил. Если все так плохо, не хочу уточнять. Порой незнание — благо.

— Ладно, — вздохнула я, — чем раньше уедем отсюда, тем больше вероятность, что выживем. Ведь я сомневаюсь, что наши с похитителем душ магические эманации никто не заметил.

— Тоже верно, — согласился Норри. — Пошли собираться.

Через тридцать минут мы собрались во дворе. Мортифор разделся и трансформировался в огромного черного волка. Странно. Когда он был в облике Кейси, то выглядел мельче.

— Это потому, что он использовал морок для создания личины, — ответил Норри на мой мысленный вопрос. — Теперь же перед тобой его реальная трансформация. Седлай. Когда еще выпадет возможность покататься на горбу у мужа? Давай, я тебе даже помогу!

Эльфенок, скатав одежду Мортифора в аккуратный валик, сложил ее в мешок. Достав из дорожной сумки оборотня тяжелую плотную ткань, накинул ее на спину волку, затем взял ремень и затянул его вместо подпруги.

— Хлипкая конструкция, — вздохнула я.

— Не боись, — улыбнулся брат. — Это специальный магический вальтрап. Он на любом животном удержится, а ремень это так, для драматического эффекта.

— Ну-ну, — фыркнула я, оглядывая будущего «скакуна». Интересно, что серебряная брачная цепочка после трансформации превратилась в ошейнике шипами наружу.

«Эх, а хорошо бы внутрь! — вздохнула правая половина мозга. — Чтобы знал, кто в доме хозяин!»

«Ну-ну, — хмыкнула левая. — Про свое украшение забыла?»

«М-да, — согласилось второе полушарие. — Бардак! Хотя с такими шипами на нашем горбу особо не поездишь».

Мортифор лег на землю, чтобы мне было легко на него взобраться. Я подошла к мужу, тот, словно в шутку, завилял хвостом. Не выдержав, я погладила его широкую лобастую голову. Волк, будто собака, подался вперед, стремясь продлить удовольствие.

— Садись уже! — буркнул Норри. — Или тебя подсадить?

— Не надо, я сама, — отмахнулась я, не понимая, почему медлю с поездкой.

Что-то было не так, словно я забыла сделать что-то очень важное. И тут меня осенило! За нами следом идет универсальный охотник на драконов, который веками натренирован на убийство мне подобных. Но в контракте значится только один дракон. Я. Что бы я сделала, если бы там был Вик или Норри? Выступила бы перед охотником вместо них, заслонила бы собой.

Вот и братишки могут пойти на такую глупость. Все это время они были рядом, на виду, так сказать. А теперь могут счесть, что им подвернулся удачный случай. Но, защищая меня, они могут погибнуть и сами. Райдер прекрасно осведомлен, что глава дома Драконов женщина, но это не остановит его перед убийством братьев, которых он уберет как помеху на пути к моей голове. Если же охотник меня убьет, то вернется домой, оставив братьев в покое. Даже если один из них станет главой дома Драконов, Райдер не вернется.

А наш род должен выжить во что бы то ни стало. Следовательно, надо позаботиться об этом сейчас.

— Вик, Норри, — обернулась я к братьям, — дайте мне слово дракона, что, если я окажусь в опасности, вы не будете рисковать своей жизнью, спасая меня.

— Света! — хором возмутились Вик, Норри и Мортифор. Хм, иногда они бывают поразительно единодушны.

— Самое главное — это сохранить наш род. Если вы погибнете, нить прервется, и тогда моя смерть будет напрасной.

— Не смей вообще думать о смерти! — возмутился Вик. — Что это за мысли?!

— Это прагматизм! Пообещайте мне выжить! Ну же!

— Нет! — замотали головами братья.

— Не будьте упрямыми! Не заставляйте меня вытягивать из вас это обещание!

— Ты не сможешь!

— Очень даже смогу! — озверела я. Во мне проснулся древний инстинкт защищать свой род. Что бы со мной ни случилось, жизнь должна продолжаться. Братья погорюют-погорюют и забудут. Род Драконов должен жить! — Ну же, обещайте!

— Нет! — запротестовали братья.

— Прекрасно, в таком случае я приказываю вам как глава рода!

— Свет! — начал было Вик, но осекся. Все его тело окутала золотистая дымка. Следом за кузеном магия оплела и эльфенка.

— Приказ главы рода магически закреплен, — тихо констатировал Мортифор. — Теперь они не смогут тебя ослушаться и сделают, как ты сказала.

— Было бы чудесно! — хмыкнула я.

— И не мечтай! — хором фыркнули братья и тут же болезненно сморщились.

— За нарушение приказа полагается наказание, — заметил супруг.

Младшие драконы переглянулись и задумчиво нахмурились. Ой, чувствую, скоро они найдут лазейку, нужно поторопиться с убийством Райдера. Да простит меня Мортифор, но я не намерена рисковать их жизнями. Братья мне ближе, чем его кровник.

— Долго нам по лесу мотаться? — буркнул Вик. — А то я уже есть хочу.

— Около трех часов, думаю, будет достаточно, — прикинул Мортифор.

— Тогда поехали, — решил Норри. — Раньше уедем, раньше встретимся. Я тоже есть хочу!

Вот он, самый веский аргумент в переговорах с драконом! Мы пожелали друг другу удачи и разъехались в разные стороны.

Через минуту я поняла, что волк — далеко не ездовое животное. Если передвижение на метаморфах в различных ипостасях относительно комфортное, то оборотни к данной категории не относятся. Где сядешь, там и слезешь. И это при том, что Мортифор заинтересован в моей перевозке! Представляю, что будет с тем несчастным, который попробует оседлать его без спроса.

Я прижалась к телу волка, стараясь стать с ним единым целым и не мешать его передвижению. Не знаю, помогло ли это мужу, но скорость мы развили знатную. Мортифор мчался так, что шумело в ушах.

Деревья, пни и кочки слились в смазанную однообразную картинку. Из головы словно ветром сдуло все мысли, оставив только одну цель: любой ценой удержаться на спине оборотня. Мышцы ныли, и тянущая боль отдавалась во всем теле, казалось, еще секунда, и я не выдержу. Единственным моим желанием было приехать в деревню как можно скорее, и оттого, что что-то очень сильно ждешь, время тянулось с мучительной бесконечностью.

Наконец Мортифор рыкнул:

— Держись! — и взмыл над оврагом.

Мы перепрыгнули довольно широкую речушку с высокими берегами и оказались на поляне. Неподалеку виднелись аккуратные белые избушки. Рядом с деревушкой располагалось небольшое поле, на котором работали мужчины. Мортифор вздохнул и неторопливо потрусил вперед.

4

Рыбам в аквариум вместо воды налили энергетический напиток «Burn». Уже через час они просили выключить свет и сделать музыку погромче.

Шутка КВН, команда ЧС

Я боялась, что оборотни, заметив нас, схватятся за оружие, но они признали в Мортифоре короля даже в волчьей личине. Супруг, как назло, не торопился обращаться в человека и спокойно вез меня в центр деревушки. Из домиков стали выглядывать вездесущие кумушки, о чем-то оживленно шепчась. Даже мужчины бросали на нас любопытные взгляды. Бесхитростные дети сбегались к нам со всех концов деревни и, толкая друг друга локтями, обсуждали вслух:

— Это она?

— Кто она?

— Ну, дракон.

— Да. Это дракон. Видишь корону у нее на голове?

— Какая же это корона, так веночек какой-то.

— Говорят, корона умеет превращаться в настоящую.

— Ага, враки все это! Сам подумай, как предмет может превращаться по своему желанию?

— Магия.

— Угу, аж сто раз! — хмыкнул какой-то лопоухий скептик и, окинув меня подозрительным взглядом, добавил: — Да и королева что-то мелковата для дракона.

— Может, она больная какая? — предположил кто-то из детей.

Мортифор аж споткнулся, отчего я чуть не загремела на землю. Мортифор остановился, и я нехотя спешилась. Ой, чую, завтра все тело будет ломить.

К нам подошел высокий широкоплечий мужик.

— Здравствуйте, ваши величества, — коротко поклонился он. — Я Лето Лупус Орис. Чем могу быть полезен?

Я обернулась к Мортифору, но тот почему-то не торопился превращаться в человека. Видя мое недоумение, волк хмыкнул и выразительно посмотрел на мою одежду, затем обвел взглядом окружающих, и я все поняла. Привыкнув после трансформации оставаться в одежде, я совсем забыла, что кому-то везет не так, как драконам.

— Нам бы где остановиться переночевать, — обратилась я к старосте.

— Хорошо, я отведу вас в таверну.

— У вас она есть?! — изумилась я.

— Конечно, — пожал плечами оборотень. — Наша деревня расположена на торговом пути.

Я озадаченно огляделась. Странно, на подъезде к деревне я не видела ни одной дороги.

— А что за караваны тут ходят? — не выдержала я.

— Эльфы коноплю оркам переправляют, — просветил меня староста, направляясь к виднеющейся вдали двухэтажной избе.

При последних словах я чуть не взлетела. Ну нехило ушастые устроились! Торгуют моей коноплей, а мне ничего не перепадает!!! Небось и Мортифор свой пай за транзит через границу его государства имеет?! Надо будет на него Вика натравить. Пусть мой дорогой чешуйчатый братец утрясает экономические вопросы! И Мортифор на собственной шкуре прочувствует, что хуже обделенного деньгами дракона только обделенный деньгами бухгалтер-дракон! Мысль о предстоящем общении мужа с Виком бальзамом пролилась на мою злопамятную душу. Все-таки дракон — это клинический случай. Против инстинктов не попрешь.

Что ж, теперь мне понятно, почему вокруг деревни дорог нет. Ушастым дельцам они просто не нужны.

— Тут к вам еще мои братья подъедут, — решила я на всякий случай предупредить главу деревни. — Вы их проводите к нам.

— Хорошо, — кивнул Лето. — Встретим.

— Вы только с ними понежней, — обеспокоилась я тоном оборотня. Сказал так, словно шкуру с них сдирать собрался. — Братики у меня создания нежные, легкоранимые и злопамятные.

— Учтем, — нахмурился староста, но это прозвучало еще более угрожающе, чем предыдущее обещание.

— И Мортифор их очень любит, — на всякий случай добавила я.

Супруг возмущенно чихнул, но промолчал.

— Не бойтесь, — ухмыльнулся староста. — Встретим ваших оболтусов широко распахнутыми объятиями и препроводим к вам в лучшем виде.

Вот этого я почему-то и страшусь!

Нам предоставили светлую просторную комнату. Мортифор, прихватив в пасть одежду, побежал на речку купаться. Я же прилегла на кровать и, кажется, вздремнула. Проснулась я от возмущенного шепота по поводу отсутствия в деревне всех незамужних девушек.

— И чего им именно сегодня вздумалось пойти в лес встречать рассвет?! — горевал склонившийся надо мной Вик. — Не могли денек подождать?

— Они просто не знали, что мы в гости приедем, — утешал его Норри. — Хотя я чего-то не припоминаю традиции встречать в лесу рассвет.

Что-то мне подсказывает, что теперь такая традиция возникнет и будет привязана к дружеским визитам Драко на территории оборотней.

— Ну когда они уже еду принесут?! — возмутился Вик. — Я жрать хочу!

— Ты сказал, сейчас будет обед? — подскочила я.

— Ну кто бы сомневался, что Дракон пропустит перекус?! — съехидничал Вик. — Может, хоть ты их поторопишь?

— А где Мортифор?

— Пошел к старосте делиться новостями.

— Ясно. — Я потерла глаза. — Слушай, Норри, все хотела тебя спросить, а как там Мора?

— А нет больше твоей проблемы, — спокойно ответил эльф. — Я ее задушил.

У меня холодок пробежал по спине. Чем больше я узнаю своих братьев, тем страшнее мне становится жить на свете.

— А тебе ее не жалко? — робко спросила я.

— Кого? Мору? — ухмыльнулся Норри. — Свет, она нам начинала мешать. Лерри учил меня никогда не оставлять за спиной врагов. Разве ты со мной не согласна? Мы — нелюди, у нас свои законы.

Я взглянула на брата, и внутри зародилась грусть. Мы взрослеем и меняемся, все больше и больше становясь иными. И я в том числе. Ведь глубоко внутри я гордилась своей семьей, я понимала Мортифора. Но больше всего меня пугала потеря «человечности». Каждый день я ловила себя на мысли, что мое мировосприятие и раньше было довольно специфическим для человека, а теперь и совсем трансформируется. То, что казалось мне неприемлемым, становится нормальным. Впрочем, что грустить на пустом месте? Я такой родилась, и ничего не исправишь. Я не сужу людей, так пусть они не судят меня.

Я потерла глаза и зевнула. Что-то совершенно не получалось проснуться. В комнату вошел хозяин таверны с подносом еды, но даже вкусный запах жареного мяса с лучком не мог выдернуть меня из постели.

— Что такое? — встревожился Вик, видя мое полусонное состояние.

— Не знаю, — поморщилась я. — Голова болит, и спать хочется. Глаза просто слипаются.

— У меня есть кое-что! — обрадовался Вик и извлек из-за пазухи пакетик чая. — Вот, смотри! Это я из дому прихватил. Зеленый, бодрящий чай.

— Давай! — обрадовалась я.

Мы попросили кипятка, и уже через минуту я смаковала терпкий ароматный напиток. А еще через пару минут я почувствовала, как тихо зверею…

— Света! — испуганно вскрикнул побледневший Вик. — Света, что происходит?!

Если б я сама знала! Сознание резко померкло и отступило на второй план. Я и не заметила, как потеряла себя. Меня звало небо, запах чужого страха пьянил не хуже вина, а горло прямо-таки саднило от желания отведать густой солоноватой крови.

— Света!!! — испуганно заорали Вик с Норри, и это было последнее, что я запомнила…

Райдер Цециди

Я заподозрил неладное, как только княжна Драко и ее брат поспешно скрылись с моих глаз в десятый раз. Было что-то неправильное в двух драконах. Словно они специально мельтешили у меня перед глазами. Так ведут себя птицы, когда пытаются увести прочь от гнезда. И тут меня осенило! А что, если это ненастоящие драконы?

Я остановился, достал из сумочки истину-траву и прочитал короткое заклинание. Передо мной вместо Драко и ее брата маячили черные, расплывчатые сущности. Странные существа. Никогда таких не встречал. Неужели это вымершие более тысячи лет назад метаморфы?! Если да, то как они выжили здесь и почему защищают княжну?

В том, что княжна направляется к Гвиневере, я даже не сомневался. Как ни странно, но почтить вековую ведунью желает почти каждый второй. А если учесть, что королева, по слухам, в родстве с Драко, то помощь Дракону она стопроцентно окажет. А значит, мне надо поспешить.

Я разложил карту, чтобы проверить, насколько я отстал от настоящей мишени. Привычное заклинание — и на бумаге появились три мигающие точки и в тот же миг исчезли. Не понял? Что за осечки? По странному стечению обстоятельств на Гее у меня не только притуплялось чутье на драконов, но и вся магия, так или иначе с ними связанная, приводила к сбоям. Наверное, это защитная реакция мирка Драконов.

Ну раз такая петрушка, попробуем поискать Мортифора. Насколько помню, она увезла моего друга с собой. Что меня еще больше поразило, так это то, что король оборотней находился далеко от предполагаемого местонахождения. Не понял, она что, не собирается к Гвиневере? Или бросила оборотня где-нибудь в лесу? С дракона станется. Эти твари не имеют никакого милосердия к заложникам и пускают в расход при первой же возможности. Надо спасать Морта. С другой стороны, она, зная о моей дружбе с оборотнем, могла сделать это специально, чтобы я потратил время на Мортифора.

А где, интересно, их местонахождение? Я попытался сосредоточиться на Драконах. С большим трудом мне удалось засечь на карте мигающие бледно-желтые точки. Странно, но они разъезжались в разные стороны. Можно было бы принять это за запутывание следов, да вот только княжна вполне могла дать своим братьям различные задания и продолжить свой путь. Тем более что ее точка находилась рядом с Мортифором и направлялась она к границе земель оборотней. Интересно, что она задумала? Неужели ей надо не к Гвиневере, а куда-то еще? В таком случае я зря теряю время, пытаясь перехватить ее по дороге к Луаре.

Точки мигнули и исчезли. Я проморгался, чтобы унять расплывающиеся перед глазами зеленые круги, и свернул карту. После магического поиска виски сильно ломило, по телу растекалась слабость. Да, страшная сила эта защита Драконов. Я направил коня прямо по следу княжны Драко. Не будем терять времени. Хотя догнать ее мне поможет только чудо.

Кстати о чуде. Буквально через час сердце словно раскаленной иглой проткнули. Кто-то дал дракону дурманящее зелье? Я внимательно прислушался к собственным ощущениям. Да, похоже, некто накачал княжну «Летящим драконом»! Мое сердце пело от радости. Неизвестный очень сильно упростил мне задачу, споив княжне зелье для убийства драконов. Под его действием ящеры перестают контролировать свою ярость и становятся уязвимыми перед человеческой хитростью. Помнится, мы хотели протащить партию порошка для зелья на Гею, но Ведущие маги мира перехватили.

Теперь же Драко каким-то образом находилась под действием «Летящего дракона», и все мои инстинкты обострились до предела. Более того, эфемерная «защита Геи» тоже перестала действовать, и я стал четко ощущать мишень.

Прислушиваясь к собственным ощущениям, я принялся настраивать кристалл магического перехода на нужные координаты. Нельзя терять ни минуты. Пока глава Драконов сходит с ума — она уязвима. Кто бы ни дал ей этот препарат, он оказал мне огромную услугу. Похоже, мое задание успешно завершится в ближайшее время. Останется только найти ту подлюку, что меня в овраг скинула, и прихватить ее с собой домой.

Раздавив ярко-розовый кристалл, я оказался в небольшой деревушке и едва успел пригнуться, уклоняясь от просвистевшего над моей головой хвоста. По спине пробежал холодок. Еще никогда прежде мне не приходилось встречаться с разъяренным драконом без страховки. А мощь зверя завораживала. Огромная угольно-черная гадина с яростным ревом взвилась в небо. Следом за ней выскочили уже знакомый мне бастард дома Драконов и бледный наследник эльфийского престола. Ну кто бы верил, что он будет сидеть под крылом у дядюшки! Сколько дракона ни прикармливай, он все равно в небо смотрит. Гены драконов всегда побеждают. И сколько бы эльфенка ни любили, холили да лелеяли, он все равно уйдет к ящерам.

Увидев меня, парни побледнели и кинулись к огромной деревянной избе на окраине. Ну-ну! Не уйдете!

Сверху ревел взбешенный дракон, сбивая крыши хвостом и плюясь огнем. Испуганные жители разбегались в стороны. Младшие драконы буквально взлетели по ступенькам в дом. Я отстал от них всего на секунду, и этого хватило, чтобы услышать их фразу:

— Морти, у нас проблемы!

— Что? — опешил я, врываясь следом за бастардами и видя перед собой целого и невредимого друга. Рядом с ним суетился пухленький старичок.

— Райдер? — побледнел Мортифор.

— Что здесь происходит?! — не выдержал я. — Морт, почему ты не связан?! Ты с ними заодно?!

— Не время сейчас выяснять отношения! — рявкнул черноволосый бастард дома Драконов. — У нас другая беда!

— С каких это пор охотник на драконов стал меньшим злом?! — вспылил я.

— Выйди на улицу и посмотри! — огрызнулся Норри. — Дядя Морти, нам нужна твоя помощь!

— И это лучше показать, чем объяснить! — пролепетал второй дракон, указывая на дверь.

Друг побледнел еще сильнее и в два шага вылетел на улицу. Мы последовали за ним.

— Охренеть! — выдохнул Морт, глядя на руины деревни и бесновавшегося в небе вдупель пьяного дракона в боевой шкуре. — Что вы ей дали?!

— Зеленый чай, — пискнул бастард дома Драконов. Виктор, кажется. — «Летящий дракон» назывался.

— Ну вот она и улетела, — добавил ушастый паразит.

— Это я и так вижу! — огрызнулся Мортифор. — И что, вы предлагаете мне остановить голыми руками пьяного, взбешенного дракона?!

— Только не причини ей вреда! — хором проблеяли эти оболтусы.

Я от этого заявления аж крякнул. Она тут всю деревню с землей сровняла, а эти два придурка переживают за ее сохранность! Да ее пристрелить надо! Что я и озвучил.

— Нет! — встрепенулись парни. — Ей нельзя причинять вреда!

— Как?! — рявкнул Мортифор. — Как, интересно, мы сможем без оружия повредить гигантской трехтонной махине в непробиваемой шкуре?! А? И вообще, почему я?

— Ну это ведь твоя жена, — съязвил Виктор, — а значит, и твои проблемы!

Я опешил. Ничего себе заявочки! Это что же получается? Мортифор спутался с Драко?!

— А не много ли вы на себя берете? — огрызнулся Морт. — Это ведь и ваша сестра, а значит, и ваши проблемы!

— Ну, если Света нас случайно прибьет, то она очень расстроится, — ухмыльнулся Норри. — А тебя вроде как…

— Не жалко! — припечатал брюнет.

— И не мечтайте, гады! — рыкнул Мортифор и мрачно пообещал: — Выживу вам назло! — И обернулся ко мне. — Рай, поможешь?

— Как? — потерянно прошептал я. — Ты ее видел?! Я же не умею работать с драконами в щадящем режиме. Да и вообще, еще никто и никогда не выводил дракона из-под действия «Летящего дракона». Их проще убить.

— Рай, я не могу ее убить! Поверь мне, она нам нужна. На все вопросы я тебе потом отвечу. А сейчас ее нужно остановить, но не гарпуном, как ты предлагаешь, а голыми руками.

— Здравствуй, друг мой, камикадзе! — прорычал я. — Ты как себе это представляешь?!

Мортифор на минуту задумался, а потом тряхнул головой.

— Ну есть тут у меня одна задумка. — И, прежде чем я успел прокомментировать его идиотизм, обернулся к братьям княжны. — Тащите сюда огромную бадью и соберите со всей деревни молоко, как можно больше.

— Но… — попытался что-то вякнуть Норри, однако Мортифор резко его осадил:

— Никаких «но»! Делай, что говорю!

И тут, к моему великому удивлению, бастарды дома Драконов кинулись выполнять его приказы! Хм, впервые в жизни вижу, чтобы оборотень и не поддающийся дрессировке дракон работали так слаженно. Буквально через минуту у нас была бадья. С молоком вышла натяжка. Спрятавшиеся в лесу крестьяне не слишком могли нам помочь. Да и где молоко, если дома разрушены, коровы разбежались по кустам, а доярки в обмороке? Сильно сомневаюсь, что бастарды Драко обучены сельскому хозяйству. Да и у коров молоко могло от стресса пропасть. Вокруг вообще-то ад творится: в небе бушует дракон, деревня горит, в воздухе летает пепел и щепки.

Тут из-за угла чудом уцелевшего дома появился чернявый нахал и протянул железный бидон.

— Вот все, что удалось найти в развалинах.

Мортифор откупорил крышку, принюхался и вздохнул:

— Сойдет. Норри, поможешь с трансформацией воздуха в молоко при наличии затравки?

— Если это поможет, то конечно, — обреченно понурился полуэльф.

И я понимаю почему. Магия такого высшего порядка требует огромных энергетических затрат. Даже магу двенадцатого уровня она ненадолго подрывает здоровье. Маг с более низким уровнем силы или надорвется, или умрет в процессе ворожбы.

Мортифор вылил молоко в бадью, и Норри принялся за колдовство. Я с благоговейным трепетом следил, как постепенно растет уровень молока в бадье. Я бы надорвался от такого, а полудракону хоть бы хны. Мой друг терпеливо дождался, когда бадья наполнится более чем наполовину, и кивнул — мол, достаточно. Норри отошел от бадьи и осторожно покосился на оборотня. Даже мне стало интересно, что же задумал Морти. А тот тем временем влил в бадью какое-то вещество и нараспев прочитал заклинание.

— И что теперь? — хмыкнул черноволосый бастард дома Драконов.

Как же этот гаденыш меня начинает раздражать. Убил бы его. Причем бесплатно!

— А теперь ждать, — вздохнул Мортифор и, отойдя от бадьи, взглянул в небо.

Как ни странно, к бадье на всех парах несся дракон. Все-таки молоко — одно из их излюбленных лакомств, и нюх у ящеров отменный. Аккуратно приземлившись около бадьи, гадина обвела всех мутным взглядом и угрожающе зашипела. У меня, охотника на драконов со стажем, сердце ушло в пятки. Все-таки огромный экстрим находиться без оружия рядом со смертельно опасным хищником, особенно когда тот голоден и зол. Врагу не пожелаю.

Однако атаковать нас княжна почему-то не спешила и, устроившись около бадьи поудобнее, принялась, как кошка, лакать молоко раздвоенным языком. Офигеть! Наверное, я единственный охотник на драконов, который когда-либо видел такое! А дракон тем временем принялся издавать какие-то низкие, рокочущие звуки. Она что, еще и мурлычет в процессе?!

— А дальше что? — обернулся я к Морту.

— Жди, время еще не пришло, — терпеливо прошептал друг.

И о чудо, по мере того как в бадье исчезало молоко, дракон, по-моему, становился все меньше и меньше. В какой-то момент она подняла морду, осоловело огляделась и, закатив глаза, завалилась набок.

— А вот теперь бежим, надо скрутить ее до того, как она очнется, — бросил Мортифор и кинулся вперед.

— Что ты ей дал? На драконов же не действует снотворное?!

— Это не снотворное, — отмахнулся друг, — это блокатор ипостаси.

В тот же момент я увидел, как тело дракона стало трансформироваться, приобретая человеческие черты. Там, где лежали крылья, раскинулись широкие рукава платья-накидки, когтистые лапы превратились в холеные руки, чешуйки исчезали, обнажая молочно-белую кожу, рога втягивались, заменяясь копной каштановых волос. По мере «очеловечивания» княжны мое удивление росло в геометрической прогрессии. Я убил много драконов и давно уже научился оценивать телосложение противника по габаритам его ипостаси. По моим расчетам, княжна должна была быть под два метра ростом и комплекции оборотня. А вместо этого передо мной, как в анекдоте про «в детстве часто болел», лежала миниатюрная точеная фигурка. Все у этих Драко не так, как у нормальных драконов! Это что же получается? Сила данного дракона сопряжена с силой духа, а не с физической формой?

Тут княжна застонала и перевернулась на спину. Что?!

— Нет времени на ругань, хватай ее быстрей! — рыкнул Мортифор, кидаясь на мою утреннюю знакомую. — Что стоите? Держите ее!

— Так она же в человеческой ипостаси, — заметил чернявый дракон. Кажется, все-таки Виктор. — Какой теперь от нее вред?

— Изменилась только ее форма, сила, сознание и реакции у нее остались драконьи, — прошипел Мортифор, пытаясь скрутить отбивающуюся девчонку. Та в свою очередь шипела, царапалась и норовила цапнуть его за руку. — Нельзя ее отпускать, иначе она натворит бед, и каждый час ей надо вливать блокатор трансформации, иначе получим очень злого дракона. Ну что стоите? Помогите же мне! Рай, ну хоть ты-то не тормози!

Я кинулся на помощь другу и тут же получил ногой в грудь. Дыхание как молотком выбило. Несмотря на обманчивую хрупкость, силой княжна обладала немереной. Мы, четверо взрослых мужчин, еле распяли на земле рычащую и царапающуюся княжну.

— Ну, держим мы ее, а дальше-то что? — хмыкнул Виктор.

— Надо бы ее в дом отнести, — кивнул Мортифор на чудом уцелевший дом.

— Ага, еще, может, и на кровать положить? — огрызнулся я.

— А ты предлагаешь всю ночь вот так мучиться? — сверкнул глазами Мортифор. — Давно на земле зад не отмораживал?

— Ай! Ёптр турен имбарр! — взвизгнул Виктор, потирая мягкое место. — Она меня цапнула!

— Надо лучше приглядывать за тылами, — ухмыльнулся я, не в силах скрыть свое злорадство.

— Держи давай, не отвлекайся! — рыкнул Мортифор. — Скажи спасибо, что у нее зубы человеческими стали.

— Эх, Света, Света, что же ты ко мне как неродная, — обиженно вздохнул Виктор и перехватил руку княжны покрепче.

— А если достучаться до Светы телепатически и внушить ей чувство спокойствия и безопасности? — предложил Норри.

— Ты до нее просто не достучишься, — хмыкнул я. — Драконы от зелья сходят с ума. Еще не хватало нам тебя успокаивать!

Мы перехватили княжну за руки-ноги и потащили в уцелевшую избу. Расположить Драко на кровати оказалось еще труднее, чем перенести. Неподвижность и фиксацию конечностей она автоматически воспринимала как угрозу жизни, и досталось всем. За какие-то считаные минуты паразитка умудрилась три раза пнуть под зад эльфа, укусить Мортифора, едва не врезала по чувствительному месту Виктору и расцарапала мне лицо. Я чудом успел уклониться и спасти глаз, пожертвовав прокушенной кистью. До крови цапнула. Если она так человеческими зубами грызет, то не хочу знакомиться с ее трансформированными клыками.

— А может, ей по морде дать, чтобы вырубилась? — не выдержал я, когда она пнула меня под коленку.

— Не смей! — на удивление слаженно рявкнули Мортифор и бастарды.

— Ты не только травмируешь княжну, но еще и настроишь ее на воинственный лад.

— Как будто она сейчас в мирном настроении, — буркнул я.

— Так будет еще хуже, — припечатал Мортифор, — а нам ей еще блокатор каждый час вливать!

— Чтоб она тебе пальцы отгрызла, — пожелал мне Норри.

Вот же паразит! А я-то, наивный, думал: из них двоих чернявый самый вредный.

— Сколько нам еще мучиться?

— Часов восемь, — вздохнул Мортифор.

Кажется, это будут самые долгие часы в моей жизни.

5

Плакала береза, хохотал крыжовник,

Подрались за вишню груша и шиповник,

Матерился тополь, пела песни слива.

Вот такая штука — димедрол и пиво!

Народная мудрость

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Просыпаться было тяжело, голова трещала и болела так, что хотелось просто тихо умереть и не мучиться.

«Интересный напиток текила! Выпьешь — утром почувствуешь себя кактусом, только иголки растут внутрь, а не наружу», — тихо прокомментировало левое полушарие.

«Мы пили?!» — испуганно встрепенулось правое.

«Не помню», — покаянно прошептала левая половина.

«И я тоже», — повинилась правая.

«Надо у желудка спросить», — нашлась левая.

«Желудок?!» — заорали мозги.

Я рефлекторно дернулась и, обхватив голову руками, помассировала виски, пытаясь угомонить расшалившееся серое вещество. Тише вы! Сейчас моего дракона разбудите, и я сомневаюсь, что с похмелья он будет в хорошем настроении. И вообще, как такое получилось? Я же не пью крепких спиртных напитков?!

«Хозяйка, отбрось дилеммы. У нас тут горе: желудок умер! — запаниковало правое полушарие. — Не отзывается, скотина!»

«Сама такая! — огрызнулись где-то в области желудка. — Что это вы мне вчера подсунули?!»

«А на что было похоже?» — оживилась аналитическая половина мозга.

«На чай! На безобидный такой, невинный чай!»

«А чтоб прогорела та фирма, что его произвела!» — простонал в голове Вик.

Я разлепила веки и посмотрела на брата. Он лежал справа от меня, весь помятый, в синяках и царапинах. Что с ним случилось?

«Норри жив?» — испугалась я.

«Дышит пока».

«Что?!» — взвилась я в сидячее положение и тут же пожалела. Все тело словно было соткано из тысячи кусочков, каждый из которых ныл и болел. Тяжелая рука припечатала меня обратно к подушке, и на лоб лег холодный компресс.

— Полежи пока, — тихо прорычал Мортифор, вытянувшись по левую сторону, с таким же компрессом на лбу. Выглядел он так, будто на нем всю ночь галопом скакали по пересеченной местности. Хотя, исходя из моих ощущений, скакали, скорее всего, на мне.

«Норри, — мысленно позвала я брата, стараясь думать как можно тише, если такое вообще возможно. — Как ты себя чувствуешь?»

«Спасибо, хреново», — отозвались мне.

«А где ты?»

«Под кроватью».

«Чьей?»

«Твоей».

«А что ты там делаешь?» — задала я следующий глубокомысленный вопрос.

«Пауков считаю».

«Зачем?»

«Не знаю».

«Залазь к нам».

«Не могу. Высоко. Лучше ты ко мне спустись».

Я дернулась было к краю, но меня вновь прижала твердая рука супруга.

— Лежи, я сказал! Чего тебя на подвиги тянет?

— Ребята, а что это было? — тихонько прошептала я.

— Не кричи! — поморщился Вик.

— Мы тоже до сих пор понять не можем! — раздалось откуда-то из-под кровати. Значит, Норри не так уж и плохо, раз говорить может.

— Это ж надо было так начудить! — выдохнул Вик, потирая место пониже спины. — Ты меня, между прочим, за задницу укусила!

Ой, мамочки! Не хочу об этом знать! Что же я творила вчера?!

— А кто виноват? — обличающим тоном заметил Мортифор. — Кто ей заварил чай «Летящий дракон»?

— Ну я ж помочь хотел! — рыкнул Витька. — Я ж не знал, что она так улетит! Я этот чай у мамы взял. Коробочка на кухне стояла. Правда, надпись на ней была: «Детям не давать!» Но ведь пакетики были целыми и с логотипом марки! Думал, просто жадничают. И вообще, если бы одна блохастая сволочь ее до этого по лесу не укатала, ничего бы не случилось!

— Если бы ты слушался родителей и не совал сестре всякую непроверенную гадость, этого можно было бы избежать!

— А кто знал?! И вообще, Света совершенно нормальной была. Еще минуту с нами сидела, а в следующую секунду уже шусь — и драконом в небо.

— Мы подумали, она полетать захотела, — включился в рассказ Норри. — Ну чтобы лишнее напряжение сбросить.

— Пока Света головой в водонапорную башню не врезалась, — вздохнул Вик.

Башню я помнила смутно. Увидев сие инженерное творение в деревне посреди леса, я сперва удивилась, но таверна с водопроводом меня приятно порадовала. Что-то мне подсказывает, что сегодня душ у меня будет в реке.

— Так вот отчего у меня голова так болит! — резюмировала я и обернулась к Вику: — А дальше-то что было?

— А потом ты деревню громить начала! — поведал брат.

— Не головой, надеюсь?

— Нет, — успокоил меня Норри. — Еще хвостом и когтями работала.

Я мысленно застонала.

«Совсем ты нас не бережешь, хозяйка!» — обиделась правая половина мозга.

«Мы тебе это еще припомним!» — прошипела левая.

Не надо, родные! Не виноватая я! Сама в шоке. Ведь как теперь эльфам штраф за несанкционированный вывоз конопли вкатить? Боюсь, что после моего дебоша здесь надолго дорогу парализовало.

«Ладно, — смилостивилось левое полушарие. — Попробую выяснить, что там у тебя в крови намешано».

— А с народом как? — с тихим ужасом спросила я. Очень не хотелось остаться в памяти оборотней жестокой, неуравновешенной королевой. Впрочем, так всегда бывает, когда мечтаешь произвести благоприятное впечатление. Произвела вот. Так что не знаю, куда деться.

— Лохматые выжили, — успокоил меня Вик. — Мы вовремя Мортифора позвали.

— А почему его? — удивилась я. Вроде при усмирении драконов лучше всего подходят ближайшие родственники. Мортифор, конечно, уже свой, но братья были бы надежней.

— А меня не жалко, — припечатал муженек.

— Как это не жалко?! — возмутилась я, оборачиваясь к Вику.

— Не слушай его, — поморщился брат. — Он как всегда преувеличивает. Мортифор, ты же слово давал беречь Свету и помогать ей в горе и в радости!

— А вчера она была в большой радости! — ехидно заметил Норри.

— Да, Свет, — обернулся ко мне оборотень. — Чай «Летящий дракон» подействовал на тебя удручающе.

«Не поняла! — возмутилась левая половина мозга. — А чего у нас в крови делает ударная доза транквилизаторов?! Тут слон давно бы ласты склеил! А ты еще жива. Непонятно!»

«Так она же дракон!» — напомнило правое полушарие.

«Я это знаю! — огрызнулось левое. — Но даже драконы под действием транквилизаторов спят, а не бодрствуют и крушат все подряд! И вообще-то драконам от них очень плохо».

— Какая сволочь мне дала транквилизаторы? — перебила я перепалку мужа с шуринами.

— Прости, — покаялся Мортифор, — но в четвертом часу ночи мы не выдержали. Без них мы бы с тобой не справились. Может, водички хочешь? Поесть? Что мне для тебя сделать?

— Пристрели меня.

— И меня! — поднял руку Вик. — Хоть я пока еще и не взрослый дракон, но мне тоже досталось.

— Я с вами! — простонали из-под кровати.

— Э нет, — ухмыльнулся Мортифор. — Сейчас подъем, холодный душ и крепкий кофе.

При мысли о водных процедурах меня стал бить озноб. Как же холодно! Мой организм страшный куркуль. В чрезвычайных ситуациях кровь поступает только к жизненно важным органам, питая и поддерживая их температуру, а все остальное как придется.

— Иди сюда, — притянул меня к себе Мортифор.

Под боком у супруга было тепло и уютно. Температура оборотней около сорока градусов по Цельсию. А мне, дракону, все равно, откуда получать дополнительное тепло. По телу пробежала последняя судорога, и мышцы расслабились. Я даже еще плотнее придвинулась к Морти, чтобы по максимуму согреться. Да муженька можно использовать вместо батареи! От удовольствия захотелось заурчать. А благоверный еще параллельно легонько гладил мои волосы, и с каждым его прикосновением головная боль уходила!

— Я вам не мешаю? — сухо осведомился Вик, сурово глядя на нашу идиллию.

— Ты не понимаешь, — простонал из-под кровати Норри. — От Мортифора сейчас жаром веет! После сильных стрессов температура оборотня поднимается. У драконов же, наоборот, опускается, хотя нам как никому другому нужно тепло для восстановления сил. Драконы в таких случаях нежатся на вулканах или в гейзерах.

— Вулканы, гейзеры… Нас и здесь неплохо греют! — пробормотала я, буквально ввинчиваясь под бок к Мортифору. — Вот видишь, какой удачный симбиоз получается.

— Угу, — буркнул Вик, поеживаясь. — Не всем везет так, как некоторым. А кого-то еще и покусали!

Вот же мстительная зараза!

— Считай, я тебя официальным наследником признала! — огрызнулась я.

— Так, может, всех вассалов так посвящать будешь? — не остался в долгу братец.

— Ну что ты! Только особо приближенные удостаиваются подобной чести! А вообще, тылы беречь надо!

— Вик, — перебил нашу пикировку Мортифор. — Тебе ведь тоже нужно тепло, чтобы прийти в норму и исцелиться. — И, к моему великому удивлению, предложил: — Иди сюда.

Витька нахмурился, покосился на оборотня и вдруг одним смазанным движением оказался с другой стороны кровати.

— Но учти, блохастый, — прокряхтел он, укутываясь в одеяло под боком у зятя. — Об этом никто не должен знать!

— Головную боль убрать? — спокойно осведомился супруг, глядя на свитый Виком кокон.

— Не подлизывайся! — буркнул брат. — А ТО Я С ТОБОЙ ПОДРУЖУСЬ!

— И в мыслях не было, — хмыкнул Мортифор, отворачиваясь ко мне.

Тут из-под кровати высунулась тонкая изящная рука, за ней последовала вторая, затем — взъерошенная голова и наконец на постель взгромоздился весь эльф. Его тоже бил крупный озноб. Плохо. Как уже успел поведать Норри, нам нельзя переохлаждаться.

Юный ванн Дерт попытался вклиниться между Витькой и Морти, но кузен вцепился в оборотня словно клещ. Подкатиться с моей стороны Норри даже не пытался. Мне тепло еще нужнее, чем ему.

На мгновение сводный братик завис над нами на корточках и взглянул в глаза моему мужу.

— Дядя Морти, — робко произнес он.

— Давненько ты меня так не называл, пройдоха ушастый! — хмыкнул муж. — Лет девятнадцать, кажется.

— Дядя Морти, — вновь повторил Норри, жалобно глядя ему в глаза.

— Так и будешь на меня злиться за то, что посоветовал когда-то Лерри отшлепать тебя хворостиной? Ведь по заслугам получил! А? Вредина злопамятная.

Норри закусил посиневшую от холода губу и покаянно опустил голову. На что угодно могу поспорить, сейчас между оборотнем и эльфом со скоростью света протекал никому не понятный молчаливый диалог.

— Тебе решать, — вдруг ни с того ни с сего произнес оборотень, глядя в глаза эльфу.

Норри встрепенулся, снова взглянул на Морти и расплылся в широкой улыбке.

— Дядя Морти! — помпезно начал Норри, становясь на колени. — Прости меня, пожалуйста, за все-все, что я когда-то тебе сделал! Прости за то, что, мстя за хворостину, подкинул тебе в постель блохастую кошку…

— Так блохи не хохма, а реалии жизни? — встрепенулся Вик.

— Прости, что распарывал твою одежду, когда ты приезжал к нам с дипломатической миссией.

— Ты еще за погрызенные тапки извинись, — ухмыльнулся Мортифор.

— Тапки ладно, ты меня за более взрослые пакости извини.

— Только если ты их вслух не озвучишь! — насторожился оборотень.

— Не буду, — торжественно поклялся наследник эльфийского престола.

— В таком случае, жалую тебе нагретый халат с королевского плеча, — ухмыльнулся оборотень и стал раздеваться.

— Заканчивай со стриптизом, — прошипел Вик, стуча зубами от холода. — Мы тут без тебя уже замерзли!

— Как видишь, — тихонько заметил Мортифор, — и для меня найдется место в вашей жизни.

В этот момент дверь отворилась, и вошел молоденький сын старосты деревни.

— Ой, извините, я не хотел вам мешать! — покраснел он и тут же выскочил прочь.

— Стой! Мы просто грелись! — кинул ему вдогонку Вик.

— Ага, теперь это так называется? — поддела я брата.

— Вот так и рождаются мифы! — ухмыльнулся счастливый Норри, кутаясь в одолженный Мортифором халат.

Впрочем, несмотря на двусмысленную ситуацию, расползаться никто не спешил. Мортифор будто случайно поглаживал меня по нижним девяносто. Я делала вид, что задремала и ничего не замечаю.

— Вы еще поцелуйтесь нечаянно! — хмыкнул Норри.

Я распахнула глаза и, стараясь выглядеть как можно более удивленной, обернулась к эльфу.

— И нечего хлопать ресницами! — неумолимо отрезал брат. — Мне со стороны все видно!

Пригревшийся Вик промолчал, видно придерживаясь правила: нашел место под солнцем — молчи, чтобы на него другие внимания не обратили.

— А все-таки полезная ты в хозяйстве вещь, лохматый, — наконец пробормотал кузен, переворачиваясь на другой бок.

— Это значит: добро пожаловать в семью? — улыбнулся Мортифор.

Но ответить Вик не успел. Дверь резко распахнулась, и в комнату влетел охотник на драконов. Я попыталась спрятаться за Мортифором, но безуспешно. Райдер прожег меня гневным взглядом и процедил:

— В коридоре разлетелся слух, что драконы уже очухались и занялись непотребствами. Значит, я теперь могу получить от вас объяснение!

— А может, дашь нам больше времени прийти в себя? — с надеждой спросил Вик.

— Обойдешься! — фыркнул Райдер.

Интересно, куда смотрит охрана Мортифора? Неужели они не догадались, что охотник на драконов вреден для их королевы-дракона? Или они сделали это специально?

Райдер тем временем обернулся к Мортифору и ядовито заметил:

— И как, мой верный друг? Приняли тебя в семейку Драко? Я был о тебе лучшего мнения!

— Вот только не говори, что сам остался равнодушным к цели! — огрызнулся Мортифор, интуитивно заслоняя меня от Райдера.

Я осторожно выползла из кровати. Все-таки перед врагом лучше стоять и встречать его во всеоружии. Правда, Райдер нападать не спешил, по-прежнему кипя гневом:

— И как это тебя угораздило?

— Ну кто-то себе опасных питомцев разводит, а я вот хищных родственников, — развел руками Мортифор.

— Ты с ума сошел! — не на шутку разозлился Райдер. — Морти, где твои мозги?! Разуй глаза! Это не нежное, хрупкое существо, это — агрессивная, похотливая гадина без стыда и совести!

— Да-а?! — теперь уже взбесилась я. — А ты-то чем лучше?! Убиваешь драконов, к которым обманом втерся в доверие! А по поводу похоти на себя посмотри. При исполнении задания и то не тем местом подумал, за что, кстати, и пострадал!

— Я ее сейчас убью! — взревел Райдер, кидаясь вперед.

— Не тронь! — рявкнул Мортифор, преграждая ему путь.

Его «не тронь» прозвучало для меня очень обнадеживающе, и я не преминула юркнуть супругу за спину. Вот теперь я буквально за мужем. Райдер выругался и попытался обойти Мортифора, но тот не позволил. Охотник попытался подцепить меня с иной стороны, но я бессовестно уклонилась.

— Мортифор, как ты не понимаешь?! Это же дракон! Она, между прочим, меня какой-то дрянью опоила и бросила в овраге подыхать!

— Скажи спасибо, что не убила! — огрызнулась я, тихо крадучись к окну. Все-таки надо давить в себе гуманизм. До добра он не доводит!

— И чем обязан такому милосердию?! — язвительно поклонился охотник на драконов.

«Дрогнувшей руке», — мрачно подумала я.

Мортифор, прочитав мои мысли, нервно передернул плечами.

— С тобой мы об этом позже поговорим, — не оборачиваясь, бросил супруг.

«Блин! И чего ж ты, зараза, мои мысли читаешь?!» По тому, как снова вздрогнул муж, я поняла, что и эти мысли он прочитал. Блин! Блин! Блин!

— Свет, если ты сейчас выпрыгнешь от нас в окно, я тебе хвост оторву! — снова предупредил меня Мортифор, словно почувствовав мои намерения.

Нет, ну совесть иметь надо! Нельзя же так явно читать чужие мысли! Значит, если я сейчас сбегу, как планировала, мне хвост оторвут. А он у меня длинный, зеленый, красивый. Жалко. С другой стороны, если я останусь на дальнейший разбор полетов, то Мортифор мне, скорее всего, голову открутит. (А ее мне тоже жалко!) Итак, голова или хвост? Мучительный выбор для женщины-дракона! Впрочем, хвост в случае чего я еще успею отрастить, а вот голову вряд ли. И, совершив головокружительный прыжок, метнулась к окну. Голова все-таки важнее!

— Куда?! — кинулись за мной мужчины, пытаясь ухватить за полы накидки, но было поздно.

— Дрянь! — понеслось мне вдогонку.

Мортифор в этом плане оказался более выдержанным и мысленно предупредил, что разговора мне все равно не избежать.

— Чтоб ты обернуться не успела! — пожелал мне вслед Райдер.

6

— Чем жена отличается от террориста?

— С террористом можно договориться.

Народная мудрость

Однако удача была на моей стороне, я успешно приземлилась всеми четырьмя лапами и, оттолкнувшись от земли, взмыла в небо. Улетать далеко не рискнула. Местность однообразная, незнакомая, если заблужусь, то потом своих не найду. А если с моей везучестью еще не смогу обернуться обратно зверем, то пешком по лесу долго топать. Есть хотелось адски. Ну что стоило Райдеру прийти после завтрака? Вот же паразит, а не охотник! Никому житья не даст. Чем-то он напоминал нас с Виком, и оттого становилось еще страшнее.

Облюбовав залитую солнцем поляну, я обернулась человеком и огляделась. Может, хоть чернички поклевать? При виде черники вспомнилась Ладиина. Что-то от нее в последнее время ни слуху ни духу. Мама обмолвилась, что во время их последней встречи Либ-им-и-до стал терпимее характером. Видно, потому, что на своей новой жене отыгрывается. Он с ней крут. Но и Ладушка ему зевать не дает. А если учесть, что у данного Ведущего мага еще и гарем был на сто пятьдесят персон только жен, то, полагаю, Ладе есть чем там заняться. Только бы она армию не сколотила и на нас войной не пошла. Но, думаю, ее муженек этого не допустит.

На голодный желудок черничка шла хорошо. Конечно, лучше было бы мясо, но сырой заяц не вдохновлял. Надеюсь, Мортифор договорится с Райдером и я пообедаю по-человечески. А это так, «предзавтрак».

За черничкой я не заметила, как меня со всех сторон окружили некие личности. Заподозрила я неладное, только когда за спиной вежливо кашлянули. Когда я обернулась на звук, то поняла, что крупно влипла. По периметру поляны плотным кольцом стояли коренастые широкоплечие воины. Одеждой и оружием они напоминали татаро-монголов, а лицом — японцев.

В животе скрутился неприятный комок. Вот чего мне на месте не сиделось? Летать, блин, захотелось! Сейчас схлопочу по первое число. После трансформации прошло слишком мало времени, и организм еще не успел восстановиться, поэтому превратиться в дракона не получится, да и запас энергии я не пополнила. Так что ситуация у меня незавидная. В кои веки убеждаюсь, что моим врагам не стоит пытаться меня убить. Вмешиваясь в мою жизнь, они только огребают на свою голову неприятности. А всего-то надо отойти в сторонку и подождать, когда я благодаря маминой наследственности окажусь в эпицентре очередной катавасии и спокойно прибьюсь сама.

Вперед вышел их вождь. Что он главный, я догадалась по более дорогой и добротной одежде. Кроме того, он был выше остальных и чем-то неуловимо отличался.

«Признаком интеллекта, что ли?» — попыталось съязвить левое полушарие, но настороженно замолчало.

Я вгляделась в черты предводителя. По какому-то странному обстоятельству он действительно не совсем походил на свой народ. Вроде тоже узкоглазый, но у него разрез шире, почти как у европейца. Да и сам он здорово напоминал современных Якомото, Ушимото и прочих Юкири.

— Что ты сказала? — внезапно прищурился вожак.

— Что? — наивно хлопнула глазами я. Неужели последнюю фразу вслух произнесла?

Незнакомец задумчиво посмотрел на меня, почесал подбородок и на минуту отвернулся к одному из своих помощников, что-то ему прокаркав. На всю спину у мужика красовалась татуировка разноцветного восточного дракона. Я такие видела в фильмах про мафию и воинов якудза. Может, и этот какой-нибудь местный якудза?

— Как ты сказала? Якудза? — вновь заинтересовался мной вождь.

— Я ничего не говорила! — на всякий случай возмутилась я. Вдруг еще он сочтет это за оскорбление. И как догадался, о чем я подумала? Он что, телепат? У, морда японская!

— Ну теперь-то ты уж точно сказала! — прищурился лидер монголоидных воинов. — Кажется, ты меня «мордой японской» обозвала!

— Нет-нет! — поспешно постаралась исправиться я. — Я сказала: «Ум ордая понская». Это в переводе на всеобщий означает «здравствуйте». Приветствие такое. Вежливое.

«Японец» презрительно хмыкнул, словно просек, что я вру как сивый мерин. Затем улыбнулся и сделал шаг ко мне.

— Вежливое, говоришь. А что означает «чтоб ты сдох, рожа узкоглазая»?

Кто ж его так просветил?! Ладно. Помирать, так с музыкой.

— Вы неправильно это произносите. Надо говорить: «Что бтыз дохрожаус коглаза я».

— И что это означает? — заинтересованно склонил голову набок вожак.

— Это пожелание долгой и счастливой жизни, — нашлась я.

— А почему тогда тот, кто мне это говорил, кидался на меня с мечом?

— Ну не знаю, — пожала я плечами. — Может, он вам меч хотел подарить, а может, злых духов изгонял.

— Из моего тела? — ухмыльнулся вожак.

— Ну да, а откуда же еще? — наивно взмахнула я ресницами.

— Боюсь, он бы духа из меня изгнал вместе с жизнью!

— У этой методики всегда были небольшие недостатки, — вздохнула я, разводя руками.

«Японец» фыркнул и смерил меня внимательным взглядом, затем задумчиво протянул:

— Кого это ты мне напоминаешь?

— Понятия не имею, — честно призналась я и на всякий случай добавила: — Меня часто с кем-нибудь путают. Лицо у меня такое.

— А ты, часом, не дракон? — оживился вожак.

— Не-э-эт, — честно возмутилась я. — Я чистокровный человек!

— Странно, — прищурился «якудза». — А по виду ты вылитый дракон.

— Действительно странно, — согласилась я. — Я думала, драконы покрупнее будут.

«Якудза» хмыкнул и достал из кармана какой-то прозрачный голубоватый кристалл с красненькой сердцевиной. Повертев в руках камушек, он царапнул гранью палец. В тот же момент сердцевина в кристалле ожила и, потянувшись к окровавленной грани, поглотила предложенное подношение. Вожак поднес к уху засветившийся кристалл и хрипло произнес:

— Алло, Александр, здравствуй. Тут у меня перед глазами маленькая кареглазая зараза, на тебя похожа. Не знаешь такую? — И, одарив меня хитрым взглядом, продолжил: — Да, утверждает, что она не дракон.

Я опешила. Это что же? Этот монгол связался по кристаллу с моим родителем?! И что это за сотовик-вампир?! Представляю, если бы у нас за каждый звонок надо было отдать каплю крови, то мы бы вымерли максимум через неделю. Хотя с таким приспособлением быстро узнаешь цену слову и прочувствуешь вредность праздных разговоров.

Монгол тем временем продолжал общаться с собеседником, признавшим меня своей дочерью.

— Как догадался, что твоя? Во-первых, я ваши фамильные черты везде узнаю, а во-вторых, она, как и ты, обозвала меня «мордой узкоглазой» и уверяет, что фраза «чтоб ты сдох» является пожеланием здоровья и благополучия. Что? Она права? Ты издеваешься? Что я, русский не учил? Я в России вырос! Посмотреть на это с другой стороны? Это с позиции говорящего? А, ну тогда, если я сдохну, то у него действительно будет долгая жизнь. Короче, что с дочкой твоей делать? Нет, никаких охламонов рядом не видно. И блохастого никого нет. Одна она тут. Где-где, в лесу! Что она здесь делает? — Обернувшись ко мне и прикрыв кристалл рукой, вожак спросил: — Что ты здесь делаешь?

— Чернику ем.

— Чернику ест. Что, выдрать за уши, чтоб по лесу одна не шаталась? Ну хорошо.

— Не надо! — запротестовала я, но «японец» даже не заметил моего возмущения.

— И охламонов ее выдрать, чтобы одну не пускали? Попробую, Алекс, но я рядом с нею никого не вижу! И, насколько знаю драконов, сомневаюсь, что мне легко это удастся. Дать ей кристалл? Ага! — Вожак протянул мне кристалл.

— Алло, детеныш, ты что это по лесу одна шастаешь? Куда смотрят Вик, Норри и даже этот лохматый оболтус?

— Не знаю, их рядом просто нет, — сдала я братьев.

— Ох, и надеру я им зады, когда увижу! — пообещал отец.

— Я от них сбежала, — призналась я. Может быть, этот факт смягчит гнев родителя. Он ведь действительно может всыпать им ремня. А Витькину и Норри гордость мне все-таки жалко. Взрослые ведь уже.

— И почему же ты смылась? — По тону я поняла, что по ту сторону линии отец нахмурился.

— Там охотник на драконов появился, он вроде как оказался другом Мортифора.

— Вот знал я, что лохматый до добра не доведет!

— Он встал на мою защиту! — возмутилась я.

— Ну тогда он может и пригодиться в хозяйстве, — пробормотал папа.

— Мама сказала, ты на планете драконов, — решила я увести разговор со скользкой темы. — А чем ты там занимаешься?

— Армию тебе собираю.

— Ого! И как успехи?

— По-разному, — вздохнул отец. — С двуглавыми вообще невозможно договориться. У них одна голова соглашается, вторая — все отрицает. И так до бесконечности. Проще сарка финансово облапошить, чем прийти к консенсусу с четноголовыми. У них весь уклад — траектория движения, меню обеда, ежедневное расписание — решается совещанием всех голов. Они даже голосуют, под какой кустик дракону в туалет сходить! Представляешь?! У двенадцатиглавого конфуз случился прямо на переговорах из-за того, что головы не смогли решить, терпеть или не терпеть! С трехголовыми в плане переговоров проще: у них центральная голова исполняет роль третейского судьи. Хотя и они не спешат к эргам в гости наведаться. Боятся, гады! А ты попроси Юкири довести тебя до дома. Он парень надежный, хороший. А теперь все, пока. Мне пора бежать. Передай Юки, что драконы — его личный крест. Пока.

Отключив кристалл, я вернула его бывшему соотечественнику, передав слова папы. Японец криво усмехнулся и предложил отвести меня обратно.

До разгромленной деревни мы добрались без приключений. Юкири травил байки о родительских похождениях. Его подчиненные молча шли следом.

Оказывается, Юки — японец российского происхождения. Мама — русская, с Курильских островов переехала в Москву, когда ему было пять. Первый раз на Гею он попал случайно. Его «засосало» воронкой следом за Александром и Олегом Драко. На всякий случай я решила не уточнять, в каком месте возникла эта воронка.

Юки понравился этот мир. Более того, он даже обзавелся здесь семьей и стал вождем джапов — многочисленного, довольно воинственного племени. Теперь постоянно сотрудничает с дядей Олегом.

Выйдя на пространство, где раньше находилось село, джапы остановились и присвистнули.

— Такое чувство, что здесь прошелся дракон, — протянул Юкири, рассматривая руины деревни.

Правда, пара домов неизвестно каким чудом уцелела. Среди обломков бродили мрачные оборотни, время от времени кидая на меня опасливые взгляды. За хмурыми хозяевами по пятам слонялись коровы и куры. Одна из собак попыталась было на меня залаять, но осеклась и, жалобно скуля, отбежала в сторону.

— Нет, — чисто автоматически открестилась я и предположила: — Может, здесь ураган прошелся?

«Ага! По имени Света!» — резюмировала аналитическая половина мозга.

— Ураган? — хитро улыбнулся Юки. — А по-моему, все-таки дракон! Я такое уже раз двадцать видел в Сашином и Олежкином исполнении.

— Вот как? И когда же?

— Да было дело, напивались, — пробормотал Юкири и, опомнившись, что сдает друзей их же детям, осекся. — Хотя, признаюсь, у тебя особый творческий подход.

— М-да, — мрачно изрек за моей спиной кто-то из джапов. — И кто сказал, что женщина не стихийное бедствие?

Услышавшие джапа оборотни угрюмо кивнули. Сдается мне, не будь я их королевой, меня бы уже на ленточки порезали. Кстати о неприятностях: на меня на всех парах мчался злющий Райдер. Увидев, что я не собираюсь убегать, он аж подпрыгнул и обличающе протянул:

— А-а-а, вернулась, тварь? — И, обернувшись назад, крикнул: — Морти, тут твою сбежавшую жену, как блудного щенка, притащили. Можешь не волноваться. Ты бы к ее ошейнику хоть иногда поводок цеплял! — Затем он обернулся к Юкири и сердобольно добавил: — Ой, спасибо, господин, что вернули нашу пропажу. Надеюсь, она вас не покусала? А то мы ей прививок от бешенства пока не успели сделать.

Юкири изумленно взглянул на меня и осторожно отступил назад, его спутники тихонько попятились. Райдер оценил их маневр и понимающе ухмыльнулся.

— Вот это правильное поведение с этой тварью! А то она вчера даже брата своего за зад укусила.

Азиатские глаза Юкири стали по-совиному круглыми. Я же от стыда не знала, куда деться. Ну почему я этого охотника сразу не убила?! Скольких неприятностей и позора теперь могла бы избежать. За спиной Райдера материализовался Вик и, схватив охотника за плечо, сжал пальцы.

— Извините, — смущенно пробормотал кузен. — Что бы этот блаженный вам ни наболтал, не обращайте внимания. Мы ему просто с утра намордник забыли надеть. — И, подтолкнув Райдера коленом под зад в сторону уцелевшей избушки, ласково пропел: — Иди, малыш, к Мортифору. Он тебе вкусных таблеточек даст.

Райдер, одарив Вика многообещающим взглядом, направился в сторону избы. Юкири вежливо посторонился, не упуская охотника из виду, и тихо пробормотал под нос:

— Дурдом!

— Совершенно верно, — притворно вздохнул Вик. — Ни минуты покоя с этими блаженными. А вы, собственно, кто будете?

— А вы? — ухмыльнулся Юкири.

— Я человек мира и философ, — обаятельно улыбнулся Вик.

— Значит, еще один дракон, — резюмировал Юкири. — Осталось только выяснить, который ты охламон. Тот, которому я должен уши надрать, или тот, кому пятую точку выдрать.

— А можно без рукоприкладства? — осторожно поинтересовался Вик. — Все-таки драконы — уникальные реликтовые животные. Наш вид занесен в Красную книгу, а отстрел и порча шкуры карается смертной казнью!

— Значит, тот, которого надо отшлепать, — определил Юкири.

— Это еще почему?

— Выбирай, — вздохнул Юкири. — Или это сделаю я, или Александр Драко. Можно Олега припахать.

— Нет! — выставил вперед руки Вик. — Дядю и папу не надо! Я согласен на небольшую затрещину.

— Ну-ну, — хмыкнул Юкири и отвесил Вику легкий подзатыльник. — Смотреть надо за сестрами. Она у тебя, между прочим, одна. Ну да ладно. Тресни по уху второго, скажи: «Привет от папы и дяди!» А я пошел. Нам засветло до человеческих земель добраться надо.

Витька проводил Юкири задумчивым взглядом и обернулся ко мне:

— Устроила ты нам встряску, сестренка. Я испугался, что ты не успеешь трансформироваться.

— Мортифор сильно злился?

— Он был очень раздражен твоей выходкой. Даже грозился хвост тебе оторвать.

— Про хвост я уже слышала, — вздохнула я. Ну почему чуть что — сразу хвост?! Свет им клином на моем хвосте сошелся, что ли? Чем он их так раздражает?

«Хозяйка, тут скорее не твой хвост, а тот объект, к которому он крепится, их раздражает!» — вздохнуло аналитическое полушарие.

«Я требую смены хозяина! — вздохнул хвост. — С такой хозяйкой молоко за вредность получать надо!»

— Кстати, Мортифор тебя ждет для разговора.

— А может, я позже зайду? — умоляюще уставилась я на двоюродного брата. Почему-то душа и то место, где, по народным представлениям, у славян находится интуиция, неприятно заныли. Вдруг разозленный оборотень и вправду мне хвост оторвет?

— Ну уж нет! — хмыкнул Вик. — Если надо, я силком тебя притащу! Потому что в противном случае Морти нам с Норри хвосты оторвет! А они у нас красивые!

— Ваши хвосты еще не прорезались, — заметила я, напоминая о том, что братья даже первичную трансформацию не прошли.

— Ну так тем более их беречь надо! — отрезал Вик и подтолкнул меня в сторону уцелевшей хаты, принявшей на себя роль королевской штаб-квартиры.

Ну что ж, идем на заклание. Как ни странно, у входа меня никто не встретил. Куда все оборотни подевались? Я осторожно проскользнула в комнату и замерла. Был бы сейчас хвост, прижала бы его к ногам.

Мортифор стоял спиной к двери. Райдер исчез. Видно, я пропустила момент, когда он ушел. Хоть в чем-то повезло. Надо постараться держаться от охотника подальше, а то мы вблизи как две бомбы замедленного действия.

— Ну что? — тихонько начала я, на всякий случай не отходя от двери. — Разобрался с Райдером?

— Разобрался, — кивнул Мортифор, косясь на меня хитрым взглядом. — Сначала я злился, что ты сбежала от нас в середине разборки, а потом понял, что так даже лучше.

— Почему?

— Потому что Райдер хотел тебя убить, и мне пришлось прибегнуть к небольшой лжи, и хорошо, что ты ее не слышала.

— Это еще почему? — насторожилась я.

— Ну… — слегка замялся оборотень. — Видишь ли, мне пришлось сказать Раю, что ты беременна.

— Что?!

— А что еще мне оставалось?! — огрызнулся супруг. — Беременность — это единственная уважительная причина, по которой мужу нужна жена живой!

— Чего?! — возмутилась я, пытаясь найти хоть одну причину, по которой мне нужен именно этот муж живым.

Мортифор, кажется, все понял (у него вообще очень развит инстинкт самосохранения) и поспешно поправился:

— Понимаешь, так принято у охотников на драконов. У них кровная связь признается только тогда, когда жена носит под сердцем ребенка, продолжение рода. Таким образом, ты принадлежишь моему роду, а Рай — мой кровник и, следовательно, не может на тебя охотиться. Более того, у него теперь есть все основания приостановить на тебя охоту, и эрги не имеют права опротестовать древние законы крови. Никакие иные причины, включая горячую и пламенную любовь, не принесли бы такого действенного эффекта! Представляешь, как классно!

— Да уж! Восторг! — Я угрюмо посмотрела на Морти. — Ну и кто из нас рожать будет?

— Что за глупый вопрос! — фыркнул супруг. — Ты, конечно!

— Да? И когда же сие знаменательное событие, не предупредишь? Может, хотя бы о сроке уведомишь?

Мортифор на минуту задумался, а потом робко уточнил у меня:

— А когда уже все ясно, но еще ничего не видно?

Угу! Нашел кого спрашивать! Хотя чисто теоретически я, конечно, должна это знать. Припомнив все, что знаю по данному вопросу, я предположила:

— Четыре недели?

Мортифор в уме прикинул сроки и милостиво кивнул:

— Сойдет!

Ну да! Ему сойдет! А мне как выкручиваться потом?!

— Между прочим, самое опасное время, — мстительно заметила я. — Все еще очень хрупкое. Волноваться нельзя, воевать.

— В окно выпрыгивать нельзя, — в тон мне заметил Мортифор. Вот язва!

— Ладно, и сколько продлится эта ложь?

— Не знаю, — вздохнул Мортифор.

— Милый, в твоих же интересах помочь мне решить это как можно быстрее, иначе сам будешь объяснять, каким образом мое «положение» чудесным образом растянулось на неопределенный срок.

— Ну, я всегда готов укрепить твое алиби более вескими аргументами. — И он выразительно посмотрел на мой живот.

— Означает ли это, что с проблемой охотников мне придется разбираться самой?

— Нет, конечно! — фыркнул Мортифор. — Просто, если ничего не придумаем за месяц, нам придется на самом деле забеременеть.

— Нам? — приподняла я бровь.

— Не придирайся к словам, — поморщился оборотень. — Еще неизвестно, кому из нас двоих повезет меньше. Тебе, носящей моего ребенка, или мне, терпящему все твои капризы и идеи, что непременно посетят тебя в столь чудное для нас обоих время.

— Ты как всегда хитер и изворотлив, — посетовала я.

— Ты как всегда прекрасна и подозрительна, — парировал визави, недовольный тем, что я оценила расставленную для меня ловушку.

— Что делать будем? — вздохнула я, присаживаясь на табурет.

— Как и планировали, едем все вместе к Гвиневере, параллельно пытаемся найти слабые места в щите. Райдер пообещал нам помочь и потянуть время, чтобы эрги не выслали другого охотника на драконов.

— Значит, он теперь будет путешествовать с нами? — опешила я, глядя на кивающего мужа. Это что же, мне теперь постоянно придется притворяться беременной? Ужас какой! И тут меня прошиб холодок. — А братья? Они знают о твоей легенде? Ведь выдадут!

— Нет. Вику, правда, очень сложно было скрыть изумление, — покаялся Мортифор. — По-моему, в первые секунды моей речи он даже поверил. Впрочем, он уже пообещал меня кастрировать.

— А Норри?

— А вот малыш воспринял новость хладнокровно, даже попросился в крестные отцы. Я, если честно, хочу на эту роль предложить Райдера.

— Только через мой труп! — взревела я, даже забыв, что пока не беременна.

— Ну тогда хоть няньки, — спокойно продолжил Мортифор.

— Еще чего! — свалилась я с табурета. — Только попробуй — и я тебя убью!

— Нет, Свет, ты не понимаешь! — поморщился Морти. — Ну подумай, кто лучше справится с этой обязанностью, как не тот, кто великолепно изучил драконов. Райдер знает все слабости и нюансы. Он будет прекрасной няней!

— Давай-ка отложим этот разговор до лучших времен, — вздохнула я. — Нечего ругаться из-за пустой торбы. Когда у нас обед?

— Сейчас подадут, — вздохнул Мортифор. — Хотя деревня моя еще пару месяцев будет отстраиваться. Ну и устроила же ты им.

— Я прошу прощения.

— Угу, я их уже освободил от твоего лица от налогов.

— И что сказал Виктор? — заинтересовалась я.

— Как ни странно, он не спорил. Сказал, что бедняги заслужили.

М-да, если уж даже Витька не возмущался, то я, похоже, сильно их всех тут допекла. Ох, стыдно-то как! Чем бы им помочь?

— Не смей! — встрепенулся Мортифор, прочитав мои мысли. — Ты уже благословила картофель Каракурта от всей души! А мне еще дороги мои люди!

— Ладно-ладно.

Дверь отворилась, и вошел сын старосты, нагруженный подносами с едой. Такое чувство, что он, желая максимально сократить со мной контакт, прихватил все и сразу. Юноша как раз заканчивал сервировку стола, когда к обеду подоспели братья. Следом за ними вошел Райдер. Окинув нас презрительным взглядом, он злобно прошипел:

— Всегда знал, что драконы как тараканы: если один поблизости — то и все остальные рядом.

— А тебе что, завидно? — фыркнул Вик, налегая на соленые огурчики.

Мортифор Осторожно положил мне на тарелку несколько огурчиков, намекая о моей роли. Мысленно вздохнув, я принялась изображать живейший интерес к соленьям. Райдер скептически проследил, как Вик с Норри уничтожают на двоих вторую банку маринованных помидоров, и ухмыльнулся:

— Морт, а шурины тоже от тебя беременны?

— Слышь, охотник, ты сейчас договоришься! — полыхнул глазами Вик.

Райдер заметил алые искорки в братишкиных зрачках и побелел.

— Этого не может быть! — прошептал он, внимательно рассматривая кузена. Затем резко обернулся к Норри, впиваясь в него взглядом. — Морт, ты хоть представляешь, с какой опасностью играешь?! У тебя под боком два дракона, готовых вот-вот пройти первую трансформацию! Это же кошмар! Один дракон уже губителен для экосистемы мира, но три — это конец света! Особенно если два вот-вот вступят в силу!

— Да ладно, — поморщился Вик. — На Гее вон полмира в бастардах ходит. И ничего! Существует же! Наша династия вон уже тысячу лет насчитывает.

— Этого не может быть! — замотал головой Райдер.

— Да что ты все заладил?! — вспылил Вик. — Мы — Драко. С нами все может быть! И вообще, может, у нас тут драконий заповедник. А тут ты со своим браконьерством! Не стыдно? Мы, между прочим, ценный реликтовый вид, занесенный в Красную книгу. Нас откармливать и размножать надо. А не отстреливать!

— За размножением обращайтесь к Мортифору, — пробурчал Райдер и вновь смерил меня подозрительным взглядом. — Ты как себя чувствуешь?

— Прекрасно! — оскалилась я.

— Жаль, — вздохнул охотник.

— А ты как себя чувствуешь? — намекнула я про овраг.

— Тоже хорошо.

— Печально, — вздохнула я.

— Это поправимо! — обнадежил меня Вик.

— Но-но, народ, не ссорьтесь, — на удивление миролюбиво хмыкнул Норри, утаскивая из-под Витькиного носа огурец. — Нельзя разбрасываться союзниками.

— А как ты нам помогать будешь, союзник? — поинтересовалась я. — У эргов про перстень спросишь?

— Я не могу с ними связаться, — вздохнул Райдер. — Что-то повредило связь.

— Так, может, у родителей спросим? — предложил Норри.

— Я уже пробовал, — признался Вик. — Никто недоступен. А когда я вызвал дядю Васю, он почему-то был трезвым и нервно икал. Свет, ты не знаешь, что случилось?

— Понятия не имею, — пожала я плечами, надеясь, что Вик не догадается о моей лжи.

Мортифор странно на меня посмотрел, но промолчал. Неужели ему Каутинус уже успел что-то нашептать?

— Ну что? — бодро встал из-за стола Вик. — Направляемся в Луару? Раньше прибудем, раньше разберемся с проблемой.

— Я бы разобрался с проблемой, да вот руки связаны! — вздохнул Райдер.

— Ты бы был осторожней с заявочками, — вдруг холодно сказал Вик. — Как говорит Ашот Наданян: «Тем, кто любит рыть яму другим, место на кладбище!»

Часть третья

ОДИН ЗА ВСЕХ

1

Граница на карте обозначена точка — тире, точка — тире, что символизирует пограничник — собака, пограничник — собака.

NN

Райдер Цециди

Я решил проигнорировать бастарда дома Драконов, сделав в уме зарубку отомстить как-нибудь на досуге. Быстро доев завтрак, мы отправились в дорогу. Каково же было мое удивление, когда княжна действительно поехала на метаморфах. Эти древние, почти вымершие существа встречали ее как родную! Мне даже обидно стало, что столь ценный вид растрачивает себя на такие пустяки, как служба Драконам. По правде говоря, это больше походило на дружбу, чем на службу, но мне все равно было неприятно наблюдать за хаотичными трансформациями пары перевертышей. Они оборачивались то людьми, то ящерицами, то конями. И хотя в процессе не произнесли ни слова, в воздухе просто ощущался их молчаливый диалог с драконами. О чем они говорили, осталось загадкой, но через три минуты мы уже скакали по лесу.

Ни один скакун не сравнится с метаморфами или эльфийскими пегасами. Через три часа галопа мой жеребец стал спотыкаться, и мы сделали вынужденную остановку.

Привалившись спиной к деревцу, я наблюдал за княжной. Вот все-таки какая тварь! Она меня чуть не убила, а я все равно любуюсь этой нелюдью! А драконесса тем временем развлекалась с веночком на голове, который превращался то в железный обруч, то в мощную рогатую корону. Должен признать, она несла атрибут своей власти с достоинством, сохраняя идеальную осанку. Наверное, нужно родиться с каким-то особым царским геном, чтобы вот так легко и изящно ходить с тяжелым и далеко не простым украшением на голове.

Княжна обернулась к своему кузену и, аккуратно сняв корону, протянула ее мужчине:

— Вик, примерь.

— Зачем? — искренне удивился второй в очереди на престол.

Я удивленно затаил дыхание. Что она делает?! Это же верный способ нажить себе врага, показав подчиненному ту власть, какую он может получить в случае переворота. Я не раз был свидетелем того, как драконы в борьбе за власть перегрызали друг другу глотки. А она без всяких причин снимает венец власти и предлагает его примерить второму законному наследнику!

Как ни странно, Виктор ее энтузиазма не разделял, косясь на корону как на ядовитую змею.

— Зачем тебе это надо? — повторил он.

— Я хочу взглянуть, как она будет смотреться на тебе. Ну что тебе стоит пойти навстречу моему капризу? — Княжна состроила такие невинные глазки, что теперь впору заподозрить неладное.

— Что-то ты темнишь, сестра, — вздохнул ее собеседник, но тем не менее принял из рук Светланы корону, к этому времени успевшую трансформироваться в простой железный обруч, по которому и не скажешь, что это безумно дорогущая реликвия одного из самых могущественных родов Геи. Вот интересно, как этой вещице удается жить собственной жизнью? Что странно, я даже магии от нее не чувствую.

Виктор осторожно надел корону и вскрикнул от боли. По вискам мужчины потекла кровь, а корона тут же стала возвращаться к традиционному торжественному виду. Света кинулась к родичу и, сжав его руку, принялась приговаривать:

— Потерпи минуту, она должна отведать твоей крови и настроиться на тебя. Зато потом она станет неотъемлемой частью тебя и будет трансформироваться вместе с тобой как часть твоего черепа.

Я с интересом впитывал новую информацию. Вообще, эти дни у меня богатые на краткий экскурс в быт и поведенческие характеристики драконов. Чем больше я общаюсь с княжной, тем больше понимаю, что в школе нам преподавали какую-то чушь!

— Блин, Свет, такое чувство, что твоя корона мне в мозг вгрызается!

— Это нормально, сейчас станет легче.

Я поежился. Нормально? Нормально?! К счастью, мне никогда не дырявили череп, но что такое сильная головная боль — представляю, ни за какие коврижки не надел бы что-то, причиняющее такую боль. Я не мазохист.

Виктор внезапно вздохнул с облегчением и выпрямился. На его голове красовалась полная корона дома Драконов. В отличие от княжны, наследник держал себя не так царственно и изящно. Наверное, сказывалось отсутствие опыта.

— Тяжелая, зараза! — пожаловался он. — Как ты ее носишь?

— Ты привыкнешь, — успокоила его княжна.

— Вот уж честно, не собираюсь! — фыркнул он, пытаясь снять корону, но та не поддавалась.

— Я признаю тебя своим наследником, — серьезно произнесла княжна. — Если со мной что-нибудь случится, она автоматически перейдет тебе. Даже если корона будет далеко, она телепортом вернется к тебе. Она тяжелая для того, чтобы ты помнил, что власть — большая ответственность. Ты должен заботиться о своих подданных и людях, доверившихся тебе.

Я замер. Все выученное мною раньше о драконах никак не соответствовало тому, что я только что услышал.

— Живи долго и счастливо! — прошипел бастард дома Драконов. — Меня вполне устраивает должность твоего казначея и брата!

Я снова обалдел. Кузен княжны был наглым, вредным сукиным сыном, но при этом он не врал, когда желал своей главе долгих лет жизни и процветания! Это просто какие-то неправильные драконы.

— Нашему дому нужен наследник, — твердо отрезала Света. — И ты им стал. Если со мной что-нибудь случится, ты станешь правителем!

— Надеюсь, это никогда не произойдет!

— Обещай, что, если мне будет угрожать опасность, ты в первую очередь позаботишься о своей сохранности.

— Свет, ну что за бред?

— Обещай!

— Не смей мне приказывать! — повысил голос ее собеседник.

— Это ты не смей пререкаться с главой дома! — прошипела княжна. — Я приказываю тебе, и мой приказ обжалованию и нарушению не подлежит! Если мне будет угрожать опасность, ты позаботишься о своей безопасности.

С бастардом дракона происходило нечто странное. Его словно ломало изнутри, из носа Виктора потекла кровь, он припал на одно колено, но упорно молчал. Княжна же нависла над ним и тихо повторила:

— Это приказ!

По ее лицу катились слезы, но она продолжала стоять на своем:

— Я приказываю тебе, младший! Повинуйся.

Виктор молчал, внезапно из его горла вырвался крик, словно его разрывало на куски, затем он сломанной куклой упал на траву и принялся кататься из стороны в сторону.

— Вик! Пообещай! Не мучай меня!

— Никогда! — простонал тот. — Никогда не брошу сестру в беде.

— ОБЕЩАЙ! — Голос княжны эхом раздался по окрестностям. — Не заставляй дом Драконов терять обоих. Если будет угрожать опасность мне, ты позаботишься о себе, и тогда мои жертвы не будут напрасными!

Виктор снова взвыл и словно против воли прошептал:

— Обещаю, госпожа.

— О каких жертвах речь? — хмыкнул подошедший полуэльф. — Мы будем жить долго и счастливо! Правда?

— По крайней мере, постараемся, — серьезно кивнула княжна. — Но никогда не поздно подстраховаться на всякий случай.

— Что обо всем этом думаешь? — подсел ко мне Мортифор.

— Она явно что-то затеяла, — озаботился я.

— Я не о том, — отмахнулся оборотень. — Что ты думаешь, когда глядишь на дракона?

— Что эта та еще гадина.

— А еще?

— А что еще? — обернулся я к другу.

— А тебе никогда не приходило в голову посмотреть на нее как на лабораторно выведенную тварь?

— Ты совсем со своими опытами тронулся, — буркнул я.

— Нет, — серьезно мотнул головой Мортифор. — Посмотри на нее. Существуют драконы, драконы бывают разные. Тебе доводилось сталкиваться с тем, чтобы один вид животных одновременно существовал как бы на разных этапах эволюции?

— Кроме твоих экспериментальных образцов?

— Райдер, отбрось скепсис и посмотри внимательней. Существуют крылатые трехтонные ящеры. Есть те, кто умеет говорить. Кто-то из них даже может превращаться в человека. Это как будто образцы разных серий.

— Неудачная, более удачная и самая удачная?

— И совершенная, — улыбнулся Мортифор. — Она живет в человеческой ипостаси, она не сохраняет своего огромного веса, экономична в движениях. Она идеальный маленький убийца. У нее устранены недостатки предыдущих версий.

— Ты судишь субъективно, но в твоих словах есть резон.

Я задумался. А ведь действительно, эти драконы совершенно отличались от всех виденных и изученных мной. У княжны присутствуют типичные для ящеров черты, но недостатки и уязвимые стороны практически отсутствуют. Но если она — лабораторная зверюшка, то кому понадобилось все это?

— Мортифор, к чему ты ведешь?

— А ты никогда не думал, что тебя послали уничтожить чей-то проект?

— Я исполнитель, — пожал я плечами. — Мне не положено думать.

— Свету надо спасти, — тряхнул головой Мортифор.

— Поживем — увидим, — пробормотал я, не желая давать ложных обещаний. Я твердо знаю, что, если на кону будет жизнь драконессы против жизни Мортифора, я не колеблясь выберу друга. И пусть скорее всего буду жалеть, что не уберег гадину, я все равно спасу друга. — До чего еще ты додумался, мой башковитый друг? Если она — лабораторный вид, то кто взят за первооснову?

— А ты не догадываешься? — выгнул бровь Мортифор.

— Считай, падение в овраг повредило мою голову, — напомнил я про коварство драконессы. Пусть не расслабляется. — Так кто исходник драконов?

— Оборотень.

— Что? — поперхнулся я воздухом.

— Оборотень, — спокойно повторил Мортифор. — Дракон — это вариация оборотня. У нас схожие признаки расы. Например, и я, и Света способны жить в любой из ипостасей неограниченное время, мы оба обладаем промежуточной трансформацией. Мы исцеляем собственной кровью, но тот, кому мы даем кровь, приобретает над нами огромную власть. Кроме того, мы способны скрещиваться и давать нестерильное потомство. Это говорит о том, что у нас одинаковый набор хромосом. Что касается недостатков, то их как будто специально убрали. У моего вида непереносимость серебра, дракону хоть бы хны. Мой вес неизменен в любой ипостаси, Света может наращивать до трех тонн, черпая из энергетического резерва. Наши магические способности практически одинаковы, но магия дается драконам гораздо легче. Они словно дышат ею. Что для меня достигается с помощью ритуала, Свете достаточно лишь пожелать. При превращении мне надо раздеваться, Светина одежда всегда остается при ней. Мои раны исцеляются не так быстро, как ее. Да и вообще, за внешней хрупкостью прячется существо гораздо более живучее, чем я. Где я сдохну, Света получит тяжелые ранения, но оклемается.

— С чего такая информация? — насторожился я. Врага надо знать в лицо. Если она такая живучая, то как ее убить?

— Света уже умирала. Я извлек ее душу далеко за гранью. С оборотнем я бы такого сделать не смог.

Ого! Ничего себе жизненная сила. Стоп! Тот, кто шагает так далеко за грань, рискует жизнью!

— Свихнулся?! Ты мог погибнуть!

— Ага, — кивнул Мортифор, — я тогда сутки пластом провалялся рядом со Светой. Еле оклемался. Но это того стоило, ты не представляешь, какое это счастье — спаси человека.

— Дракона, — машинально поправил я. — Она — нелюдь! Не забывай об этом.

— Райдер, — обернулся ко мне Мортифор, — а я ведь тоже не человек!

— Ты для меня свой, — пояснил я. — А она чужая. Кстати, ты защитил себя от дракона?

— Света — моя жена. В нас течет кровь друг друга. Мы не можем причинить друг другу вред.

— А что твои нежно любящие тебя шурины? От них ты защитился? Или ты думаешь, что они побоятся расстроить сестричку?

— Когда Вик принес мне Свету, то в залог предоставил свою жизнь. Хотя это не помешает ему причинить мне вред. Если честно, я не знаю, что их останавливает. Скромно надеюсь, что Света.

— Ты — идиот! — припечатал я. — Всегда знал, что любовь отрицательно сказывается на мозгах! Морт! Очнись! Надеешься, что такое же разжижение в голове у драконессы? Так я еще не забыл, как выползал из оврага поцарапанный, злой и искусанный какой-то незнакомой гадостью. И не говори мне, что я не свой! Для драконов чужим является всякий, кто не их вид. Они даже свой вид чужими считают!

— Я знаю, — кивнул Мортифор. — Большинство нелюдей так себя ведет.

— Но она спокойно спустила меня в овраг!

— Рай, ну чего ты возмущаешься? На ее месте я бы поступил точно так же. Да и ты сделал бы что-нибудь подобное. Признайся.

— Пожалуй, — согласился я. — Но это не умаляет ее коварства.

— Как будто что-то умаляет твое? — фыркнул Мортифор. — С таким успехом ты можешь обвинять всех оборотней в зубастости!

— А гадин в ядовитости! Морт, ты хоть мозгами думай иногда!

— Постараюсь.

— Ага! Я вижу, как ты стараешься! Что я, слепой и не заметил, как ты на нее смотришь?

— Ты тоже поглядываешь на нее не как на жену друга! — вдруг серьезно заметил Морт.

— Это пройдет, — заверил я его, памятуя о том, что оборотни болезненно реагируют на измену или хотя бы подозрение на нее.

— Я знаю, — серьезно кивнул Мортифор. — Будь ты чужак, я бы давно прикопал тебя вон под тем кустиком.

— Я ценю, что пока жив, — отбросив шутки, ответил я.

Мортифор торжественно кивнул. Все-таки нелюди — иная раса. Их менталитет значительно отличается от человеческого. Ты можешь быть их другом, но никогда не предугадаешь, когда инстинкты возьмут верх. Чтобы понять нелюдя, надо родиться нелюдем. Я всегда считал, что счастье — это когда тебя понимают, и старался встать на место другого. Но тут я бессилен. Я долгое время провел рядом с нелюдями и, казалось, научился их понимать, но они снова и снова открываются мне с иной стороны.

Мне всегда было интересно, как видит мир Мортифор. И я внезапно по-другому взглянул на княжну. Она знает Морта гораздо меньше меня, но понимает гораздо лучше. Для меня Гея — очередной полигон для военных действий, а для них — родной дом. Как бы я отреагировал, если бы кто-то попытался разрушить мой дом, угрожал моей беременной жене? Я бы убил не задумываясь. Так чего возмущаюсь такой же реакцией от других? Миром правят двойные стандарты, и, возможно, нелюди не так уж сильно отличаются от людей.

— Поехали, — подошел к нам хмурый наследник дома Драконов. — Нам еще через болото к Гвиневере ехать.

— Ваше знаменитое? — внезапно насторожился Мортифор.

— Ага, — кивнул Виктор. — То, по которому в прошлый раз гуляли.

— А в объезд никак? — осторожно уточнил Морт.

— Увы, — вздохнул подошедший наследник эльфийского престола. — Мы и сами бы рады, но никак. Можем портал до границы Светиных земель построить.

— Нас пятеро плюс кони. Не надорветесь?

— Вику тренироваться надо, — кивнул на наследника Норри.

— Не приведи Ведущие маги мира! Мне вполне Светиных ляпов хватает!

— Не дрейфь, лохматый, я справлюсь, — ухмыльнулся Виктор.

— Вот это меня и пугает! — простонал друг. — Света тоже всегда справляется так, что хоть вешайся потом!

— Я круче! — успокоил друга Виктор.

— Вот этого я и боюсь!

— Да ладно тебе, лохматый.

— Слышь, чешуйчатый, ты чего обзываешься? — возмутился я.

— А ты вообще молчи, лысый, — хмыкнул Норри. — Ни шерсти, ни чешуи. И как к тебе по-человечески относиться?

— С уважением! — буркнул я.

Братья драконессы дружно хмыкнули и отошли в сторону. Мортифор задумчиво смотрел им вслед.

— У меня такое чувство, что они начинают к тебе привыкать, — прошептал мне на ухо Морт.

— Ты еще скажи — приручаться, — хмыкнул я.

— Не все сразу, — пожал плечами друг. — Но все со временем возможно.

— Избавьте меня боги от этой милости!

— Не зарекайся, — вздохнул Мортифор, глядя, как братья княжны открывают фиолетовый портал. — Идем.

Перемещение было на удивление мягким. Буквально минуту назад мы стояли на одной поляне и вот уже стоим на другой. У кромки виднеются высоченные тотемные столбы со странным тавро в виде летящего дракончика. Впервые я видел границу территории вблизи. Пытаясь рассмотреть знак дома Драконов, я приблизился к столбикам.

Вдруг мне навстречу из леса вышло четвероногое скелетообразное существо, напоминающее смесь волка и медведя. Я мгновенно схватился за меч. Зверь зарычал и приготовился к прыжку…

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко

Стоило охотнику на драконов подойти к кустам, как ему навстречу вынырнула Уна.

— Стой! — пришпорила я метаморфа, и мы единым слитным прыжком оказались между вынувшим меч охотником и моим стражем. — Не трогай ее! Поранишь!

— Мне сейчас не до сохранения редкой флоры и фауны! — огрызнулся Райдер, пытаясь атаковать догбера.

— Это стражи моей границы! — раздраженно пояснила я и взглянула на Уну.

«Добро пож-жаловать, хоз-з-зяйка!» — раздалось у меня в мозгу ее радостное шипение.

— Не смотри на это чудовище! — пробурчал Райдер. — А то дети страшными родятся!

«О чем болтает этот с-с-странный человек?» — удивилась Уна, прижимаясь к боку моего метаморфа и подставляя мне голову для ласки.

«Он думает, что я беременна», — мысленно ответила я Уне.

«Вс-с-сегда з-з-знала, что люди придурки, но чтобы до такой с-с-степени?! — хмыкнула питомица и направилась в лес. — Держись от пс-с-сих-х-хов подальш-ш-ше, хоз-з-зяйка, помогает ж-жить дольш-ш-ше».

«Спасибо!»

— Что она делает? — спросил все еще настороженный Райдер, не опуская меча.

— Уходит. Мы свои, а следовательно, не представляем для территории никакой опасности.

— У тебя все твари такие? — хмыкнул ошарашенный Райдер.

— Впечатляет? — ухмыльнулся Вик. — Это, между прочим, предпоследняя разработка нашего зятя!

— Морт, ты извращенец! — сухо заметил охотник на драконов, опуская меч. — А твоя жена — псих!

Поразительно! Я едва удержалась, чтобы не ляпнуть, что Уна про него сказала то же самое.

— А по-моему, ничего, — внезапно заступился то ли за догберов, то ли за Мортифора Вик. — Представительно так вышло! И число незаконных эмигрантов резко уменьшилось.

— Их съели? — предположил Райдер.

— Нет, просто испугались.

К счастью, дальше путешествие протекало без приключений. Мы успешно скакали в сторону болот. По мере их приближения наш энтузиазм уменьшался. Еще слишком свежи были воспоминания об умроках и прочей гадости.

— Слушайте, а может, не будем здесь ночевать? — внесла я робкое предложение.

— Здесь неудачная зона для аппарации, — вздохнул Норри.

— Я вообще не понимаю, почему мы сразу тогда в Луару не прыгнули? — проворчал Райдер.

— К Гвиневере можно добраться только без магии, — терпеливо пояснил братишка-эльф. — Таково условие. Около Луары и замка — слепая зона. Там невозможна магия аппарации, а прочая магия работает со сбоями. Это большой риск.

— Райдер, замри! — внезапно крикнул Мортифор.

Я обернулась и увидела огромную змею, зависшую над нашим охотником и готовившуюся его атаковать. Скрученное в кольцо тело поражало своими размерами. По сравнению с данной милой рептилией анаконда — жалкий червячок. Мама дорогая! И это водится на моей территории?!

— Какой вкусный обед! — радостно прошипела змея.

— Не тронь, он ядовитый! — на автомате брякнула я.

Змея, как ни странно, меня поняла и передумала атаковать.

— Беспредел! — проворчала змея. — Что за жизнь пошла?! Продукты и те испортились!

— Ну извини, — развела я руками, как будто это моя вина, что люди нынче слишком желчными стали. — Экология такая, сама понимаешь!

Хм, по вытянутым физиономиям напарников создается впечатление, что гадину понимаю только я одна. Хотя я, похоже, с ней еще и разговариваю на ее же языке!

— А ты тоже ядовитая? — поинтересовалась змея.

— Я — дракон, — призналась я. — Вроде как твоя дальняя родственница.

— Ясно, — хмыкнула змея, — значит, ты мне поперек горла встанешь.

Приятно, что о тебе такого мнения. Иногда полезно иметь репутацию дракона. Змея, видя, что ей ничего не светит, развернулась и почти мгновенно скрылась в чаще.

— Что это было? — ошарашенно выдохнул Райдер.

— Какая-то неучтенная живность, — пожала я плечами. — Она здесь быстро эволюционирует.

— Отстреливать вас тут всех надо, — проворчал охотник на драконов. — И тебя вместе с ней заодно.

Мы хмыкнули и продолжили путь. Когда получаешь такие ласковые рядовые угрозы слишком часто, то начинаешь расценивать их как своеобразный комплимент. Меня больше тревожило то, что я начала понимать язык змей.

«Ты не о том беспокоишься, хозяйка, — вздохнуло аналитическое полушарие. — Ты лучше подумай, что в жизни тебя так довело, что ты стала шипеть на их языке!»

М-да. Интересная получается перспектива. А дальше что? Я еще и ползать начну?

2

Жизнь — это компромисс между желанием поесть и желанием поспать.

Народная мудрость

Заночевать мы решили на полянке. Справа приветливо булькало болотце, но если учесть наши с киморами и мавками дружественные отношения, то так даже безопасней: подстрахуют, если что. Лучше дружественные русалки под боком, чем неизвестная тварюшка в кустах. Я хоть и хозяйка этих земель, но на болоте еще чувствую себя гостем. Не привыкла пока быть королевой серпентария.

— Пойду руки помою, — сообщил Райдер и направился в сторону болота.

Мортифор встревоженно взглянул на меня, словно спрашивая о киморах.

— Я их предупредила, — успокоила я Мортифора.

Встреча с болотным народцем у меня вышла стандартной. Стоило наклониться над водой, как меня туда чуть не утащили. На этот раз спас меня не подаренный медальон, а автоматически вырвавшийся старый добрый русский мат. Услышав его, кимора тут же меня отпустила и осторожно уточнила, не знаю ли я местную княжну. Когда приветствовали друг друга, признаюсь, одолевало искушение сказать, что Райдер не со мной, но в последний момент передумала. Мы его уже столько времени за собой таскаем, что теперь пустить в расход даже как-то жалко.

К слову об охотнике. Он вернулся довольным и счастливым. Легок на помине. Долго жить будет.

— Не пойму, — хмыкнул он, вытирая руки, — чего вы так болот боялись. Хорошо тут. Тихо, спокойно.

— Не к ночи будь сказано! — сплюнул через левое плечо Вик. — Тигры тоже мягкие и пушистые.

— Да ладно, — поморщился Райдер. — У меня хорошая новость. Я около болотца, буквально в двух шагах от нас дикий картофель видел. Эх, картошечки бы сейчас! Печеной на костре!

— Смотри, чтобы она тебя не запекла! — заметил Норри. Воспоминания об ожившем картофеле до сих пор были свежи. А если учесть, что его мы сюда изгнали, то наши шансы быть съеденными велики…

Но Райдер его не слушал. Он достал из вещей какую-то торбу и, перекинув ее через плечо, направился обратно в лес.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — бросил ему вслед Вик. — Может, травкой обойдешься?

— Не буди лихо, пока оно тихо, — подтвердил Норри.

— Вы еще скажите, что хозяева болота мне за порчу имущества счет выставят! — огрызнулся Райдер.

— Лучше бы так, — согласился Вик. — С ними мы хотя бы знакомы.

Но Райдер раздраженно махнул рукой и скрылся в кустах.

— Свет? — напряженно обернулся ко мне Мортифор.

— Как мне сообщили, картофель — дневной хищник. Ночью он спит.

— То есть нашего охотника не сожрет? — уточнил Вик.

— Теоретически нет, — призналась я. — Но я на всякий случай надеюсь, что это киморы себе гарнир к котлеткам выращивают. Так хочется верить, что нас пронесет.

Но не успела я закончить фразу, как раздался громкий крик и на поляну выскочил бледный Райдер.

— Что это за дрянь такая?! — выдохнул он. — Я только выкопал один клубень, как тот вытаращился на меня пятью сонными моргающими глазами! А еще у него есть зубы!!! Он меня укусил!

— А где агрессор сейчас? — насторожился Вик, нервно оглядываясь по сторонам.

— Что это за дрянь такая?! — продолжал допытываться Райдер.

— Чернобыльский картофель, — брякнул эрудированный Норри. Надо будет безлимитный Интернет подключить, а то, чувствую, счет придет драконий.

— Что это? — насторожился тем временем охотник на драконов.

— Да шутит он, — поморщился Вик, вставая и подбирая рюкзак. — Это драконий картофель. Видишь ли, существует легенда, что если на поле заночует дракон, то рождается вот такое чудо.

— Что вы мне голову морочите?! — возмутился Райдер.

— Это правда, — встряла я. — Картофель — мое творение.

— Всегда знал, что от тебя никакой пользы! — проворчал Райдер.

— Ты мне лучше скажи: он за тобой не катится? — встревожилась я.

— Откуда я знаю? — передернул плечами Райдер.

И тут земля со всех сторон взметнулась вверх — и мы оказались окруженными летающим картофелем.

— Эта дрянь еще и летает?! — офигел Райдер.

— Ты же говорила, что картофель — не ночной хищник! — укоризненно заметил Мортифор.

— Может, эволюционирует? — предположила я. Приятно, конечно, что твое творение способно самостоятельно развиваться и совершенствоваться. Но в данный момент хотелось противоположного.

— Свет, а как ты в прошлый раз стаей командовала? — вклинился Вик.

— А с чего ты взял, что это стая? — хмыкнул Райдер.

— По общему настроению, — ответил за кузена Мортифор. — Смотри, вон те крайние, похоже, разведчики. Впереди — вожаки. За ними, кажется, воины.

Я взглянула на массивный, покрытый мощной кожурой-коркой картофель. Хм, впервые вижу картошку в бронежилете. По бокам выводка зависли тоненькие, вытянутые клубни. Они явно подвижнее остальных — разведчики. А в первых рядах, как и сказал Морти, в воздухе висели сероватые клубни со множеством глазок. Их зубастые рты были меньше, чем у остальных, зато в глазах интеллекта наблюдалось больше, чем у некоторых людских особей. Норри прочитал мои мысли и хмыкнул: «Кажется, ты вырастила интеллигентов!» Но мое внимание привлекли маленькие, постоянно движущиеся клубни с огромными зубами.

— А это кто? — указала я на них.

— Похоже, загонщики, — тихо ответил Мортифор.

— Слушай, Свет, ты бы отозвала свое творение, — поежился Вик. — А то мне как-то неуютно под его пристальными взглядами. Чувствую себя крайним в пищевой цепи!

— С какой стороны? — поинтересовался Мортифор.

— А то ты не догадываешься, что с неправильной! — огрызнулся Вик.

Я выступила вперед и, ударив себя кулаком в грудь, сообщила:

— Свои.

Картофель плотоядно облизнулся. Теперь и я почувствовала себя неуютно.

— Хозяйка! — повторила я попытку наладить контакт с болотным хищником.

В ответ картофель смерил меня внимательным взглядом и зарычал.

— Кажется, они намечают переворот! — ухмыльнулся Райдер.

— А то я не догадалась! — разозлилась я от собственного бессилия. — Вообще-то это ты первый начал! Кто просил лезть к местной флоре? Который тебя хоть цапнул?

— Вон тот, — указал Райдер на вождя стаи.

Плохо дело!

— А проще ты никого в суп выбрать не мог?! — вышел из себя Вик.

— Он был самый крупный, — признался Райдер.

— И как рассмотрел? Ночь же вокруг!

— Так его ботва выше всех красовалась.

Внимательно прислушивавшийся к нашему диалогу картофель-вождь вновь зарычал. Кажется, он тоже не привык быть не с того краю пищевой цепи.

— Слушайте, а давайте договоримся? — внесла я предложение. — В конце концов, я хозяйка этих болот. Если я и мои спутники погибнут, то сюда придет куча завоевателей.

Картофель оживленно загудел и облизнулся. М-да, неудачное начало переговоров. Так они еще быстрее нас сожрут, чтобы сюда побольше жадных идиотов хлынуло. У парочки клубней даже слюнки потекли от озвученной перспективы.

— Но вас обездвижат и сожгут! — поспешила я напугать картофель, если последнему ведом страх.

Стая пасленовых высокомерно хмыкнула.

— Норри, продемонстрируй! — обернулась я к братику.

— Свет, ты забыла, что в прошлый раз на них магия не действовала?! — на ухо прошипел эльфенок.

— Если не сделаешь, как сказала, мы все погибнем! — прошептала я. — Давай! Ты же теперь Тихоня! Твои силы должны увеличиться! А если нет, то что ты за Ведущий маг, если тебя съест какое-то пюре?!

— Пока это вполне себе живой картофель!

— И что?

— Это твое творение!

— И что?

— А то, что ты себя сильно недооцениваешь! После твоих экспериментов самим впору удавиться.

— Ой, да ладно! Не преувеличивай! Официально силы всех магов равны.

— Угу, — вздохнул Норри. — Скажи это своей маме, которая мне за съеденное сало уши надрала!

— И правильно сделала! — прошептала я. — Тебе от такого количества жирного плохо могло стать!

— Угу, а сейчас скажи, что мне полезны пробежки!

— Конечно! — парировала я и толкнула эльфенка в бок. — Не отвлекайся!

Норри скорбно вздохнул и сосредоточенно что-то зашептал. И о чудо! Время словно бы остановилось. Постоянно двигающийся картофель замер в воздухе.

— Сваливаем! — скомандовала я.

— А как же эта гадость? — вклинился Райдер.

— Жалко, — призналась я. — Пусть живет, но лучше вдали от нас.

— Ты в своем уме?! — возмутился охотник. — Оставлять это на самотек?!

— Зато ничего хуже и опасней здесь не поселится, — парировала я.

— Я все-таки хочу печеной картошечки, — решил Райдер, беря мешок и направляясь к картофелю.

— Не смей! — одернула я Рая. — Вдруг она ядовитая?

Этот аргумент подействовал на охотника. Сплюнув, он поспешил за нами. Мы же, оседлав метаморфов, буквально летели над тропинкой.

— Сколько еще продержится заклинание? — спросил Вик.

— Не знаю, — признался Норри, — но думаю, не больше тридцати минут.

Точно надо драпать! Я смотрю, на Гее у нас уже выработалась привычка к активному отдыху! Какое-то печальное дежавю.

— Как вы думаете, нюх у них есть? — поинтересовался Вик.

— Надеюсь, что нет, — вздохнул Норри.

— Глупо полагаться на авось, — отрезал Мортифор. — Вы вообще-то о Светином творении говорите.

— Не каркай! А то такое чувство, что она мысленно считывает наши страхи и эволюционирует!

— Если в деле замешана ты, то все может быть! — вздохнул Вик.

Сзади послышался шорох и треск ломающихся кустов. Кажется, заклинание спало, и картофель поспешил в погоню.

— Народ, шевелимся!

Мы пришпорили коней и, растянувшись в цепочку, помчались по узенькой тропке. Позади слышался гул летящих клубней. Кажется, они приближались.

— Ускоряемся! — скомандовал Вик, оглянувшись.

— Моя лошадь ноги переломает! — чертыхнулся Райдер.

— Может, ее в качестве откупа картофелю оставим? — предложил Вик, равнодушно глянув на драга.

— А я потом как поеду? — фыркнул Райдер.

— Позже придумаем.

Я вздохнула. Драгов было жалко. И пусть они не наши боевые товарищи, как Чернуля или Злыдень, но все же живое существо!

— Из-за твоего «жалко» мы сейчас по болоту гойсаем! — прочитал мои мысли Норри.

— А ты уверен, что их бы получилось сжечь, не пострадав самим? — огрызнулась я.

— Нет, — признался эльфенок. — Потому и поддержал твою идею.

— Тогда не делай меня крайней!

Зрение привыкло к темноте, и впереди стала различима узкая тропинка, по которой неслись наши кони. Непередаваемые ощущения, если честно. Адреналин зашкаливает, сердце сжимается от ужаса при каждом шаге аллюра, потому что одно неверное движение — и мы полетим в трясину.

Внезапно посреди тропинки материализовался Арктеривул. Кони резко притормозили, увидев впереди массивную преграду.

— Я деньги принес, — пробасила тварь.

— Чудно, — отозвалась я, — но зайди чуток позже. Мы сейчас заняты!

— Чем? — поинтересовался потусторонний путешественник по мирам.

И тут вдалеке показалась картошка. Мама родная!!! У нее глаза в темноте зеленым светятся!

— Жуткое зрелище! — восхитился Вик.

— И не говори, — согласился Норри. — Выберемся — напьемся!

Что-то эльфенок быстро адаптировался! Как бы мне Лерри голову не оторвал за его перевоспитание.

— Откуда у вас адская картошка? — поинтересовался Арктеривул, летя рядом над болотом.

— У вас такая водится? — поинтересовалась я.

— Нет, — икнула тварь, оглядываясь назад.

— Значит, не тормозим! — вздохнул Морти.

И мы вновь ускорились. Путешественник по мирам не отставал. По-моему, увидев потустороннюю тварь, картофель значительно приободрился.

— Слушай, а может, вместо лошадей его оставим картофелю? — предложил сердобольный Норри.

— Минуточку! — спохватился Вик и, обернувшись к Арктеривулу, крикнул: — Уважаемый, золото отдайте!

— Вик, оно тяжелое! — предупредила я брата.

— Прекрасно! — не смутился Вик, ловя на скаку заветные мешочки. — Я им отбиваться буду! — Когда последний мешочек был отправлен в Витькин рюкзак, кузен подмигнул мне. — Все! Теперь можно уходить в отрыв!

— А я? — возмущенно прогундосил путешественник по мирам, несколько отстав.

— Спасение убегающего — дело ног самого убегающего! — изрек Вик.

И тут на наше несчастье тропа исчезла. Я сильнее сжала бока Злыдня, готовясь к неприятным ощущениям.

— Стой! — раздался сзади крик Райдера. — Там же кусты!

— Когда это ее останавливало? — хмыкнул Норри, уже не раз скатывающийся со мной по обрыву. Кстати об обрыве. Вот он, родимый!

Злыдень попытался трансформироваться в летучую форму, но не успел. Со смачным плюхом мы упали в воду. Повезло, что у нас с киморами и мавками договоренность. Вик мрачно закрепил рюкзак с золотом на шее у Чернули.

На берегу стал появляться картофель. Хорошо, что в воде он нас не достанет!

— И сколько нам тут сидеть? — хмыкнул Морти. — Пока жабры не вырастут?

— У вас всегда так? — хмуро поинтересовался отплевывающийся от воды охотник на драконов.

— Что ты! — успокоил его Вик. — Обычно хуже!

И только он так сказал, как из воды показались щупальца.

— А это еще что такое?! — возмутился Райдер.

— Свет, — повернулся ко мне Норри, — тут еще одна неучтенная зверюшка!

— Вот теперь, Витька, я начинаю верить, что вы со Светой родные брат и сестра! — вздохнул Морти. — Такое чувство, что ты к ней на полставки Квипрокво устроился!

— Народ, сваливаем из воды, — оценила я размер приближающихся щупалец.

— Родная, если ты не заметила, на берегу нас ждет плотоядный картофель! — прошипел Норри.

— А там, — указала я на середину пруда, из которого появлялось уже восьмое по счету щупальце, — что-то большое, голодное и загребущее.

— И у него зубы на концах щупалец! — побледнел Вик.

Если раньше у нас и были сомнения, то теперь они решились в пользу берега. Чудовище от нас не отставало. Картофель рассредоточился вдоль кромки воды и принялся ждать. Действительно, чего суетиться, если обед сам усиленно плывет к тебе в руки. Что самое интересное, не умеющий плавать Вик опередил нас всех. Видно, общение с зубастым осьминогом — эффективная методика обучения плаванию. У самого берега мы притормозили: все-таки картофель не дремлет.

Вдруг за нашими спинами раздался возмущенный рев! Я обернулась. Мама родная! У него десять щупалец с зубами помимо огромной пасти, а вся махина с трехэтажный дом! А ведь чудовище еще не полностью вынырнуло. Мы ускорились, тварь кинулась за нами. Вода была нам уже по колено, но мелководье тварь не остановило. И тут картофель пошел в атаку.

— Ложись! — скомандовала я и упала в воду, стараясь прижаться ко дну.

Но это оказалось излишним. Клубни просвистели над нашими головами и набросились на чудовище. Через минуту шевелящееся облако пасленовых рассеялось, и на его месте остался обглоданный скелет.

— Ничего себе! — присвистнул Норри.

И тут картофель снова обернулся к нам.

— Ой! — обрисовала я сложившуюся картину.

— Может, они уже сыты? — робко предположил Вик.

Мы с картофелем синхронно хмыкнули.

Но убегать уже не было сил. Одежда набухла и тянула ко дну. Ноги еле передвигались. Ночной холодный воздух не улучшал ситуации. Мокрые, уставшие и грязные мы обреченно поплелись к берегу. Картофель летел рядом с нами. Мне навстречу от стаи отделился серый клубень. Может, договоримся? Я давно заметила, что он тут у них главный.

— Хозяйка, — глухо произнес зубастый рот.

— Ёптр! Он еще и говорящий! — возмутился Райдер.

Я тоже замерла в шоке. Получается, мое творение быстро эволюционирует! Прошлый раз оно молчало.

— Хозяйка, — повторил тем временем крупный клубень картофеля. — Ты нас прости. Мы за тобой гнались, чтобы извиниться и спасибо сказать, что пощадила.

— А мы вот нервными оказались, — истерично хихикнула я.

— Да, — вздохнул клубень. — Нервы у тебя, хозяйка, на пределе. Зато с тобой мы поесть умудрились.

— Ой! — встрепенулся Вик. — А вы Арктеривула тоже слопали?

— Не дождетесь! — прогундосил вылезающий из кустов путешественник по мирам и обернулся ко мне. — Ты мне, княжна, осенью семена твоего картофеля продай! Я у себя на даче посажу. Будет чем перед Ариохом хвастаться! — И путешественник по мирам растворился в воздухе.

— Мы теперь элитный сорт? — поинтересовался клубень.

Хм, надо будет ему тест на уровень интеллекта подкинуть. Интересно на результат посмотреть.

— Да, — решила я. — «Лакомка» называется.

— Почему? — поинтересовался пасленовый.

— Потому что лакомитесь всем подряд, — прыснул Вик.

— В принципе нам нравится, — согласился картофель. — Безобидно и с двойным смыслом.

— А чем тебе важен двойной смысл?

— А вы не догадываетесь? — хмыкнул клубень.

— Ты не просто разумное создание, ты еще и с характером! — восхитился Вик.

— Ага, — согласился пасленовый. — Частичка создателя. Меняется Света — меняемся мы. Ты, хозяйка, прости, что мы сразу в тебе родственную душу не почувствовали, волноваться заставили.

— Бывает, — улыбнулась я. — А давайте вы в таком случае послужите на благо родины и себе.

— Это как?

— А будете выедать всякую несанкционированную на моей земле живность.

— И как мы ее отличим от учтенной живности?

— А вы спросите, кто ее хозяин либо союзник, — предложил Вик. — Если ответ: «Чего?» — можете смело лопать.

— А как же эмигранты? — встрепенулась я.

— Законные будут в сопровождении догберов, — заметил Вик. — А от незаконных тоже должна быть польза.

Картофель одобрительно загудел. Да! Не ожидала от братика такой жестокой прагматичности.

— Мы еще и докладывать о всяких странностях будем! — проявил инициативу картофель.

— Это было бы великолепно! — оживился Вик. — А на человеческих землях…

— Мы тоже можем шпионить, — с полуслова понял кузена картофель. — На человеческих территориях мы можем притвориться обычным картофелем. А можем и вражеские города уничтожать.

— Пока просто сбор информации! — пресек Вик инициативу.

— Как скажешь, младший хозяин! — сказал картофель и, построившись ровными, идеальными квадратами, прямо как римские легионы, клубни полетели прочь.

— Свет, — глядя ему вслед, вздохнул Мортифор, — напомни мне никогда больше не подпускать тебя к сельскохозяйственным работам!

3

Страшен не сон, а его толкование.

Александр Климов

— Ну и где эта ваша Луара? — огляделся по сторонам Райдер. — Мне уже надоело по болотам шляться.

— О-о-о, — протянул Вик. — Тут всего ничего осталось. Пару часов на запад, и к обеду будем на месте.

— А портал построить точно нельзя? — скорбно вздохнул охотник на драконов. — А то я уже на годы вперед насладился экологией и местной флорой и фауной.

— Увы, — вздохнул Мортифор. — Впрочем, где еще можно так интенсивно провести время?

— Заткнись, — поморщился охотник на драконов. — Мне давно надо было послушаться своей интуиции и не соваться сюда. Так нет же! Нашел приключения на свою задницу!

Как ни странно, остаток пути прошел спокойно. Что самое удивительное, призраки замка Гвиневеры в этот раз встретили нас индифферентно. Видно, свыклись с новыми родственными связями. Сама королева Луары не верила духовному «бездействию» и в любую минуту была готова к подвоху. Мы прошли в медитативный зал. Перед входом Гвин осенила себя приносящим удачу символом и, шумно вдохнув воздух, как перед прыжком в воду, вошла.

Я не стала себя ничем осенять. С моим везением проще обратного эффекта добиться! К гадальному столу Гвиневера шла словно по минному полю. Я же смирилась с судьбой и решила не дергаться. Ну проснутся духи и проснутся! Мне не впервой убегать, а королеве Луары — замок ремонтировать. Правда, если и в этот раз все разрушим, то привлеку магических строителей. Гвин осторожно присела в готическое кресло и, глянув на хрустальный шар, тихонько позвала:

— Духи, вы здесь?

От прежней пафосности и властности в ее голосе не осталось ни следа. Вот что ремонтотерапия с людьми делает!

— Ну допустим, — раздался поблизости скрипучий голос, по которому я безошибочно узнала дедушку Мортифора.

Кажется, начинается… Гвин напряженно вздохнула и кивком головы указала, в какую сторону убегать.

— Да не дергайтесь вы! — поморщился дедуля. — Больно вы мне нужны.

— А чего вы тогда явились? — озадаченно уточнила Гвиневера.

— На княжну взглянуть, — хмыкнул дедок. — Соскучился!

— Я тоже по вас скучала, — улыбнулась я.

— Ну-ну! — скептически хмыкнул дедок. — Как собака по палке! — Затем венценосный предок Мортифора обернулся к провидице: — Гвиневера, оставь нас, пожалуйста, на пару минут.

Королева испуганно вскинулась.

— Не переживай ты так, — поморщился призрачный оборотень. — Мы зал не разнесем. Поговорить с внученькой надо, а тебе, приближенной к вероятностям, слушать этого нельзя.

— Вы гарантируете, что Света будет в безопасности?

— Я за ее опасность не отвечаю, — буркнул Интерфекториус. — Я только за себя слово держу.

— Гвин, иди, — попросила я дальнюю родственницу. — Если б он задумал причинить мне вред, то не сказал бы так.

— Ну хорошо, — вздохнула Гвин и направилась к выходу. — Я буду рядом.

— Угу! Ты ее еще не шалить попроси, — фыркнул вслед оборотень.

Когда королева вышла из зала, аккуратно притворив за собой дверь, дедуля обернулся ко мне:

— Ну, здравствуй, внученька.

— Здравствуйте, дедушка, — в тон ему отозвалась я.

— Как тебе королевой оборотней живется? Не обижает ли кто мою кровиночку? — съязвил Интерфекториус.

— Что вы дедушка! Оборотни — очень милый и дружелюбный народ! Прямо как драконы!

— Я рад, что ты оценила, — улыбнулся призрак, вальяжно садясь в кресло и указывая рукой на свободное напротив себя. — Да ты присаживайся, в ногах правды нет, а разговор будет долгим.

Я молча последовала его приглашению. Интересно, о чем он хочет со мной поговорить?

— Ни о чем не хочешь у меня спросить?

— Вопросов много, — призналась я. — Не знаю, с чего начать.

— Может, интересно, почему оборотни не любят драконов?

— А вы об этом спокойно расскажете? Без острых и тяжелых аргументов?

— Я уже мертв и могу попытаться, — обаятельно улыбнулся Интерфекториус.

Хм, а улыбка у него, как у Мортифора. И вообще, когда он не злится и не брызжет слюной, то очень даже обворожительный тип. Оборотень тем временем очень внимательно наблюдал за мной.

— О чем подумала, княжна? — мягко спросил он.

— Вы на внука похожи, точнее, внук на вас, — сказала я правду.

Интерфекториус довольно улыбнулся, и в его глазах, как мне показалось, заплясали искорки радости.

— Когда-то я все бы отдал, чтобы дракон так глядел на меня, — вдруг признался он.

— Так, значит, это все из-за прапрабабушки? — опешила я.

— Нет, — поморщился Интерфекториус. — Оборотни ненавидели драконов и раньше. Никто не помнит причины, но вражда была всегда. Наши виды как кошки с собаками. Всю жизнь шипят и лают друг на друга. Не знаю что, но есть в вас, драконах, что-то, что нас, оборотней, сильно раздражает. Это на уровне подсознания.

— А подробнее?

— Я не знаю, — пожал плечами дух. — Я родился с отклонением: меня драконы не бесят.

— Ну прямо-таки! — фыркнула я. — Я заметила.

— Ты имеешь дело с застарелой обидой, чувством вины и еще клубком всевозможных чувств, но подсознательной неприязни к драконам у меня нет. Именно поэтому я и влюбился в дракона. К сожалению, на тот момент у Дорваны был полный набор: муж, любовник и ушастое недоразумение. Верный пес у ног ей был не нужен, о чем она мне и сказала. В довольно жесткой форме.

— Сочувствую, — прошептала я.

— Сейчас я понимаю, что такой тон она выбрала, чтобы я не питал ненужных надежд. Но тогда я был зол на весь мир и на себя в первую очередь. С нашей способностью влюбляться раз в жизни… Из всех девушек мира я выбрал самую неподходящую…

— Да, — посочувствовала я, — засада. Может, ваше отклонение пошло дальше, и вы смогли влюбиться еще раз?

— Увы, — вздохнул Интерфекториус. — Зато моему сыну повезло больше. Вот он-то однолюбием не страдает. Зато драконов ненавидит с утроенной силой: за меня, за свою опозоренную первую любовь и в силу врожденной подсознательной ненависти.

— Тяжелый случай. Как же он внуков будет нянчить?

— С удовольствием на это взглянул бы, — ухмыльнулся Интерфекториус. — Только для этого тебе следует выжить.

— Есть у меня такие планы.

— Это хорошо, — кивнул Интерфекториус. — Именно для того, чтобы тебе помочь, я и затеял этот разговор.

— А почему вы хотите помочь?

— Много причин. Самая главная из них — это внук. Когда я узнал, что у него также отсутствует подсознательная неприязнь к драконам, я чуть второй раз не умер. Меньше всего мне хотелось, чтобы внук повторил мою судьбу. Вторая причина в том, что у меня однажды была возможность помочь Дорване, но я этого не сделал, потом корил себя очень долго… Я не знаю тебя, княжна, не могу угадать твоих мыслей и планов, но, если ты обидишь моего Морти, я тебя с того света достану.

— А как мне задержаться на этом?

— Я не могу дать тебе точного рецепта, потому что никогда раньше сам с этим не сталкивался. В моих силах лишь поделиться информацией. Ты знаешь, что однажды на Гею уже приходил охотник на драконов?

— И как с ним справились?

— А никак, — поморщился Интерфекториус. — Дорвана с ним сбежала.

— Зачем? — не поняла я.

Интерфекториус удивленно посмотрел на меня и как ребенку пояснил:

— Любовь, наверное. Твоя бабка и будучи беременной очаровала мужика.

Хм, интересно! А что было потом?

— А потом, — продолжил свой рассказ Интерфекториус, — на Гею обрушился ряд природных и магических катаклизмов. Такое чувство, что дракон был гарантом стабильности этого мира. Затем граница миров начала рваться, иногда через нее проскакивали страшные твари. Нам всем приходилось очень несладко. И тогда в мире стали возникать идеи вызова дракона. Есть такой ритуал. Несмотря на нашу нелюбовь к вашему роду, мы решили, что лучше знакомый дракон под боком, чем сидеть попой на вулкане. Были и те, кто думал, что будет только хуже. Мы спорили с ними до тех пор, пока в мир не прорвалась армия тварей, высасывающих души.

— Эрги, — догадалась я. Странно, значит, драконы сами по себе им не нужны? Им нужен был этот мир? Зачем? Естественно-научное образование подсказывало, что ничего в мире не бывает без причины. — И что было дальше?

— Мы, оборотни, объединились с вампирами, эльфами, суккубами и друидами и провели ритуал вызова. Но в пентаграмме Дорвана появилась с ребенком на руках, Лорриэлем. В первые секунды она рвалась назад, говорила о втором сыне-грудничке.

— Почему же малыша не перенесло ритуалом?

— Возможно, он родился не драконом, — пожал плечами Интерфекториус. — Поговаривают, что кровь охотников на драконов не менее сильная.

— И что было потом? Она смогла пробиться к сыну?

— Нет, — качнул головой оборотень-призрак. — Ритуал блокировал для дракона обратный путь. Дорвана хотела отправить Лорриэля в тот мир, но не удалось. Тогда княжна решила освободить этот мир от «пьющих душу», чтобы условия ритуала были выполнены и она смогла вернуться назад. Она объединила все наши армии, приплюсовав к ним армии гномов, тварей народа Тван кон Су, кимор, мавок, ей помогали даже сарки и люди! Еще никогда против захватчиков не объединялся весь мир. Дорвана огнем и мечом прошлась по врагам. «Пьющие душу» вынуждены были отступить. Тогда они захватили Лорриэля. Княжна попросила о помощи, но мы не могли сдать позиции и перекинуть армии ради спасения жизни юного дракона. Когда на кону судьба мира, жизнь одного ребенка… Мы выбрали меньшее зло, а Дорвана в первую очередь оказалась матерью… Она переложила руководство армиями на нас, а сама кинулась за ребенком. Мы не знаем, что там произошло, но в какой-то момент показалось, что мир содрогнулся. Всех захватчиков просто выплюнуло с Геи, на наших глазах они взмыли в небо, словно пробки из бутылок с шампанским. Был у тебя когда-то великолепный замок-крепость, жемчужина оборонительного искусства. Мы кинулись туда, но «Сердце Дракона» на наших глазах ушел под землю. А там где раньше находился просторный двор, осталась лежать мертвая княжна… Подул ветерок — и ее тело рассыпалось пеплом и разнеслось по воздуху… — Призрак умолк и сморгнул, словно сдерживая слезы.

— Я слышала, что ее убили, — осторожно подала я голос. — Объединенные армии…

— Нет, княжна, — покачал головой оборотень. — Все было именно так. Это уже потом историю переписали победители. Знаешь, княжна, — тихо продолжил он, — твоя прапрабабушка даже своей смертью смогла всем насолить. Она спасла-таки мир, выкинула захватчиков, создав такой мощный щит вокруг Геи, что уже много поколений врагов пытаются его пробить, но безуспешно. Вполне возможно, что целостность щита завязана на крови драконов, и, если ты погибнешь, он падет. Потому, наверное, за тобой и послали охотника на драконов.

— Значит, им нужен мир. Но что их может привлекать здесь?

— Я не знаю, но, возможно, они ищут что-то конкретное.

— И, похоже, нелегально, — продолжила я.

— Что? — удивился оборотень.

— Эрги всегда действуют в паре с демиургом. Насколько я поняла, демиург создает, а эрг уничтожает. Причем все должно быть официально. Если бы Гея подлежала уничтожению, то никакой бы дракон это не остановил, — озвучила я свои подозрения. — И Ведущих магов мира эвакуировали бы, чего не произошло.

— Я мало знаю об эргах и демиургах, — признался оборотень. — Об этом спроси у королевы Луары, но если бы мне нужно было проникнуть куда-то, я бы вначале уничтожил преграды. Ты — преграда, как бы пафосно ни звучало, но, пока жива кровь дракона, щит стоит.

— А как убить эрга?

— В нашем мире он не может жить долго, поэтому захватывает человеческие тела, которые изнашиваются в течение пяти-шести дней. Пока эрг в теле живого существа, он уязвим. Но умирает он, если ему не в кого перепрыгнуть.

— А это значит, что мечом его не зарубишь, потому что он перепрыгнет в победителя.

— Да, победить эрга можно, только изолировав его в абсолютно пустом месте.

— Что практически невозможно.

— Верно, — кивнул Интерфекториус. — Но есть древняя традиция суда. Если вызвать эрга-обидчика на поединок и поставить ему условие, то в случае проигрыша эрг обязан его будет выполнить.

— То есть если я вызову эрга на бой и прикажу в случае моей победы не трогать мой род и мир, то он отступит?

— Верно, — кивнул оборотень. — Свидетелями в такой схватке являются вестники Эквилибриума, поэтому никто не нарушает данное слово.

— Осталось только придумать, как победить эрга.

— Он сам драться не может, — заметил Интерфекториус. — У него ведь нет тела, поэтому выставляет своих воинов в качестве собственного представителя.

— И кто это?

— Наверное, охотники на драконов, — пожал плечами оборотень.

— А откуда вы это все знаете? — поинтересовалась я. Все-таки дедок подозрительно осведомлен. Вдруг он заговаривает мне зубы, чтобы избавиться от меня?

— Этот обряд очень древний, о нем практически каждая собака знает, и следуют ему не только эрги, но и прочие расы.

— А я почему тогда не знаю?

— Понятия не имею, — пожал плечами призрак. — Недостаток воспитания?

Я решила не пререкаться с призраком. Вместо этого постаралась обратиться к своему внутреннему чутью. С одной стороны, Интерфекториус мне не врал, а с другой — давал информацию об эргах как-то дозированно и однобоко.

— А где вы нашли сведения о ритуалах эргов?

— Когда-то Мортифор через меня искал всю имеющуюся информацию по ритуалу, про эргов я запомнил. До разговора с тобой я просто не ассоциировал «пьющих душу» с эргами.

Блин, как у него все гладко! Знать бы только, в каком месте соломку подстелить! Интересно, насколько у меня велики шансы в бою против охотника на драконов? Что они могут противопоставить моей боевой трансформации? Как победить? И родители что-то недоступны. Вот где они, когда хочется спросить совета?! А потом упрекают детей в нестандартных решениях.

Я снова взглянула на задумавшегося оборотня.

И все-таки почему он рассказывает мне именно про эргов? Почему молчит про Эквилибриум? Мама, кстати, подала жалобу. Интересно, ее успеют рассмотреть до того, как сюда хлынут эрги со своей армией?

— А что еще вы знаете?

— К сожалению, больше ничего, — пожал плечами Интерфекториус. — Единственное, если ты примешь бой на Гее, то щит рухнет и любое создание в мире станет уязвимым.

О! Вот теперь, кажется, я понимаю, почему Интерфекториус рассказал мне про эргов и ритуал! Он надеется, что я вызову их на дуэль в другом мире и Мортифор останется в стороне. Таким образом, он спасет внука. Ну-ка, проверим догадку.

— А как найти мир эргов?

— Этого я, к сожалению, не знаю, — развел руками оборотень. — А теперь извини, но мне пора. — И призрак растворился в воздухе.

В дверях появилась настороженная Гвиневера.

— Он уже ушел? — тихо поинтересовалась она.

— Да. Гвин, а ты знаешь, зачем я к тебе пришла?

Королева Луары закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов, словно погружаясь в транс. Чего я не ожидала, так это того, что она внезапно достанет трубку и закурит.

— Это что?! — возмутилась я, отгоняя рукой от носа резкий и совсем не табачный дым.

Гвин заправски выпустила в воздух пару сизых колец.

— Не волнуйся, — ответила она. — Ничего наркотического. Грибы какие-то.

— Уж не мухоморы ли? — поддела я ее.

Еще не хватало, чтобы Гвин судьбу под кайфом предсказывала! Это что же наговорить можно! Хотя чего я возмущаюсь? Древние скифы вообще принимали решения на застольях, предварительно напившись до зеленых чертиков. И как ни удивительно, это вело их к победам! Правда, они следовали принятым решениям только тогда, когда не приходили поутру на трезвую голову от них в ужас.

— А что такое мухоморы? — заинтересовалась Гвин.

— Красненькие шляпки в белую крапинку.

Гвин на пару секунд задумалась, видно вспоминая, что у нее вместо табака. И наконец огорченно тряхнула кудрями:

— Нет. Таких у нас нет. А эти грибы нормальные: синие в красную полоску.

Успокоила, блин!

— Слушай, Гвин, заканчивай дымить. От этой дури даже я уже начинаю четвертое измерение видеть!

— У тебя проявились способности! — обрадовалась королева Луары.

— Гвин, ты меня извини, но от этой гадости у любого третий глаз откроется!

— Ну не скажи! — надулась собеседница. — Это тонкая наука. Я коноплю курю, только когда уркам и оркам судьбу предсказываю. Ну еще джапам.

— Слушай, а я и не знала, какая у тебя вредная работа! — ужаснулась я.

Как она еще так долго прожила?!

— Да нет у меня привыкания, — словно прочитав мои мысли, поморщилась Гвин. — У прорицателей оно не развивается, а вот простым смертным нельзя, губят наши травки их. Но люди не слушают, хотят знать собственное будущее, вот и расплачиваются жизнью, да еще и других за собой тянут. Ладно, вернемся к тебе. — Гвин сделала еще несколько затяжек, выпустила облако дыма и окунулась в него. — Что хочешь знать?

— Как мне от эргов избавиться и мир спасти, — выдала я два своих наболевших вопроса. Брр! Саму тошнит от их амбициозности, не жизнь, а какая-то пародия на Мэри Сью! Такое даже в книжках не встретишь!

Королева закатила глаза и продекламировала:

Спасти мы что-то можем

Лишь собственной ценой.

Что на алтарь положим,

То не отдаст любой.

Что оторвать от сердца,

Нигде не прочитать,

Удачи нет рецепта,

Достаточно желать.

— Эй, Гвин, что за рифмоплетство? — потрепала я ее за руку.

Такое с королевой Луары было впервые. Обычно она говорила по существу. Но собеседница не обратила на меня внимания. Чудесно! Я вновь затормошила королеву.

— Гвин, очнись! Не работает этот рецепт! Я желаю эргам самим благополучно сдохнуть, но что-то не помогает!

Королева распахнула глаза и осоловело уставилась на меня.

— Я что-то сказала? — растерянно выдохнула она.

— Это курение тебя до добра не доведет! — вздохнула я. — Ты мне тут стихи декламировала.

— И что там было? — напряглась Гвиневера.

— Да бред всякий, — отмахнулась я.

На самом деле я догадывалась, что означает странный стих, вот только душа не хотела соглашаться с предположениями. Чтобы запечатать Гею щитом, Дорвана отдала собственную жизнь. Она спасла ребенка и, осознав, что смертельно ранена, решила обезопасить свое потомство ценой собственной жизни. Значит, чтобы остановить эргов, надо пожертвовать чем-то действительно ценным. А что ценнее жизни?

— Гвин, как спасти мир? — решила я проверить свою догадку.

— Свет, я не могу отвечать на такие вопросы. Я вижу лишь будущее.

— Как же ты направляешь героев? Стихами?

— Вообще-то советом, — замялась Гвиневера. — Иногда мне открываются некоторые моменты их жизни, но твое будущее я не вижу.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, в каких случаях закрыта судьба. Но на всякий случай проверим.

— А ты всегда не могла меня прочитать или только сегодня?

— Раньше я не смотрела, — опустила глаза королева.

Кажется, она чего-то недоговаривает. Хотя, если бы на мне лежал груз знания чужой судьбы, я бы тоже не смогла спокойно рассказать о будущих невзгодах. Впрочем, мы, драконы, предсказания воспринимаем по-другому. Для меня судьба — это множество развилок, как дерево. Колдуны и волшебники видят лишь наиболее вероятные узлы. Вся соль в том, что кроме нескольких самых ярких существует еще огромная куча других. И что самое обидное, их «будущность» постоянно меняется. Но стоит человеку озвучить хотя бы одну, как он на ней зацикливается и отметает прочие, хотя мог бы сам изменить. Правда, для этого нужна огромная сила воли. Наверное, потому религия и запрещает гадать, чтобы у человека всегда была возможность свободы выбора, данная ему Богом.

Но вернемся к нашей проблеме, выясним наиболее возможные вероятности.

— Гвин, а ты видишь, когда эрги сломают щит?

— Завтра днем, — грустно сказала королева.

— А дальнейшую судьбу Геи ты видишь?

Королева выдохнула кольцо дыма и печально покачала головой. Если моя теория вероятностей верна, то пора принимать решение.

— А теперь? — поинтересовалась я.

Королева удивленно вскинула брови.

— А теперь да, — почти испуганно прошептала она, восторженно глядя на меня, но внезапно осеклась, и в ее глазах отразилась горечь и сожаление.

— Но без меня, — кивнула я. — А судьбу Вика и Норри ты видишь?

— Вик станет главой дома Драконов, и ваш род просуществует еще сотни лет. Он, кстати, свою дочь назовет Светой. Эрги будут еще сто пятьдесят лет пытаться проколоть щит, но безуспешно. Потом они прекратят нападать. Норри станет эльфийским королем, когда Лерри решит уйти на покой. Твои братья будут править достойно и справедливо, тем более что у них сохранятся хорошие отношения с королем вампиров Оох-рам-Лукушем. Когда к власти придет племянник Арк'ментр'морка, экономика Драко достигнет своего расцвета.

Приятно знать, что после тебя мир будет продолжать жить.

— А родители? — робко заикнулась я.

Гвиневера подняла тяжелые, полные слез глаза.

— Зачем ты спрашиваешь у меня то, о чем прекрасно знаешь и сама.

Я проглотила горький комок. Они никогда не смирятся. Но именно ради них я и постараюсь выжить, ибо нет более страшного горя, чем потерять ребенка. Я и сейчас чувствую их всепоглощающую любовь. Нет на свете чувства сильнее. Именно ради них я не собираюсь сдаваться, но хочется знать на всякий случай и печальный расклад.

Папа говорит, так нельзя, надо настраиваться и верить в победу. На самом деле можно, просто переломить известную судьбу гораздо сложнее. Но когда было легко? Зато иные вероятности посмотрю.

— А Мортифор? — спросила я.

Гвин вгляделась в шар и погрустнела.

— Что? — испугалась я. — С ним что-то случится?

— Нет, — качнула головой королева Луары. — Просто не знаю, как сказать и при этом тебя не обидеть. Понимаешь, он в будущем будет очень счастлив.

— Так это же хорошо!

— Да, жаль, что не с тобой.

— Значит, оборотень может второй раз полюбить?

— Редкий случай, — кивнула собеседница.

— Гвин, а ты все-таки не догадываешься, что нужно эргам?

— Даже моему дару не пробиться сквозь их ментальные щиты и блоки. Ни один прорицатель не может читать будущее Эквилибриума или приближенных к нему существ, потому что они сами творят будущее.

— Гвин, но мы тоже это делаем сами. Никто не заставляет нас выбирать ту или иную вероятность. Это наше добровольное решение, которое определит наше будущее. Плохое или хорошее — это уже результат нашего умения разруливать проблемы. Свое же будущее ты тоже не видишь?

— Да, — кивнула Гвиневера.

— Потому что ты вначале должна принять решение по возникшему вопросу, а если ты будешь видеть готовые ответы, ты потеряешь данное тебе при рождении право на свободу, в том числе и выбора.

— Я никогда не смотрела на ситуацию с этой стороны, — прошептала Гвин. — У тебя специфическое мировоззрение.

— Оно такое у любого, Гвин. Но никто о нем не подозревает, пока не столкнется с чужим.

— Может быть.

— Гвин, мне удастся восстановить щит?

— Твой уход его не повредит, а эргов затормозит. Собственно, ты уже знаешь, что произойдет. Эрги не остановятся, пока не получат кровь дракона, с твоей смертью они решат, что щит уничтожен, и попытаются напасть — но щит лишь усилится. В результате эффект будет такой, как на всей скорости въехать в гранитную стену. Армии эргов пострадают, и они еще сто пятьдесят лет не смогут пробиться, а потом бросят попытки.

— Как мне попасть в мир эргов? — поинтересовалась я у Гвин.

— Спроси у охотника на драконов, — нехотя ответила королева. — Он знает секрет.

Хорошо. Кое-что начинает проясняться, осталось только договориться с Райдером. Хотя не думаю, что он будет против идеи избавиться от меня. Скорее наоборот, даже ускорение дополнительное придаст.

— Еще что-нибудь видишь?

— Нет.

— Тогда пойду посплю.

— Да, тебе надо отдохнуть.

— Кстати, а ты не знаешь, какие у меня шансы? — вдруг стало интересно мне.

Королева на секунду задумалась и грустно покачала головой:

— Около десяти процентов.

В принципе не так и мало. Я боялась, что будет хуже.

— Гвин, прикинь, как кто-нибудь обогатился бы, умудрись я победить эргов!

— Для этого нужно создать тотализатор.

— За сарками будущее, — пошутила я и вышла за дверь, где нос к носу столкнулась с Мортифором.

— Почему за сарками будущее? — спросил он.

— Они умны, предприимчивы и живучи.

— И кого это мне напоминает? — притворно задумался муж. — Уж не драконов ли?

— Нет, просто данные качества легко совмещаются с долгой и счастливой жизнью. Ты меня ждешь?

— Нет, иди, — смутился оборотень. — Я позже приду.

Я кивнула и пошла по направлению к нашим комнатам. Устала, спать хочу. Мортифор, похоже, проводил меня взглядом, потому что я услышала звук открывающейся двери только после того, как вышла из зала. Это меня насторожило. А с чего это Морти нужно было удостовериться, что я вышла?

Как сказал один мой знакомый, чем больше замок повесят, тем больше хочется его взломать.

4

Если заменить слово «проблема» на слово «приключение», то жить становится гораздо интереснее.

Народная мудрость

Я вернулась на цыпочках назад и уже тихонько отворяла дверь, когда перед глазами появился Лорриэль.

— Ну что ж ты делаешь?! — укоризненно вздохнул призрак предка. — Кто тебя подслушивать учил? И вообще, этажом выше есть комната для прослушивания.

Как полезно слушаться родичей! Комната для прослушивания оказалась очень уютно обставленной. Прямо около окошка для подсматривания размещалось кресло с чайным столиком. Похоже, Гвиневера любит извлекать информацию с удобствами!

Сама королева в данный момент докуривала трубку, а Морти стоял спиной ко мне. Жаль, хотелось видеть его лицо. А вообще, хорошая комната! Мне нравится!

— Зачем пришел, Мортифор? — грустно улыбнулась Гвиневера. — Узнать, любит — не любит?

— Мне не гадалка нужна, — тряхнул головой мой муж. — Скажи, видишь ли ты наше с Драко будущее?

— Прекрасный вопрос! Меня он тоже интересует!

— И если она будет со мной счастлива, то я буду за него бороться!

— Ты уверен, что хочешь знать ответ? — вздохнула королева. Что-то она грустная. Похоже, дела у меня действительно не ахти.

— Пожалуйста, Гвин, — попросил Морти.

И повернулся ко мне лицом! Ой! Как повезло! Теперь буду видеть мимику, а по ней судить о реакции!

— Судьба Драко покрыта темной завесой. Ты же знаешь, что это означает?

— Ее будущее не определено.

— Наоборот, — вздохнула королева Луары. — Его у нее скорее нет, чем есть.

— Лжешь! — рыкнул оборотень, ударив кулаком по столу.

— Я тоже люблю малышку! — повысила голос королева. — Она же потомок моего любимого! Ее прабабушка была моей лучшей подругой. Я бесплодна и ее сына воспитала, как своего собственного ребенка! Я считаю ее своей правнучкой! Она — часть моей семьи! И поверь, мне очень тяжело об этом говорить! И знать уж тем более!

— Я могу ее спасти? — севшим голосом спросил оборотень.

Королева сделала глубокую затяжку и задумалась.

— Морти, — сказала она через минуту, — на одну чашу весов ляжет ее жизнь, а на другую — твоего лучшего друга, человека, которому ты обязан жизнью. Та единственная душа, которая тебя любит и считает братом, кто доверяет тебе безоговорочно. Кого выберешь?

— А обоих я не спасу?

— Если не помешаешь, он убьет Свету, а если заступишься за любимую, то придется убить друга, предать человека, подставившего тебе спину. Тебе уже приходилось много терпеть от жизни. Но выдержишь ли это? Не расколешь ли своим поступком душу? А даже если получится убедить друга не трогать жену, на одну чашу весов ляжет ее жизнь, а на вторую — твоя. Уж слишком многим помешал дом Драконов. И уж тем более тебе не совладать с теми силами, что настроены против нее. Они, как жернова, перемелют все и вся. Мне безумно жаль, Мортифор, но стоит ли погибать впустую? У тебя до этого жизнь была не сахар, а впереди все наладится. Я вижу тебя с сыном, потрясающе красивым, умным мальчиком. У тебя будет много достойных детей, таких, за которых удавился бы любой родитель. Ты будешь ими гордиться. Впереди у тебя счастливое будущее, так стоит ли им рисковать?

Странно, но ее слова не вызвали у меня отторжения. Я желаю Мортифору счастья, и если ему повезет через несколько лет, то чего выть и возмущаться, как собака на сене. Сам ни гам и другому не дам? Бред и глупость. Хотя, возможно, несколько лет назад я бы так думала о нынешнем образе мыслей. Старею. Или становлюсь истинным драконом.

— А кто мать моих детей?

— Любимая тобой женщина.

— Значит, стоит, потому что Света выживет!

Хм, а мне нравится его уверенность!

— Увы, — скорбно качнула головой Гвиневера. — Твой сын родится через три года после этих событий. Драко к этому времени уже не будет в живых.

— Тогда твои духи ошибаются! — тряхнул головой Мортифор. Упрямый, однако, мне муж попался! Хотя, признаюсь, приятно знать, что на данный момент он не думает об измене. — Волки однолюбы, и мои дети будут только от нее, или их не будет вообще!

— Как правитель, ты поступаешь глупо!

— Знаю! — горько усмехнулся Морти. — Но ничего не могу с собой поделать. Даже тебе, Гвин, не удалось избежать проклятия правителей!

— Или благословения, — тихо произнесла королева.

— Или благословения, — кивнул Мортифор и вышел прочь.

Ой! Кажется, сейчас Морти пойдет в спальню, а меня там нет!

Назад я не шла — бежала. Мортифор передвигается удивительно быстро, и надо успеть до того, как он войдет и не застанет меня на месте.

И почему-то только сейчас на глаза стали наворачиваться слезы. Как мало времени было отпущено нам двоим! Как бездумно я его тратила, считая, что буду жить долго и счастливо! А ведь, блин, хочется жить! Но, увы, слишком могущественные силы замешаны в нынешней игре, слишком ничтожна жизнь даже такого великого и свирепого хищника, как дракон! Мы всего лишь пешки в игре королей, и теперь этим королям надоело наблюдать за обнаглевшими творениями.

Я реалистка и понимаю, что против эрговских охотников не продержаться и куда более сильному да опытному ящеру! Но что я точно знаю, так это то, что сделаю все возможное, чтобы уберечь своих братьев от уничтожения! И род Драконов все-таки выживет! Никто не докажет, что Вик — наследный лорд Драко, если на то не будет его желания. И уж вряд ли Лерри добровольно отдаст своего племянника. Признать бастардом можно кого угодно. Достаточно желания властителя рода принять данное существо в свою семью. Законы Драко я хорошенько выучила. Остаюсь только я — настоящий законный правитель-дракон. И пока я буду как можно дороже продавать собственную жизнь, братья должны успеть уйти на Землю и терпеливо там отсидеться нужное время, а может, и до конца своих дней. Данная Виком клятва им в этом поможет. Главное, что наш род останется жив, и, может, лет через сто мои потомки снова придут на Гею и основательно потреплют нервы эргам! А еще лучше, чтобы эрги со своими господами о них забыли.

Теперь остается только одно: уберечь любимого. Не допустить, чтобы Мортифор кинулся следом за мной и глупо погиб. Ему и так досталось от моих родственников, а впереди милого ожидает счастливая семейная жизнь, гордость-сын и новая любовь. Пусть и не я, но другая, может быть, чем-то лучше меня, чем-то хуже, но с нею он будет счастлив. А это главное.

Как же хочется жить! До боли, до крика, до хруста костей! И вновь на щеках слезы…

Ура, я успела раньше Морти! Теперь умыться, чтобы он ничего не заподозрил, и в кроватку, якобы сплю.

Нырнуть в постель я успела за секунду до того, как скрипнула приоткрывающаяся дверь. Мортифор вошел очень осторожно, словно боялся меня разбудить. Так, контролируем дыхание. Не задерживаем! Ровно и спокойно, с прежней частотой.

С шуршанием опустилась на стул одежда. Оборотни всегда спят обнаженными, чтобы в случае чего мгновенно трансформироваться, так как больше доверяют промежуточной трансформации, чем человеческому телу. Перина прогнулась под немалой тяжестью супруга. Внезапно его пальцы ласково коснулись моей щеки.

— Что случилось? — не на шутку встревожился он. — Почему ты плачешь?

Я продолжала молчать, сохраняя ровное дыхание и старательно прикидываясь спящей.

— Свет? — тихо, но требовательно позвал оборотень.

Я по-прежнему придерживалась избранной линии поведения.

— Свет? — легонько тряхнул меня за плечо муж.

— А? Что? Где? — встрепенулась я, резко распахнув глаза, как человек, которого внезапно разбудили.

— Почему ты плачешь? — прошептал Мортифор.

— Разве? — изумилась я, недоверчиво дотрагиваясь до щеки. — Хм! И правда! Значит, вот откуда реальность слез во сне! Мне кошмар приснился. Грустно было и страшно.

— Не бойся, — мягко произнес Мортифор, притягивая меня к себе. — Я заслоню тебя от любых невзгод. Умру, но не дам в обиду!

«Этого-то нам как раз и не надо!» — горько заметило левое полушарие.

В крепких объятиях благоверного было приятно и уютно. Широкая мощная грудь излучала тепло. Мы лежали так близко, что спиной я чувствовала каждый кубик его пресса, а другой частью тела кое-что пониже. Женская половина души[1] с удовлетворением отметила, что мое присутствие не оставляет мужчину равнодушным. Сильной рукой оборотень властно, но нежно прижимал меня к себе. Однако, несмотря на возникшее желание, Мортифор ничего не требовал, просто лежал и, по-видимому, наслаждался моментом. Я пошевелилась, супруг не без сожаления приподнял руку, давая возможность для маневра.

Я повернулась и прижалась к мужу еще сильнее, попутно попытавшись дотянуться до его губ. Увы, для данной задумки нужно было продвинуться вперед, а так мои губы попали в ямку между ключицами. Мортифор хмыкнул и насмешливо прошептал:

— Свет, это домогательство?

— А ты как считаешь?

— Я надеюсь, но природная осторожность говорит, что это может сниться.

— Хочешь, я тебя ущипну или укушу? — предложила я развеять сомнения.

— Лучше поцелуй! — притворно испугался Морти.

Я не преминула воспользоваться советом, а через несколько секунд на ухо жарко шепнули:

— Я люблю тебя!

Я почувствовала комок в горле. Так хотелось признаться в ответ! Но нельзя! Нельзя! Стоит лишь произнести три заветных слова, и Мортифор помчится за мной сквозь огонь и воду, прямо на смерть. А покинь я его внезапно, не раскрыв собственных чувств, он обидится, а потом, глядишь, и забудет вредную меня, забудет нагло ворвавшегося в его жизнь дракона, как мираж, как утренний сон. Обретет новое счастье. Но сейчас, боясь ранить оборотня молчанием раньше времени, я поспешно припала губами к чувствительному местечку за ухом, лишая несчастного возможности думать и анализировать. В следующую секунду супруг властно прижал меня к кровати, показывая, кто в доме хозяин…

К середине ночи внутреннее чутье заставило меня проснуться. Пора.

— Куда? — сонно прошептал Мортифор, почувствовав, как я пытаюсь выбраться из кольца его рук.

— В дамскую комнату. Спи.

Крепкие объятия ослабли, позволяя вылезти на волю. Уже одевшись, я обернулась. Мортифор безмятежно спал на боку, трогательно подложив ладонь под щеку. На чувственных губах играла довольная улыбка. Вероятно, некоторые моменты нашей семейной жизни он проживал повторно во сне. Мое сердце сжалось. Сегодня ночью муж был особенно нежен и отчаян, словно обнимал и ласкал меня в последний раз. Неужели почувствовал что-то неладное? Не выдержав, я наклонилась и поцеловала его в щеку. Мортифор опять забеспокоился и сонно потянулся ко мне.

— Я скоро вернусь. Спи.

Мортифор вздохнул, успокоился и послушно окунулся в царство Морфея.

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Совсем замучила мужика!»

Впрочем, сам «мужик», хоть и был порядком утомлен, на изнуренного или обиженного судьбой никак не походил, сладко посапывая и тонко улыбаясь чему-то во сне. А по тому, как он тянул меня к себе в последний раз, можно сказать, что сам он не прочь снова так «помучиться».

Ну, хватит стоять истуканом, Света! Вперед!

Взяв тихонько со стула оружие, я на цыпочках покинула спальню.

5

Вот, бывало, пошлешь кого-нибудь сгоряча, а потом в душе-то переживаешь: дошел — не дошел?

Светлана Драко

Райдер Цециди

Я сидел в малом зале королевского замка и ужинал. А ничего здесь так… уютно, если привыкнуть к постоянно меняющимся вероятностям и всевозможным сюрпризам. (К счастью, меня духи и призраки не трогают.) Впрочем, княжну они тоже не сильно потревожили, по словам Мортифора. Пока я отсыпался и обустраивался в комнате для гостей, драконы решали свои проблемы. Мортифор о чем-то серьезно задумался. По тому, как напряженно он покусывал губу, я догадался, что думы друга отнюдь не светлые.

Сейчас все вроде как решили свои проблемы и разбрелись спать. Я же вышел на поздний перекус. Ненавижу спать с пустым желудком. Глядя на прислуживающую служанку, я задавался мыслью — а не скрасить ли мне свой досуг? Девушка была очень симпатичной. Маленькая, хрупкая фигурка, огромные трогательные глаза. Хм, чем-то княжну напоминает. Впрочем, может, оно и к лучшему. Улучив момент, я сгреб служанку и рывком усадил на стол.

Девушка испуганно пискнула и попыталась вырваться. Но не тут-то было. От меня добыча так просто не уходила. Я впился губами в нежную шейку. Служанка снова трепыхнулась, но я пресек ее попытки, заваливая на стол.

— По-моему, девушка не хочет продолжения, — раздался за спиной тихий, угрожающий голос княжны. — Не проще ли отпустить?

Служанка облегченно выдохнула и расслабилась в моих руках. Похоже, она искренне верила, что княжна Драко ей поможет.

— Другого момента выбрать не могла?! — прошипел я, отрываясь от своей жертвы.

— По мне, так я очень даже вовремя, — ухмыльнулась Светлана, входя в зал.

Я невольно залюбовался плавным покачиванием ее бедер. Все-таки хороша, гадость! Княжна тем временем присела на край стола, отчего ее облегающее платье натянулось, еще лучше обрисовав фигуру.

— Отпусти девушку, — кивнула она на служанку. — Разговор есть.

Я чертыхнулся и убрал руки со своей добычи. Все равно не дадут отдохнуть, так не проще ли сэкономить время и не тратить его на препирательства. Вдруг мне еще удастся найти кого-нибудь сговорчивее. Служанка подхватила пустые тарелки и вприпрыжку скрылась из зала.

Княжна проводила ее улыбкой и обернулась ко мне.

— Не знала, что ты такой поганец!

— Дракон будет учить меня морали?! — огрызнулся я.

— Похоже на то, — философски хмыкнула гадина.

— О чем хотела поговорить? — решил я взять быка за рога. Чем раньше я от нее избавлюсь, тем лучше. Мортифор там небось переживает, волнуется. А она тут мне вечер портит!

— Как мне попасть в твой мир?

— Ишь чего захотела! — фыркнул я.

— Послушай, Рай. У меня есть план, как заставить эргов отказаться от притязаний на Гею, помоги мне, пожалуйста, до них добраться.

— С какой стати я должен способствовать твоему самоубийству? — фыркнул я.

— Ой, — поморщилась княжна. — Как будто ты раньше меня любил!

— У меня долг перед Мортифором. Я не наврежу его беременной жене, — твердо отрезал я.

— Вот как? — задумчиво посмотрела на меня княжна, и под ее взглядом мне стало неуютно. Словно меня рентгеном просканировали. Неприятно. — А если я скажу, что ребенок — это фикция, придуманная, чтобы у тебя были веские аргументы меня не убивать?

— А чем докажешь? — парировал я.

— А зачем мне врать?

— Откуда я знаю, что ты задумала?

— Послушай, Райдер, — вдруг серьезно произнесла княжна. — Пусть у нас с тобой не всегда складывались отношения…

— Это ты так называешь мой отдых в овраге?! — перебил ее я. — Или то, что мне чуть нос в своем помешательстве не отгрызла?

Княжна поморщилась и мотнула головой.

— Ты тоже не в гости ко мне заявился. И если бы я не успела, то моя голова давно бы болталась у тебя за поясом. Мы все защищаемся, как можем!

— Коварством?

— Уж чья бы корова мычала! — сплюнула княжна. — Послушай, Райдер, как бы ты ко мне ни относился, у нас с тобой есть кое-что общее.

— Это что же?

— Хорошее отношение к Морти. Мы оба желаем ему счастья.

— Это ты сейчас к чему? — насторожился я.

— Смотри, — вздохнула княжна, покачивая ножкой. — Если ты долго не будешь объявляться, то скорее всего сюда пришлют другого охотника. Он убьет меня, а тебя заложит начальству как отлынивающего от своих обязанностей специалиста. Ты лишишься карьеры. Мир, потеряв меня, станет беззащитным перед эргами, и они прорвутся на Гею. В результате погибнут все расы во главе с Мортифором. Но если я сама явлюсь к эргам и вызову их на поединок, то ничего не произойдет. Вероятность моей гибели девяносто процентов, но мир останется жить, а Морти встретит свою настоящую любовь и будет счастлив. Помоги мне, пожалуйста, ты же видишь, всем станет только легче.

— Гладко стелешь! — хмыкнул я. — Как бы не пришлось жестко спать! В твоей сказочке все хорошо, кроме одного: драконы не умеют любить и жертвовать собой ради других!

— А я неправильный дракон, — обворожительно улыбнулась княжна. — В детстве часто болела.

Что она задумала? Я смотрел на княжну и не мог понять ее мыслей. Какой же ненормальный дракон! Зачем ей нужен мой мир? Сбежать?

Княжна, словно чувствуя мои сомнения, склонила голову набок:

— Хочешь, я принесу тебе клятву, что использую портключ так, как обрисовала ситуацию тебе?

— Ты собираешься пойти на смерть?

— У меня вообще-то десять процентов удачного шанса, — взглянула княжна на ногти. — Я постараюсь сделать все возможное. Но в любом случае, даже потеряв жизнь, я останусь в выигрыше.

— Ты так уверена?

— Я все продумала. Так что там с путешествием?

— Я слово Мортифору давал, — внезапно вспомнил я про друга.

— Чью ты жизнь выбираешь: его или мою? — прищурилась княжна.

— Конечно, друга!

— Тогда чего упрямишься? Не поможешь мне — он погибнет. Попрется за мной и погибнет. А я хочу, чтобы он жил.

— Почему?

— А разве это не очевидно? — грустно усмехнулась княжна. — Я его люблю. Только ему не говори.

— Почему? — не сразу сообразил я.

— Чтобы он не жалел об упущенных возможностях, чтобы жил настоящим. Если мой план удастся, то всем здесь будет хорошо.

— И ты так легко пожертвуешь своей жизнью? — все еще не верил я.

— Ну не совсем легко, — усмехнулась княжна. — Я в конце концов постараюсь выжить! Но если не удастся, то сделаю все возможное, чтобы эргам еще долго после меня икалось.

— А какое тебе дело до этого мира? Насколько знаю, ты живешь в двух мирах. Умрет этот — перейдешь во второй.

— Я княжна, — как на малого ребенка взглянула на меня Светлана. — Я правитель. Я несу ответственность за своих подданных. Власть — это не только возможность повелевать и наслаждаться свободой вершить чужие судьбы, но и огромная ответственность по отношению к подданным. Это служение тем, кто доверил тебе свои жизни.

Я смотрел на княжну и не мог определиться в своих чувствах. Вот передо мной — дракон, хищник, эгоист. Но все, чему меня учили, разбивается в прах от слов этого древнего и удивительно мудрого существа. Как такое может быть?! И кто она?! Княжна менялась и оставалась неизменной. Она жестока и милосердна. Молода и одновременно с этим безумно стара. Что это такое?

— Что ты такое? — Я не заметил, как повторил свои мысли.

— Дракон, — спокойно ответила она.

— Я таких не встречал.

— Я не знаю, что ответить на твой вопрос. Но мне реально нужна твоя помощь. Мортифор пока спит, но время уходит. Помоги мне, пожалуйста, Рай!

— Хорошо, — согласился я. И да простит меня Морт. — Вот, держи!

Я швырнул ей золотой медальон.

— Это разовый порт-ключ, он используется для переброски живых существ в мой мир. Я перенести тебя не могу, механизм моего перемещения несколько отличается.

— Ты, главное, Морти удержи.

— Я постараюсь.

— Не постарайся, а сделай все возможное! — жестко отрезала княжна. — Вот! — Она извлекла из кармана маленький флакончик. — Это снотворное. Я сама разработала. Оно действует на оборотней. Дай его ему.

— Как?

— Как дракона убивать — так бездна идей, а как друга спасти — то пусто! — возмутилась княжна. — Включи фантазию, ты же у нас умный. Но сделай это. Постарайся, чтобы моя жертва не была напрасной!

— Можно дать тебе совет? — спросил я.

Княжна склонила голову набок, внимательно посмотрев на меня, затем медленно кивнула.

— Охотники на драконов бывают двух рас: оборотни и люди. Первые более слабые, поэтому против тебя выставят воина моего класса, человека. Помни, они — просто люди. Воины, обученные фехтованию с детства, но против силы дракона им не выстоять. Особенно если они на него не настраивались. Береги свою кровь.

— Спасибо, — кивнула княжна. — Кстати, не забудь присыпать тут все перцем, чтобы Мортифор меня не учуял.

— Хорошо, — кивнул я и добавил: — Там ты можешь встретить своего родича, мужа Дорваны.

— И что мне с ним делать?

— Просто представься — и у тебя не будет противника в лице лучшего в мире охотника на драконов. А вообще-то попрощайся с родными, там и без него у тебя будет дюжина достойных противников.

— Я поняла, — кивнула княжна и, спрыгнув со стола, направилась к двери.

— Света, — внезапно окликнул я ее по имени. Взявшаяся за ручку драконесса удивленно обернулась. — Возможно, я сейчас скажу глупость, но удачи тебе!

— Спасибо! — прижала она руку к груди и скрылась за дверью.

Я же вздохнул и налил себе вина. Идти и искать приключений на ночь расхотелось. Лучше я здесь подожду Мортифора. Что-то мне подсказывает, что скоро мы увидимся.

Интуиция не подвела, буквально через пару часов я почувствовал слабый всплеск магической энергии. Так мягко маскировать ауру мог только Морт, а буквально через секунду дверь чуть ли не слетела с петель.

— Где она, Райдер? — властно спросил Мортифор.

— Кто? — изумленно вскинул я брови, пятясь к двери. Лучше бы я потратил отведенное мне время на обустройство окопа.

Хотя, сколько ни прячься, друг всегда мог найти меня без труда. В плане колдовства он гений. Теперь я жалел об этом его свойстве. Так не хотелось оправдываться.

— Где моя жена? — терпеливо повторил названый брат. То, что он при этом не скатился на рык, весьма многое говорит о его самообладании.

— А с чего ты взял, что я буду в курсе?

— Что-то мне подсказывает, что она могла за помощью направиться к тебе.

— Морт, ты в своем уме? — вкрадчиво уточнил я. — Ну о какой помощи она может меня попросить?! Да и что может связывать дракона и охотника на драконов?!

— Она могла спросить у тебя путь в мир эргов.

— И ты думаешь, я бы указал беременной жене моего кровника путь к самоубийству? — презрительно хмыкнул я. (Молодец я! Очень реалистично получилось.) — Сдается мне, что она просто ненадолго отлучилась, а ты уже бьешь тревогу. Как бы я ни относился к твоей супруге, вынужден признать, что она умна и не стала бы пороть горячку за твоей спиной, поэтому сядь лучше позавтракай.

С этими словами я подошел к столу, подвинул другу блюдо с едой и налил бокал нужным мне вином.

— Давай выпьем за удачу, — предложил я.

Мортифор взял свой фужер и подозрительно прищурился. Пить он не торопился.

— С чего такое благодушие по отношению к моему дракону?

— Она член твоей семьи, — пожал плечами я. — Рано или поздно мне пришлось бы смириться, потому что она, похоже, прочно в ней обосновалась.

— Раньше тебя это не останавливало.

— Она — беременный член твоей семьи, — привел я второй довод.

Надеюсь, он поверит.

— Почему ты не пьешь? — вроде как мимоходом спросил Мортифор, но я почувствовал, как визави подобрался.

Беззаботный и безразличный взгляд сканировал не хуже рентгена. Это я практически не ощущал, но знал. Если не знаешь, где искать эти едва различимые ниточки, ни за что не догадаешься. Но он все-таки — самое близкое мне по духу существо, и все эти годы я тщательно изучал его и даже частично воспитал. Я пригубил слегка свой бокал.

— Там ведь снотворное? — вдруг ехидно хмыкнул Морт.

— Что ты! — возмутился я. — Для названого брата я бы не пожалел и яда!

— Жаль только, что оно на меня не действует, верно?

— Морт, ну что за чушь! — устало потер я глаза. — Ты же знаешь, что я жизнь за тебя отдам. Тебе было всего пять, когда нас свела судьба. В чем-то я заменил тебе старшего брата, в чем-то ты заменил мне погибшего ребенка. Ну как я могу желать тебе зла, Мелкий?

— Ты меня давно так не называл, — грустно улыбнулся Морт.

— Ты вырос, — пожал я плечами. — Да и, согласись, как-то странно так называть грозного правителя одной из самых свирепых рас.

— Так ты только из добрых побуждений согласился дать мне вино с приготовленным ее руками снотворным? — хмыкнул друг. — Хотел не допустить, чтобы я помчался к эргам следом за ней?

— Морт, у тебя паранойя!

— Рай, я не дурак. Ты говоришь, что ее здесь не было, но я чувствую ее запах на этом столе. Разве она забыла предупредить тебя обработать его раствором, уничтожающим запахи, или, на худой конец, рассыпать перец? Или ты усомнился в нюхе оборотня?

— Это абсурд! Тебе показалось!

Блин! Надо было точно перец использовать, а не петрушкой стол натирать!

— Она пришла к тебе ночью, — спокойно продолжил оборотень. — Где-то даже ближе к утру, сидела вот здесь, — положил он руку точно на то место, где примостилась несколькими часами ранее княжна Драко.

— Почему же тогда не ранним вечером? — съязвил я. — Почему не ранним утром? С чего такая точность в обвинениях?

— Потому что к ее запаху примешался еще один, — вдруг мечтательно улыбнулся Мортифор, гладя рукой место, на котором она сидела. — Не ври мне, Райдер, я знаю время, когда она к тебе пришла, догадываюсь, о чем попросила, понимаю ее мотивы. Помоги мне, брат. Скажи точно, в какое место реальности мне нужно шагнуть, чтобы попасть к ней как можно быстрее.

— Это абсурд, ты же знаешь, что я говорю тебе правду!

— Даже если б к Свете не примешался мой запах, я все равно бы различил, врешь ты мне или нет. Видишь ли, мы с женой обменялись кровью, и вместе с ней мне передались некоторые качества дракона, а именно чувство правды. Ты врешь мне, Рай!

— Она сама меня просила! Пойми, Морт, если ты сейчас ринешься к ней — ее жертва станет напрасной!

— Рай, если ты не перенесешь меня туда, я вскрою тут себе вены!

— Идиот! — Я от души врезал другу, надеясь, что оплеуха приведет его в чувство. — Прекрати меня бездарно шантажировать! Ты не сопливый подросток! Включи мозг!

— Райдер, я не прощу себя! Ты понимаешь?! К тому же Гвин сказала, у меня десять процентов! Это же много, Рай! Ведь может же повезти!

— Так говорят идиоты!

— Кто не рискует, тот не выигрывает!

— А сейчас ты декламируешь девиз самоубийц!

— Судьба мне задолжала, вдруг теперь повезет…

— Умереть достойно! — припечатал я.

— Слушай, Рай, я всегда был перестраховщиком, никогда не рисковал, иногда жалел об этом, но, если сейчас не рискну, я никогда не смогу жить спокойно! Рай, решай, с тобой или без тебя!

Я взглянул на часы. Надеюсь, Света не обманула меня и успела завершить все дела. Мортифора не остановить, но, отправившись с ним, я смогу растянуть время. Впервые в жизни меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось, чтобы дракон выжил, с другой стороны, хотелось, чтобы к моменту, как мы с Мортифором появимся, все уже закончилось.

6

Благими намерениями вымощен ад и многие наши дороги.

Тадеуш Гицгер

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко

Попрощаться с братьями, конечно, хотелось, но я боялась, что они увяжутся за мной, а этого нельзя допустить, иначе род Драконов прервется.

Надо договориться о наследовании с Артуром Семину. Благо мой управляющий рассказал, как аппарировать в замок в срочном порядке. Я прошла в медитативный зал Гвиневеры и, начертив на полу руну перемещения, опустилась на одно колено. Короткая фраза-отмашка для запуска руны — и вот я в фамильном замке, в тронном зале.

В двери показался Артур Семину. У него есть артефакт, отслеживающий мое перемещение. Удобно знать, когда твой хозяин объявится.

— Что-то случилось, ваша светлость?

— Ничего не произошло, — машинально соврала я, — я просто пришла осмотреться.

Если управляющий и заподозрил меня во лжи, то виду не подал.

— Может, чаю?

— Было бы неплохо, — кивнула я и направилась в портретную галерею. — Подайте его через пятнадцать минут в малую гостиную.

Мой портрет уже успели закончить. Красивая, хрупкая девушка в горностаевой мантии и, традиционным венцом дракона на голове была одновременно похожа и не похожа на меня. Как сильно одежда меняет человека! В кроссовках и джинсах меня не отличить от простых студентов, но стоит подобрать соответствующий наряд — и вот уже другое лицо. На троне — правитель, представитель древнего рода, хищного племени. Хрупкий вид, но ни намека на беззащитность. Существо на троне способно держать власть стальной рукой. Княжна несет ответственность не только за себя, она умеет карать и миловать. И у этой владычицы мое лицо. Только взгляд слишком грустный.

Интересно, потомки будут гадать, о чем я думала, позируя для портрета? Задумаются ли они, какой я была? И какими будут они?

Ладно, пора переходить к делу. Я в последний раз взглянула на портрет — ту память, что останется после меня, и направилась в свои комнаты. Там набросала завещание, положила на видное место письмо для Вика вместе с ключом от ларца, где хранятся документы.

Затем вошла в оружейный зал. Чем бы порадовать господ эргов? Взгляд упал на изящный клинок с гардой, украшенной изумрудом. Мудрость. Старый знакомый! Как я еще не прирезалась тобой до сих пор?! В моей руке меч с полуторного уменьшился до одинарного, вес тоже подстроился под мою силу. Умная все-таки железяка, с душой! Мне показалось или при последних мыслях он даже слегка нагрелся и передал мне пожелания удачи? Ну пойдем, давний друг. Надеюсь, мы вместе с ортами и оптами, а также набором метательных ножей хоть чуть-чуть потреплем нервы врагу. А теперь можно и чаю.

В малой гостиной помимо чашки с остывшим чаем меня ждал обильно сервированный стол. Я взглянула на вкусно пахнущий завтрак и отодвинула тарелку от себя подальше, горестно проглотив слюну. Желудок, протестуя, взвыл. «Нельзя!» — мрачно сообщила я ему, хлопая по животу, чтобы возмущенный орган заткнулся. Желудок сдавленно что-то буркнул и послушно смолк. Физически я почувствовала, как поежились внутри меня кишки.

«А может, хоть капельку?» — прошептали они.

— Нельзя! — твердо повторила я. — В бой надо идти натощак. И вовсе не потому, что голодный воин — свирепый воин, а потому, что внутренние органы в таком состоянии более гибкие, и ранение перенести гораздо легче. А если боец сыт, то при ранении в живот велика вероятность разрыва кишок. А это лишь дополнительные проблемы, и там, где мог бы спасти врач, неминуем летальный исход. Победители идут в бой голодными, проигравшие умирают сытыми. Да и думать надо о сражении, защищая свою жизнь, а не о том, как бы быстрее переварить съеденное.

В зал вошел Артур Семину. Увидев полную тарелку, он замер и побледнел.

— Миледи? — робко прошептал он. — Это то, о чем я думаю?

— Что вы имеете в виду? — уточнила я.

— Когда мои предыдущие господа шли в бой, то они никогда не ели, — тихо ответил он и, подняв на меня глаза, спросил: — Вы собираетесь бросить вызов вампирам миров?

— Да, — кивнула я. — Сегодня я намереваюсь отстаивать жизнь моего рода.

— Это самоубийство! — воскликнул управляющий. — Умоляю, не делайте этого!

— Артур, мы с вами оба знаем, что, если я сейчас ничего не предприму, это нас все равно не спасет.

— Знаю, — вздохнул маг. — Но так не хочется вас терять.

От этих слов желудок свело судорогой, и под ложечкой предательски засосало. Нечего сказать — обнадежил! А жить-то хочется!

— Так пожелайте мне вернуться! — хрипло прошептала я, пытаясь унять собственное волнение.

Нет, я не тешила себя надеждами. Знаю, что только десять процентов вероятности того, что выживу, но если я не буду надеяться на успех, то уже заведомо проиграла. Надо гнать упаднические мысли! И если мне все же и суждено не встретить завтрашний день, то пусть хоть моя жизнь обойдется им как можно дороже!

Артур вдруг кинулся ко мне, порывисто обнял и прошептал:

— Возвращайтесь, ваша светлость! Умоляю, берегите себя. Я видел много поколений драконов, мои предки служили вам, но каждый раз провожать Драко в бой — тяжелейшее испытание. Вы, сами того не желая, забираете с собой часть нашей души, и смерть любимого господина — невыносимая утрата, поэтому умоляю вас, княжна, вернитесь. Чтобы мне еще много чего можно было рассказать моим внукам! И удалось самому изрядно понервничать, воспитывая ваших детей.

— Я постараюсь, — сдавленно прошептала я и направилась к выходу.

Покидать замок было мучительно тоскливо, но нельзя же вечно сидеть в берлоге, поджав хвост! Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!

Взглянув напоследок на замок, я сжала в руке амулет перемещения. Картинка перед глазами поменялась, и я оказалась в просторной серой зале. На потолке постоянно передвигались тени, точь-в-точь как в моих видениях. К счастью, в зале никого не было. Я вышла в коридор и направилась в восточное крыло замка. Каким-то шестым чувством я знала, что идти надо туда.

За спиной осталась половина пути, когда из боковой двери вышли двое мужчин. От неожиданности я притормозила. Высокие (около ста восьмидесяти сантиметров), широкоплечие воины, грацией движений они напоминали мне хищников. Наверное, это охотники на драконов. Не вовремя, блин! Старший мужчина выглядел суровым и каким-то мрачным. Младший, наоборот, был улыбчив и подвижен. Карие глаза, рыжеватые волосы. Он что-то оживленно рассказывал собеседнику. Плутоватой улыбкой он мне напомнил Вика.

— Дорвана? — вдруг выдохнул старший воин.

— Нет, — обернулась я к ним лицом. — Я ее потомок.

— Дракон, значит! — презрительно хмыкнул младший охотник.

— А как поживает моя сбежавшая благоверная? — осведомился старший, не торопясь на меня нападать.

Я хотела было пройти мимо, но меня поразили нотки боли в голосе старшего. Так вот ты какой, родственничек!

— Она уже сто пятьдесят пять лет как мертва.

— Как это случилось? — на удивление спокойно спросил визави.

— Никто не знает точно как. Ее призвали на Гею, она не могла вернуться, пока не исполнит пророчество. Враги похитили ее ребенка, она пошла в бой. Союзники не смогли поддержать ее. Затем произошло землетрясение, родовой замок Драконов ушел под землю. А на его месте осталась мертвая княжна, — сократила я версию событий.

— Значит, мама меня не бросила? — тихо произнес младший, и глаза его предательски заблестели.

— Нет, — заверила я его. — Она рвалась к тебе, пыталась пробиться, но ей не удалось.

— Почему она даже призраком ко мне не приходит? — покачал головой молодой охотник.

— А нет ее призрака, — призналась я. — Тело не похоронили, оно рассыпалось в прах, а от княжны остался на память лишь портрет да легенды.

— Ты позволишь взглянуть? — пытливо уставился на меня старший.

— Да, но это не ко мне, а к Виктору, моему наследнику, надо будет обратиться. Передайте ему, что вы родичи и я разрешила.

— А ты, стало быть, тут готовишься к смерти? — фыркнул старший.

— А что, у меня много шансов выжить? — в тон ему ответила я.

— Ну если в твоих жилах не вода, то есть, — вдруг серьезно кивнул старший охотник. — Я второй муж твоей прапрабабки, — протянул он мне руку. — Хронос.

— Светлана, — пожала я.

— А это твой двоюродный прадед, — указал он на молодого спутника.

— Жутко звучит! — фыркнул парень. — Я Клод. Приятно познакомиться. Девушки в твоем измерении красивые?

— Это к братьям вопрос. Я по другой части, — ухмыльнулась я.

— Ой! Обязательно обсужу с ними этот вопрос! Ты, главное, поскорее со своими вопросами разберись, и полетим к тебе! — обрадовался юноша. — Давно мечтал взглянуть на историческую родину!

— Да ты о бабах мечтаешь! — хмыкнул его отец. — Тебя только на минуту оставь без присмотра — и замучаешься разозленным отцам компенсации выплачивать! Разоритель ты мой!

— Любимый разоритель! — подкатился под бок парень. — Твоя кровиночка!

Я засмеялась. Драконы везде одинаковы!

— Так ты к эргам идешь? — прищурился Хронос.

— Ага, — кивнула я.

— Идем, провожу, — подставил локоть родственник.

Хм. Пока все идет нормально. У меня даже надежда на победу появилась!

7

При рождении в теле ребенка порядка 300 костей, у взрослого человека их остается всего 206.

Реальная анатомия

Райдер Цециди

Мы вышли порталом прямо в тронный зал. Мортифор очень переживал, что его пронырливая супруга успеет добраться до эргов раньше него и вляпаться в беду, поэтому взял с меня клятву, что я проведу его кратчайшим путем. Умный, зараза! Знает меня! Я не хотел, чтобы жертва Светы пропала даром, и поэтому планировал телепортироваться в самый дальний уголок замка. Пока бы мы добрались до тронного зала, дело бы уже и закончилось. Но нет! Мортифор не хотел так рисковать! Он явно догадался обо всем и настоял на клятве. Я, чтобы потянуть время, упирался как мог. Пусть я недолюбливаю княжну, но уважаю. И ее желание защитить Морта полностью разделяю.

К несчастью, кровник применил какое-то заклинание, которое сделало меня полностью шелковым. Пришлось послушаться и выполнить требование Мортифора. Что меня сильно расстроило, так это отсутствие княжны в зале. Неужели она все-таки сбежала? Или где-то задержалась? Одно слово — женщины! Ни капли пунктуальности! Впрочем, на собственную смерть я бы тоже постарался опоздать.

За время моего отсутствия в тронном зале ничего не изменилось. Все так же сидел на жестком кресле правитель эргов, изнывая от тоски и геморроя, полагаю. Ибо сидеть на холодном мраморе занятие не для нормальных существ. Впрочем, он же бестелесный. Что ему сделается? Под потолком носились сумрачные тени, а вдоль стен, точнее, сами стены подпирали всевозможные сущности в капюшонах. Нас как-то заставили стоять так же вдоль стены на одной церемонии. Поэтому по личному опыту знаю, что стоять здесь во сто крат удобнее, чем сидеть. Исходя из этого могу предположить, что верховный эрг люто завидует этим мелким сошкам.

— С чем ты к нам пожаловал, оборотень? — хмуро выдохнул правитель, массируя виски.

У моего шефа еще и постоянная мигрень. А с появлением на горизонте маленькой драконессы она только усилилась. Вот умеет же жена моего друга найти подход к людям и нелюдям!

— Я пришел сюда выступить вместо жены, — твердо произнес Морт.

— И чем же она должна быть нам интересна, смертный? — насмешливо фыркнул эрг.

Врет его величество! Ведь знает же, кто его супруга!

— Я хочу, чтобы вы перестали преследовать ее и ее род, а взамен, по правилам древней клятвы, я предлагаю свою жизнь!

— Иди с миром! — напрягся эрг. — Мне нет дела до тебя, и с тобой мы ничего не делили!

— Нет! — отрезал Мортифор. — Мы с ней равноценные супруги, мы дали клятву защищать друг друга до последней капли крови. И вот я стою перед вами и требую от вас внять древним законам и принять мою просьбу. Я требую замены ее жизни на мою!

Даже отсюда я видел, как владыка эргов еле заметно передернулся. Своим заявлением мой друг подложил правителю большую свинью. Шкура Светы интересовала его неспроста. Даже больше: что-то мне подсказывает, что отстрел драконов, за который он рьяно выступал, для него не так важен, как голова одного конкретного дракона. Эрг очень давно хотел проникнуть на Гею. Но Дорвана когда-то надежно защитила свою территорию от чужого посягательства. Может, Эхрншт надеется уничтожением Светы открыть себе путь на Гею?

— Иди с миром, — вновь повторил патрон, чем подтвердил мои подозрения. — Мы с тобой ничего не делили.

— Ты пренебрегаешь древними законами?! — приподнял бровь друг.

Эх, Мелкий, Мелкий! Что ж тебе так не терпится на тот свет?!

— Что ж, — рыкнул в свою очередь повелитель теней. — Да будет так! Я принимаю обмен, но любой, кто встанет с тобой плечом к плечу, будет расцениваться как твой помощник, кем бы он ни был.

— Нет! — поспешил я предупредить кровника не соглашаться.

Но главный эрг махнул рукой — и я тут же оказался заточенным в непробиваемый звукоизолирующий куб. Мортифор удивленно взглянул на меня.

— Это для того, чтобы он не мог повлиять на твое решение, — пояснил свое действие Эхрншт. — Порой те, кто нас любит, такие паникеры! И не позволяют нам лишний раз рисковать собственной жизнью.

Наверное, только я услышал в его голосе довольные нотки.

— А разве я могу выиграть? — скептически выгнул бровь Мортифор.

— А разве ты не за этим пришел? — парировал правитель теней. — Ты предлагаешь свою жизнь как залог неприкосновенности того, кого защищаешь, но, если выиграешь, вас никто не будет преследовать.

— Хорошо, — кивнул Морт. — Если я выиграю, ты навсегда забудешь о Светином роде и никогда больше не будешь пытаться завоевать Гею или проникнуть на этот мир каким-либо иным способом. В случае моего проигрыша ты не вызовешь ее на дуэль и не примешь ее вызова, так как предмет спора не может дважды рассматриваться в течение ста лет.

— Обещаю, — коварно отозвался эрг. — Обговорим условия?

Мне захотелось застонать. Хозяин явно что-то знал. Скорее всего, он уже чувствовал присутствие Светы во дворце. Но где же, блин, она ходит?! Вот же женщины! Не успела! С другой стороны, лучше бы она теперь не приходила. Только погибнет вместе с Мелким зря. А так хоть какая-то польза будет, как ни горько признать.

Тянуть время сейчас было крайне опасно. Однако шеф на удивление быстро договорился с оборотнем. Хозяин явно что-то задумал! Блин! Я в бессилии ударил по прозрачной стенке. Как же неприятно осознавать собственную беспомощность! Как ужасно все видеть и не иметь никакой возможности помочь другу!

Тем временем мой работодатель хлопнул в ладоши, призывая троих воинов. Мортифор извлек из ножен полуторник. Очередной хлопок в ладоши — и закрутилось. От досады мне захотелось выть. Коварство эрга не имело границ. Морт сражался хорошо, просто превосходно, но его партнеры были не самыми сильными воинами, скорее всего их задачей было просто протянуть время до тех пор, пока сюда не прибудет княжна Драко.

А вот тогда эрг и пустит в бой самых лучших. Мортифор, похоже, тоже почувствовал подвох и не спешил выкладываться, экономя силы. Все-таки школа воинского искусства сделала свое дело. Кроме того, друг не верит в благотворительность и в мир во всем мире, больше полагаясь на коварство противника и вечно ожидая подвоха. Вот только почему теперь он не поступил, как раньше? Да уж! Воистину любовь отнимает мозги у тех, у кого они есть, и дает их тем, у кого их нет!

Я наблюдал за воинами и запоминал их лица. Несмотря на то что здесь вершится суд богов, я отомщу за смерть друга и кровного брата. Когда этот кошмар закончится, я их всех выслежу и прирежу. Хотя нет. Чего это я сдаюсь? Лучше я сейчас попробую что-нибудь придумать, пока Света не явилась и не наломала дров. Мне Мортифор нужен живым! Не для того я этого Мелкого воспитывал, чтобы его зарезали в тронном зале эргов на моих глазах!

Я попытался пробить магическую стену, но безуспешно. Грубой силой ее не возьмешь. А жаль! Большинство плетений разбивается, как ни странно, именно напором и грубой силой. Ладно, пока есть время, попытаемся поискать в стеночке слабое место. Я отправил парочку магических тараканов путешествовать по моей воздушной тюрьме и молча наблюдал, как оборотень расправлялся со своими противниками.

Что ни говори, Мортифор первоклассный боец. В конце концов, он тридцать три года проучился в школе боевых искусств, окончить которую удалось считаным единицам. Мой начальник, видно, это тоже понял и решил прибегнуть к нечестной игре. Из-за трона вышел арбалетчик с надвинутым капюшоном и выстрелил в дерущегося оборотня. Я закричал, но, как и следовало ожидать, моих воплей односторонне звуконепроницаемая стена не пропустила.

Болт, чтоб его, попал Мортифору в плечо, и я в отчаянии закусил губу. Нет, стрела была пропитана не ядом, а снотворным. Используй эрги отраву, и Мортифор был бы признан победителем вследствие нарушения клятвы. Но это был универсальный транквилизатор, разработанный для оборотней. Через пятнадцать минут движения Мортифора замедлятся, внимание станет рассеянным, мускулатура расслабится, и беднягу просто зарежут! Что же делать?

Я в который раз осмотрел границы собственного заточения. Сердце рвалось на помощь другу, но мои господа, чтоб им никогда не жилось спокойно, все учли. Они знали, как удержать охотника на драконов. И поэтому мне ничего не оставалось, как вновь и вновь таранить магией уязвимые места плетения и наблюдать за расправой над другом.

Теперь на него наседали сразу шестеро воинов, постепенно тесня в угол. Когда тройка в первом ряду уставала, они менялись местами. Прочие воины стояли полукругом за воюющими товарищами и страховали.

Из боковых дверей появилась колонна в огненно-красных балахонах. Маги-боевики. Какие же эрги все-таки ублюдки! Мало того что на их стороне численный перевес, так еще и эти будут одновременно атаковать Мортифора магией! Вот же дерьмо!

Как я и предполагал, от колонны отделились двое адептов и, встав по диагонали от сражающихся, запустили в Мортифора огненные шары. Оборотень отбил магическую атаку, но в результате пропустил удар мечом в плечо. Нечеловеческий рык — и друг перешел в промежуточную трансформацию, однако это отвлекло его от очередной порции огненных шаров, и один из них ударил ему в грудь, отбросив к стене. Воины радостно загомонили и отсалютовали друг другу мечами. Ублюдки! Шестеро на одного! Мясники! Никакого кодекса чести! Впрочем, моим работодателям благородные солдаты ни к чему.

Еще один воин ткнул Мортифора мечом в бедро. Второй попытался подрезать сухожилие, но Мортифор уклонился, попав, впрочем, под огненный шар. Похоже, транквилизатор подействовал, и оборотень боролся вслепую, ориентируясь на постепенно притупляющиеся слух и нюх. Воины снова отсалютовали мечами, радостно скалясь. Добивать противника, когда тот ничего не видит и не слышит, удобно и безопасно. Эх, закинуть бы их с Мортифором в темный переулок один на один. Знали бы цену крови и чести!

Маг бросил в оборотня еще каким-то заклинанием, и тот с болезненным стоном сполз по стене на мраморный пол. Под мужчиной начала расползаться красная лужа. Похоже, это было заклинание ускорения вытекания крови. Какие же все-таки отморозки! Один из воинов отпихнул ногой меч Мортифора, и тот с жалобным лязгом отлетел в сторону. Один из воинов, самый молодой, подошел к Мортифору с мечом наперевес для завершающего удара. Скоты, щенка натаскивают!

Я в который раз попытался вырваться, но воздушные стены держали слишком прочно. Зарычав от бессилия, я с тоской наблюдал, как один из магов остановил щенка в латах и сам подошел к оборотню. Значит, решили добить магией, козлы. Маг-боевик занял удобную позицию и зачитал нараспев заклинание. С каждым произносимым словом между его руками оформлялась и росла угольно-черная сфера энергии, внутри которой клубилась тьма. «Объятия вечности». После этого заклинания даже души не остается на земле. Никакого последующего перерождения. Ничего. Только полное забвение. Ну, скотина оранжевая, я лично разузнаю, кто ты, и прирежу тебя. Бесплатно. Вместо дракона!

Маг заканчивал читать заклинание, и шар вот-вот должен был сорваться с кончиков его пальцев. Мортифор понял, что означает это заклинание. По ставшей человеческой щеке скатилась одинокая слезинка. Он попытался встать, чтобы встретить смерть на ногах, как и подобает воину, но бессильно обмяк. Потом повернул голову в мою сторону, и я по его губам прочитал последнюю просьбу: «Позаботься о ней». Словно этого и ожидая, палач в оранжевом балахоне с глумливой усмешкой послал в оборотня шар…

А в следующую секунду между проклятием и Мортифором возникла черная чешуйчатая гадина. По-другому у меня как-то не получалось назвать помесь дракона и человека. Я смотрел на это существо и не мог понять, что это: мутация или промежуточная трансформация. Никогда не думал, что бывают на свете такие твари. Туша как у маленького хищного дракона, передвигающегося на двух ногах. Даже на Земле такие динозавры были. К подотряду тероподов относились. Элафрозаврами, кажется, назывались. Но в то же время отчетливо видны гуманоидные черты и пропорции, руки длинные, с пятью пальцами, как у человека, положение тела прямое, а вот голова у нее полностью драконья, как если бы превращение полностью завершилось. И маленькие сложенные крылья за спиной.

Шар отскочил от блестящей чешуи и попал в своего создателя, не оставив от того и кучки пепла. Ободренная победой тварь взревела и махнула хвостом. В ту же секунду голова стоящего рядом воина покатилась по полу, срезанная хвостовой пластиной.

Княжна же пригнула голову и угрожающе зашипела, наступая на противников. Еще минуту назад радовавшиеся мясники побледнели и принялись опасливо отступать. Теперь им было не так весело. Оранжевые балахоны швырнули в Свету огненными шарами, но по ее чешуе пробежала лишь легкая дрожь, как пробегает судорога на шкуре у коня, когда он сгоняет овода. Зато в ответ обидчикам Света выдала полноценную струю пламени, основательно подпалив магам мантии.

— Вы понимаете, что своим вмешательством также ставите себя под удар? — вкрадчиво уточнил эрг, восседая на своем кресле. Видеть смерть двух слуг ему было неприятно, однако он радовался вмешательству княжны. Перспектива одним ударом зарубить двух зайцев приводила шефа в восторг.

Света не удостоила Эхрншта вниманием, ни на секунду не отвлекаясь от кучкующихся противников. Не отворачиваясь от воинов, хмыкнула и показала главному эргу оттопыренный средний палец. Да! Так ему! Весь зал испуганно ахнул. Мой работодатель судорожно сжал подлокотники кресла и крикнул: «Убить ее!» Пусть эрги и размножаются не так, как люди, но значение оттопыренного пальца он знал. Стоящий у дверей Орту сцедил улыбку в кулак. Кажется, я догадываюсь, кто просветил моего патрона по данному поводу…

Воины напали на Свету со всех сторон. Мастерство княжны было не таким изящным, как у Мортифора, но более убойным. Света не разменивалась на благородство и с чистой совестью использовала грязные трюки и запрещенные приемы. Маги-боевики против дракона оказались бессильны. В зал каждую минуту прибывали воины, но в большом количестве они друг другу скорее мешали, чем помогали. В то же время, толкаясь вместе, они становились благодатной мишенью для Светиного хвоста, который работал как дополнительный меч. И это было кошмарно. У человека две руки, воин нападает двумя клинками, Света блокирует его удары своими клинками, меч против меча, кинжал против кинжала, все конечности заняты, и тут в дело вступает вооруженный режущей пластиной хвост!

Первую жертву Света, словно издеваясь, хлопнула этим хвостом по лбу. Второй подрезала паховые сухожилия, вызвав у всей мужской половины сочувственный вздох. Какое счастье, что я не связался с этим драконом! В этой промежуточной трансформации она была слишком подвижна и маневренна для схватки, а вот сила и неуязвимость у нее была драконья. Все тот же арбалетчик с дурманом попытался выстрелить и в Свету, но болт отскочил от бронированной драконьей чешуи и задел дерущегося рядом воина. Через пару минут воин осел на пол, и Света, выполняя боевой маневр, нечаянно наступила ему на голову. Череп хрустнул под весом дракона и раскололся. Княжна же брезгливо, словно кошка, тряхнула лапой и вновь закружилась в смертельном танце, ни на минуту не упуская из виду ни противников, ни Мортифора.

Очень быстро воины скумекали, что Света всячески не подпускает воинов к оборотню, постоянно кружа вокруг замершего тела, и стали нападать, стараясь зацепить распростертого оборотня. Это существенно затрудняло свободу Светиного перемещения, но отнюдь не уменьшало ее смертоносности. Даже меня за воздушными щитами пробирало волнами ее холодной ярости. И я в который раз за вечер поблагодарил судьбу, что мне не довелось столкнуться с этой «милашкой» на поле боя.

Арбалетчик за эти пару секунд успел куда-то смотаться и теперь потрясал большим арбалетом. Новый болт оказался в три раза крупнее предыдущего, но и он отскочил от бронированной шкуры, но теперь, попав в воина, раздробил ему челюсть. Главный эрг вжался в спинку трона. Возрастающие разрушения его раздражали, а княжна, словно чувствуя, как это бесит моего патрона, старалась вовсю. Горе-арбалетчик досадливо сплюнул и опять куда-то смылся.

Когда этот придурок прикатил очередную версию арбалета, заряженного гарпуном, я чуть не согнулся пополам от истеричного хохота. Ну надо же какой настойчивый! Новый снаряд врезался в стену над самой головой княжны. Целиться из массивного арбалета в постоянно скачущую княжну было очень сложно.

Света рыкнула и, выдернув хвостом болт-переросток, швырнула его обратно. Тот вонзился в спинку трона, пригвоздив к ней мантию эрга-патрона. Начальник гневно выругался и осторожно сполз вниз, пытаясь высвободиться. Лучник же принялся заново заряжать свой арбалет-пушку. Тогда Света не мудрствуя лукаво схватила ближайшего воина и швырнула в горе-стрелка. Арбалетчик, его оружие и запускаемый воин дружно свалились с тронного пьедестала, замерев на полу неряшливой кучей.

Эхрншт хлопнул в ладоши, и в зал стали прибывать мои коллеги. Еще никогда в жизни я не видел такого количества охотников на драконов. Мы индивидуалисты и не любим работать в паре. Да и для убиения одного ящера нужен один воин. А тут за Светиной головой выстроилось сразу тридцать штук. Самые осторожные попытались читать привораживающие дракона заклинания. Света их песнопения удостоила оттопыренным средним пальцем, смутив присутствующих второй раз за вечер. Охотники поперхнулись очередной руладой и недоуменно взглянули на дракона, который к этому времени уже должен был ползать на брюхе, а не презрительно хмыкать, посылая обидчиков далеко и надолго.

Ну-ну, гаврики, это вам не примитивный ящер, а настоящий боевой дракон, причем самая продвинутая версия из всех, что мне когда-либо доводилось видеть! Я с гордостью и каким-то мрачным удовлетворением наблюдал, как Света швырнула зазевавшегося солдата в кучу растерянных охотников. Словно в городки играет, разбойница! Воины приуныли. Мало того что Драко резала их как ягнят, так она еще их и вместо шаров для боулинга использовала.

Один из охотников попытался воздействовать на Свету магией и опять обломался. В какой-то момент я поймал себя на том, что мне приятно наблюдать растерянность коллег. Все-таки Мортифор прав, Света иная. И, глядя на то, как она задает перцу работодателям, мне становится приятно, что я не кидался сразу в бой, а пытался противостоять этому дракону и даже знал, что меня-то княжна опасалась. Наконец охотники на драконов пришли к какому-то решению и напали впятером, чередуя магию с фехтованием, одновременно с этим еще двое попытались добраться до Мортифора.

Правильно. В нашей работе главное — узнать слабости дракона. И у Светы она была. Каково же было всеобщее удивление, когда эта самая «слабость» поднялась на ноги и тяжелой походкой приблизилась к Свете, становясь с ней спина к спине. Похоже, организм Мортифора успел переварить универсальное снотворное и выработать против него антидот. Раны тоже немного затянулись, но по-прежнему выглядели пугающе. Оборотень вскинул руку и призвал свой полуторник, который, взлетев с пола, кинулся к хозяину, как щенок, и сам вложился в ладонь.

Такого поворота событий никто не ожидал, а я, глядя на Свету и Мортифора, впервые в жизни почувствовал себя человеком. Как бы мои друзья ни выглядели, как бы себя ни вели, они были в первую очередь нелюдями, со своими законами и инстинктами. И сейчас передо мной стояли две чудовищно злые твари, готовые сражаться друг за друга до последней капли крови. Не на жизнь, а на смерть. В какой-то момент мне стало очень жаль, что я не принадлежу к их миру, что никогда не смогу до конца понять их менталитет и поведение. В конце концов, я всего лишь человек, пусть и с толикой драконьей крови.

Бой продолжился с удвоенной силой. Теперь ни маги, ни охотники на драконов не церемонились, играя по-грязному. Вновь появились лучники, но уже с отравленными стрелами. Конечно, наличие воинов несколько мешало целиться и попадать, но главному эргу, похоже, было плевать на правила и людские жертвы. Он хотел достать дракона. Очухался горе-стрелок и вновь прикатил гигантскую версию арбалета. На этот раз удача отвернулась от Светы, и огромный гарпун вонзился в ногу княжне. Света взвыла и болезненно припала на лапу. В ту же секунду ее оттеснил за спину Мортифор, ощерив пасть и яростно зарычав. Пара дротиков впилась ему в загривок, но после первой дозы снотворного новый яд действовал не так стремительно, как хотелось бы охотникам. И еще пятеро остались лежать на полу.

Света также включилась в бой, но ее движения замедлились. Видно, ее организм еще не знаком со «Сном дракона». Плохо, очень плохо. Хотя радует, что транквилизатор действует на Свету не так быстро, как хотелось бы эргам. Вот покачнулся и припал на одно колено Мортифор. Похоже, ядовитые вещества брали не столько качеством, сколько количеством, потому что на загривке Мортифора болталось уже пять стрел. Иммунитет оборотня очень сильный, но, видно, львиную долю энергии организм направляет на выработку противоядия от различных веществ.

Охотники на драконов планомерно теснили пару в угол, но нелюди продолжали огрызаться и забирать чужие жизни. Но вот отступать им стало некуда, а в тесном углу довольно трудно взаимодействовать, не поранив друг друга. Все, конец. Похоже, Свету с Мортифором посетила та же мысль, потому что они переглянулись, соприкоснулись друг с другом боками в каком-то только им понятном жесте и, перехватив оружие поудобней, приготовились к последнему ожесточенному рывку. Я уже готов был закрыть глаза, чтобы не видеть гибели друзей, как потолок тронного зала обвалился под весом чего-то тяжелого и огромного.

В тронный зал ввалились два злющих-презлющих дракона. Я с удивлением смотрел на их вытянутые, ощеренные в яростном рыке пасти и гадал, кто из них кто. В том, что фиолетовый и огненно-красный драконы являются бастардами дома Драконов, я не сомневался. Уж очень у них были характерно наглые рожи. Изящные рогатые головы напоминали Светину ипостась. Похоже, страх за сестру и ярость на ее обидчиков способствовали завершению их взросления. Кажется, теперь будет весело.

— Огнем давай, — рыкнул красный дракон фиолетовому, и я впервые возрадовался, что нахожусь в воздушном кубе, потому что весь зал объяло пламенем.

Даже Эхрншт вскочил и, порвав мантию, шустро спрятался за трон. Маги и воины испуганно заметались, пытаясь спасти вспыхнувшую одежду, но та буквально моментально рассыпалась в труху. Забавно было смотреть на воинов, на которых уцелела лишь кольчуга. Битва без подштанников, похоже, их не особо вдохновляла. Сбивали агрессивный настрой и путающиеся под ногами маги, чьи горящие балахоны напоминали факелы.

— Ты что творишь?! — вдруг возмутился огненный дракон. — Почему сгорела только одежда, а не тела?! Какого ляда нам тут стриптиз?!

— Я еще не до конца разобрался, как эта штука работает, — буркнул фиолетовый дракон и обиженно добавил: — Если думаешь, что так легко, сам попробуй!

Красный идеолог попробовал выплюнуть пламя, но у него тоже получился какой-то щадящий режим.

— Ну тогда дави гадов! — выдал он очередную мрачную идейку. — Только лохматого не зацепи, а то перед Светой не оправдаемся!

Кажется, я догадываюсь, кто это. Таким вредным может быть только наследник княжны, Виктор Драко.

— Вот же ж поганец! — прошипел лучник, пытаясь увернуться от гигантских ступней.

— Полностью согласен, — гордо прошептал я, с умилением глядя на тщетные попытки утихомирить двух злобных ящеров. Стрелы отскакивали от новоприбывших драконов, как горох от стены. Вот никогда не думал, что когда-нибудь буду радоваться виду драконов! А все-таки красавцы! Кто-то из охотников попытался воздействовать на бастардов Драко магией, но те презрительно хмыкнули и оттопырили среднюю фалангу когтистой лапы. Похоже, посылать обидчиков по широко известному маршруту у них семейная традиция. Может, им такой герб себе сделать?

На драконов попытались накинуть огненную сеть, но Виктор ловко увернулся. У фиолетового было меньше места для маневра, и он жалобно взвизгнул, когда зачарованная огненная сеть коснулась чешуек. В тот же миг магия рассеялась, но он испуганно попятился назад, даже не заметив, как раздавил двух магов-боевиков.

— Куда пятишься, ушастый? — зло рыкнул красный. — А хвост тебе для красоты дан? Врежь им, паразитам! Вот так!

И красный резко замахнулся хвостом, буквально впечатав троих охотников в стену. «Ушастый» (хм, а уши-то у фиолетового дракона действительно длиннее, чем у Вика и Светы) последовал примеру брата, и боковая стена треснула. Мой патрон, не высовываясь из-за трона, приказал:

— Запустить универсальное уничтожающее заклятие!

— Но оно уничтожит все! — возразила одна из теней.

— А мне плевать! — рявкнул мой начальник. — Я хочу видеть драконов мертвыми, даже ценой жизни наших воинов!

— О! Хозяева уборку затеяли! — встрепенулся красный дракон. — Слышишь, Норри, пора и честь знать! Пошли. — С этими словами он осторожно взял в лапу потерявшую сознание Свету и обернулся к брату. — Лохматого прихвати, а то Света нам голову открутит, если мы его тут забудем.

— А с ним что делать? — кивнул на меня фиолетовый дракон — лорд Норри ванн Дерт.

— Посадочных мест нет, — хмыкнул Виктор, пытаясь взлететь. — Ёптр, кто скажет, как тут взлетать?!

— Я не знаю, — всхлипнул Норри, тоже пытаясь оторваться от пола. — К трансформации инструкции не прилагаются!

— Думай, ушастый, я жить хочу! — выдохнул Виктор из ноздрей клубы дыма.

— Попались! — ликующе подпрыгнул Эхрншт.

— На твоем месте я бы так не радовался, — огрызнулся красный и дохнул на эрга уже «правильным» огнем.

Тот отработанным движением юркнул за трон, спасая свою мантию, и уже оттуда выкрикнул приказ начинать.

Уцелевшие маги-боевики встали в кольцо и стали монотонно читать заклинание. Вик с Норри попытались взлететь, но как назло у них ничего не получилось. В раздражении драконы хлестнули хвостами по магам, вынудив их отпрыгнуть в сторону и тем самым нарушить строй. Но существенных неприятностей произносимому заклинанию их действия не причинили.

— Как же Света летает? — вопросил красный ящер и потряс бесчувственную княжну, но та даже не пошевелилась. Видно, сказывался попавший в организм яд. Мортифор тоже не проявлял никаких признаков жизни. — Ну вот и где эти мудрые советы, когда они так нужны?!

— Хлопай крыльями и взлетай. — Тихий голос раздался как гром среди ясного неба.

— Что? — хмыкнул красный дракон, наклоняясь к телу девушки.

— Хлопай крыльями и взлетай! — тверже произнесла Света, открыв глаза.

— Не получается! — расстроенно рыкнул Вик, махая крыльями.

— А можно, я ему помогу? — вдруг поднял голову Мортифор.

— Как?! — удивились драконы.

— А вот так! — хмыкнул оборотень и цапнул лежащий неподалеку огненно-красный кончик хвоста.

— Что ж ты творишь, скотина?! — взревел Вик, возмущенно махая крыльями.

— Помогает тебе лететь, — хихикнула Света. — Ты, главное, прежний темп махания поддерживай — и помчали уже отсюда, пока маги свое заклинание не дочитали.

Маги действительно дочитывали буквально последние слова. Еще чуть-чуть — и нам всем, кроме бестелесных сущностей, будут кранты. Вик почти вылетел из тронного зала, встревоженный Норри попытался следовать за ним, но у него ничего не получалось. Мортифор помог и ему.

— Действительно варварский метод! — хмыкнул Норри, подлетая к разлому, в котором виднелся краешек синего неба.

— Стоять! — закричал Эхрншт. — Остановите их! Прервите это заклинание! Создайте воздушную стену! Улетают же, гады!

Маги послушно смолкли и протараторили другое заклинание. Виктор тут же врезался в воздушную стену.

— Ах ты, скотина! — ринулся он обратно на эрга, плюясь огнем направо и налево. — Я тебе сейчас покажу кузькину мать! Я только летать научился!

В который раз за вечер патрон опасливо нырнул за каменный трон и уже оттуда отдал приказ возобновить уничтожающее заклятие.

Красный дракон довольно хмыкнул, но, теряя в маневре высоту, не смог выровняться и врезался в мраморный пол.

— Если б ты еще пируэтам выучился, цены б тебе не было! — буркнула Света, потирая ушибленную спину, и хотела что-то добавить, но не успела, так как на них свалился не справившийся с управлением фиолетовый дракон, вспахав мордой мраморные плиты.

— Ты бы жрал поменьше! — возмутился придавленный красный дракон.

— Кто бы говорил! — парировал Норри.

— Ты лохматого не придавил? — озабоченно уточнил наместник княжны Драко.

— Здесь он, — хмыкнул фиолетовый, — пока дышит.

— Чтоб я еще раз летал вашими авиалиниями… — простонали откуда-то снизу. — Никакой от вас пользы, только жрете, как слоны!

— Не ссорьтесь, мальчики, у нас есть проблемы важнее, — кивнула Света на магов.

Маги, вспомнив, для чего они собрались, устало вздохнули и монотонно забубнили предыдущее заклятие. Драконы вместе со Светой поднялись на ноги и приготовились к очередной атаке, но вдруг двери тронного зала практически сорвались с петель, и в центр уже порядком разгромленного зала строевым маршем вошел вампирский отряд элитных воинов-убийц во главе с Нох-рам-Лукушем.

Охрана эргов обреченно взглянула на полных сил, отдохнувших вампиров. На концах их каждой косички вместо хрустальных бусин-капелек красовалось по заточенному кинжалу. Как эта раса умудряется воевать, используя длинные волосы и при этом не поранив себя, загадка, но факт остается фактом.

Эхрншт тихо выругался и поднял вверх руку, призывая к молчанию. Драконы удивленно переглянулись и обернулись к вошедшим.

— Почему меня беспокоят столь неподобающим образом? — гневно рыкнул он.

— Я правитель вампиров, лорд Нох-рам-Лукуш, — выступил вперед смуглый правитель вампиров. За его плечом наследник ударил кулаком в грудь. — Пришел выступить в защиту княжны по закону крови.

— Мы вассалы госпожи Драко, — шагнула вперед четверка стоящих поодаль вампиров. — И мы явились, чтобы защищать нашу госпожу до последней капли крови. Для нас не было большего счастья, чем служить нашей госпоже и с гордостью носить ее герб.

— Ну что ж, — вздохнул Эхрншт. — Значит, вы умрете вместе с ними! — И дал магам отмашку читать заклинание.

Те послушно начали сначала, вот только вампиры оживились и стали целенаправленно вырубать магов. Воины кинулись защищать магов, и заварушка приобрела второе дыхание. Драконы попытались помогать вампирам, но быстро плюнули на это занятие, видя, что больше мешают своим спасителям, и принялись болеть, скандируя различные речевки. Где-то на середине универсального уничтожающего заклинания двери в тронный зал вновь распахнулись, и на арену выступили стройные ряды суккубов.

Мужчины с горестным вздохом взглянули на соблазнительных полуголых женщин-амазонок. Каждый их отряд был поделен на десятки, которые возглавляли женские особи с маленькими перепончатыми крылышками на спине и хвостиками со стальной ромбовидной кисточкой. Жрицы Смерти. Эти малютки питаются не только вожделением, но и энергией смерти. Собственно, это единственные твари, которых не может сразу убить универсальное уничтожающее заклятие.

Маги, читающие заклинание, глядя на обольстительных красоток, сбились с ритма. Кто-то даже слова забыл. Стоящие вдоль строя суккубов инкубы понимающе ухмыльнулись. Драка прекратилась, и все с интересом уставились на новоприбывших.

Эхрншт угрожающе надвинул на себя капюшон и замогильным голосом произнес:

— По какому праву вы нас беспокоите?!

Хм! Как будто тут вечеринка, а не подлое убийство драконов происходит.

Вперед вышел красивый мужчина с шоколадными, как у княжны, глазами, и коричнево-медной шевелюрой. Чем-то он мне Свету напоминает. «Или Света его?» — осенила меня догадка, и в тот же миг мужчина ее подтвердил.

— Я, правитель суккубов, лорд Арк'ментр'морк, — певуче произнес он, играя интонациями своего голоса, — также явился защищать мою праправнучку согласно правилам древней крови.

Рыжеволосый юноша за его спиной, по-видимому наследник, сжал меч и решительно тряхнул головой, также подтверждая свое право. Не понял, а это еще кто? Он каким боком к княжне примазался? Надо Морту все рассказать, как очнется. Почему-то теперь, глядя на новоприбывшие войска, я стал склоняться к тому, что, может быть, мы и выживем.

— Вы знаете, что, выступая в ее защиту, сами становитесь под удар, вплоть до полного уничтожения? — вздохнул Эхрншт.

— Да, — кивнул главный инкуб. — Да восторжествует справедливость!

— Убить всех! — коротко отрезал эрг, но прямо в этот момент в тронный зал промаршировали объединенные войска эльфов и оборотней.

Что-то стало тесновато! С прибытием двухметровых богатырей мои коллеги окончательно сникли. Сегодня нас и так поубавилось прилично. Пройдет не одна сотня лет, прежде чем мы восстановим свое количество. Многострадальные двери тронного зала оглушительно обвалились.

— А вам-то что надо? — устало поинтересовался Эхрншт.

— Я, король эльфийского народа, лорд Лерри ванн Дерт, — сделал шаг вперед ушастый правитель, — пришел, чтобы выступить в защиту княжны и моего друга.

— Я, лорд Карнификус Канис Дирус Лупус Интерфекториус, — выступил вперед отец Мортифора, — явился забрать моего сына.

— Вы не можете его забрать, договор вступил в силу, — заметил эрг.

— Тогда мы будем сражаться! — кивнул Карнификус. Все-таки он может быть хорошим парнем, когда речь касается его сына.

Тут вдали за спинами воинов я заметил топчущихся сарков. Обратив на носатых личностей внимание, Эхрншт истерично осведомился:

— Вы тоже по правилам древней крови?

— Нет, — обрадовали его сарки. — Мы так, за компанию пришли.

Наши старые добрые знакомые! Куда ж без них? Полагаю, если мы умрем, они лишатся большой суммы денег. Ушлые дилеры времени зря не теряли и тут же взяли Эхрншта и его свиту в оборот.

— Итак, господа, чем вам не угодили эти милые добродушные создания? — указали они на драконов.

Правитель эргов устало потер виски и сухо уточнил:

— Что это за балаган?

— Это не балаган, — спокойно пожал плечами король вампиров. — Мы хотим препятствовать вашему самоуправству.

— Драконы не такие кровожадные и агрессивные, как вы хотите их показать, — выступил вперед Арк'ментр'морк. — Вы напрасно на них клевещете. Если бы дело обстояло так, как вы утверждаете, никого бы из нас здесь не было. Мы утверждаем, что драконы являются неотъемлемой частью нашего мира, так же как снег, дождь, град, ураган.

— Более того, — взял слово Лерри ванн Дерт, — как представитель расы, неразрывно связанной с природой, я утверждаю, что драконы — неотъемлемая часть биогеоценоза Геи. Их уничтожение покачнет равновесие всего мира!

— Вы уничтожаете очень редкий и ценный вид, — замахали руками сарки. — Нельзя же так наплевательски относиться к представителям необыкновенной фауны уникальных экосистем.

— Вот-вот! — оживился красный дракон. — За наш отстрел полагается большой штраф!

— И уголовная ответственность! — добавил фиолетовый дракон, чем поверг всех находящихся в зале существ в глубочайший шок. Откуда эльфенок таких слов нахватался?

— Штраф можно выдать и нам, — оживился пухленький сарк, бывший у них казначеем.

— Не так быстро, Астормах, — фыркнул Вик. — Деньги и нам понадобятся.

Сарк угрюмо покосился на оранжевого дракона, пробормотав под нос какое-то ругательство про драконью жадность, но взял себя в руки и спокойно предложил:

— Пятьдесят на пятьдесят?

— За какие это заслуги? — фыркнул оранжевый ящер, забывая о том, что в данный момент решается его судьба. — Это я дракон, а не ты! Это моя жизнь сейчас под дулом пистолета!

— Так мы вам эти деньги стрясти поможем, — ухмыльнулся Астормах. — Петицию напишем. У нас есть связи в некоторых кругах. А там, глядишь, — если они выплатят штраф за вашу голову, значит, признают уникальность, а это уже гарант вашей безопасности!

— Идет, — кивнул красный дракон и аккуратно протянул лапу для скрепления сделки.

Сарк ударил его ладонью по когтю, и сделку посчитали заключенной. В этот момент мой работодатель возмущенно кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Вы зря развели тут споры, демагогию и сделки, — спокойно произнес Эхрншт. — В соответствии с нашими правилами и законами, вы ничего не можете сделать для защиты драконов. Разве что сами погибнете, защищая их право на жизнь, поэтому советую вам всем собраться и таким же строем, как пришли, убраться.

— На твоем месте я бы не был в этом так уверен, — внезапно раздался глубокий раскатистый голос.

Все в изумлении задрали головы в направлении источника звука и обомлели. Прямо над нашими головами клубилось облако жемчужно-белой энергии с эбонитово-черными вкраплениями. Линии постоянно сменяли друг друга, время от времени сливаясь в перламутровую серую массу. Великий Эквилибриум. Создатель всего ныне существующего. Тот, кто создал миры, эргов и демиургов, а затем отошел от творческих дел, поддерживая равновесие. Он держит в руках ниточки триллиардов жизней. Если мир — театр, то он в нем директор. Добро и зло, порядок и хаос, любовь и ненависть в одном флаконе. Великий судья всего сущего. Что он здесь забыл?

Словно в ответ на мой вопрос, Эквилибриум спустился чуть ниже к Эхрншту и произнес:

— Жалобу за отстрел редких видов флоры и фауны уже написали и подали Ведущие маги Геи. Я рассмотрел их просьбу со всеми аргументами и приказываю тебе, Эхрншт, оставить княжну Светлану Драко и ее род в покое.

— Но, мой лорд, это же кровожадный и хищный дракон! — возмутился шеф.

— И тем не менее в защиту этого дракона выступили почти все расы Геи. Кроме Ведущих магов мира мне прислали петиции и жалобы на твой произвол оборотни, эльфы, вампиры, суккубы, все грамотные и обладающие магией вассалы Драко, сарки и даже урки с орками написали письмо в защиту драконов! Стиль у них, правда, хромает и язык весьма своеобразный, но суть очень даже ясна, хоть там даже пробелы выглядят матерно.

— Этого не может быть! — отчаянно замахал руками эрг. — Драконы — злые, беспринципные твари!

— Но это не помешало им рисковать собственной жизнью, спасая друг друга. — От облака отделился белесый жгут и указал на красного и фиолетового драконов. — Я вижу перед собой существ, способных на огромное, всепоглощающее чувство. Они могли бросить сестру и жить в свое удовольствие, но каждый постарался защитить своего близкого. И потом, будь драконы такими отвратительными, разве все эти расы стали бы на их сторону?

— Но вы посмотрите, что они наделали! — возмутился эрг, указывая на разгромленный зал и валяющиеся повсюду трупы.

— Они защищали то, что им дороже всего на свете, — спокойно парировал голос.

— Но я тоже защищаю свое самое дорогое! — вскричал эрг.

— Довольно, Эхрншт, — устало произнес Эквилибриум. — Я объявляю Драко неприкосновенным редким видом, а Гею — официальным заповедником, нарушение границ которого и охота на его территории карается смертной казнью.

— Но!..

— Не перечь мне, Эхрншт, — предупредил Эквилибриум. — Ты знаешь, я не терплю неповиновения, а Гея теперь под моей личной протекцией. И на твоем месте я сказал бы спасибо, потому что в данный момент сюда направляется армия драконов во главе с князем Александром Драко. Столь масштабное сопротивление трудно вынести даже таким бестелесным сущностям, как мы с тобой.

— Я понял, мой господин, — понурился эрг. — Спасибо, мой господин.

— Не за что. — В голосе Великого Равновесия послышались насмешливые нотки. — А теперь все домой.

Нелюди оживились и стали бодренько делиться на квадраты для успешной аппарации. Слаженности вампиров, суккубов, эльфов и оборотней можно было только позавидовать. Никогда не думал, что нелюди так легко и быстро находят общий язык! Оборотни направились было к бесчувственному Мортифору, но их остановил оскалившийся красный дракон. Второй лорд дома Драконов осторожно подхватил зятя и прижал к груди. Фиолетовый дракон вновь бережно поднял с пола Свету. Драконы уже хотели уходить, когда Виктор внезапно обернулся и прихватил в лапу меня. Похоже, он даже не заметил, как одним простым жестом разрушил сильнейшие и сложнейшие заклятия, удерживающие меня на месте.

— Зачем он тебе? — опешил фиолетовый дракон, направляясь к открытому королями нелюдей межмировому порталу.

— В хозяйстве пригодится, — смешно сморщил нос красный дракон. — Не оставлять же этого отступника вместе с его бывшими работодателями. Пусть подлечится и решит, стоит ли продолжать карьеру у эргов.

— Ну-ну, — настороженно покосился на меня фиолетовый дракон. — Охотник на драконов — всегда охотник на драконов.

— Посмотрим, — хмыкнул Виктор, выпуская из ноздрей дым, и в следующую секунду я оказался на огромной зеленой поляне рядом с Мортифором, Светой и драконами. Никого другого рядом не было. Очевидно, братья-драконы открыли свой личный портал.

Ящеры аккуратно сгрузили свою ношу на землю возле ручейка.

— Мортифору плохо, — тихо произнес Норри, возвращаясь в человеческую форму.

Глядя на друга, видоизменился и Виктор. Похоже, обратная трансформация протекает легко, когда драконы чувствуют себя в безопасности. Почему нас никто не учил этому в школе?

Я обернулся в сторону оборотня. Мортифор лежал на земле, и с каждой каплей крови из него медленно вытекала жизнь. Организм уже не был способен поддерживать промежуточную трансформацию, и тело друга стало человеческим. Рана на груди поражала размером. Кровь из нее выливалась мелкими толчками, и по их затуханию можно было догадаться, как замедляется биение сердца.

— Боюсь, мы его уже потеряли, — тихо произнес Норри.

— Ну нет! — фыркнул Вик, подходя к зятю. — Так легко он от нас не избавится! Я не для того его полдня на своем горбу таскал, чтобы он мне тут ласты склеил! Что я Свете скажу?! Просыпайся, скотина! — Лорд Венатор отвесил пару хлестких пощечин оборотню, но тот не среагировал. Тогда Вик отцепил от пояса нож и стал закатывать рукав.

— Что ты делаешь? — встревожился Норри.

— Света рассказывала мне, как лечить.

— Но у тебя не хватит сил! Даже я не могу ничего поделать!

— Твое дело — поддерживать на стабильном уровне Свету. Вы же обменялись кровью, и у вас должна быть связь. А я разберусь с нашим блохастым гадом.

— Вик, опомнись! Ты только что трансформировался в дракона, воевал в боевой ипостаси, а теперь собираешься лечить собственной кровью! Твой организм не выдержит перегрузки!

— Но Света же смогла!

— Но она глава дома Драконов!

— А я второй лорд дома Драконов! И вообще, не мешай!

— Ты отдаешь себе отчет, что навеки окажешься связанным с Мортифором, что станешь от него зависимым?

— Не мели чушь! Ничто не способно подчинить гордую волю дракона. А связаны мы с ним и так, через Свету. — Виктор сделал продольный надрез вены и расположил руку так, чтобы его кровь капала в рану Мортифора.

Я впервые в жизни наблюдал исцеление человека драконом так близко. Обычно ящеры очень щепетильно относятся к собственным секретам и уязвимости. За все время моей работы мне в лучшем случае давали ампулу с кровью, но никогда не вскрывали при мне вену. Все-таки у драконов это очень секретный процесс, во время которого они крайне уязвимы. Словно по волшебству, края раны Мортифора стали затягиваться. Текшая недавно кровь поспешно впитывалась обратно. Если бы Мортифор не был оборотнем, я бы подумал, что он вампир. Видно, кровь дракона запускает все скрытые резервы в организме. Помню чувство эйфории, что охватывало меня, когда я вкалывал в свои вены кровь дракона. Ничто не сравнится с этим пьянящим ощущением силы и дикой свободы. Тогда я чувствовал себя всемогущим. И, наверное, так и было. Не знаю. Мортифор тем временем не подавал никаких признаков жизни, разве что царапины, раны и синяки на всем теле практически исчезли или все еще рассасывались.

— Ну же, кобелина, — тряхнул Виктор за грудки зятя. — Не заставляй меня расстраивать Свету. Живи, мать твою за ногу! Слышишь?!

Но Мортифор продолжал неподвижно лежать на земле. Иногда наступает момент, когда даже кровь дракона не помогает. Душа отлетает слишком далеко от тела. В таких случаях за ней может направиться оборотень. Только они могут беспрепятственно гулять по миру мертвых. Правда, расплачиваться приходится годами собственной жизни. Драконы этого делать не умеют. Виктор еще раз тряхнул Мортифора и вновь располосовал на своей руке почти затянувшуюся рану. Иногда бывает слишком мало крови дракона. Она запускает основные механизмы, но ее не хватает для поддержания регенерации на должном уровне. И тогда получается просто красивый, без единой царапинки труп. Похоже, Виктор почувствовал этот момент чисто интуитивно и решил добавить концентрацию собственной крови в оборотне. Как я уже заметил, семейка Драко вообще отличается удивительной интуицией.

— Вик, тебе нельзя давать больше крови, — попытался остановить его Норри. — Ты можешь погибнуть сам! Все уже бесполезно. Смирись.

— Норри, — укоризненно прошептал Виктор, укладываясь рядом со своим пациентом. Силы стремительно покидали и его. — Это не упрямство. Я не могу оставить Мортифора умирать, зная, что не сделал все, что мог. Пусть у нас с ним не всегда были хорошие отношения, но эта скотина делает Свету счастливой, и я просто не смогу смотреть ей в глаза, если эта падаль откинет лапы.

— Еще и твоя смерть не добавит Свете радости, — жестко отрезал Норри, отдергивая руку Вика от Мортифора и накладывая на кисть исцеляющее заклинание. — Я тоже переживаю за него, но мне будет еще тяжелее говорить Свете, что вслед за мужем я не смог уберечь и тебя!

Я с тяжелым сердцем наблюдал за смертью друга. К сожалению, я не мог ничего поделать. У меня не было ни магии дракона, ни способности к целительству, только умение фехтовать мечом. Но кому оно нужно, если я не могу спасти друга?! И глядя, как Вик отчаянно борется за жизнь Мортифора, я начинал невольно проникаться к нему уважением. Он не любил Мортифора, но сейчас делал все возможное, пусть и ценою собственной жизни, только для того, чтобы порадовать близкого человека. А ведь мог спокойно подождать, пока Мортифор окочурится и, беспомощно разведя руками, сообщить Свете, что ничего не смог сделать. Был у меня один друг, он именно так и поступил со своей сестрой. Ему не нравился ее выбор. А на то, что он чувства сестры уничтожил, ему было наплевать. Этот же дракон поступал в ущерб собственным интересам.

— Норри, я выживу, помоги мне только достать с того света этого гада. Я чувствую, он еще недалеко ушел. Не дай ему помереть так легко!

— И что ты от меня хочешь? — раздраженно отозвался Норри, щупая пульс на шее у Мортифора. — Призвать его душу?

— А пусть бы и так! Мне уже доводилось терять близких, и за свою жизнь я понял, что иногда проще за кого-то умереть, чем жить. В смерти нет боли, там тишина и покой.

— А Света? — всхлипнул эльф. — И ты, и Мортифор… насколько ей будет легче? А? А я? Я ведь не ненавижу его! Мне он тоже дорог, просто я не привык показывать свои чувства к нему! На протяжении всей моей жизни он был сильным, смелым, мудрым, а теперь он нуждается в моей помощи, а я ничего не могу поделать! Я не разорвусь между ним и Светой. Я могу вытянуть только одного! И я не могу позволить умереть еще и тебе! Света мне этого не простит!

— Знаешь, с возрастом мы перестаем верить в чудо. Мы видим проблему и сразу представляем себе худший вариант. Будто нам проще сразу поставить крест, чем пытаться что-то сделать. И чем недосягаемее кажется цель, тем проще нам от нее отречься. А надо, как дети, верить в чудо до последнего и ждать благоприятного исхода. Отпусти меня, Норри, и, пожалуйста, давай поверим в чудо.

Вик медленно высвободил руки из захвата Норри и вновь сделал надрез на своей вене. Из раны вытекла небольшая струйка крови, собираясь в небольшую лужицу на груди Мортифора. А в следующий момент я чуть язык не проглотил! Кровь Виктора превратилась в маленького дракончика. Сонно оглядевшись по сторонам, маленький ящер чихнул, встопорщил крылышки и заинтересованно обернулся к лорду Венатору. Я с замиранием сердца следил за происходящим. Это какое-то противоречие законам физики! Никогда в жизни я не видел, чтобы кровь приобретала форму живого существа и вела себя своевольно. Те образцы крови, с которыми мне доводилось работать, по виду ничем не отличались от человеческих. Вик же сделал аккуратный надрез на груди Мортифора и прошептал:

— Делай что хочешь, но помоги ему выжить.

И о чудо! Кровавый дракончик кивнул, отдав честь крылом, и деловито полез в надрез. При этом он так крутил хвостом, ввинчиваясь в рану, что я чуть воздухом не подавился от смеха. Наконец весь дракончик исчез в ране. Пару минут ничего не происходило, Норри с Виком печально опустили головы. Вдруг Мортифор содрогнулся и распахнул глаза.

— Что это?! — испуганно прошептал оборотень. — В жилах словно все чешется.

— А-а-а! — обрадованно протянул Вик. — Это тебе мой дракончик перцу задает! Думал, так легко от нас уйти? Не дождешься! Мы теперь с тобой на всю жизнь повязаны!

— С возвращением в наш мир! — торжественно провозгласил Норри.

— Спасибо. Как Света?

— Стабильно, — успокоил его Вик. — Лежи и не рыпайся. Норри не приводит ее в сознание, чтобы регенерация завершила свое дело без осложняющих факторов. Боль сестренке ни к чему.

— Это да. — Оборотень устало прикрыл веки.

— Эй! — встрепенулся Норри. — Не спать! Не смей! Ты сейчас околеешь, если закроешь глаза! Мы не для того тут тебя собственной кровью реанимировали.

— Ладно-ладно, — пробормотал Мортифор и повернулся в мою сторону.

Вик с Норри обернулись следом за ним и, кажется, только сейчас заметили еще и меня.

— А с ним что делать будем? — буркнул Норри.

Вик подался вперед, так что наши лица оказались примерно на одном уровне, и посмотрел мне в глаза. По моей спине пробежал холодок. Внешность Виктора сильно изменилась, в ней появилось нечто опасное, хищное. Да и все мое нутро впервые за годы практики волновалось и нервничало. Я ощутил себя человеком, столкнувшимся нос к носу с рептилией, которая вроде и не нападает, но в любой момент может отхватить тебе нос. В Норри тоже сквозила смертоносная грация, но несколько в меньшей степени. Виктор продолжал меня обнюхивать. Кажется, мой страх ему нравится. Попал. Нет ничего хуже хищника, почуявшего твое смятение. Как ни странно, но только сейчас, столкнувшись с Виком и Норри, я понял всю опасность Светы.

В отличие от брата, она никогда не выглядела дикой тварью. И это самое страшное. Ты просто не ожидаешь удара, не можешь предугадать степень угрозы. Миленькая, веселая девушка-человек. И только немногие догадываются, какая сила кроется под обманчиво уязвимой оболочкой.

Когда-то дедушка мне рассказывал, что на одной планете самое жуткое плотоядное существо, на протяжении тысячи лет занимающее вершину пищевой цепочки, выглядело маленькой хорошенькой зверюшкой. Теперь, переосмысливая вышеупомянутое на примере Светы и Вика, я начинаю понимать открывшуюся мне истину.

— Что буйну голову повесил, солдат? — хмыкнул Вик, пристально глядя на меня.

— А что, у меня есть повод радоваться? — фыркнул я.

— Конечно, — лучезарно улыбнулся визави. — Ты же еще жив!

— Надолго ли?

— Будь оптимистом, — подмигнул мне Виктор и протянул флягу. — Думаю, пора готовить ужин. Давай ты, как самый бодрый из нас всех, об этом позаботишься.

— Да не вопрос, — пожал я плечами, вставая. — Особые пожелания есть?

— Конечно! Мясо! — хором отозвались драконы.

Обрадованный тем, что моя смертная казнь откладывается, я направился собирать хворост. Надо сегодня приготовить что-нибудь вкусное. Глядишь, драконам понравится, и они меня себе оставят. Возвращаться к работодателям ужасно не хотелось. Последние события заставили меня всерьез пересмотреть свою точку зрения на драконов. Если ты начал жалеть либо смотреть на предмет твоей охоты как на равного себе, то работать уже не можешь. И я понял, что моя карьера закончилась. Но ничего. Когда закрывается одна дверь, открывается другая. В конце концов, по какой-то там психологической статистике каждые восемь лет человек должен менять свое место работы. А я уже и так задержался на прежнем месте. Имею я право подать в отставку? Имею!

Часть четвертая

ВСЕ ЗА ОДНОГО

1

В зависимости от интонации одно матерное слово автомеханика может означать до пятидесяти различных деталей и приспособлений.

Народная мудрость

Балаур Светлана Александровна, урожденная княжна Драко, правящая глава дома Драконов

Второй раз я проснулась в более спокойной обстановке. Пошевелила пальцами ног и рук. Нормально, тело почти зажило. Открыв глаза, я огляделась. С одной стороны спал Мортифор, с другой — мирно дремали братья. Райдер хлопотал у костра. Заметив мое пробуждение, он оказался рядом со мной:

— Выспалась?

— Не знаю, — призналась я. — Не могу определить, что не так.

— В смысле? — не понял охотник на драконов.

Я прислушалась к себе. Вроде мы избежали опасности, но на душе отчего-то было гадко. Да, мы вместе. Да, мы спаслись, но оброненная эргом фраза «Я тоже спасаю самое дорогое!» оставила неприятный осадок. Словно мы по головам прошли. Да, на войне часто бывает или ты их, или они тебя, но мне почему-то все равно было грустно и противно.

Решение созрело мгновенно. Почему бы не помочь бедняге? И плевать, что эрг с приспешниками угрожали моей жизни и жизни моих близких, плевать, что травили и обижали, мне все равно захотелось помочь и этому несчастному. Другие ящеры, наверное, так не поступят, но я, видно, уродилась бракованным драконом. Скажем так, в семье не без урода. Итак, в нашем мире он потерял самое ценное. Ответ уже вертелся в голове, но на всякий случай я решила провести соцопрос и проверить свои догадки.

— Рай, — обратилась я к охотнику, — он сказал, что спасает самое дорогое. Как ты думаешь, что бы это могло быть?

— Не знаю, — пожал плечами тот.

— А для тебя что?

— Долг, — не задумываясь, ответил убийца драконов. — Мы рискуем, исполняя свой долг.

— Вик? — обернулась я к лежавшему рядом кузену. — Что для тебя самое ценное в жизни?

— Жизнь, — без колебаний ответил он. — Для любого существа самое важное сама жизнь.

Норри утвердительно кивнул.

— А ради чего вы рискнули бы ею?

— Страна, — незамедлительно ответил наследник эльфийского престола. — Правитель должен мыслить глобально и в первую очередь заботиться о благополучии своего народа, исполнять возложенные на него обязанности, а уж потом все остальное.

— Все это хорошо, но не подходит для эрга. Его жизни ничто не угрожало, на страну мы не претендовали. И долгов, полагаю, у него тоже нет.

Витька задумался.

— А если любовь? — предположил тем временем Мортифор. — Я бы рискнул жизнью ради жены и своих детей.

Я обернулась к оборотню и поняла одну простую истину: никому его не отдам и никогда не отпущу. В общем, попал, лохматый. Мой! А за свое я загрызу!

Забавно, что для этого надо было повисеть между жизнью и смертью. И почему-то от осознания этого на душе стало так легко и чудесно, что захотелось расцеловать весь мир. И в тот самый миг я окончательно призналась самой себе, что на бой с эргами меня толкнуло не только стремление спасти братьев и сохранить род, но и любовь к одному большому лохматому оборотню.

— Ну наконец-то осознала, — хмыкнул Вик, хитро улыбаясь, и тихо шепнул мне на ухо: — Я бы тоже рискнул ради любви. Только не говори никому — засмеют.

Я задумалась. Может быть, на что-то эрга толкала любовь? Ведь могут же они чувствовать гнев, значит, могут и любить.

— Интересно, а дети у них могут быть?

— Могут, — кивнул Райдер. — Правда, я не знаю, есть ли они у патрона.

— А если в архивах покопаться? — предложил Вик.

— Это должны быть очень древние архивы.

— У дяди есть, — пожал плечами Норри. — Еще в твоем замке должны быть. У суккубов есть.

— Предлагаю аппарировать в наш замок, — предложила я, — и пустить клич. Попросим родственников помочь в поисках. Нам нужна вся информация об эргах и конкретно о шефе Райдера. Как, кстати, его имя?

— Эхрншт.

— Ну? — обернулась я к Норри. — Кто строит портал?

— Нет сил! — устало отрезал эльфенок. — И вообще, где мы?

— Не знаю, вы меня бессознательной притащили.

— Я жрать хочу! — проскулил Вик. — Быка бы сейчас слопал!

— Тебе нельзя голодать, — встревожился Мортифор. — Трансформация отнимает много сил, особенно первая.

— Мрак! — вздохнул Норри. — Где же нам еду достать?

— А может, маячок пустим, чтобы нас нашли? — предложила я.

— Угу, и кто нас найдет? — хмыкнул Вик. — Враги?

— Мы сейчас вроде официально занесены в реестр ценных и охраняемых видов.

— Браконьеров еще никто не отменял, — заметил Райдер.

— Да, но если с нами что-нибудь случится, виноват будет эрг. А Эхрншту это невыгодно.

Тут вдалеке послышался гул и лязг.

— Что это? — насторожился Райдер.

Меня терзали смутные сомнения, что где-то я уже слышала эти звуки. Но где?

— Не знаю, — отозвался Норри. — Но почему-то мне кажется, что это мчится по нашу душу.

— Валим? — простодушно предложил Райдер.

— А ты не так безнадежен, охотник! — хохотнул Вик. — Схватываешь на лету!

Но мы не успели ничего предпринять — на поляну выехала кавалькада Призрачных Гончих. Так вот почему звук знакомым показался. Увидев нас, кони взвыли дурным голосом и встали на дыбы. Рыцари дружно натянули поводья и направили животин в нашу сторону.

— Милорд! — пробасил предводитель отряда. — Наконец-то мы вас нашли, милорд!

— Э-э-э, — растерянно протянул Вик. — Я теперь вроде как дракон.

— И что? — спокойно парировал рыцарь. — Вы отреклись от рода Венатор?

— Нет.

— Ну тогда все нормально. — Рыцарь поднял забрало своего шлема.

Как ни странно, в этот раз у него оказалось вполне человеческое лицо. Открытое и довольно простодушное.

— Мы уже привыкли к небольшой крови дракона в господах, — улыбнулся рыцарь. — Подумаешь, теперь ее чуть больше. Садитесь, мы вас отвезем в замок.

— В мой? — встрепенулась я.

— Можно и в ваш, — согласился предводитель Призрачных Гончих. — Но замок лорда Венатора ближе. Да и давно он не бывал в собственном имении.

— Я сейчас не в состоянии наводить порядок в доме, — пробурчал под нос Вик.

— Вик, — обернулась я к брату. — Мне нравится идея с замком, отдохнем и библиотеку осмотрим. А там портал к нашему построим. Из ритуального зала все что угодно можно сделать.

— Ну поехали, — обреченно согласился Вик.

Призрачные Гончие подхватили по одному из нас, посадили перед собой и сорвались в галоп. Мне, к слову, достался магистр. Вик ехал по правую руку от магистра ордена вместе с командором.

Замок лордов Венатор был построен в готическом стиле и располагался на отвесной скале. Немного жесткие и оттого кажущиеся хищными линии архитектуры. Постройка, казалось, вросла в камень. Карнизы под окнами небольшие, из чего можно сделать вывод, что предки Вика были более предусмотрительными, чем прочие расы. Мортифор, похоже, вспомнил нашу первую встречу и понимающе хмыкнул.

Несмотря на мое относительно давнее знакомство со второй родиной, в замке Вика я еще ни разу не была. Кузен бывал здесь лишь проездом и чаще свое имущество видел на картинках. Все хозяйственные вопросы решались через магистра Призрачных Гончих.

В замковом дворе было пустынно. Обычно, когда хозяин приезжал впервые в сезон или с супругой, во двор выходили встречать все слуги.

— А где все? — спросила я у магистра.

— В смысле? — обернулся ко мне рыцарь. После того как он узнал, что я сестра Вика, его отношение ко мне изменилось. Он больше не пытался меня убить и вообще относился на удивление терпимо.

— Где все слуги? — повторила я вопрос.

— А их нет, — громыхнул доспехами рыцарь. — Мы тут уже тридцать лет живем одни. Правда, пять лет назад здесь паразиты завелись.

— Какие паразиты? — встрепенулся Вик. — Почему я о них не знаю?

— Ну, нам, полутелесным, они не особо надоедают, — замялся магистр ордена. — Даже иногда с ними веселее.

Я задумалась. Паразиты, которые не шибко портят жизнь пять лет, не такие уж и паразиты. Как-нибудь и мы их переживем. А у лордов Венатор может оказаться хорошая библиотека. Вполне возможно, что у них, ярых врагов дракона, информации об эргах гораздо больше. Впрочем, сейчас меня интересовала пригодность замка для жизни.

— Замок функционирует нормально, — словно прочитав мои мысли, ответил рыцарь. — Водопровод, кухня, отопление и прочие функции выполняет наложенная на замок магия. Мы обновили все необходимые заклинания около пяти лет назад, когда стали появляться паразиты.

— Отлично! Значит, мы сможем принять ванну, поесть и связаться с Артуром Семину, Нох-рам-Лукушем, Лерри, Арк'ментр'морком, сарками и другими расами.

— Будет сделано, госпожа, — поклонился рыцарь.

Я немного зависла. Одно дело — терпимое отношение, и другое — повиновение.

— Как я могу быть вам госпожой?

— Вы сестра господина, следовательно, вторая ветвь власти.

— Чудесно! — подал голос Райдер. — Только Драко смогли сделать так, чтобы Призрачные Гончие, призванные охотиться за драконами, оказались у них в услужении.

— Ты что-то имеешь против? — ухмыльнулся Вик.

— Что вы! Просто восхищаюсь! — пробормотал тот.

Магистр пошел организовывать связь с родичами, а мы отправились по комнатам. Мне отвели довольно просторные и светлые покои. В центре стояла большая двуспальная кровать, слева ванная комната, справа комната, смежная с покоями Мортифора. Я умылась и попробовала магией очистить одежду. Вдруг за моей спиной что-то промелькнуло. В зеркале я успела увидеть край шифоновой ткани. Хм, это еще что такое? Кажется, я тут не одна.

Я отправилась навестить братьев. В комнате Вика никого не было. В соседней обнаружился встревоженный Норри, сидящий на подоконнике.

— Ты что-нибудь чувствуешь? — спросил он.

— А ты? — ответила я вопросом на вопрос.

— Присутствие чье-то. Причем кто-то очень голоден.

Я вышла в коридор и огляделась. По-прежнему никого рядом не наблюдалось. Вдруг за закрытыми дверями раздался звук падения и чертыханье Норри.

— Что случилось? — влетела я в комнату.

— Я понял, что за паразиты тут живут. Это суккубы.

— Но они же разумная раса!

— Дикий отряд амазонок. Они не признают власти твоего предка.

— Но почему рыцари назвали их паразитами?

— А мало ли причин? — пожал плечами Норри. — Они живут в чужом замке, они питаются энергией других существ. Кстати, ты не видела Вика?

— Ему может угрожать опасность? — испугалась я.

— Ему вряд ли, — хмыкнул Норри. — Он сам кого угодно провампирит, с его-то наследственностью. А вот Мортифора мы едва откачали.

— Вот паразиты! — рыкнула я и помчалась в комнату мужа.

— Кстати, Свет! — крикнул мне вслед Норри. — Не в обиду будь сказано, но у тебя чего-то рога растут!

«Еще бы не росли! — хмыкнуло левое полушарие. — Муж в такой компании! Там даже покойник согрешит!»

— Вот тогда он точно труп! — рыкнула я наполовину трансформировавшимся горлом. А вот теперь я точно зла! Точнее, в конкретном бешенстве!

Встретившиеся на пути рыцари в ужасе шарахались в стороны, уступая дорогу. Ох, зря эти демоны здесь паразитничать стали! Я их обратно в леса выдворю!

Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на оборотне. Ага! Вот он! В уме возникла карта замка, на которой местонахождение Морти определялось розоватым маячком. Прикольно! Так, значит! Налево, направо… А вот эта дверь мне и нужна. Я подергала ручку. Закрыта. Ну кто бы сомневался!

Недолго думая я ударила по ней ногой. Бешенство прибавило мне драконьих сил, и массивный кусок дуба вылетел вместе с косяком. Когда улеглись тучи пыли, я увидела семь красавиц, встревоженно уставившихся на меня.

Морти, устроившийся на верхней части столбика кровати (как и я когда-то), облегченно вздохнул и помахал мне рукой. Абзац! Одно дело я, полтора метра в прыжке, и совсем другое — двухметровый, двухсоткилограммовый оборотень на насесте. Как он туда попал? Без магии явно не обошлось!

Демоницы, не узрев угрозы в моем лице, поморщились и вернулись к прежним занятиям.

— Проходи мимо, девочка, не задерживайся, — пробормотала самая разодетая из них. Наверное, предводительница. С нее я, похоже, и начну убийство!

Тем временем главная продолжала усугублять ситуацию, взявшись за столбик кровати и принявшись его трясти.

— Слезай, красавчик, мы тебя не обидим!

Я зарычала и принялась распределять порядок убийств. Ну все, блондинка, мало тебе не покажется! И ты, рыжая, зря облизываешься! А тебе, брюнетка, я голову откручу.

Мои острые когти оцарапали стену. Самая юная и ближе всех стоящая ко мне прелестница обернулась и побледнела.

— Госпожа Анна, — прошелестела она, — кажется, у нас проблема! Эта девочка — дракон.

— Да брось, — поморщилась главенствующая блондинка, — драконы прекрасны, а это неоперившийся ребенок, сплошное недоразумение. Ты еще настоящих драконов не видела. Вот я…

«Вот ты их сейчас и увидишь!» — хмыкнуло левое полушарие.

— Позвольте не согласиться, госпожа, — мотнула головой девушка, — вы плохо ее рассмотрели.

Она окинула меня оценивающим взглядом, особое внимание уделив перстню на руке, и обернулась к Морти. Тот демонстративно помахал девушке окольцованной ручкой.

— Ой! — вскрикнула девушка. — Миледи, она все-таки дракон! И кажется, у нас появилось два отягчающих обстоятельства! Первое — она женщина, второе — мы покусились на ее мужа!

Вот теперь они все обратили на меня внимание. Я не стала их разочаровывать и понимающе оскалилась.

— Ёптр турен имбарр! — оценила ситуацию их предводительница.

— Хуже! — прошипела я. — Вам полный капут!

— А-а-а! — сориентировались женщины и кинулись к окну.

Видно, в гневе я страшна, раз дамы не побоялись сигануть с четвертого этажа. Я рванула за ними. С визгом они пронеслись по мощеному двору и скрылись за углом деревянного сооружения, около которого магистр Призрачных Гончих чистил коня. Я просчитала, что красотки выпрыгнут с противоположного конца, и бросилась им наперерез.

— Стойте! — заорал мне вслед магистр. — Не убивайте их! Они наши! Ручные! Они больше так не будут!

— Конечно, не будут, — кивнула я. — Потому что не переживут этого дня.

— Приношу свои извинения! — прокричала главная паразитка, первой убегая от меня.

— Ну нет! Ты же драконов видела, знаешь, что сейчас последует!

— Помилуйте! — вмешалась самая младшая. — Мы не знали, что оборотень ваш. Нам тут просто скучно стало! Рыцари давно не появлялись. Да и полутелесные они! Нам так на один зуб.

— Свет! — преградил мне дорогу неизвестно откуда взявшийся Вик. За его спиной нервно стриг ушами Норри. — Не трогай их. Они раскаялись.

Демоницы, получившие защитника в лице моего двоюродного брата, интенсивно закивали:

— Мы не будем! Не трогайте нас. Мы даже за замком станем смотреть! Мы вам обед приготовим!

— Свет, — заглянул в глаза мне Вик. — Ну пожалей рыцарей. Если ты девушек убьешь, что им, полутелесным, останется? Последнюю отраду уничтожишь!

Глядя на суккубов, я понимала, почему у Призрачных Гончих не поднялась рука вытравить таких «паразитов». Подозреваю, что рыцари все заклинания обновили именно для них. Но вот интересно, как они сосуществуют!

— Мне тоже интересно, — признался Вик.

Магистр ордена смущенно покраснел и признался:

— Некоторое время в году мы можем быть телесными. Ну а все остальное время даже посмотреть приятно. Они танцевать любят, с раздеванием.

— Все ясно, — хмыкнул Вик и, обернувшись к демоницам, сообщил: — Вассальную клятву дайте мне, бесстыдницы, пока Света вам головы не посносила!

«Паразитки» быстро сориентировались. Я вздохнула и направилась к Мортифору. Злость отступила, и снова о себе напомнил голод.

Остаток дня прошел на удивление спокойно. Суккубы быстро организовали нам обед и теперь не беспокоили, играя с рыцарями в карты. Мы восьмой час безвылазно штурмовали книги в библиотеке Венаторов. Все-таки Витькины предки специализировались на убийстве драконов и, вполне возможно, могут многое рассказать о «пьющих душу». Эх, жаль, Артур ничего конкретного пока не нашел.

Я потянулась. Хорошо, что Венаторы любили комфорт и постелили на полу мягкий ковер, законопатили стены, расставили всюду кресла и кушетки, отчего помещение было уютным и теплым. И все же усталость давала о себе знать.

Я отправилась на кухню. Там обнаружились современные продукты. Интересно, это рыцари для Вика постарались или опять же для своих «паразитов»? Сварила для всех кофе с корицей, прихватила на подносе сахар, сливки, печенье, бутерброды с колбасой и вернулась обратно.

Братья обрадовались ароматному напитку, как манне небесной. Особенно их воодушевила перспектива чего-нибудь пожевать. Видно, сказывались последствия трансформации. Я и сама, освоив ее, стала реальным троглодитом.

— А это тебе, — поставила я перед изумленным Райдером кружку.

Братья переглянулись и криво усмехнулись.

— Спорим на десять баксов? — протянул Норри руку.

— Пятнадцать, — кивнул Вик.

Райдер напряженно замер.

— Пятьдесят баксов, что там ничего нет, — внезапно подал голос Мортифор.

Вик с Норри обернулись к нему, затем вопросительно посмотрели на меня.

— На вашем месте я бы подняла ставку, — картинно потупив глазки и демонстративно шаркая ножкой, отозвалась я.

— Семьдесят пять? — робко предложил Витька.

— Продешевишь, — хмыкнула я.

— Сто! — махнул рукой Норри.

— Идет, — подхватил ставку Мортифор.

Все обернулись к замершему с протянутой рукой Райдеру.

— Что? — с вызовом буркнул он.

— Пей! — хором отозвались мои спутники.

— Не бойся, — решила я обнадежить несчастного. — Я ничего тебе такого не добавляла.

— А если и добавила, то яд будет вкусным! — с невинной улыбкой успокоил эльфенок.

— Давай быстрей, — подначил Райдера Вик. — Мне хочется выиграть свои деньги.

— Не бойся, — внес свою лепту Мортифор. — Если что, я за тебя отомщу!

— Морт, — вкрадчиво произнес Райдер, — полагаю, тебе неприятно будет это услышать, но должен отметить, что повадками ты всегда был похож на драконов, а теперь особенно.

— Это он к тому, — ухмыльнулся Вик, — что ты такой же бесстыжий гад, как и мы!

— Когда будем отращивать крылья? — деловито поинтересовался Норри.

— Что поделаешь, — вздохнул Мортифор, обращаясь к брату. — С кем поведешься, от того и наберешься.

Мы рассмеялись, но Райдер продолжал серьезно на нас смотреть.

— Что случилось? — нервно передернула я плечами.

— Я только что понял одну интересную истину, — улыбнулся Райдер. — У нас есть легенда, что каждый дракон несет в себе ту или иную суть от первосозданного, то есть либо Свет, либо Тьму. На Гее, похоже, существует своеобразное равновесие, потому что вы трое удивительно сбалансированы. В тебе, княжна, преобладает свет в той же степени, в которой у твоего наследника превалирует тьма. Вы как две половинки друг друга и одновременно полное зеркальное отражение. Как две ладони. А у эльфа свет и тьма ровно пополам!

— Значит, есть возможность быть потомком Сумрака? — спросила я, заинтересовавшись его теорией.

— Скорее всего, вы все трое и есть его потомки, — ответил Мортифор. — Потому что только от Тьмы или только от Света такого равновесия не получишь. Там всегда перекос, только если они не спариваются друг с другом.

— Нам сейчас это как-нибудь поможет? — поинтересовалась я.

— Вряд ли, — поморщились Морти и охотник.

— Тогда за дело, — кивнула я на книги. И сама вернулась к штудированию фолианта «Живые и неживые существа вокруг нас». Увы, ничего путного мне не попалось, и, захлопнув книгу, я спросила:

— Рай, а у эргов и демиургов точно бывают дети?

— Да, — ответил охотник. — Они их очень берегут, ни в чем не ограничивают, даже разрешают играть судьбами людей в мирах.

— А у нашей главной парочки?

— Я не знаю, но вполне возможно.

— Раз они размножаются, то почему мир не трещит по швам?

— Вселенная тоже не стоит на месте, — заметил Мортифор. — Каждую минуту создается новый мир. И в каждый новый мир уходит пара эрга и демиурга.

И тут меня озарило. Если в каждом мире по взрослому эргу и демиургу, а с мирами могут играть дети, то сущности, скорее всего, уходят в иные миры, когда у них появляются внуки. А когда дети играют — мало никому не покажется. Я представила, что бы было, если бы нам с Виком в детстве дали в распоряжение мир… М-да, жди катастроф!

— Райдер, а когда Гея перешла в распоряжение Эхрншта?

— Я не знаю, — пожал плечами охотник на драконов.

И тут я вспомнила о катаклизмах, которые ознаменовали начало правления Дорваны. Потом все прекратилось, но стали нападать эрги. Может, здесь потерялись маленькие дети? Если учесть, что время жизни эрга в земной оболочке ограничено, то понятно, почему Эхрншт спешил с захватом. И ясно, почему через сто пятьдесят лет они прекратят попытки. Пропадет смысл кого-то спасать.

— Ребята, нам надо не про сущности информацию искать, а внимательно изучить климатические прогнозы и что-то необычное!

Я изложила свою теорию об играх маленьких сущностей. Нужно выяснить, что было необычного или невероятного. Звездопад, ураганы, разломы. Когда началось, сколько длилось. Может, это даст нам зацепку, что искать.

— Понял, — улыбнулся Вик и потянулся к толстенной «Хроники былых лет».

Мы разбрелись по библиотеке в поисках чего-нибудь подходящего. Даже Райдер выбрал себе книгу и пристроился рядом со мной. Насколько я поняла, путь назад ему на ближайшие сто лет закрыт. Для эргов он, не убив и укрывая дракона, стал фактически предателем. Его бы казнили следом за мной и Морти, если бы Эквилибриум за нас не заступился. Теперь, когда я под охраной закона, Райдер чист. И эрги не могут ничего ему инкриминировать, но никто не отменял наемных убийц и магов. Месть — блюдо, которое подают холодным. Вот и получается, что бедный Райдер к нам привязан. Надо будет найти ему дом.

— Народ, слушайте, — потряс книгой Вик. — Около ста семидесяти лет назад вождю джапов захотелось завоевать мир.

— Что-то мне это напоминает, — покосился Норри на Мортифора.

— Дальше больше! — понимающе кивнул Вик. — Вождь решил захватить реликвию — доспехи Ррау.

— Кто такой Ррау? — спросила я.

— Местный божок племени зуров, — поморщился Мортифор. — За войну отвечает.

— Его точно не существует? — насторожились мы, разглядывая изображение оскаленной деревянной статуэтки. Фигурка была настолько страшной, что невольно возникал вопрос: это мастер подкачал или божок настолько внешностью не вышел?

— Точно, — заверил оборотень. — Функции божка выполняет твой сосед, дядя Вася. Однажды он к ним в таком состоянии явился, что этот идол краше выглядел. Кстати, «Ррау» на языке зуров означает «увидишь — обделаешься!».

— А так красиво звучит, — вздохнул Вик. — Впрочем, мне теперь стало понятно, почему дядя Вася особо надоедливых типов называет «зурами позорными». Видно, совсем его достало местное племя, раз он такую славу снискал!

— А что там с джапами? — вклинился Норри.

— Ах да, — вернулся к повествованию Вик. — Для того чтобы добраться до реликвии, джапам надо было завоевать больше половины человеческого континента, а также пересечь Клыкастый материк.

— Это наш, что ли? — удивилась я. — И что? Нашлись камикадзе?

— Ага, — усмехнулся кузен. — Правда, потом они решили, что им дешевле будет обогнуть наш материк по океану, чем через твои земли ломиться. Да и обход через земли народа Тван кон Су их не вдохновлял.

— И я догадываюсь почему, — хмыкнула я.

Народец Тван кон Су — страшные твари с отвратительным характером. Даже мы, драконы, душки по сравнению с ними. Внешность их сложно описать, да и описывать не захочется, потому что если приглядеться хорошо и запомнить, то они потом в кошмарах будут сниться.

Я взяла лежащую рядом карту мира и стала карандашом наносить на ней маршруты и места.

— Где хранятся эти ценные доспехи?

— Вот тут. — Вик указал на океан, который орки называют Большая вода, и обвел центральный остров архипелага. Когда-то на этом месте находился шестой материк. Но землетрясения и магические войны разрушили его, превратив в группу островов. — Здесь, по легенде, сохранился храм древних богов, а именно нашего загадочного Ррау. Джапы верят, что на алтаре стоит каменное изваяние бога, одетое в волшебные доспехи.

— Многовато для захвата. А копье у них не треснуло? — удивилась я, глядя на карту мира.

Для захвата доспехов джапам надо было преодолеть огромное расстояние. На Гее пять материков: Темный, Проклятый, Клыкастый, Человеческий и Полярный. Первые два являются аномальными зонами, там постоянно сбоит магия и страшный радиоактивный фон. К счастью, они отделены океанами и стоят обособленно.

На Клыкастом материке сосредоточены территории нелюдей. Человеческими тут являются только Арлетта, да бывшие территории Каракурта и Михея эль Туцира. Полярный материк редко заселен. Зато Человеческий материк по размерам превосходит нашу земную Евразию. Наверное, если бы не это обстоятельство, люди бы поперлись и на нелюдей. Впрочем, время от времени им и так отказывает инстинкт самосохранения. Территория джапов находится на востоке, на краю материка. Чтобы добраться до доспехов, воинам нужно было преодолеть более тридцати тысяч километров.

— Но до доспехов они, похоже, не добрались, — тихо заметил Райдер.

— Почему ты так решил? — удивился Норри.

— А вы видите где-нибудь поблизости джапов? Мир им не принадлежит.

— Ты прав, — согласился Вик. — Джапы шли очень удачно. Они захватили Эльдорадо, зуров, Сирию, Фесалию, Гамби, Арлетту, княжество Туцир. Поговаривали, что им благоволили боги. Но около ста шестидесяти лет назад начался звездный цикл Дракона, и на Гею пришел новый дракон. И удача изменила воинам.

— Кто это был? — внезапно поинтересовался Райдер.

— Дорвана, — ответил Норри, заглядывая в книгу из-за плеча Вика.

— А потом мир стали сотрясать катаклизмы, — тихо проговорил Райдер.

— Откуда ты знаешь? — обернулся к охотнику мой кузен.

— Догадался, — съязвил тот.

— А вот меня больше карта интересует, — прервал наши дебаты Мортифор и кивком указал на карту. — Смотрите, вам она настольную детскую игру не напоминает?

— Ага, — согласился Вик. — Вначале играла одна детка, и джапам «благоволили боги», а потом подключилась вторая…

— И вызвала дракона, — закончил Райдер.

— Что? — удивились мы.

— У эргов и демиургов есть такое выражение «разыграть карту Дракона». Здесь же очень поэтично получилось: наступление цикла Дракона совпало с его пришествием. Как будто все подстроили. Кроме того, голову могу дать на отсечение, что джапам перестало везти.

— Перестало, — кивнул Вик, — но мир готов был схлестнуться в смертном бою. А потом вдруг прошел метеоритный дождь — и все прекратилось.

— Совсем? — удивилась я.

— Ага, — кивнул Вик.

Норри заинтересованно покосился в его книгу и заметил:

— Но здесь сказано, что через год на Гею обрушились еще большие катастрофы, и создания, пьющие душу, попытались прорваться в наш мир.

— Ага! Вот оно! Возможно, маленький эрг попал сюда с метеоритным дождем!

— Например, в космическом шаттле! — загорелись глаза у Норри.

— Фу, Норри, откуда у эльфа такие нездоровые фантазии? — поморщилась я. — Скажу маме, чтобы запретила тебе смотреть телевизор!

— Но это действительно могло быть что-то вроде шаттла, — заступился за эльфа Мортифор. — Какая-то ячейка, не позволяющая маленькому эргу погибнуть в этом мире без энергии.

— А что там еще сказано?

— Что дракон впервые в жизни пригодился, — вздохнул Вик. — Дорвана выгнала захватчиков и посмертно опечатала Гею щитом. Но интересно, что около двадцати пяти лет назад Гею опять сотрясли войны и катаклизмы.

— Родители пришли? — поинтересовался Норри.

— Да, но беда началась еще до них. Словно детки опять играли.

— Но деток уже не было! Эрг находился на Гее!

— Может, еще одна? — предположил Морти. — Рай, у эргов и демиургов бывает двое детей?

— Редко, но бывает. Проблема в том, что до совершеннолетия они связаны. Умрет один ребенок — погибнет и второй. Потому эрги не стремятся заводить более одного отпрыска.

— Вот почему эрги хотят захватить этот мир. Если погибнет один, Эхрншт лишится всех.

Мы взглянули на карту с нанесенными метками и маршрутами. Еще цифры пририсовать, и получится классический фэнтезийный квест. [0] Вот только где искать капсулу? Жаль тут красным крестиком не отмечено! [0]

— Может, там сказано, куда упал метеорит?

— Где-то в районе замка «Сердце Дракона».

— А замок где? — поинтересовался Райдер.

— После того как он ушел под землю, найти его крайне проблематично, — заметил Норри. — На поиски загадочной твердыни отправлялись сотни искателей приключений разных рас и возрастов, но никто не смог ее обнаружить. Лишь блуждали по местным чащобам и болотам.

— То-то фауна тогда процветала! — заметил Вик. — С такой регулярной подкормкой!

— Говорят, дракон может почувствовать свое родовое гнездо даже под землей, — заметил Мортифор. — Свет, ты что-нибудь ощущаешь?

Я прислушалась к себе. Ничего. Я попробовала про себя загадать, где находится утерянный замок. И опять ничего, только в животе заурчало. Жаль. Впрочем, неплохо было бы знать наверняка, что маленький эрг связан с замком, чтобы не тратить времени на поиски.

— Там точно так сказано?

— Ну суди сама, — протянул мне книгу Вик. — В деревне в районе замка «Сердце Дракона» видели падение звезды и всполохи синего пламени вдалеке.

— А воронка от падения и пепелище?

— Жители говорят, что он, к счастью, упал в лес, на болото. На следующий день охотники ходили проверить территорию, но сильных повреждений не обнаружили, лишь поваленные и поломанные в верхушке деревья и увеличение болота. Если учесть отсутствие кратера и синий цвет пламени, то он, похоже, упал в болото.

— Значит, нам теперь надо найти нужное болото, что в принципе равносильно поиску иголки в стоге сена.

— Вначале, полагаю, наш исчезнувший под землей замок. Он может служить ориентиром. Еще бы хорошо местных жителей подключить.

— Если они там еще живут, — мрачно заметил Райдер. — У вас, похоже, болота — опасная для жизни территория.

— Да, — усмехнулся Вик. — У них всегда была плохая карма.

— А все потому, что на севере, не по фэн-шуй расположены, — вклинился Норри.

— Нет, тебе определенно вредно смотреть телевизор! — шарахнулся в сторону Вик.

— Я пошел искать книгу с описанием нашего имущества, — поднялся с пола Норри.

— И как ты собираешься это делать? — хмыкнул Райдер.

Норри молча указал в сторону стеллажа, где стояла книга, на корешке которой большими буквами было написано: «Гады. Что с ними делать». Забавно, если она окажется сборником рецептов по приготовлению змей. Хотя не думаю, что Венаторы были гурманами.

В книге помимо оскорблений в наш адрес действительно приводилась подробная перепись моего имущества с детальным описанием и сетованиями на неподкупность слуг.

— О! Света, смотри! — встрепенулся Вик. — Кажется, это про наш замок говорится! «Нет места более поганого, чем замок, расположенный в лесу, около болот. Живут там самые разные твари, любящие полакомиться человеческим мясом». Ты смотри, а болота никогда курортом не были! Видно, это судьба у них такая, исторически сложившаяся. Тут еще говорится, что «драконам нравилось гостить в замке „Сердце Дракона“.»

— А как нам туда добраться? — оживился Морти.

— Советуют проехать около тридцати километров на северо-запад, а потом взять чуть левее. К сожалению, все через болота.

— И чего твои предки лучше места не выбрали?! — возмутился Райдер.

— Это же пограничный замок! — встала я на защиту рациональности пращуров. — Опора наших земель.

— Уверен, теперь, когда он под землей, на него особенно приятно уповать, — хмыкнул Райдер.

— Давайте лучше с планом разберемся! — сказала я. — Мы находим место, где стоял замок. А дальше что?

— Понадеемся на твое чутье, — улыбнулся Вик. — Вдруг ты его почувствуешь.

— А потом?

— А потом будем обследовать болото.

— Ужасный план! — «одобрила» я. — Никакой организации!

— Зато он у нас есть, — оптимистично заметил Вик.

— А вдруг нам повезет? — обворожительно улыбнулся Мортифор.

— Жуть какая! — сплюнул Райдер. — У кого-нибудь есть план лучше?

Мы все молчали, не зная, что предложить. Поиск маленького эрга вносил немалый хаос в нашу жизнь. Перед нами атлас Геи, но никаких ориентиров, зацепок или еще чего-нибудь в этом духе. Только наши домыслы и догадки. О том, что в нашем мире потерялся маленький эрг, не догадывались даже наши родители, иначе бы давно устранили «спорный угол».

На следующий день мы выехали ближе к обеду. К этому времени нас успели найти метаморфы и пегасы Норри. Как хорошо, когда у животных чутье на местонахождение хозяина!

Райдер ворчал, что нас на ночь глядя в болота потянуло. А нам не впервой ночевать на свежем воздухе. Услышав о наших намерениях, Призрачные Гончие так обрадовались, что даже снарядили отряд для того, чтобы проводить своих «дорогих» хозяев до границы земель.

Вик ужасно гордился подданными. А по-моему, рыцари просто на всякий случай хотели скорее нас выпихнуть за дверь, чтобы мы не передумали и не тронули их горячо любимых «паразитов».

2

Если бы эти старые стены могли говорить, какими бы они были занудами!

Роберт Бенчли

Два часа путешествие протекало на удивление спокойно. Никто за нами не гнался, никто не приставал. Вот и территория земель Венатор закончилась, а вокруг все та же тишь да гладь. Даже не верилось, что мы ехали по знаменитым драконьим болотам с отвратительной флорой и фауной. Впрочем, может, живность почувствовала в нас опасность и решила не связываться. А может, причиной были ехавшие рядом рыцари. Магистр поведал, что лорд Венатор неоднократно пытался проникнуть в наш замок. Рыцари провожали его туда и примерно через неделю забирали обратно. Месяц лечили, а потом все повторялось вновь. Так что дорога к «Сердцу Дракона» была настолько утоптанной, что даже теперь, спустя сорок лет, не заросла травой. Они б ее сразу замостили! Для удобства!

— Долго еще? — хмуро поинтересовался Райдер.

— Нет, уже скоро, — ответил магистр. — Вон там за поворотом будет территория замка. Мы, к сожалению, дальше с вами ехать не можем. Однажды один из праправнуков Венаторов, лорд Игнатус, решил нарушить традицию и напасть не в одиночку, а осадить замок Драко вместе с нами. Тогда правящий Дракон, Корвин Драко, так осерчал, что проклял эти земли. И теперь мы не можем подойти к замку ближе чем на тысячу метров.

— Даже теперь, когда он ушел под землю? — удивился Вик.

— Похоже на то, — кивнул магистр. — Потому что я чувствую преграду. Мне все труднее и труднее ехать вперед. А скоро я не смогу сдвинуться с места. Все как всегда.

— Значит, у нас есть шанс! — оживился Мортифор. — Заклятие было привязано к замку. Раз оно еще работает, значит, замок до сих пор цел.

— Да, — хмыкнул Вик. — Он просто под землей! Очаровательно!

— Уже что-то, — попытался успокоить его Норри. — Осталось только подумать, как его извлечь оттуда.

Все с надеждой посмотрели на меня.

— Что? — нервно фыркнула я. — Я не знаю, как его достать!

— А давайте хотя бы до места доберемся, — предложил Мортифор. — Радует одно: если магистр не может ехать дальше, то замок где-то в радиусе тысячи метров плюс-минус сколько-то там.

— А может, воспользуемся магистром и прочими рыцарями в качестве металлоискателя? — предложила я.

— Не надо нами никак пользоваться! — встрепенулся магистр Призрачных Гончих. — Замок раньше был на поляне. Сомневаюсь, что он умеет ползать под землей. Вот если вы его там не найдете, тогда пожалуйста.

— Какие нынче нервные рыцари пошли, — хмыкнул под нос Райдер.

— Они, наверное, домой, к паразитам торопятся, — понимающе протянул Вик. — А тут мы со своим замком и перспективой суточных раскопок.

Рыцари потупились, но опровергать Витькины слова не стали. Видимо, подданные похожи на своих хозяев.

Попрощавшись с рыцарями, мы направились дальше по дорожке и через пять минут оказались на просторной поляне, в центре которой возвышался холм с абсолютно плоской вершиной. В какой-то момент у меня возникло гнетущее и пугающее чувство. Норри с Виком настороженно заозирались. Мортифор инстинктивно приподнял верхнюю губу, словно зверь, собирающийся зарычать. Райдер предостерегающе вскинул руку.

— Вы слышите? — тихо спросил он.

— Что? — настороженно обернулся Вик.

— В том-то и дело, что ничего! — заметил охотник на драконов.

И я поняла, что меня испугало. Повисшая вокруг гробовая тишина. Еще минуту назад в лесу пели птицы, шумели деревья, бегали по веткам белки, бурно выясняли где-то отношения сороки, но стоило нам ступить на поляну, как все звуки словно топором обрубило.

Беззвучно колыхалась на ветру трава. Меня это место пугало и завораживало одновременно. Оно что-то напоминало. Ощущение тревоги усилилось, пульс участился и застучал в висках.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — вдруг раздался тихий шепот у меня в голове. И тут же со всех уголков поляны ему стали вторить мужские и женские голоса: — Йяк ша-лин ин-шаасса! Йяк ша-лин ин-шаасса, малышка! Ну же, девочка! Повтори: «Йяк ша-лин ин-шаасса!» Ты же помнишь эти слова? Ты же все помнишь? Йяк ша-лин ин-шаасса!

Сердце теперь уже безудержно колотилось. Где-то глубоко-глубоко внутри стало очень-очень страшно. От странных голосов и их призыва у меня мурашки побежали по коже, и я почувствовала, как волоски стали дыбом. Мне здесь было плохо. Тревожно и как-то тоскливо.

— Вик, Норри, — тихо позвала я. — Вы что-нибудь слышите?

— Нет, — мотнул головой Витька. — Здесь очень тихо и как-то печально.

— Тебе здесь плохо? — встревожился Норри. — Тошнит? Голова кружится?

Мортифор придержал коня и поравнялся со мной, бросив в мою сторону обеспокоенный взгляд. Муж был готов в случае чего подхватить меня и сбежать. Я прислушалась к себе. Нет, физически со мной все было в порядке, вот только душа трепетала в теле, как пойманная птица. И было так жутко, аж мороз по коже.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — вновь раздалось в моей голове.

Где-то я уже слышала этот шипящий и одновременно свистящий язык. Каким-то седьмым, непонятным мне чувством я понимала значение слов: «Приди ко мне!»

— Люди, вы голоса не слышите?

— Какие? — встрепенулся Мортифор.

— Тихие, они шепчут мне одну и ту же фразу, умоляют повторить.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — словно в подтверждение моих слов зазвучал в голове мужской шепот. — Ну же, малышка, только не говори мне, что забыла этот язык! Твое горло в силах правильно произнести эти звуки! Будь хорошей девочкой, повторяй за мной: йяк ша-лин ин-шаасса!

Мортифор перегнулся через седло и взял меня за руку, отчего голоса отступили на второй план. Появившийся ниоткуда ветер взметнул в воздух горсть сухой листвы и швырнул его в лицо оборотню, совершенно не потревожив меня.

— Не отвлекай, малышку! — прошипел все тот же мужской голос.

— Ты его слышишь? — обернулась я к мужу.

— Кого? — удивился тот.

— Мужской голос. Он просит тебя не отвлекать меня от чего-то важного.

— Тебе неспокойно? — спросил Мортифор, щупая пульс на моем запястье. Обычно там его не услышать, но сейчас я ощущала его глухими сильными ударами. — Страшно, и на душе так противно, что хочется выть?

— Что это? — обернулся Норри. — Незнакомая магия?

— Нет, — покачал головой супруг. — Здесь неопасно, я это чувствую. Может, так Света реагирует на разыгравшуюся здесь когда-то трагедию? На этой поляне стоял ее родовой замок Драко. Здесь окраина их вотчин. Если в центре княжества располагается вычурный и готический замок «Когти Дракона», то здесь находилась крепость-твердыня. Гигантская, неприступная. Тысячи лет представители Светиного рода находили кров и защиту на этом месте. Это был их оплот, их гордость, их спасение. К сожалению, именно здесь и убили Дорвану. В этом лесу напали и на Лорриэля. От стрелы засевшего в засаде лучника погибла его жена Лия. Тогда лорд Драко прихватил ребенка и отступил. Лес спас его, а нападавшие все до одного погибли.

— Как это случилось? — спросил Вик.

— Не знаю, — пожал плечами оборотень. — Сведений не сохранилось. Сам понимаешь, мертвые молчат.

— Может, это место проклято? — встрепенулся Норри. — Есть такие отсроченные проклятия…

— Вам здесь ничто не должно грозить, — перебил его Мортифор. — Это же ваша территория. Если здесь и есть что-то, то оно направлено на вашу защиту.

— Почему же Свете плохо? — возразил Норри.

— Я где-то читал, что у драконов есть память поколений. На этом месте произошла трагедия, и какая-то часть Светиной души вспомнила это.

— А не много ли ты читаешь о драконах? — ревниво покосился на Морти Райдер.

— Если ты еще не заметил, я женат на одном из них! — парировал Мортифор. — А еще у меня шурины-гады!

— Я бы попросил! — вскинулся Вик.

— Это констатация факта, — спокойно пожал плечами Мортифор.

— Ну смотри, лохматый!

— Так как мне быть? — спросила я. — Сделать то, что они просят?

— Я не чувствую опасности, — твердо кивнул Мортифор. — В любом случае, прежде чем что-то делать, спроси их.

— А лохматый не дурак! — восторженно прошептали голоса. — Нам нравится!

— Не отдам! — мрачно буркнула я.

— А мы и не просили, — хмыкнули голоса. — Мы не враги, чтобы забирать его у тебя. Такой умный, симпатичный, породистый мальчик! Молодец, малышка!

— Кто вы?

— Предки твои.

— Почему вы проявились здесь и сейчас?

— Повтори слова — узнаешь!

— Не нравится мне это.

— А с кем ты разговариваешь? — спросил Вик, напряженно оглядываясь.

— С нашими предками.

— Тогда не к добру это! — буркнул Витька. — Я наших предков знаю. От драконов одни неприятности!

— А ничего, что ты сам дракон? — хмыкнул Райдер.

— Потому и знаю, что от нас одни неприятности, — пояснил Вик.

Норри остановил коня.

— Свет, а может, имеет смысл выполнить их просьбу? — предложил он.

— Мертвые редко когда лгут, — добавил Мортифор.

— Зато много темнят, — фыркнул Вик.

— А что им еще остается? — парировал оборотень. — В вечности скучно. Одно развлечение — живых донимать.

— Ну что ж, будь по-вашему! — Я выехала вперед, остановившись перед приплюснутым холмом, и, почему-то вскинув руку, хрипло произнесла: — Йяк ша-лин ин-шаасса!

Связки дрогнули, преобразуясь под верное произношение слов, отчего собственный голос прозвучал низко и властно. И тут меня осенило! Это язык драконов! Древний и мертвый! Когда-то на нем говорил весь мир, а теперь его можно найти только в книгах.

— Йяк ша-лин ин-шаасса! — уже уверенно и твердо повторила я.

Почва под ногами затряслась, и на вершине холма из-под земли стал вылезать замок! Огромные черные башни, словно клыки огромного зверя, протыкали небо, гладкие стены в лучах заходящего солнца отливали темно-серым перламутром. Он уже высунулся метров на двадцать пять, и все продолжал расти. Постройка была массивной, в романском стиле. Сразу видно, что он был создан для обороны и военных целей.

— Гематитовая твердыня Драко! — восторженно прошептал Мортифор. — Господа, позвольте вам представить вашу гордость и опору — «Сердце Дракона»!

— Не робкого десятка сердечко! — оценил строение Райдер.

— Красивое! — вздохнул Норри. — Завораживает!

— Кажется, нам после поиска нужного болота не придется ночевать в лесу! — улыбнулся Вик.

— А может, сначала исследуем замок? — предложила я. — Вдруг Лорриэль или кто-нибудь из его подданных смогли достать капсулу с эргом, не зная, что это такое, и спрятали в замке? А мы будем по болоту вхолостую шляться? Кроме того, если трагедия произошла вблизи замка, то хоть какие-то записи должны быть. Отчет того же управляющего, в конце концов. Ведь даже у Венаторов есть о падении информация, хоть они и злорадствовали, что «так им и надо».

— А это мысль! — оживился Норри. — И покушать сможем!

— Ты же ел недавно! — поразился Райдер.

— И что? Я опять хочу! — невозмутимо пожал плечами Норри. — Ну что? Поехали «домой»?

— Молодые драконы как птенчики: едят один раз, но целые сутки, — улыбнулся Мортифор.

Решетка замковых ворот с шумом поднялась, словно приглашая нас внутрь. Мы послушно направили коней. Метаморфы не проявляли никакого беспокойства. Я заметила, что у Злыдня хорошо развита интуиция по части самосохранения. Лошади тоже были спокойными. Мы въехали во внутренний двор. Решетка тут же опустилась на место.

Никто не выбежал нас встречать, лишь гравий на каменной мостовой образовал стрелку, приглашая следовать во дворец. Массивные деревянные двери со скрипом подчинились грубой мужской силе. Мы спешились, оставив метаморфов и коней во дворе, и вошли.

Холл замка был выполнен из серого гранита и оформлен в серебристо-стальных тонах. Вверх вела огромная мраморная лестница. Около стен стояли рыцарские доспехи. Мы поднялись по лестнице на второй этаж, когда услышали за спинами скрип.

— Ты глянь! — подпрыгнул на месте Вик. — Доспехи за нами оборачиваются!

— Прямо замок призраков какой-то! — сплюнул Райдер.

— Угу, — согласился Норри, нервно прядя ушами. — Что-то меня нервирует обстановка. Давайте быстренько в библиотеку! А переночевать можно и на улице.

В ответ на его слова входные двери с шумом захлопнулись.

— Говоришь, никакой опасности? — ехидно поинтересовался Райдер у Мортифора.

— А ты ее где-то видишь? — в тон ему ответил оборотень. — Просто замок с характером.

— И часто у вас такое случается?

— С драконами постоянно, — флегматично пожал плечами оборотень. — Я уже привык, и ты привыкнешь.

— Даже не хочу начинать! — фыркнул охотник на драконов.

Я огляделась по сторонам, но никого не увидела. Скорее всего, закрытыми дверями замок нам намекнул, что еще не готов с нами расстаться. Интересно, может, он покажет, где здесь библиотека? Словно в ответ на мои мысли подул ветерок, всколыхнув гобелен. Я вслед за ветерком повернула направо. Там опять оказались доспехи. Один из полых железных рыцарей для пущей убедительности указал вдоль по коридору. Я спокойно пошла в указанном направлении. Спутники прекратили пререкаться и молча последовали за мной. Все рыцарские доспехи, мимо которых мы проходили, со скрипом уточняли путь. Оглянувшись, мы поняли, что оставшиеся за спиной «воины» оборачивались нам вслед.

Через пару пролетов, на третьем этаже оказалась огромная библиотека. Я с немым восторгом рассматривала уходящие к потолку стеллажи, забитые книгами. И как же среди такого изобилия найти нужную? Интересно, есть здесь какой-нибудь архивариус или кто-то в этом роде? Ничего похожего на краткий предметный указатель рядом также не обнаружилось. Я вздохнула и подошла к окну, выходящему во внутренний двор. Открыв раму, я помахала нашим метаморфам.

Злыдень трансформировался в человека и жестами показал, что они с Чернулей собираются навестить строение рядом с замком. Наверное, это конюшня. На мой вопрос, не надо ли ему чего, он отрицательно покачал головой и сложил пальцы в жесте «Все ОК». Затем метаморфы взяли под уздцы наших коней и направились в конюшню.

— Какие дисциплинированные питомцы! — восхитился за моим плечом Райдер. — Мне бы таких!

— Да, они у меня молодцы, — согласилась я и вздохнула, оценив объем работы. Как же нам найти нужные рукописи?

Норри попытался отыскать их магически, но заклинание отскочило от стен, опалив ему пальцы.

Я взглянула на дверь. Над нею странными рунами красовалась витиеватая надпись. «Эхх-ра ун торф ин фаш-ласс, — сложилась она у меня в мозгу в фразу, и тут же пришел перевод: — Найти книгу здесь может только дракон!»

Получается, только я могу найти нужную мне информацию? Я спросила у Норри заклинание и попыталась им воспользоваться, но меня ожидал тот же результат. Тогда я попробовала сконцентрироваться на том, что хочу найти, и решила пройти по библиотеке, выбирая книги, к которым меня тянуло или которые первыми выхватывал мой взгляд. Но это были книги, посвященные стратегии, войне, кулинарии.

Спутники честно их пролистывали в надежде выловить хоть какие-то крупицы информации, но все безрезультатно. За это время солнце неумолимо склонилось к закату. Во двор вышел Злыдень и жестами показал, что все нормально, что они разместились в конюшне и еда там есть. Мы можем не волноваться.

Норри еще раз напомнил, что пора бы уже поужинать. Я попросила дать еще пятнадцать минут. Если ничего не найдем, то пойдем ужинать. Как говорят в народе, перед смертью не надышишься. Но иногда одна минута может перевернуть всю жизнь.

И тут мой взгляд упал на изящную медную стойку-поднос с огромной чашей на нем. Зачем в библиотеке такой тазик? Руки мыть? Бессмысленно. Но если сосуд сюда принесли предки, значит, у него есть функция. Какая?

«Найти книгу здесь может только дракон!» А что у нас может принять форму дракона? Конечно же кровь! Я подскочила к чаше и, сделав ортом надрез на запястье, стала сцеживать в нее кровь.

— Она что, с ума сошла? — покрутил Райдер пальцем у виска.

— Нет, — качнул головой Мортифор. — Пожалуй, в Светиных действиях есть смысл. Смотри!

Когда крови набралось достаточное количество, она превратилась в маленького дракончика, который нервно оглянулся и помчался вдоль стеллажей в сторону самых дальних полок. Я последовала за ним. Порез на руке уже затянулся и слегка чесался. Странно, что Райдер не удивился, увидев трансформацию моей крови.

«Он уже видел, — раздался в голове голос Вика, — возможно, потому он так спокойно и реагирует».

Дракончик тем временем завис около огромного пыльного фолианта и указал на него, затем развернулся и полетел дальше. Около еще одной книги мини-ящер завис и царапнул ее кончиком когтя. Это оказался журнал управляющего замком.

Но на этом дракоша не остановился. Третьей находкой стал дневник лорда Лорриэля Драко, моего прадеда. Когда книги были отобраны, дракончик присел на мою руку, заглянул в глаза, словно спрашивая, нужно ли мне от него еще чего-нибудь. Я отрицательно покачала головой. Тогда он царапнул мою руку и нырнул в образовавшуюся ранку. Правильно! Не дадим капельке пропасть!

— А вот теперь я действительно впечатлен! — прошептал Райдер. — Так с любой твоей кровью?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Раньше я не использовала ее подобным образом. Просто когда сцеживала в миску, подумала, что жаль растрачивать кровь даже на столь нужные поиски.

— И она вернулась домой! — улыбнулся Вик. — Класс, Света! Я тоже так хочу!

Я погладила дневник прадеда. Кожа обложки была потертой, но мягкой и приятной на ощупь. Наверное, прадед часто им пользовался.

— Если не возражаете, я его почитаю.

— Нет, что ты! — охотно согласился Вик. — Мы с Норри возьмем на себя дневник управляющего. А Мортифор с Райдером пусть продираются сквозь дебри хроник минувших дней.

— Но после ужина! — твердо заметил Норри.

— Хорошо, — согласилась я. — Интересно, а как нам теперь добраться до столовой?

Опять подул ветерок. Как только мы вышли в коридор, доспехи снова стали указывать направление, и через пятнадцать минут мы оказались в богато убранном зале, перед накрытым столом. Интересно, как здесь успела приготовиться еда?

— Обслуживающие чары! — ответил на мой вопрос Норри. — Невероятно! Замок до сих пор функционирует так, чтобы обеспечить хозяевам максимальный комфорт! Вот это сила!

— Наверное, он стоит на энергетической жиле, — тихо заметил Мортифор.

— Или на их пересечении, — поправил Норри, водя над полом ладонью. — Тут энергетический запас подпитывать можно! Неудивительно, что замок зажил собственной жизнью!

— Нам же это ничем не грозит? — на всякий случай уточнил Вик.

— Не должно, — пожал плечами Мортифор.

— Интересно, если замок вас так охраняет, он меня, случайно, не отравит? — с опаской спросил Райдер.

— А давай проверим! — жизнерадостно предложил Вик.

Охотник его энтузиазма не разделил, но все-таки сел за стол. Еда оказалась на удивление вкусной. Не знаю, кто или что готовило нам ужин, но мой замок начинает мне нравиться! Тело обдало теплой волной воздуха, словно замок прочитал мои мысли и решил таким образом показать, что наши чувства взаимны.

После ужина мы расположились в главном зале у камина, с вином и книгами. Дневник прадеда оказался интересным чтивом. Предок не был лишен чувства юмора и свои похождения описывал с изрядной долей самоиронии.

По его словам, где-то в замке находятся ёптры — легендарное оружие, способное автономно двигаться и улавливать мысли хозяина, в точности исполняя его пожелания. Ёптры нельзя украсть или потерять, их можно только подарить и унаследовать. И если в данный момент «непутевый потомок его читает», то пусть напряжет мозги и догадается, где они спрятаны. Надо будет заняться поисками, как разберемся с малышом эрга.

Далее шла его история о Лие, дочери Арк'ментр'морка. Оказывается, когда инкуб был близок с Дорваной, они договорились поженить своих детей. Прошло время, и Арк'ментр'морк не захотел отправлять Драко свою единственную дочь. Тем более что Лорриэль уже познакомился с Гвиневерой и был в нее безумно влюблен. Он неделями пропадал в Луаре. Еще одна причина, по которой инкуб не торопился отдавать дочь, заключалась в том, что мужчину одолевали сомнения, не является ли он сам отцом юного дракона. Кстати, отцом моего прадеда оказался законный муж Дорваны — Нох-рам-Лукуш. Но Дорвана настоятельно попросила сына никогда гипотетическим отцам об этом не рассказывать.

Однажды Лия, подслушав разговор отца и Нох-рам-Лукуша, узнала о заочном обручении. Тогда она сбежала из дворца и направилась в Луару, так как Лорриэль в тот момент гостил у королевы.

Прадед пишет, что был тронут предложением Лии жениться на ней, чтобы ее отец не стал клятвоотступником. Девушка торжественно обещала, что не будет его ревновать и препятствовать его отношениям с Гвиневерой или кем-либо еще.

Королева Луары в силу бесплодия и данных ею обетов никогда не смогла бы стать законной женой Драко. Поэтому она дала свое «благословение», и Лорриэль женился на Лие.

Все были в ярости. Через некоторое время Лорри подружился с Лией. Ему нравилось проводить с ней время. Они все вместе жили в замке Гвиневеры. Королева Луары тоже на удивление хорошо относилась к жене своего любимого, они частенько гуляли вместе по саду, болтали.

Я задумалась над прочитанным. Наверное, со стороны такие отношения могли бы показаться дикими. Но ведь даже на Земле в эпоху Средневековья, когда царили договорные браки, творилось и похлеще.

Удивительно, что две женщины смогли поделить между собой мужчину и при этом хорошо друг с другом ладить. Наверное, если бы Лия не была суккубом, такое было невозможно. Но она была воспитана в несколько иных традициях и спокойно относилась к полигамности мужчин. А Лорриэль любил их двоих, но каждую по-своему. Если с Гвиневерой у него была страсть, пожар, огонь, то Лию ему хотелось оберегать, защищать. Прадед пишет, что частенько ругал ее, когда она садилась на мраморные ступеньки, терпеть не мог, когда она гуляла по саду допоздна.

Беда пришла неожиданно. Однажды Лия возвращалась от отца домой. Ее сопровождал только Лорриэль да пара воинов. Когда они уже подъезжали к границе земель в окрестностях «Сердца Дракона», на них напал лорд Венатор с отрядом Призрачных Гончих. Завязалась драка, Лорриэля ранили в живот. Охранников Лии убили. Возможно, и ее бы саму не тронули, если бы она в последний момент не закрыла собой Лорриэля. Стрела попала ей в грудь и пробила легкое. Она была в это время на девятом месяце беременности.

Испугавшись за жену, Лорриэль подхватил ее на руки и, несмотря на собственную рану, кинулся бежать. В какой-то момент рыцари отстали от него, словно их что-то задержало в лесу, а затем перед Лорриэлем из-под земли вырос замок. «Сердце Дракона». Он укрыл Лорриэля с женой от вражеских глаз. Характерная для суккубов регенерация, увы, не спасла Лию. Ночью она родила сына и умерла. Лорриэль похоронил жену в фамильном склепе.

Чернила на этой страничке дневника были в нескольких местах размыты. Наверное, Лорриэль очень переживал смерть Лии. «Я скучаю по ней! — говорилось в следующей странице. — Когда ее не стало, что-то во мне умерло вместе с ней. Гвиневера тоже переживает. Особенно из-за того, что не смогла отговорить Лию от визита к Арк'ментр'морку. Она предупреждала Лию о несчастном случае. Но та сказала: „Чему быть, того не миновать!“ Нам ее не хватает. Очень… Замок без нее опустел…»

Да, у моих предков что ни страничка, то целая история. Печальная она какая-то. Далее прадед рассказывал, что в годовщину смерти приехал с сыном на поляну, чтобы положить цветы на могилу Лии. И замок снова вырос из-под земли. А когда они с Леонидом вышли за ворота, встретили крестьян из деревни. Те на день рождения «юного князя» приволокли огромный серебристый металлический булыжник. Судя по запаху, его вытащили из болота…

Мое сердце забилось чаще. Неужели оно? Неужели его все-таки извлекли?

«Когда я спросил у подданных, что это такое, они сказали, что это небесная звезда. По их поверьям, упавшие звезды приносят счастье. Вот крестьяне и решили подарить сыну такую огромную звезду, чтобы она принесла ему большую удачу. Я был тронут их подарком. Но тащить с собой тяжелый метеорит, который, судя по всему, недавно выловили из болота, не собирался. Поэтому я оставил его в подземелье замка…»

— Света! — воскликнул Вик. — Управляющий говорит, что крестьяне подарили метеорит юному князю и он хранится где-то здесь!

— Да, в дневнике Лорриэля сказано, что он в подвалах замка.

— Ага, — вставил свое слово Мортифор. — А в «Хрониках былых лет» говорится, что подземелья «Сердца Дракона» по совместительству являются и фамильным склепом, поэтому тащиться туда ночью — чистой воды самоубийство.

— Я и утром туда не хочу! — уперся Райдер.

— А придется, — ухмыльнулся Вик. — Не отрывайся от коллектива, иначе он оторвется на тебе!

— Раз мы определили, где и что искать, может, пойдем спать? — подал идею Норри.

Я его очень хорошо понимала. Взросление дракона вступило в завершающую фазу, и теперь братьям нужно стабилизировать свою энергию. А это лучше сделать во сне.

Как и в предыдущий раз, доспехи указали нам наши комнаты. Мои апартаменты оказались самыми большими и располагались в восточном крыле. По соседству обнаружилась спальня Вика. Чуть дальше — территория Норри. Странно, но Мортифора в мою комнату замок не пустил. Доспехи упрямо указывали на самую дальнюю дверь по коридору. Райдера замок поселил в западном крыле, подальше от «своих Драконов».

Я приняла ванну и, укутавшись в одеяло, открыла дневник Лорриэля. Мне было интересно узнать о его жизни. Что ему нравилось, чем он дышал, кем был по профессии на Земле. О втором доме практически ничего не говорилась.

Лорриэль большую часть своей жизни проводил на Гее. Когда Леониду исполнилось пять лет, Лорри стал оставлять сына на Земле у своего дяди Александра — младшего брата Дорваны.

Потом на вотчины Драко в очередной раз напали оборотни. Лорриэль писал, что Гвиневера пыталась его остановить, говорила что-то о несчастье. Но он лишь пожал плечами и повторил слова Лии: «Чему быть, того не миновать!»

На этом записи обрывались. Я захлопнула дневник и поежилась. Жизнь предка открылась с иной, неизведанной стороны. В семейных хрониках он отметился как отличный воин и любимчик судьбы, родные рассказывали о его веселом нраве и легкости на подъем. Судя по нашему знакомству в зале Гвиневеры, где он затеял игру в боулинг с хрустальным гадальным шаром, Лорриэль был тем еще балагуром. А вот теперь выяснилось, что он вдобавок ко всему был любящим мужем, глубоко переживающим смерть жены.

Потушив свечу, я улеглась в кровать. Мне было жутко и уютно одновременно. Странное чувство. Здесь жил мой предок. И здесь умерла часть его души. Это место наполнено тенями и призраками прошлого. Жутковато.

Я закрыла глаза и постаралась успокоиться. Ну чего я волнуюсь? Это же мой дом, который меня охраняет. Здесь не может случиться ничего плохого. Братья, наверное, уже седьмой сон видят, а я тут волчком кручусь!

Размеренное дыхание помогло, но едва меня стал одолевать сон, как дверь отворилась и вошел Вик.

— Ты спишь?

— Да, — мрачно отозвалась я.

— А я не могу, — вздохнул кузен. — Хочу, но не могу! Страшно: шорохи всякие, топот, вой. Знаешь, в таких замках обычно всякая нечисть водится!

— Вить, — простонала я, — здесь водимся мы! И этим много сказано!

— Ладно, — согласился он и развернулся к двери.

Но стоило Вику уйти, как на меня напал страх! Мое воображение — враг мой! Мне казалось, со всех сторон на меня смотрят сотни пар глаз, что-то перешептывается и хмыкает в углу, подкрадывается со спины, чтобы укусить. Вот всегда боялась темноты! Первым порывом было кинуться к Мортифору. В его объятиях спокойно. Но он, наверное, уже спит. Плюс его покои в дальнем конце темного коридора, поэтому я поползла в ближайшую комнату, к Вику.

— Ты спишь? — тихо уточнила я, но никто не отозвался. — Вик? Вик, не молчи, ответь!

Тишина.

Я осторожно проскользнула в комнату, но на кровати никого не оказалось.

— Вик? — испуганно огляделась я по сторонам.

Сердце екнуло, но прежде, чем паниковать, я направилась к Норри. И буквально через пару шагов услышала вопрошающий Витькин голос:

— Норри, ты спишь?

— По бабам не пойду! — сонно отозвался второй братишка.

— Да какие бабы?! — шепотом взорвался Вик. — Здесь же никого нет!

— Ну и ладно, — равнодушно раздалось в ответ. — Хоть одну ночь отдохнем.

— Как? Здесь так жутко! Он словно мертвый!

— Нам еще живого замка не хватало, — зевнули с другой стороны.

— Слушай, а если это засада? Если мы уснем, а к нам ввалятся какие-нибудь гады?

— С удовольствием врежу тому недоумку между глаз и провожу из покоев пинком под зад! — обрезал Норри, и я прямо почувствовала, как он зарылся в подушку.

— Ладно, — вздохнул Вик и, обернувшись, налетел на меня. — А-а-а! — заорал он.

Я кинулась заткнуть ему рот, пока мы Мортифора не разбудили, но Витька в темноте не разобрался и толкнул меня в сторону. Я задела железные доспехи, и они с грохотом обвалились.

— Ты что творишь? — прошипела я. — Это же я!

— Слушайте, народ, дайте поспать! — рыкнул эльфенок. — Что вы тут расходились среди ночи?

— Извини, — буркнула я и направилась к себе.

Замок наш, а мне все равно было тревожно. Почему?

Темные углы комнаты по-прежнему наблюдали за мной. Я натянула одеяло почти на голову, пытаясь создать видимость убежища. Что со мной? Взрослый человек… тьфу, то есть дракон, а боюсь как маленькая девочка! Минут через пять дверь со скрипом отворилась. Я вздрогнула.

— Свет, ты спишь? — вопросили братья.

— Нет.

— А мы тут…

— Молчите! Самой страшно!

— Вот и чудненько! — радостно констатировал Норри и полез с собственной подушкой на мою кровать.

— А ты чего вскрутился? Вроде же хорошо спал?

— Так меня Витька на уши поставил! Паразит этакий! Я уже с Мортифором солидарен.

— Спал бы уже! — благодушно отозвался Вик, устраиваясь по другую сторону от меня.

Между братьями было уютно и спокойно. Но только я стала клевать носом, как дверь тихонько отворилась.

— Чудесно! — раздался рычащий баритон. — Только я на ночь отлучился, как она…

— Мы братья! — хором обрезали Норри и Вик.

— Так что, мне место греете? — ехидно уточнил Мортифор.

— Чего приперся, лохматый?

— По жене соскучился! — в тон отозвался тот, забираясь на четырехспальную кровать. — Брысь отсюда!

— Э нет, — сонно отозвался Вик. — Мы с ней в комплекте. Привыкай.

— Я заметил, — вздохнул оборотень, пытаясь ввинтиться между мной и Виком. С другой стороны заворчал потревоженный Норри.

— Куда лезешь, собака? — прорычал Витька.

— Подвинься, гад, — не остался в долгу оборотень, устраиваясь удобнее и обнимая меня.

Вик вздохнул и со своим одеялом переполз на свободное место на кровати. Норри что-то буркнул и с головой накрылся одеялом.

— Вот видишь, — уже засыпая, услышала я все тот же мужской голос. — А ты говорила, они все вместе спать не будут! Проспорила, дорогуша! Спят как миленькие! И даже Вик к оборотню обернулся. А если, забывшись, его обнимет, то утром получит в бубен.

— Лорри, ты невыносим!

— Но ты меня все равно любишь!

— И не только я, — отозвался женский голос. — Но и Гвин!

— А я люблю вас обоих, Ли.

Брр! Вот прислышится же такое!

3

Ребенок — самое действенное орудие женского террора.

Веслав Сенкевич

Несмотря на ночные хождения, мы проснулись довольно рано. Позавтракав и обсудив план, решили спуститься в подземелья. Над лестницей в подвал красовалась надпись: «То, что нас не убивает, еще пожалеет, что не убило, пока была такая возможность».

— Это что? Ваш девиз? — уточнил Райдер.

— Нет, это что-то вроде слогана, — тихо ответил Вик. — Наш девиз: «Сражаться везде, сражаться всегда, убить, раздавить, уничтожить врага!»

— Странно, — ухмыльнулся Мортифор. — Я слышал другой.

— Да? — изумился Вик. — Этого не может быть!

— А, ну тогда моя ошибка, — притворно покаялся оборотень.

Мы вошли в мрачное подвальное помещение. Пахнуло сыростью. Зато за второй дверью воздух был относительно чистым.

Мы оказались в огромном, хорошо освещенном зале. Вокруг на разных уровнях стояли каменные гробы, к которым вело множество ступенек. В пределах одного этажа на площадке находилось до двадцати гробов.

Саркофаги были самые разнообразные. От простых и элегантных до вычурных, богато украшенных лепниной. Некоторые гробы были выполнены из железа и чугуна, а сверху на них красовались резные короны. Чем-то наш фамильный склеп напомнил мне виденную однажды усыпальницу Гогенцоллернов. Только в нашей, в отличие от королевской, не имелось детских гробов. На некоторых гробах вместо корон красовались фигурки ощеренных драконов. Драконы, кстати, были разные, закралась в родословную даже пара водных драконов. Судя по текстам, выбитым внизу надгробий, статуэтки достоверно отображали трансформацию предка. Иногда фигурок было две: в повседневной и боевой шкуре.

— Класс! — восхитился Райдер. — Вашу гробницу да на наш учебный семинар! Здесь присутствует как минимум три вида драконов! Хотя у всех них есть одинаковые черты.

— Это когти и клыки? — ухмыльнулся Вик, разглядывая удлиненного китайского дракончика по соседству с толстеньким и коротколапым ящером. — Вот эти двое похожи друг на друга, как такса на мопса!

— Не обижай предков! — отвесила я кузену шутливый подзатыльник. — Мы, между прочим, от них произошли!

— Вряд ли, — покачал головой Вик. — Вот здесь сказано, что оба умерли бездетными. Это были братья правящего Дракона.

— А мне не нравится вид правящего Дракона! — капризно возмутился Норри, указывая на их выжившего братика. — Ты посмотри на него! Ни грации, ни изящества! Толстенькие короткие лапы, маленькие крылья…

— Зато полная пасть зубов! — успокоила я сводного брата. — Все что надо для выживания в этом жестоком мире.

— Но он совсем не похож на Аргелла!

— Наверное, потому долго и не прожил, — хмыкнул Вик, указывая на дату смерти.

— Ого! Тут в приписке сказано, что в нем текла кровь Венаторов. Я знал, что от охотников на драконов одни неприятности!

— Кто бы говорил, — поморщился Райдер. — Но тут у вас очень интересная ситуация получается. Смотрите! Первые основатели рода Драко имеют очень изящный череп и телосложение. Длинные крылья, обтекаемая форма тела, мощные лапы. По всему видно, драконы были очень быстрые и опасные в бою. Затем у вас идет период деградации, тело либо удлиняется, либо утолщается, меняется его строение и форма. Судя по всему, ваши предки скрестились с другими драконами. Вон там я вижу над надгробием супруги фигурку дракона.

Над гробом красовалась толстенькая драконица в костяных наростах. Массивное тело, маленькие крылышки, крепкие лапы. Большая, слегка туповатая морда, маленькие глазки, огромные, закрученные бараньи рога.

— Трансформация не ах, — оценил Вик дракониху с мужской точки зрения. — Я бы на такую не покусился.

— Наверное, у предков были очень весомые причины, — попробовал Норри оправдать выбор прародителя.

— Меня дрожь пробирает при мысли, что мои дети могут родиться похожими на нее! — поежился Вик.

— Народ, здесь сказано, что она умела плеваться в зависимости от ее желания либо ядом, либо кислотой. А еще ими за считаные секунды могла покрываться ее шкура! — заметила я. — Наверное, предок хотел добавить эти качества своему виду.

— Бедный мужик! — вздохнул Вик. — Неудивительно, что он так быстро помер, и, полагаю, на супружеском ложе.

— Тем не менее мы теперь можем плеваться ядом скорее всего именно благодаря наследственности Кирины Киро!

— Герой мужик! — вздохнул Норри. — Хорошо, что у нас только эта черта от нее проявилась. А что вон та длинная могла?

Вытянутое тело драконицы дисгармонировало с короткими лапками, между пальцами которых красовались перепонки. По спине шел яркий гребень, а довольно изящная морда заканчивалась обвислыми толстыми усами. Вместо рогов голову венчало какое-то подобие удлиненных гребней. Крылья были расположены так, что ими можно только грести.

— Это водный дракон! — восхитился Райдер. — Такие практически не встречаются ни в одном из миров. Очень редкий вид, особенно если учесть, что она умеет выпускать костяные наросты из тела и распознавать ложь.

— Наверное, ее муж тоже долго не прожил! — вздохнул Вик. — Так принесут… то есть придешь с гулянки, она спросит, где был… И нет человека. То есть дракона…

— Ринтар Ро, — прочитала я надпись на надгробии. — Это последняя жена-дракон в линии правящей династии Драконов, — вспомнила я.

— Вот-вот! — заметил Вик. — Предки не дураки, сразу поняли, кто жизнь портит…

— А остальные? — удивился Райдер, показывая на еще несколько драконесс у надгробий.

— Это вторые линии, — пояснила я.

— И результат их скрещивания не впечатляет, — вздохнул Вик, указывая на неуклюжих драконов-потомков. — Похоже, их трансформации не были более жизнеспособными!

— Странно, — удивился охотник на драконов. — Выбор партнеров другого вида оказался очень выгодным для правящей династии. Глядя на вторые линии, я вижу драконов, значительно уступающих в боевой мощи либо в способностях. Такое ощущение, что ваши предки увидели опасность скрещивания с драконами и пошли по иному пути. И поздние поколения драконов вновь стали изящными и быстрыми.

— Я заметил, что у драконов хорошо развита интуиция на перспективного партнера, — заметил Мортифор. — Возможно, это и помогло им выровнять и улучшить свою эволюцию.

— Не знаю, — покачал головой Райдер. — Я такое встречаю впервые.

— Почему? — удивилась я. — Большинство животных на интуитивном уровне отбрасывает больных и неудачных особей.

— А ты считаешь себя животным? — наклонил голову Райдер.

— Ну определенно не человеком, — улыбнулась я, демонстрируя удлиненные клыки.

— Народ, а давайте поскорее сделаем все дела и смоемся отсюда! — поморщился Норри, идя вдоль каменных изваяний. — Не очень-то здесь и уютно! Мрачновато.

— Это еще почему? — удивился Вик. — Вроде светло и относительно приятно.

— А ты посмотри направо, — посоветовал эльф.

Мы обернулись и увидели пустые места. Рядом с ними красовались таблички: «Места для потомков».

— Вить, а ты какой саркофаг себе хочешь? — вдруг буркнула я. Все-таки такой продуманный взгляд в будущее настраивает на философский лад.

— Сплюнь три раза! — огрызнулся Вик.

— Ну зачем так категорично, — потрепал его по плечу Мортифор. — Как-то моей прапрабабушке зять гроб на празднование нового цикла года подарил. Так вся семья еще сто лет с нетерпением ждала, когда же плохая примета себя оправдает. Все наоборот оказалось.

— Да, Вик, — поддержала я кузена. — Не переживай так. Если во сне себя в гробу увидишь, это к долголетию, а похороны — к свадьбе.

— И это хорошая примета?! — возмутился поклонник холостой жизни.

Миновав «зарезервированное место», мы оказались в центре зала. Перед нами стояло изваяние Лорриэля в полный рост. На поясе прадеда висели кинжалы. «Догадайся, где спрятаны ёптры?» — пронеслось у меня в голове. Недолго думая я отстегнула с пояса статуи оружие.

— Что ты делаешь? — испугался Вик.

— Где-то здесь спрятаны ёптры, — пояснила я. — Мы имеем право их унаследовать.

Стоило мне это сказать, как кинжалы взвились в воздух и зависли у меня над головой в выжидательной позиции. Ради интереса я скомандовала мысленно: «Вверх!», и они выполнили команду.

— Ну ничего себе! Я тоже хочу помародерствовать, — надулся Норри.

Ёптры настороженно нацелились на него. «Свои!» — мысленно предупредила я оружие, и оно успокоилось. «За пояс!» — скомандовала я новому приобретению.

— Ну и где эта капсула? — раздраженно выдохнул Райдер.

— Полагаю, вон там, — указал Мортифор на блестящее огромное яйцо поодаль от саркофагов.

Мы подошли к шаттлу и осмотрели его со всех сторон. Гладкие сплошные стенки из какого-то легкого серебристого сплава.

— Как открывать его будем? Распилим? — предложил Вик.

— Не уверена, что ножовка возьмет.

— А может, растворить?

— Это шаттл — с ним справиться не так просто.

— А может, банальное «откройся»? — предположил Райдер.

Но с металлической штуковиной ничего не произошло. Тогда охотник погладил блестящую стенку и произнес что-то на гортанном языке.

В ту же секунду стенки шаттла принялись истончаться, затем раздался хруст — и овал разделился надвое. Верхняя горизонтальная часть стала подниматься наподобие створки у жемчужины — и через пятнадцать минут мы увидели яркий комок света, сжавшийся в центре находки.

— Это и есть эрг? — на всякий случай уточнил Норри. — Те, кого мы видели, выглядели несколько иначе.

— Ему сейчас срочно надо тело для вселения, — заметил Райдер. — Иначе оно умрет. И боюсь, что сейчас оно выбирает, кого из нас забрать.

Жаль, что мы не подумали об этом раньше!

— Закрывайте капсулу! — скомандовала я. — Пойдем другим путем. Норри, ты можешь создать какой-нибудь живой голем для переселения тела?

— Я могу, — сказал Мортифор. Он отрезал прядь волос и достал из сумки у пояса кусочек вяленого мяса.

— Ты всегда припасы носишь? — поинтересовался Вик.

— Нет, просто сегодня на всякий случай взял. Я предполагал что-то подобное. — Оборотень начертил на каменном полу пентаграмму, затем выложил на нее все составляющие, сцедил немного своей крови и зачитал длинное заклинание.

На наших глазах компоненты подтянулись друг к другу и смешались. Через какое-то время на месте составляющих лежало тельце младенца.

Мортифор поднял его на руки и, открыв капсулу, положил рядом со сгустком.

— Переселяйся сюда, так ты никому вред не причинишь.

Сгусток света тут же окутал искусственное тельце. Сначала ничего не происходило. Свет кружил около ребенка, словно примеривался, с какой стороны подойти. Вдруг детские ресницы дрогнули — и на нас уставились обсидиановые глазищи без белков. А через секунду в склепе раздался возмущенный рев.

— А-а-а! — заорал от неожиданности Вик.

— Успокойте его, кто-нибудь! — закричал Райдер, затыкая уши.

Я осторожно подошла к капсуле и робко коснулась ребенка. Малышка захлебнулась удивленным всхлипом.

— Тише, маленькая, мы не причиним тебе вреда. Мы хотим помочь тебе вернуться домой.

Ребенок недоверчиво склонил голову набок.

— Уже прошло много времени, и тебе пора домой, — повторила я. — Ты и так загуляла.

— Только ее в таком виде не примут, — заметил Райдер. — Улетала, скорее всего, подростковая особь. А так она даже общаться не может.

— И что ты предлагаешь? — обернулся к охотнику Мортифор. — Подрастить ее чуть-чуть?

— На это могут уйти годы! — испугался Норри. — А я еще слишком молод!

— Я тоже! — встрепенулся Вик. — Я ничего не знаю о детях, кроме того, как их делать!

— Я тоже, — признался Норри.

— А я умею предохраняться! — съязвил Райдер. — На самом деле я хотел предложить создать более взрослый голем. Кроме того, этот не продержится дольше суток.

— Но в данный момент его надо покормить, — заметила я, быстро заворачивая ребенка в прихваченное одеяло и сгружая орущий сверток на руки Вику. — Присмотри за ним, а я за молоком.

— Я тебе помогу! — быстро сориентировался охотник на драконов.

— Стой! — опомнился Витька. — Не оставляй нас с ней наедине!

— Не волнуйся, она вас не съест! — ухмыльнулся Райдер.

— Угу, это ты так думаешь! — всхлипнул Норри. — Лучше б ты нас с урками оставила! Что нам прикажете с этим упыренышем делать?!

— Кто бы говорил! — хмыкнул Морти.

— Лохматый, это не смешно! — внес свою лепту Вик. — Мы же совсем не няньки!

— Научитесь! — пожала плечами я, взлетая по лестнице.

Спутники бежали за мной. От тряски ребенок прерывисто орал и оттого злился еще больше.

— Свет, всем известно, что детский плач отрицательно действует на мужской организм! — канючил за спиной эльфенок.

— И его силу! — поддакнул кузен, догоняя меня.

— ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ! — Крышка саркофага отлетела в сторону, и перед нашими глазами появилась разъяренная мумия какого-то многопрадедушки. — НИКАКОГО ПОКОЯ!

Мы резко затормозили и попятились. Вид разозленного неупокоенного реально пугал. В этот момент крышки соседних гробов задрожали — и на поверхность вылезла еще парочка зомби из побочной линии.

— Нашли место для игр! — возмутилась одна из зомби-жен. — Не были бы своими — разорвали бы! Как надо к предкам приходить?!

— Тихо? — пискнул Вик.

— Почтительно! — припечатала пепельно-серая гранд-дама. — И с угощением! А вы сюда еще детей тягаете! Причем не своих!

Она слишком близко наклонилась к малышу, и лицо юного эрга замерцало. Словно он собирался сменить тело.

— Осторожно! — воскликнула я, за локоть оттаскивая Вика с ребенком от прародительницы. — Оно может захватить тело!

— О, — обрадовалась многопрабабушка, — так еще не все потеряно! Ты проявляешь заботу! Боишься, что тело твоего предка украдут?

— Ну вообще-то старший эрг не примет дочь в образе мумии одного из Драко, — пробормотал под нос Норри, но дама его услышала.

— Нахал! Никакого уважения! Покусаю!

— Не надо! — встрепенулся Вик. — Мы сейчас сала и водочки принесем, чтобы вы сами себя помянули!

— О! — улыбнулся предок. — Понятливый! А теперь брысь отсюда!

Мы слаженной гурьбой взлетели по ступенькам к выходу и помчались в столовую. Заткнув эргу рот бутылочкой с молоком, собрали паек для почивших предков и выбрали Норри в качестве делегата.

Мортифор стал готовиться к более серьезному обряду создания голема-подростка. Так как мы запланировали тело девочки тринадцати лет, то материала понадобится больше. На этот раз основу решили сделать из глины, в которую вкрапить куски свиного мяса, а вот волосы и кровь решили взять у меня. Для колдовской церемонии пришлось поискать ритуальный зал. К счастью, он у нас в замке имелся. И даже нужная пентаграмма в центре появилась, стоило нам задвинуть шторы.

— Для лепки понадобится около шести часов, — прикинул Мортифор, сгружая ребенка мне обратно на руки. — Держи, Свет, развлеки его, пока мы тут в грязи повозимся.

— Я тоже хочу! — надулась я.

— Пожалей нас! — воскликнул вернувшийся из склепа Норри. — Нам тишина нужна, а эта сигнализация уже полчаса по ушам ездит! Тебе не жалко нашего здоровья?!

— А меня не жалко? — для проформы возмутилась я.

— Ничего с тобой не случится! — хмыкнул Райдер. — У вас, женщин, за столько веков уже возникла адаптация к ревущим младенцам. И психика стала более устойчивая.

— Так и вы же не сегодня с пальмы слезли! — фыркнула я и направилась к двери. — Ладно, я буду в спальне. Позовете.

Огорченный младенец безутешно заплакал. Наверное, все же женская сущность. Вон как рыдала, когда я ее из мужской компании уносила. Я попыталась укачать ребенка, но бесполезно. Через пятнадцать минут меня от плача стало потряхивать.

— Слушай! — рявкнула я. — Ты же не маленькая девочка. Зачем кричишь? Взрослое тело тебе уже делают, поэтому предлагаю успокоиться и поспать. А если возникнут непредвиденные ситуации, просто гугукни. Орать-то зачем?!

Малышка смолкла и внимательно взглянула на меня. Не знаю, что она увидела у меня в глазах, но на ее лице расползлась довольная улыбка. А через пару минут она уже безмятежно спала.

Я выглянула в окно. На каменной брусчатке стоял Норри. Какое-то мгновение он, подставив голову свету, принимал солнечные ванны, а затем раскинул руки, подпрыгнул — и на его месте оказался красивый голубой дракон.

«Я не голубой! — возмутился в моей голове эльфенок. — Я — лазурный!»

«А есть разница?»

«После посещения вашего мира есть, — вздохнул Норри. — Я как-то в Интернете одно выражение увидел… В общем, лазурный я! Ты там как?»

Я оглянулась на мирно спящего ребенка и решила подавить на совесть.

«Ужасно! Никак укачать не могу! Не жалеете вы меня».

«Я за глиной слетаю. Тебе что-нибудь принести?»

«Нет, спасибо».

Я вспомнила боевые ипостаси братьев и улыбнулась. В боевой шкуре Норри фиолетового цвета, а Вик — красного. Интересно, а какой кузен в мирной жизни?

«Золотой, — ответил на мой мысленный вопрос Норри. — Наверное, потому что очень золото любит, но у него вся шкура золотая!»

«Наверно! — согласилась я. Витька у нас классный специалист. — Удачи, брат!»

«И тебе».

Норри улетел, а я глянула на спящего эрга и зевнула. Вздремну-ка и я. Как все-таки важно уметь договариваться с детьми!

4

Эксперимент должен быть воспроизводимым, то есть терпеть неудачу одним и тем же способом.

Народная мудрость

Ближе к вечеру меня разбудил Мортифор. С минуту он напряженно вглядывался мне в лицо.

— Что случилось? — встревожилась я.

— Опасно спать рядом с эргом, захватившим тело, — настороженно сказал он. — Во сне наше сознание становится уязвимым для чужого проникновения.

— И ты думаешь, мы поменялись с ней местами? — улыбнулась я. — Морти, родители меня в детстве одеялом к кроватке привязывали. Ты на ребенке веревки видишь?

Оборотень облегченно вздохнул, и напряжение покинуло его глаза.

— Тело голема в любой момент могло рассыпаться в прах, — робко произнес он.

— И вы оставили меня с ней наедине? — искренне удивилась я.

— Ну чисто теоретически все должно быть в порядке. Но с тобой же такой вариант не проходит.

— Значит, ты осознанно подверг меня риску? — возмутилась я, заинтересованно глядя на Мортифора. — Это что, попытка избавиться от надоевшей жены?

— Нет! — поспешно заверил оборотень, к моей радости. — Я просто удивляюсь, что, несмотря на твое участие, в этот раз все прошло тихо и мирно. И самое главное — как надо.

— Это тебя беспокоит?

— Пугает, — поежился Мортифор. — Мне всегда казалось, что, если хоть раз все будет хорошо, я буду счастлив. А вот теперь вроде мысль материализовалась, а меня наше спокойствие пугает.

— Все будет хорошо, — пообещала я и задумчиво взглянула на маленького эрга. А ведь малышку надо вернуть. Но проблема в том, что мы не можем пойти всей компанией к главному эргу, потому что запрет на отстрел драконов действует только в пределах Геи. А швырнуть ребенка в открытый портал не по-людски как-то. — Пошли, подарим нашей красавице новое тело.

Мы спустились в ритуальный зал. В центре пентаграммы лежала «девочка» с довольно женственными формами. Блин! Да я по сравнению с ней младше кажусь.

— Ну мы немного с возрастом перестарались, — потупились Вик с Норри. — Ей теперь вроде как пятнадцать-шестнадцать.

Так вот кто приложил руку к этому шедевру! Пусти козла в огород! Они никак свою мечту ваяли, до глины добравшись.

— Он тоже приложил руку! — хором сдали Райдера братья. — Все говорил, что груди маловаты!

— Ну зато ей должно понравиться, — кивнул Мортифор на сверток. — Помню, сестренка очень хотела поскорей выглядеть по-взрослому.

— Угу, как бы нам папа-эрг за такие художества голову не открутил!

— Может, еще спасибо скажет, когда к ней его коллеги свататься начнут, — заметил Райдер.

— Или проклянет, — пробормотал Норри, вспоминая бурную молодость.

— Ладно, что есть, то есть, — вздохнула я. — Куда сгружать тело?

— Да вот сюда, рядом с пентаграммой.

— Что? Прямо на холодный пол?

— Но второе же лежит!

— Второе пока еще мертвое, — заметила я. — Как бы она себе почки не застудила. — Я дотронулась до холодного взрослого тела. Хорошо, что братишки уже одели голем. Правда, одежда не шибко помогла.

— Она же бестелесная сущность, — пожал плечами Райдер. — Они эти тела, как мы одежду, воспринимают, так что не волнуйся, ничего с ней не случится.

Я положила свою ношу на пол рядом с телом и отошла к основанию пентаграммы. Согласно инструкции мы все должны взяться за руки и прочитать заклинание. А потом подарить магии что-нибудь от себя. Это может быть что-то материальное либо ментальное. С последним опасно связываться, потому что не знаешь, что и в какой момент потребует магия. Чувства или удача такая вещь, которую лучше не ставить на кон. Кстати, большинство гаданий тоже забирают у человека что-то ментальное, поэтому рекомендуется не искушать судьбу.

Я решила отдать магии шнурок для волос. Думаю, это довольно ценный подарок, потому что он был со мной долгое время и на нем сохранилась часть моей ауры, а еще я успела привыкнуть к шнурку. Драконы вообще очень редко что-нибудь от себя отрывают.

Ритуал прошел без сучка без задоринки. Когда девочка открыла глаза, первое, что она заявила, было:

— Теперь вы больше не сможете игнорировать меня и не слушать!

И, вскочив с пола, тут же кинулась к зеркалу. Увидев свое отражение, девушка восторженно взвизгнула и принялась ощупывать новое тело.

— Надо скорее отправлять ее к папочке, — шепнул Вик Мортифору. — Чувствую, мы с ней еще натерпимся.

— Подумать только! — восторгалась эрг. — Я всегда мечтала заполучить такое тело. Я себя именно такой и представляла!

— Удивлюсь, если бы она видела себя некрасивой и толстой, — хмыкнул Норри.

— Спасибо! В этом вы мне угодили! — продолжала тем временем девушка. — А теперь мы куда?

— На ужин, — слаженным хором ответили измученные мужчины.

— А потом?

— Потом спать.

— А дальше?

— Домой!

— А с кем я буду спать?

— Со мной, — мрачно ответила я. В моей голове уже сложился план действий.

— А почему не с ними? — указала она на Вика с Норри.

— Маленькая еще! — отозвались братья.

Малышка надулась, скрестив ручки на груди. И тут ее взгляд наткнулся на охотника на драконов.

— Рай? А ты что здесь делаешь? Тебя отец за мной послал? Да?

— Не совсем, ваша светлость, — неопределенно качнул головой Райдер. — Но он очень будет рад вас видеть.

— Без драконов никуда не пойду! — топнула ножкой девочка.

— Это еще что за заявка?! — возмутилась я. — Что ты задумала?

— Я о Драко столько слышала! Ваш род мне нравится! Я хочу вас взять с собой!

— Мы тебе не домашние питомцы! — окрысился Вик.

— Почему? — удивилась эрг. — Вы же драконы.

— И что? — скрестила я руки на груди. — По-твоему, из-за этого с нами стоит обращаться как с животными? Мы живые существа, у нас есть своя жизнь, мечты и планы. Точно так же, как и у тебя! И помни, где были бы твои планы и твоя жизнь, если бы не мы! По какой причине ты ведешь себя как неблагодарная, избалованная эгоистка?

— Мы эрги! — твердо ответила девочка. — В наших руках власть над мирами, жизнью и смертью!

— Вот как? — оскалилась я, меняя трансформацию. — Сила — это в первую очередь ответственность. Ответственность правильно ее использовать, уметь дозировать усилие и выбирать цель. Чтобы командовать, надо уметь подчиняться. Надо самому побыть с другой стороны палки. Никто не вправе судить чью-то жизнь. А если уж взялся карать и миловать, то отнесись к этому ответственно. Власть — не привилегия, а кара! Потому что оборвать чью-то жизнь, пусть даже преступника, это убить что-то в своей душе, бестелесной части нашего существования. Потому что несправедливо осужденные снятся тебе ночами. И все спрашивают: «Почему?» Для тебя мы все фигурки на шахматной доске, ты играла нашими судьбами и не подозревала, что у пешки могут быть дети, которые ждут маму домой. Или отец королевы ждет домой дочь так же сильно, как твой отец тебя! А теперь представь, что такую любовь испытывает не один твой отец или ты, а эти же самые фигурки, чьи судьбы ты играючи ломаешь! И кстати, сейчас, в человеческом теле, ты такая же шахматная фигурка, как и мы!

— А я и так допустила ошибку! — вскричала эрг. — Я заинтересовалась своим героем. Мне стало интересно увидеть драконов вблизи, и вот я тут!

— И какой же ты вывод сделала? — разозлилась я. — Что надо быть беспристрастным?

— Да!

— Судьба подарила тебе шанс научиться ответственности. Ведь сейчас для своей сестры ты такая же игрушка, как и мы. Она одним мгновением может решить твою судьбу. И ты умрешь, умрешь по-настоящему. И как тебе такое положение дел?

— Я хочу домой! — заплакала эрг. — Я хочу жить!

— Вот и помни об этом, — припечатала я. — Потому что для нас нет такого выхода. Это наш дом!

Эрг присела на корточки и зарыдала, сжавшись в комок. Норри укоризненно посмотрел на меня и пошел утешать ребенка. Девушка доверчиво прильнула к его груди, рыдая и постоянно повторяя: «Я хочу домой!»

— Власть — это ответственность? — шепнул мне Мортифор.

— Осуждаешь? — спросила я, немного жалея, что наехала на ребенка.

— Некоторые уроки должны быть жестокими, чтобы запомнить их на всю жизнь, — философски изрек Морти. — Кто знает, может, сегодняшний разговор заронил в ее душе благодатные ростки, которые помогут ей в будущем стать хорошим правителем?

— Представление о драконах поменял уж точно, — заметил Райдер. — Кроме того, теперь она действительно хочет домой и не будет нам препятствовать. Отличная работа, Света.

— Это не работа, — вздохнула я. — Это жизнь.

Охотник задумчиво посмотрел на меня и пошел в столовую.

— О, — улыбнулся Мортифор. — Кажется, в мире скоро появится единственный специалист по быту и психологии драконов.

— В смысле? — не поняла я.

— Райдер мечтал открыть на пенсии свою школу, — пояснил муж. — Теперь, когда убийство Драко запрещено, петиции подадут и другие драконы. В результате профессию упразднят, и в школе отпадет надобность. Но если Райдер создаст школу по изучению драконов и взаимодействию с ними, то станет единственным, а потому очень востребованным специалистом.

— Только не подавай ему эту идею, — умоляюще вздохнула я.

— Почему? — изумился Мортифор. — Это интересно и прибыльно.

— Кто сказал о прибыли? — встрепенулся Вик.

— Морти, я не выдержу здесь долго Райдера. Меня нервирует близость охотника на драконов.

— Если он принесет деньги, то можно и потерпеть! — возразил кузен.

— Вик, не все измеряется деньгами! Не в деньгах счастье!

— А в их количестве! — улыбнулся двоюродный брат. — Свет, деньги — это качественная еда и одежда. Это медицинские услуги и соответственно наше здоровье, а если есть здоровье, то есть желание жить и идти вперед. Когда тебе комфортно, то все остальное постепенно нарастает. Вообще, деньги — это своеобразный эквивалент энергии. Ты прикладываешь усилия, чтобы достичь или получить что-то. Раньше у охотников были шкуры и добыча. Излишек могли поменять на что-то нужное. По мере того как отношения переставали быть конкретными и становились абстрактными, возникали деньги, потому что они своеобразная оценка доли вложенных тобой усилий. Все должно быть выровнено. Деньги обеспечивают наш комфорт и помогают нам реализовать некоторые наши мечты и желания, поэтому я никогда не упущу шанс заработать. Просто не стоит трястись над копейкой, как над собственным дитятей.

— А разве ты так не делаешь? — усмехнулся Мортифор.

— Нет, — улыбнулся Вик. — Я люблю деньги, и, надеюсь, они отвечают мне взаимностью. Может, я в шутку и называю их «детками», но всегда даю себе отчет, что родных детей буду любить в миллион раз больше. Просто деньги, чтобы они к тебе шли, надо любить. Разве подойдет котенок к злому человеку? Так и деньги. Они, как звери, чуют подвох. Чтобы к тебе приходило, надо уметь отдавать. Энергия не должна застаиваться, иначе она превратится в болото.

— Так что? — улыбнулся Мортифор. — Подать Раю идею?

— Свет, — обернулся Вик, — насколько тебе неприятен охотник?

— Я просто ему не доверяю, — пожала я плечами. — Люди быстро не меняются.

— Он сам по себе хороший человек, — заметил Мортифор.

— Доверчивые в моем роду долго не живут, — вспомнила я фамильный склеп. — Организуйте свою школу, только близко к моему замку его не подпускайте. Мне нужно время.

— Вот и отлично! — потер руки Вик. — Дай охотникам шанс узнать нас с очаровательной стороны!

— Это будет бомба, — ухмыльнулся мой муж.

И мы пошли ужинать. Малышка-эрг, впервые пробовавшая еду, пришла в неописуемый восторг и чуть не объелась. Под конец она не захотела покидать столовую. Захватив торт в качестве приманки, я поднималась в спальню, обдумывая услышанное. Малышка хвостиком шла за мной, точнее, за лакомством.

Как мы и предполагали, у крошки Ррэу есть сестра-двойняшка Рыхн. Раса эргов является родственной расе демиургов. Фактически работающих в паре частенько называют братьями, потому что их силы одной природы. Семьи эргов и демиургов живут в одном дворце.

У демиурга есть наследник Юе. Как они там определяют свой пол, не знаю, но, если судить по объяснениям Ррэу, размножение у данных рас процесс невероятно сложный. Легче чудо с бубном наколдовать. Однажды сестры поспорили с Юе, кто из них главный. Первенство решили определить в игре. В качестве модели взяли наш мир, потому что за всеми остальными присматривают лучше, а несовершеннолетним запрещено вмешиваться в судьбы живых существ. Каждый выбирал расу, Юе играл за две, чтобы шансы были равны. Чья раса установит мировое господство, тот и победил. Ррэу по жребию выбрала первая и остановилась на Драко. В какой-то момент ей захотелось посмотреть на героев вживую, и она, выкрав отцовский шаттл, направилась к нам, но не справилась с управлением, и корабль потерпел крушение. А вот теперь мы ее спасли.

Едва мы переступили порог спальни, как Ррэу выхватила лакомство и принялась уплетать его за обе щеки.

— Ррэу, ты знаешь, что мы теперь занесены в охранную книгу как редкий вид?

— Здорово! — восхитилась она. — Я всегда знала, что вы крутые.

— Боюсь, у нас с твоим отцом возникли некоторые разногласия, — начала я. — Он бросил вызов всей системе ради тебя, он рискнул всем. Хотел нас убить, мы защищались. В общем, я боюсь, что он прибьет моих братьев, если мы отправимся с тобой к нему во дворец все вместе.

— И что ты предлагаешь? — спросила эрг.

— Если я отвезу тебя домой одна, мне будет легче вернуться обратно.

— Не переживай, — вдруг по-взрослому вздохнула малышка. — Ты вернешься, даю слово, что не позволю отцу тебя казнить. Я не помню, к кому из Драко летела, но очень рада, что встретила вас. Вы прикольные. Было бы классно наведываться сюда еще.

— Боюсь, это опасно для тебя и мира.

— Нет, — спокойно пожала плечами Ррэу. — Для меня опасно, а для мира нет. Вы создали на удивление хороший голем. Он не развалится в процессе эксплуатации, а следовательно, нам нет необходимости искать новое тело. Вы создали прекрасный скафандр. В нем можно даже экскурсии по Гее для наших организовывать. Советую вам запатентовать методику изготовления.

Не хватало только еще одного предпринимателя на мою голову!

— Я, кстати, уже сказала Вику, — улыбнулась эрг. — Так что если все решится мирно, а я в этом заинтересована, то хочу спросить твоего разрешения на открытие туристической зоны.

— И откуда ты такая предприимчивая?! Ты же маленькая!

— Для эргов да, — согласилась она. — А по людским меркам мне около трехсот лет. Так что ты не с дитятей связываешься.

— А подумать можно?

— Да не вопрос, — согласилась эрг. — Как решишь, передай ответ своей маме, а она нам. А как ты планируешь доставить меня домой? Вокруг Геи щит.

— Откуда знаешь? — насторожилась я.

— Чувствую, — призналась эрг. — Я сама назад не могу перенестись.

— Твои родители создали кольцо-артефакт, способное проколоть щит. А отмашкой должен был послужить один замок, стоящий на переплетении энергетических потоков. Если мы попытаемся построить там портал, то есть шансы.

— Разумно, — согласилась она. — А почему Рая не хочешь задействовать?

— Об этом узнают все, а я не хочу тянуть за собой тех, с кем мое сердце.

— Это да, — согласилась эрг. — Но как мы туда попадем?

— Полетим. Я тебя отнесу.

— Я поеду на драконе? — захлопала в ладоши Ррэу и сразу превратилась в маленькую девочку. — Ура! Ура! Я так долго об этом мечтала!

Ночной полет привел Ррэу в полный восторг. Она смеялась и визжала, пыталась пересесть поближе к голове или, наоборот, перебраться в хвост. Еще никогда у меня не было таких беспокойных пассажиров. Развалины замка Туцира встретили нас тишиной. Крестьяне так и не отстроили замок сюзерена, зато добраться до энергетических линий оказалось проще.

Я не сумела открыть портал. Наверное, сказывалась моя способность поглощать магию. Обнявшая меня Ррэу смогла легко перенести нас обеих в свой мир.

— Что здесь происходит? — изумленно выдохнула Ррэу, в шоке оглядывая пустой тронный зал.

Хм, стоит отметить, тронный зал эргов после нашего первого и последнего визита все-таки уцелел! Надо отдать должное архитектору! Ведь, планируя сие сооружение, он, конечно, продумывал вероятность всевозможных балов и приемов, но вряд ли ему пришло в голову предусмотреть визит трех разбушевавшихся драконов, одного злобного оборотня и объединенные армии Геи. Молчу уже об эрговских воинах. В общем, склоняюсь перед мастерством творца.

Просторный зал после нашего разгула стал еще просторнее. Устранить царапины, выбоины и прочие последствия локальной войнушки слуги не успели. Не могла скрыть огрехов и царившая тьма. Под потолком уже не носились серые тени. Они забились в самый дальний и мрачный угол. На черном с серебряными прожилками мраморном полу никто не стоял. У стен вместо тварей в рясах высились леса и стремянки. Часть стен была наскоро зашпаклевана. Каменный трон угадывался лишь по схематической кучке камней.

Такое чувство, что после нас здесь еще драконы погуляли. А потом вернулись и вновь погуляли.

— Похоже, у вас ремонт, — заметила я, оглядывая место боевой славы. Ну не рассказывать же красавице о нашем маленьком разногласии с ее отцом.

Внезапно завыло что-то наподобие сирены — и в зал стали стремительно прибывать высокие широкоплечие воины, похожие друг на друга как две капли воды. Оборотни-телохранители. Странно, здесь, похоже, на драконов сигнализацию поставили. Что-то новенькое!

Воины тем временем окружали нас с Ррэу, направляя на меня копья.

— Слушай, — прошептала я спутнице, — я, пожалуй, пойду.

— А как ты перенесешься назад? — спросила она.

И по моей спине пробежал холодок. Действительно, а как? В прошлый раз меня в полубессознательном состоянии унесли отсюда братья. Если они и знали путь назад, то я его не знаю. На всякий случай я попыталась открыть портал, но над нашими головами замерцали голубоватые линии энергетической сети.

— Ого! — изумилась Ррэу. — Что у отца тут произошло, что он такую охрану на замок повесил? И почему наше родовое гнездо в таком состоянии?! Насколько мне известно из истории, его даже враги не могли разрушить!

«Ну это смотря какие, — вздохнула я про себя. — Мы же не знали, что замок нельзя разрушить. Вот и постарались. Вот если бы знали, что он сверхпрочный, может, и не получилось бы ничего».

В зал вошел главный эрг.

— Ты?! — обличающе ткнул он в меня пальцем, затянутым в кожаную перчатку. — Что ты тут делаешь, тварь?! Ты мне весь замок разрушила! А потом еще родители твои на драконах!

— Пап? — подала голос Ррэу, выглядывая из-за моей спины.

— Малышка? — сразу же сменил эрг гневный вопль на недоверчивый шепот. — Ррэу? Это ты?

— Пап, прости меня, я нечаянно сбежала и потерялась, — продолжала Ррэу вести беседу с отцом из-за моей спины. По опыту знаю, это удачная позиция для переговоров.

— Ррэу, я не обижаюсь на тебя, только отойди от этой твари, — поспешно заговорил Эхрншт.

Возглавляющий отряд Орту неодобрительно покачал головой и подмигнул мне. Что-то я не понимаю этих оборотней.

— Пап, она меня домой вернула, — продолжала Ррэу, — а я обещала ей неприкосновенность и портал обратно на Гею.

— Ты зачем раздаешь обещания первым встречным драконам?!

— Вообще-то она меня спасла! — топнула ножкой Ррэу. — Она сюда меня принесла. Собой рискнула, а могла плюнуть на тебя и жить спокойно!

— Это и странно. — Эрг скрестил руки на груди.

— Ну знаете ли! — возмутилась я. — Я же не удивляюсь тому, что вы любите дочь, хотя в отношении меня вели себя крайне жестоко и коварно! Может, и вы меня знаете с неправильной стороны!

— Это, что ли, неправильная сторона? — вскипел эрг, обводя рукой разрушенный зал. — Объясни, княжна, в каком месте я тебя не понял, когда ты мне зал разрушала? Или это не твоя работа?!

— А зачем вы на мою семью напали?! Это правильная сторона?! — разозлилась я.

Эрг вышел вперед, и мы почти столкнулись грудью, меряя друг друга взглядами. Как бойцовские петухи на арене. Оборотни даже отошли подальше. Ррэу, наоборот, вцепилась в наши рукава как клещ. Я даже в капюшон заглянула, но там клубилась тьма. Странное ощущение, когда не видишь противника. Трудно на нем сфокусироваться.

— Ладно, княжна, — вдруг произнес эрг. — Не спорь. Скажи, чего ты хочешь.

— Домой, — пожала я плечами.

— И все? — удивился Эхрншт.

— Да. Я вернула тебе дочь, надеюсь, ты перестанешь нападать на мой мир?

— Он теперь заповедник, — вздохнул эрг.

— А что, так хотелось его уничтожить? — опять обозлилась я.

Эрг на минуту задумался и покачал головой.

— Знаешь, сейчас, когда моя дочь вернулась домой, меня не сильно интересует судьба Геи. Конечно, любопытно будет посмотреть, как этот мир выживет, имея трех драконов. Но уничтожать его даже как-то жалко. Стоп! — предупредил он мою очередную вспышку. — Не хмурься! Не случится ничего с твоим миром. Если его признали заповедником, то это навсегда. Вы себя раньше уничтожите.

— Это еще почему? — возразила я. — Моему роду уже тысяча лет — и ничего, живем. И мир, кстати, тоже.

— Да, вы там хорошо окопались, — согласился эрг и махнул воинам рукой. Те опустили оружие. — Я верну тебя назад, только прежде хотел бы поговорить с тобой. Не возражаешь?

— А у меня есть выбор?

— Вообще-то нет, — признался Эхрншт. — Если я что-то хочу, то стараюсь это получить, а потому тебя бы раньше не отпустили. Наверняка и тебе много хочется у меня спросить?

— Почему бы и нет, — кивнула я.

— Тогда пошли в гостиную, — пригласил Эхрншт. — Чаю?

— Не уверена, что его переживу, — честно призналась я.

— Что ты! — возмутился эрг. — Я не браконьер!

— Да, конечно, — согласилась я, не обостряя ситуацию. Я помню, как этот добрый дядя подал прошение на убийство драконов.

Мы вошли в хорошо освещенную комнату из белого мрамора. У окна стоял полированный столик из черного дерева. Серебряный поднос с черно-белым сервизом с символикой инь-ян смотрелся на нем весьма стильно.

— Подарок Великого, — пояснил эрг, заметив, что я рассматриваю кружки. — Присаживайся, княжна. Ррэу, оставь нас наедине.

— Папочка, — встрепенулась моя спутница, — ты меня столько не видел, а уже отсылаешь?

— Нет, милая, я просто хочу, чтобы ты отдохнула, а потом я тебя зацелую.

— Пап, — уперла девочка руки в боки, — дай слово, что с княжной ничего не случится!

— А что это у тебя за тело? — постарался увильнуть от ответа эрг. — Разве тебе его не пора менять?

— Нет, — качнула головой она. — Его драконы сделали. И я не чувствую упадка сил. Оно как будто постоянно самозаряжается и питает меня. Мне кажется, в нем можно жить в таких мирах, как Гея, не меняя тел. Ну разве что в случае гибели…

— Очень интересно, — задумчиво почесал эрг краешек капюшона. — А теперь оставь нас одних.

— Папа, слово! — твердо повторила девочка.

— Вот упертая! Как клещ! — возмутился бестелесный отец и кинул взгляд на меня.

Напрасно, я поддержку тебе здесь не окажу.

— Дочки все такие, — во все клыки ухмыльнулась я.

— Ох уж эти детки! — притворно возмутился Эхрншт. — Что, твои родители так же страдают?

— Что мы, люди? — возмутилась я и припечатала: — Хуже.

— Слово, папа! — не унималась Ррэу.

— Ну зачем тебе такой питомец?! — возмутился Эхрншт. — Вечно ты всякую гадость домой тянешь!

— В этот раз я ее сюда притащила!

— Видишь! — оскорбился эрг. — Ты так достала гадость, что она первая решила сдать тебя в отцовские руки.

— Слово, папа, и заканчивай балаган! — топнула ножкой Ррэу. — Или я ее сама к порталу поведу.

— Нет! — встрепенулся эрг. — Никакой самодеятельности! Даю слово, что лично отправлю княжну домой в целости и сохранности!

— Вот и чудно, папочка! — наклонилась к его капюшону девочка, имитируя поцелуй в щеку, затем она обернулась ко мне, сигнализируя, что все хорошо, и вышла за дверь.

Эрг облегченно вздохнул и, кажется, даже обмяк в кресле.

— Дети! — вздохнул он.

— Увы, я вас не понимаю, — покачала я головой.

— Когда появятся, поймешь, — как-то угрожающе пообещал эрг. — Иногда мне кажется, что это все мне наказание за то, что я родителей изводил. Согревает мысль, что мои внуки отомстят за меня. А почему не пьешь чай, ваша светлость? — обернулся он ко мне.

— Не хочу, — пожала я плечами. — А вы?

— А мы питаемся энергетическими потоками.

— То есть вам высоковольтные провода на стол надо подавать? — ухмыльнулась я.

— Можно и их, но лучше не надо, — поежился главный эрг. — Что ты знаешь о Гее?

Я рассказала известную мне историю возникновения мира. С позиции людской версии, драконовской и независимого наблюдателя.

— Не совсем так, — качнул капюшоном главный эрг. — Забавный миф, но немного неверный. История Геи, с одной стороны, банальна и проста, а с другой — уникальна. Создавший ее демиург не особо интересовался новым мирком и пошел творить дальше. Его напарнику-эргу не нужна была обычная, ничем не примечательная реальность. И около ста лет биогеоценоз Геи развивался сам по себе, без вмешательства извне, пока туда, в заброшенный мир, не наведался мой дед-демиург с друзьями.

В то время он был еще учеником и увлекался различными опытами. Он мечтал создать универсального солдата, чтобы прославиться. А в результате сотворил дракона. Дракон сбежал на Гею и облюбовал этот мирок в качестве своего логова. Около двухсот лет он пытался там адаптироваться к местной флоре и фауне.

А в это время демиург вовсю экспериментировал и результаты своих опытов втихую выпускал на Гею. Мир никого не интересовал, и его творчество не сразу заметили бы. А потому можно было не опасаться отцовского гнева. Надо признать, фантазия у прадеда была буйной и богатой, а продуктивность высокой. Так что Гее пришлось несладко. Что там творилось, конечно, осталось тайной, но через триста лет Гея привлекла к себе внимание, превратившись в клоаку, где разные твари пытались выжить. Однако уничтожать мир не спешили, потому что эргам с демиургами стало интересно наблюдать со стороны за становлением локального серпентария.

Около тысячи лет назад Гея постепенно стала превращаться в террариум единомышленников, и становление диктатуры Драко только усугубило процесс. В это время мой дед Йойо передал собственность моему отцу, а сам ушел в другую вселенную. Видишь ли, наш мир бесконечно огромен, и его энтропия постоянно растет. Другими словами, каждую минуту в нем появляется новая вселенная, где требуется свой мастер. Обычно старшие демиурги уходят в другие вселенные, оставляя старые миры на своих наследников. Но мой отец к тому времени уже созрел для перехода в новую вселенную и оставил все мне. У меня с братом-демиургом уже были дети, поэтому я считал себя солидным эргом и не уделил значительного внимания Гее. Собственно, мы с братом хотели ее уничтожить как банальный мирок, но не учли, что там обитает дракон. В общем, нам сразу это провернуть не удалось, поэтому мы решили временно отложить ее уничтожение до лучших времен. Тем более что особых хлопот Гея не доставляла.

Как оказалось, зря. Наши детки заинтересовались новой игрушкой и стали втихаря играть с заброшенным миром. Естественно, мы с братом знали, чем они занимаются, но решили не вмешиваться, ведь сами в свое время точно так же прятались от своих родителей, развлекаясь с их игрушками. Вначале все было нормально. Дети забавлялись с выбранными героями, мы следили за детьми. Но потом моя дочь Ррэу села в шаттл и помчалась на Гею. Там она разбилась. Так как жизнь эрга ограничена в таких мирах, мы заволновались и попытались вернуть шаттл, но Дракон воспринял нас как угрозу и не пустил в мир. Более того, Дорвана запечатала Гею от нашего вмешательства. Вот нам и приходилось выдумывать всевозможные способы проникновения в ваш мир. Пришлось даже подать прошение на убийство Дракона. Ты злишься?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Ррэу рассказала мне про какие-то странные ваши способы размножения. Если все так сложно, я удивлена, как вы еще не вымерли. А если учесть, что смерть Ррэу могла повлечь смерть вашей второй дочери, то я понимаю ваш риск.

— Ты умеешь сопереживать? — изумился эрг. — Странно!

— Я еще и крестиком вышивать могу! — огрызнулась я. Ну почему он так? Словно я чурбан какой.

— Как ты узнала про дочь? — вдруг перебил меня Эхрншт, вскидывая вверх руку в примиряющем жесте.

— Вы тогда сказали Эквилибриуму, что защищаете самое дорогое. Мы с братьями подумали и решили, что это, скорее всего, ребенок. А потом стали искать в нашем мире. К счастью, шаттл упал на территории моего княжества. Так что поиски заняли немного времени.

Эрг задумчиво смотрел на меня. Мне стало неуютно от пристального внимания клубящейся тьмы в его капюшоне. Я смолкла. Молчал и собеседник. В этот момент в гостиную вошел Орту.

— Господин, — поклонился он. — Лекарь проверил Ррэу. Это действительно ваша дочь. Не подделка.

И в этот момент эрг впервые проявил эмоции. Он вскочил из-за стола и бегом кинулся прочь из комнаты. Я взглянула ему вслед и встретилась глазами с Орту. Полагаю, оборотень остался меня сторожить.

— Что с ним? — кивнула я на закрывшуюся за Эхрнштом дверь.

— Наверное, побежал оказывать настоящей дочери недооказанное внимание, — улыбнулся оборотень. — Он боялся, что вы привели с собой обманку. Вы, ваша светлость, подождите его здесь, пожалуйста.

— Я не знаю дороги к порталу, — пожала я плечами. — Поэтому вряд ли пойду искать приключения в замке, полном охотников на драконов. Да еще после нашей стычки.

— Это да, — улыбнулся Орту.

Оборотень подошел к столу, взял чашки с дымящимся чаем и выплеснул их содержимое в окно.

— Думаю, стоит заварить новый, — по-хулигански улыбнулся он. — Меня Орту зовут.

— Я знаю, — проинформировала я. — Мне сны вещие снились. Там Эхрншт очень забавно злился.

— Интересная особенность, — заметил Орту, потроша заварник и промывая его. — От кого вы ее унаследовали?

— Не знаю, — развела руками я. — Может, так, мутация?

Оборотень улыбнулся. В этот момент в комнату вернулся главный эрг. Прошествовав к столу, он вновь опустился в кресло напротив меня и обернулся к Орту.

— Хорошо, что ты позаботился о нашей гостье. А теперь можешь быть свободен.

Орту поклонился и вышел. Эрг провел над заварниками и дымящимися чашками рукой и удовлетворенно кивнул.

— Это действительно моя Ррэу, — растерянно пробормотал он. — Я не ожидал от тебя, княжна, что ты войдешь в мое положение. Прости, и спасибо.

— Пожалуйста, — кивнула я. — Вы ждали от меня иного?

— Если честно, то да, — признался эрг. — Ты уж прости, но, учитывая генетику и происхождение, твой вид не предрасположен к сопереживанию, сочувствию, милосердию. Вам чужды доброта, нежность, любовь.

— Это еще почему? — удивилась я.

— Потому что ты — лабораторный эксперимент, — спокойно продолжил Эхрншт. — Ты — универсальная машина для убийства, которая вышла из-под контроля. Вот почему тебя пытались уничтожить.

— Это бред! — фыркнула я. — Я человек! То есть дракон! Живое существо!

— Нет, — покачал головой эрг. — Ты — ошибка ученых. Неучтенный фактор.

— Да здрасте! — разозлилась я. — С чего мне вам верить?!

Обидно осознавать, что ты следствие ошибки. Да еще и нежелательный эксперимент. Почему?! За что?! Я же такая, какая есть!

— Тебя изначально планировали как бойца, — пояснил эрг, простирая руку над столешницей. В тот же момент на поверхности стола возникли различные научные выкладки. — Мы планировали создать новый вид слуг-телохранителей. Мой дед решил использовать генофонд змей. Земноводные быстры, спокойны, обладают прекрасными охотничьими инстинктами и реакцией. Кроме того, деду-демиургу было интересно, что будет, если к змее приделать ножки. Он тогда был еще учеником и не задумывался о последствиях шалостей. Сначала у него получилась ящерица. А потом, модифицируя ее генетику, варьируя способы зачатия и ареал обитания, он вывел дракона. Причем, работая, он вложил слишком много собственной искры. Первые драконы оказались очень близки по природе силы демиургам и эргам. И это была его роковая ошибка. Мастер создал совершенную особь, которая представляла собой универсального убийцу с огромным магическим потенциалом.

— И кто это был?

— А ты не догадалась? — хмыкнул Эхрншт. — Твой предок — Тьма. Самка дракона. Дед надеялся получить потомство. Он также думал, что женская особь более управляема, чем мужская. Он во второй раз ошибся. Самка оказалась гораздо злее и агрессивнее самца. А еще намного умнее. Она быстро училась и развивалась. Что странно, так это то, что с ее интеллектом она абсолютно не приручалась. Тогда дед попытался ее убить. Но это оказалось невозможным. Драконесса воспользовалась силой демиурга и эрга, что значительно уменьшило наши шансы на ее выведение из эксперимента. Тогда дед создал других драконов для того, чтобы уничтожить Тьму. Но те закономерно погибали. Первый образец их просто убивал, а вместе с тем тренировался и совершенствовался. Тогда дед решил сотворить антипод Тьмы с целью ее уничтожить.

— Так Свет был создан не для продолжения рода? — удивилась я.

— Нет, конечно! — возмутился эрг. — Беда только в том, что в момент, когда их стравили, у Тьмы было что-то вроде овуляции, и Свету стало не до войны.

— А потом?

— Тьма исчезла. Дед счел, что Свету удалось реализовать его первоначальную идею, и успокоился. Он начал разрабатывать драконов для служения нам. На этот раз он не делал ошибок и не наделял драконов огромной силой демиурга. Он вкладывал в вас очень ограниченный магический потенциал.

— То есть менее совершенные версии драконов — это не начальные ступени эволюции, а завершающие эксперименты демиурга? — изумилась я.

— Да. Постепенно мой дед-демиург ухудшал генофонд драконов с надеждой вывести более-менее управляемый вид, но безуспешно. Вы по-прежнему оставались дикими и агрессивными. Дрессировке практически не поддавались.

Так вот почему наши предки отказались от брака с другими драконами! Происходило ухудшение нашего генофонда. Каким-то образом инстинкт улучшить свою породу повел нас по верному пути.

— Эхрншт, а первым драконам задумывался интеллект?

— А почему ты спрашиваешь?

— Мне стало интересно, что заставило творение взбунтоваться против своего Создателя. Как это произошло.

— Вы планировались как бездушные убийцы-исполнители. Умные, но не обсуждающие приказы и уж тем более не размышляющие над ними. Нам до сих пор непонятно, как вы вышли из-под контроля.

— Вот и не верь после этого в Высшие силы, — пробормотала я себе под нос.

— Что, прости? — спросил эрг.

— Может, все дело в душе? — предположила я. — Она заставила нас так странно себя вести.

— А откуда она в вас взялась, если не планировалась?

— А как она возникает? — заинтересовалась я.

— Жизнь в творения вдыхают демиурги. Но за души, наверное, Эквилибриум отвечает.

— А откуда неуверенность?

— Мы никогда не изучали данного вопроса.

— И вам никогда не было интересно, что заставило программу сбиться? Почему творение взбунтовалось?

— Это сложно выяснить, когда оно не идет на контакт, — пожал плечами эрг. — А повторять эксперимент не рискнули. Нам и более примитивных версий хватило. Они все выходили из-под контроля. В результате число лабораторных ошибок росло и не желало снижаться.

— И как вы решили вопрос?

— Стали разрабатывать убийц для драконов, — признался эрг. — Для черновой версии дед взял за основу генофонд драконов, вычленил из генома составляющую змей, заменив на волчью. Так появились оборотни. Создатель на этот раз учел все предыдущие огрехи и сделал оборотней уязвимыми. К счастью, они поддались дрессировке и служат нам до сих пор. Кстати, их же создали как охотников на драконов. Вот почему они так не любят вас.

— Оборотни Геи кажутся другими, — задумчиво заметила я.

— Таки есть, — согласился эрг. — Однажды на Гее потерпел кораблекрушение шаттл с черновыми версиями. В тот момент на Гее шел процесс естественного отбора между драконами, лабораторными тварями моего деда и первоначальной флорой и фауной мира. Поэтому извлекать оборотней из заброшенного мира оказалось дороже, чем создать новую партию. В связи с этим хозяева махнули рукой на пропажу. Предполагалось, что первичные оборотни долго не проживут. Но они успешно вписались в экосистему заброшенного мира. За оборотнями даже стало интересно наблюдать. Во многих поступках, привычках они напоминали драконов.

— Но нынешние охотники не оборотни! — заметила я, вспомнив Райдера.

— Верно, — согласился эрг. — Все потому, что оборотни могли справляться только с более слабыми версиями драконов. Для более ранних приходилось выводить все новые и новые виды убийц. Собственно, для создания охотников на драконов скрестили ДНК дракона и человека, только пришлось попотеть, чтобы сделать особь управляемой. Плюс мы разработали методики распознавания характерных черт дракона в личности, с тем чтобы удалять таких эмбрионов в процессе беременности. Ваши гены оказались очень сильными. Нам потребовалось около двухсот лет интенсивных генных опытов и селекции, чтобы создать антипод гена дракона.

— То есть драконы и охотники на драконов не могут иметь потомство?

— Очень даже могут, как выяснилось на практике, — вздохнул эрг. — Охотников готовили так, чтобы развить в них те качества, которые способствуют победе над драконом. Но если охотник на дракона и дракон соединялись, то получалась взрывная смесь. Например, твой братик и есть последствие этого союза. Сначала мы не знали, кто он. Твой дед умело морочил нам голову, что привез простую смертную с Геи. Пока эта простая смертная не пришла по вызову Дракона и не уничтожила половину нашей армии на Гее. Твоего брата мы не смогли убить, потому что за него вступился Эквилибриум, и теперь мы счастливы наблюдать успешное сосуществование ваших генофондов. А что касается твоего набора хромосом, то я чрезвычайно удивлен.

— Почему?

— Потомство Тьмы не просто развилось в отдельную ветвь вида, оно еще и умудрилось эволюционировать. В тебе и в твоих предках каким-то непонятным мне образом заложен инстинкт улучшения породы. Вы подсознательно постоянно совершенствуете свой генофонд, скрещиваясь с другими видами. Вы избегаете как близкородственных связей, так и довольно дальних.

— В смысле?

— Тебя абсолютно не интересует нынешний правитель эльфов. Ты его воспринимаешь как родича. Хотя родство довольно сильно разбавлено. У людей возможны браки между кузенами, а тебе это претит. Ты подсознательно избегаешь того, что хоть как-то может ослабить твое потомство. Нынешним партнером ты умудрилась выбрать того, кто еще не был отмечен в твоей родословной. Оборотня. И это при том, что ваши виды должны на дух не переносить друг друга.

— Это плохо?

— Теперь, когда ты вернула мне дочь и отсутствует необходимость вторгаться в твой мир, я нахожу это интересным. За вами будет забавно наблюдать.

— Вуайеристы! — сплюнула я.

— Ну не настолько, — улыбнулся эрг. — Может, ты подумаешь над перспективой туризма в ваш мирок? Мне кажется, многие хотели бы его посетить. Особенно после того, как он приобрел статус заповедника.

— А как же то, что вы пьете души?

— Для демиургов такой проблемы нет. А нам, если честно, понравилась ваша идея големов. Дешево и сердито. И тела, как ни странно, не разрушаются в процессе эксплуатации, и мы чувствуем себя довольно комфортно в них.

— То есть для вас голем — вариация скафандра?

— В смысле? — не понял эрг.

— У нас люди для того, чтобы путешествовать по враждебному космосу, придумали скафандры, которые поддерживают их жизненно необходимые функции. Например, вы вселяетесь в голем и путешествуете по нашему миру, а потом возвращаетесь домой, вешаете в шкаф. Когда надо, достаете — и снова в бой.

— Да, что-то вроде этого, — согласился эрг. — Как выяснилось на основании проведенных тестов, мы можем ходить в големах, питаться и выполнять все физиологические нужды. При этом созданная оболочка слабо изнашивается. И если ее специально не уничтожить, то в ней можем жить. Не постоянно, конечно, но достаточно для прогулок и экскурсий.

— Предлагаешь нам наладить производство големов и организовать туризм?

— Было бы неплохо, — кивнул эрг. — Хорошо бы еще выбирать вид големов. Могу посоветовать дизайнеров.

— Мне надо обдумать эту идею и посоветоваться с Виком.

— Хорошо. Но, может, ты разрешишь мне бывать на Гее? Вдруг Ррэу или уже Рыхн вновь туда сбежит?

— Я разрешила ей нас навещать. И если что-то случится — обращайся ко мне, мы ее быстро найдем.

— Спасибо! — от души поблагодарил эрг. — Приятно знать, что я в тебе ошибся.

— И мне приятно знать, что ты оказался адекватным созданием.

Я взглянула на часы. Стрелка на них не двигалась, но у меня возникло стойкое ощущение, что я здесь засиделась. Братья и Морти могут волноваться.

— Мне пора.

— Хорошо, — кивнул эрг. — Я тебя провожу.

Эхрншт довел меня до самого портала. Активировав камень, он смерил меня задумчивым взглядом и произнес:

— А все-таки интересное ты создание, княжна! Что-то мне подсказывает, что с тобой будет приятно иметь дело.

— Спасибо, — склонила я голову. — Посмотрим.

5

Любить ближнего было бы куда легче, если бы этот ближний не был так близок.

Норман Мейлер

Я вышла из портала посреди поляны около «Сердца Дракона». На душе было хорошо и легко. Все-таки приятно делать добро! Очень часто, увязнув в своих проблемах, мы становимся мелочными и раздражительными, мы забываем о людях вокруг нас, черствеем и реже протягиваем руку помощи. А ведь безэмоциональность убивает душу. И это смело утверждаю я — лабораторная ошибка, сбежавший эксперимент, в котором чувств порою больше, чем в «природных» созданиях.

И пусть мои предки возникли не по красивой легенде, а вследствие ошибки! Жизнь — она и есть жизнь. Она всегда найдет себе путь. Она прекрасна, уникальна, неповторима, желанна и так сладка! Проблемы с Геей решены, намечается интересное сотрудничество. И нужно идти вперед, только вперед. Теперь все будет хорошо!

— Света?! — раздался грозный рык у меня за спиной.

— Морти?

— Ты где была?! Мы тебя обыскались!

— Я вернула Ррэу отцу.

— И ты пошла туда одна?! — возмутился Мортифор. — Ты могла погибнуть!

— Да брось, — поморщилась я. — Эхрншт был очень рад дочери. Он нам дружить предложил! Мы мирно побеседовали за чаем. Я узнала о своем происхождении.

— Я тебя сейчас убью! — разозлился муж. — Мы тебя весь день ищем. А ты философские беседы ведешь!

Оборотень схватил меня поперек туловища, сел под дерево и, положив на колено, шлепнул по пятой точке.

— Стой! — возмутилась я. — Направь свою энергию в мирное русло!

— Это какое же? — ухмыльнулся Мортифор.

— Поцелуй! — притворно жалобно попросила я. — Я вернулась домой уставшая и вымотанная. Мне хочется тепла, а не порки.

— Скажи спасибо, что я тебя нашел первым, а не братья! — фыркнул Морти. — Вот они бы оторвались.

— Мне сказали, что я лабораторная ошибка!

— Что?!

— Мне открыли настоящую версию происхождения драконов. Мы — ошибка эксперимента. Я вроде уже успокоилась, но все равно в душе немного обидно. Словно себя нежеланным ребенком чувствуешь. Только в данном случае «нежеланный ребенок» вся моя семья.

— Свет, — обнял меня оборотень и проникновенно прошептал: — Ты же сама прекрасно знаешь, что порою самые гениальные открытия случаются по ошибке. А ваш род, наверное, самое стоящее и гениальное творение за всю историю.

И в этот момент я эти слова осознала сердцем. И обида сразу куда-то ушла, внутри разлилось тепло. Ну да, вот такие мы, заразы, но все-таки мы — есть!

Я прижалась спиной к теплой груди мужа и взглянула на ночное небо. С небосвода сорвалась звезда и понеслась вниз. Красиво. Ночь стрекотала кузнечиками, где-то квакали лягушки. Легкий ветерок обдувал кожу, а в воздухе висел сочный запах травы и нагретой земли. Такие минуты покоя в современном мире на вес золота.

Наше уютное молчание постепенно перетекло в поцелуй. Все печали и тревоги уходили прочь. Душа расправляла крылья и взлетала. Все-таки как прекрасен этот мир!

Где-то хрустнула ветка и тихий голос прошептал:

— Вик, я их нашел!

— Угу, — ответил Вик. — Я вижу.

— Ну что, пожалеем их? Или обломаем кайф?

Мортифор раздраженно заворчал и повернулся так, чтобы прикрыть меня от братьев спиной.

«Скройтесь!» — нежно попросила я братьев.

«Тебя папа с мамой ищут, — обрадовал Вик. — Нам сказать, что вы тут?»

«А мне сказать дяде Олегу, кто его машинку опять поцарапал?»

«Не надо тяжелой артиллерии! Мы уже уходим!» — принял кузен верное решение.

И тут раздался хлопок аппарации.

— Уважаемый лорд Виктор Венатор, — послышался подозрительно знакомый голос. Лихтеншант Хобса! — Что вы чувствуете, став официально охраняемым видом?

— Ой! — воскликнул кто-то из сарков. — А что это вашего зятя так под деревом скрутило?

— Кажется, там намечается сенсация! — раздался третий голос.

— Уходим, господа, — твердо произнес Вик.

— Виктор, вы с Норри охраняете покой своей сестры? Как романтично!

— Не согласен! — прошептал мне на ухо Мортифор и зарылся носом в мои в волосы.

Я замерла, превратившись в слух.

— Мы уходим, — с нажимом повторил Вик. — Вперед.

— А как вы думаете, чем они там занимаются? — не унимался кто-то из сарков.

— Продумывают план убийства ненужных свидетелей, — прошептал Морти.

— Оценивают вероятность проведения генетических экспериментов в условиях естественной среды, — хмыкнул Вик.

— Как интересно! — загорелся кто-то из сарков. — Может, ближе подойдем, посмотрим?

— Не советую, — сухо отрезал Вик. — В это время на охоту выходит куча разных хищных тварей…

— С нами во главе, — хмыкнула я.

— …Вы можете пострадать.

— Виктор, а может, вы продадите пару эксклюзивных снимков?

— Лучше это сделать в замке, там освещение лучше.

— Я же о венценосной семейке, — заметил Лихтеншант.

— Вспышка фотоаппарата может повредить будущей популяции драконов. Вы готовы взять на себя ответственность за вымирание реликтового вида?

— Я не думаю, что вы дадите численности популяции упасть, — хмыкнул кто-то из сарков.

— И все же не стоит, — поддержал кузена Норри. — Драконы крайне нервные, легковозбудимые и мстительные существа!

— Извините, господа, — вздохнул Лихтеншант. — Заработались. Вы же знаете наше кредо: «Делай деньги любыми путями!»

— И даже честно, если другого выхода нет! — услышала я Витькин голос.

— Виктор, вы нас всегда восхищали! Ваша хватка! Ваш талант! У вас в роду сарков не было?

— Нет, — хмыкнул Вик и добавил: — Я просто лабораторно выведенное совершенство!

— Слушай, — вздохнул Мортифор, — а может, ко мне в замок переместимся? Братья сами разберутся. А у меня там такой большой сад…

— Правда? — хмыкнула я и прищурилась. — А что еще там большое?

— Кровать, — брякнул оборотень и поспешно поправился: — То есть библиотека и коллекция магических артефактов!

— Пошли! — улыбнулась я, обнимая его за шею.

ЭПИЛОГ

К чести Мортифора, он действительно сначала повел меня в библиотеку. И к моему великому стыду, впервые, прохаживаясь среди книг, я думала не о них.

В процессе демонстрации крупной коллекции артефактов я стала присматриваться к тем, с помощью которых могла бы зажать Мортифора в уголке, но садист-муженек сделал вид, что не заметил моих плотоядных взглядов, и предложил прогуляться по саду. Когда же он чуть не пал жертвой дракона в ближайшей же беседке, то прекратил издеваться и повел-таки обживать новую кровать.

Родословная Драконов

Примечания

1

Душа любого дракона фрагментарна. Она делится на звериное и человеческое начало, которое в свою очередь обладает дуализмом и несет в себе и мужское и женское начало. Полагают, что это досталось им в наследство от рептилий. Тем не менее данная способность помогает драконам выжить в любых ситуациях и делает хищников почти универсальными созданиями. У молодых драконов наблюдается преобладание какой-либо из частей, с возрастом устанавливается их равновесие.

Content

Светлана Уласевич
ПОЛТОРА ВОИНСТВЕННЫХ МЕТРА, ИЛИ БЕРЕГИТЕСЬ ЗЛОБНОГО ДРАКОНА!

ПРОЛОГ (Для тех, кто хочет вспомнить содержание предыдущих книг)

Легенда о Сотворении мира и первого дракона

История возникновения мира

Вариант для «всех своих»

Вся правда о создании дракона

Часть первая ОДИН ПРОТИВ ВСЕХ

1

2

3

Часть вторая ВСЕ ПРОТИВ ОДНОГО

1

2

3

4

5

6

Часть третья ОДИН ЗА ВСЕХ

1

2

3

4

5

6

7

Часть четвертая ВСЕ ЗА ОДНОГО

1

2

3

4

5

ЭПИЛОГ

Родословная Драконов

Примечания