Кейти МакАлистер

Много шума вокруг вампиров

Пролог

Алек Дарвин умирал или, по крайней мере, был очень близок к этому.

Он закрыл глаза, откинулся назад, и стал двигаться, когда почувствовал, как мелкий камушек впился ему в спину. Стоит ли вытаскивать его, чтобы спокойно пролежать целую вечность? Есть ли у него силы?

Его плечо дернулось в раздражении. Камень впивался в почки и отвлек его от мыслей. Черт, как он не заметил его? Каждое движение причиняло боль. Ведь он выпил пару чайных ложек крови.

Он сейчас должен наслаждаться своими муками, ведь он пришел умирать в Акашу, а не думать о том, что чертов камень размером с арбуз торчит в его спине. Он должен бы раздумывать о своем жалком существовании, лишенном радости или счастья и даже надежды. А ему приходится просчитывать, даст ли камень ему умереть спокойно, если он подвинется чуть дальше

Если бы только его возлюбленная не умерла. Если бы он пришел к ней, на пару минут раньше, он бы успел остановить потерявшую контроль идиотку. Если бы он успел уложить ее в постель, как только понял, что она его возлюбленная и завершить воссоединение...

Он испустил последний вздох, вспоминая ее лицо, его единственную любовь, женщину, которая была рождена, чтобы спасти его и, которая умерла от несчастного случая.

Сознание покинуло его. Камень перестал раздражать. И последние искорки сознания выдали ему не образ возлюбленной, а лицо женщины, упавшей к его ногам несколькими месяцами раньше.

Глава 1

Сон начинался как обычно.

– Что ты видишь, Корасон?

Успокаивающим голосом, спрашивала Барбара, гипнотерапевт, нанятый Пэтси, для нашей девичьей вечеринки.

– Грязь. Я вижу грязь. Ну, еще траву и все такое, но, в основном, грязь.

– Ты уверена, что она под гипнозом? – подозрительно спросила Пэтси, она всегда во всем сомневалась. – Мне так не кажется. Кора! Ты слышишь меня?

– Нужно быть в пяти милях отсюда, чтобы не услышать тебя. Я под гипнозом, дурында, а не оглохла. – Я уставилась на нее, а она на меня.

– Секундочку... – Пэтси перестала на меня пялиться, и драматично указала на кушетку, где я лежала, – Ты не должна меня слышать!

– Она понимает, что под гипнозом? – Спросила Тэрри, третий член нашей маленькой "террористической группировки" как называл нас мой бывший муж.

Ублюдок.

– То, что она нас слышит, регрессии не помешает?– спросила Тэрри.

– Гипноз – это не магическое состояние неведения, – ответила Барбара, – она просто расслаблена, погружается в свою внутреннюю сущность и открыта для восприятия многих воспоминаний из прошлой жизни. Уверяю вас, она под гипнозом.

– Можно я возьму булавку и воткну в нее, – предложила Пэтси, суетясь возле шкафа, заставленного книгами, если Кора отреагирует, мы поймем, что она прикидывается.

– Никто в меня ничего не воткнет! – я выпрямилась, приготовившись в любой момент защищаться, если Пэтс подойдет с чем-нибудь острым.

– Прошу вас, леди, – Барбара, терпеливо ждала, пока мы успокоимся, но я понимала, что ей не терпится закончить все и уйти, – у нас ограничено время. Корасон находится в легком трансе, так же называемым альфа-состоянием. То есть, она застряла в своем внутреннем «я», ее истинной бессмертной сущности, сейчас она способна пересекать границы времени.

– Ага. Пересекать всю эту фигню, – сказала я, откидываясь на кушетку. Я понимала, что это всего лишь сон, но мой желудок сжался, вспоминая, что дальше произойдет,– Так что сядь на место и наслаждайся зрелищем. Что мне теперь делать, Барбара?

– Осмотрись. Изучи окружающее пространство. Расскажи нам, что видишь, что ты чувствуешь.

– Я вижу грязь. Я чувствую грязь. И я сама грязная.

– В ее прошлой жизни была только грязь? – спросила Пэтси, чавкая поп–корном.

Сейчас это произойдет. Он идет. Меня охватил ужас.

– Поблизости есть здания или какие-нибудь строения, которые могли бы указать на то, в каком году ты находишься? – спросила Барбара.

– Ммм… слева ничего, кроме леса. Кажется, я стою на какой-то пыльной тропинке. Пойду, поднимусь на этот маленький холм… ух ты! Там внизу город. И похоже, что наверху на высокой скале есть замок. Крошечные люди бегают по полям за городом. Круто! Похоже на средневековую деревню или нечто вроде того. Думаю, я спущусь и поздороваюсь.

– Отлично, – похвалила меня Барбара, – скажи мне, как ты себя чувствуешь?

Меня тошнит. Я напугана. До ужаса.

– Ну… я голодна. Нет, очень голодна. Просто зверски. Великолепно, значит, я крестьянка, да? Я бедная голодная крестьянка, окруженная грязью. Мило.

– Мы здесь не для того, чтобы судить о своей прошлой жизни, – чопорно сказала Барбара.

– Фу, Кора, – сказала Пэтси, – Тэрри оказалась личной служанкой Клеопатры, а я была одной из наложниц Цезаря. Детка, ты не вписываешься в нашу команду. Ты как минимум должна быть средневековой принцессой в огромном колпаке.

Я не могла ... из-за него.

Отвращение нахлынуло на меня.

– На мне туфли, у крестьянок не было туфель, верно?

– Уверенна, у некоторых были, – сказала Тэрри, забрасывая в рот поп-корн.

– Ты можешь спуститься в город? – спросила Барбара, – Может, мы могли бы выяснить, кто ты, если увидим где ты.

– Ага, иду вниз.

Услышав позади грохот, я впилась ногтями в кушетку.

– Эй, смотри, куда ты… бог мой. Боже мой. О ГОСПОДИ!!!

– Что? Что случилось? – обеспокоено спросила Барбара.

Ей есть о чем беспокоиться.

– Только что, женщина в повозке сбила меня.

– Что? – завизжала Пэтси.

– Она переехала меня. Ее волы взбесились, наверное. Они просто проехались с холма и прямо по мне. Охренеть! Теперь по мне топчутся волы, а дама в повозке кричит и… боже ты мой! У меня только что отвалилась голова! Она отвалилась! Фу!

Тэрри сидела, уставившись на меня огромными глазами, пригоршня поп–корна замерла на полпути ко рту.

– О, боже. Я не… у меня еще никто не умирал во время регрессии, – сказала Барбара с еще большим беспокойством, – Я не совсем понимаю, что дальше делать.

– Ты… обезглавлена? – спросила Пэтси, – Ты уверена?

– Да, Пэтс. Моя голова отделена от тела, которое покрыто следами копыт. Думаю, колесо проехалось по моей шее. Оно… брр. Это просто жуть. Почему, черт возьми, мне достается реинкарнация, где меня убивают два быка? Почему я не могу быть наложницей Клеопатры?!

– Личной служанкой, а не наложницей, – исправила меня Тэрри, закидывая в рот поп–корн и яростно его пережевывая, – ты точно знаешь, что умерла? Может тебе показалось и все не так плохо?

Все станет еще хуже, теперь я об этом знала. Мурашки пошли по телу.

– Моя голова валяется в метре от тела. Думаю, это показатель смерти… господи! Что она вытворяет?!

– Телега? – уточнила Пэтси.

– Нет, женщина. Неужели она...

– Что? Что она? – спросила Тэрри, усаживаясь поближе.

– Это так необычно, – пробормотала Барбара.

– Ну что там делает эта дамочка? – спросила Пэтси, хлопая меня по колену.

– Она пытается прикрепить мою голову обратно к телу. Леди, зря стараетесь. Нет, у вас не получится привязать ее обратно. Ха. Я же говорила. О, только не урони меня в грязь! Ну что за руки-крюки! А теперь она погналась за быком, который умчался в поле. О, нет, она возвращается. Размахивает руками, как будто что-то кричит, но я не слышу, что именно. Наверное, это шок от того, что мне голову отрезали колесом повозки.

– Невероятно, – изумилась Тэрри, – думаешь, она специально тебя сбила?

– Не думаю. Она кажется бестолковой. Только что она споткнулась о мою ногу и упала на мою же голову. Черт! Похоже, она сломала мне нос! Господь Всемогущий, это из разряда ужастиков вроде «Братья Маркс против человека в кожаной маске».

– Чего? – одновременно спросили Тэрри и Пэтси.

– Она что-то делает, что-то странное.

– Боже, она занимается любовью с твоим безжизненным телом? – предположила Тэрри, – я видела такое в шоу на канале HBO!

– Она пристает ко мне, размахивает руками и напевает что-то. Да что за... она что... ого-го!

Он приближался. Я его не видела, но знала, что он уже за поворотом. Он – смерть.

– Не волнуйся, – говорила Барбара, – твоей личной безопасности ничего не угрожает. Просто постарайся спокойно и подробно описать, что ты видишь.

– Не знаю как вы, но я считаю обезглавливание и барбекю еще какой угрозой личной безопасности.

– Барбекю? Кто-то свинью зажарил? – уточнила Пэтси.

– Нет. Дамочка с волами махала руками, и внезапно мое тело засветилось серебряным светом, и он опалил меня. Великолепно. Еще кто-то идет.

Мой рассудок вопил: нет, только не это.

– Эй, мистер, попросите дамочку прекратить ее штучки с огнем? Она спалила мне половину волос.

– Это самая странная вещь, которую я когда–либо слышала, – Тэрри сказала Пэтси, – у тебя самые лучшие вечеринки!

– О, да, все это было запланировано, – ответила Пэтс и снова хлопнула меня по коленке, – А что теперь происходит, Кора?

– Парень только что увидел меня и инстинктивно отступил назад. Наверное, потому, что женщина пыталась спрятать мою голову за своей спиной, а мое ухо отвалилось и упало прямо к его ногам. Теперь он его поднимает. Кричит на нее. Она показывает пальцем в сторону волов в поле, но он, кажется, очень разозлился. Ага, задай ей, мистер. Она не имеет права водить, если не справляется с коровами.

Мое сердце заныло, от того что произойдет дальше.

– Из этого выйдет отличный фильм, – задумчиво произнесла Пэтси, – интересно, мы можем написать сценарий? Мы могли бы заработать миллионы.

– Итак, теперь парень держит в руках мою голову и трясет ею перед дамой, продолжая орать. Упс. Клок волос оторвался. Моя голова покатилась вниз по склону. Парень и женщина гонятся за ней. Ха. Ладно, в какой-то степени это действительно забавно. Ужасно, но смешно. А, спасибо огромное, сэр. Он снова меня поймал, и теперь несет меня обратно к телу, волоча за собой хозяйку волов. Тпру! Стой, притормози!!!

Я изо всех сил старалась проснуться, но у меня не получилось.

– Он опять твою голову уронил? – спросила Тэрри.

Я запаниковала.

– Нет, он... вот дерьмо! Вытащите меня отсюда! Сейчас же разбудите меня!

– Не волнуйся, – успокаивала меня Барбара, – образы, которые ты видишь, находятся в прошлом, и не могут причинить тебе вреда.

– Что происходит? Что парень сделал? – спросила Тэрри.

– Я хочу проснуться! Прямо сейчас! – проговорила я, схватившись за кушетку, пытаясь сесть.

– Хорошо. Я начинаю обратный отсчет, и когда дойду до единицы, ты проснешься обновленной и умиротворенной. Пять, четыре, три, два, один. С возвращением, Корасон.

– Ты в порядке? – спросила Пэтси, когда я села, пытаясь отдышаться, у меня кровь стыла в жилах при воспоминании о том, чему я была свидетелем.

– Думаю, да.

– Что случилось в конце? – спросила Тэрри – Ты выглядела до смерти напуганной.

– Ты бы тоже испугалась, если бы увидела, как вампир кого-то убил!

Я резко проснулась, отгоняя остатки сна. Сейчас я в безопасности. В моей маленькой квартирке, одна, без зеленоглазого, темноволосого монстра, который убил женщину, прямо на моих глазах.

Я зарылась лицом в подушку, размышляя, почему мне продолжает сниться вечеринка у Пэтси. Ночь за ночью я снова переживала сцену из своей прошлой жизни. Почему сны участились? Почему они были такими до ужаса реальными?

Из прошлого опыта, я знала, что снова пытаться уснуть – бесполезно. Я встала и отправилась в ванную. Почистила зубы и пошла читать, пока глаза от усталости не слипнутся.

Я молилась, чтобы зеленоглазый вампир убрался из моих снов.

– А потом, Ди сказал «дорогая, если ты хочешь достичь вершины, тебе придется работать над этим. Это относится и к сексу и к работе». Ну, ты знаешь, какой он шутник, и я как раз была «на вершине» ну в сексе, в тот момент, когда он говорил об этом. Но, я уверена, ты не хочешь об этом слушать.

– С чего ты взяла, что я не хочу послушать о твоем сексе с моим бывшим мужем? – сквозь зубы сказала я.

На дороге были жуткие ямы, машина то и дело подпрыгивала, но Даймонд, не обращая на это внимания, продолжала щебетать о моем бывшем.

– Конечно, он и с тобой играл в ковбоя и одноногого клоуна, так что, для тебя ничего интересного.

– Ага, ничего, – поджав губы, сказала я.

Минуту она молчала, затем с любопытством глядя на меня спросила:

– Ты ведь не злишься на меня, да? Может из-за Ди? Потому что не пригласили тебя на свадьбу? Ди решил, что будет невежливо устраивать шикарный банкет, ведь именно в тот день, вы официально развелись. Только по этой причине мы и улетели в Вегас.

– Я не злюсь, – ответила я, вздохнув, – когда вы решили пожениться, нас уже ничего не связывало. Это просто из-за...

Я замолчала. Мне очень хотелось ненавидеть Даймонд. За то, что она "увела" у меня мужа, за ее красивые светлые волосы, за великолепную фигуру, за то, что она мистическим образом из администратора превратилась в одного из лучших агентов недвижимости. А я продолжаю сидеть гребаным секретарем. Но, я не могу ее ненавидеть. Ведь ей три года нравился Дермот, мой бывший, но она никогда это не показывала, очаровывала всех подряд, но не его.

– Из-за одиночества? – спросила она, искренне переживая.

– Я просто скучаю по сестре.

– Тот шотландец женился на ней?

– Да.

К сожалению, я не могла рассказать все подробности об этом шотландце, да и о Джасинте... Даймонд была бы в ужасе от такой истории.

– Тебе, наверное, очень тяжело, что она далеко? А у тебя есть друзья мужского пола?

По какой-то необъяснимой причине, я вспомнила о зеленоглазом, темноволосом вампире из моих кошмаров.

– Нет. Парня тоже нет.

– Хреново.

– Не спорю. В наше время очень сложно встретить подходящего мужчину. Все они... такие... ну, пустые. Помешаны на себе или работе. Мне нужен парень, который способен заботиться о ком-то кроме себя. Разве я о многом прошу?

– А ты пробовала знакомиться по интернету? Мой друг там встретился со своей половинкой.

– Пробовала. Встречалась. Ничего хорошего не получилось, – хмуро ответила я.

– Ты хорошая, Корасон, и заслуживаешь счастья.

Я мученически вздохнула.

– Думаю, тебе стоит последовать совету Ди, – добавила она.

– Какому еще?

Возмутилась я, представив, что следую совету бывшего, особенно, в отношении моей личной жизни.

– По поводу вершин. Кстати, о работе, вон тот дом, – она указала на смутно виднеющиеся очертания дома, освещенного ярким калифорнийским солнцем, – если правильно его преподнести, то он как раз сможет послужить примером того, как добраться до вершины.

– Агент ты, а не я.

– Ты можешь быть моим напарником. Тебе полезно выбраться из-за стола и начать общаться с людьми. По работе, я встречаюсь со многими мужчинами, успешными, как раз такими, как тебе нужно.

Я снова взглянула на дом и улыбнулась.

– Ценю твою заботу, Даймонд. Правда, спасибо, но не думаю, что сексапильный мужик захочет этот домик или меня.

– Не попробуешь, не узнаешь. Я скажу Ди, что ты займешься продажей дома. Он не будет торопить тебя, когда узнает, как сильно ты нуждаешься в мужском плече.

Вот точно, только этого мне и не хватало, чтобы мой бывший узнал, как сильно я хочу мужика. Хотя, предложение было заманчивым, да и не хотелось обижать Даймонд.

– Хорошо, я подумаю.

– О нет, ты больше, чем подумаешь, ты это сделаешь. Это будет твоим дебютом в мире недвижимости и в охоте на мужчин.

Я засмеялась и собрала волосы в "конский хвост", затем проверила заряжен ли фотоаппарат, ведь мне предстояло сделать сотни фоток.

– Это всего лишь заброшенный дом, который десятилетиями пустовал. Вряд ли он сотворит чудеса с моей карьерой или личной жизнью.

– Ты не представляешь, на что он способен... – загадочно пропела Даймонд.

Мы вошли в жуткий, принадлежащий викторианской эпохе дом. Возможно, когда-то в нем жил барон или железнодорожный магнат... Но сейчас, дом был в ужасном состоянии.

– Не веришь мне? – спросила Даймонд.

– Боюсь, нет.

Прищурив прекрасные голубые глаза, она уточнила:

– Ты же не из тех, кто не верит в сверхъестественное?

Ха, если бы ты только знала, моя дорогая подруга. Едва сдержав дьявольский хохот, я мило улыбнулась и ответила:

– Скорее нет, чем да.

Я подумала, что не стоит рассказывать ей, что моя сестра оборотень, и замужем она за вампиром.

– Отлично, так и думала. Знаешь, не понимаю людей, которые не верят в это. Они такие ограниченные. Их разум закрыт. Моя прабабушка всегда говорила, что если я закрою свой разум, то умру. Так оно и вышло.

Я уставилась на нее, гадая, правильно ли ее расслышала.

– Ты умерла?

– Да. У меня были проблемы с... ну, скажем так, я попала в неприятную ситуацию, и поплатилась за это. Я запомнила урок, всегда нужно открывать свой разум для любого невероятного происшествия, человека или... другой сущности, – она вытащила из сумки фотоаппарат и оценивающе осмотрела дом, – ух ты, большой, да? Этажа четыре, наверное. Давай ты сфотографируешь подвал и первый этаж, а я второй и чердак?

– Хорошо. Ммм... , – я пошла за ней, осторожно ступая по шаткому полу, – а, когда ты говорила о сущностях, ты вампиров имела в виду? Или как там их еще называют...

– Темными? – она открыла дверь, замерев на пороге, закрыла глаза и глубоко вдохнула, – я всегда пытаюсь настроиться на дом, уловить его, прежде чем войти. Так я понимаю, какая семья должна в нем жить. Как странно. Кажется, кто-то темный жил здесь, но давно... – Она вошла, бросив на меня удивленный взгляд, – Хм... Конечно, я верю в темных, не встречала таких, но это не значит, что их не существует. Почему ты спрашиваешь?

Я подумала о высоком блондине, за которого вышла моя сестра. Потом вспомнила о темноволосом убийце из моих кошмаров.

– Да так, просто интересно.

Она засмеялась и махнула, чтобы я шла за ней.

– Понимаю, они восхитительны, да? Темные... ох, они сексуальные, загадочные, чувственные. А ты слышала о возлюбленных? Что существует лишь одна женщина, способная вернуть им душу. Про семь шагов к воссоединению? Что если она спасет его, то они будут связаны навеки?

– Ага, слышала.

– Жутко романтично, да? Хотелось бы иметь такого любовника. Как думаешь, они полностью погружены в чувства? Помешаны на партнерше?

Я вспомнила, что Эйвери казался полностью растворившимся в Джас.

– Да, думаю "погружены" подходящий термин.

– И этот образ плохого парня, кому они не нравятся? Любая захочет вернуть ему душу, – она вздохнула, хихикнула и шлепнула меня по руке, – Послушай нас, пускаем слюнки по вампирам, как подростки.

Я сморщила нос, когда осмотрелась в прихожей. Прямо напротив двери была лестница, ведущая в темноту, бледные лучи света, которым удалось пробиться через доски на окнах, не могли осветить помещение. Справа от меня была большая комната, которая, казалось, тянулась вдоль всего дома, темные пятнистые обои, создавали видимость движения. Слева был узкий коридор, из него несколько дверей вели в комнаты. В доме не было мебели, не было ничего, кроме нескольких порванных клочья древних газет.

– Мыши, – сказала я, почесав нос от запаха отравы.

– Скорее всего. Ди сказал, их травили в прошлом месяце, так что кроме нас, здесь живых точно нет. Хотя... – она замолчала, замерев на первой ступеньке, но затем, тряхнув головой, продолжила, – Нет. Здесь нет никого. Мне показалось.

– Не пугай меня!

Я испуганно озиралась по сторонам.

Даймонд рассмеялась и побежала на второй этаж.

– Не забудь сфотографировать комнаты с разных ракурсов. Потом я соберу их вместе и попробую сделать панораму. Клиенты их любят.

– Только безумец может решить купить это уродство, – пробормотала я себе под нос, и чуть не врезалась в паутину, – ух ты ж блин, подумать страшно как прекрасен подвал.

– Только представь, здесь все отремонтировано, полно людей и детского смеха, – прокричала Даймонд, поднимаясь на второй этаж.

– Если из стены высунется хоть одна мышь, я уйду!

Со второго этажа послышался смех, напоминающий звон колокольчика, черт, она даже смеется красивее, чем я, таким легким заливистым смехом, а я басом, словно выкуриваю по пять пачек сигарет в день.

– Моя жизнь – отстой, – сказала я вслух, и повернула ручку двери, – что у меня есть? Дом? Работа, которая мне не нравится? Убийца-вампир, который сводит меня с ума, и ни одного мужчины. Даже намека. Ой!

Казалось я врезалась в кирпичную стену и отлетела в сторону, но стена падала вместе со мной. Фотоаппарат ударился об пол, звон монет и звук разбитого стекла, оповестили, что из моей сумочки вылетело все содержимое.

Пару секунд у меня перед глазами летали звездочки, затем я пришла в себя и поняла что стеной, оказался мужчина.

– Извините, не знал, что вы здесь. Уходите.

– Чего? – спросила я, потирая лоб, – Вы кто? Что здесь делаете? Нам сказали, что в доме никого нет.

Мужчина посмотрел на лестницу, ведущую в подвал, и прошептал:

– Убирайтесь, сейчас же! Он знает, что я нашел выход!

– Кто? О, черт, если мой фотик сломался...

Мужчина побежал к входной дери, я проигнорировала это и стала собирать мелочь, новое, но теперь разбитое зеркало, помаду, и серый круглый камень, в золотом обрамлении с золотым драконом, – Это еще что? Эй, мистер, вы, наверное, ой... Дева Мария и все святые.

Еще один мужчина появился из темного подвала, и я почувствовала, что это точно не человек. Я инстинктивно попятилась назад, и у меня глаза чуть из орбит не вылетели, когда он посмотрел на меня.

– Desino![1]

Автоматически я перевела слово с латыни и, казалось, в этот момент время действительно остановилось. Я в ужасе, смотрела на мужчину, тем временем, воздух в доме загустел, и казалось, что взорвалась бомба.

Я упала на пол, закрыв руками голову, стены в доме завыли. Ну вот, я умру здесь, так и не успев встретить свою половинку.

– Черт, – прошептала я своим коленям и приготовилась отправиться в рай.

Глава 2

Оказалось, в раю меня никто не ждал. Открыв глаза, я увидела как мужчина, в которого я врезалась, пробежал мимо и отчаянно пытался открыть дверь.

– Ты посмел обокрасть меня!

Властный мужской голос, звучал как в кошмарном сне.

– Я бы никогда не совершил подобного, это мерзко, лорд Баэль, – ответил мужчина и упал на колени, – это мой хозяин. Он крадет у тебя.

– Твой хозяин – покойник, – заявило существо по имени Баэль, – как тебя зовут?

– Ульфур, мой господин.

Я с жутким удивлением наблюдала за происходящим, интересно Баэль был каким-нибудь лордом? У него, несомненно, британский акцент. Я отчаянно пыталась напрячь мозги, вспоминая, кто раньше жил в этом доме. Может Баэль был владельцем? Если так, то почему он не сообщил нам, что будет присутствовать при осмотре дома?

– Кто твой хозяин?

– Альфонсо де Марко.

– Не слышал о таком. Где украденное?

– У меня его нет, мой господин, – широко раскинув руки, ответил Ульфур, у него тоже был акцент, скандинавский. Медленно я встала, схватила сумочку и часть ее содержимого, и стала внимательно разглядывать мужчин, мой взгляд остановился на самом высоком. У него были темные волосы и обеспокоенное лицо. Из выреза в кожаном жакете блестело что-то объемное.

Ясно, что Ульфур врет. Он точно украл что-то из подвала. Я опустила взгляд на мои руки, сжимавшие содержимое сумочки. Часть украденного попала ко мне. Я хотела сообщить об этом владельцу, но не могла и слова произнести. Английский лорд явно был плохим парнем. Меня не покидало ощущение, что его не должно быть здесь.

– Где они?

Его голос стал тише, но я чувствовала физическую боль от слов Баэля, будто они были отравлены ядом.

– Я не знаю, мой господин, – повторил Ульфур, – мне известно только то, что мой хозяин отправил меня найти их, до того как маг-некромант Эйлвин отправился на поиски.

– Эйлвин, мне знакомо это имя, – сердито прорычал Баэль, и послышался звук разбитого стекла, словно окна вылетели от его слов, – Джеха!

У меня чуть глаза из орбит не вылезли когда магическим образом из ниоткуда материализовалась крупная, мускулистая женщина.

– Вы меня звали, мой господин? Чего желаете? – поклонившись, сказала она.

– Мне нужен Эйлвин, – заявил Баэль.

Я попятилась назад в коридор, в сторону кухни, не знаю, что происходило вокруг, но воспоминания о прошлом визите к сестре, подсказывали, что творилось явно что-то сверхъестественное. И будь я проклята, если снова вляпаюсь в это.

Я врезалась во что-то и оно двигалось, оглянувшись я поняла что это Даймонд.

– Я сфотографировала оба этажа, ты закончила?

– Я... эмм... нет!

– Нет?! – Она нахмурилась, – Ради всего святого... не говори, что ты увидела мышь и испугалась!

– Нет. Я видела их.

– Кого?

– Людей. Двое мужчин, они вышли из подвала.

– Каких еще мужчин? Кора, ты шутишь надо мной? Я же сказала, что в доме никого нет.

– Ага, скажи это парочке из подвала.

– Тсс, давай спустимся и проверим, – сказала она, открывая дверь в подвал.

– Они уже наверху, – сказала я исчезающей фигуре.

На цыпочках я пробралась в коридор и посмотрела на входную дверь. Баэль выкрикивал жуткие проклятья, приказывая пытать и замучить до полусмерти человека по имени Эйлвин.

– Отправляйся выполнять приказ, – как только он махнул рукой в сторону странной женщины, она исчезла, – А что касается тебя...

Ульфур повернулся в мою сторону, пытаясь прикрыть предмет на его груди.

Я прикусила губу, раздумывая, сказать что-то или все же промолчать. Я ни в коем случае, не оправдываю воровство, но... дьяволенок внутри меня требовал бежать отсюда, куда глаза глядят, и бросить этих двоих наедине, но разум запретил мне это делать. Очевидно, что камень, который попал ко мне, принадлежит англичанину, и я должна вернуть его ему.

Я собралась подойти к нему и отдать камень, но в этот момент Баэль махнул руками и яростно закричал:

– Abi in malam crucem, confer te in exsilium, appropinquabit enim judicium Bael!

– Отправляйся на муки, отправляйся в изгнание, так решил Баэль, – прошептала я, переводя его слова, и тут непреодолимая сила швырнула меня в стену и земля ушла из под ног.

Крик вырвался из моего горла, когда я провалилась в темноту и в этот же момент я снова увидела звезды перед глазами, потрясла головой и села, морщась от боли, когда острые камни вонзились в мои руки, все еще сжимавшие содержимое сумочки.

– Боже я в аду?

– Нет, в Абаддоне, хотя нет... еще хуже, мы в Акаше, – не поднимая лица от земли, ответил Ульфур, очевидно приземлившийся менее удачно, чем я.

– Как мы... что... где? – я осмотрелась, казалось мы были в пустоши. Хотя раньше я в них не бывала, но это место отлично подходит под описание. Ветер приносил голоса тысяч измученных пытками душ, растения и камни покрывала пыль. Повсюду были камни, не гладкие и круглые, а именно острые, казалось, они вот-вот вырвутся из земли и пустятся в бег, – Так, что такое Акаша?

Ульфур неистово закричал, перекатываясь по камням, в попытке сесть.

– Равнина Акаши, смертным она известна как лимбо. Место куда ссылают в наказание, в вечное изгнание. Отсюда возможно выбраться, но нужно, чтобы тебя вызвали. Кажется, я разбил лицо.

– Лимбо? Как мы сюда попали? Мы были в доме... ага. Вот дьявол... – Я швырнула горсть монет и вздрогнула, вытаскивая кусочек золота вонзившийся в мой палец, – Ах ты ж святой чихуахуа, больно! Кхе-кхе, я сломала камень, который ты стырил.

– Что? – Ульфур потер лоб.

– Камень, который ты уронил, когда врезался в меня. Тот, что ты украл у англичанина. Частицы золота перемешались с осколками обычного камня и теперь его точно не собрать.

Он резко встал, и начал отчаянно разгребать землю, пытаясь что-то найти. То, что он вытащил, оказалось плоским слитком золота в форме золотой рыбки, бесцветной и грязной.

– Анима! О, нет...

– Знаешь, я верю в сверхъестественное, но всему есть предел. Что еще за Анима? Зачем ты ее украл? Кто тот англичанин? И как мы сюда попали? Где конкретно находится эта Акаша? И, самое главное, как мне попасть обратно в дом?

– Слишком много вопросов, – сказал Ульфур, его плечи резко опустились, когда он потер кусочек золота, – я покойник. Я мертв. Снова.

Он взглянул на меня, и я заметила, что его глаза были абсолютно черными, даже зрачка не было видно.

– Occio тоже разрушили?

– Без понятия. Мне нужна аптечка, чтобы сделать укол против столбняка и еще чего-нибудь, еще мне нужно выбраться отсюда. И хочу шоколадку.

– Покажи мне Occio.

Я протянула руку, не понимая, чего он хочет.

– Да не руку, а Occio!

– Эмм... камень?

Я протянула вторую руку, в которой лежали осколки золота вперемешку с обычными камнями.

Он нахмурился.

– Не понимаю. Это орудие Баэля. Почему оно разрушено?

– Да я бы не назвала это орудием, скорее... подвеской что ли... – я огляделась по сторонам, гадая что за странный человек этот англичанин, раз мог заставить меня магическим образом телепортироваться, или сойти с ума, второе вероятнее, – Так кто же такой Баэль?

Ульфур посмотрел на меня своими черными, как ночь глазами, и уже было собрался ответить, как вдруг прищурился и прошептал:

– Ты... сверкаешь.

– Что прости?

– Ты сверкаешь.

Я вытянула руку и посмотрела на нее.

– Знаешь, что я думаю? У нас обоих поехала крыша. Я снова вляпалась в какую-то сверхъестественную ерунду, а ты видишь то, чего нет.

– Но это не так. Ты на самом деле блестишь.

– Слушай, Ульфур... – я хотела объяснить ему, что такого быть не может, но взглянув на него, заметила кое-что странное… – Эй! – сказала я тыкая в него пальцем, – Ты сам сверкаешь!

Он посмотрел на себя.

– В этом нет никакого смысла так же, как и в том, что орудия разрушены. Мы что блестим, потому что нас изгнали в Акашу?

– Ах да, кстати, о птичках, когда ты говоришь "изгнали" что именно ты имеешь в виду?

– Баэль, первый принц Абаддона, изгнал нас сюда. Если точнее, меня, ты, скорее всего, просто попала под его влияние. Он проклинал меня, когда произносил...

– Abi in malam crucem, confer te in exsilium, appropinquabit enim judicium Bael – повторила я.

Брови Ульфура удивленно поползли вверх.

– Короче говоря, он сказал, иди к черту, изгоняю тебя, так решил Баэль. Я училась в католической школе, – он явно впечатлился моими познаниями в латыни, – Я могу сказать "Антихрист" на десяти языках.

– Очень... полезно.

– Первый принц? Англичанин – первый принц? Я поняла, что он важная шишка, потому что ты и та крутая цыпочка постоянно твердили "мой Господин", но принц? Вау. Надо сказать Джас, что я видела настоящего принца. Хотя он выглядел слишком зловещим... для принца.

– Он и есть зло, – сказал Ульфур, присаживаясь рядом со мной, – титул "принц" не более чем, просто почтительное обращение. Он главный лорд демон Абаддона.

– А Абаддон это у нас что?

– Самое близкое определение – ад.

Я вытаращила глаза, по коже забегали мурашки.

– Паренек дьявол?

– Нет. По крайней мере, не в том смысле, как вы смертные, это понимаете. Абаддон это... ну да, в представлении смертных это ад, также как и "Суд божественной крови" – это рай. Но Абаддон, немного отличается от ада. Здесь правят семь принцев, семь лордов демонов.

– Баэль, парень с аристократическим произношением, всем там рулит? – Я старалась выбросить из головы тот факт, что дьявол смотрел на меня, был рядом со мной и явно расстроился из-за мужчины, который сейчас сидит рядом. Я не могла поверить, что парень в том голубом костюмчике – сатана.

– Именно так.

Я глубоко вдохнула, успокоилась и сказала:

– Хорошо. Значит, есть у нас парень по имени Баэль, ты украл у него парочку симпатичных вещиц. Ульфур, зачем ты украл безделушки у мужика, который управляет адом?

– Меня заставил хозяин, – он выглядел таким подавленным, что мне сразу же захотелось его пожалеть, но я вспомнила, что он и есть причина всех моих бед, – Я лич[2]. Когда хозяин отдает приказ, я его выполняю. Я привязан к нему.

Я прикусила губу, раздумывая, хочу ли знать что такое лич. Но раз уж я с Сатаной познакомилась, значит должна узнать все.

– Что такое лич?

– Я был духом. Иларги украл мою душу и возродил меня. Когда бездушные духи воскресают, они становятся личами.

– Век живи, век учись, – сказала я переваривая информацию о личах, – Итак, босс приказал тебе украсть что-то у большой шишки из ада? А он псих, или просто садист?

– И то и другое. Я не понимаю, почему орудия разрушились. Это не... – он замолчал, его глаза широко распахнулись и, не успев закончить фразу, он исчез.

Я, не веря своим глазам, уставилась на место, где только что сидел Ульфур. Моргнула и пару раз махнула рукой, проверяя все ли в порядке со зрением. Но он, и правда, исчез.

– Мда, ад, – мой мозг отказывался верить всему происходящему.

– Не ад, а Акаша, – исправила меня женщина. Я обернулась и увидела двух женщин, одну из них я узнала.

– Даймонд! – Я почувствовала облегчение, заметив веселую блондинку, пока не поняла, что если вижу ее здесь, значит ее сослали в ад вместе со мной и Ульфуром, – Боже нет, только не это.

– А вот и ты! Маргаретта сказала, что найдет тебя и вот мы здесь. Восхитительно, правда, Кора? Мы в Акаше!

Я перевела взгляд с Даймонд на женщину рядом с ней. Она была низкого роста, с милой улыбкой и держала в руках брошюру, которую вручила мне.

– Доброе утро, добро пожаловать в Акашу. Меня зовут, как уже сказала ваша подруга, Маргаретта и я встречаю всех попавших в Акашу. Заглянув в брошюру, вы найдете много интересной информации, например, чего ожидать во время вашего изгнания, истории знаменитых личностей, которые здесь побывали, также биографию Хашмалима месяца. Этот месяц посвящен им.

Я посмотрела на брошюру, почти уверенная, что также там есть статья "познакомьтесь со своими тюремными надзирателями", где-то рядом с основным заголовком "Хашмалим месяца: Хашмалим", а под ним фото огромного черного бесформенного пятна.

– Хм... что такое эти "Хашмалимы"?

– Хашмалимы – это полицейские в суде божественной крови и они правят Акашей.

– У вас тут есть полицейский месяца? – я не могла не спросить. Все казалось таким невероятным.

– Есть. Знаете, Хашмалимы дают очень интересные интервью, по поводу вечных пыток.

Вопрос так и норовил сорваться с языка, но я держалась. Пару минут я поборолась с собой, но решила-таки спросить.

– Ради праздного любопытства, как звали Хашмалима предыдущего месяца?

Немного подумав, Маргаретта ответила:

– Хашмалим.

Я кивнула. Так я и думала.

– Их что всех так зовут?

– Ну конечно, они же Хашмалимы, – ответила женщина.

– Я всегда хотела поближе рассмотреть хоть одного, но бабушка не разрешала, – сказала Даймонд, и задумалась, затем взяла меня за руку и продолжила, -Ах да, Кора, Маргаретта сказала, что они должны поприветствовать еще одного проклятого паренька, поэтому нам лучше уйти, ведь никогда не знаешь кого встретишь, Маргаретта говорит, что на вечные муки посылают очень часто, поэтому мы с тобой выберем столик поудобнее и будем следить за ними отсюда. Будет так романтично, если тебя изгнали в Акашу, чтобы ты нашла здесь своего суженого.

– Ты же не серьезно, да? Чего ты радуешься, что попала сюда? Почему ты не в ужасе? Почему не спрашиваешь, что здесь происходит?

– Почему я должна быть в ужасе? Такой шанс выпадает раз в жизни, Корасон. Мало кому из людей удалось побывать в Акаше.

Она рехнулась.

– Мужчина, который был со мной, Ульфур, сказал, что единственный способ выбраться отсюда, это быть призванным. Он прав? – спросила я у Маргаретты.

– Да, прав. Хотя, должна заметить, вы должны иметь сильную связь с вызывающим, не так просто забрать кого-то из Акаши. Такая у нас политика. Но, вы же смертные, с вами все иначе.

– Правда? – моя душа пела, наполняясь надеждой, – То есть мы можем уйти?

– Нет, – покачав головой, она посмотрела на часы, – если бы вы могли так просто уйти, это бы не называлось вечными муками, верно? Теперь извините, я должна идти, если хочу встретиться с личем, о котором вы говорили, а мне еще речь произносить на завтраке для новичков. Кстати он будет на юге, в пятом секторе, в зале горящей плоти.

– В пятом секторе? – спросила я, наблюдая, как Маргаретта поставила галочки в списке имен и поспешно ретировалась, – В зале горящей плоти?

– Забавно звучит! Ты пойдешь? – спросила Даймонд, следуя за Маргареттой.

– Эмм... нет, думаю, я пропущу завтрак из горящей плоти.

– Пфф, – отмахнулась Даймонд, – это же не Абаддон, не думаю, что они и в самом деле кого-то поджарят. Это не гигиенично. До встречи!

Я посмотрела на небо, в поисках решения всех проблем, но там были только серые тучи, которые уходили вдаль и опускались на мрачную равнину.

– Может этот день стать еще более странным?

Никто мне не ответил, и я почувствовала от этого странное облегчение. Я решила, что если хочу найти выход из этого богом забытого места, то должна тщательно все осмотреть.

Казалось, я бродила здесь уже несколько дней, но скорее всего только пару часов. От острых камней носики моих туфель стали стираться, а я так и не могла найти выход из этой болотисто-каменистой области.

– Да я хожу кругами, – пробормотала я себе под нос, и подозрительно посмотрела на валун размером с машину, который по очертаниям напоминал руку показывающую средний палец, – Кажется, я тебя где-то видела. Да, точно. На этот раз пойду в другую сторону.

Я обошла "невоспитанный" камень и остановилась. У подножия неприличного валуна, был мужчина. По крайней мере, мне так показалось.

– Эй, с вами все в порядке? – спросила я, не горя желанием подходить ближе, но в тоже время, хотелось проверить, не ранен ли он, – Мистер? Ай, черт возьми, моя доброта ни к чему хорошему не приведет.

Я стала медленно идти в его сторону, и когда подошла, дьяволенок во мне напомнил, что ситуация очень похожа на сцену из фильма ужасов, который я смотрела на прошлой неделе, там человек казался мертвым, но на самом деле был жив и вскочил, запрыгнув на ничего не подозревающую парочку так, что зрители чуть не описались от страха, а потом он разорвал их своими острыми как бритва когтями.

Я проверила руки у парня, когтей точно не было. Зато я заметила, что ему помощь уже не нужна.

– Бедняга, – я присела на корточки, рядом с его головой, кожа и губы у трупа были серыми, щеки впали. Пальто, явно дорогое, но потрепанное и брюки были покрыты грязью, как и все в Акаше. У него были красивые, длинные пальцы, на руках виднелись усохшие мышцы, несомненно, парень мертв, – Ты умер здесь совсем один?

Не было никаких признаков насильственной смерти, ран, крови, искалеченных конечностей... Словно он просто лег и умер. Глядя на него, меня заполнило сожаление. Казалось, я знала его, но внимательно посмотрев на лицо, поняла, что это просто игра теней. Интересно, здесь позаботятся об его останках? Помоют и достойно похоронят. Я убрала прядь волос с его лица, у него были темно-коричневые, почти черные волосы, длиной до середины шеи.

– Уверена, ты был тот еще жеребец, когда был жив, – сказала я и нежно поправила ему волосы, мечтая смыть грязь с его лица.

Неосознанно я погладила его подбородок, щетина приятно царапала мою кожу.

– О да, ты был парень что надо, – я заметила ямочку на подбородке, которая свела бы меня с ума, если бы он был жив. На его носу было две едва заметные горбинки, скорее всего полученные в драках, – Или ты был воином, а не любовником?

Коричневый жук вылез из одежды и побежал по ключице, я сбросила его и заглянула под рубашку, проверяя есть ли там еще насекомые.

Под пальцами я почувствовала плотные грудные мышцы.

– О'кей парень, ты был не просто привлекателен, а умопомрачительно великолепен. Что же ты натворил, что оказался здесь? И почему умер? – я вздохнула и, застегнув рубашку, встала, – Посмотрим, может я смогу найти кого-то кто поможет нам... Эй! Вы! Да, да, вы конечно! А вы тут еще кого-то видите?

В метре от нас худощавая женщина, с блуждающим взглядом, как змея скользила между камнями. Она испуганно оглядывалась. Затем ее взгляд остановился на мне, и замерев, она сказала:

– Беги! Разъяренный демон вышел на охоту!

– Нашла чем пугать. Тут мертвый парень и ему нужна помощь.

– Никто не может умереть в Акаше, – проговорила она и снова боязливо оглянулась.

– А он умер, и его нужно похоронить. Здесь есть ритуальные услуги?

– Никто не может умереть в Акаше, – повторила она и подошла ближе. Заглянув за валун, она заявила, – ах, этот, он не умер. Это темный. Просто у него запасы крови кончились.

– Он вампир? – я в ужасе посмотрела на мужчину, – Что он тут делает?

– Ничего, пока кто-нибудь его не накормит, но только безумец решится на такое. Не стоит связываться с темными, – она снова оглянулась и резко отошла назад, – и с разъяренными демонами тоже! Лучше тебе выбираться отсюда!

Я проследила за ее взглядом, но не заметила там никаких демонов. Хотя, если что-то страшное приближалось, то лучше сматываться.

– Извини, – сказала я неподвижному вампиру, – но, не считая моего зятя, у меня с вашим видом не очень хорошие отношения.

Я поспешила за женщиной, но замедлила шаг, вспоминая, как гладила волосы вампира. Они такие шелковистые, хоть и покрыты грязью. А щетина... такая приятная... И дорожка волос на его груди... Когда я убирала жука, то обратила внимание, что его кожа не была холодной как у покойника, прохладной да, но не ледяной.

– Бедный, – я пошла обратно. Сама не могла поверить, что переживаю за жуткого кровососа, но он не выглядел жутким, скорее нуждающимся в помощи.

– Кормить тебя никто не собирается, – сказала я, покусывая нижнюю губу. Здравый смысл твердил, что надо бежать от этого вампира куда глаза глядят. Я ведь знаю, какими монстрами они могут быть. Мои сны напоминают об этом каждую ночь. Но я же больная на всю голову, зачем мне следовать здравому смыслу?

– Это глупо, ты вампир. От тебя одни неприятности. Я не буду тебя кормить. И не позволю никого убивать, – я наклонилась к нему, с трудом открыла его рот, и подсунула свое запястье, гадая, как я до такого докатилась.

Похлопывая мужчину по плечу, я сказала:

– Мистер, стол накрыт, приступайте к ужину. Боже, что я делаю? Поверить не могу, что пытаюсь спасти тебя. Хотя... Если ты так силен как я думаю, то ты сможешь помочь мне и Даймонд отсюда выбраться. Договорились? Сделка: я тебе кровь, а ты вытащишь нас из Акаши? Один укус, значит да, два – нет.

Вампир продолжал лежать с закрытыми глазами, его волосы так и молили, чтобы их погладили. Как можно оживить вампира? Сделать искусственное дыхание? Я убрала запястье от его губ и задумалась. Он был не мертв, но прикоснуться к его губам было жутковато. Вдруг у него во рту жуки? Я вздрогнула.

– Брр... противно. Лучше проверить, прежде чем делать.

Если бы кто-то сказал мне, что я буду стоять на коленях в лимбо, пытаясь проверить рот вампира, на наличие насекомых, я бы никогда в жизни этому не поверила. Но вот она я, перед кровососом, поворачиваю его голову так, чтобы в рот попал свет и , на полном серьезе, ищу жуков. Я вертела его голову во все стороны, но так ничего и не смогла разглядеть. Извинившись перед мужчиной, я засунула свой указательный палец ему в рот и начала его ощупывать.

С удивлением уставившись на вампира, я осознала, что безумное действие с пальцем возбудило меня.

Стало совсем жутко, когда он начал посасывать мой палец.

– Ой черт, – мышцы на его шее задвигались, – боже... мистер? Вы меня слышите?

Я приподняла веко, но его глаза были неподвижны.

– Сработало с пальцем, сработает и с запястьем, – сказала я, убирая палец, не смогла удержаться и нежно погладила его нижнюю губу. Я собиралась подставить запястье к его зубам, но, повинуясь странному желанию, я наклонилась к нему и подставила шею. Подождала минуту, но он так ничего и не сделал. Вздохнув, я опустилась ниже, осторожно накрывая его тело своим, мои волосы скрыли нас от любопытных глаз, пододвинувшись еще ближе, мой нос утонул в приятной прохладе его волос. Я подложила руку под шею вампира, прижала его рот к моей коже, и все мое тело напряглось в ожидании.

Слабо выдохнув, он коснулся языком моей шеи.

– Давай, кусай уже, – сказала я, вдыхая аромат его волос.

Внезапно боль парализовала меня, но сразу же сменилась нарастающим возбуждением, которое потекло по моим венам. Я застонала, ближе прижимая голову мужчины, невероятное чувство того, что я вдохнула в него жизнь, заполнило меня. Возбуждение нарастало, теперь понятно, почему Джасинта любила кормить Эйвери. Это самое сильное сексуальное наслаждение за всю мою жизнь. А этот кровосос вообще в коме, что же будет, если он очнется?

Остатки разума вопили, чтобы я и думать не смела о том, чтобы кормить вампира, когда он придет в себя, но в эту минуту я готова была навсегда лишиться рассудка лишь бы мужчина не останавливался.

Вдруг его руки крепко обхватили мое тело, его губы творили чудеса, моя грудь налилась и потяжелела, все чувства обострились до предела.

Он резко перевернул меня на спину, и в нее больно впился жутко острый камень, но это не имело значения, ведь тело вампира сильнее прижималось ко мне. Все, что было важно это его горячие губы, незнакомое и приятное чувство, что я ощущаю вкус собственной крови, словно она скользит по моему горлу.

Мои руки соскользнули с его головы, и я отдалась эйфории, наконец-то абсолютно довольная жизнью.

Глава 3

Алек не мог поверить своим глазам. Он перевернулся на спину и обнаружил на себе женщину. Ее сердце слабо билось, но он почему-то чувствовал его стук у себя в груди.

Кто-то покормил его. То есть, по непонятной причине, это сделала эта женщина.

– Кто вы? – спросил он, хриплым голосом, еще не отошедшим от комы.

Она не ответила, просто продолжала лежать, на его груди. Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить, что произошло и когда сознание к нему вернулось, он сморщился от боли.

Вот черт, ему снова не удалось избежать бессмысленного существования. Ему не суждено получить освобождение от мук, даже спрятаться от происходящего организовав для себя кому, и то не получилось. Сердце заныло от того, что ему суждено провести вечность влача жалкое существование и испытывая адские муки.

– Хорошо, ты сделала то, ради чего тебя сюда послали, я очнулся и снова несчастен. Теперь слезь с меня, – сказал он женщине, отодвигая ее руку.

Она не двигалась.

А чертов камень, продолжал впиваться в его спину.

Он вздохнул, раздумывая, сколько еще мучений нужно перенести, чтобы он окончательно сошел с ума. Безумие казалось ему единственным возможным выходом, единственным способом избежать пустой жизни. Но, чувство собственного достоинства, всегда останавливало его. Сейчас он решил, что лучше сойти с ума, чем продолжить существование, страдая каждую секунду.

– Мне больно. Я понимаю, что тебе плевать, но я хотел бы встать и превратить в пыль кое-какой камень. Буду очень признателен, если ты слезешь с меня.

Женщина не двигалась, и тогда Алек понял, что ее сердце бьется слишком медленно.

– Мисс?

Она обессилено лежала на нем, Он не мог удержаться, закрыл глаза и вдохнул ее аромат, невероятный запах полевых цветов после дождя, чистый, свежий, и сладкий.

Он снова проголодался. Вдохнув ее запах еще раз, мужчина понял, что хочет пить именно из нее, хочет снова почувствовать пряный вкус и тепло ее крови. Ему хотелось испить ее до последней капли. Она заслужила это, вернув его к мучительной жизни. Но, запах женщины, сводил с ума и не позволял причинить ей боль...

Он выругался и стащил ее с себя. Стер раздражавший его камень в порошок и стал рассматривать свою мучительницу.

Смертная, немного за тридцать, коричневые волосы, тонкие, брови домиком и лицо усыпанное веснушками. Он едва удержался, чтобы не поцеловать ее приоткрытые губы. Оценивающе, он осмотрел ее тело. Большая грудь, широкие бедра, рост чуть выше среднего, не его тип. Ему больше нравились худощавые и хрупкие. Эта женщина была больше похожа на амазонку, крепкую и выносливую.

Выносливая или нет, он выпил слишком много крови. Сердцебиение было ровным, но, слишком слабым. Он убеждал себя, что она получила по заслугам. Ведь эту женщину отправили, чтобы пытать его. Тем не менее, чувствовал себя виноватым.

Он поймал себя на том, что наслаждается видом ее тела, ее бедрами, тяжелой, круглой грудью, отчетливо, выделяющейся под синим топиком. Ее руки тоже были в веснушках, и ему, почему-то, это очень нравилось.

– Вставай, – приказал он женщине, и, взяв ее за плечи, встряхнул, – мне надоело смотреть на твои бедра! Приходи в себя.

Она продолжала лежать. Он нахмурился, еще раз взглянул на ее грудь, опустил взгляд ниже на ее джинсы. Не хватало еще, чтобы его влекло к мучительнице.

– Да вставай же! – громче повторил он, и снова начал ее трясти, – если ты сейчас же, не встанешь, я ударю тебя.

Она слабо вздохнула.

– Бывают моменты, когда я отдал бы все, чтобы только не появляться на этот свет, – пробурчал он себе под нос и, замер, глядя на ее губы.

Затем резко отвел взгляд и шлепнул ее по щеке.

Она не шевельнулась.

Он ударил ее немного сильнее.

Она нахмурилась:

– Ой.

Мужчина улыбнулся:

– Проснулась наконец?

Не открывая глаз, она продолжала хмуриться:

– Нет, уйди. Я плыла.

– Ты наплавалась. Просыпайся.

Она, не открывая глаз, заявила:

– Говорю же, хочу плыть!

Только этого ему и не хватало. Упрямая мучительница.

– Ради всего святого, женщина! Ты не плыла, я чуть не убил тебя!

Ее ресницы дрогнули, но глаза так и не открылись. Щеки порозовели, он заметил, что ее губы стали цвета спелой клубники, он снова встряхнул ее:

– Пора вставать. Ты достаточно поплавала.

Легкая улыбка появилась на ее губах:

– Мне нравится твой голос. Такой сексуальный. Если я не могу больше плыть, тогда поговори со мной.

Ты понятия не имеешь, о чем просишь. Я чуть не выпил тебя до последней капли.

А, кровь, да. Помню. Ты вампир, который выглядел как сбитый грузовиком труп.

Алек резко отпрянул от нее.

Нет... Не может быть. Она не может. Как она это сделала? Только возлюбленные и члены семьи могут... Но вся его семья и возлюбленная умерли много веков назад.

Благодаря тебе, теперь я выгляжу иначе.

Ой, супер.

Она потянулась и открыла глаза.

– Ух ты, – сказала она и дотронулась до его лица, – я всегда хотела себе зеленые глаза.

Зачем? У тебя красивые темные, очень необычные глаза.

Какого черта здесь происходит? Почему она могла говорить с ним, не раскрывая рта? Может потому что он был близок к смерти, она оживила его и между ними установилась кровная связь?

Они обычные, коричневого цвета.Она моргнула, от удивления широко распахнув глаза:

– Эмм... как ты это сделал?

– Не знаю, – Он внимательно рассматривал ее лицо, понимая, что эта женщина все больше его привлекает, – Кажется, будто мы знакомы, но я не помню тебя.

– Может встречались в прошлой жизни, – пошутила она усаживаясь поудобнее.

Закончив говорить, она замерла и испуганно уставилась на него.

– Что? Что не так? – он не мог понять, поему она смотрит на него как на ужасного монстра.

– Вампир, – прошептала женщина.

Перед его глазами всплыла сцена из недавнего прошлого. Три подвыпившие женщины, вломились в его дом в Калифорнии, он вспомнил как одна из них, глядя на него, прокричала "вампир" и упала в обморок прямо к его ногам.

– Ты та женщина, которая ворвалась ко мне пару месяцев назад?

– Я не узнала тебя, я не поняла что это ты, иначе я бы не...

Она пятилась назад, но валун не давал шанса к отступлению.

– Ты бы не... ? Не пытала бы меня? Не вернула бы меня к жизни? Не превратила бы мое существование в бесконечный круг вечных мук?

– Не покормила бы, – ответила она.

– Откуда ты меня знаешь? – спросил он, не веря в то, что она так невинна как кажется.

– Я видела, как ты убил женщину, – ответила она, посмотрев направо, явно оценивая шансы на побег.

– Твои шансы равны нулю. Ты сбежишь, только если я позволю, – улыбаясь, сказал он ей, – А сейчас, я не хочу, чтобы ты сбежала. Какую женщину?

У нее отвисла челюсть. Он не мог оторвать взгляд от ее губ. Не удержавшись, он нежно провел большим пальцем по ее нижней губе. Она оттолкнула его руку.

– Какую? Их было так много, что ты даже не понимаешь, о какой именно, я говорю?

Он пожал плечами:

– Я убил пару жниц, но тогда вопрос стоял либо я их, либо они меня. Ты из братства?

– Нет, я католичка, – ответила она, внимательно осмотрев его, – выглядишь гораздо лучше.

И еще красивее, чем я себе представляла. В тебе так и бурлит чувственность. У меня голова кружиться начинает только от того, что я стою рядом. Я не хочу ничего такого чувствовать!

Он поднял брови, удивляясь ее мысленному монологу.

Я бы не сказал, что чувственность прямо бурлит, но ты меня сексуально привлекаешь и немного возбужден.

Она покраснела, и, выпучив глаза, ошарашено спросила:

– Боже мой, ты все слышал?

– Ну конечно.

– И даже ту часть, про головокружение?

– Даже ее, – ответил он, нахмурившись, – ты выглядишь растерянной, зачем ты проецируешь мысли, если не хочешь чтобы я их узнал?

– Но я не проецировала! Мой мозг сам фантазирует непонятно о чем.

Он мысленно покачал головой. Она же не думала, что он поверит в эту чушь?

– Думаю, я лучше пойду, – она встала, но ноги подкосились, и Кора упала на мужчину.

– Ты еще слаба, – сказал Алек, поймав ее, он чувствовал, как кружится ее голова от отсутствия крови, – Я выпил слишком много, почему ты не остановила меня?

Он нежно усадил ее на землю, поместив ее голову между колен.

– Разве у тебя нет автостопа, когда бак заполнен?

– Есть. Но если бы я выпил столько сколько мне нужно для восстановления, то убил бы тебя. Как тебя зовут?

– Кора. Корасон Ферейра. Знаешь мою сестру?

– Корасон, – проговорил он, смакуя ее имя. Переводится как "сердце", подходящее имя для женщины, которая заставила его сердце снова биться, – Испанское?

– Латиноамериканское. Мои родители родом из города Чиуауа. Как... эм... как тебя зовут? Пэтси никогда не упоминала твоего имени.

– Пэтси? А, моя бывшая соседка. Я Алек. Как ты узнала, что я темный?

– Черт! – раздраженно ругнулась она.

– Прости, ты о чем?

– Алек – одно из моих любимых имен! Теперь появился ты и испортил его!

Какая странная женщина. Совсем не похожа на мучительницу. А эти большие глаза, утонченное лицо, и губы к которым его непреодолимо тянуло... и все ее тело... Он возбудился, думая о ее теле. С огромным усилием, он сфокусировал свое внимание на желанной, доводящей его до безумия женщине:

– Ты сумасшедшая, да?

– Пока нет, но еще не много и ты доведешь меня до безумия, – ответила она недовольным тоном, – Алек, понятно, а фамилия?

Ой, черт возьми, он секси. Ты вампир, но такой сексуальный. Я хочу ... господи! О чем я думаю?! Ты же зло!

Вообще-то нет.

Ты ходячий труп!

Уже нет, ты ведь накормила меня.

Ты убийца! Вампир-убийца! Соблазнительный, чувственный убийца с великолепными глазами и о ... боже мой, ты меня слышишь да?

Да.

Перестань читать мои мысли!

– Дарвин, – ответил он.

Она совсем ничего понимала.

– Что?

– Фамилия. Алек Дарвин. Очень надеюсь, что не испортил твоего мнения о Дарвине.

Она посмотрела на него, будто он говорил на непонятном ей языке.

– Откуда ты меня знаешь, Корасон?

Она моргнула и мысленно отдалилась от него.

– Дарвин не немецкая фамилия. А акцент у тебя немецкий. А ты знаешь шотландского вампира Эйвери?

– Ради всего святого, женщина! Отвечай на мой вопрос! – Его терпение лопнуло. Он подошел ближе.

– Не смей меня трогать убийца кровосос! – закричала она и попятилась назад, пока не врезалась в камень. Затем схватила его и выставила перед собой, защищаясь.

Алек чувствовал, что на самом деле Кора его не боится, и инстинктивно понял, что она что-то от него скрывает. Скорее всего, ее связь с тем, кто ее послал его пытать.

– Что я тебе сделал? Мы даже не знакомы, а ты ведешь себя так будто я прокаженный. Я же сказал, что сожалею о том, что выпил слишком много твоей крови, но я не виноват в этом.

– Что ты мне сделал? Ты еще спрашиваешь, что ты сделал? – возмущенно повторяла она.

– Об этом я и спрашивал, несколько раз, – его раздражение утихало, и он понял, что ему нравится с ней разговаривать. Очень бодрит, и отвлекает от чувства бесконечного отчаяния, которое сопровождало его всю жизнь.

Она подскочила, и в три шага прыгнула к нему, ткнув пальцем в его плечо:

– Ты убил женщину!

– Какую? – он раздумывал, что будет, если он ее поцелует. Она ответит или ударит. А может сделает и то и другое.

Она снова ткнула его.

– Не знаю. Она управляла повозкой с быками.

– Чем?

Нет, ее губы точно созданы для поцелуев. Даже поджатые в тонкую линию, они так и манили. Он чувствовал, как растет его возбуждение. Оно только усилилось, когда ее запах окутал его. Он мечтал дотронуться до ее тела.

– Повозкой с быками. Ну, карета... повозка... с быками. Она сбила меня и отрезала мне голову, а потом появился ты и...

– Что за чушь? – перебил он. Затем отвлекся на безумное жаркое желание, охватившее его. Он проголодался. Она стояла и говорила что-то, размахивая руками, ее губы... о эти губы...

Что за дикое желание? Изумлялся он. Он и раньше чувствовал голод, и сексуальное возбуждение. Он даже пытался встречаться с женщинами, когда ему было совсем одиноко. Но такого он никогда не испытывал. Что-то тянуло его к ней. Нет, она не нужна ему. Ему нужна только ее кровь.

Она снова ткнула его, он схватил ее руку и прикоснувшись к ней, он понял, что обманывает себя.

– Это было давно. Примерно... ну несколько столетий назад. Дама с быками была в коричневой юбке и кожаном корсете. Это было в городе, а на холме стоял замок, ты был одет в... – она прикусила губу, пряча от него мысли.

Мне даже твой кадык нравится.

То есть, эту мысль ты решила не прятать. Ты самая странная женщина из всех, что я когда-либо встречал.

Знаю. Почему я хочу поцеловать тебя, несмотря на то, что видела, как ты убил ту женщину, прямо на моих глазах?

Он опустил взгляд на ее сладкие губы.

Я тоже кое-чего не понимаю. Кто ты, черт побери.

Меня зовут Корасон Эсмеральда Ферейра, я секретарь в агентстве недвижимости, которым руководит мой бывший муж. Мне 32, моя сестра замужем за вампиром и я видела, как ты убил женщину.

С быками, да, помню. Как зовут того темного?

– Эйвери Скот. Почему ты напал на нее Алек? Зачем укусил и выпил досуха? – Она обхватила себя руками и отодвинулась, легкий намек на страх появился в ее глазах, – Почему оставил ее тело валяться там, словно она пустое место?

– Я не знаю о чем ты... – он покачал головой и внезапно стал вспоминать то, о чем всю жизнь пытался забыть. Он снова почувствовал жар солнца, вспомнил тот день, когда он отправился делать предложение своей возлюбленной. Вспомнил мирный пейзаж перед домом Элеонор, и женщину, которая убила его любимую, его спасение. Медленно он повторил, – женщина с быками.

– Ты напал на нее, – уставилась на него Кора, явно желая, чтобы он прогнал ее страх.

– Откуда ты знаешь, что я сделал?

– Я... мне... скажем так, у меня было видение.

Он ничего не ответил, просто закрыл глаза. Боль нахлынула на него. Он чувствовал, что Кора шагнула в его сторону, но остановилась.

– Она убила мою возлюбленную, – ответил он. Печаль, боль и сожаление всколыхнулись в нем и все эти эмоции выплеснулись на Кору. Она не сбежала. Наоборот подошла ближе. Обняла мужчину, и его окутал ее запах и свет, льющийся из ее души, – мы не успели соединиться. Она отняла у меня всё. Надежду, сердце... жизнь. Все что мне осталось – это вечно страдать.

Она окружила его своей заботой, даже самые темные уголки его души она осветила своим светом. И, несмотря на то, что все еще что-то от него скрывала, он был поражен тем, как много она дарила ему.

Она сочувствовала, страдала вместе с ним, никто никогда так к нему не относился. Он понимал, чего это ей стоило, помнил, что она не хочет чувствовать его эмоции. Но между ними была связь.

Это было слишком. Он повернулся к ней, уткнулся в ее волосы, его руки заскользили по ее телу, он прижал ее ближе к себе, горя желанием попробовать ее на вкус... просто нуждаясь в ней. Его губы обжигали, когда он целовал ее шею, плечи, их разум слился воедино и он понял, что она нуждается в нем также сильно, как и он в ней.

Почему ты такая вкусная? Ни одна женщина не была такой вкусной. Ты сводишь меня с ума.

Вампир. Кровосос.

Мысленно повторяла она, пытаясь противостоять влечению.

Мучительница. Искусительница.

Ты убил женщину.

А она убила женщину, которой я жил.

Она нежно укусила его за ухо.

Я чувствую твою боль. Как ты живешь с этим?

Я не живу. Существую. Боже, ты такая сладкая, я хочу тебя, моя Корасон, мое сердце. Хочу попробовать тебя на вкус.

Давай, ответила она, и потерлась об него так, что еще пара мгновений и он кончит. Давай, Алек, я хочу этого.

Он слегка куснул кожу на ее плече, больше всего на свете, желая пить из нее. Он мечтал соединиться с ней, так как могут только темные. Голод рос и разрывал его изнутри. Еще одна пытка появилась в его жалком существовании.

Ты потеряла слишком много крови, его губы почувствовали пульс на ее шее. Видит бог, никого я так не желал, но не позволю снова навредить тебе.

Бесшумно протестуя, она обхватила его ногами, вполне откровенно предлагая себя.

Нет, mi querida. Я не позволю тебе это сделать.

Она напряглась на мгновение, он знал, что она не так поняла его.

mi querida ... "моя возлюбленная"

Тебя это беспокоит? Я не совсем это имел в виду.

Нет, просто ... Нет, называй как хочешь.

Он не мог понять, что же она так отчаянно скрывает. Но ее запах, и вкус отвлекли его от попыток разгадать тайну Коры.

Боже, как сильно я хочу тебя. Дай мне сил, господи. Я не смогу остановиться, если ты не заставишь меня.

Она недолго поборолась собой, посомневалась, но призналась: Я не хочу чтобы ты останавливался.

Алек не мог удержаться и покрывал поцелуями ее тело, Кора сильнее вцепилась в его пиджак, когда он языком провел по ее нижней губе.

– Cielito, – сказал он, и она растаяла, – Mi cielito lindo, впусти меня, раз я не могу выпить твоей крови, хотя бы почувствую твой вкус.

Я точно не рай, и не красавица,– сказала она, но приоткрыла рот, и он скользнув в него, нашел ее язык и начал с ним танцевать дикий, страстный танец.

Я хочу тебя, – удивленно сказала она, и он понял, что Кора снова проецирует свои мысли, сама не зная об этом, – Я хочу тебя как не хотела ни одного мужчину. Мне больно от того, что ты не внутри. Я хочу целовать тебя вечно. Хочу, чтобы ты выпил моей крови. Но так нельзя, ты вампир! Но ... как же я тебя хочу.

Боже, женщина, если ты продолжишь в том же духе... – он застонал, мечтая исполнить все ее желания, – Я тоже хочу тебя. Ты сводишь меня с ума. И если ты дотронешься до меня еще раз, я точно не смогу остановиться.

Она качнула бедрами, опустила руку ниже, поглаживая его живот.

Доигралась! Ты невыносима. И, кроме себя, тебе некого винить в том, что сейчас произойдет.

Она стала посасывать его язык, заставив его зарычать. Он сжимал ее ягодицы, и нетерпеливо расстегнул ее джинсы.

Зачем я это делаю? Это неправильно. Мне нужно остановить тебя. Дева Мария, да, здесь. О ...

Она вонзила ногти в его плечи, когда его пальцы оказались в ее трусиках, и он медленно продолжил изучать ее тело.

Не то чтобы это правильно, но ничего плохого в происходящем нет.

Сбросив одежду, он заключил ее в обьятья.

Неправильно ... но мне плевать. Господи, как ты возбужден.

Из-за тебя, mi corazon.

Он инстинктивно задвигал бедрами, когда она начала гладить его.

Ты представляешь, что со мной делаешь?

Я чувствую то, что чувствуешь ты. Это потрясающе. Великолепно. Это ... о ... тебе правда нравится , когда я так делаю?

Он закатил глаза и зарычал.

Что на счет тебя, искусительница? Тебе нравится так?

Спросил он, и его пальцы нежно проникли в ее сокровенное место. Он знал, что это доведет ее до экстаза. Она поцеловала его так, что он почти потерял контроль.

Скажи мне , чего ты хочешь, mi cielito.

Хочу еще ...

Потребовала она.

Он прервал поцелуй, его глаза пылали страстью:

– Ты понимаешь, о чем просишь?

– Еще как понимаю. Хочу тебя. Здесь и сейчас.

Она ритмично задвигалась, и он чуть не потерял сознание, желая оказаться в ней как можно быстрее. Он приподнял ее бедра, прижав Кору к камню, она сгорала от возбуждения, требуя продолжения. Когда он скользнул в нее, наслаждение обрушилось на них, она задвигала бедрами, принимая его глубже.

Меня надолго не хватит, пожалуйста, скажи, что скоро кончишь.

Ооо ... да! Сейчас! Боже ...

Мысленно прокричала она.

Волна оргазма захлестнула их. Он не мог думать, все его мысли сосредоточились на их одновременно сокращающихся мышцах.

Укуси меня!Потребовала она.

Он не мог отказаться от такого предложения. Нежно кусая ее, он чувствовал, как она расслабилась и наслаждалась кормлением. В голове пульсировала только одна мысль.

И он отказывался в это верить.

Глава 4

В момент, когда Алек достиг оргазма, я осознала две вещи: только что у меня был невероятный секс с вампиром-убийцей и... это произошло в Акаше. О последнем я вспомнила только, когда услышала злобный рык где-то вдали.

Алек откатился на спину. Его дыхание все еще было прерывистым, абсолютно довольные, мы посмотрели друг на друга.

– Господи. У нас был секс. Здесь. Где кто угодно мог нас видеть.

На моих губах все еще оставался сладкий привкус. Я сомневалась, что смогу когда-либо насытиться этим мужчиной.

Хватит!Приказала я своей дьявольской стороне. Посмотри, что ты заставила меня сделать! У меня был секс с вампиром!

– Не произноси слово "вампир" с таким отвращением. Хотя, мы все равно предпочитаем называть себя "темными".

– Извини... я немного увлеклась, – пробормотала я.

К моему удивлению и удовольствию, он с ухмылкой ответил:

Не одна ты немного ... увлеклась, querida.

Я наклонилась, пытаясь натянуть джинсы и избегая его взгляда. После всего, что произошло, я не могла посмотреть ему в глаза. Такое поведение совсем не характерно для меня. И почему он выбрал именно слово querida как нежное обращение?

Понятно, что он не догадался, что я была женщиной, которую убили. Он так и не собрал кусочки головоломки. И хотя было ясно, что я физически его очень привлекаю, меньше всего мне хотелось оказаться на месте Джасинты – связанной с ним навечно.

Почему нет?спросил меня дьяволенок сидевший внутри. Ты здесь. Одинока. Ему больно. Ты можешь утешить его. Он будет за это благодарен. Возможно, даже полюбит тебя.

Я закрыла глаза, прячась от боли, которую мне приносила эта мысль. Я не хотела чтобы он желал меня только потому, что между нами есть связь утерянная много веков назад. Мне нужен мужчина, который выберет именно меня, и навсегда, а не только для случайного секса.

Но, господи, это был самый лучший секс в моей жизни. Секс с вампиром. Джас от меня просто так не отстанет, когда узнает об этом.

– Кто такая Джас?

– Джасинта. Моя сестра. И перестань читать мои мысли.

– Перестань их проецировать, если не хочешь чтобы я их читал. Джасинта? Которая... – Я почувствовала, как он прикоснулся к моим мыслям, – Возлюбленная? Интересно. Я не знаком с Эйвери, но я не так уж и часто бывал в Англии.

– Я протестую! Ты не можешь так просто врываться в мою голову, когда тебе этого захочется! – заявила я, и возмущенно уперла руки в бока, – Это, как минимум, невежливо!

– Я пометил тебя, это тоже неправильно и невежливо, но этот факт тебя совсем не беспокоит, – нахмурился он, – Кто же ты?

– Я уже сто раз сказала!

– Знаю, ты смертная, знаю как тебя зовут, знаю, что ты стонешь, почти мурлыча во время оргазма, но кто ты? Почему ты здесь? Зачем ты меня вернула к жизни?

– Я, дурочка, пожалела тебя, – оттолкнув его, я прошла мимо и стала любоваться пейзажем: камнями, грязью и снова камнями, – Я почти мурлычу? Правда?

– Да.

– Как унизительно. Понятия не имела, что я "шумная".

Он пожал плечами.

– Не понимаю, почему ты так себя чувствуешь. Мне это кажется очаровательным.

Я глянула на него через плечо:

– Ты... ты странный мужчина.

– Вернемся к теме разговора. Ты начала приставать ко мне, потому что пожалела?

– Я не приставала! Это ты фантазировал всякие неприличные вещи!

– Но ты тоже о них думала.

– Только потому, что ты засунул их ко мне в голову! Ты издевался надо мной!

Он выгнул одну бровь:

– Милая, если бы я над тобой издевался, ты бы сейчас здесь не стояла. Я признаю, что причастен к тому, что произошло, но у меня нет привычки набрасываться на первую встречную и заниматься с ней сексом.

Я поняла, что он что-то утаивает, попробовала проникнуть в его мысли, но не могла просто залезть к нему в голову, как это делал он.

– Ну, спасибо, по твоим словам, я просто шлюха! Но к твоему сведению, я тоже не бросаюсь в постель к первому встречному, и у меня был секс с парнями только через шесть недель знакомства! Минимум!

– Но передо мной ты устоять не можешь.

Прядь волос упала на его глаза.

– Могу! – возмутилась я, но не удержалась и, убирая прядь, провела по его лицу, – Слушай, у нас был секс. Подумаешь, всякое бывает... но такое поведение не типично для меня, хотя я признаю, что тоже виновата в случившемся. Но, самое главное – это никогда не повторится. Ты мне не нравишься. Мне не нравится мужчины, которые красивее меня. И уж тем более, я не люблю кровососов!

Да ну?

Он притянул меня к себе и страстно поцеловал.

Я оттолкнула его и дала пощечину.

– Ой, – в ужасе уставившись на него, я поняла, что зря это сделала, – Прости! Я раньше никого не била. Тебе больно?

Гнев в его глазах превратился в удивление:

– Нет, мне не больно, но постарайся больше так не делать.

– Правда, мне жаль. Я сегодня не в своей тарелке. Наверное, потому что оказалась в Акаше.

– Как ты вообще сюда попала? – спросил он нахмурившись.

Даже хмурым, он был самым сексуальным мужчиной из всех кого я когда либо видела.

Он улыбнулся.

– Перестань!

– Но ты сама проецируешь свои мысли.

– Нет! Я ничего такого не делаю! И, что ты имел в виду, когда говорил, что пометил меня?

Он вздохнул:

– Почему ты никогда не отвечаешь на мои вопросы?

– Наверное, потому что не хочу? Ты что оставил отметки на шее как Дракула? Не помню, чтобы Эйвери так делал.

Я изогнулась, стараясь разглядеть свою шею. Но, конечно, у меня не получилось.

– Так что за метка? Мне придется носить шарф всю оставшуюся жизнь? Я же не стану вампиршей и все Ван Хельсинги мира захотят меня заколоть?

Он подкатил глаза и ушел.

Минуту я смотрела ему вслед, не веря своим глазам.

– Куда собрался? – крикнула я, когда поняла, что он действительно уходит.

Далеко.

– Далеко куда?

Это важно?

– Еще как! Ты не можешь просто взять и уйти! Я дала тебе свою кровь!

Спасибо тебе. Прощай.

Я смотрела на его удаляющуюся фигуру. Он собрался меня бросить? Просто уйти? После того, как я дала ему кровь и пережила самый эротический сексуальный опыт, он просто уходил?

– Эй! Алек, ты бросаешь меня?

Он становился и вздохнул. Я уверена, что он вздохнул.

Извини, что я выпил слишком много крови, извини, что заставил тебя мурлыкать от удовольствия, я не виню тебя в том, что ты вернула меня к жизни. Чего еще ты хочешь?

Я плюнула на свою гордость и побежала за ним:

– Знаешь, дорогой, ты вообще-то мне задолжал кое-что...

Он обернулся, его глаза горели гневом:

– Я тебе? За то, что ты оживила меня, обрекая на вечные муки? – Он картинно поклонился и с горечью продолжил:

– Благодарю вас леди, никто еще не причинил мне столько боли как вы.

– Я не... Ты что не хотел приходить в себя?

– Нет.

– Почему?

Указывая на окружающую нас местность, он сказал:

– Если бы был шанс избавиться от этой пытки, забыть, что ты здесь, разве ты бы им не воспользовалась?

– Нет, я лучше найду отсюда выход.

Он, с издевкой, посмотрел на меня:

– Отсюда нет выхода.

– Конечно есть. Если есть вход, значит есть и выход. Так я стану вампиршей, из-за твоей метки?

Он пристально на меня посмотрел, схватил за руку и потащил в сторону севера, как мне показалось.

– Если твоя сестра возлюбленная, то ты должна знать, что это происходит не так. Метка – это наша мысленная связь, это одна из семи ступеней соединения. Но оно в принципе не возможно, потому что моя возлюбленная умерла 600 лет назад. У нас появилась связь, потому что я выпил слишком много твоей крови.

– Ничего не знаю об этих ваших метках, – сказала я, осторожно пряча мысль, что возможно его возлюбленная реинкарнировалась и сейчас жутко хочет прыгнуть к нему в объятья и изнасиловать, несмотря на безуспешные попытки держаться от него подальше, – да и вообще, я мало о вас знаю. Джас уехала жить к Эйвери и... ну, мне не очень с ним комфортно. И с его братьями. Да еще Джас пытается свести меня с Даниэлем, младшим братом Эйвери, а я...

Алек красочно ругнулся и схватил меня, его лицо пылало яростью. Что самое удивительное, я чувствовала, как в нем забурлила ревность.

Он ревновал меня? Почему мне это так нравилось?

Я не ревную.

Нет? Мысль о том, что у меня с Даниэлем был секс, тебя не задевает, да, Алек?

Его язык снова скользнул в мой рот, он раздвинул мои бедра, а пальцы уже расстегивали молнию.

Моя!Прорычал он в моей голове.

Никакая я не твоя!

Моя. Ты отдала себя мне.

У нас был секс. И все. Ой, господи, сделай так еще раз. Ооо да!

Издалека донесся еще один крик и вернул нас к реальности, Алек застегнул мои джинсы, но в его глазах все еще горела страсть.

– Что за хрень? "моя" и все такое, мне не нравятся властные мужчины.

– С этой минуты, любимая, мне плевать, что тебе нравится, а что нет, – рявкнул он и, схватив мою руку, потащил в том же направлении, что и раньше.

Глава 5

– Конкретнее, куда ты меня ведешь?

– Далеко.

– Далеко, это куда?

– Просто далеко. Ты не хотела оставаться, поэтому идешь со мной.

– Зачем?

Алек остановился и одарил меня таким взглядом, что я поняла – его терпение почти исчерпано. Но я решила, что это не важно. Намного важнее было знать, куда он тащит меня.

– Ты когда-нибудь перестанешь задавать вопросы?

– Нет, не перестану, – ответила я, немного подумав, – Мне еще на многое нужно получить ответы.

Он усмехнулся. Дьяволенок внутри визжал и падал в обморок, глядя на этого красавца. Я приказала ей заткнуться, он может и сексуален как бог, но этот парень не для нас.

– Представляешь и мне нужно, но сейчас не время это обсуждать. Как ты здесь оказалась?

– Оказалась не в то время, в не том месте, так понятнее всего, – ответила я, следуя за ним. Хотя крики вдали прекратились, меня не покидало ощущение, что есть там что-то, с чем я точно не хотела бы встретиться.

Так и есть. Демон ярости.

Откуда ты знаешь? Ты же был без сознания.

Когда я слышу разъяренного демона, я ни с чем не спутаю этот звук. Так что за «не то место»?

Я вздохнула.

– А ты настойчивый, да?

– Как и ты. И почему ты сверкаешь?

Я посмотрела вниз на свое тело.

– Я и не знала, пока Ульфур не сказал...

Он резко обернулся:

– Ульфур? Ты знаешь его? Призрак примерно моего роста, с каштановыми волосами?

– Да, про волосы и рост точно, но он не призрак. Он сказал, что он... – Я прикусила губу, стараясь вспомнить.

Взгляд Алека замер на моих губах.

Перестань.

Что? Перестать пытаться вспомнить?

Нет, перестань соблазнять меня.

Я не соблазняю

Еще как соблазняешь. То, что делаешь со своими губами. Перестань.

Чисто женское удовлетворение забурлило во мне.

– Не думала, что вредная привычка, соблазнительна. Я всегда прикусываю губу, когда пытаюсь что-то вспомнить. Так что расслабься, я не коварная соблазнительница. Лич. Точно, так он и сказал.

– Правильно, – Алек задумчиво смотрел в никуда, потирая подбородок, из-за дребезжащего шума где-то вдали, у меня мурашки побежали по телу, – Пиа, говорила, что они постараются вернуть его. Но, к тому времени, Илларги его захватил.

Я не могла перестать на него смотреть. Я пыталась перевести взгляд на камни, напоминала себе, что этот мужчина, не раздумывая может убить человека, не то чтобы я сочувствовала даме с быками, она ведь оторвала мне голову своей повозкой. Да, она лишила его единственного шанса на спасение, но ведь он признался, что убивал и других людей. Он – плохой парень, и не смотря на то, что плохая девочка живущая внутри меня, сходила по нему с ума, он заслужит моей благосклонности, только если вытащит меня и Даймонд из этой чертовой дыры.

Боже, я опять хотела его. Он просто стоял, обдумывая какую-то мысль, а все мое тело дрожало от его мужественной красоты.

– Хватит! – крикнула я, не способная больше терпеть эту пытку.

Он явно удивился:

– Что?

Я уставилась на его большой палец, которым он проводил по подбородку.

– Хватит, соблазнять меня своей мужественной щетиной. И подбородком. И челюстью. Я уже говорила о щетине?

Нахмурившись, он свел брови. Господи боже мой, даже брови у него сексуальные. Мне хотелось прикоснуться к ним.

– Ради всего святого, о чем ты говоришь?

– Ты чертовски красив, ясно? Мне не нравятся красивые мужчины! Они самовлюбленные и всегда соблазном, заставляют женщин делать то, чего им хочется. Со мной этот номер не пройдет! Ясно? Прекрати быть таким красавчиком!

– Корасон...

– Ай! – завизжала я, и растрепала его волосы.

Он выглядел соблазнительно взъерошенным, будто только что вылез из постели.

– Ненавижу тебя! – снова завизжала я, и мысленно проговаривала: Я не позволю ему, оказывать на меня влияние. Секс, у нас просто был секс. Даже не настоящий полноценный секс, а так, быстрый перепих. Какое он имеет право разгуливать тут, такой весь великолепный и сексапильный?

– Кажется, ты злишься на меня, но не пойму из-за чего, – сказал он, сделав шаг в мою сторону, – это как-то связано с моими волосами и бородой, но я понятия не имею как успокоить тебя. Если ты закончила демонстрировать свой темперамент, может скажешь как ты познакомилась с Ульфуром?

– Расскажу, но сначала давай обсудим, как ты собираешься вытащить нас отсюда. Скорее всего выход там, куда ты меня и ведешь?

Алек вздохнул и остановился.

– Ты часть моего наказания, да? Совету было мало того, что они изгнали меня в Акашу, поэтому они отправили сюда тебя, чтобы ты свела меня с ума, так ведь?

– Какой еще совет? Тот, что следит за убийцами невинных женщин?

– Нет, – он снова пошел вперед.

Я смотрела ему вслед около минуты, рассеянно отмечая, что у него великолепная походка, затем спохватилась и побежала за ним. Дьяволенок внутри меня приказала взять его за руку, и прежде чем осознать, что я делаю, я последовала ее совету. Теперь выдернуть свою руку, будет грубо, поэтому я представила, что мне все равно, и что у меня совсем не перехватывает дыхание от возбуждения, когда его кожа касается моей. Дьяволенок внутри меня была счастлива.

– Меня приговорили к заключению в Акаше за преступления против темных.

– Но ты же один из них, – сказала я и посмотрела на него.

– Да, – ответил он, стиснув зубы.

– Что ты сделал?

– Как ты познакомилась с Ульфуром?

– Как ты собираешься нас отсюда вытащить? – ответила я вопросом на вопрос.

– Если ты не перестанешь задавать мне вопросы, вместо того, чтобы отвечать на мои, я заставлю тебя это сделать, – пригрозил он, низким сексуальным голосом.

– Как? И меня убьешь? – поинтересовалась я, и поняла, что совсем его не боюсь. Он убийца, да, но каким-то образом, я понимала, что он не представляет для меня угрозы.

– Заманчиво... но нет. Я просто буду целовать тебя, до тех пора пока ты не потеряешь способность думать.

Меня эта мысль очень возбудила, соски заныли, требуя прикоснуться к груди Алека.

– Хватит! – возмутилась я, взглянув вниз на мою майку. Грудь стала тяжелой, соски отчетливо прорисовались на ткани, и все мое тело хотело только одного.

– А теперь-то я что сделал? – спросил он, раздраженно.

– Дело не в тебе. У меня проблемы с грудью.

Он тут же посмотрел на верхнюю часть моего тела.

– Беспокоят?

– Очень. Они хотят прижаться к твоей груди, я объяснила им, что такое больше не повторится, но они не хотят слушать.

– Может, я смогу чем-то помочь? – спросил он вежливым тоном, – Позволишь мне поговорить с ними?

– Не поможет, – сказала я, качая головой, – Они очень упрямые.

– Не узнаем, пока не попробуем, – он приблизился, мои буфера обрадовались, что он смотрит на них сквозь кружевную часть моего топа.

– Значит так... опа!

Алек и не думал осторожничать, он просто схватил мои груди под майкой, затем скользнул языком в ложбинку и довел меня до экстаза, его язык словно змея скользил по моей груди. У меня перехватило дыхание, подушечками пальцев он потер мои соски, которые старались выпрыгнуть из лифчика.

Это из-за крови. Только из-за нее ... Только потому что я дала ему свою кровь ... много ...

Не только поэтому, mi cielo. Между нами есть что-то еще.

Что? Спросила я, старательно скрывая свою тайну.

Не знаю, но с удовольствием выясню. Хочешь снова заняться любовью?

Снова? Мы не занимались любовью, а страстно перепихнулись. Не более того. И только потому, что ты перепил моей крови.

Продолжай убеждать себя в этом. Он оторвался от моей груди.

– Так что там за ерунда насчет того что я вытащу нас отсюда?

– Мы заключили сделку, – с трудом оторвав язык от пересохшего нёба, проговорила я.

– Правда?

– Да. Когда ты полутрупом валялся на земле, я сказала тебе, что дам попить, только если ты вытащишь меня и Даймонд из Акаши.

– Ты заключила со мной сделку, пока я был мертв?

– Ну да. Ты же не отказался, – подчеркнула я.

Он стрельнул в меня взглядом.

– Ладно, ладно, признаю, сделка была не совсем честной, но тем не менее, это сделка. И раз уж ты разгуливаешь тут как ходячий секс, то признай ее.

– Опять моя внешность. Корасон, я такой какой есть, я не могу выглядеть по-другому. – Вздохнув, сказал он.

Прищурив глаза, я посмотрела на него:

– Ты можешь попытаться выглядеть менее симпатичным.

Он поднял свои зеленые глаза к небу, моля о терпении.

– Если я покрою себя грязью, это поможет?

Я представила, как смываю грязь с его тела, медленно проводя губкой, пена стекает с его шелковистой кожи...

– Продолжишь об этом думать, и я займусь с тобой любовью прямо здесь, – прорычал он.

– Извини, рассудок меня покинул. Что ты спросил?

– Акаша. Выбираемся. Я, ты и кто-то по имени Даймонд.

– Ах да, как я и говорила, мы заключили соглашение, пока ты был без сознания, и раз уж ты большой, плохой вампир, и все до смерти тебя боятся, я решила, что ты сможешь вытащить меня и Даймонд отсюда, Даймонд, увела у меня мужа, но я не против, он придурок, благодаря ей я оказалась в том доме, с Ульфуром и англичанином Сатаной, и бац – и мы здесь.

– Англичанин Сатана? Демон-лорд? Кто именно?

– Эм... Дин? Нет, Дэйл.

– Баэль?

– О, точно.

– Боже...

– Я так поняла, он главарь плохих парней?

– Почти, – он с любопытством посмотрел на меня, – Что Ульфур сделал, что навлек на себя гнев Баэля? И причем тут ты и воровка мужей?

– Он украл что-то золотое и вот это, – я вытащила из кармана частички камня перемешанные с золотом.

– Боже... – повторил он, в ужасе уставившись на мою ладонь, – это же одно из орудий Баэля.

– Думаю, оно называется Oculus Люцифера.

– Occio di Lucifer... – его удивленный взгляд встретился с моим, – оно разрушено.

– Ага. Но я тут не причем.

Он поднял мою руку:

– Ты сияешь.

– Ну мне этого не видно, но я видела, что Ульфур блестит. Почему тогда ты не сияешь? Разве ты не должен? Тебя ведь тоже сюда изгнали.

Он растерялся, затем покачал головой и сказал:

– Кора, ты блестишь не потому что тебя изгнали в Акашу. Ты каким-то образом, получила силу Occio di Lucifer. Теперь ты орудие.

– Эй! Я не орудие! – возмутилась я, но потом стала понимать, что он говорил, – Ты же не серьезно! Скажи мне, что ты не имеешь в виду то, что я думаю! Нет! Боже, ты именно это и говорил! Я око Сатаны! Я-зло!

– Успокойся, ты не зло. Просто ты... ну, я точно не знаю кто ты теперь. Воплощение ока, хотя скорее, я думаю, что...

Я так и не узнала о чем он думал, потому что оборвав себя на полуслове, он схватил меня за руку и швырнул в сторону. Я приземлилась на острый камень, размером с маленького пони.

– Сегодня точно не мой день, – простонала я, сползая с камня. Я посмотрела на Алека пытаясь понять, что же произошло, и поняла, что он не просто разозлился и отшвырнул меня, потому что я теперь воплощение зла, а потому что он защищал меня, опираясь на камни, я встала.

Над Алеком нависла женщина, которую я ранее видела в доме с демоном англичанином, в ее руках был странного вида меч, нацеленный точно в сердце Алеку.

– Я не хочу ссориться с тобой, темный. Просто не вмешивайся и я не причиню тебе вреда.

Алек усмехнулся:

– Навредить мне? Я 600 лет жил в постоянных муках. У меня нет души, мою возлюбленную убили почти на моих глазах, я пытался уничтожить моего лучшего друга, меня изгнали в Акашу мои же люди, а от одного взгляда на женщину, которую отправили сюда, чтобы свести меня с ума, я возбуждаюсь. Демон, ты не можешь сделать мое существование еще более жалким, чем сейчас.

Ты возбуждаешься от одного взгляда на меня?

Сейчас не время это обсуждать.

На лице женщины появилась жуткая улыбка. Я подошла ближе к Алеку.

Не подходи, querida.

Ты не вооружен. А у нее огромный меч.

Она не мне хочет навредить. Оставайся там, где ты сейчас.

– Веди меня к ней, темный! – скомандовала женщина.

Я наклонилась, чтобы взять пару камней. Хорошо, мне приятно, что ты возбуждаешься, глядя на меня и, что более важно, очень приятно, что ты хочешь меня защитить. Но, я не какое-то хрупкое создание не способное постоять за себя.

– Сдавайся, демон, ты не получишь ее.

Ты не посмеешь влезть в драку с демоном ярости. Эта женщина, правая рука Баэля. В ней больше силы, чем ты можешь себе представить.

И ты собираешься драться с ней без оружия?

У меня нет выбора.

– Ты хоть представляешь кто я? – прорычала она.

– Если честно, мне плевать, – сказал Алек, – Ты теряешь время. Возвращайся к Баэлю и передай ему, что он не получит эту женщину.

Алек верил, у него нет выбора, ему предстоит сразиться с демоном. Он осторожно подпитывал ярость, используя ее силу, чтобы сосредоточить внимание на женщине. Я поняла – он готов умереть, защищая меня.

Я не стала задумываться, зачем мужчина, который пару минут назад бросил меня и в прошлом прикончивший много людей, станет рисковать своей жизнью ради меня, незнакомки. Я просто приняла это и стала лихорадочно оглядываться в поисках того, что он мог бы использовать в качестве оружия.

Спасибо, что не споришь.

Эй, мне может и не очень нравится, что ты собираешься прикончить лучшую подружку Сатаны голыми руками, но я не глупа. У тебя намного больше опыта в сражениях с подобными существами, поэтому я понаблюдаю со стороны.

– Она твоя возлюбленная? – с любопытством спросила демон, пытаясь разглядеть, где я прячусь.

Алек сомневался пару секунд, затем ответил:

– Да. Баэль ее не получит.

Я замерла. Затем осторожно проникла в его мысли, и успокоилась, он искренне верил, что лжет.

– То, что вы связаны, означает лишь то, что ты будешь уничтожен, но Лорду Баэлю нет до этого дела. Если ты желаешь развлечь меня, прежде чем я найду ее, что ж, не откажу себе в этом удовольствии.

Лезвие сверкнуло, заставив Алека отскочить назад. Я почувствовала его боль, и поняла, что меч демона все же задел его.

Она тебя сильно ранила?

Не сильно. Держись подальше.

Алек, ты не можешь с ней сражаться. У тебя нет оружия. Она просто проткнет тебя как цыпленка на вертеле.

Огромное спасибо, за то, что безгранично веришь в мои силы, но я тут немного занят и не могу тебя, как следует отблагодарить.

Я отчаянно искала, хоть что-то, чтобы он мог использовать в борьбе.

Мне жаль. Но здесь только камни.

Демон смеялась, когда ее меч сверкал возле Алека в диком танце. Он осторожно отступил назад, уклоняясь от опасного удара и прикрывая меня своим телом. Я чувствовала боль, каждый раз, когда удар меча достигал цели, и почти теряла сознание.

Не нужны мне камни. Просто держись подальше, чтобы она тебя не схватила.

Без предупреждения, женщина наклонилась, и ее меч вошел ровно в тело Алека и вышел из спины.

– Нет! – закричала я, и бросила в нее горсть камней, затем прыгнула в сторону демона.

– Не выходи! – крикнул Алек и попытался перехватить меня.

Она изрыгала такие проклятья, что что-то внутри меня лопнуло. Дьяволенок внутри меня закричал, Алек схватил меня за талию и я выпала из реальности, жужжащие звуки, словно тысячи шипящих голосов заполнили мои уши, я замерла, жужжание нарастало, становилось все громче и громче пока не вырвалось из меня.

Раздался жуткий крик и я услышала звук металла ударяющегося о землю. Жужжание в моей голове прекратилось. Я с удивлением смотрела на меч, лежащий на земле перед нами.

Женщина исчезла, только легкий клубящийся дым подтверждал, что она была здесь.

– Что... что случилось? – спросила я, инстинктивно закрывая Алека своим телом, когда он наклонился, чтобы взять меч. Он с любопытство смотрел на него, затем повернулся и посмотрел на меня.

– Кажется, сейчас мы подтвердили свои подозрения. Ты уничтожила демона ярости Баэля.

– Я? Как? Я же просто стояла...

– Думаю я... использовал тебя... – Он оглянулся и поднял меч, – Ты орудие Баэля, и я использовал твою силу, чтобы уничтожить форму демона и отправить его в Абаддон.

– У меня есть демонические силы? Я хоть и не ярая католичка, но если это так, то я сейчас с визгом отправлюсь к ближайшему священнику.

– По сути, у тебя их нет, – ответил он, рассматривая дыру в животе.

– Ооой!!! – закричала я, увидев кровь, льющуюся струей, – О, господи! Ложись! Нет, не двигайся! Я... я возьму эээм... – я оглянулась, в поисках того, что может остановить кровотечение, – Боже мой, да что ж это за место такое? У них даже аптечки нет.

– Со мной все в порядке, кровотечение остановилось.

– Не глупи, – я помогла ему опереться на меня, и мы пошли к ближайшему камню, – Тебя насквозь проткнули. Такие раны сами по себе не перестают кровоточить, я пойду и поищу того, кто нам поможет. Постарайся не двигаться.

На его лице было написано раздражение и недоверие.

– Ты не хочешь меня слушать, да?

– Не то, чтобы я не хочу, – сказала я, осторожно усаживая его на камень, – Ты в шоке. И не понимаешь, что говоришь. Я просто делаю как лучше для тебя.

Он не смог скрыть удивления

Ты заботишься обо мне?

Получается так.

Никто раньше этого не делал. Всем было все равно.

Тсс ... ты ранен, сильно, и хотя я больше не собираюсь заниматься с тобой сексом ...

Ты собираешься. Я чувствую, что интересен тебе, так же как и ты можешь чувствовать мой интерес.

... итак, хоть я и не собираюсь заниматься с тобой сексом, я не настолько бесчувственная, чтобы оставить тебя умирать здесь.

Почему нет? Ты считаешь меня убийцей и насильником.

– Я не говорила, что ты насильник. Я сказала, что ты убил женщину.

– Однажды мы обязательно обсудим, почему у тебя было видение о моем прошлом, но сейчас, позволь мне облегчить твои переживания. Смотри.

Он расстегнул рубашку.

Я вздрогнула, готовясь увидеть огромную дыру, но потом рассмотрела, что ее нет, осталась только кровь.

– Ты... Я же видела меч. Как... ?

Я дотронулась до места, куда меч пронзил его. Остался лишь горячий, страшный красный шрам с засохшими капельками крови.

Темные быстро восстанавливаются.

Я провела пальцами по ране, отметив, что его глаза из темно-зеленых превратились в желтовато-зеленые.

– Ты снова проголодался.

– Я потерял много крови. Такое случается.

– Ты должен поесть...

– Нет. Ты тоже потеряла достаточно крови.

– Но я себя отлично чувствую, – сказала я, махнув руками, будто это подтверждает мои слова.

Querida, как ты уже убедилась, акт кормления для темных, достаточно сексуален ... Ты действительно хочешь, чтобы я возбудился и напал на тебя?

Его слова разожгли во мне костер страсти. Я хотела сказать: давай, вперед! Но, разумная часть моего мозга, отбросила эту мысль и этим расстроила дьяволенка внутри меня.

– Я буду рада дать тебе столько крови, сколько тебе потребуется, но секса больше не будет. Это было просто помутнение рассудка.

Он ничего не ответил. Но я чувствовала, что он что-то обдумывает, но не позволяем мне увидеть, что именно.

Мы снова отправились на север. Он расстегнул рубашку.

– Так, что на счет орудия? Мне не нравится быть злом. Как прекратить это?

– Ты не зло. Ты проводник силы Баэля. Со всеми орудиями так – в них нет их собственной силы, они просто позволяют другим подключиться к его силе.

– Ты использовал меня, чтобы получить доступ к силе англичанина, чтобы разрушить его же демона?

Алек был мрачен, что странно ведь он сейчас только уничтожил демона, который собирался пустить на фарш нас обоих.

– Да.

– А почему ты не рад? Это же хорошо, да? Я не зло. Ты избавился от той злобной цыпочки, хотя до сих пор не понимаю, почему она хотела навредить мне. Может она хотела вытащить меня из Акаши?

– Она правая рука Баэля. Поверь мне, не важно, почему Баэль хочет тебя увидеть, он сложил два плюс два и понял, что случилось с орудиями. И ты не захочешь узнать, что он сделает с тобой при встрече.

Я задрожала от мрачных картин в его голове.

– Но это не объясняет, почему ты не рад, что избавился от при хвостня Баэля.

Алек вздохнул. Кажется, он часто это делает.

– Я ничего не могу поделать. Моя жизнь неожиданно стала полна вещей из-за которых приходится вздыхать, – сказал он, обнимая меня за талию, – я не рад, потому что, ты воплощение Occio di Lucifer, а значит, любое живое существо с мозгами, захочет тебя.

Я остановилась и уставилась на него.

– Только потому что у нас был секс через полчаса после знакомства, не значит, что я нимфоманка!

– Захочет тебя использовать, Кора, – перебил меня он, притягивая к себе, – или, если точнее, использовать силу Баэля.

Меня охватил ужас, когда я поняла, о чем он говорит. У меня перед глазами замелькали видения, как одно злобное существо за другим, использует меня, как источник демонической силы, и разрушает мир.

– Вот дерьмо.

– А я везунчик, – добавил он, – кажется, ты выбрала меня, чтобы я защищал тебя от них.

Глава 6

– Знаешь, это место не похоже на ад.

– Потому что это не Абаддон, это Акаша.

Алек плелся за мной, наши шаги эхом отражались от стен и каменного пола.

– Ага, но встретившая нас дама сказала Даймонд, что сюда отправляют на вечные муки, как по мне, это похоже на ад. Но, это... – я обвела рукой помещение, – выглядит как старый офис, а не место для пыток.

– Попробуй открыть одну из этих дверей, – сказал он, кивком указывая на одну, когда мы проходили мимо.

Я остановилась:

– Зачем? Там происходит что-то отвратительное? Людей расчленяют? Пытают? Их пожирают муравьи?

Он скрестил руки на груди и кивнул в сторону ближайшей двери:

– Открой и узнаешь.

– Хорошо, но если там что-то мерзкое, ты будешь виноват в том, что я выблюю свой завтрак.

Я открыла дверь, и приготовилась увидеть нечто ужасное.

Группа людей, примерно полдюжины, сидели вокруг длинного стола, бумаги были разбросаны по всей его поверхности, еще он был завален полупустыми бутылками воды, и маркерами всех цветов радуги. Мятая бумага падала со стола на пол, дорожка из нее вела к доске, исписанной разным почерком.

– Сначала мы пришли к соглашению, а затем нет, – сказал мужчина в деловом костюме, сидевший во главе стола, – что учитывая экономию, которая появится в связи с сокращением наших функций, связанных с производительностью мы сможем погасить задолженность, появившуюся в этом квартале?

Женщина покачала головой, и постучала по таблице одним из маркеров:

– Я считаю, что если мы перестроим наши организационные цели, чтобы улучшить благосостояние предприятия, мы сможем освободить наш офис от неустойчивой избыточности не только относительно расходов, но и внешних консультантов, которые я думаю, мы все согласны приводят к падению этой и других команд управления в рамках предприятия.

– Нет, нет, нет, – заявил еще один мужчина и, поднимаясь со своего места, подтянул брюки на пивной живот, – если мы сформируем целевую группу для исследования выгоды программы наставников...

– Боже мой, все еще хуже, чем я себе представляла, – прошептала я и закрыла дверь.

Алек кивнул:

– Заседание комитета управления среднего звена. Все еще думаешь, это не плохое место?

Я вздрогнула:

– Мы должны выбраться отсюда.

Он скользнул по мне взглядом и взял за руку, заставляя поспешить:

– Я рад, что ты включила меня в свои планы о побеге, хотя, мне жаль тебя расстраивать, из Акаши нет выхода. Ты можешь выбраться, только если тебя вызовут.

– Тогда нам нужно это устроить, – сказала я, чувствуя себя упрямой, как осел. Но я не планировала провести остаток жизни, подглядывая за заседаниями комитетов.

– И как ты предлагаешь это осуществить? Мы не можем связаться с кем-то, мы застряли здесь.

– Не знаю, но точно тебе говорю, я не собираюсь сидеть здесь и ждать, пока кто-то использует меня во вред. Даймонд!

Она обернулась, когда я выкрикнула ее имя. Даймонд стояла с двумя мужчинами, и улыбнулась, когда я почти силой притащила Алека к ней, она переводила взгляд с него на меня, явно наслаждаясь его мужским обаянием.

Querida, ты преувеличиваешь, я не настолько красив.

Ой, только не надо говорить, что тебе это не нравится. Я чувствую, как ты наслаждаешься, подслушивая мои грязные, сами по себе возникающие мысли о тебе. Могу поклясться, ты обожаешь, что женщины сходят по тебе с ума и восхваляют твое эго до такой степени, что оно уже размером с пол страны. И тебе точно нравится, когда женщины смотрят на тебя так, как сейчас Даймонд. Хотя, я не понимаю с чего бы ей? У нее есть муж, которого она любит, по крайней мере, если верить ее словам, к тому же она его у меня украла!

Я думал, он больше тебя не интересует?

Так и есть, но ни одной женщине в мире не понравится то, что у нее прямо из под носа увели мужа. И если Даймонд думает, что сможет сделать с тобой, то же самое, тогда ей точно не поздоровится.

А теперь, кто ревнует?

Я перевела взгляд с Даймонд на Алека:

– Ты мне совсем не нравишься, – сказала я ему.

– А я только начал чувствовать к тебе нечто противоположное, – промурлыкал он в мое ухо.

Дрожь наслаждения пробежала по моей спине.

– Кора! Ты пропустила потрясающий завтрак. Там, пара докладчиков, рассказывали о разных вещах, которыми мы можем заняться, чтобы скоротать время в Акаше. Но, скажи мне, кто твой друг?

У нее глаза загорелись, когда она увидела, что мы держимся за руки.

– Алек Дарвин. Вампир. Он убил женщину несколько столетий назад.

Дьяволенок внутри меня изо всех сил старалась выкрикнуть: И он занят! Но я заткнула ей рот.

– Привет, Алек, – поздоровалась Даймонд, подарив ему милую улыбку.

Он вежливой ей ответил и, внимательно посмотрев, сказал: Она тоже сияет.

Да? О, нет! Ее зацепило, когда меня превратили в око Саурона?

Люцифера. И, нет. Это не так работает. Ты говорила, что Ульфур тоже блестел?

Да.

И он что-то украл у Баэля?

Золотое, да. Оно было похоже на плоский диск, когда он мне его показывал.

До или после того как вас изгнали в Акашу?

После.

Господь всемогущий ... Ульфур украл все три орудия.

Думаешь, он тоже Occio?

Нет, похоже, что он Anima. Когда-то это был сосуд в форме дракона. Значит, эта женщина взяла третье орудие.

– И вы только что познакомились? – Даймонд прервала поток моих мыслей, все еще глядя на наши с Алеком, сплетенные руки.

– Да, – я на корню обрубила ревность и сосредоточилась на том, что было действительно важно, – Даймонд, когда мы были в доме, а ты в подвале, что ты делала?

– Фотографировала. Ты же знаешь.

– Нет, именно в тот момент, когда мы внезапно очутились здесь.

– Ой, – она задумалась, – я рассматривала симпатичный кубок, который закатился под лестницу. Он казался ценным, и я собиралась принести его тебе, потом «бац» и мы здесь.

– Кубок? – Переспросила я Алека.

Он кивнул.

– Voce di Lucifer. Вы трое, держали орудия, когда Баэль изгонял Ульфура в Акашу.

– Баэль? – Даймонд замерла, – лорд демонов Баэль?

– Да, – Алек внимательно смотрел на нее, – Ты знаешь его?

– Я? Боже всемогущий, нет! Я слышала о нем, как и все, – объяснила она, – Так нас сюда Баэль отправил?

– Мы так думаем, – медленно проговорила я, – Даймонд, откуда ты знаешь про лорда демонов? Почему ты не увидела его в доме? Какого хрена ты не визжишь от страха? Почему ты дико рада завтраку с проклятыми?

– Чего визжать? Это Акаша, а не Абаддон, Кора. Я никогда раньше не видела лорда демонов, поэтому и не поняла, что он в доме, хотя я чувствовала, что где-то рядом был очень старый вход в Абаддон. А по поводу Акаши, я всегда мечтала сюда попасть и вот мы здесь! Это же так увлекательно, тебе не кажется? И все здесь такие милые. Они так рады с кем-то поговорить. Маргаретта рассказывала, что есть пара собраний, на которых мне можно поприсутствовать, круто, правда?

Она рехнулась.Сказала я Алеку, не сводя глаз с Даймонд.

Я бы хотел согласиться, но нет. Думаю она ... хм.

Что она?

Не уверен. Она выглядит как человек, но это, скорее всего, чары. Кем бы она ни была, не думаю, что она обыкновенная.

Обыкновенная?

Смертная.

Я ущипнула его.

Значит я для тебя обыкновенная, выпендрежник?

Ты смертная, но необыкновенная.

Волна теплоты охватила меня, я старалась скрыть это. Но глядя на его довольную ухмылку, поняла, что он всё почувствовал.

Нужно выбраться отсюда как можно скорее, пока здравый смысл меня окончательно не покинул и я не превратилась в Джас.

– Даймонд, думаю это самое худшее место из всех, где я когда-либо была. Я попросила Алека вытащить нас отсюда и думала, что ты поможешь нам придумать, как это сделать.

– Без проблем, – сказала она, махнув рукой, будто нахождение в Акаше это нормально, – Моя прабабушка очень изобретательна. Уверена, она придумает что-нибудь.

Я сомневалась, но промолчала.

– А пока мы здесь, я планирую наслаждаться каждой минутой! Думаю посетить одно из собраний, о которых говорила Маргаретта. Почему бы тебе и Алеку не присоединиться ко мне?

– Я пас, – ответила я, мысленно улыбнувшись от того, что Алек вздрогнул от ее предложения, – Мы пока подумаем как отсюда выбраться. Я позову тебя, если мы найдем способ.

– Делайте, что хотите. Или продолжайте заниматься, чем вы там занимались. Я пошла. Пока-пока!

Алек хотел прокомментировать ее высказывание и я знала, что покраснею если он это сделает:

– Молчи! Даже думать об этом не смей!

Он рассмеялся, даже его смех был прекрасным. Такой теплый и искренний.

– Хорошо, но только потому что мне все равно придется тебя расстроить тем, что я не найду чудесный способ, чтобы вытащить вас.

– Всех нас, ты пойдешь с нами.

Он вел меня из зала суда, все вокруг было грязно коричневого цвета, только здание немного поблескивало, отличаясь от всего остального пейзажа.

– Не могу. Меня изгнал Моравский совет. Если я и смогу выбраться, они отправят меня обратно.

Я остановилась и пристально на него посмотрела:

– Что именно ты натворил, что взбесил всех вампиров?

Он отвел взгляд и спрятал свои мысли:

– Соблазнил возлюбленную моего друга, попытался уничтожить их обоих и выдал темных тем, кто хотел их истребить.

Его лицо превратилось в маску, но глаза, ах эти любимые глаза, они отражали все эмоции, которые он от меня прятал. В них была боль, ненависть к самому себе, и тем, кто причинил ему боль. Алек разбил вдребезги все мои представления о вампирах. Теперь я знала, что была не права, когда считала их недостойными и осуждала сам факт их существования.

Я не смогла удержаться и спросила:

– Когда ты убил женщину, о чем ты думал?

Он задумался. Я чувствовала, что мысли его далеко.

– Ту, которая убила мою возлюбленную?

Я кивнула.

Он закрыл глаза, борясь с подступившей от воспоминаний болью.

– Я не думал. Увидел тело, сгоревшее и искалеченное, понял, что жница убила ее. Я инстинктивно набросился на нее. Только потом я понял, что это был несчастный случай и жница не специально выбрала жертвой мою возлюбленную. Веками я убеждал себя, что месть уменьшит боль, столько времени потерял...

– Не верю, – я запуталась в эмоциях, но точно не сомневалась, что он человек чести.

– Не удивила. Никто мне не верит. Почему ты должна?

– Ты не так меня понял, – моя рука скользнула под его рубашку и я прижала ладонь к его сердцу, такому искреннему и смелому, – Я не верю, что ты предал своих людей. Ты не мог.

Он смотрел на мое лицо, выискивая признаки насмешки. Я позволила ему прочитать мои мысли, чтобы он увидел, насколько я серьезна.

– Я и не делал этого, но они все равно обвинили меня во всех грехах.

– Почему ты не защищался?

Он криво улыбнулся:

– Потому что я действительно предал друга.

– И соблазнил его возлюбленную?

Он провел большим пальцем по моей нижней губе:

– Вообще-то это было до того как я узнал, что она его возлюбленная. Когда она поняла это, то выбрала его, не меня. И я отошел в сторону. Потом их пытались убить, но мне от этого не стало легче.

– И ты страдаешь, потому что был плохим другом?

– Все немного сложнее, но я несу ответственность за то, что пытался разрушить жизнь Криса. Я должен заплатить за это.

– Чушь собачья, – возразила я, – У тебя устаревшая привычка жалеть себя, нет, ты, конечно, сделал кое-какие вещи, которые делать не следовало, но за это ты сполна рассчитался. Ты заплатил свою цену и должен идти дальше. Я помогу тебе. Когда мы, да мы все втроем, выберемся отсюда... да, ты правильно меня понял, я тебя здесь не оставлю...

Слова слетели с моего языка, и, я почувствовала, как нечто гигантское швырнуло меня куда-то.

По сути, так оно и было. Я приземлилась на колени, передо мной стояли мужчина и женщина, а под моими ладонями был деревянный пол.

Мы были в комнате похожей на библиотеку, кожаные кресла, стеллажи с книгами от пола до потолка. Я взглянула на людей, наблюдавших за мной.

Мужчина был среднего роста, с черными волосами и козлиной бородкой. Женщина, стоявшая подальше от него, выглядела счастливой, у нее были вьющиеся рыжие волосы, и от нее исходила позитивная энергетика, поэтому я обратилась к ней, а не ее спутнику.

– Что это была за хрень?

– Я призвала тебя, – ответила женщина с английским акцентом, она махнула рукой в сторону мужчины, скрестившего руки, – Ты должна благодарить за это мистера де Марко, ведь он меня нанял. Я стражница. Меня зовут Ноэль. Ты в курсе, что блестишь?

– Да, мне говорили об этом... Почему... стоп, де Марко? – за мужчиной стала появляться тень и обретать очертания, – Ульфур!

– Я Альфонсо де Марко и ты отдашь мне occio di Lucifer, – заявил босс Ульфура тоном, не допускающим возражений, но этим только разозлил, а не напугал меня.

– Что... ах, это.

Интересно, что он скажет, когда узнает что орудие разбито, еще и по моей вине. Я взглянула на Ульфура, но его лицо ничего не выражало.

Довольно улыбнувшись, я поняла, что он не сказал ничего своему боссу. Благослови его господи, Ульфур убедил де Марко вытащить меня из Акаши, под предлогом того, что у меня есть орудие.

Вот только Алек и Даймонд остались там.

– Оно у тебя? – голос де Марко был полон гнева.

– Да, – ответила я, быстро прокручивая в голове план как можно вытащить из Акаши Алека и Даймонд.

– Я вызвал тебя из Акаши, и в знак благодарности, ты отдашь его мне, – приказал он, его тон пробирал до костей.

Он протянул руку, явно рассчитывая, что я готова вручить орудие.

– Нуу, знаете ли, Occio очень крутая штука, это ведь одна из трех важных для Дэйла вещиц.

– Баэля, – исправила меня стражница Ноэль.

– Ой, простите, Баэля, – де Марко подозрительно на меня посмотрел, я прочистила горло и заявила как я надеялась, самым беззаботным тоном, – Ему нравится, когда я зову его Дэйлом.

Ульфур потер глаза, но промолчал.

– Нуу... по сути, Occio ни здесь и не там... то есть оно там... эм... не здесь. Если вы понимаете, о чем я. Вы понимаете?

– Нет! – рявкнул де Марко.

– Ну, это Алек.

– Алек? Что еще за Алек? – с каждой секундой де Марко сердился все сильнее.

Ульфур выпучил глаза, глядя то на меня, то на своего босса. Казалось, он пытался мне что-то сказать, но я не понимала что.

– Друг, – ответила я осторожно, пытаясь разгадать, что заставило Ульфура так разволноваться.

– Да плевать я хотел на твоих друзей! Мне нужно Occio и прямо сейчас. Я жду оплаты за то, что вытащил тебя из Акаши, иначе я быстро верну тебя обратно.

– Попридержи коней, приятель! Мы заключим сделку, ты вытащишь двух моих друзей из Акаши, а я отдам тебе occio.

У Ульфура чуть глаза из орбит не выпали.

– Ты смеешь не повиноваться моим приказам? – де Марко шумно втянул в себя воздух, будто вот-вот взорвется, – Да ты хоть представляешь, кто я, смертная?

– Ага, босс Ульфура, ты тот парень, что сказал ему стырить орудия у жуткого короля преисподней!

– Принца, а не короля. – Сказала Ноэль и быстро отвела взгляд, притворяясь, что с интересом рассматривает картину на стене.

– Дэйлу нравится, когда я называю его королем, наедине, – солгала я, изображая из себя подружку Сатаны, – вот в чем дело, де Марко, ты хочешь Occio Дэйла, ты его получишь сразу, как вытащишь Даймонд и Алека из Акаши.

– Я не служба доставки! – зарычал де Марко, и свел брови так, что они превратились одну сросшуюся черную бровь. Мне так и хотелось сказать ему, что с таким видом, он точно никого не напугает, но я подумала, что он не умеет принимать критику, – Ты мне задолжала, смертная, и ты сейчас же отдашь мне Occio.

– Или что? – спросила я, пытаясь очистить ногти об мои джинсы.

– Или я заставлю тебя пожалеть, что ты родилась!

– Да ну? У кого око Дэйла? Ах, точно, у меня, а это значит, ни фига ты мне не сделаешь.

Я молила бога, чтобы оказалась права.

Ульфур пошатнулся, будто теряя сознание. Ноэль была в ужасе.

Возможно, я ошиблась и сейчас он меня прикончит.

Де Марко снова глубоко вдохнул и истерически завопил:

– Одного!

– Чего? – Я отступила ближе к Ноэль, она в свою очередь, отошла подальше от де Марко.

– Одного… – его ноздри в бешенстве раздувались, – Стражница призовет только одного.

– Но... у меня там осталось два друга.

– Тогда выбери одного. Сейчас же!

С трудом сглотнув, я ужаснулась и поняла, что он психически неуравновешен.

– Эм... – я судорожно решала, кого же выбрать, Даймонд… да, нужно сказать, чтобы вызвали Даймонд. Она моя подруга... и не заслужила оказаться в Акаше. Точно, Даймонд.

И оставить там Алека?

Одного.

И никто не накормит его.

Или, что еще хуже, он подумает, что мне на него плевать.

Но он убийца! И, он сам сказал, что предал друга. И смирился со своим наказанием.

– Хорошо, – решила я и молилась, чтобы Алек когда-нибудь понял, почему я так поступила, – я решила.

– Назови стражнице имя, и покончим с этим! – рявкнул де Марко.

– Ноэль, пожалуйста, вызови... – я взглянула на нее. Она на меня. Я думала о Даймонд. Дьяволенок внутри меня взбесилась и обзывала меня как могла.

Никто никогда не заботился об Алеке.

– Призови Алека Дарвина, – услышала я, как кто-то сказал эту фразу и дьяволенок восторжествовал.

Глава 7

Алек уставился на место, где минуту назад стояла Корасон. Нахмурившись, он протянул руку и потрогал воздух.

Она исчезла.

Кто-то вызвал ее.

– Вот и отлично, – сказал он обреченно, не желая признавать боль, внезапно охватившую его. Он убеждал себя, что это не боль, а раздражение. Ее отправили сюда, чтобы истязать его, и будь он проклят, если позволит ей ранить его своим исчезновением.

Она покинула его. Просто ушла, даже не взглянув на прощанье, не съязвив по поводу его внешности. Она даже не обозвала его убийцей кровососом.

– Очень хорошо, – громко сказал он и начал искать место, где он может умереть, – Так и быть. Она исчезла. Я здесь. Это отлично.

Но это было не так. Кора выбралась в мир смертных и там ее некому защитить от тех, кто захочет использовать ее, некому о ней позаботиться.

– Плевать, – сказал он ближайшему камню, – она больше не моя проблема. И я совсем не против больше ее не видеть, не чувствовать ее запаха, не сходить с ума от возбуждения глядя на ее бедра, я не хочу чтобы она целовала меня так, что почти язык высасывала, не хочу чтобы она мурлыкала в экстазе. Мне не нужна ее кровь. И она не нужна. Я абсолютно счастлив, страдая здесь в одиночестве.

Он в ярости пнул камень, осознавая, что врет себе.

Она бросила его.

Он выбрал место, где мог спокойно умирать, жалея себя. Да, ее предательство сильно ранило его. Сильнее, чем он мог предположить. Когда он осознал эту мысль, мир перед его глазами покачнулся, он весь сжался в тугой комок, и что-то больно ударило его в живот.

– Алек!

Он не мог поверить, что слышит этот чудесный голос, словно песня разливающийся по его венам. Алека окутал запах, по которому он уже успел соскучиться, а нежные руки повернули его лицо к свету.

– Прости, – сказал другой женский голос, – я предупреждала, что с темными будет сложнее. Не думаю, что у меня вообще бы получилось, без твоего присутствия.

– С тобой все в порядке Алек?

Он открыла глаза, и встретился взглядом с Корой.

– Ты не бросила меня?

– Нет, – ответила она и ее соблазнительные губы изогнулись в улыбке.

Он не смог удержаться и запустил руку в ее волосы, притягивая к себе, его сердце пело от радости от того, что он снова мог поцеловать ее, почувствовать ее вкус. Она дрожала от возбуждения в ответ на его прикосновения.

– Так, так, так... что тут у нас? Темный. Очень интересно.

Мужской голос прервал его мечты о том, как он уложит Кору в постель и заставит стонать и мурлыкать как никогда раньше.

– Женщина, ты не говорила, что возлюбленная, – продолжил тот.

Что-то в его голосе, заставило Алекаподняться, шокированный и еще до конца не очнувшийся, он с удовольствием отметил – Кора спряталась за его спину.

За ним наблюдали двое. В одном он узнал лича, скоторым имели дело Кристоф и Пия, а вот второй...

– Ты кто?

– Де Марко. Я знаю о тебе, – ответил мужчина, и, прищурившись, посмотрел на Алека, – всегда интересуюсь, кто из темных встает на моем пути, а ты друг этой жницы, которая сует нос куда ей не следует, так ведь?

Знаешь его?Спросила Кора.

Нет. Зато он, кажется, меня знает.

Не думаю, что это хороший знак.

Подозреваю, ты права.

– Да. Думаю я прав. Ульфур, проводи темного в комнату для гостей, а ты возлюбленная отдай Occio.

Алек?

Спросила Кора, прижимаясь к его спине.

Бежим. Прямо сейчас.

Она не стала спорить, резко развернулась и побежала к двери. Алек, помня о приказе де Марко, извинился и врезал Ульфуру, когда тот попытался их остановить. Потом он схватил, стоящую в комнате женщину за руку, и потащил за собой, предполагая, что она не имеет отношения к злодею.

– Кто ты? – спросил он, протолкнув женщину в дверь и захлопнув ее прямо перед носом де Марко.

– Ноэль. Стражница. Кора и правда, твоя возлюбленная? Я тоже возлюбленная, хотя мой темный нашел себе другую и...

Кора стояла в конце коридора у выхода на улицу, там ярко светило солнце и она кричала, чтобы он шел к ней.Он, не раздумывая, толкнул болтливую стражницу к Коре и обернулся как раз в тот момент, когда де Марко появился в коридоре с пистолетом в руках.

– Бегите! – крикнул он женщинам, запустив маленький круглый столик в де Марко.

– У него пистолет, Алек! – крикнула в ответ Кора, и даже не глядя в ее сторону, он знал, что она идет к ним, чтобы спасти его.

Черт побери, женщина, я мужчина! Я всех спасаю! Ты должна бежать, если я так сказал!

Засунь свои мачо замашки в задницу. У него пистолет. Он пристрелит тебя!

Мне плевать, а вот ты все еще смертная.

Кора, прыгнув на него, повалила их на пол как раз когда де Марко начал стрелять, Алек перекатился и закрыл ее своим телом.

Дура! Тебя точно убьют!

Используй меня!

Что?

Используй меня! Ну как орудие, как тогда с демоном.

– Запомни, за то, что ты пользуешься силой Баэля рано или поздно придется платить, – предупредил он, но последовал ее совету и крепко прижал ее к себе. Она чувствовала, как начинает расти сила и перетекает от нее к нему, он сконцентрировался и обрушил ее на мужчину, но тот успел пустить пару пуль в спину Алеку.

Кора ойкнула, и он понял, что одна пуля попала в нее.

– Сильно ранена? – спросил он и увидел кровь на ее бедре.

– Не сильно. Вот это да! Получилось? – Она изумленно смотрела на смятую кучу, в которую превратился Альфонсо де Марко, – Он...

– Мертв? Вряд ли. Он бессмертен. Покажи ногу.

Он разорвал джинсы в том месте, куда вошла пуля, и стал осматривать рану.

– Ну, спасибо! Это были мои любимые джинсы! – Она шлепнула его по руке.

Алек обнаружил входное отверстие на внутренней стороне ее бедра, пуля валялась на полу.

– Куплю тебе еще одни. Черт, кровотечение не останавливается.

У него не было выбора, поэтому он закинул ее ногу на свое плечо и лизнул рану, сражаясь с искушением выпить ее крови.

Тебе захотелось покушать? Прямо сейчас? Это называется "жаждой крови"?

Нет, это называется "залечить раны" и остановить кровь.Неохотно он оторвался от нее.

Ты можешь?

Я – темный, любимая. Если бы мы не умели этого делать, наши доноры умерли бы от потери крови.

Тогда спасибо и извини, что обвинила тебя в желании поесть.

Я бы не отказался, но не сейчас. Обними меня.

Это еще зачем!

– Я не хочу, чтобы ты наступала на раненую ногу, пока мы не попадем к врачу. Обними меня. Стражница, проверь как там де Марко.

Он встал и с Корой на руках прошагал в сторону открытой двери.

– Твоя спина! В тебя стреляли! Сейчас же отпусти меня, Алек. Я сама пойду.

Моя спина в порядке. Раны уже залечиваются. Помнишь атаку демона? Я очень быстро исцеляюсь.

– Ага, но тут-то пули!

– Я в порядке.

Появился Ульфур и молча наблюдал за тем, как Ноэль осматривает де Марко.

– Он без сознания, но не сильно ранен, – ответила она, поспешив за ними.

У двери Алек остановился и оглянулся на Ульфура:

– Ты можешь пойти с нами?

Ульфур отрицательно покачал головой и махнул рукой в сторону мужчины.

– Он приказал тебе молчать?

Ульфур закивал, по его лицу было заметно, что он в отчаянии. Алеку это состояние было хорошо знакомо.

– Я передам Крису и Пие где ты. Они помогут.

Ульфур улыбнулся, но его улыбка была грустной. Кора помахала ему на прощанье, он поднял руку в ответ и печально смотрел, как они покидают здание.

– У тебя есть машина? – спросил Алек, шипя от боли, солнце обжигало его. Он быстро осмотрелся, но оно светило в полную силу и нигде не было тени.

– Боже, да ты красный как рак, – Кора посмотрела на небо, – Так это правда про солнце?

– В какой-то степени.

– Я пригоню мою машину, – сказала Ноэль и побежала к ступенькам, ведущим к парковке.

Низкие растения и несколько небольших кактусов образовали тропинку, было душно, и воздух был наполнен запахом пыли и теплой, сухой земли. Маленький геккон выскочил из тени камня, и начал спускаться по тропинке к дороге.

– Поставь меня и иди ближе к дому, там хоть какая-то тень, – скомандовала Кора.

Он стиснул зубы от боли, но проигнорировал ее просьбу.

– Алек, остановись! У тебя уже пузыри от ожогов!

– Переживу.

– Ой, ради всего святого... – она покрутилась в его руках и, сняв свою рубашку, обмотала его лицо.

Теперь я ничего не вижу.

– Я скажу куда идти. Пять шагов вперед, потом остановись.

– Сними это...

– Не капризничай. Пять шагов.

Они, наконец, дошли до машины, руки Алека адски горели, к тому времени как он опустил Кору на заднее сиденье. Он собирался сесть рядом сНоэль, чтобы Коре хватило места вытянуть ногу, но она схватила его за рубашку и потащила за собой.

– Гони! – скомандовала она Ноэль и стражница не стала спорить.

– Тебе нужно вытянуть ногу, – Алек пытался поудобнее устроить ногу Коры, но она покачала головой и затолкала его подальше, закрывая окно своим телом.

– Садись посередине, – продолжала она давать указания.

– Я не...

Быстро в середину, идиот! Туда солнце не попадает.

Я не допущу, чтобы ты навредила себе ...

– Тогда я на тебе посижу, договорились? Просто посижу тут.

Я говорил, что не люблю женщин, которым нравится командовать?

Я говорила, что не люблю вампиров?

Часто.

Вот и хорошо. Теперь двигайся.

Она подождала пока он сядет в середину и осторожно села ему на руки.

– Вот так. Удобно?

Он закрыл глаза, на секунду растворившись в ее запахе, невероятное чувство того, что она в его объятьях, ее теплые бедра прижимались к его пенису, и он тут же возбудился. Он почти до потери сознания хотел ее укусить, не только чтобы утолить голод, а чтобы пометить ее, чтобы любой мужчина видел, что она принадлежит ему.

Кора обернулась, в ее глазах было удивление и страсть.

Я не принадлежу тебе Алек. Хотя этот укус ... звучит ... нет. Забудь.

Он удивился, что она подслушала его мысли, ведь раньше ей не удавалось.

Кто сейчас проецирует мысли?Спросила она, хитро улыбнувшись.

Он ущипнул ее, наслаждаясь изгибами ее бедер.

– Ноэль, где именно мы находимся?

– В Аризоне, если точнее, за пределами города Флагстаф. Как ты вырубил де Марко?

Кора прижалась к нему и рассеяно поглаживала волосы на затылке, он раздумывал, сколько еще сможет терпеть эту пытку, не имея возможности заняться с ней любовью.

Ее пальцы замерли, она искоса взглянула на него и шаловливо улыбнулась.

– Куда мы едем? Я взяла эту машину на прокат и завтра аренда заканчивается. Так что если вы хотите поехать куда-то далеко, боюсь...

– В ближайший город, затем в аэропорт, – сказал Алек, остро нуждаясь в Коре, в ее губах, теле, душе...

– Будет сделано, – ответила Ноэль, сворачивая на главную дорогу.

– Аэропорт? – переспросила Кора, – Куда мы полетим?

– Где ты живешь? – ответил он вопросом на вопрос.

– За пределами Сан-Франциско.

– Тогда мы сходим к врачу и полетим в Сан-Франциско, там ты возьмешь паспорт и все, что тебе понадобится.

– Куда возьму? – она держала себя в руках, но он чувствовал, как ее разрывает боль. Жаль он не мог помочь ей.

– Во Флоренцию.

– Флоренцию... в Италию? – она почти завизжала, чтобы отвлечь ее, он прикоснулся к ее уху.

Господи, повтори то, что ты сейчас сделал!

Он снова провел языком за ее ушком, и услышал, как она мысленно стонет.

Почему в Италию?

Там живет мой друг со своей возлюбленной.

Которого ты предал?

Да. Кристоф и Пия связаны с де Марко и Ульфуром. Они помогут нам.

Зачем им помогать нам, если ты соблазнил ее и предал его?

Он улыбнулся ноткам ревности в ее голосе, появляющимсявсегда, когда она говорила о Пие.

Мы не занимались сексом, micorazon. Да, мы прикасались друг к другу, но это всё. И то, что мы делали вообще никак нельзя назвать сексом, так что у тебя нет повода для ревности.

Я не ... ой, давай дальше. Так зачем им нам помогать?

Потому что у них нет выбора.

Ответил он и мягко выдворил ее из своих мыслей, ему еще нужно кое-что спланировать.

Два часа спустя Кора выпрыгнула из машины Ноэль и сверкнула глазами на Алека, когда тот предложил отнести ее.

– Укол от столбняка больнее, чем эта пуля. Перестань кружить надо мной, Алек, я в порядке. Только чуточку тянет. Ты что-то сделал, чтобы заживало быстрее, чем обычно? Врач сказал, что ране несколько дней, и она почти зажила.

Он шел, придерживаясь тени от медицинского центра, затем быстро добежал до машины и сел на заднее сиденье рядом с ней.

– Я ничего не делал. Наверное, это последствие того, что орудие... оно сделало тебя более...

– Более какой?

– Более чем простой смертной, думаю, – ответила за него Ноэль, заводя машину, – даже до воссоединения, мы-возлюбленные, становимся... мне нравится думать, что мы уже "больше, чем женщины". У нас появляются новые способности, такие как быстрое восстановление, выносливость и тому подобное.

– Мы– возлюбленные? – Кора поперхнулась.

Она думает, что ты моя возлюбленная, не спорь с ней, лучше пусть верит, что так и есть.

Да?Она явно хотела что-то добавить, но закрыла свои мысли.

– Да. Алек не говорил тебе? Я тоже возлюбленная, хотя темный, которого я должна была спасти, запал на мою соседку по комнате.

Кора бросила на него любопытный взгляд:

– С возлюбленными такое бывает?

– Нет, – ответил он.

– Иногда бывает, – поспорила Ноэль, – Себастьян, тот темный, сказал, что это как-то связано с судьбой, иногда случается неразбериха и назначают не ту возлюбленную. В аэропорт?

– Да, пожалуйста, – ответил Алек.

– Хорошо. Но мне в любом случае нужно вернуться домой.

– Так тот вампир, которому ты была предназначена, втрескался в твою соседку? Вот кобель! – заявила Кора и стрельнула в него злобным взглядом, будто он был в этом виноват, – Надеюсь, ты ему в красках описала, что чувствуешь?

– О да, поверь мне. Сначала мне было больно, потом я поняла, что они созданы друг для друга. К тому же, Белль, моя соседка, пообещала, что поможет найти темного, у которого нет возлюбленной.

Ноэль в зеркало посмотрела на Алека.

Кора положила руку на его колено и встретилась с ней взглядом.

Скажешь хоть слово, и я тебе нос сломаю.

Он накрыл ее руку своей и их пальцы переплелись.

Ты удивляешь меня, querida. Ты жуткая собственница.

Я не собственница. Просто защищаю тебя, ведь ты спас меня от де Марко. Ноэль тебе не подходит. Позже ты поблагодаришь меня за вмешательство.

– И, как я понимаю, она еще не нашла такого? – уточнила я у стражницы.

– Нет, хотя я встречалась со всеми темными Европы, – вздохнула Ноэль.

– И ты думаешь, один из них будет вне себя от счастья, что явишься ты и вернешь ему душу?

– Думаю, нет, но Белль постоянно знакомит меня с кем-то, а если честно мне и так хорошо. К тому же, мужчины как бездомные животные, когда ты им понадобишься, они сами тебя находят, верно?

Кора рассмеялась. Алек удержался от комментариев, сосредоточившись на более важных проблемах. Ему нужно было придумать, как заставить Кристофа пойти против моравского совета. Крису эта идея не понравится, но у Алека на кону поставлено слишком много и ему понадобится любая помощь.

Он должен защитить Кору и, кажется, остается только один способ это сделать.

Глава 8

Весь полет во Флоренцию я притворялась, что сплю. Хотя иногда и в правду засыпала, благодаря обезболивающим.

– Я собираюсь спать, – сказала я Алеку, когда частный самолет взлетел. В моем мозгу никак не укладывалось, что он, не раздумывая, может заказать частный самолет и полететь в любую точку мира.

– Не понимаю почему, – сказал он, не отрываясь от ноутбука

– Я устала и ужин, который ты заставил меня съесть, был слишком плотным, поэтому теперь я немного сонная.

– Не понимаю, почему тебя удивляет путешествие на частном самолете. Уверяю тебя, что компания, которая сдает эти самолеты, часто перевозит людей в разные города мира.

– Может, для вампиров, тут и нет ничего необычного, – сказала я, понизив тон, чтобы стюардесса нас не услышала, – но среди моих знакомых это много значит. Я прилягу на диванчик, если не возражаешь и попытаюсь заснуть, чтобы переварить всю эту пищу.

– Ты должна была поесть. Я выпил слишком много крови, – ответил он, не отрываясь от ноутбука, – Почему бы тебе не прилечь на кровать?

Я посмотрела на коричневый замшевый диван, спрятанный в кабине. Весь интерьер был декорирован в милой светло-бежевой цветовой гамме. Шесть кожаных стульев выглядели очень удобными, я могла бы спать сидя на них.

– Этот диван превращается в кровать?

– Нет. В хвосте самолета есть спальня. – Он посмотрел на меня, в его зеленых глазах заплясали чертики, – Я могу показать ее тебе, если хочешь.

Я облокотилась на лакированный деревянный стол, разделявший нас и, чтобы не услышала стюардесса, убирающая со стола, прошептала:

– Я сказала никакого секса, и я именно это и имела в виду, болван. Если ты думаешь меня соблазнить...

– А мне показалось, что в Акаше все было взаимно.

– ...а что было у меня дома?

Красивый подлец улыбнулся:

– А. Это потому, что я подумал, что ты танцуешь для меня стриптиз, а не просто переодеваешься. Я извинился за это.

– ...а в аэропорту?

Он пожал плечами:

– Я был голоден. Ты предложила меня покормить. Мы были наедине. Все немного вышло из-под контроля. За это я тоже уже извинился.

– ...и пять минут назад в ванной.

Его улыбка стала еще шире:

– Это потому что я хотел убедиться, что рана зажила и не смог устоять перед твоим обнаженным телом, оно было так близко.

– Очень лестно быть объектом вожделения кровожадного монстра в сексуальном мужском обличье, но я верна своим словам, Алек – секса не будет. Я не перестану давать тебе свою кровь, потому что ты помог мне и продолжаешь это делать, но ты мне неинтересен как мужчина. Я достаточно ясно выразилась?

– Да, – сказал он, повернувшись на стуле, чтобы ближе рассмотреть меня, его взгляд скользнул с головы до пят, – я четко понял, что ты отрицаешь очевидное, сама знаешь, что хочешь меня также сильно, как и я тебя. Следующей стадией будет гнев, хотя возможно сейчас ты испытываешь одновременно и гнев и отрицание. С нетерпением жду переговоров.

Я уставилась на него:

– Меня не одолевают пять стадий горя! И ты мне не нравишься!

Он взял в ладонь мою грудь. У меня перехватило дыхание, сердце бешено застучало от его прикосновений, соски предательски затвердели под тонкой тканью летнего платья, которое я надела, предвкушая итальянскую жару.

Алек поджал губы, когда коснулся моего соска. Я задрожала, и на мгновение представила, что могу страстно заниматься любовью с Алеком и при этом держать его на расстоянии, но понимала, что это безумная идея.

– Черт бы тебя побрал, – сердито проворчала я и зашагала в спальню.

Приятных снов, любимая.

Пошел к черту!

Надеюсь, они будут о нас, совершенно голых ...

Я замерла на секунду, увидев образы, которыми он заполнил мою голову, затем побежала в сторону спальни, отчаянно пытаясь закрыться от этих картин и понимая, что жутко хотела бы этого.

Я отрицала очевидное.

Час спустя я все еще ворочалась с боку на бок, чувствуя себя не очень комфортно от самой мысли, что в самолете есть спальня. А что если мы попадем в турбулентность? Я поискала ремни безопасности на кровати, но их не оказалось. Хотя по большей части меня беспокоило то, что тело ныло, напевая грустную песню, что оно приковано к кровати, а Алек, мужественный и великолепный, в это время находится в салоне.

Что же он делал в ноутбуке?

Решал кое-какие дела.

Хватит подслушивать!

Я заскрипела зубами от злости, но не смогла удержаться и спросила:

– Какие дела? Деловые или вампирские?

Я участвую в нескольких финансовых предприятиях со смертными, querida.

Правда?

Да, правда. Я же должен как-то обеспечивать путешествия на частных самолетах,удивленно ответил он.

Ой, я думала ... думала ты ... ну, знаешь ... что у тебя просто есть деньги.

Они у меня есть. Я всю жизнь, их зарабатывал.

Я не знаю, почему, но это меня порадовало . Мне всегда нравились люди, которые сами сделали свое состояние.

Мне тоже. Я думал, ты устала?

Так и было. Так и есть. Даже не смей предлагать мне заняться сексом, я пойду спать. И не говори, что не собирался этого делать, я знаю, что собирался.

Его смех еще звучал в моей голове, пока я устраивалась на подушке пытаясь уснуть.

Я пробудилась ото сна, в котором купалась в теплом, золотом меде, и обнаружила себя лицом на кровати. Свет в комнате погас, сексуальный вампир целовал дорожку вверх по моему позвоночнику, а руками ласкал мою спину.

– Ты надела черное кружево. Я говорил, как сильно черное кружевное белье возбуждает меня? Нет ничего более сексуального, на теле теплой, горящей от желания женщины.

Его руки обжигали. Я боролась с желанием замурлыкать, и спросила хриплым голосом:

– Мы приземлились?

– Да. В Нью-Йорке. На дозаправку. Скоро снова взлетим.

– Ох. Алек, я же сказала никакого секса, и действительно имела в виду...

Тише. Я сделаю только то, чего бы ты хотела. Просто не могу больше сдерживаться.

Я застонала про себя, как от ощущения его языка, рисующего линию по моей спине, так и от осознания того, что я желала его, он все, что мне нужно.

Но его условия мне не подходили.

Ох, великолепно, он был прав – я в стадии переговоров! Черт!

Но даже это не остановило меня, когда его руки скользнули между ног, поглаживая по черному кружевному, атласному белью, дразня меня, пока он не скользнул под него, его волшебные пальцы возбуждали меня все сильнее. Они танцевали в моих скрытых глубинах, губы двигались по бедру. Я вздрогнула от их тепла, и беспокойно заерзала на простынях, мои груди болели, требуя его прикосновений.

– Ты снова голоден.

– Я всегда голоден. Всегда хочу тебя, – его палец скользнул внутрь, заставив мои мышцы сжаться вокруг него, тело напряглось, требуя продолжения.

– Тогда, не стесняйся, можешь перекусить. Не хочу показаться плохой хозяйкой, мама мне этого не простит.

Он лизнул рану на моем бедре, обдав его теплым дыханием:

– Как себя чувствуешь?

– Битком набитой кровью.

Я прочитала его мысли и знала, что он волнуется о моем здоровье. Улыбнувшись, я пустила его в свои мысли, чтобы он увидел, насколько я возбуждена.

Правда, Алек, я в порядке. Я чувствую, как голод терзает тебя.

Его зубы пронзили кожу на моем бедре, доставив невероятное наслаждение, когда он глотнул моей крови, к его пальцу присоединился второй, они кружились внутри меня, заставляя извиваться от прикосновений к чувствительным местам, о существовании которых я понятия не имела.

Он согнул пальцы, когда я придвинулась ближе, сходя с ума от его прикосновений и ощущения кормления, все, чего я желала, происходило здесь, в этой маленькой комнате в задней части самолета.

Кода присоединился третий палец, я чуть не слетела с кровати от оргазма, вонзив ступни в матрас, я отчаянно старалась не перестать дышать.

Ты такая отзывчивая, восхищался он, его пальцы все еще были внутри, и мои мышцы сжимались вокруг них. Одно прикосновение и ты взрываешься как пороховая бочка. Хочешь, чтобы я остановился, querida?

– Нет, – задыхалась я, пораженная тем, что мое тело все еще взвинчено... пока я не поняла, что то, что я чувствовала, было его возбуждением, связанное так крепко с моим, что я уже никогда не буду способна разделить их.

Эта мысль напугала меня до ужаса, но прежде чем я смогла обдумать ее, его пальцы исчезли, он вошел в меня весь, вызвав стон абсолютного восторга глубоко из моей груди.

Алек!Кричала я, не привыкшая к такой позе, желая обнять его, нуждаясь прикоснуться к нему, во время того, как он входил в мое тело, а мои мышцы с легкой дрожью приветствовали его вторжение.

Сейчас, любимая, сейчас,стонал он, дотрагиваясь пальцами до моей плоти, я предположила, что больше не вынесу, но его кульминация сработала как щелчок для моей, заставляя нас обоих летать.

Буквально. Так как пилот оповестил нас о том, что мы взлетаем.

Он поделился удовольствием, открывая мне свой разум и вдруг сильно укусил за плечо, не для того чтобы поесть, а чтобы пометить как собственность, предупредить других самцов, что я была занята.

Я знала, что он делал, знала, что не должна позволять этого, но была слишком беспомощна, чтобы остановить его. Это просто секс, тихо сказала я дьяволенку внутри. У меня целую вечность не было секса, а он очень, очень хорош в этом деле, и это немного смущает. Кроме того, теперь, когда мы выбрались из Акаши, будут другие люди, которые могут накормить его. Он будет обедать более симпатичными, молодыми женщинами, и я не буду чувствовать себя такой виноватой.

Дьяволенок лукаво спросил: А как же он будет жить без своей возлюбленной?

Я утихомирила ее, чтобы он не услышал мои мысли, чувство вины охватило меня сильнее. Становилось все труднее и труднее не говорить ему правду о том, что случилось во время моей регрессии в прошлую жизнь. Я понятия не имела, что возлюбленные могут реинкарнироваться, но у меня было плохое предчувствие, что мне придется обсудить эту тему с ним раньше, чем хотелось бы.

На самом деле вопрос был в том, что если бы я была его возлюбленной, хотела бы я провести остаток своей жизни с вампиром?

Алек пробормотал что-то о том, что мне нужно отдохнуть пока мы не добрались до Италии, и быстро уснул, его нежный храп растрепал мне волосы, когда он прижался ко мне, одной рукой обнимая меня и крепко прижимая к груди. Его прекрасный запах смешался со слегка приземленным ароматом нашей деятельности, заставляя меня расслабиться. Я чувствовала себя странно защищенной, несмотря на то, что мужчина, который держит меня в объятьях, мог быть жестоким, когда его доведут до бешенства, мне не хотелось об этом думать, я просто наслаждалась моментом.

Подумаю об этом позже, когда между нами будет хоть какая-то дистанция и разум вернется ко мне. Он же когда-нибудь вернется?

Дьяволенок внутри меня искренне хохотала, пока я не провалилась в сон.

– Ого, у твоего друга очень хороший вкус, – сказала я Алеку примерно через десять часов, когда он обогнул солнце и шагнул в тень, отбрасываемую лимонным деревом, которое стояло рядом с входной дверью красивой кремовой каменной виллы. Сам дом был великолепен-с темной черепичной крышей, зелеными ставнями и элегантными готическими арками, не говоря уже о потрясающем саде, к тому же он расположен на холме с видом на Флоренцию, у меня перехватило дыхание, – остальная часть дома так же хороша внутри, как и снаружи?

– Да. Звони в дверь.

Я нажала на незаметный звонок, спрятанный в каменной стене, теплый от утреннего солнца.

– Ты точно сказал им, что мы едем?

Прежде чем он ответил, дверь открылась, и пухленькая блондинка с улыбкой проговорила что-то на итальянском.

– Привет, ты Пия? – спросила я.

– Да. Эмм... Мы знакомы?

– Нет, но Алек описал тебя хорошенькой девушкой с милой улыбкой, поэтому я подумала, что это ты.

– Алек?– шокировано переспросила она, – Ты подруга Алека?

– Да. Гм... – Я скользнула взглядом на дерево, в тени которого, прислонившись к стволу, стоял Алек, очевидно, ожидая, чтобы я дала ему сигнал ринуться через солнечный свет, – Ты уже не злишься, что он соблазнил тебя, не так ли? Потому что, если так, вы не должны помогать нам. То есть, я имею в виду, я не хочу показаться неблагодарной или ревнивой или что-нибудь подобное. Я имею в виду, то, что произошло в прошлом совсем не мое дело, это очевидно. Но он, кажется, думает, что вы, ребята, больше не сердитесь на него...

Высокий мужчина с темными вьющимися волосами и блестящими голубыми глазами маячил позади нее. Он, остановился и прищурившись, осмотрел меня с головы до ног. Я вздохнула.

– Вы все еще сердитесь, да?

– Кто это?– Второй человек встал рядом с Пией. Он был ниже первого, очень худым, с узким лицом и неприятно сморщился, словно унюхал что-то противное. Он внимательнее посмотрел на меня, заставив неловко себя чувствовать.

– Меня зовут Корасон Ферейра, – ответила я в растерянности.

Черт, Алек, друзья все еще злятся на тебя.

Серьезно?

– Она подруга Алека, – сказала Пия высокому мужчине, который как я поняла, был ее вампиром. Оба они одарили меня странным взглядом, – Это брат Эйлвин. Он... э... он собирается помочь нам с небольшой проблемой, относительно нашего друга.

Я пробормотала в ответ что-то вежливое, чувствуя себя жутко неловко.

– Может быть, вы хотите обсудить это дело в другой раз? – Спросил тощий мужчина, поворачивая кислую мину в сторону Пии.

– Нет, нет, нам нужно как можно скорее с этим разобраться. Э... – она нерешительно посмотрела на меня, – я уверена, мы можем прийти к соглашению относительно условий вызова лича.

– Я, естественно, буду обязан взять большее вознаграждение, так как лич принадлежит Иларги, – Мужчина внимательно на меня посмотрел.

– Простите, я не вовремя. Вернусь...

– Нет, пожалуйста, не уходи, мы бы хотели поговорить об Алеке, так ведь? – она повернулась к крупному мужчине, стоявшему позади.

– Конечно. Мы закончили. Проведем церемонию сегодня вечером, брат Эйлвин, – сказал Кристоф.

Почему так долго? И кто тот мужик, который постоянно пялится на тебя?

Какой-то священник, и нам тут не рады. Так, чтоб ты знал.

Не правда и он не священник.

– Слишком быстро, – сказал мужчина резко, – но если вы заплатите вдвойне, я все подготовлю.

Может, он монах? Спросила я, когда мужчина, бросив на меня последний взгляд сел в машину и уехал. Он, кажется немного аскетичным. Хотя одет в джинсы и рубашку. Монахи до сих пор носят рясы?

Он не монах, querida. Мне не понравилось, как он смотрел на тебя.

Ревнуешь?

Спросила я улыбаясь.

Не в этом случае.

Его хмурый тон, погасил мою мысленную улыбку. Я должна признаться, брат Эйлвин заставлял меня нервничать.

– Итак, ты подруга Алека, – повторила Пия, и они с Кристофом снова внимательно на меня посмотрели.

– Но скоро перестану ею быть, если он продолжит выкидывать такие фокусы, – прорычала я, – Слушайте, мне жаль, что побеспокоила вас, и прервала вашу встречу. Мы сейчас же уедем.

Я собралась уходить, но остановилась, когда Кристоф переспросил:

– Мы?

Ты не сказал им, что мы приедем, да?

А зачем?

– О, боже, – униженно пробормотала я, – он не сказал вам, что мы едем. Мне так жаль. Я попозже выскажу ему все, что о нем думаю.

– Он– это кто? – спросила Пия, остановив меня, когда я уже замаршировала в сторону дерева, чтобы отчитать несносного вампира.

У тебя огромные неприятности, приятель!

Я в курсе. Моравский совет не будет рад.

Не с ними, со мной! Я чуть не умерла от смущения! Эти люди думают, что я назойливый незваный гость! И так и есть!

– Алек.

– Алек в Акаше, – медленно сказала она, словно я была чокнутой.

Великолепно, теперь они думают, что я сумасшедшая!

– Уже нет, он здесь, – ответила я, махнув рукой в сторону дерева.

Пия отошла от двери, поднесла руку к глазам, прикрывая их от солнца и взвизгнув от счастья побежала в сторону дерева.

– Э-э... – Я перевела взгляд с картины, как Пия бросилась на Алека, который кружил ее, на вампира, стоящего рядом со мной. Алек рассказал мне немного об их истории, включая тот факт, что он обратил Кристофа, – Ваша... ммм... возлюбленная, кажется, рада видеть его. Я в замешательстве.

– Я тоже очень рад его видеть, – ответил он с итальянским акцентом. Он прошел мимо меня в сторону дерева, но не побежал, спасаясь от лучей солнца, а спокойно шагал. Я стояла на пороге и смотрела, как они обнимаются так, что казалось, ребра друг другу сломают.

Хорошо, наверное, я ошибалась.

Во многом ошибалась, любимая, но я постараюсь не слишком часто напоминать об этом.

Не будь таким самодовольным. Я думала, они злятся! Почему твой друг разгуливает под солнцем?

Темные, которые воссоединились с возлюбленными, могут дольше находиться на солнце, но уверен, Кристоф старается по возможности избегать этого.

– Это... ох... боже. Мы не ожидали, что ты выберешься. Вот почему мы... о, боже. Кора... эм... Кристоф, может ты...

С Пией было что-то не так. Она чувствовала себя не в своей тарелке и постоянно косилась в сторону дома.

– Проходите в дом, – мрачно сказал Кристоф, – нам нужно кое-что вам... объяснить.

Что происходит?

Спросила я Алека, Пия спешила за мной, периодически с любопытством меня рассматривая.

Понятия не имею, но все не должно быть слишком плохо. Несмотря на твои опасения, они все же рады нас видеть.

Я ничего не ответила, но чувство неловкости непокидало меня.

– Что это был за человек? – Спросил Алек у Кристофа.

– Брат Эйлвин? Он главный по личам. Мы вели с ним переговоры по поводу Ульфура. Нужно забрать его у Иларги, кем бы он ни был.

– Альфонсо де Марко, – кивнув, подтвердил Алек.

Пия и Кристоф остановились и уставились на нас, Алек продолжал тащить меня в сторону дома.

Внутри все было еще красивее, чем снаружи, просторные, прохладные комнаты с каменным полом, дверные проемы в форме арок, колонны ведущие к лоджии. Через застекленные двери, была видна улица, и как многоуровневый сад поднимался к склону холма.

– Вы знаете кто такой Иларги? Альфонсо де... – Пия резко вдохнула, – А! Эл из тура! Боже, он Иларги? Ни фига себе!

– Интересно, но сейчас важно не это, – сказал Кристоф, и подтолкнул Пию и меня в дом, – Алек, нам нужно поговорить.

– Как же у вас мило, – Я не мог не сказать этого, и раздумывала, сколько людей на них работает, чтобы обслуживать дом такого масштаба и территорию. Комната, в которой мы были, очевидно, была любимой, стены кремового цвета, на них висели маленькие, блестящие цветные, но, заметно, что довольно старые картины в стиле ренессанс. Антиквариат, смешивался с более удобной мебелью, голубой с кремовым ковер на полу, был в виде мозайки. Снаружи, сад был усеян красными и янтарными цветами, наряду с растениями тысячи различных оттенков зеленого цвета, – И какой потрясающий вид из окна!

– Наверное, нам стоит поговорить в библиотеке, – медленно сказал Кристоф, поглядывая в мою сторону.

– Ты можешь говорить при Коре, мы, как бы это объяснить... скажем так... связаны.

– Временно, – быстро исправила его я, гневно стрельнув взглядом, – Мы временно связаны.

– Кора отрицает, но в нашей связи нет ничего временного.

– Эээ... связаны? Как? – спросила Пия, сильно изменившись в лице.

– Длинная история. Что ты хотел мне сказать?

Пия нервно глотнула, глядя на Кристофа.

– Я, наверное, лучше пойду, – пробормотала я, направляясь в сторону двери, – Я вам мешаю.

– Никуда ты не пойдешь, – начал говорить Алек, и прямо передо мной промелькнула тень и на пороге появилась женщина, убийственным взглядом воззрившаяся на меня.

– Да, тебе лучше уйти. Ты мешаешь. И попытки украсть моего мужчину тебя совсем не красят.

Алек резко обернулся и уставился на женщину с глупым выражением лица.

– Элеонора? Не может... Элеонора?

– Ты вообще кто? – не удержавшись, спросила я, и волоски на моем теле встали дыбом.

– Элеонора Ригерская, – язвительно ответила она и склонила голову, – Возлюбленная Алека.

Глава 9

В полном шоке я смотрела на женщину, ошеломленная происходящим. Она была ниже меня, чуть более пяти футов, с выцветшими светлыми волосами и проницательными черными глазами, у нее был острый, угловатый подбородок, который она вздернула, встретившись со мной взглядом. Это была я? Я из прошлой жизни? Но как это могло быть? Я покачала головой, в растерянности, мне хотелось выйти и оставить все это позади.

– Элеонора, – повторил Алек и взял себя в руки, когда женщина (я не могла думать, что я это она) подошла к нему и, не обращая ни на кого внимания, сильно обняла его и крепко поцеловала.

– Да, дорогой. Это я. Я вернулась.

– Но... – я впивалась ногтями в свою ладонь, сдерживаясь, чтобы не оттащить ее от Алека, – но... я... эээ... возлюбленная Алека мертва. Ее переехала повозка с быками несколько сотен лет назад.

– А ты откуда знаешь? – спросил Кристоф, внимательно глядя на меня.

– Я... хм... у меня было видение…

– Ага, – казалось, я его не убедила, но это уже не так важно, ведь Элеонора была жива.

Алек не сопротивлялся, когда она его обнимала, но и не сходил с ума от радости, что его давно утерянная возлюбленная вернулась к жизни. Если точнее, что появилась ее оригинальная версия.

Боже, во что я ввязалась? Мне бы радоваться, что она ожила. Теперь я могу избавиться от него и навсегда покончить с вампирами.

Дьволенок внутри меня рыдала в отчаянии.

– Я была мертва, – подтвердила Элеонора, целуя подбородок Алека, затем посмотрела на меня. Я собрала все свои силы, чтобы не завизжать и не вцепиться ей в волосы, – но эти ребята, вернули меня к жизни.

– Мы знакомы с некромантом, – сказала Пия, переводя взгляд с Алека на меня и на Элеонору, – Алек, мы подумали, что если оживим ее, совет будет вынужден вернуть тебя из Акаши. Мы не знали, что ты... что Кора... о, боже, что за путаница.

– Уверен, мы с этим разберемся, – указывая на диван, Кристоф сказал, – пожалуйста, присядь, Кора.

– Где мои манеры? Конечно, все присаживайтесь. Нам о многом нужно поговорить.

Пия сбросила оцепенение и пошла со мной к одному из диванов.

– Очень милая комната, – я не хотела видеть как Элеонора с Алеком сели на милый двухместный диванчик напротив меня, – и дом у вас милый.

– О, да, он построен в двенадцатом веке, на месте башни, которая впоследствии стала монастырем. Аскетизм и все такое. Но я проведу экскурсию по дому позже, у меня так много вопросов. Например, откуда ты знаешь Иларги, который украл Ульфура? И как тебе удалось выбраться из Акаши, Алек?

Алек жадно посмотрел на меня, что очень расстроило Элеонору, и она собственнически положила руку на его бедро, глядя мне прямо в глаза.

– Я должен благодарить за это Кору.

– Что и правда должен? – нежно спросила Элеонора.

– Ты... как там они правильно называются... ? – Пия взглянула на Кристофа.

– Стражница? – он внимательно посмотрел на меня, – Нет, она на них не похожа.

– Нет. Я секретарь. Я сама попала в Акашу, а потом выбралась и вернула сюда Алека.

– Зачем? – спросила Элеонора.

Я еле сдерживалась, чтобы не закричать, что я его возлюбленная, а не она, и я спасла его, потому что он нуждался во мне, я ненавидела себя за то, что была такой глупой. Элеонора его возлюбленная, нужно быть идиоткой, чтобы отрицать это.

Теперь я должна оставить Алека и никогда с ним больше не встречаться.

Мое сердце разбилось на мелкие осколки, все смотрели на меня с любопытством, оно было почти осязаемым.

– Это казалось правильным, – смущаясь, ответила я, избегая взгляда Алека, но почувствовала, что мои слова его ранили.

Пия и Кристоф буравили меня взглядом.

– Теперь присядь и расскажи все с самого начала, – сказала Пия, указывая на светло-голубой диван.

Когда я прошла мимо Кристофа, у него было странное выражение лица и я готова поклясться, он понюхал воздух.

– Кора, почему бы тебе... что?

Пия перевела взгляд со своего темного на меня, она была в шоке.

– Что "что"? – спросила я, гадая, чем могла их обидеть.

– Ты... ты возлюбленная? Алека? Но Элеонора... Кристоф, ты уверен?

Я застыла.

– Эээ...

– Кора не может быть моей возлюбленной, – сказал Алек, поднимаясь с диванчика для двоих, чем ужасно расстроил Элеонору. Его лицо было словно маска, не выражало никаких эмоций, но я чувствовала, как они бурлят внутри, – между нами есть кровная связь, но... – он умолк и посмотрел на Элеонору.

– Какая еще кровная связь? – подозрительно прищурив глаза, спросила она.

Алек проигнорировал ее вопрос и Пия, заикаясь, начала говорить.

– Но... Кристоф сказал... она... у нее... запах... – моргнув Пия, посмотрела на меня.

– Я воняю? – почти взвизгнув, переспросила я, не очень приятно, когда люди, у которых ты собираешься просить помощи, говорят, что от тебя воняет, – Не понимаю... То есть я принимала душ... Я наступила на что-то? Господи, Алек! Ты что не мог сказать, что от меня пахнет?

– Кристоф ошибается, – заявила Элеонора твердым, как гранит голосом, – я возлюбленная Алека. Он мне об этом сообщил в первый день знакомства. Он ухаживал за мной, просил моей руки у отца, и я собиралась принять его предложение, но все испортила тупица на повозке, которая меня переехала.

Я сочувствовала ей, ведь я знала, какую горечь она испытывала, когда это произошло. Я... то есть она была в бешенстве, когда они по мне проехались... О чем я думала?

Я сжала руками голову, пытаясь собраться с мыслями.

– Нет, нет, Корасон, ты не воняешь, – успокаивающим голосом проговорила Пия, похлопывая меня по руке. Я резко отошла от нее, опасаясь, что теперь мое тело имеет особый запах от пребывания в Акаше.

Какого хрена ты не сказал, что я вонючая! Я чуть со стыда не умерла!

Да ты не воняешь, у тебя прекрасный запах, теплых полевых цветов.

Твоему носу нельзя доверять, потому что остальные считают, что я жутко пахну.

До меня вдруг дошло, что я разговариваю с Алеком мысленно, мы молчали с тех пор как вошли в дом, и вдруг меня осенило.

Ты ... ты можешь ... э ... говорить с ней? Как и со мной?

Он не сразу ответил.

Да.

– Я не думаю, что ошибся, – медленно сказал Кристоф, оценивающе глядя на меня. Я была слишком занята, сражаясь с тошнотой от признания Алека. Он может говорить с Элеонорой, это подтверждало, что она и есть его возлюбленная. Я должна уйти. Я больше не нужна ему, если останусь, то буду страдать от дикой неутоленной страсти и портить всем жизнь.

– Объясни Коре! – потребовала Пия, ущипнув Кристофа за руку.

Он стрельнул в Алека взглядом:

– Он может объяснить.

– Кора, пока ты не побежала выливать на себя литры парфюма, сядь, – сказала Пия, раздраженно глядя на мужчин.

– Я бы хотела узнать, почему он думает, что эта женщина возлюбленная моего Алека? Когда всем очевидно, что я ею была и являюсь сейчас, – обиженным тоном заявила Элеонора.

– Да, но от тебя не пахнет. Я права, Кристоф?

Он приподнял подбородок и принюхался.

– Да, права.

– Врет твой нос! – возмутилась Элеонора.

– Я не понимаю всей этой бредятины с запахом, но извините, если кого-то обидела, – сказала я и обняла себя, пытаясь успокоиться.

– Ты никого не обидела, Кора, – Алек пошел ко мне, но Элеонора остановила его, схватив за руку. Я видела, как боль отразилась на его лице, он встретился со мной взглядом.

Хватит, перестань выглядеть виноватым. Ты нашел свою возлюбленную. Ты должен быть счастлив.

Моя возлюбленная мертва, ответил он и, отбросив руку Элеоноры, подошел ближе к моему дивану.

Так и было. Но ее вернули к жизни.

Как лича.

И?

Что-то не так, Кора. Это неправильно. Я чувствую как тебе больно.

Я мягко выгнала его из своего разума, чувствуя себя не комфортно, что он так легко может прочитать мои мысли.

Пия вздохнула.

– Так как Алек не потрудился тебе объяснить, это сделаю я. Честное слово типичный мужчина! У возлюбленных есть эта странная особенность. Я сама была в шоке когда о ней узнала, но Кристоф заверил меня, что это мелочи, и у всех бывает по-разному, так что не думай, что для всех темных ты воняешь как огромная куча навоза.

– Дева Мария, – у меня челюсть отвисла, и слегка пошатнувшись, я против своей воли оказалась в объятьях Алека. Если я пахну, значит, мы связаны, – воняю как куча навоза, да?

Ты не воняешь. Твой запах возбуждает меня.

Черт тебя побери! Почему ты так легко можешь залезть в мою голову?

– Конечно нет, чужие возлюбленные для остальных темных имеют этот... аромат. Предполагается, что он предупреждает всех, что они принадлежат другому, и их кровь может оказаться ядом для всех, кроме их суженого. Хотя, конечно, можно было придумать, более приятную метку, а не противный запах, – утешая меня, рассказывала Пия.

Пия для тебя тоже плохо пахнет?Спросила я, не удержавшись.

Не то, чтобы плохо ... немного неприятно.

Я в ужасе посмотрела на Кристофа. Он рассмеялся и прижал к себе Пию.

– Пия любит преувеличивать. Возлюбленные в процессе воссоединения пахнут иначе, вот и все. А когда они окончательно воссоединятся, запах усиливается. Но даже тогда, я не считаю его отталкивающим. Мы привыкли к этому, поверь мне. Что меня больше удивляет, так это как ты появилась.

– Мои родители влюбились друг в друга, – сказала я обиженно.

– Боже, он ляпнул не подумав! Кристоф хотел спросить, как ты можешь быть возлюбленной Алека, если ею была Элеонора, которую убили несколько сотен лет назад?

– А потом вернули, чтобы спасти его, – добавила Элеонора, сверкнув на меня глазами, – мне не нравится эта женщина, Алек. Не знаю, кто она, и почему вы все думаете, что она также хороша, как и я, ведь это не так. Я твоя возлюбленная. Я та, кого ты умолял воссоединиться несколько веков назад, и именно я спасу твою душу!

Я собрала всю свою вою в кулак, сдерживаясь чтобы не объяснить нашу с Алеком связь. Ведь это только ухудшит ситуацию и нам обоим станет еще больнее. Он будет себя чувствовать еще более виноватым, а я все-таки не хочу провести остаток жизни с вампиром.

Лгунья, огрызнулась дьяволенок.

Я почесала затылок, мои чувства и мысли были в растрепанном состоянии.

– Да, ты была моей возлюбленной, Кристоф знает это, – медленно признал Алек, боль в его голосе передалась и мне, – но, нельзя отрицать того, что между мной и Корой есть некая связь. Элеонора, посмотри правде в глаза, между нами ее больше нет.

Она твоя возлюбленная, Алек. Не отрицай этого.

Я так тебе противен, что ты ждешь, не дождешься когда сможешь от меня избавиться?

«Скажи ему!» Требовала дьяволенок. «Ему больно, потому что, он думает, что ты больше его не хочешь!»

Я хотела с ней поспорить, заявив, что никогда его и не хотела, но не могла себе врать.

Оказывается, единственный мужчина, который мне нужен, является единственным, которого я никогда не получу. Такова жизнь.

– А откуда Кристоф знает? – спросила я у всех, – Откуда ты знаешь про Элеонору?

– Его жена ее убила, – ответил Алек, его глаза потемнели, – Его первая жена.

Я уставилась на Кристофа широко раскрыв глаза:

– Так это твоя жена управляла повозкой с быками? Она оторвала мне голову?

В ту секунду когда слова слетели с моих губ, я прокляла себя. А дьяволенок радостно завизжала.

Твою голову?

Медленно, я повернулась к Алеку.

– Твою голову? – повторил он вопрос.

– Эээ...

– Как это твою голову? – спросила Пия, прильнув к Кристофу.

– Да! Ну-ка расскажи, что ты имела в виду? – Элеонора подскочила с дивана, ее лицо было красным от ярости, – Это была моя голова, а не твоя! Ты пытаешься украсть его!

Кора?

– Прямо на моих глазах, пытаешься увести у меня Алека!

Боль так сильно захлестнула Алека, что я не могла на него смотреть, я поджала колени и съежилась.

– Ах ты, сучка! Алек, она использует тебя! Она сама сказала, что у нее было видение о том дне, когда меня убили, а теперь заявляет, что ее убили! Она пытается тебя запутать! Я твоя возлюбленная. Мне все равно, что говорит Кристоф, это у меня с тобой есть связь.

– Корасон? – нежно обратился ко мне Алек, от его голоса исходило такое тепло, он сел рядом со мной на корточки и погладил по голове, меня распирало желание сказать ему правду, но я понимала как это может обернуться. И я не могла поступить так с Элеонорой. Что почувствует невинная женщина?

«Ты и есть эта невинная женщина! – Завопила дьяволенок. – Она – это ты в прошлой жизни».

– Помнишь, я говорила тебе, что у меня было видение, о том, как меня... то есть твою возлюбленную убили?

– Когда первая жена Кристофа убила мою возлюбленную? Да.

Я подняла голову и посмотрела на него, мне нужна была его сила, тепло. Я чувствовала, как он мягко дотрагивается до моего разума, пытаясь влезть в мои мысли. Я выгнала его, я должна была сама все рассказать, а не дать ему прочитать об этом в голове, как трусиха.

– Так вот, это было не совсем видение... – я нервно глотнула, глядя на остальных, – это скорее была регрессия в прошлую жизнь.

– Регрессия в прошлую жизнь? – повторил он, не понимая.

– Да, я была той женщиной, которую сбила сумасшедшая на повозке с быками. Ой, прости, Кристоф. Я не имела в виду, что она психопатка, просто немного... ээм...

– Нет! Врет она все! – Элеонора топала ногами и визжала.

– Господи, ты и правда возлюбленная Алека, ты... как это называется? Возродилась? Как такое возможно? И как у нас получилось поднять из могилы Элеонору, если ты сейчас жива? Кристоф?

– Не знаю, – он переводил взгляд с меня на Алека, – в любом случае я счастлив, так или иначе у Алека снова есть возлюбленная.

Я снова посмотрела на него, но не поняла, о чем он думает. Глаза Алека светились. Но что значил этот свет?

– Это смешно, настоящая паутина лжи, – сказала Элеонора, промаршировав в сторону Алека, – И я не могу поверить, что вы повелись на это! Я его возлюбленная! Вы вырвали меня из лап смерти. Она никто!

– Прости меня, – сказала я Алеку, игнорируя гневную тираду Элеоноры.

– За что?

– За... за то, что так все усложнила.

– Усложнила? Мягко сказано. Я одного не понимаю, как вы обе можете находиться здесь, если вы... кто? Один и тот же человек? – спросила Пия.

– Мы не можем, вот и доказательство, что она подделка! – выпалила Элеонора и подтащила Алека к своему горлу, – Глотни из меня, дорогой. Тогда ты узнаешь правду.

К моему разочарованию, он обратил на нее внимание и выглядел так, будто готов воспользоваться ее предложением. Он посмотрел ей прямо в глаза, и сказал:

– У тебя нет души.

Она отскочила от него, указывая на Пию и Кристофа:

– Это не моя вина! Это из-за них! Они вернули меня обратно, как лича.

– У личей должна быть душа, – медленно сказал Кристоф, и мы все посмотрели на Элеонору, – они получают ее обратно, когда некроманты их поднимают.

– Значит некромант, которого вы наняли, сделал это неправильно! – рявкнула Элеонора.

Алек с интересом посмотрел на меня:

– Крис, что ты знаешь о реинкарнации?

– Немного, – ответил он пожав плечами, – я слышал, что только определенный тип смертных может реинкарнироваться, это зависит от того на сколько чистое у человека сердце и согласно этому ему даруют жизнь снова. О, ты имеешь в виду...

– Да, – продолжил Алек, ослепительно улыбаясь, я вцепилась в диван, чтобы не сорваться и не напрыгнуть на Алека, – думаю, Кора одна из них, она родилась как Элеонора, ее убили и она реинкарнировалась в свою нынешнюю форму, с душой.

Я внимательно смотрела в его зеленые глаза, стараясь понять, что значила его радость. Мне хотелось верить, что он счастлив, потому что у нас может быть будущее, а не потому, что я всего лишь способ получить искупление.

– Это объясняет почему у Элеоноры нет души? – спросила Пия.

– Нет! Ничего это не объясняет, – настаивала Элеонора, – Если я и она на самом деле один человек, а это просто смешно, согласитесь? Да только посмотрите на нее! Она совсем не похожа на меня! Если бы мы были одним и тем же человеком, мы бы не могли существовать в одно время, в одном месте.

– А ты и не существуешь, – мягко сказал Кристоф, – Ты лич. Твое существование за пределами мира смертных. Кора смертная, а ты нет.

Я с трудом оторвала взгляд от Алека и посмотрела на Элеонору, не веря, что когда-то была ею. Какой же занозой в заднице я была.

Алек рассмеялся в моей голове:

Я этого не говорил, хотя, мы были недолго знакомы до твоей смерти.

– Допустим, это так, я так не думаю, но допустим. Тогда это значит, что она моя копия, я оригинальная версия! И у нее моя душа. Так что она может вернуть мне ее! – Элеонора хитро прищурила глаза.

– Не дождешься, слышала поговорку – что нашёл, то моё?

– Бред! – возмутилась она и следующие пять минут провела, доказывая мне, что Алек должен принадлежать ей.

Стараясь перекричать Элеонору, Кристоф сказал:

– Кажется, ты должен выбрать. Кора или Элеонора. Какую возлюбленную ты хочешь?

Я моментально перевела взгляд на Алека и мое сердце забилось быстрее.

– Вот так вопрос, – улыбаясь Элеоноре, нежно сказал Алек. Она снова повисла на нем, а он взял ее руку и поцеловал, – Невозможно передать словами, как я благодарен, за то, что ты согласилась спасти меня. Я вечно буду ценить тебя за столь благородный жест.

– Нет, – резко выпалила Элеонора, шарахаясь от него, ее лицо почернело от злости, – не может быть! Ты не можешь выбрать ее. Меня вернули с того света, чтобы спасти тебя!

– Знаю и мне очень жаль...

– Нееет! – завопила она и выскочила из комнаты.

Наступила долгожданная тишина. До нас доносился только звук ее шагов по лестнице и громкий хлопок дверью.

– О, Алек, мы думали, что помогаем тебе... – расстроено проговорила Пия.

– И я ценю это, – перебил ее Алек и посмотрел на меня. Я старалась не выражать своей радости, ведь я была счастлива, что он выбрал не Элеонору, а меня.

Минуту он молчал, просто глядя на меня.

– Ты знала, что моя возлюбленная и не сказала? – спросил он равнодушным голосом. Его лицо тоже не выражало никаких эмоций.

А где же выражение бессмертной преданности? Где заявление, что он выбрал меня? Где обещание, что он наполнит мои ночи страстью, а днем будет благодарить всевышнего за то, что я появилась в его жизни?

Вместо этого на его лице читался тщательно замаскированный гнев.

– Да, – я вздернула подбородок, – знала. Мне не нравятся вампиры. И никогда не нравились.

– Но все же, ты покормила меня.

– Тогда я еще не знала, кто ты, – подчеркнула я.

– Ты не любишь вампиров, но покормила меня.

Кристоф и Пия сидели напротив, их взгляд перепрыгивал с Алека на меня и обратно, словно они смотрели теннисный матч.

– Я ведь уже объясняла тебе. Я думала, ты поможешь мне и Даймонд выбраться из Акаши.

– Ты много раз меня кормила.

– Так ты же был голоден! – возмутилась я, хлопнув руками по своим бедрам, мне отчаянно требовалось подтверждение того, что он хотел меня, я жутко хотела знать, о чем он думает, что чувствует, – Что я должна была делать? Оставить тебя умирать с голоду?

– Ты не бросила меня в Акаше и беспокоилась о моих ранах.

– Ты собираешься перечислять все мои действия по отношению к тебе? Если так, то не забудь пощечину, за то, что пытался поцеловать меня.

Он прищурил глаза:

– Ты отдалась мне. Многократно.

Я посмотрела на хозяев дома.

– Окей, знаешь, думаю им необязательно об этом слушать.

Пия захихикала.

– Ты моя возлюбленная.

– Ну... да, я не была уверена, что реинкарнированная возлюбленная обладает теми же свойствами, что и оригинальная, но мы в этом убедились.

– Ты моя возлюбленная, – повторил он и вышел из комнаты.

– Что ж, черт возьми, – я чувствовала себя жалкой, – он ненавидит меня!

– Не думаю... – Пия посмотрела на Кристофа, – не думаю, что это возможно. Ты можешь ненавидеть свою возлюбленную?

– Нет, – Кристоф поднялся, но усадил вскочившую вслед за ним Пию, на место, – он немного растерян, ситуация с Элеонорой и теперь это... Пойду, поговорю с ним.

Алек?Я хотела, чтобы он подтвердил слова Кристофа.

Нет, ответил он и закрыл свои мысли.

Что нет? Он не хотел говорить со мной или не ненавидел меня? Или не хотел меня видеть? Если так, то зачем бы он бросил Элеонору?

– Я сейчас разревусь, – прошептала я и стала теребить свои штаны, чтобы сдержать слезы.

– Не надо, а то глаза опухнут, – ответила Пия, присаживаясь ко мне, – Алек мужчина, а ты же знаешь какие они, некоторые не могут справиться с эмоциями, и ты должна признать, когда в один день внезапно появляются аж две возлюбленные, а до этого не было ни одной, даже самый уравновешенный вампир может свихнуться. И, можно поинтересоваться? Ты говорила, что не любишь вампиров?

– Не люблю. Я видела, как Алек убил обезглавившую меня женщину. Это было... он просто укусил ее и выпил досуха. Это было ужасно. А потом моя сестра вышла замуж за кровопийцу и, хотя, кажется, что они с Эйвери счастливы, все это неправильно. Он же пьет ее кровь!

– Также как Кристоф пьет мою, а Алек твою. Это неправильно?

– Нет, вообще то, – задумавшись, я продолжала теребить ткань своих джинсов, – на самом деле это приятно.

Она медленно улыбнулась и я поняла, что не только мне акт кормления кажется очень эротичным.

– Дело в том, что я никогда не хотела быть с Алеком. Да, я вытащила его из Акаши, но только, потому что он спас мою задницу от демона ярости, а Даймонд прекрасно проводила там время, поэтому когда де Марко сказал, выбирай одного, я и выбрала Алека.

– Конечно, я бы поступила также! Хотя я все равно не понимаю, откуда ты знаешь Иларги, но уверена ты еще расскажешь об этом.

– Но, я не хочу постоянных отношений с Алеком. Он... он вампир!

– Знаешь, тебе просто нужно к этому привыкнуть, – мягко сказала она.

Я вздохнула и откинулась на спинку дивана.

– Знаю. Честно, думаю, я уже привыкла. Я собиралась сказать ему про регрессию в прошлую жизнь, правда. Просто ждала подходящего момента, а потом... потом...

– Потом появились мы и перевернули все с ног на голову, воскресив Элеонору. Думаю, Алеку просто нужно время, чтобы справиться с шоком, а потом он вернется снова в твои объятья, сводя тебя с ума.

– Я не знаю, чего хочу, – прошептала я, желая отмотать последние несколько дней.

Но это значило, что я никогда не познакомилась бы с Алеком. Мне стало грустно от этой мысли. Боже, неужели меня не спасти? Я начала попадать под его чары, магнетизм и сексуальность, которыю он излучал в радиусе пяти миль, что не одна женщина не могла ему противиться. Любая была готова раздеться и наброситься на него.

Я сурово посмотрела на сидящую рядом женщину.

– Что? – спросила она моргнув.

– Ты позволила Алеку соблазнить тебя.

К моему удивлению, она засмеялась.

– А я все думала, когда же ты спросишь. Да, позволила. Хотя нет. Это сложно. Секса у нас не было. То есть, он не, я не... мы... мы просто потискались немного. То есть, да, мы были голыми, но это все. И он даже не остался на всю ночь.

Я уставилась на нее, пытаясь разобраться во всем.

– Я тебя еще больше запутала, да? – спросила она, продолжая смеяться.

– Да.

– Думаю, ему просто было одиноко. А тот факт, что секса у нас не получилось, должен был насторожить меня. Ведь это первый признак того, что мужчина мне не подходит. И тогда мы с Кристофом начали встречаться, я была уязвима, думала, что он все еще любит... ну, в общем, у наших отношений было сложное начало.

– Сложное? – переспросила я, отвлекаясь от болезненной мысли, что Пия трогала голого Алека.

– О, да, очень. Расскажу, когда у нас будет часа два свободного времени. Но сначала, ты должна мне рассказать про Альфонсо де Марко, Кристофу тоже будет интересно, а значит нужно сходить за мальчиками. Думаю, у Алека было достаточно времени, чтобы прийти в себя. Сбегаю к Элеоноре, проверить в порядке ли она, потом пойдем и напомним Алеку, как ему повезло, что у него есть ты.

Она ушла. Я отбросила свои чувства в сторону и задумалась, действительно ли Алек хотел, чтобы я была его возлюбленной или он выбрал меня в благодарность за то, что спасла ему жизнь и вытащила из Акаши.

А что будет с Элеонорой? Может вина за то, как он поступил с ней, затмит его чувства ко мне? Винил ли он меня сейчас в том, что я поставила его в неловкое положение, заставив причинить боль одной из нас?

– Ты точно знаешь, как испортить себе жизнь, – сказала я себе, медленно поднимаясь с дивана и пошла искать Пию.

Глава 10

Чувство вины пронзило Алека и ему это совсем не понравилось.

– Черт, Крис, она не сказала мне. Я то думал, что связь установилась из-за того, что выпил слишком много ее крови. Я почти иссушил ее... Она не сказала.

– Ты уже давно живешь на свете и должен знать каковы женщины, – ответил его друг, они оба смотрели на тенистый сад. Алек не знал, что видит Кристоф, но ему казалось, что он видит лицо Коры, в тот момент когда она рассказывала ему правду, – Иногда я и не пытаюсь понять Пию. Просто принимаю как должное, что существуют вещи, которые имеют для нее значение, а для меня нет. Что для меня важно – чтобы она была счастлива. Знаешь, что мне интересно? Ты волнуешься о Коре, а не об Элеоноре.

– Элеонора... – Алек потер переносицу, раздумывая, как поступить с лишней возлюбленной, – она... она не нужна мне.

– Прости, что оживили ее. Мы думали это единственный способ заставить совет вернуть тебя из Акаши. Нам не стоило вмешиваться.

Голос Кристофа был полон сожаления и раскаяния.

– И оставить меня там? Лучше я буду здесь с кучей возлюбленных, только не в Акаше. Там было не очень приятно находиться.

– Но ты и сейчас не особо счастлив, тяжело встретиться и с первой возлюбленной и с ее реинкарнацией. Что будешь делать с Элеонорой?

– Понятия не имею, наверное, так как я никогда не пил ее крови с ней все будет в порядке, и она будет жить как лич. Между нами слишком слабая связь и она прекрасно может без нее обойтись. А вот за Кору я очень волнуюсь. Она испытывает отвращение к темным, и видела, как я убил жницу, – он мысленно вернулся в тот ужасный день и поразился, что ему больше не больно, будто появление Коры в его жизни стерло все плохие воспоминания, – Прости, она видела как я убил твою жену.

Кристоф пожал плечами:

– Тебе не за что извиняться, Рут была жницей. Просто она не специально обезглавила Элеонору.

– Знаю, – теперь он понимал это, после того как он в последний раз пытался убить Кристофа, они выяснили, что же произошло в тот день и решили жить дальше, – Я когда-нибудь извинялся за то, что убил ее?

– Нет, я извинился за нее, за то, что она убила твою возлюбленную.

– И я никогда не извинялся за то, что обратил тебя, – угрюмо сказал Алек, чувствуя, что он может немного ослабить чувство вины, терзающее его все эти столетия, просто выговорившись Кристофу.

– Если бы не обратил, я бы не встретил Пию, она стоит того, что я ждал ее все эти века. Мы бы конечно, с радостью обошлись без твоих попыток уничтожить ее, но на тот момент ты мало что понимал в происходящем.

Алек не мог сдержать улыбку.

– Она прожгла меня своим чертовым светом жницы, тогда было не до смеха. Волоски на моей груди уже никогда не станут прежними.

Кристоф рассмеялся и дружески похлопал Алека по плечу.

– Если Элеонора сама от тебя уйдет, что будешь делать с Корасон?

Он тяжело вздохнул:

– Она моя возлюбленная, что я могу с ней делать? Привяжу себя к ней и проведу остаток жизни, убеждая, что я не убийца кровосос. Если, конечно кто-то другой не доберется до нее первым.

Кристоф с любопытством посмотрел на него:

– В каком смысле доберется?

– Сейчас расскажу, но к нам приближаются девушки, и лучше объясню всем все сразу, чем повторять дважды.

– Джентльмены, вы все вопросы обсудили? – спросила Пия, возникшая на пороге, ее взгляд, как обычно, был прикован к Кристофу. Он протянул руку и она немедленно очутилась в его объятьях и, прильнув к Кристофу, нежно улыбалась.

Алек наблюдал за ними, гадая, прильнет ли к нему когда-нибудь Кора, так как Пия к Кристофу.

– Да не было никаких вопросов, просто был немного удивлен.

И мне было больно, но в этом я признаваться не собираюсь.

Прости, не хотела причинять тебе боль.

Он обернулся и увидел Кору, стоявшую на пороге.

Подслушиваешь, querida?

Нет, удивленно ответила она, и он понял, что Кора не слышала его мыслей. Я просто ... подумала, что могла ранить тебя, раз ты так ушел, а потом отказался со мной разговаривать. Ты оказался в неловкой ситуации только потому, что я не рассказала правду. Я хотела, но ... Я должна была, но появилась Элеонора и она твоя настоящая возлюбленная, вот я и решила, что ты хочешь быть с ней.

Ты ошиблась.

Я уже поняла это. Но, кажется неправильным, что тебе пришлось выбирать. Я думала, что облегчу тебе задачу, если уйду и позволю Элеоноре быть твоей возлюбленной.

Он всматривался в ее глаза, пытаясь понять, что она чувствует. Затем решил рискнуть и посмотреть, как она себя поведет. Он протянул ей руку так же, как Кристоф Пие.

Кора, сомневаясь, взглянула на его руку. Боль пронзила сердце Алека от понимания того, что она не хотела его, на самом деле не хотела быть его возлюбленной. Она просто использовала его.

Она подошла к нему, он сжал ее теплую ладонь, надежда заполнила пустое место, где должна была быть его душа. Надежда, что после пяти столетий он больше не останется один.

Пия пробормотала, что без бутылки тут не разберешься, и они с Кристофом вышли из комнаты. Алек никого вокруг не видел, он утонул в красивых глазах Коры.

– Mi corazon, – прошептал он, проводя большим пальцем по ее шелковистой щеке и медленно опускаясь к губам, которые были созданы для поцелуев, – мое сердце.

– Алек, нам нужно поговорить. Элеонора...

– Мы поговорим с ней, я не хочу ранить ее еще больше, но она должна принять тот факт, что ты моя возлюбленная, а не она.

– Это как-то бессердечно.

– Это из-за ситуации с Элеонорой или между нами что-то не так? – спросил он, начиная снова волноваться.

Неужели он не так понял ее эмоции? Он точно знал, что она чувствует себя виноватой перед ним, но не понимал почему. Либо потому что она скрыла тот факт, что она его возлюбленная, или потому что Элеонора была расстроена.

– Тут... и то и другое. Мне кажется, будто я украла тебя у нее, хотя понимаю, что я этого не делала. Она ведь и есть я! Или версия меня в прошлом. А я не могу красть у себя, так ведь? Хотя кажется, что не так. Алек я никогда ни у кого не уводила парней, я не такая.

– Ты меня не уводила, любимая, – сказал он забавляясь, хотя она, очевидно, была расстроена. Он хотел поцеловать ее так, чтобы все ее тревоги исчезли, но понимал, что она должна справиться сама, иначе она никогда не захочет воссоединиться с ним, – мы созданы друг для друга. Ты вытащила меня из Акаши, это уже много значит.

– Вообще-то предполагалось, что ты меня оттуда вытащишь. Вот почему я спасла тебя.

– Но там была твоя подруга, а ты выбрала меня, хотя уже знала кто и что я. Ты меня не бросила и это еще раз подтверждает, что ты сама признаешь, что мы предназначены друг для друга.

Она вздохнула и положила голову ему на плечо.

– Знаешь как раздражает, когда дьяоленок внутри тебя вопит: "Я же тебе говорила", это невыносимо.

– Дьяволенок внутри?

– Это моя совесть. Она проказница, хотя должна быть ангелочком и не позволять мне совершать глупости. Ты ей сразу понравился.

Он рассмеялся, довольный игривым поворотом ее мыслей.

– Тогда она мне нравится. Не расстраивайся, Кора. Я не буду просить у тебя больше, чем ты можешь мне дать.

– А что если я не захочу тебе ничего давать?

– Тогда продолжу жить, как и раньше, – хотя он знал, что этого не будет. Вспоминая дни, проведенные с нею, он понимал, что до воссоединения им остался всего один шаг. Физически он все еще мог питаться от других людей, но уже не хотел. Каким-то образом эта женщина подобрала ключик к его сердцу и навечно поселилась там. Но Коре пока нельзя об этом говорить. Зная ее характер, он понимал, что она закончит воссоединение из-за чувства вины, а не потому что действительно хочет этого.

– Я... мне нужно решить прямо сейчас? – спросила она, нервно заламывая руки.

Он улыбнулся и поцеловал ее, не удержался и поцеловал еще раз.

– Нет. У нас есть целая...

Дверь открылась и показалась голова Пии, она нервничала.

– У нас гости, и они тебя ищут. Кристоф задержал их в гостиной, но нам срочно нужно вас спрятать. Сам найдешь подвал? Там есть тайный вход, за бочками с вином. Мне нужно бежать наверх и предупредить Элеонору, чтобы она про вас не проболталась, так что у меня нет времени показывать вам дорогу.

– Я знаю где тайная комната. Помогал Крису прибираться в ней.

– Отлично. Мы все вам расскажем, сразу как Джулиан и его приятель уйдут.

– Джулиан? Курьер?

– Да, – подтвердила она и ушла.

– Что еще за курьер? – спросила Кора, толкнув его, когда он выглянул за дверь.

– Член моравского совета. Это значит, они в курсе, что я на свободе и подозревают, что прячусь у Криса. Они ушли в другую комнату, но сомневаюсь, что они задержатся.

Он спешил, пробегая с ней под лучами солнца, не обращая внимания на боль, когда они шли через кухню к небольшой двери, ведущей вниз по шаткой лестнице. Он достал маленький фонарик, освещая тесные, темные комнаты, чтобы не врезаться в мебель и бочки с вином, оставшиеся от предыдущего владельца.

Кора ничего не сказала, когда он, отсчитав винные бочки, вручил ей фонарик, а сам обеими руками схватил бочку, пытаясь ее отодвинуть. Послышался скрип, бочка с трудом сдвинулась и, перед их глазами в стене появился заросший паутиной вход.

– Заходи.

– Здесь есть мыши? Я их жутко боюсь.

– Если они есть, я не позволю им приблизиться к тебе, – пообещал он.

Она с недоверием посмотрела на него.

– Мне точно нужно идти туда с тобой? Этот Джулиан не знает меня.

Ее слова ранили его, хотя он понимал ее сдержанность. Если бы он был уверен, что ей не грозит опасность, то послал бы к черту совет и встретился с курьером. Но теперь он должен беспокоиться об их будущем, а не только о своем собственном.

– Нет, он не знает. Ты не должна идти со мной, если не хочешь. Пия может представить тебя как подругу, заглянувшую в гости.

Она смотрела на него секунд пять, затем кивнула и вошла в комнату.

Он улыбнулся ей вслед. Иногда ее действия невозможно предугадать. Он с трудом удержался, чтобы не шлепнуть ее по попке и не наброситься как дикий зверь.

Тайная комната оказалась дырой выкопанной в горе, там пахло землей. Алек вошел и дверь за ними закрылась. Кора стремглав бросилась к нему, сжимая его рубашку и подозрительно всматривалась, когда он посветил фонариком в крошечной комнате. Там не было никаких признаков присутствия грызунов, но Алек почуял их.

– Ты видишь что-нибудь? – спросила Кора, прижимаясь к нему.

Нет. Ты что серьезно боишься крошечной мышки?

– Шутишь, да? Ведь нет ничего страшнее, чем эти малюсенькие лапки и хвостики. Ну, хорошо, крысы тоже противные, но я их причисляю к мышам.

– Не вижу ни тех, ни других, – соврал он, встретившись взглядом с темноглазой, любопытной крысой, которая бежала через комнату и остановилась на сломанном стуле.

– О'кей, но если увидишь, я уйду отсюда. ГОСПОДИ, БОЖЕ МОЙ!

Завизжала Кора, указывая в направлении прямо противоположном тому, где находилась крыса, и прилипла к нему, карабкаясь выше, словно по дереву.

– Знаешь, – непринужденно сказал он, наблюдая как ее большая грудь прижималась к его лицу, когда она пыталась подняться еще выше по его телу, каблуками, впиваясь в его бедра, – мышь, вероятно, гораздо более напугана чем ты.

– Убери ее от меня! – визжала она.

Любимая, если ты продолжишь кричать, Джулиан точно тебя услышит.

Прости. Мышь! Мы уже можем уйти? Пожалуйста!

Не знаю,сказал он, и потерся об ее рубашку, запах ее тела пробудил в нем аппетит... оба... особенно не в плане еды. Я почти наслаждаюсь происходящим, не считая того, что твои каблуки впились в мою кожу. Не могла бы ты ... спасибо.

Прости. Я, правда, не люблю мышей.

Я уже понял. И очень рад этому, ведь мое лицо в твоей груди, но боюсь, когда-нибудь мне все-таки понадобится кислород.

Она отпустила его, и он, наконец, смог дышать.

– Прости, – повторила она, – ты видишь мышь?

Он посмотрел на крысу, она умывалась, одним глазом следя за ними.

– Нет, мыши не вижу, наверное, убежала в свой домик, когда ты закричала.

– Думаешь? – спросила она, вглядываясь темноту, – Может быть. Почему ты скрываешь от меня что-то? Я же призналась, что я твоя возлюбленная, неужели ты не должен предоставить мне пожизненный доступ к твоим мыслям?

Он облокотился на стену, она обхватила его бедра своими, а его руки сжимали ее великолепную попку.

– Ты тоже предоставишь мне пожизненный доступ к своим?

Это остудило ее пыл. Он чувствовал, как она была расстроена тем, что он может что-то от нее скрывать, но понимала, что не может требовать от Алека того, чего сама дать не может.

Он нахмурился, не понимая, что она может так усердно прятать от него.

– Возлюбленная не должна иметь секретов от своего темного, – чопорно заявил он.

– Обязательно передам первой встречной возлюбленной, спина не устала?

– Нет, хотя, если ты немного подвинешься, я смогу поцеловать тебя. Если только ты не хочешь, чтобы я снял с тебя рубашку и поцеловал твою обнаженную грудь?

Он чувствовал, что Кора обдумывала его предложение, но к сожалению, она медленно встала на землю.

– Не возражаешь? – спросила она, протискиваясь между ним и дверью, и спряталась за его спиной.

– Нет, ни одной крысе не позволю добраться до тебя.

Она замерла.

– Крысе!? Думаешь, здесь есть крысы?

Cielito, если ты продолжишь не дышать, то упадешь в обморок, мне придется помогать тебе прийти в сознание, значит я перестану охранять тебя, а мышь воспользуется случаем и дотронется до тебя своими лапками.

От его слов она мысленно завизжала, но попробовала вздохнуть. Он улыбнулся не понимая, как эта женщина могла бесстрашно встретиться лицом к лицу с демоном ярости Баэля, но вопит от ужаса при одной мысли о грызунах.

– Отвлеки меня, – приказала она его спине.

Он стал поворачиваться, пытаясь обнять ее.

– Не так! Ты должен охранять меня от мыши. Отвлекай меня, но наблюдай, не нападет ли зверь! А вообще, нам нужно поговорить об Элеоноре.

– Я так не думаю.

– Неприятно в этом признаваться, но я тоже не хочу. Какая же я трусиха. Расскажи мне... расскажи о своем прошлом. Джас рассказывала, что вампирами либо рождаются, либо становятся. Ты к какому типу относишься?

– Мой отец был неискупленным темным, так что я таким родился. Что ты хочешь знать о моем прошлом?

– Сколько тебе лет? Выглядишь примерно моего возраста, но что-то мне подсказывает, что ты старше...

– Я родился в 1336 году в городе Дахау, в Германии.

– Там где был концлагерь?

– Да. Довольно милое место, не считая этого позорного пятна в истории.

– Есть братья, сестры?

– Уже умерли. У моей матери было несколько детей, до того как отец соблазнил ее.

– Твой папа был коварным соблазнителем?

– Да. И отличался тем, что не мог встречаться с одной женщиной больше пары недель. Он умер во время пожара в 18 веке.

– Правда? Не думала, что вы можете умереть.

– Нас можно убить, но нелегко. В случае с моим отцом, он был заперт в здании, охваченном огнем и даже темный неспособен восстановиться после таких ран.

– Соболезную, – сказала она, и он знал, что она искренне сочувствует его потере.

– Спасибо. Я не был с ним близок, но он был моим единственным родным человеком. Я тяжело переживал его смерть.

Он замолчал, но Кора без труда прочитала его мысли.

Она нежно обняла его, щекой прижимаясь к его спине.

Сначала ты потерял возлюбленную, а потом отца. Мне так жаль, Алек. Жаль, что меня не было рядом, и я не могла тебя утешить.

Это не твоя вина, querida. Судьба сыграла с нами злую шутку.Он хотел добавить, что это стоило того, ведь он все же обрел свою возлюбленную, но решил держать эти мысли при себе.

– Что значит главный по личам?

– М? – вопрос Коры отвлек его от размышлений, хватит ли им времени, чтобы заняться сексом и сможет ли он ее уговорить, заверив, что мышей в комнате нет, – А, это тот, кто контролирует личей.

– Таких как Ульфур?

– Да. Вообще-то его Кристоф и Пия и пытаются спасти.

– Так вот откуда ты знал его?

Он проголодался, но скрывал это, ему надоело находиться в этой тесной комнате, но он готов до скончания века простоять здесь, защищая Кору, если она продолжит так прижиматься к нему. Без сомнений, она его возлюбленная, и он не мог понять, почему не узнал ее с первого взгляда.

– Да. Пия о нем заботилась, до того как де Марко украл его душу и привязал его к себе как лича.

– Бедняга. Думаешь, монах сможет вызвать и Даймонд?

– Из Акаши? Нет. Для этого нужна стражница, и если у него ее нет, он не сможет спасти твою подругу.

– Но мне нужно что-то сделать, Алек. Она там находится уже довольно долго и скоро мой бывший начнет о ней беспокоиться.

– Время в Акаше и здесь течет по-разному, мы свяжемся со стражницей, которая призвала нас и попросим ее призвать Даймонд.

Она сильнее прижалась к нему, он чувствовал ее дыхание на своей шее и это возбуждало его.

– Наверное это будет дорого стоить.

– Так и есть.

– Ты сделаешь это для меня? – спросила она, обнимая и поглаживая его пресс.

– Конечно. Ты же моя... – Алек замолчал, но она поняла, что он хотел сказать.

– Мне очень приятно. Алек, думаешь мы можем найти комнату без мышей? Ты сводишь меня с ума, я видела, как ты думаешь о том, чтобы почувствовать вкус моей кожи, лизнуть, укусить... боже... да, я хочу этого! Давай займемся этим прямо сейчас?

Он засмеялся, поворачиваясь к ней, и собирался сказать, что с удовольствием выполнит любое ее желание, но кто-то стал осторожно открывать дверь.

– Это всего лишь я, – сказал Кристоф, – Джулиан ушел. Вы можете выходить.

– Слава богу! Там внутри мышь! – сказала Кора, вздрогнула и выбежала из комнаты.

Кристоф заглянул за Алека и увидел крысу, которая как раз закончила умываться и посмотрела на них.

– И правда, – ответил он и помог Алеку закрыть дверь.

– Если ты не сковал меня наручниками, значит курьер не смог убедить тебя выдать меня им? – спросил Алек, когда они шли обратно.

– А стоило бы? – улыбаясь, спросил Крис.

– Это была бы сладкая месть.

– Мы не хотим мстить, – сказала Пия, когда они вошли в гостиную, в которой сегодня уже были. Она протянула Коре кружку и стала усердно угощать едой, – Мы никогда не хотели отомстить. Вот почему мы решили найти останки Элеоноры и оживить ее. Кристоф говорил с членами совета, сразу как они изгнали тебя, но вампиры, занявшие места Андреаса и Ровена, настоящие ублюдки. Еще там этот Себастьян, который мне никогда не нравился.

– Он еще не пришел в себя после пыток лордом демонов, – сказал Алек и улыбнулся Коре, когда она присела рядом, доедая третий пряник.

Прости любимая, я не подумал, что ты проголодалась, иначе я бы давно попросил Пию покормить тебя.

Я сама это поняла только когда увидела все эти вкусняшки. Это лимонный пирог? Да! Обожаю его!

Алек пододвинул тарелку с пирогом Коре, и она тут же схватила два кусочка.

– Да, Кристоф предупреждал, что Себастьян та еще заноза в заднице, но от этого общаться с ним легче не стало. Кора, попробуй ватрушки, я за них умереть готова. Я покупала их в маленькой пекарне. Я всегда говорю, раз уж мне нужно кушать за двоих, тогда я могу себе ни в чем не отказывать. И говоря, "за двоих" я не имею в виду, что беременна, так что поднимай с пола челюсть, Алек. Я о том, что кормить вампа требует много энергии, значит нужно больше кушать.

– С моей челюстью все в порядке, спасибо, – огрызнулся он и облокотился на спинку дивана, одной рукой обнимая Кору, – а где Элеонора?

– Все еще дуется у себя в спальне. Она наговорила о тебе много гадостей, и я ее кое в чем поддержала.

Кора удивилась.

– Почему?

Пия хитро улыбнулась.

– Так она не догадалась, что вы с Алеком прячетесь в тайной комнате и сидела у себя, продолжая рыдать, поэтому курьера она тоже не видела.

– Что сказал Джулиан? – спросил Алек и приготовился к худшему. Он должен защитить Кору, какое бы наказание не приготовил ему совет.

– Конечно, в совете знают, что ты на воле. Они предположили, что ты будешь здесь. Я ответил, что сообщу им, если ты появишься.

Алек приподнял брови от удивления;

– Ты солгал?

– Конечно. Но они не долго будут в это верить, Алек. Джулиан не заявил, что я тебя прячу, но точно видел твою машину, он не дурак. Он вернется. И когда... – Кристоф замолчал и посмотрел на Кору.

– И почему у меня такое чувство, что ты умалчиваешь то, что мне точно не понравится? – спросила я.

Пальцами Алек нежно ласкал ее шею.

– Мне придется покинуть тебя.

– Да. Но это не выход, – ответил Кристоф, встретившись с ним взглядом, – Они просто пойдут за тобой.

– У них что нюх на вампиров? – спросила Кора, взволнованно, – То есть они быстро тебя найдут?

– Нет, если я сам не захочу, чтобы они меня нашли. Но, Кристоф, прав, просто так они не отступят. Они продолжат меня преследовать, пока не найдут и не вернут в Акашу.

– Так не позволяй им. Я с трудом заставила стражницу вернуть тебя! Может, ты просто поговоришь с ними и...

– Пия и Кристоф отрицательно покачали головой.

– Мы пробовали, и не раз. Они отказываются нас слушать. Они уверены, что действия Алека стали причиной гибели темных и он должен заплатить за это. Поэтому мы и воскресили Элеонору, – ответила Пия.

Кора была в отчаянии.

– Может, ты спрячешься где-то, где они не смогут тебя найти.

– Возможно, – ответил Алек, гадая, планирует ли она скрываться вместе с ним.

– Вариант возможен, но это бессмысленно – сказал Кристоф, нахмурившись, – Они найдут тебя, Алек.

– Есть только один выход, – сказала Пия, и, посмотрев на Кристофа замолчала.

– Какой? – нетерпеливо спросила Кора, и тут же поняла, что Пия собирается ответить.

Пия глубоко вдохнула и посмотрела на Кору:

– Кто-то должен воссоединиться с Алеком. Знаю, ты говорила, что не хочешь, но это единственный способ его спасти. Боюсь, тебе придется принять решение, Кора. Либо ты это сделаешь, либо Элеонора. Одна из вас должна спасти Алека.

Глава 11

Что бы вы сказали, если бы вам заявили, что вы чье-то единственное спасение?

Ах, да, я совсем забыла, что Элеонора тоже может выступать в этой роли, но это не так важно, потому что Алек, очевидно этого не хотел. Секунд тридцать я наслаждалась, переваривая эту новость, пока не поняла, что мне нужно сделать выбор иначе Алеку придетс,я воссоединиться с Элеонорой, хочет он этого или нет.

Я представила, как он пьет из нее, и привязывает себя к ней на всю оставшуюся жизнь и мне совсем не понравилась эта мысль.

С другой стороны, фраза "на всю оставшуюся жизнь" пугает.

– Ты шутишь? Ведь я уже спасла его, дважды.

– Бог троицу любит, – улыбаясь, заметила Пия.

– Так и есть, ты дважды спасла меня, – спокойно сказал Алек, убирая руку, которой обнимал меня, – я буду вечно тебе за это благодарен. Этого достаточно, проблема с советом, тебя не касается, Кора. Я найду выход.

Слова Алека заставили меня волноваться, также, как и то, что его друзья были с ним согласны. Значит, никто не верил, что я соглашусь воссоединиться, чтобы спасти Алека. Я не дура, конечно они так подумали, потому что я при каждом удобном случае кричала, что никоим образом не хочу быть причастной к вампирским штучкам, но я уже по уши в этом дерьме и смогу приспособиться к переменам.

Дьяволенок пищала от радости и раздумывала, какое платье надеть на вечеринку воссоединения, я велела ей утопиться.

Ты расстроена,сказал Алек нежно прикоснувшись своим разумом к ее . Не надо, cielito. Я найду выход.

Я не ответила, так как была слишком занята подогревая растущее чувство несправедливости и не сочла нужным говорить об очевидном.

Полтора часа мы рассказывали Кристофу и Пие о событиях последних двух дней. К концу истории, Элеонора пришла в себя и соизволила присоединиться к нам, но то и дело бросала на меня взгляды полные ненависти, хотя вроде бы смирилась с тем, что Алек ей не достанется.

Вопрос в том, смирилась ли я со своей судьбой...

– Так твоя подруга все еще там? – спросила Пия, когда Алек закончил в деталях описывать наше путешествие к ним, – То есть в Акаше?

– Да. Хоть Алек и говорит, что там время течет иначе, мне кажется, Даймонд устала от этих менеджерских заседаний и уже хотела бы уйти. Да и мой бывший скоро начнет волноваться по поводу ее исчезновения. Я оставила сообщение на голосовую почту в офисе, когда забирала паспорт, и сказала, что возьму маленький отпуск, а Даймонд собиралась полететь на Гавайи и присоединиться к Дермоту на конференцию по недвижимости, прошло уже два дня. Если кто-то из офиса позвонит Дермоту, они поймут, что с его женой что-то случилось.

– Хм, – Пия задумалась, – итак, у нас две проблемы: спасти жизнь Алека и вытащить Даймонд из Акаши, последнее будет попроще. Тебе просто нужно связаться со стражницей, которая вас призвала.

– Алек предложил профинансировать это, – сказала я и с благодарностью посмотрела на него. Он как всегда был великолепен, волосы немного растрепаны, после нашего пребывания в комнате с мышами, глядя на его щетину, я задрожала, представив, как он касается ею моей кожи. Его бедро тесно прижималось к моему и мне хотелось обнять его покрепче и забыть обо всем на свете.

Элеонора одарила меня злобным взглядом, когда я немного приобняла Алека.

– Как щедро с его стороны, – съязвила она.

– Значит, сосредоточимся на спасении Алека, – продолжила Пия игнорируя сарказм в голосе Элеоноры.

– Я сам могу себя спасти, – ответил он, опуская руку ниже, нежно поглаживая мою спину.

Элеонора фыркнула.

– А если не получится, и ты снова окажешься в Акаше, что будет с Корой?

Пальцы Алека замерли.

Я нахмурилась:

– О чем ты?

– Алек твой защитник, кто займет его место, если его вернут в Акашу?

– Точно, – сказала Элеонора и перестала смотреть на меня с откровенной ненавистью, – она... как это называется? Ушная сера Люцифера?

– Зрачок! – исправила я ее, – я зрачок Люцифера, а не сера!

– Вообще-то око Люцифера, – уточнил Алек.

– Хм... – довольная собой Элеонора о чем-то задумалась.

Она точно планирует использовать меня, чтобы разорвать тебя на мелкие кусочки,предупредила я Алека.

Он засмеялся. Возможно, но мы ей не позволим.

Хм. Может он в это и не верит, но я мысленно отметила, что нужно следить за Элеонорой, чтобы на корню обрубить ее попытки использовать меня против Алека.

– Хороший вопрос. Кто защитит Кору, если Алек окажется в Акаше?

– Как и Алек, я сама могу о себе позаботиться.

– Можешь? Можешь защитить себя от демона ярости? – уточнил Кристоф.

– Ну...

– Перестань, Кристоф, – попросил Алек и его пальцы снова заскользили по моей спине.

– И от Иларги, который захватил Ульфура?

– Если нужно будет, то да... – ответила я, сомневаясь, вспомнив, как де Марко размахивал пистолетом. Моя нога исцелилась но...

– Кристоф, – Алек пытался остановить его.

– А что на счет самого Баэля? Он периодически появляется в мире смертных. Как ты сможешь защитить себя от него?

– Баэль... он... плохой парень.

– Мягко сказано, – ледяным тоном ответил Кристоф.

– Перестань давить на нее, – сказал Алек, нахмурившись.

– Да никто в здравом уме не захочет спасать тебя. Только если его заставят, – язвительно прокомментировала Элеонора.

Кристоф не обратил на нее внимания.

– Я просто пытаюсь донести очевидное. Ее жизнь связана с твоей. Вы нужны друг другу.

Я собиралась возразить, но слова Кристофа обрадовали меня. Я действительно была нужна Алеку. Никогда никому я не была жизненно необходима, и, оказывается, именно этого я всегда хотела, чтобы кто-то во мне нуждался.

Он вампир, напомнила дьяволенок, просто чтобы посмотреть на мою реакцию.

Но он хороший вампир, ответила я ей. Да он много чего натворил в прошлом, но это только потому, что был глубоко несчастен и до сих пор винит себя в этом.

И я была нужна ему.

Не позволяй Кристофу заставить тебя сделать, что-то что тебе неприятно.

Я нужна тебе.

Я хочу тебя. Я желаю только тебя. Но не позволю, чтобы ты чувствовала себя так, будто у тебя нет выбора. Я найду способ тебя спрятать и найду защитника, который сможет охранять тебя не хуже, чем я.

Я нужна тебе.

Он мысленно вздохнул и нехотя ответил: Да, нужна.

– Думаю, – начала я говорить, но затрезвонил звонок.

– Подожди, не забудь свою мысль, – Пия поспешила проверить, кто пришел, – Я быстр... о-аай!

Кристоф с диким рычанием набросился на мужчину, который схватил Пию, подставив длинный кинжал к ее горлу.

– Не двигайся, иначе я отрублю голову твоей возлюбленной!

А это не тот монах, что был здесь совсем недавно?спросила я Алека, когда он начал плавно подниматься с дивана, напоминая пантеру, готовую к прыжку.

Я говорил тебе, что он не монах.

– Брат Эйлвин, – сказал Кристоф, угрожающим голосом, спокойно стоя в восьми футах от Пии, руки по швам, но любой дурак, мог прочитать угрожающий язык его тела.

– Снова приветик! – радостно защебетала Элеонора, – Столько всего произошло, с тех пор как ты ушел. Хочешь, расскажу? Вообще подумываю в подробностях описать все на блоге. И на страничке в Фейсбуке. Интересно, сколько будет стоить домен "алек-козлина.com"?

– Я пришел за орудием! – сообщил брат Эйлвин, и посмотрел на Элеонору, явно не понимая о чем она.

– Ой, только не это, – пробубнила я, гневно сверкнув на него взглядом.

– Отпусти мою возлюбленную, – потребовал Кристоф.

– Я не собираюсь ругаться с тобой, темный, – драматично заявил брат Эйлвин, и уже менее агрессивно добавил, – и я призову того лича, как только деньги поступят на счет, хотите вызвать его здесь или в городе?

Думаю Кристоф зубы сотрет, если продолжит ими так скрипеть,сказала я Алеку. Я встала, собираясь подойти к нему, чтобы он мог использовать меня и уничтожить монаха, но Алек, медленно, приближался к Кристофу.

Иди к окнам, Кора.

Зачем?

Там ты будешь в безопасности.

Я может боюсь мышей и не уверена, что смогу защитить себя от Баэля, но я не трусиха и не какая-то слюнтяйка, чтобы прятаться!

– Отпусти мою возлюбленную, – повторил Кристоф.

Давай это позже обсудим.

– С удовольствием, если ты отдашь мне орудие Баэля, – брат Эйлвин стрельнул на меня взглядом, – я пришел за ней!

– Ну, конечно! Всем нужна она и душа, которую она у меня украла. И еще моего мужчину. Ах да, меня подняли в виде лича, вот собственно я и рассказала тебе последние новости, – издевательски заметила Элеонора.

– Слушай, прости, что тебя воскресили, после того как я родилась с твоей душой, но она теперь моя, и я не уводила у тебя Алека. Он сам так сказал. Так что не дави на жалость, не сработает.

Она фыркнула и отвернулась.

Брат Эйлвин хлопнул в ладоши:

– Брат Гудвин! Брат Эсмунд!

Из ниоткуда появились два монаха. В длинных коричневых рясах они выглядели, словно сбежали со средневековой выставки, у одного была короткая борода, а второй был в прыщах.

– А это точно монахи, смотри, – сказала я Алеку.

Они призраки или кто?

Личи, как Элеонора. Брат Эйлвин контролирует личей.

– Заберите орудие! – приказал им брат Эйлвин, и пошел в мою сторону, Алек выпрыгнул передо мной, преградив ему путь.

– Черта с два вы ее получите! – прорычал он.

– Стоять! – закричал Эйлвин, и вонзил кинжал в кожу Пии, ее глаза широко раскрылись от ужаса, она смотрела на Кристофа, который еле сдерживался, чтобы не превратить брата Эйлвина в фаршик из монаха, – Одно движение, и я отрежу ей голову. Ты, женщина, иди сюда.

– Как ты узнал, что я орудие? – спросила я и закрыла глаза, – Боже, поверить не могу, что сказала это предложение.

– А я могу, – сказала Элеонора.

Я набрала в легкие побольше воздуха и выпалила:

– Откуда ты узнал, что я орудие Баэля?

– Ты блестишь, – просто ответил он и немного подумав, добавил, – и я слышал, что лич одного из моих конкурентов, украл орудия, но позже они превратились в три человека. Ты очевидно, одна из тех людей. И если ты будешь на моей стороне, я без труда уничтожу остальных мастеров личей.

– Отличная мысль! Я полностью вас поддерживаю, а вы не могли бы сковать ее цепями? – потребовала Элеонора, но уже никто не обращал внимания на ее язвительные комментарии.

Уперев руки в бока, я посмотрела в глаза брату Эйлвину:

– Ты серьезно думаешь, что я позволю тебе меня использовать против других людей? Ты-чокнутый. Эй, вы!

Личи в рясах быстро схватили меня за руки и потянули вперед, мимо Кристофа.

Кора ...

Если я их вырублю, сможешь использовать меня против него?

Я не позволю тебе так рисковать собой.

Ага, я не позволю ему использовать меня против других людей. Особенно против Пии. Она милая. Мне она нравится. Элеонора действует мне на нервы, но будет неправильно мечтать, чтобы ее прибили или хотя бы на время похитили.

Да, неправильно, хотя я начинаю мечтать о том же. И мне Пия тоже нравится, но я не позволю тебе причинить себе вред. Сейчас он отвлечется. Когда это произойдет, ты побежишь в мою сторону.

Откуда ты знаешь, что он отвлечется?

Кристоф собирается напасть на него.

Я взглянула на Кристофа. Он был в бешенстве, но я не видела признаков того, что он собирается напасть на Эйлвина.

У меня есть план получше, и никому не придется рисковать.

Кора ...

– Хорошо, вот и я, – сказала я, подбегая к Пие, и оттолкнула монахов, – Отпустите ее.

– Очень рад, – ответил Эйлвин и отпустил Пию, подтолкнув ее в сторону Кристофа.

Меньше, чем через секунду, кинжал уже был у моего горла, он схватил меня за волосы и потащил к выходу, два монаха следовали за нами.

– Мы уходим.

О, да, это конечно, лучший план,съязвил Алек в бешенстве.

«Почему вы такие трусливые, маловеры?»[3] Приготовься. Сейчас ты приведешь в действие орудие Баэля.

– Нет, – я резко остановилась, и завизжала, когда кинжал, вонзился в мою шею.

– Идем, женщина, – сказал брат Эйлвин и за волосы потянул меня вперед.

Итак, приступим. Готов?

Корасон!

Вместо того, чтобы наброситься на брата Эйлвина, как он того ожидал, я отступила назад, ослабив напряжение лезвия у моей шеи, этого было достаточно, чтобы повернуться лицом к моему несостоявшемуся похитителю. Я врезала ему между ног коленом и одновременно, воткнула палец в ближайший глаз, заставив его, скорчившись от боли упасть на пол.

Больше я ничего сделать не успела, потому что Алек отшвырнул меня, я сбила столик, врезалась в Элеонору и мы обе упали на Кристофа, он усадил меня в кресло, а сам побежал помогать Алеку. Брат Эйлвин перестал кричать, когда Алек поднял его за горло.

– А теперь, мастер личей, я расскажу тебе, что случается с теми, кто хотел использовать мою возлюбленную, – тон Алека был просто ужасен, я замерла, вспомнив, что я его уже слышала. Это был голос мужчины, возлюбленную которого убили на его глазах, голос мужчины, который убил женщину.

– Боже мой, ты мне спину сломала, – ныла Элеонора, когда я помогала ей встать, – серьезно, воровка парней, тебе стоит сесть на диету. Ауч. Ай как же больно.

Я осторожно усадила ее на диван и пошла помогать Алеку.

Монах с прыщами, внезапно закричал и повалил меня на пол.

– Навредишь ему, и я использую орудие против тебя, темный! – закричал он, одной рукой схватив меня за волосы, коленями он прижимал меня к полу.

– Хрена с два ты меня используешь! Я против! – прорычала я.

– Ты не можешь быть против. Ты орудие, – сказал брат Эйлвин, и его лицо покраснело от захвата Алека.

Прыщавый поднял меня и прикрылся от Алека как щитом.

– Да? Ну, тогда я сама себя использую!

Я ведь могу, да?

Нет.

Черт!

– Отлично, тогда я не буду сама себя использовать. Но и тебе не позволю использовать меня!

– Ты не можешь отказаться, – повторил брат Эйлвин, нормальный цвет лица вернулся к нему, так как Алек ослабил хватку, – ты орудие, сила течет от Баэля через тебя.

– Ну, может, я не позволю силе выйти из меня. Думал когда-нибудь об этом?

– Ой, да позволь ты уже ему использовать тебя, – сказала Элеонора, прикладывая руку на лоб, – у меня жутко болит голова и очень хочу домой. Я просто хочу домой.

– Домой? – переспросила я, – Ты же была мертва!

– Даже у мертвых есть дома, у меня был маленький коттедж, в седьмом часу потустороннего мира. Когда меня сюда вернули, вот-вот должны были зацвести розы. И раз уж Алек потерял рассудок, я вернусь в свой коттедж, к розам и к соседу Грегори, красавчику солдату.

– В преисподней у тебя был парень? И ты кричала, что я увела у тебя Алека? – ошеломленно спросила я.

– Грегори не парень, он, скорее, постоянный сексуальный партнер, – она взглянула на Алека, и вздохнула, – Он не так красив как Алек, но и не такой ублюдок.

– Лич! Молчи, когда мы говорим! – надменным тоном сказал брат Эйлвин.

– О, нет, зря вы так... – пробормотала Пия.

К тому времени как Элеонора закончила устраивать разнос брату Эйлвину, все уже были взвинчены до предела.

– Итак, мы отвлеклись, вернемся к тому, что я не позволю силе Баэля выйти из меня, поэтому можете отстать от нас.

Но, Эйлвин, совсем не расстроился. Пожал плечами, поправил воротник на рубашке и сказал:

– Ты уничтожишь себя, если попытаешься это сделать.

Алек ...

Нет, запрещаю тебе даже думать об этом. Теперь мы будем следовать моему плану.

– Отпусти мою возлюбленную, и я не трону тебя, – предложил он монаху, который продолжал держать меня.

– Брат Гудвин не настолько глуп, чтобы согласиться на ваше предложение, – сказал брат Эйлвин, кивая в сторону прыщавого монаха, – думаю самое время продемонстрировать, насколько сильно я хочу заполучить орудие. Брат, используй ее, чтобы уничтожить темного.

– Черт побери! – чертыхнулась я, и в тот же момент Алек бросился ко мне.

То же чувство, будто я стою на берегу реки, заполнило меня, я знала, что монах запустил в действие силу Баэля, и что она направлена на уничтожение Алека, а этого я не могла допустить.

Ты не пожертвуешь собой, ради меня!закричал он в моей голове.

Алек, я не позволю тебе больше страдать. Хватит.Я обняла себя, сила продолжала расти во мне, желая вырваться наружу, и пронзить Алека, я сдерживала ее, как могла, но где-то глубоко в душе понимала, что у меня недостаточно сил, чтобы справиться с ней.

Брат Гудвин отпустил меня, когда я сжалась в комок, сдерживая силу.

– Ты уничтожишь себя, орудие. Выпусти силу!

– Никогда! – я упала на пол и начала биться в конвульсиях от нарастающей силы.

Алек подобрался ко мне, но второй монах запрыгнул на его спину и оба мужчины упали на пол. Кристоф пошел в их сторону, желая помочь, но Эйлвин прокричал что-то про Пию и, сверкая кинжалом, бросился в ее сторону.

Элеонора, не переставая, визжала, бог знает что, размахивая вазой и пугая всех нас.

Давление внутри меня нарастало, стало больно дышать. Казалось, я вот-вот взорвусь, я закричала от боли.

Корасон! Мы должны воссоединиться, прямо сейчас!

Не подходящий момент, тебе не кажется?

Ты умрешь, если мы этого не сделаем!

Черт побери! Больно, Алек! Не знаю сколько еще смогу терпеть это, уходи! Если я потеряю контроль, то уничтожу тебя!

Алек, которого я почти не видела, потому что слезы застилали мои глаза, сражался как сумасшедший. В самый разгар схватки, я думала, он укусит монаха и высушит его до последней капли, но вместо этого Алек сделал странную вещь – укусил свой палец, толкнул монаха, и они упали к моим ногам.

Выпей мою кровь, Кора. Это завершит воссоединение.

Я не стала спорить. Я понимала, что нужно следовать его приказу. Да, это навсегда изменит мою жизнь, но я уже давно решилась на это. Я открыла рот, молясь, что пары капель хватит.

Когда кровь оказалась во рту, я почувствовала, как сила возросла во мне, а это значило, что я убью Алека.

– Прячься! Ради всего святого, спрячься!

Позвоночник хрустнул, и я поняла, что сила вырвалась из меня и попала прямо в мужчину передо мной, затем она исчезла, и я провалилась в черную пучину забвения.

Глава 12

Я слышала все словно в тумане.

– ...думаю, нужно вызвать врача. Она уже два часа без сознания. Может у нее серьезная рана.

– Нет у меня никакой раны, – сказала я, удивляясь, что заговорила быстрее, чем подумала, и еще больше поразилась, что все еще жива. Моей последней сознательной мыслью было то, что сила Баэля все-таки вырвалась и поджарила меня.

Вырвалась... я нервно теребила одеяло, вспоминая случившееся, и тут меня осенило:

– Алек!

– Уехал с Кристофом, топить брата Эйлвина в реке. По крайней мере, они так сказали. Не думаю, что они на самом деле его утопят, но иногда я предпочитаю не знать, что они сделают и сейчас как раз такой момент, – улыбаясь, ответила Пия, – Как себя чувствуешь?

– Как-будто с похмелья, – я провела рукой по лбу, удивляясь, что моя голова цела и невредима.

Алек?

Очнулась? Хорошо. Ты сидишь?

Да, очнулась, но зачем тебе знать сижу я или нет?

Потому что я собираюсь долго отчитывать тебя, и мне будет спокойнее, если я буду знать, что тебе удобно. Ради всего святого, возлюбленная, никогда так больше не делай! Если бы я был смертным, я бы постарел лет на двадцать пять!

Я хихикнула. Пия удивленно подняла брови.

– Он что устраивает тебе взбучку?

– Ага, по крайней мере, ему так кажется, – я засмеялась.

– Да, лучше позволь ему думать, что он грозный самец. Я заметила, что вампиры хоть и выглядят как обычные мужчины, контролирующие свои эмоции, но если не позволить им немного поистерить, они становятся настоящими занудами. Я буду внизу, присоединяйся, когда он закончит читать нотации. Нужно проверить как там Элеонора.

Хорошо, сказала я Алеку, усаживаясь поудобнее. Что случилось? Как ты смог не поджариться от силы Баэля?

Ты сказала мне спрятаться. Как только я понял, что мы воссоединились, я выбросился в окно.

Но мне показалось, что я задела кого-то.

Лича.

Бедняга. Лучше бы это случилось с его боссом. Эй, ты же попал на солнце! Алек, как сильно ты обгорел?

Не сильно. Мы же воссоединились и я могу дольше находиться на солнце. Как себя чувствуешь?

Я осмотрела себя, руки-ноги целы, голова немного побаливает, но в целом нормально. Что случилось с братом Эйлвином? Вы и правда утопили его?

Мы не убили его, но очень хотелось. Когда ты потеряла сознание, он понял, что не сможет тебя использовать пока ты в таком состоянии и попытался унести тебя в машину. Я остановил его.

Выбил из него дурь?

С помощью Криса, ведь Эйлвин угрожал Пие, мы с удовольствием объяснили ему, что так делать нельзя.

И теперь у тебя есть... Я смущенно замолчала. После того, как я яростно возмущалась тем, что Алек вампир, было неловко признать, что я связана с ним на всю оставшуюся жизнь.

Да, ты вернула мне душу. Спасибо, Корасон. Знаю, что ты не хотела этого. Не хотела связывать свою жизнь с моей.

Если бы я тебя не знала, подумала бы, что ты напрашиваешься на комплимент.

Он засмеялся.

Ну и ладно, упрямец. Я сделала это, потому что сама захотела. И я уже поняла, что ты не безумный убийца кровосос. Доволен?

Даже не представляешь как.

Его слова и эмоции обрадовали меня, я спустилась вниз и мы с Пией с нетерпением ждали, когда мужчины вернутся.

– Итак, мне сказали, что это невозможно! – рявкнула Элеонора, врываясь в комнату с мобильником Пии в руках, – Я только что разговаривала с лордом, управляющим часом в котором я живу, и он сказал я не могу вернуться. Личей не пускают в преисподнюю!

– Эм... – Пия в растерянности смотрела на Элеонору.

– И что мне теперь делать? Алек запал на нее, я не могу вернуться домой, где у меня была своя жизнь и постоянный половой партнер, влюбленный в меня и розы, не говоря уж об уроках по пряже из собачьей шерсти, которые я хотела начать давать, а теперь не смогу!

– Эм... Что еще за "час"? Преисподняя и правда существует?

Элеонора тяжело вздохнула и резко села на стул.

– Преисподняя делится на 12 часов, каждым часом управляет лорд. Я живу в седьмом часу. Там очень мило. Лорд англичанин и час выглядит как уютная английская деревушка, с симпатичными коттеджами, кабельным и высокоскоростным вай-фаем. Я промолчу сколько любимых шоу я пропустила по "Домашнему" и каналу для садоводов, но поверьте, меня это очень огорчает!

– Ты здесь из-за нас с Кристофом, и мы придумаем, как вернуть тебя, – сказала Пия и задумалась, – Пока не знаю как, но обязательно придумаем. Должен быть способ.

– Нет, мы с Алеком поможем ей, – сказала я, возвращаясь к ноутбуку Пии, где я ранее пыталась найти номер стражницы Ноэль, – Мы несем за нее ответственность.

– Мне совсем не нравится, что вы говорите обо мне так будто меня здесь нет. И мне пофиг кто вернет меня домой, главное, чтобы кто-то это сделал, – сказала Элеонора и сердито посмотрела на нас.

– Что кто сделал? – спросил Алек, когда они с Кристофом вошли комнату.

Я быстренько объяснила ситуацию с Элеонорой.

– Ага. Конечно, мы найдем способ вернуть тебя домой, если ты этого хочешь, – заверил ее Алек.

Она хмыкнула.

– Не буду спрашивать как вы избавились от брата Эйлвина и Гудвина, но вы не сильно им навредили? – спросила Пия, походя к своему вампиру.

Кристоф выглядел немного обиженным:

– Алек позволил мне только пару раз ему врезать, так что, я не сильно навредил.

– Зато я сильно, – довольно улыбаясь, продолжил Алек, – хотя мы просто объяснили им, что нельзя обижать наших девушек и оставили в тихом местечке, где они могут обдумать услышанное. Боюсь, скоро придется к ним вернуться.

– Вы не можете уйти, пока Джулиан ошивается рядом, – возразила Пия.

Алек одарил меня страстным взглядом.

Ты не можешь хотеть заняться со мной любовью! Я чуть не убила тебя!

Пия – Зоря, и она может убить Кристофа, или любого другого темного, но его это не останавливает. А ты орудие Баэля, с чего бы мне тебя не хотеть?

– Что значит "Зоря"?

– А? О, Алек сказал тебе обо мне? Я жница.

– Была жницей, – исправил ее Кристоф.

– Зори – это группа женщин, у которых есть сила призывать свет Луны. Они становятся Зенитом. Я еще и Зенит.

– Бывший Зенит, – снова исправил Кристоф.

– Это все часть дурацкой религии "Братства благословенного света", более известной как жнецы. Месяц назад меня выгнали из группы, что было обидно, потому что мне нравился свет, который связывает людей. Плюс в том, что я теперь не самый злейший враг темных.

– Дева Мария, – сказала я, не понимая, как такое могло получиться.

Длинная история, расскажу тебе, как только удовлетворю все твои темные желания.

О да, ты не отвертишься.

Он соблазнительно улыбнулся.

– Ой, ради всего святого! Если вы продолжите сидеть и пялиться друг на друга, я пойду посмотрю, что идет по "Домашнему" каналу в Италии, – заявила Элеонора и пулей вылетела в другую комнату, – Позовите когда сможете вернуть меня домой!

– Итак, на брата Эйлвина мы рассчитывать не можем, не смотрите на меня как на сумасшедшую, конечно, я не собиралась просить его призвать Ульфура, после всего случившегося, но как теперь вернуть Ульфура? – спросила Пия.

– Найдем другого мастера личей, – сказал ей Кристоф.

– Я почти нашла, в интернете есть сайт под названием "гильдия стражниц", и там есть контактный номер. То есть, мы можем нанять стражницу, жаль, что я не знаю фамилии Ноэль.

– Даже если бы знала, ничего хорошего из того не вышло бы, – сказал незнакомый голос.

Я и глазом не успела моргнуть, как Кристоф оказался в другом конце комнаты, Алек последовал за ним. Кристоф схватил лысеющего, кареглазого брюнета за горло и прижал к стене.

– Кто ты? – резко спросил Кристоф.

– Приношу свои извинения, – сдавленным голосом пробормотал мужчина, буквально, ведь Кристоф держал его за горло, приподняв над полом, – не стоило так врываться в комнату к темным и их возлюбленным.

– Отвечай на вопрос, – сказал Алек.

– Не уверена, что он может. Его лицо покраснело, он сейчас потеряет сознание, Бу. Отпусти его.

Бу?

Ласковое прозвище для Кристофа. Пия говорит, что он напугал ее до смерти, когда она впервые его увидела.

Подходит. Ты тоже не хило напугал меня.

Эй, первый раз ты меня увидела, когда я обезглавил женщину, это не считается.

– Кто ты? – повторил Кристоф, отпуская мужчину. Он был в коричневом костюме, намного ниже Алека и Кристофа, довольно таки приятной внешности.

– Что ты имел в виду, когда говорил, что нет смысла вызывать стражницу? – добавил Алек.

Я пыталась заткнуть дьяволенка, которая активно строила из себя сводницу. Судьба невостребованных возлюбленных меня не касается.

– Просто ради интереса, вы знакомы с Ноэль? – все-таки заставила меня спросить дьяволенок.

– Меня зовут Террин, я вошел в дом, потому что пройти через двери смертных для меня не проблема. Бесполезно вызывать стражницу, с которой, кстати, я лично не знаком, потому что она не сможет вернуть Даймонд из Акаши.

Двери смертных? Он что один из вас?

Он не темный, но бессмертный.Ответил Алек с интересом его разглядывая. Мне знакомо его имя, никак не могу вспомнить откуда ...

– Почему она не может вытащить Даймонд? – спросила я одновременно с Кристофом, еще раз рявкнувшим, что же он делает здесь.

– С удовольствием отвечу на оба ваши вопроса, если вы нальете мне стаканчик воды.

Пия указала на диван:

– Конечно, пожалуйста, входите, присаживайтесь. Хотите чашечку чая? Думаю вода еще теплая.

– Даже холодного выпил бы, спасибо, я долго сюда добирался, – сказал Террин, поглядывая на Кристофа, – вижу, вам не нравится эта идея. Если я скажу, что я член Суда Божественной Крови, это поможет?

Что? Кто?Спросила я Алека, присаживаясь поближе к Террину.

– Возможно, – ответил Кристоф.

Смертные считают это раем. Или скорее на основе суда они выстроили свое предположение о рае.

Значит он хороший парень?

По-видимому.

– Рай? – Пия казалась шокированной. Наверное, она спросила у Кристофа тоже, что и я у Алека, – Вы из рая? Ангел?

– Суд – не совсем рай, хотя их часто путают. У нас нет ангелов, только рабочие. Спасибо, – сказал Террин с благодарностью принимая чашку чая, – теперь отвечаю на оба ваших вопроса, я здесь, потому что мары отправили меня помочь Корасон. Ты не против, если я буду так к тебе обращаться и мы будем сотрудничать? – спросил он меня.

– Нет. А ты не работаешь на Баэля? – спросила я подозрительно. Зачем бы кому-то помогать мне, если он не хочет использовать меня как орудие, – И откуда ты узнал про Даймонд?

– Кто такие мары? И что еще важнее, откуда вы узнали, где Кора? – спросила Пия.

– Так много вопросов, – ответил он и выпил глоток чая, – и так мало времени для ответов. Постараюсь ответить как можно быстрее. Я безоружен. – Добавил он, глядя на Кристофа. – И не собираюсь никому вредить.

– Ты только что сказал, что хочешь сотрудничать, то есть использовать Кору. – Жестко возразил Алек.

– Не в том смысле, о котором ты подумал, – устало ответил Террин, – Сегодняшний день был длинным. Начнем с начала. Я сенешаль в суде, то есть чиновник среднего звена. Одна из трех мар – они в какой-то степени являются правой рукой владыки, который правит судом – отправила меня найти Корасон Ферейра, смертную, которую пару дней назад наделили силой ока Люцифера.

– Бывшую смертную. Теперь она моя возлюбленная, – исправил ее Алек.

Я и правда бессмертная?

Да.

Ого. Я задумалась . В голове не укладывается. Теперь Джас не сможет хвастаться тем, что она будет жить вечно, а я стану старушкой и все будут думать, что я ее бабушка, а не сестра.

– Вижу. Примите мои поздравления.

Алек кивнул.

Ребят, вы всегда так официально разговариваете? Как в прошлом веке.

Чиновники да. Я предпочитаю жить здесь и сейчас, но многие существа из Другого мира ценят старые манеры.

Понятно.

– Как помочь?

– У нас общая цель, Мара Дисин, хочет освободить свою правнучку из Акаши, точнее Даймонд Рид.

Я уставилась на него.

– У Даймонд в раю бабушка? Не может быть. Ее бабушка ангел? Нет.

– Прабабушка Даймонд является одной из трех мар, обладающих властью в суде божественной крови, – пояснил Террин и взглянув на часы добавил, – и у нас почти не остается времени чтобы спасти Даймонд.

– Я слышал о марах, – сказал Алек, задумчиво потирая подбородок, – если они обладают такой силой, как все говорят, почему бы маре самой просто не вернуть своего потомка из Акаши?

– Силы мар действуют только в суде, вне его они бессильны, то есть в Акаше тоже.

– Но они контролируют Хашмалимов, – перебил Кристоф.

– Как раз хотел об этом сказать, – согласился Алек и повернулся ко мне, так как понял, что я хочу узнать подробности, – Хашмалимы – это существа, которые выступают в роли полиции от суда божественной крови. Они охраняют Акашу. Из-за них мы не могли просто взять и уйти оттуда.

– Припоминаю, что Маргаретта, говорила о них, – пробормотала я, гадая как там Даймонд. Волнуется ли? Боится? Чувство вины охватило меня, я так увлеклась Алеком, что недолго думая, бросила лучшую подругу в Акаше. Хоть она сама уверяла, что мечтала побывать там и горела желанием увидеть все, что есть в Акаше. Все же это место наказания, а она не сделала ничего плохого и не должна там находиться.

– Да, они направляют Хашмалимов, – признал Террин, с благодарной улыбкой глядя на Пию, когда та подлила ему чая. Синяки на его шее почти исчезли, – И если бы ее светлость Дисин, приказала Хашмалимам забрать ее правнучку в Акашу, то она могла бы потребовать вернуть ее обратно. Но, как мы все знаем, сам Баэль изгнал Даймонд. Этот факт и то, что Даймонд сосуд, несколько усложняет дело.

– Из услышанного, я поняла, слов пять. А ты? – спросила я у Пии.

– Десять, но я этих ребят знаю дольше, не расстраивайся. Что значит "сосуд"?

– Член суда божественной крови. Низшие члены в иерархии суда, они служат смертным. Отвечают за...

– Ого! Секундочку! Даймонд – ангел? Даймонд, которая увела моего мужа?

Алек покачал головой.

– Не то чтобы, я хотела быть с ним, без него намного лучше, – быстро добавила я, улыбнувшись Алеку, – но все же, она увела его! Ангелы так не поступают!

– Она сосуд, – сказал Террин, глядя на меня своими теплыми карими глазами, – Она служит смертным.

Я задумалась.

– То есть, она увела у меня Дермота, потому что... – я посмотрела на Алека, внезапно меня осенило, – потому что я должна была встретить Алека?

– Потому что ты возлюбленная, а то, что ты связана со смертным мужчиной, не позволило бы тебе ею стать, – ответил Террин, пряча улыбку за кружкой.

– Ничего не могу поделать, но меня немного раздражает, что кто-то вот так может появиться в моей жизни и манипулировать ей, – сказала я, чувствуя себя так, будто меня предали, – я думала, что она правда любит его, думала, что ему с ней лучше. Думала, что поступаю правильно, благословляя их брак.

Террин, пожав плечами, ответил:

– Скорее всего, она его любит. Ее не просили выходить замуж за Дермота, значит, она видит, что у них есть будущее. И кстати, никто из суда не может манипулировать смертными, мы наставляем, подсказываем, но по какой тропе в жизни идти, человек выбирает сам.

Я посмотрела на Алека, он улыбался.

Выглядишь очень довольным.

Скорее благодарным.

Благодарным за то, что я послушалась дьяволенка и решила связаться с тобой?

Благодарным Даймонд за то, что увела твоего бывшего. Ты любила его?

Как только поженились, да. Но это было не глубокое чувство и через полгода, я поняла, что совершила ошибку.

– Это все замечательно, но как вы планируете вернуть подругу Коры? Что она должна делать? Вы... боже, не могу подобрать слово... собираетесь использовать Кору? – спросила Пия у Террина.

– Если бы я мог... – устало ответил Террин, – Хоть орудие само по себе обладает огромной силой и способно вернуть много людей из Акаши, но член суда требует еще больше сил. Вот два орудия справились бы, а одна Кора не сможет.

– То есть орудия могут работать вместе? – переспросила я, – Они... они могут... какая-то цепная реакция то есть, или что?

– В целом, да.

– Если два орудия могут выдернуть Даймонд из Акаши, что будет, если взаимодействовать, будут все три? – спросила Пия.

Террин вздрогнул и закрыл глаза.

– Три орудия под руководством одного человека способны уничтожить мир смертных. Такой сокрушительной сил мир не видел со дня сотворения Абаддона.

Пия посмотрела на меня, словно я была бомбой, которая вот-вот взорвется. Я понимала, что она чувствует, глядя на свои руки, я не могла поверить, что обладаю такой силой и волна паники накрыла меня.

Такого никогда не случится querida, я не позволю никому тебя использовать.

Но это возможно, Алек. Я могу творить жутчайшие вещи.

Этого не случится.

Заверил он, но я уловила тень сомнения в его мыслях и испугалась еще больше.

– Итак, мы вам нужны, чтобы призвать Ульфура и с помощью его и Коры вытащить Даймонд? – спросила она и посмотрев на Кристофа добавила, – Нам нужно найти еще одного мастера личей.

– Есть одна во Франции. Свяжемся с ней, – ответил он.

– А если мы с Ульфуром будем рядом, это не опасно? – прижимаясь к Алеку, спросила я.

– Вообще я бы не советовал находиться рядом, но это необычная ситуация и у Даймонд подходит время адаптации, вот что трагично.

Что значит адаптация?

Понятия не имею.

Бесит, что я постоянно задаю вопросы. Твоя очередь.

– Что такое адаптация? – спросил Алек, одновременно с Кристофом.

– Владыка создал Акашу как место наказания для членов суда, позже других тоже начали изгонять туда. Но все же, основная задача держать там бывших членов суда и Оно очень жестоко их наказывает. Существует период времени в течение, которого изгнанного можно вернуть обратно, но когда этот период заканчивается, изгнанник теряет все свои силы и становится смертным.

Он сейчас назвал бога "оно"?

Владыка не Бог, и обычно его считают существом среднего рода.

– Что плохого в том, чтобы быть смертным? – спросила я, теряя нить разговора.

– Ничего, для тех, кто привык им быть, но для членов суда, лишиться своих сил в Акаше это пожизненное заключение. Даже Владыка не сможет этого изменить.

– Пожизненное заключение? Но никто не может умереть в Акаше, – уточнила я.

– Точно, – подтвердил он и вдруг его взгляд стал серьезным.

– Но почему нельзя призвать ее позже? Несмотря на то, что она смертная.

Он отрицательно покачал головой.

– Даймонд бессмертная. Если она потеряет силы, то просто перестанет существовать. Она будет существовать в Акаше, но за ее пределами... нет.

– О, боже. Она застрянет там навечно.

– Сколько осталось времени? – спросил Алек, Кристоф тем временем полез за мобильником.

Террин в отчаянии посмотрел на нас.

– Два часа тридцать три минуты.

Алек выругался, Пия подскочила со своего места.

– Мы не успеем призвать Ульфура!

Алек? Что нам делать?

Спокойно, любимая. Посмотрим, сможет ли Крис договориться с мастером личей.

Кристоф по-французски быстро говорил с кем-то по телефону.

– Боюсь, другого выхода нет, – извинился Террин.

– Но мастер личей во Франции! Мы не успеем туда долететь! – отчаянно причитала Пия, подбегая к своему вампиру.

А частный самолет может ...

Нет. Не волнуйся, mi corazon. Если Кристоф сможет определить, где мастер личей, мы будем там вовремя.

Как?

Используем портал.

Куда?

Туда куда нам нужно. Надежда еще есть.

Алек пошел к Кристофу, и спросил что-то на французском.

Я посмотрела на Террина и занервничала, когда поняла, что он наблюдал за мной.

– Могли бы раньше сказать, что у нас мало времени, – ляпнула я не подумав и покраснела, – Простите, не хотела вас обидеть, просто немного времени нам не помешало бы. Я тоже не бежала в первых рядах, чтобы освободить Даймонд, так что виновата, так же как и вы. Хотя вы, по крайней мере, знали о ней правду.

– Я начал следить за твоими передвижениями, как только мара Дисин поняла, что произошло с ее потомком. Ты много путешествовала за последнее время, я все время терял след.

– Ага, но вы вроде как ангелоподобный чиновник, да? Не могли просто настроить свой магический радар или телевизор и посмотреть где я?

Он мягко и искренне рассмеялся.

– Я бы все отдал за такой магический телевизор. Увы, в суде такого нет. Я следил за тобой с помощью подкупа и еще кое-каких приемчков о которых мне не хочется рассказывать.

– Слава богу! Мы нашли мастера личей, Кора. Ты прелесть, Бу, – улыбаясь Кристофу похвалила Пия.

Алек тревожился о чем-то.

Что-то не так с этим мастером личей?

Пия и Кристоф отправились паковать чемоданы и предупредить Элеонору об изменениях в планах.

Нет.

Почему тогда ты волнуешься? Если мастер призовет Ульфура, мы вытащим Даймонд. О, ты думаешь, что он может использовать меня и Ульфура в своих целях?

Нет.

Я посмотрела ему в глаза, они были бледно-зелеными, он хмурился.

Тогда в чем дело?

Думаю о том, что случится потом.

Потом?

Да.

Сказал он и посмотрел на Террина, разглядывающего картины на стене.

Глава 13

Кора удивила Алека, она невероятно спокойно отнеслась к тому, что им придется воспользоваться порталом в Авиньон, а когда приземлилась в точке назначения, то завизжала от удовольствия и сказала, что хочет прокатиться еще разок.

– Ты невероятная, – сказал Алек, помогая ей встать, воздух вокруг них замерцал, сообщая, что сейчас появится еще один человек.

– Ты это уже говорил, – ответила она и захлопала в ладоши, когда увидела как из ниоткуда возникла Пия, – с ума сойти!

– И не говори, – пошатываясь Пия взяла Алека за руку, – кажется, часть моего тела потерялась при транспортировке.

– К черту частные самолеты, с этого момента я хочу путешествовать только через порталы! – заявила Кора.

– В основном, люди используют порталы, только если у них нет другого выбора, – предупредил он ее.

С визгом рядом с ними приземлилась Элеонора.

– Господи, больше никогда в жизни не воспользуюсь порталом! Брр.

Алек помог ей подняться.

– Почему они не используют порталы? – спросила у него Кора.

Он пожал плечами.

– Некоторые существа не любят их. Драконы и элементали[4] сделают что угодно, лишь бы избежать использования портала. Некоторые феи против них на том основании, что порталы оскверняют их существование. Другие, например некоторые духи, не могут использовать порталы, пока не обретут телесную форму.

– Я могу понять их чувства, – проворчала Элеонора, отряхивая брюки.

Вслед за ней приземлился Кристоф.

Кора долго смотрела на Алека, затем повернулась к Пие и сказала:

– Одно слово из десяти.

Пия засмеялась:

– Веришь или нет, но я поняла все. Подожди немного и ты тоже так сможешь.

– Ага, – Кора задумалась и с любопытством посмотрела на Кристофа, – Ты не из тех, кто не любит порталы, да?

– Да, но и не в восторге, это дорого.

– Да? Сколько стоило перемещение? – спросила Кора и отскочила подальше, когда материализовался Террин и неуклюже упал на землю.

Он назвал ей стоимость транспортировки шести человек из Флоренции в Авиньон.

– Матерь божья! Да я могла бы дом купить за эти деньги! Кстати, очень хороший дом!

– Я на месте? Цел? – спросил Террин.

Алек помог ему подняться, кажется, сенешаль был немного дезориентирован перемещением через портал.

– Крис, куда идти?

– Мастер личей сказала, что будет ждать нас в пещере Шове.

– Пещера? Обожаю пещеры! – воскликнула Кора, ее глаза светились от возбуждения. Она взяла Алека за руку и его заполнила нежность, она сделала это не задумываясь, он не чувствовал ничего подобного с тех пор как его матери не стало. Только она прикасалась к нему с такой искренней любовью... до Коры. Он гадал понимала ли Кора, что он влюбляется в нее все больше.

– Пещеры? Должно быть очень интересно, – сказала Элеонора.

– Нам обязательно встречаться именно там? – спросил Алек у Кристофа.

Кристоф с сочувствием посмотрел на Алека и ответил:

– Мастер и с места не сдвинется, там ее офис.

– Я слышала об этой пещере, это там нашли симпатичные древние рисунки? – уточнила Пия, и они с Кристофом направились к выходу из здания компании занимающейся перемещениями по порталам.

– Да, – подтвердил Кристоф и, еще раз взглянув на Алека, поспешил за Пией. Они решили взять напрокат машину.

– Пещера, – пробормотал Алек, расстроенный поворотом событий.

– А что не так с пещерами? Там ведь интересно. Мне нравятся сталактитовые, где из капель известковой воды образуются причудливые и жуткие рисунки. Напоминает духов, обретающих форму, нет, вы не подумайте, я такого не видела, да и в призраков не верю... О, – она растерянно посмотрела на него и с ухмылкой продолжила, – но кажется, мне стоит поверить в них, да?

– Духи принимают разную форму, – сказал сенешаль, глядя на часы, – но, поверьте, никогда они не превращались в сталактиты. У нас осталось два часа.

Ночной Авиньон был очарователен, и Алек был одержим желанием всю ночь смотреть на лицо Коры, когда она осматривала все прелести города, но сейчас этого делать нельзя, нужно подождать, когда она будет в безопасности.

Он заметил, что Кора тоже на него смотрит, очевидно, пытаясь прочитать его мысли. Алек поцеловал ее, Элеонора резко выругалась и заявила, что они устроили разврат, он проигнорировал ее и снова поцеловал Кору, он никак не мог насытиться ею.

Не любишь пещеры?

Нет.

Клаустрофобия?

Он не ответил.

Мне жаль, тебе там будет не комфортно. Может не пойдешь?

– Не глупи, – сказал Алек, отпуская ее, когда Террин вежливо кашлянул, – не понимаю о чем ты, я темный, я ничего не боюсь.

– Блаблабла, – передразнила она.

Посмотрим.

– Раз уж я здесь, так хоть на витрины поглазею, – проворчала Элеонора и пошла в сторону магазинчиков.

– Мара, о которой вы говорили, очень хочет вернуть свою внучку, я правильно понял? – спросил Алек у Террина.

Террин удивился.

– Конечно. А вы на ее месте не хотели бы?

– Она в печальном положении, возможно примерно через два часа, ее внучка навсегда застрянет в Акаше.

– Даа... – протянул Террин, не понимая к чему Алек клонит.

Что ты делаешь?

Пытаюсь решить две проблемы одновременно.

– Также, полагаю, что без помощи Коры, невозможно спасти Даймонд вовремя.

– К чему ты клонишь? – прямо спросил Террин.

Да, к чему? Думаешь, он поможет тебе разобраться с вашим вампирским советом?

Нет, улыбнувшись, ответил Алек.

– И владыка в курсе происходящего? Полагаю, мары сообщают обо всем?

Террин подозрительно смотрел на Алека.

– Да, говорят, мары так и делают. Какой награды ты хотел бы? Могу заверить, что мара Дисин будет очень признательна...

– Мне нужна помощь, но не мары... – мягко перебил его Алек.

Террин выпучил глаза от удивления, а Кора тем временем прокралась в мысли Алека и ужаснулась.

Алек, ты не можешь шантажировать Бога!

Владыка не Бог. И я не шантажирую его. Просто пытаюсь убедиться, что он нам поможет.

– Владыка не любит, когда его используют, – с презрением сказал Террин, – а судя по выражению лица твоей возлюбленной, ты именно это и собираешься сделать, не знаю, что именно ты хочешь заставить владыку сделать, но могу заверить оно этого не сделает.

– Тогда Даймонд останется в Акаше, – беспечно ответил Алек и обратился к Коре, – ну что, любимая, думаю, теперь у нас есть время осмотреть достопримечательности.

Кора уставилась на него открыв рот, он мягко прикоснувшись к ее подбородку закрыл его.

– Алек, ты псих.

– Мне часто это говорили.

– Нельзя шантажировать Бога! – повторила она.

– Владыка, по сути, не Бог, – устало прокомментировал Террин, – ну почему я должен постоянно напоминать об этом? Что тут сложного? Это не похоже на попытку проникнуть в непостижимые глубины ума женщины, вот это сложно.

– Ваше замечание не поможет мне смириться с этим фактом, – сказала Кора и недовольно посмотрела на сенешаля.

Он извинился и, глядя на Алека, спросил:

– Ради интереса, допустим, Владыка вдруг решит помочь вам, о чем ты его попросишь?

Ага, точно, о чем?

Спросила Кора и Алек понял, что она не смогла до конца прочитать его мысли.

– Моя возлюбленная сейчас является орудием Баэля, – сказал Алек, указывая в сторону Коры.

– Я знаю, – согласился Террин.

– И я ничего не могу сделать, чтобы избавить ее от этой тяжкой ноши.

Террин перевел взгляд с Коры на Алека.

– Нет. Это выше твоих сил. Даже моих.

– Каждое существо загробного мира и мира смертных захочет воспользоваться ее силой, – продолжил Алек.

– Чего ты добиваешься? Пока ты только вгоняешь меня в депрессию?! – обиженно спросила Кора.

– Спокойствие, querida.

– Ты прав, – согласился Террин, – но если рассчитываешь, что Владыка лишит Кору свойств орудия, то ты ошибаешься. Даже оно не может этого сделать. Око Люцифера и Кора связаны и уже не могут быть разделены.

– Вот именно, – улыбаясь, сказал Алек.

– Я чего-то не понимаю, о чем вы? – переспросила Кора.

Он повернулся к ней, взял ее руки в свои и поцеловав каждый пальчик объяснил:

– Мы должны избавиться от того, что представляет для тебя самую большую угрозу.

– От орудия? Но Террин сказал...

– Это причина, а не угроза.

Алек поцеловал ее запястье и почувствовал, как голод растет внутри него.

– То есть, ты имеешь ввиду людей, которые могут захотеть мною воспользоваться? Но ты же не можешь избавиться от них, Алек. Их же могут быть сотни.

– Тысячи. И все они будут охотиться за тобой. Мы должны уничтожить источник. Вот в чем истинная опасность.

– Но... Орудие черпает силы от Баэля. И... о! – она широко раскрыла глаза, Террин шокировано воскликнул.

– Ты же не думаешь... – начал было Террин.

– Хочешь уничтожить Баэля? Дьявола? Ты хочешь укокошить Сатану, я правильно поняла?

Вздохнув он ответил:

– Кора, ну почему ты продолжаешь...

– Да, да, хорошо, я в курсе, что он не Сатана. Но, черт возьми, как его не называй, добрее и приятнее он от этого не станет. Алек, ты спятил. Ты не можешь взять и уничтожить парня, который, вот уж чудо, является принцем Ада!

– Почему нет? – он ободряюще улыбнулся. Она была самой соблазнительной женщиной. Даже сейчас, когда она просто стояла изумленная, он желал ее. Он хотел погрузиться в ее огонь, чтобы поглотить ее тепло, чтобы все эти темные уголки его разума быть освещены заревом ее существования, – Обычно принцы сражаются друг с другом каждое тысячелетие, чтобы получить звание нового первого принца. По некоторым причинам, Баэль не позволил этого, и остался на троне, так сказать, задержался немного. Я просто хочу обратиться за помощью к Владыке в устранении Баэля.

Террин хватал ртом воздух как выброшенная на сушу рыба. Наконец он заговорил:

– Владыка не интересуется и не вмешивается в дела Абаддона.

– Нет? – Алек притянул к себе Кору, его мысли заполнили картины ее прекрасного тела. Он позволил ей увидеть, как сильно хочет ее, как нуждается в ней. Она прижалась к нему, разделяя его желание.

– Нет. Конечно, нет.

– А на этот раз ему стоило бы, – пробормотал Алек, и у него перехватило дыхание от картин, которые заполнили голову Коры.

– Владыка не вмешивается в дела смертных, он оставляет их на попечение сосудов.

– Ага, но ведь дело касается не только смертных, – он чмокнул Кору, сгорая от возбуждения, но взял себя в руки и продолжил, – Ты сам говорил, что если все три орудия соберутся вместе их можно использовать для разрушения мира.

– Мира смертных, – подчеркнул Террин.

– А что мешает кому-то использовать орудия против суда? Или, если на то пошло, самого Владыки?

Кора хихикнула в его мыслях.

А ты хитрюга. Хорошо, что он не может читать твои мысли, как я, иначе он никогда не поверил бы в этот блеф. И ты угрожаешь уничтожить рай, в самом деле, Алек, как ты можешь с таким серьезным лицом говорить об этом бедняге Террину?

Я не блефую, micorazon.

Сказал он и встретился взглядом с сенешалем.

– Это приведет к невероятным разрушениям, – медленно сказал Террин.

– Потому очень не хотелось бы приводить в действие этот план.

Алек, ты ... ты ...

Безумен, знаю. Но это единственный способ тебя спасти. Кора, ты не можешь перестать быть орудием Баэля, хотя тот, факт, что мы воссоединились, дает тебе некую защиту, но нам всю жизнь придется в страхе оглядываться, гадая, кто захочет воспользоваться тобой. Ты хочешь этого?

Нет, но ...

Мы должны уничтожить источник угрозы. Уничтожить Баэля. У нас нет выбора. А так как я не могу сделать это в одиночку, нам нужна помощь. А единственное существо способное нам помочь это Владыка.

– Но... почему бы просто не подождать пока мы вытащим Даймонд из Акаши, а потом уже использовать все три орудия против Баэля? Правда, ведь это лучше, чем шантажировать Владыку-который-не-Бог?

– Если бы я мог... Но ведь я темный, я связан с Абаддоном, а значит, не могу разрушить то, чему я обязан своим существованием.

– Тогда пусть кто-то другой это сделает, – волнуясь, предложила она, ему было так приятно, что она боялась за него, боялась, что Владыка будет на него зол. Никто за все эти столетия не волновался за него, – Кристоф... а нет, он тоже не может, Пия? Да, Пия!

– Пиа не обладает достаточными знаниями для того, чтобы победить первого принца. Она не сможет контролировать силу трех орудий. Нет, моя любовь, есть только одно существо, которое может свергнуть принца, и мы должны просто сказать ему, что он должен сделать это, иначе он рискует своим существованием.

– Ты грозился разрушить Рай, но не можешь уничтожить Абаддон? Как такое возможно?

– С Судом я никак не связан, – пояснил он горько усмехнувшись, он боролся с желанием выпить ее крови, заняться с ней любовью, спрятать Кору там где никто не сможет ее найти. Она принадлежала ему и он готов сделать, что угодно, лишь бы она была в безопасности.

Она хотела продолжить спор, но подъехала черная машина, на которой вернулись Пия и Кристоф.

– Так как я вам для вызова не нужен, пойду к маре Дисин и расскажу ей о вашей просьбе. Даже, я бы сказал, требовании, – сказал Террин, глядя на Алека, – Вернусь через час. Так что нам еще хватит времени для спасения сосуда.

Террин исчез в ночи, также как до него пропала Элеонора, отправившаяся глазеть на витрины.

– Хорошо, что мы пропустили? – спросила Пиа через несколько минут, когда они выезжали из города, направляясь к пещерам, – И не спрашивайте меня, как я узнала, что мы что-то пропустили, потому что Кора выглядит ошеломленной, Террин выглядел так, будто у него болит живот, а ты, Алек, как кошка, объевшаяся сметаны.

– А вот я выгляжу просто очаровательно, – сказала Элеонора.

– Да, конечно, ты очаровательна, – быстро добавила она.

Скажем им?

Спросила Кора, прижимаясь к Алеку.

Да, но когда останемся одни.

Она удивилась, но затем посмотрела на Элеонору.

Не хочешь, чтобы она знала?

Не хотел бы.

Понятно. Согласна. Нам нужно быть внимательнее с Элеонорой, она была как-то уж очень заинтересована когда мы обсуждали орудия. Клянусь, она хочет отомстить нам.

Возможно. Хотя она, кажется, и в самом деле хочет вернуться в Потусторонний мир.

Ага, но с удовольствием напакостит нам напоследок.

Посмотрим. Не волнуйся, возлюбленная. Я не позволю ей навредить тебе.

К счастью, пещера находилась недалеко от места их прибытия. Значит, времени для спасения Даймонд пока было достаточно.

– На знаке написано, что в пещеру нельзя входить, – сказала Пия, указывая на табличку "GROTTE CHAUVET-PONT-D’ ARC".

– Точно, – согласился Кристоф, сойдя с тропинки и пробиваясь через заросли.

– Как тогда нам встретиться с... оу. Черный вход, да?

Металлическая дверь, установленная в скале, была не заперта, как и было в уговоре с мастером личей. Алек позволил Кристофу идти вперед, а сам тем временем охранял нас сзади.

– Может, пойдешь с нами? Кто может напасть на нас здесь? – Спросила Кора, когда Алек жестом показал ей проходить вперед.

Он не мог удержаться и посмотрел на ее попку:

– Я могу наброситься на тебя прямо сейчас, так что проходи быстрее.

Она засмеялась, но остановила его, в ее глазах была теплота и забота.

Алек, я не хочу, чтобы ты стеснялся, так что как только почувствуешь приступ паники, сразу скажи мне. Я не страдаю клаустрофобией, а вот моя мама, да, помню, как она боролась с приступами паники, когда ей нужно было пойти в наш крошечный подвал.

Он хотел возмутиться и сказать ей, что он совсем не страдает клаустрофобией, а боится, что не сможет ее защитить, но решил насладиться чувством того, что она о нем волновалась.

Уверяю, если я запаникую, ты узнаешь об этом первой.

Хорошо.

Она лучезарно ему улыбнулась и, похлопав по руке, быстро чмокнула его. Кора вошла в металлическую дверь. Внутри пещеры были лампочки, на полу, виднелись черные кабели, без сомнения, они использовались, чтобы подвести электричество в глубину пещеры.

Они вошли в небольшую комнату с низким потолком. Полдюжины деревянных ящиков были аккуратно сложены вдоль одной стороны комнаты.

Кора нежно взяла его за руку, их пальцы переплелись, и тут они увидели высокую, худую черную женщину, одетую в оранжевый жилет и каску, она выскочила из темного отверстия на противоположной стороне комнаты.

– Ох, отлично, вы не опоздали. Словами не передать, как меня бесят люди, которые не понимают, что мое время очень ценно. И если вы думаете, что легко убедить людей, что союз создан для их же блага, то вы ошибаетесь. А вы должно быть Кристофер?

– Кристоф. Я так понимаю, вы мастер личей? – спросил Кристоф, глядя на женщину с явным недоверием. Эта женщина совсем не была похожа на человека который контролировал личей. У нее были коротко подстриженные волосы и выцветшая синяя футболка с надписью Личи тоже люди, – Эм... вы что-то сказали о союзе?

– Да, меня зовут Джейн Вудвэй, я глава международного союза личей. Союз объединяет первых личей в группу, посвященную сохранению и улучшению ее членов. Я не лич, но я полностью посвятила себя этому делу. Мы также боремся за повышение заработной платы, ну, вообще-то, ни заработной платы, так как личи редко получают компенсацию за их услуги, мы хотим добиться права на образование и трудоустройство. Наша цель в один прекрасный день всех личей перестали унижать и оскорблять.

Голос Джейн эхом отражался от низкого каменного потолка.

– Ээм... да, – Кристоф поджал губы и все присутствующие в пещере стали рассматривать мастера личей.

– А ты мне нравишься, – сказала ей Элеонора.

Джейн посмотрела на нее.

– Вы непривязанный лич, да? Хотите вступить в союз? Мы рады новичкам и любой помощи.

– Хотела бы, но я надеюсь вернуться в свой час как можно скорее. Чем вы там занимаетесь? – уточнила Элеонора.

– Ты случайно не знаешь что-нибудь о веб-сайтах? Мы пытаемся создать социальную сеть для личей, под названием Lichbook, но лича, занимающегося этим, высосал этот дьявол брат Эйлвин, и у нас не было времени, чтобы заменить ее.

– Lichbook, да? Я могла бы помочь с этим, – ответила Элеонора и повернулась к Алеку, – Я все еще жду, пока вы найдете способ, чтобы отправить меня домой, а я останусь, чтобы выручить эту хорошую женщину.

Он поклонился.

– Я сделаю все, что могу, чтобы сделать тебя счастливой, Элеонора.

Она презрительно фыркнула, но ничего не сказала, оставив ему надежду, что у них будет время от нее отдохнуть, и позаботиться о более неприятных проблемах, а затем уже приступать к ее возвращению домой.

Эта укротительница личей выглядит совсем не так, как я ее себе представляла, ты не паникуешь?

Нет, пока нет. Хотя спасибо, за заботу.

Хорошо. Дай мне знать, если я тебе понадоблюсь.

Он подумал, что никогда не наступит тот день, когда она может ему не понадобиться. К счастью, Кора была увлечена разглядыванием мастера личей и не смогла отследить его мысли.

– А сейчас, если вы готовы, я бы хотела, начать вызов, чтобы я могла вернуться к членам своей группы. Мы планируем съезд, который состоится в Монте-Карло в следующем месяце, и вы не поверите, как сложно комитету с планированием. Личи, – доверительно сообщила Джейн Коре, которая стояла рядом с ней, – абсолютно ужасны, когда дело доходит до организации.

– Правда? – переспросила Кора, – Тогда хорошо, что у них есть ты.

– Да, – лучезарно улыбаясь подтвердила она, – Это точно. Начнем?

Алек видел несколько церемоний на протяжении веков, но ни в одной не пытались украсть лича от одного хозяина и передать другому. Он предположил, что в этой церемонии будет определенный ритуал, и не ошибся.

Джейн начала церемонию, спросив у Пии, есть ли у нее что-то, принадлежащее Ульфуру.

– Боюсь, у нас есть только это, – ответила Пия, доставая хлыст.

– Хлыст? – подозрительно спросила мастер личей.

– Это для его лошади. Очень милый заклинатель научил меня, как привязывать духов, вот мы и привязали его лошадь к этой вещи. Рагнор, ты нужен нам.

Кора прижалась к Алеку, когда призрачный конь стал появляься из ниоткуда, он пару раз качнул головой и попытался укусить Кристофа.

– Даже не думай об этом, – сказал последний лошади, которая фыркала прижав уши.

Это то, о чем я думаю?

Да.

Кора присвистнула.

Лошадь призрак. О'кей, лошади тоже могут быть призраками. А я хорошо справляюсь, да? Быстро привыкаю к странностям, да, Алек?

О да, думаю ты хорошо адаптируешься к жизни Потустороннего мира. Ты случайно, не испугалась?

Нет! Ну коня-призрака я точно не боюсь.Кора посмотрела на Рагнора и протянула руку, чтобы погладить его, но рука скользнула сквозь его шею. Хотя да, може немного напугана.

Он поцеловал ее волосы и сильнее прижал к себе.

Тебе нечего бояться, любимая. Я не позволю никому и ничему, смертному или бессмертному навредить тебе.

Знаешь, такое отношение иногда надоедает и раздражает.

Но ты понимаешь, что мне нужно защищать тебя и заботиться о тебе.

Типа того.

Джейн мастер личей, казалось тоже удивилась не меньше Коры.

– Лошадь. Да. Хорошо. Она может принимать материальную форму?

– Ненадолго, да, – ответила Пия, – Рагнор?

Воздух уплотнился и начала появляться фигура лошади. Кора прижалась к Алеку.

Но, это не потому что я испугалась.

Ну, конечно нет.

Она фыркнула и улыбнулась, когда все посмотрели на нее.

– Конь-призрак. Так... ага. Эмм. От меня что-то требуется на этой церемонии?

Джейн посмотрела на нее:

– Ты как-то связана с призываемым?

– Нет. Ну, если только как... то есть мы с ним сейчас оба являемся...

– Нет, не связана, – быстро сказал Алек.

Возлюбленная, думаю не стоит говорить мастеру личей, что она сейчас в одном помещении с двумя, а то и тремя Орудиями Баэля.

Ой! Я об этом не подумала. Она кажется такой милой. Но, ты прав. Мой рот на замке. Почему она не узнала что я, как брат Эйлвин?

Вероятно, потому что он намного старше ее и либо видел Орудие либо знает по каким признакам его можно опознать.

– Сейчас вы оба что..? – с любопытством спросила Джейн у Коры.

– Оба мы с ним... контактировали с его боссом. Альфонсо де Марко. Вот, – улыбаясь во все тридцать два зуба сообщила Кора.

– Ага. Продолжим? – Джейн нарисовала круг на грязном полу, что -то напевая себе под нос. Она указала Рагнору встать в центр круга, лошадь повиновалась ей, затем Джейн вручила маленький серебряный кинжал Пие, – привязать лича к тебе? Сразу он будет привязан ко мне, но сразу после вызова, я перевяжу его к тебе. Кровь поможет его переместить. Тебе нужно порезать себя этим кинжалом, выдавить шесть капель крови в круг, бросить шесть волосинок и дунуть на лошадь, я сделаю тоже самое.

– Они будут дуть на лошадь? – спросила Кора у Алека.

– Кровь, волосы и дыхание. Шесть составляющих ритуала.

Он чувствовал как ее мозг пытается переварить услышанное. С одной стороны ей хотелось бежать куда глаза глядят, только бы подальше от этой магии, с другой любопытство подмывало остаться и посмотреть как работает заклинание.

Ритуал занял больше времени, чем он рассчитывал, по сути, было три разных церемонии, и через час воздух в кругу замерцал, сконцентрировался в одной точке, и принял форму бывшего призрака.

– Ульфур! – завизжала Пия, рванувшись в его сторону. Кристоф задержал ее, чтобы она не попала в круг.

– Не прикасайся к нему! Мы должны сначала привязать его ко мне, чтобы бывший владелец не смог призвать его. Своей кровью я привязываю тебя, своим телом, я привязываю тебя, своим дыханием, я привязываю тебя, – Джейн хлопнула в ладоши и раздался жуткий звук, словно взорвалась бомба.

Кора заткнула уши, но слишком поздно. Боже, что это было?

Звук привязывания лича. Дело сделано и у нас меньше часа чтобы призвать твою подругу.

А Де Марко не призовет его обратно?

Он не может, ответил Алек.

Почему? Кора кивнула в сторону Джейн. Она же смогла.

Джейн призвала Ульфура потому что у него была связь с Пией, в виде лошади. А он был привязан к Рагнору. Де Марко не имеет такой связи, то есть у него нет возможности призвать Ульфураот Пии.

Вот это обнадеживает.

Пока Пия обнимала Ульфура, Кристоф выписывал чек на огромную сумму для Джейн.

– Я всегда буду благодарен тебе за то, что ты сделала, – сказал Ульфур, держа Пию за руки, затем повернулся и поклонился Кристофу, – благодарен вам обоим. Но должен заметить...

– Думаю нам пора уходить, – перебил его Алек, выразительно глядя на Кристофа, он кивнул и они с Пией пошли к выходу, – Возлюбленная?

– Вот она я. Приятно снова тебя видеть, Ульфур. Нам о многом нужно поговорить, но я уверена, Джейн не терпится заняться сайтом вместе с Элеонорой, так что продолжим беседу в отеле, о'кей?

Ульфур открыл рот, чтобы что-то сказать, но уловив всеобщее напряжение промолчал и кивнул.

Они попрощались с Элеонорой и Джейн и поспешили в отель, где договорились встретиться с Террином.

– Никогда бы не подумал, что мастеры личей захотят нас использовать, – шокировано сказал Ульфур, выслушав рассказ про брата Эйлвина, – боже, нам же придется вечно с этим жить?! И любой мастер личей или некромант сможет призвать меня от Пии, когда поймет что я.

– Ну, у Алека есть план, не буду повторяться, что безумный, но это наш единственный выход.

– План? – взволнованно спросил Ульфур.

– Какой план, рассказывайте? – потребовал Кристоф.

– Безумный? Интересненько, – добавила Пия.

– Ой, ну план прост, Алек собирается уничтожить Баэля, – сказала Кора.

Тишина после этой фразы была оглушительной.

Нужно было просто все правильно организовать. А уж если он в чем и хорош, так это в составлении планов.

Глава 14

– Кора... это не больно?

Я ободряюще улыбнулась Ульфуру.

– Конечно, нет. Ты почувствуешь покалывание, словно прикоснулся к электропроводу. Почему ты думаешь, что это больно?

Он скривился.

– Все остальное причиняет боль, почему функционировать как устройство Баэля не должно?

Я уставилась на него, вот еще один страдалец. Что с вами не так, ребята?

Алек вздрогнул.

Еще один? Ты чувствуешь мою боль?

Да, чувствовала даже до того, как мы воссоединились. А не должна?

Нет. Как только я понял, что между нами есть связь, я спрятал от тебя эти эмоции.

Я подумала о тоске, бесконечной яме мучений, в которой он погряз так сильно, что любой другой на его месте, уже давно бы обезумел, но вслух ничего не сказала.

– Все здесь? Отлично. Я забронировал несколько номеров для вызова, сказал Террин, выбегая из лифта в отеле, в котором мы договорились встретиться. Он отправил нас к лифту, и, взглянув на часы, добавил, – У нас меньше двадцати минут, так что мы действительно должны приступать.

– В чем именно заключается вызов? – спросила Пия, когда мы все оказались в лифте, прижимаясь друг к другу словно селедки в банке, – Я никогда не видела как работает Орудие. Мы должны что-то делать? Я должна приказать Ульфуру что-то делать, ведь я теперь его лич... эмм... хозяйка?

– Да. Бежать куда глаза глядят, – пробубнил Кристоф, стрельнув в Алека недовольным взглядом.

Кристофу не нравился план Алека. Вообще идея уничтожить Баэля никому не нравилась, но, в конце концов, все согласились, что если Ульфур, я и Даймонд хотим жить более-менее нормальной жизнью, Баэль должен исчезнуть.

Все же Кристоф отвел Алека в сторону и они что-то жарко обсуждали на немецком.

– Говоришь по-немецки? – спросила я Пию, глядя на спорящих мужчин.

– Нет. И сейчас очень этому рада, потому что очевидно, Кристоф не любезничает с Алеком, а я не могу за него заступиться, потому что Крис только что был так мил, заплатив за возвращение Ульфура.

Мы продолжили за ними наблюдать.

– Они из-за меня ругаются? – подходя к нам, спросил, Ульфур.

– Нет. Кристофу не нравится план Алека, а я не думаю, что Алек любит, когда его отчитывают... Ой, вот и подтверждение моим словам, – Кристоф красочно выругался и отвернулся, Алек попытался остановить Кристофа, но он оттолкнул его.

– Ауч, – Пия сморщилась, когда Алек толкнул Кристофа и тот, перелетев через диван, ударился головой о столик. Вздохнув она сказала, – Думаю мы должны вмешаться. С другой стороны, может они должны сами во всем разобраться.

– Скорее всего.

С тобой все в порядке?

Да.

Его ответ был, резким, в тон его настроению, Кристоф вскочил на ноги и теперь кричал по-итальянски на Алека. К тому времени, как они закончили, Ульфур успел расспросить меня обо всех вариантах боли, которую мы можем испытать, являясь игрушками Баэля. Мужчины наконец пришли к единому мнению, к счастью, обошлось без кровопролития.

Террин внимательно посмотрел на Алека, когда все мы ехали в лифте.

– Я говорил с владыкой о твоей просьбе.

– И? – поинтересовался Алек, вопросительно приподнимая бровь.

Вздохнув, Террин ответил:

– Владыка хочет, чтобы вы знали, оно не вмешивается в дела, не имеющие к нему отношения. А ваша ситуация, несмотря на твои угрозы, к нему никакого отношения не имеет.

Алек мысленно выругался. Мой желудок сжался от страха. Почувствовав это, Алек обнял меня крепче.

– И это все? Оно сказало, что никак не связано с нашей ситуацией? – переспросила я, готовая разрыдаться от обиды и кричать от гнева, заставляя директора небес помочь нам, потому что мы хорошие ребята.

– Нет, это не все. Оно упомянуло несколько других вещей, конкретно одну, которая я думаю, может показаться вам полезной, – в глазах Террина загорелись веселые искорки.

– Что это? – спросила я.

– Скорее это касается Алека.

– И что же это? – уточнил Алек.

Улыбаясь Террин ответил:

– Давай, зажигай.

Алек насмешливо хмыкнул.

– Давай? – удивленно переспросила я.

– Именно так оно и сказало.

– Давай!? – я закипела от ярости, – Какого хрена оно имело в виду? Зажигай? Мне совсем не нравится этот ваш Владыка. Вот подождите, мы вытащим Даймонд и посмотрим, как тогда запоет это ваше Оно!

– Кора, я не думаю... – начала было Пия, но я перебила ее.

– Ваш драгоценный владыка хочет, чтобы мы зажгли? Отлично! Так и сделаем!

Террин был в шоке, Алек притянул меня к себе и осторожно заметил:

– Mi corazon...

– Я не позволю какому-то болвану нести чушь!

– Болвану? – выдохнул Террин.

– Ооой... – испуганно протянула Пия.

Алек внимательно смотрел на меня.

– Понятия не имел, что ты такая агрессивная.

– Я не такая. Совсем, – возразила я, закатывая рукава, будто собиралась с кем-то драться, – Но, я не потерплю, чтобы мной помыкали, не ты, не Баэль, не какая-то задница возомнившая себя Богом, не ангелы или херувимы или кто там у них еще есть в этой убогой версии рая!

Террин растерянно заморгал.

– Давай Кора, покажи нам всем, что ты на самом деле думаешь, – улыбаясь, предложил Кристоф.

Не успела я откликнуться на его предложение, как мы оказались в номере, который снял Террин. Я промаршировала в комнату, чувствуя себя как собака, готовая сорваться с цепи. У нас была всего одна надежда и теперь мы в отчаянии.

– Зажигай! – злобно повторяла я.

Возлюбленная, твое бормотание нам никак не поможет.

Возможно, зато мне от этого намного лучше. Мы потеряли последнюю надежду. Я с удовольствием надрала бы задницу этому Владыке.

Не потеряли. Мы должны послушать, какую помощь нам предложит Владыка. Хотя если ты продолжишь сыпать проклятия на его голову, боюсь мы рискуем потерять его поддержку.

Я удивленно уставилась на Алека. Террин поставил меня рядом с Ульфуром и начал читать заклинание.

Ты что не слышал Террина? Он сказал Владыка не поможет нам.

Он сказал, что Владыка не связан с делами смертных. Также он сказал, что они говорили кое о чем еще. Думаю, Террин хотел сначала вернуть Даймонд, а потом поделиться с нами подробностями.

Терпеть не могу, когда ты соображаешь быстрее, чем я.

В его зеленых глазах заблестело возбуждение.

У меня просто больше опыта в общении с чиновниками иного мира. И если ты продолжишь так на меня смотреть, я отнесу тебя на ближайшую кровать и изнасилую.

О, это было бы прекрасно ...К сожалению, Террин требовал моего внимания, с неохотой я перестала воображать, как язычком провожу по каждому сантиметру тела Алека, и сосредоточилась на выполнении своей задачи.

Вызов был намного короче, чем у стражницы Ноэль, по-видимому, потому что присутствовали и я и Ульфур, что придало Террину больше энергии для вызова. Не знаю, по какой причине, не успел он и несколько слов произнести, как воздух замерцал и превратился в женщину, с ярко-розовым маркером в руке, которая говорила:

– Теперь, если вы реорганизуете фокус-группы, включив участников, которых не подвешивали за пальцы ног, вы будете иметь лучшее представление о том, как должны выглядеть пытки, и какие цели имеет группа... о, привет, Кора!

Террин с облегчением опустил плечи:

– Слава звездам. Добро пожаловать, Даймонд.

– Террин! Сто лет тебя не видела. Великолепен, как всегда! – довольно улыбаясь, прощебетала Даймонд, ее улыбка стала шире, когда она заметила Алека, – Ой, Кора и твой милый темный здесь. Но жаль, что вы вызвали меня прямо во время моего семинара по улучшению способа пыток.

Она крепко обняла меня, затем отошла, наклонила голову, снова меня обняла и спросила:

– Что произошло? Ты какая-то... другая.

– Да. Мы выяснили, что ты, я и Ульфур орудия Баэля. Ты – Voce Люцифера.

Она удивилась.

– Кто я? Как... ? О, эта чаша в подвале? Как любопытно, – Она осторожно посмотрела на Пию и Кристофа, – Я надеюсь, что вы хорошо знаете этих людей, Кора, потому что, если то, что вы говорите, так, а у меня нет причин сомневаться в этом, то все три Орудия присутствуют в одном месте, и, это может быть очень плохо, если те два человека не заслуживают доверия...

– Знаем, – я коротко пояснила ей кто такие Пия и Ульфур.

– Прости, Зоря? – переспросила Даймонд, – Я никогда не встречала ни одной, но всегда мечтала об этом. Правда, что ты можешь управлять лунным светом?

– Бывшая Зоря, – прорычал Кристоф.

– Точно. Да, но больше не могу. Я потеряла силы Зори.

– Очень плохо, – вздохнув, сказала Даймонд.

Террин, сообщил, что вернется в Суд, чтобы сообщить Дисин, что Даймонд снова в мире смертных.

– Спасибо, хотя я действительно хорошо проводила время в Акаше, – сказала она, обнимая его, – Скажи прабабушке, что я загляну к ней в гости на днях, как только смогу. О, полагаю, я должна позвонить Ди, сказать, что со мной все в порядке. Он, наверное, сходит с ума от беспокойства, – Даймонд вытащила сотовый телефон и пошла в спальню, напевая тихонько себе под нос.

– Она понятия не имеет, что могла застрять там навечно, да? – спросила я.

– Она знает. Но понимает, что мы успели вовремя, – ответил Террин, переводя взгляд с меня на Алека, который, скрестив руки на груди, наблюдал за ним.

– Это так в ее стиле. Итак, нам придется напасть на врата небесные или ваш Владыка сам нам поможет? Алек говорит ты что-то скрываешь и твой босс нам поможет, но, если честно, я так не думаю. Нам стоит показать вашему бесценному Владыке на что мы способны, – пригрозила я и яростно посмотрела на Террина.

Вдохнув Террин, устало махнул в сторону Алека.

– Я не знаю, как устоять перед лицом такой угрозы. Вообще-то, твой Темный прав. Владыка, хоть и не в состоянии нарушить протоколы Суда Божественной Крови, тем не менее, сочувствует проблемам смертных, и по этой причине, приказал мне связаться, по поводу вашей ситуации с теми, кто имеет опыт работы с Баэлем и Абаддоном.

– С кем это? – с любопытством поинтересовалась Пия.

– Со мной, – ответил с порога женский голос.

Мы все обернулись и в дверях увидели красивую блондинку, в кремовом костюме.

– Ого, двое Темных и их Возлюбленные! Как интересно! Я никогда не думала, что снова увижу темных. Террин, дорогой, ты выглядишь как старик в этом костюме! Что я тебе говорила? Твой тип внешности – лето. Ты должен носить нежно персиковый, серый и кремовый, а не унылый коричневый, который ты все время напяливаешь. Воспользовался средствами для ухода за кожей, которые я подарила тебе на день рождения? Нет, не так ли? Я вижу, что ты этого не сделал. Честно говоря, не понимаю, почему я напрягаюсь, пытаясь помочь тебе, если ты отклоняешь все мои советы?

– Это Салли, – ответил Террин, с мученическим выражением лица.

– Для вас принц Салли, – сказала она и засмеялась, когда он поморщился, – Или «Ваше Адское Высочество, Салли – Лорд двадцати семи легионов». Или даже: «Салли Magnifique». По-французски все звучит лучше, вам не кажется? Не то чтобы это официальное название, ну вы понимаете, – доверительно сообщила она нам, – Но я думаю, что это шикарно звучит и раздражает других лордов демонов, поэтому мне нравится так себя называть. Я так понимаю, у вас кое-какие проблемы с Баэлем и вы хотели бы их решить?

– Принц Салли? – переспросила я, гадая, наступит ли день, когда я буду сразу понимать, о чем все говорят.

– Dio, – Кристоф устало потер переносицу, – Только этого нам не хватало.

– Чего нам не хватало? – спросила Пия.

– Эээ... Бесит, что я тут самая глупая, но почему ты принц, а не принцесса? Если только ты не... Ты трансвестит?

– Я? Трансвестит? – Салли звонко засмеялась, – Боже, нужно запомнить эту шутку и всех развеселить. Я-то? Ха-ха-ха.

Террин закатил глаза.

– Теперь, когда с вами Салли, которая, я вас уверяю, точно не трансвестит, я вас покину. Меня ждет мара.

– Ага, поняла. Вы двое... вместе? – спросила я, кивая в сторону Салли.

Она улыбнулась и послала Террину воздушный поцелуй.

– Еще как вместе, правда, сладенький?

– Увы, это правда, – он вздохнул и заковылял из комнаты.

– Он такой милашка, когда изображает из себя святого мученика Террина, правда?

– Я все слышу, – крикнул он напоследок и хлопнул дверью.

Салли воспользовалась возможностью и тщательно меня осмотрела.

– Тебе очень идет это платье. Цвет хорошо сочетается с тоном кожи, – сказала она наконец, и я совсем не это ожидала услышать. Я посмотрела на янтарного цвета короткое кружевное платье, провела рукой по бисеру на декольте и заметила, что Алек смотрел на мои ноги.

Перестань. Ты уже видел мои ноги.

Да. Но только сейчас заметил как открыто твое платье. В будущем я бы хотел, чтобы ты носила платья ниже колен.

Не командуй, захочу вообще буду разгуливать в одном бикини.

– Однако, – перебила Салли мысленную лекцию Алека, – твои волосы, милая... когда я училась в Академии Красоты Феи Кэрри, у нас было правило, никогда не выходить из дома с плохой прической. Ты явно ему не следуешь.

Я прикоснулась к своим волосам, собираясь возразить, но она улыбнулась мне и я заметила, что у Салли слишком много зубов.

– Я принц, потому что по правилам Абаддона все лорды демонов принцы, независимо от пола.

– Боже, ты лорд демонов? – спросила Пия и по голосу я поняла, что она шокирована не меньше меня.

Прижимаясь к Алеку я завопила:

– Срань господня! Алек она лорд демонов, надо сваливать отсюда!

– Ульфур! – крикнула Пия, потянувшись к нему, – Кристоф, не стой столбом, сделай что-нибудь!

Владыка послал ее помочь нам.

– Что именно сделать? – спросил Кристоф у Пии.

Мы все здесь! Все три орудия! Она могла бы использовать нас.

– Она ЛОРД ДЕМОНОВ! – воскликнула Пия, махнув рукой в сторону Салли, очевидно ее осенила та же мысль, что и меня.

Даа, медленно протянул Алек, в его мозгу прокручивались все возможные варианты событий. Думаю, именно этого и хотел Владыка.

– Я не плохая, ну, иногда да, но большую часть времени, я просто капризничаю, понимаете, да?

Хочешь сказать, что эта женщина должна свергнуть Баэля и занять его место? Но, что помешает ей воспользоваться нами в своих целях?

Баэль будет уничтожен. Значит и его сила тоже. То есть ты больше не сможешь ее передавать, никто не сможет использовать тебя.

– Ага, – воскликнула я и поняла, почему Алек совсем не паникует, – Ты собираешься занять место Баэля? – спросила я у Салли.

– Ну... – Она сбросила невидимую пылинку со своего костюма, – Признаюсь, у меня было крошечное, очень-очень маленькое желание, стать главным принцем Абаддона, но на самом деле, я это делаю потому, что Владыка считает важным, чтобы вам помогли.

– Не понимаю, – сказала Пия.

– И я... – согласился Ульфур, с сомнением глядя на Салли, – Если ты лорд демонов, почему Владыка доверяет тебе?

– Ага, – добавила я, тоже желая узнать об этом.

Она пожала плечами.

– Вам лучше спросить об этом Владыку. А сейчас мне нужно кое-что сделать. Может начнем?

Дверь открылась и двое вошли в комнату, один был похож на женщину с мечом.

– Демоны ярости! – воскликнул Ульфур, отступая назад. Салли схватила его и швырнула в сторону двери, а затем повернулась ко мне. Сначала я подумала, что она так пытается отвлечь демонов, но выражение ее лица заставило в этом усомниться.

– Алек... – только я успела промолвить, и двое демонов набросились на Кристофа и Алека. Я закричала и врезалась в Салли, которая схватила меня и потащила к двери вслед за Ульфуром.

Глава 15

Если вам кажется, что два крепких человека могут справиться с маленькой женщиной, вы правы, только если эта женщина не лорд демонов.

– Ауч! – завизжала я, пытаясь ущипнуть Салли, когда та швырнула нас с Ульфуром в лифт, – Ах ты ж сучка!

Я поползла к ней, потому что не могла встать из-за Ульфура, валяющегося на мне. Я пыталась укусить ее, но она лишь рукой взмахнула и я снова ударилась об пол.

– Ой, да перестань ты, – сказала она, махнув рукой и я застыла, с Ульфуром лежащим на мне.

Она перешагнула через наши тела и нажала на кнопку в лифте, напевая что-то себе под нос пока мы ехали вниз.

– Я знала! Знала, что лорд демонов не может быть хорошим!

Алек!

Возлюбленная? Ты в порядке? Где ты?

В лифте. Лежу на полу. Алек, демоны ярости ... Салли злая! А я ведь так и думала!

Почему ... Черт побери!

Что-то не так?

Кроме того, что Кристоф и я пытаемся спастись от демонов ярости, которые хотят нас обезглавить, все отлично.

Ой. Я отвлекаю тебя?

Ты ранена?

Нет.

Тогда отвлекаешь. Я приду за тобой, как только мы уничтожим демонов.

– Хорошая, плохая... нельзя делить все на черное и белое, когда существует столько оттенков серого... – сказала Салли.

– Думаешь, такая умная? Подожди, вот только Алек избавится от твоих демонов, тогда мы покажем тебе, где раки зимуют! Правильно, Ульфур?

– Угу, – промычал он.

– Выкуси! Ты еще пожалеешь об этом, когда мы расскажем обо всем твоему парню!

Салли продолжала напевать и меня посетила жуткая мысль.

– Господи! Он с тобой заодно! Да? Ой и мы поверили ему, когда он сказал, что Владыка порекомендовал тебя. Вот козел! Ну, мы еще поговорим об этом с Владыкой и... ему все... вот о тебе и Террине все расскажем!

Салли собиралась что-то ответить, но двери лифта открылись и перед нами возникла пара с маленьким ребенком на руках.

– Мне очень жаль, но не могли бы вы подождать? Мои друзья грозятся замучить меня до потери сознания, и я очень хочу посмотреть, как именно они это будут делать. Я надеюсь, это включает в себя тиски для пальцев. Я люблю этот вид пытки. Они такие безобидные, и все же могут дать чудесные результаты, вам не кажется?

Парочка побежала в сторону лестницы, мужчина прижимал ребенка поближе к себе.

– И об этом я тоже расскажу Владыке, – сказала я лодыжке Салли.

– Стукачи долго не живут, – ответила она.

– Что ты собираешься с нами делать? – я пыталась говорить так, чтобы голос не дрожал.

– Вас очень хочет видеть один мой друг. А я ему задолжала.

– Друг? У тебя есть друг? Думала такие как ты просто используют других людей.

– Такая неблагодарность, – сказала Салли, разглядывая свой ноготь, абсолютно не беспокоясь ни о чем, – И подумать только, я пошла на такие неприятности из-за вас. Ой, вот мы и приехали.

Мы не спустились в подвал, или нижний этаж, который используют только служащие отеля, нет, двери открылись и мы увидели сливочно-золотистого цвета коридор, и три пары ног. Две пары мужских в черных брюках, и одна в джинсах. Я не могла видеть, кто они, но понимала, без единого сомнения, что Салли собиралась вручить Ульфура и меня Баэлю.

– Я доберусь до тебя, – сказала я паре ног рядом с моим лицом. Его ботинки были дорогими на вид, как у бизнесменов-миллиардеров, когда они выходят из своих лимузинов, – И если я не смогу, то знаю вампа, который доберется!

– Почему смертные уверены, что они имеют хоть какие-то шансы, победить меня? – спросил хорошо поставленный голос с английским акцентом, когда дорогая обувь шагнула в лифт, – Что ты с ними сделала, Салли?

Я задумалась, должна ли я сообщить Алеку, что Салли схватила меня и Ульфура, но решила, что отвлеку его этой информацией, и в данный момент это может иметь смертельные последствия. Я буду ждать, пока он не даст мне понять, что с ним все в порядке, тогда и расскажу про Салли.

– Будь ты проклят! – зарычала я на обувь, изо всех сил, пытаясь поставить свое тело в вертикальное положение. Это было бесполезно – неважно, как Салли это сделала, но мы были пригвождены к полу.

– Просто обычное заклинание неподвижности, мой принц. С ней немного трудно. Ну, ты знаешь, какие смертные, они могут поднять такой шум по поводу самых незначительных вещей.

– Незначительных, таких как предательство, хотя мы тебе доверяли? – возмутилась я.

– Приведите женщину и лича. С удовольствием покажу им как я зол на них.

Мне не понравилось то, что он сказал. Может пора рассказать Алеку о том, что происходит. Хотя если он все еще сражается с демонами ярости Баэля, то я сделаю только хуже.

Намного хуже.

– Будь осторожен, женщина кусается, – посоветовала ему Салли.

Нет, я сама со всем справлюсь, пока Алек занят.

– Черт побери! Еще как! – сказала я, уставившись на пару блестящих ботинок, и тут меня подняли с пола. Я зарычала, – Клянусь всеми святыми, ты заплатишь за все!

– А еще она очень враждебна, – услышала я, как Салли добавила, следуя за нами.

– Куда вы нас ведете? – потребовала я.

Баэль ответил спокойным голосом, но мурашки побежали по моей коже...

– Я не позволял тебе говорить, женщина.

– А я не позволяла тебе делать меня своим Орудием, а стала им! – рявкнула я в ответ.

– Кора, Кора, Кора, – неодобрительно прокомментировала Салли, – Дорогая, этикету Абаддона тебя точно не учили, но ты могла бы догадаться, что не стоит хамить Лорду Баэлю.

– Заставь женщину молчать, если она снова заговорит, – сказал Баэль и меня швырнули на кровать, следом прилетел Ульфур. Мы все ещё не могли двигаться, так что я не могла скинуть с себя Ульфура. Обездвиженный он лежал на моих ногах.

– О, с удовольствием, потому что знаете, жизнь слишком коротка, чтобы мириться с людьми, которые вас бесят. Ну, конечно, не моя жизнь, – усмехаясь, сказала Салли. Я стиснула зубы и пожалела, что не могу воспользоваться силой Баэля, – Ну вы поняли, что я имею в виду-жизнь в целом. На самом деле, лучше заставить ее замолчать сейчас, потому что я уверенна, она будет кричать, просить, умолять и я не хочу, чтобы тебя беспокоили.

– Никогда не наступит тот день, когда просьбы и мольбы меня побеспокоят, – сказал Баэль и махнул рукой, после чего два его спутника исчезли, – но ты можешь заставить замолчать женщину, если пожелаешь. Ей не обязательно говорить.

– Эй!– Сказала я, моя кожа снова покрылась мурашками, они оба явно говорили о пытках, – Я здесь! И все слышу! Салли, ради всего святого... э... дерьмо! Ты такая плохая, просто жуть. Я не знаю, почему ты делаешь это, но должна заметить, Алек не потерпит, что ты злоупотребляла мной. И я знаю, Пиа отомстит вам за Ульфура. Что... э... что ты имел в виду, почему мне не обязательно говорить? – Спросила я у Баэля, который проигнорировал меня и посмотрел свой мобильный телефон.

– Знаешь, – медленно заговорила Салли, она казалась задумчивой, – Думаю Кора в чем то права, я должна кое-что сказать тебе, мой господин.

Раздался жуткий вой, словно тысячи душ пытали и они плакали одновременно.

– Боже, что это было? – волосы на всем теле встали дыбом.

– Ой, об этом я и хотела поговорить, – сказала Салли, – это один из демонов ярости Баэля, Кора, очевидно темные уничтожили его. И хотя я бы никогда не стала говорить от лица Баэля, но думаю он имел в виду, что его Орудия нельзя просто лишить силы, значит он просто убьет вас, – хихикнув, сказала Салли.

– Ты самая злая женщина во всем мире!

– Не льсти мне, так о чем это я? Ах, да, о том, что вас убьют. Так вот, лорд Баэль уничтожит вас и от тебя, Кора останется только внешняя оболочка. К тому же ты его раздражаешь своей болтовней.

– Еще как, – не отрываясь от телефона, подтвердил Баэль. Я гадала, сидел ли он в Фэйсбуке, – вход через который украли мои Орудия заколдован, так что больше никто не сможет через него пробраться, – он посмотрел на Ульфура и добавил, – Конечно, лич, будет наказан за то, что из-за него я потерял кучу драгоценного времени.

Ужас охвативший Ульфура передался и мне, он ахнул, но ничего не сказал, очевидно решив, что чем меньше он привлекает к себе внимания, тем лучше.

Это была разумная мысль, я постаралась привлечь внимание Баэля:

– Но зачем же нас убивать?

– Ой, сладкая, по другому мы не можем лишить вас силы Баэля. Уничтожив свойства орудия, мы уничтожим и вас. Грустно, но иначе не выйдет. Баэлю нужно найти Агриппу, чтобы сделать это. Мы же не можем позволить Орудиям разгуливать по белу свету, ожидая когда кто-то использует вас.

– О, конечно, – сказала я с сарказмом, – Салли, ты меня удивляешь, в самом деле. Ты выглядишь такой милой, но на самом деле, у тебя нет сердца, не так ли? Тебя ни в коей мере не беспокоит, что ты предала Ульфура и меня, да? Ты ни на йоту не сочувствуешь нам и тебе все равно, что человек, который, по сути, дьявол, будет мучить и уничтожит нас. Это просто не имеет значения никакого значения для тебя?

– Милая, я лорд демонов, – сказала она, мило улыбаясь, – мы бессердечны. К тому же, лорд Баэль никогда никому не сопереживает, он ведь принц Абаддона.

Я закрыла глаза на мгновение, сердце сжималось от страха. Я должна придумать как вытащить нас отсюда... Или хотя бы как выжить пока Алек разбирается со вторым демоном ярости. Потом он спасёт нас.

– Вернёмся к нашему уничтожению, – я отчаянно старалась потянуть время, – что за Агриппа и...

– Салли, у меня нет времени на эти глупости, – перебил меня Баэль, – что ты хотела мне сказать? – спросил он у Салли, отвлекаясь от телефона.

– Кора уже упоминала о том, что она возлюбленная. Ульфур лич, а его хозяйка тоже возлюбленная другого темного.

Баэль нахмурился:

– Меня это мало волнует.

– Понятно, что они не могут навредить тебе, конечно нет, – ласково заметила Салли, меняя тактику, она улыбнулась. Я не понимала как она, хоть и сама была истинным злом, могла так себя вести с этим жутким монстром, – Никто не смеет угрожать тебе, ведь ты так силен.

Я не была уверена, но казалось, она строит ему глазки!

– Разберись с этим сама, у меня очень много дел. Нужно переместить сюда Агриппу.

– Конечно, ты ведь меня знаешь, сладенький, – ответила Салли и я убедилась, что она точно заигрывает с ним. Салли прикоснулась к его руке, – я знаю, что ты занятой человек, поэтому скажу кратко – раз у нас есть Возлюбленные, есть взбесившиеся Темные, если есть Темные значит мы имеем дело с Моравским Советом. А помня, какие у тебя отношения с советом, не думаю, что ты хотел бы настроить их против себя.

Это еще что за хрень? У вампов есть какая-то власть над Баэлем? Если так, почему Алек об этом не сказал?

Алек? Как там обстановка?

Ррр ...

Это значит хорошо, да?

Одного демона мы уничтожили, а вот второго ...

Я почувствовала резкую боль и вздрогнула, чувствуя себя виноватой, что отвлекла его.

Прости. Я замолкаю.

Баэль молчал. После долгих размышлений, он наконец ответил:

– Я сам с ними поговорю. Просто объясню, что с их слугами все в порядке. Отведи этих двоих в мой дворец и жди Агриппу.

Салли поклонилась:

– Как пожелаете, мой господин. Я живу, чтобы выполнять твои приказы.

Я подождала пока за Баэлем закрылась дверь и злобно зашипела на Салли:

– Ты пожалеешь, когда Алек доберется до тебя! И я не служанка Алека!

Салли подкатила глаза и отправилась в ванную.

– Нужно припудрить носик, вернусь через пару сек.

Алек, не хочу тебя отвлекать, но к тебе гости.

Какие еще гости?

Баэль.

Он чертыхнулся.

А вы с Ульфуром в порядке?

Я хотела сказать, чтобы он пришел и спас меня, но знала, что ему сейчас не до этого.

С нами все отлично ... А как Даймонд? В порядке?

Она не выходила из спальни. Боже!

Что?

Снова послышался жуткий вой.

Мы были так близко.

Сказал Алек и даже через несколько этажей я чувствовала как он устал.

Убил демона? Хорошо. А теперь вали оттуда пока Баэль не нашел тебя!

Я пойду за тобой. Где ты? Ты с Салли?

Дааа ... Кстати об этом ...

Оставайся с ней. Мы сбежим с Даймонд. Черт, похоже он уже здесь. Найду тебя как только Даймонд будет в безопасности.

– Думаю нам никто не поможет, потому что они пытаются сбежать от Баэля. Ты в порядке?

– Да, – ответил Ульфур, с болью в голосе.

– Ты не можешь двигаться?

– Нет. Но хотелось бы.

– Мне тоже.

– Кора...

– Что?

Он сомневался пару секунд, затем сказал:

– Прости за то, что втянул тебя во все это. С Баэлем, орудиями. Я понятия не имел, что кто-то еще был в том доме.

– Ну у тебя не было выбора, так? То есть де Марко ведь заставил тебя украсть орудия?

– Да, – сказал он полным сожаления голосом, – но все же прости, мне жаль.

– Я ценю это. Но нам рано сдаваться. Мы прорвемся. Для начала нам нужно избавиться от Салли. Есть же способ ее вырубить? Или поджарить ее силой Баэля? Может если я дотронусь до тебя, то смогу передать силу и...

– Так-то лучше. Чувствую себя голой, когда хожу без помады, – сказала Салли, возвращаясь из ванной, – Продолжим? Лорд Баэль хочет видеть вас в своем дворце, но ближайший вход в него в Париже. Жуткое путешествие, даже думать о нем не хочу. Тут рядом мой дворец, в виде виллы 14 века. Сначала отправимся туда, а потом уже в Черный дворец Баэля.

– К тебе домой? Ты же не будешь нести нас всю дорогу? – в моей голове начал зреть план побега.

– Конечно нет, – смеясь сказала она.

Ей придется снять заклинание, которое нас обездвижило. Она отпустит нас и... Я вздохнула с облегчением. Мы сбежим.

– Ох как я рада, словами не передать. У меня уже все мышцы затекли!

– Я не сниму заклинание, вы же сбежите. А Баэлю это ой как не понравится.

– Ты только что сказала, что не можешь нас нести, – запротестовала я.

– И не понесу.

Мои мечты разбились вдребезги.

– Но... тогда как... как мы попадет к тебе? У тебя есть прихвостни? Как у Баэля?

– Тысячи, но они заняты сея хаос и разрушения, так что я сама все сделаю.

К моему удивлению, она вытянулась и разорвала... именно разорвала то, из чего сделано пространство. Образовалась дыра, окруженная чернотой.

– Матерь Божья! – закричала я, когда Салли схватила меня и швырнула в дыру.

Глава 16

Алек рассеянно вытер кровь, которая капала на штаны с его руки и пальцев, рана нанесенная демоном ярости медленно исцелялась.

– Давай сюда, – сказал он, поднимая здоровую руку, чтобы помочь Даймонд спуститься с балкона, – Я думаю, что это аллея ведет к... Серьезно?

– Ой, еще как серьезно! Ты не поверишь, как безжалостны бизнесмены в северной Калифорнии! Думаешь, лорды демонов плохие? Да они по сравнению с...

– Тсс... – сказал Алек, прислушиваясь к двум мужчинам, бежавшим в сторону аллеи.

– ...Салли сказала... Корасон...

– Даймонд, думаю комментарий Алека был о беседе двух мужчин, а не по поводу твоего опыта в недвижимости, – сказал Кристоф, спрыгивая на землю и готовясь поймать Пию.

– Ты мой силач, Бу, – сказала она Кристофу и поцеловала, он крепче сжал ее в своих объятиях. Кристоф улыбнулся и выглядел так, будто хотел поцеловать ее гораздо чувственнее, но, вовремя понял, что глухой переулок у отеля, и первый принц Абаддона на хвосте, не очень располагают для романтики.

– Каких мужчин? – спросила Даймонд, потирая ноги, – Проклятый отель. Они что не чистят канализационную трубу?

– Почему они говорили о Коре и Салли, если только не... вот черт! – Алек замолчал и побежал, страх заполнял каждую его частичку.

– Куда это он? Ой, я не могу бежать в этих туфлях. Эй! – услышал он крики Даймонд.

– У них Кора, – прорычал Кристоф, подгоняя женщин. Алек не стал ждать, пока они его догонят и пулей вылетел из аллеи. Черный седан вырулил из квартала и умчался в ночь. Алек ругал себя на чем свет стоит и взглядом искал парковку рядом с отелем. Кристоф и женщины догнали его. Он, не останавливаясь, схватил Даймонд и перекинул через плечо.

– Они отправились на запад, на автомагистраль, – крикнул он, игнорируя вопли Даймонд, что она сама может идти, – Замолчи, женщина, ты идешь слишком медленно. Я не стану рисковать Корой, из-за твоих туфель. Кристоф, ключи?

Алек знал, что они быстро найдут тех двоих, но чувствовал как уходит каждая секунда. Как, черт возьми, эти ублюдки нашли Кору? И почему она не сказала ему о них?

Mi querida, ты цела?Спросил он резко нажав на тормоза, объезжая влюбленную пару. Корасон?

– Не понимаю, что происходит? Кого увидел Алек? Почему он так расстроен? – выпытывала Даймонд.

Кора, сейчас же ответь мне!

– Двое мужчин из Моравского Совета, – ответила Пия.

– Но... Алек и Кристоф Темные. Плохая примета видеть тех, кто правит ими? – спросила Даймонд.

Возлюбленная, тишина пугает меня. Мне нужно, чтобы ты ответила.

– О, да, когда они хотят посадить тебя в тюрьму в Акаше. Алек? – Кристоф, глядя в навигатор, указал на право когда шоссе изогнулось вокруг холма, – здесь съезд на другое шоссе. Может они там поехали.

Алек чертыхнулся.

– Черт побери, почему она молчит!

– Она не отвечает?

– Нет, – Алек резко дернул руль автомобиля и съехал с дороги. Впереди был знак выхода на шоссе, которое вело с востока на запад. Он понятия не имел, поехали советники по этой дороге или нет. Черт, он ничего не знал, они вообще могли поехать в противоположном направлении.

– Ну, они с Салли, да? – сказала Даймонд, пожимая плечами, – Они скорее всего, отправились к ней домой.

Алек отстегнул ремень безопасности и повернулся к Даймонд:

– У Салли есть дом во Франции? На юге?

– Да, – ответила Даймонд, испуганно глядя на него, – В Прива, не далеко от нас, по крайней мере, мне так кажется. Прошлым летом она организовала здесь барбекю, когда стала лордом демонов, и пригласила всех членов Суда, чтобы они посмотрели на ее новый дворец. Ну, расширение ее дворца в мир смертных, потому что, естественно, мы не могли войти в часть принадлежащую Абаддону. Я имею в виду, что бы Владыка сказал, если бы увидел как мы резвимся вокруг входа в Абаддон и наслаждаемся стейком и лососем?

Алек уставился на нее и мысленно сосчитал до десяти.

– Зачем курьеру отправляться в дом Салли?

Даймонд пожала плечами.

– Это удобно? Если они пытаются заманить тебя в ловушку, чтобы отправить в Акашу, это наиболее подходящее место. Или у Моравского Совета есть здание в этом районе?

– Нет, – ответил Кристоф, когда Алек отвернулся, завел двигатель и игнорируя трафик вырулил на восток, – наверное они схватили Салли и Ульфура тоже. Кора все еще не отвечает?

Я иду, я спасу тебя, возлюбленная. Не переживай за свою безопасность. Я никому не позволю причинить тебе боль.

– Нет, не отвечает, – в отчаянии ответил он, думая о том, что Корасон пытают. Курьер не собирался убивать Кору, но она точно будет бороться с ним, и он может использовать больше силы, чем необходимо, чтобы подчинить ее.

От этой мысли он сильнее заскрежетал зубами, отчаянно желая быть рядом с ней, чтобы защитить ее, он гнал все быстрее.

Поездка в Прива была самой длинной в его жизни, видения ужасных пыток Коры не покидали его, и он поклялся, что если из-за курьера или его партнера, хоть волосок упадет с головы Коры, он растерзает их.

– Алек рычит? – спросила Даймонд у Пии.

– О, да. Да, и проклинает всех, – ответила она.

– На латыни, – добавил Кристоф. Алек стрельнул взглядом на друга. Кристоф ухмыльнулся и сказал по-итальянски, – С ней все будет в порядке. У них нет причин пытать ее.

– Кора-борец, она не потерпит, чтобы ее использовали в качестве приманки, чтобы поймать меня. Она будет бороться.

– А еще она твоя возлюбленная, и не будет принимать травмы как смертные. Я знаю, ты волнуешься, но только помни, что ты их цель, а не она.

– О чем вы, ребята, говорите? – спросила Пия, постучав пальцем по затылку Кристофа, – Вы знаете, как я ненавижу, когда вы говорите на других языках, а я не понимаю о чем вы. Так что перестаньте и скажите мне, о чем вы говорили.

Алек проигнорировал болтовню женщин, обсуждавших, что Совет может сделать с его возлюбленной, и сосредоточил свое внимание на том, чтобы как можно быстрее добраться до дома Салли, не убив при этом, попадающихся на пути смертных. Кристоф, зная, что Алек чувствовал, хранил молчание, раскрывая рот только, чтобы указывать куда свернуть, карта этой области лежала на его коленях.

Периодически Алек пытался достучаться до Коры, но ответом было молчание. Самое страшное было в том, что он не чувствовал ее присутствия. Курьер мог бы заставить ее замолчать, угрожая или используя наркотики, но он все равно чувствовал бы ее. Но сейчас... он чувствовал себя пустым, как будто она ушла, и забрала его душу с собой.

– Если они навредили ей, – сказал он Кристофу по-немецки.

– Не мучай себя, – перебил его Крис, указывая на кованые железные ворота. – Кристиан Данте может много чего натворить, но он не будет прятать Возлюбленную, которой причинили вред. Его собственная никогда бы этого не позволила.

Алек зарычал и, не дожидаясь пока ворота откроются, нажал на газ и врезался в них в лучшем стиле героя экшнов. Но при этом помял бампер.

Кристоф вздохнул:

– А вот и минус с депозита за нанесенный ущерб.

– Ух ты! – Ахнула Пиа, вцепившись в сиденье Кристофа, – У меня чуть сердечный приступ не случился! В следующий раз предупреди нас, когда соберешься... Вот это да! Гляньте-ка! Это ж дворец!

– Ага, – не отрывая глаз от своего мобильника, подтвердила Даймонд, – Один из тех, что Людовик подарил своей любовнице. Людовик тринадцатый? Четырнадцатый? Я всегда их путала. Салли сказала, она купила его по дешевке у мага, который выставил дом на продажу, чтобы выкупить душу.

Алек выскочил из машины на ходу, увидев машину членов совета, он сжал кулаки. Алек поклялся отомстить и пошел к двери. Если хоть один волосок упал с головы Коры...

– Есть смысл просить тебя остаться в машине? – спросил Кристоф.

– С ума сошел? – ответила Пия.

Алек дернул за ручку входной двери, но она была закрыта, он отступил на несколько шагов, чтобы осмотреть здание. Довольно массивное, светлое, с высокими окнами, окантованными темным мрамором. От главного корпуса, словно крылья расположились прекрасные сады. Алек не стал дожидаться, ответит ли кто-то на звонок Кристофа и побежал налево, огибая небольшой пруд, и перепрыгивая через низкие каменные ограждения, он добрался до больших застекленных дверей.

– Корасон! – Заорал он, дернув за одну из дверей, которая, к счастью, оказалась открытой, – Ответь мне сейчас же!

– Боюсь, она не может, – произнес женский голос, – вы все здесь? Отличненько. Я скажу одному из моих слуг, чтобы они принесли булочки с корицей. Я не ждала столько народу. Ой, Даймонд, сто лет тебя не видела... Ты выглядишь такой... смертной.

Алек обернулся и увидел Салли, облокотившуюся на дверь, которая вероятно вела в главный зал.

– Пытаюсь соответствовать, – задыхаясь от пробежки, ответила Даймонд, – А ты великолепна как всегда. Костюм от Шанель?

– Нравится? – Салли покружилась, предоставляя возможность рассмотреть вишневого цвета пиджак и юбку, – Люблю классику, современные дизайнеры меня не устраивают.

– Где моя возлюбленная? – потребовал Алек, его терпение было на исходе.

– Кора? – Салли щелкнула языком, подошла к Алеку и положила руку на его плечо, – Я последний человек, кто смеет критиковать, но, в самом деле, Коре нужно научиться справляться с гневом. Вы не поверите, что она мне наговорила! Она угрожала мне самыми жестокими пытками... не буду ее цитировать, но она могла бы стать лордом демонов.

Алек не веря своим ушам, ошарашено смотрел на Салли.

– Кора угрожала тебе? Почему?

– Ой, ну знаете, как это бывает, – сказала Салли широко улыбаясь, – Недоразумения, заблуждения, немного связывающих заклинаний... одно или два. Кто-то угрожает кому-то четвертованием, и пошло поехало.

Он потер лоб. Мир сошел с ума.

– Кора грозилась четвертовать тебя?

– Ну... скорее я грозилась, потому что она наговорила гадостей, когда я позвала двух Темных, чтобы доставить сюда ее и лича. Гадостей, которых я не заслужила.

Кровь застыла в жилах у Алека.

– Она у курьера? Ты позвала членов совета?

Салли попятилась назад, но он был быстрее. С диким рыком он схватил ее за горло, поднял к потолку и начал трясти:

– Где черт побери моя возлюбленная?!

– Самое место ей в Абаддоне, – ехидно ответила Салли, Алек проклинал ее и угрожал разными пытками, ее глаза округлились от удивления, – Так вот у кого она научилась таким изысканным ругательствам! Что правда... ? Палочками от мороженого? Никогда бы не подумала, хотя если их как следует заострить...

– Алек, прекрати, – вмешался Кристоф, когда Алек стал душить Салли, – она бессмертна, душить ее бесполезно, мы просто теряем время. Салли, где Кора?

– Да говорила же я, – ответила Салли как только Алек отпустил ее, – в Абаддоне. Если точнее, в той части дома, которая принадлежит Абаддону. Технически, миру смертных принадлежит только северная часть, я подумывала отделить западную, которая в саду...

Не успела она договорить, как Алек уже исчез из комнаты.

– Оставайся здесь! – рявкнул Кристоф Пие и поспешил за Алеком.

– Ага, помечтай! – съязвила она.

– Я останусь, – сказала им Даймонд, – прабабушка мне весь мозг вынесет, если узнает, что я отправилась в Абаддон.

В доме было полно антиквариата, но Алек не оценил ни один из предметов старины, пока несся по большой прихожей, направляясь к противоположной стороне дома. Зал был разделен пополам, словно занавесом из темного света, отделяя ту часть дома, где предположительно был Абаддон. Он прошел через черное поле, спотыкаясь о витую плитку, когда ступил на адскую сторону.

Старинные вещи были нелепой пародией на мебель, все углы перекошены, странные маленькие ножки и подлокотники, деформированы, завлекая в ловушку неосторожного прохожего. Свет был другим, он поглощал потоки света с другой стороны зала, будто гася и утаскивая лучики в Абаддон.

– Корасон, – заорал Алек, швырнув свою куртку на то, что видимо было креслом, – Где ты?

Алек? Какого ... беги, Алек, беги! Здесь вампиры!

Знаю, сухо произнес он, входя в часть дома принадлежащую Абаддону. Кристоф и Пия вошли за ним.

– Боже милостивый! – выдохнула Пия, схватившись за Кристофа, – Жуть какая! Посмотри на этот диван. Его как будто пытали. Кто в здравом уме станет пытать мебель?

– Лорд демонов, – ответил Кристоф.

– Мне же нужно было на чем-то практиковать технику убеждения, – ответила Салли.

Он открывал дверь за дверью в поисках Коры.

Даймонд сопротивлялась:

– Салли, ты должна отпустить меня, я настаиваю. Что моя прабабушка скажет?

– Не ной. Где твоя жажда приключений? Где смелость? Желание увидеть обратную сторону жизни? Ее самое дно, – ответила ей Салли.

Ты ранена, возлюбленная?

Нет, но Алек, ты должен уйти. Салли на стороне зла! Она работает на Баэля и позвала вампов, сказав им, что ты придешь сюда. А еще она кое-что сделала с лошадью Ульфура и теперь он больше не призрак. Он не может исчезать.

– Ага, дно. Сразу за той частью дома, что принадлежит миру смертных, – проворчала Даймонд.

Алек дернул за ручку двойной двери, она открылась и вела в большой бальный зал, которым раньше точно гордился предыдущий владелец дома, а теперь он выглядел словно поле ужасной битвы, паркет острыми краями торчал вверх, как если бы сам пол не мог вынести существования этой нечисти. На когда-то красиво покрашенных стенах, краска висела как лохмотья, некогда прекрасные обои превратились в унылые ленты, сломанная витая люстра опустилась почти до пола. Но внимание Алека было сосредоточено на группе людей в дальнем конце комнаты. Двое мужчин сидели за перевернутым сломанным диваном, рядом фыркая, стоял разъяренный конь, явно защищая двух человек за ним.

– Алек! – завизжала Кора и тут же закрыла рот руками.

Господи, прости. Теперь они знают, что ты здесь.

Оба мужчины, курьер Джулиан и незнакомый Темный, обернулись и посмотрели на него.

– Все в порядке, возлюбленная, – сказал Алек, глядя как мужчины подскочили, но не отошли от охранявшей их лошади, – они не представляют для нас угрозы. А вот на их месте я бы волновался.

– Алек Дарвин, ты угрожаешь нам? – спросил курьер.

– Вы похитили мою возлюбленную, – мысль о том, что кто-то прикасался к ней, вызвала дикую вспышку ярости.

Алек я в порядке. Они не причинили мне зла. Их и рядом с нами не было, с тех пор как Салли забрала Рагнора.

Они похитили тебя. И умрут за это.

– Ты шутишь, да? – спросила Кора, обходя лошадь, направляясь прямо к нему, – Это не их вина. Частично да, но во всем виновата Салли.

– Кто-то упоминал меня плохим словом? – Салли вошла в комнату вместе с протестующей Даймонд, – очень на это надеюсь, потому что какой из меня лорд демонов если никто меня не проклинает и не боится? Ой, супер, вы нашли темных.

– Растерзай ее! – завопила Кора, указывая на Салли, ее лицо исказила ярость, – Она чистейшее зло!

Растерзать?

– Ой, ну не такое уж и чистое, – хихикнув ответила Салли, – и я же говорила, я просто капризная, а не злая.

Не можешь растерзать?

– Она права, – подтвердила Даймонд, буравя взглядом Салли, – И, мне кажется, прабабушка Дисин устроит тебе взбучку, когда узнает, что ты притащила меня сюда.

Скорее не хочу.

Салли вздрогнула, ее улыбка погасла, когда она пробормотала:

– Она ничего не узнает, если ты ей не расскажешь. Ой, черт. Так драматично прозвучало.

Алек быстро переместился, прикрыл собой Кору и спросил у курьера:

– Говори, что хотел, Джулиан. А потом я уничтожу тебя.

– Алек... – вздохнув, Кристоф встал между мужчинами, – Ты не можешь.

– Ага, не может, – поддержала его Кора и стала рядом с Алеком.

Он приобнял ее, прижимая к себе, нуждаясь в ее теплоте, свете, чтобы прогнать темноту, которая пытается поглотить его.

– Угрожать чужой возлюбленной – преступление для Темного...

– Мы не угрожали ей, не причинили вреда, – запротестовал Джулиан, – доверься нам Алек, хоть немного. Мы просто хотели поговорить с ней... и с тобой.

– Ага, конечно! – Кора закрыла собой Алека, раскинув руки.

Ее попытка защитить его таким образом, выглядела смешно, но он понимал как сильно она старается.

Ты уже спасла меня, любовь моя.

Спасла? Душу, да. Но в тебе есть еще много чего, кроме души.

– Хочешь поговорить, курьер? Что ты можешь сказать мне? – потребовал Алек, нежно толкая Кору за свою спину.

Сейчас не время для бесед, querida.

Я – женщина, для меня любое время подходит для бесед!Возмутилась Кора и ткнула в него локтем, когда он стал жалеть, что у него нет меча. Никакого обезглавливания, Алек! Это плохо и они, действительно, ни в чем не виноваты.

– Даже ели им есть, что сказать, придется подождать, – перебила Салли, подошла к остаткам стола и села на него.

– Это еще почему? – поинтересовалась Кора, – Ты хочешь еще немного с нами... "покапризничать"? Может Баэля позовешь, чтобы он немного попытал нас? Спалишь преисподнюю? Уничтожишь всю планету?

– Видишь? – прошептала Салли Алеку, кивая в сторону Коры, – Ей нужно научиться управлять гневом.

Кора красочно выругалась и набросилась на Салли. Алек перехватил ее и прижал к себе.

– Возлюбленная, знаю как она тебя бесит, меня тоже, но как ранее уже сказал Кристоф, нет смысла нападать на нее. И "топить в реке" и "скормить ее акулам" тоже не получится.

У Салли чуть глаза из орбит не выскочили:

– Акулам! Кора!!!

– И это самое меньшее, что я хотела бы с тобой сделать, – пробубнила Кора, скрестив руки на груди, – я бы даже сказала – самое приятное.

– Но ничто не убьет меня, – ответила Салли раздраженно.

– Так что ты хотела сказать, Салли? – с любопытством спросил Кристоф.

– Что? Облить меня бензином и поджечь? Ты хоть представляешь как сложно будет отчистить ковер от бензина? А? Что, Кристоф? А, да. Хотела сказать, что к нам гости.

– Кто? – спросил Алек, не сводя глаз с женщины.

– Кое-какие личи, – ответила Салли, махнув рукой в сторону Ульфура, – ну, кроме тебя, малыш. Подойди поближе, я разрешу тебе погладить свою лошадь.

– Не делай этого, Ульфур! Это ловушка, – предупредила Пия.

– Ну честное слово, что за бред? Не нужен мне твой любимец, – ответила Салли, внимательно глядя на Пию, – Какая подозрительная!

Ульфур неуверенно шагнул в сторону коня, который обрел четкие формы и совсем не выглядел как призрак.

– Какие личи? – спросил Алек, – мастер личей, которая живет в пещерах тоже придет?

– Полагаю, да, – сказала Салли, погладив Рагнора, – Джейн умная девушка. Она увидит, что брат Эйлвин ошивается в округе и пойдет за ним.

– Брат Эйлвин! – Пия вцепилась в Кристофа, – Он использует Кору и Ульфура! Нужно убираться отсюда!

– Слишком поздно, – сказала Салли. – Добро пожаловать в Абаддон, брат Эйлвин. Ой, и монахов захватил. Боже, да целую армию! Добро пожаловать, джентльмены.

Глава 17

– У тебя когда-нибудь был такой день, когда с каждой минутой все становится хуже и хуже – спросила я у Пии, когда мы стояли прижимаясь друг к другу за непробиваемой стеной, состоящей из двух больших, разгневанных вампиров.

– Кажется он у меня сегодня, – ответила она, бросив взволнованный взгляд на столик, где грациозно сидела Салли и с наслаждением наблюдала, как в комнату входит брат Эйлвин и еще двадцать мужчин, одетых как монахи.

– Почему брат Эйлвин в современной одежде, а они в рясе? – шепотом спросила я у Пии.

– Без понятия. Зато у них есть мечи, а у него нет. По-моему это компенсирует отсутствие современной одежды.

– Хм... – я осмотрелась. Два вампа из Моравского Совета, стояли, облокотившись на стену, наблюдая за происходящим, но не делая попыток схватить меня или Алека.

– Наконец, я нашел, где вы скрываетесь, – сообщил брат Эйлвин, властным голосом и вошел в комнату, окруженный монахами, вооруженными мечами, – на этот раз двое Темных не помешают мне добраться до тебя, орудие.

– Терпеть не могу, когда меня так называют! – вслух возмутилась я.

– Ты будешь моей, рядом с тобой я... – брат Эйлвин удивленно посмотрел на Салли. у него челюсть отвисла. Он понял что Даймонд и Ульфур, которые стояли рядом с ней были оставшимися двумя Орудиями, издав нечеловеческий рык, он указал на них, – Три Орудия Баэля! Вместе! Бог благословил меня, я буду править смертными и бессмертными! Братья, у вас на глазах происходит исторически важный момент. Благодаря трем Орудиям, я стану самым сильным существом, которое когда-либо существовало! Наступает новая эра, эра личей, а их лидер...

– Господи, да заткнись ты уже, – перебил Алек и, к моему немалому удивлению, вытащил пистолет и выстрелил в брата Эйлвина.

Алек!Завизжала я.

М?

Ты застрелил его!

Брат Эйлвин посмотрел на свою грудь с удивлением. На нем был темно-синий костюм и светло-синяя рубашка, темно-красное пятно расползалось в середине. Он прикоснулся к нему рукой, не веря своим глазам, его в пальцы были в крови.

– В меня стреляли.

Да.

О, молодец. Откуда у тебя пистолет?

Кристоф дал. Решил, что нам пригодится.

– Это пистолет. В меня стреляли. Пулей, – сказал Брат Эйлвин, и обернулся, чтобы показать кровь своей мини-армии. Монахи посмотрели на него в замешательстве, – Темный выстрелил в меня.

– Личи, что с них возьмешь, – Салли шепнула Даймонд.

– Всегда говорят то, что итак очевидно, – согласилась Даймонд.

А в вампов ты почему не стрелял?

Зачем? Это просто разозлило бы их.

Брат Эйлвин очевидно вышел из оцепенения, выпрямился и уставился на Алека.

– Ты умрешь за это...

Алек снова выстрелил, на этот раз в ногу. Брат Эйлвин отскочил в сторону, его нога подогнулась.

– Ты можешь убить мастера личей? – спросила я, наблюдая, как брат Эйлвин уставился на свою ногу.

– Нет, но могу ненадолго вывести его из строя, – ответил Алек, он был полон решимости защитить меня, чего бы это ни стоило.

– Кристоф?

Любовь расцветала во мне. Я больше не могла отрицать того, что я испытывала к нему, к этому кровососущему злодею, этому ночному существу, совершенно очаровательному, сексуальному, как грех мужчине, который буквально готов отдать свою жизнь, чтобы защитить меня.

Вздохнув, Кристоф достал маленький пистолет.

– Невыносимо! – закричал брат Эйлвин, – Со мной не...

Кристоф выстрелил в другую ногу.

– Хватит! – кричал Эйлвин, падая на пол, – Хватит стрелять в меня! Со мной нельзя так обращаться! Я сильный мастер личей, владелец трех Орудий Баэля и... ох, черт, я не чувствую левой ноги. Брат Антон, помоги мне присесть, чтобы я мог уничтожить этих Темных.

– Это почти как смотреть сцену с черным рыцарем из фильма «Монти Пайтон и Священный Грааль»[5], – прокомментировала я и посмотрела на вампиров, которые подпирали стену, они тоже с интересом наблюдали за разворачивающимися событиями..

Сцена о встрече короля Артура с Чёрным рыцарем считается одним из самых запоминающихся эпизодов фильма и одним из классических примеров применяемого в комедии положений приёма, когда стандартный ход событий принимает неожиданное направление или сильно преувеличивается.

– Эй, брат, это всего лишь мелкие раны, – согласилась Пия.

– Схватите их! – сказал брат Эйлвин, махнув рукой в нашу сторону, один из монахов приподнял его и не очень аккуратно усадил на то, что когда-то, скорее всего, было стулом.

Остальные девятнадцать монахов пошли к нам, но остановились, когда Алек с Кристофом навели на них пистолеты.

– У нас достаточно пуль, чтобы раскрошить кости и в ваших ногах, – сказал Алек армии, – вы до нас не сможете дойти.

Монахи посмотрели на вампиров, затем на свои мечи, затем на брата Эйлвина и опять на нас.

Алек улыбнулся.

Монахи сгруппировались и вышли из комнаты.

– Стойте! – вопил брат Эйлвин, с яростью глядя как они уходят, – Я не приказывал вам уходить! Вы не можете... Сейчас произойдет величайший момент в истории личей! Вернитесь! Приказываю разрушить Темных! Да что такое пара раздробленных костей, когда дело касается... Проклятье! Вы трусы! Вернитесь!

– Я предупреждала, что армия из личей плохая идея, – сказала Салли, и в этот момент в комнату вошли две женщины, – у них нет силы воли, ни у одного, а коллективно они вообще как стадо баранов. Но сейчас, думаю, ты понимаешь, какой мудрый совет я тебе дала? Боже, от твоей крови останется пятно на полу. Лучше останови ее. Джейн, милая, как я рада тебя видеть. Это новый дизайн футболок? Отправь мне парочку, я заставлю моих слуг носить их.

– Ты! – с ненавистью глядя на Джейн, прошипел брат Эйлвин, – Я должен был догадаться, что ты узнала об Орудиях. Нет, брат Антон, нет же! Другая нога! Та из которой льется кровь, перевяжи ее, чтобы я мог встать и применить Орудия.

– Применить? – Джейн выглядела растерянной, она огляделась, – Привет всем. Эмм... Это что какая-то конвенция Темных?

– Орудия? Во множественном числе? – переспросила Элеонора, на ней была футболка с надписью «личи рулят, а вы пускайте слюни», она нахмурилась, глядя на Салли, – Могу поклясться, что знаю тебя.

Похлопав ресницами, Салли пожала плечами, но ничего не ответила.

Отлично, брат Эйлвин подсказал Джейн, что нас можно использовать. Алек, ты можешь еще раз выстрелить в него?

Я бы с удовольствием, но это бессмысленно. Я хотел спугнуть монахов и обездвижить его, на некоторое время. Думаю, Джейн не представляет для нас угрозы.

Кажется я уловила отголосок мысли, что с Элеонорой дело обстоит иначе, но не была уверена. Может это мой дьяволенок подначивал.

– У тебя Орудия Баэля? – спросила Джейн у брата Эйлвина.

Казалось, он был зол на себя, и оттолкнул монаха, который пытался перевязать рану на его ноге.

– Да. Ты должна преклоняться передо мной и молить о моей благосклонности.

– О ради всего... нет ни у кого Орудий, – возразила я и подошла к Алеку.

Возлюбленная, пожалуйста, держись позади, чтобы я мог защитить тебя.

Пф. Я чертово Орудие. Это я смогу защитить тебя.Похвасталась я.

Он мысленно вздохнул и притянул к себе, я растаяла. В его объятьях я чувствовала себя в безопасности и невероятно счастливой.

Черт, Алек, я рехнулась и влюбилась в тебя.

Он замер.

Ты ... что?

Ты слышал меня.

От гнева и желания его глаза мерцали зеленым светом.

– И ты решила сказать мне об этом сейчас? Именно сейчас? – Он махнул пистолетом в сторону личей, – Ты не могла дождаться, пока мы останемся наедине?

– Что сказать? – спросила Пия.

Кристоф стрельнул в нее убийственным взглядом.

– Ах это! – Она захихикала и подняла большие пальцы вверх в знак одобрения, – Так рада за вас. Пригласите нас на свадьбу? Кристоф не хотел на мне женится, говорил это глупость и для темных совсем не имеет значения, но, в конце концов, сдался, иначе моя семья выпотрошила бы его.

Кристоф подкатил глаза и прошептал ей что-то на ушко. Она снова захихикала.

Я выжидательно смотрела на Алека.

– Я буду счастлив жениться на тебе и провести обычную церемонию для смертных.

– В церкви? – уточнила я, – Моя семья, такая же, как у Пии, они помешаны на свадьбах.

– В церкви, – обреченно согласился он.

– Свадьба! – воскликнула Салли, хлопая в ладоши, – Обожаю свадьбы! Я должна сделать тебе прическу и макияж. Когда Мэй, призрак-двойник, милейшая пара виверна, выходила замуж, я занималась ее прической и макияжем, выглядела она великолепно. Несмотря на то, что Магот заставил ее надеть на свадьбу, ты же знаешь, какими бывают мужчины, свадьба для них не представляет никакого интереса, если только невеста не в мехах и коже.

Если ты планируешь заставить меня надеть ...

Не волнуйся, у меня совсем другой вкус, хотя если ты захочешь прийти полуголой в мехах и коже я возражать не буду.

Я ущипнула его и мы взялись за руки.

– Я так растеряна, – сказала Джейн Элеоноре.

– А я нет, к сожалению, – ответила она, убийственно посмотрев на Алека, – Хотя почему все Орудия в одном месте, понять не могу. Это безрассудство.

Джейн шепнула что-то на ухо Элеоноре.

– Покиньте помещение! Это мои Орудия! Брат Антон, уничтожь этих женщин и принеси мне Орудия! – кричал Эйлвин.

Бедняга сомневаясь, смотрел на Джейн:

– Ээм...

– Я что все сам делать должен? – Эйлвин был разъярен, он не сомневаясь исполнит свою угрозу.

Может тебе еще пару раз в него выстрелить? Кажется, он восстановил силы.

Хорошая мысль, согласился Алек, поднимая пистолет.

– Ну правда, начинаешь на нервы действовать, обычно мне это нравится, но... ты невыносим. Сэйбл, верни их в мир смертных, – приказала Салли.

Когда она произнесла это имя, из ниоткуда появился мужчина, очевидно слуга Салли. У него не было шеи, одни только мускулы, мы все могли в этом убедиться, потому что из одежды на нем были только стринги.

Сэйбл взял брата Эйлвина под одну руку, а Антона под другую и разорвал пространство. Он вошел в дыру вместе с братьями и исчез.

– Иногда Эйлвин развлекает меня, но в основном... короче, думаю никто не расстроится, что я прогнала его, так? Вернемся к делу. На чем мы остановились? Ах, да. Мне очень нравится болтать со всеми вами, и Кора, я серьезно говорила о помощи со свадьбой, но мне нужно посетить еще одно место, так что приступим. Кора, подойди к двум другим Орудиям.

Я, не веря своим ушам, уставилась на Салли.

– Да ты точно потеряла свой злодейский рассудок?!

– Нет. Хотя иногда эта идея кажется мне заманчивой. Подойди, Кора.

– Я ни за что не позволю тебе меня использовать! Не после того, что ты натворила.

Она разочарованно посмотрела на меня.

– Нет! – повторила я, прижимаясь к Алеку, – Только через мой труп!

– Правда? Глупое предложение.

– Не позволю использовать меня для уничтожения всех!

– Зачем мне уничтожать всех? Мне нужны только те, кто больше всех меня раздражает.

– Не верю! Даймонд, отойди подальше от Салли. Она безумна.

Салли вздохнула.

– Глупое сопротивление. Я ведь пытаюсь помочь.

– Ага. Вопрос кому ты помочь пытаешься? Точно не нам, – прорычала я.

– Возлюбленная, это нам не поможет. Перестань дразнить Салли. Террин говорил, что она поможет нам. И, несмотря на последние события, мне хочется в это верить.

Салли захихикала:

-Ну, если точнее...

– Так все. Хватит. С меня хватит, – перебила ее Элеонора, – достала ты уже со своими бессмысленными комментариями, – она повернулась ко мне и Алеку, – И я совсем не рада слышать о вашей скорой свадьбе! Если он не достанется мне, то и тебе тоже!

Я закричала, когда Алек оттолкнул меня в сторону, но не из-за того, что споткнулась о торчащую плитку и в конечном итоге врезалась в фортепьяно, а потому, что Элеонора схватила Даймонд и, держа ее перед собой, направила огромное, состоящее из черного света пятно от Даймонд на Алека.

– Нееет! – закричала я, когда Алека отбросило на несколько метров и его кровь забрызгала стены. Мое сердце остановилось. Он рухнул на пол бесформенной кучей. Но Элеонора продолжила, луч света разорвал его грудную клетку, плечо и горло.

Кристоф и Пия бросились к нему, я повернулась к Элеоноре, кровь застыла в жилах, когда я поняла, что она убила моего любимого.

Я бросилась на нее, собираясь стереть в порошок. Она убила Алека! Моего Алека!

Кристоф разорвал свою рубашку и перевязал остатки шеи Алека. Я знала, что это не поможет. Мое сердце умерло вместе с ним.

– Месть, знаете ли, может принести удовлетворение, а может и нет, – прокомментировала Салли, разглядывая одно из своих колец.

Я остановилась когда Элеонора, наблюдая за Кристофом, который покачал головой на вопрос Пии, улыбнулась.

– Даймонд, – позвала я.

Она посмотрела на меня, ее лицо было белым, как мел, когда она увидела, что Кристоф склонил голову над своим другом. Пиа упала на колени, рыдая. Два других вампира подошли осмотреть тело Алека.

Ярость наполнила, поглотила меня, придала силы, когда мне хотелось только кричать в агонии, но я решила сделать это позже.

Алек мертв. Я уничтожу Элеонору, даже если это будет последним, что я сделаю.

– Иди к Салли, – сказала я подруге и посмотрела на Элеонору.

Даймонд быстро подошла к Ульфуру.

– Эээ... думаю нам лучше уйти, – сказала Джейн, отступая назад.

– Я никуда не уйду, – улыбаясь возразила Элеонора, глядя на Салли, -я пятьсот лет ждала мести, и намерена насладиться каждым моментом. Я не знаю, кто ты, барышня, но уверена, что ты меня раздражала, а я не намерена терпеть того, кто раздражал меня раньше. Сначала я избавлюсь от тебя, потом, использую эту блондинистую шлюху, чтобы уничтожить того, кто украл мою душу, и тогда я, возможно, приберусь в комнате, а затем отправлюсь наводить порядок в хаосе, который царит в этом мире. Ты, Джейн, можешь жить, но теперь я главная.

Что странно, Салли не обращала на Элеонору никакого внимания. Она выжидательно смотрела на меня, затем легкая улыбка озарила ее лицо.

– То есть ты прислушалась к своему сердцу?

Я встретилась с ней взглядом, позволяя Салли оценить всю мою ярость.

– У меня больше нет сердца.

– Отлично, – ответила она, когда я подошла к ней.

Это будет моим последним делом. Я пойду на все, чтобы, отомстить за смерть Алека... комок застрял в горле, грозя задушить меня. Я заглушила рвущиеся рыдания, стараясь сосредоточить внимание на женщине передо мной. Не было времени горевать по Алеку, оплакивая потерю нашего будущего, я должна отомстить.

– И что ты собираешься делать? – с подозрением спросила Элеонора, и занервничала, когда заметила, что Джейн пятится к двери, – Ты не... нет, ты не можешь. Джейн, она же не может ее использовать?

Улыбка Салли стала шире.

– Она лорд демонов, – заикаясь, ответила Джейн, – Она может делать все, что захочет. Кажется, я слышу, что меня кто-то зовет. Я лучше пойду посмотрю, чего они хотят...

И она исчезла за дверью.

– Умная Джейн. Она мне всегда нравилась. Так хорошо справляется с личами, – сказала мне Салли, – терпит все их выходки.

– Лорд демонов? О... – Поведение Элеоноры изменилось с агрессивного на раболепное, – Я... э... Я не хотела тебя обидеть. Я ей угрожала, она украла мою душу и моего Темного.

Элеонора указала на меня.

Салли посмотрела на меня с интересом:

– Боже, кто бы мог подумать. Ты и ей угрожала пытками?

Я смотрела на Элеонору, боль сдавила мое горло. Я не могла говорить. Слезы жгли мои глаза, но я прогнала их, желая видеть лицо Элеоноры, когда она поймет, что я пожертвую своей жизнью, чтобы убедиться, что она целиком и полностью уничтожена.

Салли прикоснулась к моему плечу.

– Полагаю, нам лучше начать, пока эмоции не захлестнули тебя. Вы трое, пожалуйста, возьмитесь за руки.

Элеонора испуганно начала пятиться назад:

– Я уверена, что должна помочь Джейн. Я обещала ей помочь... Что за черт?

Салли махнула рукой в сторону Элеоноры, очевидно используя одно из связывающих заклинаний.

– Заклинание.

Кажется это слово сказала Салли, Кора хотела уточнить у Алека, правильно ли она ее расслышала, но пришла в ужас от того, что больше никогда не сможет услышать его голос.

Никогда – это слишком долго, послышался мягкий шепот.

– Слушай, я наговорила глупостей, но принимая во внимание мою ситуацию, это вполне объяснимо, – проговорила Элеонора, пытаясь пошевелить ногами, – Какого черта ты со мной сделала?

Даймонд взяла меня за руку, а я оглянулась, чтобы посмотреть на Алека.

– Милая, ты выглядела настоящей злодейкой, а сама даже элементарных вещей не знаешь. Это связывающее заклинание, пусть тебе будет стыдно за свое невежество... – ехидно пояснила Салли.

Я проигнорировала их болтовню, пристально всматриваясь в происходящее на другой стороне зала. Кристоф прижимал к груди плачущую Пию. За ними стояли два вампира, что-то обсуждая. Тело Алека было там, куда упало, голова лежала под неестественным углом, повсюду кровь, она стекала по его рубашке, образуя огромную лужу вокруг него.

Алек?Позвала я, думая, что его голос мне померещился.

– Хорошо, признаю, допустила я пару ошибок, самых малюсеньких, ты это видела, – сказала Элеонора Салли, – но к чему спешка? Освободи меня от связывающего заклинания, и обсудим все как цивилизованные люди.

В ответ на мой мысленный зов лишь тишина.

– Ох, деточка, кто тебе сказал, что я цивилизованная? – улыбаясь, ответила ей Салли и, прикоснувшись к моему плечу одним пальцем, к Ульфуру двумя, встала за нашими спинами, Даймонд сжимала мою руку, – К тому же, ты должна при этом присутствовать. Шоу будет невероятное.

Мне уже было все равно, без Алека все теряло смысл.

Подумать только, не так давно ты сама мечтала меня заколоть.

Алек, ты жив!

Мое разбитое сердце, быстренько собирало себя по кусочкам, вдруг я почувствовала, как сила разлилась по моим венам, Салли приступила к действиям, что-то напевая.

Можно и так сказать. Что случилось?

Элеонора использовала Даймонд против тебя. Господи, Алек, ты жив! Я собиралась уничтожить Элеонору за то, что она убила тебя, а потом планировала умереть сама.

Сила переполняла. Но мои мысли были сосредоточены только на Алеке.

Мне льстит, что ты не хотела жить без меня, но это было самой твоей глупой идеей. Ты должна жить, возлюбленная. Я хотел бы, чтобы ты жила, нашла свое счастье, ты слишком молода, чтобы умереть.

Алек?

Да?

Заткнись и исцеляйся!Боже... Я чувствовала, как мощная сила растет во мне и перетекает к Салли.

Пение прекратилось и она громко, четко сказала:

– Баэль, лорд Абаддона, правитель семи сотен легионов, я призываю тебя.

Это что еще значит?

Салли!

Я попыталась перекрыть силу, но бесполезно... я всего лишь орудие, канал, сквозь который перемещается сила.

Что с ней?

Рехнулась она, что с ней!

– Салли, какого хрена? Ты должна уничтожить Элеонору, а не вызывать Баэля!

– Как это? Я думала это и сеть наш план... – слабым голосом возразила Даймонд, видимо сила, перетекающая к Салли, пугала ее, – Мы ведь собирались уничтожить Баэля?

Это бессмысленно, любимая. Она здесь, чтобы помочь нам.

Бедный, введённый в заблуждение мужчина. Ты не понял, она – «плохой парень». Очень плохой ...

– Верно, Корасон сказала, что хочет этого, – сказала Салли и продолжила вызов, – Баэль, лорд Абаддона, правитель семи сотен легионов...

– Да, но Салли не поможет нам! – сказала я Даймонд, – Мы не можем верить, что она разделается с Баэлем. Она просто притащит его сюда, а он сотрет нас в порошок! Вы что не видите этого? Они приятели!

Даймонд с удивлением посмотрела на меня. Ульфур за её спиной казался растерянным и подавленным. Его конь выглядел также.

– Кто они? – переспросила Даймонд.

– Приятели. Салли подружка Баэля. В кавычках.

– Его подружка?

– В кавычках. То есть она предлагала себя лорду прямо в номере отеля. И сдаст нас ему.

– Ничего подобного, – запротестовала Салли и прервала очередную попытку вызова, – никого я не собираюсь сдавать. Я делаю только то, что хочу, возможно, иногда меня не так понимают, но кого-то сдать? Пфф. Мне с этого вообще никакой выгоды.

– Я вот что заметила, ты не отрицаешь, что готова была ему отдаться, – съязвила я.

Она улыбнулась с притворной скромностью:

– Ну, некоторые из его смертных форм действительно довольно красивые, да и мне всегда нравились плохие мальчики. А хуже чем Баэль точно не найти. Перед таким мужчиной сложно устоять.

– Видишь? – сказала я Даймонд, – Она повернута на Сатане. Баэль может возбуждать только того, в ком живет зло!

– Кора, дорогая, ты ошибаешься на счёт Салли...

Салли хихикнула и приступила к вызову.

– Баэль, лорд Абаддона, правитель семи сотен легионов, я призываю тебя.

Я услышала, как Пия выкрикнула имя Алека и оглянулась. Он пытался сесть, но был еще слишком слаб.

Еще раз попробуешь сесть или встать и я переломаю тебе все оставшиеся кости.

– Баэль, лорд Абаддона, правитель семи сотен легионов, я призываю тебя.

Я тоже люблю тебя, Корасон.

Счастье заполнило меня. Так приятно снова ощущать присутствие Алека в моей голове. Даже если Салли не предаст нас, наше будущее будет не из легких, но это больше не имело значения.

Лежи спокойно, Алек. Позже мы найдем доктора.

Доктор точно мне не поможет. Кристоф найдёт целителя, но я уверен, для исцеления мне нужна ты.

– Кора! – закричала Пия, – Алек жив! Он жив!

– Буду с вами через секунду, – крикнула я ей в ответ и посмотрела на Салли очень серьезным взглядом, как мне показалось.

– Ну и? – спросила Салли.

– Что?

– Мы это делаем или нет?

– Что делаем? Призываем Баэля или стираем Элеонору в порошок? – решила я уточнить.

– Что прости? – яростно воскликнула Элеонора.

Мы проигнорировали ее.

Салли вопросительно изогнула бровь:

– А ты что предпочла бы?

Я взглянула на Элеонору. Она была мной, в прошлой жизни, предыдущая моя версия. Не ее вина, что ее убили, а потом вернули, отобрав душу.

Но она чуть не убила Алека. Жестоко, намеренно, расчетливо.

– А ты сделаешь то, что хочу я?

Салли задумалась, затем кивнула:

– Да, я буду мириться с твоими желаниями.

– Ты призывала Баэля, но что-то я его здесь не заметила, – подчеркнула я.

– Эй! – Элеонора замахала руками, чтобы привлечь внимание Салли, – Это у нее моя душа и мой мужчина! Хотя он должен был умереть, но каким-то чудом выжил. Ей всегда везет! И если уж стоит стереть кого-то с лица земли так это ее!

– Вызов не сработал, потому что ты не позволила, – пояснила Салли.

– Я могу?

Салли кивнула.

– Почему тогда я не остановила силу, когда брат Эйлвин использовал меня? – сердито спросила я.

Она пожала плечами.

– По сути, он не умеет пользоваться орудиями. В руках любителей, твой контроль слабеет, потому что у них не достаточно силы. Другое дело я...

– Так вот в чем дело... – медленно сказала я, глядя на Алека. Кристоф перевязывал ему шею, оторванными кусками рубашки, а Пия плечо. Я вздрогнула от вида крови, заляпавшей все вокруг.

С тобой точно все будет в порядке?спросила я.

Я почувствовала, как он улыбнулся.

Да. Раны слишком серьезные и сам я не могу исцелиться, но я жив. Это уже кое-что.

Это не кое-что. Для меня это всё. Мы найдём целителя и починим тебя.

Кристоф уже вызвал одного. Заканчивай с Салли, только после этого ты будешь в безопасности.

Он говорил о Баэле, я знала, но тоже самое, он мог сказать и об Элеоноре. Я пристально посмотрела на нее.

А сейчас ты отдохнешь? Судя по голосу, ты очень устал.

Отдохну, – согласился он.

Алек не стал спорить и я поняла чего ему стоил наш разговор. Он был очень слаб.

– Что если я хочу и то и другое? – спросила я у Салли, – что если я хочу не оставить и мокрого места от Элеоноры и Баэля? Ты сделаешь это?

– Конечно, – не задумываясь, согласилась она. Это меня удивило. Я думала, она постоянно будет вставлять мне палки в колеса. А чего еще ждать, если с тех пор как Салли появилась, она только это и делала.

– Я протестую! Это зверское превышение полномочий! Она преследует личные цели! – продолжала выкрикивать Элеонора.

– Да ладно, – фыркнула я, два вампа из совета направились в мою сторону. Выражение их лиц не сулило мне ничего хорошего.

– Думаю, ты мне не нравишься, – сказала Даймонд, Элеонора казалось, была шокирована её ответом.

– А что на счет них? – спросила я, указывая на приближающихся мужчин, – Можно мне и их стереть с лица земли?

– Обожаю, когда кто-то мыслит как я! – радостно воскликнула Салли и захлопала в ладоши, – Есть ещё кто-то кого ты бы хотела уничтожить?

Оба вампа замерли, растерянно переводя взгляд с меня на Салли.

Возлюбленная ...

Знаю, знаю. Это не решит наши проблемы. Но, согласись, чертовски заманчиво. Спи, или что там нужно сделать, чтобы восстановить оторванную половину шеи.

– Нет, мне бы очень хотелось, но нет, – вздохнула я и выразительно посмотрела на вампиров.

Салли огорченно покачала головой.

– Не умеешь ты доводить дело до конца. Не выйдет из тебя путного лорда демонов если не научишься исполнять задуманное. Особенно такие интересные идеи.

– Не хочу я быть лордом демонов, – запротестовала я, и, заметив, что вампы снова пошли в мою сторону, добавила, – Но я все равно хочу избавиться от этих двоих. Можешь вышвырнуть их отсюда?

– Конечно, – согласилась Салли и ослепительно улыбаясь, призвала Сэйбла.

– Эй, подождите... – начал было говорить один из них, когда появился Сэйбл и поклонился Салли, – Мы не ругались с тобой, возлюбленная. У нас дело к твоему Темному.

– Кора? – сказала Салли, кивнув в сторону вампиров, – Смерть или просто перемещение? И, пожалуйста, не говори, что выбираешь последний вариант, Сэйбл будет расстроен.

На секунду я задумалась:

– Просто вытащи их отсюда.

– Вы не знаете, кто мы такие... – выкрикнул один из них, когда демон схватил его за горло. Второй вампир пронзительно закричал, когда Сэйбл швырнул их обоих сквозь разорванное пространство.

– Красиво вышло, хотя я всегда говорю «никогда не оставляй в живых ни одного свидетеля», – сказала Салли, – Но, что поделаешь. Теперь, что касается «бывшей» тебя... – Она задумчиво склонила голову, обдумывая как поступить с Элеонорой, – Убить, освободить или изгнать?

– С меня хватит! – рявкнула Элеонора, пытаясь освободиться от связывающего заклинания, – Освободи меня сейчас же и я вернусь в пещеру к Джейн!

– Она может вернуться в Преисподнюю? – спросила я Салли.

– Конечно. Но для этого нам нужен Заклинатель, а так как среди нас таких нет, остается другой вариант – ее придется убить. Я этого сделать не могу, при всем желании. Если займусь убийством, то войду во вкус и не смогу остановиться, а я только что маникюр сделала... так что, если хочешь сама убей ее.

– Что? Даже не думай об этом! – закричала Элеонора.

Алек?

Нет, mi corazon, не стоит пятнать свою душу её смертью.

Я печально вдохнула.

– Тогда вернёмся к варианту с пещерой. Джейн хорошо ладит с Элеонорой.

– Протестую! Это превышение полномочий! Подожди... Ты хочешь вернуть меня к Джейн?

– Согласна присоединится к ней? – спросила Салли.

– Конечно! – быстро согласилась Элеонора, и Салли в очередной раз вызвала Сэйбла, – Кора, ты собираешься наказать меня за то, что я убила Алека?

– О, я помню, что ты сделала, или точнее, собиралась сделать, – ответила я ей, надеясь, что она по моему взгляду поймет как сильно я зла на нее, – Но мы уладим наши разногласия позже, как только позаботимся о более насущных проблемах.

Элеонора улыбнулась:

– Поверить не могу, что ты такая... – и тут ее потянуло в дыру.

– Надеюсь, она хотела сказать «великодушная», а не «наивная дурра», но что-то подсказывает мне, что второй вариант реальнее, – равнодушно сказала я.

– Скорее всего, – согласилась Даймонд, затем посмотрела на Салли, – может, уже продолжим? Мне на самом деле пора возвращаться к мужу и прабабушка скоро потребует подробного рассказа о происшедшем.

– Ждём решения Коры, – Салли кивнула в мою сторону, вопросительно приподняв бровь.

Я взглянула на Кристофа и Пию, перевязывающих раны Алека.

Сможешь еще потерпеть?

Я исцеляюсь потихоньку. Процесс замедляет большая потеря крови.

Тогда я разберусь с этим и угощу тебя как следует.

– Приступаем, – сказала я, глубоко вдохнув.

– Наконец-то, – Салли медленно удовлетворено улыбнулась.

Глава 18

Конечно Алек слышал о головокружении, но сам его никогда не испытывал. И вот он очнулся и обнаружил, что кружится не только вся комната перед его глазами, но казалось весь мир «поплыл».

Алек был тяжело ранен, и у него не было сил, мысленно связаться с Корой, чтобы убедиться, что она не пострадала. Тот факт, что он чувствовал, как ускользала жизнь, как, тогда в Акаше, означал лишь одно – проклятая Элеонора убила его.

Ну, почти убила. Сучка. И подумать только, он веками оплакивал её смерть!

Через несколько минут гневных размышлений об этом, он, с большим удовольствием, сосредоточился на воспоминаниях о том, как Кора была взволнована, когда поняла, что он жив, отдаленное чувство знакомого тепла сообщило ему, что его тело делало огромные усилия, чтобы восстановиться.

Он перестал пытаться мысленно достучаться до Коры и расслабился, сконцентрировав оставшуюся энергию на исцелении. Вдруг он почувствовал ее отчаяние и снова постарался попасть к ней в голову, он чувствовал, как сильно она любит его.

Алек мысленно улыбнулся, вспоминая как Кора устроила разнос Элеоноре, до него доносились голоса Пии и Кристофа, перевязывающих ему раны. Приходя в себя, он почувствовал сильную боль, агонию, что пронзила его тело и оставила бездыханным, ему захотелось кричать, но он знал, что это будет напрасная трата сил.

Вместо этого он абстрагировался от боли, стараясь сохранить рассудок, иначе агония поглотит его. Только когда он смог контролировать ее, Алек открыл глаза и посмотрел на Кристофа. Рука Алека была перебинтована и прижата к грудной клетке.

– Спасибо, – голос Алека был хриплым и слабым.

Кристоф улыбнулся, но Пия его тут же оттолкнула и набросилась на Алека, на её лице были слёзы:

– Молчи, Алек!

– И тебе привет, Пия, – ответил он, собрав все силы, и улыбнулся ей.

– Тсс! Даже не пытайся шевелиться. Кристоф перевязал тебе шею и плечо, но не двигайся пока не придет целитель.

Его тронули слезы Пии, но он снова подумал о Коре. Какие чувства она испытала, когда поняла, что он мертв? Разозлилась? Опечалилась? Почувствовала облегчение?

Я бы сказала, что была абсолютно опустошена и если ты не сделаешь то, что говорит Пиа . и не расслабишься, чтобы тебя могли исцелить, то узнаешь, насколько опустошение расшатало мою нервную систему.

Алек расслабился, еще раз мысленно улыбнувшись нежной ласке ее разума, игнорируя, как голод и боль разъедали его изнутри.

Он отключился ненадолго, возвращаясь в сознание только тогда, когда его настигло смутное чувство опасности.

С невероятной силой, он оттолкнулся от стены, гневно глядя на картину развернувшуюся перед его глазами.

– Ты собираешься это сделать? – яростно прорычал он, почти неузнаваемым голосом, – Крис, ты должен был остановить Салли.

– Ради Бога, – проворчала Пия, подходя к нему, – Не отвлекай Кору! Салли сказала, очень важно не отвлекаться ни на что, иначе она потеряет контроль над Баэлем.

Возлюбленная, как думаешь, какого черта ты делаешь?

Кора бросила на него удивленный взгляд, и перед ней возникло рычащее чудовище. Я помогаю избавиться от Баэля. Сам сказал это сделать. Почему ты не отдыхаешь? Как самочувствие? Еще больно? Ведь все болит? Я чувствую, ты что-то скрываешь от меня. Ложись отдыхать, глупый, и я покормлю тебя, как только покончу с этим существом.

– Не командуй! Я не ребенок, сам знаю, что делать! – ответил Алек, стараясь выглядеть грозно, но это было сложно, учитывая то, что он еле стоял на ногах.

Кора это заметила.

– Ути, мой маленький, вавка болит.

– Я – Темный! Какая еще вавка! Смертельная или ужасная рана!

Существо, которое являлось Баэлем в истинной форме, крутилось, подскакивало и проклинало всех и вся на латыни.

– Серьёзно? – спросила Салли, глядя на ужасающее зрелище, – Не думаю, что ты находишься в таком положении, чтобы угрожать кому-либо.

– Пия, – сказала Кора, не отрывая глаз от фигуры Баэля, не прекращающей вращаться, его форма менялась от человека к демону и всевозможные вариации между ними, – Не могли бы мы достать для Алека стул, прежде чем он причинит себе вред, или скончается от тяжких, почти смертельных травм?

Баэль изменил форму рогатого, прыщавого, слизистого подобия демона, и стал таким, каким был раньше.

– Ты будешь страдать, так как никто никогда не страдал, – сказал он Салли, его глаза буквально светились красным, – Не думай, что раз я был щедр с тобой в прошлом, то это повлияет на мое наказание за этот бунт.

– Скорее это переворот. Я бы так это назвала, – исправила его Салли.

Алек покачнулся в сторону Коры и приобнял ее одной рукой, как бы защищая. Не бойся, Возлюбленная. Я здесь, чтобы защитить тебя.

Я боюсь за тебя, а не за себя, глупый,ответила она, с ее словами пришел теплый прилив любви настолько сильный, что почти заставил его упасть на колени в глубокой благодарности.

– Смерть будет казаться, раем для тебя, к тому времени, как я покончу с тобой, – зарычал Баэль на Салли, неспособный действовать, крепко связанный его собственной силой, которую Салли, использовала против него. Три Орудия стояли полукругом перед ней, их руки соприкасались, образуя арку, через которую сила была непосредственно сосредоточена на Баэля, окрашивая лорда демонов в сине-черный свет.

– Вот, Алек, присаживайся, – Пия подтащила к нему остатки стула. Но он даже не взглянул на него.

– Когда я пожелаю закончить твои пытки, смерть будет твоим спасением, – пообещал ей Баэль, – я сделаю так, что ты никогда больше не сможешь принять образ женщины!

Даймонд хихикнула.

– Ой, Баэль, я надеялась мы сделаем это без угроз и проклятий, – сказала Салли, грустно качая головой.

– Оставь свои надежды, – зарычал Баэль. и Алеку захотелось спрятать от него Кору куда подальше.

– Да? – Салли склонила голову и улыбнулась, – Знаешь, для одного из самых могущественных существ на планете, ты слишком небрежно относишься к тому, что происходит в Абаддоне... Тебе это не интересно.

– Небрежно? Я никогда не бываю небрежным. Каждое действие, каждая деталь, являются частью моего плана, – Баэль выглядел почти оскорбленным подобным высказыванием, – Не иди на поводу у своего невежества, не путай отсутствие внимания с тщательно спланированным планом, который ты никогда не поймешь.

– Думаешь? – Салли пожала плечами, – Итак, значит, вы все знаете кто я?

Алек услышал что-то в ее голосе, что заставило его (мучительно и с большой жесткостью) оглянуться на нее. Кристоф приподнял брови, показывая, что он тоже уловил изменения. Алек взглянул на Кору. Она, казалось, прекрасно все контролирует, выражение ее лица было безмятежным.

Баэль прищурился, его глаза превратились в маленькие черные щели.

– Твоя роль в моем плане всегда была незначительной, и, мне плевать кто ты на самом деле.

– О, ты такую чушь несешь, что я просто не могу удержаться, и сейчас покажу тебе кое-что, – она звонко засмеялась, и в долю секунды, золотая вспышка света ослепила Алека. Она исчезла прежде, чем он успел моргнуть, но по выражению глубокого неверия на лице Баэля, Алек понял, что все произошло на самом деле.

– Ты... не может быть... как… – Баэль взял себя в руки и сделал глубокий вдох, очевидно, подготавливаясь проклинать всех присутствующих. Алек не мог рисковать и позволить ранить Кору, поэтому рванулся в сторону лорда демонов, чтобы остановить его.

– Молчать! – приказала Салли, властным голосом, который было почти больно слышать. Алек помедлил, глядя на нее, она продолжила, – Как прекрасно, было бы поболтать с тобой еще, но у Даймонд дела, Темный Коры, кажется, возомнил, что достаточно силен, и готов бороться с тобой, так что я скажу коротко и ясно, Баэль, известный также как Вельзевул, первый принц Абаддона, правитель семисот легионов, этим светом, моей силой, моим существом, я изгоняю тебя.

Полный ненависти крик Баэля было невыносимо слышать, ярость в нем так бурлила, что буквально взорвала комнату, словно бомба. Алек отшатнулся, делая все возможное, чтобы защитить Кору от этого ужаса, несмотря на боль, что пронзала его раненое тело. Он стиснул зубы, стараясь не потерять сознание, намереваясь защитить ее или умереть, защищая.

Как мелодраматично. Когда схватишь простуду, тоже будешь так себя вести? Потому что мой бывший муж был как самый большой ребенок в мире, когда болел, но даже ему далеко до того, что вытворяешь ты. Как будто я позволю тебе умереть.

Кажется ты попутала кто тут главный,ответил он, медленно разгибаясь, когда последний отзвук крика Баэля исчез. Он спас Кору от маленького столика, который летел на них. Я Темный, ты Возлюбленная. Я тебя защищаю. Я живу ради этого.

А я надеялась, что ты живешь ради того, чтобы, дарить мне бесконечные, наполненные жарким сексом ночи, сказала она с соблазнительным придыханием, и наклонилась к нему, ее запах вскружил ему голову.

– И... и это все? – спросила Пия, медленно выбираясь из-под мебели, которую разбросал Баэль, – Ты просто сказала несколько слов и он ушел?

– Ну... Я могла бы сделать из этого грандиозное шоу, – сказала Салли, слезая с куска скалы, которая теперь пробивалась сквозь пол, – Я просто предположила, что у каждого из вас есть дела поважнее.

– Но... , – Пия осмотрела комнату, словно в поисках ответа, – но это было слишком легко. Почему ты не сделала этого раньше?

– Легко? О, боже правый, нет, это было не легко, – Салли покачала головой, – Баэль был первым принцем, сладкая моя. А нельзя быть первым принцем, если в тебе недостаточно дерьма, думаю, ты понимаешь, что я имею в виду. И в Баэле дерьма полно, больше, чем во всех кого я когда-либо встречала, что любопытно, на самом деле, если задуматься... – и Салли замолчав, задумалась.

– Я все ещё ничего не понимаю, – пожаловалась Пия.

– Я думаю, это сделали мы, Пия, – сказал ей Ульфур, облегчение сквозило в каждом его движении, – Я думаю, что мы внесли свой вклад. Будучи Орудиями.

– Если Баэль исчез, значит ли это, что никто не сможет снова использовать меня как Орудие? – спросила Кора у Алека, нежно гладя его руку, затем перешла к груди, проверяя ушибы. Все еще больно?

Нет, перестает болеть, когда ты рядом.

– Да, именно так и есть. Спасибо, Салли, – сказал он, поклонившись маленькой женщине.

Салли шепотом давала указания, вернувшемуся Сэйблу и махнула рукой принимая благодарность.

– Но... они же просто люди... три человека. То есть, они проводники и все такое... да... но... – Пия покачала головой, – Нет, я явно что-то упустила.

Кристоф наклонился к Пие и прошептал ей что-то на ушко.

– Как хорошо, что мы воссоеденились, – смеясь, сказала Кора и лизнула кончик носа Алека, его сердце утонуло в нежности от этого глупого милого жеста. Ему хотелось петь, танцевать от радости, и крикнуть с самой высокой горы, что Кора любит его!

– Повтори! – потребовал он.

Она улыбнулась, его глаза светились любовью.

– Te amo.

– Кстати об этом, Кора, сладенькая, если ты собираешься приставать к своему Темному, почему бы не сделать это где-то наедине, а не насиловать его прямо здесь, где в любую минуту кто-то из лордов демонов может нанести мне визит. Если ты беспокоишься о травмах Алека, можете использовать одну из комнат на человеческой стороне дома, если хотите, – Салли, снова куда-то отправила Сэйбла, прошла мимо них, расправив маленький красный шерстяной пиджак и поправила прическу, – Теперь, какой же выбрать первый указ в качестве первого принца – реструктурировать иерархию, или установить высокоскоростной беспроводной Интернет в Абаддоне? Я думаю, второй вариант. И дня не переживу без любимых картинок забавных котиков со смешными надписями.

– Котиков? Ах ты, боже мой! – возмутилась Кора, и скрестив руки повернулась к Салли, – Минуту назад ты была злобным монстром жаждущим нас адски пытать и уничтожить, и тут ты волнуешься только о своей прическе, костюме и котиках!

– Ведь все целы? – пропела Салли ласковым голосом, Алек чувствовал, что его возлюбленная впала в ступор.

– Да, конечно, – ответила Кора, оглянувшись в сторону Алека.

– Так я и не планировала никого уничтожать.

Тебя совсем не волнует, что Салли источник всех наших бед?Спросила Кора.

Ты же знаешь, что это не так. Просто по какой-то причине ей нравится, что все так думают.

Кора мысленно вздохнула. Я что-то упустила, да?

Ты не заметила вспышку света пару минут назад?

Чего?

Если Салли сама этого не сделает, то я объясню позже.

Кора потеряла виски, словно у неё разболелась голова.

– Ты не планировала никого уничтожать, но добровольно вручила нас Баэлю.

– Кора, детка, не понимаю, почему ты так плохо думаешь о Салли. Уверяю, ты не справедлива к ней. Ой, кажется, мне пора бежать. Ди будет в бешенстве. Я должна заверить его, что все в порядке, – Даймонд обняла Кору, и взглянула на Алека, – а ты теперь обязан о ней заботиться.

– Этим я и планирую заняться, – ответил Алек, удивляясь, что может быть как-то иначе. Ведь эта женщина стала для него всем.

Даймонд покинула их, на выходе она поприветствовала кого-то.

– Почему-то я знала, что ты будешь здесь, – сказала Кора Террину, когда тот поклонился им.

– Да? Кажется, все удачно закончилось? – спросил он, разглядывая разрушенную комнату, – Салли, по-моему ты сказала, здесь полно личей и тёмных?

– Так оно и было, милый. Если бы я захотела использовать «Железную деву[6]», то точно раздавила бы кого-нибудь, пока устанавливала её.

– Железную деву! – возмутились Кора, – ты опять за старое?

Салли хихикнула.

– Я просто произнесла это, чтобы проверить слушаешь ли ты. Сладкая, я ни разу ещё не использовала «железную деву».

Кора подозрительно посмотрела на нее.

– Колесование[7] другой вопрос. Одного из лордов демонов... вы его не знаете, Баэль изгнал его, потому что у того супруга дракон, и ой, тут такая интересная история, но слишком долго рассказывать, а так как я теперь занятой человек, первый принц как никак... О чем это я?

– Один из лордов демонов? – подсказал Террин.

– Ах да, один из лордов демонов придумал интересный вариант использования пытки «колесование». Его изобретательная подруга предложила использовать связывание и все такое. Но я отклонила их предложение. Как дела дома?

Последний вопрос был адресован Террину.

– Прекрасно, хотя мары немного расстроены, что...

– Что все это значит? – крик раздался по всей комнате с силой бульдозера и прервал Террина. Мгновенно, Алек прижал к себе Кору, чувствуя, что она одновременно и раздражена, что он ее защищает и благодарна ему за это.

Террин удивленно смотрел на худощавого, маленького темноволосого мужчину, который вошел в комнату, тряся перед собой бумажкой.

– Кто ты? – потребовал Алек, Кристоф подошел к Пие, и рядом с Корой двое мужчин образовали непробиваемую защитную стену. Алек понял, что незваный гость был лордом демонов, и скорее всего, не представлял для них опасности, но Кора прошла через многое, и он не хотел больше волновать ее.

Она ущипнула Алека за попку и проигнорировала его требование, спрятаться за ним. Обняла его и встала рядом.

– Асмодей, – ответил он и снова потряс бумажкой перед Салли, – Что это значит?

– Ой, уже получил мой e-mail? Я же просила Сэйбла отправить его только когда все уйдут. Значит ты, скорее всего, пришёл, чтобы закатить истерику, потому что я изгнала Баэля в Акашу.

– Нет, – с бесстрастным выражением лица возразил Асмодей, – я здесь, чтобы претендовать на место первого принца.

Ты уверен, что меня больше нельзя использовать как орудие? Этот парень достаточно взбешен, чтобы использовать меня против Салли. Боже, Алек, перестань думать, как ты с ним разделаешься! Действительно, я уже не маленькая девочка и сама могу о себе позаботиться.

Непроизвольно, его рука скользнула по ее попке, сама мысль о ее бедрах и грудях, дико возбуждала его. За это он был готов встать на колени и благодарить судьбу, всех богов и обстоятельства. Я благодарен богу за то, что ты есть в моей жизни, но в данный момент не это важно, Возлюбленная, так что прекрати соблазнять меня своими бедрами и длинными, длинными ногами, которые так приятно обвивают меня.

– Кто бы сомневался. Но, видишь ли, я уже заняла его место. И по закону тот, кто изгнал принца, занимает его место. Как тебе известно, изгнала его я.

Он услышал мысленный стон Коры.

Я отшлепаю тебя, когда ты выздоровеешь. Так можно меня использовать или нет?

Нет. Силы Баэля больше не существует.

Тогда почему ты продолжаешь защищать меня от этого парня?

– Ты не можешь быть первым принцем, – ровным, лишенным эмоций голосом ответил Асмодей.

Такова моя природа. Я уже говорил тебе об этом.

Ага, я весь такой «мачо», дорогой, со мной такое пройдет. Он опасен для нас?

– Хм... но пока именно я им и являюсь. Да, да, Асмо, пирожочек мой, после той вечеринки в прошлом году я тебя так и не видела. Но точно помню, тогда ты настаивал, что Баэля нужно изгнать из Абаддона, а потом, чтобы хоть как-то развеселить твоих демонов ярости, я устроила вам шуточный бой в желе, помню как там тебя раздели, случайно... ведь все такое скользкое... Смешно было. Вижу ты до сих пор точишь на меня зуб за это. Мой совет – забудь, прости и живи дальше. Теперь я твой босс.

Не думаю, что он опасен. Вот почему мы с Кристофом и позволили ему войти.

Кора подавила смех слушая Салли.

Он выглядит, так, будто вот-вот взорвется. Может, нам стоит отойти подальше? Я не хочу, чтобы твои болячки снова разболелись.

Они исцелились. И должен признать, что хотел бы остаться ещё на пару минут и посмотреть, что будет дальше.

– Нет, – настаивал Асмодей.

Зачем?

Потому что Салли должна объяснить нечто важное.

– Слушай сюда, вот как это работает – я изгоняю Баэля и становлюсь боссом… – Асмодей прервал её объяснения.

– Ты не можешь быть первым принцем Абаддона. Это запрещено, – махнув рукой в сторону Террина, Асмодей продолжил, – я и раньше это подозревал, но благодаря ему убедился.

– О, боже, – сказал Террин, поднимаясь на ноги и встал рядом с Салли, которая не выглядела ни в малейшей степени озабоченной тем, что говорил Асмодей, – Салли, сладкая моя, возможно, теперь самое время попросить остальных удалиться.

Салли хитро взглянула на них.

– Ну нет, я думаю они заслужили увидеть чем это закончится. Кора и Ульфур точно, а так как Темные помогали нам, им тоже будет интересно.

– Благодарю, – сказал Алек.

Кристоф поклонился и добавил:

– Мы все благодарны.

– Не имеет значения, кто будет здесь присутствовать, новости будут обнародованы в Потустороннем мире, чтобы все узнали о твоем вероломстве, – сказал Асмодей, со скучающим видом.

– Ничего не понимаю, – пробормотала Пия, – почему Салли не может быть боссом? Она победила Баэля, а это значит, что она самая сильная?

– Хороший вопрос, – сказала Кора, затем обратилась к Асмодею, – Что за вероломство? Ну да она нас похитила и все такое, хоть Алек убежден, что это не так уж и плохо, но я до сих пор сомневаюсь.

Салли послала ей воздушный поцелуй. Кора в ответ состроила рожицу.

– Она не может стать первым принцем по той простой причине, что Владыка не может править Абаддоном.

Алек улыбнулся, радуясь, что его догадки подтвердились, и почувствовал, как Кора впала в полнейший шок.

– То есть... нет! – она запнулась, сделав шаг к Салли, – Ты не можешь быть Богом! Ты совсем не похожа на Бога! Ладно уж, что ты женщина, хотя ты действуешь как мужик, но все эти угрозы уничтожить невинных, но нет, я просто отказываюсь признать, что ты Бог.

– А я и не Бог, – ответила Салли, – ну сколько раз повторять, что Владыка это не тоже самое, что христианский Бог для вас смертных. И кстати... – она мельком взглянула на Террина.

– Срань господня! – воскликнула Кора, схватившись за голову, – Бог женат?

Салли приподняла брови.

– Ах, ты о Террине? Ой, мы не женаты.

Алек думал, что Кора сейчас взорвётся от эмоций. Она почти закричала:

– Господь живёт во грехе?! Какого черта?!

– Чертей по сути... – Террин начал было исправлять ее, но замолчал встретившись взглядом с Алеком.

– Террин мне не любовник, – хихикая, пояснила Салли, – он моя... Ну... Вторая половина.

И тут Алека осенило.

– Но... Вы же сами сегодня говорили, что вы вместе... – Пия выглядела такой же растерянной как и Кора.

– Так и есть. Он моя вторая половина.

– Мы не можем существовать друг без друга, – пояснил Террин, – У нас платонические отношения, можно так сказать. А Салли, насколько мне известно, встречалась с одним херувимом, ответственным за интернет.

– Котики со смешными надписями, готова ради них на все, – уточнила она, кивнув, – он великолепен во всем, что связано с интернетом.

– Ничего не понимаю, – Кора обернулась и посмотрела на Алека, – она бог или нет?

– Нет, – ответил он и обнял её, – вместе Террин и Салли являются Владыкой. Они не Бог, но на стороне добра, поэтому перестань волноваться, что она может нам навредить.

– Но она грозилась пытать меня и Ульфура, – запротестовала она, – Точно Госпо... ой... Владыка не стал бы этого делать? Он или она...

– Обычно к нам обращаются, используя местоимение «оно», – подсказала мне Салли, и улыбнулась Террину.

– ...и точно, «оно» не может быть лордом демонов, так?

– Очевидно, она может.

Сказал Алек и, успокаивая, обнял Кору.

– А почему никто не узнал её? – спросила Пия.

– Я тоже об этом подумал, – согласился с ней Кристоф и обратился к Асмодею, – почему ты не сказал никому кто она?

– Я не знал. Не был уверен, пока не увидел их вместе.

– По отдельности мы ничто, просто... Ну... Просто люди, – объяснила Салли, – я устроила все так, чтобы Террин не навещал меня во дворце, чтобы никто не увидел нас вместе и не смог узнать.

– Но сейчас все изменилось, – подчеркнула Кора.

– Точно. Я понимала, что рано или поздно кто-то узнает правду, и меня лишат звания принца. Жаль, что это случилось рано. Я и правда хотела быть главным лордом демонов. Не то, чтобы я...

– Нет! – рявкнул Асмодей, – Сделай меня первым принцем и все выйдут отсюда в целости и сохранности.

Салли вздохнула.

– Знал бы ты, что теряешь! Я была бы отличным боссом. Хорошо, ты будешь главным. А я направлю все свои силы, которые копила для перестройки Абаддона на то, чтобы портить тебе жизнь и расстраивать все планы! Доволен?

На лице Асмодей по-прежнему была непроницаемая маска. Без единой эмоции он повернулся к Алеку и сказал:

– У вас три минуты чтобы покинуть Абаддон, если не успеете, я возьму вас в заложники.

– Соглашение между Абаддоном и Моравским Советом... – начал говорить Кристоф, но его прервали.

– Соглашение аннулировано и недействительно с данного момента. У вас осталось две минуты и сорок секунд.

Не успел Алек возмутиться по поводу бесцеремонного расторжения соглашения между Темными и Абаддоном, которое существовало многие века, как Асмодей исчез в клубах чёрного дыма.

Глава 19

– Уверен, что это хорошая идея? Здесь полно людей и они все знают где мы, – я закрыла дверь на ещё один замок, чтобы убедиться, что никто сюда не войдёт.

– Каких людей? – спросил Алек.

– Например Элеонора или мастер личей.

– Вот еще! – отмахнулся он и начал медленно подходить ко мне, в его глазах разгорался знакомый огонек.

– Может, мне снова покормить тебя. Ты потратил много сил, провожая Пию и Кристофа. Надеюсь они с Ульфуром уже в Италии. Я знаю, ты голоден.

– Я перекушу немного.

Я сомневалась, меня охватило беспокойство.

– Те вампиры все еще рядом, и скорее всего, вернутся и затащат тебя обратно в Акашу, но что более важно, тебя буквально едва не разорвали пополам. Возможно, нам нужно немного подождать. Целитель сказал, что для излечения твоих травм может понадобиться немного больше времени, чем обычно.

Глаза Алека потемнели, он мгновенно избавил Кору от одежды и уложил ее в кровать, в одной из комнат в доме Салли.

– Я в порядке, – ответил он, прижимаясь ко мне бедрами, выпуклость, которая грозила разорвать молнию на джинсах, говорила о многом. Но все же, мне нужно было убедиться, что он хорошо себя чувствует.

– Нет, серьезно, я думаю, что нам стоит подождать, – это был слабый протест, но я не могла с чистой совестью поддаться страсти, охватившей нас обоих.

– Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя, – пробормотал он мне на ушко, его дыхание горячей волной обжигало мою шею, руки мучили и дразнили, разжигая страсть все сильнее, – Я знаю. Я чувствую, твои эмоции.

– По крайней мере, я могу держать свои руки при себе, – возразила я, схватив его руки, чтобы он перестал лапать мою грудь.

Он прекратил ласкать мою шею и нахмурился, слегка прищурив красивые зеленые глаза.

– Почему ты отвергаешь меня?

– Я не отвергаю, а откладываю. Потому что хочу убедиться, что ты в порядке.

– Я в порядке, – повторил он, его руки снова заскользили по моей груди.

Наперекор своим желаниям, я выскользнула из его объятий, скатилась с кровати, и подхватив его рубашку, надела ее. Жуткие картины Алека лежащего в крови, всплыли в моей памяти, этого было более чем достаточно, чтобы отрезвить меня и остудить мой пыл.

– Это ты так говоришь, а я сомневаюсь, и не поверю, пока сама не увижу.

– Лучший способ доказать, что я исцелен, это заняться с тобой любовью, – сказал он, скользнув по мне таким взглядом, словно пантера, заметившая сочного кролика на своем пути.

– Нет, лучший способ это доказать – раздеться и показать...

Он разделся прежде чем она успела договорить.

Мне потребовалось несколько минут чтобы оторвать взгляд от аппетитных мышц, под его гладкой кожей, которая, я это точно знала, была теплой и нежной... С титаническим усилием, я не посмотрела вниз... хотя мой мозг скомандовал именно туда и отправиться, я напомнила себе, что совсем недавно его чуть не убили.

– Хорошая попытка, но я не позволю тебе, отвлекать меня таким способом. Теперь, дай мне посмотреть...

На месте раны остался толстый шрам, он шел от центра грудной клетки к плечу. Он все еще был красным, и, когда я положила руку на него, почувствовала тепло, его плоть продолжала исцеляться. Я дотронулась до жуткого красного шва, на его ключице. Этот тоже был горячим.

Алек явно был не готов для любовных игр, но если бы я сказала ему это напрямую, он просто высмеял бы мое беспокойство и сделал то, что хотел, даря мне удовольствие без единой мысли о том, что это причинит ему вред. Я не могла позволить ему навредить себе, но как его остановить? Бесполезно просто игнорировать соблазн, потому что я просто не могла устоять перед ним, и мы оба это знали.

Нет, я должна сказать ему, что на этот раз он будет пассивен в наших сексуальных экспериментах.

– Закончила? Тогда, моя очередь прикасаться к тебе, – вежливо потребовал Алек.

– Нет, – смеясь, ответила я и указала на кровать, – ложись.

Он снова нахмурился,

– Ты доминируешь. А мне нравится. Я готов изведать новые ощущения со своей возлюбленной. Раньше мне никогда не нравилось быть пассивным.

– Алек, менее часа назад я думала, что ты умер. Знаю, ты уверен, что в состоянии заняться любовью, но я не думаю, что ты, на самом деле готов. Однако... – я подняла руку, чтобы прервать его возражения, – Я готова признать, что ты абсолютно прав в том, что я безумно хочу тебя, поэтому пойду на поводу у наших желаний, но позволь мне сделать все по своему.

– Это как?

– Во-первых, ты позволишь мне соблазнить тебя. Я знаю, что обычно тебе это не нравится, но... – Алек, глядя на меня, сбросил одеяла с кровати, упал на спину, заложив руки за голову, и замер в ожидании. Я не могла удержаться от смеха.

– Соблазняй меня, возлюбленная. Сегодня ты будешь направлять нас. И прекрати говорить, что для занятий любовью, я не достаточно исцелился.

Я снова рассмеялась, и медленно, так, чтобы подразнить его, расстегнула на себе рубашку. Его глаза загорелись притворным негодованием, когда я как можно медленнее расстегивала пуговицы, затем я провела по моим бедрам (которые, казалось, особенно его притягивали) и поднялась выше к груди.

– Снимай рубашку, – его дыхание участились.

– Ты единственный человек, который может приказывать, сам находясь в подчинении. – Я начала снимать рубашку, и замерла встретившись с его великолепными зелеными глазами, в которых горела страсть. – Ты схватишь меня, как только я разденусь?

Точно.

Я и не сомневалась.

Он удивлённо посмотрел на меня, когда я резко застегнула джинсы и направилась к выходу.

Корасон! Ты куда?

Жди меня здесь. Алек, я серьезно, будь здесь! Не думай, что я не знаю, что ты собираешься одеться и пойти за мной. Я как бы читаю твои мысли, не забыл? Я иду, чтобы взять кое-что ... забавное. Просто возвращайся в постель, и подумай о том, как тебе повезло иметь Возлюбленную, которая планирует заставить тебя рычать от удовольствия как дикий зверь.

Для этого не нужно ничего приносить. И что такого ты хочешь взять?Его тон был сварливым, но я знала, что он все равно сделает все, о чем я попрошу, даже если ему это не нравится.

За это ты получишь дополнительные бонусы.

Он провел следующие десять минут грозясь наказать меня самыми разными способами, если я сейчас же не вернусь и не займусь с ним любовью. Пытки я пропустила мимо ушей, а вот мысль о сексе заставила меня поспешить к Салли. Я обнаружила ее и Террина на залитой солнечным светом террасе, они попивали чай и ели пирожные.

Алек хмурился, когда я вернулась в комнату с тем, что Салли дала нам.

– Тебя не было ровно двенадцать минут... какого черта ты собираешься с этим делать?

Я накрутила красную шелковую ленточку на одну руку, и поправила спадавший через плечо шарфик.

– Салли дала их мне. Я собираюсь использовать их, мой сексуальный вампир, чтобы сдерживать тебя... не позволить тебе сделать все, что ты хочешь. Ты еще в процессе исцеления, поэтому очень важно не напрягаться. Ленты обеспечат мне это.

– Ты же не собираешься связывать меня?

– О, ещё как собираюсь.

Он закатил глаза и попытался скрыть самодовольную мысль, что он подыграет мне в течение нескольких минут, а затем просто сорвет ленты, освобождая руки. Я улыбнулась его наивности и сняла джинсы и рубашку.

– Не нравится эта идея? – спросила я, указывая на его уже не возбужденный пенис.

– Тебя не было двенадцать минут, – ответил он, я повязала одну его руку лентой и протянула ее через металлические прутья у изголовья кровати. Затем повторила процесс уже со второй рукой.

Он попытался поймать сосок в рот, когда я склонилась над ним, но я сместилась в сторону, со словами:

– Я так и думала, что ты развлекался мыслями о том, как попытаться доставить мне удовольствие.

– Нет. Скорее я потратил некоторое время на выдумку различных методов наказания для тебя, если ты не прекратишь меня связывать и не позволишь заняться с тобой любовью.

Я улыбнулась, когда он проверил, прочно ли привязаны его руки, и отвлеклась на минуту, глядя, как напряглись мышцы его рук и груди. Шелковые путы немного ослабли, но недостаточно, чтобы дотянуться даже до лица.

– Какая соблазнительная картина, – сказала я, наклонившись вперед, чтобы куснуть его нижнюю губу, – дьявольски красивый вампир связан, и все его тело словно шведский стол для меня. Но я думаю, что... да, я думаю, что мы можем получить удовольствие от этого опыта.

– Надеюсь, потому что моё терпение на исходе.

Он старался говорить несчастным голосом, но я чувствовала, что его снедает любопытство.

Женщины никогда тобой не доминировали во время занятий любовью?

Таким образом – нет. Что ты собираешься делать этим шарфом?

– Завязать тебе глаза. Ооо, хитрец! – когда я склонилась над ним, чтобы повязать шелковый шарф на его глаза, он крутнулся и сбил меня с ног, едва не разрушив мой план. Просто погладив его длинные ноги, я прочитала все мысли Алека, в которых он грозился наказать меня с большим удовольствием. – Но это тебя не спасет.

Я освободила себя из тисков его ног, и быстро завязала шарф на глаза.

– Хочешь стоп-слово[8]?

– Чёрт возьми нет.

Он все еще был самодоволен и убежден, что контролировал ситуацию. Я позволила ему думать, что так и есть. Нежно проводя рукой по шраму на его груди, я постепенно опускалась ниже к его пенису.

– Какой ты горячий, Алек. Твоя кожа горит, но в хорошем смысле. Я хочу лизнуть каждый сантиметр твоего тела. И так как ты в моей власти и не в состоянии отвлечь меня руками и губами, я думаю, что займусь этим сама.

Я наклонилась к его груди и провела языком вокруг одного соска, скрытого в мягких завитках волос, затем мое внимание переключилось на другой, а пальцы, поглаживали крепкие, соблазнительные мышцы живота Алека. Я не думаю, что когда-либо спала с мужчиной, у которого были шесть кубиков пресса. Ты занимаешься в спортзале?

Иногда, когда мне нечем заняться.

Мысленно я прокляла его гены за то, что он так божественно выглядит и совсем над собой не работает. Такие бедняги как я готовы убить его за это. Ведь чтобы сохранять приличную физическую форму над нами измываются садисты тренеры.

Не говори ерунды! Твоё тело доставляет мне массу удовольствий! И неважно, в какой оно форме.

– За эти кубики любая женщина будет готова навечно стать твоей рабыней, – Я продолжила целовать его живот, языком лаская местечко вокруг пупка, внезапно его бедра дернулись вверх, дыхание сбилось, а когда я слегка прикусила прекрасную выпуклость ниже бедер, он застонал, – К счастью, никто, кроме меня, не будет знать, что ты так прекрасен. Ммм... что это у нас здесь? Похоже на пенис.

– А тебе нравится так со мной играть, да? – удивленным голосом спросил он, – Ты и правда думаешь, что я в твоей полной власти?

– Я знаю, что так и есть, – мои пальцы скользнули по его члену, поглаживая и слегка потягивая, просто знакомясь с ним. Я наклонилась и нежно прикусила внутреннюю часть его бедра, наслаждаясь тем, как он дернулся от удовольствия. Его одолевал голод. Я посмотрела на него и дерзко улыбнулась, – ты не знаешь где я собираюсь к тебе прикоснуться? Ты полностью в моей власти, Алек. Я могу прикоснуться к тебе здесь, или здесь, или даже укусить здесь...

Он издал глубокий рык.

Что ты можешь с этим поделать. Должна сказать, что мне очень нравится, что ты распростерт подо мной. Давай посмотрим, боишься ли ты щекотки… здесь?

– Чёрт побери, женщина! Не дразни меня!

– Ммм... – я взглянула на Алека, покусывая внутреннюю часть его бедер, – Разве это не божественно?

– Да, но к делу это не относится. Прекрати дразнить меня.

– Или что? – спросила я сладким голосом, нежно сжимая его яички, – О, я не упоминала, что эти ленты волшебные? Салли сказала, ты не сможешь разорвать их, случайно выскользнуть, и ты не сможешь отвязать их от кровати. Другими словами, мой сексуальный вампир, ты действительно тщательно связан до тех пор, пока я не захочу освободить тебя.

– Правда? – Я не могла видеть его глаза под шарфом, но знала, что они были полны тепла, страсти и голода, обещая возмездие за мои действия. Я ухмыльнулась и обхватила губами его достоинство.

Он чертыхнулся на латыни, его бедра взлетали вверх, когда я пробовала его на вкус, ласкала и доводила нас до предела.

– Да, – ответила я задыхаясь.

Шарф слетел и он посмотрел на меня горящими от страсти глазами, от чего возбуждение возросло во мне с новой силой...

– Эй... – вдруг, я оказалась на животе, твердый, возбужденный член Алека упирался в мою попку. Алек воспользовался моментом, чтобы притянуть мои бедра, он раздвинул ноги коленями, когда наклонился надо мной, – Алек! Как ты освободился из волшебных лент?

– Они не волшебные, mi corazon.

– Чертова Салли! Она соврала!

– Я уверен, она скажет, что просто пошутила, – сказал он, оставляя дорожку из поцелуев от моего позвоночника к бедру, а затем дал волю голоду, который угрожал затопить нас обоих. Боль вспыхнула на долю секунды, затем превратилась в самое изысканное удовольствие, когда он пил, мое тело ныло от необходимости слиться с ним.

– Господь не должен... О, боже, как хорошо... Господь не должен врать.

Алек лизнул ранку из которой пил, и поднял мои бедра шарфом.

– Сейчас мы увидим, кто у кого во власти, и кто беспомощен.

– Что ты делаешь? – спросила я, каждый атом моего тела трепетал от предвкушения и желания, – Ты хочешь войти сзади?

– Ты хотела связывание. И ты его получишь, – ответил он, подтягивая шарф, и резко вошел в меня.

Я хотела возразить, ведь раньше никогда такого не делала, но ощущение шарфа скользнувшего по моему лобку, когда он вошел в меня, заставило меня забыть обо всем на свете.

Что Корасон? Не будешь протестовать? Беспомощна и готова сдаться?

Я застонала, когда он ослабил шарф, затем снова потянул меня вверх, и резко вошел.

Не будешь отрицать, что жаждешь моих прикосновений?

Он входил снова и снова, резче и жестче. Под таким невероятным углом, что казалось, будто мы единое целое

Не потребуешь перестать доминировать?

Боже, ооо ... Да! Ради всего святого, доминируй мной ещё!

Мой приближается оргазм смешался с его ощущениями, он ударял бедрами все сильнее, пока мы оба не оказались на грани.

Корасон?

Мммм ...

Я люблю тебя, сказал он, и резко потянул шарф вверх, входя глубже и сильнее, чем раньше, я почувствовала горячие губы на своем плече, и он укусил меня.

Это было невыносимо, больше я не могла сдерживаться. Оргазм, чувство глубокого удовлетворения Алека, когда он пьет из меня, и осознание того, что его любовь будет вечной... Мое тело и душа, казалось, взрываются одновременно в восхищении, волна любви и восторга, словно звезда светила так ярко, я была удивлена, что это не сгубило нас обоих.

Когда я перестала быть блестящим, сверкающим шаром оргазма я обнаружила, что лежу тяжело дыша на тяжело-вздымающейся груди Алека, его руки крепко обнимают меня.

Я подняла голову, он открыл глаза и наши взгляды встретились.

– Все ещё думаешь, что я не исцелился?

– О, еще как исцелился, – сказала я, задыхаясь, – ты определенно вернулся в строй, солдат. Боже всемогущий, Алек! Это было... ого-го! Я обожаю связывание. Как думаешь, Салли заметит, если мы сбежим с ее лентами и шарфом? Потому что, честно говоря, я готова на что угодно, лишь бы оставить их себе.

Он рассмеялся и обнял меня.

Ах, мое сердце, что бы я делал без тебя?

– К счастью, мой экстраординарный красавчик, кстати да, где ты научился делать эти штуки с шарфом? Так вот, к счастью, я буду с тобой вечно. Хотя я полагаю, мы должны покинуть это место в ближайшее время. Салли не говорила, куда она послала вампиров, и Элеонору, не говоря уже о брате Эйлвине, хотя я сомневаюсь, что ему есть до нас дело теперь, когда Баэль исчез. Но все же, мы должны уйти, на всякий случай, пока не появились желающие надрать тебе задницу.

Алек снова закрыл глаза.

– Женщины. Никогда не пойму как вы можете разговаривать после секса. Мне нужно поспать.

– Не глупи, ты бессмертный! – сказала я, натянула на себя покрывало и прижалась к нему.

– Хоть я и бессмертен, это не значит, что мне не нужно спать. И не волнуйся, Кора, я никому не позволю нас побеспокоить.

– В самом деле? Как ты это планируешь сделать? – он не ответил, ему и правда нужно поспать. Его лицо было расслабленным, я почувствовала, что он дрейфовал на облаке насыщенном мужским удовлетворением. Я довольно долго «пытала» его, интересно, как нам теперь распутать все нити, которые, казалось завязались вокруг нас в тугой узел, в прямом и переносном смысле. Самый важной проблемой, на мой взгляд, являются вампиры и их совет, которые до сих пор, очевидно, намерены наказать Алека, судьба Элеоноры меня менее заботила, но думаю, она нам еще много крови попортит. А еще этот мастер личей де Марко, который, казалось, чрезмерно интересуется вампирами. Я сделала мысленную заметку спросить Алека об этом позже. Последним в моем списке был брат Эйлвин, будет ли он нам мстить, или сдастся, ведь теперь меня нельзя использовать в качестве орудия.

Я заснула, беспокоясь обо всем этом, но уверенная, как минимум в том, что Алек вернулся в мою жизнь. Он жив, одна эта мысль заставляла мое сердце петь от радости.

Снова наступила ночь. Я проснулась и обнаружила, что постель пуста. Алек ушёл.

– Как это ушел? – спросила я десять минут спустя, ловя себя на мысли, что мне хотелось закричать на Салли. Она не может быть Богом, но она была ужасно близка к этому. Что еще более важно, у меня было чувство, будто она снова решила поразвлечься. Как она говорит «пошалить», – Ушел куда?

Она начала было хитро улыбаться, и я поняла, что сейчас последует язвительный комментарий. Но взглянув на Террина, она вздохнула и покачала головой.

– Сладенькая, с тобой все просто. Даже не знаю как тебя поддразнить. Я ведь хотела пошутить самую капельку, чтобы снова почувствовать себя лордом демонов, мне ведь вряд ли еще раз выпадет такой шанс, но нет. Так и быть, не буду над тобой измываться.

Я внимательно посмотрела на неё.

– Асмодей наконец вышвырнул тебя из Абаддона?

Террин шепотом выругался. Салли снова вздохнула.

– Да. Асмо действительно узколобый. Он просто не видит как выгодно иметь половину Владыки, в роли первого принца Абаддона. Он такой недалекий, это не в моем вкусе. Алек пошел на встречу с вампирами.

– В совет? – кровь застыла в жилах.

Алек?

Ответа не последовало. Я не могла быть уверена, он просто не слышал меня, или не хочет слышать. Черт возьми.

– Он пошел к ним без меня? Матерь Божия! Он ушел, чтобы принести себя в жертву, чтобы они не отправили меня в Акашу вместе с ним! Ты должна что-то сделать, Салли!

– Разве? С чего бы? Правда?

– Да, должна! Ты не можешь просто сидеть и ничего не делать! – дьяволенок внутри заставлял меня вырвать глянцевый журнал из ее рук и ударить ее по голове.

– Я делаю что-то, сладенькая. Я читаю очень информативную статью о здоровье кутикулы, – она посмотрела на мои руки, – некоторым людям, тоже не помешало бы этим озаботиться

Я сделала глубокий вдох.

– Алек хороший парень. Ты глава хороших парней. Это означает, что тебе нужно сделать, что-то, когда он нуждается в помощи.

Она выглядела озадаченной, и стала консультироваться с Террином, который продолжал тихо ругаться, но теперь я заметила, что он уставился в Ipod.

– Пирожочек мой, я должна что-то сделать?

– Клянусь, я узнаю, как этой стражнице удалось использовать своих приспешников, хотя это запрещено... А? Что сделать?

– Я должна помочь Коре?

Террин перевёл взгляд с Салли на меня.

– Я думал, ты уже помогла? Ведь ты предложила им убежище, на то время пока Тёмный не исцелится.

– Ну, я думала этого достаточно но, очевидно, Коре этого мало, – Салли взяла пирожное из тарелки, и поедая его выглядела очень задумчивой, – к тому же, мои ленты и шарф. Они были моими любимыми, но я охотно отдала ей их, потому что я видела, что она хотела побаловать себя чем-то развратно-новеньким. Я подумала, что это было довольно щедро с моей стороны, но, видимо, этого было недостаточно.

Я медленно сползла по стене, в отчаянии схватившись за голову.

Алек, пожалуйста, ответь мне. Я волнуюсь. Скажи, что с тобой все в порядке.

Молчание наполняло мою голову. Он убежал без меня, но он не позволил бы мне волноваться без причины. Значит, либо он был физически не в состоянии говорить со мной, или была другая веская причина запрещающая общение.

– Мне очень жаль, Салли, это было щедро с твоей стороны, плюс ты предоставила нам комнату на ночь, где Алек мог отдохнуть и подлечиться. Хотя... если ты больше не лорд демонов, почему у тебя все еще есть этот дом?

Она продолжала жевать.

– О, часть дворца, которая принадлежала Абаддону больше не существует. Все, что осталось это оригинальный дом, здесь в мире смертных.

– Поняла. Где именно Алек встречается с вампирами? – я попыталась найти свой бумажник. Так много всего случилось, когда мы прибыли во Францию, я позабыла обо всем мирском и растеряла все мои личные вещи.

– В Вене, я думаю. А что? О, ты хочешь пойти и спасти его? – Салли откинула голову в сторону и взглянула на меня с блеском в глазах, – Да, я вижу, что это именно то, что ты намерена сделать. Удачи.

– Спасибо, – мрачно ответила я, разочарованная тем, что она не предложила исправить все взмахнув волшебной палочкой. Меня так и подмывало попросить их обоих сделать именно это, но было совершенно ясно, что Салли больше ничего не собиралась для нас делать, и я не могла винить ее в этом. Она сделала то, что мы попросили, свергла Баэля, лишив меня силы Орудия. Она предоставила нам место, где Алек мог отдохнуть вдали от всех, кто угрожал нам. Она даже дала нам свой прекрасный шелковый шарф и ленты, – Я соберу свои вещи и отправлюсь за ним.

– Давай, – сказала она и снова уставилась в журнал.

Я вернулась в спальню, которую мы занимали, но не обнаружила там ни багажа, ни кошелька, ни бумажника или даже паспорта. Как же я попаду в Вену?

– Я смогу туда добраться только автостопом. Пия и Кристоф смогут одолжить мне немного денег для одного из этих порталов. И, может быть, я могу позвонить...

Когда я вышла из двери, то услышала как Террин делает выговор Салли, а она лишь усмехается в ответ, и тут внезапно пол уплыл из под моих ног, и я провалилась в черное небытие.

– А? – острая боль пронзила меня, – Какого... ой!

– Ну почему же вы никак не держите руки и ноги внутри портала, – упрекнул меня мужской голос с немецким акцентом.

Я открыла глаза и обнаружила себя на ковре в небольшой комнате, наполненной бледным солнечным светом. Шишка на голове болела – очевидно, я ударилась об пол, когда... и тут память вернулась ко мне.

– Срань Господня!

– Вас предупреждали как нужно перемещаться по порталу. Если вам сейчас не комфортно, это не вина ООО Portals Elite, теперь пожалуйста, освободите место приема.

Я испытывая адскую боль поднялась на ноги, и сдувая с себя пыль, хромая, вышла из портала, боромоча себе под нос:

– Спасибо, Салли. Я не знаю, как ты это сделала, но перебросить меня в Вену было отличной идеей.

Пятнадцать минут спустя я позвонила Пие и Кристофу, которые очень расстроились, но не удивились, когда я сказала, что Алек бросил меня для того, чтобы самостоятельно разобраться с вампирами.

– Он хочет защитить тебя от Совета, вот и все, – сказал Кристоф.

– Глупец. Он же знает, что вместе вы сильнее, чем по отдельности, – проговорила Пия одновременно с ним.

Я согласна с ними. И теперь мне осталось выяснить адрес штаб квартиры моравского совета.

– Что значит Алек хочет защитить меня от совета? Я ничего плохого им не делала. Они злятся на Алека.

– По твоей просьбе Салли выгнала их из своего дворца, – сказал Кристоф с сожалением в голосе. – Боюсь, они посчитали, что ты намеренно помешала им выполнить свое задание.

– Ну и что? – зарычала я в телефонной будке, напугав пожилую женщину, которая стояла на автобусной остановке рядом со мной. Я повернулась к ней спиной и понизила голос. – Вы сделали то же самое. Вы бросили им вызов.

– Да, но разница в том, что они не знают, что мы скрывали Алека в нашем доме, – подчеркнула Пиа. – Они подозревали это, но у них не было никаких доказательств, они видели нас вместе во Франции, но я сказала им, что это было из-за Ульфура.

Я снова вздохнула и потерла лоб.

– Отлично, значит поэтому он сбежал без меня. Чтобы спасти меня от их наказания.

– Я бы сделал то же самое, – Кристоф поддержал действия друга.

– Да к черту всё! Я не собираюсь сидеть и позволять каким-то неадекватным психам наказывать Алека или меня! Ты слышишь меня? Я не потерплю!

– Давай, подруга, вперёд! – одобрительно воскликнула Пия, – Бу, может и нам стоит отправиться в Вену?

– Нет, – быстро ответил он, – Алек не желает, чтобы мы вмешивались. Кора, ты должна верить, что он сделает то, что хорошо для вас обоих.

Я была уверена, что справлюсь с любыми злодеями и неприятностями на моем пути. Это мужчина моей мечты, и он пропал без вести из моей жизни, я не намерена позволять ему жертвовать собой, чтобы спасти меня.

– Почему он не разговаривает со мной? С ним что-то сделали? Нечто отвратительное? О господи, они отправили его обратно в Акашу?

– Нет, они не станут изгонять его, скорее всего он просто закрыл от тебя свои мысли, я бы именно так и сделал, – сказал Кристоф.

– Мужчины! – хмыкнула Пия.

– Согласна. Мне нужен адрес совета.

Нехотя, он дал его мне вместе с номером телефона.

– Кора...

– Знаю, знаю... Позволь Алеку самому с этим разобраться. Вот только проблема в том, что мужчина, которого я люблю, сейчас находится в окружении вампиров, осуждающих его действия. Спасибо за совет, но я поступлю так как считаю нужным. Мы позвоним, когда все утрясется.

– Но, Кора... Что...

Я повесила трубку, порылась в карманах в поисках мелочи и поняла, что на еще одинок звонок денег нет.

Через полчаса я добралась до магазинчика, где находился портал, которым пользовалась Салли.

– Уверена, что хочешь это сделать? – спросила Джейн, потянувшись к телефону, – Отправить весь союз личей через портал... очень дорого...

– Сделай это. Алек оплатит счет.

Она посмотрела на меня с мрачным выражением лица, и приказала слуге поручить членам профсоюза, начать процесс их транспортировки из Франции в Вену.

– А теперь настало время расплаты, ты должна молить о пощаде за попытку убийства Алека, – сказал я через некоторое время, поймав тело, резко выпавшее из ниоткуда. Я резко поставила Элеонору на ноги, и завела за спину ее руки, как обычно делают полицейские, когда ловят преступников, – Ты будешь идти в первых рядах, во время атаки на вампиров.

Элеонора невнятно пробормотала что-то грубое. Я дернула руку вверх, в результате чего она пронзительно закричала, – Ты сделаешь это, а потом навсегда исчезнешь из нашей жизни. Поняла?

– Ты мне не босс...

– Я нет. А вот Джейн как глава союза, имеет полное право тобой командовать. Джейн?

– Мне очень жаль, – сказала Джейн, расставив руки и отодвигаясь в сторону, так как члены профсоюза начали прибывать с необычайной частотой, один еле успел понять где он и встать, освобождая место, как следующий уже падал на его место, – Пожертвование, которое Кора внесла в союз слишком велико, я не могу игнорировать это, так что вынуждена сообщить тебе, что ты теперь под командованием Коры и должна во всем ей повиноваться.

– Я не привязана к тебе, – запротестовала Элеонора, – ты не можешь мной командовать!

– Ты привязана не ко мне, а к союзу, то есть и к его главе, значит ты должна следовать правилам. А это как раз одно из них.

Как я и думала Элеонора стала спорить, но у меня не было ни времени, ни терпения, чтобы препираться с ней.

– Либо ты соглашаешься, либо я попрошу Салли отправить тебя в Акашу, – Я блефовала, и подняла руку, чтобы остановить ее протесты, – И не думай, что я не могу сделать этого, потому что Салли и я подружились, и, кроме того, я думаю, что она мечтает отправить кого-нибудь в Акашу.

– Отлично, – сквозь зубы проговорила Элеонора, – но я соглашаюсь на это только для того, чтобы навсегда забыть о вас двоих!

Нам понадобилось еще тридцать пять минут, чтобы собрать все 112 членов союза. Мы вышли из здания на улицу, и Джейн пришлось прибегнуть к использованию мегафона, чтобы собрать всех личей и выстроить в колонну, в три ряда. Прогулка до здания Моравского Совета заняла еще полчаса, но в конце концов мы добрались до высокого, элегантного дома.

– В атаку! – закричала я, не дожидаясь пока Джейн даст команду. К моему удивлению, личи сделали именно так, как я сказала – они побежали вперед, просачиваясь в дом, как только выбили дверь.

Я возглавляла группу личей, ворвавшуюся в элегантно обставленный зал.

– Алек!

Я слышала как личи потихоньку расходились по всему дому. Я спустилась мимо них по лестнице, игнорируя потасовку, которая разразилась между парой вампиров и личей.

– Сюда! – Заорала я, призывая их, я побежала к двойными дверями, которые охраняли вампиры. Я лихо распахнула дверь и оказалась внутри, личи кружились у меня за спиной.

– Ага! – воскликнула я драматичным голосом, – Я знала, что Алек у вас!

За длинным столом сидело четверо. Напротив них, в кресле, сидел Алек, по обе стороны от него Курьер и его приятель.

Все семь голов резко повернулись в нашу сторону, их лица выражали удивление.

С тобой все в порядке, Алек? Ты ранен? Они пытали тебя? И какого черта ты бросил меня и строишь из себя одинокого храброго воина, а?

Что ты здесь делаешь?Ответил Алек и судя по его тону, он не чувствовал облегчения, или вселенской благодарности за то, что я пришла спасти его и избавить от титула Святого Вампирского Великомученика Алека. И зачем ты привела их?

– Чтобы спасти тебя, идиот! Личи, в атаку! – скомандовала я своей армии.

– Нет! Уходите! – закричал Алек.

– Кто эта женщина? Никто не смеет входить в этот зал! – скомандовал один из вампиров за столом, темноволосый мужчина разъяренным голосом. К моему удивлению, личи, казалось, послушались его, так как все они неловко замерли и переминались с ноги на ногу в дверном проеме. – Это и есть Возлюбленная о которой ты говорил?

Кора, ты не можешь напасть на моравский совет.

Спорим?

Я в безопасности, любимая.

– Это Корасон, моя возлюбленная, благодаря ей и произошли сегодняшние события.

– И чтобы вы знали мистер Как-вас-там-зовут, я не собираюсь позволять вам отправить Алека в Акашу или в любое другое противное место, – сказала я, надеясь, что мои слова звучат достаточно грозно, – Я знаю, вы, ребята, провели своего рода вендетту против него, но это закончится сейчас, всем ясно?

– Вполне, – сказал тип, наклонив голову, его эмоции невозможно было прочесть, хотя я могла бы поклясться, что видела, как его губы изогнулись, будто он пытался сдержать смех.

Мысль, что он мог смеяться когда решается судьба Алека, а его жизни угрожают, привела меня в бешенство. В первую очередь натравлю личей на него, поклялась я себе.

Кора, ты не слышишь меня.

– Вы кто? – спросила я, и пошла к вампиру, игнорируя попытки Алека остановить меня, – главарь?

– Я Кристиан Данте, – ответил мужчина, поклонившись мне. Должна признать, приятно когда перед тобой кланяются. – И да, я управляю Моравским Советом. Теперь, вы порадуйте нас тем, что удалите ваших личей из здания, прежде чем я избавлюсь от них сам.

Корасон!Алек все вопил в моей голове. Прекрати сейчас же! Послушай его!

Алек, я знаю, что ты раздражен на меня за то, что здесь происходит, но ты должен смириться с тем, что мы пара. Я к этому очень серьезно отношусь, и это не значит, что я собираюсь позволить тебе решать все наши проблемы самостоятельно.

К моему огромному удивлению, он засмеялся.

– О, они не рабы Коры, – сказала Джейн, бросаясь вперед, чтобы встать рядом со мной. Она покачивалась немного неуклюже, в попытке сделать реверанс, затем указала на надпись на груди, – Мы союз, видите. С технической точки зрения личи под моим контролем...

Алек, ты спятил?

– Ой, ради бога! – возмущенно завопила Элеонора, пробираясь через толпы медленно отступающих личей. Она взглянула на Алека затем на присутствующих здесь вампиров.

Нет, немного удивлён.

-... большая часть находятся под моим контролем, технически, как я уже сказала, но мы кооператив, и в большинстве случаев функционируем по аналогии с самостоятельной полицией коммуны, а не диктатуры. Я Джейн, кстати.

Удивлен, потому что я ожидаю, что ты позволишь мне, как твоему партнеру разделить с тобой и горе и радость?Спросила я, возмущаясь и готовая врезать ему хотя бы по руке.

Нет, я безмерно благодарен за это, MI Querida.

Кристиан поклонился Джейн затем переключил свое внимание на Элеонору.

– А вы кто?

– Она моя Возлюбленная, – улыбаясь, ответил Алек, но встретившись со мной взглядом, тут же стал серьезным, взял за руку и поцеловал мои пальцы.

Кристиан поднял бровь. Другие вампиры выглядели немного шокированными.

– У тебя их две, что ли?

– Да. Элеонора была моей первой Возлюбленной, та, которую убила первая жена Кристофа около пятисот лет назад. Корасон ее реинкарнация, и, таким образом, именно она теперь моя истинная Возлюбленная.

– Знаете... – сказала Элеонора вампиру рядом с ней, тому которого все называли курьером, – Я действительно устала от того, что именуюсь использованной Возлюбленной. Прямо как одноразовая посуда, право же.

Вампир просто смотрел на неё.

– Ты же не хочешь, чтобы я стала твоей? – спросила она.

– Эм...

– Вот и все, – продолжила Элеонора, оттолкнув вампа в сторону, – С меня хватит, меня отвергали столько раз, что любая женщина бы уже покончила с собой. Я не собираюсь этого терпеть. Отправьте меня в потусторонний мир. Прямо сейчас. Вы все можете идти к черту, мне все равно – я просто хочу вернуться к моему милому дому и саду, и сексуальному другу, который никогда, ну ни разу не отверг меня.

– Эмм... Алек, ты знаешь как отправить кого-то в Потусторонний мир?

Да. Нужно убить того, кто хочет туда попасть.

– Оу... – я посмотрела на разъяренную Элеонору.

А другого способа нет?

Нет.

– Ну? – спросила Элеонора.

Я посмотрела на Алека, он на меня.

Ну?Уточнила я.

Что «Ну»? Ты сама рвешься решать все проблемы, вот прекрасный повод продемонстрировать мне, как ты все решишь. Ну?

Я ткнула локтем в его в бок.

– Удачно подколол. Ты прекрасно понял, о чем я тогда говорила, так что не прикидывайся.

Он снова засмеялся, обнял меня, и обратился к Кристиану.

– Твоя Возлюбленная готова к обряду освобождения?

Кристиан слегка поджал губы, когда взглянул на сердитую Элеонору.

– Я не сомневаюсь, что она будет рада сделать это, хотя она еще не проводила подобных церемоний на живых. Аллегра быстро все схватывает, однако, я уверен, что она будет рада решению ситуации. Мадам, если вы последуете за Августом он приведет вас к моей Возлюбленной.

Спутник Курьера махнул рукой в сторону двери, все еще заполненной личами, которые смотрели на разбирательство с нескрываемым интересом. Они расступились, чтобы пропустить Элеонору и вампира.

– Не стоит благодарности, – крикнула я Элеоноре вслед, когда она повернулась на каблуках и молча зашагала, но раздраженно фыркнула в нашу сторону, – Я надеюсь, что ты останешься там на сей раз, – добавила я гораздо мягче.

Алек крепко обнял меня за талию, не сомневаюсь в знак предупреждения вести себя прилично. Это напомнило мне о том, почему я была здесь с личами армии Джейн. Я повернулась к четырем членам совета, которые теперь стояли вокруг курьера, который жестом указал на Алека и меня, и прошептал что-то вполголоса.

– Я не позволю вам снова куда-нибудь изгнать Алека, – железным тоном заявила я, – или меня, если вы шепчетесь именно об этом. Я знаю, вы, ребята, злитесь на Алека из-за какой-то путаницы в прошлом, но это было тогда, а это сейчас, и хотя я не мастер личей, как Джейн, я думаю, что вы поняли, что со мной шутки плохи. С нами то есть.

Спасибо, что и про меня не забыла.

Мы ведь пара. Это означает, что мы делаем важные вещи вместе.Я взглянула на него, вдруг обеспокоенная тем, что он на самом деле не хочет быть частью команды.

Он наклонился в сторону и поцеловал меня, очень мягко. Возлюбленная, больше всего на свете я хочу быть с тобой в одной команде.

Я довольно улыбнулась и душа запела от его слов.

– Да, мы поняли, что вы серьезные люди, – сказал Кристиан, и закончил шептаться с вампами. Он махнул рукой в нашу сторону, – Вы свободны.

Я непонимающе смотрела на него в течение минуты.

– Мы оба? – Я переспросила, просто чтобы убедиться, что правильно его поняла.

– Вы оба. – Он бросил взгляд в сторону толпы у двери. – Я был бы благодарен, если бы вы забрали свою армию личей.

– Мы на самом деле не армия, – быстро сказала Джейн. – Мы самые настоящие профсоюзы, так что каждый член может чувствовать, что он или она является важной частью нашей семьи.

– Подождите... Ты позволяешь нам уйти? – Алек снова засмеялся, я покачала головой. – Тебя и правда волнуют личи?

– Напротив, при всем уважении к союзу личей, они меня раздражают, если честно.

Я задумалась.

– Это потому что Салли помогала нам? Она угрожала вам?

– Салли? – Кристиан нахмурился, – Я ее знаю?

– Я упоминал о ней, – сказал курьер.

– Ах, она. Нет, она не угрожала... Мы не поэтому решили отпустить Алека.

Я посмотрела на мужчину, которого люблю больше жизни.

– Ой, так к ним просто вернулся здравый смысл?

– Кажется, да, – ответил Алек и снова поцеловал меня.

– Мне не нужно было поднимать личей?

– Нет, если бы ты осталась на месте, я бы уже все уладил и вернулся.

Я ударила его в грудь.

– Черт возьми, я не хочу, чтобы ты решал посвящать меня во что-то или нет. Что ты сделал, чтобы заставить их отпустить тебя?

– Он помог избавить мир смертных от Баэля, – ответил Кристиан, – Это, наряду с продолжением ходатайств Кристофа и Пии, перевесило чашу весов и мы решили, что прошлые грехи искуплены.

– Но... Я думала, вы, ребята, не возражали против Баэля? Я имею в виду, не было своего рода пакта у вас с ним?

– Он признавал его существование только когда ему это было выгодно, так что пакта не было, – сказал Кристиан, криво улыбнувшись, – Баэль представлял опасность для нас и для смертных.

– Хм. Мы и правда можем идти?

– Да. – На этот раз он искренне улыбнулся. – Хотя Аллегра хотела бы встретиться с вами. Она любит знакомиться с другими Возлюбленными. Если вы решили остаться в Вене, я был бы счастлив познакомить вас с ней, возможно, за ужином.

Я перевела взгляд с него на Алека.

– Мужчина, который отправил тебя в Акашу на верную смерть, приглашает нас на ужин?

– Мы бы с удовольствием, спасибо, – вежливо ответил Алек, и ущипнул меня, я все пыталась переварить внезапное изменение ситуации.

Чёрт побери, Алек, я так готовилась сражаться за тебя!

Я знаю и ценю это. Но нет никакой необходимости. У меня было ощущение, что как только совет понял, что ты сыграла важную роль в избавлении смертных и бессмертных миров от Баэля, они решили пересмотреть мое дело и отменили наказание.

Почему ты не взял меня с собой?

Я не хотел рисковать лишний раз.

– Отныне, мы будем решать проблемы вместе, хорошо? – сказала я ему, когда мы остановились перед толпой личей в дверном проеме. – Это то, что делают пары.

– Конечно, но только если это не угрожает твоей безопасности, – сказал он, Джейн прогнала личей из двери. Мы последовали за ней.

Не приемлемо. О, кстати, мы должны Джейн кучу денег за перемещение через портал всех личей, чтобы они спасли твою задницу.

– Вы переместили всех личей? – Спросил он, в ужасе, глядя на меня, затем его взгляд скользнул по потоку тел, движущихся вниз по лестнице и перемещающихся из дома.

– Сам сказал, что богат, а мне нужно было что-то делать, чтобы спасти тебя!

– У меня достаточно денег, mi corazon, но я не богач.

Я стрельнула в него взглядом.

– Ну хорошо, я достаточно... обеспеченный человек. Но, неужели нельзя было их на поезде отправить?

– Лич армия не ездит на поезде, – возразила я, мое сердце пело песню легкости и счастья, какие обычно бывают в конце в фильмах Диснея, где поют птицы, белки танцуют с бурундуками, и герой и героиня восторженно смотрят друг на друга.

Белки и бурундуки легли спать,сказал Алек, его глаза светились знакомым блеском. Но я скажу тебе, как сильно я тебя люблю, если это заставит тебя восторженно смотреть на меня.

О, да, но есть еще, кое-что, о чем я беспокоюсь. Это де Марко, как думаешь, у него были жуткие планы?

Возможно.

И что о брате Эйлвине? Он, казалось, очень зол на нас. Я бы не стала забывать о нем, он может попытаться отомстить, хотя я больше не орудие. Боже, я должна прекратить говорить об этом!

Он рассмеялся в моих мыслях. Когда мы вышли на улицу, он притянул меня к себе, его дыхание смешалось с моим так же, как наши души.

Моя любовь, мое сердце, все будет хорошо. Отпусти эти проблемы, и пойми, что ты как и героиня фильмов пришла к счастливому концу со своим принцем.

– Ты-то не принц, – сказала я, ударив его в плечо, он подхватил меня на руки и понес по улице туда, где был один из тех конных экипажей, которые катали туристов по Вене. Он крикнул что-то по-немецки водителю, который услужливо остановился. – Ты раздражающе высокомерный кровосос, который думает, что он может получить все, и ты ошибаешься, Алек. Я серьезно. Перестань думать, что ты дал мне поверить, что я могу сама решать проблемы, а сам тайно будешь делать все по-своему. Алек! Ты только что сделал это снова! Ооо, с шелковыми лентами? В самом деле? Это звучит... ооо! Ладно, может быть, кое-где я тебе и уступлю, хотя перья и связывание ног просто совершенно странно, как это может сочетаться...

Примечания

1

Desino – с лат. прекращай (прим.пер.)

2

маг-некромант, ставший нежитью

3

Св. Евангелие от Матфея 8:26

4

элементаль — это создание (обычно дух) состоящее из одной из четырех стихий: воздуха, земли, огня , воды

5

Чёрный рыцарь (англ. Black Knight) — персонаж фильма «Монти Пайтон и Священный Грааль» британской комик-группы Монти Пайтон, а также одноимённой игры.

6

«Железная дева»— орудие смертной казни или пыток, представлявшее собой сделанный из железа шкаф в виде женщины, одетой в костюм горожанки XVI века. Предполагается, что поставив туда осуждённого, шкаф закрывали, причём острые длинные гвозди, которыми была усажена внутренняя поверхность груди и рук «железной девы», вонзались в его тело; затем, после смерти жертвы, подвижное дно шкафа опускалось, тело казнённого сбрасывалось в воду и уносилось течением реки.

7

Колесование – распространённый в Античности и Средневековье вид смертной казни. Приговорённому к колесованию железным ломом или колесом ломали все крупные кости тела, затем его привязывали к большому колесу, и устанавливали колесо на шест. Приговорённый оказывался лицом вверх, смотря на небо, и умирал так от шока и обезвоживания, часто довольно долго. Страдания умирающего усугубляли клевавшие его птицы. Иногда вместо колеса использовали просто деревянную раму или крест из брёвен.

8

Стоп-слово (англ. «safeword» или «stop word») — в контексте БДСМ-практики — заранее оговорённое слово, Необходимость использования стоп-слов связана с тем, что обычные слова («нет», «прекрати» и т. д.) в БДСМ-практике часто являются частью ролевой игры и не означают действительного желания прекращения действия.)

Content

Кейти МакАлистер
Много шума вокруг вампиров

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Примечания