Сергей Степанов

Психологические шпаргалки

Предисловие

В наши дни профессия психолога-консультанта приобретает все большую популярность во всем мире. Миллионы людей, не находя решения своих житейских проблем, обращаются к профессиональным советчикам в надежде наладить испорченные отношения с близкими, найти путь к желанным целям, обрести душевное равновесие. При этом многие переоценивают компетенцию психологов, полагая, будто те знают ответы на все возможные вопросы и с легкостью решат любую проблему.

Однако настоящие психологи прямых советов и указаний почти никогда не дают. Им известно: ответ на вопрос, который возник у конкретного человека, может найти только сам этот человек. Психолог в этом только помогает, подсказывая необходимые доводы и аргументы.

Зачем вообще люди обращаются к психологу-консультанту? Затем же, зачем и к любому другому консультанту. Например, в юридическую консультацию мы идем оттого, что несильно сведущи в законах. И специалист-законник нам объясняет: существуют определенные установления, которые вы, возможно невольно, нарушаете и из-за этого создаете себе неприятности; а есть еще и другие уложения, которые дарят вам некоторые привилегии… Вы об этом не знали и упускали свою выгоду? Так вот теперь знайте и пользуйтесь тем, что принадлежит вам по праву.

В похожей ситуации психолог тоже пользуется своим знанием законов – законов человеческой натуры. Опираясь на богатый исследовательский опыт своих коллег, он знает, отчего возникают неисполнимые желания, межличностные конфликты, острые переживания. И во многих случаях достаточно поделиться этим знанием, чтобы открыть человеку глаза на подлинное содержание его проблем.

С этой целью автором уже написано несколько книг – не столько назидательных, сколько просветительских. Это не советы, как нужно жить, а своего рода намеки, подсказки, опирающиеся на результаты разнообразных психологических наблюдений и опытов. Одна такая книжка так и называлась – «Психологические подсказки на каждый день». Судя по количеству ее читателей, ее содержание заинтересовало многих. И автор решил продолжить эту работу. Ее результат – перед вами. Это еще одна книга психологических подсказок, касающихся нашего душевного благополучия. Опыты и наблюдения, в ней описанные, не просто интересны, но и весьма поучительны. Кому-то эта книга поможет расширить психологическую эрудицию, а кому-то, возможно, и послужит карманным «консультантом». Ведь с опорой на психологическое знание легче решать наши повседневные проблемы!

Формула удачи

Вы везучий человек? В ответ на этот вопрос большинство людей неуверенно пожмут плечами: «Всякое бывает…» Но есть и такие счастливчики, которые не сомневаются в своей удачливости – они легко приведут множество примеров, когда обстоятельства их жизни складывались настолько выигрышно и благоприятно, что просто грех было не воспользоваться такими замечательными возможностями. Увы, немало и тех, кто готов посетовать на гримасы судьбы-злодейки. По их убеждению, им никогда не выпадают счастливые шансы – напротив, неудачи и неприятности их словно преследуют.

Отчего одним Фортуна постоянно улыбается, а других будто и не замечает и даже издевается над ними? На сей счет существует множество самых мистических гипотез. А вот английский психолог Ричард Вайзман из Хартфордширского университета решил научно исследовать этот вопрос. В нескольких национальных газетах он опубликовал объявление, в котором предлагал людям, которые считают себя исключительно удачливыми или, наоборот, страшно невезучими, связаться с ним и принять участие в психологическом эксперименте. Откликнулись сотни людей, которых Вайзман подробно проинтервьюировал, выясняя особенности их поведения и жизненного пути. А опыт, в котором им предлагалось поучаствовать, был удивительно прост. Каждому испытуемому ученый выдавал толстую газету (многие английские газеты насчитывают десятки страниц) и просил точно сосчитать количество фотографий в ней. Подвох состоял в том, что одна из страниц газеты была искусно смоделирована ученым. Вместо банального рекламного объявления в нее было вмонтировано объявление следующего содержания: «Сообщите экспериментатору, что вы увидели ЭТО, и получите в награду 250 фунтов стерлингов». Объявление было набрано крупными буквами высотой в 2 дюйма и занимало полстраницы. Несмотря на это, ни один из испытуемых, ранее заявивших о своей невезучести, его не заметил! Все они были заняты выполнением инструкции – скрупулезным подсчетом фотографий – и на текстовые сообщения даже не обращали внимания. А вот все «счастливчики» подтвердили свою везучесть и получили солидный приз, который для многих был равен их недельному заработку.

Марк Твен писал: «По крайней мере раз в жизни Удача стучится в дверь к каждому, но многие из нас в это время сидят в соседнем кабачке и не слышат стука».

Опыт английского психолога наглядно подтверждает это суждение. Удача – это не удачное стечение обстоятельств, а наша готовность им воспользоваться. Первое случается в жизни практически каждого, и не раз, а вот второе отличает далеко не всякого. «Неудачники» оказываются закрыты для благоприятных возможностей. В поисках работы просматривая в газете список вакансий, они выискивают то, что по каким-то субъективным параметрам считают подходящим, и даже не обращают внимания на неожиданные более выгодные предложения. Отправляясь на вечеринку, они мечтают завести блестящий роман и составить выгодную партию и при этом упускают возможность обзавестись новыми добрыми друзьями. Сосредоточившись на каких-то проблемах, которые они считают важными, «неудачники» не принимают подарки судьбы, потому что оказываются к ним абсолютно не готовы.

Беседуя с разными людьми, Вайзман выявил еще одну важную особенность. Оказалось, что удачливые люди – по натуре оптимисты. И с ними тоже случаются неприятности, но они рассматривают это скорее как случайность, а не закономерность. Во всем многообразии событий своей жизни они выделяют самое позитивное, настраиваясь на повторение приятных событий и обновление своего удачного опыта. Наверное, прав был Теннесcи Уильямс, когда говорил: «Вера в удачу приносит удачу». Очень простая формула. Зато надежная!

С новым счастьем!

По всякому приятному поводу принято желать друг другу всяческих благ – здоровья и достатка, исполнения желаний, профессиональных и личных успехов, семейного благополучия. И непременно – счастья, которое покрывает собой все прочие пожелания, выступает их закономерным обобщением и итогом. Желая друг другу счастья, мы даже не всегда отдаем себе отчет, какой смысл вкладываем в это емкое слово. Чаще рассуждаем от противного: тяжелый недуг, худая крыша и ветер в кошельке счастью никак не способствуют – а значит, чтобы его испытать, необходимо множество внешних условий. Вот и желаем друг другу, чтобы эти условия сложились благоприятно.

Молодое поколение, которое идет нам на смену, рассуждает примерно так же. В тысячах школ проводились опросы насчет того, как юноши и девушки представляют себе ближайшее и отдаленное будущее, с чем связывают свои надежды и чаяния. Никаких сенсаций эти исследования не преподнесли. С небольшой поправкой на нынешние реалии современные старшеклассники, как это сделали бы и многие поколения их предшественников, связали свое счастливое будущее с крепкой семьей, интересной работой, финансовым благополучием и политической стабильностью. Иными словами – со всем тем, что приходит в их жизнь извне и должно приносить то самое душевное состояние, которое именуется счастьем. Большинство рассуждений на эту тему – нередко весьма серьезных и глубоких – сводятся к тому, чего надо добиться, что получить от жизни, чтобы почувствовать себя счастливым. И уж коли добился, получил – то это и есть счастье.

Такое представление довольно привычно и вполне согласуется с житейским здравым смыслом. Более того, его активно эксплуатируют различные школы практической психологии, предлагая жаждущим научиться приемам исполнения своих желаний, то есть способам достижения счастья.

Хуже того – часто бывает, что человек, оказавшийся во власти такого представления, подтверждает формулу А. Макаревича: «Нашел не то, что искал, а искал не то, что хотел».

Научившись извлекать прибыль, строить деловые и личные отношения, влиять на людей и пользоваться их расположением, человек, окруженный всеми атрибутами благополучия, далеко не всегда бывает счастлив. Вопрос: «Что нужно человеку для счастья?» – оказывается совсем не так прост. По крайней мере перечисление всевозможных благ служит никуда не годным ответом на него. Психологам тут есть над чем поразмышлять.

Они и размышляют. Причем в последнее время все более активно. Если еще не так давно счастье считалось категорией ненаучной, то нынче психологам приходится признать: вопрос об источниках человеческого счастья для психологии едва ли не самый важный; все остальные вопросы – это лишь конкретные уточнения к нему.

В конце ноября 2003 года в Лондоне под эгидой Королевского научного общества (так называется Британская академия наук) состоялась научная конференция, посвященная психологии счастья. Председательствовал на ней Мартин Селигман, много лет назад снискавший всемирную известность открытием феномена «выученной беспомощности». Ранние эксперименты Селигмана продемонстрировали яркую закономерность: негативный опыт в большинстве (4/5) случаев приводит к отказу от поисков конструктивных решений, к депрессии и упадку. Лишь для 1/5 испытуемых переживание безвыходности неприятной ситуации не приводит к утрате активности. Последующие изыскания Селигман сосредоточил на том, каково мироощущение тех, кто готов продолжать целеустремленную активность вопреки поражениям и боли. Закономерным итогом его исканий стала концепция так называемой позитивной психологии, воплощенная в одном из его недавних научных трудов. Перевод этой книги на русский язык, вероятно, выйдет не скоро. У нас нынче в моде позавчерашняя психология – рецепты невротикам и неудачникам насчет того, как им перестать быть таковыми, а также бесчисленные руководства, как лидерствовать и властвовать, влиять и манипулировать, добиваться и получать. Тем более полезно прислушаться к голосу психологии сегодняшней, уверенно и громко прозвучавшему недавно в Лондоне.

Пять лет назад Мартин Селигман произвел настоящий переворот в психологии (оставшийся у нас практически незамеченным), призвав коллег сосредоточить внимание на полноценных, душевно здоровых и благополучных людях, вместо того чтобы и в новом веке продолжать копание в ущербных душонках моральных импотентов и извращенцев. Позитивная психология, по Селигману, должна быть наукой о том, что в человеке хорошо и правильно, а не о том, что в нем ненормально и дурно. Соответственно и практическая психология должна перестать быть «починкой поломок», но сосредоточиться на стимулировании и поддержке духовного благополучия. В этом ключе и велась на конференции оживленная дискуссия.

Большое внимание привлек доклад психолога Оливера Джеймса, автора нашумевшей на Западе книги, откровенно непечатное название которой можно приблизительно перевести как «Нас всех поимели». И в книге, и в докладе Джеймс приводит неутешительные данные, согласно которым удовлетворенность жизнью в развитых странах за прошедшие полвека заметно снизилась – вопреки возросшему благосостоянию. «Среди современных 25-летних людей, – утверждает Джеймс, – втрое, а по некоторым данным, даже вдесятеро больше страдающих тяжелой депрессией, чем среди их сверстников в 50-е годы. Похоже, достижение уровня дохода в 15 тысяч долларов в год является тем пределом, выше которого деньги перестают приносить удовольствие. Даже напротив, чем больше вы получаете, тем выше для вас оказывается вероятность утраты душевного комфорта».

Ему вторит Рэндольф Несс, психолог из Мичиганского университета, изучающий проблему счастья в историческом аспекте. По его мнению, так называемый консьюмеризм (искусственно подстегиваемая и провоцируемая склонность к потреблению) и активно навязываемый современному человеку культ личного успеха приводят к эпидемическому нарастанию ощущений недовольства и неудовлетворенности. Потребительские амбиции по мере их утоления возрастают неуклонно и рано или поздно наталкиваются на пределы человеческих возможностей. С этого момента недостижимость целей, которые продолжает навязывать потребительское общество, вгоняет человека в ощущение подавленности и депрессии. Не отдавая себе отчета, что сегодня он живет в таком комфорте, о котором и не мечтали короли лет полтораста назад, обыватель всегда найдет, от недостатка чего испытывать терзания. Вернее, ему охотно это подскажут. Что ни говори, а в этом смысле малоприличное название книги О. Джеймса кажется вполне адекватным.

Недаром на Западе ширится и набирает силу общественное настроение, получившее название «дауншифтинг» (что можно приблизительно перевести как снижение, сползание – но отнюдь не в негативном смысле слова). Это отказ от участия в карьерной гонке, сознательное опрощение образа жизни, снижение потребительских амбиций в пользу высвобождения времени и сил ради самореализации, общения, ощущения полноты жизни в ее естественном течении. Причем самореализация понимается вовсе не как достижение каких-то высоких целей, точнее как хватание неких ярких погремушек, ритуализированных социумом. Современная самоактуализирующаяся личность не станет, скажем, создавать некий псевдонаучный труд, не нужный ни ей, ни, по большому счету, вообще никому, зато позволяющий «насладиться» ученой степенью и срубить лишний бакс. Она скорее выразит себя стихотворной строкой, которая найдет хотя бы десяток читателей и позволит им приобщиться к светлому чувству автора. Настоящий шанс испытать счастье человек получает, не работая ради денег, а делая дело, к которому лежит душа. Конечно, хорошо бы за это дело еще и платили деньги. Но коли платят не очень много – беда ли это? Ведь недаром еще древние говорили – самые дорогие вещи стоят совсем недорого или вовсе не имеют денежной цены.

А потеем мы лишь для того, чтобы то же самое получить в некоем изощренном оформлении и упаковке, – усыпанный бриллиантами хронометр показывает то же самое время, что и штампованные «Сейко» за двадцатку. Гениальные строки не обесценятся от того, что написаны копеечной шариковой ручкой, а коли строки бездарны, никакой «Паркер» с золотым пером не прибавит им блеска. (Тем более что самые главные строки в истории человечества и вовсе были написаны гусиными перьями.)

Похоже, все больше людей в мире начинают понимать: общество потребления и общество благоденствия – это не одно и то же. И об этом не раз говорилось с трибуны Лондонского королевского научного общества. Счастливый человек – это не тот, кто многого добился, многого достиг, многое имеет. Счастлив тот, кто сумел кем-то стать – необязательно миллионером, директором или президентом, но непременно Личностью, открытой людям, интересной им и ценимой ими. В конце концов, в альтернативе «Иметь или быть?» только один вариант предусматривает подлинное счастье.

В поисках душевного равновесия

В современной психологии довольно широкое распространение получил термин «субъективное благополучие» (subjective well-being). Им определяется позитивное эмоциональное состояние удовлетворенности собой, своей жизнью, окружающим миром и своим местом в нем, традиционно описываемое в житейских терминах душевного равновесия. В русском языке состояние субъективного благополучия нередко отождествляется со счастьем, но такое отождествление верно лишь в известном смысле: счастьем чаще называют сильное положительное эмоциональное переживание, обычно вызываемое какими-то радостными событиями; это состояние кратковременное, преходящее – человек не способен его испытывать постоянно. Говоря о счастье как субъективном благополучии, обычно подразумевают «счастливую жизнь» – существование человека, в целом довольного тем, кем он является, тем, что он имеет, и тем, что с ним происходит. В этом смысле субъективное благополучие (далее — СБ, подобно тому как в зарубежной терминологии давно утвердилась аббревиатура SWB) выступает не кратковременным «пиковым» переживанием, а присуще человеку на протяжении всей жизни либо, по крайней мере, каких-то значительных ее отрезков. В мировой психологии – преимущественно английской и американской – активные исследования этого явления ведутся уже на протяжении четверти века. В отечественной психологии ему до сих пор уделяется недостаточно внимания, что следует признать серьезным упущением, поскольку достижение СБ фактически является важнейшей целью всех практических усилий психологов. В силу этого представляется крайне важной объективная оценка разнообразных факторов – биологических, социальных, экономических, психологических, – влияющих на это состояние. Учет и использование данных соответствующих исследований открывает широкие перспективы для позитивных изменений качества жизни – как конкретных людей, так и общества в целом.

Очевидно, что процедуры оценки данного состояния с научной точки зрения весьма уязвимы для критики – ведь субъективное благополучие можно оценить только субъективно, то есть посредством самоотчета. Тем не менее широкомасштабные обследования продемонстрировали, что люди способны достаточно адекватно оценить собственное душевное благополучие. Кстати, те, кто говорит, что счастлив или доволен жизнью, кажутся счастливыми и своим близким, друзьям и психологам. Их ежедневное настроение характеризуется чаще положительными эмоциями, они улыбаются чаще. По сравнению с несчастливыми счастливые менее сфокусированы на себе, менее враждебны и раздражены, меньше ругаются и даже меньше восприимчивы к болезням.

Методы выявления СБ используются самые разные – от простейшего опросника, требующего ранжировать собственные ощущения от жизни по 7-балльной шкале, до весьма детализированной «Шкалы удовлетворенности жизнью». Надежность подобных методов небесспорна, так как на результатах может сказаться ситуативное эмоциональное состояние опрашиваемого. В частности, выяснилось, что люди склонны сообщать о гораздо более высоком уровне удовлетворенности жизнью в солнечную погоду. А к примеру, соответствующие замеры, проводившиеся в Германии, выявили резкий всплеск переживания СБ после важной победы национальной сборной по футболу. Для устранения этого изъяна разработан метод «замера переживаний»; он заключается в том, что человек сообщает о своем состоянии в разные моменты на протяжении длительного времени – например месяца, – а затем полученные баллы усредняются. Но в любом случае полученные результаты трудно признать объективными. Установлено, что средние показатели СБ значительно разнятся в разных уголках света. Например, знаменитое исследование «Евробарометр» выявило очень низкую удовлетворенность у жителей Франции и Италии: лишь 10 % из них «очень довольны жизнью в целом», тогда как в Дании таковых 55 %, а в Голландии – около 45 %. Можно предположить, что это связано с различными культурными нормами дозволенности отрицательных и желательности положительных эмоций, а не с огромными национальными различиями в уровне СБ. Недооценка этого культурного фактора может привести к неадекватным выводам.

Впрочем, для любого из нас, сталкивающегося как в повседневной жизни, так и в профессиональной деятельности с представителями достаточно однородной социо-культурной популяции, проблема межкультурных различий представляет интерес скорее теоретический. Гораздо более интересен вопрос о влиянии тех или иных внешних факторов на показатель СБ. Точку зрения житейского здравого смысла на эту проблему давным-давно иронично выразил Дон-Аминадо: «Лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным».

Так большинство из нас и строят свою жизнь, пытаясь увязать показатели внешнего благополучия и внутреннего. И нередко заходят в тупик! Ибо, как показали научные исследования, взаимосвязь тут отнюдь не так очевидна и однозначна, как подсказывает здравый смысл.

Казалось бы, резонно предположить: СБ рождается вследствие череды приятных событий, происходящих с нами. Так что если у нас есть достаточно денег, добрые друзья, семья, отменное здоровье, интересная и хорошо оплачиваемая работа, то у нас больше шансов быть довольными жизнью, чем у того, кто беден, болен, не имеет работы, семьи, друзей и т. д.

Представление о влиянии внешних факторов на СБ не лишено оснований. В нескольких широкомасштабных исследованиях было обнаружено, что на уровень СБ влияют возраст, социально-экономическое положение, профессиональный статус и семейный доход, но не оказывают какого-либо заметного влияния пол, расовая принадлежность, образование и вероисповедание.

Однако, несмотря на то что было установлено, что разные социальные группы отличаются по уровню СБ, поразительно то, что влияние социально-экономического статуса и всех прочих упомянутых факторов в действительности очень незначительно. Гораздо большие различия наблюдаются внутри групп, чем между ними. Следовательно, люди, обладающие молодостью, богатством и высоким социальным положением, необязательно довольны жизнью, как необязательно недовольны пожилые и небогатые. Иными словами, следует искать иные источники СБ.

В этой связи возникает вопрос: почему хорошее в жизни оказывает на СБ меньшее влияние, чем принято обычно считать? Ответ, видимо, в том, что приятные эмоциональные переживания повышают наш уровень СБ понемногу каждый раз, когда они случаются. Любитель шоколада, который устраивается работать на кондитерскую фабрику и получает возможность есть шоколад килограммами, оказывается в сущем раю, но только поначалу. По прошествии недолгого времени его уже даже и нельзя назвать любителем шоколада, ибо вожделенный прежде продукт, ныне доступный в изобилии, абсолютно перестает его привлекать.

СБ отчасти зависит от тех событий, которые произошли с нами в прошлом. Способность прошлых переживаний окрашивать наше настоящее особенно подчеркивалась американским психологом Гарри Хелсоном. Он утверждал, что у всех нас есть свой «адаптационный уровень», соответствующий нашим ожиданиям, которые, в свою очередь, определяются нашими прошлыми переживаниями. Если происходящее соответствует нашему адаптационному уровню, или уровню ожиданий, то мы не чувствуем себя ни довольными, ни недовольными. Если же происходящее лучше или хуже того, что мы ожидали, тогда мы соответственно оказываемся довольными или нет.

Если предположение Хелсона верно, то каждый, кто целенаправленно стремится к счастью, оказывается загнан в порочный круг. Череда приятных событий порождает ощущение СБ, но это также повышает уровень ожиданий. Как следствие, новым событиям все труднее нас порадовать. Иными словами, получается, что в настоящем удовлетворении содержатся ростки будущей неудовлетворенности. Эта пессимистическая концепция получила название «бегущей дорожки» удовольствий: на «бегущей дорожке» невозможно добиться продвижения вперед, как бы быстро вы ни старались бежать. Поскольку маловероятно, что жизнь будет состоять из постоянных и неожиданных изменений к лучшему, охотник за счастьем обречен все время догонять самого себя на «бегущей дорожке».

Один из наиболее явных примеров того, как повышение уровня ожиданий приводит к снижению СБ, можно наблюдать в жизни тех миллионов людей, чье материальное благосостояние повышается год от года. Большинство из них в действительности не чувствуют себя при этом лучше, их растущее благосостояние не делает их счастливее. Они ждут все более дорогих подарков от жизни, а их растущие ожидания обесценивают их удовольствия.

Несмотря на это, большинство людей твердо убеждены, что обогащение сделает их более счастливыми. Когда американский психолог Джойс Бразерс в ходе телевизионного опроса интересовался мнением зрителей – сделает ли их счастливее увеличение их дохода на четверть? – почти 100 % ответов были утвердительными. А каковы реальные факты? В целом, фактические данные подтверждают теорию адаптационного уровня. В одном из исследований, в котором участвовали победители лотерей, выигравшие свыше миллиона долларов, было обнаружено, что эти счастливчики, испытав кратковременный всплеск эйфории, испытывали не большее СБ после выигрыша, чем до него. Как оказалось, не надеялись они и на то, что будут более довольны жизнью и два года спустя. В наши дни, когда книжные прилавки заполонили руководства типа «Хочешь разбогатеть – спроси меня: как?», ей-богу, хочется дополнить их еще одним – «…спроси меня: зачем?».

Теория адаптационного уровня позволяет выдвинуть еще одно парадоксальное предсказание: инвалиды постепенно снижают уровень своих ожиданий и, таким образом, оказываются не менее довольны жизнью, чем люди здоровые. Иными словами, они психологически приспосабливаются к обстоятельствам, в которых оказались. Как гласит суровая, но справедливая арабская пословица: «Брось человека в море, и он станет рыбой».

Ричард Шульц и Сьюзен Деккер из Питтсбургского и Портлендского университетов оценивали уровень СБ у людей, скованных в движениях вследствие паралича разной степени тяжести, и обнаружили, что удовлетворение, получаемое ими от жизни, было лишь ненамного меньше, чем у всех остальных людей. Как следствие процесса изменения уровня ожиданий, многие из них говорили, что их несчастье имело и положительную сторону. Оно сделало их более терпеливыми и терпимыми и помогло им осознать, что мозг важнее, чем мускулы.

Одно из самых замечательных подтверждений теории адаптационного уровня мы находим в рассказе Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича». Герой рассказа, заключенный ГУЛАГа Иван Денисович Шухов, вовсе не пребывает в том плачевном состоянии духа, которое естественно было бы вообразить в его положении. Намек на то, почему это так, читатель получает в конце рассказа, когда Шухов мысленно возвращается к прожитому дню: «Засыпал Шухов вполне удоволенный. На дню у него выдалось много удач: в карцер не посадили, на Соцгородок бригаду не выгнали, в обед он закосил кашу, бригадир хорошо закрыл процентовку, стену Шухов клал весело, с ножовкой на шмоне не попался, подработал вечером у Цезаря и табачку купил. И не заболел, перемогся… Прошел день, ничем не омраченный, почти счастливый».

Шухов адаптировал свои ожидания к тяготам лагерной жизни и потому не чувствовал себя несчастным. Уровень его ожиданий был столь низким, что даже такие события, как покупка табака, могли сделать его день счастливым.

Как же нам избежать того, на что нас обрекает «бегущая дорожка» удовольствий? Как ни парадоксально, но одним из способов усиления будущего счастья было бы снижение адаптационного уровня в настоящем с помощью воздержания от приятных занятий. Существуют многочисленные примеры такого подхода в религиях мира, которые рассматривают временное воздержание от удовольствий как ценный опыт.

Кстати, религиозность, какие бы рациональные возражения против этого ни выдвигали атеисты, оказывается важным фактором, реально влияющим на СБ. Отчет Института Гэллапа показывает, что высокорелигиозные люди почти в два раза чаще называют себя счастливыми, чем те, кого проблемы духовности затрагивают мало. А исследование, проведенное в 14 странах мира и охватывающее более 150 тысяч человек, показало, что удовлетворенность жизнью и ощущение счастья напрямую зависят не только от религиозности, но даже от частоты посещения церкви.

А как влияют на СБ другие факторы – такие, которыми люди очевидно отличаются друг от друга? Пускай воинствующие эгалитаристы с этим не согласны, но одни люди умнее других. Помогает ли им это жить лучше? А с чем никто спорить не станет, так это то, что одни люди старше других. И кто из них чувствует себя лучше? А что касается семейного положения, то вроде бы не должно вызывать сомнений, что благополучный брак сам по себе является залогом душевного благополучия. Впрочем, не станем гадать, а разберемся по порядку.

Умственные способности высоко ценятся в любом цивилизованном обществе, поскольку они зачастую обеспечивают путь к успеху в карьере, материальному благополучию и высокому социально-экономическому положению. Потому на первый взгляд может показаться, что люди с высоким уровнем интеллекта в среднем должны быть более довольны собой и своей жизнью, чем те, кто не обладает большим интеллектом. Но несмотря на преимущества, ассоциирующиеся с интеллектуальными способностями, данные исследований убедительно свидетельствуют, что интеллект и СБ если и связаны, то в обратной пропорции.

Вероятно, этому есть два объяснения. Первое состоит в том, что люди с высоким интеллектом обычно имеют гораздо более высокие притязания и гораздо большего ждут от жизни, чем те, кто не обладает большими умственными способностями. Поскольку СБ зависит от того, насколько реальность превосходит ожидания, высокий уровень притязаний скорее всего оказывается источником неудовлетворенности.

Быть умным означает, что вы по определению должны видеть и осознавать окружающие вас проблемы, что опять же скорее рождает неудовлетворенность.

Парадоксальной оказывается и взаимосвязь СБ с возрастом. У молодых людей, обычно не обремененных большим количеством забот и обязанностей, есть время и возможность изменить те стороны своей жизни (работу, сексуального партнера, место жительства), которые не отвечают их ожиданиям. В отличие от них люди среднего и старшего возраста нередко чувствуют, что их жизнь протекает по «наезженной колее», а их будущее не сулит каких-либо значительных перемен к лучшему.

Но что говорят факты? Несмотря на очевидно большее количество возможностей для счастья, доступных людям молодого возраста, данные научных исследований в очень небольшой степени подтверждают представление о том, что они более довольны собой и своей жизнью, чем люди пожилые. Напротив, удовлетворение и радость жизни, как правило, усиливаются с возрастом. Вероятно, причина этого – в изменении эмоциональной восприимчивости. Молодые люди испытывают гораздо больше как положительных, так и отрицательных эмоций. Но эта эмоциональная восприимчивость не связана с большей степенью СБ, поскольку удовлетворение основывается на сочетании обилия положительных эмоций и малого количества отрицательных.

Что же касается семейного положения – причем, подчеркнем, тут имеет смысл вести речь только о благополучных семьях (семейные неурядицы, естественно, душевному равновесию не способствуют), – вопреки расхожим житейским представлениям существуют определенные невыгоды, ассоциирующиеся с браком, – такие, как огромные затраты душевных сил и времени на семью и потеря свободы, которые позволяют утверждать, что брак – это способ стать недовольным жизнью.

Одна из главных причин, почему люди женятся, состоит в том, что брак узаконивает рождение детей. На самом деле можно было бы возразить, что именно наличие детей в браке делает супругов в целом счастливее холостых людей. Как бы то ни было, достоверно установлено, что наличие детей в действительности способствует снижению СБ. Это справедливо как в отношении мужчин, так и женщин, а также справедливо в отношении практически каждой расы и религиозной группы, когда-либо подвергавшихся изучению, однако, возможно, эти выводы не следует принимать за чистую монету. Семейные пары, не имеющие детей, обычно расстаются, если не удовлетворены браком, в то время как пары в неудачном браке, имеющие детей, нередко решают остаться вместе «ради детей» (стоит заметить, что повзрослевшие дети редко бывают благодарны родителям за такую жертву). Но на этом история не заканчивается. Тот факт, что семейные пары обычно испытывают большее удовлетворение в своем браке после того, как их дети покидают семейное гнездо, поразительным образом подтверждает то, что наличие детей имеет определенное негативное влияние на СБ.

Почему же в таком случае семейные пары заводят детей, если их СБ в результате, вероятнее всего, уменьшится на ближайшие лет двадцать? Наиболее очевидный ответ на этот вопрос – то, что полноценная, пускай и нелегкая, жизнь для полноценного человека важнее, чем душевное равновесие. Ответственность за воспитание детей придает смысл жизни и обычно воспринимается как нечто весьма достойное. Кроме того, помимо сильных эмоциональных переживаний негативного характера, которые, несомненно, присутствуют в этом случае, наличие детей также позволяет пережить и немало положительных эмоций, и для большинства людей это безотчетное соображение перевешивает опасения невзгод.

Так или иначе, приведенные выше данные доказывают, что внешние факторы мало влияют на переживание людьми душевного благополучия или неблагополучия. По всей вероятности – хотя это положение окончательно не доказано, – существуют некоторые внутренние индивидуально-психологические особенности, играющие решающую роль в формировании и поддержании СБ.

Ученые выявили четыре условные черты, которые характеризуют довольных жизнью людей.

Во-первых, они любят сами себя (как прокомментировала бы советская наука, «это особенно верно для лиц индивидуалистической западной культуры»). Они имеют высокую самооценку и свято верят, что они более интеллигентны, более этичны, лучше способны сотрудничать с окружающими, не имеют предрассудков и более здоровы, чем «середняки». На ум приходит шутка Фрейда о человеке, который сказал своей жене: «Если один из нас должен умереть, то мне придется уехать в Париж».

Во-вторых, субъективно благополучные люди, как правило, могут управлять своей деятельностью. Те из них, кто в силу обстоятельств не может контролировать свою жизнь (заключенные, больные, прикованные к постели, совершенно обнищавшие и жертвы тоталитарных режимов), обычно деморализованы и плохи здоровьем.

В-третьих, субъективно благополучные люди, как правило, оптимисты.

В-четвертых, большинство из них являются экстравертами. Хотя логично было бы ожидать большего счастья от интровертов, но жизнь распорядилась иначе. Природа такой закономерности пока не совсем ясна. Делает счастье людей более открытыми, или открытость позволяет им быть более счастливыми? И если это путь к счастью, то мы могли бы к нему приблизиться с помощью определенных изменений в себе.

Мифы о деньгах

Во всем мире неизменным читательским спросом пользуются самоучители жизненного успеха. Многие из них недвусмысленно подразумевают, что успех в первую очередь связан с богатством, материальным благополучием и независимостью. То есть преуспеть – значит разбогатеть. А многие авторы и вовсе обходятся без всякой патетики и называют свои книги доходчиво и прямо – «Как купаться в деньгах» (Роберт Грисволд), «Думай и богатей» (Наполеон Хилл), «Делайте деньги» (Ричард Карлсон) и т. д., и т. п. Обратите внимание, что в качестве примеров упомянуты книги, которые изданы огромными тиражами и в нашей стране. Только вот беда – не похоже, чтобы миллионы читателей этих блестящих руководств сумели ими по-настоящему воспользоваться. Кое-кому, конечно, удается разбогатеть, но для большинства финансовый успех остается несбыточной мечтой, порождая лишь горькие разочарования. В чем же дело?

Чтобы ответить на этот вопрос, следует взглянуть на него глазами не предпринимателя, а психолога. (Кстати, психологи нечасто становятся предпринимателями, но если становятся, то неизменно добиваются успеха; а настоящий бизнесмен просто не может не быть хорошим психологом.) Для этого обратимся к примеру из совсем иной области – взаимоотношения полов. Позже мы, правда, увидим, что эти, казалось бы, столь далекие сферы – деньги и секс – на самом деле тесно переплетаются, настолько они близки и взаимосвязаны.

Несколько лет назад на гребне запоздалой сексуальной революции безумной популярностью пользовались всевозможные брошюры и публичные лекции о технике секса. Это сегодня разговорами на эту тему никого не удивишь, и любой подросток знает сексологических терминов больше, чем правил правописания. А в ту пору на всенародном интересе к запретному плоду можно было сделать неплохой капитал.

NB. Подумайте: какие интересы, потребности, склонности людей сегодня не находят полного удовлетворения? Если вам есть что предложить людям из этой сферы, то, может быть, именно здесь зарыт предназначенный вам клад![1]

До этого и додумался некий расторопный эксперт, сумевший раньше других прочитать по-английски соответствующее руководство. С распечаткой перевода в руках он и выходил к многолюдным аудиториям и принимался зачитывать тезисы-рекомендации.

Народ на эти лекции валил валом. Нетрудно догадаться, что большую часть аудитории составляли вчерашние подростки, еще наивные и неискушенные, а также помятые жизнью мужички средних лет, испытывавшие в этой сфере кое-какие проблемы (если честно – у кого их нет?). Они старательно записывали ценные советы, которыми надеялись в ближайшее время, может быть – в тот же вечер, воспользоваться к полному восторгу собственному и партнерши.

Слава эксперта-знатока еще гремела по городам и весям, а его первые слушатели уже потянулись к другим специалистам – сексопатологам. Жалобы были почти одни и те же: «Поначалу кое-что стало настораживать, не все стало получаться. Уж и брошюры читал, и лекции слушал. Ничего не помогает, только хуже становится». Вскоре врачи, уже не дожидаясь объяснений, с порога спрашивали очередного беднягу: «На лекциях были?» И, получив утвердительный ответ, со вздохом принимались исправлять чужие ошибки. А главная ошибка состояла вот в чем.

Большинство полученных на лекции рекомендаций сводились к краткой формуле: «Нажми на кнопку – получишь результат». Надо только знать: когда, куда, чем, как… и море удовольствия тебе обеспечено!

На самом деле – ничего подобного. Знание технических приемов весьма полезно, но само по себе никакого удовольствия не гарантирует. Напротив – может ему воспрепятствовать. Ибо удовольствие не может быть целью. Оно возникает как естественное следствие, результат гармоничных раскованных отношений, искренней нежности и бескорыстной ласки. Если сосредоточить все помыслы на достижении вожделенного удовольствия и ждать его наступления после нажатия кнопки, оно так и не наступает, хотя и жмешь на кнопки по инструкции. Человек – очень тонкий «прибор», с ним нельзя обращаться, как с пылесосом.

С деньгами дело обстоит так же. Сделав богатство своей целью, начинаешь суетливо «жать на кнопки» и никак не возьмешь в толк, почему они не работают. Потому что излишне сконцентрировался на цели! Из-за этого слишком грубо, прямолинейно и бестолково пользуешься «техническими» средствами. Дрожа от возбуждения в предвкушении результата, начинаешь путаться в «кнопках». А потом с изумлением замечаешь: тот, кто не так явно суетился, результата уже достиг.

В психологии давно известна закономерность, открытая американцами Р. Йерксом и Дж. Додсоном. Она состоит в том, что для достижения наивысшего результата вовсе не требуется наивысший уровень мотивации. Наоборот, избыточное стремление к высокому результату не позволяет его достичь. О чем-то подобном догадывались еще даосские мудрецы: «Мастер игры со ставкой на черепицу станет волноваться при игре на серебряную пряжку и потеряет голову при игре на золото».

Психологи подтвердили эту закономерность в ходе нехитрого эксперимента.

Испытуемым предлагалось решать головоломки, причем за успешное решение полагалось денежное вознаграждение. Сумма приза постепенно увеличивалась: если поначалу за каждое решение испытуемому платили мелкую монетку (что не представляло почти никакого материального интереса), то впоследствии вознаграждение достигало внушительной суммы, получить которую было очень заманчиво. И вот что обнаружилось. За чисто символический выигрыш люди работали спустя рукава, и результаты были невысокими. По мере возрастания награды рос и энтузиазм; соответственно улучшались и результаты. Однако в определенный момент, когда выигрыш достиг немалой величины, энтузиазм перерос в ажиотаж, и результаты деятельности стали снижаться. С этого момента, чем выше становилась награда, тем меньше оказывалась реальная возможность ее получить: все помыслы человека сосредоточивались на вожделенной сумме, что мешало интеллектуальной деятельности по решению задач. Таким образом выяснилось, что слабая мотивация недостаточна для успеха, но и избыточная вредна, поскольку порождает ненужное возбуждение и суетливость. Нечто подобное постоянно наблюдают на экранах сегодняшние зрители передач типа «Поля чудес» или «Кто хочет стать миллионером?» – они поражаются, как это участники конкурсов не могут ответить на простые, казалось бы, вопросы. А вы бы сами попробовали, когда на кону маячит многолетняя зарплата!

Именно поэтому большинство руководств относительно того, какие существуют приемы и способы обогащения, оказываются не только практически бесполезны, но зачастую приносят явный вред. Они лишь перевозбуждают и без того впечатлительные натуры и создают в их головах безнадежную путаницу целей и средств.

Более того, убеждая читателя в достижимости счастья путем обогащения, ему беззастенчиво лгут. И не только потому, что счастье и богатство – не совсем одно и то же. Главным образом потому, что счастья невозможно достичь посредством каких бы то ни было приемов. Лишь научившись ставить правильные цели, мы находим средства их достижения.

Только если мы сумеем отвести деньгам в своей жизни такое место, которое соответствует их реальной роли, мы сумеем помочь им занять это место. Понятно, что пренебрежение к деньгам, особенно нередкое среди неудачников, закрывает все пути к благополучию и достатку. Справедливо заметил Бальзак: «Тот, кто ищет миллионы, весьма редко их находит, но зато тот, кто не ищет, не находит никогда!»

Следует, однако, избегать и противоположной крайности – обожествления золотого тельца. Деньги – никуда не годный смысл жизни, хотя и замечательное подспорье в его поисках. На них можно посматривать свысока, но нельзя упускать их из виду. В конце концов, как сказал тот же Бальзак, деньги нужны даже для того, чтобы без них обходиться.

На вопрос: «Сколько денег вам нужно для счастья?» – крайне редко можно услышать ответ: «Мне хватает того, что у меня есть». (Пожалуй, даже чаще можно встретить оригинала, утверждающего, будто для счастья ему вовсе не требуется денег; о причудливой психологии таких людей в книге еще пойдет речь.) Как правило, люди почти без колебаний называют сумму, несколько превышающую уровень их реальных доходов.

В 1999 году американская телекомпания Эй-би-си провела массовый опрос с целью выяснить, при каком годовом доходе человек счел бы себя богатым. Интересно, что в стране с огромным числом миллионеров многие не мечтают о такой же степени благополучия. Большинство граждан США – 54 процента участников опроса – подсчитали, что для в полной мере обеспеченного существования им хватит 200 тысяч долларов в год или даже меньше. Примечательно, что из них почти половина – 44 процента – в качестве мерила богатства полагают годовой доход в 100 тысяч долларов или чуть меньше. Впрочем, почти четверть респондентов – 24 процента – все же придерживается более традиционной меры – 1 миллион долларов. К этому для большей наглядности можно добавить такой показатель: среднестатистический годовой доход на семью из четырех человек составлял в США в 1998 году 38 885 долларов.

Запросы наших соотечественников значительно скромнее. По данным ВЦИОМ, российские граждане считают «весьма достойным» доход в размере от 220 до 350 долларов на человека в месяц. Социологи полагают, что это напрямую связано с невысоким уровнем их реальных доходов. Вот что говорит Павел Разин, научный руководитель НИЦ социального анализа и статистики:

Как показывает практика, для счастья людям надо немногим больше, чем они зарабатывают. Скажем, тому, чья зарплата составляет $200, будет достаточно $500, и лишь самый смелый скажет $800. Тому, кто сейчас зарабатывает $1000, для полного счастья хватит $2,5–3 тысячи…

Как видим, по обе стороны океана большинство людей не удовлетворены тем, что имеют, и желали бы большего. При этом они не отдают себе отчета, что попадают в зависимость от наивной иллюзии, будто увеличение доходов принесет им удовлетворение. Их не убеждает даже очевидный факт: те, кто уже достиг того уровня, к которому они стремятся, сами не испытывают удовлетворения и тоже мечтают о повышении своих доходов. И эта тенденция, похоже, бесконечна.

Многие люди в глубине души готовы согласиться с народной мудростью – «Счастье не в деньгах», но в то же время вслед за остроумным юмористом дополняют эту формулу – «…а в их количестве». В этом и состоит один из самых опасных мифов о деньгах, который заставляет миллионы людей во всем мире ставить перед собой недостижимые цели и страдать от неисполненной мечты.

Страдания становятся порой настолько нестерпимы, что это порождает противоположный миф. Его можно выразить известными житейскими формулами – «Деньги – зло», «Деньги человека портят» и т. п. В подтверждение этой истины можно найти немало жизненных примеров. Известный российский психоаналитик Арон Белкин посвятил целую книгу проблеме душевной патологии, возникающей на денежной почве. В его понимании деньги – это болезнь, от которой человека надо лечить.

Если с этим согласиться, придется признать, что все мы больны в той или иной мере, более того – страдаем неизлечимым недугом, потому что вовсе избавиться от денег и мыслей о них в условиях цивилизованного мира еще никому не удавалось (а если и удавалось, то ценой другой, столь же болезненной крайности).

Все книги, написанные о деньгах, созданы в подтверждение либо одного, либо другого мифа. Неудивительно, что до сих пор они никого не сделали счастливым, напротив – лишь усугубили многочисленные иллюзии и предрассудки.

Наивно было бы полагать, что человека можно улучшить с помощью денег. Обогащение не прибавляет человеку достоинств.

Конечно, если человек по своему душевному складу способен творить добрые дела, это намного удобнее и эффективнее делать, располагая для этого средствами. Но даже в этом случае затраченная сумма не будет мерилом его достоинства. Кто более великодушен – миллионер, пожертвовавший тысячу на благотворительность, или скромный клерк, отдавший на те же цели половину своего жалованья? Разумеется, вклад первого больше, но жертва второго ценнее.

Не верится и в то, будто деньги способны человека испортить. Хотя такая точка зрения очень популярна и в подтверждение ее приводится множество примеров несимпатичных богачей. Однако кажется, что это всего-навсего скверные люди, независимо от своих капиталов. Они бы и без денег не стоили доброго слова. Деньги лишь позволили им явно, неприкрыто, порой вызывающе продемонстрировать все изъяны своей низкой и порочной натуры. А это вовсе не означает, будто именно деньги явились причиной их падения. Ведь далеко не всех богатство обезобразило (хотя мало кого и украсило).

Вне зависимости от имеющихся у него денег человек остается самим собой – в тех качествах, что присущи только ему как неповторимой индивидуальности, и в тех, что роднят его с другими представителями его социального круга, возраста, культуры. Однако всегда и везде, когда в систему его мироощущения и поведения хоть каким-то образом оказываются вовлечены деньги, возникает какое-то новое качество, меняется весь характер протекания психических процессов, поведения в целом, причем так, что у самых разных людей эта реакция оказывается очень похожей. Как это происходит – рассмотрим поподробнее на примерах психологических экспериментов, проводившихся исследователями разных стран. Во всех этих опытах деньги выступали в качестве своеобразной наживки, которую испытуемые заглатывали, даже не отдавая себе в том отчета.

Примечательно, что масштаб наживки даже не играет существенной роли. Есть такое выражение – «Это не деньги». Так мы свысока отзываемся о мелких суммах, не соответствующих уровню наших запросов. Можно предположить, что в субъективном восприятии деньги как таковые начинаются с некоторого определенного уровня, а все, что ниже, – мелочь, не достойная внимания и никак, казалось бы, не способная повлиять на наши мысли, чувства и поступки. Однако оказалось, что на самом деле мы на бессознательном уровне вовсе не проводим таких различий. В качестве регулятора поведения деньгами выступает любая сумма, даже самая мелкая монета.

В одном эксперименте группе студентов без всяких предварительных инструкций дали прочесть рассказ, а затем попросили его пересказать. Экспериментатор, который выслушивал студента, время от времени давал ему пятицентовую монетку. Со стороны могло показаться, что делалось это совершенно произвольно. На самом деле вознаграждалось употребление в речи утвердительных высказываний. Разобраться в этом испытуемым было не по силам – их мысли были заняты припоминанием деталей рассказа. Тем не менее им удалось бессознательно уловить, в чем дело, и, даже не отдавая себе отчета, они резко увеличили количество утвердительных высказываний.

Сильнейшим побудителем человеческого поведения выступает стремление повторять то, что вызывает положительные эмоции. Но неужели порадовать может такая мелочь, как пять центов? Даже если ты и небогатый студент, на пять центов все равно ничего не купишь, а если их обронишь, то, может быть, еще и поленишься за ними нагибаться. Короче, пять центов – уж точно не деньги. Но, как выясняется, даже такая мелочь способна повлиять на поведение. Значит, все-таки деньги!

Еще один эксперимент американских психологов имел, помимо исследовательского, и немалое практическое значение. Всем нам приходится с сожалением наблюдать, насколько захламлены и замусорены излюбленные места отдыха горожан. Да чего греха таить, и мы сами, отправляясь на пикник, далеко не всегда заботимся о том, чтобы привести потом место своего досуга в первозданное состояние. В Америке дело обстоит точно так же, если не хуже. Смотрители американских лесопарков перепробовали, казалось бы, все мыслимые средства поддержания порядка – вывешивали в людных местах плакаты с требованием соблюдать чистоту, стыдили нарушителей, взывали к экологическому сознанию. Пустых пакетов, бутылок и банок, объедков и обрывков от этого не убывало.

Тогда психологи предложили внести в плакаты небольшое дополнение. Сообщалось, что на выходе из леса каждого, кто сдаст мешок с собранным мусором, ожидает вознаграждение в размере двадцати пяти центов. И произошло невероятное – немедленно появилась целая армия добровольных блюстителей чистоты. Разумеется, многие туристы, как и прежде, оставляли после себя горы мусора. Зато нашлись другие – те, кто стремился наполнить этим мусором побольше мешков. Лесная зона стала потихоньку очищаться. А еще больший эффект был достигнут, когда за мешок с мусором стали выдавать лотерейный билет, позволявший надеяться на выигрыш в двадцать долларов. Тут уж леса стали просто прочесывать цепи искателей мусора и удачи. Кстати, выяснилось, что лотерейная тактика одинаково стимулирует и выигравших и проигравших – первые надеются на повторный выигрыш, вторые рассчитывают взять реванш.

Еще один опыт. В будке телефона-автомата якобы случайно оставляли десятицентовую монетку и следили за людьми, заходящими позвонить. Подавляющее большинство не сочло за грех монетку присвоить. Но исследователей интересовало не это. Когда невольный испытуемый выходил из будки, с ним как бы случайно сталкивалась одна из участниц эксперимента и при этом роняла на землю папку с бумагами. Ранее то же самое проделывалось с так называемой контрольной группой – людьми, выходящими из будки, где никакой монетки не было. Поведение тех, кто нашел монетку, разительно отличалось от стандартного, продемонстрированного контрольной группой. Девять из десяти счастливцев, «разбогатевших» на десять центов, проявили галантность, помогая женщине собрать рассыпавшиеся бумаги. В контрольной группе таких едва набралось четыре процента, остальные безучастно шли своей дорогой. Выходит, даже после такого ничтожного подарка судьбы человек некоторое время испытывает подъем настроения и словно в благодарность за случайную удачу стремится оказать помощь ближнему.

Американские авторы Т. Дж. Стэнли и У. Д. Данко написали интересную книгу «Ваш сосед – миллионер». Объектом их внимания выступили очень богатые люди, которым исследователи по почте присылали опросные листы с просьбой заполнить их и вернуть по указанному адресу. Опросом было охвачено множество американских миллионеров (они в США – на такая уж редкость, примерно три с половиной процента населения). Исследователям было известно, что обычно эффективность подобных опросов невысока: большинство респондентов не удосуживаются выполнить просьбу и просто выбрасывают опросные листы. Обычно эффективность удается повысить с помощью нехитрой уловки – в конверт вкладывается монетка, скажем в двадцать пять центов (в некоторых случаях хватает и десяти). Возврат заполненных анкет сразу возрастает. Но можно ли таким способом мотивировать поведение миллионера? Сколько же долларов нужно вложить в конверт, чтобы побудить богача не пренебречь анкетой? Оказалось, что хватило одного! После того как Стэнли и Данко стали сопровождать свое послание однодолларовыми купюрами, обратная связь значительно расширилась. А ведь речь шла о миллионерах! Всего за доллар эти очень обеспеченные и довольно занятые люди принялись читать абсолютно не нужные им самим вопросы, вписывать ответы, не пожалели времени отправить письмо по обратному адресу. Выходит, что даже микроскопический денежный стимул («не деньги») может стимулировать значительную трудовую и временную отдачу. Что же тогда говорить о более серьезных суммах! Если поманить человека наживкой, сопоставимой с его уровнем притязаний, то он скорее всего невольно ее проглотит, даже не отдавая себе отчета, что расплачиваться придется значительно дороже.

Известно, например, что для женщины рождение ребенка не только представляет собой нелегкое физическое испытание, но и связано со значительными последующими затратами на его воспитание. В ряде стран выплачиваются денежные пособия на детей. Однако мало где такие пособия соизмеримы с возникающими затратами, обычно они составляют лишь весьма скудную их часть. Тем не менее повсеместно, где вводится пособие на ребенка, это увеличивает рождаемость. Статистические данные свидетельствуют: если вводятся пособия несовершеннолетним матерям, вскоре как по команде начинают рожать школьницы. Если поддержку получают одинокие матери – увеличивается процент внебрачных рождений. Вводят особую плату за третьего ребенка – увеличивается количество семей с тремя детьми. Люди идут на то, чтобы значительно скорректировать свои жизненные планы, но практически не задумываются, что вознаграждение не возместит и малой доли предстоящих им испытаний и расходов.

Но денежные мотивы, управляющие поведением, могут быть и очень изощренными, запутанными. В Стэнфордском университете добровольных испытуемых заставляли целый час манипулировать с непонятным аппаратом, то есть выполнять самую нудную и бестолковую работу, какую удалось выдумать экспериментаторам. По завершении работы испытуемому сообщали, что за дверью ожидает новый доброволец. Необходимо, чтобы он взялся за дело с максимальным энтузиазмом. Для этого, понятно, ему надо сообщить, что задание предстоит интересное и увлекательное. Совершить этот обман и доверялось испытуемому. Впрочем, не бесплатно. Не все на это пошли, но некоторые согласились. Половине из тех, кто согласился, обещали в награду доллар, другой половине – двадцать долларов.

За дверью испытуемого действительно поджидал доброволец (разумеется, это был один из исследователей), который всем своим видом демонстрировал колебания и сомнения – стоит ли браться за предлагавшееся задание. Почти все испытуемые легко пошли на обман. Они расхваливали проделанную работу, рассказывали, какое получили удовольствие (частенько, впрочем, коварно подчеркивая, что прелесть работы становится понятна не сразу).

Суть эксперимента состояла, однако, не в этом. По прошествии некоторого времени всем испытуемым было предложено заполнить анкеты, в которых среди множества отвлекающих внимание вопросов был замаскирован один ключевой. Он касался отношения к проделанной работе – скучной и бессмысленной. Казалось бы, не вызывало сомнений, какое это может быть отношение. Но экспериментаторов интересовало – не изменится ли оно после получения вознаграждения (а по сути – подкупа). Результат поразил исследователей. Речь ведь шла о деньгах очень небольших. Это у нас двадцать долларов для многих – соблазнительная сумма. В Америке масштабы иные, там это скорее «не деньги». Не говоря уже про один доллар, который просто невозможно представить в виде серьезного стимула. Однако даже такое ничтожное вознаграждение поразительным образом трансформировало оценку происшедших событий. Задание, которое молодые люди выполняли с отвращением, в анкетах, где не требовалось никакого притворства, вдруг предстало довольно интересным и даже приятным!

Самый интересный вопрос: кто в большей мере слукавил (причем, судя по всему, и перед самим собой) – те, кто получил доллар, или те, кому досталось в двадцать раз (!) больше? Можно было бы предположить, что последние сильнее кривили душой. Однако зависимость выявилась прямо противоположная. Получившие минимум отзывались о своей работе едва ли не с восторгом: она им очень понравилась, более того – они уверены, что участвовали в эксперименте большой важности, принесли немалую пользу науке и, если потребуется, готовы снова принять участие в подобной работе. По всем этим позициям испытуемые, получившие по двадцать долларов, высказались хотя и тоже позитивно, но гораздо более сдержанно.

Психологи находят этому парадоксу такое объяснение. Молодой человек, «заработавший» двадцать долларов, рассуждает примерно так: работа на самом деле противнейшая, и понятно, что завлечь на нее никого не удается; вот мне и пришлось помочь экспериментаторам по их просьбе. Ну и ничего страшного! Ничего особенно плохого я не сделал, никому большого вреда не принес, а двадцать долларов – деньги хоть и небольшие, но тоже на земле не валяются. То есть человек отдает себе отчет, что он солгал и за это получил деньги, однако надо обладать исключительным цинизмом, чтобы написать в анкете все, что думается по этому поводу. Для испытуемого, получившего гроши, такой путь неприемлем. Он вынужден выстраивать иную аргументацию. Почему я сказал другому человеку, что работа очень интересная? Не потому же, что мне за это заплатили. Не стал бы я врать за какой-то доллар! Значит, я сказал правду – работа действительно была интересная, просто я сам этого поначалу не понял.

Интересный феномен: все мы испытываем потребность в том, чтобы наше поведение было логичным и оправданным. Если в системе мотивов оказывается слабое звено, мы безотчетно прилагаем усилия, чтобы восстановить твердость всей системы. В данном случае таким слабым звеном была очевидная бессмысленность и тупость выполнявшейся работы. И от этого очевидного факта ради душевного благополучия пришлось отказаться, подменив его прямо противоположным убеждением.

Похожий феномен был обнаружен еще в одном социально-психологическом эксперименте. Группу испытуемых составили женщины, проходившие курс похудания. Им было предложено посетить цикл платных коллективных занятий, направленных на стимулирование желания похудеть. Многие на это согласились. У половины записавшихся на занятия был взят небольшой денежный аванс, а с другой половины никаких денег предварительно не брали. Исследователи выдвинули предположение: поскольку эффективность занятий весьма сомнительна, многие записавшиеся, вероятно, отнесутся к ним не слишком добросовестно и будут их пропускать; при этом те, кто внес аванс, наверное, проявят меньшую дисциплинированность – уплаченные деньги помогут им ослабить ощущение вины.

На самом деле результат получился противоположный. Женщины, которые внесли аванс, не только аккуратнее посещали занятия, но и потом, когда их попросили высказать свое мнение о пройденном курсе, оценили его значительно выше – как очень полезное мероприятие, которое помогло им решить проблему избыточного веса.

Эти результаты позволяют сделать важный вывод: то, за что уплачены деньги, приобретает в наших глазах особое значение. На это в свое время обратил внимание еще Зигмунд Фрейд, который настаивал на том, что проводившиеся им курсы психоанализа непременно должны быть платными, причем плата должна быть довольно высокой. Основателя психоанализа можно понять: оплаченный сеанс психотерапии и бесплатная консультация имеют совершенно разный эффект. И по сей день психоанализ продолжает оставаться привилегией (или причудой?) людей обеспеченных.

Так или иначе, оплата выступает гарантией того, что мы серьезно отнесемся к полученному совету или оказанной услуге. Мы начинаем невольно убеждать себя: во всем этом есть большой смысл – иначе я не стал бы раскошеливаться. А раз так, то и манкировать занятиями (процедурами, советами и т. п.) крайне неразумно.

Вообразите себя перед скатертью-самобранкой, с которой вы вольны угощаться чем угодно. Какие блюда вы выберете? Ответу на этот, казалось бы, простой вопрос был посвящен специальный эксперимент.

Опыт был предельно прост. Годовалого ребенка наблюдали в естественных условиях его существования, модифицировав лишь одно из них: его не кормили, то есть не давали ему какую-то определенную пищу (которую обычно выбирает для ребенка взрослый). Разумеется, малыша не морили голодом, напротив – есть он мог сколько угодно. Более того, еду он мог выбирать себе сам из великого многообразия предложенных продуктов.

Как, по вашему мнению, повел бы себя ребенок в такой ситуации? Житейский здравый смысл подсказывает единственный возможный ответ: малыш скорее всего предпочтет «вкусненькое», примется безудержно баловать себя сладостями и т. п. В душе родителей уже, наверное, пробудился праведный гнев: «Мыслимо ли такое издевательство над ребенком? Ведь так недолго подорвать его здоровье, потому что рацион, беспорядочно выбранный неразумным младенцем, может принести ему только вред!»

Хочется успокоить взрослых, как это сегодня делается в титрах кинофильмов: «В ходе эксперимента ни один ребенок не пострадал». (Важно лишний раз подчеркнуть: ученые – не политики, рискованные эксперименты они сначала проводят на животных; так и тут, самыми первыми испытуемыми в подобных опытах выступили крысы.)

В данном случае, как это нередко бывает, «здравый смысл» оказался банальным предрассудком. На самом деле дети-испытуемые повели себя по-настоящему мудро: после нескольких проб они остановили свой выбор на тех продуктах, которые в сумме составили оптимально сбалансированный рацион.

Недоверие к вероятности такого варианта продиктовано нашими собственными, взрослыми установками. Если представить себя в подобной ситуации, то, положа руку на сердце, приходится признать: взрослый в условиях неограниченного выбора вряд ли предпочтет несоленую гречневую кашу, сырую редьку и ржаной хлеб, которые обеспечивают оптимальное и безвредное удовлетворение основных потребностей организма в питательных веществах. Скорее всего предпочтение будет отдано крабам под майонезом, пряным копченостям и ананасам в шампанском, со всеми их неблагоприятными последствиями для пищеварения, фигуры и т. д.

Чем это объяснить? Слишком много факторов – преимущественно социальных – влияет на наш выбор! Мы прочно усвоили, что удовлетворять голод черной икрой лучше, чем черным хлебом, и, если предоставляется такая возможность, спешим ею воспользоваться.

Потом же, когда от талии остались одни воспоминания, а недуги, напротив, стали печальной реальностью, «беремся за ум» и начинаем морить себя голодом (что тоже вряд ли разумно). А оказывается, пример с самого начала надо было брать с «несмышленышей», которые еще не успели набраться наших предрассудков. И тем более не надо им эти предрассудки приписывать. Ибо человек сам изначально знает, что ему необходимо, что для него лучше, и лишь последующие социальные наслоения замутняют это подлинное здравомыслие. И это недвусмысленно выявляют объективные психологические опыты. Испытуемым давали отведать равноценные по вкусовым качествам продукты, расфасованные с обозначением цены – высокой, средней и низкой. Никто из участников эксперимента не заметил подвоха, все без исключения назвали самый дорогой продукт самым вкусным!

Человек не рождается с этой иллюзией, он приобретает ее по мере знакомства с миром денежных отношений. Но эта иллюзия, внедрившись в сознание и даже подсознание, укореняется там очень глубоко. Само слово «дешевый» не столько означает для нас «стоящий немного денег», сколько служит синонимом понятий «низкокачественный», «скверный». А уж дорогой – тем более! Оно несет в себе такой сильный эмоциональный заряд, что мы, не замечая всей абсурдности этого, относим его и к людям.

С поговоркой «Не в деньгах счастье» готовы согласиться большинство людей – и богатых и бедных. Бедные – ради самоуспокоения, богатые – просто потому, что деньги у них уже есть, а вот счастье – далеко не всегда.

Психологические исследования позволяют уточнить эту народную мудрость и… нет, не опровергнуть, а пожалуй, вывести нас на новый уровень ее понимания. Оказывается, в деньгах заключено если не счастье, то какой-то мощный стимулятор нашего настроения и поведения, способствующий жизненной активности и душевному подъему.

Приложение 1

Мысли о деньгах

В дополнение – несколько мудрых мыслей (если угодно – советов) от умнейших людей всех времен и народов. Наверное, далеко не все эти советы бесспорны и подходят лично вам. Что ж, выберите те, которые приумножат ваше собственное здравомыслие и помогут трезво оценить место денег в вашей жизни.

Деньги – общее достояние. Каждому позволено брать столько, сколько он хочет, – при условии, что он это может.

В. Швебель

Деньги нужны даже для того, чтобы без них обходиться.

О. де Бальзак

Деньги стоят очень немного. Ценен тот человек, который ими обладает. Если же он не представляет ценности сам по себе, то лучше б ему быть бедным. Нет ничего отвратительнее богатого дурака.

Х. Виджил

Деньги – это средство иметь буквально все, за исключением искреннего друга, преданной жены и здоровья.

П. Вебер

Везучие живут с деньгами, невезучие – без, а негодяи – для.

Ж. Элгози

Если вы хотите знать, что именно Бог думает о деньгах, посмотрите, кому он их дает?!

М. Бэринг

За деньги можно, конечно, купить очаровательного пса, но никакие деньги не смогут заставить его радостно вилять хвостом.

Д. Биллингс

Только поэты и женщины умеют обращаться с деньгами так, как деньги того заслуживают.

А. Боннар

Золото – это кровь общественного тела; гражданин, который не имеет его, равно как и тот, который имеет его слишком много, оба они – больные члены.

П. Буаст

Лучше всего помещены те деньги, которые у нас украдены: ведь за них мы приобрели благоразумие.

А. Шопенгауэр

Можно смотреть на деньги свысока, но ни в коем случае нельзя упускать их из виду.

А. Прево

Никто не стремится получать советы, зато деньги получать горазды все – выходит, деньги лучше, чем советы.

Дж. Свифт

Не гонись за деньгами – иди им навстречу.

А. Онасис

Прежде чем занять у друга денег, подумай, что тебе нужнее: друг или деньги.

Американская поговорка

Никто так тяжело не отрабатывает свои деньги, как тот, кто женился на них.

К. Хаббард

Прогресс человечества основывается на желании каждого человека жить не по средствам.

С. Батлер

Самый богатый человек не тот, у кого больше денег, а тот, кто меньше всех в них нуждается.

И. Эссар

Богатство не назовешь иначе, чем обозом добродетели, ибо оно и необходимо ей, и тягостно.

Ф. Бэкон

У всех людей жажда богатства, однажды возникнув, тянется всю жизнь. Ибо пока богатство еще не приобретено, стремление к нему изнуряет, будучи же приобретено, оно изводит заботами, когда же оно утрачено, мучает тоска по нему.

Демокрит

Кто, обладая богатством, не уделяет от него другим и не тратит его для собственного удовольствия, тот ничем не владеет, подобно соломенному чучелу, что охраняет на поле чужое зерно.

Индийское изречение

Ни один хороший человек никогда не становится внезапно богатым.

Публий Сир

Многие из богачей – хранители, а не хозяева своих богатств.

Демокрит

Сбалансировать бюджет – все равно что попасть в рай. Каждый этого хочет, но не желает делать то, что для этого нужно.

Ф. Грэм

Те, кто воображает, будто деньги делают все, возможно сами способны сделать все за деньги.

Д. Галифакс

То, как распределены богатство, деньги, высокое положение и другие блага, которые предоставил нам Господь, и то, какому сорту людей они чаще всего достаются, ясно показывает, насколько ничтожными считает Творец все эти преимущества.

Ж. Лабрюйер

Только тот богат, у кого есть карманные деньги.

А. Камю

Тот, кто живет по средствам, страдает от недостатка воображения.

Л. Стендер

Деньги – благо отрицательное: о них, как о здоровье, думаешь только тогда, когда их нет.

А. Апухтин

Чем больше у тебя денег, тем больше знакомых, с которыми ничто тебя не связывает, кроме денег.

Т. Уильямс

Когда человек говорит, что деньги могут все, знайте: у него их нет и никогда не было.

Э. Хоу

Есть вещи важнее денег, но без денег эти вещи не купишь.

П. Мериме

Люди не хотят быть богатыми; люди хотят быть богаче других.

Дж. С. Милль

Хочется быть богатым, чтобы не думать о деньгах, хотя богатые только о них и думают.

А. Боннар

Как беден тот, у кого нет ничего, кроме денег!

К. Граф

Деньги и время – самое тяжелое бремя в жизни. Наиболее несчастны те, у кого их больше, чем они умеют использовать.

С. Джонсон

Ничего не следует делать из-за денег.

Периандр

Деньги, которыми обладаешь, – орудие свободы; те, за которыми гонишься, – орудие рабства.

Ж. Ж. Руссо

Человек с множеством достоинств добавит к ним еще два, если окажется способным заработать и разумно потратить большие деньги.

Э. Сервус

Не от денег рождается добродетель, а от добродетелей бывают у людей деньги и все прочие блага как в частной жизни, так и в общественной.

Сократ

На лишние деньги можно купить только лишнее. А из того, что необходимо душе, ничто за деньги не покупается.

Г. Торо

Цель денег – не праздность, а умножение средств для полезного служения.

Г. Форд

Деньги никого не сделали дураком, они только выставляют дурака напоказ.

К. Хаббард

Если много денег – не радуйся, если мало – не горюй.

Эзоп

На одни и те же деньги можно жить и бедно и богато.

В. Попов

За деньги мы вынуждены платить свободой.

Р. Л. Стивенсон

Деньги – наиболее яркий пример превращения средства в цель.

Г. Зиммель

Не быть жадным – уже богатство, не быть расточительным – доход.

Цицерон

Богатству иных людей не стоит завидовать: они приобрели его такой ценой, которая нам не по карману, – они пожертвовали ради него покоем, здоровьем, честью, совестью. Это слишком дорого – сделка принесла бы нам лишь убыток.

Ж. Лабрюйер

Те же самые средства, что делают человека способным разбогатеть, мешают ему наслаждаться богатством.

А. Ривароль

Не тот беден, у кого мало, а тот, кто хочет большего.

Сенека

Лучший способ помочь беднякам – это не стать одним из них.

Л. Ханкок

Деньги приходят и уходят, уходят, уходят…

Х. Перич

Загадка русского счастья

В апреле 2004 года британская газета «Гардиан» опубликовала любопытный материал, который немедленно был перепечатан многими изданиями по всему миру – но не в России! Последнее кажется странным – ведь нам, россиянам, эта статья и была непосредственно посвящена. Впрочем, из одного ее названия становится понятно, что у нас она вряд ли кого порадовала бы. В заголовок статьи автор вынес рефрен из некогда популярной песенки – «Не беспокойся, будь счастлив» (Don't worry, be happy), снабдив его уточнением: «Но если ты русский, едва ли у тебя это получится». В статье анализируются данные психологических исследований, согласно которым ощущение радости жизни, похоже, напрочь отсутствует в российской ментальности.

Сам автор статьи к такому выводу относится скептически. Вообще скепсис – его амплуа. Статья написана Марком Абрахамсом, главным редактором «Журнала невероятных исследований» и учредителем пародийной Игнобелевской премии, ежегодно присуждаемой за самые бестолковые и бессмысленные открытия. Рассуждения западных психологов о «счастье по-русски» он откровенно осмеивает, считая их не отвечающими ни критериям научности, ни элементарному здравому смыслу. Отвлекаясь от иронии записного скептика, попробуем разобраться, насколько западным исследователям удалось проникнуть в нашу натуру. В частности, справедливо ли их суждение о нашей эмоциональной обделенности? Ведь если мы в самом деле такой несчастный народ, то не тщетны ли все усилия российских психологов, пытающихся помочь соотечественникам обрести душевное благополучие?

В советской традиции всякое уязвляющее нас суждение принято было объявлять вымыслом недоброжелателей. В данном случае речь приходится вести не о вымысле, а об объективных результатах опросов, проводившихся в нашей стране с середины 80-х до конца 90-х. Абрахамс на это замечает: насколько справедливо при анализе такого изменчивого показателя оперировать данными как минимум пятилетней давности, причем без сравнения их с более ранними, а также современными? На самом деле все объясняется просто. В прежние времена никакие такие данные и получить было невозможно – официально было принято считать, что чувства «глубокого удовлетворения и законной гордости» постоянно присущи всему советскому народу и каждому его представителю. Попытка уточнить это в эмпирическом исследовании была просто немыслима. В 80–90-е годы в силу возникшего на Западе интереса к пробудившемуся от спячки русскому медведю было предпринято несколько срезов общественных настроений. Удовлетворившись результатами, заморские исследователи разъехались по домам – публиковать «сенсационные» отчеты. В дальнейшем почти никаких исследований в этой области в нашей стране не проводилось – как иронично заметил автор одной отечественной публикации, «очевидно, по причине отсутствия в достаточном масштабе предмета исследования».

На Западе же интерес к проблемам душевного благополучия продолжает шириться. В последние годы исследования этих проблем фактически превратились в самостоятельную научную отрасль, что, в частности, вылилось в основание в 2000 году междисциплинарного «Журнала исследований счастья» под редакцией голландского профессора Рута Винховена. Господину Винховену и принадлежит идея ранжирования государств и народов по степени испытываемого ими счастья. В издаваемом им журнале можно найти целую таблицу, верхние строчки в которой занимают Норвегия и Исландия (правда, интересно?), а Россия стоит… нет, на самом деле не последней, а третьей с конца, лишь ненамного опережая Украину и Болгарию. Вообще-то, справедливости ради, соответствующую статью следовало бы посвятить болгарскому менталитету, но западного читателя российский пример впечатляет сильнее – Болгарию там не каждый и на карте-то найдет (рассказывают «на полном серьезе», что президент Буш недавно попросил показать ему на глобусе Афганистан), а 1/6 часть суши (к тому же утыканную ядерными ракетами) даже сослепу трудно не заметить.

Признаюсь, у меня этот рейтинг вызвал сильное недоумение. Конечно, о родной стране трудно судить непредвзято. Но возьмем тех же болгар, которые в упомянутом рейтинге предстают еще более унывающим и легко впадающим в депрессию народом, чем мы. Так уж сложилось, что в Болгарии я бывал много раз, объездил эту страну вдоль и поперек и со многими болгарами познакомился и подружился. Да, среди них доводилось встречать людей разочарованных, отчаявшихся, озлобленных. Но такие примеры можно найти повсюду, и объясняются они, как правило, какими-то драматичными обстоятельствами той или иной личной судьбы. В целом же болгары производят на меня впечатление людей оптимистичных, жизнерадостных, стойких к невзгодам и уверенных в себе, причем, по моему субъективному мнению, они в этих отношениях даже нас, русских, несколько превосходят.

Ничего не скажу про Исландию – я там не бывал. Зато англичан (одна из верхних позиций в рейтинге!) довелось встречать немало. Осмелюсь усомниться в их преимуществе перед нами, славянами. Да, англичанин не станет вам плакаться в жилетку о своих проблемах и тревогах. Там это просто не принято и считается дурным тоном. Для излияния души есть священники и психоаналитики. Так англичане к ним и валят толпами со своей душевной болью! Ибо душа у многих еще как болит, о чем случайно удается узнать при более близком, доверительном знакомстве.

Разумеется, все это лишь плод личных впечатлений, весьма субъективных. А серьезный журнал оперирует данными научных исследований. Но в том-то все и дело, что эти исследования – и Абрахамс тут совершенно прав – сильно уязвимы для критики. По большому счету, счастье – категория все-таки не научная. Да и изучается на самом деле не оно, а некое состояние «субъективного благополучия», то есть удовлетворенности человека своей жизнью, своим положением в мире. Еще точнее – соответствующие опросники призваны измерить удовлетворенность человека тем, что он имеет: своим общественным положением, достатком, образованием, состоянием здоровья, семейным положением и т. д.

По большому счету – и никаким открытием это не является – особенностью нашего славянского менталитета является некоторая настороженность, недоверие к переменчивой судьбе («От тюрьмы и от сумы – не зарекайся!»), из-за чего в оценке своего благополучия нам свойственно «прибедняться». В отличие от американцев или западноевропейцев на вопрос «Как дела?» мы в лучшем случае отвечаем: «Нормально», а чаще – «Да так себе, потихоньку, помаленьку…» Срабатывает и опасение выделиться, вызвать у кого-нибудь зависть.

В день трагедии в «Трансваале» телефон радиостанции «Эхо Москвы» раскалился от злорадных звонков: «Так им и надо! И нечего их жалеть – тех, у кого нашлись деньги на билет в аквапарк!» Вот, пожалуй, та печальная особенность национального менталитета, которую в самом деле надо изучать. И преодолевать, избавляться от нее всеми силами!

А насчет того, что русский человек недоволен своим положением, так это вполне объясняется той поистине стрессовой ситуацией, в которой мы все неожиданно оказались. Прежде мы потихоньку ворчали на скудную стабильность и отсутствие выбора, нынче во весь голос стонем от изобильной нестабильности и необходимости мучительного выбора. Кстати, небезынтересно, что в рейтинге Винховена не фигурируют страны, традиционно причисляемые к «слаборазвитым». А ведь рядом независимых исследований показано, что показатель субъективного благополучия в них очень высок. Но он начинает неуклонно снижаться по мере приобщения страны и народа к западным стандартам потребления. Вот ведь феномен, достойный самого пристального изучения. Но только если в нем непредвзято разобраться, сенсации для западного журнала никак не получится. По крайней мере не за что будет упрекнуть славян. А то, что не удается их осчастливить батончиком «Марс», – так разве это их недостаток?

В защиту пессимизма

Стоит ли расточать улыбки каждому встречному, демонстрируя открытость и собственное благополучие? Надо воспринимать проблемы проще или это – непростительный инфантилизм? Американские психологи недавно усомнились в том, что традиционно являлось одним из символов процветания США и их граждан.

Они собрались в Вашингтоне на симпозиум, проходивший под девизом «Незамеченные достоинства негативизма». Это был первый бунт против, как выразился один из участников симпозиума, «тирании позитивного мышления и засилья оптимизма».

Позитивное мышление воцарилось в американском обществе благодаря объединенным усилиям Голливуда, телевидения, популярных песен, книг, рассказывающих, как помочь самому себе, и воскресных церковных проповедей: «Все будет хорошо! Все проблемы разрешимы! Будьте оптимистами, и успех вам обеспечен. Оптимизм – это залог успеха, достатка, несокрушимого здоровья».

И вот теперь психологи приходят к выводу, что зацикленность на позитивности и оптимизме зашла слишком далеко. Конечно, у оптимизма есть свои плюсы, но и минусов немало. Односторонний взгляд на мир и на себя не дает человеку реальной картины происходящего. Исповедуя его, человек волей-неволей живет лишь сегодняшним днем, не задумываясь о последствиях своих и чужих поступков. Беспечность и эгоизм – вот первые плоды бездумного оптимизма, говорили участники вашингтонского симпозиума. Непредвиденный крах надежд, жестокое разочарование – тоже плоды оптимизма. Каждому человеку в жизни необходима и доля пессимизма, чтобы не слишком обольщаться и трезво смотреть на вещи.

«Не будем забывать, что стакан может быть не только наполовину полон, но и наполовину пуст», – вспоминает известный афоризм специалист по социальной психологии из штатa Массачусетс Джулия Норем.

Она исследует так называемый защитный пессимизм – стратегию поведения, когда человек стремится мысленно проиграть предстоящую ситуацию, учитывая даже мелкие препятствия, с которыми он может столкнуться. Предположим, он готовится к публичному выступлению. Ему надо представить себе, что придется делать, если вдруг оборвется шнур микрофона, полетит на пол его конспект или на него вдруг нападет приступ кашля. Он должен помнить и о массе других мелочей, способных свести на нет даже самое удачное выступление. Защитный пессимизм оказывается по результатам ничуть не хуже стратегического оптимизма, заставляющего человека тщательно избегать мыслей о плохом, а в некотором отношении пессимистический настрой оказывает в итоге даже лучшее влияние. Размышления о помехах позволят полнее охватить предмет, увидеть все его стороны и таким образом будят воображение.

В одном из специально подготовленных психологических экспериментов участвовали как те, кого по характеру можно было бы причислить к стратегическим оптимистам, так и те, кто был склонен к защитному пессимизму. Всех участников разделили без предварительного отбора на три группы. Каждой предстояло бросать дротики в мишень. Одной предложили вообразить множество помех и изобрести способы их преодоления. Другая должна была думать, что все пройдет гладко и участники этой группы продемонстрируют верх совершенства. Третьей группе было сказано – не думать ни о чем, а мысленно купаться и загорать на пляже.

Попав в свою привычную стихию, то есть представляя себе разные неприятности, пессимисты показали блестящие результаты. Хуже у них получилось, когда они пытались представить себя непобедимыми чемпионами, и совсем плохо, когда, подобно стратегическим оптимистам, они попытались вообще ни о чем не думать. Оптимисты же, наоборот, добились лучших результатов после бездумного «отдыха на пляже» и наихудших – после того, как попытались представить себя в роли пессимистов и начали задумываться о возможных препятствиях и трудностях при выполнении задания.

Из этого доктор Норем сделала вывод: оптимизм и пессимизм становятся у каждого второй натурой, коренящейся как в воспитании, так, видимо, и во врожденном предрасположении.

Но самое главное – то, что при решении определенных задач, структура которых схожа с той, что делалась в эксперименте, защитный пессимизм, если он естествен для человека, оказался ничем не хуже стратегического оптимизма.

О врожденности двух типов мировосприятия говорилось на вашингтонском симпозиуме не раз. То, что оптимизм и пессимизм связаны с типом темперамента, было известно еще Аристотелю, хотя, как потом выяснилось, связи эти не так просты, как кажется, и утверждать, что меланхолик не может быть оптимистом, а сангвиник – пессимистом, было бы слишком наивно. Говорилось на симпозиуме и о том, в какой степени пессимизм и оптимизм может быть свойствен той или иной культуре. В этой области исследования психологов только начинаются, но уже доказано, например, что выходцы из Азии, живущие в Америке, более пессимистичны, чем выходцы с Кавказа.

Довольно распространено мнение, что пессимистический взгляд на вещи должен неблагоприятно сказываться на здоровье и что улыбаться полезнее, чем хмуриться. Однако на поверку оказалось, что и это не всегда верно. Добровольцам, выбранным случайным образом, предложили вспомнить самые трагические события своей жизни, поразмыслить над ними несколько дней, а затем описать их со всеми подробностями в виде кратких эссе. Удивительно было не то, что тягостные воспоминания не отразились отрицательно на показателях здоровья испытуемых, а то, что все они после этого почувствовали себя лучше, и это ощущение продержалось у них около четырех месяцев после завершения эксперимента. Здесь уместно сопоставить эти результаты с известным феноменом освобождения от того, что гнетет душу, при помощи творчества. О творчестве как освобождении говорили Гете и Хемингуэй. И Фрейд, по сути дела, подразумевал это в своих рассуждениях о сублимации. Но, с другой стороны, можно ли называть творцом всякого испытуемого, если он перенесет свои воспоминания на бумагу? Освободится ли он от них, как освобождается писатель, воплощая то, что его гнетет, в образы и сюжеты? К тому же не стоит впадать в известное заблуждение и отождествлять писателя с его героями, и мотивы его произведений могут не иметь ничего общего с событиями его жизни, а берут начало лишь в воображении писателя. Тем не менее многие психологи считают, что освобождение от тягостных воспоминаний путем возврата к ним, осмысления и записи – тоже своего рода творчество, по крайней мере – душевная работа и переживание, требующее усилий.

Психологи установили также, что даже люди нервные, обремененные различными заботами и несчастьями, склонные вечно сетовать на судьбу, постоянно жалующиеся на боли во всех частях тела, бывают у врача не чаще, чем их жизнерадостные сверстники, и уходят из жизни не раньше оптимистов. Иными словами, даже глубокий пессимизм – не поведенческий, не защитный, не конструктивный, а именно глубокий и всеохватывающий пессимизм – нисколько не вредит здоровью.

Пессимистом был немецкий философ Шопенгауэр, который не без оснований полагал, что страдание служит источником великих дел, ибо удесятеряет силы и заставляет быть изобретательным. Всем известна фраза Наполеона, которую он произнес, когда его спросили, в чем главный секрет его стратегии: «Надо не раздумывая ввязаться в бой, а там видно будет». Этот принцип исповедуют большинство стратегических оптимистов. Но вспомним: этот принцип был хорош при Маренго, при Аустерлице, но оказался негодным под Москвой, Лейпцигом и Ватерлоо.

Возможно, подход американских психологов и пересмотр их позиций в отношении роли оптимизма и психического здоровья нации связан с необходимостью искать новые способы воздействия на своих клиентов: события 11 сентября 2001 года существенно поколебали почву безудержного оптимизма американцев и заставили многих усомниться в надежности и безопасности окружающего их мира. Для американских психологов появились новые задачи и новые возможности проверить свои выводы о роли оптимизма и пессимизма в сохранении психического и физического здоровья.

Лучше жалеть о сделанном

О чем мы сожалеем больше: о том, что в прошлом сделали что-то неправильно, или о том, что чего-то не сделали? Эти вопросы заинтересовали ученых Томаса Жиловича и Викторию Хастед Медвеч из Корнельского университета. Во время небольшого эксперимента они рассказывали его участникам историю двоих студентов-однокурсников, которые получили возможность перевестись в университет с более высоким рейтингом. Один отклонил предложение, другой принял. Но в результате оба остались недовольны своим решением. Исследователи задали два вопроса: кто из друзей через короткий срок будет сожалеть о своем решении больше? И какое решение будет расценено как неверное через долгое время?

Оказалось, что большинство опрошенных уверены: независимо от того, как сложится судьба, первый студент и спустя годы будет помнить о том, что не принял решение и, возможно, упустил свой шанс. Второй о своем решении будет сожалеть лишь короткое время.

Этот результат подтвердили и другие подобные исследования. Люди недолго горюют о том, что оказалось ошибкой, но спустя годы сожалеют о решении, которого не приняли. Впрочем, возможно, этот феномен характерен лишь для западного общества, которое одобряет активность и порицает бездействие.

Первый день новой жизни

«Спешу поздравить Вас – сегодня стали Вы на целый год старей…» Такими словами заканчивается полузабытая песня Андрея Макаревича «День рождения». Потому, наверное, и забытая, что слишком уж ее минорное звучание противоречит нашему привычному представлению о дне рождения как о светлом, радостном празднике. Специалисты, правда, полагают, что минорная нота тут звучит очень уместно. Замечено: для людей, миновавших пору юности, день рождения – не столько радость, сколько испытание, которое даже не все выдерживают. Неумолимая статистика свидетельствует: для людей зрелого возраста вероятность обострения психологических проблем и даже телесных заболеваний резко повышается в дни, предшествующие дню рождения и следующие прямо за ним.

Для объяснения этого явления выдвинута интересная гипотеза. Специалисты Кемеровской медицинской академии полагают, что таким образом человеческий организм ежегодно «вспоминает» болезненный акт рождения. Самыми тяжелыми в психологическом и физическом отношении оказываются месяцы, предшествующие дню рождения. Все дело в том, что первый сильный стресс человек переживает во время родов, когда внезапно возникает необходимость самостоятельно дышать. В этот момент организм новорожденного вырабатывает кортизол (так называемый гормон стресса) в 10 раз активнее, чем в норме. Впоследствии этот всплеск регулярно повторяется в ходе годичного жизненного цикла.

Следует, правда, признать, что эта гипотеза довольно спорная и многие специалисты относятся к ней с иронией. Некоторые и вовсе склонны объяснять болезненный «эффект дня рождения» банальными излишествами за праздничным столом.

Психологи также не склонны тут искать экзотических объяснений. Похоже, дело тут не в злоупотреблении спиртным за праздничным столом – большинство из нас свою меру знают. «Похмелье» тут бывает другого рода – психологическое: вследствие мучительного переживания несбывшихся надежд и неутешительного подведения итогов.

Так уж сложилось, что день календаря, прибавляющий лишний год к нашему возрасту, – это своего рода отчетно-показательное мероприятие («Когда я итожу все, что прожил…»). С приближением этого дня человек все чаще задумывается о том, чем целый год старается себя не беспокоить: «С чем я пришел к очередному рубежу? Достиг ли, чего хотел? Стал ли тем, кем мечтал?» И слишком часто ответы на эти вопросы мало радуют. Даже очевидные успехи кажутся скромными: «Неужели это все, чем я могу похвастаться? Этого ли я для себя хотел?»

Негативные переживания провоцирует и мажорный культ молодости, насаждаемый массмедиа. Что ни говори, а лишний год возраста отдаляет нас от блестящей молодости и приближает – о, ужас! – к старости. И хотя молодым – в первую очередь душевно, но даже и телесно – можно оставаться и в шестьдесят, и в семьдесят, нам почему-то верится в это с трудом. И в праздничный день мы особенно придирчиво вглядываемся в свое отражение в зеркале, сильнее обычного опасаясь заметить лишнюю морщинку.

Да и сам праздник может не только порадовать. Кто-то из старых друзей забыл поздравить… Кто-то прислал открытку с неумной шуткой… Кто-то преподнес бестолковый подарок, который еще надо куда-то деть… И праздничное застолье отняло столько средств и сил, что невольно думается: «А зачем это всё?..»

Всех этих неприятных переживаний можно избежать, если не слишком «зацикливаться» на дне рождения как на эпохальном рубеже своей жизни. В конце концов, этот день – такой же, как вчерашний и как завтрашний. Растем, взрослеем и стареем мы не по календарю, а совсем по другим меркам и законам. Правда, сегодня мы старше, чем были вчера. Но ведь на это можно взглянуть и иначе: сегодня я моложе, чем буду завтра!

Праздничного стресса удается избежать, если не настраивать себя на непременный фейерверк положительных эмоций. Кто сказал, что именно этот день следует посвятить ликованию и восторгу? Настроив себя на такую преувеличенную мажорную волну, мы рискуем испытать разочарование и недооценить ту спокойную радость, которую дарит нам праздничная дата.

И не стоит оценивать свою жизнь, опираясь на рубежные вехи. Учитесь радоваться тому, что дарит вам жизнь. Причем сегодня, сию минуту, не откладывая подведение итогов к юбилею. Ведь каждый день нашей жизни – это своего рода праздник. Это первый день той замечательной жизни, которую нам еще предстоит прожить!

Правильные цели и надежные средства

Наверняка хоть раз в жизни вы зарекались с приходом нового года (месяца, семестра, недели…) начать «новую жизнь». «Новую жизнь» каждый представляет себе по-своему. Для кого-то это работа на руководящей должности, соответственно, большая зарплата, безупречная внешность, компетентность, солидность, другой уровень жизни и взаимоотношений…

Для нерадивого студента «новая жизнь» – это начать, наконец-то, посещать лекции и семинары в институте, почаще заглядывать в читальный зал и своевременно выполнять все текущие работы, чтобы с чистой совестью и без хвостов подойти к сессии. Ведь вам знакомо приятное чувство воодушевления и энтузиазма от осознания намеченного, от предвкушения достигнутых результатов и пожинания плодов своей деятельности. Каждую весну интересно наблюдать, как с приходом теплых деньков спортсмены-любители выбегают рано утром на стадион и радостно «нарезают» круги. Жизнь хороша, и жить хорошо! Весна, тепло, солнышко светит, все расцветает, оживает! Хочется жить, творить и изменяться, совершенствоваться самому. Но обычно их энтузиазма хватает максимум на неделю. И только самые стойкие спортсмены как бегали раньше, так и продолжают бегать и весной, и летом, и осенью, и даже зимой, невзирая на погоду и собственное настроение. Ведь регулярные занятия спортом требуют от человека большой силы воли.

Чтобы чего-нибудь добиться в этой жизни, неважно, в какой сфере (сделать успешную карьеру, похудеть, поступить в престижный институт…), мало просто поставить цель. Для достижения цели над ней необходимо много работать. А это подразумевает приложение усилий, выполнение обязательств и самодисциплину. Но в то же время увидеть цель означает наполовину ее достичь.

Вот несколько полезных советов, которые позволят вам более успешно овладеть умением ставить цели, а главное, всегда достигать намеченного. Ведь это – залог профессионального и личного успеха. Но прежде хотелось бы сказать следующее. Если человек поставил себе цель, будьте уверены: у него есть все для ее достижения.

«Желания нам даются вместе с возможностями для их осуществления» (Ричард Бах. «Иллюзии»).

Правило первое: цель должна быть сформулирована в утвердительной форме. Пример. Неверно: «Я не хочу, чтобы подобный случай еще когда-нибудь со мной произошел». Верно: «Я хочу, чтобы в будущем все наладилось».

Правило второе: крупные цели должны быть разбиты на более мелкие подцели, тогда ваша цель будет выглядеть более реалистично и будет вырисовываться определенный план действий. Пример. «Я хочу вести здоровый образ жизни». Разбиение на подцели: «Я хочу: три раза в неделю посещать тренажерный зал и заниматься там по полтора часа; правильно питаться; бросить курить; алкоголь употреблять только по праздникам». Подцели можно также разбить на еще более мелкие цели. Например, «правильно питаться» включает в себя: есть больше фруктов, овощей; вместо черного чая употреблять зеленый; пить больше ощелачивающей жидкости – свежевыжатые соки, травяные чаи, зеленый чай; вместо свинины есть рыбу и птицу (лучше в отварном виде); готовить супы на воде, а не на мясном бульоне; вместо булочек, тортов и пирожных есть сухофрукты, мед; стараться ежедневно употреблять творог и кисломолочные продукты, обогащенные бифидо– и лактобактериями!

Заметьте, я здесь не указываю, что НЕ надо есть сладкое, жирное и т. д., т. к., во-первых, эта цель сформулирована в негативной форме, а во-вторых, запрещая, необходимо предоставить человеку что-либо взамен того, что ему нельзя.

Правило третье: необходимо полностью брать ответственность за достижение цели на себя и быть активной стороной. Важно всегда помнить, что, когда ситуация полностью находится под вашим контролем, вы действуете с максимальной эффективностью. Убедитесь, что вы контролируете ситуацию, что возможность достижения цели зависит от вас, а не от кого-либо еще.

Правило четвертое: очень полезным и эффективным оказывается представить в письменном виде предварительно четко сформулированные вами цели (а также подцели). Пример. В 50-х годах Йельский университет провел детальное исследование на тему, как и почему одни студенты добиваются большего успеха после окончания университета, чем другие. Наряду с такими показателями, как пол, национальная принадлежность, рост и цвет волос студентов, учитывалось влияние такого фактора, как формулирование четких жизненных целей. У студентов спрашивали, каковы их планы на будущее и как они подходят к составлению планов на жизнь. Только 3 % молодых людей из группы опрошенных привыкли формулировать свои цели в письменном виде. Двадцать лет спустя была проведена вторая часть исследования. Выяснилось, что те 3 % испытуемых, которые задавались четкими целями, причем письменно, достигли в жизни (в том числе и в финансовом плане) гораздо большего, чем все остальные 97 %, вместе взятые.

Правило пятое: необходимо учитывать возможные препятствия на пути к цели. Не стоит упускать из виду то, что вас может ждать поражение, вы не достигнете цели, что-то вам помешает. Все возможные преграды необходимо просчитать и подготовиться к ним заранее. В любом случае негативный опыт – это тоже опыт, и на ошибках (как своих, так и чужих) надо учиться. Вообще не ошибается только мертвец. И кто не пробует, тот ничего не достигает.

Правило шестое: вы должны определить критерии достижения успеха, что в ваших глазах будет свидетельством достижения намеченной цели. Используйте всю имеющуюся у вас сенсорную информацию от ваших органов чувств (зрение, слух, осязание, обоняние, вкус). Ваши чувства и эмоции также могут служить доказательством достигнутого успеха. Это сделает вашу цель еще более осязаемой, реалистичной, а значит, привлекательной.

Правило седьмое: поверьте в благоприятный исход задуманного вами дела и ведите себя так, «как если бы» успех вам гарантирован. Вы и душой, и телом должны быть настроены на благоприятный исход. Вы уже проделали все шесть предыдущих шагов: сформулировали цель в утвердительной форме, разбили ее на более мелкие подцели (или способы осуществления задуманного), проверили, что достижение цели полностью зависит от вас, и взяли на себя ответственность за ее реализацию, представили вашу цель в письменном виде, предусмотрели все препятствия и заготовили заранее способы их преодоления, четко представили себе критерии вашего успеха. Тем самым вы запрограммировали свой мозг на то, чтобы, в конце концов, добиться своего.

Теперь настала очередь уделить внимание осанке, манере говорить и жестам. Чтобы вести себя «как если бы» вам был гарантирован успех, полезно как можно чаще мысленно создавать образ будущего, в котором вы уже достигли желаемой цели. Попробуйте визуально представить себя «будущего», достигнувшего всего, что вы хотели. Как только вы представите эту картину, обратите внимание, какой у вас взгляд, куда вы смотрите, что делаете или что собираетесь делать, как другие люди реагируют на ваши действия. Может быть, вы услышите какие-то звуки. Попробуйте мысленно войти в свое «будущее тело», т. е. увидеть теперь картинку не со стороны, а как бы своими собственными глазами. Осознайте свои мысли и ощущения в своем теле. Выполнение этого упражнения поможет вам мотивировать себя, поскольку оно делает достижение ваших целей более реальным.

Муки выбора

Драгоценная привилегия свободного человека – право на выбор. Но, оказывается, это еще и бремя, которое для многих тягостно и непосильно. Да, отсутствие выбора угнетает. Но с этой гнетущей ситуацией большинство людей способны скрепя сердце мириться («А что поделаешь – выбора-то нет!»). Парадокс в том, что, обретя вожделенное право, многие не находят удовлетворения и душевного покоя, наоборот – утрачивают его окончательно и безвозвратно.

Нынешнее поколение взрослых людей выросло в условиях крайне ограниченного выбора. Как язвил о той поре один западный шутник: «В Советском Союзе все нельзя, а что можно – то обязательно». Еще одна шутка тех времен: «Советское пиво бывает двух сортов – пиво есть и пива нет». Сорок сортов колбасы на одном прилавке выступали для советского обывателя пределом мечтаний.

Наконец мечта сбылась.

Причем не только в отношении колбасы. Сегодня жизнь постоянно ставит нас перед выбором. Создать собственное предприятие или продолжать служить за скромное жалованье? Припрятать сбережения в кубышку или рискнуть ради высоких дивидендов? Купить новенький отечественный автомобиль или подержанную, но иномарку?

А уж про колбасу и речи нет – не только в столице, но и в любом райцентре деликатесы штабелями теснятся на прилавках, наглядно иллюстрируя тезис: «Жизнь стала лучше». Вот только почему-то слишком многие с этим тезисом не согласны. Причем не только те, кому заработка едва хватает на хлеб. Благополучный менеджер, возвратясь из Анталии, горестно вздыхает: «Надо было ехать на Кипр!» Владелец «Опеля» провожает завистливым взглядом «Тойоту». Обеспеченная домохозяйка, вернувшись из супермаркета, недоумевает: зачем накупила никому не нужной всякой всячины?

Фактически мы сегодня столкнулись с тем явлением, которое западные демократии, так называемое общество потребления, испытывают не первый год и, кажется, уже начинают осознавать издержки безграничной свободы и пьянящего изобилия. Проблема обеспечить человеку широкий спектр возможностей там давно успешно решена. Гораздо более серьезной оказалась другая проблема – научить человека делать осознанный правильный выбор и получать от этого удовлетворение.

Все мы желаем благополучия, но при этом нередко понимаем его однобоко и превратно. Почти в буквальном смысле изголодавшись, мы понимаем широкий выбор как благо, забывая, что человеческие возможности не безграничны и остановиться в своем выборе так или иначе придется на чем-то одном. И этому тоже необходимо научиться. Чем могут психологи помочь в решении этой серьезной и актуальной проблемы?

Американский психолог Барри Шварц из Саутморского колледжа (Пенсильвания) предложил своим студентам ради получения дополнительных зачетных баллов написать эссе на одну из заданных тем. (Стоит отметить, что в американской системе оценок каждый лишний балл – это существенный плюс, и каждый студент стремится набрать баллов побольше.) Одной группе он предложил список из шести тем. В другой группе выбор был гораздо шире – целых тридцать тем.

Большинство сданных преподавателю работ были написаны студентами первой группы. Студенты из второй потом признавались, что никак не могли определиться в своем выборе. Те же, кому это все-таки удалось, представили заметно более слабые работы, чем их товарищи, ограниченные в выборе.

Похожие результаты совсем в другой сфере получили коллеги Шварца – доктор Шина Айенгар из Колумбийского университета и доктор Марк Леппер из Стэнфордского университета. Свое совместное исследование они провели в одном из крупных супермаркетов Калифорнии, известном широким выбором предлагаемых продуктов – одной только горчицы покупателю там предлагается 250 разных сортов. По инициативе исследователей в магазине был организован прилавок, у которого покупателям предлагалось приобрести по льготной цене баночку джема, имея возможность предварительно попробовать любой из предлагаемых сортов. В течение одного дня на прилавок было выставлено 6 сортов джема. На другой день предложение возросло вчетверо – до 24 сортов. Фиксировалось количество посетителей магазина, проходивших мимо прилавка, а также тех из них, кто остановился и решился на пробу. Разумеется, фиксировалось также количество сделанных покупок.

Различия оказались очень существенными. Из 260 посетителей, прошедших мимо прилавка в первый день, лишь 40 % остановились сделать пробу. Более широкий выбор на второй день привлек больше народу – из 242 проходивших 60 % остановились возле прилавка. Но торговым менеджерам не стоит делать отсюда поспешные выводы – гораздо важнее оказался другой результат. Среди тех, кто имел широкий выбор, лишь 4 посетителя магазина (3 %) сделали покупку. А вот из тех, кто был в своем выборе ограничен 6 сортами, приобрести джем решили 30 %, 31 человек.

«Предложение избыточного количества возможностей, – отмечают в своем отчете исследователи, – может свести на нет все преимущества выбора. Парадокс, с которым столкнулась современная Америка, состоит в том, что по мере расширения свободы выбора люди оказываются все более зависимы от чужих суждений и оценок и все менее способны вынести суждение самостоятельно».

Профессору Шварцу эти наблюдения дали богатый повод для размышлений, воплотившихся в его новой книге «Парадокс выбора: когда больше значит меньше». Книга, вышедшая из печати месяц назад, почти сразу вошла в список бестселлеров. Это и понятно – в ней автор обратил внимание людей на то явление, которое многих лишает душевного покоя, зачастую оставаясь безотчетным.

По манере делать выбор, считает Шварц, людей можно разделить на два типа.

Первый, наиболее распространенный в современном обществе, он называет максималистами. Такие люди с энтузиазмом воспринимают широкие возможности, но испытывают большие затруднения при выборе и мало удовлетворения от того, когда выбор наконец сделан. Имея перед собой много вариантов, они стремятся получить наилучший. А это, согласитесь, практически невозможно, пока не испробуешь все варианты, что, в свою очередь, невозможно ввиду их изобилия. Поэтому, сделав выбор, человек продолжает терзаться сомнениями: самое ли лучшее он получил. Сравнивая свой выбор с достижениями и приобретениями других людей, человек постоянно переживает: не совершил ли он ошибку. Ведь кто-то, поступив иначе, чем я, приобрел такие преимущества, которых у меня нет! Понятно, что при этом удовлетворение от собственных достижений и приобретений фактически сходит на нет.

Другой тип Шварц называет умеренными (по-английски satisficers, что на русский можно было бы перевести неуклюжим неологизмом «достаточники»), самого себя относя к их числу – 57-летний профессор всю жизнь работает на том же месте, куда поступил после окончания университета, и счастлив в первом и единственном браке с женщиной, с которой в детстве сидел за одной партой. Такие люди, ощутив некую потребность, в то же время достаточно отчетливо представляют себе и предмет ее удовлетворения, то есть отдают себе отчет, что их устроило бы. Имея широкий выбор, они отвергают те варианты, которые «не проходят» по их критериям, и спокойно останавливаются на том, который их критериям соответствует. Иными словами, в разнообразии предложений они ищут не «самое лучшее», а «достаточно хорошее», что, согласитесь, намного проще. Сделав выбор, умеренные испытывают полное удовлетворение – они получили то, что хотели.

В каком типе вы узнаете себя?

По убеждению Шварца, безграничное расширение выбора во всех областях провоцирует усиление максималистских тенденций. Удовлетворение от достаточного объявляется признаком косности и ограниченности. Если вам, например, нужен телефон для мобильной связи, вам будет предложено несколько десятков моделей, каждая из которых превосходит другую техническими «наворотами». А теперь признайтесь, сколько мобильных телефонов вы сменили с той поры, как приобрели первый? «Один или два, и то в силу поломки или потери» – ответ «умеренного». Долгий подсчет с загибанием пальцев выдает максималиста.

Практические рекомендации, вытекающие из этих наблюдений, просты и безыскусны.

Ибо многие наши «хотения» искусно спровоцированы внешними манипуляторами и мало общего имеют с нашими подлинными нуждами. Один из инструментов такой коварной манипуляции – избыточный выбор, заставляющий нас безостановочно искать все лучшее и лучшее, когда и имеющегося вполне достаточно. Немудрено, что ошеломленный неисчерпаемым выбором человек впадает в оторопь и становится жертвой уже других манипуляторов (или тех же самых?), всегда готовых подсказать «правильный» выбор. А действительно правильный – это лично ваш, и в его поисках необходимы известные ограничения. Когда их нет извне, следует установить их изнутри.

Каждому – по заслугам?

Вера в справедливый мир – социально-психологический феномен, состоящий в глубоком безотчетном убеждении, что мир устроен гармонично и каждый человек получает в жизни то, чего заслуживает своими личностными качествами и своим поведением. В мировой социальной психологии данное понятие получило статус научного термина и в качестве такового рассматривается во многих энциклопедиях и словарях. Как и большинство социально-психологических явлений, данный феномен в той или иной мере присущ практически каждому, однако человек неискушенный не отдает себе в нем отчета, вследствие чего возникают искажения в самосознании и межличностном восприятии.

Представьте себе такую весьма типичную для наших будней картинку. Проходя по переулку, вы замечаете неряшливого, неопрятного человека неопределенного возраста, который роется в мусорном баке. Какие чувства вы испытаете к нему? Вряд ли это будет симпатия. Своим видом, своим поведением этот человек демонстрирует крайнюю степень падения, жизненного краха и… своей полной никчемности. Будь он умен, порядочен, деловит, то и выглядел бы иначе и нашел бы более достойное занятие, чем рыться в помойке.

А может быть, в такое жалкое положение его привели какие-то непереносимые жизненные испытания? Но эту мысль почти любой из нас спешит отбросить, рассуждая примерно так. Моя жизнь – тоже не сахар, хватает в ней разных испытаний. Но я же их выдерживаю! И в отличие от этого ничтожества у меня есть дом, семья, какая-никакая работа, и всего этого я добился благодаря моим достоинствам. Правда, судьба могла бы быть ко мне и щедрее – ведь я заслуживаю большего. Но все еще впереди! Когда-нибудь и на мой лотерейный билет выпадет джекпот и компенсирует прошлые недостачи!

Психологическое объяснение данного феномена интуитивно кажется вполне понятным. Вера в справедливый мир служит своеобразным защитным механизмом сознания. Если признать, что жизнь непредсказуема, полна случайностей, добродетель в ней не всегда бывает вознаграждена, а нередко бывает и попрана, то можно ли любить такую жизнь, строить светлые планы, лелеять надежды и ждать их осуществления? Если со мною, человеком безусловно хорошим, может ни с того ни с сего случиться что угодно, то где найти силы, чтобы это пережить? Нет уж, лучше поверить в мораль, активно насаждаемую нашей культурой посредством всевозможных назидательных историй – от детских сказок до поп-сериалов: добро обязательно побеждает зло, добродетель торжествует, а порок всегда бывает наказан. Характерно, кстати, что художественные произведения, в которых описывается нелепая гибель положительных героев – например, классический фильм 60-х «Беспечный ездок», – находят признание лишь у тонко чувствующей и мыслящей части аудитории, нигде и никогда не составляющей большинства.

Впервые «гипотеза справедливого мира» была высказана американским социальным психологом Мелвином Лернером в 1965 г. В ходе популярных в ту пору экспериментов по межличностному восприятию Лернер подметил закономерность, никому ранее не бросившуюся в глаза. В его опытах роли испытуемых произвольно распределялись экспериментатором, причем по условиям одного из опытов одни испытуемые получали от других наказание разрядом электрического тока – хотя и не опасное, но довольно болезненное и неприятное. В другой серии условия были сложнее: заранее объявлялось, что роли будут меняться, так что наказуемый и экзекутор поменяются местами. Лернера интересовало, как неприятности, доставляемые людьми друг другу, повлияют на их взаимную оценку.

В ходе последующих опросов выяснилось, что жертва, лишенная возможности «дать сдачи» и принужденная терпеливо сносить наказание, оценивалась по большинству личностных параметров весьма невысоко. В ситуации «восстановления справедливости» тот же самый человек заслуживал гораздо более высоких оценок, выглядел более симпатичным. Лернер заключает: «Вид невинной жертвы, лишенной возможности восстановить справедливость, побуждает людей принижать ее привлекательность, дабы как-то согласовать, привести в соответствие ее участь и ее качества».

Не потому ли нам так неприятен вид нищих, убогих, увечных, неизлечимо больных?

Кто-то, наверное, с негодованием отвергнет этот упрек. Что ж, если вид чужого несчастья вызывает у вас не презрение, а скорее сострадание, то, значит, такая психологическая особенность, как вера в справедливый мир, присуща вам в исчезающе малой степени, что, наверное, следует признать вашим достоинством. Американские исследователи Зик Рубин и Летиция Энн Пиплау разработали специальную шкалу веры в справедливый мир, по которой это качество может быть измерено у любого человека. Впоследствии эта шкала была усовершенствована и детализирована. По результатам ее использования можно заключить, что вера в справедливый мир, подобно многим другим социально-психологическим характеристикам – таким, как, скажем, конформность или готовность к подчинению, – присуща разным людям в разной мере, хотя вряд ли найдется хоть кто-то, кто был бы ее абсолютно лишен.

С этической точки зрения эта особенность, вне сомнения, может быть оценена как негативная. Следствием ее является снижение чувства личной ответственности, пассивная терпимость к страданию, безразличие к несправедливости. В крайних случаях она может даже вести к институционализации несправедливости, узакониванию дискриминации (история знает немало таких примеров, когда вместо борьбы с бедностью принимались законы против бедных, – почитайте хотя бы Диккенса!).

Кроме того, вера в заслуженность любой судьбы делает человека уязвимым перед неожиданными неприятностями. Верно замечено: фраза «С нами такого случиться не может!» должна лидировать в списке последних прижизненных слов. Человек, убежденный, что ничем объективно не заслужил «кары», склонен к неоправданному риску и в то же время недостаточно внимания уделяет предосторожностям и профилактике каких бы то ни было бед.

Однако парадоксальным образом вера в справедливый мир с психологической точки зрения имеет и свою позитивную сторону. Установлено, что люди с высокими показателями по соответствующей шкале менее уязвимы для стресса, менее склонны к депрессии, более оптимистичны.

Или, может быть, просто более толстокожи?..

Научно доказано: ученье – свет!

«Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь». Многим поколениям лентяев и двоечников эта строка из Екклесиаста служила удобным оправданием и утешением. Что толку «умножать познания», если в итоге это приводит к унынию и тоске? Не лучше ли, не утруждая себя учением, наслаждаться жизнью?

Сегодня, сравнивая выражения лиц иссушенного наукой умника и самодовольного преуспевающего неуча, приходится признать правоту библейской истины. До боли знакомая картина: вчерашний двоечник с глумливой ухмылкой поглядывает из окна лимузина на своего недавнего наставника, который чертыхаясь втискивается в переполненный троллейбус. И кому из них, спрашивается, лучше живется? Кто более доволен собою и своим местом в мире?

Вот только почему-то разбогатевшие в одночасье казнокрады, барышники и перекупщики, едва утолив плебейскую тягу к роскоши, начинают вкладывать деньги… в образование своих детей! Зачем оно им – тем, у кого есть, казалось бы, всё? Видно, есть от него какая-то польза. Ибо, вопреки всему сказанному, хорошее образование действительно позволяет человеку жить лучше.

Это, конечно, может показаться голословным утверждением. А есть ли тому какие-то научные доказательства?

Оказывается, есть!

Даже оглядывая сложившуюся ситуацию с нашей весьма специфической национальной колокольни, приходится согласиться с Теодором Рузвельтом: «Совершенно необразованный человек может разве что обчистить товарный вагон, выпускник университета легко может украсть целую железную дорогу».

Отечественные нувориши вынуждены признать: время рыбной ловли в мутной воде проходит, в складывающихся условиях необходим менталитет не мелкого жулика, а рыночного стратега (хотя с точки зрения морали разница тут, пожалуй, лишь в масштабе). Да, действительно, еще недавно недоучившийся выскочка мог обогнать дипломированного умника. Но нынешняя ситуация, похоже, складывается таким образом, что все более и более напоминает положение в так называемых развитых странах, на которые мы так натужно и вроде бы небезуспешно стараемся равняться. А как же дело обстоит там?

Согласно недавно опубликованным данным, выпускник американского университета на протяжении всей своей профессиональной карьеры имеет шанс заработать почти на миллион долларов больше, чем его ровесник со средним образованием. Разумеется, подсчет осуществлялся приблизительный, на нынешнем уровне экономического развития, что несколько снижает его прогностическую точность – по прошествии нескольких лет в цифры пришлось бы вносить коррективы. Но масштаб схвачен достаточно точно.

По подсчетам американских исследователей, выпускник средней школы за 40 лет своей профессиональной деятельности (такова среднестатистическая продолжительность любой карьеры – от этапа ученичества до выхода на пенсию) способен заработать в среднем 1,2 миллиона (сумма впечатляющая, но не будем забывать, что она «размазывается» на четыре десятилетия). Степень бакалавра, присваиваемая по окончании вуза, повышает эту сумму до 2,1 миллиона. Еще более привлекательные перспективы у магистра – 2,5 миллиона. У профессора сумма возрастает до 4,4 миллиона!

Разумеется, это суммы среднестатистические, индивидуальный разброс тут может быть очень велик. Но сам по себе порядок, вне сомнения, может вызвать нервный срыв у любого российского доктора наук, чьи доходы за всю жизнь, согласно отечественным подсчетам, составляют пару процентов от аналогичного американского показателя. (На этом фоне катастрофическая «утечка мозгов» отнюдь не кажется необъяснимой!)

Очень хочется верить, что в обозримом будущем наметится тенденция к пересмотру приоритетов. В конце концов, в равнении на Запад нет ничего дурного, если перенимать не внешнюю мишуру, а конструктивную суть. А западный опыт, в частности, свидетельствует: путь к благосостоянию лежит через образование.

И есть надежда, что утрата престижа образования в нашей стране связана с преходящей эпохой экономической и нравственной смуты, которая, дай-то бог, заканчивается. И хорошо бы эту идею, с привлечением соответствующих примеров и цифр, довести до сознания подрастающего поколения.

Не менее интересными оказываются и сугубо психологические наблюдения над образом жизни и мироощущением высокообразованных и малообразованных людей. Согласно недавно опубликованным данным, которые получены исследователями из Университета Уэйк Форест (г. Сэлем, США), малообразованные оказываются… менее подвержены стрессу. (На уровне житейской психологии это давно подмечено одним безымянным остроумцем: «Образованный человек может всю ночь переживать из-за того, что невежде и не снилось».)

Это, казалось бы, полностью подтверждает древнюю библейскую истину. Однако на самом деле результаты исследования не столь однозначны. Действительно, в своих самоотчетах люди с невысоким уровнем образования называют меньше дней в обозримом промежутке своей жизни, которые были бы наполнены стрессом. В исследовании приняли участие тысяча взрослых американцев разного уровня образованности. В течение 8 дней их просили оценить степень наполненности каждого дня стрессом по 7-балльной шкале. Обладатели ученых степеней отметили высшим баллом 44 % прожитых ими дней. Выпускники вузов отнесли к таковым 38 %. Те же, чей уровень образования исчерпывается школьным аттестатом, не превысили показателя в 30 %.

Однако оказалось, что более образованные люди реагируют на стрессоры более спокойно. Ведь, как верно замечено, «стресс – это не то, что с вами происходит, а то, как вы реагируете на происходящее». Воспринимая изрядную часть жизненных ситуаций как проблемные и волнующие, образованные люди невольно следуют принципу Уильяма Джемса: «Проблемы даются нам не для переживаний, а для решений».

К тому же образование тренирует навыки решения всяческих проблем, и тут образованные люди естественным образом оказываются более успешны. К тому же, как замечает руководитель исследования доктор Джозеф Грживач, «когда что-то происходит постоянно, то это, наверное, уже и не стресс, это – сама жизнь».

Для малообразованных людей стресс хотя и возникает не столь часто, но мучает их сильнее. Иными словами, образованность, конечно, не избавляет от тягот жизни (а возможно, в известном смысле их и прибавляет), зато страхует от нервных срывов – тем более частых, чем ниже у людей уровень образования.

Возможно, в силу этого показатели физического здоровья заметно выше у образованных категорий населения. Ученые из Института образования при Лондонском университете задались вопросом, каким образом тот или иной уровень образования влияет на качество жизни.

Результаты исследования можно суммировать следующим образом: успехи в обучении повышают самооценку, стимулируют стремление продолжать образование и добиваться новых целей; образование помогает справляться с проблемами и переживать радикальные изменения, такие, как увольнение с работы, развод или смерть супруга.

Образованные люди здоровее, они чаще прибегают к профилактическим мерам, придерживаются рекомендаций, связанных с питанием, и вообще получают лучшие медицинские услуги; дипломированные специалисты меньше страдают от депрессии; малообразованные люди в среднем потребляют больше горячительного, хотя и процент трезвенников среди них выше; выпускники университетов в пожилом возрасте реже страдают от умственных расстройств.

Отмечается, впрочем, и один факт, который несколько портит картину. Люди с высоким уровнем образования склонны заводить семью в более позднем возрасте, рискуя остаться вовсе без детей.

Никуда не деться и от данных об отличиях в средней продолжительности жизни. Считают, что большая продолжительность жизни лиц с более высоким уровнем образования связана в первую очередь с более рациональными стереотипами поведения и, кроме того, с характером труда. Кроме того, образование матери прямо влияет на уровень младенческой смертности: в крайних вариантах (университет – незаконченная средняя школа или неграмотные) показатели смертности младенцев различаются более чем в 4 раза.

Весьма значима и взаимосвязь уровня образования с таким показателем, как субъективное благополучие, или удовлетворенность жизнью. К. Росс и Р. Ван Виллиген на американской выборке продемонстрировали тут весьма убедительную положительную корреляцию. Образованным людям легче найти интересную, приносящую удовлетворение работу, они сильнее верят в собственные возможности, для них более доступны всевозможные формы социальной поддержки.

Интересно, что в таких странах, как Мексика, бывшая Югославия, Филиппины или Нигерия, эта корреляция выражена сильнее, чем в Западной Европе, США или Японии. Это свидетельствует, что ключевой переменной в данном случае выступает национальное благосостояние: влияние образования на субъективное благополучие сильнее в бедных странах.

Не будем, однако, забывать, что неологизм «образованщина» сугубо русский, ни на какой иностранный язык перевода не имеет. Пожалуй, нигде в мире не зияет такая пропасть между образованным человеком и «образованцем», равным ему лишь по формальным признакам. А где еще, скажите, университетский диплом можно по сходной цене приобрести в подземном переходе? Впрочем, если уж не хочется так нагло нарушать закон, диплом можно купить другим способом – легальным, но чуть более хлопотным: достаточно пожертвовать пару лет откровенной халтуре на заочном отделении какого-нибудь скороспелого «университета». Вот ведь было бы интересно проанализировать, какое влияние на все выделенные параметры оказывает такое, с позволения сказать, образование. Научное исследование такого рода было бы воистину беспрецедентным, окрашенным сугубо национальной спецификой. Вот только доложить о его результатах на какой-нибудь международной конференции было бы немножко неловко. Что подумают зарубежные коллеги, когда узнают о такой «национальной специфике»?

Будто они не знают!

Успех продлевает жизнь

Счастье и здоровье нельзя купить за деньги, но, если вы зарабатываете больше, чем ваши друзья и соседи, вы счастливы и здоровы. Социальный капитал от преимущества над друзьями и соседями повышает шансы на долгую и счастливую жизнь. Трехлетнее исследование британского медика подтверждает: богатство само по себе не влияет на здоровье и удовлетворенность: самое главное – быть богаче и успешнее тех, кто вас окружает.

Место личности в общественном «стаде» имеет ключевое значение для продолжительности жизни и уровня заболеваемости. Каждый шаг вверх по иерархической лестнице дает ощутимые результаты, утверждает сэр Майкл Мармот, профессор эпидемиологии и общественного здоровья в Университетском колледже Лондона в своей книге «Синдром статуса».

Эти перемены необязательно должны быть материальными: все, что повышает самооценку, имеет позитивный эффект. Актеры, ставшие лауреатами премии «Оскар», в среднем живут на четыре года больше, чем такие же популярные и обеспеченные актеры, не удостоившиеся этой награды.

Докторская научная степень благоприятнее для здоровья, чем магистерская, что, в свою очередь, лучше степени бакалавра. Сэр Майкл, работавший над этой проблемой с 1970-х, полагает, что различия в здоровье между богатыми и бедными столь же обусловлены относительными, сколь и абсолютными различиями в богатстве и успехе. «Не так важно, сколько у вас денег вообще, как то, сколько их у вас по сравнению с другими членами общества!» – говорит он.

В благополучных западных странах, где недоедание и инфекции не являются животрепещущими проблемами, люди заболевают от собственного комплекса неполноценности. Где бы ни было место человека в иерархии, его или ее здоровье всегда лучше, чем у тех, кто находится ниже, и хуже, чем у тех, кто выше.

Подобные исследования в Соединенных Штатах Америки привели к тем же результатам. Хотя в некоторых случаях объяснением колебаний может быть различие в питании и образе жизни, этих факторов недостаточно, утверждает сэр Майкл. Он полагает, что более старшие менеджеры, дающие указания, испытывают меньше стрессовых воздействий, чем их подчиненные, выполняющие эти указания, что неминуемо отражается на их здоровье.

Ученые Гарварда, Принстона и Стэнфорда приветствовали работу Майкла Мармота как «блестящее проникновение в сущность социальной жизни и индивидуальной смерти». Однако другие эксперты говорят, что это исследование вызывает много вопросов, а тема давно является предметом дебатов в научном мире. В частности, социолог Джим Эппен из Кембриджского университета заявил, что ключевая роль статуса – сомнительная идея. В этих исследованиях, по его мнению, есть доля истины, но было бы ошибкой делать вывод, что социальная «уравниловка» приводит к увеличению продолжительности жизни.

Слагаемые успеха

Какими качествами обладают люди, способные добиться успеха? Этой теме посвящены тысячи книг, но исчерпывающий ответ не найден до сих пор. Специалисты из института Гэллапа решили подойти к этой проблеме с максимальной точностью. Из справочника «Кто есть кто в Америке» они наугад отобрали полторы тысячи известных людей, каждый из которых сумел добиться значительных успехов в своей области. Их попросили ответить: какие личные качества, по их мнению, способствовали их успешной карьере? Анализ ответов позволил выделить несколько общих черт, встречающихся у преуспевающих личностей. Вот самые важные из них.

Здравый смысл – самое распространенное качество опрошенных. 61 % заявили, что своим успехом они обязаны в первую очередь здравомыслию. Для большинства это означает способность выносить конкретные и оптимальные суждения по поводу повседневных дел. А для этого нужно отбросить все посторонние мысли, смотреть в корень вопроса, но в то же время не увлекаться абстрактным философствованием.

Ученые интересовались, каковы источники здравого смысла: рождается ли человек с этой способностью или надо что-то предпринимать, чтобы ее развить? Многие из опрошенных считают, что здравомыслие в себе можно культивировать. При этом самое важное – извлекать уроки из опыта, учиться на ошибках, предпочтительно чужих.

Знание своего дела – вторая после здравого смысла черта опрошенных. Причем это качество зависит не столько от полученного образования, сколько от умения постоянно совершенствовать свое мастерство. Преуспевающие люди, даже достигнув немалых высот, остаются восприимчивы к новому и продолжают учиться всему тому, что помогает добиться еще большего успеха.

Уверенность в собственных силах. Люди, сумевшие максимально себя реализовать, рассчитывают главным образом на собственные резервы и способности. Такая уверенность в данном случае состоит вовсе не в любовании собственными достоинствами, а в наличии решимости к смелым действиям с опорой на свои способности.

Высокий интеллектуальный и культурный уровень. Согласно данным американских исследователей, человек недалекий и малограмотный может добиться успеха лишь в случае исключительного везения. Непременное условие высоких достижений в любой области – способность постигать сложные идеи и концепции, подвергать их быстрому и четкому анализу. Почти у всех участников опроса отмечен богатый словарный запас, высокие аналитические и вербальные способности. За год, предшествовавший опросу, каждый прочитал в среднем 19 книг, в том числе – 10 в жанре нон-фикшн, то есть не относящихся к художественной литературе, но содержащих разнообразную познавательную информацию.

Способность доводить дело до конца. Примерно три четверти опрошенных считают себя очень деятельными и целеустремленными при выполнении поставленных задач. Эта способность включает в себя не только усердие, но и организаторский талант – в первую очередь по отношению к самому себе. Очень важно не только напряженно, с полной отдачей трудиться, но и уметь устанавливать для себя оптимальный режим такого труда.

Эти пять названных качеств фигурируют в данных опроса чаще всего. Интересно также, что многие из опрошенных в качестве важного фактора своего успеха называют… удачу. Конечно, везение не относится к качествам личности, которые можно в себе культивировать. Но тут уместно вспомнить слова писателя Стивена Ликока: «Я очень верю в удачу, и чем усерднее работаю – тем больше у меня оснований для такой веры».

Слагаемые неудачи

Опытным наркологам известно: избавить человека от пристрастия к алкоголю или табаку можно лишь тогда, когда он сам признает факт своей пагубной зависимости и изъявляет готовность ее преодолеть. Если же человек предпочитает закрыть глаза на свой порок, хуже того – выискивает ему всяческие оправдания, тогда самые совершенные методы лечения оказываются бесполезны.

Сказанное касается не только несчастных курильщиков и пьяниц. Все мы стремимся к успеху, желаем многого достичь в своей карьере, но далеко не всем это удается. Почему? По той же самой причине – из-за нежелания признаться в своих слабостях. И любые советы по достижению успеха оказываются малоэффективны, если наталкиваются на частокол наших нерешенных внутренних проблем. Что же это за проблемы? Американский специалист в области менеджмента Марк Гоулстон называет следующие.

Ненадежность. В стремлении сделать дело как можно лучше (к чему, кстати, настойчиво призывают всевозможные самоучители и руководства) мы часто забываем, что своевременность исполнения не менее важна, чем высокое качество.

После того как мы несколько раз нарушим взятые на себя обязательства, коллеги и партнеры утрачивают к нам доверие, начинают нас сторониться. Поэтому вместо того чтобы недоумевать: «Отчего этот выгодный заказ достался не мне? Я ведь мог бы выполнить его гораздо лучше!» – задумайтесь, не оказался ли ваш удачливый конкурент просто более надежным.

Неумение учитывать чужие позиции и вкусы. Ваша уверенность, будто вы готовы осчастливить окружающих тем, о чем они давно мечтали, может оказаться совершенно безосновательной и привести вас к разорению, если вы прежде не изучите потребительский спрос или хотя бы просто иные предпочтения, отличающиеся от ваших. Если у вас есть какие-то экзотические увлечения, сделайте их своим хобби, а для бизнеса изберите более прозаический предмет, находящий широкую заинтересованность.

Неумение учиться на ошибках. Принято считать, что неудачники постоянно допускают промахи и ошибки, а те, кто добивается успеха, оказываются от них счастливым образом избавлены. Ничего подобного! Вторые тоже ошибаются, просто они не повторяют своих ошибок. Мы же по большей части стараемся забыть о своих неудачах (или, говоря языком Фрейда, «вытеснить» их в глубины своего подсознания), а то и подыскать удобное оправдание в чьих-то кознях или неблагоприятном стечении обстоятельств. На самом деле наши неудачи более поучительны для нас, чем наши успехи, – они указывают нам тупиковые пути, которыми недопустимо следовать, на наши ошибки, которые нельзя повторять. Каждый наш шаг, в том числе и неудачный, – ценный вклад в копилку нашего опыта, и только осознав это, мы научаемся извлекать из опыта полезные уроки.

Пренебрежение личным обаянием. Часто приходится слышать: «Главное – чтобы специалист знал свое дело, а неумение ладить с людьми ему можно и простить». На самом деле скверные манеры и неуживчивый нрав люди прощать совсем не склонны, какой бы замечательный специалист перед ними ни был. Напротив, как бы это ни было нерационально, обаятельному и дружелюбному человеку скорее простят какой-то профессиональный промах. К тому же 99 % наших дел мы делаем для людей, и неумение преподнести людям себя и свое дело означает, что дело делается напрасно. Наверное, только гению мы готовы простить какие-то его вздорные причуды ради его бесценных шедевров. Но если вы еще не гений – перечитайте лишний раз Карнеги.

Постоянная готовность к соглашательству. Многие, наоборот, понимают дружелюбие и хороший нрав совершенно извращенно – как умение во всем соглашаться с окружающими, уклоняться от противоречий. Мы почему-то полагаем, что заслуживаем расположение людей, когда идем у них на поводу. В действительности все обстоит наоборот – люди перестают уважать того, кто не умеет сказать «нет». Поэтому, чтобы чего-то в жизни добиться, научитесь отстаивать свою позицию даже в ситуации противоречия – при этом, конечно, не забывая о корректности и деликатности.

Нереалистичные притязания. В своих амбициях мы часто путаем желаемое и возможное. Из-за этого ставим перед собой непосильное множество задач. Тем, кто чувствует за собой такую слабость, стоит напомнить суждение американского психолога и философа Уильяма Джемса: «Если только вы достаточно сильно стремитесь к результату, вы непременно достигнете его. Если вы хотите стать богатым, вы станете богатым, если вы хотите стать ученым, вы будете ученым, если вы хотите стать хорошим, вы будете хорошим. Но только вы должны действительно хотеть этого, а не стремиться одновременно с такой же силой к сотне других несовместимых вещей».

Контакты не с теми людьми. Гуманистические «учебники жизни» декларируют, что все люди прекрасны и в каждом можно найти что-то доброе. На бумаге это выглядит замечательно, но действительности, увы, не соответствует. Любой из нас согласится, что в мире предостаточно людей нехороших, от которых лучше держаться подальше. А есть и такие люди, с которыми вполне можно приятно проводить время, но совершенно невозможно положиться на них в делах из-за… всех недостатков, перечисленных выше.

Словарь неудачника

Самоучители делового успеха, которых в последние годы издано немало, содержат множество полезных советов, как надо правильно себя вести, чтобы преуспеть в карьере. Увы, не всем они помогают, а кое-кого и подводят, потому что не содержат очень важных советов – предостережений на счет того, чего делать не следует. Попробуем восполнить этот пробел по принципу «от противного».

Какое бы положение вы ни занимали в своей фирме, ваши успехи напрямую зависят от хороших отношений с людьми – начальством и подчиненными, коллегами и партнерами. Мы же порой сами портим эти отношения, доверяясь «полезному» совету: старайтесь во всем лидировать, доказать свое превосходство! Популярная и расхожая философия жизненного успеха якобы учит, что этот успех может быть только индивидуальным, на фоне отставания остальных. Но как раз этим остальным очень не нравится отставать, и им становится несимпатичен тот, кто слишком явно и вызывающе их обгоняет.

Лорд Честерфилд в одном из писем поучал сына: «Если можешь, будь умнее других, только никому не говори об этом». Вот этот действительно полезный совет нам всем следовало бы принять на свой счет. Ценный специалист, безусловно, должен знать себе цену. Только не надо выставлять всем напоказ ярлычок с этой ценой. О ней должны свидетельствовать ваши реальные успехи. А достигнув их, нелишне подчеркнуть: «Это наш общий успех», «Без помощи NN мне бы не справиться» и т. п. Пускай это даже, по вашему мнению, не совсем правда, однако такое маленькое лукавство вам отнюдь не повредит, напротив – поможет. И старайтесь, чтобы ваш успех никого не поставил в неловкое положение, наоборот – дал бы коллегам, подчиненным, а тем более начальству искупаться в его лучах.

Считается, что для успешной карьеры необходимо быть в курсе корпоративных «подводных течений». Но не любой ценой! В коллективе избегайте злословия и сплетен. Помните: тот, кто рассказывает вам о чужих слабостях и промахах, расскажет другим о ваших. А поскольку никто не безупречен, а значит уязвим, постарайтесь, чтобы ваши видимые слабости были мелкими и простительными. Можете даже сами над ними слегка поиронизировать, тем самым обезоруживая недоброжелателей.

Но было бы крайне наивно пытаться жить со всеми в полном ладу и согласии. Не пытайтесь играть роль Матери Терезы – вам все равно никто не поверит, а только сочтут лицемером. Не может человек быть мил со всеми! И не надо любезничать с теми, кто не очень-то вам приятен. Достаточно просто поддерживать корректные, ровные отношения.

А вот американский специалист по маркетингу Джон Р. Грехем составил целый список неудачных выражений, употребление которых, по его мнению, не позволило многим толковым работникам сделать карьеру. Вот некоторые из этих запретных фраз.

«Я думал, этим занимается кто-то другой». Руководителям не нравятся такие ответы. Для них это означает: подчиненный делает только то, что ему поручили, и нисколько не заботится об общих интересах и даже о своем продвижении. Так что не забывайте старый афоризм: «Два типа людей никогда не добьются успеха – те, кто не умеет выполнять поручения, и те, кто умеет только выполнять поручения».

«Честно говоря…» Создается впечатление, что до этого человек говорил неискренне.

«Мне этого никто не говорил». Это выражение характерно для тех, кто не видит дальше своего носа.

«А мне и в голову не пришло». Так говорят те, кто не способен оценить ситуацию в фирме.

«Если я хорошо понял…» Это характерно для способа мышления тех, кто не принимает участия в совместной деятельности, а также не хочет брать на себя ответственность.

Ну и, разумеется, нельзя уязвлять самолюбие людей банальными по форме, но обидными по сути словами. Выражения типа «Будьте благоразумны…», «Поймите же наконец…» и т. п. равносильны упреку в бестолковости и чреваты «контратакой». Наоборот, следовало бы сказать: «Вы как человек благоразумный, конечно, понимаете…» Поверьте, на это вам никто не возразит!

Блистательная посредственность

«Наверное, Господь Бог очень любит простых людей, раз создал их так много», – заметил однажды Авраам Линкольн.

Похоже, шестнадцатый президент США знал, что говорил. Сам он не отличался ни благородным происхождением, ни яркой внешностью, ни особыми талантами. Сын простого фермера, он с детства познал тяжелый труд. Да и внешне был весьма неказист – как легко заметить, присмотревшись к его портрету на пятидолларовой банкноте. Вопреки расхожему мнению не был он и гениальным оратором – его знаменитое Геттисбергское обращение заняло всего около трех минут, поразив слушателей не пафосом, а содержанием. Тем не менее этот в высшей степени заурядный человек вошел в мировую историю как один из ее самых ярких творцов!

Популярные руководства по достижению успеха в один голос провозглашают: чтобы достичь вершин, надо обладать исключительными способностями либо их самоотверженно в себе культивировать. Опыт, однако, свидетельствует: на самом деле успеха гораздо чаще добиваются люди с самыми заурядными данными. Те, кто бывал в Лос-Анджелесе, знают: тамошние официантки – как на подбор редкие красотки. Это неудавшиеся актрисы, провалившиеся на кастингах в Голливуде. А овации зрителей и многомиллионные гонорары достаются особам вроде Кейт Уинслет или Рене Зельвигер, очень далеким от обывательских представлений о звездной внешности.

Нечто подобное происходит во всех сферах жизни. Вам наверняка знакомы люди одаренные, но не сумевшие себя реализовать. А среди капитанов бизнеса и суперпрофессионалов не так уж много тех, кто может похвастаться запредельным коэффициентом интеллекта или красным дипломом престижного вуза. Напротив, большинство из них производят впечатление самых обычных людей, и это впечатление совершенно верное. Как же им удалось достичь вершин?

Как правило, человек, отдающий себе отчет в своих средних способностях – а таковых подавляющее большинство, о чем недвусмысленно свидетельствуют тестовые баллы и школьные оценки, – стремится выжать максимум из того, чем обладает. Тот, кто убежден в собственной одаренности, чаще склонен пассивно ожидать, что она так или иначе проявится сама собой и непременно принесет щедрые плоды. Но само собой ничего не проявится! Сплошь и рядом усердные середняки обгоняют в жизненной гонке вчерашних вундеркиндов.

Важным залогом успеха, вопреки уверениям всевозможных учебников, являются адекватная самооценка и умеренный уровень притязаний. Человек, ставящий перед собой реалистичные задачи, решает их намного успешнее, чем тот, кто задрав голову карабкается к заоблачным высотам. К тому же первый, день за днем достигая намеченных целей, укрепляется в уверенности в себе, в своих силах, тогда как второй обречен на хронические стрессы и неврозы вследствие неизбежных падений.

Маниакальное стремление к блестящим успехам, порожденное иллюзией собственного таланта, мешает человеку сосредоточиться на самом процессе достижения, на ежедневной кропотливой работе. Тот, кто питает меньше иллюзий, более внимателен к важным деталям, с благодарностью принимает помощь и совет, охотно сотрудничает со всеми, кто может быть полезен в его начинаниях. Он также не боится признать свои ошибки и вместо того, чтобы упорствовать в своих амбициях, спешит собственные промахи исправить. Такой человек лишен самодовольства, прислушивается к суждениям окружающих и даже критику умеет обратить себе на пользу.

В этом, наверное, и состоят те самые ценные деловые качества, о которых почему-то умалчивают разные самоучители лидерства. Хотя вообще-то такие книги мало кому помогают. И понятно – почему. Ведь они учат, как любой ценой всех превзойти. Но если поставить это своей целью, до нее становится практически невозможно дотянуться. Успех скорее приходит к тем, кто способен на трезвый расчет, самоотверженный труд и конструктивные отношения с окружающими.

Французский литератор Жорж Вольфром писал: «Чтобы добиться успеха в любом деле, надо обладать талантом либо уметь обходиться без него».

Если вы убеждены, что природа наделила вас каким-то исключительным даром, то странно, что вы вообще дочитали до этого места. Ну а если вы мыслите более реалистично и готовы признать себя обычным человеком, то… оказывается, шансов на успех у вас предостаточно!

Рейтинг вашей профессии

С детства усвоив пафосный тезис «Все работы хороши – выбирай на вкус», мы тем не менее делаем свой выбор в соответствии с тем, что одни специальности и должности предпочтительнее других. Одни удовлетворяют нашу потребность в достижениях и профессиональном росте, в расширении кругозора и приобретении новых навыков. Другие обеспечивают нас большой зарплатой, дают возможности приобретать акции по льготной цене и пользоваться всевозможными благами из так называемого социального пакета. Третьи пускай и не всегда приносят большой доход, зато повышают наш статус в глазах окружающих, считаются почетными и престижными. Но есть и такие должности, которые не обладают ни одним из перечисленных достоинств, – связанные с монотонной, нагоняющей тоску работой, не дающие ни приличных денег, ни уверенности в завтрашнем дне, не способные ни принести удовлетворение, ни воодушевить. Такую работу мы выбираем «не от хорошей жизни» – когда лучшие варианты почему-то оказываются недоступны. Соответственно и чувствуем себя на такой работе неважно, а отсюда всего один шаг до настоящей депрессии.

Заинтересовавшись отношением людей в своей работе, американский писатель Ле Кранц проанализировал достоинства и недостатки 250 специальностей и расположил их «по убывающей» – от лучшей к худшей, от наиболее желанной к наименее привлекательной. Профессии оценивались по шести критериям: доход, уровень стресса, физические требования, потенциальная возможность роста, уверенность в завтрашнем дне и условия труда. Вот выдержки из рейтинга, составленного Кранцем:

1. Интернет-менеджер

2. Статистик страховой компании

3. Компьютерный системный аналитик

4. Инженер по программному обеспечению

5. Математик

6. Программист

7. Бухгалтер

8. Промышленный дизайнер

9. Администратор лечебного учреждения

10. Веб-дизайнер

11. Юрисконсульт

12. Старший офицер вооруженных сил

13. Метеоролог

14. Писатель, пишущий в жанре нон-фикшн

15. Работник из среднего медицинского персонала

…

46. Логопед

47. Фармацевт

48. Врач-терапевт общего профиля

49. Редактор издательства

50. Экономист

51. Священник традиционной конфессии

52. Аэрокосмический инженер

53. Философ

54. Инженер-электрик

55. Агент по закупкам (снабженец)

…

90. PR-менеджер

91. Зоолог

92. Полиграфист

93. Археолог

94. Судебный репортер

95. Корпоративный руководитель высшего ранга

96. Дилер на рынке антиквариата

97. Младший офицер военно-морского флота

98. Пульмонолог

99. Специалист по работе с текстовыми редакторами

100. Летчик гражданской авиации

Вы удивлены, что 9 из 10 самых привлекательных профессий связаны с компьютерами или с математикой? Что абсолютный лидер – позиция интернет-менеджера? Специальность самого Кранца – а он писатель – значительно уступает этой должности и занимает лишь 117-е место, непосредственно за должностью профессора колледжа. Психологи оказались на 58-м месте, намного опередив Президента США, оказавшегося 229-м. Почему? По мнению Кранца, причина заключается в том, что президент постоянно пребывает в состоянии стресса, его заработок по сравнению с гонорарами спортивных звезд и управленцев высшего ранга совсем невелик, а должность не оставляет никаких возможностей для дальнейшего профессионального роста – куда пойдешь из Белого дома?

Возможно, рейтинг Кранца кто-то захочет и оспорить. Однако он весьма убедительно свидетельствует: привлекательность той или иной карьеры складывается из множества факторов, и деньги тут играют вовсе не исключительную роль.

Авантюрист с калькулятором

Вы любите шампанское? Не спешите с ответом. Даже если вам почему-то не нравится вкус этого благородного напитка, то какие-то иные, но не менее изысканные и дорогие удовольствия вас наверняка привлекают. (Если вас вполне устраивают стоптанные галоши и жидкий супчик, дальше можете не читать.) Так вот, если верить известной поговорке, не видать вам в жизни ни шампанского, ни прочих крупных радостей, которые оно символизирует, коли вы не готовы к риску. Правда, поговорка скромно умалчивает о том, что из тысячи сорвиголов искристый бокал достается одному, двум-трем от силы. Судьба остальных незавидна. Положившись лишь на удачу, недолго и свернуть шею, что с большинством и происходит. Подлинная мудрость, наверное, в том и состоит, чтобы уметь, когда необходимо, пойти на разумный риск. Дело лишь в том, чтобы правильно оценить эту необходимость и степень разумности риска. Если вы это умеете, заслуженная порция шампанского вам почти гарантирована. Вот только умение это редкое, мало кто может им похвастаться.

Гораздо чаще встречаются в жизни противоположные крайности – бесшабашный авантюризм и опасливая расчетливость. Первое чаще всего ведет в долговую яму или инвалидное кресло, второе обещает жизнь спокойную, но скудную. А как же правильно себя повести, если очень хочется шампанского?

Биографии выдающихся людей, сумевших добиться крупного успеха, свидетельствуют: мало кто из них «высидел» свой успех прилежным исполнением рутинных обязанностей и бережливыми накоплениями – большинство сумели «сорвать куш», при этом, разумеется, чем-то рискнув. В современном динамичном мире любое деловое начинание связано с риском, и успеха добивается тот, кто умеет рисковать… осмотрительно. В этом суждении нет никакого противоречия. Разумный риск в любом начинании в том и состоит, чтобы трезво взвесить вероятность возможного успеха или неудачи и набраться смелости на ответственный шаг, даже если неудача весьма реальна. Здравомыслящий человек способен отдать себе отчет, что успех ему не гарантирован, более того – не исключен провал. Однако он находит в себе мужество действовать, зная, что в случае провала не будет растоптан, а переживет потери и постарается снова встать на ноги. Готовность стойко перенести поражение и составляет важную часть разумного риска. Страх перед вероятной неудачей парализует активность и заставляет всю жизнь довольствоваться черствым хлебом.

Скажем, человек хочет создать семью для соединения с любимым или чтобы не остаться в одиночестве. Конечно же, в первом случае больше шансов на гармоничную и счастливую семейную жизнь. Избегание неприятностей окрашивает мироощущение в минорные тона, порождает тревогу и беспокойство, которые мешают радоваться жизни.

Если проанализировать наши устремления, можно заметить, что тот или иной мотив является для любого из нас преобладающим. Одни люди живут ради своих достижений: им хочется, чтобы в их жизни происходило что-то хорошее. И потому человек делает все возможное, приближая желанное событие.

Другие, наоборот, постоянно боятся, что произойдет что-то неприятное. Каждый их шаг направлен на предотвращение опасности. Даже если это удается, человек не получает удовлетворения.

Он определяется степенью трудности тех задач, которые человек перед собой ставит. Это явление изучали с помощью интересного эксперимента. Испытуемым предлагался набор задач, которые якобы различались по сложности; выбрать разрешалось любую. Но поскольку говорилось, что на решение отпущено ограниченное время, экспериментатор мог произвольно прервать работу и сказать, что задача не решена, либо, наоборот, терпеливо дождаться успешного решения. В ходе эксперимента выяснились интересные закономерности. Оказалось, что успех почти всегда побуждает выбирать следующую задачу потруднее, а неудача – наоборот, полегче. Но выявились и следующие индивидуальные особенности выбора. Люди, ориентированные на достижение, поначалу выбирали средний уровень трудности, а затем неуклонно стремились его превзойти. Люди, склонные к избеганию неприятностей, выбирали самые легкие задачи, менее всего грозившие неудачей, либо… самые трудные: ведь вероятную неудачу можно оправдать максимальной сложностью. Первых неудачная попытка не сильно выбивала из колеи, они продолжали наращивать усилия. Вторые после поражения опускали руки и снижали свои притязания до минимума.

Почти то же происходит и в повседневной жизни. Одни либо довольствуются крохами, либо грезят о явно несбыточном. Другие намечают реальные цели и движутся к их достижению.

Мир вокруг нас полон противоречий и проблем. Однако эти проблемы кем-то воспринимаются как угроза, а кем-то – как источник конструктивных решений. Признаемся себе: не является ли именно искаженная мотивация причиной наших душевных невзгод? Если это так, то ситуацию никогда не поздно изменить. Конечно, научиться иначе смотреть на мир невозможно в один день. Однако уже само осознание проблемы – первый шаг на пути к ее решению.

Чувство № 6

«Сделайте три верные догадки подряд – и репутация эксперта вам обеспечена», – шутил Лоренс Питер. Однако, похоже, автор всемирно известного «принципа Питера» в данном случае иронизировал напрасно. Разносторонний анализ закономерностей современной экономики позволяет заключить: владение обширной информацией, скрупулезный учет многообразных фактов и строго выверенные логические решения вряд ли могут считаться механизмами коммерческого успеха. Напротив, интуитивные догадки, сделанные порой без опоры на логику и даже вопреки ей, становятся решающим фактором успеха в современных условиях. Реальность ныне такова, что человеку, даже самому информированному и искушенному, не по силам учесть все многообразие условий экономической ситуации, которая к тому же постоянно меняется. Не по силам это и самому совершенному компьютеру. Более того – человек обладает над компьютером огромным преимуществом: он способен на безотчетную эмоциональную оценку ситуации и на принятие спонтанного, импульсивного решения с опорой на одну лишь интуицию. Похоже, именно интуиции мы обязаны своими самыми продуктивными решениями. И нередко попадаем впросак, когда отказываемся прислушаться к «внутреннему голосу» и пытаемся подменить его рассудочной калькуляцией.

«Полагаю, на мировом рынке можно будет продать штук пять компьютеров». Трудно поверить, что это высказывание принадлежит основателю корпорации IBM Томасу Уотсону. Вероятно, в 1943 году, когда он произнес эти слова, у него было на то достаточно резонных оснований. Сегодня его умозаключение воспринимается как курьез.

«Нас не устраивает их звучание. И вообще гитарные группы выходят из моды». В 1962 году в такие слова исполнительный директор звукозаписывающей фирмы «Декка Рекордс» облек свой отказ сотрудничать с ансамблем… «Битлз»! В самом деле, в ту пору «Битлз» были лишь одной из десятков групп, игравших в ливерпульских забегаловках. Скалькулировать их стремительный взлет (в том числе и финансовый) было невозможно, его можно было только предчувствовать. И как же выиграли те, кому это удалось!

Подобных примеров можно привести десятки и даже сотни. И можно лишь пожалеть тех предпринимателей, весьма неглупых и рассудительных, которым сегодня остается кусать локти из-за своей недальновидности.

И напротив, примеры впечатляющего делового успеха выглядят порой вызовом логике и рассудку. Известный финансист Джордж Сорос испытывал характерные ощущения в спине, когда наставал момент принятия серьезного решения, которое впоследствии приносило ему миллиарды. Об этом рассказывает в своих записках его сын Роберт. Гениальный финансист полагал, что рынок не поддается анализу, ибо ситуация на нем беспрерывно меняется, поэтому предпочитал прислушиваться к своей спине!

Другой пример – Тед Тернер и его империя. Поднимая вопреки сомнениям скептиков первый информационный канал под скромным названием CNN, телемагнат ориентировался лишь на личный вкус и интуицию. Результат превзошел все ожидания! Оказалось, что огромная телеаудитория готова смотреть новости «в чистом виде», без приправы сериалов и ток-шоу, что большинству маркетологов казалось абсолютно немыслимым.

Прозорливость подобных решений объясняется тем, что человек на самом деле безотчетно учитывает и обрабатывает огромные массивы информации, но не на уровне сознания, а гораздо глубже. На протяжении всей своей жизни мы впитываем такое количество разнообразных сведений, которые просто не помещаются в ограниченном резервуаре сознания. Тем не менее вся эта информация не игнорируется, не отбрасывается, а «складируется» в глубинах подсознания, продолжая оказывать влияние на наше мироощущение и поведение. Далеко не всегда мы способны отдать себе отчет в подлинных мотивах своих суждений и поступков. Более того – зачастую это и не нужно. Эмоциональные ощущения – порой даже в форме телесного комфорта или дискомфорта, как у господина Сороса, – сигнализируют нам о верности, перспективности, эффективности того или иного суждения.

Конечно, бывает и так, что накопленный человеком безотчетный опыт сплошь состоит из ошибок, неловкостей и душевных травм, которые порождают чрезмерную опасливость и мнительность. Такому человеку бывает нелегко принять любое решение, ибо он слишком озабочен опасностью ошибки. Таким людям необходима помощь квалифицированного психотерапевта, который избавил бы их от груза избыточных ограничений и тормозов.

Ну а вы? Стоит ли вам доверять своему внутреннему голосу?

Припомните: случалось ли вам принимать спонтанное, эмоциональное решение, которое впоследствии доказывало свою справедливость? Как часто вы отказывались от таких порывов под влиянием чьих-то рассудочных аргументов? И кто в итоге оказывался прав?

Если в результате такого самоотчета выяснится, что опыт ваших интуитивных озарений оказывался по большей части неудачным, то это скорее свидетельствует о вашем стремлении выдавать желаемое за действительное, идти на поводу у своих прихотей вопреки здравому смыслу. Возможно, какие-то аспекты вашего жизненного опыта включают необъективную информацию, тем самым препятствуя принятию правильных решений. А это – повод для дальнейшего углубленного самоанализа.

Если же вы отдаете себе отчет, что большинство подсказок внутреннего голоса указывали вам верное направление и только избыточная осмотрительность помешала вам двинуться этими перспективными путями, то, может быть, вам следует больше доверять своему «шестому чувству»?

Семь раз отмерь… но не больше!

Все мы считаем себя людьми разумными и здравомыслящими, способными на трезвые логичные решения. И при этом практически не отдаем себе отчета, что многие наши решения лишены всякой логики.

Представьте, что перед вами два сосуда. В одном находится 1 белый шарик и 9 красных, в другом – 10 белых и 90 красных. Вслепую запустив руку в один из сосудов, вы можете вытянуть один шарик, и, если вам достанется белый, вы получите крупный денежный приз. В каком из сосудов вы пожелаете испытать удачу?

Психологи, предъявлявшие испытуемым эту элементарную логическую задачу, были поражены парадоксальным результатом. Большинство отвечавших с уверенностью указали на сосуд, содержавший 10 белых шариков, более того – готовы были биться об заклад, что их выбор с гораздо большей вероятностью ведет к успеху. Хотя на самом деле вероятность в обоих случаях одинакова – 10 %, и скалькулировать ее под силу даже не самому одаренному восьмикласснику. Мы же вопреки всякой логике безотчетно убеждены, что один-единственный шарик достанем с меньшей вероятностью, чем один из десяти.

К таким безоглядным скоропалительным решениям нас постоянно подталкивает целая армия мастеров рекламы и PR, и мы очень часто идем у них на поводу. И только по зрелому размышлению понимаем: если немножко подумать и трезво все взвесить, можно было бы избежать многих нерациональных шагов.

Впрочем, как выясняется, и логическое размышление – это тоже палка о двух концах. Случалось ли с вами, что вы долго и всесторонне обдумывали какую-то проблему и в итоге окончательно запутывались? Иной раз и безупречная логика может привести к негативному результату.

Это заключение может показаться неожиданным, но оно было подтверждено многими психологическими исследованиями. Американские психологи П. Уилсон и В. Шулер просили две группы студентов ознакомиться с описаниями лекционных курсов и мнениями других студентов об этих курсах, а потом указать вероятность, с которой они сами начали бы посещать эти курсы. (Объективно все курсы были весьма интересными и полезными.) Одна группа просто выносила свое суждение, тогда как от другой требовалось его обосновать, логически аргументировать. Результаты показали, что студенты из группы «глубокого размышления» с меньшей вероятностью принимали положительное решение – записаться и действительно посещать наиболее популярные курсы.

Оказывается, в некоторых случаях слишком усердное размышление может привести к серьезным ошибкам и упущениям. Да, попытки размышлять систематично и рационально о важных вещах имеют огромное значение; такая работа с большой затратой усилий часто действительно дает более правильные решения, чем манера «рубить сплеча». Но и с тщательным размышлением, как и со всем остальным, можно переусердствовать, в результате мы получаем путаницу и хаос.

Хотите иметь деньги? Научитесь с ними расставаться!

В последние годы приобрели огромную популярность всевозможные руководства «Как стать богатым», «Как научиться привлекать к себе деньги». Увы, практическая ценность большинства таких пособий невелика. Они либо на свой лад толкуют банальные протестантские добродетели – бережливость и упорный труд, либо и вовсе пропагандируют наивные магические ритуалы на уровне первобытного шаманства. Однако, похоже, определенные правила достижения финансового благополучия все же существуют, и они совсем не похожи на вековечные банальности и мистический вздор. По крайней мере одну такую парадоксальную закономерность удалось подметить английским психологам в ходе широкомасштабного исследования.

Общеизвестно и не вызывает сомнения, что человек, годам к двадцати пяти освоивший какое-то ремесло и научившийся зарабатывать себе на жизнь, с годами повышает свой профессионализм и компетентность, делает карьеру и зарабатывает все больше и больше. Хотя это и можно опровергнуть многими частными примерами, но общая закономерность такова, что с годами благосостояние человека возрастает – пускай понемногу, но неуклонно. Понятно и то, что для разных людей эта закономерность проявляется по-разному. Суть этих различий и решили выяснить психологи. На большой статистической выборке они проанализировали тенденцию к росту доходов и сопоставили ее с тем, как тот или иной человек распоряжается своими деньгами. Результаты обескуражили исследователей. Оказалось, что бережливость – вовсе не ключ к благосостоянию, а скорей наоборот.

Опросив большое количество людей зрелого возраста, ученые заключили, что всех их можно условно подразделить на две группы в зависимости от их отношения к деньгам. Не будем принимать во внимание тех, кто к деньгам равнодушен, – хотя многие с пафосом заявляют нечто подобное, на самом деле абсолютных бессребреников единицы. Большинство же стремятся иметь денег побольше, и в нашем мире, насквозь пронизанном денежными отношениями, это совершенно естественно. Но воплощается это стремление по-разному. Одни люди стараются приобрести больше денег, заработать их в той или иной форме. Но обогащение служит для них не самоцелью – деньги нужны им не для того, чтобы ими владеть, а чтобы иметь более широкие возможности их тратить. Соответственно и живут они, как правило, на широкую ногу, не отказывая себе ни в чем из того, что им доступно, и расходуя большую часть заработанного. Если у них есть сбережения, то это не «мертвый» капитал, а целевые накопления ради каких-то запланированных крупных расходов.

Иные, напротив, стремятся как можно меньше потратить, строя свой личный бюджет на принципах экономии. Их жизненное кредо: «Копейка рубль бережет». Освященный вековой традицией и народной мудростью, такой рачительный подход, казалось бы, должен в наибольшей мере обеспечивать финансовое благополучие. Но, оказывается, в действительности выходит совсем наоборот.

Человек экономный и бережливый всю жизнь учится усмирять свои потребности. Он знает, что может вполне сносно прожить и на очень небольшие деньги, и даже гордится этим. Соответственно, увеличение доходов не обещает расширения его жизненных перспектив – ведь он привык довольствоваться малым. В стремлении иметь лишний грош он задумывается не о том, что следует для этого предпринять, а скорее о том, от чего следует воздержаться. Но эта привычка воздерживаться не только сокращает траты, но и блокирует новые начинания, заставляет избегать малейшего риска, побуждает довольствоваться малым не только в расходах, но и в доходах. Карьерный рост замедляется, так как не подстегивается честолюбивыми материальными устремлениями.

Напротив, человек, привыкший жить на широкую ногу, постоянно озабочен тем, как добыть денег на утоление своих больших амбиций. И самое интересное, что ему это, как правило, удается. Ведь известно: то, что человеку по-настоящему необходимо, он так или иначе добудет. Так, никто из нас не может прожить без воздуха и нескольких минут. Попробуйте ограничить доступ воздуха, и человек немедленно предпримет все возможное и невозможное, чтобы вздохнуть полной грудью. Сильная потребность сама диктует способы ее удовлетворения.

Ученые выявили статистическую закономерность: люди, умеющие тратить деньги без особых душевных терзаний и даже с удовольствием, в целом зарабатывают больше, и с годами их доходы заметно растут, опережая рост благосостояния бережливых. Они, правда, сберегают лишь небольшую долю своих доходов, но в силу того что доходы сравнительно высоки, то и сбережения оказываются немаленькие – по крайней мере ненамного меньше, чем у скряг. Понятно, что и качество жизни при таком подходе оказывается значительно выше.

Фрэнсис Бэкон однажды заметил: «Деньги – как навоз: если их не разбрасывать, от них будет мало толку».

Недавнее исследование лишний раз доказывает правоту великого мыслителя.

Искусство помнить и забывать

Кажется, ничто так справедливо не распределено между людьми, как умственные способности: каждый доволен тем, что имеет. Но если никто не сетует на недостаток ума, то на свою память жалуются многие. Почти каждому случалось попадать в неловкое положение из-за того, что в нужный момент не удавалось вспомнить что-то важное. Бывает, что какая-то фамилия, дата или номер телефона словно выветрились из головы, хотя, казалось, хранились там достаточно надежно. Из-за чего происходит эта утрата? Можно ли преодолеть такую «утечку»? Ведь, как говорят, некоторым людям свойственна такая блестящая память, что у них никогда не возникает подобных затруднений.

Действительно, известно немало примеров феноменальной памяти. Историки утверждают, что Юлий Цезарь и Александр Македонский знали в лицо и по имени всех своих солдат – до 30 тысяч человек. Этими же способностями обладал и персидский царь Кир. По имени и в лицо знал каждого из 20 тысяч жителей греческой столицы знаменитый Фемистокл. А Сенека был способен повторить 2000 не связанных между собой совершенно отдельных слов, услышанных лишь раз.

Гениальный математик Леонард Эйлер поражал всех необыкновенной памятью на числа. Он помнил, например, шесть первых степеней всех чисел до ста. Академик А. Ф. Иоффе по памяти пользовался таблицей логарифмов. Другой замечательный ученый, основоположник аэродинамики академик С.А.Чаплыгин, мог безошибочно назвать номер телефона, по которому звонил лет пять назад случайно всего один раз. А великий русский шахматист Алехин мог играть по памяти «вслепую» с 30–40 партнерами.

Кто-то скажет, что это примеры памяти людей исключительных, выдающихся. Вероятно, они и стали знамениты во многом благодаря своим незаурядным способностям, в частности – гигантскому объему памяти. А где уж нам, людям заурядным, тягаться с Цезарем и Фемистоклом! Ведь возможности нашей памяти гораздо скромнее…

Однако это вовсе не так. Несколько лет назад крупнейший современный математик и кибернетик фон Нейман сделал сенсационное сообщение. По его расчетам получилось, что в принципе человеческий мозг может вместить такое количество информации, которое составляет содержание фонда Российской государственной библиотеки – миллионов томов.

Более того, наш мозг действительно насыщен самой разнообразной информацией, которая постоянно поступает туда на протяжении всей жизни и лишь частично воспроизводится по мере необходимости. Мы даже не отдаем себе отчет, сколько фактов, деталей и подробностей хранятся невостребованными в этом гигантском хранилище. Выяснить это отчасти позволяют эксперименты с гипнотическим внушением.

Как известно, состояние гипнотического сна не является сном в привычном смысле этого слова. Под воздействием гипнотического внушения отключаются лишь высшие отделы головного мозга, и это открывает доступ к более глубоким уровням психики. «Под гипнозом» человек оказывается способен демонстрировать такие формы поведения, которых от него, казалось бы, трудно ожидать. При этом ему порою удается вспомнить такие факты, о наличии которых в своей памяти он даже не подозревал. Например, можете ли вы изобразить узор, соответствующий узору на обоях в той комнате, в которой вы лежали в своей кроватке в младенческом возрасте? Вряд ли кто-то способен осознанно и произвольно выполнить эту задачу. А вот в состоянии гипнотического сна многим это удавалось. Информация, однажды воспринятая много лет назад, долгие годы продолжает храниться в глубинах бессознательной памяти. Обстоятельства жизни не требуют ее воспроизведения, и она оказывается все глубже погребена под нагромождением вновь поступающих сведений, однако не исчезает бесследно. Со временем извлечь ее становится все труднее, практически невозможно, ибо для этого требуется сознательное усилие, а возможности сознания не безграничны. Сознание постоянно «сортирует» информацию на более и менее важную. В этом сложном процессе участвуют наши склонности, интересы, предпочтения, эмоциональные оценки. То, что представляется существенным (хотя и в этом выборе мы не всегда отдаем себе отчет), мы предпочитаем держать «под рукой», менее существенное откладывается «на дальних полках» информационного хранилища.

Среди литературных героев невероятными способностями своей памяти отличался всем известный Шерлок Холмс. Его память хранила мельчайшие подробности, касавшиеся многообразных аспектов его ремесла. При этом Холмс демонстрировал поразительное невежество, например в вопросах естествознания. Однажды даже выяснилось, что ему неизвестен тот факт, что Земля круглая. Пораженный этим, Ватсон воскликнул: «Но теперь, когда я рассказал вам об этом, вы, надеюсь, запомните этот факт?» «Напротив, – ответил Холмс. – Я постараюсь его как можно скорее забыть, чтобы не засорять голову ненужными сведениями. Ведь это не имеет никакого отношения к области моих интересов». Конечно, способность волевым усилием изгнать из памяти нежелательный элемент относится скорее к сфере литературных преувеличений. Впрочем, наше сознание без всяких особых усилий производит такой отбор. Нередко можно встретить школьника, который, казалось бы, категорически не способен запоминать химические формулы, исторические даты и иностранные слова. Но если порасспросить его о сфере его интересов, то выяснится, что он досконально помнит все детали творческой биографии любимых поп-звезд, может без устали перечислять труднопроизносимые иностранные имена, названия и даты выхода любимых дисков и может даже воспроизвести последовательность композиций на каждом из них. А все дело в том, что историческая хронология и спряжения английских глаголов просто не вызывают у него такого живого интереса и положительной эмоциональной оценки. Такая информация безотчетно отфильтровывается.

Рассказывают, что Пушкин мог часами декламировать наизусть стихи французских поэтов. Конечно, способности Пушкина были уникальны. Но это касается его поэтического дара. А что до его памяти, то ее редкие возможности скорее следует объяснить тем фактом, что поэзия составляла основное содержание его жизни. Вряд ли в какой-то иной сфере его память проявлялась столь блестяще. По крайней мере достоверных свидетельств этого не сохранилось.

Известный американский психолог и философ У. Джемс отмечал, что одной из наиболее ценных способностей нашего ума является способность забывать ненужное.

Мозг человека устроен таким образом, что в каждый отдельный момент он может оперировать весьма ограниченным объемом информации. Под напором всего гигантского объема сведений, накопленных в памяти, его работа просто расстроилась бы. Поэтому не надо сетовать на то, что мы не можем с легкостью припомнить имена всех людей, с которыми в жизни встречались, и содержание всех книг, которые прочитали. Методом целенаправленной тренировки памяти (а такие методы существуют) можно было бы эту способность у себя развить в значительной мере. Но ради чего? Герой фильма «Человек дождя» был способен, прочитав один раз телефонный справочник, выучить его наизусть. Но не будем забывать, что этот человек страдал аутизмом – тяжелым расстройством сознания, распадом ценностных ориентаций и предпочтений. Пытаясь уподобиться ему в его исключительных способностях, не рискуем ли мы впасть в подобную крайность – разучиться отличать главное от второстепенного, ценное от бесполезного? Ведь то, что мы (пускай и безотчетно) находим действительно важным, мы помним достаточно хорошо.

Замечено также, что человек запоминает от силы треть из того, что он слышит, примерно половину – из того, что видит, и все сто процентов того, что он делает. Например, изучая работу компьютера, можно несколько раз прочитать инструкцию, но впоследствии затрудняться ее воспроизвести. А вот хотя бы один раз выполнив всю необходимую последовательность процедур «своими руками», забыть ее уже практически невозможно. Поэтому, когда требуется сохранить в памяти какую-то информацию, весьма желательно каким-то образом включить ее в структуру своей деятельности, использовать какие-то способы оперирования ею. Не верьте ловким манипуляторам, которые обещают с помощью «психологических» методов за две недели накачать в вашу голову Большой англо-русский словарь. Чтобы по-настоящему заговорить по-английски, надо именно говорить. Требуются годы упражнений, чтобы разрозненные слова отложились в памяти в виде легко воспроизводимой языковой системы. А если у кого-то это получается совсем уж плохо, то скорее всего не потому, что память плохая. Просто ее система «фильтров», «сортировки» в силу неких индивидуальных причин не настроилась на сохранение именно этой информации. И это уже не проблема памяти, а проблема личности.

Искусство добиваться своего

Нередко поведение других людей раздражает нас настолько, что мы выходим из себя, сердимся или в лучшем случае всем своим видом демонстрируем недовольство. Ради чего мы это делаем? Казалось бы, реакции непроизвольны и являются лишь разрядкой отрицательных эмоций. Однако главная их цель иная – продемонстрировать партнеру по общению его неправоту и добиться изменения его поведения. Все наши слова, жесты, поступки при этом можно расценить как наказание, направленное на исправление провинившегося. Однако такого рода наказание далеко не всегда достигает цели, а потому и производит впечатление «сотрясания воздуха». Как же добиться того, чтобы демонстрация нашего недовольства приносила пользу?

Несколько лет назад американский эксперт по менеджменту Дуглас МакГрегор разработал систему, которую шутливо назвал принципом горячей плиты. Вот пять основных правил этой системы.

Правило 1. Если вы дотронетесь до горячей плиты, вы тут же обожжетесь. В отношениях между людьми наша реакция на нежелательное поведение не всегда проявляется немедленно. Часто приходится ждать несколько дней, пока не представится возможность сказать другому человеку, что мы не одобряем его действий. Иногда приходится ждать так долго, что другой человек даже не имеет четкого представления, за что потом получает порицание.

Известно, что поощрение наиболее действенно, когда оно незамедлительно. Выражение недовольства также должно быть безотлагательным.

Правило 2. Наказание горячей плиты действенно с первого же раза. В отношениях между людьми мы стараемся первое наказание несколько смягчить. В дальнейшем, если нежелательное поведение повторяется, мы увеличиваем дозу наказания. Если же порицание было достаточным уже в первый раз – по принципу горячей плиты, – то у нас реже возникает необходимость повторного действия.

Правило 3. Горячая плита наказывает только руку, которая к ней прикоснулась. Мы же порой увлекаемся и теряем чувство меры. Подобно тому, как из маленького снежка накручивается огромный снежный ком, мы порою из-за небольшого проступка готовы припомнить человеку все его промахи и недостатки, и наше негодование разрастается до масштабов, несоизмеримых с вызвавшим его поводом. В результате вместо того, чтобы наказать за что-то одно, мы наказываем за все сразу. Цель конкретного порицания – изменить только поведение, а не личность. Если провинившийся это поймет, то постарается впредь воздерживаться от таких поступков. Если же уязвлено его достоинство как личности, ничего, кроме обиды, от него не дождешься. Когда вам удается сохранить объективность и сконцентрироваться только на заслуживающем порицания поведении, ваши действия будут эффективнее.

Правило 4. Горячая плита действует на всех без исключения. Неважно, кто дотрагивается до нее, – результат всегда одинаков. Мы же иногда наказываем за конкретное поведение одного определенного человека, а не всех, кто этого заслуживает. Такое проявление непоследовательности с нашей стороны заставляет других гадать: отчего одним прощается то, за что других наказывают? Так, ребенку трудно принять упрек в неаккуратности, когда по всему дому в беспорядке разбросаны отцовские вещи. Вместо того чтобы изменить к лучшему свое поведение, он скорее попытается добиться от матери такой же снисходительности, какой пользуется отец. Поэтому любая наша реакция, чтобы достичь цели, должна быть, как у горячей плиты, – последовательной.

Правило 5. Если вы дотронулись до горячей плиты, у вас должно быть средство ослабить боль. Мы нередко порицаем других, не давая им понять, какое же поведение приемлемо в данной ситуации. Мы увлекаемся осуждением того поведения, которое нам не нравится, и забываем о необходимости указать на желательное поведение. Нужно говорить другим не только о том, чего они не должны делать, но и о том, что им следует делать, чтобы боль от наказания не была слишком сильной.

Если вы вспомните об этих правилах тогда, когда вам нужно будет применить наказание, у вас появится шанс изменить нежелательное поведение еще до того, как оно может стать камнем преткновения в ваших отношениях.

Впрочем, всякая критика или наказание, даже если они научно обоснованы, воспринимаются человеком как неприятность. А если вы выступаете для него источником неприятностей, добиться конструктивных и доброжелательных отношений нелегко: общение так или иначе оказывается окрашено недоверием, опасениями и обидами. Поощрения гораздо лучше помогают избегать нежелательных ситуаций. Человеку необходимо знать, когда он поступает правильно и хорошо, но мы слишком редко говорим ему об этом. А если постоянно подчеркивать положительные моменты в поведении, то отрицательные исчезают сами собой. Чтобы понять это, необязательно быть специалистом-психологом, многие вырабатывают такую линию поведения на основе простого жизненного опыта.

Американский психолог Карен Прайор приводит показательный житейский пример. Молодая женщина вышла замуж за человека, который очень любил распоряжаться и командовать. Хуже того, и его отец, который жил с ними, тоже взялся помыкать невесткой. Ее мать была в ужасе, когда впервые увидела, что приходится терпеть ее дочери. «Не беспокойся, мама, – сказала дочь, – поживем – увидим». Дочь взяла за правило как можно меньше реагировать на команды и резкие реплики и одновременно поощрять послушанием и живостью реакции любое проявление вежливости и внимания со стороны мужчин. За год она превратила их в очень славных людей. Теперь, когда она приходит в дом, они встречают ее улыбками, и оба с радостью соглашаются помочь ей в любых делах.

Вывод прост: чем больше мы будем хвалить и поощрять друг друга, тем меньше будет у нас поводов для недовольства.

Сердитесь правильно

У вас есть амбиции? Вам хочется достичь большего и лучшего? Тогда нужно, чтобы об этом знали окружающие, в первую очередь те, от кого это зависит. Психологи говорят, что для того, чтобы что-нибудь от жизни получить, нужно заявить о своих намерениях. Способов проделать это достаточно много. Каждый выбирает свою стратегию продвижения собственной личности. Многие находят ее интуитивно. Но есть и некие правила игры. Одно из них гласит: если хотите, чтобы вас заметили, – гневайтесь!

Именно к такому выводу приходит доктор Лариса Тьеденс, проводившая исследования в Стэнфордском университете. Она убедилась в том, что, выражая гнев, человек выглядит более сильным и доминантным, чем его более флегматичные собратья. Оказалось, что таких людей испытуемые готовы были заметно «повышать в статусе» по сравнению с теми, кто выражал другую эмоцию – грусть. Участники выражали большую готовность учиться у этих людей, им они казались наиболее компетентными. Демонстрация грусти обычно расценивается как проявление слабости, хотя часто эти люди воспринимались как личности наиболее теплые и симпатичные. Демонстрация гнева чаще кажется подтверждением силы.

Зрители думают, что гневающийся человек обладает чувством правоты и способностью все «построить» так, как именно он задумал. Л. Тьеденс заключает, что, хотя быть милым и приятным – свойство социально полезное, оно не слишком помогает там, где нужно заявить о своих достоинствах, высоком статусе и огромных возможностях. Исследователь считает, что связь между проявлением гнева и статусом достаточно проста и объяснима. По ее мнению, выражение гнева – способ открыто заявить, кто вы есть и чего хотите. Это заявка на то, что вы – правы, а кто-то другой – нет. Однако совет постоянно поддерживать в себе высокий градус ярости был бы просто глупым. Дело в том, что «с плюсом» воспринимается только праведный гнев, то есть строго дозированный и хорошо обоснованный. Небольшая передозировка – и вы уже выглядите человеком, плохо контролирующим свои эмоции, а это способно подпортить любую репутацию. Гнев как инструмент хорош только в экстремальных ситуациях, его нельзя держать всегда под рукой. То есть прыгнуть на ступеньку выше, распугав конкурентов с помощью «психической атаки», можно, но удержаться на ней – нет. Получив то, что вы хотите, задумайтесь и о сохранении хороших отношений с окружающими – пригодится.

Ругаемся по-научному

В напряженном ритме нашей жизни постоянно возникают ситуации, провоцирующие бурный всплеск эмоций, и нам очень трудно бывает порой сдержать гнев, негодование, раздражение. Но даже если такие реакции обоснованны и справедливы, отношений они, как правило, не улучшают, скорее наоборот. Особым уважением пользуются те, кто умеет держать себя в руках, не дает волю своим чувствам. Однако такой стиль поведения медленно подтачивает человека изнутри – накапливающееся напряжение, не получая своевременной разрядки, рискует однажды выплеснуться в самой неожиданной и неприятной форме, вплоть до инфаркта. Поэтому психологи советуют не слишком усердствовать в обуздании своих чувств. Разумеется, недопустимо превращать межличностные отношения в постоянную истерику. Очень важно придерживаться рационального способа выражения своего недовольства – ведь от него зависит, разрядим ли мы эмоциональное напряжение или загоним себя в такую ситуацию, которая заставит нас негодовать еще больше. Немецкий психолог Йенс Корссен предлагает несколько простых правил выяснения конфликтных деловых отношений. Прислушаемся к его советам.

Не предпринимайте решительных шагов в состоянии возбуждения.

Тот, кто по любому поводу выходит из себя, реагирует на все агрессивно, рискует, что и его партнеры ответят ему тем же. Даже если ваши упреки справедливы, не торопитесь их высказать в состоянии аффекта, позвольте себе небольшую паузу для нормализации чувств (недаром еще древние мыслители советовали: «В гневе сосчитай до десяти»). Только спокойно взвесив все неприятные аспекты ситуации, сформулируйте свое отношение к ним четко и ясно, избегая повышенных тонов и оскорбительных выражений. Не забывайте: нам нередко приходится сожалеть о сказанном (особенно в сердцах) и почти никогда – о несказанном.

Никогда не выясняйте отношения в присутствии третьих лиц.

Нередко мы выражаем свое неудовольствие публично, безотчетно стремясь заручиться эмоциональной поддержкой окружающих. На самом деле бурная вспышка эмоций редко вызывает у людей одобрение, не говоря уже о том, на кого она направлена. Возможно, человек и готов принять наши упреки, так как понимает их справедливость, но «публичная порка» наверняка уязвит его достоинство и заставит сопротивляться – либо сразу же, либо чуть погодя (возможно – исподтишка, если речь идет о подчиненном). Дабы не усугублять и без того неприятную ситуацию, все претензии следует предъявлять лично, с глазу на глаз.

Ясно выражайте свои претензии.

Недвусмысленно укажите собеседнику, что именно вызывает ваше недовольство, дабы он не принял ваши чувства за каприз или проявление простого недружелюбия к себе. Ваши оценки должны быть аргументированны. Формулы типа «Вы – плохой человек» по содержанию абсолютно бессмысленны и непродуктивны. Объясните, что вас не устраивает, указывая тем самым и на возможные пути выхода из кризиса.

Постарайтесь трезво оценить ситуацию.

Нередко наше раздражение и злость бывают вызваны нереалистичными представлениями и ложными ожиданиями. К примеру, руководитель поручил вам какое-то дело и спустя недолгое время интересуется ходом работы. Не исключено, что реакцией на это будет обида: «Мне что – не доверяют?» Если интерпретировать вопрос как сомнение в вашей компетентности, можно в сердцах и сорваться на дерзкий ответ. И тогда уже, в свою очередь, рассердится шеф и будет, безусловно, прав – ведь он всего-навсего задал банальный деловой вопрос, а получил ершистую отповедь. Так что в подобной ситуации задумайтесь в первую очередь, что является источником ваших неприятных чувств. Может быть, это – обостренное самолюбие, безотчетное ощущение собственной уязвимости? Не позволяйте вашим комплексам (а они в той или иной мере есть у каждого) отравлять ваши отношения с людьми. Трезвый взгляд – в том числе и на себя самого – лучшее средство не поддаться аффекту.

Эффект Франклина

Самым симпатичным американцем миллионы людей во всем мире считают… кого бы вы думали – Леонардо Ди Каприо, Брюса Уиллиса, Тома Круза?.. Бенджамина Франклина! Его портрет, украшающий стодолларовую банкноту, многие готовы рассматривать с такой любовью и нежностью, какая и не снилась голливудским красавцам. При этом мало кто знает, что почтенный поли-тик еще при жизни, то есть задолго до того, как стать всемирным олицетворением достатка, отличался огромным обаянием и пользовался большой любовью современников. И дело тут не только в его политической позиции (никакая позиция не бывает любезна всем и каждому), но и в исключительном умении ладить с людьми. Франклин был большим знатоком жизни и людей – как сказали бы сегодня, блестящим житейским психологом. Помимо крылатой формулы «время – деньги» ему принадлежит еще немало интересных наблюдений и суждений. И по крайней мере одним из них полезно воспользоваться и нам, если мы хотим лучше ладить с коллегами и партнерами. Ведь проблема эта непростая – не все окружающие нас люди нам приятны, а потому и поладить с ними непросто. Можно ли улучшить эту ситуацию?

Очевидно, что, когда человек нам нравится, мы любезно общаемся с ним, оказываем ему всяческие услуги, демонстрируем ему свое расположение. Если же он нам не нравится, мы ведем себя совсем иначе – в лучшем случае его избегаем, а то и норовим его обидеть. Понятно, что и с его стороны отношение скорее всего будет взаимным, то есть никакой любезности или услуги от него не дождаться. А если предпринять такой шаг самому? Не улучшит ли это отношения? В результате многочисленных экспериментов психологи установили, что позитивный шаг навстречу другому человеку необъяснимым образом улучшает наше отношение к нему.

Впрочем, не психологи были первооткрывателями этого феномена. Еще полтора столетия назад Лев Толстой писал: «Мы любим людей не за добро, которое они нам сделали, а за то добро, которое мы сделали для них».

А более чем за сто лет до этого замечания Толстого Бенджамин Франклин признавался, что применил этот подход как политическую стратегию. В бытность Франклина членом законодательного совета штата Пенсильвания его сильно беспокоила очевидная враждебность одного коллеги-законодателя, рисковавшая обернуться политическим противостоянием. Вот что пишет об этом Франклин в своей автобиографии:

«Я не желал снискать его расположение ценой заискивания и избрал другой прием. Зная, что в его библиотеке есть очень редкая и интересная книга, я написал ему записку с просьбой сделать мне одолжение и предоставить возможность с ней ознакомиться. Он любезно прислал мне книгу, и я, разумеется, вернул ее через неделю, выразив в записке свою признательность. Когда в следующий раз мы встретились в палате представителей, он заговорил со мной (чего никогда раньше не делал) и вел себя крайне любезно; впоследствии он не раз выказывал готовность оказать мне помощь, и в итоге мы стали близкими друзьями». Этот пример лишний раз подтверждает максиму древних мыслителей: «Тот, кто однажды сделал для вас доброе дело, охотнее сделает для вас еще одно, чем тот, кому вы сами сделали одолжение».

Задумайтесь – нельзя ли с помощью подобного метода наладить отношения с теми, с кем вам приходится поддерживать контакты, но кто не слишком вам симпатичен? Если совершенно бескорыстно оказать такому человеку любезность или услугу, пускай даже символическую, не улучшит ли это наше мнение о нем?

Тут срабатывает и сходный эффект: те, кого мы игнорируем или обижаем, кажутся нам малосимпатичными и недостойными людьми хотя бы потому, что тем самым мы оправдываем свое привычное негативное отношение к ним. Пара добрых слов или мелкая услуга удивительным образом меняют это отношение: в глубине души нам приходится обосновывать уже этот шаг, а ведь не стали бы мы помогать человеку нехорошему!

Согласившись сделать шаг вам навстречу, он наверняка изменит на лучшее и свое мнение о вас, и конструктивного сотрудничества по серьезным деловым вопросам станет добиться намного легче.

Предложение, от которого невозможно отказаться

Все люди, даже самые покладистые и исполнительные, очень дорожат своей самостоятельностью и всю жизнь безотчетно к ней стремятся. В детстве все мы мечтаем поскорее вырасти, наивно полагая, будто взрослые делают только то, что хотят. Повзрослев, понимаем: большинству людей в основном приходится делать то, что от них требуется. И мы стремимся достичь больших высот, чтобы поменьше подчиняться, но самим иметь право требовать с других. Но даже если это и удалось, часто забываем: эти другие не очень-то расположены идти на поводу и сами мечтают о независимости.

Опытные менеджеры знают: человек гораздо эффективнее выполняет какое-то дело, претворяет в жизнь какое-то решение, если считает, что взялся за дело по своему собственному выбору, что решение принял сам. Для создания наивысшей мотивации почти любое указание лучше облечь в форму предложения, а не приказа.

Конечно, в любом деле не обойтись без жестких директив, но они должны касаться лишь самых существенных аспектов дела. Да и в любых переговорах известная твердость не менее важна, чем гибкость. В большинстве же случаев добиться успеха намного легче, если предоставить подчиненному или партнеру некоторую свободу маневра – пускай даже иллюзорную.

Как же облечь свои пожелания в такую форму, чтобы они с наибольшей вероятностью были другими приняты? Для этого психологи рекомендуют несколько простых приемов – хотя и не безотказных, но довольно эффективных. Прислушаемся к этим советам.

Самая распространенная тактика убеждения, которую многие из нас интуитивно используют в повседневной жизни, состоит в предложении выбора, касающегося не сути вопроса, а второстепенных подробностей. Так, мать иной раз спрашивает своего малыша: «Ты уберешь игрушки прямо сейчас или когда посмотришь мультфильм?» Необходимость в ближайшее время убрать игрушки даже не обсуждается, зато выбор предоставлен. В деловых отношениях срабатывает тот же самый прием. «Мы обсудим этот вопрос на вашей территории или на моей?» Даже если партнер настроен и вовсе уклониться от обсуждения, ему приходится отвечать на конкретный вопрос, причем он «волен» выбрать «предпочтительное» решение. Но сама формулировка вопроса исключает отрицательный ответ.

Близок к предыдущему иной тактический прием – допущение. Его можно выразить формулой: «Сначала приятное А – потом необходимое Б». «Прежде чем отправиться в командировку, пару дней отдохните, соберитесь с силами». Кто ж откажется перевести дух посреди напряженных деловых будней? Но тогда неловко отказываться и от командировки…

Добиться согласия по небесспорному вопросу намного легче, если начать его обсуждение с деталей, которые не вызывают разногласий. В этом помогают вопросы-ярлыки типа: «Не так ли?», «Не правда ли?». Они делают вашу речь более убедительной и по сути своей мягкой и деликатной формой прикрывают утверждения, не допускающие возражений. Обладая определенным гипнотическим свойством, они оказывают на сознание такое воздействие, что снижается бдительность критического восприятия. Чтобы эффект был сильнее, поначалу вопросы-ярлыки ставят рядом с трюизмами – банальными утверждениями, с которыми нельзя не согласиться. Когда вы постепенно перейдете к предложениям, которые могут вызвать спорную реакцию, ваш собеседник просто в силу инерции скорее всего продолжит соглашаться с вами.

Для придания большей убедительности своим словам желательно избегать телеграфного стиля, рубленых фраз. Специалисты по убеждению рекомендуют пользоваться своеобразными речевыми «переходами» – союзами и вводными словами, которые придают речи закругленность и гибкость, завораживающие собеседника. Если вы избегаете пауз и резких поворотов в своей речи, сознание собеседника не успевает контролировать вашу информацию и снижает свои критические функции.

Впрочем, психологи предостерегают: подобные приемы, весьма эффективные в деловых отношениях, лучше не использовать в неформальном, дружеском общении. Каждому из нас необходимы хотя бы двое-трое близких людей, с которыми можно общаться бесхитростно и открыто. Далеко не все профессиональные психологи счастливы в личной жизни – во многом из-за своего избыточного профессионализма. Так что пользоваться их советами следует осмотрительно.

Соперничество ведет к неприязни. Сотрудничество примиряет

Создается впечатление, что мы сегодня позаимствовали в чужих краях позавчерашнюю модель личного успеха, которая во всем мире давно вышла из моды, доказав свою малую эффективность и даже ущербность. У нас же в большинстве популярных руководств успех отождествляется с личным первенством. «Найди свой путь к вершине!», «Выиграй в жизненной гонке!» – кричат яркие заголовки. При этом упускается из виду, что на вершине найдется место лишь единицам, остальные обречены затеряться где-то внизу, а если кто-то выигрывает в гонке – другие неизбежно отстают. Зато счастливчик может поглядывать на проигравших свысока – они ему теперь не ровня. «Я лучший! А значит – вы хуже». Честно говоря, это не самый дружелюбный взгляд на мир.

Да и отставать не любит никто. Отсюда и неприязнь к «выскочкам».

Во всем мире все большее признание получает модель корпоративных отношений, отчасти заимствующая элементы восточной этики, – когда каждый печется не столько о личном первенстве, сколько об успехе своего сообщества. Как выясняется, такой стиль гораздо более эффективен, не говоря уже про то, что страхует от напряженности и конфликтов. Ведь конкурентная борьба пробуждает в людях не самые добрые чувства, сотрудничество же, напротив, сплачивает. Американские психологи наглядно продемонстрировали это в ходе простого эксперимента.

В летнем лагере две группы мальчиков-подростков были поселены в двух хижинах на изрядном удалении друг от друга. В течение недели группы предавались играм и развлечениям, практически не взаимодействуя друг с другом. За это время группы сильно сплотились, выбрали себе названия, которые начертали на футболках, и даже водрузили над хижинами собственные знамена.

На следующем этапе мальчикам было предложено участвовать в соревнованиях. Все члены выигравшей команды получали довольно ценные, по мальчишеским меркам, призы. Это создало почву для напряженного соперничества. По ходу соревнований, длившихся не один день, напряжение нарастало. Сначала дело ограничивалось взаимными насмешками и бранью, но постепенно ребята перешли к прямым деструктивным действиям. Одна команда похитила и сожгла флаг другой. Обиженные в отместку совершили набег на хижину соперников и устроили там настоящий погром. Вполне поначалу благопристойное соревнование постепенно переросло в полномасштабный конфликт, породив глубокую взаимную неприязнь и предубеждение против соперников.

К счастью, эта история имеет хороший конец. Дабы предотвратить более серьезные последствия, психологи вмешались и изменили условия существования ребят таким образом, что те просто вынуждены были сотрудничать. Когда перед обеими группами были поставлены общие достаточно серьезные цели, произошли разительные перемены. После того как мальчики поработали вместе, восстанавливая канал водоснабжения (намеренно испорченный исследователями), «скинулись» для того, чтобы взять напрокат киноустановку, и отремонтировали сломанный грузовик, напряжение между группами почти исчезло. Через несколько дней границы между группами фактически растворились, и был установлен мир.

Наверное, стоит прислушаться к этому поучительному примеру. Или и дальше будем расталкивать друг друга локтями в гонке к вожделенному успеху?!

Слухами земля полнится

Никто не безупречен, у каждого есть свои маленькие слабости. А есть и такие слабости, которые присущи всем без исключения, хоть мы и не очень-то любим в этом признаваться.

Многие психологические тесты содержат особые вопросы на проверку искренности. Считается, что ответить на них можно только утвердительно, а если человек отвечает иначе – значит хочет покрасоваться, предстать в выигрышном свете. В таком случае возникает подозрение, что и на остальные вопросы он отвечал не очень честно. Один из таких вопросов: «Вы иногда сплетничаете?» Психологи убеждены, что отрицательный ответ не может быть правдой. Один философ подметил: «Постоянно сплетничают люди пустые и ничтожные, иногда – абсолютно все». Положа руку на сердце, приходится признать: любим мы перемыть друг другу косточки. А вот сами очень не любим быть предметом досужих разговоров, особенно ехидных и критических. Потому и сплетников недолюбливаем, опасаясь стать их мишенью. Как же следует себя вести, чтобы не заслужить репутацию «кумушки» и не давать поводов для сплетен о себе?

Прежде всего постараемся понять, отчего копание в чужом грязном белье доставляет людям удовольствие. Тут главный мотив – стремление к самоутверждению. Каждый из нас хотел бы продемонстрировать миру, насколько он умен, красив, талантлив, деловит и сколь многого в жизни добился благодаря этим ценным качествам. Однако, положа руку на сердце, приходится признать, что не всеми этими достоинствами каждый наделен в избытке. Большинство из нас – вполне заурядные люди – не тупицы, но и не гении, не уроды, но и не красавцы, да и успехов в жизни каждому хотелось бы достичь побольше. Вот и приходится компенсировать свою заурядность за счет ближних. Ведь если вокруг полно людей ограниченных, ни на что не способных, с дурными манерами и вкусом, да и просто неудачников, – то ты на их фоне, даже со своими маленькими, простительными слабостями, выглядишь как кум королю. И человек принимается придирчиво (хотя порой и безотчетно) подмечать, кому каких достоинств недостает, кто где оступился, – чтобы самому утвердиться в сознании собственной значимости (уж он-то, разумеется, таких глупостей не наделал бы, не позволил бы так с собой обращаться, и т. д., и т. п.). А если чьи-то достоинства и достижения оспорить невозможно, а самому до них не дотянуться, приходится как-то дискредитировать счастливчика – мол, не по заслугам награды, на самом деле и он не без изъяна… И чем выше достижения, тем острее критика. Каких только пороков, вплоть до уголовщины, не находят у так называемых олигархов! (Точно так же объектами женского злословия чаще становятся самые яркие и красивые женщины, пользующиеся большой популярностью.) Разумеется, они тоже люди, и не без греха. Но все те же грешки в избытке присущи любому менеджеру средней руки. Только кому он интересен? Ведь он своими скромными успехами почти ничьего самолюбия не ущемляет.

Учитывая эту особенность человеческой натуры, постараемся следовать нескольким простым правилам, дабы самим не оказаться в неловком положении.

Во-первых, даже если вы уверены в своем превосходстве – скажем, над коллегами, – постарайтесь не демонстрировать это слишком вызывающе. Люди ревниво относятся к чужому превосходству, так как из-за него снижается их собственная самооценка.

Так что постарайтесь их не уязвлять. Конечно, не следует предаваться самоунижению, но и самолюбования и апломба надо избегать.

Если вам нравится производить впечатление человека загадочного, имейте в виду: окружающие охотно сами додумают то, что вы недоговариваете, выдумают то, что вы якобы скрываете, – причем часто не в вашу пользу. Постарайтесь заслужить репутацию человека открытого и искреннего.

Поскольку разговоров о себе, причем не всегда доброжелательных, вам все равно не избежать, постарайтесь застраховаться от злословия ироничной самокритикой. Над своими мелкими простительными слабостями и упущениями не грех поиронизировать самому, тем самым обезоруживая сплетников.

Если вам станет известно, что за спиной вам перемывают косточки, не спешите оправдываться и отстаивать свою добродетель. Большинство людей считают: коли вы заняли оборонительную позицию – значит, в самом деле уязвимы.

Даже если вас огорчают предвзятые, недобрые суждения о вас, гасите в себе мстительные чувства. Лучше задумайтесь: какой вы дали повод? Не исключено, что суждения недоброжелателей даже лучше, чем дружеские похвалы, укажут вам путь к самосовершенствованию, исправлению своих ошибок.

Помните евангельскую заповедь: «Не судите – да не судимы будете, ибо какой мерой вы осудите, такой и вас осудят». Мы порой бываем слишком щедры на упреки, не давая себе труда задуматься над подлинными побуждениями того или иного человека. Прежде чем выносить свое суждение, постараемся человека понять. Ведь поняв его, мы, возможно, его и не осудим.

Ведь скорее всего ваши слова так или иначе до него дойдут, причем не исключено, что в преувеличенном и искаженном свете. Всякий раз представляйте себе, что предмет вашего разговора вас слышит. Это впоследствии избавит вас от многих недоразумений.

Никто не совершенен, и каждому кажется, что он заслуживает большего, чем имеет. И любой из нас то и дело ловит себя на том, что скрытым упреком ближнему стремится компенсировать свои слабости. Если этим не увлекаться, то это грешок объяснимый и простительный. Но для умного человека это еще и повод задуматься: какие из своих недостатков и упущений ты восполняешь злословием? Тогда и сплетни не понадобятся. Ведь и без них хватает тем для разговора.

Власть советов

Бернард Шоу однажды пошутил: «Совет подобен касторке: давать его легко, но чертовски неприятно принимать». Отчего же мы, нуждаясь в полезном совете, часто затрудняемся его попросить, а получив, испытываем порой неловкость? Зато сами с удовольствием раздаем советы направо и налево, хотя нас нечасто об этом просят.

Объяснение довольно простое. Решившись попросить совета, мы тем самым невольно признаем, что чего-то не знаем, не понимаем, не способны сами принять правильное решение. Никому не приятно в этом сознаваться. Тем более что кто-то другой – советчик – оказывается опытнее и благоразумнее нас. Зато как порой приятно самому предстать человеком сведущим, здравомыслящим, иными словами – в высшей степени достойным! Тем более, если жизнь нечасто дает такую возможность – на работе начальство помыкает, в семье с вашим мнением не очень-то считаются, и даже на улице незнакомые прохожие смотрят на вас как на пустое место. Кстати, те, кто не обделен вниманием и уважением окружающих, не так уж и щедры на советы – им нет особой нужды лишний раз почувствовать свою солидность, они и так ее чувствуют постоянно. А вот непрошеный совет они скорее воспримут с обидой: «Вы что – сомневаетесь в моем опыте и здравомыслии?» Впрочем, так, пожалуй, отреагирует любой. Если я сам не уверен в своих достоинствах, то тот, кто на это лишний раз намекнет, рискует меня серьезно обидеть. «Коли ты хочешь сказать, что знаешь и понимаешь больше меня, так выходит я – глупый и беспомощный?!».

А бывает и так, что человек, обращаясь за советом, ищет не подсказки, а оправдания. В глубине души он уже решил, как ему поступить, но самому принять ответственность за решительный шаг немного боязно. Удобнее на кого-то ответственность переложить. Если в итоге все выйдет хорошо, то это – моя заслуга, я ведь сам принял правильное решение. Зато в случае неудачи виноват окажется советчик – сбил меня с толку. Характерно, что всевозможные сборники житейских советов с особым энтузиазмом читают люди, которым недостает самостоятельности и уверенности в себе.

С этим постоянно сталкиваются психологи, от которых многие люди ждут главным образом подтверждения собственных убеждений и намерений. Поэтому опытные консультанты избегают давать прямые и непосредственные советы-рекомендации. Они предпочитают помочь человеку разобраться: что же привело его в ту непростую ситуацию, которая вызывает его замешательство, и какие возможны варианты ее разрешения. А выбор из этих вариантов человек должен сделать сам, никакой психолог его в этой роли не заменит. Так что имейте в виду: если вы решились обратиться за советом к психологу, а тот в ответ принимается вас поучать: «Я бы на вашем месте…» – разворачивайтесь и идите прочь, потому что вам попался никудышный психолог. На вашем месте могли оказаться только вы сами, для любого другого человека ситуация сложилась бы по-своему.

Впрочем, существуют и некоторые общие – нет, не советы (в смысле инструкции) – соображения насчет тонкого искусства давать и получать советы. Правда, и воспользоваться ими толково сможет лишь тот, кто отдает себе отчет: любому совету надо следовать по-своему, ибо никакой самый добрый совет не может быть одинаково пригоден всем без исключения.

Помните: попросить совета – замечательный способ выказать уважение какому-то человеку и заслужить ответную симпатию. Каждому приятно, когда дорожат его мнением. Так что не упускайте возможности сделать людям приятное, тем более если рассчитываете наладить с ними добрые отношения.

Если у вас просят совета, в первую очередь задумайтесь, действительно ли человек в нем нуждается или просто хочет переложить на вас ответственность за свое поведение. В любом случае деликатно намекните, что можете высказать только свое личное суждение, а принимать решение человеку надлежит самому.

Испанская поговорка гласит: «Никому не советуй, воевать ему или жениться». Когда кому-то предстоит очень серьезное дело, осуществление которого никак не зависит от вас, то вы, подсказав решение, рискуете оказаться виноватым в случае неудачи.

Любая практическая помощь – лучше самого полезного совета. Если вы действительно заинтересованы в благополучии человека, лучше сделать для этого хоть что-то конкретное, а не ограничиваться словами.

Совет лучше облечь в форму не поучения, а примера. «Знаешь, у меня был товарищ, с которым случилось нечто подобное. Так вот он…» Как говорится, умному и этого будет достаточно.

Избегайте давать кому-то советы при посторонних – в этом случае они скорее всего будут восприняты с обидой, как упрек.

Давая совет, старайтесь делать это максимально деликатно и уважительно, не подчеркивая своего превосходства. Иначе человек – просто ради того, чтобы доказать, что и он не лыком шит, – может нарочно поступить вопреки самому разумному совету.

Избегайте давать непрошеные советы, иначе рискуете прослыть навязчивым и занудным.

Если заметите за собой, что у вас слишком часто появляется соблазн поучить окружающих уму-разуму, постарайтесь честно ответить себе на вопрос: так ли уж они на самом деле неразумны? Или, может быть, это вам просто хочется покрасоваться? А почему? Чего вам недостает для самоуважения? И нет ли лучших способов утвердиться в своих достоинствах, чем указывая другим на их слабость?

Каждый, кто берется давать нам советы, при этом исходит со своей личной позиции, которая может сильно отличаться от нашей. То, что может быть наилучшим решением для него, совсем необязательно станет таким же и для вас.

Не стоит прислушиваться к советам тех, кто сам находится в затруднительном или невыигрышном положении. Пускай трижды разведенный холостяк считает себя не только многоопытным, но и абсолютно счастливым, – его советы насчет семейной жизни вряд окажутся полезны. Точно так же бесполезно читать руководство «Как стать миллионером», если доподлинно известно, что его автор перебивается с хлеба на воду.

Умейте прощать людям их маленькую слабость – стремление с помощью советов самоутвердиться за ваш счет. И в каждом совете старайтесь различать, что говорится из желания вам помочь, а что – из амбиций говорящего.

Выслушивая совет, отделяйте объективную информацию от субъективного суждения. С чужим мнением совершенно необязательно соглашаться и безоглядно ему следовать, а вот неизвестные вам ранее сведения в любом случае полезно учесть.

И самое главное: всегда помните, что чужой совет может иногда неплохо помочь, но вашу жизнь вам предстоит прожить самому. Ни один советчик, даже самый разумный, не сделает этого за вас.

Какое настроение лучше?

Многие современные руководители стремятся создать атмосферу наивысшей сплоченности и производительности в своих коллективах, опираясь на рекомендации психологов. Не всегда это удается. Отчасти потому, что многие наблюдения и суждения психологов порой неоднозначны, даже противоречивы. Взять хотя бы такой простой вопрос – какое эмоциональное состояние обеспечивает наивысшую производительность? Ответ, казалось бы, очевиден. Если человек в плохом настроении, работа буквально валится у него из рук, а вот когда «душа поет» – и любое дело спорится.

Эта закономерность, казалось бы, находит подтверждение и в психологических экспериментах.

В одном опыте перед испытуемыми ставилась задача на нестандартность мышления. Требовалось прикрепить свечку к стене с помощью кнопок и коробочки со спичками. Решение состояло в том, чтобы использовать коробок, прикрепленный кнопками к стене, в качестве держателя. 75 %% из тех, кто перед началом опыта смотрел комедийный фильм, смогли найти верное решение по сравнению с 13 %, не видевшими этот фильм, и 20 %, смотревшими другой, некомедийный фильм. Это позволяет предположить, что люди, пребывающие в хорошем настроении, подходят к решению проблем по-иному, нежели те, кто находится в нейтральном или печальном состоянии. Первые отличаются повышенной реакцией, способностью вырабатывать простейшую стратегию решения и принимать первое же найденное решение. Иначе говоря, стимулирование хорошего настроения должно способствовать повышению творческой отдачи и благоприятно воздействовать на процесс решения жизненных проблем. В этой связи психологи советуют стремиться создать человеку ситуацию успеха, то есть такие условия, в которых он сможет ощутить удовлетворение от достигнутого. Как следствие – повышается настроение и возрастает вероятность дальнейших успехов.

Эти выводы, однако, не вполне согласуются с результатами других наблюдений. Замечено, что приподнятое настроение само по себе отнюдь не страхует от промахов и неудач. Например, игроки спортивной команды, которая ведет в счете, преисполняются энтузиазма, радостного возбуждения и из-за этого… чаще делают досадные ошибки. Напротив, человек в спокойном и даже несколько подавленном состоянии подходит к делу более обстоятельно и вдумчиво. Он, правда, скорее склонен к аккуратному исполнению рутинных процедур, особого творческого взлета от него не дождешься. Зато и промахи он допускает реже.

А вот канадские психологи в своих выводах пошли еще дальше. Ученые из Университета провинции Альберта обследовали работников крупного промышленного предприятия. Как выяснилось, те из них, кто находился в плохом настроении, совершали вдвое меньше ошибок, нежели их жизнерадостные коллеги. Специалисты считают, что такие результаты вполне логичны. Человек, приходящий на работу в приподнятом настроении, заботится о том, чтобы трудовая деятельность не омрачила его, в то время как пребывающий в унынии работник, напротив, стремится отвлечься и потому работает внимательнее и с большей отдачей.

С точки зрения здравого смысла, истина, как и всегда, лежит посредине, в равном удалении от крайностей. Хорошей работе не способствуют ни депрессия, ни эйфория. Вряд ли нужно специально стимулировать у работников жизнерадостность и оптимизм, но и наводить на них страх и тоску тоже, наверное, не стоит. Наилучших результатов добивается тот, кто умеет спокойно сосредоточиться на выполняемой работе. Любые сильные эмоции тут неуместны. Их лучше приберечь для личной жизни.

Чем болен прогульщик?

Многие руководители с пониманием относятся к легким недомоганиям своих подчиненных и разрешают заболевшему денек-другой посидеть дома, даже не требуя медицинских справок. Более того, у них не вызывает сочувствия рвение иных трудоголиков, готовых любую болезнь переносить «на ногах» и трудиться через силу. И такой либерализм – не просто свидетельство гуманности, он еще и вполне экономически оправдан. Ведь понятно, что от нездорового человека трудно ждать полной отдачи на работе, а если ему и удастся на рабочем месте пересилить болезнь, то рано или поздно он свалится всерьез и надолго. К тому же он может выступить разносчиком инфекции. Так что пускай лучше денек отлежится и поймет, нужна ли ему медицинская помощь, или можно, немного отдохнув, вновь приступить к работе. Тем более что большинство наших недомоганий кратковременные, проходят быстро, а обращение к врачу скорее всего приведет к выдаче минимум трехдневного бюллетеня.

Однако никакому руководителю не понравится, когда иной подчиненный начинает злоупотреблять его гуманизмом. А ведь такое случается нередко – человек периодически звонит на работу и просит о вынужденном отгуле в силу каких-то неотложных личных дел, а гораздо чаще – внезапного нездоровья. Невольно закрадывается подозрение – не идет ли тут речь о банальной симуляции?

По мнению ученых из Берлинского университета, в большинстве случаев не следует подозревать прогульщика в притворстве, ибо он на самом деле может быть серьезно болен. Вот только болезнь скорее всего не та, на которую он ссылается (тем более что зачастую и определить болезнь непросто, так как она скрывается за симптомами «общего недомогания»). Синдром, открытый немецкими исследователями, во многом напоминает тот, что давно известен в психиатрии под названием посттравматического расстройства. Обычно им страдают работники, рассчитывавшие на повышение по службе, однако его не получившие, либо просто люди, которые считают себя недооцененными. Работа начинает вызывать у них безотчетное отторжение, и за малейшее недомогание они хватаются как за повод от нее уклониться. Тем более что и недомогания не заставляют себя ждать. Ведь давно известно, что человек, недовольный жизнью, тем самым ослабляет защитные резервы своего организма и становится особенно уязвим для всяких хворей. К тому же замечено: в коллективах, где работники удовлетворены своим положением и заработком, где ни перед кем не закрыты перспективы роста, и уровень заболеваемости оказывается ниже. Исследователи из Берлина находят такому житейскому наблюдению научное обоснование.

А как обстоят дела в вашей фирме? Не слишком ли часто нездоровится ее сотрудникам? А может быть, и вы иной раз утром скрепя сердце набираете телефон шефа, чтобы пожаловаться на необъяснимые боли и попросить сочувствия? Оказывается, жаловаться надо не на это и совсем о другом надо просить. На любимое дело, которое к тому же приносит нам одобрение и вознаграждение, сил у нас всегда хватает, и почти никакая хворь ему не помеха. И лечится пресловутый синдром не таблетками, а реальными достижениями. Вот только это «лекарство» в аптеке не купишь…

Руководство без крайностей

Император Фридрих Великий в своем завещании напутствовал военачальников будущего: «Хороший солдат должен бояться своего унтер-офицера больше, чем противника».

Как бы ни была жестока эта формула, на ее основе была построена одна из самых боеспособных армий своего времени.

Понятно, что приемы, допустимые и даже полезные в воинском деле, мало применимы в иных формах человеческих отношений. Тем не менее многие современные руководители невольно придерживаются заповеди великого полководца. Приказная система отношений, беспрекословное подчинение и строгие взыскания видятся им лучшей формой управления подчиненными. Специалисты называют такой стиль руководства авторитарным и справедливо указывают на многие его издержки. В коллективе, которым руководят жестко и директивно, складывается не самая благоприятная психологическая атмосфера, да и трудовая мотивация «из-под палки» не слишком эффективна.

Противники такого стиля часто впадают в противоположную крайность. Работникам предоставляется изрядная свобода, дистанция с руководством сокращается до минимума, взыскания не практикуются, в отношениях царит панибратство. Такой стиль руководства специалисты называют либерально-попустительским. Он тоже имеет серьезные издержки, хотя и другого рода. Отсутствие требовательности расхолаживает многих работников, деловые отношения становятся несерьезными и безответственными. На результатах деятельности предприятия это сказывается не лучшим образом.

Стали уже банальными призывы к некой «золотой середине», которую можно охарактеризовать как демократичный стиль руководства. Тонны бумаги исписаны о том, как следует делегировать полномочия, привлекать работников к принятию решений, сочетать известную свободу самовыражения с ответственностью за порученное дело.

Увы, все эти добрые советы очень трудновыполнимы. Редкое учреждение может похвастаться тем, что в нем достигнут по-настоящему демократичный стиль управления, хотя многие к этому стремятся. А все дело в том, что этот оптимальный стиль по старинке противопоставляют авторитарному и попустительскому, не замечая, что он – вовсе не противоположность им, а их разумное сочетание. Казалось бы, невозможно сочетать несовместимое. Однако подлинных успехов добивается тот, кому это все-таки удается.

При всех своих издержках обе крайности имеют и свои преимущества. Их совмещение состоит в отказе от издержек и культивации преимуществ, причем в том неповторимом сочетании, которое диктуется конкретными условиями работы. Авторитарный стиль руководства абсолютно не применим к работникам самостоятельным, творческим, чей главный мотив – самовыражение в избранном деле. Загнанные в рамки жестких предписаний и строгой отчетности, такие люди сникают и теряют интерес к делу. Способные к созданию пускай маленьких, но шедевров, они начинают производить ремесленную штамповку. Им просто необходимо предоставлять большую самостоятельность и достаточно свободный режим. В конце концов, можно даже закрыть глаза на некоторые причуды такого работника. Иные сочтут такое недопустимым либерализмом, но другой стиль в данном случае чреват и вовсе нулевым результатом.

Однако некоторые элементы авторитаризма необходимы в руководстве любым учреждением. Да, начальник должен быть не бездушным цербером, а старшим товарищем своим подчиненным. Но это вовсе не означает, что он должен быть им приятелем. Ведь от приятеля в ином случае можно и отмахнуться, а начальник вправе требовать исполнения своих указаний и взыскивать за недостатки. Поэтому деловые и неформальные отношения лучше принципиально разделять, отведя для неформальных отношений сферу досуга.

К тому же есть определенная категория работников, которые сильны как исполнители, но которые без четкого руководства теряются. Для них директивы должны быть сформулированы максимально ясно и определенно, с указанием сроков исполнения и параметров качества. Это особенно касается всяких рутинных, ритуализированных функций, тем более что аккуратные исполнители предпочитают именно такую работу и не стремятся к личной ответственности.

Говорят: «Два сорта людей никогда не добьются успеха – те, кто не умеет выполнять указания, и те, кто умеет только выполнять указания».

Применительно к руководителю эту истину можно перефразировать так: «Плох тот начальник, который не умеет приказывать, но не лучше и тот, кто умеет только приказывать».

Личное пространство успеха

Как вам лучше работается – в уединении или в окружении других людей? Ответы тут могут быть самые разные. Кто-то скажет, что присутствие других его стимулирует – появляется возможность продемонстрировать всем свою работоспособность, эффективность, да и просто не хочется ударить в грязь лицом. Поэтому человек и работает лучше. К тому же на глазах у людей неловко постоянно отвлекаться и бить баклуши, так что дело поневоле движется. Наверное, этот механизм и используют управленцы разных стран, организуя пространство рабочих помещений таким образом, что каждый работник постоянно находится на виду у коллег и, что немаловажно, у начальства.

Иные, напротив, утверждают, что в окружении других людей им работается хуже. Окружающие вольно или невольно отвлекают и даже раздражают. Особенно когда дело не ладится – тут чужое присутствие не только не помогает, но даже мешает сосредоточиться на задаче. Соответственно и эффективность работы падает.

Как это ни странно, по-своему правы и те, и другие. Психологи установили, что успех любой деятельности в зависимости от присутствия окружающих подчиняется определенной закономерности. Но эта закономерность неоднозначна. Когда дело касается сравнительно несложных задач, то их решение в присутствии других людей идет лучше, чем в одиночестве. Однако по мере усложнения задач этот эффект пропадает и даже сменяется противоположным – серьезному делу, требующему сосредоточенности и самоотдачи, окружающие только мешают.

Психологи предлагают этому феномену простое объяснение. У любого живого существа, в том числе и человека, присутствие себе подобных вызывает некоторое возбуждение – ведь другие всегда способны так или иначе повлиять на его судьбу. Самое главное – они всегда, вольно или невольно, наблюдают за его поведением и оценивают его, а это еще больше повышает возбуждение. Когда ты решаешь простую задачу и скорее всего добьешься успеха, чужая оценка не слишком беспокоит – ты и так в себе достаточно уверен. Если же задача сложна и успех не гарантирован, то и оценка непредсказуема, а это не может не заботить. К тому же над серьезной задачей порой необходимо просто серьезно подумать, а со стороны это может производить впечатление безделья. И человек начинает суетиться, судорожно что-то предпринимать, но это нисколько не приближает его к результату.

Руководителям надо понимать: в окружении постоянно куда-то снующих и переговаривающихся коллег довольно хорошо выполняются рутинные операции, требующие автоматизированных действий и шаблонных решений. Если же работник занят решением творческой задачи и вы ждете от него нестандартного подхода к проблеме, оригинального решения, – эффективность его труда возрастет, если создать для него хотя бы иллюзию уединения. Если невозможно предоставить ему личный кабинет, то желательно хотя бы огородить рабочее место специальными перегородками наподобие ширм, которые ныне широко используются в офисах. Оборудованный таким образом офис чем-то напоминает пчелиные соты, где в каждой ячейке работник самостоятельно и сосредоточенно решает поставленную задачу.

Не так давно редакция одной известной московской газеты переехала в новый офис, в котором сотрудники лишились своих индивидуальных рабочих мест и оказались сгруппированы по несколько человек буквально плечом к плечу. На глазах стал меняться и стиль газеты – исчезла оригинальность суждений, чаще стали мелькать затертые банальности и штампы. А ведь этот феномен касается не только газеты!

В конце концов, не будем забывать и о том, что окружающие своей активностью создают множество отвлекающих стимулов. Причем это невольно делает каждый. Согласно данным недавно проведенного опроса, 85 % владельцев мобильных телефонов убеждены, что ничем не нарушают покой окружающих. В то же время свыше половины опрошенных признались, что их раздражают неожиданно раздающиеся звонки чужих телефонов, да и окружающие люди не всегда ведут себя деликатно – разговаривают слишком громко и т. п. То есть мы обычно не замечаем, что создаем другим неудобства, хотя точно такое же поведение других людей нам зачастую неприятно.

В многолюдном офисе это превращается в серьезную проблему. По данным еще одного опроса, 70 % офисных работников считают, что работали бы гораздо продуктивнее, если бы обстановка вокруг была потише. И их легко понять. Чужие разговоры, перемещения, телефонные звонки мешают сосредоточиться на решении собственной задачи. Об этом нелишне помнить любому руководителю. Исполнителей низшего звена, занятых выполнением рутинных операций, можно содержать и в общем «загоне». Настоящему профессионалу для полной самореализации требуется элемент приватности, и для пользы дела стоит ему ее обеспечить.

Сделай паузу

Давно ушли в прошлое те времена, когда считалось, что достичь наивысшей эффективности от работников можно только «не давая им спуску». Потогонная система труда изнуряет человека физически и психологически и заставляет работника самого невольно отыскивать любую возможность послабления. Те же, кто из добросовестности или просто из страха действительно не дает себе спуску, в итоге оказываются жертвами так называемого синдрома хронической усталости, принявшего в последние годы характер всемирной эпидемии.

То, что персоналу необходимы узаконенные перерывы для отдыха, руководители осознали давно. Благотворное влияние «перекуров» (понятно, что к некурящим это относится в не меньшей мере) подтверждалось неоднократно, но есть и более веская причина, по которой их следует санкционировать. Какая? Очень простая: предоставит компания своим работникам право устраивать перерывы или нет, они все равно будут отдыхать. А коль скоро потерь времени избежать невозможно, компаниям предпочтительнее выступить в роли благодетеля и предоставить право на передышки в качестве дополнительной льготы.

Если персоналу официально предоставляется право на перерывы для отдыха, количество самовольных перерывов уменьшается, но полностью они не исчезают. К числу положительных эффектов таких перерывов можно отнести увеличение производительности труда и улучшение настроения персонала, меньшую усталость и скуку, то есть перед нами впечатляющий пример того, как сокращение номинального рабочего времени может обернуться увеличением продуктивности.

Американский психолог Колин МакКей давно изучает эту проблему. По его наблюдениям, попытки побороть накапливающуюся усталость скверно сказываются на производительности труда. МакКей считает, что отдых – пускай и кратковременный – должен быть преимущественно профилактическим, то есть предшествовать переутомлению. Наибольшую пользу приносят короткие и частые паузы – так, 5–10-минутный перерыв после 50–60 минут работы оказывается более эффективным, чем 15-минутные перерывы после двухчасовой работы. Помимо этого положительный эффект оказывают и «микропаузы» (по 5–7 секунд), если позволять их себе через каждые несколько минут работы. Так что руководителям следует иметь в виду: работник, сладко потягивающийся или застывший с закрытыми глазами над своим рабочим местом, скорее всего не отлынивает от своих обязанностей, просто он интуитивно открыл для себя приемы поддержания высокой работоспособности. И за это его следует не отчитать, а скорее поощрить.

Американские исследователи решились на один не очень корректный, но показательный опыт – они втайне записывали на магнитофонную пленку разговоры, которые ведутся возле кофейных автоматов, в «курилках», то есть там, куда работники отлучаются со своих рабочих мест. Можно предположить, что по большей части это разговоры о чем угодно, кроме работы. Оказалось – совсем наоборот! Примерно три четверти «праздных» разговоров так или иначе затрагивали профессиональные темы. И даже то, что можно было бы счесть досужими сплетнями, по большому счету оказывало благотворное влияние на психологическую атмосферу в коллективе, стимулировало заинтересованность работников друг в друге.

Правда, исследователи обратили внимание: благотворный эффект так называемых кофе-пауз сильно преувеличен. Принято считать, что кофе – хороший стимулятор и после приема чашечки этого напитка работается и думается лучше. На самом деле при регулярном приеме кофе наступает банальное привыкание, стимулирующий эффект фактически сходит на нет. Если же человек ожидает, что очередная чашечка его подстегнет, то он может быть даже разочарован отсутствием заметного эффекта.

Так или иначе, позитивный эффект пауз очевиден, и ими не следует пренебрегать. К тому же санкционирование перерывов может улучшить отношение персонала к руководству: работники склонны считать, что в такой форме о них выражается простая человеческая забота. Да и самим руководителям нелишне выкроить минутку-другую для перерыва в своем напряженном графике. Ведь руководитель – тоже работник, причем особенно уязвимый для переутомления!

Как удлинить день?

Много веков назад премудрый Сенека сетовал: «Часть времени у нас отнимают силой, часть похищают украдкой, но обиднее всего та потеря, когда мы сами упускаем свое время сквозь пальцы».

Современные специалисты по тайм-менеджменту (организации времени) готовы согласиться с древним мудрецом. Недостаток времени, который у многих деловых людей вызывает сильнейший стресс, возникает не столько из-за обилия требующих решения задач, сколько из-за непредсказуемых и неоправданных потерь времени. Сегодня деловые люди, опираясь на рекомендации экспертов, стараются планировать свой рабочий день таким образом, чтобы распределить время для решения проблем в соответствии с их важностью и срочностью. Однако даже те, кто научился строить рациональные и, казалось бы, вполне реалистичные планы, бывает, обнаруживают в конце рабочего дня, что из намеченных дел выполнена лишь половина. «Мне бы еще пару часов…» – едва ли не каждый вечер говорят себе директора и их заместители, референты и курьеры, управляющие и секретарши. И при этом не отдают себе отчета, что эти часы в самом деле были у них отняты, похищены или просто потрачены впустую.

Среди тех факторов, которые чаще всего отрывают нас от дела в течение рабочего дня, можно выделить трех самых главных «воров времени» – это ваши непрошеные гости, неожиданные телефонные звонки и… вы сами.

Как это ни покажется странным, вы сами мешаете себе заниматься делом гораздо чаще, чем кто-либо еще. Занимаясь прочтением почты, анализом новостей или подготовкой документации, вы нередко начинаете думать о чем-то, не относящемся к делу, вторгшемся в ваше сознание в силу случайной ассоциации и полностью захватившем ваши мысли. Для философа или писателя такое состояние даже желательно, ибо может навести его на неожиданные творческие ходы. А вот деловому человеку этого следует избегать, иначе «поток сознания» рискует увести его слишком далеко от конкретных насущных задач.

Чтобы уменьшить количество времени, которое тратится на посторонние мысли, психологи советуют усвоить два принципа. Первый из них можно назвать методом объединения. Он основывается на том, что если сгруппировать проблемы одного типа и решить их в рамках единого отрезка времени, то можно успеть гораздо больше. Переключение внимания с одной задачи на другую – это тоже своего рода проблема, для своего решения она требует времени и сил. Поэтапное решение однотипных задач смягчает эту проблему и значительно экономит время.

Второй принцип требует сосредоточиться на самом деле, а не на условиях или средствах его выполнения. Иными словами, если уделить немного времени необходимой подготовке до начала работы, то можно избежать многих непредвиденных остановок и затруднений. Например, очистив рабочий стол от ненужных в данный момент бумаг, вы избавите себя от необходимости отвлекаться на поиск нужного документа, да и просто не утратите концентрацию из-за нечаянных взглядов на лишние предметы. Если известно, что для работы понадобятся какие-то справочники или материалы, лучше заранее позаботиться, чтобы они были под рукой.

И все же главное, что требуется для целенаправленной работы, – это самодисциплина. Ничто другое не способно так управлять концентрацией внимания, как собственное сознание. И только четкая установка на скорейшее завершение начатого способна не пропустить в голову несвоевременные мысли.

Неожиданные телефонные звонки также могут оказаться серьезной проблемой. Руководители высокого ранга могут доверить ее решение секретарше, остальным приходится справляться с нею самим. Здесь неоценима помощь коллег – когда перед вами стоят неотложные задачи, требующие сосредоточенности, доверьте им отвечать на звонки, пообещав взамен выполнить ту же роль, когда кому-то из них особенно понадобится спокойствие. Обычно вежливая ссылка по телефону на вашу занятость никого не оставляет недовольным. Само собой, в случае чрезвычайной важности звонка от дела все же придется оторваться. Остальным абонентам (разумеется, тем, в ком вы сами заинтересованы) вы сможете ответить в удобное для вас время.

Другая проблема – непрошеные гости. Чаще всего это коллеги. Они заглядывают к вам, чтобы решить какой-то действительно важный вопрос, а заодно еще десяток попутных. Отвадить этих «воров времени» можно разными способами, которые, к сожалению, по большей части неделикатны. Самый безобидный способ сохранить свое время от чужих посягательств – установить своего рода «тихий час», выбрав для него тот период, когда вы чувствуете себя в наилучшей форме для решения накопившихся проблем. Пришельцам об этом может сигнализировать табличка на дверях вашего кабинета, а коли нет отдельного кабинета – то секретарь по вашей просьбе. Очень скоро ваш рабочий режим станет известен тем, кто имеет обыкновение в него вторгаться, и они, вероятно, постараются выбрать для своих визитов «приемные часы».

Если же значительно сократить потери все-таки не удается, попробуйте хотя бы в течение недели вести дневник учета времени, отмечая в нем, по какому поводу и сколько времени было потрачено непродуктивно. Записи за несколько дней позволят вам найти ту «пробоину», в которую утекают так необходимые минуты и часы. Тогда ее останется только «залатать»!

Испытание отпуском

Все мы стремимся в отпуск, чтобы восстановить подрастраченные силы – физические и душевные, ну и, разумеется, интеллектуальные. Нередко приходится слышать: «Голова совсем не соображает – пора в отпуск». По мнению немецкого психолога Зигфрида Лерла, это опасное заблуждение. Так по крайней мере явствует из недавно обнародованного им сенсационного открытия. Доктор Лерл, профессор медицинской психологии в г. Эрланген, много лет изучает проблему умственных способностей. Для их оценки на Западе, а в последние годы и у нас, используется так называемый интеллектуальный коэффициент, или IQ. У большинства людей этот коэффициент равен примерно 100 баллам; IQ свыше 120 свидетельствует о высокой одаренности, ниже 80 – об умственной отсталости. Принято считать, что интеллектуальный коэффициент взрослого человека – это относительно стабильный показатель. Иногда, правда, может наблюдаться некоторое его снижение (на несколько баллов) в силу разных причин, в первую очередь – усталости. Доктор Лерл, напротив, утверждает: люди глупеют в результате отдыха. Ученый измерил IQ нескольких десятков добровольных испытуемых перед их уходом в отпуск, а затем – по возвращении из отпуска. Оказалось: три недели безделья снижают интеллектуальный коэффициент в среднем на 20 баллов. По мнению психолога, длительное расслабление и отказ от интеллектуальной деятельности приводят к утрате навыков концентрации, снижению способности находить решения проблем.

Он советует отпускникам не «отключаться» всецело, а уделять хотя бы некоторое время таким играм, как шахматы или бридж, требующим умственного напряжения. Но самое лучшее – специальные упражнения для тренировки мозга.

Впрочем, тут-то, похоже, и таится секрет «сенсационного» открытия. Дело в том, что доктор Лерл успешно совмещает амплуа ученого и бизнесмена. Он является президентом Ассоциации тренировки мозга, автором соответствующих упражнений и ведущим специальных тренингов. Трудно сказать, как новые данные повлияют на поведение миллионов отпускников, однако клиентура предприимчивого психолога увеличилась изрядно.

Если же относиться к проблеме отпуска без иронии (а это в самом деле серьезная проблема), то нелишне учесть и возможные издержки. Слишком многим деловым людям не удается даже в период заслуженного отдыха отвлечься от забот, восстановить душевное равновесие. Виной тому привычка постоянно «держать руку на пульсе», убеждение, что в их отсутствие дела непременно пойдут вкривь и вкось. Специалисты – медики и психологи – советуют людям, постоянно живущим в напряженном деловом ритме, проводить отпуск вдали от места работы, постараться максимально сменить обстановку.

Даже мобильный телефон, без которого многие не мыслят своего существования, рекомендуется установить в режим автоответчика, чтобы лишь в крайних случаях отвечать на звонки исключительной важности.

Впрочем, нежелательна и слишком резкая смена обстановки с обыденной на экзотическую. Психологи из австрийского города Инсбрук, где расположен знаменитый горный курорт, обследовав десятки отпускников из разных стран, пришли к неутешительному выводу: многие из обследованных даже в курортных условиях пребывают в состоянии сильного стресса. Виной тому – необходимость адаптации к непривычным условиям, незнакомому языку, чужим культурным нормам. Необходимость постоянно ориентироваться, подстраиваться, приспосабливаться сама по себе выступает нелегким испытанием для организма и психики. Наверное тем, кому в повседневной жизни не хватает сильных ощущений, и можно посоветовать устремиться в неизведанные дали в поисках приключений. Тем же, у кого и в будни голова идет кругом от трудноразрешимых проблем, лучше не слишком часто менять место отдыха, напротив – выбрав пару любимых уголков, отдавать предпочтение именно им, где, в отличие от бурлящего офиса, все проблемы решаются легко и привычно.

Обжигающий ветер странствий

«Париж. Ветер. Прическа в порядке. – Лондон. Дождь. Прическа безупречна. – Нью-Йорк… – Токио… – Сан-Франциско…» Многим памятен этот яркий рекламный ролик, прославлявший какое-то средство для ухода за волосами (речь сейчас не о нем!), а заодно – пускай и невольно – кочевой образ жизни некоей преуспевающей особы, которая повсюду в мире нарасхват. Наверное, тысячи девчушек, прильнув к экранам телевизоров, завистливо вздыхали: «Везет же некоторым!..» И при этом вряд ли отдавали себе отчет, какие чувства на самом деле должен испытывать человек, постоянно оторванный от дома и обреченный метаться между часовыми поясами, климатическими зонами и очагами разных культур.

Еще не так давно одно упоминание о возможности зарубежных командировок превращало любую вакансию в очень соблазнительную. В наши дни о дальних краях продолжают наивно мечтать лишь те, кому в родном краю не удалось прочно встать на ноги. Те же, кому удалось найти свое место, предпочитают изредка по своему собственному выбору съездить в облюбованную страну или город посмотреть достопримечательности и приятно провести время. Обаятельная кочевница с безупречной прической из рекламного ролика вызывает у них искреннее сочувствие. Ибо, как свидетельствует опыт, живется ей на самом деле несладко.

Давно ли вы последний раз летали самолетом? Даже если это было не вчера, вы наверняка вспомните, с какими стрессами связано воздушное путешествие. Очереди на регистрацию, задержки и отмены рейсов, подозрительность таможенников, постоянный риск потери багажа… Не говоря уже о так называемой «еде», которую подают в самолетах. К тому же, по данным опросов, примерно каждый пятый из нас склонен испытывать безотчетное беспокойство, которое возникает, стоит лишь самолету оторваться от земли, и проходит только после благополучной посадки.

Все эти переживания кажутся пустяками, когда раз или два в году летаешь на заморский курорт. Но оказывается, не менее сильный стресс поджидает и за воротами аэропорта. Нечто подобное обнаружили в своих исследованиях ученые из университета города Инсбрук. Они изучали психологическое самочувствие отпускников, приезжающих из-за рубежа на этот знаменитый горный курорт. Выяснилось, что многие люди, временно освободившись от повседневных забот, начинают страдать от душевных проблем, проявляют склонность к меланхолии и даже к агрессии.

Психологи считают, что большинство отдыхающих испытывают чрезмерную психологическую нагрузку от столкновения с новой средой, чужими нравами и языком, а также от резкой смены образа жизни. Это нелишне иметь в виду тем, кто мечтает исколесить весь свет. Видимо, для душевного равновесия полезнее все-таки не слишком часто менять место проведения отпуска. А если речь идет вовсе не об отпуске, а о необходимости решать вдали от дома серьезные деловые проблемы? Понятно, что этим стресс только усугубляется.

Американская компания Hyatt Hotels, проведя опрос среди своих сотрудников, часто совершающих деловые поездки, выяснила, что один из каждых трех опрошенных с удовольствием отказался бы от них, если бы не боялся, что это повредит его карьере. Половина сотрудников признались, что в будущем намерены отказаться от работы, которая вынуждает много времени проводить вдали от дома. Наибольшую озабоченность проявили семейные люди: они испытывают не только неудобства от такого образа жизни, но и чувство вины за то, что вынуждены бросать своих близких и практически лишены возможности участвовать в воспитании своих детей.

Результаты других опросов свидетельствуют, что задержки рейсов вызывают сильный стресс у 50 % бизнесменов, совершающих деловые поездки, а 30 % всякий раз с беспокойством ожидают выдачи багажа, опасаясь его утери. Анкеты, заполненные постояльцами отелей Hilton, свидетельствуют, что более половины из них страдают бессонницей, несмотря на роскошные условия и безупречный сервис.

Дополнительная проблема для совершающих деловые поездки связана с питанием. Половина опрошенных признались в том, что в разъездах регулярно переедают, а 25 % – пьют больше, чем обычно. По данным Всемирного Банка, его расходы на медицинское обслуживание сотрудников, регулярно совершающих деловые поездки, на 80 % превышают расходы на лечение тех, кто «ведет оседлый образ жизни».

Вы все еще мечтаете о дальних командировках?

Коварные мелочи жизни

В жизни современного человека постоянно возникают проблемы, решить которые очень непросто либо и вовсе невозможно. В результате накапливается нервно-психическое напряжение, которое мешает полноценно жить и работать. Казалось бы, чем серьезнее проблема, неприятность или утрата, тем более острые переживания она вызывает. Целая армия консультантов и психотерапевтов своими советами старается помочь деловым людям, измученным хроническим стрессом. Но и эти специалисты порой пасуют перед необъяснимыми на первый взгляд ситуациями. Многие преуспевающие руководители и менеджеры не могут пожаловаться на серьезные осложнения своей карьеры, да и в личной жизни не страдают от серьезных конфликтов и утрат. Тем не менее и они, бывает, ощущают явно завышенное напряжение, готовое прорваться в самых неожиданных ситуациях. Что же их беспокоит?

Несколько лет назад американские психологи Т. Холмс и Р. Рей предложили объяснение, подкупающее своей простотой и четкостью. Ими была составлена шкала стрессовых факторов, получившая всемирную известность и опубликованная впоследствии во многих изданиях. Важные события и явления человеческой жизни исследователи проранжировали (от 1 до 100 баллов) по степени вызываемого ими нервно-психического напряжения. По наблюдениям Холмса и Рея, самым травмирующим событием (на шкале оно отмечено 100 баллами) выступает смерть близкого родственника. Далее, по убывающей, следуют развод, тяжелая болезнь, тюремное заключение, потеря работы и прочие неприятности, отрицательное влияние которых сомнений не вызывает.

Небезынтересно, что среди серьезных стрессовых факторов выступает и денежная задолженность, особенно крупная (чем крупнее долг – тем больше баллов по шкале стресса). Об этом нелишне помнить нашим предпринимателям, чья деятельность постоянно связана с принятием на себя финансовых обязательств. Даже если вы уверены в своей способности вернуть взятый кредит или оплатить оговоренные поставки, стресса в таком положении никак не избежать.

В таблице Холмса и Рея привлекает внимание одна парадоксальная особенность. Наряду со всевозможными горестями и тяготами шкала включает и такие события, которые заставляют нас только радоваться, – например повышение по службе, рождение ребенка, получение наследства, а также отпуск, собственный день рождения и даже Рождество. Приятные переживания тоже создают нагрузку на нашу психику, то есть выступают стрессорами! Поэтому если ваша карьера складывается очень удачно – от успеха к успеху, – не удивляйтесь «необъяснимому» накоплению стресса. Груз успехов для нашей психики оказывается ненамного легче, чем груз невзгод.

На протяжении нескольких лет ни у кого не возникало сомнений в достоверности данных Холмса и Рея. Однако результаты опросов, проведенных недавно в США, заставили по-новому взглянуть на проблему хронического стресса. Оказалось, что, по мнению самих опрошенных американцев, наибольшее раздражение у них вызывают не крупные неприятности и невзгоды, а те досадные мелочи, которые на каждом шагу омрачают нашу жизнь. Свыше трети опрошенных заявили, что буквально выходят из себя, когда выясняется, что в супермаркете они встали не в ту очередь (а ведь по некоторым житейским наблюдениям – соседняя очередь всегда движется быстрее). Чашка едва теплого кофе, поданная нелюбезным официантом, может испортить настроение на целый день. 14 % опрошенных признались, что по-настоящему негодуют, когда возникает необходимость сменить пододеяльник (скроенный, как правило, так, что надевать его крайне неудобно). А большинство опрошенных заявили, что особое раздражение у них вызывают автомобильные пробки. Об этом и нам нелишне задуматься – ведь пробки, одно из неизбежных зол автомобилизации, прочно вошли и в нашу жизнь.

На Востоке говорят: «Тысяча комариных укусов страшнее укуса одной собаки». Похоже, главный вклад в нашу «копилку стресса» вносят именно мелочи, нам неподвластные и неизбежные.

А это уже и в самом деле серьезный повод задуматься. Если все в вашей жизни, кажется, складывается благополучно и поводов для огорчений практически нет, однако ж вас постоянно выводят из себя мелкие неудобства, то все ли в жизни на самом деле так благополучно? Не тяготит ли вас груз проблем, пускай и успешно решаемых? Действительно ли вам дороги те цели, на достижение которых вы кладете все свои силы? Устраивает ли вас общество людей, совместно с которыми приходится решать свои профессиональные задачи? Порой ответы на эти вопросы требуют изрядной честности и мужества, а иногда и не обойтись без помощи квалифицированного консультанта (хотя в большинстве случаев вполне достаточно вдумчивого самоанализа). Но только освободившись от бремени настоящих проблем, которые вас подспудно тяготят, можно избавиться и от эмоциональной зависимости от мелких неприятностей.

Клеймо или ореол?

Психология нынче в большой моде, а мода – дама поверхностная и взбалмошная. Следуя ее неразумным причудам, мы сегодня с легкостью готовы назвать плохое настроение депрессией, а вспышку раздражения – истерикой, не отдавая себе отчета, что используем серьезные термины без достаточных оснований. Больше других, пожалуй, повезло понятию «комплекс», также позаимствованному из лексикона психологов.

Кого мы имеем в виду, говоря о человеке закомплексованном? Того, кто не уверен в себе, робок, застенчив, находится во власти предрассудков и в силу этого не умеет добиваться своего. А вот человек без комплексов – это тот, кто уверенно шагает по жизни, не скован условностями, умеет и себя подать, и с другими поладить. Правда, «человек без комплексов» – оценка скорей неодобрительная, ибо слишком часто уверенность в себе обращается в самоуверенность, а раскованность легко перетекает в развязность, которая никого не красит. Тем не менее все мы стремимся от комплексов избавляться, считая их тяжелым бременем, едва ли не позорным клеймом. А как же иначе в наш динамичный век?

Над этим житейским представлением любой психолог только посмеется, ибо оно хоть в принципе и верное, но слишком примитивное и поверхностное. Специалисты, которые почти столетие назад ввели это слово в научный обиход, обозначали им отнюдь не только скованность и робость, а явление гораздо более глубокое и серьезное. В то же время, в представлении психологов, комплексы – это не недостаток, не болезнь, а качество, всем нам в той или иной мере присущее.

Зигмунд Фрейд писал: «Человеку не следует стремиться искоренять свои комплексы, а следует прийти с ними в согласие: они законно являются тем, что направляет поведение человека в мире».

Так что призывы бороться с комплексами надо воспринимать осторожно – полностью от них избавиться вряд ли возможно в принципе. С ними надо просто научиться жить. А для этого, разумеется, сначала понять, что же это такое.

Тут особенно важно подчеркнуть, что в истоках своих комплексов человек, как правило, не отдает себе отчета и продиктованное ими поведение считает частью своей натуры. В обыденной речи мы привыкли называть комплексами те наши особенности, которые мешают нам полноценно жить, общаться, работать, – о том, что не доставляет нам неудобства, мы даже не задумываемся. Ведь многое из того, что когда-то было нами глубоко и безотчетно прочувствовано, усвоено, нам жить не мешает, даже наоборот – составляет тот набор внутренних «тормозов», без которых в жизни не обойтись.

Проблемы начинаются тогда, когда в сложном внутреннем механизме побуждений и ограничений происходит перекос. Из-за него мы на своем жизненном пути сворачиваем в тупики, безрассудно лихачим на виражах либо беспомощно застываем на обочине. И тут не обойтись без наладчика этого механизма – психотерапевта, – который поможет предотвратить серьезную аварию.

Главной составляющей комплексов в негативном смысле этого слова выступает страх, который когда-то давно впитался в нашу душу перед лицом реальной или кажущейся угрозы. Из-за него мы – казалось бы, разумные взрослые люди – порой безотчетно боимся противоположного пола, начальства, публичных выступлений. Боимся повести себя неправильно, недостойно и этим заслужить осуждение, наказание. Так что по большому счету «житейские психологи» не так уж и не правы, считая скованность, «зажатость» главным проявлением наших комплексов. Впрочем, не единственным…

Кто более других склонен испытывать страх? Тот, кто безотчетно чувствует свою уязвимость, слабость, иными словами – неполноценность. Вообще-то именно комплекс неполноценности чаще всего имеют в виду, говоря о комплексах вообще. Тем более что в жизни он может принимать самые разные формы. Это и комплекс неудачника, мешающий смелым творческим начинаниям. Это и комплекс бедняка, заставляющий выискивать оправдания своей непрактичности. Это и комплекс страдальца, побуждающий упиваться набитыми шишками. Это и комплекс «гадкого утенка», не позволяющий проявиться красоте, присущей каждому независимо от формы носа и длины ног…

Само по себе чувство неполноценности не является болезнью или недостатком. Человек, в отличие от животных, рождается слабым, беззащитным и беспомощным, то есть с момента рождения постоянно испытывает недостаточность своих сил и ограниченность возможностей. Тяготясь своим несовершенством, он делает все для того, чтобы стать более совершенным. В этом плане чувство неполноценности является не тормозом, а стимулом.

Из истории известны примеры, когда стремление преодолеть свою неполноценность приводило к выдающимся результатам. Так, Демосфен, с рождения страдавший дефектами речи, благодаря своему стремлению справиться с недугом стал величайшим оратором. Или, к примеру, легендарный полководец Суворов – в детстве он был крайне слабым и болезненным, однако ценой самоотверженных упражнений сумел добиться исключительной физической стойкости и выносливости.

Вместе с тем вполне очевидно, что болезненное переживание собственной неполноценности может породить у человека неуверенность в своих силах, что создает ему многочисленные проблемы. Если переживания неполноценности начинают доминировать в душевной жизни человека, окрашивая ее в негативные эмоциональные тона, человек утрачивает способность к позитивному развитию своих творческих сил и дарований. Не чувствуя в себе сил для подлинной компенсации недостаточности, он избирает извращенные пути.

Оборотной стороной комплекса неполноценности часто выступает так называемый комплекс превосходства – человек всеми способами стремится возвыситься над другими людьми, чтобы тем самым компенсировать свою ущербность; верх в нем берут надменность, высокомерие и самодовольство. Средствами достижения превосходства обычно выступают всевозможные социальные символы – материальные и статусные. Для компенсации своего комплекса человек может стремиться к обогащению, всячески подчеркивая значение денег как мерила жизненного успеха, либо к обретению всевозможных званий и высоких должностей, позволяющих ему вопреки скромным способностям утвердить свое превосходство над другими. Так что безудержный карьеризм, погоня за инструментами и символами власти (одним из которых, совершенно очевидно, в человеческом обществе выступают деньги) во многих случаях являются не столько проявлением силы, сколько симптомом слабости. Характерно, что всевозможные руководства по обогащению и достижению жизненного успеха, инструкции по манипулированию людьми – любимое чтиво неудачников. Так что и надменный нувориш, считающий нищими всех, кто не так богат, как он, и начальник-самодур, и титулованный нарцисс, чья визитная карточка убористо испещрена его громкими званиями, и домашний тиран, изводящий близких своими придирками, – все они чаще всего жертвы комплексов.

Другим проявлением закомплексованности может быть стремление к собственной исключительности за счет противопоставления себя другим, ухода из полноценной социальной жизни – «в себя» либо в замкнутую касту таких же закомплексованных особ. Для психолога очевидно, что большинство приверженцев всевозможных экзотических учений и бредовых теорий – слабые, беспомощные люди, не умеющие самоутвердиться принятыми в обществе способами. Противопоставление себя «непосвященным» помогает им проникнуться иллюзорным ощущением своего превосходства и тем самым преодолеть гнетущее чувство своей никчемности.

Закомплексованность может выражаться и в преувеличении, акцентировании своей немощи, вплоть до «бегства в болезнь». Отчаявшись добиться признания со стороны окружающих, не имея возможности подкрепить свою самооценку реальными успехами и достижениями, человек порой начинает, сколь это ни парадоксально, упиваться своими неудачами, поражениями и даже болезнями. Более того, он может безотчетно провоцировать возникновение разных болезненных симптомов, чтобы хоть таким способом привлечь к себе внимание и вызвать сострадание близких.

Заметив в себе склонность к такому поведению, впору в самом деле задуматься об избавлении от комплексов. А для этого надо отказаться от извращенных путей самоутверждения, постараться заслужить поощрение своих реальных достоинств и достижений. Пускай люди скажут: «Ты – не ничтожество! Ты кое-чего стоишь!» А для этого, понятно, надо быть хоть чем-то людям интересным и полезным. Так позаботимся об этом!

О пользе дневников

Длительные отрицательные эмоции пагубны для здоровья. Поэтому очень важно не «зацикливаться» на них, а переключаться на что-нибудь другое, причем необязательно только на радостное. Ибо, как выяснилось, привычка постоянно убеждать себя и других, что «все прекрасно», тоже может иметь неблагоприятные последствия для организма. Например, психологи из Университета Эдельфи (Нью-Йорк) убеждены в том, что американская манера на все вопросы о делах, семье и прочем отвечать «О'кей!» вредна для здоровья. Таким образом человек не избавляется от своих проблем, а лишь загоняет их поглубже внутрь. Переживания, скрываемые за показной улыбкой, не исчезают, а накапливаются в глубине души, порой прорываясь в «необъяснимых» приступах недомогания. Исследования показали, что людей с комплексом отрицания негативных переживаний чаще настигают болезни сердца, рак и другие недуги.

Ученые предлагают такой выход – ведите дневник. В пользу этого свидетельствуют результаты следующего эксперимента.

Две группы людей работали в одинаковых условиях – напряженный ритм, стрессовые ситуации. Одной группе предложили записывать в течение нескольких дней то, что в последнее время наиболее сильно их травмировало на работе и в быту. Люди ежедневно 15–20 минут честно фиксировали негативные переживания в дневнике. Другая группа вела себя как обычно. И вот что выяснилось: те, кто «изливал душу» хотя бы наедине с собой, чувствовали себя лучше, чем те, кто не имел такой привычки.

По мнению многих исследователей, дневник помогает снять излишнее возбуждение, улучшить работу иммунной системы и дает положительные результаты при лечении широкого диапазона заболеваний, начиная от простуды и гриппа и кончая душевными расстройствами. Причем независимо ни от возраста, ни от национальности, ни от уровня умственного развития. Интересно, что больший положительный эффект методика оказывает на сильный пол. Вполне вероятно, что это связано с тем, что в отличие от прекрасной половины мужчины не любят говорить вслух о своих чувствах.

Механизм такой «письменной психотерапии» пока остается загадкой, но благотворный эффект вполне очевиден. Похожей методикой с успехом пользуется норвежский психотерапевт Нильс Лифсен. Он предложил страждущим присылать ему письма с подробным описанием своих переживаний. Так люди получили едва ли не самое важное – возможность выговориться.

Спустя некоторое время на совещании психотерапевтов перед Лифсеном неожиданно извинился его давний научный оппонент. Оказывается, он написал Лифсену письмо, в котором в резких выражениях критиковал его за «шарлатанство». Однако после того, как ученый отправил это гневное послание, он сразу успокоился и тем самым убедился в действенности метода своего противника.

«Не извиняйтесь, коллега, – добродушно ответил Лифсен. – Честно говоря, я не читаю этих писем».

Пища для ума. Съел – и порядок?

Мечта многих студентов – магическая таблетка, которую можно было бы проглотить накануне экзамена и тем самым моментально нагрузить голову необходимыми знаниями в полном объеме.

Люди, не чуждые фантазии, но более здравомыслящие, отдают себе отчет в побочных эффектах такой инъекции. Не секрет, что изрядная часть знаний, преподаваемых в процессе обучения, рискует остаться никогда не востребованной. Поэтому радикальный фантастический способ усвоения чреват опасной перегрузкой. Уж коли мечтать о магической таблетке, то на пару с антидотом, с помощью которого по получении вожделенной пятерки можно было бы враз стереть из памяти ненужный излишек информации.

Самые здравомыслящие не тешат себя фантазиями и полагаются на традиционные источники усвоения. Но и они в стрессовой предэкзаменационной обстановке иной раз подумывают о каких-то стимулирующих средствах, которые позволили бы обострить восприятие, внимание и память и тем самым способствовать усиленной умственной работе. При этом изобретательность большинства дальше чашки кофе не идет. Но многие дают себе зарок в будущем заняться наконец самосовершенствованием. Ведь профессиональные психологи на все лады расхваливают разработанные ими тренинги интеллекта, всевозможные мнемические приемы, рациональные способы восприятия и обработки информации, освоение которых обещает превратить любого троечника если не в Спинозу, то уж по крайней мере в отличника.

Разработчики таких приемов с особым энтузиазмом рекламируют их общедоступность и компактность – невероятный прогресс якобы достижим за несколько недель, а то и дней. Скептики, однако, предостерегают от иллюзий – магической таблетки не существует, как не бывает и ее «психологических» аналогов. И это, пожалуй, даже хорошо. Ведь если бы столь радикальные средства существовали на самом деле, последствия их применения могли бы быть далеко неоднозначно положительны.

Американский писатель Кристофер Энвилл один из своих научно-фантастических рассказов назвал «Небывалый расцвет интеллекта». В нем он повествует о том, как в недалеком будущем некая фармацевтическая фирма, экспериментируя со стимуляторами мозговой активности[2], изобретает замечательный препарат, невероятно повышающий аналитические способности. Опробованный поначалу предприимчивыми студентами (следствие – потрясающий рост академической успеваемости), препарат быстро завоевывает широкую популярность, его начинают с энтузиазмом потреблять все – от уборщика мусора до министра. Результат плачевен – общество, состоящее из одних философствующих умников, оказывается абсолютно нежизнеспособно. И ради спасения человечества фирма приступает к срочному созданию антисредства, которое позволило бы нейтрализовать чудовищный эффект массового интеллектуального роста.

«Фантастика!» – иронично усмехнется читатель. И будет не прав! Ибо то, что можно было назвать фантастикой еще четверть века назад, в наши дни обретает черты пугающей реальности. Революция в сфере совершенствования когнитивных способностей на самом деле уже свершилась. Просто это была своего рода «тихая» революция, которой почему-то не придала значения научная общественность, в частности психологическая. А ведь именно психологам следовало бы уделить этой проблеме особое внимание. И не столько потому, что открытие химической панацеи рискует лишить их привычного заработка в виде всевозможных тренинговых манипуляций. Дело в том, что на повестку дня поставлен серьезнейший вопрос – отчасти психологический, но во многом и философский, этический – о целесообразности столь радикального совершенствования, о его допустимых пределах и возможных издержках.

К этой проблеме привлекает внимание публикация в одном из июньских номеров газеты «Крисчен Сайнс Монитор». В наших краях это авторитетное издание не очень популярно, и проблемная статья исключительной важности рискует остаться незамеченной. Поэтому далеко не лишне уделить ей особое внимание.

Научный обозреватель газеты Грегори Лэмб называет конкретные препараты, потребление которых с целью психологического самосовершенствования приняло в последние годы массовый характер. Так, «Риталин», препарат талин, первоначально разработанный для лечения синдрома дефицита внимания с гиперактивностью (СДВГ), в настоящее время широко принимается лицами, вовсе не страдающими этим синдромом. Основные его потребители – те же студенты, по мнению которых, препарат способствует концентрации внимания в период предэкзаменационной подготовки. Каков может быть долгосрочный эффект такой самодеятельности, пока неизвестно.

Аналогично лекарственный препарат «Модафинил» был разработан для лечения нарколепсии – довольно редкого заболевания, которое, в частности, выражается в неодолимой дневной сонливости. Сегодня это средство широко используется совершенно здоровыми людьми с простейшей целью – взбодриться, преодолеть переутомление, поддержать необходимый уровень активности в ходе напряженных будней.

Автор статьи указывает также и на некоторые безмедикаментозные, но не менее экзотические приемы. Всего несколько лет назад магнитная стимуляция черепной коробки находила ограниченное применение в лечении депрессии. Сегодня доказано, что таким способом можно временно повысить способности к решению задач. Остается только догадываться, что будет, когда соответствующий прибор (кстати, не такой уж сложный и дорогой) будет выброшен на рынок прагматичными предпринимателями.

Грегори Лэмб не обошел вниманием еще один препарат, достоинства которого стали предметом обсуждения сотен публикаций в западных изданиях. Это совсем неизвестный в наших краях «Прозак» – сильнейший антидепрессант, ныне затмивший на Западе своей популярностью знаменитую «Виагру». Психологи про «Прозак» почти не пишут – наверное, от благоговейного ужаса. Массовое распространение этого препарата в США и Западной Европе уже привело к снижению спроса на психотерапевтические услуги – зачем вести долгие дорогостоящие разговоры, когда для избавления от душевных невзгод достаточно таблетки?

Лэмб задается резонным вопросом: не стоим ли мы на пороге новой эры в развитии человечества, когда человеческие возможности могут быть расширены безгранично? Какие перспективы открывает перед нами «незамеченная революция»? И не таится ли тут опасность катастрофы, по сравнению с которой катастрофы техногенные покажутся сквозняком?

На первый взгляд, открывающимся возможностям можно только порадоваться. Чем может быть плоха возможность быстро и легко стать находчивее, сообразительнее, раскованнее или внимательнее? Разве плохо иметь средство избавления от беспокойства, гнетущих мыслей и тягостных воспоминаний? К тому же человек всегда стремился повысить свои возможности, усовершенствовать себя – будь то простая чашечка кофе «для бодрости» или косметическая операция для улучшения внешности.

Но в этом-то все и дело, что добиться, скажем, большей физической силы можно либо за счет долгих, нелегких, утомительных упражнений, либо… с помощью допинга, который в ответственный момент подстегнет все резервы до предела. А ведь борьба с допингом на спортивной арене ведется не только потому, что это – нечестное средство достижения победы. Допинг – это еще и чудовищный удар по организму, его сознательное и далеко не безопасное перенапряжение, чреватое катастрофическими последствиями.

Не с той ли самой проблемой сталкиваемся мы и в сфере стимулирования когнитивной сферы? Не слишком ли неосмотрительно посягаем мы на пределы, установленные для нас природой? Не окажется ли плата за психологический прогресс еще более дорогой, чем за прогресс технический?

«Мы получаем все новые средства усиления наших способностей, или, иными словами, радикального изменения самих себя, – пишет М. Фарах, директор Центра когнитивной нейронауки при Университете штата Пенсильвания. – Но при этом мы не должны забывать об этической стороне таких изменений».

Настораживает и то, что, как в случае с «Риталином», подобные средства, как правило, бывают получены первоначально как лекарства. Нужны ли здоровому лекарства?

Для психологов это вопрос отнюдь не праздный. Подобно тому как фармацевтические концерны заинтересованы пичкать своей продукцией 100 % населения, так и разросшееся племя практических психологов настаивает на необходимости терапии (не будем забывать, что терапия – значит «лечение») для всех и каждого. В ответ на заявление о том, что психологическое консультирование и тем более терапия вам не требуются, вам скорее всего будет поставлен диагноз «нарциссизм» со многими отягчающими подробностями. Скепсис в отношении тренингов личностного роста будет объяснен вашими же личностными проблемами, в которых вы не желаете себе признаться.

Вспоминается еще одно литературное произведение, герой которого, олигофрен, после экспериментальной операции на мозге стал умнеть на глазах. Вскоре после операции руководитель проекта представляет подопытного пациента своему коллеге.

– А это, Гарри, доктор Шварц, психотерапевт. Ты можешь обращаться к нему с любыми своими проблемами.

– Но у меня нет проблем.

– Поверь, по мере того как ты станешь умнеть, они у тебя обязательно появятся!

Этого мы для себя хотим?

Стоит также обратить внимание, что бедный Гарри, испытав невероятный взлет интеллекта, в один прекрасный момент начинает стремительно деградировать. Предшествующий опыт на животном подсказывает, что исход предстоит летальный.

«Фантастика!» – скажет читатель. Не будем, однако, торопиться с таким суждением. Ибо на наших глазах фантастика становится реальностью.

Светлые головы

Давно замечено: доброе, поощрительное отношение к человеку побуждает его к более высоким достижениям, так что авансированное одобрение оказывается в итоге вполне заслуженным. Если окружающие или по крайней мере значимая для меня референтная группа всем своим отношением ко мне явно или неявно демонстрирует уверенность в том, что мне по силам справиться с какой-то серьезной задачей, то я, наверное, изо всех сил постараюсь не ударить в грязь лицом и оправдать оказанное доверие. Снисхождение к моим промахам и одобрение успехов помогут мне вести себя так, чтобы в конце концов действительно оказаться на высоте.

Данный феномен применительно к педагогическому процессу более 30 лет назад был исследован американскими психологами Р. Розенталем и Л. Якобсон и получил название эффекта Пигмалиона. Американскими учеными в ходе несложного, но очень остроумного эксперимента было доказано: отношение педагога к ученику, пускай и ничем не обоснованное, как к подающему большие надежды приводит к тому, что ученик начинает эти надежды оправдывать.

Это открытие стало одним из краеугольных камней фундамента современной гуманистической педагогики и неиссякаемым источником педагогического оптимизма.

Правда, последующие изыскания заставили несколько снизить публицистический пафос, которым Розенталь и Якобсон окрасили свое исследование. При детальном анализе полученных результатов выяснилось, что они весьма неоднозначны, порой противоречивы и вообще слишком скромны для глобальных обобщений. Попытки воспроизвести полученные результаты в повторных аналогичных экспериментах больших успехов не принесли. Тем не менее нельзя не признать, что в принципе тенденция американскими исследователями была подмечена верная, хотя и была потом из идейных соображений восторженно преувеличена.

Обо всех перипетиях этого исследования автор этих строк уже очень подробно писал в педагогической прессе. Помимо прочего мною была высказана небезынтересная, кажется, мысль: не исключено, что аналогичный, но обратный эффект имеет и противоположное отношение к ученику – изначально негативное. Заклейменный ярлыком «неспособного», ученик невольно опускает руки и в итоге начинает эту репутацию оправдывать, причем независимо от своих реальных способностей.

Увы, читатели газет редко обращают внимание на такие «подсказки». А ведь из иного тезиса, который газетному обозревателю развивать недосуг, могла бы родиться полноценная диссертация!

Но идеи буквально носятся в воздухе! Вряд ли наши педагогические газеты читают в Германии. Тем не менее проведенное там недавно исследование полностью подтверждает гипотезу, которую автор этих строк вскользь обронил в статье пятилетней давности, посвященной эффекту Пигмалиона.

Эксперимент, задуманный психологами из Бременского международного университета, проводился, правда, на взрослых, причем исключительно на женщинах (на то были свои причины, но об этом – ниже). Тем не менее его результаты дают основания для весьма широких обобщений, касающихся как взрослых, так и детей, причем обоих полов.

Внимание немецких психологов привлек феномен, весьма характерный для житейской психологии, – распространенное представление об исключительной тупости блондинок. Надо сказать, что именно в Германии это представление особенно живуче, хотя, строго говоря, никаких научных подтверждений оно не имеет. Даже напротив – результаты одного из недавно проведенных (правда, в Америке) исследований свидетельствуют: блондинки своим IQ даже несколько превосходят шатенок и брюнеток. Впрочем, профессиональный психолог должен отдавать себе отчет, сколь невысока достоверность результатов подобных исследований, рассчитанных преимущественно на публикацию в глянцевых журналах. Хотя вот вам и факт бесспорный: самым высоким IQ в Голливуде отличается натуральная блондинка Шарон Стоун!

В самом деле, было бы очень соблазнительно отыскать определенную корреляцию между цветом волос и уровнем интеллекта. Но в таком случае гендерные различия пришлось бы отодвинуть на второй план. В житейской психологии ничего подобного не происходит – уничижительные обывательские суждения о блондинках не распространяются на блондинов, а это с научной точки зрения совершенно необъяснимо. Так или иначе, в серьезных обследованиях, отвечающих всем требованиям научной корректности, не выявлено вообще никаких корреляций умственных способностей с какими бы то ни было чертами внешнего облика.

Тем не менее в современном фольклоре анекдоты и побасенки об идиотизме блондинок чрезвычайно популярны.

Почему блондинки открывают йогурт прямо в магазине?

Потому что на баночках обычно написано: «Открывать здесь».

Как вызвать у блондинки блеск в глазах?

Надо посветить ей фонариком в ухо.

Что бывает, когда блондинка заболевает болезнью Альцгеймера?

У нее начинает повышаться интеллект.

…?

Потому что падать ему некуда!

Здравомыслящие люди небезосновательно полагают, что эти анекдоты сочиняют ревнивые шатенки и брюнетки, которые не могут простить блондинкам их особой популярности у сильного пола. Ведь голливудская формула «Джентльмены предпочитают блондинок» отнюдь не лишена оснований. Правда, джентльменам надо иметь в виду: по некоторым подсчетам, на 15 блондинок сегодня приходится одна натуральная. Остальные ради привлечения внимания сильного пола пользуются давним изобретением французского химика Эжена Шуллера, который еще в 1907 году предложил легкий и доступный способ осветления волос перекисью водорода. С той поры для завоевания популярности этим нехитрым средством воспользовались миллионы женщин, включая суперзвезд – от Мэрилин Монро до Мадонны. Тем не менее обывательские представления о недалеком уме или по крайней мере легкомыслии блондинок за прошедшее столетие только усилились.

Немецкие психологи решили подвергнуть эти представления научному анализу. Нет, речь шла не о том, чтобы в очередной раз по заказу какого-то глянцевого журнала сопоставить выборки с разным цветом волос по уровню интеллекта – это было бы слишком примитивно, да и результат ученым давно известен.

Для участия в опыте были отобраны 80 женщин с разным цветом волос и примерно одинаковым уровнем интеллекта. Этот уровень им предстояло подтвердить, решая тестовые задачи. Специфика опыта состояла в том, что им предварительно предлагалось прочитать подборку анекдотов о блондинках – наподобие приведенных выше. Полученные результаты, на первый взгляд, подтвердили стереотип обывательской психологии – блондинки в самом деле оказались не на высоте. Парадокс состоял в том, что в действительности это были неглупые женщины, что подтверждалось предварительным тестированием. Однако оскорбительные намеки на их тупость удручающим образом сказались на последующих результатах их умственной деятельности!

«Ни одна блондинка не считает себя тупой, – отмечает руководитель исследования Йенс Ферстер. – Но после того как светловолосые участницы эксперимента подверглись влиянию негативных общественных стереотипов, они стали проходить тесты более медленно и показывать худшие результаты».

По мнению Ферстера, результат объясняется тем, что, когда людям говорят об их глупости, они инстинктивно пытаются выполнить работу более аккуратно и тщательно и не допустить ошибок, естественно, затрачивая на нее больше времени. «Исследование подтвердило, что необоснованные предрассудки серьезно влияют на самооценку человека, которого они касаются», – сказал Ферстер, подводя итоги эксперимента.

Такое объяснение вряд ли можно считать исчерпывающим. Не исключено, что по крайней мере в отдельных случаях срабатывает иной мотив: «Раз уж меня все равно считают дурой – что толку стараться?» Отчаявшись заслужить высокую оценку, человек начинает работать спустя рукава, что незамедлительно сказывается на результатах. Так или иначе, само по себе выявление феномена еще не позволяет считать тему закрытой – хорошо было бы его еще более подробно исследовать и объяснить. На парочку диссертаций материала точно хватит…

Однако нельзя не признать значимость выявленной тенденции. Мы привыкли считать, что интеллектуальные достижения человека всецело определяются присущими ему умственными способностями, и в силу этого недооцениваем многообразные внешние влияния, которые, как выясняется, тоже недопустимо сбрасывать со счетов.

Признайтесь себе: не склонны ли вы сами к наивным обобщениям, которые с научной точки зрения не превосходят достоверностью миф о глупости блондинок? Каких людей вы готовы с ходу отнести к умным, а каких – к глупым? И допустимо ли вообще так – с ходу? Ведь подтверждение нашей наивной гипотезе может возникнуть вследствие того самого феномена, который впечатляюще выявлен бременскими психологами.

За тридцать с лишним лет об эффекте Пигмалиона исписаны тонны бумаги. Увы, почти ничего не сказано о том, к каким негативным результатам может привести излишний энтузиазм, основанный на этом эффекте. На волне гуманистического пафоса как-то не принято стало говорить о том, что необоснованное поощрение, отсутствие критики, приписывание человеку несуществующих способностей могут сильно исказить становление самосознания, да и на познавательном развитии сказываются отнюдь не только положительно. Впрочем, завысить оценку, наверное, все-таки лучше, чем занизить. А вы как считаете?

Мир тесен. Доказано экспериментально

«Как тесен мир!» – восклицаем мы, с удивлением обнаружив, что имеем общих знакомых, скажем, со случайным попутчиком, встреченным в вагоне поезда. Оказывается, «теснота» нашего мира – не досужее наблюдение, основанное на случайных совпадениях, а строгая социально-психологическая закономерность. Впервые она была обнаружена в конце 60-х, а в наши дни получила новое экспериментальное подтверждение.

Вообще к психологическим закономерностям обыватель относится с оправданным недоверием. Психология, претендуя на статус науки, слишком напоминает собрание смелых гипотез и неподтвержденных догадок, которые при желании можно обосновать, но нетрудно и оспорить. Слишком многое тут основано на субъективном мнении и пристрастии. Скажем, если вы благоговеете перед авторитетом великого мыслителя Зигмунда Фрейда, то легко найдете отголоски «открытого» им Эдипова комплекса в себе и в своих близких. Но если вас лишь забавляют причуды не очень здорового венского фантазера, заставившего миллионы мужчин во всем мире стесняться сыновней любви к своим матерям, то и никакого комплекса в своем внутреннем мире вы и не отыщете. О какой науке тут можно вести речь?

Критерием научной достоверности явления или факта является возможность его экспериментально выявить и подтвердить. А критерием достоверности экспериментальных результатов является их воспроизводимость – любой другой исследователь в тех же (или похожих) условиях должен получить аналогичный результат.

Психологи в самом деле высказали немало сомнительных гипотез, которые к тому же без достаточных оснований поспешили выдать за научные теории. А если факты не подтверждают «теорию»… Что ж, как говорится, тем хуже для фактов!

В то же время в психологии существует и немало закономерностей, открытых в результате остроумных и точных экспериментов. Один из таких опытов задумал и осуществил в 1967 году американский психолог Стенли Милгрэм. Он захотел с научной точностью проверить достоверность житейской формулы «Мир тесен». И это ему блестяще удалось.

Сам Милгрэм признавал, что проблема «тесного мира» занимала не только его – в ту пору ее активно обсуждали историки, политологи и даже специалисты по градостроительству. А идея эксперимента невольно была почерпнута им из записок некоей Джейн Джекобс, с которыми он ознакомился в начале 60-х. Вот что она писала.

Когда моя сестра и я прибыли в Нью-Йорк из маленького городка, мы часто развлекались игрой, которая у нас называлась «Послания». Суть ее состояла в том, что нужно было выбрать двух совершенно разных людей (скажем, охотника за головами на Соломоновых островах и сапожника из Рок-Айленда, штат Иллинойс) и представить, что один из них должен передать устное сообщение другому; затем каждая из нас должна была молча составить правдоподобную или по крайней мере вероятную цепочку посредников, через которых это послание могло проделать свой путь. Тот, кому удавалось придумать наиболее короткую и правдоподобную цепь, выигрывал. Так, охотник за головами мог бы поговорить с деревенским старостой, тот передал бы сообщение торговцу, прибывшему купить копру, торговец рассказал бы о нем австралийскому патрульному офицеру, проезжавшему через этот район, он, в свою очередь, передал бы услышанное человеку, собравшемуся провести отпуск в Мельбурне, и т. д. Если начать с другого конца цепи, то сапожник мог бы услышать сообщение от священника, который мог получить сообщение от мэра, который получил его от сенатора штата, а сенатор от губернатора и т. д. Вскоре поиски этих посредников стали для нас обычным занятием в отношении чуть ли не каждого человека, которого мы только могли вообразить себе.

Подобным образом Милгрэм и организовал свой эксперимент. Его интересовало, сколько посредников образуют цепочку, которая могла бы связать друг с другом двух незнакомых людей в разных концах огромной страны с многомиллионным населением. Предварительно он поинтересовался мнением экспертов. Ими были высказаны разные предположения, но все сходились на том, что звеньев в такой цепочке будет никак не меньше ста, а скорее всего и гораздо больше.

Для участия в эксперименте были наугад отобраны около полутора сотен добровольцев в двух небольших провинциальных городах – Вичита, штат Канзас, и Омаха, штат Небраска. Им предстояло переслать письмо незнакомым адресатам. В одном случае это была молодая женщина, жена одного из студентов Гарвардского университета (там в ту пору работал Милгрэм), в другом – биржевой маклер из Бостона. Отправители письма знали лишь имя адресата, его род занятий и город, в котором он проживает. Вероятность того, что отправитель лично знает адресата, составляла одну двухсоттысячную. В этом исключительном случае его просили вернуть письмо исследователям. В любом ином случае следовало переслать письмо кому-нибудь из своих знакомых, который мог бы знать такую личность. Если следующий в цепи адресат также не знал указанного человека, он должен был на тех же условиях передать письмо другому своему знакомому. Число таких передач и может служить показателем дистанции, разделяющей двух совершенно случайно выбранных людей в большой стране.

Исходя из математических расчетов вероятности, да и простого здравого смысла, можно было бы предположить, что отправленные письма до сих пор кочуют по просторам Америки. Произошло на самом деле совсем иное. Цепочка связи оказалась очень короткой. Подавляющее большинство связей лежало в интервале от 2 до 10 передач, а среднее значение составляло 5 с половиной, округленно – 6.

С легкой руки Милгрэма термин «шесть уровней разделения» прочно вошел в лексикон американцев (стоит отметить, что в Америке яркие психологические эксперименты оказывают весьма заметное влияние на общественное сознание). В 1990 году даже была поставлена пьеса Джона Гуара с таким названием. В 1998 году интерес научного сообщества к «шести уровням разделения» оживил Дункан Уоттс, предложивший математическое описание этого феномена.

А недавно исследовательская группа Уоттса предложила 61168 добровольцам из 166 стран воссоздать эксперимент Милгрэма с помощью электронной почты. На этот раз перед добровольцами поставили цель – пересылая письма знакомым, «добраться» до двух сотрудников одного известного американского университета. Эксперимент и на этот раз продемонстрировал существование пресловутых «шести уровней разделения»: каждое сообщение пересылалось от добровольца к адресату через пятерых-семерых посредников. Впрочем, нынешним добровольцам удалось найти адресата значительно скорее, нежели участникам эксперимента 1967 года, прежде всего из-за разницы в скорости переправки сообщения по электронной почте и писем с помощью почты обычной. Так что в известном смысле технический прогресс делает мир еще теснее.

Много лет назад Стэнли Милгрэм так резюмировал итоги своего опыта: «В то время как многие исследования в области социальных наук показывают, насколько индивид отчужден и отрезан от общества, результаты нашей работы дают возможность взглянуть на проблему иначе: в некотором отношении мы все тесно связаны друг с другом и вплетены в плотную социальную связь». Правда, оговорка «в некотором отношении» выступает тут отнюдь не лишней. Милгрэм по этому поводу указывал: «Когда мы говорим, что существует только 5,5 промежуточных знакомых, это наводит на мысль о близости в положении инициатора поиска и искомого лица, что является огромным заблуждением, накладкой двух абсолютно независимых систем координат. Если два человека разделены 5,5 ступени, они на самом деле очень далеки друг от друга. Почти каждого в Соединенных Штатах отделяет от президента или Нельсона Рокфеллера всего несколько ступеней, но это справедливо только с математической точки зрения и ни в коей мере не означает, что наши жизни соприкасаются с жизнью Нельсона Рокфеллера. Таким образом, когда мы говорим о пяти посредниках, мы говорим об огромном психологическом расстоянии между инициатором поиска и искомым лицом – расстоянии, которое только кажется небольшим, поскольку обычно мы воспринимаем 5 как небольшое, легко управляемое количество. Нам следует помнить, что две крайние точки коммуникативной цепочки отделены друг от друга не пятью индивидуумами, а «пятью кругами знакомств» – пятью самостоятельными структурами. Это позволяет увидеть их действительное соотношение».

Все мы в самом деле настолько связаны в причудливой сети социальных взаимоотношений, что каждый из нас, как недвусмысленно указывают опыты Милгрэма и Уоттса, за пять-шесть шагов может вплотную приблизиться к любому другому. Сие однако не означает, будто все мы близки друг другу в социальном и психологическом отношении. И исследования этих закономерностей, вероятно, подарят миру еще немало интересных открытий.

Мелодии души

Тонкий знаток человеческой натуры, Уильям Джемс выделял в структуре человеческого «Я» особую инстанцию – «все то, что человек считает своим». В самом деле, грошовая безделушка, ни для кого не представляющая особой ценности, может олицетворять для конкретного человека дорогие воспоминания о близких людях и важных событиях, и ее утрату он воспринимает с болью, как потерю частички собственного «Я». В этом смысле, по мнению Джемса, о человеке многое можно сказать, присмотревшись к оформлению его внешности, жилища, к тем вещам, которыми он дорожит. Так, войдя в незнакомый дом, мы с первого взгляда многое узнаем о его хозяине – хотя бы по подборке книг на его полках. Понятно, что с поклонником Диккенса и Монтеня следует иначе налаживать контакт, чем с читателем Мулдашева и Донцовой. Ну, и вполне очевидно, что говорит о хозяине отсутствие книг в его доме.

В наше время не менее, а, пожалуй, даже более показательным признаком может служить подборка аудиокассет и компакт-дисков, которая, как нетрудно догадаться, выступает свидетельством не только музыкальных пристрастий, но и определенных личностных особенностей ее владельца. Никто же не станет спорить, что ценитель оперного искусства представляется нам иным человеком, нежели поклонник полублатного шансона. В огромном многообразии музыкальных жанров и направлений каждый из нас безотчетно выбирает то, к чему «лежит душа». И вероятно, этот выбор определенным образом эту самую душу и характеризует. Интересно – каким? Интуитивно это кажется понятным. А существуют ли какие-то научные психологические исследования данной проблемы?

Не так давно психологами из Техасского университета была проведена серия специальных исследований среди студентов колледжей, целью которых было выяснить зависимость музыкального выбора от черт характера. Студенты разделили музыку на следующие категории: блюз, джаз, классическая и «этническая» музыка рассматривалась как «рефлексивная и сложная», «тяжелый металл» и альтернативный рок – как «интенсивная и бунтарская», религиозная музыка, саундтреки, музыка в стиле кантри, поп-музыка – как «приподнятая и обычная», рэп/хип-хоп, соул/фанк и электронная танцевальная музыка – «энергичная и ритмичная». После этого каждый назвал самую предпочтительную для себя категорию, а после описывал себя как личность. Исследования показали, что, например, те, кто называет себя экстравертом, предпочитают мелодичные песни. Студенты, увлекающиеся «сложной» музыкой, считают себя искушенными, а студенты, слушающие «обычную» музыку, называют себя консервативными. Соответственно, спортсмены выбирают энергичный стиль звучания. А вот те, кто считает себя открытым для всего нового, с удовольствием слушают музыку самых разных стилей. Наше настроение также сильно влияет на выбор, но, как правило, все музыкальные предпочтения находятся в пределах одной и той же музыкальной категории. Кроме того, по музыкальной коллекции можно судить об аналитических способностях: чем больше развит интеллект, тем более сложные композиции можно обнаружить в музыкальных сборниках.

А вот результаты еще одного исследования (по данным информационного агентства Washington ProFile). Молодые люди, которые слушают песни, содержащие призывы к агрессии и жестокости, чаще совершают акты насилия. Причем негативное влияние на мироощущение и поведение оказывает даже кратковременное прослушивание подобных песен.

В эксперименте участвовали две группы студентов. Испытуемым из одной группы предложили прослушать семь песен с агрессивным содержанием. Вторая группа слушала лирические песни. После прослушивания обеим группам предложили выполнить несколько тестов, в которых проверялась их оценка кризисной ситуации и предлагалось выбрать способы ее разрешения. Слушатели агрессивных песен в пять раз чаще выбирали насильственные пути решения проблемы. Исследование также показало, что наибольшую агрессивность у молодых людей вызывает прослушивание песен, созданных рэпперами и «металлистами». Любопытно, что студенты, предпочитающие рэп и «тяжелый металл», как правило, хуже учатся, чаще злоупотребляют алкоголем, чаще пользуются наркотиками и чаще совершают правонарушения.

В наших краях подобные исследования если и проводились, то широкого внимания не привлекли. И пока соответствующие диссертации еще не написаны, позволим себе высказать (разумеется, в дискуссионном порядке) несколько гипотетических соображений о взаимосвязи музыкальных пристрастий и личностных особенностей. Лишний раз подчеркнем: хотя нижеизложенное может произвести впечатление безапелляционного суждения, на самом деле таковым не является.

Создается впечатление, что молодые любители «серьезной» музыки – оперной, симфонической, камерной и т. п. – хотя бы просто ввиду своей исключительности на фоне массовых вкусов являют собой натуры нонконформистские, не склонные идти на поводу у большинства. То же можно сказать и про любителей таких малопопулярных у нас жанров, как этно, джаз, фолк, блюз, кантри. Правда, если в первом случае (по крайней мере согласно уже упоминавшемуся американскому исследованию) речь можно вести о весьма высоком интеллектуальном уровне, то во втором оснований для такого суждения меньше. Правильнее будет сказать: низкий интеллект вряд ли позволит насладиться симфонией, так что средний IQ посетителей консерватории наверняка довольно высок; если же человек любит блюз, то это, вероятно, никак не характеризует его в интеллектуальном плане, разброс IQ в данной выборке может быть очень велик.

Еще одно значимое, но в последнее время малопопулярное у нас направление – так называемая авторская, или бардовская, песня. Поклонников этого жанра отличает интеллект выше среднего (глупец просто не в состоянии оценить достоинства поэтических текстов), а также некоторая романтичность и приверженность позитивным нравственным идеалам, которые этот жанр преимущественно и пропагандирует. Что же касается «сводного брата» этого жанра – так называемого русского шансона (в народе бесхитростно именуемого блатняком), то достаточно ясно, какие идеалы он пропагандирует. Так что об уме и нравственности его поклонников ради политкорректности промолчим.

Невероятно популярный в 60–70-е рок сегодня утратил у нас массовость. Похоже, его лейтмотив, созвучный молодежной революции 60-х (а также, кстати, гуманистической психологии!), мало воодушевляет современную молодежь. Но если человек проникся протестным духом рока, понятно, что в своем личностном самоопределении он находится на тернистом пути. Если же речь идет об откровенно агрессивном тяжелом роке – и на это недвусмысленно указывают данные американского исследования, – это следует признать даже настораживающим симптомом.

О поклонниках техно, хауса, так называемой клубной музыки (наследницы диско), а также веера жанров, совокупно называемых попсой, можно сказать, что это люди довольно поверхностного мировосприятия, которым свойственны откровенно гедонистические устремления, а также определенные подростковые иллюзии. Кстати, характерно, что поклонники бардов или рока сохраняют свои привязанности на протяжении многих лет, а много ли вы встречали, скажем, сорокалетних поклонников «Модерн Токинг»?

Говоря о музыкальных пристрастиях современной молодежи, нельзя не обратить внимания на то, сколь активно нынешние подростки пользуются техническим новшеством, которое было еще неведомо их родителям, – аудиоплеерами. Благодаря этому компактному устройству мальчики и девочки приобрели возможность индивидуального прослушивания любимых мелодий в любом месте – на улице, в транспорте, а порой, чего греха таить, даже исподтишка и на уроке. В последние годы это увлечение приобрело массовый характер. Английский психолог Майкл Булл из Университета Сассекса считает, что плеер выполняет очень важную психологическую функцию – позволяет оформить и утвердить личное пространство. Булл называет плееры «инструментом, с помощью которого пользователи управляют пространством, временем и миром вокруг себя».

Опросив владельцев всевозможных плееров – от кассетных до цифровых, Булл пришел к выводу, что индивидуальное прослушивание музыки выступает своего рода щитом, аурой, коконом. Наушники отгораживают человека от внешнего мира и создают иллюзию замкнутого личного пространства. Важным фактором, по мнению Булла, тут выступает возможность выбора. Дело в том, что над потоком визуальной информации, обрушивающимся на нас отовсюду в большом городе, мы практически невластны – нельзя же полноценно функционировать с закрытыми глазами или перенастроившись (что сегодня технически возможно) на просмотр какого-то видеоряда. Зато музыку для прослушивания через плеер человек волен выбрать по своему вкусу и тем самым отгородиться от унифицированных потоков визуальной и звуковой информации. Кроме того, наушники позволяют регулировать социальные контакты и снижают необходимость ответственности. К человеку с заткнутыми ушами с меньшей вероятностью обратятся посторонние, а если даже такое и произойдет, он сам вправе выбрать, ответить ему или нет, – ведь отсутствие ответа можно мотивировать тем, что не услышано обращение. Учитывая все это, становится понятнее, отчего наши ершистые, но по большому счету такие ранимые подростки так полюбили новую игрушку. Похоже, созданный нами мир не слишком для них уютен. Иначе почему они от него так активно отгораживаются?

Интересно, что до Майкла Булла никто не изучал социальное поведение людей с точки зрения звука. Сегодня он является главным, а по сути дела – единственным в мире специалистом по этой проблеме. Впрочем, вся его «концепция» вполне исчерпывающе изложена в нескольких приведенных выше фразах. Однако предприимчивому англичанину удалось вокруг своей нехитрой в общем-то идеи выстроить учебный курс, который он на протяжении целого семестра преподает студентам родного университета, а также изложить свои соображения в объемистой книге, которая ныне продается в Англии по цене в 50 фунтов и уже переведена на испанский. Это ли не поучительный урок?

Ну и шутки у вас, джентльмены!

Почти сто лет назад, в 1905 году, увидела свет знаменитая книга Зигмунда Фрейда «Остроумие и его отношение к бессознательному», положившая начало психологическим исследованиям юмора и смеха. Вообще-то о природе комического задумывались многие мыслители и задолго до Фрейда, среди них Платон и Аристотель, Кант и Юм. Фрейд же был первым ученым, кто подверг смех подлинно психологическому анализу. Сам будучи, по воспоминаниям современников, далеко не жизнерадостным человеком, Фрейд увлеченно коллекционировал анекдоты, тонко подмечал комизм и иронию в литературных произведениях (из этого обширного материала сложилась иллюстративная часть его книги). Новаторская работа Фрейда не сразу была оценена по достоинству. Подобно тому как «Толкование сновидений» некоторыми рецензентами было поначалу огульно приравнено к вульгарным сонникам, так и «Остроумие» заслужило немало упреков в несерьезности. Обыватели и ученые-естественники удивительно единодушны в своем предубеждении – предметом научного исследования могут быть только «серьезные» материи, вроде молекулярного строения вещества или законов механики. Психологи, которых интересуют всевозможные проявления человеческой природы, вплоть до самых банальных и житейских, тут постоянно оказываются уязвимы для критики. Иногда, правда, небезосновательной.

Научный статус фрейдистского учения до сего дня остается дискуссионным, однако нельзя не признать, что подоплека многих душевных явлений подмечена отцом психоанализа довольно точно. По крайней мере фрейдистская трактовка остроумия на долгие годы послужила основой для психологических исследований этого феномена.

Анализируя строение анекдотов, Фрейд объяснял их привлекательность тем, что они выражают некий скрытый смысл, который наша внутренняя цензура (позднее отождествленная им с Супер-Эго) не позволяет выразить непосредственно. Реакция смеха облегчает человеку выражение этого скрытого смысла. Поэтому анекдот может выступить в качестве компенсатора, позволяющего защититься от негативных эмоций.

Причину воспроизведения анекдотов с сексуальной подоплекой Фрейд объяснял как попытку рассказчика обратить на себя внимание третьего лица (которое присутствует при воспроизведении анекдота, но не является его адресатом), при этом речь шла о внимании преимущественно сексуального характера. Эти положения породили определенную традицию отношения к анекдоту:

1) как к форме компенсации испытываемого стыда, страха, отвращения и т. п.;

2) как к способу выражения невербализуемых желаний;

3) как к способу выражения скрытого протеста (обход цензуры почти в прямом смысле – достаточно вспомнить популярные одно время «политические» анекдоты);

4) как к выражению скрытой агрессии со стороны одной социальной группы к другой.

Последнее положение может быть рассмотрено как в фрейдистской, так и в адлерианской трактовке: с одной стороны, иной группе в гипертрофированной форме приписываются те слабости и пороки, в которых неприятно было бы признаться самим себе, – то есть налицо классический механизм проекции; с другой стороны, унижение и высмеивание других позволяет ощутить свое превосходство над ними и таким образом избавиться от безотчетных переживаний собственной неполноценности (если есть классы и народы крайне бестолковые и аморальные, то я как представитель другого класса или народа могу на их фоне почувствовать себя человеком весьма достойным – особенно когда иных оснований для самоуважения недостаточно).

Еще одним «общим местом» в изучении анекдота в западной психологии и социологии стало использование таких текстов для реконструкции представлений и установок определенных социальных групп, в которых эти тексты бытуют. В самом деле, то, что люди находят смешным, весьма определенно их характеризует. Эта общая закономерность кажется бесспорной, интересно было бы ее конкретизировать. И такие попытки то и дело предпринимаются с большим или меньшим успехом. А последняя благодаря современным средствам массовой коммуникации буквально прогремела на весь мир.

На заре нашего века английский психолог Ричард Вайзман из Хартфордширского университета затеял широкомасштабное исследование юмора с использованием Интернета. Помимо этого проекта Вайзману принадлежит и еще несколько весьма любопытных начинаний, которые принесли ему всемирную популярность и уже, пожалуй, позволили в некотором смысле затмить своего знаменитого соотечественника Ганса Айзенка. Конечно, только время позволит всему назвать свою цену, но уже сегодня между начинаниями двух знаменитых англичан, недавно почившего и благополучно здравствующего, можно провести явные параллели.

На протяжении своей полувековой научной карьеры Ганс Айзенк то и дело потчевал широкую общественность психологическими диковинками, эпатируя тем самым общественность научную. Позаимствовав у Юнга концепцию экстраверсии – интроверсии, он популяризировал ее в своих работах и тем самым превратил малоизвестные юнгианские термины в обиходные житейские характеристики. Увы, популяризации нередко сопутствует вульгаризация. Так, в обыденном сознании экстраверсия стала восприниматься как большое достоинство, а интроверсия, напротив, чуть ли не как болезнь. Хотя ни Юнг, ни Айзенк ничего подобного в виду не имели. Адаптировав тесты интеллекта для массового пользования, Айзенк научил всех желающих измерять свой IQ, чем вызвал бурю восторгов с одной стороны и бурю негодования с другой.

Не ограничиваясь академическими штудиями, Айзенк активно интересовался широким кругом проблем, неизменно вызывающих большой интерес, – от политики до секса. По каждому поводу им публиковалась новая книга (плодовитости Айзенка может позавидовать любой автор), всякий раз становившаяся бестселлером. В одной из книг появилась специальная глава «Фактор счастья», предвосхитившая целое направление исследований душевного благополучия. В академических кругах эта инициатива энтузиазма не вызвала. Ведь счастье – это якобы категория ненаучная! Но тут так и хочется спросить: если наука о человеке не ставит своей задачей сделать человека счастливым, то имеет ли она вообще какой-нибудь смысл?

Особое недовольство ученых коллег вызывал интерес Айзенка к паранормальным явлениям, а также его поиски корреляции личностных особенностей со знаками Зодиака. В ХХ веке Айзенк долгие годы оставался одним из самых цитируемых здравствующих психологов (уступая лишь щвейцарцу Жану Пиаже), но в то же время был вынужден постоянно отбиваться от упреков в популизме и вульгаризаторстве. В 1997 году Ганс Айзенк ушел из жизни. Но свято место пусто не бывает – сегодня к нему, похоже, примеряется коллега Вайзман.

Один из его экспериментов описан в очерке «Формула удачи», которым начинается эта книга. Интересно, что в последнее время в своих исследованиях человеческой удачливости Вайзман пошел почти по стопам Айзенка, пытаясь найти корреляции везения с датой рождения. Сам он, правда, утверждает, что его подход не имеет ничего общего с астрологией, но определенные ассоциации, согласитесь, возникают.

Как и Айзенк, Вайзман отдал дань увлечению непознанным. Одна из его недавних книг посвящена загадочным явлениям типа полтергейста (которым ученый, впрочем, находит вполне рациональное объяснение), другая – магии. Реакцию академических кругов нетрудно представить…

Еще одна работа Вайзмана заслуживает особого упоминания. К поднятой теме юмора она, правда, непосредственного отношения не имеет – разве лишь тем, что сама по себе весьма забавна. К тому же она служит хорошей иллюстрацией широты познавательных интересов британского психолога.

Являетесь ли вы миллиардером, премьер-министром, лауреатом международной премии? Неужели нет? А вы не задумывались – почему? По мнению Ричарда Вайзмана, все дело в том, что вы унаследовали от родителей «неудачную» фамилию и не позаботились вовремя ее сменить. А какие же фамилии носят те, кому посчастливилось достичь вершин жизненного успеха?

По подсчетам Вайзмана, фамилии большинства «хозяев жизни» начинаются на первые буквы алфавита.

За всю историю США фамилии 26 президентов страны начинались на буквы из первой половины алфавита, и лишь 16 – из второй. Еще более впечатляюще выглядят 6 из 7 фамилий премьеров «Большой семерки» (на момент публикации): Берлускони, Блэр, Буш, Ширак (Сhirac), Кретьен (Сhre-tien), Коизуми. А вот пять самых богатых людей планеты – Билл Гейтс, Уоррен Баффет, Пол Ален, Лэрри Эллисон (Аllyson), Карл Альбрехт (публикуя свои наблюдения, Вайзман мог еще не знать, что самым богатым человеком Великобритании в 2003 году признан бывший детдомовец со скромной русской фамилией Абрамович).

По мнению британского психолога, жизненный успех определяется сложением личных амбиций и благоприятных условий. К последним, в частности, относится постоянное стимулирование амбиций. А начинается оно еще в школе. В английской школе издавна существует негласная традиция рассаживать детей по фамилиям в алфавитном порядке от первых парт к последним, чтобы учителю легче было ориентироваться в классе. К тому же возглавляющих список класса чаще вызывают отвечать, а какой-нибудь близорукий Циммерман оказывается «на галерке», и о нем все забывают.

(Правда, по крайней мере одному Циммерману удалось-таки пробиться. Неказистый, безголосый внук эмигранта из России Роберт Циммерман в начале 60-х почти в одночасье стал всемирной знаменитостью, буквально создав музыкальный жанр фольк-рока. Однако предварительно он взял себе псевдоним – Боб Дилан…)

По мнению Вайзмана, сидящие на передних партах вырастают более коммуникабельными и чаще становятся общественными деятелями, а обитатели задних парт страдают от заниженной самооценки.

Унижение «задних» продолжается и дальше: «передние» первыми гордо получают награды и дипломы, попадают в списки для работодателей, возглавляют списки кандидатов на выборные должности и в итоге набирают больше голосов и предпочтений – ведь на любой список люди привыкли смотреть как на выстроенный по заслугам!

Вероятно, многие Тихоновы, Ушаковы и Яковлевы, вздохнув, согласятся с этой гипотезой. Но каково Архиповым, Борисовым или Волковым, пребывающим в скромной должности на мизерном жалованье? Разве таких мало?

Вот и получается, что мистер Вайзман в своем стремлении к сенсации сам невольно поставил себя под удар. Еще древние говорили: «Пример – не доказательство». Да, приводимые им примеры звучат убедительно. Но разве нет примеров противоположных? Гипотеза Вайзмана, конечно, интересная. Но, что ни говори, научного доказательства она не имеет и вряд ли найдет. И звучит, увы, всего лишь как анекдот…

Что же касается непосредственно анекдотов как таковых, то они выступили материалом самого, пожалуй, известного исследования профессора Вайзмана. Хотя его собственная фамилия начинается на одну из последних букв английского алфавита (Wiseman), честолюбивых амбиций профессору не занимать – исследование было предпринято во всемирном масштабе, благо сегодня с помощью Интернета это легко достижимо. Поражает другое – исследование было предпринято на деньги, выделенные Вайзману и его команде в виде правительственного гранта. Впоследствии это вызвало немало недоуменных реплик: «Неужели британскому правительству больше не на что потратить деньги?» Сам ученый убежден, что его проект имеет огромную научную и общественную значимость. В чем же он состоит?

Завсегдатаям русскоязычного Интернета хорошо знаком сайт anekdot.ru, один из самых популярных в Сети. Он представляет собой ежедневно обновляющуюся коллекцию анекдотов, которую каждый посетитель может пополнить. Большинство же посетителей сайта просто читают анекдоты (для некоторых это превратилось в ежедневный ритуал), имея возможность оценить каждый по пятибалльной системе. Но если русскоязычный сайт существует лишь ради забавы, англичанами его аналог был создан в исследовательских целях.

Разместив в Сети свой сайт и широко его разрекламировав (казенных денег не жалко!), Вайзман с коллегами предложили всем желающим присылать на него любимые шутки и анекдоты. Электронные письма посыпались тысячами. Правда, каждую третью шутку пришлось отбраковывать по соображениям приличий – вероятно, доктор Фрейд на небесах (или в геенне огненной?) понимающе ухмыльнулся. Остальные без малого 40 тысяч анекдотов были опубликованы на сайте с предложением их оценить. Правда, в отличие от русскоязычного аналога, посетителям предлагалось наряду с выставлением оценки еще и указать свой пол и национальную принадлежность.

Планируя свой проект, Вайзман намеревался выяснить, какого рода шутки люди находят самыми смешными. Предполагалось, что тут обязательно проявятся определенные национальные и гендерные различия. Исследователи также надеялись, что им удастся в дополнение к фрейдистским гипотезам окончательно вывести формулу юмора, с тем чтобы потом ее практически использовать – хотя бы для генерирования популярных шуток с помощью компьютера. После обработки свыше 2 миллионов полученных оценок первую задачу можно было считать практически решенной.

Согласно полученным данным, мужское и женское понимание юмора весьма различно. Мужчины в основном предпочитают шутки, содержащие явный или неявный агрессивный подтекст, им больше нравятся анекдоты, персонажи которых оказываются унижены. Женщины, в массе своей превосходящие мужчин лингвистическими способностями (факт давно и достоверно доказанный), предпочитают шутки, основанные на игре слов. Впрочем, как выяснилось, и им агрессивный юмор отнюдь не чужд.

По результатам сопоставления данных по разным странам наименее веселыми себя проявили канадцы – их оценки в целом были самыми низкими. Самые высокие оценки неожиданно оказались у немцев – большинство шуток и анекдотов их весьма развеселили. Что же касается содержательных предпочтений, то выяснилось: французы предпочитают циничный юмор, американцы предпочитают анекдоты, выставляющие кого-то в глупом положении, англичане, ирландцы, австралийцы и новозеландцы отдают предпочтение двусмысленностям. Русские в списке не представлены. Это и понятно – сайт англоязычный, а английский у нас хоть и изучают в школе почти поголовно, но известно, с каким результатом.

По результатам голосования удалось выявить и самый смешной анекдот на свете (то есть получивший наибольшее число предпочтений). Прежде чем читать дальше, усядьтесь поудобней, дабы не упасть со стула. Правда, вряд ли от смеха. Впрочем, читайте. (Для удобства восприятия перевод анекдота несколько адаптирован к нашим реалиям.)

Двое «братков» отправились на охоту. В дремучем лесу один неожиданно схватился за сердце и, закатив глаза, упал бездыханный.

Другой выхватил мобильный телефон и принялся названивать в службу спасения: «Тут эта… друган мой типа окочурился. Чего мне делать?»

«Не волнуйтесь! – отвечают по телефону. – Мы вам обязательно поможем! А вы уверены, что он мертв?»

«Щас! – слышится в трубку. Потом раздается громкий хлопок контрольного выстрела. – Уверен!»

Вы рассмеялись?

Как заметил один из коллег, если это самый смешной анекдот в мире, то вторым в рейтинге следовало бы признать ученую степень мистера Вайзмана…

Школа неудачников

Не так давно я наблюдал одну особу средних лет, которая, подобно многим дамам ее возраста, была сильно озабочена проблемой избыточного веса. И надо признать, основания к тому у нее были весьма серьезные: в юности отличавшаяся безупречной стройностью и изяществом, она за последние всего пару лет набрала лишнего веса пуда полтора. Причина тому со стороны виделась банальная – малоподвижный образ жизни плюс нерациональное питание. Сама же эта женщина находила иное объяснение: из-за тяжелых переживаний, вызванных семейными неурядицами, она вынуждена была пройти курс лечения антидепрессантами, побочным эффектом которого и стала утрата талии. Не исключено, что такое объяснение и содержало долю истины, хотя на непредвзятый взгляд оно скорее напоминало рационализацию. Так или иначе, неутешительный результат был налицо. И понятно было стремление женщины что-то предпринять, дабы это положение хоть немного исправить.

Тем, кто сам столкнулся с этой проблемой и предпринимал попытки ее решить, хорошо известно: никаких чудодейственных средств, гарантирующих быстрый результат, тут не существует. Отечественные разработки в этой области крайне немногочисленны и по сути ничем не отличаются от тех, что в последние годы валом хлынули к нам с Запада. А достаточно посмотреть зарубежную кинохронику, в которой фигурируют заурядные «люди с улицы» (глянцевые голливудские картинки – не в счет, ибо они оперируют лишь отборным «материалом»), чтобы признать: проблема ожирения в развитых странах приняла, простите за каламбур, широчайшие масштабы, и не похоже, чтоб она там успешно решалась. Если бы тут была открыта панацея, так миллионы толстяков во всем мире давно бы ею воспользовались. А в действительности никто, кроме бодрячков с рекламных листовок, ощутимыми результатами похвастаться не может.

В любой сфере проблема, нараставшая (как в переносном, так и в буквальном смысле) годами, не решается за пару недель. Если проблема приняла угрожающие масштабы, это произошло в силу хронического накопления недоработок либо ошибок. Взрослый человек, не умеющий грамотно писать, оказался в таком положении в силу того, что в школьные годы пренебрегал чтением и валял дурака на уроках родного языка; помочь ему берутся двухмесячные курсы «врожденной грамотности», но по силам ли им эта задача? Человек, страдающий от неуверенности в себе и не умеющий найти свое место в жизни, пришел к этому в результате неблагоприятных условий социализации, оказывавших на него влияние с малолетства. Поможет ли ему двухнедельный тренинг ассертивности? Очень сомнительно!

Точно так же неприятные изменения фигуры не происходят в одночасье, а в буквальном смысле нарастают годами вследствие нерационального образа жизни. Изменить ситуацию к лучшему можно лишь за счет изменения образа жизни, причем времени это потребует сравнимого с тем, какое ушло на разрастание проблемы.

Особе, о которой идет речь, признать это оказалось непросто. Ведь изменить образ жизни – задача не из легких, да и результата хочется достичь поскорее, тем более что сотни зазывал это уверенно обещают. Спорадические попытки морить себя то одной диетой, то другой не дали никакого эффекта, кроме отрицательных эмоций. И тут ей на глаза попалось объявление: «Избавиться от лишнего веса поможет психолог». Новоявленный эксперт по похуданию обещал в короткий срок значительное улучшение фигуры, причем не за счет изнурительных упражнений и мучительных диет, а посредством изменения внутренних установок. Сегодня любой обыватель наслышан о психологических приемах самосовершенствования, на фоне которых и такое предложение отнюдь не кажется вздором. В наши дни тысячи консультантов и терапевтов всех мастей практически эксплуатируют давний тезис У. Джемса: «…Человек, изменяя внутреннее отношение к жизни, способен изменить и внешние аспекты этой жизни». Так, в самом деле, почему бы не попробовать?

Тут, правда, совсем нелишне было бы учесть, что Джемс отнюдь не имел в виду стремительных изменений. Действительно, катарсическое просветление, инсайт может произойти одномоментно, однако чтобы пожать его реальные плоды, их надо еще долго и старательно выращивать. Просветление подобно семени, брошенному в бесплодную прежде почву. Но от семени до урожая путь неблизок.

Надо ли говорить, что в нашем конкретном случае посещение соответствующего психологического курса (кстати – весьма недешевого) никак не сказалось на конкретной талии. Кое-какие результаты имели место, однако самые парадоксальные. Занятия в кругу единомышленниц под руководством обаятельного гуру произвели на даму самое положительное впечатление и, по ее оценке, оказались весьма полезны (?!). А тот факт, что безжалостные зеркало и весы отказывались это мнение разделять, осталось только отнести на свой счет. «Видно, такая жалкая и ничтожная женщина, как я, обречена быть толстухой, раз я не умею воспользоваться даже таким эффективным методом похудания!»

Понятно, что такой вывод оказался окрашен в самые мрачные эмоциональные тона. А с тоски рука так и тянется к шоколадке или печенью – ведь давно известно, что углеводы успешно играют роль естественных транквилизаторов. В итоге «лекарство» только усугубило «болезнь».

Этот случай является яркой иллюстрацией к тому феномену, который в социальной психологии давно и досконально изучен. А то, что данные соответствующих исследований известны отнюдь не так широко, как всевозможные рецепты поп-терапии, и приводит к тому, что последняя расцветает пышным цветом, не только не принося ощутимой пользы, но и нанося тысячам людей реальный вред.

Как пишет в своей блестящей книге «Общественное животное» Эллиот Аронсон, американцы ежегодно тратят более 50 миллионов долларов на средства подсознательного внушения (типа «Помоги себе сам») – аудио– и видеокассеты, в которые предположительно встроены скрытые сообщения, предназначенные для повышения самооценки, способности к запоминанию или сексуальных возможностей. Различные опросы свидетельствуют об убежденности постоянных пользователей таких кассет в том, что все, что на них записано, творит чудеса; однако научные тесты не смогли достоверно подтвердить эффективность действия подобных средств (соответствующее исследование Э. Гринвальда, Э.Шпранберга и А.Пратканиса опубликовано еще 12 лет назад).

Отчего же люди столь часто верят в возможность улучшений, которые якобы несут различные виды поп-терапии, мнимые программы «развития способностей», а также кассеты с подсознательным внушением, несмотря на то что фактически доказана их почти нулевая эффективность?

Социальные психологи М.Конвей и М. Росс заинтересовались этим феноменом и решили понаблюдать за людьми, которые посещали университетские курсы «развития способностей к обучению». Многолетний опыт свидетельствует, что большой ценности такие курсы не имеют, тем не менее год от года на них записываются сотни студентов – во многом опираясь на положительные отзывы старшекурсников.

Испытуемыми в эксперименте Конвея и Росса выступали студенты, записавшиеся на один из таких курсов. В силу почти ажиотажного спроса зачислены оказались не все желающие. Многим не повезло – они лишь попали в «лист ожидания» и таким образом составили контрольную группу по отношению к тем, кто реально посещал занятия по развитию таких способностей, как умение вести конспекты, эффективное слушание и скорочтение.

На самом деле данный курс никак не улучшил успеваемость студентов: те, кто его прошел, в результате получили одинаковые оценки с теми, кто стоял в «листе ожидания». Тем не менее надежда прошедших этот курс, что он улучшит их учебные навыки, привела их к убеждению, что именно так все и произошло: накануне сессии прошедшие курс ожидали получения более высоких баллов в силу своих якобы возросших способностей. А поскольку реально оценки не повысились, большинство студентов в итоге пришли к выводу, что они «слабаки». Ввиду изначальной веры в благотворность курса обескураживающий результат потребовал объяснения, и самым простым оказалось следующее: «Я – ничтожество и неудачник».

Описывая это исследование, Аронсон указывает: «Оно должно заставить нас крепко подумать, прежде чем принимать за чистую монету всевозможные личные свидетельства о силе и эффективности различных поп-терапий и прочих модных увлечений».

Помимо этого хотелось бы обратить особое внимание еще и на следующее. В действительности курс нанес прослушавшим его определенный вред – привел к снижению самооценки и усугубил те проблемы, которые, вероятно, и заставили их встать на стезю самоусовершенствования. А для профессиональных психологов описанные примеры должны послужить наглядным уроком. Как бы ни был велик соблазн провозгласить практикуемые вами методы панацеей, не следует соблазнять людей иллюзией быстрого и радикального решения их проблем (особенно личностных). Просто в силу того, что ни одна серьезная проблема не имеет быстрого решения. Вернее, принять решение можно и довольно быстро, вот только воплощать его в жизнь придется долго и кропотливо. Человеку несведущему или заблуждающемуся психолог может подсказать путь к решению его проблемы. Более того, он может оказать и реальную помощь в практическом решении этой проблемы. Но на это обязательно понадобится время, и немалое. И работать имеет смысл лишь с теми, кто готов найти это время, но никак не с теми, кто желает получить «таблетку от невезения» или «инъекцию жизненной мудрости». А тех «психологов», кто торгует этими зельями, надо откровенно сторониться.

Рецепт царя Соломона

Предание гласит, что библейский царь Соломон однажды получил в подарок кольцо, на котором была начертана универсальная формула житейской мудрости: «Все пройдет». В минуты сомнений и невзгод царь обращал взор к драгоценному кольцу и черпал в этих словах успокоение и уверенность. Но однажды невзгоды одолели Соломона, и он в отчаянии сорвал с пальца кольцо. Собираясь отшвырнуть его прочь, он вдруг заметил надпись, скрывавшуюся на внутренней стороне. Она гласила: «И это пройдет». И разгладились морщины на царственном челе, и отступила душевная боль.

Испокон веку священники, раввины и муллы (кстати, неплохо справлявшиеся с ролью психотерапевтов) поучали паству примером Соломона. И люди, похоже, обрели стойкость к невзгодам, памятуя о том, что любое испытание – временное. Но не ко всякому испытанию человек относится терпимо. То, что не в людской власти, мы готовы вынести. Но человеческая жестокость, глупость и подлость заставляют нас негодовать.

Удивительно устроен человек: мужественно перенося испытания и невзгоды, посылаемые природой, он в то же время психологически крайне уязвим перед неприятностями, которые ему создают другие люди. Случись неурожай, он только посетует на капризы природы и снова станет вскапывать грядки: ведь и после плохого урожая надо сеять. А вот если грядку вытопчет сосед, то негодованию не будет предела. Шум ливня за окном никому не мешает заснуть, а из-за соседской вечеринки не удается сомкнуть глаз. Все мы понимаем: глупо проклинать хляби небесные. А вот соседи могли бы вести себя поделикатнее!

Более того: против неизбежных тягот мы нашли безупречный защитный механизм, который психологи называют позитивным переосмыслением. В неприятности, которую мы считаем естественной и неуправляемой, мы даже научились находить положительные стороны. Так, если вдуматься непредвзято, то что собою представляет зима в наших краях? Леденящий холод, от которого у всего живого кровь стынет в жилах! Однако нас это не тяготит. Спокойно и споро мы с наступлением холодов достаем теплую одежду, заботимся об отоплении жилища. И радуемся красоте первого снега, возможности покататься на лыжах и т. п. А если судьба надолго забросит куда-нибудь в тропики, даже тоскуем по морозу и снегопаду.

Но чувствуя свою беспомощность перед чьим-то произволом, неразумием или корыстью, мы преисполняемся отчаяния и ненависти ко всему миру. Только кому от этого лучше? Холодный ветер не слушает наших проклятий, а заставляет поплотнее запахнуть пальто. Почему бы и во всех прочих случаях не включить защитный механизм, воплощенный в соломоновой формуле?

Приложение 2

Полезные мысли

Стремления. Цели. Ценности

Благословен тот, кто слишком занят, чтобы переживать днем, и слишком устал, чтобы делать это ночью.

Л. Айкман

Бог дает нам орехи, но Он их не колет.

Немецкая пословица

Богатство – не в самом обладании богатством, а в умении целесообразно пользоваться им.

М. Сервантес

Богатство человека прямо пропорционально числу вещей, которые он может себе позволить не делать.

Г. Торо

Более важно знать то, куда идешь, чем попасть туда поскорее.

М. Ньюкамбер

Больше всего мы устаем от несделанной работы.

Э. Хоффер

Большинство вещей, которые сегодня успешно делаются, были прежде объявлены невозможными.

Л. Брендис

Большинство жизненных задач решаются как алгебраические уравнения: приведением их к самому простому виду.

Л. Н. Толстой

Боязливо размышлять и обдумывать, что можно было бы сделать в свое время, – худшее, что можно сделать теперь.

Г. Лихтенберг

Будь повелителем самого себя: царствуя и благоуправляя собою, ты будешь иметь превосходное владычество и самую важную должность.

Пифагор

В болоте погибнуть так же легко, как и в море, но если море привлекательно-опасно, то болото опасно-отвратительно. Лучше потерпеть кораблекрушение, чем увязнуть в тине.

Н. А. Добролюбов

В серьезных делах следует заботиться не столько о том, чтобы создавать благоприятные возможности, сколько о том, чтобы их не упускать.

Ф. де Ларошфуко

В порту корабль находится в безопасности. Но корабли строят не для этого.

Г. Хоппер

Ваша известность не поможет даже вашей собаке избавиться от блох; и если я, будучи известным, оказываюсь бессильным против каких-то блох, то, похоже, вообще нет большого смысла в том, чтобы быть известным.

У. Дисней

Великие творения создаются не силой, а упорством.

С. Джонсон

Все заботятся не о том, правильно ли живут, а о том, долго ли проживут; между тем жить правильно – это всем доступно, жить долго – никому.

Сенека

Все люди без исключения стремятся к счастью… Это – мотив всех действий всех людей, даже тех, которые намерены повеситься.

Б. Паскаль

Все человеческие беды происходят оттого, что мы наслаждаемся тем, чем следует пользоваться, и пользуемся тем, чем следует наслаждаться.

Августин Блаженный

Все, что перестает удаваться, перестает и привлекать.

Ф. де Ларошфуко

Всякую вещь желание расцвечивает, а обладание обесцвечивает.

М. Пруст

Выбрать время – значит сберечь время, а что сделано несвоевременно, сделано понапрасну.

Ф. Бэкон

Воля к действию куда важнее, чем воля к победе.

Б. Найт

Всем желаниям следует предъявлять такой вопрос: что со мной будет, если исполнится то, чего я ищу вследствие желания, и если не исполнится?

Эпикур

В этом мире очень важно знать не столько то, где мы находимся, сколько то, куда мы идем.

О. Холмс

В этом мире существуют лишь две трагедии. Первая – когда не добиваешься того, чего хочешь; вторая – когда добиваешься.

О. Уайлд

Гений состоит в умении отличать трудное от невозможного.

Наполеон Бонапарт

Главный секрет сохранения веселости состоит в том, чтобы не позволять мелочам тревожить нас и вместе с тем ценить те маленькие радости, которые выпадают на нашу долю.

О. Смайлс

Глупо просить у богов то, что человек способен сам себе доставить.

Эпикур

Глупые желания порой жестоко наказываются их исполнением.

И. Курц

Дальновидный человек должен определять место для каждого из своих желаний и затем осуществлять их по порядку. Наша жадность часто нарушает этот порядок и заставляет нас преследовать одновременно такое множество целей, что в погоне за пустяками мы упускаем существенное.

Ф. де Ларошфуко

Делайте маленькое дело, но овладейте им в совершенстве и относитесь к нему как к великому. В своей области вы станете великим человеком.

А. Моруа

Дни – как свитки: пиши на них все, что хочешь помнить.

Бахья

Если бы все человеческие желания исполнялись, земной шар стал бы адом.

П. Буаст

Если вы не думаете о будущем, у вас его не будет.

Д. Голсуорси

Если вы хотите успеха, а готовитесь к поражению, то вы получите как раз то, к чему готовитесь.

Ф. Шин

Если вы хотите, чтобы ваши современники признали вас великим, постарайтесь быть ненамного более великим, чем они.

А. Бирс

Если есть что-нибудь более ужасное, чем судьба, так это человек, который подчиняется ей, не делая ни малейшей попытки сопротивляться.

Т. Манн

Если кто написал книгу лучше, прочитал проповедь лучше или сделал мышеловку лучше, чем его сосед, мир проложит тропу к его двери, даже если он построил дом в чаще леса.

Р. Эмерсон

Если любишь жизнь, не трать время зря, потому что жизнь состоит из времени.

Б. Франклин

Если тебя спросят: в чем состоит благополучие? – ответствуй: быть в согласии с самим собой.

Пифагор

Если человек недоволен своим положением, он может изменить его двумя средствами: или улучшить условия своей жизни, или улучшить свое душевное состояние. Первое не всегда, второе всегда возможно.

Р. Эмерсон

Желание – мера ценности.

Б. Грасиан

Жизнь не может быть настолько тяжела, чтобы ее нельзя было облегчить своим отношением к ней.

Э. Глэзгоу

Жизнь похожа на карточную игру. И мерой нашего успеха является не качество карт, которыми мы играем, а самообладание и мудрость, с которыми мы играем.

Д. Клок

Жизнь сама по себе – ни благо, ни зло: она вместилище и блага, и зла, смотря по тому, во что вы сами ее превратили.

М. Монтень

Жизнь – это искусство извлекать значительные выгоды из незначительных обстоятельств.

С. Батлер

За нашу леность нас карают не только наши неудачи, но и удачи других.

Ж. Ренар

Искренность, уравновешенность, понимание самого себя и других – вот залог счастья и успеха в любой области деятельности.

Г. Селье

Искусство быть мудрым состоит в умении знать, на что не следует обращать внимание.

У. Джемс

Искусство жизни состоит не столько в том, чтобы сесть в подходящий поезд, сколько в том, чтобы сойти на нужной станции.

А. Зигфрид

Исполнение самых сильных наших желаний часто бывает источником величайших наших скорбей.

Сенека

Каждый несчастлив ровно настолько, насколько он сам считает себя несчастным.

Д. Леопарди

Каждый стоит столько, сколько стоит то, о чем он хлопочет.

Марк Аврелий

Как басня, так и жизнь ценится не за длину, но за содержание.

Сенека

Как бы мы ни старались, а мухи летом будут.

Р. Эмерсон

Как много дел считалось невозможными, пока они не были осуществлены.

Плиний Старший

Как правило, жизнь не удается тому, кто пытается сразу вырвать у нее все преимущества.

Л. Блум

Как-то раз один человек был избран мэром большого города, потому что вода у него в кране шла с перебоями. Он стал искать причину, устранил неполадки и улучшил тем самым водоснабжение города. С этого началась его карьера.

А. Моруа

Когда бы люди захотели, вместо того чтобы спасать мир, спасать себя, вместо того чтобы освобождать человечество, себя освобождать, – как много бы они сделали для спасения мира и для освобождения человечества!

А.И. Герцен

Когда вещи служат нам, мы равнодушны к приобретениям, не огорчаемся из-за неудач и всегда свободны душой. Когда мы сами служим вещам, мы гневаемся из-за неурядиц, любим, когда нам угождают, и связаны путами с головы до ног.

Хун Цзы-чэн

Когда все потеряно, остается еще будущее.

К. Боуви

Когда жалуются на жизнь, то это почти всегда показывает, что от нее требовали невозможного.

Э. Ренан

Когда нет того, что любишь, приходится любить то, что есть.

Т. Карлейль

Когда поднимается ветер, глупый строит стену от ветра, умный – ветряную мельницу.

Восточная мудрость

Когда человек не знает, к какой пристани он держит путь, для него ни один ветер не будет попутным.

Сенека

Когда человек перестает верить в себя, он начинает верить в счастливый случай.

Э. Хоу

Копайте колодец, пока вас не мучит жажда.

Китайская пословица

Кратчайший и вернейший способ составить себе состояние – это дать людям понять, что им выгодно делать вам добро.

Ж. де Лабрюйер

Кто гладит по шерсти всех и вся, тот, кроме себя, не любит никого и ничего; кем довольны все, тот не делает ничего доброго, потому что добро невозможно без оскорбления зла.

Н.Г. Чернышевский

Кто допускает мысль, что он сам – червяк, не должен жаловаться, когда на него наступают.

Э. Хаббард

Кто имеет меньше, чем желает, должен знать, что он имеет больше, чем заслуживает.

Г. Лихтенберг

Кто многого добивается, тому многого недостает.

Гораций

Кто недоволен тем, что имеет, тот не был бы доволен и тем, что хотел бы иметь.

Б. Ауэрбах

Лишь очень немногие живут сегодняшним днем. Большинство готовится жить позднее.

Д. Свифт

Лишь те заслуживают памятника, кто в нем не нуждается.

У. Хэзлит

Лучше зажечь свечу, чем проклинать темноту.

Китайская пословица

Лучше лечь спать без ужина, чем проснуться должником.

Б. Франклин

Люди ищут удовольствия, бросаясь из стороны в сторону, только потому, что чувствуют пустоту своей жизни, но не чувствуют еще пустоты той новой потехи, которая их притягивает.

Б. Паскаль

Люди хотят для себя богатства и славы; если то и другое нельзя обрести честно, следует их избегать. Люди страшатся бедности и безвестности; если того и другого нельзя избежать, не теряя чести, следует их принять.

Люди чаще капитулируют, чем терпят поражение.

Г. Форд

Между стремлением к наслаждениям и умением их получать большая разница. Более того, самый азарт, с которым люди гонятся за наслаждением, и есть лучшее доказательство того, что они не в состоянии его обрести.

Г. К. Честертон

Многие презирают жизненные блага, но почти никто не способен ими поделиться.

Ф. де Ларошфуко

Мудрость во всех житейских делах, мне кажется, состоит не в том, чтобы знать, что нужно делать, а в том, чтобы знать, что делать прежде, а что после.

Л. Н. Толстой

Мужество вообразить себе иной вариант открывает нам величайшую возможность сделать всю нашу жизнь более яркой и захватывающей.

Д. Бурстин

Мы мало дорожим тем, что нам легко достается; ценность всего определяется размерами наших затрат.

Т. Пейн

Мы не так домогались бы всеобщего уважения, когда бы твердо знали, что достойны его.

Л. Вовенарг

На каждую гору есть дорога, несмотря на то что ее, возможно, нельзя увидеть с долины.

Д. Роджерс

На свете мало недостижимых вещей; будь у нас больше настойчивости, мы могли бы отыскать путь почти к любой цели.

Ф. де Ларошфуко

Наслаждения подобны пище: самые простые приедаются меньше всего.

Ж. Саньял-Дюбе

Настойчивость – очень важный элемент успеха. Если вы достаточно долго стучитесь в двери, вы обязательно кого-то разбудите.

Г. Лонгфелло

Наша жизнь есть то, что мы думаем о ней.

Марк Аврелий

Нашему уму свойственно верить, а воле – хотеть; и если у них нет достойных предметов для веры и желания, они устремляются к недостойным.

Б. Паскаль

Невежда считает, будто весь мир создан только ради него. Когда же вдруг с ним случается нечто противоположное его ожиданиям, он приходит к заключению, будто весь мир преисполнен зла.

Маймонид

Невезение – чаще всего кара за глупость.

Б. Грасиан

Невозможно на земле личное счастье как цель. Счастье дается даром тому, кто ставит какую-нибудь цель и достигает ее после большого труда.

М. М. Пришвин

Не все достойные люди добиваются успеха; никто не добивается успеха, не обладая достоинствами.

А. Моруа

Не говори: «Отчего это прежние дни были лучше теперешних?» Не от мудрости ты спрашиваешь об этом.

Екклесиаст

Недоверие к себе – причина большинства наших неудач.

К. Боуви

Недостаточно обладать здравым умом – важно умело им пользоваться.

Р. Декарт

Неразумно бояться того, что неизбежно.

Публий Сир

Не тот умен, кто умеет отличить добро от зла, а тот, кто из двух зол умеет выбрать меньшее.

Аль-Харизи

Нет таких наслаждений и радостей, которые не теряли бы этого названия, когда они достаются легко и во множестве.

М. Севинье

Не уметь переносить бедность постыдно, не уметь избавиться от нее трудом еще постыднее.

Перикл

Не хули своей пищи только потому, что ты не голоден.

Р. Тагор

Нет банкротства хуже, чем когда теряешь энтузиазм.

Х. Арнольд

Нет ничего ни столь далекого, чего нельзя было бы достичь, ни столь сокровенного, чего нельзя было бы открыть.

Р. Декарт

Никакая цель не высока настолько, чтобы оправдывала недостойные средства ее достижения.

А. Эйнштейн

Никогда не сожалейте. Если это было хорошо, то это замечательно. А если это было плохо, то это опыт.

В. Хольт

Ничего мы не желаем так страстно, как того, что нам не положено.

Сайрус

Ну, допустим, ты пробил головой стену. Что ты будешь делать в соседней камере?

С. Е. Лец

Нужно думать не о том, что нам может пригодиться, а только о том, без чего мы не сможем обойтись.

Дж. Джером

Нужно обладать гением или уметь обходиться без него.

Ж. Вольфром

Огорчаться из-за того, чего не имеешь, значит терять и то, что у тебя есть.

К. Киз

Один раз в жизни счастье стучит в дверь каждого, но часто этот каждый сидит в соседнем кабачке и не слышит стука.

М. Твен

Опыт – это не то, что происходит с человеком, а то, что делает человек с тем, что с ним происходит.

О. Хаксли

Поиски счастья – основной источник несчастья.

Э. Хоффер

Пока мы откладываем жизнь, она проходит.

Сенека

Польза добродетели столь очевидна, что даже дрянные люди поступают добродетельно ради выгоды.

Л. Вовенарг

Пользуйся настоящими удовольствиями так, чтобы не повредить будущим.

Сенека

Пользуйтесь, но не злоупотребляйте – таково правило мудрости. Ни воздержание, ни излишества не дают счастья.

Вольтер

Помимо революций единственный способ обретения свободы – бережливость.

Д. Ийеш

Понять мир и полюбить его – две задачи, которые нелегко примирить между собой.

Р. Эмерсон

Порядок удлиняет дни; беспорядок укорачивает их.

К. Гельвеций

Прежде чем сильно чего-то пожелать, следует осведомиться, очень ли счастлив нынешний обладатель желаемого.

Ф. де Ларошфуко

Привычка вечно щупать пульс своего счастья – вот вреднейшая привычка, составляющая главное несчастье многих.

В. Н. Крачковский

Припомните, какой день принес вам наибольшее удовлетворение. Не тот, что вы провели в праздности и безделье, а тот, когда на вас навалилась гора дел – и вы с ними справились.

М. Тэтчер

Проблема дается нам не для стонов, а для решения.

Д. Уотсон

Проблема не в том, чтобы иметь деньги на черную икру, а в том, чтобы находить в ней вкус.

А. Моруа

Просыпаясь утром, спроси себя: «Что я должен сделать?» Вечером, прежде чем заснуть: «Что я сделал?»

Пифагор

Работа отгоняет от нас три великих зла: скуку, порок и нужду.

Вольтер

Работать только по вдохновению – все равно что топить печь одними спичками.

А. Закгейм

Ради укрепления внутреннего мира надо уметь выходить за его пределы.

Э. Мунье

Разумный гонится не за тем, что приятно, а за тем, что избавляет от неприятностей.

Аристотель

Расточитель завтракает с Излишеством, обедает с Недостатком, ужинает с Нищетою и ложится спать с Позором.

Б. Франклин

Самое большое богатство человека – расположение духа, достаточно сильное, чтобы не желать никаких богатств.

И. Гете

Свободен тот, кто может не лгать.

А. Камю

Секрет успеха в жизни состоит для человека в том, чтобы быть готовым воспользоваться удобным случаем, когда он придет.

Б. Дизраэли

Секрета успеха не бывает. Успех – это результат подготовки, упорного труда и извлечения уроков из ошибок.

К. Пауэлл

Серьезность человека определяется тем, что он считает пустяками.

Т. Бер

Слабые люди верят в удачу, сильные – в причину и следствие.

Р. Эмерсон

Слава – товар невыгодный: стоит дорого, сохраняется плохо.

О. де Бальзак

Слишком много исполненных желаний делают нас несчастными. Несколько неисполненных желаний поддерживают чувство ожидания, которое мы и называем счастьем.

Д. Сибергер

Случай только помогает уму, готовому им воспользоваться.

Л. Пастер

Собирай старательно то добро, которое не может быть похищено ворами или захвачено тиранами, которое и на последнем твоем пути тебя не покидает, не исчезает и не тлеет.

Индийское изречение

Сожаление о неразумно растраченном времени, которому предаются люди, не всегда помогает им разумно употребить его остаток.

Ж. Лабрюйер

Со счастьем дело обстоит как с часами: чем проще механизм, тем реже он портится.

Н. Шамфор

Спорить с неизбежностью бесполезно. Единственный аргумент против холодного ветра – теплое пальто.

Д. Лоуэлл

Стремиться к излишеству – значит гоняться за лишениями.

П. Сирус

Судьба – это не дело случая, это вопрос выбора.

У. Брайен

Счастлив тот, кто устроил свое существование так, что оно соответствует особенностям его характера.

Гегель

Счастье есть удовольствие без раскаяния.

Л. Н. Толстой

Счастье заключается не столько в обладании, сколько в процессе овладения предметом наших желаний.

К. Гельвеций

Счастье – такая хрупкая вещь, что вы рискуете его потерять, даже просто разговаривая о нем.

Ж. Леметр

Тайна наших несчастий в том, что у нас слишком много досуга для того, чтобы размышлять о том, счастливы мы или нет.

Б. Шоу

Так как вы не можете делать все, что хотите, то желайте только того, что можете сделать.

Теренций

То, как высоко вы поднимаетесь, во многом определяется тем, как высоко вы хотите забраться.

Б. Трейси

То, чего требует природа, доступно и достижимо, потеем мы лишь ради избытка.

Сенека

То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупностью учиненных ими глупостей.

А. Шопенгауэр

Только про того можно сказать, что он добился успеха, кто сумел воспользоваться его плодами.

Л. Вовенарг

Тот, кто горюет об этом мире, похож на пассажира, который давит в стенку своего купе, чтобы поезд пошел быстрее.

И. Гурвиц

Тот, кто ищет миллионы, весьма редко их находит, но зато тот, кто не ищет, – не находит никогда!

О. де Бальзак

Тот, кто не знает сомнений, не знает ничего.

Испанская пословица

Тот, кто не помнит своего прошлого, обречен на то, чтобы пережить его вновь.

Д. Сантаяна

Тот, кто познал других, учен. Тот, кто познал себя, мудр.

Лао-цзы

У бедности недостаток во многом, у скупости – во всем.

Публий Сир

У нас нашлось бы очень мало страстных желаний, если бы мы точно знали, чего мы хотим.

Ф. де Ларошфуко

Уверенность в себе – это первое необходимое условие для больших дел.

С. Джонсон

Удача – следствие случая, дающего нам возможность выказать свои таланты.

Л. Вовенарг

Удивительно устроен человек: он огорчается, теряя свое богатство, и равнодушен к тому, что безвозвратно уходят дни его жизни.

Абу Аль Фарадж

Удовольствие и страдание служат критериями решений относительно того, к чему следует стремиться и чего избегать.

Демокрит

Успех обычно приходит к тем, кто слишком занят, чтобы искать его.

Г. Торо

Успех следует измерять не столько положением, которого человек достиг в жизни, сколько теми препятствиями, какие он преодолел, добиваясь успеха.

Б. Вашингтон

Хозяин своей судьбы тот, кто умеет пожинать плоды своих неудач.

И. Шевелев

Целеустремленный человек находит средства, а когда не может найти, создает их.

У. Чэннинг

Часть времени у нас отбирают силой, часть похищают, часть утекает впустую. Но позорнее всех потеря по нашей собственной небрежности.

Сенека

Человек вырастает по мере того, как растут его цели.

Ф. Шиллер

Человек живет на земле не для того, чтобы стать богатым, но для того, чтобы стать счастливым.

Стендаль

Человек занят тем, от чего он ожидает счастья, но самое большое его счастье состоит в том, что он занят.

Ален

Человек, которому повезло, – это человек, который делал то, что другие только собирались сделать.

Ж. Ренар

Человек не стар, пока к чему-то стремится.

Ж. Ростан

Человек от природы дитя; его сила есть сила роста.

Р. Тагор

Человек тем богаче, чем дороже то, от чего он без ущерба может отказаться.

В. Швебель

Что хорошего в тепле, если холод не подчеркнет всей его прелести.

Д. Стейнбек

Чтобы преуспеть, надо творить подлости или шедевры. На что из двух вы более способны?

Ж. Ренар

Чтобы стать великим человеком, нужно уметь искусно пользоваться всем, что предлагает судьба.

Ф. де Ларошфуко

Нравы. Склонности. Характеры

Ад, ожидающий нас в загробной жизни, о котором нам говорят богословы, не хуже того ада, который мы сами создаем себе на этом свете, воспитывая свой характер в ложном направлении.

У. Джемс

Большая разница, не хочет человек грешить или не умеет.

Сенека

Вот вам человек: виноваты его ноги, а он винит ботинки.

С. Беккет

Все мы рождаемся с известным запасом безумия, который так или иначе расходуется нами; счастлив тот, кто понемногу растратил его в молодости.

В. Шербюлье

Все, что несправедливо, оскорбляет нас, если не приносит нам прямой выгоды.

Л. Вовенарг

Все, что соответствует нашим желаниям, кажется правильным. Все, что противоречит им, приводит нас в ярость.

А. Моруа

Глубочайшим свойством человеческой натуры является страстное стремление людей быть оцененными по достоинству.

У. Джемс

Глупцы восторгаются тем, что разумные люди просто одобряют.

А. Поп

Добродетель состоит не в том, чтобы удерживаться от порока, а в том, чтобы не стремиться к нему.

Б. Шоу

Достойна похвалы доброта лишь того, кто добр, имея достаточно сил, чтобы быть злым.

Ф. де Ларошфуко

Думайте и ведите себя жизнерадостно, и вы почувствуете себя жизнерадостным.

Д. Карнеги

Если людям нечем похвастаться, они хвастаются своими несчастьями.

А. Граф

Если слепой, споткнувшись о камень, упадет на дороге, всегда ругает камень, хотя виною его слепота.

Г. Сенкевич

Если человек не возвышается над своими согражданами, он желает унизить их до себя; кто не может быть выше, желает по крайней мере жить с равными.

К. Гельвеций

Жизнь не станет лучше, пока люди не осознают, что умных вокруг достаточно, не хватает лишь смелых.

Ф. Жиро

Зависть и восхищение – две стороны одного и того же явления. Разница в том, что восхищаются сильные, а завидуют неудачники. Следовательно, зависть – это своеобразное признание чужого превосходства.

Х. Инженьерос

Какие бы похвалы нам ни расточали, мы не находим в них ничего для себя нового.

Ф. де Ларошфуко

Когда люди получают возможность вести себя так, как им заблагорассудится, они обычно подражают друг другу.

Э. Хоффер

Кто влюблен в самого себя, тот в своей любви имеет по крайней мере то преимущество, что у него никогда не будет много соперников.

Г. Лихтенберг

Кто боится страданий, тот страдает уже от самого страха.

М. Монтень

Люди сделали из судьбы всесильную богиню, чтобы сваливать на нее свои глупости.

А. Оксеншерн

Людям, сильно занятым своим внутренним развитием, свойственно запускать свои внешние дела.

И. Гете

Многие люди принимают свою память за интеллект и свои взгляды за факты.

П. Массон

Мы поймем смысл всех людских занятий, если вникнем в суть развлечений.

Б. Паскаль

Наградить человека честолюбием, не наделив талантом, – вот самое большое зло, какое может причинить ему судьба.

Л. Вовенарг

Наши пороки облагают нас большими налогами, чем правительство.

Б. Франклин

Наши слабости нам уже не вредят, когда мы их знаем.

Г. Лихтенберг

Не внушает доверия человек, предпочитающий плохое хорошему.

А. Дюма-отец

Некоторые считают, что у них доброе сердце, хотя на самом деле у них лишь слабые нервы.

М. Эбнер-Эшенбах

Неправда, что страдания облагораживают человека; иногда это удается счастью, но страдания в большинстве случаев делают человека мелочным и мстительным.

С. Моэм

Не расстраивайтесь, если кто-то назовет вас злым, расстраиваться надо, если вы действительно злой человек.

Испанская пословица

Не создавай себе слишком мудреного представления о человеке, суди о нем просто: не считай его ни слишком хорошим, ни слишком дурным.

Г. Лихтенберг

Никто не знает о нас столько дурного, как мы сами, и тем не менее никто так хорошо не думает о нас, как мы сами.

Ф. Шенман

Ничто столь соразмерно не разделено между людьми, как умственные способности: мы все удовлетворены тем, что имеем.

Испанская поговорка

Об истинном характере человека можно судить по тому, что бы он делал, если бы знал, что об этом никто не узнает.

Т. Макколей

Под здравым смыслом всякий разумеет только свой собственный.

В. О. Ключевский

Самый большой недостаток людей состоит в том, что у них много маленьких недостатков.

Жан Поль

Скромность должна быть добродетелью тех, у кого нет других добродетелей.

Г. Лихтенберг

Следует мириться с невежеством и глупостью как с врагами, превосходящими численно.

П. Буаст

Существенная часть нашего совершенства состоит в том, чтобы замечать наши несовершенства.

Ф. Ламотт-Левайе

Существует достаточно света для тех, кто хочет видеть, и достаточно мрака для тех, кто не хочет.

Б. Паскаль

Счастье и мудрость различаются тем, что тот, кто считает себя самым счастливым, таковым и является, а тот, кто почитает себя за самого мудрого, как правило, оказывается величайшим глупцом.

Ч. Колтон

Там, где недостает ума, недостает всего.

Д. Галифакс

Твердость убеждений – чаще всего инерция мысли, чем последовательность мышления.

В. О. Ключевский

То, что обычно называют глубоким знанием людей, большей частью не что иное, как самоанализ, обратное отражение собственных слабостей.

Г. Лихтенберг

У меня достаточно хлопот с собственными недостатками, чтобы еще раздражаться из-за того, что Бог не позаботился равномерно распределить между людьми умственные способности.

Д. Уэнемейкер

Хотя мы храним верность своему долгу нередко лишь из лени и трусости, все лавры за это достаются на долю наших добродетелей.

Ф. де Ларошфуко

Человек, настойчиво повторяющий, что он не дурак, обычно имеет какие-то сомнения на этот счет.

У. Мизнер

Человека с характером трудности привлекают, потому что только при помощи них он может осознать свой потенциал.

Ш. де Голль

Человек среди людей

Берегись того, кто обещает что-нибудь за ничто.

Барух

Все любят разгадывать других, но никто не любит быть разгаданным.

Ф. де Ларошфуко

Вся наша критика сводится к упреку ближнему за то, что он не обладает достоинствами, которые мы приписываем себе.

Ж. Ренар

Деловые отношения не неиссякаемый источник, откуда баловень судьбы может пить сколько душе угодно; я сравнил бы их с источником, откуда может пить лишь тот, кто позаботился о подаче воды.

Ален

Дружба, которая прекратилась, никогда, собственно, и не начиналась.

Публий Сир

Друзей теряет тот, кто зовет их слишком часто или слишком редко.

Шотландская поговорка

Единственный способ иметь друга – самому быть им.

Р. Эмерсон

Ежели не желаете нажить себе врагов, то старайтесь не выказывать над людьми своего превосходства.

А. Шопенгауэр

Если боишься – не говори, если сказал – не бойся.

Арабская пословица

Если вас никто не любит, будьте уверены – это ваша вина.

Ф. Додридж

Если одно-два приветливых слова могут сделать человека счастливым, надо быть негодяем, чтобы отказать ему в этом.

У. Пенн

Если увидишь мудреца, беседующего с глупцом, – знай, что беседуют два глупца.

Еврейская пословица

Если хотите узнать, насколько вы богаты, посчитайте своих друзей.

М. Браун

Если человек вам не нравится, вас может взбесить то, как он держит ложку; если же он вам нравится – он может облить вас супом, и вы не обидитесь.

И. Бекер

Есть два типа людей, которые никогда не будут цениться: те, кто не способен делать то, что им говорят, и те, кто способен делать только то, что им говорят.

С. Кертис

Жить с человеком, воплощающим все добродетели, наверное, еще тяжелее, чем быть им.

Р. Невилл

Затянувшаяся дискуссия означает, что обе стороны неправы.

Вольтер

Из двух человек одинаковой силы сильнее тот, кто прав.

Пифагор

Истинное красноречие – это умение сказать все, что нужно, и не больше, чем нужно.

Ф. де Ларошфуко

Истинной дружбой могут быть связаны только те люди, которые умеют прощать друг другу мелкие недостатки.

Ж. Лабрюйер

Каждый человек, которого я встречаю, в каком-то отношении превосходит меня, и в этом смысле я могу у него поучиться.

Р. Эмерсон

Когда между собакой и кошкой вдруг возникает дружба, то это не иначе, как заговор против повара.

С. Цвейг

Когда ты говоришь, слова твои должны быть лучше молчания.

Арабская пословица

Кто хочет иметь друга без недостатков, останется без друзей.

Биас

Лучше услышать от низких людей брань, чем услышать от них похвалу. Лучше заслужить упрек от благородного мужа, чем увидеть его безразличие.

Хун Цзы-чен

Любая страсть, владеющая человеком, как бы открывает прямой доступ к нему.

Л. Вовенарг

Людские ссоры не длились бы так долго, если бы вся вина была на одной стороне.

Ф. де Ларошфуко

Мужество больше проявляется не в том, чтобы затеять драку, а в том, чтобы уметь избежать ее.

М. Андерсон

Мы привыкли судить о других по себе, и, если мы охотно прощаем им наши недостатки, мы сурово осуждаем их за то, что они лишены наших достоинств.

О. де Бальзак

Наша беда в том, что чужие недостатки мы считаем своими достоинствами.

М. Светлов

Не дружите с теми, с кем удобно проводить время. Дружите с теми, кто побуждает вас совершенствоваться.

Т. Уотсон

Не иметь врагов может лишь предельное ничтожество, так что я никому не советую этим хвастаться.

А. Бужар

Не отнимай ни у кого убеждений, способствующих его счастью, если не можешь дать ему лучших.

К. Лафатер

Не следуйте совету человека, находящегося в трудном положении.

Эзоп

Не скрещивай шпаги с тем, у кого ее нет.

С. Е. Лец

Не суди о человеке по тому, каких взглядов он придерживается, а суди по тому, чего он с их помощью добился.

Г. Лихтенберг

Не судите о человеке только по его друзьям. Помните, что друзья у Иуды были безукоризненны.

Э. Хемингуэй

Об услуге пусть рассказывает не оказавший, а получивший ее.

Сенека

О людях, живущих уединенно, порою говорят: «Они не любят общества». Во многих случаях это все равно что сказать о ком-нибудь: «Он не любит гулять», – на том лишь основании, что человек не склонен бродить ночью по разбойничьим вертепам.

Н. де Шамфор

Первое, что нужно усвоить во взаимоотношениях с другими людьми, это то, что им нельзя мешать быть счастливыми – так, как они того хотят, если только это не мешает нам стать счастливыми – тем способом, как мы того хотим.

Г. Джеймс

Подозревать других в дурном – грех, но редко – ошибка.

Г. Менкен

Пользоваться чьими-либо благодеяниями – более верный способ привязать его к себе, чем делать ему одолжение в свою очередь. Часто вид благодетеля тяготит, вид же человека, которому оказано благодеяние, всегда приятен – в нем видят свое деяние.

Ж. Жубер

Порицание со стороны дурных людей – та же похвала.

Сенека

Порицая других, мы чаще всего просто косвенно хвалим себя.

Т. Эдвардс

Похвала и лесть – это два гостеприимных хозяина; только первый поит своего гостя вдоволь, а второй спаивает.

С. Джонсон

Почему люди, как правило, избегают одиночества? Потому что наедине с собой лишь немногие наслаждаются приятным обществом.

К. Досси

Презрение следует расточать весьма экономно, так число нуждающихся в нем велико.

Ф. де Шатобриан

Скрывать что-либо от друзей опасно; но еще опасней ничего от них не скрывать.

М. Лафайет

Только тогда легко жить с человеком, когда не считаешь ни себя выше, лучше его, ни его выше и лучше себя.

Л. Н. Толстой

У вас никогда не будет второго шанса произвести первое впечатление.

Дон Аспромонте

У каждого человека свое умение видеть, думать и чувствовать. Нет ничего глупее, чем пытаться подменить у него это умение нашим.

Ж. Ж. Руссо

Уметь переносить несовершенство других есть признак высшего совершенства.

Г. Винклер

Торжество разума в том и состоит, чтобы уживаться с людьми, не имеющими его.

Вольтер

Тот, кто думает, что может обойтись без других, сильно ошибается; но тот, кто думает, что другие не могут обойтись без него, ошибается еще сильнее.

Ф. де Ларошфуко

Тот, кто рассказывает тебе о чужих недостатках, рассказывает другим о твоих.

Д. Дидро

Ты равен тому, кого понимаешь.

И. Гете

Услыхав о чьем-то дурном поступке, не спеши осуждать этого человека. Может статься, что он порядочный человек, который пал жертвой клеветы. Услыхав о чьем-то хорошем поступке, нельзя спешно искать дружбы с этим человеком. Может статься, что он негодяй, который набивает себе цену.

Хун Цзы-чен

Человек, который соглашается со всем, что вы говорите, либо дурак, либо готовится содрать с вас шкуру.

К. Хаббард

Человек не может быть слишком разборчив в выборе своих врагов.

О. Уайлд

Чтобы казаться человеком достойным, нужно быть им.

Н. Буало

Эгоизм и альтруизм одинаково необходимы. Правильно жить – это правильно между ними балансировать.

Г. Самуэл

Примечания

1

Похоже, такой золотой жилой сегодня является… написание собственного руководства по обогащению. За примерами не надо далеко ходить. Передо мной книжка с кричащим названием «Я хочу денег!». В ней авторы, выдающие себя за ученых, «на полном серьезе» разъясняют, как подбирать деловых партнеров по знаку Зодиака, как ощупыванием купюры предугадывать колебания валютного курса, и т. д., и т. п. Из книжки можно узнать, что не следует, например, хранить деньги в банке, двери которого обращены на восток, и т. п. Что поделаешь, наивные обыватели, готовые глотать этот вздор, еще не скоро переведутся. Так что, если вас не смущают лавры Бендера и Мавроди, дерзайте! Нафантазировать на эту тему можно что угодно. Только, пожалуйста, не надо при этом выдавать себя за психолога. Это будет совсем несолидно.

2

Интересно, что именно в этом качестве – как стимулятор мозговой активности – исследователями фармацевтической фирмы «Сандоз» был более полувека назад синтезирован печально знаменитый ЛСД.

Content

Сергей Степанов
Психологические шпаргалки

Предисловие

Формула удачи

С новым счастьем!

В поисках душевного равновесия

Мифы о деньгах

Приложение 1 Мысли о деньгах

Загадка русского счастья

В защиту пессимизма

Лучше жалеть о сделанном

Первый день новой жизни

Правильные цели и надежные средства

Муки выбора

Каждому – по заслугам?

Научно доказано: ученье – свет!

Успех продлевает жизнь

Слагаемые успеха

Слагаемые неудачи

Словарь неудачника

Блистательная посредственность

Рейтинг вашей профессии

Авантюрист с калькулятором

Чувство № 6

Семь раз отмерь… но не больше!

Хотите иметь деньги? Научитесь с ними расставаться!

Искусство помнить и забывать

Искусство добиваться своего

Сердитесь правильно

Ругаемся по-научному

Эффект Франклина

Предложение, от которого невозможно отказаться

Соперничество ведет к неприязни. Сотрудничество примиряет

Слухами земля полнится

Власть советов

Какое настроение лучше?

Чем болен прогульщик?

Руководство без крайностей

Личное пространство успеха

Сделай паузу

Как удлинить день?

Испытание отпуском

Обжигающий ветер странствий

Коварные мелочи жизни

Клеймо или ореол?

О пользе дневников

Пища для ума. Съел – и порядок?

Светлые головы

Мир тесен. Доказано экспериментально

Мелодии души

Ну и шутки у вас, джентльмены!

Школа неудачников

Рецепт царя Соломона

Приложение 2 Полезные мысли

Стремления. Цели. Ценности

Нравы. Склонности. Характеры

Человек среди людей

Примечания