Янела Нарна

Амазонки

Глава 1

Королевское решение

– И ты наивно полагаешь, что я поверю во все это? – молодой король Эйдан с недоумением смотрел на испуганного торговца, сидевшего на полу у царского трона и в ужасе мнущего грязными руками полы своего одеяния.

Король подпер голову рукой и с интересом стал разглядывать мужчину, замершего у трона. Тот, кажется, попал все же в какую-то переделку: одежда на нем была изорвана, на щеке красовался свежий шрам, а в глазах до сих пор виднелись отголоски ужаса. Чего же сейчас больше боялся торговец – того, что с ним произошло, или же гнева своего правителя, который явно был недоволен пропажей товаров, оставалось для Эйдана загадкой.

Король встал и, бросив презрительный взгляд на отползшего в сторону торговца, прошелся по залу.

– То есть, ты говоришь, что на тебя напали амазонки?

– Да, господин, – закивал головой торговец. – Я своими глазами видел их! Женщины, одетые в мужскую одежду, все рослые и сильные как мужчины…

Эйдан жестом руки прервал его.

– Зачем ты мне все это рассказываешь? Эти сказки про женщин-воительниц и я знаю с детства…

Под недоуменный гул своих слуг молодой король встал, сложив руки на груди.

– Я никогда не поверю, что дюжина солдат, сопровождавшая тебя, не смогла разогнать кучку одичалых баб, позарившихся на наши товары… да и зачем им оружие, которое ты вез? Я бы понял, если бы ты вез шелка, сладости…

– А затем, что всего лишь процентов десять от той информации, что мы знаем об этих женщинах, правда, если еще не меньше, – высокий брюнет, сидевший по правую руку от короля, поднялся и одернул полог своего плаща.

Молодой король посмотрел на своего советника – Варт был старше своего короля едва ли не в два раза. Он служил еще отцу Эйдана, и когда молодой король взошел на престол, конечно же, стал его советником. Варт был мудр и знал многое о землях своего королевства, тогда как Эйдан – как и все молодые люди, – был горяч. Его куда больше интересовали женщины и гулянки, нежели дела королевства, вот и сейчас король со свойственным ему упорством не желал слушать рассказы торговца, полагая, что тот просто продал перевозимое им оружие на сторону. А вот Варт сразу понял, что торговец не врет, и дело здесь не чисто…

– Проблема в том, что поселение этих женщин воительниц – важный для нас объект. Мы пытались поговорить с ними, но переговоры не закончились ничем. Мой король, ты напрасно полагаешь, что они слабы, – их силе могут позавидовать многие…

На этих ловах Эйдан вопросительно посмотрел на советника, видимо, пытаясь понять, бредит он или нет.

– Мы до сих пор не понимаем, что о них думать – враги они или друзья? Что, если они готовят нападение? Недаром же они украли оружие…

– Варт, это просто смешно, – Эйдан развернулся к советнику, – они ни разу ни с кем не воевали! Разве что друг с другом из-за украшения или платья, может, дрались…

– Ты не верно оцениваешь ситуацию, мой король! Амазонки не просто женщины – они не такие как наши придворные дамы.

– И все же у нас нет оснований полагать, что они готовят нападение на нас! Повторю, никогда они не нападали на нас! – упрямо повторил король.

– Тогда откуда в наших архивах есть информация об их воинских качествах? – Варт не сводил глаз со своего короля.

– А вот это интересный вопрос, – задумался Эйдан. – Наши послы никогда не бывали в их поселении, правда, насколько я знаю, отец даже вел переговоры с их царицей. То, что нам известно – это свидетельства ученых других систем, что пытались изучить амазонок. Согласитесь, город, управляемый и населенный исключительно женщинами – феномен из феноменов…

– Но мы знаем, что живут эти девушки очень долго, население пребывает за счет беженок из городов, – ответил Варт. – Амазонки охотно принимают женщин в свой мир. Общее население их города составляет несколько тысяч человек! Семьдесят процентов из них – воины. Царицу они выбирают всем своим племенем на общем совете…

– А дети? Ведь женщины должны же хотеть иметь детей… – спросил король.

– У них есть дети, мой король. Амазонки из рожденных детей оставляют в племени только девочек, мальчиков же убивают или возвращают отцам!

– Так кто же их отцы?

– Мужчины из соседних деревень, – неуверенно сказал Варт.

Король расхохотался, и подошел обратно к своему трону, усевшись на него.

– Варт, это смешно! Кучка диких женщин, каким-то чудом образовавших свой город в лесу и периодически совершающих набеги на соседние деревни для того, чтобы переспать с местными мужиками и забеременеть от них, грозит нам войной… Хорошо, допустим, что еще нам известно о них?..

– В архиве есть истории об амазонках и рисунки, на которых запечатлены женщины.

– Так неси же, посмотрим на них.

В ожидании архива, король скучающим взглядом обвел свой зал. Огромный дворец, принадлежащий некогда его отцу, теперь принадлежал 18-летнему Эйдану и, нужно заметить, очень ему нравился. Ах, какие балы он закатывал в этом зале, с какими девушками танцевал. Взгляд короля зацепился за грязного торговца, замершего в углу. Рассказы Варта о воительницах настолько заинтересовали юношу, что тот решил сменить свой гнев на милость и попросил торговца подойти ближе.

– Ну, расскажи мне, как они выглядят?

– Кто? – спросил мужчина.

– Как кто?! Амазонки! Наверняка, все они огромные и здоровые, как наши солдаты? – король захохотал, подзывая к себе одного из своих охранников, отличавшегося особенно крупной фигурой. Непонятно, то ли он был слишком здоров, то ли просто толст, но один вид этого детины внушал ужас всем, кто видел его на поле битвы. – Я уже представляю себе этих ужасных, здоровых грязных баб, – капризно сморщил нос Эйдан, – наверняка они ужасны…

– Ваше величество, – робко подал голос торговец и, дождавшись разрешения, продолжил. – Вообще то, они совершенно не такие. Женщины-воительницы очень красивы!

Эйдан с любопытством взглянул на торговца, жестом приказывая ему продолжить рассказ.

– Я видел их также близко, как и вас. Все они очень красивы и скорее похожи на богинь, чем на смертных женщин! Одна из девушек говорила со мной, они ведь пощадили меня и нескольких солдат из отряда охраны… У нее были золотые волосы и алебастровая кожа. Она была одета в кожаный костюм, плотно облегающий тело. Холодные глаза цвета полярного неба смотрели на меня в упор, и мне хотелось сбежать и спрятаться. В битве все ее тело было натянуто тонкой тетивой, она выглядела, будто волчица, готовящаяся к прыжку. Это гордая и непреклонная воительница.

– Гордая и непреклонная, говоришь… – задумчиво протянул Эйдан.

Тем временем подоспел Варт, протягивая своему королю многочисленные свитки, на которых были изображены девушки-воительницы. С одного листа на короля смотрела хрупкая девушка, с короткими черными волосами, собранными в нехитрую прическу многочисленными ленточками. В ярких синих глазах затаилась задорная усмешка, на смуглом лице застыла лукавая улыбка. Она воинственно сложила руки на груди и позировала художнику. Странная деревянная маска, поднятая с лица на голову, говорила о том, что это не просто женщина, а настоящая воительница. Короткая юбка до середины бедра, сшитая из выделанной кожи и плотной ткани, украшенная неяркой вышивкой, короткий топ, вышитый всевозможными бусинами, высокие сапоги и металлические браслеты на запястьях. Ее облик внушал противоречивые чувства…

На других свитках король увидел брюнетку со светлой кожей. Ее длинные смоляные волосы были собраны в тугую косу, украшенную золотыми лентами. Она задумчиво восседала на своем троне, прикрыв свои фиалковые глаза. Девушка склонила голову на бок, опершись на руку, и положила ногу на ногу. Короткое платье из плотной кожи полностью облегало стройное натренированное тело. Легкие металлические доспехи, украшенные неповторимым растительным узором, будто кружево оплетали ее стан. Высокие кожаные сапоги и длинные металлические браслеты на запястьях надежно могли защитить свою обладательницу в бою.

Изображение брюнетки сменилось рисунком невероятно обворожительной шатенки, с медным блеском в волосах и пронзительным изумрудным взглядом. Она вальяжно лежала на чем-то, отдаленно напоминающем ложе, и игриво накручивала прядь волос на тонкий пальчик. Белоснежная улыбка на смуглом лице пленяла. Небольшой кусок плотной ткани стягивал невероятно пышный бюст девушки и, видимо, нужен он был, чтобы просто прикрыть наготу; два длинных цветных куска плотной материи, закрепленные на бедрах широким кожаным поясом, открывали взору сильные и стройные ноги девушки. Легкие сандалии надежно защищали ступни и кокетливым шнурком обвивались вокруг голени.

Эйдан перелистывал свитки и видел изображения девушек, каждая из которых была практическим воплощением красоты и силы. И чем больше юный король смотрел на амазонок, тем больше он злился…

– Насколько мне известно, амазонки весьма скупы на какие-либо эмоции и чувства, поскольку считают их ненужными, – подал голос Варт.

– Я бы заставил их испытать бурю эмоций, – Эйдан жадно потер ладони. – Решено! Мы захватим их! Сделаем их город частью нашего государства, а самих амазонок превратим либо в солдат, либо в наложниц.

– Но… мой король… – подал было голос Варт.

– Перечить мне вздумал? – буркнул Эйдан. Если я отдаю приказ, то мы делаем так, как я говорю!

Варт только вздохнул, глядя на своего короля. Спорить с ним было бесполезно – об этом знали все – Эйдан не терпел непослушания. Этот избалованный мальчишка привык, чтобы все плясали перед ним на задних лапках, и ему было совершенно наплевать на то, чем его решения обернутся для королевства. Вот и сейчас король упрямо смотрел в серые глаза Варта, которому не оставалось ничего, кроме как покориться.

– Что же ты хочешь, – наконец, спросил советник.

– Для начала – увидеть королеву.

– Еще никому не удалось увидеть ее, – вздохнул Варт. – Твой отец не раз пытался договориться с амазонками, но посторонним строго-настрого запрещено видеть Царицу, встречаться с ней. Никто не знает, как она выглядит. Известно, что она обладает невероятной силой, способной объединить силы всех амазонок. А в ее дворце королеву охраняет гвардия амазонок, которая выполняет любые ее указания.

– Ну и что, что моему отцу ничего не удалось, я не он! – рявкнул король.

– Ваше величество, – подал голос молчавший доселе второй советник. – Столько лет наши предки не смогли не то что склонить, даже увидеть царицу амазонок, а вы хотите, чтобы мы за пару минут придумали, как завоевать их поселение?

– Да! Именно этого я и хочу! – рявкнул Эйдан. – Отправьте к ним отряд с требованием признать мою власть и с требованием того, чтобы королева прибыла ко мне во дворец! А если откажутся – то мы сломим их силой!

Варт, глядя на загоревшегося идеей покорения амазонок короля, устало закрыл глаза.

Глава 2

Город амазонок

Вечер. Тихий, теплый, летний вечер опустился на поселение амазонок. Языки пламени ярких костров плясали отсветами на деревьях и стенах домов, наполняя красными бликами дрожащий воздух. Тут и там курились дымки, слышались мягкие и звонкие девичьи голоски. Амазонки и те, кто неизвестно каким ветром был занесен в их поселение, занимались своими делами. Обсуждали проблемы, договаривались о работе, торговали… Где-то недалеко мычала корова, гулко и звонко ударял о наковальню молот кузнеца, порождая острое эхо, разносившееся далеко по сторонам. Молодая темноволосая женщина, черты которой носили отпечаток той самой суровой красоты, свойственной для многих из женщин-воительниц, подняла лицо к хмурому небу. Хлопанье крыльев и крик вспугнутого в лесу воронья заставил ее ухмыльнуться.

– На охоту, что ли, отправиться, – тихо пробормотала девушка, но тут же усмехнулась, вспомнив слова своей наставницы. Когда-то, когда она была еще маленькой девочкой и частенько сбегала в лес, мудрая наставница Ада заставила ее вызубрить кодекс амазонок, или как они еще себя называли, сестер, «…все Амазонки считают уничтожение зла своей задачей, исполнение которой откроет новую эру».

– Все амазонки обязаны бороться со злом, – в продолжение своих мыслей проговорила девушка, рассматривая снятую с лука тетиву, – вот только на какие средства жить борцам? Что-то небо не особенно поддерживает нас и не спешит проливаться благословенным дождем!

Она вздохнула, кинув взгляд на тощий кошель на поясе. В последнее время с работой в поселении было тяжело. Не так давно амазонки охраняли проходящие мимо караваны, нанимались на работу в близлежащие деревни, но сейчас ситуация изменилась. С работой стало совсем туго – некоторые из сестер даже не гнушались уже зарабатывать грабежом… Что, впрочем, было неудивительно. Не все ладно было сейчас в их землях и работы было не найти.

«… амазонки могут быть воинами или стратегами, а могут выбирать для себя работу наемника, пока служба не противоречит законам амазонок», – наизусть процитировала воительница, сгибая свой лук и натягивая тетиву. Девушка тронула ее пальцами и, убедившись, что тетива дрожит, словно струна, улыбнулась. Подбежавшая к ней молоденькая девочка робко замерла, с восторгом глядя на амазонку и лук в ее руках…

– Тебя просит к себе Свана, – тихо сказала девочка, теребя полу простого платья. И, замерев на секунду, добавила: – Ты ведь лучница, да?

Воительница окинула малышку взглядом и улыбнулась. Интересно, кем вырастет эта девочка? Воином? Служительницей храма? Или, быть может, она войдет в свиту королевы…

– Да, я лучница, – прервала, наконец, молчание девушка.

– Какой красивый у тебя лук, – с этими словами девочка протянула руку к древку и замерла в нерешительности, словно спрашивая свою старшею сестру, можно ли ей дотронуться до оружия. И лишь получив кивок головы своей сестры, провела пальчиками по луку, повторяя узоры замысловатой медной вязи, которой был украшен лук. – Когда я вырасту, я тоже стану лучницей! – уверенно заявила малышка.

– Так что там Свана? – спросила шатенка, забирая лук из рук девочки, которая, вспомнив о данном ей поручении, тут же оживилась.

– Ждет тебя, идем, я провожу!

– Веди, – откликнулась воительница, вставая.

Свана – одна из самых уважаемых женщин племени, старшая сестра всех амазонок, их помощница и советчица, имеющая возможность общаться с духами. Именно к ней и направлялась девушка, быстро ступая обутыми в легкие кожаные сандалии ногами по еще не успевшей остыть земле. Старшая сестра сидела у костра и терпеливо ждала ее прихода, а по правую руку от нее сидел мужчина.

Нельзя сказать, что амазонки видели мужчин редко – вовсе нет. Нанимаясь на работу в охрану караванов или даже просто торгуя с соседними деревнями, девушки регулярно общались с ними. Некоторые даже решались покинуть племя и отдать себя семейной жизни с полюбившимися им мужчинами, таких амазонки не держали. Счастье сестер и закон племени – вот две главных ценности девушек-воительниц… Но мужчина, сидевший рядом со Сваной, сразу показался лучнице каким-то особенным, что-то в его облике было такое, чего девушка раньше никогда не видела…

Он был не старым, лет около тридцати – молодое, смуглое лицо, темные волосы, серые глаза, которые внимательно смотрели на амазонку из-под темного капюшона. Поймав его взгляд, девушка кивнула, а незнакомец в ответ улыбнулся, обнажая белые зубы.

– Сколько же я могу ждать тебя? – тихо и спокойно проговорила Свана, обращаясь к лучнице. – Это Рамир – человек, который хочет нанять тебя на работу…

От этой новости у молодой лучницы буквально вытянулось лицо – нанять ее на роботу? Неужто, небо и впрямь прислушалось к ее мольбам и решило послать ей хоть какую-то возможность заработка?

– А это… – Свана, обнажая кисти рук из рукавов просторного белого платья, указала на девушку, – Ксена. Она – амазонка, лучшая из лучниц, отличная мечница, она – лучшая попутчица, которую я могла бы вам посоветовать.

Мужчина кивнул, оглядывая Ксену, та же, в свою очередь, разглядывала путника. Тренированное молодое тело не так просто было скрыть под объемным плащом. Он, очевидно, был силен и ловок, для какой же работы этому мужчине потребовалась помощь сестер? Ответить на вопрос лучницы решилась Свана, которая продолжила:

– Ты должна помогать во всем этому человеку, Ксена. Защищать его и охранять, ведь ты знаешь о том, что дела наши не так хороши как ранее. И не только наши. Тревожные вести мы узнаем от торговцев и путников. Дороги на север перекрыты разбойниками, но совсем недавно там прошли два человека, люди, которых не тронули ни разбойники, ни иные силы. Кто-то из богов ведет их, но это не добрые люди – они украли у Рамира то, что по праву принадлежит ему, и теперь он преследует их… Этих двоих странников нужно непременно настигнуть. Иначе…

Свана замолчала, поднимая руки и лицо к небу, словно спрашивая совета у только что появившихся на небе звезд.

– Что иначе?.. – тихо спросила Ксена, понимая, что она уже знает ответ.

– Духи сулят нам великую беду, если мы не поможем Рамиру, – продолжила Свана. – Я не вижу подробностей, но… Кто-то должен сопровождать его! И выбор пал на тебя.

– Выбор? – не выдержала Ксена, чувствующая на себе оценивающий взгляд проницательных серых глаз. – А деньги? Я получу вознаграждение за свою работу?

Свана только вздохнула, а лучница закатила глаза. Нет, небо точно издевается над ней! Работать бесплатно?! Сопровождать двух воришек в компании молчаливого человека, чьего лица она даже толком не могла рассмотреть?! Нет уж, увольте…

Свана, видя как злится молодая амазонка, приготовилась уже было выдать очередную речь про долг каждой сестры, но неожиданно слово взял сам путник.

– Ты получишь свою награду, воительница, – тихо сказал он, но голос его прозвучал уж слишком твердо. – Получишь, если мы вернем ту вещь, что принадлежит мне…

Оценивающий взгляд соскользнул с лица девушки, которая замерла в нерешительности. Мужчина коротко кивнул Сване и быстро поднялся. Не произнося ни звука, он вскинул на плечи котомку и быстрым шагом направился к тяжелым деревянным воротам по дороге, ведущей на Север. Он не смотрел на Ксену и не заговаривал с ней. Единственным признаком того, что он вообще знал о ее присутствии, был тот самый первый короткий кивок. Он даже не оглядывался, чтобы посмотреть, идет ли она за ним – он точно знал, что амазонка теперь будет следовать за ним по пятам, ведь она не может подвести своих сестер.

Глава 3

Дорога на Север

На протяжении последних нескольких дней амазонка и ее спутник двигались на Север. Они почти не разговаривали, впрочем, такая ситуация полностью устраивала и девушку, и мужчину. Ксена не была особенно разговорчивой, хотя ее, как и любую женщину, терзало любопытство – амазонка очень хотела узнать, за какой же вещью она отправилась вместе со своим спутником. Но спрашивать не решалась. Да и статус амазонки не позволял Ксене вести себя легкомысленно – все-таки, ее рекомендовали Рамиру, как лучшую лучницу и одну из самых сильных сестер, а не болтливую девицу, чье призвание – коротать время путников в дороге да избавлять их от скуки.

Изо дня в день Ксена молча шла за мужчиной. Лук и колчан стрел были прикреплены за ее спиной вместе с мечом, а висящий на поясе набор ножей довершал арсенал воительницы. Рамир шел размашистым шагом человека, который привык к долгим переходам, и стал уже достаточно опытным в путешествиях. Что же, похоже, он и вправду частенько и много путешествовал, вот только с осторожностью у него была беда… Ксена постоянно поглядывала по сторонам, а вот мужчина почти всегда смотрел только перед собой.

«Бесстрашный ты что ли? – думала амазонка, упираясь взглядом в его широкую спину. – Или бесстрашный, или глупый»…

Разбойников пока не было видно, но если не ждешь нападения, это не значит, что никто не нападет на тебя. Эту истину девушка усвоила уже давно. Как и еще одну – о том, что если есть возможность избежать схватки, это необходимо сделать. Истосковавшейся по битвам воительнице, конечно, хотелось размяться, но сейчас ее работа заключалась в другом – важно было доставить Рамира к Северным землям и отобрать у тех воришек, за которыми он гонится, его вещь… А там уже можно спокойно получить награду и отправиться восвояси…

Исходя из соображений безопасности, Ксена старалась выбирать максимально легкие и открытые пути, поэтому, когда мужчина, не задумываясь, шагнул было под сень темного и густого леса, вместо того, чтобы идти по проторенной дорожке, амазонка остановила его, схватив за полу плаща.

– Нам лучше свернуть здесь, – сказала она. За это время в тишине было пройдено уже немало, поэтому, произнеся эту простую фразу вслух, Ксена даже удивилась звуку своего голоса, взмахом руки указывая на утоптанную дорогу, уходившую в ржаное поле.

Рамир на секунду остановился, а затем бросил на свою спутницу короткий взгляд и без колебаний свернул на указанную дорогу. Они шли довольно долго. До ночи было еще далеко, но вечерняя прохлада уже ощущалась в воздухе. Ксена знала, что уже сейчас по пути на север не осталось деревень, в которых можно было бы скоротать ночь. Под открытым небом же ночевать девушке не слишком хотелось. Во-первых, это опасно (волновалась она, конечно, не за себя, а за своего спутника), а во-вторых, амазонки никогда не любили устраивать лагеря в необжитых и неизвестных им землях. И ладно бы был здесь лагерь, но сейчас речь шла о том, чтобы два путника просто устроились на ночлег в открытом поле…

Поглощенная своими мыслями, Ксена еще раз оглядела снаряжение своего спутника, отметив его скромный вид. Ни блестящих доспехов, ни шлема, ни даже оружия… Впрочем, последнее, возможно, он прячет под своим огромным плащом, который никогда, кажется, не снимает. За несколько дней пути амазонка так и не смогла рассмотреть лицо своего спутника, она просто не знала, как он выглядит… Рамир, между тем, упрямо продолжал идти вперед.

– Погоди, – девушка обогнала его, – засветло мы не успеем никуда добраться, деревень по дороге нам больше нет, нужно останавливаться на ночлег…

Ксена поежилась под внимательным взглядом холодных серых глаз, а путник, наконец, соизволил заговорить с ней, в очередной раз заставляя девушку убедиться в том, что голос у него достаточно низкий, но при этом приятный!

– Нам нужно торопиться. Очень.

– Нужно, – согласилась девушка. – Но что будет, если завтра мы настигнем твоих воришек, а ты от усталости просто не сможешь сразиться с ними?

Минуту мужчина и женщина смотрели друг другу в глаза, потом он сдался.

– Хорошо. Будь по-твоему. Вон там, – он указал на темнеющее пятно в стороне от дороги, – хижина, почти целая. Мы можем переночевать в ней, если хочешь. Я знаю, что дорога не близкая.

– Если хочу!? Если я хочу?! Ты полагаешь, что я, воительница, устала?! – амазонка гневно посмотрела на мужчину, – я не девушка с сеновала, я – воительница! И, если хочешь знать, могу идти сутки напролет, не чувствуя усталости. Это тебе нужен отдых!

Быстрый взгляд, скользнувший по фигуре мужчины, от него не укрылся. Но, справедливости ради, стоило заметить, что Рамир устал. Он так увлекся погоней, что совершенно вымотался. И готов был бы идти и дальше, но Ксена была права – поймай он сейчас своих воров, что он им сделает? Увы, ничего… Ведь и они не просты и могут оказать сильное сопротивление…

Видя замешательство путника, амазонка приняла свое решение:

– Пойдем, – проговорила девушка, сворачивая к темному пятну хижины.

На миг на лице мужчины промелькнула тень беспокойства, как будто он хотел продолжить разговор и сказать ей нечто важное. Но не сказал. Он молча развернулся и зашагал через вытоптанную траву к дому, который, к удивлению девушки, действительно оказался почти цел. Построенный умелыми крестьянскими руками, с большой печью и окнами, он выдерживал любые непогоды. Но не смог выдержать другого: дверь была вырвана и висела на одной петле, по всей горнице был хаос, точно пронесся ураган. Спальные скамьи были перевернуты, горшки перебиты, бесследно исчезла почти вся утварь. Вместе с хозяевами.

Мужчина, ступивший в хижину первым, обвел разгром потухшим взглядом и пропустил амазонку внутрь. Пока она переворачивала скамьи, разгребая место для сна, Рамир выбрал две тяжелые доски и, отыскав несколько гвоздей, заколотил ими единственное окно хижины. Потом вышел на улицу.

Рамир стоял перед домом в полном молчании. Он вообще не любил говорить. Холодный порыв ветра растрепал темные волосы мужчины, прошуршал в соломенной крыше хижины. Девушка следила за ним, словно загипнотизированная.

– «Да что он там делает? – пронеслось у нее в голове. – Ведет себя как колдун какой-то или жрец…».

Оставшись не слишком довольной своими мыслями, Ксена, устроила два спальных места, оставила рядом со своим связку метательных копий, на расстеленный плащ уложила лук, присела рядом, обхватив колени руками и, задумчиво глядя в стену, постаралась вспомнить события последних недель. Что она слышала о тех двоих, идущих на север? Странные события происходили по пути их следования… Говорят, что даже разбойники не решались нападать на них, а невольные попутчики или пропадали без вести или возвращались домой, напуганными едва ли не до смерти. И вот сейчас она думала, успеют ли они настигнуть таинственных путников, ведь, судя по скорости и слухам, те опережали их почти на четыре дня пути.

Ксена прислушалась – на улице по-прежнему шумел ветер, а в черноте неба выделялся силуэт ее попутчика. В завывании ветра и в шуме вытоптанной травы было что-то тоскливое. Впрочем, помимо грустных мыслей, душу амазонки тревожило и еще одно чувство – чувство страха. Ксена чувствовала, что здесь кто-то есть, и она не ошиблась!

Послышался боевой клич, и из высокой полевой травы прямо рядом с Рамиром появился человек, а затем еще и еще один. Их было много – невысокие, но при этом отлично вооруженные, больше всего похожие на одичавших гномов или троллей, давно не мывшиеся и заросшие щетиной разбойники скалили свои зубы.

– Ну что, дружочек, – скрипучим голосом сказал один из них, – пришел твой час! Я ведь знаю, кто ты…

Рамир замер в нерешительности и замешательстве, а разбойник, указав на него небольшим топориком, который сжимал в руках, громко проорал:

– В атаку!!!

Мужчина было бросился в дом, но не успел.

Ксена вскочила с постели и, подхватывая лук и связку копий, ринулась к двери. Разбойники атаковали мужчину со всех сторон, хватая его за ноги и силясь повалить на землю. Их было много – человек двадцать, но почему-то никто из них не решался нанести ему смертельный удар или хотя бы ранить его…

«Он нужен им живым, – мелькнула в голове Ксены неожиданная догадка. – Но зачем?!».

Лучница натянула тетиву и выхватила из колчана первую стрелу. Секунда – и стрела уже пронзила грудь первого врага, который замертво упал на землю. Соратники убитого разбойника замерли на миг, уставившись на тонкую белую стрелу, обернулись, и злобно вереща, кинулись на нового противника, предоставив второй половине отряда разбираться с мужчиной. Амазонка била, не останавливаясь: стрелы свистели в воздухе, впиваясь в тела разбойников, пронзали навылет, и останавливали в прыжке, в то время как Рамир выхватил из-под полы своего плаща меч и ринулся атаковать остатки разбойничьего отряда…

…Все кончилось достаточно быстро. Ксена последней стрелой пронзила спину подкрадывающегося к ее спутнику человека, и в поле рядом со старой хижиной воцарилась тишина… Рамир обернулся, и амазонка впервые увидела тень улыбки на его лице.

– Ты очень хорошо стреляешь. Без тебя мне пришлось бы драться гораздо дольше.

Он не поблагодарил ее за помощь. Вместо этого он вытащил из-за пояса нож и занялся весьма неожиданным для него делом. А именно – один за другим обыскивал дурно пахнувшие трупы и время от времени срезал маленькие мешочки, висевшие на их поясах, либо шеях, и скидывал их в одну кучку. Закончив с этим, он подсел к кучке и занялся мешками. Он ссыпал осколки драгоценных камней, медные и серебряные гроши в свой кошель. Ксена не видела своего лица, но готова была поклясться, что глаза у нее вылезли на лоб.

– Я думала, мы ищем воров, а не грабим разбойников, – тихо сказала она.

– Глупо отказываться от добычи, которая сама идет к тебе в руки, – проговорил мужчина, продолжая свою работу…

В ответ на это заявление Ксена лишь пожала плечами. Она не решилась бы обирать разбойников, это точно, а вот забрать свои стрелы девушка была должна. Амазонка двинулась меж тел, выдергивая стрелы, и держа их в руке, чтобы потом, позже, очистив от крови и плоти существ, вернуть в колчан. Собрав стрелы, девушка вернулась к сидящему на земле Рамиру, окончившему подсчет добычи. Присев рядом, и по очереди вонзая наконечники стрел в мягкую землю, чтобы очистить их, Ксена задумчиво проговорила:

– Думаю, теперь мы сможем немного отдохнуть, да? Ложись и спи, я посторожу первую часть ночи, – предложила девушка.

Тот усмехнулся, не поворачивая головы.

– Говоришь, ты бы не стала обирать разбойников? Но кажется, именно тебе нужны деньги, не так ли?

– Так, – согласилась Ксена. – Но…

– А какие могут быть «но», когда ты голодна, а денег и работы нет?

Ксена задумалась и, чтобы не продолжать разговор, указала Рамиру на хижину:

– Иди, спи, – сказала она. – Я услышу, если появится кто-то еще. Завтра придется идти через болота.

– Да, – протянул мужчина. – Мне будет тяжело одновременно пробираться через болота и следить, чтобы ничего не случилось с тобой.

– Не случилось со мной?! – Ксена едва не задохнулась от гнева. – Я давно уже не девочка, чтобы слушать чьи-то указания! И это я должна охранять тебя!

Амазонка действительно рассердилась: в странствиях она полагалась исключительно на себя, и привыкла защищать пользующегося ее услугами спутника даже ценой собственной жизни.

Рамир опустил голову и засмеялся. Потом посмотрел на разгневанную амазонку, и в глазах его сверкнули отблески звездного света.

– Хорошо, – в голосе его, доселе безжизненном, слышалось лукавство. – Охраняй, если хочешь. Только разведи костер. Без него сидеть одной не так-то весело.

Он поднялся, потянулся и, сунув мешок за пазуху, скрылся в доме. Послышался легкий стук, и все стихло. Ксена хмуро проводила взглядом спину мужчины, исчезнувшего в хижине. Гневные морщины, прочертившие лоб воительницы, разгладились, лицо приобрело привычное, уверенное выражение. Неслышно ступая, девушка прошла в хижину, нашарив на второй постели свой плащ, и мешок с пожитками. Ровное дыхание Рамира немного успокоило ее и, повернувшись, она так же неслышно покинула хижину, дабы не потревожить его сна.

Развести костер было делом минуты, так что вскоре, устроившись недалеко от порога, амазонка, выудила из мешка несколько вытянутых коричневых булочек, оставшихся после посещения последней деревни. Кое-как нанизав их на конец копья, она протянула его к огню, следя за языками танцующего пламени…

Глава 4

Черные болота

Рамир проснулся под утро. За ночь никакой опасности он не ощущал, поэтому спал спокойно. Амазонка так и не разбудила его – наверное, дежурила всю ночь. Теперь будет вялой и уставшей, подумал Рамир, недовольно зевая. Добытое вчера золото разбойников приятно тяжелило пояс, похлопав по кошелю, Рамир усмехнулся и вышел на улицу… Чуть в стороне от хижины горел огонь, на котором девушка что-то пекла.

– Поешь, и мы выступаем, – негромко сказал мужчина. – Идем через черные болота. Надеюсь, засуха сделала свое дело, иначе наш переход будет сложным.

Ксена усмехнулась:

– Я знаю о болтах не меньше твоего, – тихо сказала она. Рамир сел рядом с девушкой, принимая протянутый ему хлеб и откусывая кусок.

– Похитители не останавливаются, а нам, чтобы их догнать, потребуется гораздо больше времени. Нас будут задерживать. Я не знаю, догадываются ли они о моем преследовании, но в любом случае мне хотелось бы настичь их быстрее. Поэтому нам нужно спешить.

– А что они украли у тебя? – любопытство, наконец, взяло верх над девушкой.

– Вещь, – ответил Рамир.

– Какую? – не унималась Ксена, раз уж решилась задать вопрос.

– Книгу, – немного помолчав, сказал воин. – Они украли у меня книгу.

– Видимо, очень важную книгу… – задумчиво протянула Ксена, продолжая есть.

Рамир кивнул. Внезапно, амазонка прекратила жевать. Взгляд ее устремился куда-то через плечо Рамиру. Паладин обернулся. Странный незнакомец приближался к месту привала тяжелой, немного прихрамывающей походкой. Чем ближе он подходил, тем яснее можно было разглядеть его бледное, обветренное лицо. Из-под пол его дорожной мантии виднелись клепаные серебром сапоги. Вид этого человека внушал какое-то беспокойство. Рамир почувствовал холод, пробежавший по коже, а Ксена медленно отложила еду и схватилась одной рукой за меч, а второй – сжала копье.

Мужчина поднялся навстречу незнакомцу. Его лицо будто окаменело – Рамир внимательно следил за приближением неизвестного бродяги, а его пальцы помимо его воли сжимали рукоятку меча. Незнакомец остановился в десятке шагов от путников, во все глаза разглядывая мужчину и его спутницу.

– Приветствую, путник, – видя, что пришелец не торопится говорить, поздоровался Рамир. – Что привело тебя к нашему костру?

Тот коротко кивнул в ответ.

– Приветствую и вас, странники. Редкость нынче видеть человеческие лица в этих краях. Могу я полюбопытствовать, в какую сторону вы теперь направляетесь? Все больше разбойники здесь шастают, вы же, вижу, неплохие люди… Куда же вы держите ваш путь?

Рамир внимательно смотрел на мужчину, пытаясь понять, зачем он вообще заговорил с ними, какую цель преследует? Стоит ли говорить ему правду, или же лучше врать, рассказывая небылицы…

– Мы идем на Север, – подала голос амазонка.

Рамир лишь неодобрительно покачал головой в адрес девушки.

– Да, мы идем на Север, путник, – подтвердил он и поспешил добавить: – Но дорога небезопасна. Я бы не советовал тебе следовать этим же путем.

– Интересно. Очень интересно, – задумчиво проговорил мужчина. – Я тоже иду на Север, – незнакомец обернулся и махнул рукой в нужную сторону. – Я благодарен за предостережение, но у меня есть… обязательство… Я не могу не выполнить его. Однако никто не может покинуть эти земли вот уже несколько дней. Там, дальше, много разбойников, они не пропускают никого…

Рамир и Ксена переглянулись.

– Я должен сказать, мне повезло встретить вас здесь. У нас общая цель – дорога на Север. Быть может, объединим наши усилия? Я могу оказаться полезным в боях. Вы ведь, несомненно, собираетесь прорываться…

– Собираемся, – задумчиво сказала Ксена, а вот Рамир молчал. Он уже догадывался о том, с кем его свела судьба, как и о том, каким образом человек мог решиться идти через эти земли в одиночку.

– Назови свое имя, – негромко попросил он.

– Зен. Думаю, вы можете называть меня так, – кивнул путник.

– Если хочешь, можешь идти с нами, – решил, наконец, Рамир. Мнения амазонки он не спрашивал.

Рамир сел на землю рядом с Ксеной и принялся доедать свой хлеб.

– Кто это? – спросила она вполголоса, наконец, отворачиваясь, и откусывая кусок. – Я же чувствую, он тебе не нравится. Он может быть опасен для нас?

– Для нас он не опасен, – тоже тихо ответил мужчина, явно не заботясь о том, слышал их неожиданный спутник или нет. – Пока он не сделал ничего плохого, не в нашем праве спрашивать его. Он – воин, такой же, как я или ты, а вот то, на чьей стороне он воюет, – остается вопросом.

– Воин, – пробормотала Ксена… – Воин, истории которого мы не знаем! Разумно ли разрешать ему двигаться с нами?

– Разумно, – буркнул Рамир, вставая и туша костер.

Амазонка взяла свой меч, и их неожиданный спутник также поднялся с земли…

– Нам нужно пройти поле и двигаться вот туда, – указал рукой Рамир, делая шаг в указанном направлении. Нечего засиживаться, пора идти!

Поле они прошли без особых приключений. Меж тем дорога становилась труднее. Они миновали короткий пролесок, где на ходу разжились поздними ягодами земляники, когда дорога, по которой они шли, сузилась до размеров тропы, а после исчезла совсем, скрытая тянувшимися через нее корнями и залежами веток и прошлогодней листвы. Солнца здесь почти не было видно, но, судя по тянущему голодному ощущению в животах и тяжести в натруженных ногах, шли они уже долго, и время перевалило за полдень. Но о привале никто даже не заикался. До наступления темноты им, во что бы то ни стало, нужно было выбраться из леса. С разбойниками, устроившими здесь себе лагерь, встречаться и связываться не хотел никто.

Наконец, когда солнце уже клонилось к горизонту, но было еще достаточно рано и светло, последние редкие деревья перед ними расступились. Путники остановились, разглядывая величественное, красивое и одновременно пугающее зрелище, открывшееся их взорам. Болото. Черное болото, идти по которому нужно было почти целый день.

– Присядем, – впервые за все время нарушил молчание Рамир. – Дальше болота почти на день пути. Не стоит нам выходить ночью, нужно отдохнуть.

– Да, – как бы невзначай обронил Зен, глядя куда-то за горизонт. – К тому же, через болота ведет всего одна тропа, которая проходит едва ли не под самыми стенами старого замка.

– Старого замка? – подала голос амазонка. – Живет ли там кто-то сейчас?

– Не знаю, – Зен отвернуться от болот. – Но чует мое сердце, скоро мы это узнаем.

– Значит, – Ксена взвесила на ладони копья, сощурила глаза, вглядываясь в болота, – если мы будем вынуждены пройти мимо замка… Мы и пройдем мимо. Даже если кто-то решит помешать нам. Я к битве готова, так что, не вижу препятствий.

Зен только покачал головой, слушая амазонку:

– Я знавал некоторых из твоих сестер, амазонка, – тихо сказал он. Все вы горячи, отважны, готовы ринуться в бой. Не ведая страха и не зная усталости, биться до последней капли крови. Но не всегда это нужно!

– Замок вполне может оказаться тем самым местом, где скрылись похитители… – пробормотал Рамир. – Им нужно укрыться где-то, а не ходить целыми днями по лесам и полям… Так что, я должен зайти в этот замок, но ты – он повернулся к Ксене, – ты не обязана идти со мной…

– Забыл ты что ли, – девушка удивленно повернулась к нему, – что куда ты, туда и я? Не обязательно мне было бы идти с тобой, не будь я связана словом. Решено! Идем в замок.

– Разбойники болот, – подал голос Зен, – тоже не прочь посетить замок… Они очень свирепые и совершенно неуправляемые – вот что отличает их от прочих жителей этих краев.

– Разбойники – они одинаковы везде, – подал голос Рамир.

– Нет, местные особенно свирепы и особенно богаты…

– Что же, – подала голос девушка, вспомнив, как Рамир собирал золото из кошельков разбойников, напавших на них у хижины. – В таком случае, если они решатся напасть на нас, я серьезно поправлю свое материальное положение…

Решено было остаться до утра на ночевку на поляне. Идти ночью по болтам было просто неразумно, поэтому Зен, Ксена и Рамир остались спать под деревьями на опушке леса, а утром двинулись в путь. Свирепых и жадных разбойников они как-то не заметили, но после обеда над горизонтом стали возвышаться развалины старого замка… К нему они подошли уже в темноте. Впрочем, называть замком это место было бы неправильно – здесь уцелели только руины и высокая башня с левой стороны от входа.

– Гм… – Рамир выглядел озадаченным, – негде здесь прятаться похитителям.

Кое-как пробираясь меж обрушенных стен и едва державшихся арок, путники добрались до башни, которая, впрочем, не оправдала их самых мрачных ожиданий. Башня изнутри представляла собой каменный четырехугольный мешок, из которого не вело ни одной двери.

Повозившись, Зен увязал кусок просмоленного тряпья вокруг заранее принесенной с собой сучковатой палки. Стараниями амазонки, факел вспыхнул, осветив поросшие ползучими травами стены и покрытый сором пол. Мусора, однако, было меньше, чем можно было бы ожидать. Как будто, по этому полу ходили, и ходили часто.

– Смотрите! – амазонка указывала на полуприкрытую пластом прогнившей травы крышку люка у дальней стены.

Подняв крышку, Рамир первым спрыгнул во мрак каменного подвала. Вскоре представившийся ему темный коридор озарился колеблющимся светом огня. Ксена следовала за Рамиром, сжимая в свободной руке меч. Наконец, путники подошли месту, где коридор разветвлялся на три направления, образуя перекресток, и вдруг…

Пущенная откуда-то из темноты стрела вонзилась в щит Рамира. Еще несколько секунд, и на путников обрушился целый град из стрел.

Глава 5

Подземелье замка

Ксена схватила Рамира за ворот его плаща, пытаясь оттащить с дороги и укрыть от летящих на них стрел. Они отошли обратно под прикрытие стен, и амазонка, хищно оскалившись, достала лук, выпуская стрелу в темноту. Истосковалась она по хорошей драке, что и говорить – тренированное тело просило боя, а пальцы ласково скользили по древку лука.

Рамир чуть посторонился, давая ей столько места, сколько позволяла ширина коридора. Зен выхватил внушительного размера меч и отошел вперед, а Ксена выпустила из лука еще стрелу, направляя ее мимо спины союзника.

Из глубины коридоров на нежданных гостей несся мужчина в черном шлеме. Он зло выл, бел бледен и очень зол, тело его было облачено в какие-то темные одеяния. А глаза горели недобрым огнем. Ксена выпустила стрелу, и глаза разбойника распахнулись.

– До чего же мерзкий мужик! – амазонка наступила на разбойника, выдирая стрелу из его тела. – Только оружие на него зря тратить…

– И много их здесь таких?

– Бог их знает, – раздался рядом с ними ворчливый голос. Зен пытался наощупь определить урон, который доставили его одежде стрелы.

– Впрочем, то, что мы ищем, и вправду может оказаться здесь, – усмехнулся Рамир. – И те, кого мы ищем тоже.

– Тогда не стоит терять времени – что вы встали. Идем. Путь-то теперь свободен…

Троица двинулась вперед, Ксена шла впереди, держа лук наготове. Они шли достаточно долго и, кажется, уже потеряли счет переходам и коридорам, которые приходилось исследовать. Ксена все пыталась представить, зачем тому, кто был владельцем этого замка, нужны были эти норы прямо под домом. Или их вырыли уже позже? Когда замок был захвачен… Зен двигался стремительно и громко, разглагольствуя о том, как прекрасна жизнь странника, а Рамир шел молча.

– Мы уже очень глубоко под землей. Я даже не помню, где мы прошли, а где нет, – подала голос амазонка. – Вы уверены, что мы идем правильно? Может, повернуть назад?

– Мы идем правильно, – внезапно обрел голос Зен. – И мы уже близко.

Амазонка хотела было громогласно потребовать объяснений, но в это время в дальнем конце коридора действительно показалось пятно света, которое могло отбрасываться только горящими факелами.

– Там огромная толпа разбойников, – тихо сообщил Зен то, что и так было понятно всем.

– Да ну?! Сколько их там?

– Много! Очень много…

– Много – понятие относительное, – не выдержала амазонка.

– Несколько десятков.

Ксена сжала меч и довольно мурлыкнула.

– Ну, с несколькими десятками я справлюсь.

– Их контролирует кто-то… или что-то сильное… Нападать на них теперь – безрассудство. Необходимо что-то придумать.

– Возможно… если получится, я смогу провести нас на другую сторону, – подал голос молчавший до этого Рамир.

Но этому было не суждено исполнится. Разбойники заметили их, и теперь Зен, Ксена и воин с ходу врезались в толпу разбойников… Мелькали оскаленные зубы, искаженные лица, орудия, доспехи, слышались ругательства и проклятия, гром и визги едва не оглушали их, сливаясь в какой-то адский гул…

– Туда, – заорал Рамир, взмахнув рукой в сторону проема дальней двери, который была едва различим за спинами почуявших добычу разбойников. – Все! Пробивайтесь туда!

Амазонка издала свой боевой клич и зарычала так, что задрожали стены. Она всаживала стрелу за стрелой в разбойников, стараясь следить за Рамиром и Зеном. Последний рушил все планы относительно тактического захвата разбойников, хотя не признать действенной тактику диких прыжков и оглушительных воплей амазонка не могла. Тем более – мужчина подкреплял вопли ударами меча.

– Идите, идите вперед, – закричал Зен. – Я придержу их.

На споры времени не было. Рамир и амазонка ринулись дальше по коридору. Обессилевший Зен остался, едва удерживая защиту.

– Мы справимся, Рамир? – на бегу прошипела амазонка, закидывая лук за спину, и вытаскивая меч. Мужчина не отвечал, прикрыв глаза и что-то бормоча про себя. В свете мелькавших по сторонам факелов его лицо все больше заострялось, точно высеченное из камня. Ксена не видела собственного лица, но знала, что она выглядит также. В эти проносившиеся сырыми залами на их пути мгновения в голову лезли почему-то совсем отвлеченные мысли вроде той, что или кто ждет их впереди. Ксена думала почему-то о том, что как говорили в их племени, земля давно перестала родить настоящих воинов, способных и готовых отдавать свои тела и души битве, что армия амазонок уменьшилась во много раз и, кажется, сегодня уменьшится еще…

В этот зал они влетели так неожиданно, что в первое мгновение Ксена опешила. А в следующее мгновение страшной силы удар отшвырнул ее к стене. Амазонка дико закричала, задыхаясь от боли, чувствуя, как кожа ее кольчуги прилипает к телу.

– Так-так, Рамир, ты нашел меня и что ты хочешь?

Женский голос пробирался в самую голову амазонки. Прямо перед ней стояла женщина – очень красивая и молодая, практически обнаженная, а чуть ближе к незваным гостям – огромный рослый мужчина, который и отшвырнул ринувшуюся в бой Ксену от своей госпожи.

– Женщина? – пробормотала Ксена.

И превозмогая боль, тяжело перекатилась на бок и встала на четвереньки. В затхлом воздухе огромного подземного зала сильно пахло паленым волосом, горелой кожей, раскаленным металлом и… кровью. Со стоном девушка дотянулась до своего шлема и, ослабив завязки, отшвырнула его в сторону.

Рамир тяжело поднялся на ноги. В его руках блеснул меч. Медленно он сделал шаг, еще один…

– О, да вы не просто герои, – выделив голосом последнее слово, засмеялась женщина, присаживаясь на небольшой уступ в стене, искусно выделанный под скамью. Несмотря на издевательские нотки, в ее голосе все же сквозило удивление. – Вот уж не думала, что мне придется еще когда-либо увидеть тебя, Рамир. Да ты не один, ты с подружкой…

Из горла амазонки вырвался негодующий рык, и, ценой невероятного насилия над собой, она поднялась на ноги. Меч она потеряла при падении, и полуослепленные глаза не смогли отыскать его в полутьме зала.

Ксена сорвала с плеча лук и, до упора натянув тетиву, направила стрелу с серебряным наконечником на свою жертву. То ли от боли, то ли по какой-то еще причине, стрела просто рухнула рядом с амазонкой… А женщина даже не обратила на нее никакого внимания. Похоже, ее интересовал только рыцарь, с трудом удерживавшийся на трясущихся ногах в нескольких шагах от нее.

– Мой старый друг и глупая амазонка, как раз то, что мне нужно, – тем временем сладко пропела она, щелкая пальцами.

– С какой стати ты не обращаешь внимания на меня? – больше Ксена не могла терпеть, ее щеки пошли бурыми пятнами. – Я убью тебя раньше, чем ты скажешь еще хоть слово!

– Ты думаешь, что сможешь причинить мне вред своим оружием? – женщина, наконец, обратилась к амазонке, потому что Рамир по-прежнему молчал. Он стоял рядом с Ксеной, и его меч смотрел острием в пол.

– Сейчас проверим!

Выпущенная стрела вонзилась в стену в волоске от головы женщины. Ведьма тонко улыбнулась скованной ужасом Ксене. Никогда, с тех пор, как она получила лук и стрелы, никогда ей еще не доводилось промахнуться!

– Ха! – раздался возглас из дверей, и прямиком в грудь женщине полетел небольшой ржавый топор, явно из арсенала ее же слуг. Такого поворота событий она явно не ожидала, и отвлеклась от Рамира и амазонки.

Несколько мгновений женщина пребывала в явной растерянности, и амазонка воспользовалась этим. Она обрушилась с мечом на стражу пленившей их женщины. Каждое движение отдавалось дикой болью, но Ксена, превозмогая боль, крушила врагов налево и направо, краем глаза следя за Рамиром, прикрывавшим ей спину. Они оба, не сговариваясь, прорывались – но не к женщине, а к окруженному в центре зала Зену. Рамир тяжело дышал, а глубокая рана на голове Ксены сочилась кровью.

Женщина же, сложив изящные руки, с интересом наблюдала за битвой. Ксена первой опустила подобранное копье, за ней остановился Рамир.

– Я все ждала, когда вы поймете, что проиграли, – спокойно заметила она, чуть переменив позу. Ты пришел за своей книжкой? А на деле отдашь мне свою жизнь…Я заставлю тебя принять яд.

– Ну, нет! – подал голос Зен. Он с диким ревом кинулся в атаку, но не успел он сделать и двух шагов, как на него набросились несколько разбойников.

– Кто из вас еще хочет сопротивляться? Может, ты, Рамир?

Рамир отрицательно качнул головой. Ксена не могла поверить своим глазам. Неужели, это все, зачем они сюда пришли? Они сдадутся этой ведьме?

– Я недооценил тебя. Я не буду с тобой воевать.

Женщина усмехнулась и откинулась на спину в своем каменном кресле.

– У тебя, наверняка, что-то на уме, воин, но не думай, что сможешь меня перехитрить.

Рамир пожал плечами.

– Я просто хочу жить. Жить без книги я могу, а вот без своей головы – нет. Я могу принести клятву, что буду тебе служить, если ты позволишь мне остаться в живых.

Графиня недоверчиво сощурилась. Ксена сжала обожженные руки в кулаки, глядя на рыцаря почти с ненавистью.

– А твои товарищи?

– Меня интересует только моя судьба. С ними делай что хочешь.

Надолго повисла тишина, нарушаемая лишь шорохами, издаваемыми стражей, и стуком капель, стекавших по мокрым стенам замка.

– Хорошо, – сказала, наконец, женщина и в ее голосе зазвучали новые нехорошие нотки. – Я оставлю тебе твою жалкую жизнь, трус. Ты можешь мне еще понадобиться. Но ты должен доказать, что ты готов служить мне.

– Я готов.

Рамир смотрел в пол, и Ксена тоже смотрела в пол, чтобы не выдать своих мыслей.

– Встань на колени, раб, перед своей госпожой!

Лицо Рамира исказила мгновенная судорога.

На глазах изумленных товарищей он стал опускаться, медленно, словно во сне…

– Бей!!! Бей ее, – закричал поднимающийся на ноги Зен.

Подпрыгнув, Рамир бросился вперед, одновременно с поднимающей лук Ксеной.

Женщина, отвлеченная от созерцания столь милого ее взору зрелища, вскинула руку, словно это могло спасти ее от смертоносного удара… Но тяжелый меч легко рассек мягкую плоть от ключицы до бедра, развалив тело на две части. Красивое лицо, искаженное злобой и болью, на глазах начало стареть… Разбойники, в ужасе глядя на труп своей некогда непобедимой предводительницы, бежали…

Глава 6

Черный странник

Старое золото тускло горело в свете ночного костра. Амазонка и Зен, по-братски усевшись рядом, разбирали унесенные из подземелий трофеи. Откуда Рамир знал, как найти в переплетениях коридоров заброшенную сокровищницу, мог ответить только он один, но он молчал, перебирая пальцами необычного вида камни, которыми была украшена обложка массивной книги. Похоже, кроме этого, больше ничего из унесенной золотой кучи его не интересовало.

– Ты получил то, что хотел? – спросила, наконец, Ксена, глядя на Рамира, который отложил книгу и теперь был на удивление молчалив, медленными тяжелыми движениями проводя точильным камнем по лезвию своего меча. Меч уже был отточен до совершенства, но Рамир продолжал свое занятие. Мысли его, похоже, были далеко.

– А ведь эти доспехи сидят на тебе, как литые! Как будто на тебя ковали! – снова подала голос амазонка, пытаясь разговорить спутника.

Воин поднял голову и кивнул. Амазонка была права. Помимо книги, в сокровищнице нашлась и еще одна ценная вещь. Латный доспех, судя по цвету, стальной, но странно легкий, отливавший вороной синевой. Эти латы поспешил примерить Рамир – и он уже не расставался с ними.

– Наверное, доспех заколдован, – равнодушно бросил Зен, разглядывая свои богатства и, бросив в сторону очередное украшение, добавил: – А ты – хороший притворщик. Я все думал, как далеко ты готов пойти в своей игре.

– А я все думал, когда ты, наконец, соизволишь нанести удар, – бросил воин, стискивая пальцы на рукояти своего меча. – Ты довольно долго стоял за спиной этой ведьмы. В любой миг она могла убить любого из нас!

– Вы все нужны были ей живыми, – невозмутимо пожал плечами Зен…

– Хватит вам ссориться! Смотрите, сколько побрякушек держала у себя эта ведьма! Да тут хватит на… на что угодно!

– Завтра мы пройдем болота и окажемся в лесу. Монастырь амазонок стоит в восточной части этого леса.

– Зачем же идти туда? – подала голос амазонка. Ведь книга у тебя.

– Не вся – с этими словами, Рамир открыл книгу, показывая вырванные страницы.

– Заклинания, что ли какие? – подал голос Зен, разглядывая буквы на страницах.

– Они и есть, – выдохнул Рамир, понимая, сто скрывать что-то уже нет смысла. – Но я должен вернуть остаток моей книги… Без этих страниц это не больше, чем просто книжка, она практически не имеет силы.

Ксена подняла голову, смерив его усталым взглядом.

– Я с тобой до выполнения обещания, – сказала девушка, – а что будет дальше?..

Зен промолчал, пожимая плечами, но все без слов поняли, что он тоже за то, чтобы идти дальше. Как обычно, не распространяясь о своих причинах, Рамир, соглашаясь неизвестно с чем, вложил меч в ножны.

Однако Рамир ошибся. Ни завтра, ни даже на следующий день им не пришлось добраться до монастыря. Все эти дни они непрестанно пытались пробиться сквозь заслоны разбойников, которые преграждали им путь. Видимо, второй путник, сбежавший с вырванными страницами, заручился их поддержкой и теперь они защищали его, не давая Рамиру и его спутникам двигаться вперед.

– Не удалось! – к вечеру третьего дня изможденная амазонка, подобно хищнице, ходившая у костра, злобно швырнула в огонь сухую ветку. За долгие дни они настолько привыкли к тому, что их беспрестанно преследовали разбойники, что, кажется, были готовы уже ко всему.

– Еще день – и будет уже поздно, – пробормотал Рамир, тяжело навалившись на вогнанный в землю меч и бездумно глядя в костер. – Еще один день…

– А куда мы так торопимся? – Зен недоуменно пожал плечами.

Амазонка устало потерла лицо в ладонях.

– Что-то вы не договариваете… – проговорил Зен. – Книга, разбойники…

Он перевел свой взгляд на Рамира, а тот только вздохнул.

– Где-то около половины поколения назад в одной из деревень недалеко от нынешнего лагеря амазонок случилось то, чего просто не могло случиться. В ее часовне открылся ход к богам…

– К богам? – повторила амазонка.

– Да, – ход в царство Аида… Какой-то воин – я не знаю его имени – оказался в той деревне и не побоялся спуститься вниз, чтобы навсегда закрыть этот вход. По преданию он встретился с самим богом – и победил его и его слуг в бою. Ворота в том селении как будто закрылись…

– И? – протянула амазонка, – она слышала какую-то подобную легенду еще от своей наставницы.

– Многие искали безвестного героя, который, как сообщалось, сумел вернуться в этот мир. Искали… но не нашли. А когда нашли – было уже поздно…

Рамир замолчал, зато голос подал Зен.

– Черный Странник, да?

– Да, – Рамир резко выдернул меч из земли и с размаху вогнал его в ножны. – Черный Странник. Безвестный герой был очень отважным человеком, но он был всего лишь человек. Должно быть, один из варваров, не признающих Свет. Хотя, может, и нет, кто знает…

– Он был бастард из королевства на юге, – вдруг сказал Зен, кутаясь в свой плащ. – Незаконнорожденный сын короля и его рабыни.

Амазонка посмотрела на Зена с удивлением, явно ожидая продолжения, но тот больше ничего не сказал.

– Мы все думали, что свершилось невозможное, и смертный, вышедший против бога тьмы, сумел победить. Мы все жестоко поплатились за это заблуждение. Черный Странник… он одержим. Он движется на Север, и он не остановится даже на ночлег. Чем больше времени потеряем мы, тем больше он выиграет…

– А причем здесь книга? – подала голос Ксена.

– Те вырванные страницы, это страницы на которых есть заговоры, способные освободить его душу.

Ксена, наконец, осмелилась спросить:

– А что нужно Страннику на Севере?

– Этого не знает никто. И мое дело не только вернуть книгу, но и остановить Странника. Он идет быстро, но он идет пешком.

Амазонка удивленно посмотрела на воина, а Зен только усмехнулся.

– А… почему? – спросила Ксена.

– Ни одна лошадь не понесет на себе демона. От страха близости к нему животные сходят сума.

Впервые за много дней амазонка улыбнулась.

– Тогда нам потребуются хорошие кони!

– Не спеши, – одернул ее Зен. – Сперва нужно вернуть листы из книги.

Глава 7

Монастырь амазонок

Еще два дня пути и, наконец, преодолев болота, амазонка и ее спутники вышли к замку. Нельзя сказать, что Ксена была удивлена, она и прежде путешествовала, хоть и не заходила никогда так далеко, но сейчас, когда она оказалась у дверей обители ее сестер, пусть и из другого племени, сердце девушки заколотилось.

Рамир и Зен потянули тяжелые дубовые двери в разные стороны, открывая темный проход внутрь некогда священного монастыря дев-воительниц. Ксена держала стрелы наготове, но у входа их никто не встретил.

– Ксена, ты бывала в этом месте?

Ксена задумалась. Ей казалось, что она знает здесь все, хотя раньше амазонка не была в соседних поселениях девушек-воительниц…Может, это было что-то вроде генетической памяти?

– Мне кажется, здесь есть катакомбы – ходы под землей…

– Думаешь, тот, кто украл страницы, именно там?

Амазонка кивнула, а потом добавила:

– Нам предстоит разыскать лестницу вниз: честно говоря, я не знаю, где она. И осторожность нам не помешает: я чувствую, здесь вовсе не так спокойно, как кажется на первый взгляд.

Настороженно озираясь, Ксена и два ее спутника прошли в ворота и оказались в просторном зале без крыши, где под ногами росла трава и лишь дорожки из мрамора, проложенные вдоль стен и от входа ко вторым, внутренним, воротам, показывали, как им идти. Топтаться по траве особенно не хотелось, но и попасть в вероломные ловушки, которые устанавливали амазонки, не хотелось тоже. После секундного колебания Рамир решительным жестом отстранил спутников и пошел вперед, настороженно пробуя ногой каждую плиту. Зен и амазонка следовали за ним шаг в шаг, но против ожиданий они без приключений добрались до ворот, которые сами распахнулись перед ними.

Почти весь огромный зал перед ними был заполнен вооруженными женщинами-воительницами. С первого взгляда трудно было сказать, сколько их здесь. Женщины замерли в два ряда, по обеим сторонам от красной ковровой дорожки, бывшей продолжением мраморной, на которой стояли трое гостей, и ведущей куда-то вглубь. А прямо перед ними, придерживая края белых одеяний, стояла очень красивая беловолосая женщина средних лет. Лицо ее было спокойно, в движениях сквозила плавность. Лицо Ксены стало белее бумаги.

– Хранительница! – пробормотала амазонка.

Женщина мягко улыбнулась и, шагнув к амазонке, ласково провела рукой по ее волосам. Потом пытливым взором обвела мужчин.

– Приветствую вас, – проговорила женщина. – Входите, доблестные воители! Госпожа уже ждет.

– Какая это госпожа?

Ксена удержала Рамира за руку. И, наклонившись, что-то стала шептать ему на ухо. Зен пытливо рассматривал собравшихся вокруг женщин.

– Здесь что-то не так, – пробормотала Ксена. – У хранительницы нет госпожи! Она не подчиняется никому…

Рамир кивнул, он и сам уже понял, что что-то происходит, и рассматривал женщин, нацеливших на него свои копья. В воротах, отделявших дворик от горного плато, выставив длинные крепкие копья, плотной стеной стояли девы-воительницы. Их было не меньше, чем тех, что впереди.

– Довольно, – подала голос хранительница. – Отдайте оружие и следуйте за нами. Лучше вам отдать его самим.

В подтверждение ее слов задние ряды амазонок натянули тетивы, держа стрелы наконечниками вверх. Было ясно, что при малейшем знаке десятки стрел вопьются в тела их врагов. Ксена и Зен переглянулись и посмотрели на Рамира.

Тот посмотрел в сторону. Хранительница заинтересованно подошла поближе.

– Госпожа говорила, что ты придешь, – пробормотала она и склонила голову. Рамир смотрел на нее недоуменно и недоверчиво, Ксена же – с ужасом.

Хранительница вновь смотрела на Рамира и даже протянула руку, словно собираясь погладить его по щеке, но в последний миг передумала и отдернула руку, точно прикосновение к смуглой коже могло ее обжечь.

– Следуйте за мной, – только повторила она. – И отдайте оружие моим воинам, Госпожа не хочет рисковать.

Зен не собирался ждать, пока его убьют, и попытался напасть, но не тут-то было. Лицо хранительницы потемнело от злости, но ее жезл в повторном взмахе перехватила рука в блестящей кольчужной перчатке. Никто, даже сама хранительница не успели увидеть, как Рамир оказался рядом. Он мягко опустил руку женщины и отступил под копьями мигом отреагировавших амазонок.

– Не нужно битв. Мы пришли поговорить с госпожой! Отведите нас к ней.

Женщина явно была недовольна. Глаза ее метали молнии, но усилием воли она подавила свой гнев.

– Хорошо, ты и девушка, следуйте за мной. А вот он, – тут ее гневный взгляд обратился на Зена, – отправится прямиком в подвал. Связать его!

Через несколько секунд Зен, который почему-то не сопротивлялся, оказался связан. Несколько амазонок, встав по обеим сторонам, увели его куда-то в сторону, где в каменной кладке была еще одна дверь во внутренние помещения монастыря.

– Оружие, Рамир!

– Ты знаешь, как меня зовут?

– Да, Госпожа говорила мне…

Ксена вопрошающе посмотрела на женщину.

– Кто она, госпожа? – подала голос амазонка.

Хранительница улыбнулась.

– Она пришла, чтобы защитить нас…

– Вы ошибаетесь.

– Это ты заблуждаешься, дитя, – улыбнулась хранительница…

Рамир, между тем, отстегнул меч, отдал кинжал. Ксене пришлось расстаться с луком и стрелами. Подавленная амазонка отметила, что перевязи ножей, что паладин носил на поясе, в груде их оружия, сваленного перед настоятельницей, не было. Хотя он и сам не смог бы их достать, даже если захотел.

– Идемте.

Вокруг них встали четверо стражниц. Ксену не оставляло ощущение, что у ее спутника было что-то на уме. Смуглое лицо было видимо взволнованным, но не испуганным. Или ей это только казалось? Сопровождаемые стражей, они вошли глубже в замок. Тяжелые двери захлопнулись за их спинами.

…Безмолвные стражницы вели Зена по темным коридорам внутренних помещений замка. Он уже полностью пришел в себя, но пока что не мог придумать, как ему избавиться от амазонок и пытаться бежать – его руки были очень плотно стянуты за спиной, веревками и железной цепью. Меж тем, комната, в которую его привели, больше была похожа на казармы – вдоль стен стоял ряд кроватей, на которых лежали и сидели амазонки, бывшие послушницы святого монастыря. При появлении Зена и его стражей внимание всех женщин-воинов мгновенно обратилось на них.

– И что это такое, Лисия? – наконец осведомилась одна из воительниц, обращаясь к охраннице мужчины, той, что казалась главной над остальными.

– Это один из наших гостей, – светловолосая Лисия острием копья в спину подтолкнула Зена на середину комнаты. – Он и еще двое пришли, чтобы убить Госпожу, но вместо этого угодили в ловушку.

Она засмеялась. Другие женщины подхватили ее смех, и Зену сделалось совсем неуютно. Однако воительница, что первой спросила о нем, не смеялась.

– Зачем ты его сюда привела? И где двое других?

– С теми двоими пусть разбирается Госпожа. Там глупая женщина из наших и странный воин.

– А этот?

– Этот оскорбил хранительницу, и она приказала отдать его Кузнецу. Но я подумала, с нами ему будет веселее…

До Зена начало медленно доходить, что имеют ввиду женщины, но до обступивших его воительниц дошло еще быстрее. Они оживленно зашумели, оглядывая его со всех сторон. Некоторые подступали ближе, трогали его тело.

– Хорош, – вынесла общий вердикт все та же амазонка, разговаривавшая с его охранниками, и другие воительницы одобрительными криками поддержали ее слова. – Но как мы скроем его от настоятельницы?

– Никак, – безмятежно усмехнулась старшая стражница, распихивая слишком плотно обступивших ее женщин. – Отдадим его Кузнецу, но завтра. А сегодня… сегодня ночью он будет веселиться с нами. Я уверена, что он хороший воин, но это только один из его талантов. Я права? Что скажешь?

Зен обвел взглядом обступивших его врагов. Еще во дворе он обратил внимание, что все амазонки были очень красивы – и почти не одеты. Выслушав предложение старшей, он и думать забыл не только о Кузнеце, но и вообще обо всем, и широко улыбнулся:

– Мне нравится, твое предложение воительница, – рассмеялся он…

Глава 8

Подслушанный разговор

Не все амазонки были в северном замке, пока Рамир и Ксена разговаривали с Аной. А Зен был занят другими, не менее интересными делами. Две молоденькие девушки, не желавшие принимать участие в убийствах воина и своей же сестры, покинули территорию замка, легко выбравшись за стену, и направились в ближайший город. Зачем? Это оставалось загадкой. Конечно же, девушки собирались вернуться в замок к утру и получить справедливое наказание, но оставаться там сейчас – это было выше их сил.

Шестнадцатилетняя Янина и ее младшая сестра – темноволосая и слегка пухленькая Цветана шли по полям уже знакомой им дорогой, и все равно что-то терзало их юные души.

– Может, вернемся!? – жалобно протянула Цветана, наблюдая за тем, как дорога медленно погружается в темноту.

– Нет! – отрезала старшая сестра.

Услышав какую-то возню, девушки поспешили сойти с тропинки – встретить какого-то не слишком вежливо настроенного к ним путника, им совершенно не хотелось. Пробираясь среди кустов и трав, девушки, держась за руки, молчали, стараясь не попасться на глаза ночным путешественникам. Они прошли не длинный пролесок, пересекли поле… Как вдруг впереди замаячила фигура толстяка-фермера из деревни поблизости. Янина сразу заинтересовалась тем, куда в столь поздний час направляется деревенский житель и потащила Цветану за ним.

Удивительно, но толстячок, кажется, так и не заметил девушек, – он, как ни в чем не бывало, продолжал свой путь, Янина же тащилась чуть поодаль – метрах в 100 от него, что было сил, вглядываясь в темноту. Наконец, мужчина пошел куда-то в сторону от дороги.

– Идем! – зло шикнула Янина Цветане.

Сестра нехотя вышла из кустов и девушки огляделись по сторонам. Тихо. Где-то вдалеке виднелись огни деревни, впереди же была только темнота.

– Холодно, давай вернемся, – заскулила Цветана.

– Нет! – зло прошипела Янина, – Ни за что!

Взяв Цветану за руку, Янина поволокла ее в сторону от дороги в том направлении, куда, как ей показалось, отправился толстячок. Небольшой пролесок расступился, и перед ними из сумрака выступили очертания церкви – явно старой и, вроде бы, заброшенной.

– Давай вернемся, – испуганно пискнула Цветана, и уже собралась было тащить сестру обратно, но увидела впереди странно пляшущий огонек факела.

– Что это? – проскулила Цветана, – давай уйдем!!!

Янина взглядом проследила за факелом, пробирающемся к церкви. Его свет то и дело выхватывал из темноты какие-то плиты, и тут ее осенило – кладбище! Вокруг старой церкви было такое же старое и заброшенное кладбище…

Цветана судорожно сглотнула и попятилась назад в пролесок. Процессия с факелом, между тем, пересекла кладбище и вошла в здание храма, которое озарилось ярким светом, выбивающимся из пустых оконных проемов. Янина уже собралась было последовать примеру Цветаны, но вдруг до нее стали долетать остатки фраз, произносимых чьим-то звучным и хорошо поставленным голосом в церкви:

– Амазонки… восстание… убить…

Слова никак не складывались в предложения, но девушке стало понятно, что собравшиеся говорят о сестрах. И теперь просто необходимо было узнать, что же там происходит! Казалось, что какая-то потусторонняя нечисть, собравшаяся на свой импровизированный шабаш, обсуждала сестер, а эта тема напрямую касалась Янины и Цветаны… Старшей из девочек стало интересно, что там происходит.

– Янина, вернись, – взвыла сестра, но Янина уже ползком пробиралась ближе к церкви.

– Наш народ слишком долго жил в страхе, слишком долго прятался по подвалам и подземельям, не смея противиться сильным мира сего, – более четко услышала она. – Пришло время изменить это!

«Кто это!? О чем они говорят?» – подумала Янина, и стала подбираться еще ближе. Голос между тем вещал что-то о свободе, равноправии и необходимости захватить мир. Янина аккуратно пробилась к стенам церкви, намереваясь заглянуть в окошко…

– … мы можем покорить их! – очередной призыв долетел до моих ушей. – Король Эйдан, властитель западных земель, уже отправился в поход на амазонок! И мы, мы можем присоединиться к нему, и вместе с армией, с его армией захватить замок северных сестер, прекратив бояться их…

Янина задумалась. Сестер мало кто боялся, они всегда старались оставаться мирными. Самыми недовольными всегда были местные графы и вельможи, которым амазонки никогда не платили дани. Но зато, нанимая воительниц, графы могли быть уверены, что женщины, идущие на смерть, до последнего вдоха будут защищать их и отстаивать их интересы…

Подобравшись еще ближе, Янина встала на мысочки и заглянула в полуразрушенное окно церкви. На каменном помосте восседал местный богач. Кажется, его звали Доби – Янина видела его, когда вместе с сестрами носила оружие на продажу в его поместье. Доби был невысок – встань Янина рядом, он едва дотянул бы ростом ей до шеи, тонкие, словно старческие руки, голова, покрытая густыми черными волосами, длинный нос и глаза-бусинки, злобно посверкивающие в те моменты, когда Доби начинал произносить свои агитационные речи. Вокруг него на полу восседало еще несколько человек – местные крестьяне и пара богатеев из соседних деревень.

– Нас не смогут остановить, и мы, наконец, возьмем то, что по праву принадлежит нам! Все сокровища мира будут принадлежать нам! Самые прекрасные женщины будут принадлежать нам! Мы превратим амазонок в наших слуг!

С трудом удержавшись от желания запустить церковным булыжником в голову главного агитатора, Янина тихо двинулась в сторону Цветаны, нетерпеливо переминавшейся с ноги на ногу в пролеске.

– … Мы превратим этих женщин в наших рабов. А тех, кто не согласится служить нам, – убьем! Король Эйдан уже захватил западное племя, он молод, но могуч, даже его отец не смог сделать этого. А Эйдану это удалось… мы пойдем вместе с ним и станем настоящими властителями своих земель! Женщины с копьями и мечтами больше не смогут указывать нам! – долетели до нее слова Доби, и Янина поежилась, представив себе, как кучка странных людей убивает ее сестер.

Добежав до Цветаны, девушка схватила ее за руку и поволокла назад в замок. Главное, что они узнали о намерениях этих людей раньше – сестры сумеют защитить свое племя. Но как быть с западными амазонками? Юные девы не знали, что Эйдан, рассказывающий о своих подвигах и успехах, сильно преувеличивал собственные достижения… Западные амазонки еще не были сломлены – нападения не было, но Цветана и Янина были убеждены, что их сестрам сейчас плохо, и спешили рассказать об услышанном Лисии, а быть может и королеве… Впрочем, юные воительницы рассчитывали, что воин, пришедший к ним в замок, сможет побороть госпожу, учинившую тиранию и заставлявшую сестер отказываться от своих обетов и обещаний.

Глава 9

Освобождение сестер

К сена испытывала странное ощущение: присутствие сестер, даже заблудших, вызвало в душе амазонки далекие, смутные воспоминания. Воительница осматривалась по пути, пока оба не оказались стоящими посреди богато убранного зала. Сидящая в кресле высокая, стройная женщина с надменной линией губ и тонкими, черными бровями с улыбкой рассматривала обоих пленников.

– Приветствую вас, – сказала женщина. Она кивнула застывшей Ксене, которая инстинктивно старалась держаться как можно ближе к Рамиру, – подойдите поближе, не нужно меня бояться.

Понукаемые тычками в спину, они подчинились. Прищурившись, женщина окинула взглядом сначала паладина, потом перевела глаза на амазонку и улыбнулась ей.

– Подойди ко мне, дитя. Присядь вот здесь, – она указала на пол у своих ног. – Ты – одна из нас, тебе не стоит стоять рядом с этим… воином.

Стражи буквально подтащили Ксену к креслу женщины, принудив ее опуститься на пол. Рамир остался стоять один, если не считать настороженной стражи за спиной. Он был странно спокоен. По крайней мере, его лицо не выражало ни тени сомнений или страха.

– Меня зовут Ана, – подала голос хозяйка замка.

– Это не твой замок, тихо сказал Рамир. И ты прячешь здесь одного человека, который задолжал мне кое что…

Ана, услышав это, даже слегка приподнялась в своем кресле, стиснув подлокотники и впившись взглядом в глаза мужчины.

– Зачем ты пришел? Неужели надеялся убить меня и получить свои бумажки?

– Да.

– Ты хоть представляешь, против кого ты решился идти?

– Представляю.

Ана откинулась на спинку кресла и рассмеялась. Ее приятный смех серебристым ручейком протек по залу. Амазонка, принужденная сесть у ног госпожи, молча смотрела в сторону. В глазах девушки полыхали отблески непокорности, оскорбленной веры и жажда мести. Но она помнила данное в лагере слово: защищать и сопровождать Рамира. Ее смерть, равно как и геройский мятеж против своих же сестер не даст ничего хорошего. Так она ни Рамиру не поможет, ни слова своего не выполнит. Приходилось ждать, покорно сидя на верхней ступеньке у трона, в зале, залитом светом факелов, наполненном сладковатым запахом цветов.

Женщина подперла голову изящным запястьем и чуть сместилась на троне. Ее лицо, затененное пляшущим светом факелов, было полно глубинной неземной красоты. Она смотрела на Рамира, тот тоже не отводил взгляда от ее суженных черных глаз. Продолжалось это довольно долго.

– Хранительница, – наконец, заговорила женщина. – Почему их только двое? Где третий?

– Я приказала бросить его Кузнецу, он опять требовал жертв.

– Ты должна была привести его сначала ко мне, – голос Аны был ровным, даже ласковым, но хранительница попятилась, не смея поднять головы.

– Странно все это… – проговорила Ана. – Но ничего, я хочу узнать больше о вас всех, – женщина обратилась к Ксене, а затем поднялась и мягко подошла к Рамиру на расстояние нескольких шагов. По ее знаку стражницы подступили к воину, хватая его за руки, чтобы предупредить его рывок, если у него на уме было внезапно броситься на Госпожу.

– Как ты стал охотником за Стражником, Рамир? – вдруг спросила она, прохаживаясь перед ним. – Я не могу понять тебя… Судя по твоему виду, ты родился где-то в окрестностях Курта… Впрочем, все же твоя кровь не так чиста. И у жителей Курта почти не бывает таких синих глаз. Значит, все-таки ты здешний? Или, быть может, ты пришел из Залкидиса? Кто ты, Рамир? Сын случайного купца? Воина? Ну же, раскрой мне свою тайну. Ты заинтриговал меня.

– То, где я родился, не влияет на мой выбор. Ты спрашиваешь не о том.

Ана рассмеялась.

– Но ты ведь не ответил на мой вопрос. Чем Странник так привлекает тебя? Где твой дом? Семья? Сможешь ли ты умереть, зная, что не оставил продолжения? Неужели тебе никогда не хотелось этого?

Стальная перчатка со звоном покатилась по полу. Пальцы женщины, обхватившей запястье воина, оказались очень сильными. Ана с силой приложила ладонь Рамира к своей груди.

Амазонка выжидала. Воительницы настороженно поглядывали на мужчину, сжимая в руках оружие. Воин так же стоял, неподвижен и молчалив. Ксена украдкой бросила взгляд в сторону ближайшей девушки-отступницы. Длинное копье и нож на поясе. Если что – она успеет. А еще лучше, если удастся отвлечь внимание от Рамира. Ксена выжидала…

Ана, не почувствовав никакого интереса к себе со стороны мужчины, широкими шагами пересекла залу и, забрав у одной из амазонок меч, швырнула его под ноги Рамиру.

– Отпустите его!

Ксена в ужасе смотрела, как Ана, выхватив свой меч, ловко орудует им, а Рамир, поднявший оружие с пола, отступает назад. Женщина размялась и сделала к шаг к своему противнику.

Битва продолжалась недолго – Ана, конечно, была искусной воительницей, как и все сестры, но могла ли они противостоять Рамиру? Он был сильнее. Впрочем, наблюдавшая за поединком Ксена, вначале, сильно сомневалась в том, кто же одержит верх в этой схватке. Мечи скрещивались, от ударов сыпались искры. Ксена ждала…

Ана наносила один удар за другим, не давай Рамиру возможности нападать, и вынуждая его только защищаться. Но, в конце концов, воин сумел нанести удар, свалив женщину на пол.

– Я не хочу убивать тебя, королева северных амазонок, – проговорил он. – Я лишь пришел забрать то, что по праву принадлежит мне. Больше мне ничего не нужно.

– Я отдала многое за право убить тебя, воин, – прошипела Ана. – Человека, которого ты ищешь, здесь нет. Но твои бумаги… они у меня. Впрочем, тебе придется убить меня, чтобы получить их.

– И ты спрашивала меня, почему я решил идти по этому пути?! Почему же ты решила идти по нему? Что толкнуло тебя заключить сделку с похитителями и охранять от меня же пропавшие листы? Или ты на стороне зла?

Ксена вздрогнула. Одна только мысль о том, что кто-то из сестер может быть на стороне темных богов, ей претила. Амазонки не были святыми, но они всегда чтили кодекс. А в нем было сказано, что каждая из сестер должна все свои силы бросить на борьбу с тьмой. Что же, сестры этого замка не смогли сделать этого, обратившись к темной стороне силы.

Крик Аны вернул Ксену на землю, вырвав из сетей размышлений. От удара Рамира, женщина воительница упала на пол и теперь лежала, истекая кровью. Ксена заметила, что никто из сестер не бросился на помощь к ней, значит, северные амазонки не разделяли точку зрения своей Госпожи… разве что Хранительница почему-то решила служить ей…

– Скажи, где то, что я ищу, и я пощажу тебя.

Теряющая силы женщина указала рукой в сторону своего трона.

– Смотри там, Рамир. Твои листы там.

Воин поднялся, кивнув, и подошел к трону амазонки, извлекая из-за него смятые книжные страницы. Ксена тоже поднялась…

– Я сдержу свое слово, Ана, – сказал Рамир. – Я сохраню тебе жизнь.

Но Ксена, кажется, думала по-другому. Она не давала королеве никаких обещаний и была совершенно свободна от их исполнения. Женщина встала во весь рост, сверля королеву взглядом. Мягко, по-кошачьи, двинулась в сторону валяющегося на полу копья, покрытого разводами крови. Подняла, взвесила, примериваясь.

Рамир молча смотрел на обеих женщин. Вот Ксена встала над Аной, крепко уперев ноги в землю, чуть наклонилась вперед, быстро проговаривая слова на каком-то диалекте, видимо, на том, на котором говорили амазонки. Произнесла, замахнулась и ударила, налегая всем весом на древко. Ударила без злости, добивая, даря милосердный последний осколок боли. Ана вскрикнула и забилась в предсмертных конвульсиях, обмякая на потрескавшихся плитах. Затихла. Лишь звякнуло катящееся копье, вырванное из тела, отброшенное в сторону.

– Идем, – амазонка приблизилась к Рамиру, глядя в потемневшее лицо мужчины. – Спасение и сила были с нами сегодня. Моя жизнь – в твоей руке, как и моя преданность – вот здесь, – рука прикоснулась к груди амазонки, рядом с сердцем, – и моя благодарность – здесь.

Темными проходами вышли они в зал, где разоруженные стояли перед хранительницей. Груда оружия валялась на том же месте; никто не тронул ни меча, ни гибкого лука девушки, вместе с колчаном, полным стрел. Подобрав и устроив на привычных местах оружие, путники двинулись на поиски Зена, уволоченного под темные своды потолков.

– Что это? Я что-то слышала! – Ксена насторожилась, вскинула голову, рукой удерживая Рамира рядом с собой. – Голос. Нет – стон! Еще, и еще один! Вперед пойду я.

Амазонка быстрым, упругим бегом двинулась к источнику звука, доносящегося из-за одной из дальних дверей в недрах замка. Однако, не доходя, вдруг резко вернулась назад. Лицо ее вытянулось от смешения чувств, которые трудно поддавались описанию.

– Уйдем. – Девушка отвернулась, вскользь глянув на своего спутника. – Зен жив и здоров, но сейчас ему точно не нужна помощь. Он сам справится с тем делом, в которое ввязался…

Рамир и амазонка молча сидели у костра и ждали мужчину. Уже настало утро, а Зен все не появлялся. Наконец в воротах появилась мощная фигура, которая изможденно ползла и волокла за собой по полу меч. Едва доползя до костра, он просто свалился, окутанный сном.

Рамир захохотал. Ксена только улыбнулась.

– Он скоро будет в порядке, – хмыкнула амазонка. – Сестры просто… увлеклись.

Приоткрытая воротная дверь монастыря заскрипела, пропуская красивую женскую фигуру в кое-как накинутой рясе послушницы. Мягко ступая босыми ногами, светловолосая Лисия подошла к ним, как ни в чем не бывало и, подобрав подол, уселась прямо на лежавшего без сил Зена. Из-за дверей монастыря выглядывали еще несколько молодых послушниц, но выйти не решались.

– Я пришла, чтобы поблагодарить вас, – мелодичным голосом сказала она, мягко улыбаясь им обоим. – Мы не хотели делать то, что заставляла нас делать Ана. Но несколько дней назад здесь был человек, он словно окутал нас колдовством, мы словно не понимали, что делаем…

Ксена кивнула, а Рамир ответил:

– Это были похитители, – сказал он, ежась под пристальным оценивающим взглядом амазонки. – Они могут владеть магией, насколько это возможно. Теперь вы избавлены от них… Вам еще многое нужно будет сделать…

– Нам? Разве ты куда-то торопишься? Разве ты не останешься? У нас так мало воинов… А ты, – девушка обратилась к Ксене – ты не останешься с нами?

– Я не могу. Черный Странник, не останавливаясь, идет на Север, и теперь, когда путь освобожден, я должен идти за ним… – сказал Рамир.

– А я пойду с тобой, – проговорила Ксена.

– Но, Ксена, – тихо проговорила Лисия, – я слышала, что племя, из которого ты родом, подверглось нападению…

– Нападению? – глаза амазонки сузились. – Кто посмел поднять оружие на моих сестер?

– Эйдан, – король западных земель, – проговорила Лисия.

Ксена как-то беспомощно посмотрела на Рамира.

– Я понимаю тебя, – сказал он. – Ты должна быть со своими сестрами.

– Но ты…

– Я пойду с тобой. На лошадях мы нагоним Странника и после того, как поможем твоим сестрам. К тому же, это лишь слух о том, что Странник идет на Север… Куда точно он направляется не знает никто…

Речь Рамира прервал стук копыт. Далеко на дороге, пролегавшей к монастырю, показался всадник, ведущий на поводу двух лошадей. Всадница была худа, это все, что удалось рассмотреть. Вскочив со своего места, Лисия замахала подъехавшей девушке.

– Это Лейла, – радостно сказала она. – Она привела вам лошадей!

Подъехавшая девушка спешилась и, отвесив поклон Лисии, с недоумением уставилась на бессильного Зена.

– Он ранен? – спросила она.

– Нет, – Лисия рассмеялась. – С ним все в порядке! – и, обращаясь к Рамиру и Ксене, добавила: – Берите лошадей, да и еще в конюшне есть крытая повозка. Нам она пока ни к чему, а вам будет удобнее путешествовать. По крайней мере, вот он сейчас не сможет держаться в седле, – она пнула ногой слабо шевелящегося мужчину, на котором только что сидела.

Отказываться от дара амазонок они не стали. Когда повозка уже была запряжена, Рамир с трудом поднял Зена и уже не без помощи Лисии и набежавших амазонок погрузил его на телегу. Сама повозка была небольшой, легкой и очень быстроходной.

Погрузка припасов заняла немного времени. Не прошло и часа, как устроившийся на козлах Рамир уже забрал в руку вожжи. Ксена же кусала губы в толпе среди других амазонок, высыпавших проводить героев.

– Спасибо тебе за все, – сказал Рамир девушке.

Потемневшие глаза молодой амазонки на миг встретились с глазами воина. Потом она отвела взгляд.

– Рамир, я не могу и дальше идти с тобой, – тихо проговорила она.

– Да, я понял. Но теперь мы с Зеном можем идти с тобой, – рассмеялся воин. Так что, забирайся в телегу. Места в ней хватит всем. Мы вернемся в твое поселение, чтобы решить те проблемы, что возникли там сейчас…

Ксена встала в недоумении, с восторгом глядя на воина.

Проснувшийся Зен подал, наконец, голос:

– Поторапливайтесь! – только и буркнул он. – Если вы проторчите здесь до вечера, то мы точно ничего уже не успеем!

Уже через несколько минут маленькая крытая повозка, запряженная несущимися крупной рысью лошадьми, быстро таяла в утренней дымке…

Глава 10

Легенды амазонок

Уже несколько дней они провели в пути. Зен и Рамир разговаривали крайне редко, и все, что оставалось Ксене, – это постоянно точить свой меч и молча наблюдать за своими спутниками.

На ночь они останавливались на опушках леса или в полях. Разводили костер, давали лошадям возможность отдохнуть и подкрепиться, сами ели и почти не разговаривали. Тем удивительнее для Ксены стал вопрос, заданный Зеном в один из таких вечером:

– Мало мы знаем о женщинах-воительницах, – тихо сказал он, обращаясь к Ксене. – Расскажи мне о своих сестрах.

– Зачем? – изумилась амазонка.

– Да надоело молчать! Этот вон, – Зен красноречиво махнул рукой в сторону Рамира, молчаливо доедавшего свой кусок хлеба, – молчит все время. Уже звенит от его молчания в ушах! Прям тошно становится!

Ксена расхохоталась, молчание воина и вправду начинало напрягать.

– Что же ты хочешь узнать, Зен? – спросила она. – Правда, что у вас мать может встречаться с сыном, например?

Ксена вновь рассмеялась.

– Нет, Зен, амазонки живут без мужчин, так откуда же взяться в нашем племени сыну?

Зен задумался, а Ксена, между тем, продолжила:

– Все эти сказки – переиначенная легенда о Лисипе.

– Расскажи! – мужчина, предвкушая рассказ, уселся поудобнее.

– Да тут и рассказывать, собственно, нечего… Легенда гласит, что Танаис – сын Лисиппы – влюбился в красавицу мать, но, желая избежать грехопадения, бросился в реку и утонул. После этой трагедии Лисиппа повела своих дочерей в долину реки Фермодонт, построила огромный город Фемискиду в дельте реки и покорила соседние народы вплоть до самой большой реки. Совершив эти подвиги, она героически погибла в одном из сражений. Ее дочь, став наследницей, превзошла свою мать в приумножении славы царства. Она ввела обучение девочек с семилетнего возраста грамоте, физическому и духовному воспитанию, в том числе древним таинствам исцеления. Дочь Лисиппы покорила многие народы и стала первой королевой амазонок…

– Так и было? – спросил Зен.

– Кто же теперь знает, – усмехнулась Ксена.

– А я вот еще слышал, что для продолжения рода амазонки ежегодно в течение двух весенних месяцев встречались с юношами соседних племен. Рождавшихся девочек они оставляли у себя, а мальчиков отдавали отцам. Чтобы было удобно сражаться, воительницы прижиганием приостанавливали рост одной груди, но при необходимости рост восстанавливали…

Ксена посмотрела на мужчину странно и захохотала. Встав, амазонка сняла доспех, оставаясь только в легкой рубахе:

– Зен, видишь же, у меня две груди. Две груди было и у всех сестер моих, с которыми ты коротал ночь в замке Анны, верно?

Воитель расхохотался. И правда – девушки были хороши собой и красивы, и грудей у них, совершенно точно, было две.

– А мужчины? – не унимался он.

– Что мужчины?

– Как у вас с ними?

– Об этом, Зен, ты, наверное, можешь рассказать мне больше чем я тебе!!!

Воин задумался – неужели у девы-воительницы еще не было никого? Но поднимать пикантную тему не стал – только обратил внимание на то, что когда речь зашла об отношениях, воин отвлекся от чистки меча и с интересом посмотрел на девушку.

– Расскажи мне какую-нибудь вашу легенду, – попросил он. – О какой-нибудь героине.

– Гм… – задумалась Ксена. – Ну, слушай…

Было время, когда цветущим Херсонесом управлял первый архонт Ламах. Гикия была единственной дочерью Ламаха. В те времена соседним Боспорским царством правил царь Асандр. Не давали ему покоя богатства Херсонеса. Не удалось ему силой захватить город, и решил он действовать хитростью. Знал он, что у Ламаха есть дочь, и предложил своего сына ей в мужья. Надеялся он, что после смерти Ламаха власть над Херсонесом перейдет к роду первого Архонта и от Гикии попадет в руки его сына.

Херсонеситы разрешили Ламаху брак Гикии с сыном Асандра. Но они поставили условием, чтобы после свадьбы муж Гикии никогда не покидал Херсонеса для свидания с отцом. Через 2 года умер Ламах. На совете именитых граждан было решено поставить во главе управления городом не сына Асандра, а Зифа – другого видного херсонесита. Сын Асандра казался скромным человеком, преданным гражданином Херсонеса, но на самом деле он не отказался от своих коварных замыслов.

Асандр стал присылать сыну морем по 10 или 12 отважных юношей, а сын прятал их в подвале дома Гикии. Он избрал третью годовщину смерти Ламаха для выполнения своего плана и рассчитывал, что когда все херсонеситы изрядно опьянеют и улягутся спать, он выведет спрятанных заговорщиков и совершит свое злое дело. За 2 года сын Асандра тайно собрал около 200 боспорских воинов.

Сама Гикия ни о чем не подозревала, но случайно заговор был раскрыт. Гикия превыше всего ставила интересы своего народа, поэтому, ни минуты не колеблясь, приняла решение уничтожить врагов, в том числе и своего мужа, который оказался изменником. По приказу Гикии дом подожгли со всех сторон. Боспорские воины пытались спастись, но их тут же убивали. Они все до единого были истреблены. Так Гикия избавила город от смертельной опасности, грозившей со стороны Боспорского царства.

– Любопытно, любопытно, – протянул Зен.

Рамир уже тоже ближе подобрался к огню и слушал рассказ Ксены.

– Я тоже знаю одну из легенд, – наконец подал голос он.

– Какую?

– О тринадцатом подвиге Геракла…

– Расскажи! – Зен едва не прокричал это, засовывая в рот кусок булки. Точно так же и амазонка посмотрела на воина, прося его рассказать о подвиге известного греческого героя.

– Ну что же, пожал плечами Рамир. – Это очень известный миф, странно, что вы не знаете его… Царь Эврисфей был всегда угрюм и мрачен. Он ненавидел всех, кто был умнее, храбрее, сильнее его. Но было на свете одно существо, в котором он души не чаял – его дочь, золотоволосая царевна Адмета. Когда Адмета смеялась, царь улыбался. Зато когда она плакала, он скрежетал зубами, и горе было человеку, виновному в ее слезах. Если же Адмета говорила: «Я хочу!», то ее слово было сильнее всех законов в царстве Эврисфея.

Однажды няня рассказала Адмете удивительную историю о том, что за далеким Евксинским Понтом лежит таинственная страна амазонок. В этой стране нет мужчин; там живут одни только женщины. Но это не просто женщины. С колыбели они учатся воевать. Их игрушки – острые мечи и луки со звонкими стрелами. Совсем еще маленькими девочками они уже садятся в седла и скачут по горам и долам своей страны, как самые смелые всадники. Не было доныне ни одного полководца, который сумел бы – хитростью или силой – победить смелую конницу амазонок. Никогда еще враг не пробирался в их столицу, в знаменитый таинственный город Гемескиру. Этот город высится там, где бурная река Термодон впадает в сердитый Понт-Евксинский. Посреди города возвышается пышный дворец, а в нем живет великая царица амазонок, прекрасная Гипполита.

Много дивных сокровищ хранится в кладовых и амбарах ее дворца. Там есть драгоценные камни, взятые смелыми всадницами в бою, и военные кольчуги из тонких золотых цепочек. Там есть хрустальные сосуды, привезенные из далеких восточных стран, и пестрые чепраки, которыми накрывают потные спины царских лошадей. Но дороже всех драгоценностей для царицы Гипполиты – ее волшебный пояс: этот пояс она надевает, готовясь к бою. Он не красив и не пышен. Зато его подарил Гипполите сам свирепый бог войны, кровавый Арес. Этот пояс приносит счастье в бою. Вот почему амазонки стерегут его как зеницу ока. Горе тому, кто захочет отнять его у них.

Едва только золотокудрая Адмета услышала этот рассказ, как ей захотелось получить и примерить такой удивительный пояс. Надев свои маленькие сандалии, она побежала по каменным плитам дворца в те покои, где жил ее отец. Бросившись ему на шею, она сказала, что больше всего на свете сейчас же, теперь, она хочет получить в подарок волшебный пояс царицы Гипполиты.

Царю самому никак не удалось бы добыть эту великую драгоценность. Но ведь Геракл еще не совершил всех назначенных ему подвигов. И вот снова тщедушный царек приказывает герою покинуть родную страну и отнять у отважных амазонок волшебный пояс их царицы…

Долго легкие ладьи Геракла пенили острыми носами волны. Долго плыл он из милой Греции в ту сторону, где летом восходит солнце. Наконец, перед ним выросла на морском берегу столица амазонок Темескира. Спутники Геракла вытащили на берег свои легкие корабли, разожгли вокруг них костры и стали лагерем под стенами великого города. Скоро послышались звуки труб. Царица Гипполита сама пришла в лагерь узнать, что нужно в ее земле чужестранцам. Мирно и почтительно встретил герой смелую владычицу амазонок. Ничего не скрывая, он рассказал ей все про себя и про свою службу у Эврисфея.

Выслушав его рассказ, Гипполита растрогалась: ведь она как-никак была женщиной. «Будь спокоен, сын Зевса, – сказала она, – тебе не придется проливать кровь из-за волшебного пояса. Правда, я дорожу им больше всех своих сокровищ, но для тебя я не пожалею его. Будь моим гостем, Геракл. Отдыхай в мире. Через несколько дней я отдам тебе свою лучшую драгоценность».

Так мирно сговорились между собой эти смелые и благородные люди. Но коварная богиня Гера все еще не теряла надежды погубить ненавистного ей сына Зевса. Темной ночью, обернувшись амазонкой, она проникла в Темескиру и пошла по ее темным улицам, нашептывая встречным лживые речи. «Не верьте Гераклу, – говорила она. – Его добродушие обманчиво. Не пояс нужен ему – он хочет похитить нашу царицу и увезти ее в далекие страны».

И она так много и так долго, так хитро уговаривала воительниц, что, в конце концов, они поверили ей. Тотчас вскочив на своих коней, амазонки взялись за оружие и устремились к лагерю Геракла. Их было много, а греков мало. Смелые всадницы одна за другой нападали на самого героя, но одну вслед за другой он повергал на землю. Но герой одержал победу, и войско амазонок побежало в ужасе перед Гераклом. Царица Гипполита поспешила вручить ему свой пояс. Горько покачал Геракл головой.

«Гипполита, – сказал он ей с упреком. – Я не хотел кровопролития и гибели твоих сестер. Зачем вы послушались коварных речей матери богов?».

Перед разлукой он дружески обнял царицу амазонок. Неутешно оплакивала она смерть своих лучших подруг, но не сердилась на Геракла. Они расстались друзьями, и скоро золотокосая Адмета уже играла поясом Гипполиты. Впрочем, ей он не понравился. Он был беден с виду и некрасив. Для того чтобы оценить его как должно, надо было иметь великое и смелое сердце. Дочь же трусливого Эврисфея совсем не отличалась мужеством. Вот почему пояс Гипполиты скоро пропал неизвестно куда.

– Найти бы его, – мечтательно протянула Ксена…

– О да! Ты бы точно увидела всю его красоту и великолепие! – расхохотался Зен, ведь ты у нас – самая смелая и мужественная из всех!

– В Греции, кстати, много легенд сложено о женщинах-воительницах, – отметил Рамир. – Есть, например, легенда о битве амазонок во главе троянского войска против греков…

– Расскажи! – в один голос сказали Ксена и Зен.

Воин улыбнулся и начал свой рассказ:

– После смерти Гектора тяжелые времена настали для Трои. Не было у нее больше могущественного защитника. Не смели троянцы выходить за стены, чтобы сразиться с греками в открытом поле. Не было в Трое такого героя, который мог бы померяться силой в поединке с Ахиллом. Казалось, что наступают последние дни великого города. Тут неожиданно пришла помощь троянцам.

С далекого Понта явились на быстрых конях на помощь Трое храбрые воительницы-амазонки со своей царицей Пенфесилией. Хотела битвой с греками искупить свою вину Пенфесилия, так как она нечаянно убила на охоте свою сестру. Артемида гневалась на нее за убийство, и, помогая троянцам, Пенфесилия надеялась умилостивить богиню, покровительствующую им. Могучая дочь Ареса похвалялась, что сразит всех славных героев Греции, прогонит из-под Трои греков и сожжет их корабли.

С великим ликованием встретили троянцы амазонок. Приам принял Пенфесилию, как родную дочь, и устроил в честь нее роскошный пир. На следующий день выступили амазонки в блестящем вооружении во главе троянского войска против греков. Воздев руки к небу, молил Приам богов даровать им победу. Но не вняли ему боги. Началась кровопролитная битва. Подобно бурному вихрю, носилась по рядам греков Пенфесилия со своими амазонками. Одного за другим сражала она героев. Дрогнули греки и начали отступать. До самых кораблей оттеснила их Пенфесилия. Близка была уже окончательная победа амазонок. Вдруг на помощь грекам явились Ахилл и Аякс Теламонид. Они не участвовали в битве. Распростершись на земле, они лежали оба у могильного холма Патрокла, грустя об утрате друга. Услыхав шум битвы, герои быстро вооружились и, подобно двум грозным львам, устремились в бой. Не могли противостоять им амазонки и троянцы. Увидала Пенфесилия могучего Ахилла и храбро выступила против него. Метнула она копье в Ахилла, но оно разлетелось на куски, ударившись о щит сына Пелея. Пустила другое копье царица амазонок в Ахилла, но опять не ранила Ахилла. В страшном гневе бросился на нее Ахилл и поразил ее в грудь. Почувствовала смертельную рану Пенфесилия. Собрав последние силы, хотела она обнажить меч, но могучий Ахилл пронзил ее копьем вместе с конем. Упал на землю конь, а около него распростерлась Пенфесилия. Снял с нее шлем Ахилл и остановился, пораженный необычайной красотой дочери бога войны Ареса. Прекрасна, как богиня Артемида, была умершая Пенфесилия. Стоит над телом сраженной им красавицы Пенфесилии Ахилл и чувствует, как овладевает им любовь к убитой. Погруженный в печаль, стоял Ахилл над Пенфесилией. Подошел к нему Терсит и стал бранить героя, как делал это и раньше. Издеваясь над печалью Ахилла, пронзил Терсит копьем глаз прекрасной Пенфесилии. Вспыхнул страшным гневом Ахилл. Размахнулся он и ударил Терсита с такой силой по лицу, что убил его на месте. Диомед воспылал гневом к Ахиллу за то, что убил он его родственника. Насилу удалось грекам примирить двух героев.

Тихо поднял Ахилл убитую им Пенфесилию и вынес из битвы. Потом выдали греки трупы Пенфесилии и двенадцати убитых амазонок вместе с их вооружением троянцам, а те устроили пышные похороны, предав трупы сожжению на костре…

– Какая-то она грустная, эта легенда, – сказала Ксена.

– Тебе ли, как воительнице, не знать, что война всегда грустна, – подал голос Зен.

– Расскажу тебе тогда еще одну, – улыбнулся Рамир. – Мудро правил в Афинах Тесей. Но не жил он спокойно в Афинах, часто покидал он их для того, чтобы принять участие в подвигах героев Греции. Так, участвовал Тесей в калидонской охоте, в походе аргонавтов за золотым руном и в походе Геракла против амазонок. Когда был взят город амазонок Фемискира, Тесей увел с собой в Афины, как награду за храбрость, царицу амазонок Антиопу. В Афинах стала Антиопа женой Тесея. Пышно отпраздновал герой свою свадьбу с царицей амазонок.

Амазонки же замыслили отомстить грекам за разрушение их города и решили освободить царицу Антиопу из тяжкого, как думали они, плена у Тесея. Большое войско амазонок вторглось в Аттику. Афиняне вынуждены были укрыться от натиска воинственных амазонок за городские стены. Амазонки ворвались даже в самый город и заставили жителей спастись на неприступный акрополь. Амазонки же разбили свой лагерь на холме ареопага и держали в осаде афинян. Несколько раз делали вылазки афиняне, пытаясь изгнать грозных воительниц.

Наконец, произошла решающая битва. Сама Антиопа сражалась рядом с Тесеем против тех самых амазонок, которыми раньше повелевала. Не хотела Антиопа покинуть героя-мужа, которого она горячо полюбила. В этой грозной битве Антиопу ждала гибель. Сверкнуло в воздухе брошенное одной из амазонок копье, его смертоносное острие вонзилось в грудь Антиопы, и она мертвой упала к ногам своего мужа.

В ужасе смотрели оба войска на сраженную насмерть Антиопу. Склонился в горе Тесей над телом жены. Прерван был кровавый бой. Полные скорби, похоронили амазонки и афиняне молодую царицу. Амазонки покинули Аттику и вернулись к себе на далекую родину. Долго царила печаль в Афинах по безвременно погибшей прекрасной Антиопе.

– А знаешь ли ты, что вот один из столь любимых тобою греческих мудрецов дал амазонкам вот такую характеристику: «Они не знакомы с законом, не признают никаких царей, даже великих, своим имуществом считают то, что взяли с поля боя, а в душе не имеют ничего, кроме дерзости, дикости и жестокости. Они мастера метать дротики и добивать противников короткими мечами», – добавил Зен.

Но Рамир только зло шикнул на него, показывая на заснувшую у костра девушку.

Не решились мужчины беспокоить ее сон, продолжив шепотом переговариваться о женщинах-воительница, и законах их странного племени. А утром двинулись дальше – на запад к племени Ксены…

Глава 11

Аудиенция у королевы

А тем временем отряд царя Эйдана уже подошел к земле женщин-воительниц. Амазонок никак нельзя было назвать гостеприимными – к тем, кто посягал на их земли, они всегда относились с агрессией, придерживаясь простой и всегда действенной мудрости: «Кто к нам с мечом придет – тот от меча и погибнет».

Известие о том, что молодой король Эйдан решил захватить их земли, вызвало в племени переполох. Конечно, Эйдан был не первым правителем, решившим, что именно ему удастся укротить строптивых воительниц, превратив их в покорных наложниц и верных слуг. Но никто до этого глупого мальчишки не требовал так настойчиво аудиенции от королевы амазонок. Неизвестно почему, королева решила уступить – наверное, сказывалось не самое лучшее положение племени. Не было работы и не было денег, часть сестер отправилась на юг в качестве наемников, а размеры армии Эйдана, которую он привел к землям воительниц, впечатляли… Молодой король был вне себя от радости – он сделает то, что не удалось его отцу! Он захватит эти земли… именно с такими мыслями Эйдан входил на территорию королевского двора…

Перед ним открылся просторный зал, в котором на неком подобии трона восседала королева амазонок – величественная и гордая властительница этого мира, а для него – обычная женщина, чье место было на кухне или в кровати мужчины. Она не желала сдаваться на милость победителя, но молодой король был уверен, что ее капитуляция была лишь вопросом времени.

– Я – Сея, королева амазонок, – голос прекрасной воительницы, чье лицо было скрыто за деревянной маской, звучал гулко и властно, эхом отлетая от стен зала.

– Я – Эйдан, – подал голос молодой король, но женщина прервала его жестом.

– Я знаю, кто ты, и зачем ты пришел, – проговорила он, поднимаясь с трона и делая шаг вперед. От короля и его свиты не укрылась красота ее тренированного тела и роскошной копны огненно-рыжих волос. Молодой король даже невольно залюбовался этой сильной женщиной, забыв, что пришел затем, чтобы поработить ее.

– Так с чего ты взял, Эйдан, что я и мои сестры будем подчиняться тебе? – продолжила королева.

– Я предлагаю тебе сдаться, – наконец, обрел дар речи мужчина.

– Почему?

– Потому что моя армия больше твоей… – голос его прозвучал неуверенно, потому что королева подошла практически вплотную к Эйдану, наклонившись, и, сквозь прорези в деревянной маске, глядя в его глаза.

– И? – тихо сказала она.

Эйдан успел увидеть, что глаза у нее ярко-зеленые, а слова угроз словно застыли у него на языке – он не произносил ни слова.

– Я так и думала! – продолжила Сея, отходя от молодого короля и, развернувшись, насмешливо добавила: – Ваше величество, я великодушно отпускаю вас, поскольку здесь вы как гость, а не как пленник. Но советую вам уходить с моей земли, забирая свою армию. Ни к чему хорошему ваше желание не приведет. Насколько я помню, ваш отец уже пытался и не один раз захватить мои земли…

Эйдан смотрел на королеву, словно через пелену, он видел, как две мечницы подошли к ним, намереваясь вывести делегацию из зала, задумчиво поднялся и также задумчиво пошел прочь и лишь на улице к нему вернулся разум.

– Она ведьма! – проговорил король уверенно! – Варт, она ведьма! Я мог бы свернуть ей шею, просто протянув руку, но она околдовала меня! Ты представляешь? Околдовала.

– Тише, ваше величество! – проговорил верный Варт.

– Почему я должен молчать? Я не понимаю…

На этих словах одна из королевских охранниц, выводивших делегацию, остановилась. Это была невысокая молодая девушка, с короткими темными волосами. Она резко развернулась и в течение нескольких минут пристально рассматривала делегацию. Все, кроме короля и Варта, старались не встречаться с ней глазами, а вот Эйдан, наоборот, смотрел на дикарку в упор. Впрочем, как и девушка. Сначала она остановила свой взгляд на советнике, и, словно убедившись, что он не достоин ее внимания, перевела взгляд на Эйдана, который старался не уступить под таким напором и продолжал смотреть амазонке в глаза. Казалось, прошел не один час, пока девушка всматривалась в глаза правителя.

– Значит, это ты гордый правитель большого города, – изучающий взгляд девушки скользнул по рукам Эйдана и рукоятке его меча, оставленного за поясом.

– Ты права, – ответил Эйдан.

– Считай меня твоим личным врагом. Не люблю таких, – произнесла девушка.

Варт был удивлен таким заявлением, а вот правитель расхохотался.

– Чем же я мог прогневать тебя, амазонка? – захохотал он.

– Во-первых, ты – мужчина, и этого уже достаточно. Во-вторых, высокомерие и гордыня – качества, которые я ненавижу в человеке, а ты страдаешь ими в полной мере. – Голос амазонки был непроницаемо стальным. Однако Варт уловил нотки недовольства и нервозности.

– Что же, если я – твой личный враг, – заговорил король, – тогда я вызываю тебя на поединок!

Варт остолбенел от такого заявления.

– Вызов принят, правитель большого города. Завтра на закате. Сражаемся на мечах. Я наслышана о твоих умениях.

Девушка повернулась к гостям спиной. Она вновь продолжила путь, проводя пришельцев к выходу с земли племени.

– Ваше величество! О чем выдумали?! – Варт испуганно и раздраженно шептал на ухо Эйдану. – Убивать слугу королевы – не самый лучший вариант!

– Что же ты хочешь, чтобы я извинился перед ней?!

Варт задумался, но король расценил молчание советника по-своему.

– Этому не бывать! Я никогда не извинюсь перед наглой девчонкой! Да и потом, это все просто игра. И она первая ее начала!

– Ваше величество, – устало проговорил Варт. – Такой, как она, не нужны ваши извинения. Лучшим извинением для нее будет достойный поединок.

– Мы пришли, – амазонка остановилась, дожидаясь гостей.

Высокие ворота глухо скрипнули и распахнулись, выпуская делегацию с территории племени.

– Завтра на закате, – Эйдан усмехнулся, глядя в глаза амазонки, та лишь сдержанно кивнула и демонстративно окинула правителя взглядом. Воительница пошла прочь, а прямо у ворот делегация увидела несколько молоденьких девушек, которые с неприкрытым интересом рассматривали мужчин. Для некоторых из них это было настоящим подарком судьбы – обольщать мужчин было очень забавно. Одна из девушек даже приметила для себя потенциальную жертву. Как только мужчины повернулись к ним спиной, из кустов раздалось девичье щебетание.

– Они такие странные, – одна из девушек хлопала в ладоши от радости, подпрыгивая на месте, – такие не похожие на нас и такие похожие!

– Девочки, поспокойнее. Дана, кажется, уже умудрилась влипнуть в историю. Не стоит следовать ее примеру, – более старшая девушка вздохнула. – Они – наши гости. Окажите им все свое почтение и уважение, на какое только способны.

– Да, да, – не выдержал Эйдан. – Идите сюда и окажите мне свое почтение!

Девичьи голоса затихли, а Варт со злостью посмотрел на правителя. Да что о себе возомнил этот мальчишка!..

– Ну, кто же будет первой? Не бойтесь, я не обижу вас! – молодой правитель расхохотался и пошел дальше, бросив себе под нос только одно короткое слово: «дуры».

Стоило им вернуться в лагерь, как Варт не выдержал.

– Зачем вы делаете это? Ваше величество, что вы заметили, пока мы были у них в городе? – спросил он.

– Дур, очень много очень разных глупых дур! – рявкнул Эйдан, валясь на траву рядом с разведенным костром.

Варт закатил глаза. Как он намучился с этим мальчишкой, пока тот был маленьким и что же сейчас? Что ему прикажете делать сейчас, когда наделенный властью тиран не только решил захватить королевство воительниц, на которое до него посягали великие воины, но и делает это настолько по-глупому, что Варт просто диву давался.

– Вы должны извиниться перед амазонкой, кажется, ее зовут Дана.

– Я? Конечно, нет! – рассмеялся король. – Варт, если ты и вправду думаешь, что я извинюсь перед ней, ты ошибаешься. Она – всего лишь девчонка, которая забыла, где ее место! И я хочу показать ей, где ее место! Чтобы она знала это! Поэтому даже не стоит отговаривать меня, Варт, это бесполезно!

С этими словами король поднялся и быстрым шагом пошел к своему шатру, оставив советника в раздумьях сидеть возле огня и ждать рассвета.

Глава 12

Сила амазонки

Утро в племени всегда начиналось одинаково: с первыми лучами солнца город оживал и маленькие улочки наполнялись ароматом свежей еды, звуками музыки. Девушки-музыканты любили вставать ранним утром и дарить своим сестрам бодрящую утреннюю музыку, под которую так легко проснуться.

Мужчины, тем временем, только просыпались. Первым поднялся Варт. Сквозь сонную пелену он пытался осмотреться, соображая, где он находится. Вчерашние события казались настолько нереальными, что мозг отказывался их принимать. Впрочем, вскоре советник вспомнил, что вчера вечером его король назначил бой одной из амазонок, и этот бой должен был начаться сегодня на закате. Варт кинулся было в шатер Эйдана, но оказалось, что молодой король уже проснулся и коротает время в обществе какой-то молоденькой девицы. Варту оставалось лишь надеяться на то, что это не одна из будущих амазонок, а простая шлюха из соседней деревни.

– Ваше величество, – подал голос советник. – А, Варт… – король, кажется, был совершенно расслаблен и наслаждался тем, как мягкие девичьи ручки ласкают его тело. – Что ты так напрягаешься, Варт, – король посмотрел в потемневшие от злости глаза советника, который ничего не мог сказать своему властителю…

– Ваше величество вероятно не помнит, но еще вчера вы объявили вызов одной из местных амазонок…

– Мое величество все помнит, – отмахнулся Эйдан. Бой этот состоится сегодня и поверь мне, это зрелище научит глупых баб тому, что они должны знать свое место и слушать мужчин.

Вартустало вздохнул. Спорить с королем было бесполезно, благо Эйдан был и вправду неплохим мечником и, возможно, ему удастся одержать верх над воительницей. Варт точно знал, что за поединок с мужчиной Дану не похвалят в племени, но знал и то, что вмешиваться в дуэль девушки не станут, а вот ему придется вмешаться. Естественно, в том случае, если правитель будет терпеть поражение…

Весь день Эйдан провел в развлечениях, а под вечер, когда солнце начало спускаться за горизонт, отправился на место, где его уже ждала амазонка. Молодая девушка в толстых металлических наручах и кожаных доспехах протирала свой меч.

– Что же, – весело рассмеялась Дана. – Ты пришел? Я не думала, что ты придешь, если честно…

Эйдан в ответ только усмехнулся, доставая свой меч.

– Ты – как все девушки – больше любишь говорить, – пробормотал он. А я хочу драться. И хочу делать это сейчас.

Дана вспыхнула и тут же встала в боевую позу:

– Я не болтливая девчонка! И я уничтожу тебя, уничтожу тебя, просто за то, что ты мужчина.

– За что же ты так не любишь мужчин, девочка? – расхохотался Эйдан. – За то, что у тебя их не было?

Дана покраснела и сделала выпад…

– Знаешь что, продолжил король, – пожалуй, я не буду убивать тебя. Если я выиграю, я возьму тебя в плен, ты станешь моей наложницей и будешь выполнять все, что я скажу…

Он сделал выпад, но Дана резко увернулась от него и нанесла ответный удар. Мечи скрестились и из них полетели искры.

– А что ты думала, я не буду прикасаться к тебе? – он ухмыльнулся. – Нет, я предпочту поиграть с тобой, – рявкнула Дана, парировав на его удар. – Но теперь я знаю, что Грейра была права.

Вокруг молодого короля и амазонки стала сбираться толпа. Женщины племени и мужчины из свиты Эйдана – всем было интересно следить за поединком, а еще больше – за словестной дуэлью противников.

– Кто такая Грейра?

– Это местная наставница, господин, – подал голос один из его свиты.

– Ой, – Эйдан закривлялся, – и в чем же она оказалась права?

– В том, что мужчинам доверять нельзя.

– Это такая жизнь, милая, – засмеялся Эйдан. – Здесь никому доверять нельзя.

– А как же племя? Мы все доверяем друг другу. И любим друг друга! Мы сестры.

– Надолго ли?! – пробормотал мужчина. – Не бросят ли тебя твои сестры, если я заберу тебя, например, в свой дворец?

– Нет! – рявкнула Дана, нанося очередной удар. Эйдан выполнил обманный маневр мечом так, что меч из руки Даны чуть не выпал. Она быстро убрала руку и в последний момент поймала меч.

– Ты думала, что ты сильная? Ты не можешь быть сильнее нас. Мы всю жизнь тренируемся, и уж вряд ли я проиграю тебе, – молодой король смерил амазонку презрительным взглядом.

Дана и Эйдан по-прежнему боролись, делая выпады, финты и обманные маневры, но они оба были столь искусны в искусстве владения мечом, что бой шел на равных.

– За что ты так ненавидишь мужчин? – снова спросил Эйдан, которому, кажется, доставляло удовольствие выводить девушку из себя.

– Все они грязные животные!

– Нет, милая, ты не любишь их почему-то другому. Есть какая-то причина. И, думаю, ты знаешь ответ, – с большой злостью ответил Эйдан, сделав выпад. Меч прошел мимо лица Даны, но задел щеку, и теперь по ее щеке стекала кровь. – Понимаешь, Дана. Ведь победу одерживают сильнейшие, ведь так? Так вот, ты не из их числа. Тебе здесь не место. – Эйдан снова размахнулся своим мечом и порезал девушке бедро. Она вскрикнула, но не упала и, тем более, не схватилась за рану, хоть и чувствовала, что она глубокая.

Дана в ответ занесла меч и чудом успела оставить порез на высоком лбу парня. Кровь полилась, заливая ему лицо, стекая по бровям. Он вытер кровь с лица, и, облизав губы, с новыми силами кинулся в атаку. Дана развернулась к нему спиной, и, схватив за руку, перекинула через себя, повалив на землю. Пораненная нога подкосилась, и она чуть сама не упала. Варт схватился было за свой меч, но Эйдан ловко вывернул руку девушке, которая упала на колени, и из ее глаз брызнули слезы.

Эйдан медленно поднялся, встав напротив согнувшейся пополам Даны, и заговорил:

– Ненависть – мерзкая штука. Она отвлекает тебя, делает твой ум менее хладнокровным. А еще боль. – Парень скривился то ли от этой самой боли, то ли от боли в ранах. – Боль, которая болит сильнее, чем рана от любого оружия. Ее невозможно унять никакими лекарствами, и страдаешь больше от этого больше. – Он поджал губы, замолкая.

– Прекратите! – голос королевы прозвучал властно и вывел всех из состояния шока. – Что здесь происходит?

Сея вышла на поляну и явно была недовольна увиденным.

– Король Эйдан, вы прибыли в мои владения для того, чтобы устраивать дуэли с моими стражницами? – ее лоб нахмурился. – Я запрещаю.

– Но ваше величество, – подал голос Варт. – Эта девушка сама вызвала короля на дуэль…

Лицо Сеи изменилось, ее глаза с удивлением посмотрели на Дану.

– Это правда? – спросила королева.

– Да, – ответила девушка.

– Что ж, тогда примите мои извинения, ваше величество, – напряженно сказала Сея.

Эйдан усмехнулся. Он занес меч над девушкой, и та зажмурилась, но вместо того, чтобы ударить Дану, Эйдан лишь рассмеялся и оттолкнул ее, что для амазонки было страшнее казни.

– Я не хочу убивать тебя, девчонка, – сказал он.

Девушка открыла рот, но не произнесла ни звука. Палач и его жертва, упавшая перед своим вершителем судьбы на колени. Изображение в глазах девушки расплывалось, и она уже не видела лицо своего противника.

– Что же сказать тебе, милая? – рассмеялся Эйдан. – Теперь ты принадлежишь мне.

Сея встала, но король поспешил выразить свое почтение королеве:

– Таковы были условия нашего поединка, ваше величество! – сказал он.

Королева с горечью посмотрела на тело девушки и кивнула, обратившись к сестрам:

– Сестры, пусть поступок Даны будет всем нам уроком! – сказала она и пошла прочь.

Амазонки зашептались, а Эйдан, присев на корточки рядом с девушкой, убрал от ее лица короткие спутанные волосы и вытер кровь с ее щеки.

– Варт! Отнеси ее в мой шатер, – подал голос правитель. – Да, и переоденьте ее в платье что ли… Женщины в доспехах – это все-таки не для меня…

Глава 13

Ночь с амазонкой

Прошло три дня после того, как молодой король сразился с одной из стражниц королевы. В светлеющем небе зажглись первые хрусталики звезд. Там, в немыслимой вышине, рождался новый закат – слепящая каемка солнечного диска уже почти скрылась за черными громадами гор, расплавленное золото заливало их заснеженные вершины, но здесь, внизу, мир был уже во власти ночных туманов – сер и мертвенно холоден.

Дана сидела в своем шатре и не могла сдержать слез. Все перед ее глазами плыло в кроваво-красном тумане. Она до сих пор не могла понять, как же умудрилась проиграть бой этому напыщенному выскочке! Мужчине! Она была уверена, что никогда, ни один мужчина не станет для нее королем, не сможет победить ее, а здесь… Да, Дана никогда не видела мужчин воинов «в деле» до сегодняшнего дня, но слышала красноречивые рассказы в деревнях, видела людей, покалеченных Эйданом лично.

Полог шатра отодвинулся.

Девушка обернулась.

Эйдан вошел, не дожидаясь ее приглашения, ибо властителю всех земель приглашения попросту были не нужны. Он мрачно посмотрел на Дану, одетую в тонкое льняное платье, и замер.

– Уходи! – выпалила дикарка. – Я не желаю тебя видеть!

– Здесь не ты решаешь, а я! – отметил король, проходя в шатер и садясь на кровать.

Дана хотела сказать, что он ведет себя слишком. Слишком вызывающе, слишком нагло, слишком бесцеремонно, что никто не будет помогать ему, что амазонки в отличие от мужчин, никогда не убивают женщин, детей, стариков… Хотела сказать все это, что думает, но Эйдан закрыл ей рот поцелуем. Дана сжала губы и попыталась оттолкнуть короля, но сделать это было все равно, что попытаться сдвинуть с места каменную стену.

Эйдан поднял ее на руки, и она испуганно вскрикнула, а через минуту он уже опустил ее на кровать. Мужчина нависал над ней, опираясь на локоть, его губы продолжали жадно впиваться в ее рот. Ему сейчас не было дела до ее страха. По мнению короля, который к слову, немало выпил в тот вечер, амазонка хоть и была хороша собой и манила его, но была действительно юна и глупа, если думала, что сможет испытывать его терпение слишком долго. Он успел подумать, что она еще совсем девчонка, но тут же вспомнил, что эта девчонка осмеливается перечить ему. Эта мысль только разозлила его еще сильнее.

Дана дернулась, когда он накрыл ладонью ее грудь. Даже сквозь плотную ткань платья это прикосновение показалось ей обжигающим. Ужас от происходящего мешался с каким-то другим чувством, которое девушка не понимала. Эйдан чуть отстранился от девушки, он всматривался в ее лицо. Нужно ли ему было сейчас же встать и уйти, оставив амазонку в покое, пока он еще мог это сделать? Наверное, да. Ведь он достаточно ее напугал. Глаза дикарки странно блестели лихорадочным блеском, она потянула его за плечи и сама поцеловала… отчаянно, вовсе не целомудренно. И это невозможно было вынести. Он был сильнее своего желания ровно до тех пор, пока девушка сама не потянулась к нему. Эйдан дернул шнуровку ее платья вместо того, чтобы потянуть и распустить, несколько крючков теперь точно были порваны, но ткань не поддалась. Мужчина взялся руками за ворот ее платья, с силой разводя его в стороны. Ткань с треском порвалась, обнажая девушку почти до талии. Все, чего сейчас хотел король, – это увидеть ее всю, понимая, что и этого ему будет мало.

Он редко бывал ласковым с женщинами. Эйдан не придавался тем терпким и тягучим ласкам, о которых так много говорилось в сказках. Он просто брал то, что ему было нужно, а затем забывал о любовницах или же отдавал их кому-то из своих слуг, выбрасывая, словно использованную вещь. Так было всегда. И быть по-другому просто не могло! Но с Даной все было как-то иначе. Сейчас она дрожала в его руках, плавясь от жарких прикосновений, не вырываясь и замирая под каждым движением его рук. Ужас собственной смелости пьянил ее – девушка полностью стянула верх платья, освобождая руки из рукавов, ловя жадный взгляд своего господина. Теперь он мог видеть ее упругую грудь, хрупкие плечи, тонкие ключицы… Дикарка отличалась ото всех женщин, которые были в жизни короля.

Он сладко вдыхал ее аромат и, как в юности, был оглушен близостью ее обнаженного тела. Смуглая кожа Даны пахла сладко и покрывалась мурашками от его поцелуев… Маленькая пташка в его руках – эта фантазия уже несколько дней не давала ему спать ночами…

Эйдан коснулся губами ее груди, и девушка вздрогнула, когда один из ее сосков погрузился во влажное тепло его рта. Прикосновение его горячих пальцев к холодной коже отозвалось в ней дрожью, пробежавшей вдоль позвоночника. Незнакомое болезненное тепло сжалось внизу живота. Так сладко и так до боли мучительно. Девушка застонала. То, что происходило потом, не имело никакого отношения к здравому смыслу – кажется, она сама помогала раздеваться королю…

Дана почувствовала холод, когда он задрал ее юбку, и выгнулась, удивленно вскрикнув, когда его пальцы коснулись ее между ног. Она исступленно прижималась к нему, когда его пальцы ласкали ее. Эйдан же застонал и уткнулся носом ей в шею, когда почувствовал, что она стала влажной, а Дана, вспомнив на какой-то момент о своей чести, умоляла его остановиться, потому что ей казалось, что еще несколько секунд и она сгорит заживо и рассыплется пеплом. Сквозь горячечную пелену, застилающую все вокруг, она почувствовала тяжесть его тела, но смогла пролепетать только что-то вовсе бессвязное. В ней уже не было той воинственности, с которой она назначала ему битву…

– Ну, что же ты не сопротивляешься мне? – со смехом спросил Эйдан, на секунду отрываясь от своей жертвы. – Не проклинаешь меня. Или же это я сейчас лишил тебя возможности думать?

Дана ничего не ответила королю, только сдавленно застонала, чувствуя, как его пальцы ласкают ее везде, где только можно. Она сама слегка раздвигала свои ножки и выгибалась навстречу его рукам, сама открывала рот, разрешая его языку проникать все глубже, сама ласкала холодными пальчиками обнаженный торс мужчины. Он был резок, уверен и нетерпелив, впрочем, как всегда. Ведь Эйдан не мог отказаться от обладания столь прекрасным трофеем, который, сейчас сам шел к нему в руки.

Эйдан потерял счет времени, он уже сам не мог дать ответа на вопрос о том, сколько времени он ласкает Дану, и почему она, сперва отталкивающая его и пытавшаяся вырваться, сейчас столь бесстыдно выгибается к нему навстречу и ласкает своим язычком его губы. Быть может, у лесной дикарки уже были любовники до Эйдана? Мысль об этом почему-то привела его в бешенство, он видел, как распахнулись глаза Даны и расширились ее зрачки, когда он резко вошел в нее. Эта маленькая пташка не должна была достаться кому-то другому, она уже досталась ему… Девушка пыталась оттолкнуть его, но король уже не мог остановиться. Каждый выдох давался со стоном. Он двигался в ней, сходя с ума от ее запаха, от того, как острые ноготки Даны царапали его спину.

Дана уже не понимала, что причиняет большую боль – его резкие движения или жар, собравшийся внизу живота, скручивающийся тугим клубком, ставший теперь нестерпимым. Она попыталась выгнуться и хоть как-то облегчить эту боль. Все кончилось, когда она растерянно выдохнула его имя, Эйдан поймал ее испуганный взгляд. Амазонка вцепилась ему в плечи, сжимая его внутри и содрогаясь всем телом. Он не выдержал этого дикого животного наслаждения, а Дана тонула в новых ощущениях, таких пронзительных и странных. Дикий жар исчез, остался только хриплый шепот мужчины, тяжесть его тела и его дыхание, обжигающее шею.

Король вышел из нее и улегся рядом. Он молчал, Дана же, осознав, что сейчас произошло, чуть отодвинулась. Все ее тело болело, но это была сладкая боль. Девушка села и удрученно посмотрела на платье, болтавшееся у нее на талии. Юбка была испачкана кровью. Дикарка тихо застонала, неловко слезая с кровати. Ноги плохо ее держали, и она покачнулась, стягивая испорченное платье. Кровать жалобно скрипнула, но девушка не обернулась. Девушка усмехнулась. Наверное, ей следовало бы сейчас стенать и убиваться по своей невинности, но она не делала этого…

Дана обернулась. Эйдан лежал на кровати, развалившись на покрывале и глядя вверх. Уж кто-кто, а он точно не выглядел расстроенным или растерянным. Он получил то, за чем пришел. Он получил ее тело и сейчас, кажется, испытывал высшую степень наслаждения даже не оттого, что сейчас произошло, а оттого, что молодая амазонка теперь всецело принадлежала ему – королю, который, пройдет еще совсем немного времени, и захватит весь мир и все ее племя, став единоличным властителем всех земель.

Девушка подошла к кровати, аккуратно устраиваясь на ее крае. Мужчина слегка приподнялся на локте и окинул свою сегодняшнюю наложницу оценивающим взглядом, а потом, быстро затащил Дану на ложе, прижимая ее к своей груди…

В шатер проник тонкий лучик серебристого лунного света, он прочертил тусклую полосу на холодном земляном полу. Огромная луна катилась по небу, выхватывая из темноты пятнами света довольное лицо молодого короля, сегодня одержавшего свою первую победу в племени амазонок. Пятно света сместилось чуть ниже и в бок – к груди мужчины, прижималась юная девушка. Ее веки были плотно сомкнуты, а нежные губы во сне тронула легкая улыбка.

Глава 14

Нападение на племя

Эйдану не терпелось. Он чувствовал возбуждение, похожее на то, что чувствует мужчина в постели с девушкой. Дана наутро его уже не интересовала. Его интересовали ее сестры – племя амазонок и их земля. Эйдан хотел воплотить свою мечту, став единственным монархом, покорившим гордых воительниц. Но только он знал, что они не сдадутся ему без боя, что придется придумать план… и кажется, этот план уже созрел в его голове!

– Варт, – молодой король позвал советника, – сегодня же вечером их земля должна стать моей!

– Ваше величество, – советник почтенно склонился перед своим господином, – что вы хотите?

– Я хочу напасть на них ночью. Тогда, когда амазонки и их королева Сея не будут ожидать подвоха…

Варт кивнул. Идея ему совершенно не нравилась, но спорить с королем было бесполезно.

– Варт, ты слышал о троянском коне? – спросил Эйдан.

– Конечно.

– Я хочу сделать что-то подобное. Огромный пирог, много даров, которые мы передадим королеве, много даров, которые потом обернуться для амазонок их же погибелью. Они же женщины, они должны любить сладости и красивые шелка.

Советник задумался, а король все не унимался.

– Отправь кого-то в ближайшее поселение, купи все ткани, украшения и сладости, что найдешь там, вези сюда. Купи огромные короба. Такие, чтобы в них могли поместиться солдаты… Советник вздохнул, а король с упоением остался ждать исполнения своего плана.

Про его отца говорили, что он великий воин. Эйдан пока не заслужил такого эпитета, но это только пока… Уже несколько недель, пока они шли по просторам принадлежавшей ему земли к поселению амазонок, он мечтал стать королем и этой земли, и этого племени, и этого маленького города! Уже несколько дней Эйдан с упоением представлял, как вернет себе все эти земли и станет именоваться великим королем, как падут перед ним ниц местные лорды и вельможи, присягая на верность самому великому властителю. Своему единственному властителю… Как они поймут, что он – молодой король – гораздо умнее и везучее своего отца. А как иначе объяснить тот факт, что старый король мертв, а сейчас он – Эйдан – восседает на своем троне…

Всю неделю воины Эйдана по ночам тренировались, он подтянул к городу амазонок все свои силы и сейчас ждал, ждал удобного случая, чтобы напасть на Сею. Тот факт, что на земле есть женщины, взявшие в руки мечи, очень его раздражал. А то, что эти женщины образовали маленькое государство на территории его страны, – выводило из себя. Он научит их уважать его!

И пусть те немногие сестры, которым удастся спастись бегством, несут в другие племена страшную весть о надвигающейся на них армии молодого короля.

К вечеру все было готово – слуги принесли дары, которые были уложены в коробы. Они были отправлены в город амазонок. Королева приняла их – тем более, что дары Эйдан передал всему племени в качестве извинения за инцидент с Даной. Чего, впрочем, мог бы и не делать… В ту же ночь на племя амазонок напали.

Варт, пожалуй, был единственным человеком, который не боялся Эйдана – остальные сторонились молодого правителя, считая его слишком развязным и глупым. Они кожей ощущали опасность, исходящую от этого человека, и ничто в мире не смогло бы убедить их в обратном.

К ночи мелкая морось перешла в настоящую бурю, небо налилось темным свинцом, солнце не могло пробиться сквозь плотный полог тяжелых туч. Эйдан усвоил от своего отца одну простую истину – он точно знал, что власть гораздо тверже стоит на крови, чем на хороших манерах. Но сейчас хорошие манеры занимали не последнюю роль в его плане – одарив амазонок, он вынудил королеву устроить пир, на который был приглашен он и весь его отряд.

Придя к королеве, Эйдан, кутаясь в плащ, слушал, что говорили ему хозяева территории, на которую он вторгся. Хотя, какие они хозяева? Уже через пару-тройку часов этот замок, эти земли, вновь будут принадлежать ему… С такими мыслями молодой король проходил в замок амазонок. Скоро и самих амазонок уже не будет, а их королева станет его рабыней и служанкой…

В зале было жарко, здесь собралось немало народу – все они теснились на узких скамьях. Лица девушек блестели от пота. Запах пищи наполнял спертый воздух. Вино, поднесенное гостям, было сладким и вкусным, но Эйдан не пил. Его принимали как гостя, но его холодные глаза внимательно следили за пирующими, отмечая каждую мелочь. Громкая музыка раздражала, визгливые звуки флейт вторили барабанам.

Амазонки тоже не сидели просто – стражницы осматривали залы и постоянно ходили между рядами своих сестер и гостей. Королева была напряжена не меньше Эйдана, но поможет ли это напряжение ей не попасться в руки молодого правителя? Вряд ли…

Внезапно внимание одной из девушек привлекло какое-то странное шевеление в углу, куда были свалены подарки правителя. Она направилась туда и увидела меч, стоящий у стены. Девушке этого оказалось достаточно, она уже хотела было закричать «Измена», но не успела. Сильные руки одного из воинов схватили ее за руку и, зажав ей рот, оттащили в темный угол… Несколько минут и амазонки поняли, что происходит.

Сталь полоснула верного Варта, сидевшего подле Эйдана, по руке, но он отпрянул, уже не чувствуя боли. Воительницы почувствовал запах крови. Запах битвы… Свернув шею одному выступившему из темноты воину и раздробив кости лица другому страшным ударом о стену, Варт рванулся вниз. Рядом упал и залился кровью изо рта один из солдат Эйдана – стрела торчала у него из шеи, пробив плоть навылет. Еще одна стрела лязгнула о стену над самой его головой, высекая желтые искры.

Удар обрушился на голову советника, закрывшего своим телом короля, успевшего испугаться. По его шее за шиворот потекло что-то горячее и липкое. Во рту стоял густой соленый вкус крови. Он видел, как несколько его воинов, прошедших с ним в зал, обнажили оружие, лучники достали стрелы. Пара амазонок вскочили со своих мест, но стрела, попала одной прямо в шею, второй – в плечо. В зал ворвались женщины-воительницы. С другого входа, выломав дубовые двери, хлынула армия короля.

Через несколько часов город амазонок пал. Многие воины Эйдана отдали за победу короля свои жизни, но король не терзался раскаянием. Войско амазонок было разбито. Кто-то спасался бегством…

Многие из сестер погибли, еще больше – было взято в плен. Сбежать удалось только единицам. Бита вышла кровавой и яркой, как и хотел Эйдан. Амазонки же долго не могли понять, каким образом мужчины могли попасть в их племя. Сея говорила, что готова была бы заключить мир с Эйданом, но капитулировать – нет. И молодой король решил взять все силой. Тем более, что племя было ослаблено, – многие сильные воины, вроде Ксены, покинули город, чтобы заработать себе на жизнь…

Сейчас Эйдан сидел один в огромном величественном зале каменного замка королевы. Ночь уже сгустила темные краски за окнами, и в зале горели свечи. Острые блики метались по каменным стенам, растворяясь где-то под сводом, терявшимся в кромешной черноте. Король сидел за пустым длинным столом, перед ним стоял кубок с вином, к которому он так и не притронулся. Амазонки, даже плененные, так и не признали его власть, и это злило его до безумия.

Из мрачных раздумий короля вырвал звук чьих-то шагов. Эйдан повернул голову. Молодой широкоплечий мужчина подошел к нему и бесцеремонно уселся рядом за стол. Это был один из его ближайших союзников – Варт. Неизвестно почему, Эйдан верил этому человеку. Он даже готов был прощать ему бесцеремонность и наглость, с которой Парт вломился в зал.

– Вы желали меня видеть? – спросил Варт, голос его был осипшим от бурных возлияний в честь победы.

– Да, хотел, – еле сдерживая раздражение, ответил Эйдан. – Где королева?

– В темнице! Привести?

– Приведи!

Парт удалился, а Эйдан еще на несколько минут погрузился в свои мысли. Через несколько минут Варт и еще несколько соратников привели королеву, закованную в некое подобие кандалов, чтоб она не могла убежать…

Эйдан смерил ее недоверчивым взглядом. Королева гордо отвернула лицо.

– Ваше величество, что же вы не говорите со мной? – елейно спросил он.

Сея смотрела прямо перед собой гордым, полным ненависти взглядом.

– А я предлагал вам…

– Зачем вы сделали это, Эйдан? – спросила, наконец, королева.

Мужчина улыбнулся. По крайней мере, она заговорила с ним.

– Помните Дану, Ваше величество? – спросил он. – Теперь она одна из моих наложниц, это же ждет и вас…

Сея отвернулась.

– О нет, не отворачивайтесь… – Эйдан подошел к королеве, беря ее за лицо, но та лишь наградила его плевком.

Король рассвирепел.

– На колени, – заорал он.

И двое охранников силой заставили гордую амазонку встать на колени на каменном полу некогда принадлежавшего ей замка.

– Ты, – прошипел Эйдан, хватая ее за подбородок. – Ты теперь принадлежишь мне. Ты – моя вещь! И все твои девки – они тоже мои вещи!

Он сильным толчком оттолкнул от себя лицо девушки.

– Завтра мы возвращаемся домой, и все они, – король кивнул в сторону Сеи, – все амазонки идут с нами… Дома мы устроим настоящий праздник, на котором непобедимые девы-воительницы будут прислуживать нам!

С этими словами и самодовольной улыбкой на устах король удалился из замка.

Глава 15

Амазонки во владениях Эйдана

От земли амазонок до замка Эйдана было несколько дней пути. Конечно, король прибыл в свои владения раньше – он ждал, пока его солдаты приведут пленных. Собственно, только эта мысль и радовала его последние несколько дней. Он представлял себе, как измученные дорогой и голодом женщины будут просить его не убивать их и будут готовы на все, лишь бы остаться в живых.

Поэтому, когда Варт радостно вошел в зал, рассказывая королю, что ведут пленных – Эйдан заметно оживился. Эта новость его очень заинтересовала. До судеб несчастных девушек, королю, конечно же, никакого дела не было, но он уже несколько дней мечтал полюбоваться на свои трофеи и поиграть с парой особенно приглянувшихся ему воительниц.

В ожидании король снял с головы свою корону и в отполированной до зеркала поверхности увидел молодого парня. Голубые глаза были безразличны и полны скуки, короткие ресницы тоненькой щеткой торчали в разные стороны, а брови, черные, как у отца, несмотря на пшеничный цвет волос, были нахмурены. Бледный цвет лица был признаком аристократизма, но на точеных скулах принца выглядывал загар. Нос его был тонок, ровен и узок, как у любого чистокровного скандинава, а бледно-розовые губы искривились от недовольства.

Наконец, врата, ведущие в коридор с непомерно высоким потолком, выводящий прочь из замка, распахнулись. Вошел главный дворецкий, седой высокий мужчина со слегка полненьким брюшком и громко заявил:

– Пленные пригнаны, Ваше Величество. Вести в подвалы?

– Нет, нет, сначала сюда, пусть предстанут перед своим правителем. Есть одно дело, – Эйдан погладил подбородок.

Слуга кивнул. Два дюжих солдата, еще не снявшие с себя военную форму, пригнали в зал вереницу девушек. Не смотря на то, что все они и вправду были измотаны дорогой и устали, здесь было на что посмотреть. Красивые, высокие, статные женщины – сильные и гордые. Эйдан любил таких! Даже Варт, недовольный поведением своего правителя, не смог сдержать восхищения…

– Несколько девушек сбежали, пока мы шли, – отрапортовал стражник.

– Несколько, – фыркнул король. Он не любил бежавших, они могли составить неплохие партизанские движения.

– Есть еще одна девчонка, но все солдаты единодушно хотят ее казнить. Уж больно агрессивна, Ваше Величество.

– Ведите, – махнул рукой король, в его голосе слышался интерес.

Спустя пару минут послышалась ругань – грубые, нескладные звуки криком влетели в тронную залу.

«Видимо, ведут!» – вновь оживился король. Он был поражен тем, что какой-то пленник сопротивляется даже будучи на земле врага, даже ступая по чужому королевскому замку. Подумать только, каким храбрым нужно быть! Остальные амазонки тоже завертели головами. Тихие до этого момента, в глазах их промелькнула надежда.

– Тихо! – взревел Варт, и пленные замолчали, испуганно косясь на советника.

Ввели пленницу. Это была даже не девушка – действительно девчонка, как и сказал охранник. Ее держали двое воинов с двух сторон, чтобы та не могла извернуться и удрать, как она, видимо, пыталась уже много раз. Ее руки скрутили до неимоверной, должно быть, боли, а кроме того, пленница была стреножена – на щиколотках несчастной виднелась грязно-бурая бечевка, которая натерла кровавые раны и размазала грязь по ним. На вид юной девушке было лет пятнадцать, не больше – ее тощее, но сильное тело извивалось, делая неожиданные и точные рывки, вот-вот готовое сбросить с себя и веревку, и руки врагов.

Но особенно Эйдана поразило ее лицо. Признаться, ничего более прекрасного он не видел. Даже отражение его в зеркале едва ли могло состязаться с этой мордашкой. Волосы ее, русые, отросшие, в колтунах, грязными сосульками свисали на лицо. Злая и яростная девица с пеной на губах кричала что-то на родном языке, зеленые глаза ее светились такой невозможной ненавистью, что даже некоторые амазонки, видимо, смирившиеся со своей участью, сделали шаг назад и в страхе смотрели на реакцию короля. Неужто такие страшные слова орала она? Сколько дерзости и гонора! Эйдан даже привстал с кресла, отчасти восхищенный такими действиями.

Девчонка обратила внимание на это и вдруг пристально уставилась на короля:

– Я убью тебя, грязный ублюдок! – закричала она.

– Как она смеет?! – послышалось отовсюду.

– Право, какое чудо! Какая выносливость, гонор, сила! Пожалуй, это самый дельный пленник за столько лет! Оставьте ее, она будет моей личной пленницей! – сказал король.

Спустя несколько часов Эйдан оказался один-на-один со своей новой рабыней. Девчонку скрутили еще сильнее.

– Как твое имя? – спросил король, вводя упирающуюся девушку в свои хоромы.

Комната была на самом верху башни. Однако пол был обыкновенным, деревянным, дощатым, а серый холодный булыжник украшал стены, придавая помещению природную простоту и эстетику. В комнате было немного мебели – огромная кровать с пологом, в которой по желанию могло поместиться целых пять человек, дубовый стол, весь заваленный пергаментом с изображением карт и письменами, дубовый стул и небольшие полки под разнообразную ерунду. Девушка притихла, но явно не сдавалась и упорно молчала.

– Как твое имя?! – снова взревел Эйдан и замахнулся, но непокорная и глазом не моргнула. – Я вышибу из тебя его, если придется!

– Я скорее откушу себе ухо, чем буду отвечать тебе! – выплюнула девчонка, отвернувшись.

Король ухмыльнулся. Он не врал ни себе, ни окружающим, ни тем более не запугивал, а оттого немедленно вынул из-за пояса чуть более короткий, чем обычно, кнут, который носил с собой, и угрожающе щелкнул им по воздуху. А затем резко ударил по спине девушку, пытающуюся защитить голову от удара. Эйдан не собирался убивать ее, он хотел лишь показать, в чьей власти находится эта нахалка. Оружие порвало грязно-бурое, пропитанное талой водой тряпье, в которое была одета девушка, и оставило бордовую полосу наискось относительно выпирающего, словно хребет у динозавра, позвоночника; и девочка, сдавленно охнув, опустилась на колени перед своим покровителем, с жуткой ненавистью взирая снизу вверх. Нос ее при этом наморщился, а губы искривились в оскале, показывая белые зубы.

– Имя! – снова заорал Эйдан и девушка сдалась.

– Ния.

«Бесстрашная», – тихо перевел Эйдан у себя в голове. Это имя как нельзя лучше подходило его новой игрушке. Она была сильной, и только здесь она впервые встала на колени, несломленная никакими тяготами.

– Из какой ты семьи? – продолжал расспрос Эйдан.

– У меня нет семьи. И я не хочу говорить с тобой!

– Если я задаю вопрос, то я должен получить ответ! – На спину девушки обрушился очередной удар. Она пошатнулась и впервые жалобно заскулила. Перекрученные руки, должно быть, дико болели, а теперь добавилась боль от удара кнутом.

– Развяжи меня, прошу, мне очень больно, – попросила она. На глазах ее выступили слезы, готовые вот-вот сорваться. И какой позор будет для амазонки, если она заплачет!

– Я развяжу веревки, но ты должна усвоить, что называть меня можно только Господином или Повелителем, и отвечать соответственно. Ясно? – Эйдан взял со стола крохотный ножик, которым резал из дерева фигурки, когда нечем было заняться, и начал пилить грязную бечевку.

Ния, кажется, немного смирилась со своей участью или просто совершенно выбилась из сил. Эйдан улыбнулся, слыша свистящее дыхание и глядя на тяжело вздымающуюся грудь. Какое терпение. А до чего хороша!..

Когда король закончил высвобождение своей служанки из пут, та еле-еле пошевелила аж посиневшими руками. «Как же ее так…» – с сожалением на лице, Эйдан сел на корточки и разрезал веревку, которой были стянуты ноги девушки. Все волокна пропитались кровью, а раны так скверно выглядели, что вопрос о мытье пропал сам собой – это было необходимо.

– Ты голодна, так ведь?

Король поднял худое тело и осторожно положил на кровать, так и не дождавшись ответа. Раб или нет, перед ним человек. И нужно уметь лечить его, когда ему плохо. Нужно раздеть беднягу, отмыть, накормить и дать выспаться, тогда уже можно будет говорить и играть. Но самый первый пункт повис немым вопросом.

Эйдан одел на девицу ошейник и потянул за поводок.

– Идем!

Ние ничего не оставалось, кроме как направиться за королем… Эйдан потянул девушку за ошейник, выводя из комнат, у дверей которой стоял Варт.

– Варт, помой ее! – проговорил король.

Ния же едва не кинулась на Варта, когда тот провел по ее волосам сухой горячей ладонью, но Эйдан удержал девушку – мускулистый и вскормленный на щедрых угощениях с королевского стола Варт размазал бы ее одним махом. А Эйдану этого не хотелось. Во всяком случае, пока!

Варт вместе с королем отвели девушку в отделанную мрамором комнату с огромными, необъятно толстыми колоннами и гигантским бассейном, от воды в котором сплошным туманом валил пар, поднимаясь до самого десятиметрового потолка. Восхищение и признание прекрасного. Ния знала толк в эстетике и искусстве.

– Это королевские купальни. Не задерживайся тут, – сказал Эйдан Ние.

– Варт посторожит, а потом принесет тебе поесть. Но на ночь я не сниму с тебя ошейника. Не сниму вообще, до тех пор, пока не научишься вести себя, как подобает. Я отправлюсь в спальню и буду ждать там.

Глава 16

Праздник урожая

Днем путники вошли в деревню. Эту деревню Ксена знала, здесь она бывала, когда пыталась найти для себя работу еще до того, как познакомилась с Рамиром и отправилась с ним в путешествие. Деревня была большая, более двадцати дворов. В центре поселения стоял большой дом, являвшийся, по-видимому, постоялым двором и служивший для собраний жителей, а напротив дома над землей висел колокол – его звоном селян, видимо, приглашали на собрание.

Первыми на них обратили внимание собаки, с лаем бросавшиеся на лошадей. Послышался визг, когда лошадь ударила одну из мелких собак копытом и животные отступили. Люди, увидевшие путников, прятались по домам, запирали окна и двери. Ксена понимала, как они выглядят со стороны. Трое воинов, все вооружены и, судя по всему, опасны. Амазонка невесело усмехнулась.

Заметив что-то на земле, она спрыгнула с повозки. На дороге лежала оброненная перепуганным ребенком тряпичная кукла с соломенными волосами, в потрепанном красном платьице. Нарисованные глаза были полны печали. Девушка, держа игрушку в руке, обвела опустевшую улицу долгим взглядом. Ведя коня в поводу, она приблизилась к воротам постоялого двора. Они были заперты.

– Мы не враги!

Дверь дома приоткрылась.

– Тогда кто вы? – спросил голос.

– Меня зовут Ксена. Я иду спасать своих сестер от царя Эйдана. Со мной мои друзья. Впусти нас, хозяин. Мы не причиним вам вреда.

Было понятно, что хозяин не слишком поверил ей, но спорить не стал. Ведь воины, если захотят, войдут все равно. И тогда уж сами возьмут все, что пожелают, просить больше не станут. Троица вошла внутрь. Пристроив лошадей, все они вошли в таверну постоялого двора. Заняв место за большим дубовым столом, Ксена подошла к стойке, которую старательно протирал хозяин.

– Нам нужен ночлег, – сказала девушка.

– Сколько комнат? – поднял на нее взгляд трактирщик.

– Три, – сказала она после недолгого раздумья. – Две для мужчин, одна для меня.

– Десять монет, – кивнул хозяин.

– И ужин, – продолжила Ксена. – Побольше мяса, овощей…

– И вина!!! – заорал из-за стола Зен.

– Все будет сделано, госпожа.

Рамир тоже подошел к стойке.

– Не подскажешь ли, дорогой, где можно раздобыть коня? Одна из наших лошадей слишком устала, чтобы идти дальше.

Трактирщик с интересом посмотрел на воина, подумал несколько секунд и сказал:

– Лошади ныне дороги. Всех почти для армии забрали. Король Эйдан велел… Но есть у меня для вас одна, – улыбнулся он. – Посмотрите в конюшне. В дальнем стойле.

Рамир кивнул и вышел на улицу. Он не видел, как при упоминании монарха скривилось лицо амазонки.

– Король Эйдан, – сказала она.

Трактирщик кивнул и, видимо, по-своему оценив кивок амазонки, продолжил:

– Ты ведь из их племени. Тебе повезло. Неделю назад ночью король напал со своим войском на амазонок. Кто-то бежал, кто-то погиб, многих забрали в рабство…

Глаза Ксены потемнели от злости.

– И что же теперь? – тихо спросила она.

Трактирщик пожал плечами.

– Не знаю, девочка, – если ты пришла помочь своим сестрам, ты опоздала. Вряд ли вы одни сможете противостоять Эйдану.

– Я все же попробую, – вздохнула Ксена, отходя от стойки.

Вернувшись за стол, девушка положила подбородок на переплетенные пальцы и задумалась. Она не заметила, как хозяин поставил перед ней миску с жарким. Зен сперва смотрел на нее, не отрывал от нее глаз, но не решался заговорить, а потом уставился в зал. Ему было скучно, поэтому с трудом дождавшись, когда же и ему принесут еду и быстро уничтожив пищу, Зен поднялся и вышел.

В конюшне Рагнар потрепал предложенного ему коня по шее, запуская пальцы в длинную гриву. Конь всхрапнул, ткнулся мордой в его плечо.

– Да, друг, – прошептал воин. – Тяжелая дорогая нас ждет. Правильно ли я поступил, отказавшись от погони за стражником?

Конь фыркнул и посмотрел на него большими карими глазами.

– Разговариваешь с лошадью? – окликнул его Зен. – Отвечает?

– Не твое дело, – огрызнулся Рамир. – Что ты здесь забыл?

– Как и ты, пришел посмотреть на предложенную трактирщиком кобылу, – кивнул мужчина на лошадь. Лошадь зло косилась на него, и тревожно всхрапывала, не понимая, что же не так с этим человеком.

Рамир еще раз окинул Зена взглядом и отвернулся. Тот невозмутимо пожал плечами и вышел из конюшни, потрепав по холке коня, который тут же попытался укусить его за руку.

– Да, ты прав, друг, – Рамир похлопал по плечу жеребца и вышел на улицу.

В трактире собралось много людей, стало душно. Из распахнутой двери лилась музыка. Это не были тягучие песни, которые он слышал вначале. Теперь это была веселая задорная мелодия. Рамир даже различил стук каблуков и смех. Войдя внутрь, воин увидел, как под глухой ритм барабана и басетлей, в такт мелодии, которую пели пищалки и гусли, в трактире пляшут несколько крестьян и охотников. Столы были отодвинуты к стенам, чтобы освободить место. Он увидел и Зена, мрачно сидевшего за столом. Какая-то девушка, пробегая мимо, ухватила его за рукав, потянула за собой.

– Сегодня праздник урожая! – шепнула она, весело сверкая глазами из-под густой челки.

Он позволил ей увлечь себя в танце, они закружились, стараясь не сталкиваться с другими парами. Потом музыка переменилась, девушка улыбнулась ему, он отпустил ее, поклонился. Она рассмеялась. Через несколько мгновений она танцевала с уже другим. Рамир подошел к стойке схватил протянутую трактирщиком кружку, сделал несколько жадных глотков. Взгляд его остановился на сидящей за дубовым столом Ксене. Амазонка отвлеклась от своих размышлений и теперь с интересом и некоторой завистью поглядывала на танцующих. Сидевший напротив нее Зен смотрел на девушку, не отрываясь. Рамир скрипнул зубами и поставил кружку на стойку.

Девушка вздрогнула, когда ее плеча коснулась чья-то ладонь. Она подняла глаза и увидела воина. Воин смотрел на нее и протягивал ей руку.

– Сегодня праздник урожая, – сказал он, кивнув на веселящихся крестьян. – Все счастливы и радуются жизни. Пойдем?

– Не очень-то хочется, – вздохнула девушка. – Мои сестры в беде.

– Тебе нужно отдохнуть, чтобы помочь им, а не терзать себя мучительными мыслями, – улыбнулся он.

Ксена недоверчиво посмотрела ему в глаза. Рамир вновь обезоруживающе улыбнулся. Девушка ответила ему улыбкой и вложила ладонь в его протянутую руку. Он вытащил ее на середину зала, расстегнул на груди пряжку, положил ножны с мечом на стойку. Амазонка тоже отложила оружие.

Свирель заиграла задорную быструю мелодию. Ее подхватили барабан, дудки и гусли. Рамир весело посмотрел на девушку. В первый раз она видела его таким. Вино, что ли, на него подействовало. И, кажется, он решил, что будет ее учить… Амазонка повторила его движения. Его движения были размашисты и в то же время элегантны. Их ладони соприкасаются ненадолго, его пальцы скользят по ее руке. Крестьяне принялись кричать и хлопать в ладоши.

Зен неодобрительно смотрел за происходящим. Он скрипнул зубами и мертвой хваткой вцепился в кружку, будто это было горло какого-то его ненавистного врага. Он вздрогнул, когда кто-то хлопнул его по плечу.

– В чем дело, гордый странник? – молодой крестьянин беззлобно смотрел на мужчину и потом опустился на лавку рядом. – Ты решил утопить горе в вине?

Зен как загипнотизированный смотрел туда, где танцевали его спутники. Крестьяне прекратили плясать, кричали, топали, хлопали в ладоши и хохотали. Рамир, видимо разгоряченный вином, обычно мрачный и молчаливый, сейчас вел себя совершенно иначе! Он схватил девушку. Одна его ладонь легла на ее талию, другая скользнула чуть ниже. Ксена не одернула его, закинув обе руки ему на шею, она рассмеялась. Они закружились по залу, подбадриваемые криками и хлопаньем толпы. Зен быстро поднялся.

– Проверю, как там лошади, – сказал он удивленно посмотревшему на него крестьянину и почти бегом вышел из зала. Хлопнула дверь.

Оказавшись на улице, Зен поднял голову к небу, стараясь дышать глубоко и ровно. Вино, которое сделало Рамира веселым, сейчас сделало его мрачным и задумчивым. Находиться здесь сейчас он не мог и не хотел, поэтому просто побрел прочь.

Мужчина слышал, как распахнулась дверь постоялого двора, и в проеме показались два силуэта. Мужчина, обнимая девушку с длинной косой, уверенно повел ее в сторону реки. Девушка смеялась. Светила яркая луна. Проходя мимо стога сена, Зен услышал протяжный стон и рычание. Первой его реакцией было схватиться за оружие. Но потом он понял, что происходит, и двинулся прочь.

В ту ночь он так и не появился в своей комнате – это было бы слишком тяжело для него. Бродил по темным окрестностям, благо ему было делать это не впервой, и старался не думать о том, что происходит в комнатах постоялого двора. Он не знал, что там не происходило, ровным счетом, ничего!

Когда утром Ксена спустилась в зал, она увидела Рамира, с аппетитом уничтожавшего завтрак. Амазонка выглянула в окно и увидела трактирщика, чистящего купленную чалую кобылу. Предстояло еще договориться с трактирщиком о покупке припасов. Ксена медленно жевала хлеб, запивая его молоком.

– А где Зен? – спросила она у Рамира.

– Не знаю, ночью его не было в комнате.

Когда амазонка села есть, Рамир решил отправиться на поиски своего спутника. Зен, впрочем, нашелся очень быстро – у реки. Он тренировался. Несколько минут замерший воин смотрел, как клинки в руках странника выписывают сложные вензеля и петли. Это искусство Зена завораживало воина. Потом он подошел ближе. Тот заметил человека, опустил клинки.

– Я хотел поговорить с тобой, – начал Рамир.

– Слушаю.

– Это касается Ксены.

Зен молчал, в синих глазах был только холод.

– Мы многое пережили вместе и многое видели, но сейчас пришло время расстаться, – голос воина звучал властно и холодно.

– Сестры Ксены в беде, я обещал, что помогу ей.

– Твоя помощь не требуется… Я знаю, кто ты.

– Я тоже знаю, кто ты, – вздохнул Зен и рассмеялся. – Чего ты хочешь от меня?

– Я хочу, чтобы ты лез в седло и убирался отсюда.

– И? – протянул Зен. – Знаешь, я уеду только тогда, когда сама она попросит меня об этом! Сейчас же я обещал ей, что помогу…

– Чем? Чем ты можешь помочь? Мы оба знаем, почему ты странствуешь один, в чем эта причина… Ты не простой человек! Ты изгой. Даже среди темных для тебя не нашлось места.

Зен не отвел взгляда. Рамир шагнул к страннику, а тот лишь прищурил глаза, готовясь принять удар. Но резкий окрик заставил их обоих замереть и отойти друг от друга.

– Что здесь происходит?! – глаза амазонки метали молнии.

– Ничего, – спокойно ответил Зен и пошел к деревне.

Амазонка перевела взгляд на Рамира. Тот пожал плечами и натянуто улыбнулся.

– Мы просто разговаривали. Пойдем, – он кивнул на тропу, по которой ушел странник.

Глава 17

На пути к королевским владениям

Маленький отряд из амазонки и дух ее спутников медленно двигался среди камней и валунов. Здесь было опаснее, чем где бы то ни было. Они точно знали, что сестры амазонки находятся в плену у Эйдана, но вариантов не было. Ксена хотела освободить своих подруг и не готова была отказаться от этой идеи.

Впереди шел Зен. Он превосходно знал эти места, поскольку не раз и не два ходил здесь. Он находил тропинки, которые остальные наверняка оставили бы без внимания. В лесу темнеет быстро. Как только солнце скрылось за вершинами, на землю обрушилась темнота. Луна и звезды казались нереально огромными и были так близко, что, казалось, до них можно дотянуться руками. Темнота не мешала Зену, наоборот, он чувствовал себя в своей стихии. Но он сознавал, что людям тяжело пробираться вперед, когда не видно, куда поставить ногу. Найдя более-менее ровную площадку, защищенную от порывов ветра большими валунами, он остановился.

– Здесь заночуем, – сказал он.

– Далеко еще? – спросила Ксена.

Мужчина обернулся к ней.

– Не очень, – ответил он. – Но идти дальше в полной темноте – безумие.

Ксена вскоре заснула, но сон ее был бесконечно беспокойным. Она проснулась ночью, посмотрела на огромную золотую луну, пытаясь понять, что же ее разбудило. Сердце бешено колотилось, в мозгу засела мысль, что надо спешить, иначе она не успеет. Но куда? Амазонка села, стряхивая с себя остатки сна, и увидела Зена, уходящего в темноту. Она вздохнула и, поднявшись, поспешила за странником, даже не заметив отсутствие Рамира.

Заслышав за спиной шаги, Рамир обернулся, встретившись глазами с Зеном. Странник стоял перед ним, положив ладонь на рукоять меча. Рамир также обнажил оружие…

– Пришло время выяснить нам с тобой отношения, – сказал Зен.

– Да и выяснять-то нечего, – вздохнул Рамир. – Я знаю, кто ты.

– И кто я?

– Чернокнижник…

Зен расхохотался.

– Ты потрясающе догадлив.

– Я думал, что ты не придешь, – сказал Рамир с вызовом.

– Еще не поздно, ты можешь передумать, – улыбка Зена не предвещала ничего хорошего.

– Я не передумаю.

– Как знаешь, – пожал плечами Зен, размахивая мечом. Вторая его рука уже сжимала рукоять ножа, выхваченного неведомо когда.

Они пошли по кругу, глядя друг другу в глаза, обмениваясь редкими ударами. Клинки тускло посверкивали в свете луны. Рамир был очень хорошим бойцом, Зен оценил это. Но у него было гораздо меньше практики, чем у чернокнижника. Клинки столкнулись, зазвенела сталь, полетели искры. Рамир отшатнулся назад, чтобы вновь ринуться на противника. Зен видел ярость в его глазах, эта ярость ослепляла человека, делая его еще более уязвимым. Зен знал сотню способов закончить этот поединок быстро, так, что Рамир даже не понял бы, что произошло, но он не хотел так сразу показывать противнику все, на что был способен. Удар ножом в правое бедро. Взлетевший навстречу меч. Звон стали. Меч снова устремился к горлу противника, но был отбит лезвием. Удар! Звон! Искры. Мужчины приседали, прыгали, нападали. Атаки Рамира следовали одна за другой, но Зен даже не подумал парировать его удары, отклонившись быстрым полуоборотом. Он чувствовал, как закипает в нем гнев. Мужчина широко размахнулся, меч его со свистом рассек воздух. Зен мягко отскочил, ушел из-под острия, сделал короткий финт, выбивая противника из ритма, и атаковал, заставляя Рамира заслониться мечом. Используя летящее оружие противника, как щит, он шагнул вперед, ускользая из поля зрения своего врага. Рамир развернулся, ища Зена, который, как ему показалось, вдруг исчез, и почувствовал, как коснулся горла отточенный клинок его меча.

«Все», – подумал воин.

Но тут послышались быстрые шаги и окрик:

– Рамир!

Ксена бежала к нему со всех ног, Зен же, казалось, растворился в воздухе…

– Что вы делаете? – закричала амазонка.

– Ты знаешь, кто он? – выдохнул Рамир. – Кого мы взяли с собой в путешествие?

– Кто?

– Зен! Кстати, куда он делся?

Мужчина и женщина стали бестолково оглядываться по сторонам, но так и не увидели своего спутника.

– Кто он? – наконец спросила Ксена.

– Он – чернокнижник.

Глаза Ксены округлились. Рамир же продолжил.

– Наверняка, он – служитель Черного Странника. Наверняка, он пошел с нами для того, чтобы иметь возможность получить мою книгу, книгу, при помощи которой я могу уничтожить его господина.

Ксена смотрела на своего спутника, как умалишенная. Она не знала, что говорить, что делать и как реагировать на происходящее. Она знала, что в их мире есть место магии, и что здесь много людей, способных сражаться не на мечах, а при помощи знаний и заклинаний. Но она никогда не видела человека, обладающего магической силой. А сейчас Рамир говорил, что на протяжении долгого времени такой человек был рядом с ними… Многие амазонки обладали странными силами, силами, непонятными и непостижимыми людям. Некоторые из них были дочерями богов, другие утверждали, что воинственная Афина наделила их мощью, но Ксена никогда не видела магии и не верила в нее.

– Идем, нам нужно идти! – сказал Рамир.

– А как же Зен?

– Он ушел, – вздохнул мужчина. – Вряд ли мы сможем найти его сейчас, если он тот, кто я думаю!

– А если нет? Если нет, мы что, просто оставим человека в лесу?

– А если нет, он не стал бы уходить от нас…

Ксена задумалась, но не знала, что возразить мужчине. Она согласилась…Вскоре выяснилось, что Рамир знал – поблизости от этого места есть катакомбы, туннели, ведущие к дворцу короля… По ним-то они и отправились в дальнейший путь.

Они шли по узким коридорам и просторным залам, таким огромным, что их противоположные стены и своды терялись из виду. Совершенно беззвучно преодолевая участки голого камня и жидкой грязи, углубляясь все дальше, Рамир вспоминал годы, проведенные им в странствиях по этим пещерам, в сражениях с местными разбойниками. В мрачных подземельях не было времени для размышлений, только для действий. Вокруг абсолютная темнота, изредка нарушаемая тусклым светом.

Они шли уже довольно долго. Ксена не могла понять, как Рамир ориентируется в бесконечных переплетениях коридоров и пещер. Мужчина шел впереди, амазонка следовала за ним. Несколько раз воин останавливался, прислушиваясь. Было тихо, только где-то капала вода, но Ксена точно знала, что ощущение спокойствия обманчиво. Ее не оставляло чувство тревоги, постоянной настороженности, хотя Рамира, казалось, ничто не волновало. Они без приключений прошли тоннели и, наконец, вышли в городе Эйдана…

Орбаллен – так назывался город – значительно превосходил размерами поселение амазонок. Ксене, никогда не бывавшей здесь, он казался просто удивительным. Еще более поразительно было то, что прекрасные здания, великолепные статуи были созданы человеком, с которым, по мнению амазонки, мало кто мог сравниться в жестокости. Отцом Эйдана. Стражники у ворот даже не поинтересовались целью их визита в Орбаллен, и путники спокойно прошли к стенам замка…

Глава 18

Королева Сея

Сея проснулась от того, что кто-то пищал у нее над ухом: «Госпожа, госпожа». Отмахнувшись от голоса, как от назойливой мухи, королева села на кровати и не поверила своим глазам – судя по всему, она была в замке… В голове начали всплывать события последних дней – нападение Эйдана, плен… Сейчас королева, судя по всему, была в замке захватчика. Сколько дней она провела здесь?

Страшась позора, королева помнила, как выпила приготовленный хранительницей отвар, намереваясь заснуть вечным сном, но то ли ингредиентов не хватило, то ли… Как бы там ни было, сейчас королева амазонок проснулась – оглядывая комнату, в которой оказалась. Посреди огромной каменной залы стояла постель с балдахином, на которой она собственно и сидела. На стенах – гобелены, на полу – ковер… Факелы в каменных креплениях рядом с окном, а за ним… За окном, где-то далеко внизу, плескалось сердитое темное море. Вскрикнув от неожиданности, Сея вскочила и бросилась к окну, но запутавшись в чем-то длинном, повалилась на каменный пол. С ее головы соскочила тиара и, гулко ударившись о булыжники, упала рядом.

– Госпожа, позвольте, я помогу, – пропищал тоненький голосок, и к ней подбежала девушка, помогая подняться.

Только сейчас она поняла, что на ней было надето длинное пышное платье, ее волосы уложены локонами, а рядом на полу валяется небольшая диадемка, упавшая с ее головы. Растеряно приподнимая юбки платья, она разглядывала свой наряд, девушка, между тем, водрузила диадему обратно на голову правительницы.

Сея перевела на нее непонимающий взгляд – невысокая хрупкая шатенка, с волосами чуть длиннее плеч, была словно из прошлого. Простое длинное платье, передник, волосы сплетены в тугую косу… Ничего не понимая, она снова оглядела зал и заметила в углу еще одну девицу – явно старше первой, с длинными волнистыми рыжими волосами. Она стояла и задумчиво смотрела в окно.

– Госпожа, госпожа, – снова запищал голосок, и Сея перевела взгляд на суетившуюся шатенку.

– Ты ко мне обращаешься? – наконец, выпала королева из оцепенения. – Я не госпожа тебе…

– Хозяин велел так обращаться к Вам…

– Король?

– Да, король Эйдан…

– Если она не будет вас так называть, он ее накажет, – подала голос девушка у окна. – Он велел называть вас Госпожа.

– Нам он велит называть себя Хозяин или Господин, – добавила рыжая, окидывая ее взглядом.

За окном, насколько хватало глаз, расстилалось море. Явно холодное и не доброе – темные волны с белыми гребнями набегали к подножью башни и с шипением уползали назад в пучину… Берега видно не было. Сея в растерянности перевела взгляд на девушек. Шатенка едва заметно кивнула.

Дверь заскрипела, и в зал вошел Эйдан.

– Пошли вон отсюда, – рявкнул он на девушек, и они моментально выскочили за дверь. Сея, решив встретить своего врага лицом к лицу, не без труда поднялась на ноги в своем огромном платье, и гордо посмотрела на вошедшего. Она злилась, да что там – она была в ярости!

– Как же красиво, – довольно протянул тот, оглядывая свою пленницу со всех сторон.

Эйдан взял ее за руку, отводя от стены, но Сея резко выдернула свою ладонь из его рук.

– Где я?

– В моем замке.

Король разглядывал ее платье, прическу, диадему, потом протянул руку, намереваясь коснуться лица королевы, но она со злостью ударила его по руке.

– Дотронешься – убью! – прошипела Сея.

Он, словно выпав из оцепенения, перевел на нее взгляд своих недобрых глаз.

– Ты зачем меня в это одел? – спросила королева, сгребая в охапку свои юбки и отходя от него подальше – свободно передвигаться в этом огромном платье было практически невозможно.

– Потому что теперь ты принадлежишь мне, и я буду делать с тобой все, что я захочу!

Сея посмотрела на его лицо и… с размаху отвесила ему удар кулаком по лицу. Эйдан медленно повернул лицо обратно к королеве… Та дернулась, и, наступив на пышную юбку, свалилась на пол. Король присел на корточки, вытянул руку вперед и отвесил королеве точно такой же удар.

Сердце у нее в груди заколотилось, ярость стала вырываться наружу, но король только ответил.

– Не зли меня, Сея, – прошипел он, и облизал губы. Королева судорожно сглотнула.

– То-то же, – сказал он, выпрямляясь. – Отдыхай пока, сейчас я ничего от тебя не хочу.

Он развернулся и вышел из комнаты, а Сея еще несколько минут пыталась успокоить заходящееся в бешенном ритме сердце. Наконец, придя в себя, она решила избавиться от ее главного на этот момент врага – дурацкого платья. После долгих бесплодных попыток ей удалось, наконец, стащить с себя тяжелую верхнюю юбку, сшитую из парчи, и расшнуровать корсет. Нижней юбке девушка оборвала подол, чтобы он не мешал ей двигаться, и уже было собралась заняться прической – снять диадему и вынуть из волос булавки, как тишину пронзил испуганный и полный отчаяния вопль тоненького голоска. Отбрасывая ногой тяжелую юбку, амазонка бросилась на плачущий голос…

Она петляла по каменным коридорам и слышала, как голос умоляюще просит: «Пожалуйста, не нужно».

– Отпусти ее! – громко закричала королева, распахивая тяжелые деревянные двери зала…

В углу, на полу, сидела рыдающая шатенка. По ее щекам текли слезы, она громко всхлипывала, а на плечах девушки и ее бедрах были глубокие царапины, словно от когтей огромного животного. Король стоял рядом со своим излюбленным хлыстом. Он замахнулся, девушка зажмурилась, а Сея схватила со стены факел и с диким воплем кинулась на короля.

– Отпусти ее! – заорала она и, что было силы, ударила мужчину факелом по спине.

Глава 19

Игры короля

Король взвыл и зло обернулся, толкая Сею.

– Ты посмела ударить меня? Ты – моя раба сейчас, ты должна слушаться! Я ничего не делаю просто так. Если ты хочешь, чтобы я оставил девчонку в покое, тебе придется подчиниться мне.

Сея, сбитая с ног, попыталась подняться – стоять на коленях перед чужим королем было не ее правилах, но Эйдан не дал ей этого сделать.

– Ну, Сея, посмотри на меня, – насмешливо сказал он. Он взял девушку за подбородок, поднимая лицо вверх, и замер, разглядывая.

– Такая красивая, – протянул он, проводя пальцами второй руки по диадеме, которую она так и не успела снять с головы. Ты будешь слушаться меня?

Королева молчала, а Эйдан, недовольный реакцией, резко дернул ее за волосы, наклоняя голову на бок, и прошипел:

– Будешь слушаться?

Сея кивнула.

– Не слышу ответа!

– Буду слушаться, – тихо сказала она.

– То-то же!

Он оттолкнул ее лицо в сторону и повернулся к шатенке.

– Ну а ты, сучка, что разоралась как резаная? Я предупреждал тебя, чтобы ты не орала? Предупреждал?!

Шатенка испуганно закивала головой, стараясь забиться поглубже в угол.

– Ты очень огорчила меня, испортила мне настроение. Придется тебя наказать…

Сея уцепилась за стену, пытаясь подняться на ноги. Эйдан схватил девушку за плечи, поднимая и прижимая к стене, – она только пискнула. Он развернул ее к себе спиной, грубо хватая за бедра и пытаясь наклонить. Шатенка молчала и только жалобно поскуливала, когда его руки касались ее царапин.

– Отпусти ее, – снова сказала Сея.

– Пошла вон отсюда, – последовал ответ.

Сея попыталась сделать хоть шаг – ноги слушались плохо. Цепляясь за стену, она медленно двинулась к столу, на котором стоял огромный поднос с фруктами. Королева перевела взгляд на шатенку, которая робко дергалась в руках Эйдана, пока тот ласкал ее шею, поднимая со стола поднос и подходя ближе… С каждом шагом она чувствовала себя все увереннее – подойдя к Эйдану поверженная королева амазонок уже твердо стояла на ногах, поднимая высоко над головой злополучное блюдо…

– Ты еще здесь? Посмотреть хочешь? Ну, смотри…

– Смотрю, – зло ответила Сея и с силой опустила поднос на голову мужчины.

Раздался оглушительный грохот, шатенка закричала, Эйданн покачнулся и ослабил хватку.

– Бежим, – сказала Сея девушке, хватая ее за руку, – Бежим! Скорее.

И они побежали… Холодные коридоры замка, тусклый свет факелов, шум моря где-то внизу, стук сердца, сбитое дыхание и тяжелые шаги сзади. Все смешалось воедино…

– Сюда! – девушка дернула королеву за руку и толкнула тяжелые двери. Они выбежали в ту самую комнату с кроватью под балдахином, в которой она очнулась.

– Закрывай дверь! – скомандовала Сея девушке, сама бросаясь к факелам, снимая один из них и засовывая его в дверные ручки, наподобие защелки.

С другой стороны раздался сильный удар в дверь, затем еще один. Факел дрогнул, но не поддался.

– Отопри! – прорычал голос. – Я тебя убью! – прорычал он и тяжелые шаги стали отдаляться куда-то вглубь замка.

Сея обессилено съехала по стене на пол, выдергивая из волос чертову диадему. В голове гудело после настоя хранительницы, мысли еще не вернулись к королеве… Шатенка робко подползла и помогла выпутать украшение из прически.

– Спасибо, – тихо сказала она.

– Как тебя зовут? – спросила Сея, вглядываясь в ее лицо.

– Динара, – ответила девушка.

На вид Динаре было лет 20 – большие серые глаза, каштановые волосы, миниатюрная фигурa… Сообразив, что она сидит рядом на полу совершенно голая, Сея встала, подходя к остаткам своего пышного платья, и подала ей подол юбки. Девушка благодарно улыбнулась, закутываясь в него, словно в тогу.

– Когда вас сюда привезли, он носился по замку как ненормальный. На всех кричал. Заказал это платье, – Динара показала в сторону парчовой юбки, – диадему принес из подземелья…

– Подземелье?

– Да, здесь в замке есть подземелье. Там очень страшно. Хозяин говорит, что туда он сажает непокорных… Когда я не слушалась его, он отводил меня туда. Там сыро и холодно… А еще он сказал, что если я не буду его слушать, он отдаст меня своим охранникам…

Сея и Динара забрались на кровать, укрываясь одеялом. Становилось прохладно. Динара заснула практически моментально, королева же лежала, положив лицо на руки, и задумчиво смотрела в темное небо за окном.

Сутки они с Динарой просидели в моей комнате, заперев дверь на факел. Эйдан приходил только один раз, предлагая выйти «по-хорошему», и обещая, что «ничего плохого не случится». Но девушки предпочли оставаться в своем убежище. По крайней мере, пока… Минуты и часы тянулись мучительно долго. Море было все таким же сердитым и темным, а когда солнце опустилось за горизонт, взошла луна и замок осветился ее холодным светом, пейзаж и вовсе стал похожим на готическую картинку… Хотелось есть. Собственно к ночи голод уже настолько одолел, что мысли о еде были единственными в голове.

– Динара, а где здесь кухня? – наконец, спросила Сея у своей новой подруги.

– В западном крыле замка, – ответила она.

Посидев еще минут тридцать в задумчивости, она, наконец, решилась совершить вылазку за провизией. Динара, которая, кажется, оставаться одна боялась еще сильнее, чем наткнуться на Эйдана, решила пойти с королевой.

Они тихо двигались по коридору, стараясь создавать как можно меньше шума, – любой звук, любой шорох в каменных лабиринтах с высокими потолками тут же гулко отзывался эхом и расползался по всему замку. Мерцающие факелы, рыцарские доспехи, тканые полотна… Наконец, мой взгляд уперся в огромную картину, висящую на одной из стен – на ней красивый блондин с ярко-голубыми глазами… Отец короля Эйдана в молодости.

Из-за полуприкрытых дверей впереди доносилась музыка… Кажется, это были звуки флейты или что-то вроде того… Сея сделала шаг в направлении дверей, из-за которых доносились звуки, а Динара робко ухватила ее за руку.

– Иди на кухню, найди что-нибудь поесть и приходи за мной, – шепнула ей Сея, поскольку любопытство в ней определенно брало верх над страхом…

В огромном зале у стены стояло кресло. Точнее, даже не кресло, а самый настоящий трон – обитый бархатом, с высокой спинкой и красивыми подлокотниками, украшенными изображениями драконов. На этом троне восседал Эйдан. Перед ним на коленях стояла одна из амазонок, протягивая своему господину какие-то кушанья… Чуть поодаль еще две девушки танцевали, извиваясь в такт играющей музыке, и, наконец, на пуфике недалеко от своего хозяина сидела рыжая, наблюдая за происходящим.

Сердце королевы сжалось, когда она увидела своих же сестер в подчинении у этого монстра.

– Все! Ничего не хочу! – сказал Эйдан, ногой в плечо отпихивая от трона девушку с фруктами, стоявшую на коленях. – Вон отсюда! И вы тоже! – обратился он к двум танцовщицам.

Девушки выскочили из зала через другую дверь. Рыжая, довольно улыбнувшись, встала, и подошла к своему господину.

– Надоело мне все, – сказал Эйдан. – Хочу королеву! Чтобы она слушалась меня и выполняла все мои желания…

– А я? – подала голос рыжая. – Чем я хуже?

Эйдан раздраженно посмотрел на нее и скривился.

– Я же уже говорил тебе, что ты не такая. У меня таких как ты сотни!

– Уж прямо сотни! – усмехнулась девица, забираясь на колени к королю и садясь на него верхом. Тот только ухмыльнулся…

Рыжая через голову стянула свое платье и принялась обнаженная, извиваясь, тереться о своего хозяина, целуя и лаская его.

– Я могу то, чего ни одна королева не может, – сказала она с придыханием.

Эйдан, самодовольно улыбаясь, запрокинул голову. Сея стояла, как вкопанная, наблюдая за тем, как король целует свою наложницу…

Королева подумала, что пора возвращаться в свое убежище, – воевать против охраны и стражи без оружия было бы бесполезно… Она повернулась, но перед ней стоял огромный охранник, скаливший зубы в довольной улыбке.

– Хозяин, я ее поймал! – радостно пробасил он и втолкнул Сею в зал.

Король отвлекся от своей подруги и снова обернулся к Сее. Она зажмурилась, слушая, как в груди бьется сердце… Тук-тук-тук… Шум нарастал, становился более четким и даже охранник, кажется, услышал его! Это было не сердце – это звук быстро приближающихся по коридору шагов! Эйдан повернулся к дверям, а когда те открылись, Сея увидела на пороге Ксену, натягивающую тетиву лука, а за его спиной какого-то мужчину, в полном обмундировании. Сбоку от него стояла Динара…

– Воитель, и ты здесь?! – рассмеялся Эйдан, а Рамир вышел из-за спины девушки и направился к правителю.

– Что ты встал? Зови стражу! – закричал Эйдан своему охраннику – тот хотел было броситься за соратниками, но стрела из лука Ксены не дала ему этого сделать.

– Ваше величество, с вами все в порядке? – проговорила амазонка, бросаясь к королеве. Та кивнула.

Рамир подошел к Эйдану и одним движением опрокинул его трон, хватая мужчину за горло и легко отрывая от пола. В зеркале отразилось злое, словно застывшее лицо воина. Узкие поджатые губы. Темные, полные злости глаза…

– Развлекаешься, ящерица? – лицо воина скривилось в презрительной ухмылке.

– Ты не смеешь указывать мне! Не смеешь так говорить со мной! – закричал Эйдан, но Рамир уже волок своего соперника к окну…

Глава 20

Видения чернокнижника

Боль. Всепоглощающая, адская и холодная боль. Кровь, текущая из тонких порезов на груди, спине, плечах… И небольшая, но рваная рана на бедре. На бледной коже чернокнижника она смотрится в разы страшнее и отвратительней, чем если бы это была кожа человека.

Когда Зен закрывает глаза, то остается наедине только со своей болью, и он не видит всей этой гогочущей толпы мерзких людей. И когда он закрывает глаза, он не видит этих отвратительных кровавых разводов на бледной коже, не видит всех этих взглядов, которые устремлены на него… Зен так и поступает. Закрывает глаза и расслабляется, повисая на закрепленных цепями и истекающих кровью запястьях. Давая толпе насладится его унижением… Это как небольшая передышка… Но уже скоро эта передышка подойдет к концу и все начнется сначала.

За то время, пока он находится в плену, чернокнижник до боли изучил свой график мучений. Сначала скрипнет под невидимыми ногами деревянный пол помоста, над которым вот уже несколько дней висит прикованный за руки мужчина. Его обвиняют в колдовстве, и не безосновательно, нужно заметить. Чужие шаги уверенно подойдут к нему со спины, и рука с плетью коснется ее рукояткой поясницы, всегда сначала поясницы. Там тоже незаживающая рана, как и на бедре. Зен невольно вздрагивает от воспоминания об этой боли… Потом та же рука проведет плетью по всему его телу, почти не больно, но от этих прикосновений открываются все начинавшие заживать раны. А дальше будет ад – Зен будет заходиться в беззвучном крике, потому что сил почти не осталось, и горло перехватывает спазм. А рука начнет хлыстать его плетью с маленькими шипами на концах кожаных тонких лент. И все его тело тотчас будут пронизывать тысячи осколков, как будто вгрызаясь в незащищенную кожу. Разрывая связки, мышцы, дробя кости… И именно после этого, когда измученное тело обмякает на шипастых цепях, а зажмуренные глаза открываются… Он знает, это еще не конец.

Чужие пальцы в грязной перчатке пробегаются по позвоночнику, намеренно задевая все раны. Его запястья отцепляют от импровизированных наручников и он падает на пол. Падает потому что уже не в силах сгруппироваться. Он знает, если расслабиться – боль будет не такой сильной. Сильная, огромная рука хватает его поперек груди и переворачивает на живот, насильно ставя на колени.

– Упрись руками в пол, – сухо командует голос, и Зен безвольно и бездумно подчиняется. Если слушаться и не сопротивляться, все закончится быстрее. Это он уяснил.

Удары словно вонзаются в него. И с такой силой, что от спины до шеи позвоночник будто пронзает раскаленный холодный штырь. Удары наносятся резко и сильно, и это настолько больно, что, кажется, будто тысячи ножей разрывают тело изнутри.

Пару дней назад, когда все только начиналось, когда его начинали мучить на потребу толпе, он из принципа не кричал, а молча пытался вырываться, доставляя себе все новую и новую боль. Сейчас же, когда стало понятно, что сдерживаться не имеет смысла, он не сдерживал болезненные крики… да даже не крики это были. Он выл, орал, выгибаясь от боли, ненавидя себя за это, ненавидя все свое отвратительное тело, ненавидя всех и ненавидя здоровенного воина, который с нечеловеческой силой бил его, с каждым ударом будто пытаясь выколачивать из него жизнь.

Но чем больше Зен кричал и извивался, пытаясь вырваться – тем больнее ему было. Он понял, что крик – это напряжение, а нужно расслабиться, закрыть глаза и не думать. Не думать о том, что с тобой делают, как он сейчас отвратительно выглядит со стороны: весь в крови, с искаженным от боли лицом, на четвереньках… Зен приказывал себе расслабиться, и тогда боль казалась уже не такой сильной.

Но все равно боль такая, что предыдущая стирается из памяти напрочь. Из глаз брызжут слезы, и мужчина до крови впивается зубами в запястье. «Не больно, не больно, не больно!» – повторяет он про себя! И уже не хочется выбраться отсюда, ему ничего не хочется… просто умереть. Навсегда. Но он знает, что король саксов только этого и ждет. И он будет терпеть, пока хватит сил, которых тоже уже нет!

Удар! Все тело его заполняет боль. Боль от ударов руками и ногами, растравливающие кровоточащие раны, и жуткая, перекрывающая всю остальную, боль от стыда и позора! Но он все равно снова и снова терпит эту боль, глотая слезы, и уже даже не чувствуя боли от зубов, прокусивших запястья до мяса.

В этот раз почему-то гораздо больнее… Он зажмуривается, пытаясь не чувствовать ничего, кроме ненависти, абстрагироваться от вышибающей душу и мысли боли, от всего… Перед глазами встает лицо короля – отца этого чертового молокососа Эйдана. Его редкие волосы, водянисто-голубые глаза… Зен мысленно говорит своему мучителю: «Будьуверен – я приду, я обязательно найду тебя и отрежу твою голову».

В этот момент из уже почти реально осязаемых мыслей его выдергивает удар неистовой силы, его тело пронзает боль, дикая, всепоглощающая, и он теряет сознание. Воин, который наносил ему удары, окатывает его ледяной водой и через пару минут он приходит в себя.

Зен закрывает глаза, опускает голову и уже больше ни о чем не думает. Чувствует, как его поднимают на ноги, и как вокруг окровавленных, истерзанных запястий, привычно впиваясь шипами, защелкиваются наручники из цепи.

– Ну, как, тебе нравится? Доволен? – сказал громкий и довольный голос, который Зен хорошо знал. Он принадлежал королю.

– Я тебя еще помучаю немного, а потом отправлю подыхать в яму!

Зен молча закрывает глаза. Его безумно злят слова короля, но на этом его оставят в покое и эти слова будут последними, что ему придется сегодня вытерпеть. Английский король не позволит ему умереть быстро… Он дает ему немного времени отдохнуть, чтобы наутро все повторилось снова.

И вот его уже волокут в камеру и оставляют там… Он чувствует, как по ногам течет кровь, чувствует боль при каждом движении. Он не просто человек, он действительно наполовину бог, и поэтому разрывы и раны затянутся немного даже за тот небольшой промежуток, на который его оставляют в покое. Но сейчас… сейчас нужно просто отключиться, впасть в забытье. Утром он очнется за несколько минут до прихода воина и будет готов к новому унижению и режущей боли от прикосновения плетки с металлическими набалдашниками… Так продолжится еще несколько дней пока король не натешится сам и не натешит вдоволь толпу своих подданных, а потом его бросят туда, где выжить ему уже не суждено…

Зен проснулся в холодном поту, в ужасе оглядываясь вокруг, – он не был на помосте, это был только сон…

– Всего лишь сон, – пробормотал чернокнижник, потирая виски ладонями. – Только сон.

Сколько лет уже он не видел этого сна, с чего вдруг сейчас это видение решило вернуться? Зен помнит в мельчайших подробностях все те издевательства, на которые его обрек король, помнит, как чудом ему удалось выбраться, и как после этого он скитался по землям. Как мечтал он однажды свернуть голову ненавистному правителю, и как разочаровался, когда узнал, что старый король мертв.

Так к чему же сейчас Зен вспомнил свой сон?..

Наверное, потому, что впервые за долгие годы ему встретились люди, которые не отвернулись от него и не отказали страннику в возможности идти вместе с ними… Это были Ксена и Рамир. Амазонка вообще приглянулась ему, а Рамир – молчаливый воин, конечно, раздражал, но не бросил союзника в бою, когда они оказались в замке. Не отказался делится сокровищами… Не оставил его на растерзание-девам воительницам, которые, впрочем, и не особенно терзали его тело…

От этих воспоминаний Зен усмехнулся – давненько он не проводил время так хорошо! Давненько не отдыхал в обществе красивых юных девушек, давненько вообще не разговаривал с людьми, пока судьба не свела его с этими двумя.

Сейчас же амазонке требовалась помощь и мужчина, знал это. Чувствовал всем телом. Да и просила душа Зена отмщения – пусть и не перед старым королем, так перед его отпрыском. Который, впрочем, оказался ничуть не лучше, если не хуже своего отца…

В лесу начинали сгущаться сумерки. Солнце все ближе опускалось к верхушкам сосен, грозя в скором времени совсем скрыться за линией горизонта. Зен затушил костер и посмотрел на тропинку, по которой собирался идти. Идти по тропинке было просто – она была достаточно широкой и удобной, без всяких помех вроде ям и корней деревьев. Самая безопасная и знакомая местным дорожка в лесу, знакомая ему и в темное время суток. Тропинка соединяла два пригорода, проходя через лес насквозь. Зен тяжело вздохнул и, зажмурившись, потер переносицу. С каждой минутой становилось темнее, нужно было принимать решение.

– Черт вас дери! – высказался он, поднимаясь с земли.

Еще несколько минут и мужчина уже двигался по направлению к королевству Эйдана, благо он знал пути, которые могли вывести его туда в считанные минуты…

– Надеюсь, вы не разочаруете меня, – пробормотал чернокнижник, увидев впереди очертания королевского замка.

Глава 21

Сражение в королевских покоях

Рамир прижал короля к стене рядом с окном и зло уставился ему прямо в глаза.

– Чертов щенок, – буркнул он. – Такты решил, что можешь захватить амазонок…

Эйдан пытался вырываться и звать охрану, но рука воина сжимала его горло. Сеф взяла из рук Ксены меч и встала у дверей, поскольку охрана приближалась… Амазонка встала, поставив ноги на ширину плеч, и натягивая тетиву лука. За спиной Динары девушка увидела первого охранника и выпустила стрелу, за ним бежала толпа царских слуг…

Свистнул в воздухе клинок в руке Сеи. Думать было некогда. Амазонка позволила своему телу действовать самому. Оно само знало, что делать. Девушка нанесла удар, встретив клинок одного их охранников. Мечи скрестились со звоном. Мужчина целился ей в ногу. Королева отбила удар и обрушила свой меч сверху на голову врага. Но тот быстрым полуоборотом ушел от ее атаки, метнулся низко, почти по самой земле, стремясь перерубить сухожилия на ногах. Девушка подпрыгнула, постаравшись ударить его сапогом, но промахнулась. Краем глаза она видела, как теснят трое мужчин рычащую от ярости Ксену, как пригнулась Динара, уходя от молниеносного выпада.

Ксена уже не стреляла, она выхватила длинные кривые кинжалы и теперь дралась с ящерами вплотную. Она была очень быстра. Сея стояла, закрыв глаза и дрожа от напряжения. Рукояти ножей Ксены сами легли в ладони, когда она увидела, как двое мужчин готовятся напасть сзади на ее королеву. Первый нож вошел точно под лопатку. Он взмахнул руками и рухнул к ногам женщины. Второй нож не достиг своей цели, потому что стражник, которому он предназначался, наконец, обратил внимание на Динару и ринулся к ней.

В комнату ворвался Варт. Он хотел было броситься на защиту молодого монарха, но Сея преградила ему дорогу. Он был невероятно быстр и силен. С каждой атакой он заставлял Сею отступать. Сама она уже не пыталась атаковать, успевая только защищаться. Под ногу неожиданно подвернулся камень. Амазонка оступилась, пропустила выпад вражеского меча, и клинок вошел в ее бок. Девушка закричала. Выронив меч и зажимая рану руками, она повалилась на землю.

Король, видя сражение, сжал меч в своей руке, намереваясь напасть на Рамира… Но тот отбил его удар своим мечом. Рамиру показалось, что меч заносится как-то очень медленно. Все его тело адски болело, мечи лязгнули друг о друга, скрестились. Эйдан не выдержал напора Рамира и отлетел назад, неловко приземлился на пол. Но король быстро встал в боевую стойку.

– Видишь ли, – начал Эйдан, потягиваясь, чтобы успокоить разболевшиеся мышцы, – я понял, что был не совсем прав. Насилие порождает насилие, это правда. Но иногда… нам нужно ответить на него. Потому что не всегда рядом окажется тот, кто сможет защитить.

– К чему ты говоришь это? – не понял мужчина.

– К тому, что ты слаб, Рамир… – сказал Эйдан, делая выпад.

Увидев это, Рамир отступил на несколько шагов. По залу эхом прокатился скрежет стали о металл, но молодой король не получил никакого урона.

– Ты же понимаешь, что мои люди убьют тебя. И перебьют всех, на кого я укажу им, – рассмеялся Эйдан, осмелев, увидев как его охрана расправляется с нападавшими.

– Глупый мальчишка, ты ведь ничего не сделаешь мне, – сказал Рамир.

– Ошибаешься…

Ксена следила за тем, Как Эйдан совершил очередной выпад, набрасываясь на Рамира.

– Что вы стоите? Убейте его, – рявкнул Эйдан, указывая на воина.

Охрана бросилась было на воина, но амазонка преградила им дорогу. Рамир не отвечал королю, двигаясь навстречу чудищу. Меч в его руках описывал широкие круги, готовый отразить атаку, откуда бы та ни началась. Амазонка вновь сорвала с плеча лук и наложила стрелу, целясь между глаз одному из охранников. Сорвавшаяся с тетивы стрела амазонки едва не прошила его череп, пройдя в волоске от правого уха. Ксена мгновенно вырвала из колчана другую стрелу.

Но в этот момент один из охранников бросился на нее, сбивая с ног. Амазонка стояла слишком близко, она не увернулась, даже если бы успела понять, что это нужно сделать. От резкого испуга вторая стрела прошла почти вертикально вверх, а охранник, закованный в металлические доспехи, сбил с ног вооруженную одним луком девушку и почти вдавил ее в пол, уперев руки в грудь девушки.

– Стой! – Рамир вскинул руку.

Здесь уже Эйдан обернулся в его сторону. Его губы тронула издевательская усмешка.

– О, так тебе дорога эта девушка?

Рамиру, казалось, было все равно, что говорило чудовище. Все его внимание обратилось на лезвие меча, которым охранник уперся в грудь амазонки.

– Убери меч, – прохрипел Эйдан, делая знак стражнику. – Убери меч, если ты не убьешь меня, он отрубит голову твоей амазонке! Мне нужно сделать всего один жест, чтобы ее голова полетела с плеч!

Несколько мгновений Рамир, видимо, боролся с собой, потом нехотя отступил, убирая клинок. Он одним прыжком оказался рядом с беззащитной амазонкой, и обрушил меч на голову охранника. Мгновением позже его едва не оглушило яростным криком боли, человек замертво упал на Ксену, вынуждая ту открыть глаза от ужаса. Рамир рванул девушку за плечо, ставя ее на ноги.

И зал снова огласил вопль. Это был вопль короля.

На секунду все замерли, обратив свои взоры к Эйдану – рядом с ним стоял худенький силуэт. Ния, которая находилась все это время в покоях короля и наблюдала за происходящим, схватив со стены факел, хлестала им Эйдана.

– Чертов ублюдок! – кричала девушка! – Чертов…

Первым от происходящего очнулся Варт, меньше секунды ему потребовалось, чтобы достичь своего короля и одним ловким ударом меча пронзить насквозь грудь молодой амазонки!

Глаза девочки широко распахнулась, факел с глухим стуков выпал из ее рук, и девушка упала на пол…

– Ния, – закричала Сея, кидаясь к девушке и не обращая внимания на ранения.

Эйдан еще несколько секунд визжал, видимо, не в силах справиться с болью, потом все-таки поднялся. Здоровяк Варт хотел было вывести своего правителя из покоев, но не успел. Попавшее в грудь советника копье навсегда успокоило его, мигом охладив его пыл.

Ксена и Рамир обернулись – в дверях покоев стояла темная фигура в длинном плаще.

– Зен! – крикнула Ксена, которая как никогда была рада видеть давнего сторонника.

– Не думал, что ты появишься, – задумчиво произнес Рамир.

– Я, если честно, тоже, – ответил чернокнижник, кидаясь в гущу борьбы…

Стража все пребывала, вот уже и королева Сея, слишком долго склонявшаяся над Нией, была повержена. Ее прекрасное тело лежало на полу, и один из стражников засмотрелся на нее так же, как в рассказываемой Рамиром несколько дней назад легенде. За что был моментально повержен стрелой из лука Ксены…

Еще один силуэт ринулся к амазонке, преодолевая половину покоев, но стрела впилась в тело мужчины, и тот рухнул на плиты. Охрана все пребывала.

Зен наравне со всеми орудовал мечом, неизвестно, помогал ли он себе заклинаниями или чем-то еще – Ксена все хотела увидеть магию, но отчего-то не видела ее… Она всаживала стрелу за стрелой в охранников, пытающихся окружить группу. Рамир орудовал мечом, поражая подступивших мужчин, как вдруг на него обрушился невесть откуда взявшийся огонь… Отползший в угол, весь израненный Эйдан не сдавался, приказав одному из своих слуг поджечь плащ воина…

Не в силах выдержать нечеловеческих мучений, Рамир закричал, разрывая горло этим криком и не замечая этой боли.

– А ну оставь его! – звонкий женский голосок, подобно лучу, прорезающему тьму, прорвался сквозь дикие крики Рамира. Девушка ринулась на воинов, а Зен, не замечая боли от только что полученного ранения, схватил подмышки обмякшего воина, и, рванув, потянул его на себя.

Все закончилось также быстро, как и началось. Несколько глухих ударов мечом, несколько выпущенных стрел и вот уже рука Ксены нащупывает в колчане оперение последней стрелы… Амазонка выпускает ее, попадая в открытый рот одного из стражников, смотрит на свой меч, лежащий рядом с телом убитой королевы, и понимает, что, кажется, пришел конец. Тупой удар оглушает ее, поворачивая голову, она видит, что Рамир уже не в силах подняться, замечает, как незнакомая ей шатенка кидается на одного из стражников, пытающихся связать Зена, видит усмехающееся лицо молодого короля.

– Глупые бабы, – рычит он. Думали, что вы сможете одолеть меня? Нет, не сможете. Никогда не сможете…

Король пытается подняться, но у него это не получается, он кричит, подзывая стражу. Амазонка трясет головой, пытаясь отогнать от себя оцепенение, навалившееся после того, как ее оглушили, но пока еще тяжело соображает.

– В спальню меня отнеси, а этих, – Эйдан кивнул в сторону амазонки, чернокнижника и Рамира, – в подземелье. Скоро этот урод сдохнет, и вот тогда мы от души повеселимся…

Ксена чувствовала, как кто-то поднимает ее за плечо, заставляя идти вперед, и толкает в спину…

Глава 22

Ксена и Рамир

Подземелье замка и вправду оказалось ужасным. Где-то глубоко внизу, среди отсыревших каменных стен и проходов с низкими сводами, стояли клетки, больше всего напоминавшие те, в которых перевозят животных бродячие артисты, – узкие, невысокие и ржавые. В некоторых из них сидели люди – худые и грязные. Увидев охранников, узники вскакивали, кидались на решетки, громыхали отломанными кусками железной арматуры… Где-то в углу пронзительно громко капала вода, пахло сыростью и гнилью.

– Добро пожаловать, – насмешливо сказал охранник, открывая перед узниками дверь очередной ржавой клетки, а его напарник с грохотом свалил Рамира со своего плеча на соломенную подстилку.

– Чувствуйте себя, как дома, – добавил он и запер пленников.

Рамир тихо застонал, переворачиваясь с живота на спину, и открыл глаза, оглядывая подземелье… Выглядел он отвратительно – весь в крови и копоти, с ожогами на руках, рваной раной на спине чуть выше лопаток, в синяках и ссадинах… Оторвав кусок от своей юбки, и окунув ткань в воду, Ксена стала прикладывать «компресс» к его ранам, но Рамир только поморщился:

– Не поможет, – сдавленным голосом прошептал он и, поворачивая голову, добавил: – поцелуй меня…

Сказать, что Ксена удивилась, – это значит ничего не сказать… Замок, подземелье… Возможно, это и настраивало бы на романтический лад, если бы они не были узниками, и если бы Рамир не чувствовал себя так отвратительно, как сейчас. Ксена снова посмотрела на него, скользя взглядом по сбитым в кровь костяшкам пальцев на внешней стороне ладони, по царапинам на лице, по сухим и обветренным губам… Он лежал, снова закрыв глаза и, кажется, даже не дышал… Захотелось зарыдать. Амазонка наклонилась, касаясь губами его сухих, словно обветренных, губ и ощущая привкус спекшейся крови во рту, и почувствовала, как Рамир улыбается…

– Нет, поцелуй меня так, чтобы я почувствовал, – еле слышно сказал он…

Девушка провела кончиком языка по его губам, от чего они стали влажными, и, наклонившись, стала целовать его, лаская его губы. Рамир застонал, и через секунду Ксена почувствовала его язык у себя во рту. Внизу живота что-то сжалось, заставляя гладить руками его шею, закрывать глаза и снова и снова целовать его обветренные губы. Он отвечал, сперва едва ощутимо, а потом все более и более напористо: целовал, кусал ее губы, а его язык проникал глубже, терся о ее язык, заставляя ее все шире открывать рот при поцелуях…

– Ай, – тихо простонала амазонка, почувствовав, как от очередного укуса, слишком сильного, на губе выступает капелька крови…

– Моя девочка, – хрипло сказал Рамир, слизывая ее, – иди сюда.

Его руки сжались на талии амазонки, и, еще недавно стонущий от своих ран мужчина, легко, словно пушинку, пересадил ее верхом на себя. Руки скользнули вверх, задирая юбку, стали ласкать грудь, сжимая ее и касаясь сосков кончиками пальцев.

Где-то рядом послышалось неровное хриплое дыхание и возня. Вспомнив об узниках подземелья, Ксена попыталась убрать руки Рамира, но тот, опустив одну ладонь ей на талию, только сильнее сжал ее, не давая пошевелиться.

– Тихо, тихо… ты же хорошая девочка…

Внутри что-то екнуло. В животе смешались страх, стыд, желание… Рамир держал ее крепко, словно требуя подчиниться ему, и делать то, что он хочет. Откуда он брал силы, оставалось загадкой – словно где-то в глубине его включился некий запасной генератор…

Одним движением он снял с девушки рубашку, настолько быстро, что Ксена даже не успела ничего сделать, так и оставаясь сидеть на нем верхом, закрывая грудь руками и оглядываясь по сторонам. Но, кажется, его совершенно не волновало ни подземелье, ни узники – все, что волновало его в данный момент, – Ксена…

– Хочу на тебя еще посмотреть… – тихо сказал он, разводя ее руки в стороны и наклоняя девушку к себе. Его ладони опустились ниже, он стал гладить ее по бедрам, пододвигая чуть вверх, и целуя шею, а потом грудь, проводя языком по ложбинке, губами лаская соски…

Внизу живота что-то предательски заныло, дыхание стало сбивчивым… Ксена опустила свою руку ниже, касаясь его живота и проводя вниз, трогая его везде и ощущая, как сильно он хочет ее… Пальцы девушки обхватили его, и Рамир застонал, зажмуривая глаза. Ее рука сделала неуверенное движение вверх-вниз, и он снова стал целовать ее губы, а его ладонь опустилась на ее, задавая темп движениям и показывая, что и как нужно делать…

Она стала ласкать его, забывая обо всем, он же провел руками по низу ее живота, заставляя слегка приподняться, давая ему возможность трогать ее везде, где ему хочется. Его пальцы стали ласкать девушку, и Ксена громко застонала. Рамир, довольно улыбаясь, убрал ее руки от своего члена, кладя их себе на шею, и сдвинул ее чуть ниже, так, чтобы Ксена чувствовала, как его головка упирается ей между ног…

Все, что Ксена чувствовала, это желание. Ей безумно хотелось его, хотелось, чтобы он гладил и трогал ее везде, чтобы он целовал ее, чтобы он был внутри нее… Ксена забыла о том, что произошло несколько часов назад, забыла о подземелье и о его странных обитателях, с интересом следивших за происходящим в нашей клетке… Ксена стала тереться о него, прижимаясь к нему, чувствуя, как желание заполняет все ее сознание, как ей становится жарко, а сердце начинает бешено колотиться в груди…

– Ксена, любимая, я хочу тебя.

– Я тоже… Очень… – простонала Ксена ему на ухо.

Рамир застонал в ответ, сильнее сжимая ее бедра, ловя губами поцелуи, снова прикусывая…

– Подожди, – прошептал он, опуская руку вниз и лаская ее, словно ощупывая.

Она снова застонала, чувствуя, как кончики его пальцев гладят, проникают внутрь, выскальзывают и снова гладят. Ксена шире раздвигала ноги, приподнималась, позволяя ему делать все, что угодно, и сходила с ума от его горячего дыхания и поцелуев…

Рамир точно знал, что он делает. Конечно, в тот момент ей было очень сложно думать о чем-то, кроме его рук, гладящих ее, и губ, ласкающих и слегка прикусывающих ее соски…

– Моя девочка, моя маленькая девочка, – прошептал Рамир, и Ксена почувствовала, как его руки слегка приподнимают ее и он входит в нее, растягивая и не давая ей пошевелиться. – Ты же моя девочка?

Амазонка закивала, ловя каждое его движение, более жадно целуя и начиная тихо стонать, чувствуя, как он проникает все глубже, но пока не переходит границ.

– Скажи, – прошептал Рамир.

– Я твоя девочка! – выдохнула она, и он с силой надавил на ее бедра, резким толчком входя в нее до самого конца.

Она вскрикнула, выпрямляясь и чувствуя его внутри. Короткая боль и странные ощущения внизу живота. Рамир качнул ее бедрами, она, ощущая движение, снова застонала, чувствуя, как он двигается внутри. Ксена вцепилась пальцами в его плечи, оставляя на них новые царапины, Рамир же, застонав, снова стал двигать ее бедрами, сперва в мягком, а потом во все более резком темпе… Ксена стала стонать, все более ясно понимая, что только что произошло, его поцелуи стали заглушать ее стоны, одной рукой он держал девушку за бедра, другой гладил спереди…

Звук железной миски, падающий на пол, не дал амазонке сосредоточиться на ощущениях, где-то рядом раздался стон, какая-то возня… Ксена вспомнила об узниках и, испугавшись, почувствовала, как внизу у нее все сжимается. Рамир тоже это почувствовал, громче застонав, и с трудом продолжая двигаться… Ксена попыталась встать или отстраниться, но не тут-то было. Рамир держал ее за бедра, создавая иллюзию того, что Ксена может освободиться, давая ей лишь слегка привстать и снова опуская ее вниз, заставляя подниматься и опускаться…

Грохочущая миска и странные звуки в соседних клетках снова перестали существовать, заглушаясь шумом ее собственного сердца, движения Рамира из плавных стали более резкими, он проникал все глубже, заставляя амазонку вскрикивать от каждого толчка, кусал губы, отклонял от себя, заставляя выгибаться к нему на встречу… Все внутри нее сжалось, Ксена почувствовала, как Рамир замер, как его руки еще сильнее сжали ее бедра, оставляя на них синяки. Ее словно обдало волной горячего воздуха. Рамир застонал, прижимая амазонку к себе еще сильнее, Ксена почувствовала, как он кончает, как внутри нее горячей волной разливается новое обжигающее ощущение.

Ксена чувствовала, как он медленно расслабляется, и вместе с ним расслабляется и она, как хочется кричать и продолжать двигаться, как по телу пробегают мурашки, как ее бедра и живот охватывает дрожь… Еще несколько движений, уже очень мягких, размазанных, и он, сняв ее и пересадив на солому рядом, закрывает глаза, такой расслабленный и, кажется, довольный…

Несколько минут Ксена просто сидела, сосредотачиваясь на пульсирующих ощущениях внизу живота. Потом, вспомнив о зрителях, и снова услышав их возню и сопение, какие-то чавкающие странные звуки и шепот, Ксена схватила свою рубашку, натянула ее и одернула юбку. Наконец, она посмотрела на Рамира. Он лежал, запрокинув голову и, кажется, даже не дышал… Кажется, все оставшиеся у него силы он потратил на то, что только что произошло в подземелье замка… Его кожа стала мертвецки бледной, от чего синяки и ожоги стали еще больше видны, а раны стали выглядеть еще более устрашающе…

– Рамир, Рамир… – зашептала я, прижимаясь к нему и чувствуя, как леденеют его руки, а губы становятся холодными и приобретают синеватый оттенок. – Пожалуйста, не засыпай! Ты мне очень нужен! Очень…

Она заплакала, прижимаясь лицом к расцарапанной и обожженной груди. Кажется она засыпала, на мгновения переставая слышать капающую в углу воду и возившихся узников, кажется, Ксена пыталась кричать и звать кого-то, пыталась согреть Рамира… Ксена слышала стук своего сердца, чувствовала его холодное тело, и плакала… плакала… плакала… а потом провалилась в глубокий и беспокойный сон.

– Ксена, – ласково прошептал над ухом мягкий голос… – Просыпайся…

Она зажмурилась сильнее, не желая открывать глаза. Сон, все это был просто сон! Не было никакого замка, никакой битвы… И Рамира тоже не было. Она заворочалась, утыкаясь лицом во что-то жесткое, царапающее щеки и шею… запах отсырелой соломы ударил в нос, стало холодно, синяки на спине заныли… В голове стали всплывать события прошлой ночи: поцелуи, объятия, сперва сильные, а затем едва ощутимые, мягкие движения и Рамир, мертвенно бледный и холодный… Неужели он умер?

Она резко села, открывая глаза. Клетка. Сырые стены подземелья, капающая вода, запах сырости и гнили – ничего не изменилось. Тупо уставясь перед собой, Ксена боялась повернуть голову, чтобы взглянуть на Рамира, и, наконец, переборов страх, посмотрела на соломенную подстилку рядом, но никого не увидела! На полу лишь валялись грязные куски от подола юбки… Ксена замерла в оцепенении – как такое может быть? Куда он делся? Мысли стали проноситься в голове с бешеной скоростью, но вдруг кто-то коснулся ее плеча, и, повернувшись, Ксена увидела Рамира. Он сидел перед ней на корточках, совершенно здоровый и улыбающийся. На его теле не было ни одного следа от ожога, ни одной раны, да что там – не было ни одной царапины. Только грязь и солома, запутавшаяся в волосах.

– Но ты… – удивленно протянула она.

– Со мной все отлично.

– Но как?..

Рамир улыбнулся, пододвигаясь ближе, и поцеловал ее. Ксена почувствовала вкус вчерашних поцелуев, только губы его были не холодными, а горячими и нежными, а вместо привкуса запекшейся крови Ксена почувствовала мягкое теплое дыхание.

– Ты знаешь легенду о фениксе? – спросил Рамир.

– О фениксе? – как-то оторопело переспросила девушка.

– Да. Феникс – это огненная птица, которая возрождается из пепла…

– И…

– Считай, что я, как феникс, возродился из пепла. Когда ничего уже не остается, и кажется, что уже ничто не может тебе помочь, есть всего одна сила, способная изменить ситуацию, – Рамир как-то загадочно улыбнулся и снова погладил ее по лицу. Он смотрел на девушку очень мягко, еще ни разу Ксена не видела, чтобы его глаза смотрели на кого-то с такой теплотой и нежностью. – Любовь – вот высшая сила на земле, – помедлив, продолжил он.

Рамир встал, протягивая ей руку. Ксена машинально положила свою ладошку в его руку, и он легко поднял ее, ставя на ноги.

– Пойдем отсюда. У нас есть долг перед правителем. А я, Ксена, не люблю быть в долгу, – глаза Рамира потемнели, и он одним пинком, с грохотом распахнул дверь клетки.

Почувствовав движение, в подземелье завозились узники…

– Зен, – рявкнул Рамир. – Ты где?

– Здесь, – послышался удивленный голос из дальнего угла темницы, и они поспешили туда.

В такой же клетке на полу сидел Зен, весь помятый и ободранный, к его плечу жалась Динара. Увидев Рамира в полном здравии, Зен вскочил.

– Да не смотри ты на меня так, выходи! Или загостился, остаться хочешь? – Рамир одним ударом снес замок.

Глава 23

Торжество справедливости

– Что такое?! Кто пустил их сюда? – Эйдан подавился виноградом и закашлялся, когда Ксена, Рамир и Зен вошли в его спальню. – Какого черта?!

Стоит отметить, что спальня у Эйдана была что надо… Огромная, с высоченными потолками, гигантской кроватью и кучей наложниц-амазонок, восседавших вокруг своего раненого господина. Не хватало, разве что, гладиаторских боев для увеселения хозяина… При виде своей сестры девушки заметно оживились, видимо понимая, что не долго им осталось страдать в руках этого человека.

– Как вы выбрались? – Эйдан, отпихивая от себя руки рыжей, предлагавшей ему кубок с вином, переводил удивленный взгляд с Ксены на Зена и Динару, потом остановился на Рамире и открыл рот от удивления. – Как ты выжил?! Что тут происходит?..

Рамир только скривился в презрительной усмешке.

– Поговорим?

– Я ничего не понимаю… – протянул Эйдан, попытался встать, но со стоном заваливаясь обратно на кровать.

Рамир уверенным шагом направился к Эйдану, и Ксена увидела, как его руки сжимаются в кулаки, а глаза становятся темными… Он сверлил короля своими черными глазами, а тот ерзал на постели, боясь пошевелиться. Резкий выпад, и удар меча пронзил подушку рядом с головой Эйдана.

– Ты не можешь меня убить! – испуганно взвизгнул Эйдан.

– Это почему?

– Потому, что я – король!

– Мне плевать. Я тебе собственноручно сверну шею с огромным удовольствием! – зло пробубнил Зен, потирая костяшки пальцев.

Глаза Эйдана округлились, в них отразился испуг. Рамир присел на край его постели, проводя рукой по покрывалу и задумчиво наблюдая за тем, как на нем разглаживаются шелковые волны…

– Ну что, поговорим? – наконец, сказал он, подняв глаза на Эйдана. С этими словами мужчина схватил его за шкирку и поволок к стене. Эйдан отчаянно заорал, пытаясь вырваться. Рыжая, все это время тихо стоявшая в углу, с диким воплем кинулась на мужчину, но тот откинул ее как бумажную куклу. Схватив своего соперника за шкирку, он просто вывесил его за окно…

Эйдан захныкал. Сгибая в коленях ноги и прижимая руки к груди, он просто плакал. Ему было страшно и больно. Не осталось ни следа от его ярости и злости, от его самодовольства, откровенно говоря, хозяин замка выглядел сейчас настолько жалким, что на какую-то секунду Ксене показалось, что он плачет как маленький ребенок, которого заперли в темном шкафу.

Рамир через несколько секунд втащил его в башню и с грохотом усадил на пол у окна. Эйдан заскулил… Рыжая метнулась к нему, но Рамир снова откинул ее в угол.

– Угомонись, – брезгливо сказал он. – Зен, подойди-ка сюда…

Зен, злорадно улыбаясь и потирая руки, подошел.

– А ты, – Рамир обратился к Ксене и перевел взгляд на стоящую рядом Динару, – точнее вы. Подождите нас за дверью…

Динара выскочила за дверь, вытаскивая амазонку за собой прежде, чем та успела выразить свое недовольство.

Ксена в задумчивости побрела по коридору замка. Динара поспешила следом за ней… Через секунду девушка остановилась:

– Мои сестры, где они?

– Кто-то в комнатах. Кто-то в подземелье…

– Веди, – рявкнула девушка…

Они снова спустились в подземелье, лязгали затворы, слышались женские крики и приветствия. Амазонки, даже просидевшие в подвале у Эйдана, не потеряли своего воинственного духа – они были рады видеть сестру. Тем временем, власть в замке переменилась. Воительницы легко избавились от стражи, которая, впрочем, и сама готова была бежать, видя, что король заперт в покоях и вряд ли выйдет оттуда живым.

Ксена бродила по замку, высоко задирая голову, рассматривая тканные полотна, внимательно следя за отблесками факелов…Уже скоро она совсем забыла о Эйдане, для нее стал существовать только сам замок… Наконец, она остановилась перед высокими дверьми, украшенными кованными решетками.

– А что здесь? – спросила она, поворачиваясь к Динаре, все это время шедшей за ней по пятам.

– Сокровищница…

– Сокровищница?! – амазонка буквально почувствовала, как ее брови взлетели вверх. Воображение сразу же стало рисовать зал, засыпанный золотыми монетами, каменьями и украшениями. Словно загипнотизированная, она повернулась к двери, взялась за рукоятку и потянула ее на себя. Дверь со скрипом отворилась. Предвкушая золотой блеск и миллионы сверкающих самоцветов, она аккуратно прошла в помещение сокровищницы. Внутри она действительно увидела груды золота и сундуки, набитые бриллиантами…

– Ничего себе, – присвистнула Ксена, и даже Динара, кажется, стояла, открыв рот.

Внимательно изучив все и засунув нос в каждый уголок сокровищницы Эйдана, Ксена пришла к выводу, что этот ублюдок действительно был очень богат, но больше чем золото, ее заинтересовало несколько предметов, лежавших в самом дальнем углу зала в небольшом сундучке.

Здесь была книга, похожая на ту, что показывал Рамир им с Зеном, пара браслетов и толстые золотые наручи…

Глава 24

Возвращение домой

То время было для амазонок темным. Многие бежали, многие покинули сестер, многие были убиты солдатами Эйдана и самим молодым королем, но те, кому удалось спастись, благодаря Ксене и ее спутникам, вскоре вернулись в поселение амазонок. Эта земля вновь принадлежала женщинам-воительницам.

Они похоронили королеву и маленькую Нию, попрощались с другими своими сестрами, сложив красивые и большие погребальные костры для них, и были счастливы вновь обосноваться на знакомой и любимой ими территории.

Ксене, как спасительнице, предложили возглавить племя, но амазонка отказалась – она помнила, что дала обещание Рамиру, да и теперь и без обещаний не хотела расставаться с воином, столько сделавшем для нее и укравшим ее сердце.

В свою очередь Зен везде ходил за своими друзьями, не пытаясь больше покинуть их. Сколько не просила амазонка показать чернокнижника что-то из своих приемов, тот только отшучивался или начинал бормотать бессвязные слова, выдавая их за заклинания. Сперва Ксена верила, терпеливо слушая бормотания странника, но вскоре перестала попадаться на эту уловку.

Троица помогла сестрам восстановить поселение, а после этого Рамир засобирался на Север, туда, куда шел черный странник, которого воин хотел поймать… Ксена, конечно же, собралась вместе со своим мужчиной, и Зенуже не мог отказаться от их компании.

На землю уже опустилась очень-очень яркая и теплая осень. Леса стояли убранные в багряную позолоту, птицы пели на ветвях, а солнце щедро дарило земле ласковое тепло. Порыжелая трава шуршала, палая осенняя листва кружила в хороводе, подхватываемая ветром, что налетал из-за холма. Ветер носил поднимаемый с земли сор, трепал гриву гнедых жеребцов, оставленных путниками у дороги, где они расположились на отдых. Приподнимал полы плащей мужчин и растрепывал волосы самой Ксены. Время от времени кони начинали перебирать ногами, вскидывая голову, стричь ушами, прикусывая удила. Сороки на нижних ветвях раскидистых деревьев, с интересом провожали блестящими глазами-бусинами проезжающих мимо всадников. Закатные лучи играли на деревьях вокруг поляны, где троица расположилась на отдых.

Развели костер, который трещал и сыпал искрами от скармливаемых ему все новых дров и щепы. Трое человек весело гомонили, спорили, бряцали оружием и доспехами. Ксена сидела неподалеку от огня, задумчиво перебирая пальцами тугую тетиву. Два раза подходил Зен, настойчиво приглашая ее присоединиться к ним. Казалось бы, отчего не жить, да не веселиться? Битва окончилась победой, жизнь была вольна, лук и стрелы по-прежнему били без промаха, а старая рана, полученная во время последних боев, давненько уж не беспокоила.

А все ж неспокойно было на душе у Ксены. И чем дальше, тем муторнее становилось жить. Словно какая-то заноза сидела в груди, словно о чем-то она забыла, а о чем – никак не вспомнить. Уже две недели как они вышли из племени, и как поселилось странное беспокойство в ее душе, но ни вольные дела, ни крепкое вино не помогали изгнать от себя это чувство. Ксена встала и подошла к своим спутникам, сидевшим у костра.

Рамир посмотрел на девушку с лаской, Зен весело сверкнул глазами…

– Что ты такая грустная? – буркнул Зен.

– Сама не знаю, на душе неспокойно, – подала голос амазонка.

– Отчего же? – не унимался Рамир. Не понимаю…

– Не знаю, – вздохнула девушка.

И Зен вздохнул, глядя на Ксену и Рамира. Поднялся и отошел чуть в сторону…

– Долгое время никто и никогда не был так добр со мной как вы, – подал голос чернокнижник.

Ксена и Рамир обернулись на него, как по команде.

– О чем ты? – спросил чернокнижник.

– О том, что тот, кого ты ищешь, ближе, чем тебе кажется? – вздохнул Зен.

Ксена почувствовала, как напрягся воин, и как сжалась его рука на рукояти меча. Зен внимательно проследил за этим движением, но, тем не менее, продолжил…

– Ты хотел найти Черного странника. Ты нашел его.

Ксене показалось, что от удивления на ее лице остались только глаза. Она шумно вздохнула, прикрывая рот рукой.

Рамир поднялся. Лицо Зена вновь скривила усмешка.

– И зачем же ты идешь на Север, Странник? – спросил Рамир.

Зен вздохнул и устало покосился на спутника.

– Опусти меч, ведь ты не будешь меня убивать. Хотел бы – давно убил бы меня, сделал бы это, как только я открыл свою тайну.

Рамиру ничего не оставалось, кроме как согласиться… Он точно знал, что сейчас не причинит вреда своему спутнику, пусть даже тот оказался не тем, за кого себя выдавал.

– Да и я вреда вам не причиню, – вздохнул Зен, словно отвечая на немой вопрос Ксены и Рамира. – Иду на Север я вовсе не за тем, зачем говорят. Я хочу сохранить свою жизнь и хочу иметь возможность жить так же, как все, – вздохнул Зен, устало опускаясь на землю у костра и вытягивая руки к огню… Вслед за его руками огонь словно потянулся вверх, касаясь языками пламени тонких пальцев мужчины и словно перебираясь на них.

Ксена смотрела, как завороженная, а Зен улыбнулся:

– Ты же хотела, хотела увидеть что-то. Смотри…

– Зен, – подала голос Ксена – ты спас мою жизнь, когда пришел в замок за нами. Мы теперь как члены одного племени. Если на Севере – твоя жизнь, значит, и я пойду с тобой.

Зен удивленно посмотрел на девушку. Рамир тоже поднял глаза не нее.

Чернокнижник улыбнулся.

– Но путь не близкий, идти нам через Выжженную пустошь…

– Значит, пройдем через нее, – улыбнулась амазонка. Все-таки она была и вправду бесстрашной воительницей.

Эпилог

– Врешь, все ты врешь, Ззойдан! – слышались разговоры в таверне. – Брешешь, да стыд тебя не берет!

Врешь!

– Да чтоб мне провалиться на этом месте! Есть дорога через Выжженную пустошь! Да как хороша дорожка! Прямая и ровная, словно стрела! Только не мощена…

– Кто ж проложил эту дорогу, по твоему?

– Откуда мне знать? Я одно знаю и это говорю. Дорога эта есть! Вот и все и пройти там можно…

Сидевший за соседним столом мужчина в темном капюшоне повернул голову, всматриваясь в рассказчика. Кто такой и откуда про дорогу ему известно? Неужто ходит по пустоши, не страшась никого? Сомнительно. А уж тем более странно, что хвастается так. Впрочем, нет, это как раз не странно – пьяному мужичью что надо? Девку красивую, да внимание… С девкой, тут, видимо была беда, а вот с вниманием – полегче…

Рассказывая о дороге через Выжженную пустошь, он явно заслужил себе славу смелого воина, бывавшего в тех опасных местах…

– А что, любезный, откуда про дорогу-то известно вам? – ледяной голос человека в капюшоне одернул бравого рассказчика, заставляя его замолчать на полуслове. Тот прервался, окидывая неожиданного слушателя слегка испуганным взглядом. Этого, впрочем, человеку в капюшоне оказалось достаточно, чтобы понять – никогда этот разбойник в пустоши не бывал, да и никогда не будет.

Да и вообще, не будет там никого!

Человек встал, подметая полами своего плаща дощатый пол таверны, и вышел прочь…

Content

Янела Нарна
Амазонки

Глава 1 Королевское решение

Глава 2 Город амазонок

Глава 3 Дорога на Север

Глава 4 Черные болота

Глава 5 Подземелье замка

Глава 6 Черный странник

Глава 7 Монастырь амазонок

Глава 8 Подслушанный разговор

Глава 9 Освобождение сестер

Глава 10 Легенды амазонок

Глава 11 Аудиенция у королевы

Глава 12 Сила амазонки

Глава 13 Ночь с амазонкой

Глава 14 Нападение на племя

Глава 15 Амазонки во владениях Эйдана

Глава 16 Праздник урожая

Глава 17 На пути к королевским владениям

Глава 18 Королева Сея

Глава 19 Игры короля

Глава 20 Видения чернокнижника

Глава 21 Сражение в королевских покоях

Глава 22 Ксена и Рамир

Глава 23 Торжество справедливости

Глава 24 Возвращение домой

Эпилог