Алина Весенняя

Шерше ля фам (сборник)

© Весенняя А., 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

* * *

Об авторе

Алина Весенняя – псевдоним автора. Родилась 3 апреля 1962 года в шахтерском городке Ровеньки Луганской области. С 1983 года проживает в г. Одинцово Московской области.

Окончила МИНХ им. Плеханова по специальности «инженер-технолог общепита». Работала старшим инженером-технологом в Одинцовском тресте столовых, главным бухгалтером в коммерческих структурах города Москвы, замужем, имеет двоих взрослых сыновей.

В 2012 году окончила литературные курсы по прозе при МГО СП России, курс Михаила Бойко и Андрея Щербака-Жукова.

Член МГО Союза писателей России, член Творческого клуба «Московский Парнас», член Русского Литературного клуба, автор поэтического сборника «Август», лирической истории о любви «Послевкусие», лирического сборника «Сентябри…», сборника эротических рассказов «Се ля ви».

Финалистка конкурса «Поэт года – 2011». Вошла в сборник «100 поэтов 2011 года».

Автор поэтического сборника «Грани», выполненного в рамках проекта «Финалисты национальной литературной премии „Поэт года“». С этим сборником Алина Весенняя стала лауреатом Литературно-общественной премии «Звездная строфа» по итогам конкурса МГО СП России «Лучшая книга 2011–2013».

Финалистка конкурса «Цветаевские костры», 2013 год.

Победительница конкурса по итогам публикаций 2013 года в альманахе «Российский колокол» в номинации «поэзия».

Аля

Любовь – это искусство,

а секс-ремесло!

Глава 1

Возвращение

Аля возвращалась домой, и ее надежда на большую любовь таяла, как сахар в стакане горячего чая.

Она вроде была той прежней Алей, но и уже совсем другой. Фигура ее подтянулась, взгляд стал более томный. Она открыла в себе талант, талант красиво отдаваться понравившемуся мужчине.

Ее тело ныло и требовало секса. Ведь секс сродни сильнодействующему наркотику. Попробовав, хочется еще и еще! И как объяснить этому телу, что элементарно не с кем.

До конца отпуска оставалось меньше двух недель. Аля заехала к маме в Харьков, погостила пару дней, а потом вместе с Данилой и Тамарой Петровной вернулась в Москву.

За неделю, которую мама гостила у Али, они посетили Третьяковскую галерею, съездили в усадьбу Архангельское, погуляли по городу.

– Доченька, у тебя что-то случилось?

– Почему ты так говоришь, мамочка?

– Просто ты что-то грустная последнее время.

– У меня все хорошо, не переживай.

– Дай-то Бог! Дай-то Бог!

– Мамочка, как же я тебя люблю!

– И я тебя, доченька!

Ну разве она могла рассказать маме о том, что произошло с ней в Ялте. О том, как сильно ей понравился Богдан. Что она очень скучает по этому мужчине, думает о нем и очень его хочет. Она даже сама себе не хотела в этом признаваться.

Неделя пролетела быстро. И вот они с Данькой уже провожали Тамару Петровну в Харьков.

– Береги себя, мамочка!

– И ты береги себя, доченька! Все будет хорошо!

– До свидания, родная!

– До свидания!

Поезд уехал, а Аля все стояла на перроне, вытирая мокрые от слез глаза. Прощаться с каждым разом становилось труднее и труднее.

– Мама, не плачь, поехали домой, – Данила взял Алю за руку.

– Вот мы и остались с тобой одни, сынок!

– Ну почему одни? Есть Интернет, телефон, можно общаться с бабушкой.

– И то верно! Ладно, поехали домой, а то там наша кошка уже заскучала.

Лето подходило к концу. Август вспыхнул буйством красок и тихо померк, грустя под частыми проливными дождями. Первые желтые листочки золотыми монетами падали на московские тротуары. Вода в прудах почернела, и больше не было слышно птичьего звонкого пения.

Двадцать седьмого августа Аля вышла на работу в московский медицинский колледж. Встреча с коллегами была теплой. Их дружным преподавательским коллективом руководил директор Инвар Рашидович Каримов.

Инвар Рашидович был невысокого роста, лысый и слегка полноват, за что у студентов он получил прозвище Шар. Алю, за глаза, называли по-доброму – Альбинка, а ее близкую подругу Веру Ивановну, преподавательницу химии, – Колбой.

– Привет!

Вера с распростертыми объятиями направилась к Але.

– Здравствуй, дорогая!

Женщины обнялись и расцеловались.

Вера была тридцативосьмилетней милой натуральной блондинкой среднего роста и средней комплекции, а также замужней женщиной и матерью двух очаровательных девочек подросткового возраста.

– Альбина Сергеевна, вы так хорошо выглядите, похудели, загорели, – пошутила Вера.

– Спасибо, Верочка! Это все Ялта.

– Тебе понравилось в Ялте?

– Очень!

– Ну, скажи, а роман у тебя там был? Ты же такая красавица!

– Ох, Вера, даже не спрашивай, – улыбнулась Аля.

– А этот мужчина красивый?

– Очень!

– Везет же тебе!

– Да как сказать, он женат, все пустое… Как вы съездили в Турцию?

– Хорошо! Море теплое, отель достойный. Все остались довольны.

– Где вы отдыхали?

– В Бельдиби.

– Да, там хорошо, горы красивые… В Крыму тоже красиво.

– Смотри, как Сергей на тебя смотрит!

Мужчин в их женском коллективе было не так уж и много, один из них – преподаватель физкультуры Сергей Николаевич, тридцатидвухлетний высокий блондин с синими глазами и накачанным торсом. Он был любимцем не только преподавательниц, но и юных студенток.

– Да перестань, чего ему на меня смотреть!

– Не знаю, не знаю, – хитро заулыбалась Вера.

– Как будто он меня не видел!

– Такую еще, наверное, не видел!

– Да хватит уже!

Женщины весело расхохотались. Проходивший мимо Сергей Николаевич вежливо раскланялся.

– Рад вас приветствовать, милые дамы!

– Привет! Привет!

– Как отдохнули?

– Хорошо!

– Позвольте вас проводить на организационное собрание.

– Позволяем!

– Альбина Сергеевна, вы еще замуж не вышли?

– Да вроде нет еще. А что это тебе вдруг стало интересно?

– Вот подумал: мы с вами люди свободные, может, посидим в кафе после работы, отметим начало учебного года.

– Так-так, а меня, значит, не приглашаешь, – сказала Вера.

– У вас же, Верочка, семья. Как я могу?

– Понятно, если семейная, то уже и не человек!

– Так как, Альбина Сергеевна, вы согласны?

– Сергей, спасибо за приглашение, но на сегодняшний вечер у меня другие планы.

– Очень жаль! – искренне огорчился Сергей. – Может, тогда в другой раз.

– Может быть!

Сергей пропустил женщин вперед, а сам задержался, чтобы поприветствовать Инвара Рашидовича.

– А какие это у тебя планы?

– Да никаких!

– Тогда почему ты ему отказала?

– Просто не хочу. Зачем мне это нужно?

– А он красивый! Правда?

– Правда! Только мне он не нужен.

– Зря ты! Он нравится всем нашим женщинам, а вот выбрал тебя!

– И что? Не мое это, пойми!

– Да понимаю! Ух ты, какой Шар наш сегодня красивый: при костюме, при галстуке.

– И не говори, прямо как новогодний шарик!

Женщины прыснули.

– Здравствуйте, дорогие коллеги! Приветствую вас после летних каникул. План по набору студентов выполнен на сто процентов. Надеюсь, что мы вырастим из ребят хороших медработников.

Инвар Рашидович познакомил преподавателей с новым учебным планом и рассказал о перспективах развития колледжа.

Когда преподаватели расходились, он вдруг попросил:

– Альбина Сергеевна, задержитесь на минутку.

Они вдвоем остались в аудитории.

– Как вы отдохнули, Альбина Сергеевна?

– Спасибо! Хорошо!

– Вы прекрасно выглядите!

– Спасибо!

– Хочу вам предложить стать куратором в группе первокурсников.

– Благодарю! Но русский язык и литература только на первых курсах.

– Ничего. На третьем курсе будете преподавать врачебную этику.

– Но я не знаю этот предмет.

– Уверен, что освоите. Я вам помогу.

– Разве что так. Хорошо, я попробую.

– Не будем надолго откладывать, через недельку заходите, я дам вам нужную литературу.

– Хорошо!

– Ну а теперь за работу! Удачи!

– И вам удачи, Инвар Рашидович!

Аля вышла из аудитории, возле окна ее дожидалась Вера.

– Ну, что он тебе сказал?

– Предложил взять шефство над группой первокурсников. А еще освоить новый предмет – врачебную этику.

– Здорово! Ты согласилась?

– Конечно! Как я могла ему отказать?!

– Молодец! Да и лишняя надбавка к зарплате не помешает.

– Что верно, то верно! Ну что, расходимся по аудиториям, поработаем над учебными планами на первый семестр?

– Неохота, конечно, но надо. Я зайду за тобой после работы.

– Хорошо! Удачи!

– Удачи!

Глава 2

Евгений

Аля с головой окунулась в работу. По утрам, сделав легкую гимнастику, она готовила завтрак Даниле, провожала его в институт, приводила себя в порядок и спешила в колледж.

Похолодало. Осень вступала в свои права. Небо все чаще затягивали свинцовые тучи, и солнце куталось в их серую зыбкую хмарь.

Однажды, в перерыве между занятиями, раздался телефонный звонок. Аля посмотрела на мобильник, номер был неизвестный.

– Алло! Здравствуйте! Это Альбина?

– Здравствуйте! Да!

– Вас беспокоит Евгений, друг Владимира, вы знаете такого?

– Да, знаю!

– Альбина, мне бы хотелось с вами встретиться, это возможно?

– В принципе, возможно.

– Вам завтра будет удобно в 18 часов возле метро «Академическая»?

– Да, удобно!

– Тогда до встречи?!

– До встречи!

Аля положила мобильник в сумочку и прикрыла глаза. Сейчас ей не хотелось давать оценку происходящему. Да, этому Евгению нужен только секс, но и ей он тоже нужен. Опять же, этот мужчина домашний, значит, следит за своим здоровьем. А то, что он предлагает такие правила игры, может, и лучше. Все ясно и понятно. Просто секс, и никаких привязанностей.

В день свидания у Али все валилось из рук. Она сбивчиво рассказывала студентам о любви Наташи Ростовой к Андрею Болконскому, про себя думая, где же она, эта любовь, и есть ли она вообще.

Ровно в 18 часов Аля стояла рядом с магазином «Товары для животных». На ней были светло-серый плащ, темные брюки и серые туфли на высоком устойчивом каблуке. Шею элегантно обвивал изумрудный шифоновый шарфик, выгодно оттеняя ее зеленые глаза. Волосы рыжими змейками струились по плечам, а пухлые губки, подчеркнутые розовой перламутровой помадой, были необычайно соблазнительны.

– Здравствуйте, вы Альбина? – ее окликнул приятный мужской баритон.

Аля повернулась и увидела симпатичного высокого мужчину с короткой стрижкой на смоляных волосах и пронзительными черными глазами.

– Да! Здравствуйте! А вы Евгений?

– Для вас просто Женя!

– Тогда и меня можете называть просто Аля!

– Может, заодно и на «ты» перейдем?

– Я не возражаю.

– Наслышан, наслышан о тебе от Владимира! Приятно с тобой познакомиться лично.

С этими словами он взял Алину руку, поднес к губам и нежно поцеловал.

– Мне тоже приятно!

– Мы ничего не будем менять в сценарии, обговоренном тобой с Владимиром?

– Думаю, что в этом нет надобности!

– Тогда поехали ко мне на работу?

– Поехали!

Евгений подвел Алю к своей машине, белой «хонде», помог сесть, сам занял место водителя и повез женщину по уже знакомому ей маршруту. Те же ворота, тот же дворик, только розы почти отцвели и поникли.

Они вошли в старинное здание, которому ремонт пошел только на пользу. Кабинет Евгения располагался на первом этаже. Он открыл дверь и пропустил Алю внутрь. За небольшой приемной находилась довольно просторная комната, которая сияла чистотой только что отремонтированного помещения и была обставлена стильной офисной мебелью под цвет красного дерева. Здесь был даже кожаный темно-коричневый диван. Вся обстановка говорила о том, что хозяин кабинета почти все свое время проводит на работе, а домой ходит только ночевать.

У противоположной стены стояли чайный столик и два кожаных кресла под цвет дивана. У входа буквой Г расположились платяной и книжный шкафы, в их нише незаметно скрылась раковина для мытья рук, рядом с которой висел контейнер с бумажными полотенцами.

Евгений помог женщине раздеться и повесил ее плащ в шкаф. Потом разделся сам.

Аля была в темно-синем элегантном брючном костюме и белоснежной строгой блузке. На Евгении были надеты светло-серый костюм с отливом, темно-серая рубашка и светлый шелковый галстук.

Чего скрывать, он был красив по-мужски. Большие темно-карие, почти черные, глаза, крупный прямой нос, немного тонкие губы, волевой подбородок. Фигура, скорее, худощавая, руки крупные, но красивой формы, кожа в меру смуглая.

– Раковина за шкафом.

– Спасибо!

– Аля, предлагаю выпить чая, или ты хочешь чего покрепче?

– От чего покрепче я бы не отказалась.

– Виски подойдет?

– Вполне!

Евгений достал из шкафа бутылку шотландского виски, плитку шоколада и бокалы.

– Лимона нет, извини.

– Ничего, – улыбнулась Аля.

Мужчина разлил ароматный напиток по бокалам.

– За наше знакомство, Аличка! Надеюсь, оно будет долгим и приятным для нас обоих.

– За знакомство, Женя!

Они выпили залпом. Разговор оживился.

– Аля, ты работаешь?

– Да!

– Кем?

– Преподавателем русского языка и литературы.

– В школе?

– Нет. В медицинском колледже.

– Здорово! Наверное, трудно. Молодежь сейчас совсем не читает, только и живет Интернетом.

– Да, это проблема нашего времени.

Евгений налил еще, они снова выпили.

Алкоголь приятно пробежался по венам и наполнил теплом их тела. Евгений снял пиджак, зашел за книжный шкаф, вымыл руки.

– Извини, как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше!

Аля увидела, как вздыбились его штаны в области ширинки.

– Иди сюда.

Евгений послушно подошел. Она расстегнула его брюки, приспустила плавки и выпустила на волю его призывно торчащий член. Мужское достоинство имело размер чуть больше среднего, было чуть толще среднего и чуть крепче среднего. Одним словом, его мальчик был хорош!

Аля больше месяца близко не контактировала с особью противоположного пола, и одного вида мужского члена было достаточно, чтобы у нее приятно заныло внизу живота и обильно увлажнилось в области между ног.

Она взяла член в руки и подняла глаза на Евгения, который весь замер в предвкушении. Аля сначала поцеловала головку мальчика, потом стала медленно лизать его, дразня хозяина, то опускаясь до самого основания, то снова поднимаясь до его вершины. И наконец взяла его в ротик, крепко обхватив губами по окружности.

– Да! Да! Да! – застонал Евгений.

Он жестом властелина взял Алю за волосы и принялся руководить процессом, проталкивая свой не такой уж и маленький прибор как можно глубже.

Насладившись процессом, он остановил женщину, вынул свой подрагивающий от нетерпения член из ее ротика, приспустил ей брючки, предложил стать коленями на кресло и опереться на его спинку. Аля послушно выполнила его пожелание. Он принялся нежно целовать ее попку, и ласкать пальцами сильно увлажненную пещерку. Средний палец он положил на клитор и стал методично его тереть.

– О-о-о! – выдохнула Аля.

– Тебе нравится?

– Да-а-а!

– Хорошо! – ответил Евгений, усиливая воздействие на клитор.

Когда Аля начала тихонько вскрикивать, он быстро надел презерватив и резко вошел в ее недра.

– Ах!

– Тише, тише, красавица моя!

Проникновения его были сильные и глубокие, Аля сразу поняла, кто здесь хозяин, у этого научного сотрудника не забалуешь.

Он собрал ее волосы в пучок, немного откинул голову и впился в губы долгим поцелуем, перекрывая дыхание.

– У-у-у! – замычала Аля.

– Теперь ты моя! Ты будешь моей?! Да?!

Он усилил скорость и глубину проникновений. То ли от выпитого виски, то ли от этого яростного секса у Али поплыли радужные круги перед глазами, низ живота переполнило сладострастием, которое взорвалось мощным оргазмом.

– Да! Да! Да! – простонала Аля.

– О да! – разрядил свое орудие Евгений.

– Спасибо! – он нежно погладил ее по волосам.

Она медленно возвращалась на землю.

Он скрылся за перегородкой, Аля в это время оделась и привела себя в порядок.

– Ты мне очень понравилась! Надеюсь на нашу долгую дружбу! Ты как, не против?

– Не против!

– Я вызову такси, где ты живешь?

– В Ясенево.

– Это недалеко, и нам по дороге, я машину оставлю здесь.

Через десять минут подъехало такси. Евгений подал Але плащ и как бы невзначай сунул в сумочку конвертик. Аля сделала вид, что не заметила этого. Таковы правила игры, а правила нарушать нельзя.

Он открыл ей заднюю дверцу машины, помог сесть и сам сел на переднее сидение. В Ясенево Аля попросила, чтобы такси остановилось возле супермаркета.

– До свидания!

– Аля, спасибо! Я позвоню. Пока.

Евгений поехал дальше, так как проживал в частном доме недалеко от МКАД.

Аля зашла в супермаркет, достала и открыла конверт. В нем лежала пятитысячная купюра. Неплохо, подумала женщина, да и в сексе он хорош, так почему бы и нет. Но только никаких привязанностей.

Аля сделала необходимые покупки: мясо, рыбу, колбасу, сыр, фрукты, молочные продукты и хороший ночной крем для лица. От пятитысячной купюры не осталось и следа. А на нет и суда нет!

Евгений Але понравился, но она решила сильно на нем не заморачиваться. Будет – хорошо, а не будет – и еще лучше!

Глава 3

Шар

Получив дозу секса, тело немного притихло, и Аля с головой окунулась в рабочий процесс. Ей достались симпатичные первокурсники, молодые и наивные, многие из которых впервые оторвались от дома и жили в общежитии колледжа. Аля понимала, как это трудно – в таком возрасте оказаться без опеки мамы и папы, и как могла помогала ребятам.

В коридоре колледжа они столкнулись с директором.

– Здравствуйте, Инвар Рашидович!

– Здравствуйте, Альбина Сергеевна! Как ваши дела?

– Спасибо, хорошо!

– Рад за вас! Зайдите сегодня после занятий ко мне в кабинет, я подготовил вам нужную литературу по врачебной этике.

– Хорошо!

Аля поторопилась на очередную пару, а директор пошел по своим делам.

После занятий она зашла в директорскую приемную и сказала секретарю, что он назначил ей встречу.

– Инвар Рашидович, вас дожидается Альбина Сергеевна, – сообщила секретарь.

– Хорошо! Пусть зайдет! А вы, Светочка, приготовьте нам чай и можете быть свободны.

– Проходите, Альбина Сергеевна, он вас ждет.

– Спасибо!

Аля открыла массивную дверь из натурального дерева и прошла в кабинет директора.

– Проходите, проходите, Альбина Сергеевна! Присаживайтесь.

У Инвара Рашидовича был просторный кабинет, его рабочий стол стоял у окна, а к нему буквой Т был приставлен другой длинный стол для проведения летучих совещаний. За него, на один из мягких стульев, Аля и присела.

Светлана принесла чай и две вазочки, с конфетами и печеньями.

– Спасибо, Светлана, вы свободны, можете идти домой.

– До свидания!

– До свидания!

Инвар Рашидович сел напротив Али.

– Угощайтесь Альбина Сергеевна!

– Спасибо!

Аля больше десяти лет работала в этом колледже и столько же знала Инвара Рашидовича. Коллеги и студенты его уважали, он был хорошим руководителем и хозяйственником. Но чай в его кабинете она пила впервые и поэтому никак не могла взять в толк, к чему бы это.

Инвар Рашидович положил перед Алей две книги: «Жизненный путь Авиценны» и «Клятва Гиппократа – от сердца к сердцу».

– Альбина Сергеевна, всегда нужно начинать с истории. Медицина шагнула далеко, что касается технического прогресса, но принципы врачевания не изменились с далеких времен. Врач, зачерствевший сердцем, это уже не врач, каким бы хорошим специалистом он ни был. Вы согласны со мной?

– Конечно, Инвар Рашидович.

– Цель врачебной этики – донести до наших учащихся, что доброта, тактичность, отзывчивость и милосердие – это главные качества любого медработника, будь то начинающая медсестра или маститый доктор со стажем. Человек, обратившийся за помощью в медучреждение, страдает, и ему кажется, что так, как у него, не болит ни у кого, даже если это просто порезанный палец. Вы согласны со мной, Альбина Сергеевна?

– Это так!

– Поэтому настоящий доктор – тот, кто может помочь не только делом, но и словом, облегчить боль – как физическую, так и душевную.

Инвар Рашидович встал и начал ходить по кабинету, он раскраснелся от выпитого чая, его карие глаза извергали молнии. Одухотворенный человек всегда прекрасен! Аля с восхищением смотрела на своего директора.

Он зашел за ее спину, положил руки ей на плечи и стал их массировать.

– Расслабьтесь, Альбина Сергеевна, у вас был тяжелый день!

Аля напряглась, как-то все было неожиданно. Такие восторженные речи, и вдруг массаж.

– У вас такие красивые волосы, – он стал гладить ее по волосам, а потом отодвинул рыжую прядь и нежно поцеловал ее в шею.

Аля вскочила как ошпаренная, глаза ее сверкали праведным гневом.

– Что вы себе позволяете, Инвар Рашидович?

– Тише, тише, успокойтесь, Аличка! Вы давно мне нравитесь. А после возвращения из отпуска вы стали просто необыкновенной. Я только о вас и думаю, уже ночами не сплю.

– И что с того? – недоумевала Аля. – Насколько мне известно, у вас есть семья.

– Моей семье уже двадцать пять лет! Сами понимаете, все пресно и однообразно.

– Это ваши проблемы, Инвар Рашидович!

– Вы нужны мне, Альбина Сергеевна!

С этими словами он подошел к ней, крепко прижал к своей груди и, как вампир, впился в ее губы.

– У-у-у! – стала вырываться Аля.

Но он был мужчина и намного ее сильнее. Его язык глубоко проникал в ее рот. Ну не откусывать же, в самом деле, язык своему директору!

Але удалось увернуться от очередного поцелуя.

– Отпустите меня!

– Ни за что!

– Я буду кричать!

– Не будешь! Ты добрая и не захочешь, чтобы меня выгнали с работы.

– Инвар Рашидович, отпустите меня, я же, правда, к вам хорошо отношусь.

– Я знаю! Но это не то!

С этими словами он нагло полез ей под юбку, скользнул по чулкам, отодвинул трусики и проник пальцем в щелочку.

– Какая она у тебя горячая!

– Да вы с ума сошли!

– Считай, что так!

– Вы не имеете права!

– Знаю! Но поделать с собой ничего не могу!

С этими словами он расстегнул ширинку и обнажил свой до предела возбужденный член.

– Возьми его!

– Я не хочу!

– Пожалуйста, возьми!

– Нет! Ни за что и никогда!

– Ах! Ты упрямая!

Он стал расстегивать ее блузку, пытаясь добраться до груди. Одна грудка все же выпрыгнула наружу, являя миру свою белизну и маленький розовый сосочек.

Инвар Рашидович прильнул к ее сосочку. Ну не бить же его, в самом деле, в этот момент по лысине.

Он начал разворачивать Алю, пытаясь снять трусики и наклонить пониже. Аля упиралась как могла. От долгой борьбы директор сильно возбудился, его член не выдержал такого накала страстей и самопроизвольно выстрелил, оставляя белые разводы на Алиной черной юбке.

Инвар Рашидович сразу расслабился и обмяк. Он молча взял салфетку и протянул ее Але.

Она вдруг звонко расхохоталась. Просто вытирала юбку и хохотала.

Инвар Рашидович тоже заулыбался.

– Ох, и дура ты, Альбина Сергеевна! Жила бы как у Христа за пазухой.

– Ни к чему все это, Инвар Рашидович! Вы семейный уважаемый человек. Да и зачем нам с вами порождать сплетни в коллективе?

Инвар Рашидович задумался.

– А может, ты и права. Ладно, давайте, Альбина Сергеевна, выпьем чайку с конфетами, да и по домам. А от своих слов о помощи с предметом «Врачебная этика» я не отказываюсь. Для начала прочитайте эти две книги.

– Спасибо, Инвар Рашидович, за помощь.

– Ну что, мир и дружба?

– Мир и дружба, Инвар Рашидович!

Они еще немного посидели, успокоились, выпили чай и мирно разошлись по домам.

Об этом случае Аля не рассказала даже Верочке. А отношения с директором, которые и так были хорошими, стали еще лучше, ведь у них теперь был их маленький секрет.

Глава 4

Второе свидание

Жизнь снова вошла в свое русло. Аля уже стала забывать о Евгении. Он даже не перезвонил и не поинтересовался ее самочувствием, хотя чему здесь удивляться. Они выбрали просто секс, и нежные отношения в их планы не входили.

Ровно через две недели, когда Аля возвращалась домой, раздался телефонный звонок. На экране высветилось: «Евгений».

– Привет!

– Привет!

– Как дела?

– Хорошо!

– Я соскучился, давай завтра встретимся?

– Давай!

– Приезжай сама, ты знаешь, где я работаю. От метро возьми такси, я оплачу.

– Хорошо!

– Тебе в 18.30 удобно?

– Да!

– Жду! До встречи!

– До встречи!

Кажется, эти отношения стремились к тому, чтобы стать постоянными.

Аля пришла домой, приготовила ужин Даниле, покормила свою любимую кошечку Нику. Прилегла на диван перед телевизором и задремала. Ей снились Черное море и Богдан, как они вдвоем плавают в его бирюзовых водах.

– Ты меня любишь? – тихо шептал ей на ухо Богдан.

– Да! Да! Да! – что есть силы закричала Аля и проснулась от собственного крика.

Приснится же такое…

Утром Аля проснулась в хорошем настроении. Она надела черные туфли на среднем каблуке, чулки под цвет загара, синее кружевное белье, черный строгий костюм и бирюзовую романтичную блузку. Волосы собрала на затылке в тугой пучок золотистой заколкой. Сегодня она была в образе строгой классной дамы, который ей был к лицу, впрочем, как и многие другие образы.

День в рабочих делах пролетел быстро. В 18 часов она вышла на станции метро «Академическая», взяла такси и через 15 минут уже была на проходной НИИ паразитологии и гельминтологии. Без особого труда получила предварительно заказанный для нее пропуск и через знакомый двор прошла в здание института, а потом в кабинет Евгения.

В приемной секретаря не было. Она постучала в кабинет Евгения.

– Да-да! Проходите!

Евгений сидел за письменным столом, весь обложенный бумагами. Он отодвинул исписанные листы и встал навстречу Але.

– Привет! Аля, я рад тебя видеть!

– Привет! Взаимно!

Он помог женщине раздеться, вышел в приемную и закрыл на ключ входную дверь.

– Немного виски?

– Не откажусь!

– Извини, сегодня я тебе компанию составить не могу, я за рулем. Зато у меня есть лимон.

– Тогда и мне совсем чуть-чуть! А лимон – это хорошо.

Евгений достал из шкафа начатую в прошлый раз бутылку виски, тарелочку с тонко нарезанными и посыпанными сахаром кружочками лимона, бокалы и плитку черного горького шоколада.

Он налил Але пятьдесят граммов виски, а себе воды, они чокнулись.

– За встречу!

– За встречу!

Аля взяла лимон и положила в ротик. От кислоты лицо ее смешно исказилось. Он отломил кусочек шоколада и поднес его к Алиным губам. Все пространство кабинета наполнилось ароматом виски, свежестью лимона и тонкими нотками черного шоколада.

Евгений поднял Алю и пристально посмотрел ей в глаза.

– Я соскучился! Какие у тебя глаза! В них можно утонуть!

С этими словами он начал нежно целовать ей лицо, потом добрался до губ. Поцелуи из порхающих становились все горячее и горячее. Аля отвечала на его страстные поцелуи. Голова закружилась, земля поплыла под ногами.

Евгений по белоснежной Алиной шее спускался все ниже и ниже, расстегивая одну за другой золотистые пуговички на блузке. Пиджак полетел на кресло, за ним последовали и блузка с бюстгальтером.

– О, какая грудь! Какая нежная грудь!

Одну грудку он нежно мял, а другую целовал и языком облизывал сосочек.

В мгновение он сорвал с себя рубашку и быстро расстегнул брюки, приспуская плавки.

– Приласкай его, он соскучился!

Аля присела на корточки и взяла в ротик его сокровище, крепко обхватив своими пухленькими губками.

– Хорошая девочка! Давай! Давай!

Он быстро задвигал тазом, придерживая ее за голову. Заколка не выдержала и со звоном улетела под стол, выпуская на волю ее медных змеек.

– Подожди немного, моя прелесть!

Он поднял ее и снова припал к губам. Аля просто млела от его поцелуев.

Одним движением он сбросил бумаги на пол, как пушинку поднял женщину и усадил на стол. Потом стал медленно задирать ей юбку, покрывая поцелуями каждый миллиметр ее красивых полненьких ножек. Подняв юбку достаточно высоко, он резко развел ее ноги в стороны, отодвинул краешек гипюровых трусиков и с жадностью припал к чувственной жемчужинке.

– Какая прелесть, какой тонкий аромат! О, прелестница!

Евгений снял кружевные трусики, поцеловал их и бросил к остальным вещам на кресло, подвинул Алину попку на самый край стола, взял ее ноги под колени и безапелляционно внедрился в ее плоть. При этом Аля держала его за шею, и они продолжали страстно целоваться. Он размеренно задвигал тазом, доводя женщину до исступления. Когда сладострастие почти достигло своей вершины, он положил Алю на стол и согнул ее ноги в коленках, присел, начал нежно лизать сначала пещерку, а потом и не менее желанное отверстьице.

Аля извивалась всем телом, ей уже было все равно, в каком из отверстий его член найдет свое пристанище. Евгений стал нежно внедряться в более деликатное местечко.

– У-у-у! – простонала Аля.

– Расслабься, Аличка, да, так, так, умница моя!

При этом он совершал аккуратные движения, положив один палец на клитор, а другим проникнув во влагалище и нащупав точку Джи. По ее стонам и отрешенному взгляду он понял, что не ошибся.

Через пять минут Аля прижала попку сильнее к столу, вскрикнула и задрожала всем телом. Влагалище стало сильно сокращаться, хватаясь хотя бы за палец Евгения, анус вторил ему, не давая шансов мужчине на продление полового акта.

– О-о-о! – простонал Евгений, выстреливая теплой спермой в Алины недра.

Аля отключилась, Евгений закрыл глаза и на несколько секунд замер.

Они улетели, жаль только, что каждый в своем направлении…

Евгений очнулся первым, он прикрыл Алю пиджачком и скрылся за шкафом. Когда вернулся, взгляд Али был уже более осознанный.

– Ну, ты как?

Он помог Але одеться и привести себя в порядок.

– Все в порядке?

– Да!

– Я вызову тебе такси, мне нужно еще поработать.

– Хорошо!

Он вызвал такси.

– Еще хочешь виски?

– Нет!

– Ну тогда кусочек шоколада!

Он положил кусочек шоколада ей в рот и нежно поцеловал в губы.

– Ты лучшая из женщин, которых я встречал в своей жизни!

Он поцеловал ее руку, достал из кармана конверт и положил ей в сумку. Помог надеть плащ.

Зазвонил телефон.

– Такси ждет тебя у ворот, К 018 ПУ, серый «шевроле».

– До свидания!

– До свидания, дорогая! Я позвоню.

Аля как в полусне вышла на улицу. Моросил мелкий дождь. У ворот ее ждала машина. Она села на заднее сидение и назвала адрес. Через 20 минут женщина была у дома, расплатилась с водителем, поднялась на свой этаж, зашла в квартиру, приняла душ, на автомате насыпала корм кошке, упала на кровать и отключилась.

Данька домой пришел в полдесятого. Увидел, что мама спит, и не стал ее будить.

Глава 5

Грузинский ресторан

Встречи Али с Евгением принимали регулярный характер. Они встречались один раз в две недели. По одной и той же, ранее обговоренной, схеме.

Секс их был страстен и красив. Но ни он ни она даже полшага не сделали для того, чтобы сблизиться не только телами, но и душами. Они играли в эту взрослую игру, наивно полагая, что долгая физическая близость возможна без духовной. Пока им это удавалось.

Они подсознательно чувствовали, что у каждого из них партнер по сексу не только хорош в интимном плане, но и интересен в плане человеческом. Им обоим льстило это, но они до поры до времени закрывали на этот факт глаза. Ведь за признанием самому себе того, что человек, с которым ты занимаешься сексом, тебе еще и очень нравится, уже стоит любовь. А любовь – это сильное чувство, затуманит рассудок и не посмотрит, что ты доктор там каких-то наук.

Пока этой паре удавалось сохранять хладнокровие. И он и она считали, что между ними только секс. Но Евгений не раз ловил себя на мысли, что хочет видеть эту женщину чаще, чем раз в две недели, обладать ею дольше, чем обладал, и узнать ближе, чем знал.

Однажды он позвонил ей раньше запланированного времени.

– Привет, Аля!

– Привет, Женя!

– Ты сегодня свободна после работы?

– Да, вроде свободна.

– Разреши мне пригласить тебя в ресторан!

– А ты уверен, что это хорошая идея?

– Уверен!

– Ну хорошо!

– Только мы будем не одни.

– А с кем?

– С Владимиром и Наталией. Ты не против?

– Нет, а что за повод?

– Владимир подписал выгодный контракт. Проставляется.

– Да, это действительно повод!

– Значит, жду тебя в 19 часов, метро «Тверская», возле магазина «Летуаль».

– Хорошо!

– До встречи!

– До встречи!

Аля зашла в туалетную комнату, посмотрела на себя в зеркало. Преподаватель как преподаватель! Аккуратна, строга, красива. Темно-серый брючный костюм, белоснежное жабо, волосы аккуратно собраны на затылке. И только две великолепные золотые сережки с большими изумрудами в обрамлении мелких бриллиантов и кольцо им под стать разбавляли образ строгой училки и делали его изысканно-элегантным.

Ровно в 19 часов Аля вышла из метро. На поверхности ее дожидался Евгений с букетом белых роз.

– Привет!

– Привет! Это тебе! – он нежно обнял ее и поцеловал в щеку.

– Спасибо! Обожаю розы!

– Пошли?

– Пошли!

Он взял ее за руку и проводил в грузинский ресторанчик, который находился неподалеку в тихом переулке. В одном из залов за столиком их дожидались Владимир и Наталия. И если с Владимиром Аля уже была знакома, то с Наталией им пришлось изображать бурную радость двух подруг, которые давно не виделись. Хотя на самом деле они встретились первый раз в жизни.

Владимир встал и поцеловал Але руку.

– Здравствуй, Аля! Прекрасно выглядишь!

– Спасибо! Это тебе, поздравляю с выгодным контрактом!

Она протянула ему армянский коньяк десятилетней выдержки в праздничной упаковке.

– Ну что ты! Не стоило беспокоиться!

– Как же, как же! Выгодные контракты подписывают не каждый день!

– Ну спасибо, спасибо!

– Привет! Привет! – расцеловались они с Наталией.

В жизни Наталия была еще интереснее, чем на фото. Молодая, подтянутая, дерзкая. Густые прямые темно-русые волосы ниже плеч, пронзительно голубые глаза, высокая грудь, тонкая талия. Ни дать ни взять – русская красавица.

– Здравствуй, Наталия! Ты все краше и краше! – Евгений поцеловал ей руку.

– Привет! Да и ты хорош!

– Допустим, внешность для мужчины не так важна.

– Да уж не скажи!

– Что будем пить, есть? – спросил Владимир. – Как вы относитесь к грузинскому красному вину?

Все одобрительно закивали.

– Тогда заказываю две бутылки киндзмараули.

Подошел вышколенный официант, Владимир сделал заказ. На столе как по мановению волшебной палочки стали появляться яства: две бутылки красного вина, фирменные хачапури, чахохбили, лобио в горшочках, цыпленок табака, шашлыки из каре ягненка и говяжьей вырезки, ассорти из маринованных овощей.

Официант разлил вино по бокалам. Евгений взял слово.

– Владимир, разреши тебя поздравить с выгодным предложением, мы все надеемся, что этот контракт позволит тебе подняться на новый уровень как в научных изысканиях, так и в материальном плане.

– Спасибо, дорогие друзья!

– Поздравляем! Поздравляем! – вторили женщины.

Вино было изысканным, еда вкусно приготовленной, компания дружной. Чего еще нужно, чтобы хорошо провести вечер?

Владимир то и дело бросал на Алю жадные взгляды. Какая бы красавица ни сидела рядом с мужчиной, ему всегда зачем-то хочется и другую.

Просто Наталия и Аля были разные. Если Наталия была более молода, то Аля – более женственна и сексуальна. Весь столик был затуманен, как винными парами, ее томной привлекательностью. И кто здесь кого хотел, уже трудно было разобраться.

Заиграла музыка. Молодая красивая скрипачка пошла между столиками, выводя грустную мелодию. Скрипка пела и разрывала души на части.

Когда мелодия закончилась, Аля встала, вышла на маленькую эстраду.

– Позвольте мне прочитать несколько стихотворений, – обратилась она к звукорежиссеру.

– Конечно, конечно!

Он поставил легкую инструментальную музыку, Аля взяла в руки микрофон.

– Стихи Аллы Бриз! «Страсть».

Страсть – это лезвием резко по венам,

Струи горячие в девственный Космос!

Сильно, напористо, без промедлений

Молотом глушит негромкий твой голос.

Сладко до боли, медово-тягуче…

Страшно, порою на грани неверия,

В небе лазоревом черные тучи,

Как обретенья, граничат с потерями.

Это когда из груди развороченной —

Теплое сердце в чужие ладони!

Нажитый опыт – на пыльной обочине,

Вера, что душу огнем не затронет…

Гости ресторана перестали жевать, ни один из них не осмеливался нарушить торжественность момента.

Аля продолжила:

Переплетение, слияние, сожжение

Своих, ни в чем не виноватых, душ!

И тело к телу в вечном притяжении.

Из томных звуков вожделенья пунш…

А осень снова сентябрем куражится,

Напоминая, что проходит жизнь.

И с кем в постели – небольшая разница…

Небес не манит призрачная высь.

И предавая налегке любимого,

На совесть – сто смирительных колец…

И сказки кажутся до боли мнимыми

О близости двух любящих сердец…

Зал зааплодировал.

– И последнее стихотворение Аллы Бриз «Второй».

Аля прочитала стихотворение торжественно, слегка растягивая слова.

Безумно жарки поцелуи,

Страсть разжигается игрой,

Вновь путаются в небе Луны,

Но ты второй…

И тело теплым шоколадом…

Мы в танце кружимся с тобой.

Все это нам, как воздух, надо!

Но ты второй…

Любить тебя была готова,

Хотела в омут с головой…

Но звонко падает подкова…

Ведь ты второй…

Раздались продолжительные аплодисменты.

Аля поклонилась, поблагодарила звукорежиссера за предоставленную возможность прочитать любимые стихи и пошла за свой столик к новым друзьям.

Евгений почти протрезвел и с удивлением смотрел на Алю: чего-чего, а такой прыти он не ожидал от этой скромницы.

Владимир разливал вино по бокалам.

– Женя, давай выпьем за дам! Какие же они у нас замечательные!

– За вас, милые дамы!

Друзья звонко чокнулись.

– Аля, а кто такая эта Алла Бриз? Никогда о ней не слышала! – спросила Наталия.

– Моя любимая современная поэтесса. Я с ее творчеством познакомилась на одном из литературных порталов в Интернете.

– Да, интересные стихи, энергичные!

– Мне они тоже за это нравятся! В них чувствуется энергетика!

– Спасибо, что познакомила нас с ее творчеством!

– Не за что!

– Очень даже есть за что!

– Мне нужно отойти ненадолго.

– Пошли вместе?

– Пошли!

Опьянение давало о себе знать. Движения становились замедленными, а речи и смех более громкими.

Женщины зашли в туалетную комнату вместе.

Вдруг Наталия прижала Алю к стене.

– Ох, ты и цыпочка! Съем!

С этими словами она впилась в Алины губы совсем не дружеским поцелуем.

Аля растерялась от неожиданности. Она попыталась отстранить Наталию, но ей это удалось не сразу.

Наталия оторвалась от Али и как ни в чем не бывало вошла в туалетную кабинку.

Когда они мыли руки, она через зеркало посмотрела на Алю.

– Ну как тебе Женька, нравится?!

– Да, Наташа, спасибо, что познакомила нас!

– То-то, а ты еще упиралась! Он классный мужик! Да и ты цыпочка!

Она снова попыталась вцепиться в Алю, но Аля вовремя отстранилась.

– Пошли уже, они там одни скучают, наверное!

– Да ничего с этими кобелями не случится! Пусть подождут!

– Неудобно как-то!

– Ладно, пошли, сердобольная ты моя!

Мужчины о чем-то оживленно разговаривали, но появлению дам были рады.

Здесь с эстрады запели медленную песню. Евгений протянул Але руку.

– Пошли потанцуем!

– С удовольствием!

Музыка лилась, как из кувшина ключевая вода, Евгений прижимал Алю к себе и шептал ей на ушко:

– Я и не знал, что ты такая…

– Какая? – улыбалась Аля.

– Непредсказуемая!

– Ну, об этом совсем не сложно было догадаться! Нормальная женщина разве согласилась бы на такую авантюру, как наша?

– Скорее всего, нет!

– Пожалуйста, не клади мне больше в сумку этих загадочных конвертов.

– Хорошо! Но подарки тебе делать я имею право? И такси – это дело чести!

– Ну разве что чести!

Он поднял ее подбородок и нежно поцеловал в губы, Аля ответила на его поцелуй. Что ни говори, а с Евгением ей было целоваться приятнее, чем с Наталией.

Не успели они присесть, как заиграла новая медленная мелодия.

– Смена партнерш! – констатировал Владимир, подводя Наталию к Евгению.

Сам он пригласил Алю.

– Аличка, ты даже не представляешь, как мне приятно тебя видеть. Так бы и расцеловал тебя, но не могу, Женька даст в ухо.

– Мне тоже приятно тебя видеть! Поздравляю с выгодным контрактом!

– Спасибо, куколка! Зря ты тогда не согласилась стать моей любовницей.

– Володя, тебе грех жаловаться, имея в любовницах такую шикарную женщину, как Наталия.

– Да знаю я, знаю! Но и тебя хочу!

– Прямо детский сад какой-то!

– И не говори!

Медленная музыка закончилась, заиграла быстрая. Кавалеры отвели дам за столик и расцеловали им ручки.

Владимир заказал ароматный мятный чай и грузинские сладости. Он расплатился с официантом, оставив ему щедрые чаевые.

– Наверное, пора собираться домой, уже десять часов, – заволновалась Аля.

– Я вызову такси, – откликнулся Евгений, – поедем вместе, нам же по пути.

– Хорошо!

Владимир тоже заказал такси.

Они помогли одеться своим дамам.

– Аля, пошли, подождем мужчин на улице, – Наталия увлекла Алю к выходу.

Евгений достал пять тысяч и протянул их другу.

– А это тебе от меня, по случаю!

– Не нужно!

– А я говорю нужно. Это мой подарок. Бери!

– Ну, спасибо!

– Ты даже не представляешь, как я тебе благодарен за Алю, она богиня!

– Рад, что у вас все срослось!

В это самое время Наталия взяла Алю под руку.

– А ты знаешь, что Женька никогда раньше не изменял своей жене?

– Откуда мне это знать!

– Вот знай! Он не кобель блудливый!

– Однако и он не удержался.

– Да, когда жизнь превращается в сплошную рутину, то секс может стать чуть ли не единственной радостью в ней.

– Да уж!

В это время из ресторана вышли их кавалеры.

– Ну что, кошечки, вам понравился вечер?

– Очень! Спасибо, Володя! – Аля звонко поцеловала его в щеку.

В это время подъехала машина до Ясенево.

Друзья тепло попрощались, еще раз поблагодарили друг друга. Аля и Евгений сели на заднее сидение авто. Евгений озвучил водителю адрес и без лишних слов прильнул к Алиным губам, бесцеремонно положив ее руку на свою вздыбившуюся ширинку.

– Господа, Ясенево! – через мгновение произнес водитель.

– Может, в гостиницу, хоть на полчасика?! – не хотел расставаться с Алей Евгений.

– В другой раз, Женя! У тебя будут проблемы дома.

– Ладно, благоразумненькая ты моя!

– До свидания!

– Я позвоню! Пока!

Машина взвизгнула и повезла Евгения за МКАД.

Аля поднялась на свой этаж, открыла дверь.

– Мама, что-то ты сегодня поздно! Где ты была?

– В ресторане с друзьями, сынок.

– И как, тебе понравилось?

– Очень! Поставь розы в вазу.

– Хорошо! А что за ресторан?

– Грузинский ресторан, на Тверской, не помню его названия. Ну ладно, сынок, я в душ и спать, завтра на работу.

– Спокойной ночи, мама!

– Спокойной ночи, сынок!

Глава 6

Сергей

Осень горько плакала ноябрем, передавая бразды правления зиме. Первые снежинки кружили в воздухе и методично укрывали землю, готовя ее к зимним морозам. Фонари тускло мерцали сквозь снежную завесу. День сократился до предела и сжался в точку. Слякоть и тоска завладели городом.

Алина жизнь протекала размеренно и без потрясений. Работа, заботы о сыне и редкий, но регулярный дружеский секс с Евгением. Они по-прежнему избегали африканских страстей, при этом секс был изысканным и разнообразным.

Ей иногда звонила Наталия, они подолгу болтали, в основном ни о чем, как, впрочем, и большинство женщин, разговаривающих по телефону.

В колледже тоже все шло нормально. Инвар Рашидович, как и обещал, помогал с освоением предмета «Врачебная этика» и планировал дать ей часы по этой дисциплине уже в следующем семестре. При этом он больше ни разу не позволил себе каких-либо вольностей в отношении Али.

Аля любила свой колледж, и группу первокурсников, и Верочку, свою задушевную подругу. На работу она ходила с удовольствием. Иногда уставала. Но на то она и работа, чтобы на ней уставать.

Была только одна маленькая проблема – учитель физкультуры, Сергей Николаевич. Он все никак не мог уяснить себе, что Аля не хочет вступать с ним в какие-либо отношения, кроме профессиональных.

Однажды после занятий Аля выходила из колледжа без Верочки.

– Альбина Сергеевна, уже темно, можно вас проводить до метро? – окликнул ее Сергей Николаевич.

– Спасибо, Сергей, но здесь недалеко.

– И все же я вас провожу.

– Как тебе будет угодно.

– Совсем стало рано темнеть.

– Да, скоро самый короткий день в году.

– Как ваши дела, Альбина Сергеевна?

– Да все нормально.

– Может, зайдем в кафе ненадолго, выпьем чая. Не отказывайте мне, пожалуйста.

– Ладно, давай зайдем, только ненадолго.

Они зашли в уютную кофейню, которая располагалась недалеко от метро.

– Что вы будете пить, Альбина Сергеевна?

– Чай с молоком.

– А мне кофе и два пирожных «Тирамису», – сделал заказ Сергей подошедшему официанту.

– Альбина Сергеевна, давайте поговорим начистоту, откровенно.

– Хорошо, Сергей, давай!

– Почему вы меня избегаете? Разве вы не видите, как сильно мне нравитесь?

– Я тебя, Сергей, не избегаю, просто хочу, чтобы ты понял, что между нами никогда и ничего не будет.

– Но почему? Объясните почему? Мы же с вами свободные люди.

– А потому, что тебе тридцать два года, а мне сорок три. Ты еще ни разу не был женат, а у меня есть взрослый сын, с которым мы живем вместе. Ты еще встретишь свою женщину. И, в конце концов, я еще молодая женщина и не хочу рядом с тобой чувствовать себя мамочкой. Надеюсь, этого достаточно.

– Но одиннадцать лет – это не так уж и много! И сейчас модно, когда женщина старше.

– А я старомодная и моды не придерживаюсь.

– Тогда давайте хотя бы будем заниматься сексом. Ведь вы же не станете отрицать, что секс вам нужен?

– Не стану! А с чего ты взял, что в моей жизни нет секса?

– Так вы же не замужем!

– И что с того?

– Значит, у вас есть мужчина?

– Значит, есть!

– И у вас все серьезно?

– А вот это тебя уже не касается!

Сергей не мог скрыть своего разочарования.

– Извините, Альбина Сергеевна. И все же хорошо, что мы с вами поговорили.

– Да не за что, Сергей! Ты хороший парень, и у тебя обязательно все будет хорошо!

– Спасибо!

Чаепитие и десерт немного скрасили обстановку.

Сергей проводил Алю до метро, они тепло попрощались и разошлись, каждый в своем направлении.

Глава 7

Сюрприз

Девятнадцатое декабря – Николин день, первые серьезные морозы сковали городские улицы. Намело достаточно снега, чтобы прикрыть озябшие растения. Легкая поземка гуляла по московским мостовым.

Аля надела короткую темно-коричневую норковую шубку, в цвет ей элегантный беретик, ярко-зеленый кашемировый шарф, в тон ему лайковые перчатки и взяла такую же по цвету сумочку. На выходе из колледжа она встретилась с Верой. Женщины, весело болтая, направились к метро.

– Аля, где ты будешь встречать Новый год?

– Как всегда, дома с Данькой и кошкой, потом он уйдет к своим школьным друзьям, а я лягу спать.

– Может, ты приедешь к нам в гости?

– Спасибо, Верочка, но у вас своя семья, что я буду мешаться?

– Да что ты такое говоришь? Мишка приведет своего холостого друга.

– А вот этого точно не нужно!

– Почему? Ты молодая красивая женщина, тебе нужно создавать новую семью, не век же одной куковать.

– А я не одна, у меня есть сын.

– Сын, не успеешь оглянуться, женится.

– Ну тогда и думать буду, а пока не хочу.

За разговорами они пересекли внешнюю территорию колледжа и направились на выход к распахнутым металлическим воротам.

– Аля!

К ним навстречу быстрым шагом направлялся высокий мужчина в облегченной дубленке и шапке на английский манер.

Женщины остановились как вкопанные.

– Здравствуй! Аля, ты не узнала меня?

Свет от тусклого фонаря падал на лицо мужчины. Сработал эффект неожиданности, у женщины перехватило дыхание. Аля никак не ожидала встретить этого мужчину здесь и сейчас.

– Богдан?! Как ты здесь оказался?!

– Я ждал тебя!

Было видно, что мужчина сильно продрог.

– Аля, все в порядке? – спросила Верочка, глядя на свою побледневшую подругу.

– Да, Верочка, все в порядке!

– Ты знаешь этого мужчину?

– Да, знаю!

– Ну тогда я пойду?

– Хорошо! Иди.

– До свидания!

– До свидания!

Верочка заторопилась к метро, по дороге она еще пару раз оглянулась, чтобы убедиться, что у подруги все в порядке.

– Хорошая у тебя подруга!

– Это так.

– Давай отойдем в более спокойное место.

Как только они скрылись в тени, Богдан обнял Алю и начал целовать.

– Как же я соскучился! Как же я соскучился по тебе, Аличка!

Она задыхалась от его морозных поцелуев.

– Богдан, как ты здесь оказался? Как ты нашел меня?

– Я приехал в Москву на три дня по делам бизнеса, завтра уезжаю. В Москве не так много частных медицинских колледжей. Я ждал тебя вчера вечером, но так и не дождался. Уже думал, что мы с тобой не увидимся.

– У меня вчера было только две пары, я ушла пораньше.

– Как же я рад, что мы встретились!

– Где ты остановился?

– В отеле «Рэдиссон Славянская» возле Киевского вокзала. Душа моя, поехали ко мне. Я завтра уезжаю. У нас есть одна ночь! Только одна ночь!

– Богдан, я не знаю. Что я скажу сыну?

– Любимая моя, дорогая, придумай что-нибудь! Этот вечер, эта ночь только наши!

Он крепко прижимал Алю к себе, целовал ее страстно, проникая языком глубоко в рот.

– Милая, милая моя! Я хочу тебя, безумно хочу тебя!

Аля даже мечтать не смела, что когда-то еще встретится с этим мужчиной. И вот он стоял перед ней, обнимал и целовал ее.

Судьба иногда делает людям подарки. Только нужно не бояться принять их. Принять без лишних сомнений и с благодарностью.

– Дорогая моя, позвони сыну, придумай что-нибудь!

– Хорошо!

Аля дрожащими руками набрала номер Данилы.

– Сыночек, привет! Мы сегодня с тетей Верой идем в театр, спектакль закончится поздно, я переночую у нее. Не переживай!

– Хорошо, мамочка! Хорошего тебе вечера!

– И тебе, сынок, хорошего вечера! Покорми Нику!

– Хорошо, мамочка, пока!

– Пока!

Богдан крепко прижал Алю к груди и замер на мгновение. Его знакомый запах, перемешанный с морозным декабрьским воздухом, бальзамом проникал в Алины легкие. Это был неповторимый, самый приятный запах на свете.

– Спасибо, дорогая! Пошли. Я сейчас возьму такси, и мы поедем в отель.

Он взял ошеломленную Алю за руку и повел за собой. Они вышли к шоссе. Богдан остановил такси, договорился с водителем, влюбленные сели на заднее сидение, и машина понесла их навстречу, пусть даже кратковременному, но все же счастью.

Разве есть на этой земле счастье большее, чем обладать любимой женщиной? Нет! Разве есть на этом свете счастье большее, чем до последней молекулы отдаваться любимому мужчине? Нет! Есть много других разновидностей счастья, но только нет счастья большего, чем взаимная любовь между мужчиной и женщиной!

И сегодня им суждено было это счастье пережить.

Богдану казалось чудом, что он сейчас целует озябшие Алины руки и согревает их своим дыханием.

– Прости меня, я боролся с этим чувством беспощадно, но оно оказалось сильнее меня. У меня так и не получилось забыть твои глаза! На эту встречу я мог бы послать своего заместителя, но разве я мог упустить возможность пусть хоть еще один раз поцеловать твою грудку? Ты вспоминала меня?

– Да! Но я совсем не надеялась на эту встречу!

– И все же я здесь! Пойми, дорогая, я ничего не могу тебе обещать, у меня семья, ребенок… Но у нас есть этот вечер, и он только наш, твой и мой!

– Я понимаю, ничего не нужно объяснять. Скажи, твой визит в Москву был удачным?

– Более чем! А если учесть, что я сейчас целую твои губы, то он просто сверхудачный!

За разговорами время пролетело мгновенно.

Машина остановилась у подъезда фешенебельного отеля. Богдан расплатился с водителем, подал Але руку и проводил ее в холл гостиницы.

Огромное помещение сверкало мрамором и яркими огнями. В центре стояла стильно украшенная елка, русская речь перемешивалась с английской, и Але на мгновение показалось, что она находится в дорогом заграничном отеле где-нибудь в Париже или Лондоне.

Влюбленные на современном лифте поднялись на пятый этаж. Богдан открыл входную дверь электронной картой-ключом.

У него был просторный одноместный номер с большой кроватью, укрытой серебристым шелковым покрывалом. Огромная плазменная панель занимала чуть ли не треть стены. На столе из натурального дуба стояли бутылка французского шампанского, два бокала и ваза со свежими тропическими фруктами: манго, бананами, виноградом и маракуйей. Дизайн номера был выдержан в бежево-серебристых тонах. На стенах висели акварели с изображениями зимних российских пейзажей.

Богдан помог Але снять шубку и разделся сам. Пока Аля осваивалась, он по телефону заказал ужин в номер.

– Аличка, я заказал ужин на свое усмотрение, ты не против?

– Конечно, нет! Как здесь у тебя красиво!

– Да, хороший номер! Ничем не уступает европейским. Ты замерзла?

– Немного.

– У меня есть предложение: давай примем теплую джакузи, но только вместе, – он смотрел на Алю и довольно улыбался.

– Вместе?! – немного удивилась Аля.

– А почему бы и нет? Разве мы не настолько с тобой близки?

– Хорошо!

Мужчина на минуту скрылся в ванной, совершил необходимые манипуляции и снова вернулся в комнату. Он отыскал канал классической музыки, открыл бутылку шампанского и до краев наполнил хрустальные бокалы.

– За тебя, моя ненаглядная!

– За нашу встречу, дорогой!

Шампанское разлилось по венам, вступило в реакцию с кровью и легко ударило в головы, отключая центры скромности и стыдливости.

Богдан подошел к Але, снял с нее пиджак, посадил на кровать и стал расстегивать сапоги. Он делал все медленно, как бы смакуя каждое движение. Сначала снял один сапог, потом другой, потом через плотные чулочки принялся гладить ее ножки и целовать колени, продвигаясь все выше и выше, медленно поднимая вверх узкую юбку-карандаш.

– О! А что это у нас за такие очаровательные панталончики?!

Он добрался до ее утепленного кружевного белья.

– Но у нас, чай, не Майями! – улыбнулась Аля.

– Ну конечно, конечно…

Он уверенно снимал с нее панталоны, добираясь до плотных трусиков, целуя при этом внутреннюю поверхность бедер.

Вот уже и трусики лежали рядом на кровати.

– Любимая, раздвинь ножки шире! Ты можешь прилечь.

Он аккуратно положил ее на спину.

– Может, сходим сначала в ванную?

– Потом! Я хочу вдохнуть твой естественный запах, моя розочка!

Богдан стоял на коленях и упивался ее женским ароматом. Он медленно раздвинул створки ракушки и лизнул клиторок, потом еще, еще, еще и вдруг начал быстро вибрировать языком.

– У-у-у! – замычала Аля.

Богдан усилил воздействие на сладострастную кнопочку, при этом он стал пальцем ласкать вход в пещерку. Еще! Еще! Еще!

– О! Нет! – Аля забилась в экстазе.

– Да, моя девочка! Да!

Богдан остался доволен результатом. Кажется, его лозунгом на сегодня стало: «Ни часа без оргазма!». А если учесть, что было только восемь часов вечера, то нетрудно догадаться, что сегодня он замахнулся на рекорд для милой Алички.

Пока Аля приходила в себя, Богдан разделся догола и надел одноразовые тапочки.

– Ты как, моя радость? Пришла в себя?

– Угу, – блаженно улыбнулась Аля.

Он сорвал цветок белой орхидеи, стоявшей в специальной вазе здесь же на столе, и вставил Але в волосы, чуть выше уха.

– Ты мое райское наслаждение!

Заботливо помог ей снять одежду, надел на ноги тапочки и препроводил в ванную комнату.

Перед Алиным взором предстала просторная ванная, отделанная темно-синей плиткой под мраморную крошку с вкраплениями стеклянных осколков, мерцающими под светом светильника.

– Как красиво! – в восхищении застыла Аля.

Потолок был стилизован под звездное небо, а светильник походил на полную луну. Сейчас это была их маленькая Галактика, их мир чувственных наслаждений.

В углу стояло белоснежное джакузи, доверху наполненное теплой водой с густой ароматной пеной на поверхности.

Богдан помог Але сесть в ванную и принес два бокала с шампанским.

– Подержи, дорогая!

Он запрограммировал джакузи на умеренный режим циркуляции воздушных пузырьков и сам устроился напротив Али.

Влюбленные расслабились в теплой ванной, миллионы мелких пузырьков ласкали их тела, а шампанское приятно туманило головы. Они вошли в состояние полной нирваны.

Богдан взял Алину руку и направил ее в область своей промежности. Его крепкий, огромный жезл ждал своей порции нежности. Да, природа этого мужчину наградила щедро!

– Милая, ты вспоминала его?

– Да разве забудешь такого? Ведь он у тебя просто мистер совершенство! Никогда не видела ничего подобного!

– Аличка, ты мне льстишь!

– Ни капельки!

– Тогда иди сюда!

Он поставил свой бокал рядом с джакузи, то же самое проделал и с Алиным. Развел ноги женщины и медленно притянул ее к себе. Пока Аля рукой ласкала его член, он покрывал поцелуями ее лицо и грудь.

– Мы можем сегодня этим заниматься в открытую?

– Да! У меня безопасный период!

– Отлично!

Богдан одной рукой взял Алину попку, а другой направил своего гиганта в ее пещерку.

– У-у-у! – застонала Аля.

Ее девочка успела забыть, что на свете существуют богатыри.

– Расслабься, милая!

Богдан медленно, но уверенно внедрялся в плоть любимой женщины. Аля закусила нижнюю губу и закрыла глаза.

– Вот так! Вот так!

Аля держала Богдана за шею и пыталась расслабиться. Теплая вода миллионами пузырьков помогала ей в этом. Полное вторжение Богдан решил оставить на потом, а сейчас он взял Алю за попку и начал ритмично и нежно насаживать ее пещерку на свой могучий жезл.

Аля медленно, но уверенно теряла связь с реальностью. Ее губы искали его губы, их дыхания смешались, а языки переплелись, как две змеи.

– Милый мой! Милый!

– Любимая моя! Ты меня любишь?

– Да! Да! Да!

Ее влагалище стало ритмично сокращаться, приветствуя своего завоевателя, пульсацией выбрасывая кровь по всему телу и мощной волной смывая последние искры рассудка, замещая их вспышками удовольствия. Аля немного отстранилась, замерла и осиновым листом затрепетала в сильных руках Богдана.

Он остановился на минуту, любуясь своей женщиной и дожидаясь, пока влагалище немного успокоится, а потом продолжил, наращивая темп.

Аля крепко ухватила его за плечи, немного запрокинула голову и широко раскрытыми глазами блуждала по звездному потолку. А он продолжал и продолжал.

Что-то среднее между вскриками и рычанием стало вырываться из женской груди, когда Богдан внедрился немного глубже и наполнил ее живительным теплом изнутри.

– Кохана моя! Зирка моя! Життя мое!

Аля нежно склонилась на его крепкую грудь, Богдан крепче прижал ее к себе. На какое-то время они покинули пределы земного измерения. Они плыли по реке запредельного блаженства, вместе и в никуда…

Богдан в себя пришел первым.

– Милая моя, как ты? Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо!

Богдан душем ополоснул себя, потом Алю. Вытер ее махровым полотенцем и укутал в мягкий белоснежный халат. Сам надел плавки и джинсы. Они прошли в комнату. Мужчина снял покрывало с постели и уложил Алю на кремовую атласную простыню. Сам лег рядом и нежно обнял свою возлюбленную.

Через какое-то время в дверь постучали. Богдан встал, открыл дверь, принял у официанта тележку с ранее заказанным ужином, расплатился и прикатил ее в комнату.

– Кушать подано! – весело доложил мужчина.

За три минуты он выставил все яства на стол.

– Прошу к столу, Аличка!

– Спасибо, дорогой!

На столе в красивом овальном блюде лежала стерлядь, фаршированная форелью, приготовленная на пару и искусно украшенная зеленью, лимоном, оливками и маслинами, с гарниром из припущенных овощей: спаржи, брокколи, цветной капусты, моркови и молодого картофеля. Соус сливочный с красной икрой был подан отдельно в фарфоровом соуснике. Бутылка французского белого сухого вина украшала стол. Красивая посуда, столовые приборы, хрустальные бокалы, льняные салфетки и штопор – все уже лежало на столе. А десерт из свежей клубники со взбитыми сливками, большой заварной чайник с мятным чаем и вазочка с шоколадными конфетами дожидались своего часа на тележке.

Богдан откупорил бутылку и разлил вино по бокалам.

– Приятного аппетита, моя прелесть!

– И тебе приятного аппетита!

Они звонко чокнулись и с аппетитом покушали. Стерлядь просто таяла во рту.

Они весело разговаривали о всяких отвлеченных вещах, как будто этот вечер и эта ночь будут длиться вечно, а завтра не наступит никогда…

– Как поживает Остап? – спросила Аля.

– Хорошо! Его издательский бизнес процветает. Появилось много новых писателей и поэтов. И часто они не ждут милостыни от издательств, а издаются сами. В этих же издательствах как – тебя не издают потому, что ты неизвестен, а неизвестен ты потому, что тебя не издают. В литературе, как и в жизни, выживают сильнейшие.

Вот и получается: сам напиши, сам издай книгу, сам ее донеси до читателя. Да еще и книга эта должна быть интересной читателю, а иначе все теряет смысл. И, может быть, потом, когда-нибудь, писателя заметят издатели и предложат гонорар, и он наконец-то полностью посвятит себя творчеству, не думая о хлебе насущном.

– Да, это так! Жизнь – очень противоречивая штука. Но то, что сейчас писатели и поэты могут свободно выражать свои мысли, взгляды и убеждения, – большой прогресс. Появилось много интересной и разноплановой литературы, на любой вкус. А за Остапа я рада.

– Я не буду рассказывать ему, что мы с тобой виделись.

– Почему?

– Боюсь, что это его расстроит по двум причинам. Во-первых, он сильно переживает за меня, боится, чтобы я не разрушил свою семью.

– А во-вторых?

– А во-вторых, ты ему очень сильно нравишься, и он мне будет элементарно завидовать. Да что там Остап? Я сам себе завидую!

– Да, все закручено похлеще, чем в современной литературе.

Они весело рассмеялись.

– Приляг на постель, отдохни, ты сегодня устала.

– Хорошо!

Аля прилегла на высокие подушки. Богдан поднес ей вазочку с клубникой и сливками.

– А ты помнишь клубнику в Ялте?

– Конечно!

– Эта не такая вкусная, но все же!

Он развязал пояс у халата, обнажая Алину грудь и живот.

Богдан взял ягоду, макнул ее во взбитые сливки и провел по Алиным губам. Она томно откусила кусочек. Богдан снял сливки с Алиных губ нежным поцелуем. Потом снова макнул ягоду в сливки и круговыми движениями смазал Алины сосочки, которые напряглись и превратились в две маленькие розовые бусинки.

Мужчина проделал дорожку по центру живота до самого его низа.

– Ты мой вкусненький тортик!

С этими словами Богдан принялся слизывать сливки с Алиного тела, даря своей женщине море нежности. Дойдя до низа живота, он взял клубничку и начал ею нежно водить по клитору, потом намазал жемчужинку сливками и стал вылизывать ее. Он лизал сначала нежно, потом стал наращивать усилие, пока Аля не начала постанывать.

Богдан остановился, разделся, намазал конец своего достаточно эрегированного члена сливками и поднес его к Алиным губам.

Аля взяла в руки его толстый стержень и принялась медленно облизывать. Это было самое вкусное эскимо, которое она когда-либо пробовала в жизни. Облизав верхушку, она впустила это чудо в ротик так глубоко, насколько могла себе позволить.

Богдан задвигал тазом, придерживая Алю за голову.

– О! Да-а-а! Супер!

Мужчина даже прикрыл глаза от удовольствия.

– Зачекай, кохана моя!

Он снял с Али халат, поставил ее на четвереньки и медленно вошел в пещерку, держась за ее круглые бедра.

– У-у-ух! – выдохнула женщина.

На этот раз Богдан продвинулся еще дальше. Его целью было приручить Алино влагалище, но никак не причинить ей боль.

Мужчина совершал медленные ритмичные проникновения, позволяя женской плоти подстроиться под его большой размер. Влагалище немного сопротивлялось, чем еще больше раззадоривало член. В какой-то момент оно сдалось и пало перед непреклонным натиском завоевателя, впустило его полностью в свои владения, открывая все потайные уголки.

Аля бессознательно вскрикивала и комкала бежевый атлас. Богдан был почти на грани, но удерживал ситуацию под контролем. Ему сейчас хотелось, как Тарзану, издавать ликующие крики, но вряд ли это поняли бы постояльцы отеля. Влюбленные вошли в первобытное состояние, они прикоснулись к первоисточникам страсти. В такое состояние впадали наши далекие предки в момент зачатия новой жизни.

Аля первой сошла с дистанции. Она вскрикнула и практически отключилась. Богдан продержался еще минут пять и оросил внутренности любимой живительной спермой. Он нежно положил Алю на постель, прикрыл невесомым одеялом, лег рядом, и они погрузились в безвременье.

Часа в четыре утра Аля почувствовала его порхающие поцелуи на своем животе и нежные поглаживания груди. В ответ она погладила Богдана по волосам.

– Здравствуй, моя русалочка! Я хочу тебя!

Это был непрекращающийся голод: чем больше он обладал этой женщиной, тем больше ее хотел! Богдан полностью поглотил бы Алю, если б смог. Он припадал к ее губам, она отвечала на его поцелуи. Пока губы говорили о любви, руки ласкали интимные места друг друга. Новая волна сладострастия стала накатывать на их сознание.

Богдан встал на колени между ног Али, положил ее ноги к себе на плечи и уверенно вошел в ее плоть. Пещерка приняла богатыря благосклонно, она вспомнила его и готова была принадлежать ему снова и снова. Он проникал в нее до самого дна женской сути, без суеты, уверенно, нежно.

Алино женское Я соединилось с мужским Эго Богдана. На какое-то мгновение они слились воедино и растворились друг в друге. Объединенная энергетика покинула их физические оболочки и унесла души в галактические просторы.

Там, за границей бытия,

На перекрестке двух миров

Соединились Ты и Я

По повелению Богов.

Слились навеки две судьбы,

Сердца забились в унисон.

Коснулся ты моей руки,

Стал явью нереальный сон.

И крылья обрели тела,

Вмиг оторвались от земли,

Любовь блаженство им дала,

Их к звездам чувства унесли!

Пережив такое однажды, не забудешь никогда и не спутаешь ни с чем другим. Алин оргазм растянулся во времени, он уже был не на уровне физиологии, а на уровне духовного состояния. Такое можно пережить, только когда любишь и любим!

Их блаженное состояние стремилось к бесконечности, но оно не могло быть бесконечным, так как человеческий организм не приспособлен к таким перегрузкам. Поэтому Богдан бурно кончил, поставив жирную точку в ночном действии под названием «Любовь».

Влюбленные провалились в утренний сон, который являлся гарантом их возвращения в реальность.

Зачем звенят будильники?! Почему они вечно трезвонят не вовремя, когда ты больше всего не хочешь этого и меньше всего ждешь!

Ровно в восемь часов прозвенел Алин будильник. Сегодня ей нужно было успеть ко второй паре. Она попыталась встать, но не смогла. Крепкие руки Богдана прижимали ее к мужской груди.

– Не уходи, – прошептал он.

– Надо, Федя, надо…

– Я не хочу расставаться с тобой.

– И я не хочу, но работа есть работа.

Аля медленно выбралась из его объятий, приняла душ, привела себя в порядок.

Перед Богданом снова стояла строгая преподавательница русского языка и литературы Альбина Сергеевна.

– Ну почему ты такая красивая?

– Потому что ты влюблен в меня!

– Как я буду жить без тебя?

– Ты будешь жить с воспоминаниями обо мне! Я всегда незримо буду присутствовать в твоей жизни.

– Мы еще увидимся?

– Нет! Если ты еще раз приедешь ко мне, я за себя не ручаюсь. И за целостность твоей жизни я тоже не ручаюсь. Мне и сейчас уже хочется все крушить!

– Я закажу тебе кофе!

– Лучше вызови такси.

Он вызвал такси. Оделся, чтобы проводить Алю. Достал из сумки продолговатую красную бархатную коробочку, извлек из нее увесистый браслет, изготовленный из пластин белого и желтого золота.

– Аличка, это тебе подарок на память о нашей встрече!

Она не стала прекословить, а только протянула ему руку.

– Спасибо! Это лишнее, но разве ты станешь слушать? Эту встречу я и так не забуду никогда!

– Я люблю тебя! Помни об этом!

– Я буду помнить! И ты помни меня!

В это время зазвонил телефон. Машина ждала у подъезда отеля.

Богдан помог Але одеться, оделся сам. В лифте он молча прижал ее к своей груди. Договорился с водителем. На прощание поцеловал Алю в губы. Посадил ее в такси.

– Будь счастлива!

– Будь счастлив! Поехали!

Машина тронулась с места, унося Алю в повседневную жизнь. Богдан неподвижно стоял, пока машина не скрылась из виду. Потом, ссутулившись, поднялся в свой номер. Ему нужно было собраться в обратный путь, через несколько часов скорый поезд отбывал в Киев.

Аля держалась до последнего, но когда машина отъехала, слезы градом полились из ее глаз. Она всхлипывала и давилась соленой влагой.

– Женщина, что с вами?! – заволновался водитель.

– Ничего, извините, я сейчас успокоюсь.

При этом она еще сильнее разрыдалась, вытирая распухшее лицо одноразовыми салфетками.

Водитель остановился возле «Макдоналдса», купил большой стакан кофе и принес его Але.

– Как вас зовут?

– Аля.

– Выпейте, Аля, и успокойтесь. Жизнь – она такая штука, все сама расставит на свои места.

– Спасибо! – она взяла кофе трясущимися руками.

Горячий ароматный напиток немного успокоил ее. Виды предновогодней Москвы ввели в состояние прострации. Сейчас самым лучшим было ни о чем не думать, просто жить, выполнять свои обязанности и ни о чем не думать.

Через двадцать минут машина остановилась возле ворот колледжа.

– С наступающим вас Новым годом, Аля!

– И вам тоже всего хорошего! Спасибо за все!

– Не за что!

Водитель поехал на очередной вызов, а Аля направилась в свое, уже ставшее родным, учебное заведение. В холле она встретила Верочку.

– Аля, здравствуй! Что с тобой, почему у тебя красные глаза?

– Здравствуй! Наверное, я немного простыла.

– Ну что же ты так! Прими обязательно «Тера флю». У тебя есть?

– Нет.

Верочка порылась в сумочке и достала пакетик растворимого «Терафлю-экстра, яблоко с корицей».

– Выпей прямо сейчас с чаем.

– Хорошо! Спасибо, дорогая!

– Что это вчера был за мужчина, красивый такой?

– Мой знакомый.

– Просто знакомый?

– Да!

– Ну ладно, вижу, тебе сейчас не до разговоров. Иди скорее в буфет, выпей препарат. А мне еще нужно подготовиться к уроку. Химия, она любит, когда теория подтверждается опытами, не зря же меня учащиеся Колбой зовут.

– Верочка, какая же ты хорошая!

– Знаю, знаю, только мало кто это ценит!

– Ну почему же, я ценю! И люблю тебя!

– И я тебя люблю! Выздоравливай скорее!

– Удачи тебе, дорогая!

– Удачи!

Хорошо, что сегодня ученики писали сочинение, тема которого была: «Мой любимый герой романа „Война и мир“». Ребята судорожно листали труды русских критиков и сокращенную версию романа, распечатанную из Интернета. Аля закрывала на это глаза.

Пусть они знают, что есть такое гениальное творение Льва Толстого, а глубину его постигнут, когда станут взрослее, если захотят и если все же когда-то прочитают его полностью.

На улице монотонно кружили снежинки. Аля задумчиво смотрела в окно. У нее есть сын, мама, Верочка, колледж, Москва, ее друг. Может, все это и перевесит одну ночь, проведенную с Богданом! Она надеялась, что перевесит…

Глава 8

Квартет

Богдан пролетел яркой кометой по жизненному небосклону Али. Его визит, как полет космического тела, был так же внезапен, так же ярок и так же краток.

Аля на мгновение соприкоснулась с таинством любви и ее великой силой. Только с этим мужчиной она смогла преодолеть земное притяжение.

Сейчас ее главной задачей было не впадать в безумие, не позволить себе поверить в то, что у этой истории может быть продолжение и красивый конец. А как же хотелось!

Поэтому, когда Евгений пригласил ее в гостиницу на предпраздничный ужин, она не задумываясь ответила: «Да!».

Возьмите мое ненасытное тело.

Ласкайте, лижите его, целуйте!

Пускай без любви, ну и что за дело?

Вы только влеченье к нему задуйте!

Скорее меня опустите на землю!

Отдамся любому, кто мало-мальски…

Сейчас рассуждениям здравым не внемлю,

Мурлыча и тая от ложной ласки!

Быть может, чужие горячие руки

В растерзанном сердце загладят любовь,

Помогут забыть расставания муки.

Нельзя возвратить, что потеряно вновь…

До Нового года оставалось меньше недели. Москва приукрасилась новогодними елками и праздничной иллюминацией.

Запад встретил Рождество, и праздничное настроение передалось Востоку. Земля, по большому счету, не такая уж и огромная, а с внедрением в жизнь мобильной связи и Интернета она и вообще вдруг стала маленькой, общей для всех людей.

Это руководители государств что-то там еще противопоставляли друг другу. А жители планеты уже вовсю дружили, любили, ездили в гости и радовались праздникам своих соседей.

Встреча была назначена на девятнадцать часов. У Али было две пары. Она пришла домой пораньше. Сегодня ей хотелось выглядеть сногсшибательной красавицей. Она приняла ванну с розовым маслом, вытерлась махровым полотенцем и нанесла на тело легкий увлажняющий гель. Лицо смазала кремом, изготовленным на основе нанотехнологий, выпила ромашковый чай и прилегла отдохнуть на тридцать минут.

Вечерний макияж рассчитан на искусственное освещение, поэтому его допускается делать более ярким. Аля нанесла на лицо светлый тональный крем с облегченной текстурой, немного припудрила носик и щеки.

Потом двумя взмахами кисточки наложила на скулы нежно-розовые румяна, подправила форму бровей светло-коричневым карандашом, а глаза подвела бирюзовым, на верхние веки нанесла легкие изумрудно-перламутровые тени, слегка подкрасила ресницы, вытягивая их кверху, губы обвела темно-розовым контуром и покрыла розовой стойкой помадой. Тщательно расчесала волосы, встряхнула рыжей гривой, нанесла на ладони гель для блеска волос и зафиксировала им локоны.

Аля знала, что изумрудный – это ее цвет. Она надела яркое кружевное белье, тонкие светло-коричневые чулки с ажурными резинками, удлиненное темно-зеленое шелковое платье с рукавами в три четверти, с глубоким овальным декольте и отрезное по талии, изумрудные лакированные туфли-лодочки она завернула в пакет и положила в сумочку. Из украшений она выбрала сережки и кольцо с изумрудами, браслет – подарок Богдана, а на шею нитку крупного натурального жемчуга, подарок бывшего мужа Никиты.

Аля посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна результатом. Перед ней стояла взрослая красивая женщина с пронзительно зелеными умными глазами, высокой белой грудью и соблазнительными бедрами. Правда, в глазах появилась легкая грустинка, но она совсем ее не портила, а наоборот, придавала загадочности. Каждая женщина к сорока годам пережила первые серьезные потери и разочарования, и неоправданно было бы ожидать от нее беззаботного девичьего блеска в глазах.

Аля надела сапоги, шубку, берет и уверенной походкой направилась к метро. Гостиница находилась в центре, а предпраздничная столица задыхалась в пробках, поэтому метро было самым разумным вариантом.

В восемнадцать тридцать Аля вышла из метро «Белорусская кольцевая». На выходе ее ждал Евгений.

– Привет, моя прелесть!

– Привет!

– Как твое настроение?

– Хорошее!

– Отлично! Здесь пятнадцать минут пешком. Возьмем такси или пройдемся?

– Давай пройдемся, сегодня не очень холодно.

– Хорошо!

Евгений предложил Але свою руку. Она с удовольствием оперлась на его локоть, и они пошли к гостинице «Шератон Палас», которая располагалась на Тверской улице.

– Аличка, ты не будешь возражать, если мы этот вечер проведем с Владимиром и Наталией? Мне показалось, что они тебе нравятся.

– Нет! Я не буду возражать. Они славные ребята.

– Вот и хорошо!

Легкий морозец щипал за щеки, рядом шел красивый, галантный мужчина, и Але было хорошо с ним. Нет! Это было совсем не то чувство, которое она испытывала к Богдану. Просто симпатия, просто уважение, просто сексуальное влечение, просто они были нужны друг другу и, что скрывать, просто они устраивали друг друга.

Отель «Шератон Палас» встретил гостей ярко освещенным холлом и огромной, украшенной на европейский манер, елкой. Евгений проводил Алю к лифту.

– Нам на седьмой.

Они поднялись на нужный этаж, прошлись по коридору и постучали в 705-й номер.

Дверь открыл Владимир.

– Привет! С наступающим Новым годом!

– Привет! Взаимно!

Друзья расцеловались. Из глубины номера выплыла Наталия в элегантном синем платье в пол.

Владимир помог Але раздеться, повесил в шкаф ее шубку, расстегнул сапоги. Аля надела туфли и поправила прическу. Мужчины были при костюмах и галстуках. Этой четверке сейчас бы в Канны на красную ковровую дорожку, а они уединились в номере отеля, чтобы насладиться обществом друг друга. И какое им было дело до того, что сейчас творится за стенами этого отеля!

Владимир с Наталией времени зря не теряли. Стол был искусно сервирован: бутылкой шампанского «Асти Мандоро», высокими хрустальными бокалами, блюдом с разнообразными канапе, плоской тарелкой с валованами из слоеного теста, доверху наполненными красной икрой, вазой с мандаринами, бананами и свежей клубникой, коробкой швейцарских шоколадных конфет.

Владимир открыл шампанское и доверху наполнил им бокалы.

– С наступающим вас Новым годом, мои дорогие друзья! Всем желаю крепкого здоровья! А нашим обворожительным женщинам – оставаться такими же ослепительно красивыми! А тебе, Евгений, успехов в научной и сексуальной жизни!

– Спасибо! И тебе, Владимир, того же самого!

Друзья звонко чокнулись и до дна осушили бокалы. Разговор оживился. Как по мановению волшебной палочки на столе появилась вторая бутылка шампанского. Владимир отыскал по телевизору музыкальный канал и включил его громче.

Владимир открыл бутылку и снова наполнил бокалы. Евгений произнес тост:

– Дорогие мои друзья! Давайте поблагодарим уходящий год за все хорошее, что он нам подарил, а все плохое расценим и примем как полезный жизненный опыт. Давайте выпьем за то, чтобы в новом году было больше любви и меньше потерь и разочарований! Ура!

– Ура! Ура! Ура!

Они снова выпили и расцеловали друг друга. Номер был просторный, музыка громкая, настроение хорошее, хотелось плясать и веселиться.

Они танцевали сначала быстрые танцы, потом перешли к медленным. Женщины своим обворожительным видом и тонким ароматом духов будоражили мужское воображение. Евгений целовал Алю, не обращая внимания на присутствие друзей. Владимир с Наталией вели себя подобным образом. Атмосфера в номере накалялась. Сексуальное желание грозовым облаком повисло под потолком и готово было разразиться громом и молниями.

Владимир откупорил третью бутылку шампанского. Друзья выпили под звон бокалов, желая друг другу всего самого хорошего в наступающем Новом году.

– Аля! До чего же ты хороша, чертовка! Хочу тебя! – провозгласила Наталия и полезла целоваться.

На этот раз Аля не стала ее отталкивать. Она была достаточно пьяна для того, чтобы поучаствовать в сексуальных экспериментах. Шампанское, музыка, приподнятое настроение, приятные люди – чего еще нужно, чтобы попробовать что-то новое?

Аля обняла Наталию и томно ответила на ее поцелуй.

– О-о-о! – не ожидала такого поворота событий Наталия. – Побалуем наших мальчиков клубничкой?

– А почему бы и нет?! – вдруг стала смелой Аля.

– Мужчины, помогите дамам раздеться! – скомандовала Наталия.

– Как пожелаете! – обрадовался Владимир.

Евгений тоже поддержал игру. Он медленно расстегнул молнию и помог Але снять платье. Аля осталась только в кружевном белье, чулочках и туфлях, сразив всех наповал своими формами.

Владимир помог снять платье Наталии. Ее спортивное подтянутое тело было достойно Алиных форм.

Наталия взяла крупную клубнику, макнула ее в шампанское и провела ягодой по Алиным губам. Аля откусила кусочек, ее губы увлажнились клубничным соком. Наталия нежно поцеловала подругу в губы, при этом расстегивая застежку на Алином бюстгальтере и выпуская ее упругую белоснежную грудь на волю. Наталия проделала дорожку из нежных поцелуев вниз по Алиной шее и припала к ее розовым сосочкам. Аля не осталась в долгу, она отодвинула трусики подруги и средним пальцем принялась ласкать ее клитор.

Мужчины замерли как вкопанные. Они видели такое в эротических фильмах, на фото в Интернете, но уж никак не ожидали увидеть подобное вживую.

Женщины переместились на постель. Стоя друг перед другом на коленях, они соревновались в изысканности ласк. Аля сняла бюстгальтер подруги и бросила его Владимиру. Мужчины, глядя на то, как две красивые женщины ласкают друг друга, не сговариваясь, стали освобождаться от одежд.

Наталия положила Алю на спину и принялась нежно целовать ей живот, опускаясь все ниже и ниже. Вот уже и Алины трусики полетели по направлению к Евгению. Он ловко уловил их, поцеловал и отложил в сторону.

Наталия развела Алины ноги, встала между ними на колени и жадно припала к ее жемчужинке. Наталия грациозно выгнула спину и соблазнительно оттопырила попку в сторону Евгения. Он медленно снял ее трусики и принялся гладить и целовать ягодицы.

Владимир опустился на колени перед Алей, повернул, приподнял ей голову и погрузил своего птенчика в ее горячий ротик.

Он и мечтать не смел, что еще когда-то испытает подобное блаженство! Одной рукой он придерживал Алину голову, а другой ласкал ее грудь.

Евгений не в силах был наблюдать больше за происходящим, он надел презерватив и вошел в Натальины недра, придерживая ее за бедра.

Все четверо погрузились в пучину удовольствия. Их запахи перемешались, тела напряглись в предвкушении оргазма. Первыми с дистанции сошли Владимир и Наталия. Владимир облил спермой всю Алину грудь, а Наталия вдруг прекратила ласкать Алину пещерку, вскрикнула и затрепетала в руках Евгения.

Евгений вынул член из Натальиного влагалища, снял презерватив и вошел в Алину пещерку, положив ее ножки в чулочках к себе на плечи. Аля была хорошо знакома с его мальчиком и всегда была ему рада. Но на этот раз свидание с членом продлилось недолго.

– О да-а-а! – простонала она, ловя за хвост красивый оргазм и от удовольствия закрывая глаза.

Сокращения Алиной пещерки были сигналом для члена мужчины, что, мол, и он тоже может испытать удовольствие. Евгений вынул свой ствол и смачно разрядил его на Алин животик.

Наталия потянулась за салфетками и помогла Але вытереть тело, а Владимир снова наполнил бокалы.

– Ну что, дорогие мои, давайте выпьем за секс! Чтобы его всегда было достаточно в нашей жизни!

Возражений не последовало. Секс – вещь хорошая, почему бы за него и не выпить.

Друзья чокнулись, полулежа разместились на подушках и принялись смаковать игристую жидкость, закусывая клубникой и шоколадными конфетами.

Аля прильнула к груди Евгения, она нежно гладила его живот и целовала сосочки, а он гладил ее по волосам. Наталия смиренно положила голову на плечо Владимира и ублажала его птенчика, а он время от времени целовал ее в губы.

Хорошо, что этот день был предновогодней пятницей, мужчины могли свой поздний приход домой и не совсем трезвое состояние списать на праздничный корпоратив.

Владимир включил торжественную музыку. Мужчины заговорщически переглянулись.

– Дорогие дамы, мы вас покинем на минутку.

Они вышли в коридор, немного там пошуршали и вернулись с загадочным видом.

– Милые наши подруги, позвольте вас поздравить с наступающим Новым годом и подарить подарки!

Евгений протянул Але, а Владимир Наталии маленькие коробочки в золотых упаковках, перевязанные красными ленточками.

– Спасибо!

– Спасибо!

Женщины переглянулись и стали разматывать подарки.

Сняв упаковку, каждая из них увидела темно-синюю бархатную коробочку. Аля открыла свою и замерла от восторга: на нее смотрела шикарная подвеска, под стать ее сережкам, с изумрудом в обрамлении мелких бриллиантов на цепочке из желтого золота.

Наталия открыла свою коробочку.

– Вау! – она не смогла удержаться от ликующего возгласа.

В коробочке она обнаружила шикарное кольцо из белого золота с овальным сапфиром в россыпи мелких бриллиантов.

– Женя, огромное тебе спасибо!

– Володя, я в шоке! Ничего красивее не видела! Спасибо, дорогой! У меня тоже для тебя есть подарок!

Наталия достала из сумочки черную бархатную коробочку и протянула ее Владимиру.

– С наступающим Новым годом, мой дорогой друг!

Владимир открыл коробку и увидел изумительной красоты серебряные запонки.

– Спасибо, Наташенька, приятно!

– Ну, теперь мой выход!

Аля достала из своей сумки серебристый подарочный пакет и со словами поздравления протянула его Евгению.

– Спасибо! – как ребенок обрадовался Евгений.

Он достал из пакета светло-серый галстук от-кутюр из натурального шелка в фирменной прозрачной упаковке.

– Спасибо, милая! – Евгений нежно поцеловал Алю в губы.

– Ну вот! Дедушка Мороз посетил и наше собрание! Спасибо ему за подарки! А сейчас праздник продолжается! Ура!

Владимир наполнил бокалы шампанским. Мужчины выпили залпом, а их подруги только пригубили напиток и закусили мандаринами. Женщины сразу надели на себя украшения, что сделало их еще более привлекательными, мужчины свои подарки отложили в сторону.

Аля и Наталия как по команде присели перед своими кавалерами и взяли в ротики их слегка поникших мальчиков.

Мужчины прикрыли глаза и поплыли по реке наслаждения. Наталия иногда поглядывала на Алю. Ей нравилось наблюдать, как эта женщина делает минет своему партнеру.

Когда мальчики достаточно взбодрились, Наталия предложила всем переместиться на постель. Она решила взять на себя обязанности распорядителя этого акта. Никто не возражал.

Женщина жестом предложила Евгению лечь на спину, а Але оседлать его резвого скакуна. Она страстно поцеловала Алю в губы, лаская ее клитор мягкими пальчиками. Владимир сам догадался, что ему нужно делать. Он наклонил Алю, смазал слюной ее анальное отверстьице и нежно вошел в заветную дырочку.

Наталия стала на четвереньки так, что ее девочка оказалась на уровне лица Евгения, а упругая попка перед Алиным лицом.

Владимир стал совершать ритмичные проникновения, задавая темп коллективному соитию, Евгений лизать Натальину вагину, уделяя особое внимание клитору. А Але ничего не осталось, как ласкать язычком женский анус.

Все смешалось: руки, ноги, губы, гениталии, стоны, вздохи, всхлипы, вскрики, запахи: смазки, женских духов и мужского пота. Это действие превратилось в коктейль коллективной страсти. Каждый получал максимум удовольствия. Когда Наталия достаточно насладилась, она переместилась на роль зрителя, при этом оставляя свой клитор в зоне досягаемости Евгения. Ей хотелось посмотреть, как Аля кончает.

Чтобы ускорить процесс, она снова положила пальчик на Алин клиторок, а сама впилась ей в губы, перекрывая кислород.

Через несколько секунд у Али поплыли радужные круги перед глазами, и она испытала умопомрачительный оргазм, практически закончив акт вместе с Владимиром.

Наталия нежно поцеловала Алины губы, жестом предлагая им с Владимиром занять места зрителей. Она жадно облизала член Евгения, поглощая коктейль из жизненных соков этой пары, взгромоздилась сама на все еще крепкий член Евгения и яростно задвигала бедрами, самостоятельно лаская свой клитор.

Бедный Евгений, он держался как мог, чтобы не кончить прямо в Наталию, что совсем не входило в его планы. Когда Наталия вскрикнула и обмякла, он аккуратно снял ее со своего члена, одними взглядом предлагая Але помочь ему перейти в другое измерение. Аля встала между его ног, крепко обхватила губками горячий член и стала совершать ритмичные движения. Ровно через три минуты возбужденный до предела Евгений выстрелил ей в рот ощутимой порцией теплой спермы. Аля выпрямилась в раздумьях глотать или нет его нектар.

– Поделись! – перехватила инициативу Наталия и прильнула к Алиным губам.

Але ничего не оставалось делать, кроме как поделиться с подругой живительным соком. Мужчины с замиранием сердца смотрели на эту сюрреалистическую картину. Две неземные красавицы делятся мужской спермой во время проникновенного поцелуя, лаская груди и гениталии друг друга.

Ах! Сюда бы Сальвадора Дали, он бы точно углядел в этой сцене сюжет для одной из своих фантастических картин.

Нацеловавшись, женщины прилегли на подушки. Владимир, как всегда вовремя, подоспел с шампанским и шоколадом.

Эта встреча превратилась в сплошную нирвану. Но, к сожалению, ничто не длится вечно, тем более что мужчины по большому счету были взяты взаймы у их жен.

В полночь фантастический дворец страсти снова превратился в дорогой номер отеля «Шератон Палас», женщины, после посещения ванной комнаты, из обнаженных див – в строгих красавиц в дорогих вечерних платьях и мужчины, после того же ритуала, из сексуальных мачо – в успешных ученых при костюмах и галстуках.

Мужчины вызвали такси. Друзья тепло попрощались, еще раз поздравили друг друга с наступающим праздником. Евгений, как всегда, поехал вместе с Алей.

Он нежно обнял ее, разместив свою горячую руку между ее ножек.

– Милая моя, тебе понравилось?

– О да! Это было необыкновенно!

– Я рад! До чего же вы с Наталией были хороши!

– Да, она горячая штучка!

– Должен тебе заметить, что и ты тоже!

– Угу! Чего ты хочешь от пьяных женщин?!

– Ну-ну!

Они весело рассмеялись.

– Приехали! Ясенево, – доложил водитель.

– Спасибо! До свидания, дорогой!

– Спокойной ночи, милая!

Аля слегка неуверенной походкой направилась к своему подъезду. Открыла электронным ключом входную дверь. Поднялась на свой этаж и зашла в квартиру.

Навстречу ей вышла голодная Ника.

– Мяу! Мяу! Мяу! – она стала обиженно тереться об Алины ноги.

– Ну извини, киса, хозяйка твоя немного загуляла.

Она насыпала кошке корма, разделась, очистила лицо от макияжа, почистила зубы и легла в постель. Через пять минут раздался шорох в коридоре.

– Данька, это ты?

– Я, мам!

– Как прошла вечеринка?

– Классно, мам!

– Спокойной ночи, сынок!

– Спокойной ночи, мам!

Сытая Ника довольно поглядывала на Данилу, умывая мордочку. Наконец-то все дома, можно спокойно идти спать.

Глава 9

Новый год

В преддверии Нового года каждый получает массу подарков и приятных поздравлений от родных и близких людей.

Тридцатого декабря в колледже шла зачетная неделя. Большинство учащихся уже получили необходимые оценки и уехали домой на праздники.

На сегодня в буфете колледжа была запланирована вечеринка для преподавателей. Аля сидела в своем кабинете, подводя итоги первого полугодия, и в целом была довольна результатами. Ребята ей достались смышленые и любознательные. Медработник, как никто другой, должен быть интеллигентным человеком, а без глубокого знания литературы об этом даже не может быть речи.

Литература – это квинтэссенция народной мудрости и знаний. Выжимка всего полезного, что накопило человечество за долгие годы своего проживания на Земле.

Аля сидела и размышляла о высоком, когда в ее кабинет постучали.

– Войдите!

Дверь открыл молодой охранник Денис. Впереди себя он нес большую корзину с розами.

– Это передали вам, Альбина Сергеевна!

– Спасибо, Денис! А от кого это?

– Я не знаю. Зашел курьер и попросил, чтобы цветы передали вам.

– Спасибо! А вот здесь конвертик лежит, сейчас посмотрим.

Аля открыла белоснежный конвертик, в нем лежала новогодняя открытка, на вложенном в нее листочке было напечатано: «С любовью из Киева!».

– Все понятно! – улыбнулась Аля. – Это от друга.

– Хорошие у вас друзья, Альбина Сергеевна!

– Что верно то верно, Денис. Спасибо!

Денис откланялся и пошел выполнять свои прямые обязанности, а именно охранять территорию колледжа.

Аля немного загрустила. Здесь вошла Верочка.

– Ба! А что это у нас за красота такая? Это не от того ли высокого красавца?

– От того, Верочка!

– Ничего не говори, скажи только одно: ты любишь его?

– Да!

– И что? Все так плохо?

– Хуже не бывает, он женат.

– Д-а-а! Тяжелый случай! Как его зовут?

– Богдан.

– Это с которым ты познакомилась в Ялте?

– Да, это он. Но прошу тебя, Верочка, давай больше не будем об этом, а то я расплачусь.

– Хорошо! Не будем! Только не расстраивайся. И вообще, у нас сегодня маленький корпоративчик, настроение должно быть хорошее, пошли в буфет, поможем накрывать столы.

– Пошли!

Женщины пошли на первый этаж в буфет помогать буфетчице Любочке накрывать праздничный стол. Ровно в шестнадцать часов огромный стол был накрыт. Преподаватели проводили всех учащихся из колледжа и собрались в украшенном мишурой и воздушными шарами буфете. Педагогический состав был разношерстный, в основном женский, возрастной диапазон – от двадцати пяти до семидесяти лет. Но все это были хорошие интеллигентные люди, так как плохие здесь просто не приживались.

Сергей Николаевич включил музыкальный центр и зажег гирлянды на елке. Пахло мандаринами и вкусной едой.

Дверь буфета распахнулась, и на пороге появился Инвар Рашидович в образе Деда Мороза. Все весело, по-детски зааплодировали. Ведь Новый год – это тот праздник, когда всем хочется быть детьми и верить в чудо.

Дед Мороз доставал из мешка подарки. Женщинам он дарил французские духи, а мужчинам бутылки дорогого коньяка, и тем и другим он вручал синие конвертики с денежной премией. Такие щедрые подарки еще больше подняли настроение коллектива.

– А сейчас за стол, мои дорогие, – скомандовал Инвар Рашидович, снимая наряд Деда Мороза.

Праздник начался. Тосты, звон бокалов, танцы, смех, викторины. К девяти часам вечера все сытые, пьяные и веселые разошлись по домам. Праздник в родном заведении удался!

– Верочка, с наступающим тебя! Счастья тебе и твоим близким! – Аля протянула ей кожаные перчатки в подарочной упаковке.

– И ты будь счастлива, дорогая подруга! И пусть в новом году ты встретишь своего мужчину и создашь с ним семью. Ты, как никто другой, достойна этого. А это тебе, чтобы была еще красивее.

Верочка подарила подруге набор для SPA-процедур с солями Мертвого моря.

Женщины расцеловались, дошли до метро и распрощались до следующего года.

Тридцать первого декабря Аля первым делом хорошо выспалась, потом позвонила любимой мамочке и поздравила ее с наступающим Новым годом. Даниле она подарила современный планшет, а Нике красный ошейник от блох. Данила подарил ей красивый махровый халат и мягкие домашние тапочки.

Пришли СМС с поздравлениями от Евгения, Владимира и Наталии.

Аля хлопотала на кухне, когда мобильник сообщил о приходе еще одной СМС: «Любимая Аля, поздравляю тебя с наступающим Новым годом! Желаю крепкого здоровья, счастья и любви! Целую! Геннадий».

У Али как-то сладко сжалось сердце. Именно этот мужчина открыл ей дверь в мир чувственных наслаждений. Она немедля ответила: «Дорогой Геннадий! Позволь и мне поздравить тебя с наступающим Новым годом и пожелать крепкого здоровья, семейного благополучия, серьезных научных открытий! Спасибо за все, что между нами было! Аля».

Ровно в полдвенадцатого Данила и Аля сидели за накрытым столом. На столе дымилась золотистая утка, фаршированная яблоками, стояли салат греческий, ваза с фруктами, торт «Птичье молоко», графин с клубничным напитком и бутылка шампанского. Рядом на диване с многозначительным видом сидела британка Ника в красном ошейнике. В углу разноцветными огнями сверкала елка.

Старый год по традиции Аля с сыном проводили компотом. А без пяти минут двенадцать Данила открыл бутылку, наполнил доверху бокалы, и они с замиранием сердца слушали поздравление президента.

Вот и самый торжественный момент – бой московских курантов!

Мать с сыном пили шампанское, и каждый, прикрыв глаза, загадывал свои желания.

Желания Али были стары как мир: чтобы сын был здоров, счастлив и хорошо сдал сессии, чтобы мамочка не болела и жила долго-долго, чтобы у Верочки было все хорошо в жизни, чтобы все ее друзья и близкие люди были здоровы и счастливы, чтобы у Богдана все складывалось и чтобы она встретила своего мужчину!

– С Новым годом, мамочка!

– С Новым годом, сынок!

У Данилы зазвонил телефон.

– Спасибо, папа! И тебя с Новым годом! У нас все хорошо. Спасибо!

Утка получилась ароматной и сочной, праздник семейным, со сверкающей елкой и запахом мандаринов. Данила в час ночи пошел к своим школьным товарищам, а Аля, укрывшись пледом, немного посмотрела телевизор.

– Ну что, Ника, пошли спать?

– Мур-р-р! – ответила кошка, семеня за своей любимой хозяйкой.

Глава 10

Возрождение

Отгремели новогодние праздники, а за ними и все остальные. Аля жила размеренной жизнью. Дом, работа, дом. Иногда с Верочкой они ходили в театр.

С Евгением отношения продолжались. Они регулярно дружили телами один раз в две недели. Иногда он приглашал Алю в ресторан, и там они встречались с друзьями – Владимиром и Наталией. Групповой секс они больше не практиковали.

Что-то необычное всегда должно быть спонтанным и его должно быть мало. В противном случае оно станет повседневным и неинтересным.

Закончилась московская слякотная зима. Весна вступила в свои неоспоримые права.

За окнами стоял изумрудно-пронзительный май. Деревья оделись в глянцевую листву, которой играл резвый весенний ветерок. Птицы выводили звонкие трели и откладывали яйца в отремонтированные гнезда. Жизнь обновлялась, продолжалась и торжествовала!

Аля пришла домой пораньше и застала на кухне своего бывшего мужа Никиту. Они с сыном пили чай и о чем-то оживленно беседовали. Она знала, что Никита помогает Даниле материально, но до этого дня им не доводилось встречаться. Они виделись последний раз около четырех лет назад, когда Аля собрала чемоданы и переехала с Данилой из загородного дома в квартиру. Да и еще раз мельком они пересеклись во время бракоразводного процесса.

– Привет! – сказала Аля.

– Привет, мама! А мы здесь чай пьем. Ничего?

– Ничего. Пейте, общайтесь.

– Здравствуй, Аля! – поздоровался Никита.

– И вам не хворать! – пошутила Аля.

Сегодня у нее было хорошее настроение, они вечером с Верочкой собирались в театр.

Аля мельком посмотрела на Никиту. Он немного постарел, в волосах появилась седина, как-то осунулся, похудел. Что-то он совсем не был похож на счастливого молодожена. У нее защемило в груди. Все-таки пятнадцать лет совместной жизни – это немалый срок. Хочешь не хочешь, а человек становится родным.

– Мама, мы еще посидим с отцом.

– Да сидите сколько нужно, я скоро ухожу.

– Куда?

– В театр.

– Понятно.

Аля прикрыла дверь в кухню, приняла душ, нанесла легкий макияж.

Зазвонил городской телефон. Данька поднял трубку.

– Привет, Мишка! Сломался комп? Я сейчас не могу, у меня отец в гостях. Да ладно, ладно, не истери, сейчас зайду.

– Папа, мне нужно выйти на полчасика, у Мишки сломался комп. Ты меня подождешь?

– Хорошо! Подожду. Аля, ты не против, если я посижу на кухне, выпью чая.

– Да сиди, пей, жди. В конце концов, эта квартира была и твоим домом когда-то.

Аля уловила себя на мысли, что простила Никиту окончательно и бесповоротно. Жизнь есть жизнь, и в ней всякое случается. Да, было больно, но, слава Богу, прошло. И жизнь продолжается. Он подарил ей сына, а это дорогого стоит.

Никита сидел на кухне, пил чай и делал вид, что смотрит телевизор. На самом деле он краем глаза наблюдал за Алей, которая вертелась перед зеркалом в прихожей, поправляя последние детали в своем туалете перед выходом из дома.

«Как же она похорошела! От заплаканной женщины не осталось и следа. Как же ей идет этот цвета весенней листвы костюмчик! Все при ней: и грудь, и попа, и ноги. Куда мои глаза смотрели, когда я променял эту жемчужину на речную ракушку Ленку с ее тощим задом и шедевром кулинарного искусства – покупными пельменями с майонезом. И что толку от ее молодости? Плоская грудь и куча капризов.

Идиот! Так и есть, идиот!

А что это у нее за украшения? Эти изумруды, кто ей их подарил? Неужели у нее есть любовник? Странно, она всегда была скромной в этом вопросе.

Ладно! Была не была! Или пан или пропал!»

Никита поднялся, подошел сзади вплотную и тяжелым взглядом уставился через зеркало на Алю.

Аля замерла, не понимая, что происходит.

– Что случилось?!

– Ничего!

– Чего ты хочешь?

– Тебя!

Все-таки он был мужчиной и на голову выше ее. Але стало страшно.

– Отойди!

– Нет!

Он обнял ее за плечи. Она попыталась сбросить его руки, да не тут-то было. Никита рванул пиджачок, пуговицы разлетелись по прихожей, являя взору ее розовое белье.

– Что ты делаешь, придурок? – сквозь слезы сказала Аля.

Ей вдруг стало нестерпимо жалко своего пиджачка.

– Я тебе сто таких куплю! Еще лучше!

Он стаскивал с нее пиджак и расстегивал бюстгальтер.

– Моя грудка!

Никита тискал ее грудки своими большими руками.

– Пошел вон! Идиот!

– Знаю, что идиот! Иначе бы не отпустил тебя ни на минуту!

– А как же твоя Ленка?

– Какая Ленка? Мы с ней уже год как не живем!

– Мог бы утешиться с другими!

– Какие другие, я год ни на кого смотреть не могу, только о тебе думаю!

– Ой ли!

– Иди сюда!

– Не хочу! И вообще, я собралась в театр!

– К черту театр!

Никита перекрыл ей кислород долгим поцелуем. Она била его по спине, укусила за губу. Он только промычал. Аля почувствовала на губах соленый вкус его крови.

Никита увлек ее в комнату, повалил на постель и придавил своим телом. Она задыхалась от гнева и бессилия. Одной рукой он задрал юбку и стащил трусики. Быстро расстегнул ширинку, приспустил джинсы с плавками и вонзил свой до предела эрегированный член в ее промежность.

Как Аля ни извивалась, но не могла вырваться. Он был сильный мужчина. Крепко пригвоздив ее кисти к кровати, он совершал методичные проникновения в ее плоть.

При этом бывший муж жадно припадал к ее губам. Так жадно припадает путник к кувшину прохладной воды после долгого перехода через знойную пустыню.

Никита хмелел от ее запаха. Он узнавал что-то родное и улавливал новые нотки, дурманящие, неведомые.

– Прости, прости меня за все! Ты будешь моей! Я никому тебя больше не отдам!

– Мне сегодня нельзя! – хоть как-то попыталась подстраховаться Аля.

– Это хорошо, что нельзя, это замечательно, что нельзя! – приговаривал он, нагло беря свою бывшую жену.

Ну что за предательское влагалище! Оно стало отзываться сладострастием на сильные толчки члена. Сначала наполнилось смазкой, потом стало подыгрывать хорошо знакомому мальчику волнообразными сокращениями. Аля притихла, так как сопротивление было бесполезно, и через пять минут все же испытала фантастический оргазм на грани ненависти и бывшей любви, бунтарства и подчинения мужской силе.

– Вот и умница! Вот и умница! – продолжал свою песнь Никита, нежно целуя ее в пересохшие губы.

Алины эмоции стали выходить из берегов. С каждым его новым толчком она вскрикивала все громче и громче и наконец испытала очередной оргазм, растянутый во времени, раздирая сквозь рубашку в кровь его, когда-то любимую, спину!

– О! Да! Да! Да!

Никита бурно излился в ее недра, даря ее плоти детородное семя, впрыскивая в ее живот новую жизнь!

Ее взгляд был отрешенный. Да делай ты, что хочешь!

Никита взял ее ноги и положил к себе на плечи, немного приподнимая таз, чтобы уже наверняка. Он целовал ее ножки и наблюдал, как из любимой пещерки вытекают росинки спермы. Ему непреодолимо захотелось снять их языком. Все это еще будет! Будет! Но не сегодня! Сегодня она снова должна стать его, сегодня она должна зачать их общего ребенка, плод его безумной любви. Чтобы уже не было возврата назад. До самого конца их совместного жизненного пути!

– Боже, а что же скажет Верочка! – первое, что произнесла Аля, придя в себя.

– Позвони ей. Она хорошая женщина, все поймет!

Он протянул Але мобильный телефон.

Аля набрала номер Верочки.

– Алло! Верочка, это Аля. Извини меня, я сегодня приехать не смогу.

– Что случилось? – забеспокоилась Верочка.

– Никита пришел.

– Никита? Что ему нужно? Он обижает тебя?

– Нет! Все в порядке! Я потом тебе расскажу.

– Хорошо! Пока.

– Пока.

– Вот и умница!

Он нежно поцеловал ее в губы.

– Отдохни немного! У меня впереди еще целая вечность, чтобы вымолить у тебя прощение.

– На что ты намекаешь?

– На то, что я никуда отсюда не уйду! Ты будешь только моей! Так и скажи своим кобелям. Все! Лавочка закрыта!

– Ну и дурак ты!

– Угу! Даже не спорю!

Все новое – это хорошо забытое старое!

Таков закон жизни, женщина нужна либо всем, в том числе и собственному мужу, либо никому, в том числе и своему мужу.

Мужчины каким-то ведомым только им чутьем определяют такую женщину и готовы идти напролом, лишь бы добиться ее расположения.

Никита сразу понял, какая женщина сейчас была перед ним, и он не намерен был терять ее второй раз.

Через час Данила возвратился домой и застал отца сидящим на кухне в одних трусах, пьющим чай с плюшками.

– Сынок, ты не будешь возражать, если я снова буду жить с вами?

– Папа, я не буду! Но ты лучше спроси у мамы, как она к этому отнесется.

– А с мамой мы уже договорились, она согласна!

– Хорошо! А где она? Она что, не пошла в театр?

– Она передумала. А сейчас отдыхает. Ты что будешь кушать на ужин – запеченную рыбу или жареное мясо?

– Давай лучше рыбу, мама любит рыбу.

– Как скажешь, сынок!

Эпилог

Ровно через девять месяцев у Али с Никитой родилась очаровательная дочь Анечка. У нее были рыженькие, как у мамы, волосы и голубые бездонные, как у папы, глаза. Анечка была желанным ребенком, плодом возрожденной, восставшей из пепла любви.

Никита, наконец, обрел долгожданное семейное счастье, которое он чуть было не потерял по собственной глупости. Ему хотелось любить Алю бесконечно, даже чаще, чем во времена молодости и медового месяца. Теперь они были взрослыми людьми и понимали толк в настоящем сексе, но именно в их случае это занятие можно было назвать любовью. Нежностью, лаской и заботой ему удалось снова завоевать Алино сердце. А когда он узнал, что она беременна и у них будет ребенок, то готов был носить ее на руках и выполнять любые ее прихоти. Но, как мы уже знаем, Аля не была капризной женщиной, поэтому и прихотей было мало.

За доченьку Никита подарил Але кольцо с довольно большим бриллиантом, которое она носила на среднем пальце левой руки, рядом с колечком Геннадия. Муж никогда не спрашивал, откуда у нее украшения. Что было, то прошло, теперь она его, и он был не намерен делить ее с кем-либо. А Аля и не возражала против этого, потому что она так и не смогла до конца разлюбить Никиту. Она знала теперь о своей сексуальности, но больше никогда не пользовалась ею на стороне, только исключительно с мужем, чем делала его самым счастливым мужчиной на земле.

Никита являлся владельцем сети салонов по продаже автомобилей марки «Форд». Дела у него шли в гору. Он и сам жил хорошо, и не обижал своих сотрудников. А, как известно, бизнес хорошо развивается только там, где есть грамотная, довольная и преданная общему делу команда. Никита был окрылен вновь обретенной любовью, поэтому и дела у него ладились.

После рождения Анечки они с Алей снова расписались и переехали в загородный дом. Тамара Петровна уволилась с работы и вместе с немного постаревшей Жулькой переехала жить к Але, что делало Алю еще более счастливой. Она помогала ей с малышкой и от всего сердца радовалась, что Але снова удалось обрести свое семейное счастье.

Квартира в Ясенево осталась Даниле, он недолго жил один. На третьем курсе Данила уже подрабатывал у отца, а на четвертом сделал предложение Гале, которая была на год его старше и к тому времени закончила свою учебу, получив профессию экономиста. И как когда-то его отец, он тоже привез молодую жену из Харькова, видимо, любовь к украинским женщинам была у них наследственной чертой.

На их свадьбе собралась многочисленная русско-украинская родня, и свадьба получилась очень веселой. Родственники Никиты были довольны, что он воссоединился с Алей, так как новая невестка не пришлась ко двору.

Елена тоже недолго была одна, уже через полгода после разрыва с Никитой, поняв, что ничего нельзя вернуть, она встретила своего одноклассника и вышла за него замуж. Может, поначалу она и не любила его, зато он был влюблен в нее еще со школы, поэтому со временем растопил и ее сердце. У них родился сын, и Елене пришлось научиться готовить, потому что ребенка нужно кормить правильной, домашней пищей. Она и не ожидала, что у нее откроются кулинарные способности, муж обожал ее домашние обеды и саму ее любил пуще прежнего.

Геннадий Николаевич долго страдал и не мог поверить, что потерял Алю навсегда. Но к осени его нерастраченная любовь и печаль переросли в поэтический дар. Стихи как из рога изобилия лились из его окрыленной души, они были так же прекрасны, как и то чувство, которое он испытал на склоне лет. Вот только в них часто встречались такие словосочетания: изумрудные глаза, бархатная кожа, медные локоны, безумная страсть, вселенская любовь.

Так как талантливые люди талантливы во всем, через два года он был принят во все мыслимые и немыслимые литературные союзы. О поэте Цыбульском Геннадии Николаевиче узнала вся Украина. А еще его осенила гениальная идея, ибо только влюбленным людям открываются тайны Вселенной. Он смог открыть механизм воздействия на гены старения человека, позволяющий значительно продлить срок и улучшить качество человеческой жизни. За это открытие он удостоился Нобелевской премии в области физиологии и медицины и всемирного признания как выдающийся ученый. Его открытие вошло в золотой фонд не только украинской, но и мировой науки. Правда, это уже другая история.

Богдан и Остап все так же дружили. Поскольку они работали в разных сферах и у каждого из них был свой процветающий бизнес, их дружбе практически ничего не угрожало. Однажды они еще раз попробовали заняться коллективным сексом, но из этого получилось всего лишь жалкое натянутое подобие ялтинского приключения.

Испытав один раз лучшее, уже никогда не захочешь худшего, поэтому они раз и навсегда прекратили эту практику, полностью отдавшись работе и заботам о своих семьях.

Правда, у них появилась новая традиция. Один раз в году, в августе, они встречались за бутылкой хорошего коньяка и предавались воспоминаниям, тем жарким воспоминаниям о страсти втроем и об этой прекрасной женщине Але, подобной которой им уже не довелось встретить никогда.

О фантастической встрече с Алей в предновогодней Москве Богдан не рассказал другу, так как не хотел, чтобы тот ему завидовал. Порой ему и самому казалось, что это был просто прекрасный сон.

Евгений тоже очень привязался к Але, и когда им пришло время расстаться, он долго мучился от бессонницы, вспоминая ее изумрудные глаза. В одну из таких бессонных ночей ему пришла в голову мысль о создании препарата, выпив который, человек, отправляющийся в южные страны, мог больше не беспокоиться о заражении паразитами. Это открытие очень высоко подняло его авторитет в научном мире.

А подобными советами Владимира он больше не пользовался, хоть и по-прежнему дружил с ним. Не нужно быть особо одаренным, чтобы понять, что человеческие чувства – это не та субстанция, с которой можно вольно обращаться, и что там, где есть физическое влечение, до любви всего лишь один шаг. И все же он не жалел о том, что случилось в его жизни, однако больше не хотел ничего подобного, ему вполне хватало и воспоминаний.

Владимир же ушел из семьи и женился на Наталии. Их отношения зашли слишком далеко, и ему больше не хотелось морочить голову своей супруге. Как только сыну исполнилось двадцать лет, он покаялся перед родными, попросил прощения и отправился в новое плавание. Поначалу они с Наталией вели очень прогрессивную сексуальную жизнь, были частыми завсегдатаями свинг-клубов, дружили с другими супружескими парами. Но когда на одном из курортов Турции Наталия забеременела, они приняли решение рожать, и, естественно, все эти глупости ушли на второй план.

У них родилась изумительная дочурка, и Наталия всю свою неуемную любовь переключила на дочь, а Владимир просто души не чаял в своих девочках. Кризис его среднего возраста остался где-то далеко позади. Он с удовольствием шел на работу и еще с большим удовольствием возвращался домой. А что еще нужно для полного счастья?!

Лина

Доктор

Пригвозди меня горячим телом

К атласному чувственному ложу.

С упоеньем, как бы между делом,

Расцелуй мне бархатную кожу!

Глава 1

Максим. Сорок девять лет, рост метр восемьдесят пять, волосы темные с проседью, глаза карие, средней комплекции, лицо приятное.

Лина. Пятьдесят два года, рост метр семьдесят, яркая блондинка, волосы ухоженные, ровные, ниже плеч, челка прямая, глаза серо-зеленые, миловидна, пышной комплекции.

Максим. Шикарная женщина! С праздником весны! Любви! Здоровья!

Лина. Спасибо!

Максим. Вы мне нравитесь, хочу с вами познакомиться, если вы, конечно, не против.

Лина. Я не против, но у меня есть семья, и я живу в Подмосковье.

Максим. И что из этого? Разве это проблема?

Лина. Вы же ищете любимую, а какая из меня любимая… Я кругом несвободна… Просто душевного тепла хочется, нежности, близости…

Максим. То же самое и у меня… Только с нелюбимой ничего не получится…

Лина. Почему вы один? У меня понятно… И в семье человек часто бывает одинок, притом что любит всех!

Максим. Я женат, есть дочь, у нее своя семья!

Лина. Извините, я невнимательно прочитала вашу анкету… Тогда мы в равных условиях.

Максим. Конечно, и мы подходим друг другу.

Лина. Как вы это определили?

Максим. Чувствую!

Лина. И как у нас все будет?

Максим. Я буду приезжать за вами.

Лина. В Подмосковье днем?

Максим. Конечно!

Лина. А потом куда?

Максим. В отель. Можно на «ты»?

Лина. Можно.

Максим. Ты работаешь?

Лина. До осени – нет, хочу немного передохнуть… И заняться другими делами… Прошлый год был трудным.

Максим. Я сейчас один, жена в командировке до июля!

Лина. Понятно, и ты ищешь временную замену…

Максим. Я с женой давно не живу в плане секса! Я тебя хочу, ты мне нравишься!

Лина. А ты в постели как? Я люблю много, долго, страстно, можно немного развратно, нежно, чувственно и главное – с одним и регулярно.

Максим. Попробуешь – узнаешь, люблю все, что нравится двоим. Блин, даже возбуждаюсь!

Лина. А еще я люблю, когда мужчина интересуется не только моим пышным чувственным телом, а и моими делами, мыслями и настроением…

Максим. Конечно! Скажи, тебя можно любить во все дырочки?

Лина. Попа не сразу, если и в самом деле станешь близким… И я пойму, что знаешь как.

Максим. Я хочу куни тебе сделать, чтобы кончила мне в рот!

Лина. Ты будешь делать у меня все! Нежно, много, до умопомрачения!!!

Максим. У меня член встал, вены на нем вздулись, давно не кончал, яйца как мячики, там спермы набралось, хочу слить в тебя!

Лина. Какой он у тебя?

Максим. Не очень маленький, боюсь, вдруг ты не захочешь!

Лина. Сколько см?

Максим. Около двадцати трех!

Лина. Ого!!!!!!!!!!!!!!!! Даже не знаю, примет ли моя норка такого великана! А попка так только одну головку, чуть-чуть…

Максим. Я сначала языком ласкать тебя буду, ты сильно захочешь, и я его потихоньку введу.

Лина. Тебе долго придется меня приручать и приучать к своему мальчику!

Максим. И в попу так же, языком, пальчиками и его! Он сейчас даже мокрый!

Лина. Хочу его в ротик!

Максим. Ты меня с ума сведешь, хочууууууууууууу! Ты возбудилась?

Лина. Да!

Максим. Я женский доктор, больно тебе не сделаю!

Лина.??? И ищешь любовницу здесь?

Максим. Уже не ищу, у меня есть ты!

Лина. Если я тебе так нравлюсь, значит, подождешь, когда закончится православный пост, и мы будем встречаться…

Максим. Ты постишься? Но ведь Пасха будет через месяц! Так долго ждать!

Лина. Я не буду этот пункт нарушать… Что такое месяц? Если я тебе нужна действительно, ты подождешь меня…

Максим. Конечно, а сейчас я пойду в ванну, суну его под холодную воду.)))))))))

Лина. Не надо.))) Возьми его и подрочи! Я ни с кем в такие игры не играю, но с тобой готова! Я хочу, чтобы ты кончил прямо сейчас, думая обо мне и моей теплой приветливой норке!))) Милый, ты как?

Максим. Хочу тебе в ротик кончить!

Лина. Я согласна! У меня красивые чувственные губки, влажный язычок! Представь, что ты его вставил в мой нежный ротик!

Максим. Мне сейчас будет плохо!

Лина. Почему? Не будет! У человека все происходит в голове! В воображении!

Максим. Хочу в тебя, чтобы ты вся была в сперме! Ты будешь?

Лина. Да-а-а…

Максим. Давай вместе!

Лина. Да-а-а… Моя норка уже забыла, что такое хороший, влюбленный в нее член!!!

Максим. Я делаю тебе куни, сосу клитор и ввожу пальчики в норку! Потом ты просишь, чтобы я ввел член!

Лина. Я стою на четвереньках к тебе задом. Ты еще лижешь мою девочку, ублажаешь, задабриваешь ее!

Максим. И целую твою попу, засовываю в нее пальчики, а потом член!

Лина. С аналом не спеши.))) Хотя помечтать можешь.))) И я заодно!

Максим. Ты хочешь до конца, по самые яйца?!

Лина. Все постепенно, дорогой!

Максим. Линочка, милая, я с ума сойду!

Лина. Не сойдешь! Ты возбуждаешься, значит, еще полон сил!

Максим. Еще, еще, пожалуйста!

Лина. Я заберу у тебя эти силы, выжму как лимон! Останется только одна легкость и небесная невесомость!

Максим. О да! Да! Да!

Лина. Ты кончил!

Максим. Да-а-а!..

Лина. Молодец! Целую! Ухожу!

Максим. Пока, милая, с праздником тебя!

Глава 2

Каждая женщина к Восьмому марта получает свой подарок! Кто-то цветы, кто-то духи или еще какие-то приятные милые безделушки, а вот Лина получила женского доктора!

Чем не подарок! Да еще и при таких мужских достоинствах!

Макс больше не искушал Лину. Он заходил редко, но регулярно на ее страничку. Каждый раз интересовался ее делами, самочувствием, рассказывал, как мечтает о ней перед сном и ждет того момента, когда он наконец-то встретится с ней в реальной жизни.

Время летит быстро… И то, что должно произойти, обязательно происходит.

Вот и отшумел светлый пасхальный праздник, широко открывая ворота весне и мирской жизни.

Лина почти два месяца отказывала себе в мясных блюдах и плотских утехах. Но ее еще полный жизни организм жаждал и первого и второго. Как ни старалась, она не смогла подавить в себе ненасытную жажду близости с особью противоположного пола.

Она тоже часто думала о Максиме и почти привыкла к мысли, что он ее любовник, хотя ни разу даже не видела его. Иногда легче найти общий язык в интимном плане с совершенно незнакомым и чужим человеком, чем с собственным мужем, с которым прожита целая жизнь.

Конечно, то, что он был гинекологом-маммологом в частной столичной клинике, немного смущало Лину. Ей становилось не по себе, как только она представляла, сколько женских прелестей прошло перед его глазами. Но может быть, это так же, как кассир в банке? Денег в руках держишь много, но все они не твои, и ты понимаешь, что это всего лишь работа. И только личные деньги, которые лежат в собственном кармане, способны греть душу.

Максим уверял Лину, что она ему бесконечно нравится, что он хочет ее и готов выполнять любые ее капризы. А Лина чувствовала незримую власть над этим мужчиной и уже представляла себя его повелительницей. Правда, в Максиме присутствовала природная мощь, и если он готов был играть с Линой, то исключительно для того, чтобы доставить ей удовольствие…

День был солнечный, еще звенели ручейки, унося остатки талого снега к рекам. Лина легко переступала лужицы и щурилась от яркого апрельского солнца. Строгий брючный костюм, туфли на невысоком каблуке, красный плащ из тонкой натуральной кожи, ярко-красная косынка в черный горох, элегантно обвивавшая шею и развивающаяся на ветру, красная сумочка и, конечно же, ее визитная карточка – белые прямые до плеч волосы с ровной челкой делали Лину невероятно привлекательной.

Сегодня ей трудно было дать ее возраст, она была вне возраста, просто красивая женщина. Какой возраст может быть у женской красоты? Правильно! Никакого!

Возле остановки Лину ждал черный «ауди» представительского класса. Макс вышел из машины и приветливо помахал рукой.

– Привет, Линочка! – он не мог скрыть восхищения своей интернетовской знакомой. – Какая ты красавица!

– Привет, Макс! Спасибо! Ты тоже очень мил! – улыбнулась в ответ Лина.

Краем глаза она оценила своего нового друга: высокий крепкий мужчина средних лет с благородной сединой в некогда черных волосах, слегка потускневшие карие глаза в окружении сеточки мелких морщинок, ровный нос, тонкие губы и обворожительная белозубая улыбка человека, не пренебрегающего услугами дантиста.

Вот и славно! Первый контакт состоялся, и впечатление друг о друге было вполне благоприятное.

Максим широко распахнул перед Линой дверь автомобиля и помог ей разместиться. Сам быстро уселся на водительское кресло и нажал на педаль газа. Машина уверенно понесла жаждущую приключений парочку в загородный ресторан «Домашний очаг» на первый их совместный обед.

Максим довольно улыбался и то и дело посматривал на слегка смущенную Лину. На светофоре он повернулся, достал с заднего сидения букетик обворожительных ирисов и положил его на Линины колени.

– Я не знаю, что ты скажешь дома, но не мог поступить иначе!

– Боже, какая красота! Спасибо, дорогой! – Лина нежно поцеловала Макса в выбритую щеку.

– Ну что ты! Не стоит благодарности! – расплылся в довольной улыбке Максим.

Вот, казалось бы, пустячок, а женщине приятно! А когда приятно женщине, мужчине приятно вдвойне! Не говоря уже о том, что в такие моменты путь к сердцу женщины и, как следствие, к ее телу многократно сокращается. Но об этом секрете знают только избранные мужчины, привыкшие всегда добиваться своего…

«Ауди» припарковался на стоянке ресторана. Макс взял Линины трепещущие руки и поднес к своим губам. Это она при общении на сайте была смелая, а сейчас заметно робела перед своим новым другом.

– Расслабься, милая, все будет хорошо, поверь! Ты мне ужасно нравишься! Давай пообедаем и поедем в отель. Я очень хочу тебя!

– Хорошо, – пролепетала Лина.

Она не могла понять, почему так млеет перед этим улыбчивым мужчиной. Может, это было предчувствие зарождающихся чувств, или еще чего… Женщины чувствительны как кошки. Они часто чувствуют событие задолго до того, как тому суждено произойти.

Глава 3

Ресторан «Домашний очаг» располагался в сосновом бору. Свежий весенний воздух проникал глубоко в легкие, наполняя восторгом душу. Птички выводили звонкие трели, возвещая о приходе весны и о том, что жизнь продолжается.

Обеденный зал, несмотря на дневное время, был полупуст. Они выбрали уединенный столик возле окна. Максим вежливо отодвинул стул и помог Лине сесть.

Максим заказал паэлью с морепродуктами, бутылку белого сухого французского вина, сырную и овощную тарелки, чай с бергамотом и фруктовый десерт.

Официант принес вино и сырную тарелку, а приготовления паэльи пришлось подождать. Максим налил Лине полный бокал, а себе чисто символически, на донышко.

– Линочка, давай выпьем за наше знакомство! Мне так приятно, что мы наконец-то встретились, что я сейчас могу видеть тебя и целовать твои руки!

С этими словами он взял Линины руки и поднес к губам, расцеловал пальчики, согревая их своим дыханием. От этих нежных прикосновений мурашки пробежались по спине женщины и слегка закружилась голова.

– Да, Максим, за наше странное знакомство!

– Но почему же странное?

– Ну скажи, а разве возможно было такое хотя бы десять лет назад?

– Конечно, нет, но мне раньше и не нужно было… Мне ты понадобилась именно сейчас, и я искренне рад, что все так вышло. Милая, давай выпьем!

Он смотрел на Лину и нежно улыбался. Лина поднесла бокал к губам и сделала несколько глоточков, закусывая ароматным сыром. Легкий алкоголь ударил в голову и слегка затуманил сознание.

– Хорошее вино! – Лина улыбнулась, и в ее распахнутых азиатских глазах вспыхнула бирюза, румянец заиграл на щеках, и увлажненные напитком губы стали необыкновенно соблазнительны.

– Как ты прекрасна! – Максим как зачарованный смотрел на свою подругу.

– Ну что ты!

– О, это так! Хочу целовать тебя прямо сейчас!

Он взял ее за руку, вывел из-за стола и увлек на первый этаж ресторана, где находились гардероб и туалетные комнаты.

– Но-о-о…

Не успела Лина договорить, как Максим перекрыл ей дыхание долгим поцелуем.

– Милая моя! Безумно хочу тебя!

Он припадал к ее губам, как изголодавшийся зверь к своей случайно пойманной добыче: с жадностью и восторгом.

Лина тряпичной куклой обмякла в его руках не в силах противиться его напору.

Они даже не сразу заметили гардеробщика-азиата, в недоумении уставившегося на происходящее действо, и только шумная компания гостей, направлявшихся к гардеробу, немного охладила пыл Максима и помогла ему оторваться от Лины.

– Милая моя, пойдем, наверное, паэлья уже готова!

Лина поправила прическу и послушно пошла вместе с Максимом в обеденный зал. Они присели за свой столик. Максим налил Лине еще бокал вина, а себе минеральной воды, так как был за рулем.

– За тебя, дорогая Лина! Ты обворожительно прекрасна!

– За нас!

Официант принес благоухающую пряностями, дымящуюся паэлью. Максим галантно ухаживал за своей дамой, но Лине уже было не до паэльи. Еда просто не лезла в горло, не помогало даже французское вино.

– Поехали отсюда, – одними губами прошептала Лина.

Мужчина, как будто ждал этого сигнала, быстро рассчитался за почти не тронутый обед, помог Лине одеться и повез ее в загородный отель, в котором предусмотрительно забронировал номер.

Глава 4

Отель больше напоминал сказочный терем. Он располагался в лесу, был построен из бруса и украшен деревянной резьбой. Это, видимо, была туристическая база, которая еще выполняла и функцию отеля. Хорошая реклама в Интернете, близость к столице, свежий воздух и уединенность привлекали сюда романтично настроенный контингент.

Уладив все вопросы на ресепшене, Максим проводил Лину на второй этаж в просторный номер, помог раздеться и, поцеловав в щеку, оставил на несколько минут, чтобы женщина освоилась. Сам пошел в ванную комнату.

Апартаменты были выполнены в стиле охотничьего домика и отделаны деревом. Деревянная тяжелая мебель, большая массивная кровать с шерстяным покрывалом крупной деревенской вязки, на полу коврик из шкуры неизвестного животного – все это составляло интерьер комнаты. Лина подошла к приоткрытому окну и вдохнула весенней свежести.

О, эти взрослые игры в любовь! О, эти опасные игры! Эти хождения по граням, между счастьем и болью, между обретениями и потерями. Это непреодолимое желание еще хоть раз окунуться в омут страсти и наслаждения, испытать восторг слияния полов, пусть даже за этим и не последует рождения новой жизни, но только бы снова пережить этот неповторимый по своей яркости миг!

– Линочка, о чем ты думаешь? – Максим нежно повернул ее и прижал к своей обнаженной волосатой груди. – Не думай ни о чем, все будет хорошо!

– Да, наверное… Я сейчас.

Она на несколько минут покинула его, зашла в ванную комнату, привела себя в порядок, сняла одежду, оставив на теле только красное кружевное белье, еще раз посмотрела в зеркало. Да, она и вправду была хороша той зрелой красотой, так востребованной современными мужчинами. И если прибавить сюда сексуальный опыт, знание своего тела, умение доставлять и получать плотские удовольствия, мудрость, то получится желанный коктейль для любого мужчины. Лина собралась с силами и смело сделала шаг навстречу своему взрослому счастью, на данный момент имевшему образ женского доктора Максима.

Максим за время ее отсутствия приготовил постель и с нетерпением ждал момента, когда сможет наконец-то полностью овладеть этой женщиной.

– Боже! Как же ты хороша!

Он сделал несколько шагов к ней навстречу, поднял ее лицо и жадно впился в полураскрытые губы.

Дыхания любовников перемешались, горячие волны непреодолимого желания разлились по венам и ударили в голову. Максим, не отрываясь от губ Лины, умело расстегнул застежку бюстгальтера, снял его и бросил на кресло. Лина, задыхаясь, прижалась крепче к его волосатому торсу.

Мужской торс – это излюбленное место для многих женщин, и Лина не была исключением. Она своей белоснежной грудкой прижималась к Максиму все крепче и крепче, подставляя губы для новых поцелуев.

Максим на мгновение оторвался от ее губ, немного отстранил Лину и, проделав дорожку из поцелуев, по шее опустился к груди, поочередно лаская языком розовые набухшие сосочки.

– У-у-у, – сдавленно простонала Лина.

– Да, милая, да! – пробормотал Максим.

Он взял ее руки и направил в область ширинки. Лина поспешно стала освобождать его дружка из плена условностей. Расстегнув и приспустив брюки и плавки, она присела на корточки и взяла в руки его сокровище.

Несомненно, природа этого мужчину одарила щедро! Член еще не встал в полный рост, но был уже достаточно велик и крепок. Лина обнажила розовую влажную головку и несколько раз лизнула ее горячим язычком, покрыла поцелуями толстенький стержень, одновременно лаская увесистые яички, и, наконец, взяла его в ротик. Одной рукой она водила по стержню, второй держалась за крепкую мужскую попку, одновременно плотно обхватила губками верхнюю часть члена и принялась совершать ритмичные движения, наращивая их скорость и силу. Член окончательно окреп и достиг своего истинного размера, помещаясь в женский ротик только на одну треть.

– О-о-о! – уже терял над собой контроль Максим. – Не так быстро, милая, не так быстро! Позволь и мне сделать тебе приятно!

Он нежно отстранил Лину, поднял и уложил на приготовленную белоснежную постель. Освободился от остатков одежды и встал на колени перед ее распластанным, жаждущим нежности телом.

– Богиня!

С этими словами он снова припал к ее пышной груди, потом медленно спустился по животу к заветному местечку. Вот уже и красные гипюровые трусики полетели вслед за бюстгальтером. Максим раздвинул Линины ноги, развел мягкие створки ракушки и с вожделением припал к ее жемчужинке.

– А-а-а, – томно простонала Лина.

– Красавица моя!

Максим ласкал языком клиторок, целовал его, посасывал и даже слегка покусывал до тех пор, пока ноги женщины не стали подрагивать, а руки судорожно комкать простыни.

В этот момент Максим пустил в ход свое главное оружие. Он положил Линины ноги к себе на плечи и начал медленное проникновение в желанную пещерку. Осторожно, сантиметр за сантиметром, он погружал свой член в горячие недра, преодолевая сопротивление влагалища и налаживая его под свой размер.

– Ах! Ах! Ах! – задыхалась Лина от нахлынувших на нее ощущений.

Страх перед неизведанным и сумасшедшее желание продолжения процесса столкнулись в ее сознании и разлетелись миллионами ярких искр!

– Да! Да! Да! – Максим принялся совершать осторожные толчки.

Но даже этих осторожных проникновений было достаточно, чтобы довести женщину до исступления.

Лина выгибалась всем телом, пытаясь хоть немного ослабить напор этого богатыря, но все усилия были тщетны. Она, как рыба, попавшаяся на крючок опытного рыбака, была вся в его власти. И только полностью расслабившись и доверившись своему партнеру, она смогла перейти рубеж от боли к запредельному удовольствию.

Как же тонка грань между любовью и ненавистью, между болью и наслаждением! Женское влагалище, смирившись с неизбежностью, как музыкальный инструмент, настроилось под своего хозяина. Оно сначала увеличилось до нужных размеров, а потом крепко обхватило завоевателя, полностью отдавшись ему в сладкий плен и подчиняясь его воле.

Лина широко раскрытыми глазами с расширенными от страсти зрачками блуждала по деревянному потолку. Действия Макса выбили ее из реальности, она уже не понимала, где сейчас находится, в каком измерении, на какой планете. А имя этой планеты – Безудержная Страсть!

Максим еще контролировал ситуацию, он нежно и, насколько возможно, бережно овладевал этой, так полюбившейся ему, женщиной. Все продолжалось до тех пор, пока Лина не выгнулась и не начала содрогаться всем телом от накатившего на нее мощного оргазма. Низкие грудные стоны, переходящие в рыки, возвестили о достижении пика удовольствия, а волнообразные сокращения влагалища – о полной капитуляции перед бесстрашным воином. Крепость пала, белый флаг вывешен, золотой ключ на алой бархатной подушке возложен к ногам победителя!

– Да, милая моя, да! – Максим ставил последнюю точку в первом действии весенней драмы под названием «Жизнь»!

Максим был одновременно и режиссером, и актером, и зрителем этого потрясающего спектакля. Лина же была его любимым материалом. И у мастера еще оставались планы на сегодняшнюю встречу, но материал слегка перегрелся, и ему нужно было немного остыть.

Мужчина извлек свой огромный член из раскаленной пещерки и принялся нежно гладить женщину по животу.

– Линочка, милая, ты как? Тебе хорошо?

– Угу… – пролепетала пересохшими губами Лина.

– Отдохни немного, потом продолжим. Ладно?

– Угу…

– Умничка моя, хорошая девочка!

С этими словами Максим прилег с ней рядом, прижал ее покрытое бисеринками пота тело к своей груди и нежно поцеловал в губы.

Нежно лаская ее спину и целуя лицо, выждав некоторое время, он снова стал опускаться к заветному местечку. Погрузив палец в родник сладострастия и зачерпнув капельку ароматной вязкой жидкости, он поднес его к губам женщины и начал медленно проникать в ее рот. Лина бессознательно стала облизывать его пальцы. Потом он еще несколько раз проделал это действие, то облизывая сам, то предлагая Лине облизать обильно смоченные нектаром любви пальцы.

Максим как бы невзначай провел пальцем по набухшему клиторку. Резкого отторжения со стороны женского тела не последовало, это послужило сигналом к началу второго действия.

Лина немного пришла в себя, и ее нежные руки потянулись к его расслабившемуся члену. Она смочила палец слюной и стала водить им по его обнаженной розовой головке. Нежные ласки снова привели член в состояние боевой готовности.

Максим лежал на спине, и его Нечто набирало силу с каждой секундой. Лине нестерпимо захотелось поцеловать и приласкать этого красавца. Она стала на колени между ног мужчины и дала волю своим чувствам. О, как давно этот здоровяк не получал женских ласк, поцелуев, прикосновений вибрирующим язычком, погружений в горячий нежный ротик.

– Милая-я-я! – промурлыкал Максим. – Еще, пожалуйста, еще!

Лина обхватила член губами, и уже настала очередь Максима взывать к Небесам о пощаде!

– О-о-о! Да, милая! Да!

В это время Лина оседлала Максима и медленно стала насаживать свою пещерку на его перевозбужденный член. Здесь уже Лина была хозяйкой положения, ей было легко и приятно контролировать ситуацию, но ровно до тех пор, пока Максим не положил влажный палец на ее клитор. После нескольких движений реальный мир снова начал уходить из сознания женщины. Максим перехватил инициативу, нежно снял Лину со своего члена, поставил на четвереньки и более резко ввел его в раскаленные страстью недра женщины.

– Ах! – вскрикнула Лина.

– Да, девочка! Теперь ты моя! Слышишь, моя!

Мир перевернулся! Комната наполнилась яркими вспышками! Макс из последних сил держался, чтобы не пронзить свою возлюбленную насквозь. Лина вскрикивала и царапала спинку кровати. Макс одной рукой держал Лину за роскошные ягодицы, а другой яростно воздействовал на перевозбужденный клитор. Толчок, толчок, еще толчок, и вот оно – небо в алмазах! Лина, как подстреленная лань, затрепетала в руках возлюбленного. Макс быстро вынул член, положил Лину на спину и разрядил свое орудие в ее полураскрытый ротик, обильно обрызгав лицо и грудь женщины теплой спермой!

Комната в одночасье наполнилась стонами полного удовлетворения, весенним запахом спермы, тонким ароматом женских духов и слегка терпким мускусом мужского пота. И только спустя несколько минут они смогли услышать радостное щебетание птиц, громко возвещавшее о том, что весна пришла и жизнь продолжается!

Глава 5

Встречи Максима и Лины были нечастыми, но регулярными. Примерно один раз в месяц любовники встречались в лесном домике и сливались в бурном экстазе. Остальное время они общались по электронной почте и были в курсе дел друг друга.

Вот и лето клонилось к концу. Август утренней прохладой все чаще напоминал о приближении осени.

Лина отдыхала в Турции. После многочасового пребывания в теплом море она преобразилась и несказанно похорошела. Золотистый загар и подтянутые ягодицы женщины будоражили воображение страстных турков. Но Лина была непреклонна. В Москве ее ждал Максим, мужчина, с которым она достигла идиллии в сексе и полного взаимопонимания в отношениях.

Максим. Линочка, радость моя, я ужасно соскучился по тебе. Когда закончится твой отдых? Я безумно хочу тебя!

Лина. Дорогой мой, я скоро приеду. Мне хочется тебе кое-что сказать, но я не знаю, как ты к этому отнесешься.

Максим. Говори, моя милая, я для тебя сделаю все, что ты пожелаешь.

Лина. Дорогой, я хочу заняться с тобой сексом в твоем рабочем кабинете.

Максим. Ты не поверишь, я сам мечтаю об этом с момента нашей первой встречи, но никогда бы не решился предложить это первым.

Лина. Почему?

Максим. Не хочу, чтобы ты думала, что я извращенец какой-то. Существует определенная врачебная этика. Для меня мои пациентки – это только пациентки, женщины, нуждающиеся в моей помощи как специалиста. Ни к одной из них я ни разу не испытывал сексуального влечения. Ты же, Лина, совсем другое дело! В тебе меня возбуждает абсолютно все. Запах твоего тела, вкус твоей пещерки, грудки, розовые сосочки, твоя нежная кожа и даже твой томный голос. Я с удовольствием займусь с тобой сексом в моем кабинете!

Лина. Значит, договорились?

Максим. Да, конечно. Жду твоего возвращения. Нежно целую твои губы и руки!

Ровно через пять дней белоснежный лайнер приземлился в аэропорту «Домодедово». Спускаясь по трапу, Лина вдохнула подмосковной августовской прохлады. Как-то тоскливо защемило под ложечкой. Лето почти закончилось, а впереди дождливая осень и долгая слякотная московская зима.

И только мысль о Максиме согревала душу и наполняла низ живота сладострастным теплом. Лина изо всех сил держалась, чтобы не погрузиться в омут безумной любви, и ей это пока удавалось.

Ее воображение часто забегало вперед и рисовало картины их предстоящей встречи. Она представляла его улыбку, его уверенные руки, эрегированный член, и пещерка призывно откликалась на эти мысли, наполняясь нектаром желания.

Любовники договорились встретиться двадцать пятого августа в пять часов вечера, когда основной прием пациенток будет завершен и они спокойно смогут предаться своим взрослым утехам.

Чтобы избежать лишних разговоров, Лина записалась на прием официально, поэтому ее появление в медицинском учреждении не вызвало вопросов у персонала. Максим руководил клиникой и одновременно являлся практикующим врачом, осуществляя прием три раза в неделю. В один из таких дней Лина и появилась в клинике. Получив в регистратуре талончик на прием к кандидату медицинских наук Кононову Максиму Ивановичу, она проследовала на второй этаж.

Что-то совершенно необъяснимое творилось сейчас в ее голове. Все женщины с неохотой посещают такие учреждения, и Лина не была исключением. До этого ей доводилось иметь дело с докторами женского пола. И посещала она подобные места только в случаях жизненной необходимости. Мысль о том, что за белоснежной дверью ее ожидает возлюбленный, готовый доставить ей массу удовольствий, как-то вступала в противоречие с предыдущим жизненным опытом.

Лине хотелось развернуться и, как малолетней школьнице, спасовавшей перед трудностями, сбежать домой, спрятаться под крылышко любимой мамы. Она остановилась и посмотрела в окно.

Окна клиники выходили на Чистые пруды. Уже первые желтые листочки появились на деревьях, вода потемнела, и стайка городских уток деловито рассекала водную гладь. Эта картина немного успокоила Лину, сердцебиение пришло в норму. Женщина собралась с силами и робко постучала в дверь с вывеской «Гинеколог-маммолог Кононов М. И.».

– Да-да! Проходите! – из-за двери донесся бодрый голос Максима.

– Здравствуй! – Лина неуверенно прошла в незнакомый кабинет.

Комната сверкала больничной чистотой. Максим в белоснежном халате был немного чужой и необыкновенно привлекательный.

Кто из нас не мечтал о романе с медицинским сотрудником! Медики обычным людям кажутся немного небожителями, немного вершителями. Иногда нам приходится полностью доверяться их рукам и знаниям.

Для Лины не являлось тайной, кем работает Максим, но это были отвлеченные знания, а сейчас она стояла перед ним в этом пахнущем стерильностью кабинете.

– Здравствуй, Линочка! Как ты хорошо выглядишь! – Максим встал из-за стола и направился к своей возлюбленной.

Он находился в своей епархии и поэтому был абсолютно невозмутим. Максим закрыл кабинет на ключ, обнял Лину, крепко прижал к своей груди и нежно поцеловал в губы.

– Дорогая, как ты отдохнула? У тебя прекрасный загар!

Он видел, что женщина немного смущена необычностью происходящего, и посредством нехитрого разговора попытался немного разрядить обстановку.

– Спасибо, хорошо. Кемер просто великолепен. Чистое теплое море, горы, сосны, что еще нужно для хорошего отдыха?

– Как отель, как питание?

– Все вполне достойно.

Лина немного расслабилась.

– А ты что, ведешь прием один?

– Да нет, что ты! – заулыбался Максим. – У меня есть хорошая помощница Татьяна.

– А где она сейчас?

– Ушла домой пораньше.

– И сколько ей лет?

– Тридцать.

– О, какая молоденькая!

– Да, и очень симпатичная девушка, – Максим хитро улыбнулся, он уже понимал, к чему клонит Лина.

Лина вопросительно посмотрела на Максима.

– И что? Между вами ничего нет?

– Почему это нет? Конечно, есть!

– И что же?

– Здоровые рабочие отношения! – Максим вдруг рассмеялся. – Успокойся, желанная моя, для меня во всем мире есть только ты! Я ужасно скучал, ждал твоего возвращения, мечтал о твоих прелестях! Давай лучше немного выпьем.

С этими словами он достал из портфеля бутылку шампанского «Асти Мондоро» и коробку шоколадных конфет, а из шкафа два стеклянных бокала. Отодвинул в сторону бумаги, откупорил бутылку и разлил шипящую золотистую жидкость по бокалам.

– Линочка, давай выпьем за твое возвращение и за нашу встречу!

– Да, дорогой, за нашу встречу! Я тоже очень скучала по тебе!

Шампанское – это напиток влюбленных пар. Оно быстро и приятно туманит рассудок и открывает дорогу к эротическим подвигам. Так случилось и в этот раз. Ширма, кушетка, стол и шкаф медленно поплыли перед Линиными глазами.

Максим подошел к Лине, поднял ее со стула, взял шоколадную конфету наполовину в свой рот и предложил ей откусить вторую половину. Пара слилась в долгом шоколадном поцелуе. Ванильный вкус молочного шоколада, жаркие объятия, страстные поцелуи моментально преобразили строгий кабинет в уютное местечко для сладострастных утех.

– Ты моя самая сладенькая и любимая конфетка!

Максим настойчиво полез под юбку, не терпящим возражения жестом проник в трусики и зафиксировал палец на сладострастной жемчужинке.

– Вот она! Вот она – кнопочка, включающая твое вожделение!

Линина голова закружилась еще больше, от скованности не осталось и следа. Они быстро стали срывать одежду друг с друга, их стремление соприкоснуться голыми телами было так велико, что не все пуговицы на Лининой блузке выдержали такой напор, некоторые из них оторвались и с легким звоном укатились под кушетку.

Через несколько секунд на женщине остались только чулки и красные туфли на каблуках, а на мужчине – одноразовые тапочки. Лина присела на корточки и жадно прильнула к своему любимцу, покрывая его нежными поцелуями и облизывая розовую увлажненную головку.

– Мой любимый мальчик! – не успела договорить эту фразу Лина, как мальчик юрко проник в ее ротик, норовя продвинуться как можно дальше в горло. И здесь уже было совсем не до слов.

Максим ухватил Лину за белоснежные волосы и принялся нежно управлять процессом.

– Да, милая, да! О, как я соскучился, как я соскучился по тебе!

Возбуждение нарастало, член уже достиг своего истинного размера, и мужчине стоило больших усилий воли, чтобы приостановить этот процесс.

Максим поднял Лину, впился в ее влажные губы горячим поцелуем, как бы давая понять, что самое интересное еще впереди.

Он нежно увлек ее за ширму, и потрясающая картина открылась перед Линиными глазами. Гинекологическое кресло было полностью укрыто большим куском изумрудного атласа, усыпано лепестками белых роз и вместо устрашающего имело очень даже романтический вид.

Максим помог Лине разместиться на кресле, и вот она предстала перед ним во всей своей красе. Белые волосы разметались по зеленому атласу и перемешались с лепестками роз, сосочки напряглись, загорелый живот втянулся, вход в пещерку приоткрылся, а широко разведенные и зафиксированные ноги в лоснящихся чулках и ярких красных туфельках уже не являлись препятствием для самых интимных ласк и глубоких проникновений.

Максим отступил на полшага и замер от явленной его взору красоты.

– Лина, ты божественно прекрасна! Как же ты прекрасна!

Жаждущий красоты человек часто сам ее и создает! Да и нужно для этого всего было: кусок изумрудного атласа, несколько горстей лепестков белых роз, красные туфельки и обласканная любовью женщина!

Лина лежала с закрытыми глазами и, полностью доверившись своему возлюбленному доктору, ждала продолжения. Она немного напряглась, но вместо холодных стальных зеркал, которые гинекологи бесцеремонно вставляют в женские влагалища, она ощутила прикосновение его теплых и нежных губ к уже изрядно увлажненной норке.

Ах, эти продолжительные ласки женского клитора мужским сильным язычком, они кого угодно могут довести до помешательства, а о Лине, одаренной сверх меры природной сексуальностью, и говорить нечего.

Лина как могла сдерживала стоны, чтобы не скомпрометировать Максима, но это у нее плохо получалось. Ну на худой конец это можно было отнести на якобы проводимые медицинские процедуры.

Когда сладострастие почти достигло своего пика и готово было разразиться мощным оргазмом, верным признаком чему являлись подрагивающие женские ноги и прижатый к креслу таз, Максим оторвался от вожделенной жемчужинки. Он дал передышку женским прелестям и уверенно, насколько только может быть уверен человек, занимающийся этими вопросами последние двадцать пять лет, поместил пальчик во влагалище, безошибочно нащупывая точку Джи.

Ну что здесь можно сказать: атлас, розы, полное умопомрачение, запредельное наслаждение и монотонное воздействие на точку Джи окунули Лину в иную реальность. Шум моря, цветные салюты, барабанная дробь, яркие вспышки и, как следствие, просочившееся окружающее пространство в игольное ушко бесконечности.

Что бы сейчас Максим с ней ни делал, все доставляло бы еще большее удовольствие. И когда его огромный член напористо проник в ее недра, бесконечность стала закручиваться в спираль и, словно пружина, выбросила Линино сознание за пределы Вселенной.

Максим просто не имел права сейчас потерять над собой контроль. Он знал, каким грозным оружием обладает, и ему меньше всего хотелось причинить хоть малейший вред своей возлюбленной. Поэтому он постепенно наращивал темп и глубину проникновений. И уже когда Лина содрогалась всем телом на вершине умопомрачительного оргазма, он ощутил сильные сокращения ее влагалища, не оставлявшие ему никаких шансов на продолжение этого акта. Почти одновременно с женщиной они достигли пика наслаждения, и мощный поток теплой спермы полностью наполнил горячие недра его возлюбленной.

Еще несколько контрольных толчков, и, как результат, распластанное Линино тело, спутанные волосы, приоткрытый рот, живот в росинках пота, блуждающий еще в других измерениях взгляд. Не желающая, но вынужденная вернуться в реальность душа.

Максим вынул уменьшившийся в размерах член из любимой норки. Белесая сперма густыми капельками вытекала из влагалища. Он взял на палец несколько капель и смочил Линины пересохшие губы, а потом нежно, с чувством благоговения перед женским началом, расцеловал ее лицо.

Секс, он и в Африке секс. И только от двоих зависит, насколько красивым и запоминающимся может быть этот процесс. От их эстетического восприятия мира, от стремления создать романтическую обстановку, умения принимать и дарить наслаждение, желания мужчины взять на себя ответственность и полной отдачи женщины своему партнеру, стопроцентной уверенности в том, что секс только укрепит отношения и сделает их более теплыми.

Через некоторое время Лина пришла в себя. Максим помог ей привести свой внешний вид в порядок и разлил остатки шампанского по фужерам.

– Позволь выпить за тебя, моя несравненная женщина! За твою невероятную сексуальность и женственность!

– Спасибо, дорогой! И за твою мужскую силу! Это ничего, что мы так поздно с тобой встретились. Главное, что встретились и испытали это неземное блаженство. Только ради таких мгновений стоило прийти в этот мир и ждать их хоть полжизни.

– Это так! Может, и лучше, что мы не являемся с тобой семьей. Прожив вместе жизнь, пройдя через массу испытаний, трудно сохранить свежесть сексуального влечения. А с тобой все как в первый раз! Нет, в сто раз лучше, чем в первый раз! Может, это и неправильно, что мы делаем, но как же это все приятно! Надеюсь, там, на Небе, нас простят за этот сладкий грех…

– Я тоже надеюсь на это.

Максим обнял Лину и нежно прижал к своей груди.

– Дорогой, мне пора.

– Да, милая, я знаю. Сейчас я вызову для тебя такси.

– А ты как доберешься домой?

– Я живу недалеко, пройдусь пешком, мне нужно прийти в себя.

Такси несло Лину по вечерней Москве. Из динамиков лилась грустная мелодия: «Все пройдет: и печаль, и радость. Все пройдет, так устроен свет. Все пройдет, только верить надо, что любовь не проходит, нет…».

Аравия

Слышишь, рыдает пустыня немая,

Вздыбились дюны, нутро разрывая!

Небо на красные камни упало,

Ждать оно первых дождинок устало…

Глава 1

Они общались так давно, что порой казалось – целую вечность! Каждое утро, открывая почту, она видела в ней короткое сообщение от него.

Она привыкла к этим сообщениям настолько, что они стали частью ее жизни. И еще к тому, что он незримо присутствовал в ее реальности, казалось, что так было и будет всегда.

Она с трудом могла вспомнить, как завязалась их переписка. Он – белорус, отучившийся в московском институте военных переводчиков и волею судеб заброшенный с семьей в Саудовскую Аравию на строительство нефтепровода. Она – поэтесса, писательница, вечно одинокая, блуждающая в разных измерениях натура.

Мало кто мог долго поддерживать с ней общение, а вот он мог. И месяц, и два, и полгода. Она много раз проверяла его, жалуясь ему на свою жизнь, делясь своими неприятностями и переживаниями. Каждый раз, с замиранием ожидая его реакции, думала, что он пропадет из ее жизни. Но он не пропадал…

Им нравилось вести откровенные беседы.

Лина. Привет! Сегодня допоздна на работе. Как ты?

Somebody. Я нормально. Все так же хочу трахаться…)))

Лина. В этом желании ты не одинок!

Somebody. А толку?..

Лина. Согласна, никакого. Одно успокаивает: если хочется, значит, еще живые!))) Ты мог бы и снять напряжение доступными всем мужчинам методами.

Somebody. Это как?)))

Лина. Ну начинается.)))))))) Как будто не знаешь.)))

Somebody. Я же не знаю, какой именно ты имеешь в виду.)

Лина. О! У тебя есть много методов.))) Так почему бы не воспользоваться одним из них?)))

Somebody. Так я не знаю, сколько их и какие.)))

Лина. И я не знаю тем более.)))

Somebody. И как мне быть?))

Лина. Чего ты хочешь?))) Я не понимаю тебя.))) Ну был бы ты рядом, я бы отдалась тебе без лишних слов, полностью и безоговорочно.))) А так… Ты же далеко… Думаешь, ты меня не заводишь?!

Somebody. Как я тебя завожу?)))

Лина. Сильно, до отключки мозгов!))) Когда на все наплевать, в том числе и на приличия, лишь бы спариться с тобой.))) Нет, все-таки я животное…

Somebody. Все мы в той или иной степени животные.)))

Привет! А мне иногда так и представляется, как я тебя рачком ставлю и вхожу…)

Лина. Привет! О! Это моя любимая поза!))) Давай сегодня не будем об этом… А то я сильно завожусь…. У нас уже пахнет весной.)))

Somebody. А сексом еще не пахнет?)))

Лина. Эти две вещи имеют один запах.)))

Somebody. Не всегда.)))

Лина. Но часто.)))

Она привязалась к нему и уже не мыслила жизни без его писем. Откровенные разговоры становились все горячее и горячее, пока в один прекрасный день он не сделал ей приглашение от компании, в которой работал, выдав ее за свою двоюродную сестру. По приглашению МИД Саудовской Аравии он оформил Лине визу на разовое посещение страны.

Самолет приземлился в аэропорту Эр-Рияда в восемнадцать часов по местному времени. Еще в самолете Лина предусмотрительно переоделась в длинное черное платье – абайю и покрыла голову темным платком, тщательно спрятав свои белые волосы, чтобы не привлекать внимание местных жителей.

Сентябрьский зной проникал в складки одежды, ноги путались в подоле платья, платок слегка сбился в сторону. Сказать, что Лина себя чувствовала нелепо в этом наряде, значит, не сказать ничего. Но обычаи чужой страны нужно уважать, поэтому она расправила плечи и величавой походкой направилась в зону паспортного контроля. Пройдя положенные формальности, взяв с карусели свою сумку, Лина вышла из зала прилетов.

Его она узнала сразу. Крепкий мужчина среднего роста, русые волосы и серо-голубые глаза, да, это был он, ее виртуальный друг, ради встречи с которым она и совершила этот перелет.

Несмотря на специфический наряд, он тоже сразу узнал ее и, широко улыбаясь, двинулся навстречу.

– Привет! Как долетела? – он протянул Лине букет из чайных роз и взял ее сумку.

– Спасибо, нормально.

– Ты классно смотришься в этом прикиде!

– Да уж! Всю жизнь мечтала походить в абайе.

– Делать нечего, здесь такие строгие обычаи. Сейчас поедем в отель, там ты сможешь переодеться.

– Тебе удалось договориться на работе?

– Да, мне дали трехдневный отпуск, а семье я сказал, что поехал в командировку. Так что эти три дня наши!

Глава 2

За окнами такси проплывал типичный арабский город с множеством мечетей на ухоженных улицах, по которым стайками перемещались мужчины со смуглыми лицами и кудрявыми волосами и женщины в черных нарядах, походившие на странных печальных птиц.

По всему было видно, что в этой стране безоговорочно господствует ислам, а по сверкающим витринам магазинов и по дорогим автомобилям – что страна пребывает в достатке благодаря запасам нефти и разумному правлению их монарха.

Такси остановилось у подъезда отеля. Он помог Лине выйти из машины и проводил ее в заранее забронированный номер на втором этаже.

Номер был выполнен в сдержанных бело-голубых тонах. Большая кровать, укрытая голубым покрывалом, была похожа на облако. Стены украшали картины с изображениями пустыни и верблюдов.

Он занес ее сумку в номер, прикрыл дверь, уверенным жестом снял платок и погладил рассыпавшиеся по плечам белые льняные волосы.

– Я не могу поверить, что ты здесь!

– Я и сама еще не могу поверить в это!

– Устала? – он нежно гладил ее по щеке и пристально смотрел в глаза.

– Да. Я плохо переношу перелеты.

– Сколько тебе нужно времени, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок?

– Полтора часа, я думаю, хватит.

– Зайду за тобой в девять, поужинаем в ресторане. Я поинтересовался, здесь неплохо готовят. Одеться можешь в более привычную одежду, только без декольте, голых рук и коленей.

– Хорошо!

Он притянул ее к себе и крепко прижал к груди.

– Спасибо, что прилетела! Я до последнего момента не верил в то, что это случится!

Он нежно взял ее за подбородок, пристально посмотрел в глаза и с благодарностью поцеловал в губы. Потом вышел, плотно закрыл за собой дверь и направился в свой номер, который находился этажом выше.

Лина, раскинув руки, упала на кровать и тупо уставилась в белый потолок. Наверное, когда тебе за пятьдесят, нужно быть более разумной и сдержанной. А она практически по первому его зову взяла отпуск, потратила на билеты весь гонорар от издания первой книги и рванула в эту далекую арабскую страну. И для чего? Чтобы упасть в объятия этого молодого мужчины! А впрочем, уже поздно рассуждать о правилах и приличиях. Она здесь, и будь что будет!

Лина сняла скорбную одежду и отправилась в ванную комнату, чтобы смыть дорожную пыль и приготовиться к ужину.

Теплая вода, дорогие гели и крема сделали свое дело, они стерли не только усталость с лица женщины, но и несколько лет ее возраста. Из глади зеркала на Лину смотрела красивая женщина средних лет с белыми, сияющими свежестью волосами, пухленькими розовыми губами и миндалевидными серо-зелеными глазами. Она надела легкие туфли, светлые джинсы и белоснежную хлопковую тунику с длинными рукавами.

Ровно в девять часов в дверь постучали. На пороге стоял Он, ее избранник. На нем были серые джинсы и голубая рубашка с короткими рукавами. Лицо чисто выбрито, волосы аккуратно уложены назад, высокий лоб, некрупный ровный нос, покрытый легкими веснушками от южного солнца, и излучающие необыкновенно добрый свет глаза.

– Привет! Ну, ты как? Выглядишь хорошо.

– Привет! Все о’кей!

– Хорошо! Приглашаю вас, сударыня, на ужин в честь вашего прибытия в Саудовскую Аравию!

– Только не так официально, пожалуйста, – улыбнулась Лина.

Она взяла его под руку, и они направились на первый этаж в ресторан, чтобы поужинать и отметить встречу.

Ресторан принадлежал отелю. И поскольку контингент постояльцев был интернационален, то и правила были не столь строги, за столами сидели и смешанные компании, и чисто мужские.

Лина и ее друг присели за уединенный столик. Они заказали рыбу, овощи, восточные сладости и чай, заваренный по особому рецепту в кипящем молоке.

Мужчина разлил душистый чай по фарфоровым чашкам.

– Лина, позволь выпить за нашу встречу. В ней есть что-то нереальное!

– Да, действительно! Не живется же некоторым людям спокойно. Казалось бы, сиди себе дома на диване и смотри телевизор. Так нет же, сумку в руки и на свидание в Саудовскую Аравию!

– Почему ты думаешь, что романтика нужна только молодым? Да и места здесь необыкновенно экзотические. Я хочу с тобой совершить небольшой поход в пустыню. Как ты на это смотришь?

– Конечно, положительно! Наверное, трудно поверить, но с некоторых пор я влюблена в пустыню. Даже и не знаю, чем она меня так сильно завораживает. А что за поход?

– Пятичасовой переход через пустыню на верблюдах к великолепному оазису.

– На верблюдах? Замечательно! Правда, я сидела на верблюде только один раз в Египте, если что, не взыщи.

Лина представила себя на верблюде и рассмеялась, он тоже заулыбался.

– А ты думаешь, что я великий верблюжий наездник? Не переживай, с нами будет проводник, он скажет, как себя вести.

– А если честно, то я всегда мечтала о таком маленьком путешествии.

– Я тоже! Вот и совершим его вместе. Расскажи лучше, как там в Москве? Я уже два года не был в отпуске…

– А в Москве – осень… Пару недель стояло сухое бабье лето, а когда я улетала, пошли дожди.

– А здесь дожди очень редкие, может, только раз в сезон. А летом и вообще засуха.

– Тебе не тяжело здесь жить?

– Я уже привык, да и кругом кондиционеры. Живут люди везде. А на берегу моря жара еще легче переносится.

– Везет же тебе, ты живешь на берегу моря!

– Точнее, на берегу Персидского залива, и это временно. Когда сыну придет пора идти в школу, мы переедем в Подмосковье.

Так за нехитрой беседой, под звуки арабской музыки прошел ужин. Было такое ощущение, что они знают друг друга сто лет. Он проводил ее до двери номера, поцеловал в щеку и пожелал хорошо отдохнуть, так как на завтра им предстояла прогулка по городу.

Лина закрыла дверь, переоделась в шелковое коротенькое платье-кимоно, легла на постель и включила телевизор. По комнате разлилась арабская мелодия.

«Почему он ничего не сказал о сексе? Наверное, я ему не понравилась», – последнее, о чем подумала Лина, прежде чем погрузилась в неспокойный сон.

Сквозь сон и звуки арабской мелодии она услышала настойчивый звонок мобильного телефона, который лежал неподалеку. Лина взяла трубку и услышала его приглушенный голос: «Открой дверь, мне нужно тебе кое-что сказать!».

Женщина, как в тумане, открыла дверь. Он поспешно вошел и оттеснил ее к кровати.

– Что случилось? – не могла понять, в чем дело, полусонная Лина.

– Тише, тише…

Он повалил ее на постель и впился в губы жадным поцелуем. Его руки нахально бродили по розовому атласу кимоно, задерживаясь только на груди. Потом он настойчиво задрал подол ее платьица и, не обнаружив там никакой преграды, стал быстро расстегивать свои брюки. Не успела Лина опомниться, как нечто большое, горячее и твердое вонзилось в ее пещерку.

– Что ты делаешь?! – возмущенно прошептала она и попыталась его оттолкнуть.

Да не тут-то было. Он крепко схватил ее за запястья и буквально пригвоздил к постели, при этом продолжая совершать монотонные проникновения в ее недра и перекрывая кислород страстными поцелуями.

Лина поняла, что сопротивление бесполезно, самым правильным сейчас будет расслабиться и получить удовольствие от этой стихийной близости. Да и, в конце концов, не за этим ли она приехала?

Он почувствовал, что сопротивление ослабло, остановился, быстро снял брюки и футболку, повернул женщину, поставил на четвереньки и снова глубоко вошел в ее пещерку.

– У-у-у! – глухо простонала Лина.

– Как же долго я мечтал об этом! Здорово! Супер!

Он брал ее немного грубо, так долго, что она потеряла счет времени, испытала сначала один оргазм, потом другой и уже когда звуки арабских песен полностью перемешались с его мускусным запахом и с ее приглушенными стонами, женщину буквально оглушил третий оргазм! В то же самое мгновение мягкое тепло обволокло ее внутренности, погружая в пучину неземного блаженства…

Когда первые лучи южного солнца пробились через плотные парчовые шторы, Лина приоткрыла глаза и обнаружила себя лежащей на его крепком плече и нежно обнимающей его волосатую грудь.

Он тоже приоткрыл глаза, крепче прижал ее к себе и погладил по волосам.

– Доброе утро, моя любимая женщина!

– Привет! Что это такое было ночью?!

– Я просто был ослеплен желанием овладеть тобой! – с его лица не сходила довольная улыбка. – Я не мог допустить даже мысли, что этой ночью ты скажешь мне нет! Пусть недолго, но ты будешь принадлежать только мне. Хорошо?

– Да!

– Тогда принимаем душ, завтракаем и идем на осмотр местных достопримечательностей. Это лучше сделать до обеда, а то будет жарко. И надень абайю. Я понимаю, что это тебе непривычно и неудобно, но здесь такие обычаи, и я не хочу, чтобы местные арабы пялились на мою женщину.

– Хорошо! Время, прожитое здесь, наложило и на тебя отпечаток. Хотя в том, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, я с тобой согласна.

Глава 3

Все было прекрасно в этой стране, кроме чудовищной дискриминации женщин. Страх мужчин перед тем, что женщина выйдет из-под их контроля, ощущался на каждом шагу.

И уж точно невозможно было представить Лину частью этого арабского мусульманского государства. Ее, выросшую в социалистической стране, в которой практически отсутствовали религиозные условности и проповедовалось равенство между людьми, ее, впустившую Бога в свою душу еще в пятилетнем возрасте и со временем понявшую, что вера не имеет ничего общего с обрядовостью религий. Ее, чья душа была наделена такой свободой, что могла беспрепятственно перемещаться в пространствах и мирах, а способность любить и чувствовать была практически безграничной.

Здесь же, в Саудовской Аравии, усилия мужчин были направлены на подавление женской чувственности и индивидуальности. Но если эти способности даны человеку Небом, то почему люди всю жизнь обязаны их в себе подавлять, а не развивать?

Лина понимала, что придет время, и крепость, созданная человеческим невежеством, разрушится, как песочный замок от набегающих волн. Разум и любовь обязательно восторжествуют на этой планете под названием «Земля».

Но все это произойдет в недалеком будущем, а сейчас Лина надела черную абайю, покрыла голову темным платком и отправилась со своим другом на осмотр местных достопримечательностей.

Эр-Рияд располагался в плодородной долине в самом центре Саудовской Аравии. С арабского языка название города переводилось как «сады». Эр-Рияд получил его за свою необычную природу. Город размещался в низине, густо покрытой зеленью, а вокруг него простиралась бесконечная пустыня.

До середины ХХ века Эр-Рияд выглядел как типичный небольшой восточный город. Но после открытия в Саудовской Аравии месторождений нефти сюда перенесли все государственные учреждения и министерства, после чего он начал быстро расти. На месте былых кварталов с небольшими глинобитными домами выросли огромные небоскребы, магазины, отели, новые мечети. Были разработаны и разбиты скверы и парки. Эр-Рияд стал самой красивой столицей Ближнего Востока.

Эр-Рияд по праву назывался городом мечетей и цветущих роз. Влюбленная пара перемещалась по городу где-то пешком, а где-то на такси. И хоть начало осени – это самое благоприятное время для экскурсий, ближе к обеду зной усилился, и экскурсантам пришлось позаботиться о месте, где бы можно было передохнуть и пообедать.

Свой выбор они остановили на лучшем ресторане столицы Саудовской Аравии Al-Najdiyah Village. Форма здания, в котором он находился, напоминала старинный форт.

Пара разместилась за столиком, который располагался на улице под навесом, густо увитом алой плетистой розой. Вместо традиционных стульев им предложили большие подушки.

Он был знаком с особенностями местной кухни, поэтому на чистом арабском языке заказал самые популярные блюда: ароматный фасолевый суп и бесподобное гузи из сочного ягненка с орехами и рисом, овощи, фрукты и ароматный чай, без которого не обходится ни один прием пищи.

– Приятного аппетита, Линочка!

– Спасибо, милый!

– Тебе нравится здесь?

– Да! Очень! Хоть и необычно все.

– Согласен с тобой – это другой мир, чтобы понять и принять его, в нем нужно родиться и вырасти.

– Знаешь, посмотреть интересно, но мне нет места в этом мире!

– Почему ты так считаешь? – он смотрел на нее и улыбался.

– Точно знаю, меня бы здесь запороли до смерти за вольнодумие.

– Ну почему ты так думаешь? Может быть, ты была бы любимой женой какого-нибудь состоятельного араба! Цвет твоих волос и кожи здесь большая экзотика! Ты образованна, умна, сексуальна…

– Угу, и мне уже за пятьдесят…

– И что с того? Ты все еще необыкновенно привлекательна!

– Нет, дорогой, не хочу я ни состоятельных арабов, ни каких-то других иностранцев. Мне нравится жить там, где я живу, и нравится жить так, как я живу. Я долго приживалась в Москве, у меня долго отрастали корни, но они все же отросли и мертвой хваткой уцепились за московскую землю. И теперь мы одно целое с этой землей!

– Понимаю тебя! Надеюсь, что это когда-то случится и со мной! Тебе нравится гузи?

– Никогда не ела такого сочного ягненка!

– Рад, что тебе здесь нравится!

Они наслаждались блюдами арабской кухни и ароматом цветущей розы. Когда основная трапеза была закончена, они перешли к чаепитию, чередуя его с вкусными южными фруктами: ароматной дыней, сочным манго и душистым виноградом.

Как только обеденный зной спал, они посетили еще несколько интересных мест: знаменитую цитадель старого города – крепость Масмак, ворота Аль-Тумаири и великолепные королевские конюшни, где содержались чистокровные арабские жеребцы. Они не могли пренебречь посещением этого места. Нельзя проникнуться духом страны, не посмотрев то, чем особенно дорожат ее жители!

Ранним вечером экскурсанты, уставшие и переполненные впечатлениями, вошли в двери своего отеля. Он проводил Лину до ее номера, но на этот раз даже и не подумал прощаться. Открыл дверь, осмотрелся, чтобы не было лишних свидетелей, немного подтолкнул женщину вперед, быстро прошел за ней и плотно закрыл дверь на замок.

– Я больше не могу это терпеть! Я хотел тебя весь день и под этим розовым кустом, и даже в королевских конюшнях! Так и хотелось задрать этот балахон и войти в твою пещерку!

С этими словами мужчина срывал с Лины одежду, выпуская ее тело из темницы чужих условностей.

– Сумасшедший! Подожди немного, нужно сходить в душ.

– Пойдем вместе!

– Ты уверен?

– Более чем! Не хочу с тобой расставаться даже на несколько минут!

– Хорошо, что с тобой поделаешь?

– А ты ничего не делай… Только люби!

– Любить?!

– Да! Просто люби, и все!

Их одежды одна за другой разлетались по комнате, а разгоряченные обнаженные тела притягивались друг к другу каким-то сверхсильным магнитом.

– Пойдем!

Лина взяла его за руку и повела в душ. Теплые водные струи смывали дневную усталость и нежно ласкали их слившиеся воедино тела. Он повернул ее и обнял за плечи. Потом выдавил из тюбика гель и начал нежно намыливать ее спину, грудь, живот, опускаясь все ниже и ниже, пока рука не остановилась между ее крепких ног. Именно в этой точке для него сейчас сфокусировалась вся Вселенная. Он начал нежно омывать ее прелести.

Лина не осталась в долгу. Она повернулась, набрала полные ладони душистого геля и своими нежными руками прошлась по всему его телу, акцентируя особое внимание на его возбужденном члене.

Нежные влажные прикосновения друг к другу, перемешанные с тихой песней воды, погружали пару в состояние неземного блаженства.

Несомненно, они были в мире, который принадлежал только им двоим, в мире, своей разноцветностью и зыбкостью сильно походившем на мыльный пузырь. Сейчас они находились в самом центре этого хрупкого сооружения, и может, через несколько дней этот пузырь лопнет, снова возвращая их в реальность, но это случится только через несколько дней, а сейчас они хотели взять все, что только можно, от этой встречи. Взять всю энергетику друг друга, поглотить друг друга, полностью слиться и раствориться друг в друге!

Им хотелось стоять под этими теплыми струями, слившись в поцелуе, и ласкать тела друг друга хоть целую вечность! Но ему вдруг стало слишком мало только целовать ее, ему захотелось стать с ней одним целым, причем прямо здесь и прямо сейчас. Он повернул ее к стенке, немного наклонил и уверенно вошел в ее недра сзади, до упора.

Струи воды ласкали ее спину, а член ублажал пещерку. Удовольствие перемешалось со сладострастием, клубничный сироп с медом, закат с рассветом, Галактика со Вселенной, а сумасшедшая страсть с любовью!

Именно в такие моменты мозги полностью отключаются, а чувства обретают полную власть над телами, те же превращаются в диковинные инструменты по извлечению мелодии любви!

– О да-а-а! – Лина всем телом затрепетала в его сильных руках.

– Обожаю тебя! – Он не закончил действие, ему нужно было довести ее до полного исступления, бесповоротно овладеть ее телом и сознанием. Посредством доставляемого блаженства поработить, подсадить, как на сильный наркотик, на свое естество.

– Милая моя! Любимая моя женщина! – он покрывал поцелуями ее шею, спину, лицо и грудь.

Она же, как в бреду, отвечала на его поцелуи, не открывая глаз и до конца не осознавая, где находится и что с ней происходит. Время для них двоих остановилось, и то, что делалось сейчас за пределами этого гостиничного номера, было таким ничтожным и неважным…

Во всем мире существовали только двое, только он и она, только их чувства и их ощущения.

Он выключил воду, вытер ее белоснежным махровым полотенцем, увлек в комнату, отбросил в сторону голубое покрывало и уложил свою возлюбленную на белоснежные простыни.

Она лежала с закрытыми глазами, блуждая где-то в другом измерении. Он смотрел на ее обнаженное тело и разметавшиеся по подушке белыми змейками влажные волосы и тоже не совсем верил в то, что это происходит наяву.

Мужчина лег рядом, притянул ее к себе, прижал к груди и нежно поцеловал в губы, потом еще, еще и еще, пока она не стала отвечать на его поцелуи. Поцелуи становились все более страстными и проникновенными. Его язык бесцеремонно входил в ее рот и переплетался с ее языком. Руки выписывали по телу причудливые вензеля, останавливаясь на грудках и нежно пощипывая набухшие сосочки. Он немного перегруппировался, и его член оказался возле ее пухленьких губ. Она приоткрыла губы и впустила его сокровище, имеющее размер значительно больше среднего, с крупной обнаженной головкой и набухшими канатиками вен, в свой ротик. Губки плотным кольцом сомкнулись на стержне, и тот ритмично задвигался вверх-вниз.

В то же самое время мужчина прильнул к ее жемчужинке и началось продолжение действа. Трудно было понять, кому их них сейчас приятнее. Каждый из них одновременно и дарил, и получал удовольствие, не в состоянии сконцентрироваться на чем-то одном. И только их глухие стоны оповещали о том, что каждому из них сейчас было необыкновенно хорошо.

Они уверенно и одновременно шли к вершине удовольствия, но он вдруг извлек свой член из ее ротика, положил ей под попку подушку, широко развел ноги и глубоко погрузил член в ее, наполненную нектаром страсти, пещерку.

Еще не пришедшее в себя от первого раунда влагалище сильно обхватило горячий крепкий стержень, наслаждаясь его ритмичными глубокими погружениями. Мужчина делал свое дело основательно, не торопясь, глядя в Линины глаза. Каждый раз, когда он глубоко погружал свой член в ее недра, ее зрачки расширялись, и она чувствовала его плоть каждой клеточкой своего организма. Это ощущение отпечатывалось в ее мозгу, навсегда занимая свободные ячейки памяти, не оставляя шансов на будущее забвение.

Обоим хотелось, чтобы это действие продолжалось бесконечно, но он положил свой палец на ее набухший клитор, и волна сладострастия вышла из берегов, захлестнула ее сознание, горячим потоком прокатилась по всему телу и, пульсируя, ударила в голову, несколько раз накатывая и откатывая от берегов сознания.

Он убрал палец с клитора, но продолжил проникновения, прикрыв рот женщины ладонью. И это было правильное решение. Лина, полностью потеряв контроль над эмоциями, готова была кричать, не обращая внимания на то, что находится в чужом государстве с очень строгими нравами. А так она только глухо мычала, не в силах уцепиться зубами в его ладонь.

– Тише, тише, милая моя!

Толчок, толчок, еще толчок и, наконец, мощный выстрел орудия теплой спермой в ее недра поставил точку в этом сражении! Ее плоть полностью капитулировала перед сильным захватчиком, расслабилась и погрузилась в невесомость, а губы стали нежно покрывать поцелуями его руку, только что плотно закрывавшую ее рот.

– Милый мой, милый мой, – шептали пересохшие губы.

Он лег с ней рядом, прижал нежно к груди и только гулкий бой их сердец нарушал окружающую тишину. Потом и эти звуки затихли…

На Эр-Рияд опустилась ночь, погружая их в свои бархатные объятия…

Глава 4

Лина проснулась от нежного прикосновения его губ к своим губам. Комната освещалась светом из коридора, а за окнами еще было темно.

– Доброе утро! Просыпайся, любимая моя! Сегодня у нас трудный, но очень интересный день. Захватывающее путешествие по пустыне на верблюдах.

– Доброе утро! – Лина сладко потянулась.

– Я зайду за тобой через сорок минут, чем раньше мы выйдем, тем комфортнее пройдет наше путешествие. К обеду, надеюсь, уже будем в оазисе, там отдохнем, переночуем и утром двинемся в обратный путь.

– Хорошо!

Он пошел в свой номер, а она приняла душ, сложила в сумку все самое необходимое. Надела удобные мокасины, легкие джинсы, футболку, сверху набросила абайю, повязала на голову темный платок и присела на край постели.

Через пять минут он тихонько постучал в дверь.

– Ну что, готова?

– Да!

– Тогда в путь!

Он взял ее сумку, они вышли из дверей отеля. Новый день только зарождался, обещая массу новых впечатлений. На обочине их ожидало такси, предусмотрительно заказанное мужчиной.

Водитель положил сумки в багажник, пара удобно расположилась на заднем сидении, машина тронулась, унося влюбленных на окраину Эр-Рияда, навстречу новым приключениям.

Машина ехала по пустынным улицам. Лина положила голову на плечо возлюбленного и прикрыла глаза. Мужчина взял ее руку в свою ладонь и нежно гладил пальчики.

Через тридцать минут автомобиль остановился возле небольшого здания белого цвета. Именно здесь формировались экскурсии. Рядом под навесом недовольно мычали верблюды.

Он расплатился с водителем такси, посадил Лину за столик в кафе, а сам направился в помещение, уладить формальности.

В сопровождающие паре достался сорокалетний поджарый араб Хусейн. Он сказал, что в их группе еще будет двое англичан и что они выходят в путь через тридцать минут на рассвете. Этого времени было достаточно, чтобы выпить по чашке ароматного кофе с восточными сладостями, запастись водой, пышными лепешками и фруктами на случай привала.

С первыми лучами солнца группа, состоявшая из проводника Хусейна, двух англичан среднего возраста, средней комплекции и среднего достатка и влюбленной пары, изображавшей из себя родственников, двинулась в путь.

Лине досталась белая семилетняя верблюдица Нака с крутыми боками и мягким норовом. Проводник приказал верблюдице встать на колени, чтобы женщина могла взобраться на ее спину. Как только Лина крепко ухватилась за седло, животное встало в полный рост, подняв женщину высоко над землей.

Когда мини-караван двинулся в путь, сердце Лины просто замерло от восторга. Это так здорово – чувствовать под собой живое существо, величаво переваливающееся со стороны в сторону при каждом шаге, недовольно мычащее и послушно выполняющее свою работу. Еще в Египте, при первом знакомстве с верблюдами, Лина прониклась глубоким уважением к этим животным. И вот сейчас ей выпала возможность такого необычного путешествия. Чудо, да и только!

Первым на своем светло-коричневом верблюде двигался Хусейн, за ним на верблюде по имени Джамаль Линин друг, потом сама Лина, а за ней двое закутанных в белые одежды англичан на симпатичных упитанных верблюдах, немного походивших на своих наездников полной невозмутимостью.

Группа двигалась по еле заметной протоптанной в песках дороге навстречу восходящему солнцу. Картина, открывшаяся взору путешественников, потрясала своим величием. Огромный красный шар медленно поднимался над апельсиновыми бескрайними песками.

Именно в такие моменты с замиранием сердца понимаешь, как неповторимо красив окружающий нас мир и что человек – это только маленькая песчинка в бескрайнем море оранжевых песков…

Они уже около трех часов двигались по пустыне. Апельсиновые пески чередовались с причудливыми горами, которые имели фантастические очертания, создавая ландшафты других планет.

Ровно на середине пути Хусейн подвел группу к пещере, по всей видимости, предназначенной для отдыха путешественников. Вход в пещеру был довольно высокий. Сама пещера была просторной и еще прохладной после ночи. Может, это и была та самая пещера Сезам из сказки про Али-Бабу, но только уже без сокровищ.

Зато посередине пещеры лежал большой камень, похожий на стол. Вокруг него по кругу разместились камни поменьше, они вполне могли сойти за стулья. Пол пещеры укрывал ковер из оранжевого песка. Источника в пещере не было.

Хусейн занялся верблюдами, а путешественники разместились вокруг большого камня-стола. Мужчины сняли с себя верхнюю одежду – бурнусы и остались в джинсах и футболках. Лина тоже сняла абайю и платок.

Один из англичан быстро подошел к ней и протянул для знакомства руку.

– Май нэйм из Джеймс! – он расплылся в белозубой улыбке.

– Лина!

На вид Джеймсу было лет сорок пять. Он был высок, строен и пронзительно голубоглаз.

– Май нэйм из Том, – не заставил себя долго ждать его компаньон.

Том был значительно моложе, среднего роста, коренаст. И если бы не его светлая кожа и прямые волосы до плеч, то он вполне бы мог сойти за араба.

Мужчины долгое время были без женского общества, поэтому не смогли остаться равнодушными к Лининым округлостям. А так как они полагали, что перед ними брат и сестра, то не считали зазорным проявлять по отношению к даме повышенное внимание. Особенно старался Джеймс. Он налил в пластиковый стакан воду и протянул его Лине.

– Плиз!

Лина взяла стакан и кивком головы поблагодарила учтивого джентльмена.

Будь его воля, Джеймс сейчас вообще задвинул бы Лининого лжебрата далеко на задворки. Линин друг просто недоумевал. Он никак не ожидал такой прыти от чопорного англичанина. Невозмутимый Том делал вид, что ничего не замечает, и очень сожалел, что упустил инициативу. Эта женщина тоже была ему интересна. Но вместо того, чтобы предлагать ей фрукты, он наблюдал, как это делает его товарищ.

Однако Лина жестом поблагодарила Джеймса и взяла спелое манго из рук своего мужчины. Она откусила сочный кусок оранжевой мякоти, и губы ее увлажнились сладким соком. Мужчины замерли и как зачарованные уставились на ее губы. Повисла пауза. Лина широко раскрыла глаза, не совсем понимая, что происходит.

– Я хочу ее, – на английском языке прошептал Джеймс своему другу.

Но не успел он закончить фразу, как увесистый кулак Лининого спутника направился в его сторону. Джеймс ловко увернулся, кулак прошелся вскользь и задел только щеку и ухо.

Мужчины вскочили и молниеносно сцепились в ближнем бое. Все это произошло в считанные секунды. Лина замерла от ужаса, а Том ринулся разнимать горе-поклонников, катавшихся по песку и не желавших уступать друг другу. Услышав звуки потасовки, подбежал Хусейн. Им с Томом удалось растащить дерущихся мужчин.

– Прошу тебя, не надо! – умоляла Лина своего друга и уже готова была разрыдаться. Она вытирала салфеткой его разбитый нос.

– Все! Все! Только не плачь.

– Это моя женщина, – на чистом английском языке сделал Он заявление.

– То, что она твоя сестра, еще не дает тебе права быть ее собственником, – огрызнулся Джеймс, потирая раздувшееся ухо.

Хусейн, убедившись, что драка закончилась и перешла в русло мирных переговоров, снова ушел к верблюдам, предупредив, что через полчаса они продолжат путешествие.

– Она мне не сестра! – в сердцах выпалил Он.

– Тем лучше, – съязвил Джеймс, – как видно, и не жена тоже. На жен так не смотрят!

– А это уже не твое дело!

– Посмотрим! Решать ей!

Лина не понимала, о чем говорят мужчины, но заметила, что накал страстей пошел на спад. Она прижималась к своему мужчине и даже не смела поднять глаза на двух остальных.

– Я думаю, что вам обоим не стоит так себя вести. Посмотрите, как вы напугали женщину, – вмешался в разговор Том.

– Извини, – Джеймс протянул русскому руку.

Тот немного помедлил, но все же ответил рукопожатием. Разум восторжествовал над инстинктами. И опять же, выступать в путь в одном караване, будучи врагами, пожалуй, не стоило. Тем более что недоразумение было исчерпано в ходе переговоров.

Кое-как закончив завтрак, путешественники навели порядок в пещере, надели просторные одежды, взгромоздились на отдохнувших верблюдов и снова тронулись в путь к заветному оазису.

Все было так же, как в начале пути, только солнце поднялось еще выше и у Лины к ее белорусскому поклоннику добавилось еще два английских. Желание облаком повисло над караваном. Атмосфера наэлектризовалась, даже верблюды чувствовали это и вели себя беспокойно.

Полтора часа караван двигался в полной тишине, которую изредка нарушали своими храпами верблюды.

Внезапно тишина стала полной, исчезли даже малейшие порывы ветра, верблюды притихли. Пустыня как бы умерла. Духота усилилась. Путники ощутили сильную неосознанную тревогу. На горизонте появилось маленькое облако, которое быстро увеличивалось в размерах.

Хусейн остановил караван. Опытный проводник понял, что скоро начнется песчаная буря и к ней лучше приготовиться заблаговременно. Мужчины тоже знали об этом явлении, совсем не редком в аравийской пустыне, поэтому они четко стали выполнять указания проводника.

Сначала все спешились, усадили верблюдов спиной к надвигающейся буре. Хусейн достал из сумки два куска плотного полотна, припасенных как раз на такой случай. Кусок поменьше он взял себе, а второй предложил путешественникам.

Облако быстро превращалось в черно-багровую тучу, внезапно подул ветер. Хусейн сел спиной к ветру, закутался плотно в бурнус и укрылся полотном. То же действие проделали и путешественники. Группа из верблюдов и людей приготовилась выстоять перед внезапно надвигающейся стихией.

Ветер усилился до неимоверной силы, норовя сорвать укрытие. Мужчины посадили Лину в центр и как могли удерживали ткань. Страшно было подумать, что творится сейчас за пределами этого мини-шатра.

Укрытые куском плотной ткани, задыхаясь от жары и трепеща от страха, они вдруг неосознанно, все четверо, испытали сильное сексуальное возбуждение. Может, это природа перед концом давала им последний посыл к размножению.

Запах женского тела с нотками пряных восточных духов запустил общее мужское желание. И это желание, помноженное на три и сконцентрированное в темном замкнутом пространстве, готово было разорвать его в клочья!

Лина в полусознательном состоянии почувствовала на своей спине прикосновения мужских рук и чьи-то блуждающие поцелуи. Ее спутник понимал, что происходит, и не препятствовал этому.

Вся жизнь пронеслась перед Линиными глазами. Духота и страх делали свое дело. Сознание женщины готово было отключиться в любую минуту.

Чьи-то горячие руки проникали под ее абайю, настойчиво расстегивали джинсы и задирали футболку. Эти призрачные руки ласкали ее грудь, пощипывали соски, гладили живот и воздействовали на клитор. Чей-то палец проник в пещерку и там вершил свое дело.

Лине хотелось сбросить ткань, вдохнуть свежего воздуха и закричать в полный голос, но она смогла только простонать.

Удовольствие и страх, страх и удовольствие полностью овладели ею! В какой-то момент удовольствие взяло верх над страхом, и Лина испытала умопомрачительный оргазм.

– Да-а-а! – надрывно протянула она и полностью отключилась.

Мужчины, доставляя удовольствие Лине, не забывали и о себе. Правда, каждому из них пришлось заботиться о себе самостоятельно. Но возбуждение было так велико, что, почувствовав оргазм женщины, они кончили почти одновременно с ней…

Вот тебе и пожалуйста! Кому стихия, а кому и мать родная!

И кто бы мог подумать, что эта буря не только примирит их, но и так сблизит. Однако!

Ветер наполовину засыпал временное укрытие и понесся дальше на север, унося за собой тонны оранжевого песка.

Через тридцать минут Хусейн сказал, что можно снять полотно, но лица лучше оставить закрытыми.

Лина радовалась, что все закончилось. И хоть воздух еще был пыльным, но дышалось намного легче, чем под тканью.

Мужчины молчали и делали вид, что все это ей причудилось. Лица их были скрыты бурнусами, а по глазам трудно было что-либо понять.

А может, и правда, причудилось… Ведь чего только не привидится в состоянии асфиксии…

Глава 5

Через сорок минут караван подошел к оазису.

Оазис – это чудо природы. Он был подобен драгоценному изумруду, брошенному щедрой рукой Всевышнего среди золотых песков пустыни.

Оазис располагался в небольшой долине, посередине которой били прозрачные ключи и образовывали чистейшее, проникновенно голубое озеро.

По берегам озера росли финиковые пальмы, омывая свои лохматые лапы ключевой прохладой и вознося резные ветви высоко к солнцу. Под ветвями большими тучными гроздьями свисали медовые душистые плоды.

Оазис был предназначен для посещения туристами и отдыха караванов местных жителей. В нем находилось несколько отелей, оборудованных по последнему слову техники. Электричество вырабатывалось солнечными батареями, установленными на крышах отелей, а пресной воды хватало с избытком не только для бытовых нужд, но и для орошения лужаек и цветочных клумб.

Наши путешественники добрались по пустыне, но к оазису вела и другая, современная дорога, предназначенная в основном для перевозки грузов. Бизнес есть бизнес! И желающих добраться по пустыне было так много, что этот волшебный городок процветал, хорошея день ото дня.

Путники спешились на специальной стоянке. Хусейн указал им дорогу к отелю. Здание было трехэтажным, выполненным в восточном стиле, с небольшими башенками и резными балкончиками.

Лина от усталости еле тащила ноги и была не в состоянии адекватно воспринимать реальность. Он проводил ее к отдельным апартаментам.

– Отдыхай, дорогая, я приду к тебе через пару часов, – он виновато улыбался.

Лина молча зашла в свой номер и плотно закрыла дверь прямо перед его носом. Она стащила с себя надоевшую абайю, упала на огромную чистую постель и отключилась.

Отдохнув в прохладной комнате, Лина открыла глаза и осмотрелась вокруг. У нее был красивый чистый номер, просторный и современный.

Лина зашла в ванную комнату. Посередине стояла большая белоснежная ванна с резными позолоченными ножками, имевшими вид лап диковинных животных. Рядом на стеклянном столике стояла большая банка, доверху наполненная лепестками алых роз.

Лина не стала принимать ванну, она ополоснулась душем, смывая со своей нежной кожи песок, который просочился даже сквозь одежду. Дыша свежестью, Лина вышла в большую комнату, надела легкое кимоно, включила телевизор, щедро ливший арабские мелодии, и присела на край постели. В это самое время раздался легкий стук в дверь.

– Кто там? – скорее, машинально спросила Лина.

– Открой, пожалуйста, это я!

Да, это был его голос. Лина открыла дверь.

– Извини меня, пожалуйста!

– За что?

– За то, что я не оградил тебя от похотливых английских рук. Я подумал, что тебе это понравится.

– Что это?

– То, что случилось во время песчаной бури!

– Мне было так страшно, что я ничего не помню.

– Ну что ты, милая, бури здесь обычное дело.

– Только не для меня.

В дверь снова тихо постучали.

– Это, наверное, привезли ужин, – сказал Он и пошел открывать.

– Ба! Знакомые все лица!

На пороге стояли их новые знакомые – Джеймс и Том, во всей своей красе, вымытые и причесанные. Джеймс в одной руке держал огромный букет из кремовых роз, в другой сумку, а Том впереди себя толкал тележку, полностью заставленную разнообразными яствами. Да, изобретательности этой парочки можно было только позавидовать.

– Хай!

– Хай! – ответил Он.

– Лина, ну что, поужинаем с этими британскими сластолюбцами?

– Да пусть уже заходят, видно, от них сегодня никуда не деться, – заулыбалась Лина.

Ей всегда нравились мужчины, идущие напролом к своей цели. А сегодня их целью была именно она – взрослая, красивая и сексуальная женщина.

– Проходите! – Он общался с ними на английском языке.

– Тсенкью!

Англичане зашли в номер. Джеймс протянул Лине роскошный букет, а потом, как волшебник, одним мановением руки, извлек из сумки литровую бутылку великолепного шотландского виски. Где и как он его раздобыл – одному Богу было известно. Ведь в Саудовской Аравии господствовал сухой закон, и легче было раздобыть снега в знойной пустыне, нежели спиртной напиток. И тем не менее это был виски, и он сейчас стоял на Линином журнальном столике.

Том накрыл стол, посередине он поставил блюдо с еще дымящимся ягненком, зажаренным на вертеле, рядом разместил тарелку с белоснежным рассыпчатым рисом, овощи, фрукты и сладости, а также большой кувшин с апельсиновым соком. Потом разложил тарелки, вилки, стаканы и салфетки. Он делал свое дело так умело, что не осталось сомнения, что когда-то в студенчестве он подрабатывал официантом, а знания за плечами не носить. Вот ему и пригодились эти навыки.

Лина со своим другом сидела на кровати, а друзья разместились на креслах, и пир начался. Том разлил виски по стаканам. Джеймс произнес тост на английском языке.

– За дружбу!

Лина поднесла стакан к губам и сделала несколько глотков золотистой, пахнущей дымком жидкости. Приятное тепло разлилось по венам и достигло головы. Джеймс и Том вдруг стали необыкновенно милыми, а Он и вообще божественно красив.

Мужчины оживленно общались на английском языке, при этом не забывали ухаживать за своей дамой. Кто-то подливал ей сок, кто-то помогал с ягненком. За столом царила доброжелательная атмосфера, но с каждым выпитым глотком виски взгляды мужчин становились все тяжелее и тяжелее, им все труднее и труднее было отрывать их от женских губ, рук, ног и груди, рельефно выступавшей сквозь розовый атлас кимоно.

– Включи телевизор громче, я сейчас!

Лина скрылась в ванной комнате.

Через десять минут она выплыла в восточном танце на середину комнаты, выводя плавные волны своими роскошными бедрами. Ее руки сейчас были похожи на крылья диковинной птицы и то взмывали вверх, то плавно опускались вниз, манипулируя сознанием опешивших от такого зрелища мужчин.

Бирюзовый шелк струился по ногам, лиф и заниженный пояс восточного костюма были украшены позолоченными монетами, издававшими звон в такт ритмичных движений женщины.

Это был ее сюрприз, приготовленный для Него. Но вышло то, что вышло. На этот раз наложница была одна, а султанов сразу три. Для арабского мира это был нонсенс, а для европейского – необычная, но вполне допустимая ситуация.

Лина больше не ощущала себя личностью, скорее, неким аморфным телом, созданным для плотских удовольствий, которое смело ринулось навстречу своему женскому счастью, в этот раз умноженному на три.

Выбираю самого лучшего,

Смело множу его на три,

И родится по воле случая

Принц, задуманный для игры!

А глаза у него каре-серые,

С чистотой голубых небес…

Из троих одного я делаю,

Увлекателен сей процесс.

А потом…

Пальцы всех перекрещиваю,

На своей обнаженной груди…

Бесконечно бредовая женщина,

Пожелавшая экшен-любви…

Восточная музыка разливалась по комнате, Лина танцевала свой танец. У мужчин первое оцепенение прошло, они как по команде поднялись и окружили ее плотным кольцом, потом опустились перед ней на колени и принялись целовать подол ее бирюзового убранства. Слова здесь были не нужны, их взоры были полны восхищения и безумного желания.

На всех четверых нашло некое затмение, такое напряжение не могло дальше продолжаться, одежды вдруг стали нестерпимо тесными и жаркими. Хотелось наготы, прикосновений, слияния женского и мужского начала. Все ушло на второй план: воспитание, национальности, предрассудки. Была только она – их женщина и они – ее мужчины!

Джеймс встал с колен, одним сильным движением руки разорвал ее лиф, монеты со звоном рассыпались по полу. Мужчина припал к ее обнаженной груди. Том стащил нижнее убранство, ему не терпелось припасть к ее упругой попке, и, конечно же, самое лакомое местечко досталось Ему. Ее маленькая жемчужинка сейчас была на кончике Его языка. Именно этими прикосновениями он запускал эту немыслимую сексуальную игру, в которой победителями будут все четверо.

Лина прикрыла глаза и поплыла по реке тройного наслаждения. Она даже не заметила, как мужчины по очереди обнажили свои тела. Она почувствовала, как ей нежно предлагают присесть на корточки и познакомиться с упругими мальчиками. Лина послушно присела и открыла глаза. О, что за прелестная картина открылась перед ней! Три упругих члена, один краше другого, смотрели на нее. У Джеймса член был немного короче, чем у ее друга, но толще в объеме, а у Тома длиннее, чем у обоих, но немного тоньше. И все это великолепие сейчас принадлежало ей. Лина взяла в ротик член своего друга, а два других принялась нежно ласкать руками, потом она уделила внимание члену Джеймса, и, конечно же, дошла очередь и до Тома. Мужчинам только и осталось, что стонать и закатывать глаза от удовольствия: «О! Йес! Йес! Йес!» – доносилось поочередно из их уст. Если бы они не кончили тогда в пустыне, то, наверное, сейчас облили бы всю ее спермой с головы до ног. Но игра только начиналась, и все самое интересное было впереди.

Мужчины подняли Лину, уложили на постель, каждому хотелось припасть к ее губам и поцеловать между ног, вдохнуть ее обворожительный женский запах, поиграть с жемчужинкой. Поэтому ее губы, грудь и клиторок они целовали и ласкали по очереди. Каждый из мужчин считал своим долгом лизать ее жемчужину до тех пор, пока Лина не начинала содрогаться от оргазма.

Когда третий оргазм прокатился по ее венам, мужчины решили овладеть ею полностью. Джеймс лег и предложил ей оседлать его толстенький член сверху. Как в полусне, Лина послушно выполнила его просьбу. В то же самое время Том стал нежно гладить и целовать ее спину, опускаясь все ниже и ниже, пока не достиг заветной цели, ее упругой попки. Он раздвинул крепкие ягодицы и припал к вожделенному отверстьицу. Смочив его обильно слюной, он начал нежно вводить своего крепкого мальчика в горячую дырочку.

– О-о-о! – простонала Лина, уже и сама не понимая от чего, то ли от легкой боли, то ли от удовольствия.

Здесь же член ее друга уверенно вошел в ее нежный ротик и процесс начался. Мужчины действовали уверенно и слаженно. Каждому из них хотелось доставить этой женщине как можно больше удовольствия. Том был предельно аккуратен, он же и задавал темп этому действию. Джеймс одной рукой ласкал грудь, а другой ублажал клиторок. Мужчины расчленили ее тело на части, оно больше не принадлежало своей хозяйке. Материк был разбит на острова удовольствий. На каждом из островов был свой губернатор, который и являлся его единственным и полноправным хозяином.

Лине хотелось ликовать от нахлынувшего на нее экстаза. И если бы не член ее друга, до отказа заполнивший ротик, то она бы точно кричала громкое «ура!», а так только мычала приглушенное «у-у-у!».

После каскада нежных монотонных толчков первым, с приглушенным рыком, сошел с дистанции Том. Оставшиеся бойцы перегруппировались. Линин друг лег, широко расставив ноги, предлагая Лине более основательно заняться его членом. Лина встала на четвереньки и припала к разгоряченному мальчику. Джеймс, обхватив ее крепкие ягодицы, вошел сзади.

О, эта поза сзади! Кто в ней продержится дольше десяти минут? И хорошо, что ее друг кончил на несколько минут раньше, выстрелив в ее ротик теплой душистой спермой. Через несколько минут Лина почувствовала прилив немыслимого сладострастия внизу живота, еще через мгновение взрывной оргазм заставил сокращаться стенки влагалища с такой силой, что Джеймсу ничего не оставалось, как разрядить свое орудие и поспешно ретироваться. Да, бой был славный! В этом бою все сражались отважно и все остались победителями!

Лина в изнеможении упала на растерзанную человеческой страстью кровать. А чувствительный Том обрывал лепестки кремовых роз и посыпал ими распластанное тело женщины. Лепестки нежно опускались на лицо, на грудь и живот Лины. Это были единственные прикосновения, которые она еще могла вынести. Сознание женщины отключилось, и она провалилась в черную дыру безвременья.

Глава 6

Лине было тепло и уютно в этом запредельном пространстве. И она совсем потеряла счет времени. Но нежные поглаживания ее ног и живота, а также порхающие поцелуи ее губ заставили женщину возвратиться в реальность. Открыв глаза, она увидела улыбающиеся, довольные лица своих партнеров по сексу. Бутылка виски была почти пуста, и мужчинам хотелось хоть как-то отблагодарить свою даму за доставленное им удовольствие.

– Линочка, пойдем в ванную, мы хотим сделать тебе нечто приятное.

Он помог ей подняться и проводил к месту продолжения спектакля. Лина погрузилась в теплую ароматную ванну с алыми розовыми лепестками. Неземное блаженство обволокло ее тело.

Том поднес ей стакан с коктейлем: апельсиновый сок – виски. И пока Лина томно через соломинку потягивала напиток, шесть нежных рук омывали ее тело.

Как странно все-таки устроена жизнь. Порой ты рассчитываешь получить одно удовольствие, а вместо этого получаешь сразу три. Или наоборот, надеешься на большую радость, но не получаешь ровным счетом ничего…

Мужчины понимали, что эта женщина не принадлежит ни одному из них и никогда не будет принадлежать. Это как очень дорогая машина, взятая напрокат. Ты едешь на ней, наслаждаешься, но понимаешь, что в назначенное время обязан будешь с ней расстаться, вернуть хозяину.

Эта ситуация, с одной стороны, была абсолютно абсурдна, а с другой – неописуемо приятна. Лина, прикрыв глаза, каждой клеточкой своего чувственного тела поглощала обрушившееся на нее наслаждение. И даже не хотела задавать себе этот излюбленный вопрос всех времен и народов: «Почему?». Значит, так было надо, значит, она заслужила это…

Ополоснув тело женщины прохладной чистейшей водой, Он замотал ее в белоснежное махровое полотенце и препроводил к постели. Хозяйственный Том уже привел ложе в порядок. Лина легла на спину и прикрыла глаза. Три пары мужских рук, смазанных розовым маслом, принялись ублажать свою принцессу. Лине казалось, что она парит в облаках. В этом блаженном состоянии она перешла границу реальности и погрузилась в сладкий сказочный сон.

Даже во сне Лина блуждала по лабиринтам удовольствий. Легкий аромат чайной розы проникал в легкие и отдавался в подсознании благодатью. Все пространство заволокло розовым туманом, в котором Лина невесомым перышком плыла в бесконечность.

Бывают сны, в которых хочется оставаться как можно дольше и как можно дольше не возвращаться в зону земного притяжения. Именно в таких грезах сейчас находилась Лина, но нежное прикосновение к ее щеке вернуло женщину в реальность.

– Доброе утро, богиня! – Он нежно гладил ее живот. – Нам пора в обратный путь. У тебя на сборы сорок минут.

– Привет! Хорошо!

Я зайду позже, перекусим в кафе.

Через сорок минут бодренькая Лина в своем восточном наряде стояла на пороге номера и была готова к переходу по пустыне.

Их проводником снова был невозмутимый Хусейн. Он совершал в месяц не меньше десяти переходов по пустыне, но каждый раз с нескрываемой любовью смотрел в золотистые песчаные дали. Никогда не может надоесть или приесться то, что любишь всем сердцем.

Кто-то любил морские просторы, кто-то цветущие степи, кто-то горные вершины, а Хусейн трепетал перед песчаным величием пустыни, которая только на первый взгляд казалась мертвой, а на самом деле жила по своим законам и приоткрывала тайны только избранным, ею же взращенным Хусейнам.

Лине досталась старая приятельница, полюбившаяся верблюдица Нака. И, кажется, их симпатия была взаимной. При встрече Нака потянулась к рукам женщины и улыбнулась своей верблюжьей улыбкой. Лина погладила ее влажный нос и дала кусочек свежей лепешки, оставшейся после завтрака. Нака с аппетитом жевала хлеб, пуская слюни от удовольствия. Лина по старой схеме разместилась на круглой спине верблюдицы и приготовилась к пятичасовому переходу.

К группе присоединилась компания из четырех иностранцев, и ровно в шесть часов утра караван тронулся в обратный путь.

Возвращение прошло без особых приключений и эксцессов. Ровно в одиннадцать часов мини-караван подошел к базе в Эр-Рияде.

Они поблагодарили Хусейна за увлекательное путешествие. Он вызвал такси, и уже к обеду пара была в своем отеле.

Он пригласил Лину в ресторан. Это был их прощальный обед. В восемнадцать часов по местному времени Линин самолет отбывал в Москву, а в двадцать его самолет должен был доставить мужчину на берег Персидского залива к семье и работе.

Их обед прошел почти без слов, в тишине. Слова здесь были не нужны, их заменили долгие взгляды. Они оба понимали, что все хорошее рано или поздно заканчивается, но остаются воспоминания о том, что такое в принципе возможно. И старая истина, что кто не рискует, тот не пьет шампанского, подтвердилась в сотый раз.

Он уладил формальности на ресепшене и донес сумки до такси. Пара удобно расположилась на заднем сидении автомобиля.

– Дорогая, спасибо за все! Надеюсь, ты не сильно злишься на меня за англичан? Я подумал, что тебе такой опыт будет интересен. Да и у меня раньше такого не было. Кстати, Джеймс просил твой номер, я не дал. Все-таки ты моя женщина! Или нужно было дать?

– Не нужно! Лучше, чем было, уже не будет, а такие отношения обречены, как, впрочем, и наши с тобой!

– Почему это наши обречены?! Я надеюсь, что мы еще увидимся и зажжем с тобой. В следующем году мне дадут отпуск, и я прилечу в Подмосковье.

– Год… Целый год… В моем возрасте это слишком долго…

– Да какой у тебя возраст! Ты же прекрасна! Вот и англичане от тебя без ума!

– После долгих воздержаний у них бы снесло крышу от любой особи женского пола.

– Я так не думаю! Здесь тоже есть женщины, но ты уникальна своей сексуальностью! Мужчины просто теряют голову рядом с тобой и превращаются в похотливых животных!

– Ну почему же в животных, – заулыбалась Лина, – все было очень мило!

– Тебе понравилось?

– Конечно! А кому бы такое не понравилось?!

– Фу-у-ух! – выдохнул Он с облегчением. – А то я думал, что ты обиделась на меня за это.

– За что?! За лучший день в моей жизни?! Не дождешься!

И они вдруг расхохотались. Водитель удивленно повернул голову, но увидел взахлеб смеющуюся пару, тоже улыбнулся и еще пристальнее уставился на дорогу.

Так и есть, когда трудно что-то объяснить, именно смех и юмор сглаживают углы в воспоминаниях.

Перед Линой проплывали картины катающихся по песку мужчин, наглые ласки во время песчаной бури, секс вчетвером в стадии легкого алкогольного опьянения, ее розовые ванна и массаж. Нет! Жалеть здесь было совершенно не о чем!

– Спасибо, дорогой, за все! Я не рассчитывала и на половину тех приключений, которые пережила с тобой!

– И тебе, милая, спасибо! Я буду очень, очень скучать!

– Я тоже!

Такси остановилось у входа в аэропорт.

Он взял ее руку и поднес к своим губам.

– Счастливого пути, дорогая!

– Спасибо! И тебе хорошо добраться до дома.

– Будь счастлива!

– Будь счастлив!

Лина растворилась в толпе пассажиров.

Капля за каплей с кувшина пустого —

Пыльные слезы на грудь дорогого.

Друг мой сердечный, увидимся, вряд ли,

Струи горячие… Мутные капли…

Жадно впитали пески и остыли.

О, как беспечны с тобою мы были…

Аллочка

«Тверская» на Тверской

CMC полетели стайками

Теплым летом к тебе под вечер.

Кто же мог бы тогда представить,

Что такую любовь я встречу!

– Меня зовут Влад!

Голос в трубке прозвучал приглушенно и слегка суетливо.

Аллочке не нравились такие голоса. Она ожидала услышать чистый, низкий мужской голос…

– А меня Алла! – все же ответила она.

– Мы сегодня увидимся?

– Да, конечно, – отступать было не в Аллочкиных правилах. – Где?

– Гостиница «Тверская» на Тверской улице, метро «Белорусская».

– Во сколько?

– В семнадцать часов.

– Ты встретишь меня у входа?

– Обязательно. Я очень хочу увидеть тебя!

– Хорошо, я буду!

– До встречи!

– До встречи!

Аллочкино сердце учащенно забилось. Миллионы образов пронеслись перед глазами. Он ей виделся высоким, мускулистым брюнетом с карими, сверкающими огнем глазами.

Она влюбилась в него только по одной страстной СМС-переписке и была готова к стремительному развитию отношений. Этого мужчину она чувствовала энергетически, через расстояние и пространство. Такое в ее жизни случилось впервые.

Несколько часов рабочего дня пролетели молниеносно.

Первые числа сентября еще сильно напоминали лето. Аллочка шла по Тверской улице, и ее белые эльфийские волосы развевались на ветру. Адриатический легкий загар, светлые джинсы, обтягивающие крутые бедра, нежно-розовая футболка и белая ветровка – все работало на моложавый образ. Сегодня ей нужно было выглядеть на тридцать восемь, и она выглядела на тридцать пять, хотя на самом деле ей было уже за сорок.

«Да, – подумала, улыбаясь, Аллочка, – это как раз тот возраст, когда нужно покорять Тверскую». Всю свою молодость она была примерной семьянинкой, гордой недотрогой. И вот – пожалуйста!

По мере того, как она приближалась к отелю, нарастало и волнение. Она поняла по переписке, что с этим мужчиной у них разные социальные статусы, но он успокоил ее, сказав, что все зависит только от них. О Владе она знала только одно: что он не чудовище из сказки про аленький цветочек.

Аллочка набрала его номер и сообщила, что уже подходит, а возле подъезда никого нет, кроме швейцара. Ровно через минуту появился Влад и, улыбаясь, направился к ней навстречу.

Аллочка остановилась и широко раскрытыми глазами уставилась на спешащего к ней мужчину. Да, он был высок, мускулист, немного сутул, но блондин с серыми глазами, лыс и бородат. Образ, созданный в Аллочкином воображении, лопнул как мыльный пузырь, сердце тупо заныло, ей захотелось плакать.

– Привет, я Влад! – энергично произнес он, обнимая Аллочку за плечи.

– Привет! – пролепетала Аллочка пересохшими губами.

– Ну что, пошли, – он уверенно увлек ее в холл гостиницы.

Аллочке ничего не оставалось, кроме как следовать за ним. Влад провел Аллочку в бар, усадил за столик и предложил что-то заказать.

– Я буду только чай.

– Может, ты хочешь перекусить?

– Спасибо, я не голодна, только чай.

– Хорошо! Тебе какой?

– Черный…

Влад заказал черный чай Аллочке и себе, только с бергамотом.

Чай принесла приятная официантка.

– Ты правда больше ничего не хочешь? – Влад смотрел на свою знакомую смеющимися глазами.

– Правда, – пролепетала Аллочка.

Как ни старалась, но она не могла скрыть своей растерянности и разочарования. Он ей казался совсем не тем и слишком взрослым, хотя на самом деле был немного младше ее.

Влад разлил чай по чашкам и, чтобы отвлечь Аллочку, стал что-то оживленно рассказывать. Женщина смотрела на него и впадала в состояние тихого шока.

Необычно было все! И эта гостиница, и этот чужой внешне, но успевший стать близким совсем на других уровнях мужчина. Он сидел к ней вполоборота, и она видела, как шевелятся его узкие губы. Из-за кривого переднего зуба они напоминали ей клюв птички.

– А что у тебя с зубами? – спросила Аллочка.

– Да в детстве шайбой ребята ударили, вот нет времени заняться этим.

– Понятно.

В процессе беседы Аллочка немного расслабилась, уже улыбалась и принимала более активное участие в разговоре. В ходе разговора выяснилось, что он родился и вырос в Москве, имеет два высших образования, одно из которых – лингвистическое, кандидат экономических наук, женат второй раз, отец двух дочерей, в которых души не чает, занимается бизнесом, вполне доволен своей жизнью и ничего не хочет в ней менять.

Аллочка рассказала ему о том, что любит море, свою дачу, землю, природу и цветы, что у нее есть кот, семья и дети. При этом она неосознанно накручивала на палец волосы с его густо покрытой растительностью руки.

– Что ты делаешь? – засмеялся Влад, отстраняя ее руку. – Это же не трава на твоих грядках.

Аллочка тоже засмеялась, и это разрядило обстановку.

– Влад, извини, я сегодня не готова заниматься с тобой сексом.

– Я уже давно понял это.

– Мне пора домой, а здесь есть туалет? – давал знать о себе чай.

– Да, конечно, я тебя провожу.

Он расплатился за баснословно дорогой напиток, оставил чаевые официантке и подал Аллочке руку.

Они пересекли холл фешенебельной гостиницы и подошли к туалетным комнатам. Здесь совсем не было людей. Аллочка открыла дверь женского отделения и не успела опомниться, как Влад зашел за ней следом и настойчиво увлек в туалетную кабинку. Аллочка не успела сообразить, что происходит, как он впился в ее губы долгим поцелуем, перекрывая кислород. Его руки блуждали по ее телу, давая понять, кто здесь хозяин.

– Дай я хоть прикоснусь к тебе! О, какая грудь!

Он запустил свои аристократические руки ей под футболку, освободил грудь и припал к Аллочкиным нежным сосочкам. У Аллочки закружилась голова.

– Прошу тебя, только не здесь! – перспектива первого секса в такой обстановке приводила ее в полный ужас.

– Не бойся! О, какая попка!

Влад нагло лез в ее джинсы и крепко прижимал к себе, при этом страстно целуя губы. Аллочка чувствовала, что земля уходит из-под ног, еще минута, и процесс станет необратимым. Она собрала остатки воли в кулак и оттолкнула Влада.

– Нет! Не сегодня! Не здесь! Мне нужно уходить!

– Хорошо, – он немного пришел в себя, – я подожду тебя в холле.

Аллочка поправила одежду, привела себя в порядок и, как в полусне, вышла в холл гостиницы. Влад смотрел на нее улыбающимися глазами. Они попрощались, и Аллочка на дрожащих ногах пошла к Белорусскому вокзалу.

На перроне ей пришло СМС от Влада: «А ты мне понравилась и вживую!».

Аллочка ответила: «Ты мне тоже, но к твоей волосатости мне придется привыкать!».

«Ты привыкнешь! Тебе это понравится!»

Лекарство от любви

Горячий жадный поцелуй

Коснулся грешных губ моих…

Его, пожалуй, не ревнуй,

Сегодня он для нас двоих…

Глава 1

Каждая женщина на Восьмое марта ждет не только цветов и подарков, но и поздравлений от своих бывших возлюбленных…

За окном стоял раскисший март. Он пускал первые ручейки и наполнял воздух озонистым запахом таявшего снега.

Аллочку поздравили все ее близкие и любимые люди: муж, сыновья, родные, подруги и друзья. Все, кроме ее бывшего любимого мужчины. Правда, он и раньше частенько забывал делать это. Но сейчас, когда отношения между ними закончились, им только и осталось, что поздравлять друг друга с праздниками.

Подождав до вечера, Аллочка решилась написать ему сама: «Привет! У тебя что, палец отвалится, если ты наберешь мне поздравление?».

Ответа, как всегда, не последовало…

Его молчание пробуждало в Аллочке самые низменные животные составляющие: от жгучей обиды до тупой боли в области сердца и беснования. Ей очень трудно было сдерживать свои чувства и, поборовшись с гордостью, она снова написала ему: «Я не знаю, что это такое, почему не могу себя контролировать и почему не могу разлюбить тебя! Наверное, это чувство сильнее меня! Почему ты молчишь? Зачем ты унижаешь меня своим молчанием?!».

Быстро нажав на кнопку отправки СМС, чтобы не передумать, Аллочка погрузилась в глубокое уныние.

В общем-то, это постоянное состояние тупой боли в груди в конце концов и привело к краху их отношений.

Через тридцать минут наконец-то пришел ответ: «Привет! Я не в Москве. Приеду – напишу!».

«Спасибо, что соизволил ответить. Надеюсь, у тебя все хорошо. Пока».

Нельзя сказать, что это СМС сильно улучшило настроение Аллочки, но, по крайней мере, он жив и здоров, и этого было достаточно, чтобы успокоиться.

За окнами пела мартовская капель, призывая мир к жизни, любви и размножению, а Аллочка уже четыре года как жила без своей большой любви, занимаясь только работой и семейными делами.

Кто-то скажет, а что еще нужно в сорок восемь лет? Разве не в этом заключается счастье? Любовь и чувства для молодых, а взрослым людям остаются только работа и быт.

У Аллочки были и семья, и быт, но она не чувствовала себя счастливой потому, что в ее жизни не было большой любви. Этого озаряющего своим светом жизненный путь людей чувства.

Она знала, что в ней еще много огня и страсти, которые то и дело приходилось тушить валерьянкой. И выплескивать кипучую энергию в творчество, порождая бесконечные вереницы стихов, и хоть на какое-то время тушить ими пожар в своей неуемной душе.

Аллочка понимала, какой энергетикой обладает, поэтому всю силу своих чувств она в основном держала при себе, не нагружая ими близких и родных людей.

Да, для того чтобы сделать существование своей семьи комфортным, некоторым женщинам нужно научиться свои нежно-обволакивающе-жгучие чувства держать при себе, чтобы не перегрузить ими домашних.

Но Аллочка была наделена энергетикой любви сверх всякой меры. Ее гормональные взрывы стали особенно активными после сорока лет, когда дети подросли, и забота о них стала сводиться в основном к материальной помощи.

Возможно, таким образом природа предлагала ей родить еще одного ребенка и погрузиться в заботы по его выращиванию.

Но ни возраст, ни здоровье, ни ответственность перед старшими детьми не позволяли ей сделать этот шаг.

А гормоны бурлили! А мозги не позволяли ей пуститься во все тяжкие, наращивая одно противоречие на другое.

Несколько лет Влад оттягивал на себя Аллочкину энергию. Он был силен и смог поработить ее своей волей. Несколько лет подряд женщина, как послушная собачонка, бежала к нему только по одному небрежному свистку, пока любовь, граничащая с безумием, не накрыла ее с головой.

Любая нестандартная ситуация, как долго бы ни существовала, начинает тяготить и стремится в своем разрешении к общепринятым канонам того общества, в котором живет и существует индивидуум.

Уже прошли и шесть месяцев страсти, и три года любви, и еще год безумной любви. Отношения стали превращаться в ежеминутную потребность, в непреодолимую зависимость, в ломку.

Нужно было что-то решать. И каждый сделал свой выбор самостоятельно. Аллочка выбрала семью, боль и одиночество, а Влад – семью, работу и секретаршу, потакающую его склонности к групповому сексу.

Он зажил спокойно и весело, а она тоскливо, больно и одиноко. Нескончаемое чувство боли совсем измотало ей душу. Так же, как когда-то любовь, боль захватила ее полностью. Но еще большая боль от скоропостижного ухода мамы дожгла ее душу до конца и на целый год превратила в выжженную пустыню.

И только ее Муза была рядом, согревала своим крылышком и собирала невидимые слезы в грустные рифмованные строки. Забота о семье, доведенная до автоматизма, на целый год стала ее единственным занятием. Но именно в труде и в творчестве возрождаются разбитые сердца.

Через год дышать стало легче, и солнце снова засияло прежним ярким светом. Человек не то чтобы смиряется с потерями, он просто привыкает с ними жить, оставляя их в параллельных измерениях, невидимыми для окружающих, но ощутимыми для себя.

Время от времени Влад виртуально появлялся в жизни Аллочки и предлагал секс втроем: с ним и его новой подругой. Такой цинизм очень коробил Аллочку. Ведь она все еще где-то в глубине души любила его.

Несколько лет постоянной сердечной боли и внутренней борьбы только притупили это чувство, которое существовало, скорее, на клеточном уровне.

Когда Аллочка включала мозги, она не могла понять, за что именно любила этого мужчину.

Ведя внутренний диалог, она спрашивала себя:

– За что ты его любила? Он дарил тебе цветы?

– Нет.

– Может, подарки?

– Нет.

– Может, заботился о тебе?

– Нет.

– Помог в твоих проблемах?

– Нет.

– Вел с тобой доверительные беседы?

– Нет.

– Был безумно красив?

– Нет.

– Наделен необыкновенной потенцией?

– Нет.

– Или он поговорил с тобой при расставании, успокоил тебя?

– Нет.

– Тогда за что ты так долго и так сильно любила его? Может, за наглую уверенность в себе?

– Да!

– За его сумасшедшую энергетику, которая, соединившись с твоей, позволяла тебе бродить по вселенским просторам?

– Да!

– За его веру в твой талант с момента его зарождения?

– Да!

– За то, что, попавшись на его удочку, ты умирала от счастья только от одной мысли о нем?

– Да!

Да уж, кто поймет этих женщин и природу их любви…

Глава 2

Аллочка сделала небольшой перерыв в своей профессиональной деятельности и полностью отдалась творчеству. Этот год у нее выдался крайне успешным и плодовитым.

Из печати вышло два сборника стихов, и вот-вот должна была выйти книга эротической прозы.

Чтобы расширить свои познания в литературе, она посещала шестимесячные воскресные курсы по прозе при МГО СП России.

Чаровница-весна дышала свежестью на московских улицах. За окнами стояла середина апреля. Птички весело щебетали, а солнце щедро разбрасывало веснушки на носы детворы.

По стечению обстоятельств курсы проходили в здании, которое находилось в том же месте, что и дом Влада. Каждый раз, идя на занятия, Аллочка вспоминала своего бывшего возлюбленного. Она не раз, потеряв голову от любви, торопилась к нему на свидание по этой старой московской улочке.

Преподаватель рассказывал о роли главного героя в произведении. Слушатели принимали самое активное участие в обсуждении этого вопроса. Аллочкин мобильник пискнул, сообщая о приходе СМС.

«Привет! Как дела?»

Это СМС было от Влада. Не задумываясь, Аллочка ответила.

«Привет! Все о’кей! Хочу тебя!»

«Ты где?»

«На курсах, рядом с твоим домом».

«Давай увидимся».

«Давай!»

«Ты когда освобождаешься?»

«В 15 часов. Давай на остановке возле ЦДЛ».

«Хорошо! До встречи!»

«До встречи!»

Больше Аллочка ничего не слышала из слов преподавателя. Они с Владом не виделись около четырех лет. Как же она любила его! Боже, как же сильно она любила его! Как же она страдала после того, как прекратились их отношения! И вот сегодня они снова увидятся, а ведь она думала, что уже никогда с ним не встретится. Воистину пути Господни неисповедимы…

Ровно в 15 часов Аллочка сидела на пустой автобусной остановке. Влад пришел вовремя. Он почти не изменился: та же лукавая улыбка, та же комплекция, только немного уставший вид и темные круги под глазами свидетельствовали о его крайней усталости или перенесенной болезни. И больше не было его фирменного кривого переднего зуба, и губы в профиль уже не напоминали клюв птички. Обычные зубы, обычные губы, и никакой изюминки.

– Привет! – весело поздоровался Влад, как будто и не было этих четырех лет разлуки. – Что, все так же мужички не дают прохода?

– Привет! – улыбнулась в ответ Аллочка. – А причем здесь это?

– Притом, что ты почти не изменилась.

– Не знаю я никаких мужичков, и вообще, никого у меня нет. Да, я такая, как и была, вот только волосы короткие.

– Тебе идет.

– Надеюсь. Ну что, пойдем посидим где-нибудь в кафе?

– Я не взял денег.

– Так и быть, угощаю.

– Спасибо! За мной должок!

– Договорились!

– Здесь недалеко есть «Шоколадница». Подойдет?

– Конечно.

Они прошли московскими дворами на Поварскую улицу, на которой размещалось кафе. Зашли внутрь, заняли столик у окна. Он заказал себе персиковый сок и чай, она свежевыжатый морковный фреш со сливками.

– Ну, как ты живешь? – спросил Влад.

– Нормально! Сейчас не работаю, отхожу от смерти мамы.

– Да, прошлый год у тебя выдался тяжелый.

– А ты как?

– Тоже нормально.

– Больше не ездишь по заграничным командировкам?

– Пока работаю в Москве.

– А я знаю, почему ты так часто и внезапно уезжал за границу. Вот ты мне никогда и ничего о себе не рассказывал, а я о тебе почти все знаю.

– И что же ты знаешь?

– То, что ты работаешь в разведке!

– Тише! Говори тише! – Влад непроизвольно огляделся по сторонам.

По его поведению Аллочка поняла, что попала в точку.

– И вообще, ты плохо меня знаешь. Я мерзавец!

– Как это? И что, для тебя ничего не стоит обидеть человека?

– И не только обидеть!

– Что, может, и убить?!

– Может, и убить!

– Не говори так! Я не могла бы полюбить мерзавца! Не верю!

Влад промолчал. Хотя это его признание все расставляло на свои места. А то Аллочка не раз думала, что это она идиотка, когда пыталась объясниться с ним, а он так ни разу и не ответил. Он так и не позволил ей поставить точку в их отношениях.

Получается, что он победил. Время прошло, и остались только хорошие воспоминания, а страсть переросла, перебродила в дружеские отношения.

– Ладно! Не будем об этом. У тебя есть женщина?

– Да!

– Кто? Твоя бывшая секретарша Ирэн?

– Не секретарша, а моя помощница.

– Ну да, это теперь так называется.

Она непроизвольно дотронулась до его предплечья, он интуитивно отдернул руку. Всего лишь одно движение. И целая непреодолимая пропасть между ними.

– Ты ее любишь?

– Нет! Но она дорога мне, и я к ней привязан.

Аллочка побоялась спросить, а любил ли он ее. Ответ и в ее случае мог бы быть отрицательным. Но того, что он не любит свою новую женщину, вполне было достаточно для удовлетворения ее самолюбия. С ним они, по крайней мере, целовались, а сейчас он даже не целуется.

В глазах Влада стал появляться такой знакомый до боли, игривый огонек.

– О! Узнаю тебя прежнего!

– А у тебя есть мужчина?

– Никого у меня нет. И не до этого мне было последнее время.

– А как у тебя с сексом?

– Да почти никак. Иногда случается с мужем.

– И как же ты живешь без этого со своим темпераментом?

– Вот так и живу!

– Я хочу пригласить тебя в нашу команду.

– В какую такую команду?

– Можно начать – мужчина и две женщины, потом круг участников будем постепенно расширять. Да не переживай ты, это все достойные люди.

– Ты просто неисправим!

– Это новый тип коллективных отношений, тебе понравится.

– Спасибо, конечно, за оказанное доверие, но ты же знаешь, это не мое, и к тому же я не лесбиянка.

– А тебя никто и не заставляет быть лесбиянкой. Я подумал, раз ты все еще не забыла меня, то, наверное, и правда любила.

– Нет! Это я притворялась, от нечего делать, и писала сборники стихов о любви к тебе.

– Мы можем снова быть вместе.

– Но только, если я поняла тебя правильно, втроем.

– Ты поняла меня правильно.

– Я бы, наверное, смогла полюбить женщину, но только если бы она была мной. Твоя Ирэн – это я?

– Нет. Она это она.

– Тогда вряд ли я полюблю ее. А ты не боишься, что она влюбится в меня, и я отобью ее у тебя? – ухмыльнулась Аллочка.

– Нет! Не боюсь.

– А зря!

– Нам нужно встретиться втроем, посидеть в кафе, пообщаться. Кстати, она к тебе хорошо относится.

– А с чего бы это ей относиться ко мне плохо? Это же не я тебя у нее увела!

– Никто меня ни у кого не уводил.

– Ну тебе виднее. А эти дурацкие анонимные письма, эта Ольга Петрова. Кажется, я знаю, кто их писал. Но лучше помолчу. Значит, с кем-то ты занимался сексом в Ницце, а со мной – где придется.

– Да ни с кем я сексом в Ницце не занимался. Просто там у нас была выставка.

– Понятно! Я подумаю.

– Подумай.

– Может, ты и прав, теперь, когда моя любовь к тебе поутихла, может, что-то и получится. Все равно у меня никого нет, а здесь хоть что-то.

– Тебе понравится, не сомневайся. Сначала посидим в кафе. Я напишу тебе на следующей неделе, обсудим время и место.

– Хорошо! А вдруг я снова в тебя влюблюсь?

– Значит, тебе снова будет больно!

Такая перспектива не особо понравилась Аллочке.

– Ладно, поживем – увидим!

Аллочка расплатилась с официантом. На выходе из кафе он вдруг игриво схватил ее за грудь. Надо же! Чего-чего, а этого она не ожидала.

– Да ты проказник, однако!

– Угу, я такой!

На прощание они помахали друг другу ручкой.

– Приятно было увидеться, поговорить. Пока!

– Мне тоже! Жди сообщение.

– Хорошо!

– До свидания!

Влад пошел домой, а она направилась к метро. Сейчас Аллочка поняла только одно: безумной страсти больше нет, она научилась жить без него и теперь полностью контролирует ситуацию.

Послевкусие нежности – руки твои

С терпким привкусом прошлого счастья.

Быстро канули в Лету безумные дни,

И по жизни пришлось нам расстаться.

Лишь полынная горечь на тонких губах.

Скачет серою жабой разлука…

Да кристаллики льда в потускневших глазах,

И в растерзанном сердце ни звука.

От любви отречение – грустный сюжет,

В нем былого блаженства огрызок…

И тебя в моей жизни уже больше нет,

И конец грустной повести близок…

Групповым сексом Аллочка решила заняться, скорее, из любопытства. Да будь что будет! В конце концов, никогда не поздно отказаться, если не понравится.

Глава 3

Влад никогда не бросал слов на ветер, поэтому в середине следующей недели от него пришло СМС.

«Привет! Как настроение?»

«Привет! Нормальное!»

«На следующей неделе во вторник в 12 часов тебе будет удобно встретиться?»

«Да! Где?»

«Метро „Добрынинская“, в „Шоколаднице“».

«Хорошо! До встречи!»

«До встречи!»

Четыре года она вытравливала его из своего сердца. Четыре года она писала надрывные стихи и дописалась до членства в Союзе писателей России. Благодаря этой безумной любви в ней вдруг открылся поэтический и писательский дар. Она до сих пор помнила эту тупую боль в груди, не дававшую ей спокойно жить и дышать. И вот теперь, когда она почти излечилась, предмет ее страсти как ни в чем не бывало появился и предложил перейти на новый уровень отношений.

«Ну что ж, попробуем дружеский секс, если все равно нет любви», – подумала Аллочка.

На улице стоял конец апреля. Аллочка в назначенное время зашла в кафе, села за столик у окна. Ровно через пять минут подошли Влад и Ирэн.

– Привет!

– Привет!

– Привет!

Влад сел в кресло рядом с Аллочкой, а Ирэн напротив на стул. Влад был в бодром расположении духа. От темных кругов под глазами не осталось и следа. Его, видимо, забавляла эта ситуация. Поэтому он предоставил женщинам самим разбираться между собой.

Ирэн была симпатичной женщиной невысокого роста с пышными формами, с правильными чертами лица, длинными темно-русыми волосами и голубыми глазами.

Раньше, когда Аллочка приходила к Владу на работу, она подавала ей чай. Аллочка и тогда недоумевала, почему у них с Владом ничего нет. Ведь Ирэн была в его вкусе. Но со временем все встало на свои места. Из секретарши Ирэн превратилась в помощницу и любовницу Влада. Жизнь, по большому счету, очень банальная штука.

– Ну что, будем на «ты»? – спросила Аллочка.

– Да! – ответила Ирэн. – Только Влад мой начальник, и я с ним на «вы».

– Ну, это ваше личное дело, – улыбнулась Аллочка. – Мне он не начальник, с ним я давно на «ты».

К столику подошла симпатичная официантка.

– Что будем пить? – спросил Влад.

– Я буду морковный фреш со сливками, – осталась верна своему вкусу Аллочка.

– Мне латте, пожалуйста.

– А мне молочный коктейль, – завершил заказ Влад.

– Ирэн, сколько тебе лет?

– Тридцать восемь.

– Хороший возраст, – сказала Аллочка.

А про себя подумала: «Черт подери, она на десять лет меня младше».

Это становилось уже интересным.

– А кто ты по знаку зодиака?

– Телец.

– Упрямый знак! Не склонный к безумным чувствам.

– Да. Это все в прошлом.

– Почему? Ничто не предохраняет нас от повторения некоторых ошибок так, как пережитые разочарования?

– Причем здесь это? Просто этого человека больше нет.

– Извини!

– Ничего. И вообще, мне больше нравятся женщины.

– А что, любительниц с би-ориентацией найти сложно?

– Подходящий вариант найти непросто. И не хочется случайных людей.

– А мне как-то больше нравятся мужчины. Вот во Влада была раньше влюблена. Да, Влад?

– Ну да!

– Вот даже книгу написала о моей к нему любви.

С этими словами Аллочка достала из сумочки два сборника своих стихов. Один она протянула Владу.

– Я же обещала тебе бессмертие! Бери!

– Спасибо! Мне подписывать не нужно, я не люблю автографов.

– Как скажешь. А это тебе, Ирэн.

– Спасибо! А мне подпиши.

– С удовольствием!

Аллочка знала, что это Ирэн писала ей анонимные письма на электронную почту, выдавая себя за некую Ольгу Петрову. Мол, она бывшая сотрудница Влада, и не Аллочку ли она видела случайно в его офисе. Мол, она давно следит за ее творчеством, и вот Аллочкино фото с литературной странички в Интернете ей показалось очень знакомым. Мол, ей нравятся Аллочкины стихи о любви, но ведь мужчина, которому она посвятила столько своих стихов, совсем ее не любил.

Аллочка никак не могла понять, что нужно этой женщине. Ведь она сейчас с ним рядом. Аллочка не лезет в их отношения. Или она ревновала его к прошлому? Или она не смогла полюбить его так сильно, как любила Аллочка? Ну здесь уже ничего поделать нельзя. Любовь – это как талант, она либо есть, либо ее нет.

Ах! Если бы Ирэн только знала, как это подстегивало Аллочкино вдохновение. Как много она написала красивых стихов, в которых продолжался их роман с Владом, только чтобы позлить эту Ольгу Петрову. Аллочке сейчас в самый раз поклониться этим двоим до земли в знак благодарности: «Спасибо, мои дорогие! Благодаря вам я стала поэтессой!».

Но Аллочка как ни в чем не бывало пила свой морковный сок и ждала дальнейшего развития событий. Пусть себе думают, что она наивная дурочка. Хотя Влад слишком хорошо ее знал и вряд ли так думал.

– Влад, а ты что-нибудь пишешь? Ты же филолог! – спросила Аллочка.

– У меня очень мало свободного времени, но иногда немного пишу.

– Что?

– Детские сказки.

– Вот это да! Здорово!

– Я никогда не пойму, как ты пишешь стихи. В метро на коленке?

– Да я и сама не понимаю. Но приблизительно так! И только по вдохновению.

– Молодец!

– Стараюсь!

Они допили свои напитки, Влад расплатился кредитной картой.

Они вместе дошли до метро, тепло попрощались, Влад даже обнял Аллочку на прощание.

– Я тебе напишу!

– Хорошо!

– Пока!

– До свидания!

– Приятно было пообщаться, – сказала Ирэн.

– Взаимно! – ответила Аллочка и нырнула в московскую подземку.

Глава 4

А руки… будто две змеи…

Настырно обвивают стан…

И две горячие струи

Сливаются в один стакан!

Прошли майские праздники. Деревья оделись в изумрудные блестящие листочки. Птички выводили звонкие трели. Клумбы тюльпанов алыми пятнами мерцали на пронзительно зеленых газонах.

«Привет! Ты завтра сможешь в 13 часов у тети?»

«Привет! Смогу».

«Тогда до встречи!»

«До встречи!»

В своих авантюрах Аллочка всегда шла до конца. Сейчас ей нужно было только выполнять указания. Просто принести свое тело в назначенное время и в назначенное место.

Ей ли было не знать, где находится квартира его тети, а именно в центре, на Добрынке. Первый раз они занимались там сексом, когда в ней даже не было мебели, прямо в темноте, опираясь на подоконник.

И именно на тетушкином диване она впервые поняла, что безумно любит его. Именно этот серенький, ничем не примечательный диван стал ее космодромом для полетов в другие галактики.

Однажды под Новый год он даже познакомил ее со своей тетей, выдав за свою сотрудницу. И пока милая женщина украшала елку, нагло трахнул прямо у окна в ее укромной спаленке.

И вот теперь она идет на свидание к нему и его новой пассии. Да и она ли это? Какой-то бред!

Вот она стоит у знакомых дверей, нажимает кнопки домофона, поднимается на пятый этаж и входит в предварительно открытую, как бывало раньше, дверь, в знакомый коридорчик, в котором ее не раз встречал Влад горячими объятиями и страстными поцелуями.

– Привет!

Влад приветствовал ее в одних джинсах.

– Как добралась?

– Привет! Нормально.

Он помог ей снять ветровку, которую повесил на вешалку.

– Мой руки, и пошли пить чай.

– Хорошо!

Путь в ванную лежал через кухоньку, на которой хлопотала Ирэн. На ней был надет сарафан с вызывающим декольте и две ее пышные груди соблазнительно просились наружу.

– Привет!

– Здравствуй!

Аллочка зашла в ванную и вымыла руки. Ох, если бы бедная тетя только знала, что творится в ее квартире, пока она на работе.

Когда Аллочка вышла из ванной, ее взору открылась идиллическая картина. Влад, обнаженный по пояс, пил чай. Ирэн готовила ему какую-то целебную смесь из грецких орехов и меда. Ни дать ни взять – муж и жена во время фиесты.

– Что ты будешь пить? – спросила Ирэн у Аллочки.

– Если можно, чай с молоком.

– Конечно, можно, – мило улыбнулась Ирэн.

Она налила ей кружку чая, из холодильника достала и добавила молоко.

– Спасибо!

– На здоровье, угощайся печеньем.

– Спасибо!

Да уж, Аллочка умела страстно любить, а Ирэн – заботиться. И видимо, молодость и забота победили. Влад был в надежных руках.

Они пили чай и строили планы на будущее. Аллочка не без внутреннего удивления принимала участие в этом разговоре.

– Знаете, ребята, у меня совершенно нет никакого опыта в занятиях групповым сексом.

– Не переживай, это несложно, научишься, – ответил Влад.

– А знаешь, Ирэн, это я Влада научила заниматься сексом! Когда мы с ним начинали, он многого не умел.

– Да что ты? – Влад поднял удивленные глаза на Аллочку.

– А я его научила заниматься групповым сексом, – констатировала факт Ирэн.

– А вот в этом Владу повезло, он всегда об этом только и мечтал.

– Ну что, может, приступим к делу? – запустил механизм разврата Влад.

– Как скажешь! – согласились женщины.

Влад разложил диван, а Ирэн накрыла его голубой простыней и направилась в ванную привести себя в порядок.

– Влад, у тебя есть, что выпить? – спросила непьющая Аллочка.

– Сейчас посмотрим!

Он заглянул в тетины заначки и из кухонного шкафа достал небольшую бутылку коньяка.

– Коньяк будешь?

– Буду!

Он налил в стакан пятьдесят граммов коньяка.

– Разбавь холодной водой.

– Хорошо!

Аллочка залпом выпила коньяк.

– Давай еще!

– Пожалуйста!

Она снова выпила разбавленный коньяк.

Алкоголь быстро ударил в голову, и ей все стало, по большому счету, по барабану.

– Вот теперь я к разврату готова!

– Молодец!

Влад помог ей раздеться догола. Потом развернул спиной и прижал к своему животу, целуя шею и плечи.

Ах! Какая знакомая нежность! Электричество пробежалось по всему женскому телу. Они почти улетели!

Но здесь в первозданном виде появилась Ирэн. Она резинкой собрала волосы на затылке и была готова ринуться в битву.

Аллочка легла на диван, раскинула руки и закрыла глаза. Вот вам мое тело – берите!

Влад широко раздвинул ей ноги и припал к клитору, а Ирэн с жадностью впилась в ее губы, нежно лаская грудь.

Вау! Этот поцелуй был совсем не женский, а по своей силе и проникновенности, скорее, мужской. Аллочка и сама не заметила, как стала отвечать на ее поцелуи. В это самое время Влад вошел в ее пещерку и стал совершать ритмичные движения.

На одном из таких движений Аллочка испытала оргазм. Они, как гостеприимные хозяева, позволили ей получить удовольствие первой.

Не успела Аллочка прийти в себя, как над ее лицом нависла пряная женская вагина. Что удивило Аллочку, так это то, что строение женских прелестей Ирэн сильно отличалось от ее собственных. Если Аллочкина прелесть представляла собой ракушку, при открытии створок которой виднелся нежный розовый бутончик с чувственной жемчужинкой внутри и нежные крылья бабочки, то у Ирэн все было снаружи, а малые половые губы представляли из себя светло-коричневое жабо.

Но делать нечего, пока Ирен ублажала Влада ротиком, Аллочке пришлось ласкать ее девочку. Ирэн стала слегка постанывать. Она встала на четвереньки, целуя Аллочкину грудь, а Влад вошел в нее сзади. Аллочка пальчиком ласкала ее клитор, зная наперед, как эта ласка нравится всем женщинам. Стоны Ирэн усилились, и что-то горячее обожгло Аллочкину руку, брызнув на простыню.

Ирэн поднялась и ушла в ванную.

– Это она так кончает? – Аллочка вопросительно посмотрела на Влада.

– А я откуда знаю?

– Мог бы и знать!

Ирэн вернулась, устроилась между Аллочкиных ног и принялась целовать ее промежность.

Аллочка взяла в рот член Влада, нежно посасывая его и лаская рукой яички.

Но вдруг сценарий сбился! То ли она причинила ему боль рукой, то ли еще что-то, но Влад вдруг вспылил и выбежал из комнаты.

Женщины в недоумении посмотрели друг на друга.

– Не переживай! – успокоила Аллочку Ирэн.

Через пару минут Влад вернулся. Предложил женщинам рядом встать на четвереньки. Ирен снова застонала, а Аллочка почувствовала, как в нее вошло что-то твердое, холодное и неживое. Она импульсивно одернула руку Влада.

– Не хочу!

– Но это игрушка!

– Не хочу! Не надо! Мне не нравится!

– Хорошо! Хорошо! Как скажешь!

Ирэн с тоской смотрела на этих двоих, и ее взгляд говорил: «Да! Вы стоите друг друга!».

– Ну что, для первого раза неплохо, – попытался разрядить обстановку Влад.

– Угу! – промычала Аллочка и ушла в ванную.

Когда она вышла, Влад как ни в чем не бывало в одних трусах сидел за столом, а Ирэн невозмутимо подогревала чайник.

– Ну что, еще чайку?

– Я не хочу! Так посижу.

Вдруг Влад и Аллочка стали о чем-то оживленно спорить. Между ними просто летали молнии. Будь их воля, они бы просто вцепились сейчас друг в друга. Да, это были равные сверхтемпераменты.

– Ну хватит уже! – не выдержала Ирэн. – Лучше давайте обсудим следующую встречу.

– Я хочу, чтобы был еще один мужчина, мне мало, – капризно заявила Аллочка.

– Не вопрос! Следующий раз встретимся в гостинице. Есть серб-бизнесмен и армянин-художник, кого ты хочешь?

– Давайте начнем с армянина-художника.

– Хорошо!

– Мне пора! Спасибо за новый опыт!

– Да не за что!

Влад проводил ее до двери и нежно обнял.

– Пока! Я тебе напишу.

– Пока!

Аллочка вышла на весеннюю улицу, хмель почти весь улетучился. Как она ни мыла лицо, но оно по-прежнему пахло влагалищем Ирэн.

«Нет! Однозначно, я не лесбиянка, и Ирэн точно не в моем вкусе!» – подумала Аллочка.

И все-таки один положительный момент был. Впервые после встречи с ним у нее не ныло в груди. Теперь он мужчина Ирэн, и если что, пусть голова болит у нее.

А для Аллочки Влад останется хорошим воспоминанием и добрым приятелем. Да, действительно, сегодня их отношения перешли на другой уровень. Хотя Аллочка не совсем была уверена, нужно ли ей все это…

Я не его… И не твоя…

Без страсти все и без любви…

С холодной бухты навсегда

Мои уходят корабли…

Аллочкина Америка

Что ж, походим по грани у этого сильного чувства?

Страшно?! В пропасть с разбега – расправив крыла…

Там бушует огонь, но на дне одиноко и пусто,

И конечно, не шьет белым шелком подушек судьба…

Глава 1

Виртуальное знакомство

На поездку в Нью-Йорк с группой российских литераторов в профессиональном плане Аллочка не возлагала особых надежд. Но уж очень хотелось посмотреть эту далекую и до боли знакомую страну – Америку.

«Нью-Йорк» звучало заклинанием! Нью-Йорк, Нью-Йорк, Нью-Йорк! Она увидит этот город своими глазами, увидит его небоскребы и огни, вдохнет воздух свободы или чего там еще…

Эту страну нельзя было посетить без визы. Американская виза, что это за зверь? Как выяснилось, эту визу дают не всем, а только тем, кто визуально понравится сотрудникам американского посольства и докажет свою платежеспособность, а также нежелание эмигрировать в Штаты.

У Аллочки даже мысли не возникало эмигрировать куда-либо. Москву она любила всем сердцем и крепко была привязана к подмосковной земле пуповиной рожденных и выращенных здесь сыновей.

И все же перспектива посетить группой США, поучаствовать в книжной выставке и посмотреть Нью-Йорк будоражила ее воображение.

Аллочка так и сказала сотруднику посольства: «Хочу совместить полезное с приятным. Поучаствовать в книжной выставке и посмотреть город, о чем всегда только и мечтала». При этом она стала просовывать в окошко сборник своих стихов, открыто улыбаясь. Мужчина улыбнулся в ответ, не нашел никаких оснований, чтобы не доверять Аллочке, и легко поставил свою подпись на документах для визы.

После этого Аллочка целую неделю находилась в состоянии эйфории и по случаю получения визы сроком на три года, и от предвкушения поездки.

За несколько дней до вылета Аллочка зашла на сайт знакомств и методом тыка выбрала молодого тридцатишестилетнего коротко подстриженного брюнета с редким именем Назар.

Кто знает, почему мы совершаем те или иные действия, выбираем тех или иных людей?

Аллочке хотелось увидеть город глазами уже проживающего там человека. И это точно была бы не она, если бы хоть не попыталась ввязаться в очередную авантюру. О, как же мир авантюр любил эту женщину! Он просто питался ее непредсказуемыми эмоциями и действиями. Вэлком, дорогая Аллочка! Судьба широко раскрыла свои жаркие объятия и увлекла наивную любознательную овечку в водоворот интересных событий!

24 мая, 17:52

Алла

Привет!)))

24 мая, 17:59

Nazar

Привет!

24 мая, 18:00

Алла

С 28.05 по 02.06 буду в Нью-Йорке, можем увидеться, погулять.)))))))

24 мая, 18:03

Nazar

В командировку или отпуск?

24 мая, 18:04

Алла

На книжную выставку, немного по делам и город посмотреть.

24 мая, 18:07

Nazar

Интересно, работа, наверное, в сфере культуры?

24 мая, 18:08

Алла

Я бухгалтер и немного пишу, а ты кем работаешь?

24 мая, 18:10

Nazar

А я в одной нью-йоркской корпорации системным администратором и немного программистом.

24 мая, 18:11

Алла

Здорово! Это очень интересно!

24 мая, 18:12

Nazar

Да, не жалуюсь! Аэрофлотом или Трансаэро?

24 мая, 18:14

Алла

Delta airlines, прямой рейс без пересадки, вроде так.

24 мая, 18:14

Nazar

Почему-то сразу подумал, что «Дельтой» после того, как написал свой вопрос. Они все прямые, без пересадок.

24 мая, 18:16

Алла

Я первый раз… Не очень в этом разбираюсь… Но то, что без пересадки, меня радует.))) Вот думаю: напишу, познакомлюсь с русскоговорящим жителем Нью-Йорка.))) Если ты, конечно, не против и свободен. Сразу скажу: мне нужна только дружба и никаких поползновений на чью-либо свободу.

24 мая, 18:19

Nazar

Всегда интересно знакомство с новыми людьми. Я не против, свободен по выходным, и никаких поползновений.

24 мая, 18:22

Алла

Будем считать, что познакомились?

24 мая, 18:23

Nazar

Думаю, вполне! Да, это мое настоящее и полное имя.

24 мая, 18:24

Алла

Назар – это украинское имя?

24 мая, 18:25

Nazar

Не совсем, украинское полностью звучит как Назарий, если быть точным, мое имя арабское и в переводе означает «взгляд». Мой дедушка родом из Средней Азии. Меня назвали в честь него.

24 мая, 18:25

Алла

Ты мусульманин?

24 мая, 18:26

Nazar

Никаких обрядов не соблюдаю, да и, чего греха таить, неверующий, если честно, атеист.

24 мая, 18:28

Алла

Мое имя Алла, близкие люди называют Аллочкой, Алла Бриз – псевдоним, я пишу стихи, и у меня вышла одна книга прозы. Так получилось, что после сорока пяти лет открылся творческий талант.

24 мая, 18:29

Nazar

Ммм, интересно.

24 мая, 18:29

Алла

Называй меня, как тебе нравится. Алла, Аллочка… Меня и так и так зовут.

Я открытый человек, без двойного дна… Да, и у меня есть семья, ну чтобы мне перед тобой не изворачиваться. Надеюсь, мы увидимся и интересно проведем время.)))

24 мая, 18:35

Nazar

Правильно делаешь, не надо изворачиваться, к тому же я не сексуально озабоченный.

24 мая, 18:35

Алла

А я озабоченная!))))))))))))

Ну это честно… Наверное, у меня мало секса – поэтому.)))

24 мая, 18:36

Nazar

Ну должен же быть у человека хоть один недостаток.)))

24 мая, 18:37

Алла

О! Да, это мой единственный недостаток или достоинство, еще до конца не определилась.)))

24 мая, 18:37

Nazar

Мне тоже его не хватает, но я на этом не зацикливаюсь.

24 мая, 18:37

Алла

Я тоже, но иногда хочется очень.

24 мая, 18:37

Nazar

А как же муж? Как он такое допускает?

24 мая, 18:38

Алла

Только не задавай этих вопросов… Он не допускает… И я держусь как могу… Просто я тебе немного приоткрыла душу.

24 мая, 18:39

Nazar

Не вопрос, не лезу.

24 мая, 18:41

Алла

Назар, рада знакомству, надеюсь, увидимся и приятно проведем время, пообщаемся, погуляем, я подарю тебе книгу, ты мне что-нибудь покажешь интересное. Мне пора уходить с работы, шлю тебе дружеский поцелуй!

24 мая, 18:42

Nazar

Хорошо, за книгу заранее спасибо и за дружеский поцелуй тоже. До встречи в эфире!

24 мая, 20:43

Алла

Я уже дома. Ты на работе?

24 мая, 20:43

Nazar

Дома, я сегодня выходной.

24 мая, 20:44

Алла

Ты работаешь по сменам?

24 мая, 20:45

Nazar

Нет, каждый день с 9.00 до 5.30, иногда задерживаюсь допоздна, если в этом есть необходимость.

Выходные – пятница и понедельник.

24 мая, 20:46

Алла

Понятно. Ты мне расскажешь, как оказался в Америке, если хочешь, конечно.

24 мая, 20:47

Nazar

Это не секрет, выиграл грин-карту, сам не ожидал причем.

24 мая, 20:47

Алла

Как это выиграл?

24 мая, 20:49

Nazar

Есть лотерея, разыгрываемая правительством США раз в год, называется Green Card Lottery, то есть, по сути, выигрываешь вид на жительство США.

24 мая, 20:50

Алла

Так ты везунчик!

24 мая, 20:50

Nazar

Ну, если можно так сказать…

24 мая, 20:51

Алла

Вот и я сразу к тебе приклеилась, наверное, чтобы тебя еще больше осчастливить!)

24 мая, 20:51

Nazar

Иногда задумываюсь и прихожу к мнению, что, наверное, для условий, в которых я рос, немалого добился.

24 мая, 20:52

Алла

А в каких условиях ты рос и где?

24 мая, 20:52

Nazar

Долго рассказывать, может, расскажу, когда приедешь.

И потом, что обо мне да обо мне, расскажи о себе немного.

24 мая, 20:58

Алла

Что значит «может»? Обязательно расскажешь! И я тебе расскажу. А вкратце: родилась на Украине, в Москву вышла замуж, давным-давно, когда ты еще был маленьким, живу в Подмосковье, работаю в Москве. Немного творю… Но это не приносит дохода, поэтому и работаю.

24 мая, 21:00

Nazar

Да уж, для того чтобы творения приносили доход, нужны правильные люди.

Сколько у тебя детей? Они, наверное, уже взрослые, живут отдельно.

24 мая, 21:02

Алла

У меня два сына, старший живет отдельно, младший с нами. А у тебя дети есть?

24 мая, 21:03

Nazar

Маленький сын, будет четыре годика в августе, остался со своей мамой. С его мамой у нас не получилось. А в Америке я почти три года.

24 мая, 21:04

Алла

Ты что, в Америке совсем-совсем один?

24 мая, 21:05

Nazar

Ну пока да. У меня вся жизнь – это героическое преодоление препятствий в одиночку.

24 мая, 21:06

Алла

А где ты живешь? Квартиру снимаешь?

24 мая, 21:06

Nazar

Да. Живу в Бруклине, недалеко от Брайтон-Бич.

24 мая, 21:07

Алла

А у нас там отель, вроде, мне всегда хотелось побывать на Брайтон-Бич. Это же русский квартал, да?

24 мая, 21:08

Nazar

Разве не на Манхэттене отель будет?

Можно сказать, русский квартал, их там оооочень много.

24 мая, 21:08

Алла

Нет, там выставка, а проживать мы будем в Бруклине, я в этом плохо понимаю, это район, видимо.

24 мая, 21:10

Nazar

Да, Нью-Йорк состоит из пяти отдельных административных единиц – Бруклин, Квинс, Манхэттен, Стейтен Айленд и Бронкс.

24 мая, 21:11

Алла

Ты уже освоился в этом городе?

24 мая, 21:12

Nazar

Вполне… Глаза б мои его не видели.

24 мая, 21:12

Алла

Назар, отойду ненадолго ужин приготовить.

24 мая, 21:12

Nazar

Хорошо.

24 мая, 21:59

Алла

Сколько у вас сейчас времени?

24 мая, 22:01

Nazar

14.01.

24 мая, 22:02

Алла

А у нас 22.00.

24 мая, 22:02

Nazar

В каком районе Бруклина твой отель?

24 мая, 22:02

Алла

Не знаю, я тебе адрес потом напишу.

24 мая, 22:03

Nazar

Ты одна летишь или с группой?

24 мая, 22:04

Алла

Да вроде, с группой, несколько человек, если их найду в аэропорту в Москве, а так – разрозненный коллектив.

24 мая, 22:05

Nazar

Тогда тебе не придется самой думать, как доехать. Вас, скорее всего, должны будут встретить.

24 мая, 22:05

Алла

Думать придется, не встретят.

24 мая, 22:06

Nazar

Аэропорт прибытия, скорее всего, JFK?

24 мая, 22:06

Алла

Джона Кеннеди.

24 мая, 22:07

Nazar

Да, это его трехбуквенный код.

24 мая 2013, 22:08

Nazar

Во сколько прибытие по нью-йоркскому времени?

24 мая, 22:09

Алла

В обед.

24 мая, 22:09

Nazar

Понятно. Придется рассказать тебе, как добраться до отеля, а ты поделишься с группой. Хотя там бывалые найдутся.

24 мая, 22:15

Алла

Придется, там бывалых нет. Все визу первый раз получали. Вот, нам раздали такие памятки.

«Уважаемые делегаты!

28 мая мы отправляемся в чудесный город Большого Яблока на престижную выставку «БукЭкспо Америка»! 30 и 31 мая выставка закрыта для простых посетителей, там будут присутствовать ВИП-персоны, литагенты и издатели. 1 июня будет день открытых дверей.

В Нью-Йорке 3 аэропорта, большинство прилетает в «Дж. Ф.К.», но некоторые делегаты прилетят в «Либерти».

Наш отель Best Western Plus Arena находится в Бруклине по адресу 1324 Atlantic Av. Это рядом со станцией Nostrand Av. синей ветки А. По этой ветке мы будем напрямую добираться до выставки, которая будет проходить на Манхэттене в Javits Convention Center».

Это тебе чтобы было понятнее.

24 мая, 22:18

Nazar

Все понятно.

Знаю, где это и как туда добираться.

24 мая, 22:18

Алла

Далеко от твоего дома?

24 мая 2013, 22:18

Nazar

Не близко, где-то между моей работой и домом.

24 мая, 22:19

Nazar

Есть два способа туда добраться – дорогой и дешевый. Какой выбираешь?

24 мая, 22:20

Алла

Конечно, дешевый, о чем речь?)))

24 мая, 22:20

Nazar

Дорогой тебе обойдется долларов в 40, дешевый – около 8 долларов.

Замечательно, вы прибудете либо в третий, либо в четвертый терминалы, выискиваете указатели, ведущие к Air Train.

24 мая, 22:21

Лина

Пиши-пиши, я внимательно читаю.

24 мая, 22:22

Nazar

Там садитесь на Air Train до Howard Beach.

Не перепутайте, их два – один до Jamaica Station, другой до Howard Beach.

24 мая, 22:24

Алла

Знаешь, дело в том, что твоя новая подруга не знает английского языка и страдает топографическим кретинизмом, но я постараюсь точно следовать инструкции.

24 мая, 22:24

Nazar

На выходе на Howard Beach оплатите проезд – за Air Train 5 долларов, 2.50 за синюю ветку метро A + 1 доллар за билет, всего 8.50, сядете на метро, синяя ветка A, она как раз и привезет вас до станции Nostrand Avenue.

24 мая, 22:26

Алла

И сколько это по времени?

24 мая, 22:26

Nazar

Около часа.

24 мая, 22:27

Алла

Ерунда! Спасибо тебе. А там отель как найти?

24 мая, 22:27

Nazar

Сейчас гляну и скажу.

24 мая, 22:42

Nazar

Не вижу на фото станции, но не ошибетесь, выйдете на свет Божий и ищите свой номер на зданиях.

24 мая, 22:43

Алла

Ну ладно, там с нами будет переводчица, найдем.

24 мая, 22:44

Nazar

Там близко отель.

24 мая, 22:44

Алла

А тебя когда увижу?

24 мая, 22:45

Nazar

Да когда захочешь, не в рабочее время, конечно.

24 мая, 22:45

Алла

Да, я уже хочу!)))))))

24 мая, 22:48

Nazar

У тебя отель располагается на улице, выходящей на наземное метро, проси номер с окном во двор, иначе от грохота поездов не сможешь спать, а они ходят круглосуточно, и рядом, видимо, автомастерская, вокруг отеля битые машины.

24 мая, 22:50

Алла

Мне бы очень хотелось увидеть тебя в день прилета. Может, когда будешь ехать с работы, выйдешь на моей станции и увидимся. Хорошо?

24 мая, 22:51

Nazar

Как скажешь!

24 мая, 22:52

Алла

Ну да, наш отель не супер… Ладно, как-нибудь переживу.

24 мая, 22:52

Nazar

Да нормальный отель, просто расположение не очень удачное, но близко к деловому центру Бруклина.

24 мая, 22:53

Алла

Я буду жить в комнате с целительницей и ясновидящей, ей шестьдесят пять лет, очень интересная дама. Тоже пишет стихи.

24 мая, 22:53

Nazar

Время даром не теряй, пусть по ходу исцелит что-нибудь.)

24 мая, 22:55

Алла

Да что она мне исцелит?))) Поздно пить боржоми, когда почки отказали, просто интересно пообщаться.

24 мая, 22:55

Nazar

Чувствую, ты интересно проведешь время.

24 мая, 22:56

Алла

И ты мне в этом поможешь!)))

24 мая, 22:56

Nazar

Да, я и целительница! Ты в день прилета, наверное, будешь уставшая.

24 мая, 22:57

Алла

Скорее всего, я плохо переношу перелеты, даже четырехчасовые.

24 мая, 22:57

Nazar

Кстати, если не сообразите, куда и чего, мой номер знаешь, можешь позвонить, и я покажу.

24 мая, 22:59

Алла

Еще нужно проверить, есть ли у меня роуминг, а то останусь без связи…

24 мая, 23:00

Nazar

Ну вдруг чего, в аэропорту должны быть автоматы с международными симками, можешь в них купить, на несколько дней тебе хватит.

24 мая, 23:01

Алла

Ты мое чудо!

Как ты будешь меня называть? Алла или Аллочка?

24 мая, 23:05

Nazar

Пока не придумал.))

24 мая, 23:05

Алла

Придумал? Какое-то третье имя?

24 мая, 23:06

Nazar

Нет, буду называть, как тебе нравится.

24 мая, 23:06

Алла

Называй Аллочкой. Так меня зовут близкие люди.

24 мая, 23:07

Nazar

Хорошо!

24 мая, 23:08

Алла

Я выросла в захолустном шахтерском городке… Даже мечтать не могла, что когда-то войду в круг московских литераторов.

24 мая, 23:08

Nazar

Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом! Помнишь такую пословицу?

А я мечтал когда-то попасть в Штаты, правда, попал, когда уже пик мечтаний прошел.

24 мая, 23:09

Алла

Помню, но я даже и мечтать о таком не смела…

Ты мне не все рассказал, и я не до конца понимаю, как…

24 мая, 23:11

Nazar

Я жил и учился в Москве с 2003 по 2005 год.

24 мая, 23:11

Алла

Учился в МАИ или МАДИ?

24 мая, 23:11

Nazar

Нет, в РУДН.

Вернулся домой и решил, что буду пробовать вырваться за границу.

24 мая, 23:12

Алла

А где твой дом?

24 мая, 23:12

Nazar

Я родом из Киева, Украина.

С 2006 года начал участвовать в розыгрыше лотереи на вид на жительство в США.

А потом получил письмо с уведомлением о выигрыше.

24 мая, 23:13

Алла

Так мы с тобой немного земляки, получается. Правда, я из Юго-Восточной Украины. Ты в совершенстве владеешь русским языком, ты учился в русской школе?

24 мая 2013, 23:14

Nazar

Подал все документы, прошел все процедуры, получил свою визу и прибыл в Нью-Йорк.

Да, окончил русскую школу.

24 мая, 23:15

Алла

Причем хорошо!

Немного понятнее, но не до конца еще. Мне интересно общаться с тобой, но нужно идти спать. Не понимаю, как так я открыла поиск нью-йоркских жителей и сразу нашла тебя. Я очень рада этому факту!

24 мая, 23:24

Nazar

Так город многомиллионный, наверное, там масса других интересных личностей.

24 мая, 23:24

Алла

Не знаю, мне попалась твоя личность, и она мне очень нравится!

24 мая, 23:25

Nazar

Спасибо! Приятно.

24 мая, 23:25

Алла

Я не кажусь тебе слишком прямолинейной и напористой?

24 мая, 23:26

Nazar

Нет, не кажешься. Я много разных людей повидал в своей жизни.

Никому больше не пробовала писать?

24 мая, 23:26

Алла

Никому не пробовала и пробовать не собираюсь!

24 мая, 23:27

Nazar

Однако, какая категоричность!))

Не знаю, как давно ты на этом сайте, но на самом деле адекватных людей становится все меньше и меньше.

#И я далеко не тот тип мужчины, который нравится нынешним женщинам. Видать, стандарты сильно изменились.

24 мая, 23:29

Алла

Ты боишься чего-то?

24 мая, 23:29

Nazar

Чего мне боятся? Я волк-одиночка. И уж если одиночество меня не страшит, что еще такого может напугать?

24 мая, 23:31

Алла

Но ты же можешь на несколько дней оставить свое одиночество в одиночестве?

24 мая, 23:31

Nazar

Вполне, это не девиз по жизни, а состояние души. Не все это понимают…

24 мая, 23:32

Алла

Душа у всех людей одинока…

24 мая, 23:32

Nazar

Это свойственно нынешним людям…

Наши предки не были одиноки, их объединяли совместные трудности.

24 мая, 23:34

Алла

Ты не можешь знать, что творилось в душах наших предков.

24 мая, 23:34

Nazar

У них были свои трудности и тараканы в голове.)))

24 мая, 23:35

Алла

Когда люди борются за выживание своей семьи, им уже не до распускания слюней, одинок – не одинок, тут бы хоть выжить! Чего это мы с тобой перешли на философию?

24 мая, 23:36

Nazar

Да уж! С чего бы это? К черту философию, правда?)))

24 мая, 23:38

Алла

Правда! Секс, пиво, океан!

24 мая, 23:38

Nazar

Пиво и океан – это пожалуйста, а вот где секс?

24 мая, 23:40

Алла

Из этого вопроса я понимаю, что ты живешь не один.)))

24 мая, 23:40

Nazar

Если ты про то, есть ли у меня женщина, то мне казалось, что я недвусмысленно ответил, что нет.

Здесь на сайте водится одна женщина, пропагандирующая экзальтический массаж. Ты что-нибудь об этом знаешь?

24 мая, 23:42

Алла

Нет, не знаю. Ни этой женщины, ни что за массаж.)))

24 мая, 23:43

Nazar

Я про массаж, понятное дело, женщину ты знать не можешь.

24 мая, 23:45

Алла

Не знаю, какое-то название дурацкое – экзальтический…

24 мая, 23:45

Nazar

Точно дурацкое!

24 мая, 23:46

Алла

В своей квартире ты живешь один?

24 мая, 23:46

Nazar

Кстати, а пивка я был бы не против попить на берегу океана, давно не пил.

24 мая, 23:46

Алла

Тогда пойдем и попьем!

24 мая, 23:46

Nazar

С земляком снимаем двухкомнатную квартиру.

24 мая, 23:47

Алла

Хотя я и вообще не пью.

24 мая, 23:47

Nazar

Ну тогда придется одному.

24 мая, 23:47

Алла

Но с тобой возьму и выпью!

24 мая, 23:48

Nazar

Не пьешь из принципа? Или просто, как некоторым людям, без компании неинтересно?

24 мая, 23:48

Алла

По состоянию здоровья… Сосуды слабые…

А нас там в полицию не загребут, как в «Брате-2»?

24 мая, 23:49

Nazar

Тогда тебе, наверное, лучше не испытывать судьбу!

Не заберут, надо знать приемчики.

24 мая, 23:49

Алла

А можно я немного только?

24 мая, 23:50

Nazar

Ты можешь совсем не пить.

24 мая, 23:50

Алла

А я хочу!

24 мая, 23:50

Nazar

Зачем приключения со здоровьем на пятую точку в чужой стране?

24 мая, 23:51

Алла

Ну от стакана пива, думаю, ничего не случится.

24 мая, 23:52

Nazar

Пиво повышает давление, тебе тогда лучше стаканчик сухого красного вина.

24 мая, 23:52

Алла

Ты угостишь меня?)))

24 мая, 23:53

Nazar

Да, о чем речь! Здесь хорошее вино.

24 мая, 23:54

Лина

Договорились: океан, алкоголь, а третье что-нибудь придумаем… Потом.)))

24 мая, 23:54

Nazar

Договорились!

24 мая, 23:55

Алла

Я пошла спать с улыбкой на губах.))) О! Посмотри мой второй альбом, я крупная дамочка, но добрая и нежная.

24 мая, 23:56

Nazar

Ну не давить же ты меня собралась.)))

24 мая, 23:56

Алла

Даже не мечтай!

24 мая, 23:58

Nazar

Спокойной ночи и приятных сновидений!

24 мая, 23:59

Алла

И тебе, когда у вас наступит ночь!)))

25 мая, 00:00

Nazar

Спасибо!

25 мая, 11:41

Алла

Доброе утро! Сегодня дела, дача… Здесь почти не буду. Хорошего тебе дня!

25 мая, 13:16

Алла

Почитала твой дневник. Ты философ, однако.)))

Да, и еще, ты все же сексуально озабоченный, судя по твоим последним записям в дневнике… Ну это нормально!)))

25 мая, 14:17

Nazar

Привет! Спасибо, и тебе доброго дня, и хорошо провести выходные. Это ты хорошо прочувствовала, люблю философию. По поводу озабоченности спорить не буду, в душе все люди озабоченные, лишь бы не становилось главным смыслом жизни.

26 мая, 11:17

Алла

Привет! У нас бесконечно идет дождь… Какая у вас погода?

26 мая, 12:23

Алла

Ты представляешь: еще в 2010 году написала, это из раннего… А как актуально.)))

Блуждаем в пустынных краях одиночества,

Теряясь в завесе тумана белого…

Мы верим наивно в пустые пророчества

О двух половинках единого целого.

Шерстим по ночам просторы Инета,

Запутавшись в лицах чужих и желаньях.

Опутана коконом наша планета

Из глупых приветствий и лживых посланий.

И все же порою мы верим, как дети,

Что сказка случится в судьбе непременно!

Родная душа нам звездою засветит,

Пусть даже с другой половинки Вселенной.

26 мая, 14:08

Nazar

Привет! Здесь тоже идут дожди уже несколько дней, похолодало до 7 градусов по утрам. По прогнозу к концу следующей недели температура повысится до 30, а для Нью-Йорка это уже жарко.

26 мая, 14:09

Алла

Да, так и в Инете пишут. Приеду в пиджачке, уеду в купальнике.)))

26 мая, 14:17

Лина

Проверила – роуминг есть, перешла на более современный и дешевый тариф, так что связь держим по моему номеру, симок покупать не буду. Ты на работу собираешься?

26 мая, 14:35

Nazar

Да.

26 мая, 14:36

Алла

Удачного тебе дня, Назар!

26 мая, 14:37

Nazar

Спасибо, Аллочка!

26 мая, 14:38

Алла

Больше отвлекать не буду. Будешь ехать на работу – думай обо мне, а на работе о компьютерах.)))

26 мая, 14:41

Nazar

Хорошо!)))

Можно тебя попросить о маленьком одолжении?

26 мая, 14:43

Алла

Да, попроси.

26 мая, 14:44

Nazar

Купи в ближайшей аптеке таблетки для понижения давления, 5 упаковок.

26 мая, 14:45

Алла

Хорошо, куплю.

26 мая, 14:45

Nazar

Если тебя не затруднит и будет на это время, буду признателен.

26 мая, 14:47

Алла

Хорошо, завтра напишу, купила или нет.

26 мая, 14:48

Nazar

Ну, может, аптекарь тебе что-то подскажет, только предупреди аптекаря, что это для мужчины, чтобы препарат не воздействовал на потенцию.

26 мая, 14:48

Алла

Это для тебя?

26 мая, 14:51

Nazar

Для меня. Гипертоник, понимаете ли…

26 мая 2013, 14:52

Алла

Хорошо, не переживай, я сама такая…

Найду, куплю, привезу…

26 мая, 14:53

Nazar

И не стесняйся по поводу мощных дозировок, у меня высокое.

26 мая, 14:54

Алла

Ладно. На берегу океана будем пить сок.)))

Целую тебя! Удачного дня! Береги себя.

26 мая, 15:03

Nazar

Сок – тоже вариант, но недаром я вино упоминал, оно понижает давление.

Спасибо, тебе спокойной ночи и приятных сновидений!

26 мая, 15:07

Алла

У нас так-то только 15 часов… А ты меня уже спать отправляешь.)))

26 мая, 15:08

Nazar

Пардон, не рассчитал.

26 мая, 15:08

Алла

Кстати, придется нам с тобой заниматься нежным сексом, чтобы без срыва крыши.)))

26 мая, 15:09

Nazar

Мне до инсульта и инфаркта еще далеко.

26 мая, 15:10

Алла

Дай-то Бог! Все, пока. Иди работай.

26 мая 2013, 15:10

Nazar

Пока.

26 мая 2013, 15:55

Алла

Сообщаю: купила 3 шт. диратон 20 мг и 1 шт. лизиноприл 10 мг, все, что было в нашей аптеке. Завтра поищу пятую упаковку в Москве.

26 мая, 17:14

Nazar

Оперативно, однако!

26 мая, 18:52

Алла

Ну у меня завтра будет не так уж много времени. Я живу в Подмосковье, работаю в Москве до 18.30, дома буду около 20.00 уставшая вся, а еще нужно и собраться. 28-го нужно рано выходить из дома, чтобы добраться до аэропорта. Поэтому я сходила в аптеку возле дома, кое-что купила себе и тебе.

26 мая, 22:09

Алла

Хорошего вечера! Ухожу спать.

26 мая, 22:58

Nazar

Спокойной ночи!

27 мая, 09:54

Лина

Привет! Купила еще упаковку твоего препарата 10 мг, что было, извини. Надеюсь, что твой заказ выполнила. Чего не спишь?

27 мая, 09:55

Nazar

Выполнила, спасибо! Привет! Вот только собрался, и ты написала.

27 мая, 09:57

Лина

Спокойной ночи! Скоро будем в одном измерении, но я, наверное, буду сонная…

27 мая, 09:58

Nazar

Вот и отоспишься в день прилета.

27 мая, 10:00

Алла

Угу, а мы увидимся в этот день?

27 мая, 10:01

Nazar

Ты приедешь в отель, наверное, не сразу спать ляжешь, а потом усталость возьмет свое, и будет уже не до меня, так что спи в этот день.

27 мая, 10:02

Лина

Хорошо. Буду спать. Пока.

27 мая, 10:02

Nazar

Отдохни, наберись сил. Тебя еще несколько дней будет колбасить от смены часового пояса.

27 мая, 10:05

Алла

Тебе виднее. У меня такая большая смена будет первый раз. Ты знаешь мой номер, пиши, когда сочтешь нужным.

27 мая, 10:06

Nazar

Хоккей!

27 мая, 18:59

Nazar

Привет. Вспомнил одну деталь: карточку метро лучше сразу приобрести на безлимитное количество поездок на неделю, называется 7-day unlimited, сэкономишь в случае, если будешь пользоваться общественным транспортом каждый день. Стоимость – 30 долларов.

27 мая, 20:24

Алла

Спасибо! Мою целительницу будет встречать подруга, может, и нам с переводчицей повезет… А может, и нет… Ну, думаю, что доберусь как-нибудь до отеля. Карточку эту куплю.

27 мая, 20:27

Nazar

Думаю, повезет, вы же в одном номере.

27 мая, 20:28

Алла

Ну да, но мы вообще не знакомы, в крайнем случае, если мне моя сумка покажется тяжелой, доеду на такси.

27 мая, 20:30

Nazar

У тебя будет 9 часов, чтобы с ней познакомиться.

27 мая, 20:32

Лина

Мы можем и не рядом сидеть… Не знаю я ее… И номера ее не знаю… Все немного хаотично, вроде вместе, но никто ни от кого не зависит. Да ладно, все будет о’кей! Скоро пойду собираться.

27 мая, 20:35

Nazar

Все будет пучком, однозначно!

27 мая, 20:37

Алла

Мне уже не так страшно ехать в эту далекую страну, теперь у меня в ней есть друг, которого зовут Назар!)))

27 мая, 20:42

Nazar

Конечно, если в аэропорту не разберешься, звони, не стесняйся.

27 мая, 20:43

Алла

Разберусь!

27 мая, 20:49

Nazar

Какая, однако!

27 мая, 20:51

Алла

Угу, я такая! Не волнуйся, к тебе приставать сильно не буду. Я же понимаю, что между нами возрастная пропасть.

27 мая, 21:02

Nazar

Ой, какая тактичность.)))

27 мая, 21:03

Алла

Наверное, после того, как я сама к тебе пристала, трудно поверить, что я тактичный человек.

Поговорить о жизни на берегу океана, конечно, хотелось бы…

27 мая, 21:08

Nazar

Поговорим, не переживай.

27 мая, 21:09

Алла

Надеюсь.))) Пошла собираться. До свидания!

27 мая, 21:10

Nazar

Что-то ты как-то сразу будто доверилась мне. У тебя чутье на людей?

27 мая, 21:11

Алла

Раньше было очень мощное… Особенно на хороших.

27 мая, 21:12

Nazar

Значит, что-то еще осталось…

27 мая, 21:13

Алла

Сейчас я схожусь очень трудно с людьми… Возраст, наверное… Но тебя я выбрала сразу, сама и не задумываясь…

27 мая, 21:15

Nazar

Удивительно!

27 мая, 21:16

Алла

Когда ты прочтешь мою эротическую прозу, то еще больше удивишься!)))

27 мая, 21:17

Nazar

Хмм, интересно.

27 мая, 21:18

Лина

Если бы я жила в Саудовской Аравии, меня бы четвертовали за вольнодумие.)))

27 мая, 21:21

Nazar

Времена и нравы другие, а вот в Средневековье сожгли бы на костре.

27 мая, 21:21

Алла

Скорее всего. Пошла собираться. Думай обо мне. До свидания!

27 мая, 21:23

Nazar

Счастливого пути и мягкой посадки!

27 мая, 21:24

Алла

СПА-СИ-БО!!!

Вот так, в процессе недолгой переписки, Аллочка выяснила склонность Назара к философии и его совершенное владение русским языком.

Между ними завязалась дружба, если, конечно, это возможно за четыре дня, да еще и в виртуальном пространстве.

Глава 2

Перелет

Аллочка быстро собрала вещи. Сумки были небольшие, но тяжелые из-за книг, которые Аллочка везла на выставку.

Утром муж проводил ее на аэроэкспресс, каждые полчаса отбывающий с Белорусского вокзала до аэропорта Шереметьево. Она в последнюю минуту вбежала в вагон, дверь захлопнулась, поезд тронулся, поспешно увозя Аллочку навстречу новым впечатлениям и приключениям.

Аэропорт – это конвейер, по которому движется слегка ошеломленный пассажир. Терминал Д находился довольно-таки далеко от железнодорожной платформы. Вот когда пожалеешь, что даже у маленькой сумки нет колесиков.

Преодолев стойку регистрации и получив место у окна, путешественница воссоединилась с женской частью делегации, и женщины проследовали в зону таможенного досмотра. Вот и эта зона осталась позади.

Посадка в самолет, разгон, взлет, и белоснежный лайнер взял курс навстречу Аллочкиной мечте.

Десятичасовой перелет – нелегкое испытание, но Аллочке повезло и здесь. Место рядом с ней заняла шестидесятилетняя жизнерадостная Лариса, которая летела к своей дочери в Чикаго. В этом городе ее зять работал программистом.

Во время оживленного разговора у Аллочки несколько раз промелькнула мысль: почему наша талантливая молодежь работает в Америке, а не у себя на родине? Но этот немой вопрос так и остался не озвученным, а следовательно, и без ответа…

Задушевные беседы, прием пищи сильно скрасили дорогу обеим женщинам. Стюарт – американец, лысый, как бильярдный шар, походивший на Шрека, постоянно улыбался и то и дело повторял: «О’кей! О’кей!». За время полета он проникся симпатией к Аллочке и подарил ей крохотную бутылку виски, из чего Аллочка сделала вывод, что блондинки нравятся мужчинам всего земного шара! Да! Именно всего земного шара, а чего тут мелочиться?!

Пролетая над Европой, Аллочка прильнула к окну и залюбовалась горными вершинами, сильно походившими на кремовые украшения «Тирамису». Множественные горные пики были укрыты снегом и представляли собой огромный торт, умело украшенный Высшим кондитером.

По зеленым долинам голубыми змеями извивались реки и находили свое пристанище в огромных озерах-блюдцах. Весна уже пришла в горную местность и безотчетным ликованием отзывалась в Аллочкином сердце.

Самолет деловито покинул Европейский континент и взял курс на Нью-Йорк, уверенно преодолевая Атлантический океан.

Время пролетело намного быстрее, чем ожидала Аллочка. Самолет, бодро пересекая часовые пояса, проглотил восемь часов. Вылетев в 14.40 по московскому времени из аэропорта Шереметьево, он приземлился в 16.40 по нью-йоркскому времени в аэропорту Джона Кеннеди.

Вежливый экипаж распрощался с пассажирами и пожелал им удачи! В свою очередь, Аллочка поблагодарила улыбающихся стюардесс и командира корабля, воссоединилась со своей группой и направилась в зону паспортного контроля. Пройдя удачно таможню, группа россиян вышла в здание аэропорта.

Глава 3

Бруклин

Первое впечатление от увиденного было не совсем радужным. Аллочка ожидала мрамор и золото, а ее взору открылось обычное современное серое стеклянно-бетонное помещение, намного уступавшее своим величием московским аэропортам.

Как и предполагала Аллочка, ясновидящую Гали ну встретила приятельница с большим букетом белых цветов и увлекла в свое авто, чтобы подвезти ее до гостинцы.

Нью-Йорк встречал гостей заунывным дождем и серым низким небом.

Оставшаяся часть группы, оценив свои финансовые возможности, пришла к выводу, что в складчину взять такси будет не так уж и дорого. Отстояв очередь, Аллочка, руководитель проекта Остап и писательница-переводчица Надин сели в оранжевое такси, чтобы как можно быстрее добраться до своего отеля, располагавшегося в Бруклине.

Аллочка разместилась на переднем сидении, рядом с водителем, а на заднем – Остап с жизнерадостной Надин. Может, им просто не повезло, но такси внутри было грязное, захламленное ветошью и обильно усыпанное попкорном.

Водитель непонятной национальности, лет пятидесяти пяти – шестидесяти, был небрит, одет в грязную засаленную одежду и вонял хуже московского бомжа. Аллочка не знала, куда деваться, чтобы ее не стошнило прямо здесь, в автомобиле. Ей трудно было даже представить московского водителя в таком безобразном виде.

А уж когда шеф поправил, не стесняясь, ширинку на своих грязных штанах, Аллочка застыла в полном недоумении. Первое впечатление о великой стране было безнадежно испорчено.

Она отвернулась к оконному стеклу, насколько могла позволить физиология шейного отдела, и принялась изучать размытый дождем пейзаж, жадно вдыхая струйки свежего воздуха, просачивающиеся сквозь щели в автомобильной дверце.

Сначала за окном проплывали картины, сильно походившие на московские. Современный автобан, изумрудные лужайки и даже редкие березки напоминали подмосковные виды.

А потом Нью-Йорк встретил путешественников облезлыми одноэтажными домиками, продрогшими под майским проливным дождем.

Город контрастов – воистину это так! Архитектура Бруклина поражала какой-то прошловековостью и неухоженностью. Первая встреча с городом произошла в серых тонах.

Аллочка вспомнила украшенную цветами Москву, и сердце ее приятно заныло от гордости. Также ей вспомнился милый подмосковный городок, в котором она проживала, его клумбы петуний и роз. Вдруг подумалось, как люди могут так не любить место своего обитания, чтобы содержать его в таком неприглядном виде.

К сожалению, отель находился именно в этом районе, рядом с железнодорожным мостом, грохочущим скоростными поездами.

Аллочка в складчину расплатилась за поездку: сорок долларов на всех по счетчику и два на чай.

Водитель поблагодарил пассажиров, дружелюбно заулыбался и показался не таким уж и обшарпанным.

Пройдя формальности на ресепшене, Аллочка получила электронный ключ от номера, который ей предстояло разделить с ясновидящей Галиной в течение ближайшей недели.

Номер был небольшой, но чистый и достаточно уютный. Почти всю его площадь занимали две большие кровати и, как приложение к ним, стол, маленький холодильник, комод и стул. На стене висел плазменный телевизор, по которому шло только местное вещание. Но было много музыкальных каналов с узнаваемыми артистами. Ванная комната сияла белизной, с устройством душа пришлось долго разбираться.

Через пятнадцать минут в комнату вошла Аллочкина соседка. Женщины разобрали немногочисленные вещи, запаслись питьевой водой из торгового автомата, находившегося в холле, по очереди приняли душ и прилегли отдохнуть. Сейчас главным было побороть сон, так как в Москве была глубокая ночь, а в Америке – ранний вечер. Выйти на улицу не было никакой возможности. Дождь лил как из ведра, а зонтов у женщин не было.

Чтобы хоть как-то скоротать время, Аллочка открыла свой поэтический сборник и принялась читать стихи. Но это уже не могло спасти ситуацию, ровно через тридцать минут Галина отключилась.

Аллочка отослала сообщение своему другу: «Привет! Я уже в отеле!».

«Привет! Как долетела?»

«Нормально».

«Устала?»

«Да!»

«Напиши телефон отеля и номер своей комнаты».

Аллочка выполнила его просьбу.

«Спасибо! Я завтра тебе позвоню, а сегодня отдыхай!»

«Хорошо!»

Аллочка еще минут сорок сопротивлялась физиологии, а потом, подобно своей соседке, отключилась, не дотянув до восьми часов вечера по местному времени.

Перелет, новизна обстановки взбудоражили чувствительную нервную систему женщины, а грохот поездов и смачный храп Галины вышибли ее сознание из мира снов ровно в двенадцать ночи. Она лежала и смотрела на мерцающие на стене тени.

Есть люди, которые спят, хоть из пушки пали, а есть такие, которые просыпаются даже от шороха крыльев пролетающей бабочки. Аллочка как раз принадлежала ко второму типу. И что она только ни пыталась делать, лишь бы не слышать храпа, даже закрывала подушкой уши, но, увы, все усилия были тщетны.

Полежав пару часов с открытыми глазами, она вспомнила о наушниках и мобильном телефоне. Без особого труда отыскав местный музыкальный канал, она вставила наушники в уши, и голова ее в одночасье наполнилась прекрасными мелодиями.

Аллочка не знала английский язык, но вдруг почему-то стала любить его. Любовь к языку – это как любовь к человеку, может быть внезапной, а может прийти через долгие годы. Аллочка и раньше знала о существовании английского языка. Он существовал себе отдельно от Аллочки, и ей было как-то ни жарко и ни холодно от того, что он есть. Она любила слушать хорошие англоязычные песни, но в основном из-за их мелодичности. И вдруг на шестом десятке она почувствовала непреодолимую тягу к этому иностранному языку. Она понимала, что это язык будущего, средство общения и взаимопонимания между людьми. До этого Аллочка как будто жила в яйце, ей было сытно и тепло в предназначенном ей мирке, но в один прекрасный день скорлупа раскололась, и яркий свет окружающего мира ударил прямо в глаза. Аллочка огляделась вокруг и увидела, как велик и прекрасен этот мир и что она является его неотъемлемой частью.

Под эти размышления женщина провалилась в сон, пронизанный музыкальными и философическими нитями.

В реальность она возвратилась около шести часов утра. Минут через двадцать проснулась и Галина. Женщины засуетились, привели себя в порядок, оделись и спустились в буфет. Им предложили обычный трансконтинентальный завтрак, состоявший из хлопьев, молока, кофе, чая, джемов, отварных яиц и чизбургеров. Аллочка остановила свой выбор на блинчиках, методично выпекаемых блинным аппаратом. Блинчики она полила кленовым сиропом и густым йогуртом, получилось очень вкусно. Из напитков она выбрала чай с молоком без сахара.

Когда день начинается с вкусного сытного завтрака, он обещает быть успешным, так как до обеда уже точно не нужно будет заморачиваться на еде.

Насытившись, под приятные разговоры, женщины поднялись в свой номер, чтобы сделать последние приготовления перед выходом в город. В этот момент раздался телефонный звонок. Галина подняла трубку.

– Алло! Да, Алла здесь проживает!

– Это тебя! Какой-то молодой человек! – удивленно посмотрела она на Аллочку.

– Спасибо! – Аллочка подняла трубку аппарата, находившегося рядом с ее кроватью.

– Привет! Это Назар!

– Привет!

Аллочка была очарована его голосом с первой минуты. Бывают такие голоса, что, кажется, их обладателей ты знаешь всю свою жизнь. Спокойный, с легкой властинкой, его бархатный голос околдовал Аллочку с первого мгновения. Она с трудом улавливала смысл произносимых фраз. Поняла только то, что сегодня в 18.30 по нью-йоркскому времени они встречаются в холле отеля.

– До встречи!

– Пока!

Аллочка упала на кровать и закрыла глаза. Ей трудно было поверить в реальность происходящего.

– Алла, пора спускаться, нас ждут в холле, – Галинин голос вывел женщину из прострации.

– Хорошо! Я почти готова.

Женщины спустились в холл отеля, где их уже дожидались члены делегации. До открытия выставки оставался один день, и его было решено потратить на ознакомление с городом.

Компания литераторов состояла из семи человек. Каждый творческий человек уникален. Каждый из них – это целый мир. К четырем уже знакомым персонажам присоединились еще три человека – два поэта, Виктор и Авет, и детский писатель Валерий.

– Все готовы к покорению Нью-Йорка?! – спросила жизнерадостная Надин.

– Да! – весело ответили литераторы.

Дверь отеля распахнулась, и в глаза ударило яркое майское солнце. От вчерашней непогоды не осталось и следа. Хотя место было не самое лучшее, но весной красиво везде, даже в нью-йоркском афроамериканском районе.

Двери магазинов приветливо зазывали посетителей, хотя класс магазинов был не особо высок. Оживленная компания белых привлекала внимание местных обитателей, которое выражалось в основном в белоснежных ослепительных улыбках.

Вход в метро совсем не был похож на московские помпезные входы. Он представлял собой узкую лестницу, уходившую под один из домов. Да и само метро не вызывало радостных эмоций. Станции были выполнены в лучших традициях минимализма. Металл, бетон, слабое освещение…

Путешественники приобрели проездные билеты на семь дней, но не каждому удалось пройти турникет с первого раза. Аллочка и так и сяк проводила карточкой по считывающему устройству, но турникет и не думал открываться. И только благодаря помощи местного жителя ей удалось наконец-то преодолеть преграду.

– Тсенкью! – поблагодарила Аллочка.

А Галину и вообще пришлось проводить через металлическую калиточку, предназначенную для школьников. Хорошо, что хоть дежурный закрыл на это глаза. Чего взять с этих русских.

Через пять минут подошел поезд. Он жадно проглотил группу русских туристов и умчал на Манхеттен.

Глава 4

Манхеттен

Вагон нью-йоркского метро тоже отличался от московского. Металлические сидения, выкрашенные желтой краской, стальные поручни и мощная система кондиционирования были призваны создать наивысший комфорт для пассажиров. А на самом деле было жестко и холодно. Но это такие пустяки, когда человек жаждет новых впечатлений и уже заранее настроен на позитив.

Публика была настолько разномастной, что только от одного этого могла бы закружиться голова. Здесь были и афроамериканцы, и латиноамериканцы, и желтокожие, и светлокожие… Да уж, действительно пипл, по-другому и не скажешь.

Что еще бросалось в глаза, так это улыбчивость и вежливость пассажиров. «Экскюзми» и «тсенкью» звучали на каждом шагу и сопровождались самыми доброжелательными улыбками.

Доброй от природы Аллочке это очень импонировало. С ее пухлых губок не сходила приветливая улыбка. Творческие люди – они как дети. Все новое у них вызывает интерес и восторг.

Через пятнадцать минут поезд остановился на станции «34 авеню». Эта станция располагалась в центре Манхеттена. Группа россиян, следуя указателям, вышла на поверхность.

Ура! Вот он, настоящий Нью-Йорк! Стекло-металло-бетонные небоскребы, устремленные к солнцу, желтые юркие такси, двухэтажные автобусы, огромные рекламные щиты, разношерстная довольная людская толпа и заплеванные жевательной резинкой тротуары.

Аллочка испытала состояние дежавю. Ей вдруг показалось, что она здесь уже когда-то была.

А что это за запах? Тончайший помоечный запах достиг органов обоняния. Вот тебе и раз! Чего-чего, а уж этого она точно не ожидала. Да и в самом деле, не розами же должен был пахнуть этот город. Хотя почему бы и нет?!

Компания устремилась на Бродвей. Все было и знакомо, и необычно одновременно. Через сорок минут прогулки первой от группы откололась Галина. Ей хотелось самостоятельно поближе познакомиться с магазинами и кафе. Все остальные решили взять экскурсионный тур по городу на двухъярусном автобусе.

Постояв минут пятнадцать в очереди, литераторы удобно разместились на верхней «палубе» транспортного средства. Аллочка села рядом с Надин, чем обеспечила себе краткий перевод остроумных речей гида на протяжении всей экскурсии. Автобус двинулся в путь, а гид взахлеб принялся описывать достопримечательности города.

Приподнявшись над суетой, Аллочка увидела настоящий Нью-Йорк. От неприятного запаха не осталось и следа. Океанический свежий ветер дул прямо в лицо, а открывшаяся панорама весеннего города была просто обворожительной. Сверкающие на солнце небоскребы, скверы, утопающие в изумрудной зелени, костелы, мечети, памятники – все казалось необыкновенно красивым.

Город состоял из отдельных кварталов: итальянского, китайского, корейского, латиноамериканского и других, где были свои рестораны и кафе, свои обычаи и традиции.

Автобус выехал на набережную, на острове показалась статуя Свободы. Вот теперь действительно чувствовалось, что это Америка, что это Нью-Йорк.

В Москву Аллочка влюбилась только через двадцать лет жизни в ней, а вот с Нью-Йорком у них случилась любовь с первого взгляда. Потом еще не раз, гуляя по этому городу, она задавала себе вопрос, за что же она полюбила этот мегаполис, но так и не смогла дать ответа. Эта любовь была чем-то сродни любви домашнего кота к помойке. Да, помойка, ну и что? А я люблю его, и баста!

Через два часа автобус доставил туристов, переполненных впечатлениями, в исходный пункт. Компания пообедала в ресторане на Бродвее. Качество блюд и цены были вполне приемлемы и идентичны московским. Обслуживание на достойном уровне, а вот туалетные комнаты значительно уступали санузлам российской столицы.

Москва так тянулась за Западом и Америкой в этом вопросе, что не только догнала их, но и сильно опередила.

Компания разбилась на группы, кто-то пошел дальше знакомиться с городом, а Аллочка, памятуя о вечернем свидании, отправилась в отель своим ходом. Так как она не знала языка и страдала топографическим кретинизмом, для нее это было сродни маленькому подвигу.

Свою синюю ветку А она нашла быстро, а вот направление решила уточнить у молодого афроамериканца с дредами. Молодой человек страшно выпучил глаза и начал быстро жестикулировать руками, что-то объясняя. Здесь подъехал поезд, и они вместе вошли в вагон, сели на противоположных сидениях. Даже с противоположной стороны вагона парень грозно поглядывал в Аллочкину сторону, пытаясь что-то сказать. Иногда он это делал слишком громко, что стало привлекать внимание пассажиров. Аллочка просто не знала, куда деваться, когда девушка, стоявшая рядом, на чистом русском языке спросила:

– Куда вам нужно?

– На Ностранд-авеню. Скажите, пожалуйста, этому парню, что я его не понимаю.

Она что-то сказала парню, и тот немного успокоился.

На одной из станций провожатый встал и направился к выходу, снова давая понять, что и ей пора выходить. Аллочка все же не вышла.

Рядом сидящий мужчина достал что-то среднее между мобильным телефоном и маленьким планшетом, в Интернете открыл карту метро и предложил Аллочке показать на карте, куда ей нужно. Аллочка ткнула пальцем на свою станцию.

– О’кей! О’кей!

Через два перегона почти весь вагон провожал Аллочку к выходу.

– Тсенкью! Тсенкью! – благодарила ньюйоркцев женщина.

Такого участия и доброжелательного отношения она просто не ожидала. Однако!

Выйдя на бруклинскую пыльную улицу, Аллочка почувствовала себя почти дома. Она без труда добралась до отеля, приняла душ, привела внешность в порядок и с легким трепетом в сердце принялась дожидаться встречи со своим новым знакомым.

Глава 5

Встреча

Ровно в назначенное время в номере раздался телефонный звонок.

– Привет! Я внизу, в холле.

– Привет! Сейчас спущусь, – пролепетала Аллочка.

Не без внутреннего трепета Аллочка спустилась вниз. На ней были надеты джинсы свободного покроя, светлая кофточка с глубоким вырезом и черные лакированные шлепанцы на низком каблуке согласно нью-йоркской жаркой погоде. Белые прямые волосы, аккуратно уложенные в каре средней длины, прямая челка до бровей, слегка подведенные глаза и розовые пухлые губки – все работало на моложавый образ. Формирующий бюстгальтер высоко поддерживал пышную грудь, делая ее соблазнительно-привлекательной.

В холле на мягком диване сидел только один мужчина, который был совсем не похож на героя, созданного Аллочкиным воображением. Этот мужчина был слишком молод, слишком худ и, скорее, походил на араба-администратора из египетского отеля.

Аллочка растерянно остановилась, не в силах вымолвить ни слова. Мужчина поднялся ей навстречу и смущенно заулыбался. Он был слегка лыс, слегка сутул, одет в черные брюки, белую рубашку и серую ветровку. Оно и понятно, он же заехал к ней прямо после работы, а утро было еще прохладным.

– Привет!

– Привет! Вы Назар?

– Да! – приветливо улыбнулся мужчина.

Как ни крути, но это был не Аллочкин типаж. Хотя отступать было некуда, да и не в Аллочкиных правилах.

И только его приятный бархатный голос запускал цепкие щупальца в женское подсознание.

– Где здесь можно помыть черешню?

Он протянул ей пластиковый контейнер, наполненный сочными крупными плодами.

«Оригинально, – подумала Аллочка, – вместо цветов – черешня!»

– Наверное, в туалете, – пожала плечами Аллочка.

Пока Аллочка в легком недоумении стояла посередине холла, Назар на чистейшем английском языке узнал у администратора расположение туалетной комнаты, вымыл черешню и принес ее своей новой подруге.

– Спасибо! – улыбнулась Аллочка.

Она взяла спелую до черноты ягоду и, прикрыв глаза, положила в рот. Черешневый сок наполнил рот сладким ароматом и отвлек женщину от ненужных мыслей.

– А твоя соседка никуда не собирается уехать? – вдруг спросил Назар.

– Не знаю! Возможно, к своей подруге, – удивленно вскинула брови Аллочка. – А что?

Из этого вопроса она поняла, что понравилась мужчине.

Назар взял Аллочку за руку и вывел на грязную, душную улицу Бруклина. Женщина повиновалась.

– Здесь одни негры! – выпалила Аллочка.

– Не говори так! – одернул ее Назар. – Здесь так не принято, они знают это слово даже на русском языке.

– Хорошо, не буду, – смутилась Аллочка.

Ведь в каждой стране свои законы, и лучше их придерживаться. Тем более что Аллочка испытывала симпатию к этому народу, и причем взаимную. Хотя она, как белая ворона, выделялась на фоне черных тел своей белой кожей и белоснежными прямыми волосами.

А вот ее роскошные бедра на фоне комплекций местных жительниц почти померкли. Такое разнообразие в плане форм и размеров пятых точек трудно было себе даже представить. И абсолютно никаких комплексов! Вот это здорово! Вот это по-нашему!

– Ну что, поедем на берег океана? – спросил Назар.

– Да! Мы же мечтали с тобой об этом!

Если мечта родилась и до ее осуществления осталось сорок минут, то никогда не нужно поворачивать назад. Тем более что здесь, на бруклинской улице, Назар и в самом деле ей казался старым знакомым.

Они зашли в супермаркет, который ничем не отличался от московского.

– Какое пиво ты будешь пить?

– Я хочу попробовать американское.

– Хорошо! Что ты еще хочешь?

– Можно сока, а на закуску у нас есть черешня.

– Возьмем сока, а потом в эти бутылки перельем пиво. Со времен фильма «Брат-2» ничего не изменилось. Здесь нельзя пить пиво на улице из бутылки.

– Тебе виднее, – согласилась Аллочка.

Назар купил две бутылки американского пива и две бутылки осветленного персикового сока. Они, взявшись за руки, спустились в метро, сели на поезд, идущий в сторону Манхэттена, через 15 минут вышли на поверхность и направились в сторону набережной.

Сквозь усиливающийся зной свежий океанический ветер сочился по нью-йоркским улицам. Они шли, взявшись за руки, и не могли наговориться. Каждый из них пытался как можно больше выплеснуть информации на своего собеседника.

– Где твои родители? – спросила Аллочка.

– В Киеве. Но я редко общаюсь с ними.

– Почему?

У нее сжалось сердце. Она так сильно любила своих, уже ушедших из жизни, родителей, что ей сложно было представить, что у кого-то бывает иначе.

– Так вышло. Они отрицательно отнеслись к моему переезду в Нью-Йорк.

– И что с того? Может, пришло время наконец-то примириться?

– Я пока не готов к этому, да и они, видимо, тоже.

– Хорошо, больше не буду бередить твою душу.

С каждым сказанным словом они становились ближе и ближе, им хотелось открывать друг другу души, говорить о самом сокровенном. Внешность отодвинулась на второй план. Между ними что-то зарождалось, но еще не совсем было понятно, что именно.

Они вышли на набережную Манхэттена.

Вдоль набережной стояли деревянные лавочки, на которых сидели редкие парочки. С другой стороны Гудзонского залива виднелись блестящие, устремленные ввысь, небоскребы. До боли знакомая всем жителям планеты картина.

– Почему вода такая серая? – спросила Аллочка.

– А что ты хочешь, это же черта города.

– Все равно приятно, что мы здесь!

Аллочка подарила Назару свои книги и отдала привезенные лекарства.

– Спасибо огромное! – поблагодарил Назар.

Они отыскали свободную лавочку, которая с одной стороны граничила с кустом цветущего шиповника, что позволяло, не привлекая внимания, переливать пиво в бутылки из-под сока.

Сначала они выпили сок, потом Аллочка перелила в эту бутылку чрезмерно темное и совсем не вкусное пиво.

– За встречу! – сказал Назар и отпил несколько глотков.

– За встречу! И еще за то, что сбылась наша мечта. Мы все же пьем пиво на берегу Атлантического океана.

Они пили пиво из одной бутылки и закусывали черешней. Со стороны океана дул слабый ветерок, ласково играя Аллочкиными волосами.

Легкий хмель пробежался по их венам. Они были опьянены не только пивом, но и запахом океана, и этой спонтанной близостью двух совершенно разных людей, в силу стечения обстоятельств оказавшихся рядом на этой лавочке, в этом городе и в этой части земного шара.

Незаметно Аллочкина мягкая ладошка оказалась в утонченной руке Назара. Узкая кисть и тонкие пальцы свидетельствовали о том, что в нем текла благородная кровь, таким образом пробивавшаяся сквозь годы революций и всяческих перемен.

Когда мужчина так близко сидит от женщины, чувствует ее тепло и притяжение, неизбежно случается первый поцелуй. Сначала он нежно поцеловал ее щеку, она прикрыла глаза от нахлынувшей нежности и подставила свои губы навстречу его губам.

Поцелуй, скорее, похожий на взмах крыла бабочки, коснулся Аллочкиных губ. В это самое мгновение она забыла обо всем и сразу: и сколько ей лет, и что она не свободна от семейных обязательств. Она была с ним здесь и сейчас, такая, как есть, и совсем другая. Поцелуи перемешивались с пропитанным запахом океана ветром. То ли Назар, то ли ветер, то ли они вместе сейчас целовали ее горячие губы.

Нью-йоркский воздух действительно был пропитан свободой. С ней рядом находился мужчина, чья матрица стопроцентно ложилась на ее заготовку. Любовь вышла прямо из океана и накрыла их тела душным покрывалом неконтролируемой страсти. Сейчас им хотелось одного – слиться и раствориться друг в друге. Их разговоры о бывших привязанностях сейчас потеряли всякий смысл и ушли в никуда.

Давно забытое чувство сладострастия наполнило их животы, как шампанское наполняет бокалы, и миллионами хмельных пузырьков ударило в головы, смывая последние запреты волной необузданного сексуального желания.

Озвученная в Интернете установка «Океан, алкоголь, секс!» быстро приобретала реальные очертания.

– Завтра моя соседка уезжает к своей подруге с ночевкой.

– Я приеду в 18.30.

– Да! А сейчас пошли. Мне пора возвращаться в отель, и тебе нужно отдохнуть.

– Хорошо! Пошли.

Уходить не хотелось, а хотелось хоть целую вечность сидеть на этой лавочке, на берегу ночного океана. Но они встали и пошли, при каждой возможности сливаясь в долгих нежных поцелуях.

Поцелуи! Поцелуи! Поцелуи! Как же давно в жизни Аллочки не было таких поцелуев. Нежных, страстных, многообещающих поцелуев!

– Мне так нравится с тобой целоваться, – сказала Аллочка, когда они подошли к отелю.

– Завтра нацелуешься!

– Хорошо! До встречи!

– Пока.

Он поехал домой, а она пошла в свой номер.

– Как прошло свидание? – спросила Галина.

– Хорошо! – ответила Аллочка.

Но это и без слов читалось на ее лице. Галина была тактичной, мудрой женщиной и не задавала лишних вопросов.

А еще Галина была ясновидящей, и она сразу поняла, что рядом с ней в номере поселилась сильная энергетика. Однажды она сказала Аллочке:

– Тебя так много, но меня это не напрягает и вполне устраивает.

– Спасибо, Галина! Мне с тобой тоже комфортно, – улыбнулась в ответ Аллочка.

Она и сама чувствовала, что внутри нее зарождается вулкан. Ее душа созрела для новых чувств, и объект в образе Назара оказался вполне подходящим. Она улавливала его энергетику, в которой он был ей равен. Кто-то влюбляется в мужскую красоту, кто-то в красивые ухаживания и перспективы, Аллочка же чувствовала своих мужчин на энергетическом уровне. И это был третий случай в ее жизни. О том, что будет потом, ей не хотелось думать. Она точно знала, чего хочет сейчас.

Нью-йоркская ночь затянула Аллочкино сознание в свой черный омут, прерывая поток сумбурных размышлений в женской голове.

Глава 6

Завтра

Лето в Нью-Йорке вступало в свои права с молниеносной скоростью. Даже утром уже было жарко, а днем температура поднималась до +30 градусов.

Делегация российских литераторов направилась в нью-йоркский выставочный центр на книжную выставку. До него они добрались на мини-автобусе, предусмотрительно заказанном на ресепшене отеля.

Выставочный центр ничем не отличался от подобных выставочных центров. Это было огромное серое здание из стекла, металла и бетона. Внутри царила оживленная атмосфера. Русская группа подошла к регистрационной стойке, получила бейджи и направилась на второй этаж для оформления своего стенда.

После того как стенд был оформлен, Аллочка и Надин пошли прогуляться по выставке. Кого и чего здесь только не было! Издательства и литераторы из разных стран привлекали коллег ярко украшенными стендами.

Аллочка понимала, что лично она в творческом плане еще не достигла подобного уровня, и порой ей казалось, что она чужая на этом празднике литературы. Но посмотреть было интересно. Все когда-то с чего-то начинают. И почему бы не начать с лучшего, чтобы потом знать, к чему стремиться.

После обеда они с Галиной взяли такси и отбыли в отель. В 16 часов за Галиной заехала приятельница. Женщины пожелали друг другу хорошего вечера и расстались до следующего дня.

Аллочка приняла душ, надела легкий сарафанчик и стала ждать своего нового друга Назара. Этот раз он не проявил пунктуальности. Уже было 19 часов, а он все не появлялся. Аллочка заволновалась. Этот мужчина вроде не был похож на болтуна. Она написала СМС: «Привет! Где ты?». Ответа не последовало.

Аллочка включила телевизор, легла на постель и закрыла глаза. Через некоторое время в дверь номера постучались. Она встала и открыла дверь. На пороге стоял улыбающийся Назар.

– Привет!

– Привет! Почему ты опоздал?

– Так нужно же было зайти в магазин.

– Понятно.

Назар достал из пакета бутылку красного сухого чилийского вина, орешки в ассортименте, контейнеры с ароматной клубникой, черным виноградом и спелой черешней, плитку шоколада и коробку ванильного печенья.

Аллочка помыла ягоды, поставила на стол фужеры. Назар сел на стул, а она устроилась рядом на кровати.

Мужчина открыл бутылку и наполнил фужеры плотной рубиновой ароматной жидкостью.

– За встречу!

– За встречу!

Они звонко чокнулись и пригубили вино.

Аллочка не любила сухие вина, но это чилийское вино из винограда сорта «мерло» сразу ей понравилось.

Легкое опьянение сняло чувство неловкости. Разговор оживился. Назар притянул Аллочку к своей груди и поцеловал в губы. Поцелуи из нежных быстро переросли в страстные.

Мужчина увлек женщину в сторону постели, положил ее на подушки и в мгновение ока оказался сверху. Аллочка закрыла глаза и поплыла по реке удовольствия. Но вдруг Назар остановился.

– Мне нужно побриться. У тебя слишком нежная кожа.

– Хорошо! Я подожду.

Ванная комната находилась в полушаге от Аллочкиной кровати, она маленькими глотками смаковала вино, закусывала его ароматной клубникой и наблюдала, как бреется Назар. Все бритвенные принадлежности он предусмотрительно захватил с собой.

Когда он брил щеки, на его нежной коже выступили капельки крови.

– Посмотри, у тебя кровь!

– Я знаю! Моя кожа не предназначена для такой щетины. Поэтому я стараюсь бриться не каждый день.

Через десять минут он побрился, принял душ и вышел из ванной только в набедренной повязке из белого махрового полотенца весь чистенький и ароматный. И все же он был хорош! Слегка худощавый, среднего роста, с нежной кожей и горящими глазами-угольками. Грудь его покрывала манишка из густого черного каракуля, сквозь который пробивались два розовых сосочка.

Аллочка потянула полотенце, и ее взору предстал очень даже симпатичный член среднего размера, идеальной формы и необыкновенной крепости.

Назар снял ее сарафанчик, и они в первозданном виде оказались друг перед другом.

Нет! Сейчас не хотелось прелюдий! Им хотелось только одного, скорее слиться в единое целое.

Он широко развел Аллочкины ноги и резко вошел в ее пещерку.

– Ах! – вскрикнула Аллочка.

У нее давно не было секса, а его член был подобен стальному стержню, бесцеремонно вонзившемуся в ее промежность. В первые минуты она ощутила, скорее, легкое жжение, чем удовольствие.

Но этот крепыш знал свое дело. Он монотонно, как дятел, бил в одну точку и все же добился своего. Аллочка почти поднялась на вершину блаженства, но именно в эту самую минуту Назар извлек член из Аллочкиной пещерки и мощным выбросом теплой спермы залил весь ее живот.

– У тебя все в порядке? – взволнованным голосом спросил Назар.

– А в чем дело? – не поняла вопроса Аллочка.

– У тебя кровь!

Аллочка приподнялась и увидела несколько капель алой крови на белоснежной простыне.

Лишиться девственности в пятьдесят один год, в отеле Нью-Йорка – да, это действительно было круто!

– Все в порядке! Не переживай. Видимо, твой мальчик слишком твердый для моей девочки.

– Тебе больно?

– Нет.

Аллочка сняла простыню и отнесла в ванную комнату, чтобы застирать пятна.

Но ночь только началась, и у них еще было много сил и желаний.

Назар разлил вино по фужерам. Они, полулежа, пили вино, целовались и ласкали друг друга. Мужчина неаккуратно повернул руку, и вино плеснулось на подушку.

– Е-мое!

– Ну вот, теперь еще и подушку застирывать, – улыбнулась Аллочка.

Застирав наволочку и подушку, она снова примостилась к Назару под бочок.

– Хозяйственная ты моя! – он прижал ее нежно к груди.

Его рука скользнула вниз по женскому животу и остановилась на уровне промежности, трепетный палец безошибочно отыскал жемчужинку и начал нежно ласкать ее. При этом Назар смотрел прямо в глаза Аллочке. Его глаза стали совершенно серьезными, черными и абсолютно непроницаемыми. Электричество мурашками пробежало по ее коже. Назар в переводе с арабского – «взгляд». Не зря он носил это имя! Его взгляд гипнотизировал и порабощал. Он краем глаза дал понять, чего сейчас хочет. Аллочка встала на колени между его ног и взяла в рот член.

В этот член она влюбилась сразу и безоговорочно. Он был так крепок и стоек, что свел бы с ума любую женщину, не смогла устоять и Аллочка. Она целовала и облизывала его головку и яички, потом крепко обхватила губами и стала совершать ритмичные движения, доставляя своему партнеру немыслимое наслаждение.

Назар нежно остановил Аллочку, положил ее на спину, развел широко ноги, придерживая под колени, и снова вошел в пещерку. На этот раз все длилось долго, очень долго, настолько долго, что позволило женскому сознанию перейти в другое измерение. Для большего удовольствия Аллочка положила свой мягкий пальчик на клиторок. Мощный оргазм взорвал реальность!

– О Боже, как же хорошо! – только и смогла прошептать Аллочка, прежде чем потеряла связь с окружающим пространством.

В какой-то момент теплая сперма снова брызнула ей на живот, а несколько алых капель упало на белоснежный пододеяльник.

Такого в ее жизни не было никогда. Это была не просто связь, это была связь, замешанная на крови!

Красные розы на кипенном атласе —

это цвет огненной страсти!

Алым по белому…

Алым по белому…

Скомканы простыни, битва закончена,

я проиграла сражение.

Ты победитель!

Мой победитель!

Я отдаюсь в твои руки красивые,

пальцы целую, глажу ладони.

Будь милосерден…

Будь милосерден…

Пала гордыня и кошкою ластится

к милым коленям….

Немного придя в себя, она отнесла в ванную и пододеяльник.

Потом они еще выпили немного вина и подкрепились сладкой черешней, болтая о всякой чепухе. Минут через двадцать стойкий оловянный солдатик, как ни в чем не бывало, опять был готов к сражению.

– Смотри, как ты ему нравишься!

– Эта симпатия взаимна! – улыбнулась Аллочка.

Она сначала поцеловала чувственные сосочки Назара, а потом опустилась к члену, который подрагивал от нетерпения снова оказаться в ее нежном горячем ротике.

Получив очередную порцию нежности, Назар предложил Аллочке встать на четвереньки и вошел сзади, крепко обхватив ее роскошные бедра.

– О да! Обожаю так! – только и смогла пролепетать Аллочка.

Эти двое так жадно набросились на секс, как тигры на мясо после долгой огуречной диеты.

Они совокуплялись страстно, долго до полного умопомрачения. Аллочка слабо соображала, где сейчас находится. Он брал ее красиво и уверенно, она отдавалась полностью, до последней молекулы. Этот акт закончился мощным обоюдным оргазмом, орошением ее спины теплой спермой и парой алых капелек на предусмотрительно подложенном полотенце.

Кажется, Аллочке сильно повезло, в лице Назара она нашла не только друга, но и сильного в сексуальном плане партнера.

Казалось бы, на этом можно было и остановиться, но не успела она отдышаться, как он разместился между ее ног и принялся нежно целовать внутреннюю поверхность ее бедер. Он поднимался выше и выше, вот уже его язычок нежно ласкал клитор.

Нет! Это уже слишком! Аллочкины ноги подрагивали, сознание расплывалось.

– Не могу больше! Пожалуйста, войди в меня! – взмолилась Аллочка.

Назар не заставил себя долго ждать. Его металлический стержень с удовольствием вонзился в полюбившуюся пещерку. Влагалище торжествовало! Оно отзывалось волной наивысшего сладострастия на каждый толчок этого крепыша. Мужчина вышибал Аллочку в запределье, впрыскивая в ее кровь наркотик своего присутствия. Еще! Еще! Еще!

Все! Ночной спектакль окончен! Продолжительные аплодисменты! Яркий свет вспыхнул и погас!

Глава 7

Брайтон-Бич

Аллочка проснулась первой. Гостиничный номер после ночи напоминал поле боя. Все было перевернуто вверх дном. Кругом сохло постельное белье. Назар еще мирно посапывал.

Аллочка привела себя в порядок и спустилась на завтрак. Она перекусила полюбившимися блинчиками и не забыла о своем новом друге. Взяла для него чай, чизбургер, йогурты, булочки и поднялась в номер. Назар уже проснулся, умылся и с нескрываемым удовольствием позавтракал.

– Спасибо!

– Пожалуйста!

– Мне скоро уходить на работу.

– Понимаю.

Расставаться не хотелось, но работа есть работа. Они привели в порядок номер. Присели на дорожку. Назар положил Аллочку на кровать и взял уверенно, по-хозяйски. Да, теперь этот мужчина был ее безоговорочным господином! И она готова была отдаваться ему до бесконечности и по первому его желанию.

– Береги себя! – с грустными нотками в голосе сказала Аллочка.

– Хорошо. Мы еще увидимся.

– Надеюсь на это.

– До свидания!

– До свидания! Удачи!

Они нежно поцеловались. Он ушел, а она закрыла плотно дверь, упала на кровать, раскинув руки, и отключилась. Ночь любви выжала из нее все соки. Этот мужчина ей нравился во всех отношениях. Наверное, могло бы выйти по-другому, но получилось именно так. Они совпали по всем параметрам. Такое случается редко. Однако!

Через два часа Аллочка проснулась, собралась и самостоятельно отправилась на Манхеттен. Перед выставкой она хотела выполнить заказ старшего сына, купить в подарок часы марки Tommy Hilfiger.

Было так жарко, что она могла перемещаться по городу только в тени домов. В нескольких магазинах она обратилась в отделы часов и как могла объясняла, что ей нужно. Продавцы улыбались, шутили, сразу признавали в ней «рашу» и как можно доступнее, жестами, цифрами на бумаге объясняли, где можно купить эти часы. Никто даже и не подумал всучить ей часы другой марки. Так как часы были фирменные, они продавались только в одном универмаге, который находился на пересечении Бродвея с одной из многочисленных авеню. Аллочка купила нужные часы, решила, что еще вернется в этот магазин и купит в подарок часы мужу и младшему сыну. Не хотелось везти из Нью-Йорка в Москву всякое барахло, а симпатичные часы – это то, что нужно.

Ей нравилось гулять по Бродвею. От жары запах помойки только усилился. Но это уже не имело никакого значения. В своей любви Аллочка была крайне постоянна. В ее жизни любовь случалась не так уж и часто, но если случались, то это было навсегда. Любовь с Нью-Йорком состоялась, и это был незыблемый факт.

Она пешком прошла до Выставочного центра. Вся группа была в сборе. Аллочка не без удовольствия заметила, что ее книга эротической прозы была немного зачитана. Это было хорошим знаком. Если собратья по перу интересуются твоим творчеством, то ты как минимум стоишь на правильном пути.

Аллочка привезла с собой мало книг. Что-то из стихов она раздала, а одну книгу прозы даже умудрилась продать за пять долларов какому-то русскоязычному корреспонденту.

Сегодня по плану у литераторов было посещение магазина «Санкт-Петербург», который располагался на Брайтон-Бич. В семнадцать часов делегация общественным транспортом отправилась в русскоязычный район Нью-Йорка. До станции они доехали на автобусе, а потом еще минут тридцать на метро.

Кто-то из группы пошутил: «Брайтон-Бич – это улица, которая вся располагается под железнодорожным мостом». Так оно и было на самом деле. Пожалуй, Одесса, откуда было больше всего выходцев, была более хороша и ухожена, чем это место. Ностальгируя, жители этого района пытались и здесь воссоздать кусочек своей родины. А что вышло, то вышло.

В магазине «Санкт-Петербург» их встретили как дорогих гостей. Усадили за приготовленный столик. Директор магазина рассказала о своем детище. Этот магазин являлся осколком русской культуры в Нью-Йорке. В нем продавались книги на русском языке, всевозможные сувениры, картины и полезные вещи. Весь персонал разговаривал по-русски.

Литераторы рассказали о себе, подарили свои творения посетителям магазина, менеджерам, заведующей. Местные жители тоже уважили делегацию своим вниманием. Вечер проходил в теплой обстановке. На встречу пришла знаменитая поэтесса Инна Богачинская с мужем Григорием. Инна рассказала о многолетней творческой дружбе с Андреем Вознесенским, подарила всем сборники своих стихов.

Аллочка как-то сразу прониклась симпатией к этой миниатюрной улыбчивой женщине без возраста, и эта симпатия была взаимной. Инна дала ей свою визитку, записала адрес электронной почты и номер телефона Аллочки. Пообещала, что, когда будет в Москве, обязательно позвонит.

Вечер подходил к концу. Женская часть делегации в лице Галины, Надин и Аллочки откланялась и отправилась на прогулку к океану.

Весь местный народ вышел на набережную Брайтон-Бич. Молодежь играла в волейбол, молодые мамы с колясками прогуливались по дощатому тротуару. На улице было жарко, но никто не купался, так как океан был еще холодным. Под грязным навесом за столиками сидели пузатые мужчины совкового вида, пили пиво, играли в карты и смачно матерились.

Это слегка покоробило поэтический слух россиянок. Они поспешно покинули знаковое место. Но побывать на Брайтон-Бич и не посетить ни одного из его ресторанов – это все равно что ничего и не увидеть.

Женщины выбрали первый попавшийся ресторан приличного вида и зашли вовнутрь. Их встретила приветливого вида хозяйка и проводила к столику, укрытому белоснежной скатертью и красиво сервированному. Здесь тоже все говорили по-русски. Интерьер был выполнен в стиле ампир, и казалось, что ты сейчас находишься в одном из московских заведений.

Официант – писаный красавец – подал меню. В ресторане, кроме женщин, справляла торжество многочисленная еврейская семья. На маленькой эстраде три музыканта пели русские популярные песни. Все было чинно и благородно.

Особенно Аллочке понравился фаршированный угорь. Порции были большие, еда приготовлена вкусно.

Аллочка написала СМС своему другу: «Привет! Мы сейчас сидим в ресторане на Брайтон-Бич, пьем красное вино».

«Привет! Не пей много. Ночью в Нью-Йорке неспокойно».

Он беспокоился о ней. Это было приятно.

«Не переживай. До отеля мы доедем на такси».

«Хорошо! Целую тебя!»

«Целую!»

Женщины оживленно беседовали под хорошее вино и закуску. Разговор часто прерывался их звонким смехом. А и правда, было хорошо! Так хорошо бывает только летним вечером в отпуске! А Аллочке было хорошо вдвойне, так как мысли о Назарее согревали ее душу.

Есть люди жадные до денег, есть жадные до власти, до еды или до вещей, Аллочка была жадной до чувств и впечатлений. Ее сущность питалась любовью. Она жила по каким-то своим понятиям, и находить что-то новое для нее совсем не означало разрушать старое. Она, как пчела соты, то и дело строила какие-то параллельные реальности.

После долгого карантина эта женщина готова была окунуться в новое чувство с головой, как будто у нее не было других привязанностей и обязанностей, подчиняясь только ей одной известному инстинкту.

Расплатившись с официантом и оставив ему хорошие чаевые, женщины поехали в свой отель на вызванном хозяйкой такси. За рулем сидел бакинец. Он всю дорогу шутил, а женщины хохотали до колик в животе.

Вечер так и закончился хохотом.

– Спокойной ночи! – сказала Аллочка.

– Хороших снов! – ответила Галина.

Глава 8

Гуд-бай, Америка!

Оставался еще один выставочный день и один свободный. Выставочный день пролетел быстро. Литераторы навели порядок на своем стенде, собрали остатки книг и поехали в книжный магазин «21 век» на Манхеттене.

Этот магазин больше был похож на библиотеку и представлял собой архив редких книг. Заведующая рассказала о жизни русских эмигрантов в Америке. Все вместе поговорили о книгопечатании и о том, что будущее, скорее, за электронными книгами. Разговор получился интересный и содержательный. А что будет на самом деле, покажет время.

Уже знакомая нам троица на этот раз посетила эфиопский ресторан. Самой большой достопримечательностью в нем были официантки-эфиопки необыкновенной красоты.

Все блюда подавали на огромном кислом блине, он-то как раз и не понравился Аллочке. Горячие блюда представляли собой какую-то немыслимую мешанину. Заказав телятину, Аллочка так и не смогла отыскать ее в оранжевом рагу.

– Извините, девчонки, но эфиопская кухня – не мое, – подвела черту Аллочка.

Ее подруги были менее категоричны.

До отеля они добрались на оранжевом такси. Таксисты не особо жаловали Бруклин, поэтому пришлось остановить не одну машину, прежде чем они нашли своего благодетеля.

В отеле Галина прилегла отдохнуть. Аллочка и Надин отправились в местный супермаркет купить вкусностей, чтобы исправить впечатление от эфиопской кухни.

В супермаркете Аллочку удивило только одно: цены на мясные полуфабрикаты. Они были значительно ниже московских. В Нью-Йорке, если готовить самому, можно было полноценно питаться по вполне доступным ценам.

Аллочка купила шоколад, сервелат и коробочку с пирожными, Надин приблизительно то же самое.

В отеле они попробовали всего по чуть-чуть и остались довольны качеством продуктов.

Со сладкими впечатлениями было приятнее засыпать, чем с кислыми.

Утром после завтрака Галина собралась, дождалась свою приятельницу и уехала к ней в гости.

– До свидания в аэропорту! – помахала она на прощание Аллочке.

– До свидания! Хорошего отдыха!

Аллочка написала Назару: «Привет! Моя соседка уехала, сегодня я буду одна».

«Привет! Я приеду к тебе, но только поздно ночью. Некому работать. Ничего?»

«Ничего! Я буду тебя ждать! До встречи!»

«До встречи! Целую!»

Впереди был долгий день, Аллочка и Надин решили провести его в праздных прогулках по Нью-Йорку. Они вышли в незнакомом месте Манхеттена. Множество туристов гуляло по улицам города. Кто-то просто смотрел по сторонам, кто-то пил кофе в многочисленных открытых кафе.

Женщины прогуливались, фотографировались и восхищались видами мегаполиса. Через три часа прогулки они изрядно утомились и проголодались. Передохнуть и пообедать путешественницы решили в итальянском ресторане. Обслуживание было на высшем уровне. Салат «Цезарь» абсолютно ничем не отличался от московского. Аллочка заказала лосося, а Надин – кальмаров в чернильном соусе. Все было вкусно приготовлено и красиво подано.

Насытившись и передохнув, женщины на метро добрались до отеля. В отеле они разошлись по своим номерам.

Аллочка приняла душ, включила телевизор и погрузилась в полусон.

Уже была глубокая ночь, когда в ее номере зазвонил телефон. Администратор что-то спросил, Аллочка наугад ответила: «Ес!». И, видимо, угадала, так как через минуту в ее номер постучали. Она открыла дверь. На пороге стоял уставший Назар.

– Привет! – обрадовалась Аллочка.

– Привет!

– Устал?

– Есть немного.

– Ну тогда мой руки, а я приготовлю тебе перекусить.

Назар пошел в ванную комнату, а Аллочка достала из холодильника разной снеди: колбасу, фрукты, йогурты и маленькую бутылочку виски.

Назар с удовольствием выпил виски и перекусил чем Бог послал.

– Спасибо! Хотя хлебушка бы не помешало.

– Ну, извини, про хлебушек я забыла. Ты как? Сильно устал?

– Не переживай, на тебя мне сил хватит!

– Это хорошо!

– Угу! Вот только побреюсь. Не могу же я отпустить тебя домой всю поцарапанную.

– Ты переживаешь за меня?

– Конечно!

– Мне приятно.

Нежные ласки переросли в красивый ночной секс. Назар быстро отключился, а на Аллочку вдруг нахлынули размышления. Ей очень нравился этот мужчина, намного больше, чем ей бы того хотелось. Вот завтра она снова улетит в Москву и погрузится в водоворот дел и обязанностей. Снова только труд, и никакого секса. Неужели человек рождается только для труда…

В молодости ничего не можешь себе позволить, потому что вечное «нельзя» как Дамоклов меч зависает над головой. А в возрасте – потому что этого никто не поймет. Вроде все нормально, все есть, и на фига ей еще секс и любовь на шестом десятке…

Под такие размышления Аллочка уснула.

Утром, пока спал Назар, она приняла душ и привела себя в порядок. Вместе с ночью ушли и тревожные мысли. Женщина стала собирать свои немногочисленные вещи. Все когда-то заканчивается. Вот и ее увлекательная поездка на Американский континент подходила к концу. Вдруг она заметила, что за ней наблюдают. Она подняла глаза и увидела, что Назар не спит, а пристально смотрит на нее своими черными глазами-черешнями.

– Иди сюда!

Аллочка как загипнотизированная подошла к постели и села на ее край. Мужчина отбросил одеяло и явил ее взору крепкий член в полной боевой готовности.

– Приласкай его, пожалуйста!

Кажется, у женщины случился роман не только с Назаром, но и с его членом. Если бы последний мог говорить, то он бы громко крикнул: «Я хочу тебя! Я люблю тебя!». А так только нетерпеливо подрагивал, предвкушая скорое проникновение в ее женскую сущность.

– Милый мой! – Аллочка прикоснулась нежным поцелуем к его розовой головке.

Она стала покрывать поцелуями его крепкий стержень и яички, потом облизала его совершенное хозяйство и, наконец, взяла член в ротик.

Всего пять минут подобной нежности завели Назара до предела. Он остановил женщину. Снял с нее сарафанчик. Поставил на четвереньки и вошел сзади, глубоко, до упора.

– О! Да-а-а! Да-а-а! Да-а-а! – постанывала Аллочка.

Он брал ее долго, монотонно, проникая в каждый потайной уголок ее женского существа.

Они совокуплялись до золотых кругов перед глазами, до провалов в памяти, до судорог в онемевших конечностях!

– Милый мой! Милый! Милый! – в полузабытьи бормотала Аллочка.

Теплая сперма благодатным дождем оросила ее спину. Они упали в полном изнеможении на подушки.

Через некоторое время Аллочка пришла в себя. Как в забытьи, спустилась на завтрак, немного перекусила сама и принесла завтрак Назару.

Он уже закончил свой утренний туалет и сиял, как новая копейка.

– Приятного аппетита! Кушай, ты заслужил! – улыбнулась Аллочка.

– Спасибо!

После завтрака Аллочка завершила сборы. Они болтали много и ни о чем. Вдруг Назар протянул ей пятьдесят долларов.

– Что это?

– За лекарства.

– Ты что? Не нужно. Это мой тебе подарок.

– Возьми.

– Не обижай меня.

– Хорошо, не буду. Я могу теперь считать, что у меня в Москве есть подруга?

– Конечно! И не просто подруга, а близкая подруга.

Они говорили, а время шло. У Назара был выходной. Ему хотелось оставаться с Аллочкой до самого ее отъезда с группой в аэропорт.

Вдруг он снова подтолкнул ее к постели. Аллочка немного уперлась. Он не терпящим возражения жестом положил ее навзничь, задрал сарафанчик, прижал ее запястья к постели и глубоко вошел в ее горячие недра, глядя прямо в глаза.

Она не закрыла глаз. Эта прощальная близость происходила не только в районе гениталий, но и глаза в глаза. Ее серо-зеленый взгляд тонул в его черном омуте. Она вдруг почувствовала его силу, его магнетизм, может быть, даже то, чего он и сам не знал о себе. Небо разверзлось! Любовь снизошла!

Все дальнейшие события для Аллочки протекали как во сне. Вот они попрощались, вот она спустилась в холл отеля и с группой на микроавтобусе отправилась в аэропорт. Все формальности были пройдены без сучка и задоринки. Им достались места в самом хвосте, но каким-то чудом, уже в зоне ожидания, их поменяли на места в центре самолета. Это событие Аллочка отнесла на счет ясновидящей-феи Галины.

Аллочка давным-давно не писала стихов. Но вдруг, откуда ни возьмись, на нее сошло вдохновение. И на клочке бумаги она написала:

Говори, говори, говори…

Просто так говори, ни о чем.

Над Гудзоном рожденье зари

Затянуло унылым дождем…

Серых туч ветер гонит стада…

У разлуки не розовый цвет.

Буду помнить твои я глаза,

Ими разум мой крепко задет.

Голос твой слышу даже в ночи,

Его бархат ласкает мне кровь.

Говори, я прошу, не молчи,

Зароди в моем сердце Любовь!

Она даже не заметила, как пролетели девять часов полета. Голова была полностью затуманена, а влагалище хранило ощущение присутствия полюбившегося члена.

Что же она наделала?! Взрослая умная женщина, что же она наделала?!

Будем рвать эту связь на корню,

убивать расстоянием…

В переписке ни слова, а скупо: привет и пока.

Фраз красивых не будет, и в чувствах

не будет признаний,

Только лишь океан…

Самолета крыло… Облака…

Content

Алина Весенняя
Шерше ля фам (сборник)

Об авторе

Аля

Глава 1 Возвращение

Глава 2 Евгений

Глава 3 Шар

Глава 4 Второе свидание

Глава 5 Грузинский ресторан

Глава 6 Сергей

Глава 7 Сюрприз

Глава 8 Квартет

Глава 9 Новый год

Глава 10 Возрождение

Эпилог

Лина

Доктор

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Аравия

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Аллочка

«Тверская» на Тверской

Лекарство от любви

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Аллочкина Америка

Глава 1 Виртуальное знакомство

Глава 2 Перелет

Глава 3 Бруклин

Глава 4 Манхеттен

Глава 5 Встреча

Глава 6 Завтра

Глава 7 Брайтон-Бич

Глава 8 Гуд-бай, Америка!